Глава 4. Сверходаренный ребенок и школа.

Ох уж эта школа! В этой главе перед нами откроется мир, населенный бесчисленными чудищами! В школе сверходаренному ребенку приходится сложнее всего. Потому что именно в школе, как под увеличительным стеклом, обнаруживается вся его особость и непохожесть, именно школа – это экран, на который проецируются все родительские тревоги, это источник самых жестоких конфликтов и самых смелых надежд.

Именно в школе с самого начала должны были бы выявить сверходаренность, но при этом именно школа заставляет такого ребенка сильнее всего мучиться. То, что он устроен иначе, чем остальные, превращает его в изгоя. Ему трудно соответствовать учительским требованиям, которые он не всегда понимает. А преподавателям тоже сложно приспособиться к ребенку, который кажется умным, но при этом учится с трудом.

Статистика, которой мы сегодня располагаем, тревожна: около половины сверходаренных детей имеют проблемы с учебой. Чуть ли не каждый второй остается на второй год. Более 30 % не могут поступить в высшие учебные заведения.

Но не будем безоговорочно доверять этим цифрам, так как они касаются только тех детей, сверходаренность которых была выявлена. Поэтому в большинстве случаев это и есть дети, обратившиеся за консультацией из-за проблем с учебой.

Очевидно, что первый ученик в классе, уверенный в себе и окруженный друзьями, не вызывает вопросов и тревоги у своих родителей. Поэтому такой ребенок, скорее всего, никогда не будет протестирован и не будет учтен в статистических данных. То есть учтены оказываются по большей части те, у кого возникают трудности, а о тех, кто успешно учится, мы ничего не знаем. Даже несмотря на то что все больше родителей, узнав о проблеме сверходаренности благодаря средствам массовой информации или деятельности соответствующих ассоциаций, тестируют своих детей просто на всякий случай. Естественно, это полезно и может помочь защитить ребенка от стандартных ловушек, подстерегающих его в школе.

Отсутствие поголовного обследования (систематического тестирования изучаемых групп населения полностью по стандартизованным критериям), очевидно, очень большое упущение. На самом деле, если бы мы лучше представляли себе количество сверходаренных среди сегодняшних школьников и знали, каково среди них соотношение тех, кто испытывает трудности, и тех, кто учится успешно, у нас уже была бы часть ответа на главный вопрос: как, будучи сверходаренным ребенком, достичь успехов в школе? Можно ли найти нечто общее для всех таких детей, что позволило бы сделать выводы о том, как им удается справляться с программой? Есть ли какие-то хитрости или интересные приемы? Является ли их успех достижением самих этих детей или методики, выбранной в некоторых школах? Или, что наиболее вероятно, имеют ли значение оба фактора?

Двенадцатилетняя Элен – первая ученица в классе, в школе ее все любят, она делегат от класса в совете школы и член регионального молодежного совета. По ее мнению, успехи в школе складываются из четырех составляющих: 1) слушать на уроках; 2) проявлять активность; 3) получать удовольствие, когда приходится над чем-то подумать; 4) принимать школьные правила (по сути, соглашаться с тем, что школа предъявляет к тебе определенные требования, и если ты их выполняешь, то получаешь хорошие отметки).

К тому же, как давно замечено, девочкам обычно проще, чем мальчикам, привыкнуть к школе и добиться успеха. В них больше гибкости, и они с большей готовностью принимают правила школьной жизни. А мальчики, более упрямые и склонные к неповиновению, не любят вписываться в установленные рамки, поэтому чаще сталкиваются с трудностями, и сверходаренность у них замечают тоже чаще. Статистика на консультациях у психологов такова: соотношение мальчиков и девочек – три к одному! Что и требовалось доказать.

Школа и сверходаренный ребенок.

Школе с ними тоже непросто.

Хотя у нас нет точных статистических данных о соотношении сверходаренных детей, которые в школе преуспевают, и тех, которые испытывают трудности, очевидно, что школам нелегко помочь этим детям реализовать свой потенциал и хорошо учиться. И, что более серьезно, школа слишком часто допускает «психологические ошибки» в подходе к ученикам, которые не вписываются в общие рамки. Часто сверходаренному ребенку школа приносит страдания: он не понимает, почему у него не получается выполнять школьные требования и почему остальные часто относятся к нему неблагожелательно. А школа, со своей стороны, тоже мучается с необычными детьми, от которых учителям не удается добиться того же, что делают другие ученики.

Количество сверходаренных, которые абсолютно не справляются со школьной программой и не усваивают никаких положенных навыков, становится поистине тревожным. Присущая им любознательность теряется, к тому же они перестают получать удовольствие от интеллектуальных усилий. Некоторые просто жертвуют своим потенциалом, чтобы стать как все, чтобы их приняли в коллектив и признали «своими». Один из путей адаптации для сверходаренного ребенка – подавление собственных порывов.

И за это иногда приходится заплатить очень высокую цену: нападки, которые таким подросткам приходится терпеть в школьные годы из-за своей непохожести, полное непонимание, жертвами которого они часто становятся, допекающее их чувство собственной странности, связанное с тем, что они сами замечают свою особость. Им трудно влиться в коллектив и добиться от других своего принятия, и они страдают от сильного одиночества… Все это может привести к серьезным психологическим проблемам.

Виновата школа?

Вопрос неоднозначный, и ответить на него непросто: и да, и нет.

► Да, потому что.

• Согласно требованиям государственных программ, школа должна искать подход к любым ученикам. Но так получается не всегда.

• Педагогические коллективы не всегда принимают во внимание то, что сверходаренный ребенок – это ребенок, которому нужна помощь. Часто можно услышать типичную фразу: «Если бы он правда был такой умный, то и учился бы нормально».

• Некоторых учителей преследует навязчивая идея, что сверходаренный ребенок – это первый ученик в классе. «Если бы он был сверходаренный, мы бы заметили!» «Так, значит, ты умеешь читать? Докажи на деле!».

• В такого ученика быстро начинают тыкать пальцем: от него ждут выдающихся успехов, он всегда должен быть на высоте, а любой его просчет выносят на всеобщее обозрение и карают по полной программе: «Вот, ты у нас такой умный, а этого не знаешь!».

• Учителям трудно усомниться в подходе, который им вбили в голову когда-то давно: «Если он такой одаренный, значит, вполне может хорошо учиться». А иногда им просто не хочется меняться.

• Часто учителя во всем винят родителей: «Всем родителям кажется, что их ребенок гениальный». То есть сверходаренность – это просто родительские фантазии.

• Учителя продолжают думать, что причина трудностей таких детей – неусидчивость и лень: «Ах, если бы больше работал и старался, он бы справился!».

► Нет, потому что.

• Учителей пока не знакомят с особенностями интеллекта таких детей, не обучают приемам, которые бы подошли для работы с ними. Они знают, как работать с отстающими детьми, а вот со сверходаренными – нет. При обучении педагогам объясняют сложности, с которыми сталкиваются интеллектуально неполноценные дети, объясняют, как им помочь. Сверходаренных же детей не относят к ученикам, у которых могут возникнуть трудности. Правда, так дело обстоит не всюду: в некоторых странах для работы со сверходаренными предусмотрены специальные методики.

• Понять, как помочь таким детям, действительно непросто, при этом еще очень мало исследований, посвященных этому вопросу, а эксперименты в этой области пока немногочисленны и не объединены в единую программу.

• Ожидания родителей сверходаренных детей иногда бывают завышенными – тогда родители оказывают давление и на ребенка, и на школу.

Сверходаренный ребенок и школа: две системы, которым трудно приспособиться друг к другу.

► Зачем вообще нужна школа?

Школа – это место, где должны приобретаться знания и формироваться навыки обучения. Школа не только передает информацию, но и учит, как ее понимать, запоминать, организовывать и как находить среди всего, что уже знаешь, нужное. Задача школы – пользоваться имеющимися методиками, чтобы как можно больше учеников могли получить эти знания и навыки. Наконец, школа должна приучать к тому, что новые знания и тренировка ума – это радость. Но постепенно формируется разрыв между школой и исходной интеллектуальной данностью сверходаренного ребенка.

► Пропасть углубляется.

До поступления в школу сверходаренный ребенок успевает многому научиться. Ему всегда и все интересно, он с жадностью впитывает информацию, новое только подпитывает его любознательность, его манит мир открытий, сделанных взрослыми. Поэтому, когда такой ребенок попадает в школу, он часто уже обладает внушительным набором знаний и умений. И в школу ему обычно очень хочется: «Я узнáю еще больше и научусь всяким новым вещам! А еще я смогу с кем-то поделиться многими интересными фактами». Но вскоре сверходаренный ребенок понимает, что дела обстоят иначе: «Школа – это же для малявок!» Этот ученик, всегда мечтавший о новой пище для ума, не понимает, почему ему не отвечают на вопросы. Первое разочарование сверходаренного ребенка: школа – неподходящее место, чтобы удовлетворить его потребности в новых знаниях.

А потом выясняется, что и знания, которые у него уже есть, вовсе не считаются в школе ценными, более того, он вынужден помалкивать о них.

► Непонимание.

«Дай сказать другим!», «Да, я знаю, что ты это знаешь!», «Не отвечай за других учеников!», «Хватит уже вопросов!», «Подожди, пока я объясню это остальным» и т. п.

Очень быстро сверходаренный ребенок оказывается в странной и даже парадоксальной ситуации.

• Ему лучше не сообщать о своих знаниях, особенно если учитель еще не объяснил этот материал.

• Ему нельзя все время отвечать на вопросы учителя, несмотря на то что он знает ответы, а если он все-таки отвечает, его наказывают.

• Нужно ограничиваться той информацией, которую дает учитель, потому что вопросы «не по программе» нарушают ход урока и не интересны остальным.

А потом появляются оценки и записи в дневнике, из которых становится ясно, что в школе такого ребенка совершенно не понимают и не ценят.

► Малоприятные характеристики.

«Мог бы успевать лучше», «способный, но не хочет работать», «не старается», «не хватает организованности»…

Сверходаренного ученика осуждают за те особенности, которыми он обладает просто в силу специфического устройства своего мозга. Ему на самом деле трудно приспособить свое мышление к школьным требованиям. Школа же воспринимает эти трудности как лень, отсутствие стараний, усидчивости и интереса к учебе.

Его способ усваивать новое, основанный на гипервосприимчивости, конфликтует со стандартными образовательными методиками. Ребенок просто впитывает информацию, и она фиксируется в его фотографической памяти без всякой дополнительной работы по ее систематизации. Сверходаренный ребенок действительно «не старается» – просто потому, что изначально ему и не нужно для этого стараться. И действительно, он «не работает» в том смысле, что ему не приходится совершать дополнительных действий, чтобы разобраться в новом материале, ему не нужно перерабатывать полученные знания. «Работа» по методичному заучиванию информации, которую ему велели выполнить, как суть обучения ему совершенно не нужна и не интересна. Он услышал, впитал, понял, и, следовательно, он это уже знает. Но это не соответствует школьным методикам и поэтому приводит к серьезным нареканиям, когда эти знания требуется демонстрировать в «школьном формате». Он получает плохую оценку за работу, не понимает почему и, хотя часто внешне это выглядит иначе, очень сильно расстраивается, даже если не подает виду. К тому же сами его знания при его особенном способе их получать часто вообще могут не быть удостоены внимания. Для учителя все однозначно: раз он не знает, значит, он не учил, иначе бы выучил.

Джереми, двенадцать лет: «Я готовлюсь к уроку, отлично знаю материал и получаю плохую отметку. Я просто больше не могу. Родители меня все время ругают. Они говорят, что я не работаю, что я не выучил урок, потому что, если бы я выучил его как следует, отметка была бы хорошей! Но я на самом деле хорошо выучил, я уже, правда, ничего не понимаю, просто не могу больше, устал от всего этого!».

И последний этап, который часто заводит отношения между школой и сверходаренным ребенком в тупик: когда в школе решают, что у этого ученика проблемы с учебой, или даже реальное отставание, или, что еще хуже, что он так себя ведет нарочно.

► Школа считает, что это отставание в учебе или упрямство.

«Сочинение не по теме», «Где же рассуждение?», «Где же расчеты?», «Откуда эти ответы?».

А ребенок, который пытается оправдаться, слышит: «Сядь на место», «Прекрати спорить со старшими», «Меня не интересуют твои соображения, просто делай то, что тебе говорят».

Почему то, как у такого ребенка работает голова, представляет собой проблему для школы?

Как мы видели в главе о том, как мыслит сверходаренный ребенок (глава 3), особенности его интеллекта для школы создают реальные трудности.

► Незнание общих правил.

Ответы не по теме или пустой листочек на контрольной часто объясняется тем, что ребенок не знает, что от него требуется, потому что не в курсе общих правил (не понимает общепринятых умолчаний, то есть того, о чем не говорят, считая это очевидным). Ученик понял задание или формулировку правила не так, как остальные, зачастую восприняв буквальный смысл сказанного. Также бывает, что он убежден, что не знает ответа, потому что ответ, которого ожидает учитель, не удовлетворяет самого ребенка.

Полю, который сейчас уже взрослый, особенно запомнились задания по интерпретации текста. «Вопросы типа “Каковы действия персонажей?” реально ставили меня в тупик. Ведь для ответа достаточно прочитать текст! Не может же быть такого простого вопроса. Значит, если учитель все равно это спросил, тут должен быть еще какой-то смысл. Но какой? В итоге я просто не мог понять, что от меня требуется, и поэтому не делал ничего. Не из упрямства, и не потому, что не понял текст, и не из вредности, а только потому, что мне не приходило в голову, что нужно всего лишь перечислить события, напрямую описанные в тексте». Камилла дала «ответ не по теме» на вопрос: «Что представляет собой греческий город?» Ее ответ звучал так: «Греческий город представляет собой пример демократической системы». Учитель хотел, чтобы ученики воспроизвели выученный урок о пространственном устройстве древнегреческих городов, а девочка дала иной ответ, который по смыслу совершенно не противоречит формулировке вопроса. Значение выражения «представлять собой» допускает и вариант пространственного устройства, и абстрактного – как политической системы. Похожий ответ дал еще один ученик из этого класса французской школы – мальчик-американец, который читал вопрос со словарем. Вот и получается, что сверходаренный ребенок «декодирует» школьные формулировки, как будто переводит с иностранного языка, со всеми ошибками и недопониманиями, которые могут возникнуть при переводе.

► Ветвящаяся мысль.

Разветвление мысли в нескольких направлениях одновременно, мгновенное и непрестанное формирование ассоциативных связей, активация расширенного пространства соображений на любую тему – вот причины того, что сверходаренному ребенку трудно остаться в рамках конкретного задания. Механизм функционирования его мозга заводит его слишком далеко и слишком быстро. Он оказывается в поле действия множества ассоциаций и бесчисленных разнородных идей и уже не может выбрать только ту информацию, которая имеет отношение к конкретному вопросу, и выстроить ее так, чтобы ответить именно и только на него.

► Математическая интуиция.

Серьезные помехи школьнику для успешного обучения по стандартной программе представляет следующее:

• математическая интуиция, которая подсказывает ему ответы, хотя он и не производит необходимых расчетов в правильной форме;

• необычные вычисления, которые он выполняет;

• неспособность обосновать свой ответ и доказать его правильность. Из-за доминирования правого полушария ему нелегко получить доступ к этой информации.

Сверходаренный ребенок не учится так же успешно, или даже лучше, чем остальные дети, не из упрямства. Он просто не может так учиться, потому что его мозг работает по-другому, он по-другому усваивает и понимает информацию.

Ключ к решению проблемы – воспринимать школу как партнера.

Что же будет, если попробовать воспринимать школу не как враждебную силу, а как партнера в обучении наших детей?

Дело в том, что их способ усваивать, воспринимать информацию и вообще учиться настолько отличается от привычного для нас, что это выходит за рамки нашего понимания, и приходится сомневаться во многих вещах, которые раньше казались очевидными.

Сказать: «Делай как я говорю и не рассуждай, потому что так нужно» – легче, чем подвергнуть сомнению собственные воззрения и чем научиться принимать иные, непривычные способы что-то делать.

«Объясни мне, откуда ты это знаешь, как ты к этому пришел?» – вот подход, который нам часто бывает трудно применить. И это «нам» включает всех участников образовательного процесса: и учителей, и родителей.

Всегда проще обвинить другого и возложить ответственность за трудности и неудачи на него: «В школе не понимают, что делать с моим ребенком, учителя его не понимают, школа не может к нему приспособиться…» – говорят родители. «Вот если бы родители перестали на него давить… если бы они перестали обращаться с ним как с наследным принцем… если бы они перестали вмешиваться в школьные дела…» – говорят в школе. И в то же время, если такой ребенок учится хорошо, каждая сторона говорит: «Это все благодаря нам».

Нетипичная работа мозга таких детей и то, что у них свой, особый способ учиться, представляют собой реальную проблему для тех, кто постоянно имеет с ними дело: и для учителей, и для родителей. Конечно, дать образование – задача школы, но и родители не могут не участвовать в этом процессе.

Школа не может в одиночку нести ответственность как за неудачи ребенка в учебе, так и за его успехи. Но и родители тоже в свою очередь не могут ни подменить собой школу, ни оставить без внимания то, что там происходит с их ребенком. И отказаться от школы совсем тоже невозможно – иначе окажется под угрозой все обучение ребенка, а также возможность реализации его интеллектуального потенциала в дальнейшем.

В современном обществе школа и школьная программа остаются обязательным этапом жизненного маршрута, необходимым для достижения последующих ступеней, с высоты которых человек уже может выбирать себе подходящую стезю, где он в полной мере использует все свои таланты: оригинальность, интеллект, способность к творчеству. Только после того, как этот непростой этап останется позади, его интеллект заработает в полную силу и все необыкновенные задатки обретут свое развитие. И лишь преодолев сложности этого периода, повзрослев, сверходаренный ребенок реализует себя в работе и достигнет успеха в жизни. У взрослого сверходаренного, чья школьная жизнь складывалась непросто, надолго остается горечь от того, что он не смог полностью задействовать свой интеллект в профессиональной сфере, и глубоко внутри у него не затихает боль от того, что ему пришлось «погубить» какую-то часть себя.

Диалог родителей и школы позволяет обсудить трудности – как родителей, так и учителей, – которые они испытывают в общении с ребенком. Взгляд на проблему под разными углами может помочь увидеть многогранность личности ребенка и навести каждую сторону на новые мысли о том, как этому ребенку помочь. С проблемами легче справиться, если есть возможность поделиться ими со вторым участником воспитательного процесса, а не сражаться друг с другом. Если стороны проявляют друг к другу враждебность, то этим выражается их разочарование от того, что они не в состоянии справиться с возникшими проблемами. Если же они поделятся тем, что поняли про этого ребенка, – или тем, чего не понимают, – то дальше будет легче вместе искать решения, свежие идеи и необычные подходы, которые примирили бы всех участников и пошли ребенку на пользу.

Поиск путей для диалога всегда возможен, если он делается в конструктивных целях – чтобы поделиться информацией и договориться. Надо только не нападать друг на друга и не считать другую сторону изначально виновной и ответственной за все проблемы. Сотрудничество школы и родителей – лучший способ помочь ребенку преодолеть школьные трудности.

Хорошо учиться, чувствовать себя в школе счастливым, получать удовольствие от учебы, узнавать новое и одновременно заводить друзей – вот то, чего мы хотим для наших детей от школьного образования. Это наша главная цель, которой нужно достичь, чтобы они могли реализоваться в полной мере. И этого должны добиваться вместе все партнеры – участники образовательного процесса. Эта цель стоит перед всем обществом.

Стоит учитывать, что учителю непросто справляться с классом, который всегда состоит из сильно отличающихся друг от друга учеников. Сотрудничать с педагогами не значит требовать от них особого внимания к собственному ребенку. Но с вашей помощью им будет легче понимать его и поддерживать, учитывая его особенности, подобно тому как это делается с детьми со сложностями другого рода.

Как помочь сверходаренному ребенку чувствовать себя в школе как дома.

► Первый этап: признать его особость.

«Вот уже три года, как он полностью замкнулся в себе. Каждый день перед тем, как отправиться в школу, он плакал и не хотел выходить из дома – это была настоящая трагедия. Потом начал регулярно болеть живот, но походы по врачам ничего не дали – у него ничего не находили. На переменах Алекс сидел один в углу, ни с кем не играл. В пятом классе его отметки стали просто ужасными. Учительница при всех говорила, что его оставят на второй год, – вспоминает мама мальчика, явно чувствующая себя виноватой в том, что не смогла тогда ему помочь. – Теперь все изменилось. В шестой класс он пошел в другой лицей, и теперь он веселый, улыбается, в школу бежит с радостью. Ему звонят, появились друзья. Я так рада, что все у него налаживается. Оценки, конечно, пока не блеск, но с каждым днем они улучшаются. Теперь я уверена, что все получится, я вижу, что он получает удовольствие от учебы… и от жизни тоже!».

Что же произошло? Что-то очень простое, но в то же время фундаментальное: непохожесть этого ребенка была признана и принята. Его особость восприняли как составную часть его личности. И нетипичность его мышления стали рассматривать как факт, который нужно учитывать в образовательном процессе.

А главное – в этом лицее считается, что сверходаренный ребенок – такой ребенок, которому нужна помощь и поддержка как от учителя, так и от других учеников. И такое отношение в корне меняет дело! Не только для самого школьника, но и для всего педагогического сообщества тоже: «Если ему нужна помощь, то моя роль как учителя наполняется смыслом, понятно, зачем я работаю», «Если ему нужна помощь, то с ним можно договариваться, это не какой-то зазнайка, который считает себя умнее всех на свете». И в таком ракурсе каждый понимает свою роль, и сотрудничество становится возможным и приятным.

«У меня вечно болел то живот, то голова. Когда у тебя хорошие отметки, с тобой никто не общается, одноклассники считают тебя выскочкой», – вспоминает Жюльетта.

Поподробнее об одной школе в Марселе, где поняли действенность этого подхода:

«Когда мы принимаем этих ребят, которых тут называют “зебрами”, мы всегда объясняем и родителям, и ребенку, что у нас нет волшебных рецептов на такой случай и что прежде всего мы – школа со всеми правилами, которые необходимы для школьной жизни. Но еще мы им говорим, что мы знаем, кто они, и что мы сделаем все возможное, чтобы они у нас чувствовали себя хорошо и чтобы их учеба была успешной. И еще – каждый раз в начале года мы собираем вместе всех таких “зебр” от первоклассников до выпускного класса и говорим им одну простую, но действенную вещь: мы знаем, что они есть, и знаем о том, что им не всегда легко в школе, поэтому постараемся сами к ним приспособиться. А главное, если у них что-то не получается, или нужно задать вопрос, или у них есть предложения, или надо разобраться с какой-то проблемой, то пусть они сразу обращаются с этим к нам, и мы уже вместе подумаем, как лучше поступить».

Восприятие другого человека таким, какой он есть, а не на основе наших собственных представлений о нем – основа, необходимая для выстраивания личности. Признание нетипичности сверходаренного ребенка и принятие его особенностей – это начало, без которого невозможно ни его хорошее самоощущение, ни адаптация в школе. Конечно, признания специфичности таких детей для успеха еще недостаточно, но, если мы не готовы ее признавать и отрицаем, что здесь требуется особый подход, дело наверняка кончится неудачами и в учебе, и в личной самореализации ребенка.

Принятый таким, какой он есть, сверходаренный ребенок начинает развиваться сам и, в свою очередь, учится принимать особенности остальных. Ощущение, что его приняли, помогает ему открыться и попробовать разные способы адаптации. Это ощущение дает ему надежду на успехи в школе, несмотря на его особость или даже благодаря ей.

► Второй этап: учитывать обе системы.

Первая система – это школа со всеми ее законами, принципами работы, методиками обучения и требованиями к ученикам.

Вторая – сам сверходаренный ребенок с особенностями своей деятельности, понимания и своего обучения, со своим образом мыслей, своими ассоциативными связями и креативностью.

Эти две системы так же далеки друг от друга, как разные галактики во Вселенной, и функционируют они по разным законам. Действуют они независимо и параллельно, и чаще всего, если они вступают в диалог, то выходит разговор глухих. Они не понимают друг друга.

Задача ставится так:

• не считать существующую школьную систему «священной коровой» – незыблемым и единственно возможным сводом правил;

• позволить двум названным системам действовать, не вступая в поединок или соревнование;

• признать, что существуют еще и другие системы, кроме школьной, и они тоже могут работать;

• попытаться понять работу системы, непохожей на привычную.

В реальной школьной жизни сверходаренному ребенку очень рано – иногда словами, а иногда подспудно – начинают транслировать такие сообщения: «Ты должен работать так, как мы от тебя требуем», «Твой способ думать не подходит», «Ты не должен выполнять задания таким образом», «Так ты ничего не добьешься» и т. п.

Из этого ребенок заключает, что его способ размышлять:

• бесполезен («Нет никакого смысла рассуждать, отвечать в классе, задавать вопросы, ведь все равно мной недовольны и ставят плохие отметки»);

• опасен («Мой образ мыслей вызывает недовольство и насмешки, и никто не хочет со мной водиться»);

• вызывает страх («Если больше никто не рассуждает так, как я, может, я сумасшедший?.. или вообще идиот?»).

Последствия могут быть разными: от простого охлаждения интереса к школе и до ее полного отторжения и психологических расстройств разной степени тяжести.

Тем не менее, несмотря на то что ребенок постоянно сталкивается с недовольством тем, как он мыслит, что-то внутри него настойчиво повторяет, что все это неправда, на самом деле он умный, что другие ошибаются насчет того, что он думает неправильно, что просто есть другие способы учиться. И этот настойчивый и тихий внутренний голос защищает ребенка, но в то же время заставляет его еще больше страдать от непонимания и отверженности, невинной жертвой которых он становится. Его буквально разрывает: с одной стороны, он убежден в том, что иной способ мыслить существует, но, с другой стороны, сталкивается с реальностью, которая твердит ему о его неприспособленности и бессилии. Ребенок не может понять своего настоящего положения. Он теряет внутренние ориентиры и всякую уверенность в себе, доверие к учителям и ко взрослым вообще, перестает получать удовольствие от размышлений и учебы…

Принципиально важно не дать разгореться разрушительному внутреннему конфликту между потребностью ребенка сохранить собственную индивидуальность и необходимостью ее уничтожить, чтобы добиться успехов в школе.

Нужно сделать так, чтобы его способ думать не принижался в его глазах и не искоренялся, иначе это может привести к серьезным личностным травмам и потере психологического равновесия.

Как сделать, чтобы сверходаренный ребенок принял школьные правила.

Ему нужно внятно объяснить, что педагог знает, что у него другой способ думать, что это вполне допустимо, но школьная система устроена иначе. Она не хуже и не лучше, просто другая. И что на сегодня школа – обязательный этап на пути к дальнейшему образованию, необходимый для того, чтобы потом он мог применять собственные способы в своей будущей работе, в той профессии, которую он выберет.

► Принцип: «Школа работает по своим законам, которые тебе надо освоить».

Школа должна стать для такого ребенка объектом исследования со своими секретами, которые ему надо раскрыть, и тайными шифрами для декодирования. Он должен превратиться в храброго исследователя, задача которого – вынести из путешествия подробную карту территории и подробное описание нравов и обычаев обитателей. В общем, учителя должны дать ему понять, что от него не требуется теперь всегда думать так, как положено в школе, что его не заставляют сменить свою систему и свой подход на школьные, но ему необходимо понять, как в школе все работает, чтобы, оставаясь самим собой, получать нужные результаты. Но не стоит также принижать и стандартные школьные методики, нападать на них, высмеивать и считать бесполезными: это совсем не так. Они подходят большинству учеников. В них есть своя логика. И наш ребенок должен их уважать.

«Чтобы добиться успехов в учебе, я попрошу тебя поступить так: ты можешь и дальше пользоваться собственной системой. Она очень интересная, очень мощная, сложная и необычная. Но в школе мы учимся иначе. И ты, пожалуйста, разбери нашу школьную систему по винтикам – как ты разбираешь будильник, когда хочешь понять, как он работает: внедрись в эту систему, определи, зачем нужно каждое колесико и пружинка. Как только ты в этом разберешься, ты сможешь делать то, что требуется от всех учеников, чтобы получать хорошие оценки. Вот и все. На каждом уроке, у каждого учителя свои привычки, свои требования, свои правила. Выясни их и примени эти знания на практике. Тебе нужно разведать в подробностях, что делать для того, чтобы твои отметки были хорошими. Такое у тебя задание. Разведчик отправляется в школу за отличными отметками и поощрениями».

Нужно дать ясно понять сверходаренному ребенку следующее: «Ты можешь продолжать думать собственным способом, но ты должен понять, как работает школьная система, а дальше, применив свои способности, предъявить этой системе то, что нужно, чтобы добиться успеха».

► Поделиться своими алгоритмами.

Школа, в свою очередь, тоже должна, не отказываясь от своих методик, которые подходят большинству учеников, адаптироваться и к образу мыслей сверходаренного ребенка.

И если одаренному ребенку приходится разбираться в функционировании школьной системы, его педагоги тоже могут попросить его поделиться с остальными тем, как рассуждает он. Он может объяснить, как он воспринимает информацию, как он размышляет и как решает задачи. Такой рассказ покажет остальной части класса, что может быть и другой ход мыслей, другие способы усваивать новое. Это будет полезно обеим сторонам как навык для приятия иного и непохожего, и в итоге каждая сторона может прийти к каким-то новым для себя выводам.

Делиться друг с другом ходом своих мыслей весьма полезно и в семье: проанализируйте, как рассуждает ваш ребенок, и перед вами откроется целый мир, это поможет вам общаться с ним и вообще его понимать. Если вы предлагаете ребенку такой разговор, для него значит, что вы им интересуетесь и что ход его рассуждений для вас важен. И от одного этого ему станет намного легче на душе!

Сверходаренный ребенок и школа.

Типичные школьные истории сверходаренных.

Мы не предлагаем заранее бить тревогу. Можно быть сверходаренным ребенком и отлично справляться с учебой. Нельзя сказать, что каждого такого ребенка неизбежно подстерегают неудачи в школе. Есть сверходаренные, которые прекрасно учатся. Но, как мы уже говорили, о них мы знаем меньше, поэтому нам трудно оценить их процентную долю. На сегодняшний день мы больше знаем о тех сверходаренных, у которых в школе все идет наперекосяк, и эти сложности очень беспокоят всех, кто их окружает. Задача нашей книги – как раз предотвращение подобных ситуаций, ведь чем больше мы знаем о том, как устроены такие дети, тем больше у нас шансов им помочь, опираясь на понимание природы их трудностей и зная, какие методы им предложить, чтобы эти трудности преодолеть.

Внимание! Представленная история является типичной: это то, что зачастую происходит со сверходаренными детьми, особость которых выявили позже, чем нужно. Чем раньше будет проведена диагностика, тем больше вероятность, что ребенку удастся указать правильный путь к самореализации и успеху.

► Начальная школа: вроде бы все хорошо.

В начальной школе сверходаренный ребенок может, не вникая в методики и навыки, которым его обучают, получать хорошие оценки просто за счет своих умственных способностей. Одного его интеллекта еще хватает (или почти хватает), чтобы систематизировать знания и выдавать их по требованию учителя в приемлемой для школы форме. Память у него отличная, так что усилий он почти не затрачивает. Часто он все знает уже до того, как возьмется за уроки, ведь он слушал учительницу в классе или заглянул в тетрадку, прежде чем убрать ее в портфель. Этого ему достаточно, чтобы запомнить новое и ответить на следующем уроке. То же и с заучиванием наизусть стихов. Если он переписал стихотворение, то он его запомнил, и если назавтра в школе ему не придется отвечать первым, то, послушав, как эти стихи читает какой-нибудь одноклассник, он уж точно расскажет все без запинки.

ТРАГЕДИЯ С ТАБЛИЦЕЙ УМНОЖЕНИЯ. Родители, утешьтесь! Сверходаренный ребенок, который выучил таблицу умножения, – величайшая редкость. Или он просто настолько вас любит, что, поняв, как вас это порадует, он воспроизводит ее чисто механически. Все равно он никогда не будет ею пользоваться! Его собственная система вычислений и те действия с числами в уме, на которые он способен, работают намного быстрее и эффективнее, чем старая добрая таблица. Поэтому он искренне не понимает, зачем ее заучивать. Фокус: познакомьте его с делением в первом классе! И скажите, что, поскольку это сложное действие, вы знаете одну штуку, чтобы делить быстро-пребыстро! И подсуньте ему «волшебную табличку», чтобы он мог выполнять такие операции деления, которые на этом уровне обучения у него еще не получится проводить в уме с опорой только на собственные методы. Он втянется в игру, будет гордиться тем, что победил это ужасное деление, и таким образом усвоит методику, которая позже ему очень пригодится.

► Коллеж, средняя ступень. Начинаются проблемы.

Несмотря на то что в коллеже все иначе, чем в начальной школе, наш ребенок, перейдя в шестой класс[3], еще умудряется выезжать на своих знаниях и интеллекте и преодолевать первый год без особых сложностей. Его подхлестывает интерес к новому. После надоевшей «началки» он с любопытством осваивает устройство средней школы, и его это забавляет. Отметки уже становятся чуть хуже, чем раньше, но обычно родители объясняют это изменением ритма жизни и необходимостью привыкать к новым нагрузкам. Пока все еще хорошо.

На следующий год самые удачливые, то есть те, кто накопил неплохой запас знаний и прилично адаптируется, продолжают учиться хорошо. Но в конце года уже и у них ощущается некоторая усталость.

► Четвертый класс[4] – роковой год.

В этом году ребенку внезапно становится очень тяжело. Для него это как гром среди ясного неба: вдруг начинают требовать наработанного подхода к заданиям, умения рассуждать, ждут, что он пустит в дело навыки, которым его учили в предыдущие годы. Действительно, на этом этапе уже не обойтись без стандартных способов вычисления и размышления, которые должны были быть освоены раньше. И для нашего ребенка это катастрофа: он в полной растерянности и не понимает, как ему догнать этот уходящий поезд. Он-то вовсе не научился учиться (как стали с некоторых пор называть этот процесс) и чувствует себя бессильным перед школьными требованиями. Его интеллекта на это уже не хватает. Он теряется и не понимает, что с ним происходит. Он ведь никогда не понимал, что учится не так, как все остальные, потому что у него все получалось. Он даже не знал, что ему чего-то не хватает, чтобы успевать в школе. У него всегда все получалось само, как по волшебству!

► Третий[5] – полный крах.

Ребенок все глубже увязает в своих трудностях, и его стремительно, словно в омут, затягивают все новые неудачи.

В этот момент по самолюбию ребенка наносится мощный удар. Он-то привык все знать и во всем разбираться, а тут вдруг оказывается двоечником и невеждой. Ему невероятно стыдно. Это может привести к тому, что он просто потеряет интерес к занятиям и перестанет хоть что-то делать, а может кончиться и более серьезными психологическими проблемами: уходом в себя, депрессией, поведенческими расстройствами. И чем дальше, тем труднее будет уговорить такого ребенка снова сосредоточиться на учебе, помочь ему выкарабкаться.

На сегодняшний день конец третьего класса является для школьника поворотным моментом, когда должны быть приняты решения, определяющие его дальнейшую жизнь. Ученик находится на распутье: он либо продолжит учиться дальше, либо нет. И глобальные неудачи в школе в конце этого года закрывают перед ним дорогу к последующему, более серьезному образованию. Множество возможностей для него могут быть потеряны, и очень часто – навсегда, без возможности переиграть ситуацию в будущем.

Это важнейший момент, определяющий как образовательный маршрут ребенка, так и его психологическое состояние. Школьные неудачи сверходаренных детей могут привести к очень тяжелым последствиям.

► Оставляют на второй год: осторожно, опасность.

Оставить ребенка, у которого проблемы с учебой, на второй год – совершенно обычная школьная практика, стандартное решение. Говорят, что ему нужно повторить обучение на этом уровне «для закрепления материала». «Но, оставив ребенка на второй год, мы очень редко оказываем ему добрую услугу», – открыто признается директриса коллежа, принимающего сверходаренных детей.

Действительно, очень редко удается помочь ученику, оставив его на второй год, – только в каких-то совсем особых случаях. Это может сработать, только если ребенок не усвоил знаний, положенных на соответствующем этапе обучения, в силу разных обстоятельств: если он серьезно болел, были проблемы в семье, трудности психологического характера. А решение просто оставить на второй год ученика, у которого проблемы в школе, очень редко приводит к тому, что его ситуация меняется в лучшую сторону. Чаще наоборот. Он огорчен, чувствует себя виноватым и обиженным – как же, он теперь второгодник! – и у него нет никаких внутренних резервов, чтобы пустить их в дело. Его самооценка сильно снижена, вера в себя утрачена, и теперь все воспринимают его как второгодника. Он начинает думать, что ученик он плохой. И вот – круг замкнулся! А что касается учебы, то, если этот ребенок не смог усвоить необходимых знаний в прошлом году, непонятно, почему в этом ему вдруг будет легче это сделать. Его способ думать и способности к обучению не меняются от того, что его оставили на второй год. Наоборот, его вовлеченность, мотивация и желание учиться от этого серьезно снижаются. Можно ручаться, что второгодник полностью потеряет интерес ко всем урокам. И вероятность того, что в нем возродятся живость ума и желание его напрягать, стремится к нулю. В такой ситуации сверходаренный ребенок совершенно перестает верить в себя.

Остаться на второй год для сверходаренного ребенка – катастрофа как в психологическом, так и в интеллектуальном плане.

Родители в такой момент должны верить в то, что они лучше знают собственного ребенка. В сложные минуты ему нужна поддержка близких. Не опускайте руки! Обсуждайте ситуацию с ним, с учителями. Постарайтесь разобраться, что на самом деле происходит. Попробуйте проанализировать причины этих неудач. Ищите вместе с ребенком и учителями альтернативные решения. Верьте в то, что именно вы можете выслушать и понять вашего ребенка, и, главное, продолжайте в него верить. Если у него никогда не было проблем с учебой, если он раньше хорошо учился, если о нем отзываются как об ученике «с отличными способностями», который «должен больше стараться», «мало работает», вам надо серьезно подумать, имеет ли смысл оставлять ребенка на второй год.

Скука – прямое следствие неправильного подхода.

«Понимаете, проблема в том, что ему скучно», «Думаете, ему просто скучно?», «Боюсь, что ему скучновато», «Когда ему скучно, он отвлекает других учеников», «Если бы ему не было скучно на уроке, он бы не болтал».

Именно на скуку чаще всего жалуются сверходаренные дети, и родители, услышав об этом, бьют тревогу, да и учителей это не может не беспокоить.

► Что такое скука и о чем она говорит.

Толковый словарь определяет скуку как «Томление от отсутствия дела или интереса к окружающему»[6].

В школе безделье и душевное томление вызывают не сами знания, которым там обучают, а форма, в какой они преподносятся. Для сверходаренного ребенка школа не является местом, где он может удовлетворить свою тягу к знаниям. Его знакомство с миром и освоение нового задействуют другие процессы, которым в школе нет места. И это становится причиной скуки, вызывает настоящую тоску.

Отсутствие интереса у такого ребенка объясняется не тем, чему учат в школе, а тем, как там учат.

Повторение, сам ритм уроков с упрощением информации и дроблением ее на мелкие фрагменты для усвоения, необходимость оставаться в конкретных рамках, заданных программой, невозможность подключить свои внепрограммные знания – все это усиливает скуку и обостряет неприятие.

Скуку вызывают все педагогические методики, слишком непохожие на то, как усваивает знания сверходаренный ребенок, и он просто не может включиться в работу, которую ему предлагают.

Причем скучной является именно форма подачи материала: смените форму, и ребенок оживет. На самом деле, он только того и ждет, ему это очень нужно.

Когда ребенок говорит, что ему скучно в школе, – это не проявление антипатии к конкретному учителю. Учителям часто кажется, что такому ученику не нравится их предмет, и они чувствуют себя уязвленными в своих профессиональных амбициях. А дело вовсе не в этом. Дело в том, как выстроен их курс; речь идет не о компетентности учителя и не об отсутствии интереса к предмету как таковому, а только о том, как подаются знания, как они структурированы. И это сильно меняет реакцию учителя: как только он это понимает, многие ситуации перестают восприниматься трагично и разрешаются сами собой.

► Ожидание – другая сторона скуки.

Сверходаренный ребенок понимает и усваивает информацию быстрее, чем остальные. Он все схватывает на лету, иногда даже до того, как учитель закончит рассказывать. Того, что он успел услышать, достаточно, чтобы разобраться и домыслить остальное. Именно так и происходит в классе. Но что ему делать дальше? Чем заняться, пока учитель повторяет, объясняет еще по-другому, приводит примеры и комментирует…

Пьеру тринадцать лет, он старательный ученик и честно делает все возможное, чтобы адаптироваться к школе и хорошо учиться. Но вот уже несколько недель, как он опустил руки: ему не удается бороться со скукой, он получает замечания за то, что мешает учителю вести урок. Да, он понимает, что учителя нужно уважать и что другим ученикам нужно время, чтобы разобраться, их тоже нужно уважать, но он просто устал. В кабинете психолога он объясняет буквально со слезами на глазах: «Понимаете, просто невозможно дождаться, пока учитель наконец все объяснит остальным! В такие минуты у меня внутри все переворачивается. Это какой-то ужас! Я отгораживаюсь от внешнего мира и устраиваю себе свой собственный, чтобы туда сбежать. И мне так одиноко, я не знаю, как с этим справиться!».

То, насколько быстро сверходаренный ученик разбирается в новой информации и усваивает ее, – важная характеристика работы его мозга, которую нельзя не учитывать при обучении. Мы часто на уроках повторяем, меняем формулировки, ведь повторение – мать учения, мы считаем, что это поможет ученикам лучше понять и запомнить новое. Но сверходаренного ребенка эта методика только нервирует: он впадает в прострацию и мечтает отгородиться от нашего мира.

Десятилетняя Каролина раздраженно объясняет: «Терпеть не могу, когда мне по десять раз повторяют одно и то же. Вот с папой всегда так. Когда он помогает мне учить уроки, он считает, что должен мне все разжевать, да еще и повторяет как попугай! А я и с первого раза все нормально понимаю».

Письмо, дислексия, орфография – характерные проблемы.

Существуют характерные проблемы с учебой, которые часто обнаруживаются у сверходаренных детей: например, нарушения письменной речи, дислексия или сложности с орфографией. Иногда эти трудности напрямую связаны с тем, как устроена их интеллектуальная деятельность, а иногда это дополнительные расстройства, не связанные напрямую со сверходаренностью.

► Письмо.

Очень часто можно услышать о том, что у таких детей проблемы с письменной речью. В основном они проявляются при обучении письму. Это может быть плохой почерк или невозможность писать быстро, которая может приводить к нежеланию писать вообще.

Появление этих проблем и их устойчивость объясняют несколькими гипотезами.

• Несоответствие между устной речью и психомоторным развитием. У такого ребенка часто бывает очень свободная и богатая речь, он легко научился читать, а вот моторика отстает. И поэтому трудно даются графические навыки, зависящие от психомоторного развития. Такому ребенку сложно добиться свободного владения рукой и натренироваться для выполнения графических заданий, что зачастую приводит к огорчению, раздражению и очень быстро переходит в ненависть к письму вообще.

• Временной разрыв между скоростью его мысли и письма. Сверходаренный ребенок думает очень быстро. Идеи мгновенно генерируются у него в голове одна за другой – с самого раннего возраста. А вот рука и графические навыки не так развиты и не позволяют ему писать со скоростью собственной мысли. То, что приходит ему в голову, на несколько шагов опережает записанное на бумаге, а это значит, что он вынужден все время мысленно возвращаться назад, чтобы вспомнить то, что необходимо записать, а мысль тем временем стремительно уносится вперед. И он устает и сбивается. А дальше он может впасть в ступор и вообще невзлюбить сам процесс письма, может начать писать нечитаемым почерком или, чтобы выиграть время, писать как слышит, не задумываясь (фонетическим письмом).

В школе обучение письму находится в центре внимания. Скованность графического выражения у таких детей и то, что иногда они пишут ужасно медленно, становятся камнем преткновения и приводят к бесконечным конфликтам между учителями и родителями.

Во Франции, в частности, детям, которые уже до школы бегло читают, часто отказывают в том, чтобы поступить сразу на второй год обучения, ссылаясь именно на сложности с письмом.

Потом, в следующих классах младшей школы, а иногда и в коллеже проблемы с почерком у таких детей часто приводят к несправедливым замечаниям или даже наказаниям от учителей. И в любом случае то, что они пишут медленно и у них плохой почерк, сказывается на школьных результатах. В старших классах и даже на экзаменах мучения с почерком продолжаются: ведь все мы знаем, насколько важно для проверяющего, чтобы работа была читаемой.

Но!

• Не у всех сверходаренных детей проблемы с письменной речью. Некоторые из них, наоборот, пишут с огромным удовольствием, им это в радость. Они охотно пишут стихи, рассказы и повести: эта литературная игра для них – настоящий праздник. Они получают удовлетворение от того, что могут поделиться своими мыслями.

• Очень часто в нежелании ребенка писать виновата школа, где от него ждут, что его письменная речь будет такой же быстрой и свободной, как устная. Тут и начинаются сложности, потому что ребенок теряется от этих учительских ожиданий и чувствует вину от того, что их не оправдывает.

• Хорошо бы не смешивать обучение нескольким навыкам. Например, часто бывает, что урок, который задали на завтра, нужно переписать в классе с доски, чтобы его выучить. И очень вероятно, что сверходаренный ребенок отстанет от остальных и потом это обернется двойным наказанием:

• он не успел списать с доски все, что нужно, и, значит, не выучит урок целиком;

• он получит выговор от учителя еще и за то, что в тетрадь он переписал не все или где-то ошибся.

«Теперь я хорошо понял сложности этих детей, – рассказывает учитель французского, работающий с шестиклассниками. – Сначала я заставлял их все записывать на уроке. И всегда были проблемы. За то время, пока они напишут одну строчку, остальные уже заканчивали. Я уже начинал объяснять, а они все еще писали. Теперь я придумал несколько способов: или я сам делаю ксерокопии к уроку, или назначаю “секретаря” – ученика, который быстро пишет, – чтобы он потом сделал ксерокопию своего конспекта для товарища. Такая система стимулирует взаимопомощь в классе и помогает другим ученикам понять, что эти ребята – не “сверхчеловеки”, что у них тоже есть проблемы. Для контроля знаний мне иногда приходится опрашивать устно ребят, у которых действительно большие сложности с письмом, – так я делаю в начале года. Мне важно убедиться, что у них есть знания по моему предмету, что курс усваивается. А с письмом можно немного и подождать. Я заметил, что, если ты учитываешь их трудности, это их воодушевляет и они сами стараются писать быстрее и понятнее. И постепенно, к концу года, они уже пишут сами, и получается у них куда лучше». ВНИМАНИЕ: СЛОЖНОСТИ С ПИСЬМОМ МОГУТ ОБЪЯСНЯТЬСЯ БОЛЕЕ СЕРЬЕЗНЫМИ ПРОБЛЕМАМИ. Если трудности с письмом выходят на первый план. Если ребенок вымотан до предела, хотя ему нужно еще многое сделать. Если есть ощущение, что неверна сама методика, организация всей его работы. Если сделанные задания выглядят неаккуратно, как черновики, и все перечерканные. Если ребенок на самом деле прилагает усилия, но без видимого результата, если все его школьные результаты выглядят неутешительно именно по этой причине, если вам кажется, что он просто ленится, а он страдает из-за того, что у него не получается улучшить ситуацию… Тогда, возможно, речь идет о расстройстве оптико-пространственного синтеза. Такое расстройство наблюдается более чем у 30 % сверходаренных детей и часто остается незамеченным, потому что причиной этих неудач считают недостаток усердия. И чем раньше такое расстройство будет диагностировано, тем лучше, потому что его можно скорректировать, а вот оставшись незамеченным, оно может привести к очень серьезным проблемам.

► Дислексия и дисграфия.

Дислексия, зачастую сочетающаяся с дисграфией, весьма распространена у сверходаренных детей, особенно у мальчиков. Мы не можем в рамках настоящей книги детально объяснить механизм этих специфических расстройств, но выделим несколько важных фактов.

• Исследования, проведенные среди людей с дислексией (Springer & Deutsh, 2000), свидетельствуют о нетипичном функционировании мозга, а конкретно – сильной активизации правого полушария при работе с языком. Известно также, что многие дислексики – левши и что это же свойство нередко наблюдается у сверходаренных детей. Мы не собираемся делать скоропалительных выводов и обобщений по поводу связи между леворукостью, дислексией и сверходаренностью, но в обработке вербальных сигналов представителями этих трех категорий обнаруживаются общие особенности.

• Дислексию, как и дисграфию, объясняют проблемами с последовательной обработкой информации. Мы уже писали, что сверходаренный ребенок обладает гораздо большими способностями к общей, параллельной ее обработке, чем к последовательной. Когда такой ребенок читает, он видит текст как будто с высоты птичьего полета, воспринимая именно смысл написанного, но декодировать каждый знак последовательно ему сложнее.

• Сверходаренный ребенок оперирует ментальными образами. Он обладает огромной оптико-пространственной памятью. При чтении у него формируются образы, вмещающие сразу несколько слов. И эти образы для него передают смысл прочитанного.

Если вы, например, диктуете ему слово «корабль», то в его голове в качестве ментального представления этого слова активируется не последовательность букв, составляющих это слово: вместо этого он мгновенно представит себе корабль, плывущей по волнам. Этот образ быстро сменится другими дополнительными ассоциациями, связанными с морскими плаваниями, полетом чаек, последними каникулами, проведенными на море, щелканьем ветра в парусах, запахом йода… Поэтому для записи ребенку приходится преобразовать этот свой образ в знаки (буквы), и для него слово при этом лишается всякого символического смысла… так что он снова должен возвращаться назад, чтобы передать образ словом. Кроме того, весьма вероятно, что, хотя ассоциации в его голове следуют одна за другой стремительно, учитель тем временем может продиктовать что-то еще и наш ученик уже за ним не успеет. Даже если он краем уха услышит какое-то слово, фразу, то она не склеится у него с предыдущей фразой или словом, и в результате весь диктант для него окажется бессмыслицей, а с орфографией будет просто катастрофа.

• Смысл для него всегда важнее формы. В любой ситуации сверходаренный ребенок придает огромное значение смыслу того, что он должен записать. А форма, в которую этот смысл должен быть заключен, ему представляется чаще всего неким лишним бесполезным ограничением, из-за которого из смысла уходит самая суть! Если проблема в этом, ребенку можно помочь, познакомив его с каллиграфией, иероглифами и художественной скорописью – ведь это способы превратить письмо в искусство. Процесс письма тогда наполняется смыслом сам по себе, а не как вспомогательное средство для чего-то более важного.

КАК УЧИТЕЛЮ ПОНЯТЬ, ЧТО ПЕРЕД НИМ СВЕРХОДАРЕННЫЙ РЕБЕНОК.

Вот несколько признаков, правда, список этот не претендует на полноту и систематичность, но, если вы их заметили, стоит задуматься, а возможно, и отправить ребенка на психологическое тестирование.

Ищем подход к сверходаренным.

Разработать специальную методику для сверходаренных детей – значит поставить на первое место динамику обучения. Именно с правилами обучения, формой преподнесения знаний возникают у таких детей наибольшие сложности. Сверходаренные дети любопытны и тянутся к новому. Они не могут прямо-таки найти себе места от нетерпения и желания пополнить свои знания. Но не в такой форме, как предлагают в школе. Слишком уж далеки школьные правила от их собственной манеры усвоения информации. А сверходаренных нужно учить, ориентируясь на то, как работает их мозг, как он впитывает знания и организует их. А если не подстраиваться под эти процессы, чаще всего у таких детей что-нибудь да не получится. В этом и состоит ключевая проблема.

Правила обучения.

Разговор о самом процессе обучения вовлечет нас в детальное обсуждение его методик, и нам не уместить его в рамки этой книги. Однако можно наметить основные направления, которые должна учитывать школа, организуя занятия для таких детей.

Очень важно также, чтобы вы, родители, понимали, как облегчить вашему ребенку процесс накопления знаний и как помочь ему встать на путь к школьным успехам,

► Метод глобального охвата.

В школе информацию чаще всего делят на небольшие порции и выдают их последовательно как поезд, состоящий из вагончиков. Каждый «вагончик» проходят отдельно, растягивая процесс изучения надолго. Потом, после долгого освоения «вагончиков» по отдельности и длительного повторения, вагончики наконец сцепляют друг с другом в один поезд. И только тогда становится ясен общий смысл того, что объяснял учитель, и начинается разговор о том, как эти знания использовать. А потом появляется еще один поезд, и учеников поэтапно, последовательно обучают работать с этими новыми знаниями. И таким же образом вводится каждое новое понятие.

Повторение, исчерпывающий детальный анализ каждой крупинки знаний, закрепление и обучение тому, как работать с каждым новым понятием, – методические приемы, безусловно эффективные в отношении большинства учеников. Именно так их и нужно знакомить с теорией и учить использовать новые сведения на практике. Но нашему сверходаренному это не подходит!

• Дробление информации – метод, который совершенно не годится для такого ребенка, и не потому, что он упрямится, а потому, что сам его мозг приспособлен для широкого охвата: чтобы узнать что-то новое, разобраться, усвоить эти сведения и встроить их в общую систему, ему непременно нужно представлять себе общую картину. Он должен понимать ситуацию в целом. Тогда и только тогда он сможет начать разбирать по отдельности каждый фрагмент, из которого это целое составлено (если детализация вообще потребуется).

Осторожно! Этот принцип не имеет никакого отношения к методу глобального чтения, при котором предлагается выучивать слова, а уже потом смотреть, как они устроены. Само по себе чтение по слогам уже пытка для такого ребенка, ведь он не понимает, зачем это вообще нужно, не понимает смысла того, чему его учат. Слово для него – это целое, обладающее смыслом как единый символ, а не цепочка знаков, которые надо расшифровывать, чтобы получились звуки.

Сверходаренному ребенку обязательно нужно заранее объяснить, чему и зачем его будут учить, дать глобальное видение.

Например, на уроке математики нужно целиком показать задачу, которую потребуется решить. А уже потом переходить к разбору действий, необходимых для ее решения.

На истории надо сначала охарактеризовать весь изучаемый период и только потом переходить к хронологии событий, которые привели к этой исторической ситуации.

• Попробуйте это правило и дома – вас удивит, насколько это действенно. Не останавливайтесь на каждом этапе, чтобы убедиться, что ребенок вас понял. Расскажите ему весь свой урок в целом, а может, и больше. Дайте ему возможность охватить взглядом всю информацию в целом. Не тревожьтесь из-за того, что он, возможно, недостаточно точно понял каждое отдельное понятие. Над этим можно будет поработать потом, если для вашей темы это потребуется.

► Сложность.

Когда мы чему-то учим, мы упрощаем. Наша цель – сделать материал понятным как можно большему числу учеников. Это немного напоминает задачи пищевой промышленности: вкус должен быть не слишком резким, запах – не слишком сильным и специфическим – все по усредненному стандарту, и даже рыба квадратная.

В школе все устроено так, чтобы никакие неровности не выпирали, чтобы все было гладенько, не слишком сложно. И каждое новое понятие разжевывается перед тем, как показать, зачем оно вообще нужно.

У сверходаренного ребенка такое упрощение не вызывает никакого интереса, отбивает всякую охоту учиться. Он не втягивается в процесс, а наоборот, из него выключается. Ни ресурсы его мозга, ни его знания не задействуются.

Чрезмерное упрощение на уроках оборачивается у него проблемами с поведением, такими как перевозбуждение, болтовня на уроках, но может вылиться и в более серьезные сложности, например, привести к различным проявлениям агрессии.

ПОТРЕБНОСТЬ В СЛОЖНОСТИ. • Сложность позволяет поддерживать интерес и рабочий настрой учеников. • Сложность активизирует внимание и способность концентрироваться. Сложность позволяет ученикам на самом деле пережить радость от преодоления трудного. А такая радость – отличное средство стимуляции интеллекта. Удовольствие, которое получаешь после тяжелого интеллектуального труда, если со сложной задачей удалось справиться, сродни радости альпиниста, покорившего горную вершину, это настоящее ликование. После такого хочется решать задачи еще и еще. Радость от преодоления трудностей – мощный стимул для прогресса в учебе. • Чем способнее ученик, тем сложнее должна быть задача, от победы над которой он эту радость получит. • Сложность активизирует все ресурсы, которые могут помочь в решении задачи: ученик чувствует, что здесь ему действительно нужно приложить усилия. • Агрессивность порождается фрустрацией, то есть разочарованием от того, что человек не находит занятия своему уму, ему не о чем думать, некуда приложить свои знания и способности. • Сверходаренный ребенок испытывает в этой ситуации такие же фрустрацию и гнев, какие переполняют отстающего в развитии ребенка при столкновении со слишком сложной задачей: ситуация очень быстро становится невыносимой, фрустрация растет и приводит к серьезным поведенческим проблемам, которые многим хорошо знакомы. Предлагать сверходаренному ребенку знания в облегченном, разжеванном виде столь же вредно и чревато последствиями, как ставить перед отстающим в развитии ребенком задачи повышенного уровня сложности. Результат будет таким же: отсутствие мотивации к учебе и поведенческие расстройства.

Внимание: мы не хотим сказать, что такой ребенок с легкостью подстроится под обучение любого уровня сложности и что он от природы обладает достаточными способностями, чтобы волшебным образом решить любую трудную задачу. Но ему необходимо сталкиваться со сложными заданиями, чтобы мобилизовать свои интеллектуальные ресурсы и включиться в учебный процесс.

► Некоторые идеи, почерпнутые у изобретательных учителей.

Метод лестницы, ведущей вниз. Начиная с шестого класса, предлагайте вашим юным ученикам задания для старшеклассников – например, такие, которые обычно дают года за два до окончания школы. Так можно экспериментировать на уроке по любому предмету. Конечно, ребенок не сможет выполнить задание. Но столкновение с трудностями даст несколько позитивных результатов:

• он задаст себе важнейший вопрос: «А почему у меня не получается?»;

• ему придется собрать и пересмотреть все свои знания: «А что вообще-то нужно знать, чтобы решить такую задачу?».

В такой ситуации он будет вынужден мобилизовать все резервы: никакие способности не останутся невостребованными, все пойдет в дело. И мы добьемся своего! Ребенок включится в игру, мы раздразним его любопытство, разбудим в нем желание победить трудности.

Теперь можно переходить к обучению, но двигаться мы будем в направлении, противоположном привычному: какие знания надо иметь, какие действия надо уметь выполнять, чтобы решить эту сложную задачу? Теперь мы спускаемся на уровень ниже и вместе с ребенком выясняем, что для понимания этих понятий нужно знать что-то более простое. Спускаемся еще на одну ступень. И так, потихоньку, спускаясь по лестнице, мы вернемся на первую ступеньку, а потом снова поднимемся наверх.

Читаем учебник с конца. Другой похожий прием – начать читать учебник с конца, то есть начать год с последнего урока из своего курса.

У этих методик есть бесспорное достоинство: они подталкивают учеников к обсуждению задачи между собой. «Слушай, ну ты-то знаешь, как это решать?», «У тебя есть идеи?», «Как думаешь, может, стоит сделать вот так?».

А еще в такой ситуации ребенок начинает задавать вопросы взрослым, например родителям, – о том, как подойти к этой задаче, не знают ли они чего-то, что может помочь. «И как мне это решать?», «Ну ты-то сам знаешь, как тут быть?» И то, что вопросы исходят именно от ребенка, полностью меняет его отношение к знаниям взрослых. Родитель мгновенно превращается в возможного партнера, члена команды, почти единомышленника, ведь он может помочь ребенку добиться своего. Взрослый в такой ситуации не навязывает ребенку какую-то скучную учебу, теперь это человек, с которым можно вместе подумать, как лучше прийти к общей цели. Может так получиться, что задача окажется сложной и для родителя тоже, и тогда ребенку будет еще интереснее: теперь вы ищете решение вдвоем. В вашей команде больше нет «того, кто все знает», и «того, кто еще не в курсе». Теперь оба – на равных, вы работаете над задачей вместе.

Домашние занятия. Такой способ обучения может оказаться очень сильным стимулом для ребенка (и для вас тоже, если вы включитесь в игру). Родители, не бойтесь чего-то не знать! Не бойтесь выглядеть смешным в глазах своего ребенка потому, что вам тоже сложно! Наоборот, ребенок будет вас только больше уважать за то, что вы честно в этом признаётесь. Для него это означает, что можно чего-то не знать, это не стыдно и, если ты чего-то не знал, можно в этом разобраться. Только не притворяйтесь, что вы знаете, если это на самом деле не так! Попробуйте, и вы увидите, как благотворно такая совместная работа скажется на ребенке и какое удовольствие получите вы оба.

► Помещать знания в контекст.

Сверходаренный ребенок постоянно устанавливает связи, выстраивает ассоциации между любыми знаниями, которые получает, и всем, что он знал до этого. Это и есть его способ усваивать новое и придавать смысл недавно впитанной информации.

В школе же знания по каждому предмету оторваны от контекста и разные дисциплины, которым учат детей, не соединяются между собой.

А ведь вполне можно было бы, например, когда проходят каких-то авторов по литературе, на истории обсудить тот период, когда они жили, чтобы можно было понять их судьбы в историческом контексте, а на обществознании одновременно поговорить об устройстве общества в ту эпоху. Или упомянуть, что греческий философ, которого мы сейчас «проходим», был современником Пифагора и, следовательно, его теорем. Или возьмем теорию Дарвина: она ведь воспринимается совсем иначе, если не представлять себе соответствующего исторического периода, идей, которые владели умами, и представлений о физиологии, существовавших в то время.

Домашние занятия. Такую контекстуализацию знаний, которая поможет вашему ребенку, вы можете обеспечить и сами. Помогите ему увидеть новые знания в перспективе, расширьте горизонты. Вглядывайтесь, ищите, изучайте (теперь, когда под рукой интернет, это все проще), встраивайте каждую порцию информации в контекст. Это и полезно, и интересно. И так легче запомнить новое надолго, так как знания, помещенные в контекст, усваиваются более глубоко.

► Смысл и цели обучения.

Зачем это вообще нужно? Какая от этого польза? Зачем это нужно мне? Если человек знает ответы на эти вопросы, значит, он втянулся в процесс обучения и стремится узнавать новое.

Сверходаренному ребенку необходимо понимать, зачем ему изучать те или иные вещи. Польза от того, что проходят в школе, ему неочевидна. Не очень понятно, когда и зачем это может ему пригодиться. Но, как мы уже подчеркивали, такой ребенок просто не может ничего делать, если смысл этих действий не определен четко и ясно. Если остальные ученики могут согласиться выполнять задания просто потому, что «в школе так сказали», этот ребенок не готов подчиняться школьным правилам, если ему не разъяснили, зачем все это нужно.

«Я считаю, что уроки французского у нас совершенно идиотские. Ну зачем мне разбираться, что хотел сказать автор в этом тексте? Ведь главное – это уметь правильно выражать свои мысли, хорошо писать. А что там думал автор, когда сочинял свой текст, мы все равно никогда не узнаем, значит, это в любом случае выдумки!». «Честно говоря, история – дурацкий предмет. Зачем, спрашивается, мне знать, что Наполеон выиграл эту битву? Это никак не влияет на мою жизнь! И совершенно не поможет мне стать инженером!». «Зачем учить эти теоремы, если задачу можно решить другим способом? Глупо же зубрить все наизусть, мне это абсолютно неинтересно, и я вообще не пойму, зачем это делать!».

Или, что еще страшней, они начинают задавать вопросы, собственно, по сути дела!

«А почему задачу надо решать именно через эту теорему? Может, есть другие способы, например другая теорема, которая подходит не хуже?». «А почему вы говорите, что рисовать нужно именно в такой технике? Ведь, наверное, можно придумать какую-то другую? Ведь ту, что вы нам предлагаете, тоже кто-то придумал? И что с того, что мне всего тринадцать, разве я не могу сам изобрести новую?».

Этот список можно продолжать долго. Он говорит о настойчивом интересе к тому, зачем вообще нужно школьное образование, и, в частности, о том, что оно может дать сверходаренному ребенку.

Проблема взрослых в том, что они рассматривают школу как данность, нечто непререкаемое, учиться в школе для нас – норма, и если там именно такая программа – значит, нужно подстроиться. Но то, что нам представляется очевидным, совсем не кажется таковым сверходаренным детям.

Для сверходаренного ребенка все на свете, действительно абсолютно все, без исключения, должно быть наделено смыслом, причем этот смысл должен формулироваться четко и ясно. И в первую очередь таким смыслом должна быть наделена школа и то, что там делают, так как ходить туда обязательно и дети проводят там большую часть своего времени.

Очень важно иметь это в виду, если мы хотим помочь таким детям принять школьные правила и приспособиться к ним. Нужно найти время, чтобы объяснить им, зачем нужна та или иная дисциплина, какая от нее польза, как она может послужить лично им; показать, что эти занятия вовсе не пустая трата времени, а совсем наоборот. Это ценнейшее приобретение, которое потом поможет выиграть многие часы в противостоянии с заданиями, которые потребуется выполнить.

Главное – никогда не отвечать: «Просто потому, что так надо». Это может полностью парализовать желание ребенка вкладывать силы в учебу и грозит обернуться конфликтом между вами.

Если вы не знаете, что ответить на эти вопросы – а это, честно говоря, не так просто, – лучше сказать ребенку, что вам нужно подумать, что, скорее всего, смысл в этих заданиях есть, но если уж его не окажется вовсе, тогда вы с ним попробуете сделать их просто так, вопреки здравому смыслу, только потому, что со сделанными заданиями он будет лучше чувствовать себя в школе. И если уж предложить ребенку все же выполнить задание, после такого разговора ему будет проще на это согласиться, ведь вы тоже признаете, что не обнаружили в задании особого смысла. Так вы становитесь единомышленниками, а это действует.

Только имейте в виду: потребность в понимании смысла распространяется также и на правила поведения в школе. В этом случае ребенок тоже хочет понять, почему ему навязывают определенные нормы. Почему того или иного нельзя делать? И главное – что такого произойдет, если нарушить запрет?

И действительно, ответ «Просто потому что так принято» вашего ребенка никогда не устроит. Такой подход для него абсолютно неприемлем.

Сверходаренный ребенок всегда найдет убедительный довод, чтобы доказать, что действующие правила не работают, что они плохо продуманы и никуда не годятся. Придется объяснять ему, размышлять над этим вместе, а может быть, даже обсудить это вместе с ним с кем-то из учителей или администрации, чтобы помочь ему в этих поисках смысла.

Подведем итоги. • Сверходаренному ребенку необходимо доискиваться до смысла каждого действия. Он не может согласиться с требованиями и заданиями, которые ему навязывают, до тех пор пока не поймет, зачем это нужно. Это не показушная бравада или упрямство. Он просто не умеет иначе. • Говорите с ним, ищите смысл в школьных заданиях и правилах вместе. Ваше общение станет интереснее и полезнее, и, возможно, вам удастся помочь ему втянуться в учебный процесс и принять школьную жизнь.

Мотивация.

«Да ему просто не интересно», «Он делает только то, что хочет», «Как ни старайся его вовлекать, у него никакой мотивации», «Как же сделать, чтобы ему захотелось учиться?».

Это и есть самый главный, ключевой для учебного процесса вопрос. Научить чему бы то ни было, если нет мотивации, невозможно.

В этом сходятся все современные научные исследования: мотивация – один из важнейших факторов, влияющих на успехи в школе. Ребенок, который хочет учиться, работает на максимуме своих способностей, и уже становится не так важно, каковы эти способности.

Мотивация определяет всю познавательную деятельность ученика и управляет ею. А отсутствие мотивации тормозит интеллектуальную деятельность.

Без нее ученик просто не прилагает никаких усилий.

Ищите, придумывайте новые ходы, подстегивайте мотивацию – вот главный способ помочь сверходаренным детям учиться на уровне своих способностей. МЕХАНИЗМ ДЕЙСТВИЯ МОТИВАЦИИ. • Чтобы мотивировать ученика, у него должна быть конкретная задача и ясная цель: чего я хочу добиться? Почему мне надо это сделать, что это даст? • Мотивация – составная часть личных планов человека: это нужно мне, это моя задача, мой план. • Если мы ставим перед собой конкретную цель, стимулируется желание ее реализовать: сначала возникает просто стремление к этой цели, потом настрой для приложения усилий в нужном направлении. • Мотивация помогает выполнить последовательность действий, необходимых, чтобы добиться цели. • Мотивация дает силы, чтобы работать над достижением цели. • Мотивация позволяет не опускать рук, пока не добьешься своего.

Существуют два основных вида мотивации: внешняя и внутренняя.

• Внешняя мотивация – стимулы, которые действуют извне: «Если будешь стараться, получишь хорошие оценки», «Сделай это, чтобы меня порадовать», «Нужно хорошо учиться, чтобы устроиться на хорошую работу», «Чтобы стать инженером, необходим аттестат о среднем образовании», «Если заработаешь 16 на контрольной, я тебе подарю 20 евро».

Внешняя мотивация строится на поощрениях, которые ребенок может получить, если постарается: тут и мнение о нем остальных учеников, его репутация и все остальные вознаграждения, которые ему обещают за хорошую учебу.

• Внутренняя мотивация – потребность, идущая изнутри: «Я доволен, что получил хорошую отметку», «Мне нравится, что я разбираюсь в математике», «Я горжусь собой», «Мне это нравится», «Мне приятно, что я порадовал родителей».

Внутренняя мотивация строится на удовольствии, которое человек сам получает от своей деятельности, на интересе, который он к ней испытывает, на чувстве удовлетворения от успехов.

Действие этого вида мотивации позволяет ребенку не зависеть полностью от школьных знаний и достижений, двигаться своим путем. Она открывает дорогу к собственному развитию и успехам.

Но и для школьных результатов, безусловно, гораздо результативнее внутренняя мотивация. Если она есть, ребенок может найти в себе силы, чтобы хорошо учиться и прилагать необходимые усилия регулярно, не сбавляя темпа.

► Как стимулировать мотивацию у своего ребенка?

Учите радоваться собственным успехам, используйте принцип вовлеченности. Пусть он прилагает усилия не для того, чтобы порадовать вас, чтобы принести из школы хорошие оценки вам – он должен делать это для себя, для собственного удовольствия. Этот подход отличается от известного: «Это же для твоего будущего», «Если ты не постараешься сейчас, то тебе же будет хуже потом», «Все это делается ради тебя: у меня-то уже есть работа». Такие разговоры не сработают с вашим ребенком, в них кроется парадокс: «Я хочу от тебя, чтобы ты старался ради тебя самого». Вроде бы все выглядит хорошо, но, на самом деле, такая формулировка не оставляет ребенку вариантов. Он должен сам ощутить в себе желание постараться и добиться цели. Это должен быть его собственный план.

Повышайте его самооценку. Подбадривайте его, поздравляйте с каждым достижением. Когда мотивация зарождается, ей нужно подкрепление снаружи. Это позитивное подкрепление и есть ваша похвала. Чем сильнее вы проявляете радость от его успехов, тем больше ему будет хотеться добиться чего-то еще. За предыдущим достижением последует новое, если первое было оценено по достоинству. А неудачи, наоборот, затушевывайте: похвала за достижения работает гораздо действеннее, чем подчеркивание промахов.

Предупреждение родителям, которым хочется награждать ребенка за успехи: если награда слишком велика, непропорциональна достижению, ребенок как бы дистанцируется от своих успехов. Ему кажется, что он тут ни при чем, что подарок не имеет отношения к тому, что он сделал. Задумайтесь лишний раз и не забывайте, что лучший подарок для вашего ребенка – общая радость за его победы.

Поддерживайте его веру в собственные знания. Чтобы хотелось чем-то заниматься, нужно верить, что ты хоть немного в этом разбираешься. Если ребенка заранее настраивать, что ничего у него не выйдет, он утратит уверенность в себе, и мотивация даже не включится. Успех нужно организовывать постепенно, не во всем сразу. Чтобы возникла мотивация, нужны успехи, но, чтобы добиться успеха, нужно быть мотивированным. Итак, получается, чтобы процесс пошел, надо, чтобы ребенок уже в чем-то преуспел. Для начала стоит помочь ему с теми дисциплинами, в которых дела у него идут лучше, чтобы уж наверняка получилось. А дальше радость от успехов и ощущение, что он в чем-то силен, помогут ребенку постепенно победить и более трудные для него науки. А если вы сразу адресуете его к той области, с которой у него есть сложности, объясняя, что нет смысла прилагать усилия там, где и так уже все хорошо, вы рискуете совсем отбить у него охоту учиться, «выключить» мотивацию. Нужно, чтобы ему ни в коем случае не приходили в голову идеи вроде: «Все равно мне в этом не разобраться», «В этой науке я полный ноль», «Никогда я эту задачу не решу».

Внимание и концентрация.

Невнимательность и неспособность сосредоточиться – проблема, с которой чаще всего приводят на консультацию к психологу детей и подростков. И когда у ребенка появляются проблемы в школе, среди причин в первую очередь называют именно невнимательность. Это только вершина айсберга, которая заметна родителям.

Часто, хотя и не всегда, невнимательности сопутствует гиперактивность: «Он вообще не способен ни минуты усидеть на одном месте», «Все время вертится», «Ужасно ведет себя в классе», «Не умеет сидеть спокойно».

Но имейте в виду: СДВГ (синдром гиперактивности и дефицита внимания) – это неврологический диагноз, и поставить его может только специалист. У этого расстройства имеются конкретные диагностические признаки, их не следует путать с обычными проблемами концентрации внимания и перевозбуждением, которые встречаются гораздо чаще. Например, такое расстройство, как тревожность, может приводить к гиперактивности, но это не имеет никакого отношения к СДВГ, и корректировать эти состояния нужно по-разному. Для определения наличия или отсутствия СДВГ большое значение имеют также продолжительность такого состояния и возраст, когда возникли эти проблемы.

СВЕРХОДАРЕННОСТЬ И ГИПЕРАКТИВНОСТЬ – КАК ИХ НЕ ПЕРЕПУТАТЬ. Поведение сверходаренного ребенка в классе вполне можно принять за проявление синдрома гиперактивности. Он не может усидеть на месте: ерзает на стуле, раскачивается, может ни с того ни с сего вскочить, роняет на пол свои вещи, громко роется в портфеле. Такие дети болтают без остановки, и заставить их замолчать невозможно. Они сидят, уставившись в одну точку, о чем-то мечтают или глазеют в окно, зевают… Никогда не могут вовремя сдать работу, пропускают задания, на вопрос отвечают, не задумываясь, первое, что взбредет им в голову, никогда не перечитывают свои ответы, прежде чем сдать работу. Условие задачи читают либо не полностью, либо слишком быстро и в итоге отвечают только на некоторые из поставленных вопросов. Начинают говорить без разрешения, перебивают товарищей или говорят с ними одновременно. В портфеле и шкафчике у них всегда беспорядок: все валяется как попало. Листочки с заданиями никогда не кладутся на место, в нужную папку, иногда они просто смяты в комок и затолканы на дно портфеля. Тетради такой ребенок подписывает так, что ничего не понятно, почерк ужасный. Они забывают свои вещи дома и в классе, теряют задания и сделанные работы. Они спорят с каждым вашим словом, протестуют против всех норм и правил.

СДВГ – особое расстройство, которое нужно лечить. Применяются два типа лечения, часто они дополняют друг друга: медикаментозная терапия под контролем врача и нейрофункциональная коррекция. Как правило, ребенку оказывается также психологическая помощь.

► Особенности сверходаренного ребенка – не забывайте о них!

• Его мыслительный процесс не останавливается ни на минуту, порождая бесконечные цепочки ассоциаций, он перескакивает от одной идеи к другой; не додумав до конца одну, уже размышляет над следующей и теряется в закоулках собственных мыслей, думает о нескольких вещах одновременно.

Следствие: рассуждения его могут быть нестройными, он может путаться в них, не уметь отсеять те соображения, что действительно имеют отношение к конкретному вопросу.

• Преобладание глобального охвата информации, а не последовательной ее обработки: сверходаренный ребенок схватывает главное в каждой задаче, но может не обратить внимания на детали, он легко понимает суть, но не умеет разложить решение по полочкам.

Следствие: он использует только часть исходных данных, не прочитывает подробно формулировку задания, у него не получается выполнять действия последовательно.

• Сверходаренному ребенку необходимо, чтобы задания были сложными: только так он может сконцентрировать внимание, только так видит смысл прилагать усилия. Простые задания его обескураживают, он теряет интерес к учебе и находит способы «отвертеться» от выполнения заданий.

Следствие: работает небрежно, отвечает невпопад, делает глупые ошибки по невнимательности.

• Чтобы сверходаренный ребенок старался, для него нужно постоянно находить стимулы: обычной школьной программы недостаточно, чтобы его заинтересовать.

Следствие: ему неинтересны школьные задания, он уделяет им внимание только для виду, он улетает в свои фантазии, или у него проявляются признаки гиперактивности.

• Сверходаренному ребенку трудно втянуться в обычную школьную учебу: он скучает, появляется чрезмерная возбудимость.

Следствие: плохое поведение в классе и гиперактивность.

► Как отличить эти проблемы от дефицита внимания?

• Не следует путать отсутствие мотивации и отсутствие внимания: если ребенку не хватает мотивации, рассеянность проявляется еще до того, как он получит задание. Дело не в том, что он не может сосредоточиться на конкретной задаче, а в том, что ему просто не интересна деятельность, которая ему предлагается.

• Сверходаренному ребенку отнюдь не всегда трудно сосредоточиться: наоборот, если что-то его интересует, он демонстрирует выдающуюся способность к концентрации. Американцы называют это «flow» – «потоковое состояние» – состояние чрезвычайной и очень приятной сосредоточенности. В этом случае вам, наоборот, будет очень трудно отвлечь ребенка от того, чем он занят. Такого никогда не случается с детьми с СДВГ, которые просто не могут сосредоточиться даже на заданиях, которые им интересны.

• Сверходаренный ребенок, как правило, очень активен во всех своих проявлениях. Сверхактивность и в мыслях, и в остальных действиях присуща ему органически. Кстати, часто сверходаренные дети мало спят, поскольку их мозг активен более длительное время, чем у остальных людей.

• Сверходаренный ребенок, как настоящий упрямец, подвергает сомнению общепринятые нормы и правила, а также компетентность учителей, которые все это ему навязывают, но делает он это не из упрямства и желания перечить. Просто он так устроен: это поведение выражает присущую ему потребность во всем доискиваться до смысла. Ему необходимо понимать, как работает все, что его окружает, и почему все устроено именно так. Если внимательно понаблюдать за тем, как он ведет свои постоянные дискуссии, вы не спутаете его с ребенком с СДВГ.

• На уроке сверходаренный ребенок всегда может ответить на внезапный вопрос учителя: «Ну-ка, Мишель, повтори, что я сейчас сказал?» без запинки и сохраняя полную невозмутимость, несмотря на то что он был явно занят рисованием, болтовней с соседом или рылся в портфеле.

► Особенности устройства внимания у сверходаренного ребенка.

Обычно считается, что для сосредоточенности обязательно нужно сидеть спокойно, слушать внимательно, концентрироваться, ни на что не отвлекаться от дела, которым ты сейчас занят. Поэтому на уроке школьникам полагается молчать, слушать учителя и смотреть на него, стараться не двигаться. Так принято, чтобы внимание детей не рассеивалось, чтобы оно было максимально сконцентрировано и им было как можно легче понять и усвоить материал. Дома родители тоже требуют от ребенка заниматься за чисто убранным столом, не доставать больше одного учебника, не слушать музыку во время занятий, вообще поменьше смотреть по сторонам.

Сверходаренный ребенок может одновременно обрабатывать информацию, полученную по нескольким каналам. И в отличие от привычной картины, если убрать раздражители, не имеющие отношения к делу, те, что, казалось бы, не нужны для выполнения поставленной задачи, то в этом случае такой ребенок как раз не сможет сосредоточиться!

Сверходаренные действительно концентрируют внимание, принимая сигналы по нескольким каналам одновременно. И если заставить таких детей «отключиться от ненужных каналов», вместе с ними отключается и вся система! От этого ребенок вообще теряет интерес к делу и погружается в собственные мысли.

К примеру, он может смотреть телевизор, одновременно прислушиваясь к разговору, который вы шепотом ведете на кухне, улыбаться забавной реплике из телефонного разговора сестры – и при этом учить уроки. Чтобы сосредоточиться, сверходаренному ребенку нужно делать несколько дел сразу. Если вы заставляете его сидеть спокойно, он просто не может слушать.

Поймите, что у него действительно именно такой способ концентрировать внимание, хотя вам может быть трудно в это поверить.

«Ну как у него может что-то получиться? – вопрошает мать, уставшая от ежедневных сражений над домашними заданиями. – Он и двух минут не просидит спокойно, включает музыку, постоянно отвлекается. Представьте себе: отвечает мне выученный урок и одновременно скачет на кровати! Я просто больше так не могу!».

И правда, это трудно выносить, но он делает это не из вредности, не для того, чтобы потрепать вам нервы, не для того, чтобы вас позлить. Так устроены его механизмы концентрации. И он ничего не может с этим поделать, как, впрочем, и вы.

► Роль эмоций в концентрации внимания.

Важнейшее значение эмоциональной составляющей. Слушая некоторых взрослых, такой ребенок будет внимателен и сосредоточен, а с другими все оказывается иначе. Все зависит от того, как он относится к этому человеку. С учителем, чьи методы и манера себя держать ему нравятся, – словом, с человеком, который ему нравится, он будет отлично концентрироваться. На самом деле, и его мотивация, и усилия, которые он готов приложить, чтобы вести себя тихо, напрямую связаны с тем, хочется ли ему сделать приятное этому учителю. Вот и все. Удивительно, что этот механизм совершенно не зависит от возраста ученика: он работает одинаково, что у дошкольников, что в выпускном классе.

Любопытная деталь, известная из обсуждений на педсоветах: у разных учителей может быть очень разное мнение о таком ребенке. Для одних он – несносный и неуправляемый, а с другими – внимателен, заинтересован и собран. И все это никак не связано с изучаемой дисциплиной. Отношение ребенка к предмету не влияет на его отношение к преподавателю.

Если ребенок чувствует, что его принимают, любят и ценят. Со сверходаренными детьми лучше всего работает положительное подкрепление, они ведь не очень-то трепещут перед авторитетом учителя и не слишком боятся наказания. Учитель, который, не одергивая, позволяет такому ученику проявить свои знания, интересуется ходом его мысли, учитель, который предложит ему высказать свои соображения и подтолкнет к дальнейшей работе да и просто не забудет лишний раз его похвалить, добьется от него внимания к своим урокам, вполне приемлемого, даже по школьным меркам.

Подведем итоги. • Между поведением детей с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) и сверходаренных есть некоторое сходство. • Диагностировать СДВГ может только специалист: для этого существуют совершенно четкие критерии. • Необдуманно вешать на ребенка ярлык СДВГ крайне опасно: понимание его поведения будет ошибочным, и вся работа с ним пойдет по ложному пути, это может привести к тяжелым последствиям для его развития и всего его будущего. • Нужно смириться со «странностями» устройства внимания у сверходаренного ребенка: чтобы внимательно слушать и концентрироваться, ему необходимо делать несколько дел сразу. • Эмоциональная составляющая всегда играет важную роль в поведении сверходаренного ребенка и в том, как работает его внимание. • И наконец… бывают сверходаренные дети с СДВГ. В этом случае ребенку, конечно, требуется помощь врача, чтобы дать ему возможность реализовать свои способности и успешно развиваться.

Какой должна быть школа для таких детей?

Сегодня подавляющее большинство школ, предлагающих альтернативные педагогические методики для работы со сверходаренными детьми, – это школы частные, а не государственные[7].

Среди таких школ можно выделить несколько разных типов.

• Специализированные школы, в которые принимают только сверходаренных. По этому пути идут семьи, где у ребенка серьезные проблемы с обычным школьным образованием.

• Школы, где открывают специальные классы для сверходаренных – в них эти дети учатся отдельно от остальных. Обычно такие классы формируются в начале средней школы (коллежа). В начальной или старшей школе их можно найти очень редко.

• Школы интегративного типа, где сверходаренные учатся в одном классе с остальными детьми и где составлена своя специализированная долговременная программа обучения (начиная с младших классов и заканчивая выпускным).

На сегодня опыт работы интегративных школ представляется самым позитивным – такой тип обучения лучше всего соответствует и задачам школы, и потребностям сверходаренных детей как в интеллектуальном, так и в эмоциональном плане.

Ключевые педагогические принципы интегративных школ.

► Понимать и признавать, что дети разные.

В начале года устраивается встреча со всеми сверходаренными учениками. С ними ведется постоянный диалог: педагоги выясняют, какие у них есть вопросы, просьбы, проблемы, какие идеи и инициативы. Учителя выслушивают все это и в дальнейшем принимают к сведению.

Педагогов информируют о том, что в их классах есть сверходаренные ученики, и всем известно, кто это, в том числе их одноклассникам. Остальным их представляют как учеников, которые могут быть очень сильными, но в то же время могут нуждаться в помощи и поддержке, чтобы справиться со школьными заданиями. Таким образом их встраивают в коллектив, и другие ученики принимают их и признают наравне со всеми остальными.

► Уровни знаний.

В таких школах практикуется синхронизация расписаний, чтобы ученики могли выбрать курс, соответствующий их уровню знаний. Например, ученик шестого класса, более сильный в математике, может ходить на уроки в следующем классе вместо своих. Таким образом, каждый записан в класс со своими ровесниками, но посещает уроки, соответствующие его уровню. Такое обучение с привязкой к индивидуальному уровню позволяет также учесть разницу в знаниях одного и того же ученика по разным предметам.

• Факультативные курсы по предметам из школьной программы. Например, курс математики, где рассказывают о таких ее приложениях, которые в школе не проходят, или курс другой математики.

• Специализированные семинары для сверходаренных детей, на которых у них будет возможность встретиться и пообщаться с другими ребятами, у которых мозг устроен так же, как у них. Например, семинар по философии, научные эксперименты или конструирование, рисование, китайский язык, шахматы и пр.

• Занятия по навыкам обучения, по метаобучению, где учат учиться. На этих занятиях можно обсудить, как люди учатся и какие есть способы усваивать новое, разбираться в чем-то, рассуждать. Эти метакогнитивные рассуждения подтолкнут ребят к тому, чтобы осознать, как идет процесс усвоения у них самих, облечь эти механизмы в слова. А учителям это поможет лучше понять особенности работы мысли у сверходаренных детей.

• Знакомство учеников с материалом, который нужно знать для сдачи выпускного экзамена или на итоговых экзаменах по каждому школьному предмету, – чтобы осваивать знания и навыки в обратном порядке, исходя из того, что понадобится, чтобы справиться с конкретными будущими задачами. Так происходит контекстуализация обучения и задается достаточный уровень сложности, чтобы этим ученикам не было скучно.

• Мотивация через «вознаграждение» за труд. Давая домашнее задание или контрольную, учитель внятно обозначает шкалу оценок. Например, сколько баллов полагается за каждое упражнение. И ученик самостоятельно решает, что ему сделать в первую очередь, над чем потом еще подумать, а что отложить напоследок. Он знает, зачем он старается, что ему это даст.

• Состязание среди сверходаренных. Каждый ученик берет на себя обязательства в той области, в которой считает себя сильным. Это может быть какой-то из школьных предметов или вообще что-то другое. Например: «Если я хорошо знаю английский, беру на себя обязательства по английскому». Но это могут быть и занятия музыкой, и обязательство получить минимум замечаний или хорошие оценки – например, не получать оценок ниже 10. Цель такого состязания – подхлестнуть мотивацию, увеличить радость от потраченных усилий, причем именно в тех областях, где эти усилия с наибольшей вероятностью приведут к реальным успехам. Таким образом, знания становятся предметом гордости и поводом для поощрения, а у ребенка появляется азарт к преодолению новых рубежей.

Это далеко не полный перечень возможных методов работы со сверходаренными, но, используя уже эти возможности и приспосабливая их к конкретной ситуации, можно нащупать что-то действенное, придумать подходящую педагогическую стратегию.

Главное – это чтобы учителя в принципе были готовы менять свои преподавательские привычки, думать о других подходах, не опасались нового и не боялись сделать ошибку.

Преимущество подобной интегративной школы в том, что она постоянно находится в развитии, динамично подстраивает педагогические навыки к особенностям и потребностям учеников, которые учителя по ходу работы стараются уточнить и лучше понять.

Альтернативные решения.

► Перескочить через класс.

Перескочить через класс – зачастую единственное решение, которое может предложить школа для того, чтобы помочь сверходаренному ребенку. Это альтернатива, на которую в большинстве случаев следует согласиться, чтобы ребенок лучше себя чувствовал.

В том, чтобы перейти в класс на год старше, есть ряд плюсов: учиться там сложнее, у ребенка есть шанс обрести интерес к учебе и включиться в учебный процесс. Так он может действительно узнать что-то новое, поскольку, учась со своими ровесниками, такой ребенок часто получает только уже известную ему информацию. Кроме того, в новом классе он может найти себе приятелей: ребята там старше, и с ними ему будет проще найти общие интересы.

Однако перешагнуть через класс не всегда просто. Педагоги, возможно, приведут вам целый список причин, почему для вашего ребенка это может не оказаться полезным.

«Психологическая незрелость». «Он еще маленький, ему будет трудно со старшими». Услышав этот аргумент, поневоле задумаешься. Он будет сбивать вас с толку и лишать уверенности, поскольку вы, совершенно естественно, не хотите мешать нормальному психологическому развитию своего ребенка. Но действительно ли дела обстоят именно так? Часто за незрелость принимают чувствительность. Да, сверходаренный ребенок очень чувствителен, и его эмоциональные реакции зачастую обострены, что можно ошибочно принять за эмоциональную незрелость. Но всегда ли зрелость означает способность дистанцироваться от собственных чувств, обладать «эмоциональной автономностью» (подобно взрослым)?

Бесспорно одно: сколько бы ни было лет вашему сверходаренному ребенку, эмоции всегда будут играть важную роль в его жизни и в работе его мозга, и он будет обостренно реагировать на эмоциональную составляющую в любой ситуации. Но является ли эта особенность незрелостью или это просто гипервосприимчивость, которую можно считать, скорее наоборот, преждевременным взрослением? Подобная чуткость – неотъемлемая черта его личности, и она будет сопровождать его всю жизнь. Но тогда получается, что он никогда не будет достаточно «психологически зрелым», чтобы перейти в следующий класс?

Вот некоторые другие формы, в которых может выступать аргумент о «психологической незрелости»: «Ему еще хочется поиграть», «Там слишком большая нагрузка», «У них слишком много уроков каждый день», «Он не сможет так надолго сосредоточиться».

Но никто не собирается лишать вашего ребенка детства или взгромождать на него невыносимую нагрузку. Просто в этом вопросе тоже нужно учитывать принятую в школе стандартизацию.

• Когда сверходаренный ребенок напрягает свой интеллект, занимаясь чем-то, что ему интересно, он не лишается возможности поиграть, наоборот, он таким образом расслабляется.

• Если такой ребенок мотивирован, если у него есть стимул к работе, он справляется с ней быстрее остальных: времени поиграть у него всегда останется больше, чем у его товарищей.

• Порог утомляемости у вашего ребенка гораздо выше, чем у его ровесников. Это значит, что он гораздо более работоспособен, а устает медленнее, чем большинство других детей, даже если они старше него. Также замечено, что у таких детей меньше потребность во сне. Так что они вполне могут справляться с повышенной нагрузкой. Повторим это еще раз: сверходаренный ребенок отличается от других уже по своей физиологии, и в его случае не стоит ориентироваться на типовые нормы биологического развития.

«Он недостаточно подготовлен», «Они уже прошли многие темы, которых он не знает». Не забывайте, что вашему ребенку в школе нужно не просто получить знания, но и привыкнуть учиться, научиться этому. А если он не может заниматься тем, что ему предлагают, он этих знаний никогда не приобретет, они не уложатся у него в голове. Зато, если ему будет достаточно сложно, задача подстегнет его интерес и включится мотивация, он очень быстро восполнит все имеющиеся пробелы в знаниях.

Цель перешагивания через класс не в том, чтобы любой ценой ускорить процесс обучения – зачем бы это могло понадобиться? – а в том, чтобы ребенок учился в подходящем ему коллективе и сложность материала соответствовала его уровню знаний. Ведь только в этом случае он будет испытывать радость от того, что он заставляет потрудиться свой мозг, и ему будет обеспечено успешное школьное будущее.

► Домашнее обучение.

Часто родители, разочарованные непониманием со стороны школы или просто тем, что им не удается подобрать школу, подходящую для их ребенка, принимают решение о заочном образовании[8]. Чтобы получить разрешение на такое обучение, нужно иметь медицинские документы, объясняющие, почему ребенок освобождается от обучения в школе. Из своей школы ребенок, следовательно, уходит. Нужно понимать, что Центр заочного образования – это не факультативная форма обучения, не дополнительные занятия или какие-то курсы, которые помогут компенсировать то, чего ребенку не хватает в школе. Это цельная образовательная программа, предполагающая, что ученик уходит из школы на весь учебный год. И, следовательно, именно педагоги Центра заочного обучения будут принимать решение о том, переводить ли ученика в следующий класс.

На заочное обучение стоит переходить только в крайнем случае, если ребенок действительно совершенно не может адаптироваться к школьной системе. Такое решение должен принимать только специалист по детской психологии (возрастной психолог, педопсихиатр) в том случае, если этого требуют интересы ребенка. Не нужно забывать, что центр заочного обучения не альтернатива школе, а учреждение, созданное для детей с проблемами здоровья. Домашнее обучение не гарантирует ребенку достаточных стимулов, чтобы подогревать его интеллектуальную деятельность, к тому же он оказывается в изоляции. Это может оказать негативное воздействие на будущее вашего ребенка.

Единственное преимущество заочного обучения в том, что ребенок может двигаться вперед в своем ритме. Если он освоит программу за полгода, то автоматически перейдет на следующий уровень.

Подведем итоги. • Если это возможно, выбирайте школу, соответствующую особенностям своего ребенка. Не ищите идеальную школу: таких пока не существует. • Некоторые проблемы можно решить, перешагнув через класс. • На заочное обучение стоит переходить только в самых сложных случаях: если возникли тяжелые психологические проблемы или полная несовместимость со школьной системой. • В любом случае нужно выбирать такую школу, где возможен диалог и взаимопонимание с педагогическим коллективом.

Как помочь вашему ребенку лучше учиться.

Что же дальше? Мы в общих чертах описали, как у таких детей работает мозг, как они усваивают новое, но что можно сделать, чтобы улучшить их школьные результаты?

• Оптимизировать его интеллектуальную деятельность, чтобы она помогала ему добиться успехов в школе: попробовать разобраться в том, как он мыслит, а потом обсудить с самим ребенком, как он может использовать эти способности на уроках.

• Улучшить его знания по школьным предметам. Если он силен в какой-нибудь школьной дисциплине, помогите ему разобраться, как он добивается этих достижений. Какую стратегию использует? Какие знания идут в дело? Ваша задача – понять, как он добился успеха в чем-то одном, чтобы перенести это на другие науки, где успехов пока меньше.

• Давайте ему возможность приспособиться: не спешите советовать ему, как лучше разобраться и запомнить урок, пусть учит так, как ему удобнее. Дайте ему подготовиться так, как ему проще. После этого он охотнее согласится выполнить задание по тем правилам, которым учат в школе.

• Заучивание наизусть: в школе все еще иногда задают вызубрить урок наизусть. Идея в том, что знания, выученные наизусть, потом легко выуживаются из памяти для ответа на уроке и когда они понадобятся для понимания дальнейшего материала. Эта форма обучения непонятна сверходаренному ребенку и невыносима для него. Для него важно понять и усвоить новое, а форма, в которой это новое подается, для них никак не связана с его сутью. Если вы хотите помочь ему подготовиться к уроку наилучшим образом, посоветуйте ему пересказать материал своими словами – так, как он сам его понимает, – и выучить свои собственные формулировки. На это он согласится охотнее.

• Подбадривайте его, хвалите за успехи, показывайте, как вы за него рады и как вы им гордитесь. Сверходаренный ребенок нуждается в похвале, как цветок – в регулярной поливке. Без нее он сохнет и вскоре увядает. Похвала нужна ему, чтобы почувствовать уверенность, расправить крылья и вложить душу в свои занятия. Похвала никогда не будет для него лишней – это лучшее горючее. Каждое доброе слово для такого ребенка – дополнительная возможность сделать шаг вперед. От сверходаренных мало чего можно добиться при помощи наказаний, а вот к комплиментам и восторгам они крайне чувствительны. И «перехвалить» их нельзя: они не задерут нос, потому что слишком хорошо чувствуют настоящие реакции окружающих и критически смотрят на самих себя. А вот слишком суровое отношение к ним может иметь печальные последствия и для их учебы, и для отношения к себе в целом, не забывайте об этом. Главное – так приятно видеть своего ребенка счастливым!

• Если хотите, чтобы он хорошо учился в школе, как можно меньше говорите с ним на эту тему. Есть семьи, где школа – чуть ли не единственная тема для общения с ребенком. Родители просто не знают, о чем кроме этого с ним поговорить. Все свободное время посвящается школьным заданиям и конфликтам, которые из-за них возникают. И когда у ребенка проблемы в школе, родители воспринимают его только под этим углом зрения. Все остальные его знания и умения, вне школьной программы, для них несущественны, или о них вовсе забывают. Его перестают хвалить: остаются одни претензии и укоры. Самое ужасное, что может быть, – это отождествлять представление о своем ребенке с его успехами в школе. А ведь родители очень к этому склонны! «Ты же просто бездельник!», «Ну что мне с тобой делать?», «Вырастешь никчемным человеком!», «Ничего не добьешься в жизни!» – все эти привычные фразы абсолютно не улучшают ситуацию, сильно ранят ребенка и заводят в тупик ваши с ним отношения. Хвалите его за те достижения, которые у него есть, смиритесь с тем, что школа не главное в его жизни, говорите с ним на другие темы, и когда-нибудь потом, когда эти знания снова смогут приносить ему радость и вам вместе с ним, вы сможете вернуться к тому, чему учат в школе.

• Признайте право на существование его способа думать: не ругайте его за то, что он усваивает и запоминает материал не так, как вы привыкли. Попросите его объяснить, как работает его система, как он пришел к тому или иному выводу, и когда-нибудь вам удастся убедить его, что методы, которым учат в школе, тоже имеют право на существование и он может ими воспользоваться.

• Выдумывайте, подойдите к процессу творчески, не повторяйте ему избитых истин и правил, попробуйте взглянуть на вещи по-новому, не так, как вам привычно, – тогда и ваш ребенок вместе с вами увидит школьный материал под другим углом зрения.

• Шутите вместе, не бойтесь его иронии и насмешливости, будьте ему приятелем и единомышленником. Если его смешат привычки и навязчивые идеи какого-то учителя, предложите ему изобразить его, посмейтесь вместе, попробуйте сами спародировать его манеру. Потом вам будет проще вдвоем придумать, как выполнить требования этого учителя.

• Не вставайте всегда на сторону школы: «Если тебе поставили двойку, значит, заслужил», «Получил замечание – уж наверное, за дело». Конечно, нужно учить ребенка уважению к школе и к учителям, но в первую очередь вы должны доверять ему самому.

• «Он совершенно не хочет работать!» Возможно, материал для него недостаточно сложный. Или форма, в которой он подается, не способствует тому, чтобы он напрягал мозги и радовался этим усилиям. Удовольствие от решения задачи и гордость от того, что разбираешься в каком-то предмете, появляются, только если задача достаточно сложна и соответствует твоему уровню знаний. Радость победы ощущается лишь после преодоления реальных трудностей. Чтобы привить вкус к работе, нужно сначала дать ему порадоваться успехам в том, в чем он силен. Скажем, если ребенку нравится биология, предложите ему сделать научную работу в этой области. Тут он будет рад постараться, и радость от успеха придаст ему сил, чтобы взяться и за другие дела, менее для него привлекательные.

• «Ему в школе неинтересно!», «Полное отсутствие мотивации». Возможно, так оно и есть. Попробуйте понять, что именно ему неинтересно или неприятно. Фразу «Терпеть не могу труд» мальчик Тео расшифровал для нас так: «Учительница по труду просто дура, а то, что там надо делать, мне в общем нравится». Когда вы разберетесь, ваш взгляд на отсутствие у ребенка мотивации сильно изменится. И появятся новые идеи о том, как эту мотивацию вернуть.

• Не слишком рассчитывайте на его самостоятельность. О сверходаренных детях часто ошибочно полагают, что они могут работать самостоятельно. Но это не так! Самостоятельность в учебе возможна, если ребенок умеет учиться, освоил необходимые навыки. Это совсем не то же самое, что высокий уровень интеллекта. Сверходаренному ребенку трудно самому справиться с заданиями, которые задают в школе. Например, просьба сделать доклад о Древнем Египте, поскольку он интересуется той эпохой и много об этом знает, поставит его в тупик. Сверходаренный на самом деле не умеет выстраивать свои знания так, чтобы представлять их в приемлемой для школы форме. Ему нужно помочь, объяснив, что именно и как вы просите его сделать. Дать в качестве образца план доклада, объяснить его структуру, тогда он сможет самостоятельно «заполнить нужные графы».

• «Он вообще не умеет работать!» – скорее всего, так и есть. Потому что, как правило, никто его этому не учит, а сам он вообще не знает, что тут есть что-то, чему надо учиться. Он просто знает некоторые вещи и все. А теперь оказывается, что цель не просто знать, а работать, добиваться прогресса, а вот этого-то он и не умеет. Очень важно разграничить эти области: знания и умение работать. Как только это разграничение будет сделано и вы примете его как реальность, не зависящую от нашего выбора, вы уже сможете искать способ помочь ему научиться, потому что именно умение учиться теперь становится искомым знанием. И при таком взгляде на вещи вам будет проще убедить вашего ребенка вооружиться этим новым знанием. Скорее всего, вам придется прибегнуть к помощи опытного педагога, потому что весьма редко родитель воспринимается как человек, который может справиться с таким сложным делом (это с точки зрения ребенка, само собой разумеется).