3. СОВЕТ ПОСЕЛКА.

Исправность местной сети Тарны никогда не превышала девяноста пяти процентов. При этом восемьдесят пять узлов из ста всегда были загружены. Почти все оборудование на Талассе проектировали гении далекого прошлого. Сеть не была исключением. Поэтому вероятность серьезной аварии стремилась к нулю. Система работала бы даже в случае выхода из строя значительной части аппаратуры, пока кто-нибудь, потеряв терпение, не починил бы ее наконец.

Инженеры называют такой процесс постепенной деградацией. По мнению некоторых циников, то же самое можно было сказать о жизни на Талассе в целом.

Судя по данным центрального компьютера, сеть работала в пределах стандартных девяноста пяти процентов. Мэр Уолдрон с радостью согласилась бы и на меньшее. За последние полчаса ей не позвонил только ленивый. В здание администрации набилось больше людей, чем могло там разместиться, не стесняя друг друга; о том, чтобы всех рассадить, и речи не шло. Не меньше полусотни взрослых и детей столпились в одном помещении. Кворум для обычного собрания составлял двенадцать человек, и иногда, чтобы его собрать, требовались драконовские меры. Остальные пятьсот шестьдесят жителей Тарны предпочитали отсиживаться в уютных домиках и голосовали, только если предмет их действительно интересовал. Мэру звонили из канцелярии президента, из службы новостей Северного острова и дважды от губернатора провинции. Вопросы не отличались оригинальностью и осмысленностью. Ответ был общим для всех: «Разумеется, мы вам сообщим, если что-то случится. Спасибо, что интересуетесь».

Мэр Уолдрон не любила происшествий, вызывающих сильное волнение. Она построила более-менее успешную карьеру, стараясь их избегать. Конечно, удавалось это не всегда; вряд ли ее запрет мог изменить направление урагана девятого года, который и поныне оставался самым заметным событием столетия.

— Тишина, пожалуйста! — прикрикнула она. — Рина, оставь в покое раковины, не для того их расставляли! Тебе давно пора в постель! Билли, вон из-за стола, кому сказала?!

Порядок восстановился удивительно быстро — жителям поселка не терпелось выслушать мэра. Глава администрации перевела звонок на центр сообщений и отключила настойчиво пищащий телефон.

— Честно говоря, я знаю немногим больше, чем вы. И в ближайшие часы вряд ли выяснится что-то новое. Могу сказать только, что это космический корабль и он уже вошел в атмосферу, когда пролетал над нами. Рано или поздно он вернется к Трем островам. На Талассе больше негде приземлиться. Но чтобы облететь планету, кораблю понадобится несколько часов.

— Радиосвязь установить пытались? — поинтересовался кто-то.

— Да. Пока безрезультатно.

— Может быть, не стоит себя раскрывать? — послышался другой голос, встревоженный.

Наступила недолгая пауза. Затем советник Симмонс, больше всех досаждавший мэру, недовольно воскликнул:

— Смешно. Нас найдут минут за десять, что ни предпринимай. Наверняка у пришельцев есть координаты.

— Согласна с советником, — заявила мэр Уолдрон, радуясь редкой возможности не вступать в спор. — На любом корабле с колоний должны быть карты Талассы, пусть даже тысячелетней давности. Уверена, место Первой высадки на них отмечено.

— Но предположим, что это инопланетяне. Просто предположим.

Мэр вздохнула. Ей всегда казалось, что вера в пришельцев с других миров скончалась естественной смертью много веков назад.

— Нет никаких инопланетян, — твердо заявила она. — По крайней мере, достаточно разумных для космических полетов. Конечно, стопроцентной уверенности быть не может. Но ученые Земли искали их тысячу лет с помощью всех мыслимых приборов.

— Есть еще вариант, — вступила в разговор Мирисса.

Вместе с Брантом и Кумаром она стояла у дальней стены. Все повернулись к девушке. Такое внимание раздосадовало Бранта. Он любил Мириссу, но порой ему хотелось, чтобы она поменьше знала. Иногда он жалел, что пять поколений ее семьи заведовали архивами.

— Какой вариант, дорогая?

На этот раз расстроилась Мирисса, хотя и пыталась всеми силами скрыть досаду. Ей не нравилось снисхождение пусть сообразительного, даже хитрого, но не слишком умного человека. При этом заигрывания мэра Уолдрон с Брантом нисколько Мириссу не беспокоили, скорее забавляли. Более того, она слегка сочувствовала пожилой женщине.

— Возможно, это робот-сеятель, вроде того, что доставил на Талассу образцы генов наших предков.

— Сейчас? Столько лет спустя?

— Почему нет? Первые сеятели развивали скорость в несколько процентов скорости света. На Земле совершенствовали корабли, пока она не перестала существовать. Поздние модели были почти в десять раз быстрее, лет за сто они нагнали устаревшие, многие из которых наверняка до сих пор в пути. Согласен, Брант?

Мирисса старалась втянуть его в любую дискуссию. И всякий раз молодому человеку полагалось считать, что он сам начал спор. Ей вовсе не хотелось напоминать о своем превосходстве.

Будучи одной из самых умных жительниц Тарны, Мирисса порой чувствовала себя одиноко. На Трех островах проживало с полдюжины людей ее уровня. Общались они в основном по Сети. Настоящие встречи случались редко, но никакие технологические ухищрения, даже спустя столько тысячелетий, не могли полностью заменить живой разговор.

— Интересная мысль, — кивнул Брант. — Может, ты и права.

Хотя история не была его коньком, Брант Фальконер знал о запутанной цепи событий, приведшей к колонизации Талассы.

— И что мы будем делать, — поинтересовался он, — если нас попытаются колонизировать заново? Скажем: «Спасибо большое, как-нибудь в другой раз»?

Послышались нервные смешки, затем советник Симмонс задумчиво заметил:

— С кораблем-сеятелем разберемся. Сомневаюсь, что роботы не отменят программу, ведь задача уже выполнена. Вряд ли они настолько глупы.

— Хочется верить. А если они решат, что сделали бы лучше? Одно ясно: с Земли этот корабль или из колоний, управляется он роботами.

Вдаваться в подробности не было нужды. Каждый знал, насколько сложен и дорог пилотируемый межзвездный перелет. В тысячу раз дешевле отправить робота. Путешествие с человеком на борту, конечно, возможно, но какой в нем смысл?

— Робот, реликт… Что с ним делать-то? — послышалось из толпы.

— Быть может, это не наша проблема, — ответила мэр — Откуда взялась уверенность, что он направится к месту Первой высадки? Северный остров — куда более подходящее…

Глава поселка часто ошибалась, но никогда ошибка не обнаруживалась столь быстро. На сей раз звук, раздавшийся в небе над Тарной, был не громом из далекой ионосферы, а пронзительным свистом низко летящего реактивного двигателя. Все, кто находился в здании администрации, от детей до почтенных стариков, толкая и пихая друг друга, выбежали на улицу. Но лишь первые несколько человек успели заметить силуэт корабля на фоне звезд. Он был треугольный, с затупленным носом, и направлялся к священному для талассиан месту — последнему, что связывало их с Землей.

Доложив центру, мэр Уолдрон присоединилась к толпе.

— Брант, ты доберешься туда раньше других. Возьми дельтаплан.

Главный инженер-механик Тарны моргнул от удивления, впервые получив столь прямой приказ от мэра.

— Крыло пробито кокосом, — смущенно пробормотал он. — Не успел починить, разбирался с ловушками для рыбы. Да и не годится он для ночных полетов.

Мэр смерила его долгим взглядом.

— Надеюсь, моя машина на ходу, — насмешливо проговорила она.

— Конечно, — обиженно ответил Брант. — Заправлена и готова тронуться в любой момент.

Мэру не часто приходилось пользоваться транспортом. Всю Тарну можно было пройти минут за двадцать, а продовольствие и оборудование перевозили на маленьких пескоходах. За семьдесят лет службы машина не наездила и сотни тысяч километров. В таких условиях она могла прослужить еще столетие.

Талассиане с радостью предавались разнообразным порокам, но небрежное отношение к вещам в их число не входило. Сложно было предположить, что личный транспорт мэра старше любого из пассажиров. Несмотря на почтенный возраст машины, самая важная ее поездка была впереди.