ГЛАВА 11.

Волею судеб заняв место капитана гарнизона родового замка баронов Орианг, К'ирсан взвалил на себя тяжкое бремя, постоянно разрываясь между обязанностями командира и занятиями чародейством. И только помощь Терна, на плечах которого лежали основные заботы о солдатах, не давала задохнуться под валом проблем. Порой Кайфат даже испытывал чувство неловкости перед сержантом, вся жизнь которого шла кувырком, но тот все равно поддерживал друга.

Впрочем, даже такой изматывающий ритм не мог лишить капитана ощущения детского восторга всякий раз, как его задумки обретали выверенные формы магических заклинаний. Странное это чувство, вряд ли понятное человеку, работающему без души, выполняющему тягостную повинность.

Последние дни капитан занимался совершенно безумной проблемой, соединяя в единое целое явь и сон. Однажды, еще в его бытность легионером, Кайфату пригрезилось, как ему пришлось с мечом в руках отбиваться от порождений Мрака. Совершенство клинка потрясало воображение, с тех пор никакое другое оружие больше не могло соперничать с утраченным совершенством. И теперь К'ирсан решил облечь плотью творение из Астрала или вдохнуть жизнь в смертоносного красавца, подаренного королем Зелода — это смотря с какой стороны посмотреть.

— Крепче держи, бестолочь! — в который уже раз заорал на Гхола Кайфат, проклиная тот день, когда решил привлечь к работе гоблина.

Маленький ург, облаченный в кожаный фартук и здоровенные рукавицы, крепко держал на вытянутых руках меч хозяина. По клинку то и дело с шипением пробегали зеленые искры, на плиты пола изредка срывались дымящиеся капли черного цвета.

— Постарайся не трясти, совсем немного осталось, — сквозь зубы прошипел К'ирсан, вырисовывая кисточкой прямо на клинке золотистую вязь заклинания.

Понимая, что второй возможности у него не будет, начинающий маг в своем чародействе соединил множество до того разрозненных элементов. Не были забыты когда-то давно подсмотренная хитрая связка с каменной дубинки тарков, плетение из браслета Гхола, собирающее разлитую в пространстве Силу, и множество других элементов, показавшихся Кайфату необходимым довеском к свойствам меча. И все эти магические конструкции он спаял своим Истинным именем, желая, чтобы клинок признавал лишь одного хозяина. Теперь осталось выяснить, сработает ли задумка?

Другая идея, уже воплощенная К'ирсаном в жизнь, оказалась успешной и доказала свою полезность. Чародея и его помощника накрывал силовой купол, не выпускающий за пределы вычерченных линий даже отголоски творимой волшбы. По стенкам защитного пузыря снизу вверх то и дело проскакивали темно-голубые искры, пробегали волны ряби.

— Ладно, теперь к главному можно переходить, — нервно облизав губы, предупредил урга Кайфат. — Начнешь за мной со второго прохода, ясно?

В ответ Гхол лишь испуганно моргнул, боясь пошевелиться, а К'ирсан уже забыл о слуге. Протянув руку, он начал медленно водить ладонью над мечом, едва слышно произнося слова заклинаний. Вскоре в колдовском речитативе появились нечеловеческие, демонические нотки, повторяющие интонации Шипящего. С каждым ударом сердца голос мага креп, набирал силу, и вскоре Кайфат уже кричал, а с его ладони срывались потоки зеленого света, будто наполняя клинок. Так продолжалось несколько минут, пока К'ирсан внезапно не замолчал, резко отдернув руку от оружия. Осторожно пошевелив пальцами, чародей едва заметно кивнул гоблину и вновь начал творить заклинание с самого начала, но теперь колдовские слова звучали на два голоса…

Прочитав заклинание еще раз, К'ирсан осторожно сел на пол, скрестив ноги, и потянулся сознанием к Астралу. Создав мост между магической и обычной реальностями, Кайфат неожиданно получил возможность творить волшбу, присущую миру духов и иных бестелесных сущностей. Кое-что ему подсказал Гхол, но до многого капитан дошел сам. Вызвав в памяти образ астрального меча, заставив себя ощутить его тяжесть, холод металла и шероховатость рукояти, К'ирсан принялся не спеша вытягивать клинок в искривленное колдовством пространство, в ту тень, что отбрасывал на реальность Астрал. И это потребовало таких усилий, что магу начало казаться, будто он тянет гору…

Со стороны творимое Кайфатом действо выглядело просто и незамысловато. Некоторое время капитан просто сидел, чуть разведя руки в стороны и прикрыв глаза, но затем его лицо исказила гримаса, дыхание стало хриплым, кожу покрыла испарина. И почти сразу же, для умеющих видеть, между ладонями капитана возникла дуга разряда. Рукотворная молния быстро набрала силу, приобретя форму полумесяца.

— М-меч, — неожиданно произнес К'ирсан, с трудом разлепив губы.

Гоблин, помня прежние наставления, сделал торопливый шажок и, встав на колени перед хозяином, подал оружие на вытянутых руках. Близость к магии столь высоких порядков страшила маленького урга, но он крепился. Лишь когда Кайфат наклонился в его сторону и наложил поверх клинка колдовскую молнию, так и норовящую вырваться на волю, Гхол зажмурился и закусил от страха губу. Если сосредоточение хозяина вдруг окажется нарушено, то от них обоих останется один пепел!

Как только пальцы К'ирсана коснулись доброй гномьей стали, жгут магической энергии обернулся облаком искр, тут же поглощенных мечом. Сразу же ожили нарисованные руны заклинания, а на самом кончике клинка заиграл золотом сгусток света… Гхол не заметил, когда хозяин вскочил на ноги, подняв над головой руку с оружием. Вроде бы только что сидел на полу, а через секунду уже стоит и выкрикивает слова забытого языка, на котором Древние писали свои заклинания.

Следующее действие Кайфата по-настоящему напугало Гхола. Чародей-самоучка внезапно переложил рукоять в левую руку, а запястьем правой провел по лезвию. Сверху вниз, от крестовины к острию! Темная кровь тоненькой дорожкой побежала по стали, заливая уже гаснущие магические знаки. Над мечом клубился дымок и раздавалось шипение, а где-то на грани слышимости звучал многоголосый речитатив заклинания. Магия крови!

— Все, — облегченно выдохнул К'ирсан и завернул неожиданно чистый меч в белую ткань с темно-красным сложным узором. — Остался один пустяк, но этим мы позже займемся!

Гоблин неуверенно улыбнулся и робко спросил:

— Хозяин, ведь все получилось как надо, да?

Кайфат молча кивнул и, сунув сверток с клинком под мышку, ладонями нарисовал в воздухе сложный узор. В воздухе раздался треск разрываемой материи, и накрывавший их купол пропал…

— Мархузова Бездна!!! — с бешенством выкрикнул К'ирсан, усилием воли приглушая обоняние. — Опять!

В зале стояла невозможная, просто запредельная вонь. Едкий, омерзительный запах, заполонивший башню, мог сравниться лишь с гнилостными испарениями первозданной Тьмы. Скривившийся от омерзения капитан внезапно вспомнил про гоблина и быстро повернулся в его сторону. Маленькому ургу было плохо. Он сидел, скрючившись, на полу, зажимая руками рот и со свистом дыша. Кожа у него приобрела пепельно-серый оттенок, глаза закатились.

— Терпи, малыш! Терпи!! — зарычал Кайфат, хватая Гхола за шкирку и почти выпрыгивая за пределы вычерченных на полу линий.

Едва не вышибив двери, капитан рванул к выходу, волоча за собой ничего не соображающего гоблина. Отметив краешком сознания, что двери в башне раскрыты, а у входа нет стражи, К'ирсан вылетел во двор и усадил Гхола на землю. Тот тут же замычал нечто невнятное и согнулся в приступе жесточайшей рвоты. Брезгливо скривившись, Кайфат зашел к ургу со спины и положил руку ему на голову, посылая волну исцеляющего тепла.

— Командир, что здесь, мархуз задери, творится?! — спросил подбежавший Терн Согнар, прижав к лицу мокрую тряпку. — Да нас барон за такие шуточки четвертует, если раньше остальных обитателей замка поспеет. У тех тоже большой зуб на любителей всей этой колдовской мерзости имеется!

— Все так серьезно? — равнодушно поинтересовался К'ирсан, пробуя принюхаться. Снаружи пахло почти терпимо.

— Ну не то чтобы очень, воняет-то в основном здесь, но… — сообщил сержант и покачал головой. — Солдаты говорят, что вчера, пока меня не было, от башни тоже начинало… хм, пахнуть… да не так ужасно и совсем недолго, а сегодня часа четыре не прекращалось. Пришлось даже караул убрать!

— Сейчас все выветрится, — задумчиво ответил Кайфат, не отрывая взгляда от начавшего приходить в себя гоблина. — Я тут кое-что сделал, чтобы нас по следам от магии не нашли, да видно где-то ошибся. Как только начинаю с чем-то серьезным работать, так проявляется этот побочный эффект…

Согнар отнял тряпку от лица и с брезгливой гримасой вздохнул:

— Вроде ничего!.. Командир, говоришь, довесок к очередной твоей чародейской придумке?! Ну так знай вдобавок к жуткой вони: в бойницах еще были видны синие и зеленые огни, короткие вспышки…

— В общем, ничего страшного! — бросил Кайфат и с видимым удовольствием погладил завернутый в тряпку меч.

С любопытством покосившись на продолговатый сверток, Терн внезапно понял смысл слов капитана.

— Что?! Ничего страшного?! Да я себе чуть все нутро не выблевал, а ты говоришь… — страшным шепотом заговорил Согнар, но Кайфат прервал его одним движением руки.

— Потерпите — и ты, и все остальные. Это важнее! — холодно ответил К'ирсан и тут же сообщил: — Я к барону. Думаю, надо объяснить происходящее… А ты пока проследи, чтобы с Гхолом ничего не случилось.

Бурчание Терна, что, мол, с зеленым недомерком ничего не случится, Кайфат уже не слышал, быстрым шагом покидая двор…

Поздно вечером, сидя внутри башни, из которой уже выветрилось зловоние, Согнар поинтересовался реакцией барона Орианга на столь необычные последствия исследований. Все еще не отошедший от встряски ург, который теперь сидел на лавке и по-стариковски кутался в плед, мигом навострил уши. Зеленокожий карлик отличался страшным любопытством, особенно если это касалось его любимого Рырги.

— А, — легкомысленно махнул рукой Кайфат, чем вызвал недовольный писк у разлегшегося на его коленях Руала. — Высказал пожелание быть более осторожным с замком его предков…

— Ну да, было бы странно, если бы он накинулся на человека, дважды спасшего ему жизнь, — понятливо кивнул сержант, но тут же язвительно добавил: — Хотя мог и пожурить тебя, командир, посильнее. Пустяк, а вот мне бы приятно стало!

К'ирсан вежливо улыбнулся уголком рта, глядя на внезапно расхохотавшегося друга, но смолчал.

— Так что, с оружием все как надо вышло? Показать не хочешь? — отсмеявшись, попросил Терн. Он быстро обнаружил сверток на столе у стены, и было видно, как у него все просто зудит от желания развернуть и посмотреть.

— Пока все неплохо, но показать нельзя. Рано еще!

Терн демонстративно почесал подбородок и с сожалением сказал:

— Нельзя так нельзя. Я ж понятливый! Ты лучше скажи, как случилось, что наш гоблин без ошейника разгуливает. Тебе удалось-таки его снять?!

— Еще вчера вечером. Я и до этого узлы плетения ослаблял, а вчера сотворил кое-что поэффективней. Чародейство получилось хоть и сложное, но без особенных трат Силы… Ну почти… В общем, Гхол больше не корд, а просто слуга.

— Теперь и платить ему будем… как слуге? — внешне безразлично поинтересовался сержант, и от его вопроса К'ирсан на миг опешил, но тут же расхохотался. В мире несколько постоянных вещей, и одна из них — особое, трепетное отношение Терна к деньгам.

Немного успокоившись, капитан многозначительно улыбнулся, но тут же не сдержался и насмешливо фыркнул. Реакция командира заставила Согнара обиженно надуться, и он принялся бурчать что-то о разумной бережливости и необходимости думать о будущем.

— Ладно, посмеялись, и хватит, — уже другим, привычно жестким тоном сказал К'ирсан. — Нам надо кое-что действительно серьезное обсудить.

Терн сразу же подобрался, точно зверь перед прыжком, и обеспокоенно заметил:

— А… здесь можно?

— Можно… После сегодняшней свистопляски такие помехи остались, что ни одно подслушивающее заклятие не поможет. А Прыгун почует, если кто-то решит нас лично побеспокоить, — заверил друга К'ирсан. — В последние седмицы это единственное по-настоящему безопасное для разговора место.

— Значит, нашему нанимателю ты не слишком-то доверяешь? — заметил Терн с ехидной усмешкой. — Ты настолько веришь в его желание следить за нами?

— Я не верю, я знаю! — сухо сказал К'ирсан, пояснив: — У него полно своих секретов, но и от чужих не откажется. Торговля скелетами из чужих шкафов всегда приносила неплохие барыши. Да и кое-какие магические возмущения около нашей башни подтверждают мою правоту…

— Ого! Не думал, что все так серьезно!

— Да ерунда в общем-то, — отмахнулся К'ирсан. — Ничего нового в нашу жизнь внимание барона не принесет. Одним опасным любопытным больше, одним меньше… Меня другое волнует, — задумчиво сообщил он, поглаживая нос Руала. — Ты не мог бы более подробно рассказать все, что касается того беглеца, любителя лесных засад?

— Слушай, К'ирсан, я же тебе уже все рассказывал две с лишним седмицы назад! — попытался возразить Согнар, но Кайфат был непреклонен.

— Давай, давай. От тебя, кроме криков о сволочном наемнике, который метался едва ли не по всему Союзу городов, вместо того чтобы погибнуть смертью мужчины, добиться не удалось. Хорошо хоть шкатулку привез, порадовал барона! — не скрывая сарказма, кривя рот в неприятной улыбке, заметил К'ирсан.

Терн аж задохнулся от возмущения и тут же возопил:

— Да ты чего, К'ирсан?! Ты ж сам меня сразу же в леса отправил — разбойников искать, которые баронскую деревеньку ограбили, а потом и по остальным селениям велел проехаться. Я ж только сегодня утром вернулся!

— Правильно. Вот только какого мархуза ты тогда в детство играть вздумал?! Я же тебя ясно попросил рассказать о погоне и беглеце! — с яростью зашипел капитан, и от его голоса внезапно побледнел сержант, а гоблин боязливо сжался. — Хм… прости, что-то я увлекся.

К'ирсан попытался загладить оплошность, но его вспышка если и не испугала Терна, то уж точно поторопила.

— А, да ничего особенного. Дней шесть мы играли с ним в догонялки… Я все никак не мог приноровиться к этой твоей коряге: то она туда показывает, то сюда — замотала в дугу! Когда же дело пошло на лад, то он уже засел в одном городишке. Снял комнату в трактире, паскуда такая, и принялся кого-то ждать. Вино хлещет, мясом закусывает… — Воспоминания о недавней погоне разгорячили Терна. Он с готовностью рассказывал о своих ощущениях и азартно при том размахивал руками. — А мне что делать прикажешь?! Прилюдно на негодяя не накинешься, за спиной ведь больше нет королевского легиона, но и ждать до бесконечности нельзя!..

— Ты увидел, кого поджидал наемник? — неожиданно перебил сержанта Кайфат.

— Нет. Я решил о том расспросить его самого, — медленно ответил сержант уже без прежнего воодушевления. — Нанял одного прощелыгу, и вместе с ним забрался ночью в комнату беглеца. Негодяй успел проснуться, ну да я его вовремя приласкал дубинкой. Дальше все просто… Связали, мешок на голову и переулками оттащили этого шустрика в лес. Правда, потом пришлось попотеть: подлец совсем не желал говорить. Кричал, обещал отомстить…

Капитан мрачно кивнул, не обращая внимания на рассказ друга о пытках. Они на войне, а с врагами приходится разговаривать языком жестокости и безжалостности. Осознание этих простых истин избавляет от моральных терзаний, хотя, может, дело в самом К'ирсане? Он безнадежно далеко ушел от мягкого телом и духом иномирянина, и его душа давно уже закована в ледяной панцирь безразличия.

— Что стало с помощником? — уточнил Кайфат, словно речь шла о безликой кукле.

— Он внезапно решил, что ему досталось маловато денег и будет совсем неплохо увеличить его долю. С помощью моего кошелька, разумеется, — с деланым сожалением рассмеялся сержант и сделал вид, что пытается щелкнуть по носу задремавшего Руала, но зверек мгновенно встрепенулся и попытался куснуть обидчика. — Вот, и тот точно так же. Задумал зубы свои ядовитые показать. Пока я с пленником возился, он ножик достал да в спину мне его воткнуть надумал. Пришлось этого хфургова выродка утихомирить…

Как именно успокоил мелкого воришку Согнар, уточнять не требовалось. Тот, кто стремится дотянуть до старости, живого врага за спиной не оставляет.

— Знаешь, что обидно, командир, наемник не рассказал ничего интересного, — подосадовал Терн. — Его нанял какой-то барон, про которого Орианг знал нечто опасное и использовал эти сведения для вымогательства. Солдаты должны были убить грасс Беора и доставить нанимателю шкатулку… Ах да, он еще упомянул про человека, который присутствовал при найме. Говорит, с таким акцентом обычно говорят выходцы с Сардуора!

— Он знал, что было в шкатулке?

— Да нет, не знал. Говорит, ему сказали, будто это какой-то артефакт… — Согнар неопределенно пошевелил рукой и тут же с жадностью спросил: — А ты знаешь, что это за штука?

— Барон Орианг назвал его Кристаллом Чистоты. При изучении творений магии он позволяет видеть некоторые энергетические потоки. Не все, конечно, но и то уже немало. С его помощью можно изучать старые артефакты и создавать новые. Это очень ценная вещь для обычных магов! — снисходительно рассказал К'ирсан. — Барон переполнен желанием увешать своих солдат колдовскими побрякушками, даже сам собирается заняться их созданием.

— А тебе такой предмет не нужен? — очень осторожно поинтересовался Согнар. Дружба дружбой, но некоторых вопросов порой лучше не касаться.

— Нет. Я вполне справляюсь и без него, — с прежним равнодушием сообщил Кайфат и уставился в лицо Терна. — Все сходится к тому, что грасс Беор собирается устроить небольшую войну за власть и теперь копит силы. Вот только очень подозрительные господа с Сардуора мешаются да прочие обиженные…

Неожиданно сержант хлопнул себя по лбу и воскликнул:

— Болван! Только сейчас еще кое-что вспомнил. Наемник упомянул, что тот житель Сардуора сказал барону-нанимателю загадочную фразу. Нечто вроде: «Наместник очень недоволен грасс Беором, и ему следует показать его место»… Мархуз и тысяча демонов, как-то смутно это все помнится! Даже удивительно.

— Наместник… Наместник… Слушай, Терн, а не о правителе ли Земли Наместника шла речь?! — мигом заинтересовался К'ирсан.

— Знаешь, точно не скажу…

— Да ладно, и так все ясно. Похоже, у барона Орианга общее дело с Парсаном Вторым. Молодчики Парсана добывают интересные диковины в Запретных землях, а потом они расходятся по миру через посредников. Деньги здесь просто запредельные, но, видимо, грасс Беор решил перетянуть одеяло на себя или же у него просто возникли проблемы с возвратом долга… — уверенно принялся обрисовывать ситуацию К'ирсан. — Впрочем, в любом случае этот конфликт ничего хорошего нам лично не сулит. Первыми сардуорский князек прислал убийц, а как с ними не вышло, так он затеял игру с недоброжелателями Беора… Ай как нехорошо! Интересно, Нолд знает, что мерзкий извращенец Парсан выжил?

Сержант изумленно уставился на друга.

— Ты что, настолько хорошо знаешь какого-то правителя с другого материка?!

В ответ К'ирсан лишь поморщился и неопределенно бросил:

— Приходилось сталкиваться несколько лет назад… Не самые приятные воспоминания, хотя бывали у меня встречи и похуже.

Терн подождал продолжения, но командир молчал, о чем-то задумавшись. Натура сержанта не терпела неопределенности, и он тут же потребовал:

— Ну а нам-то что теперь делать?! И так кругом одни неприятности, а теперь на шею еще и проблемы нанимателя повесим. Может быть, мы слишком засиделись в Союзе городов и стоит поискать местечко поспокойней?

Вопрос друга заставил К'ирсана нахмуриться. Он неодобрительно покосился на Терна и твердо сказал:

— Рано. Вся эта возня вокруг барона Орианга пока еще не настолько опасна, как ты думаешь. Будем держать ухо востро, а как запахнет кровью, так и уйти можно будет.

— Знаешь, я очень рад, что ты не стал забивать себе голову всей этой чушью о долге и обязательствах. Ты вполне мог вообразить себя чем-то обязанным этому хитрому прощелыге! — с облегчением выдохнул Согнар, подмигнув завозившемуся на коленях у хозяина Прыгуну. — История с Его Величеством королем Гелидом тебя все же научила правильно смотреть на жизнь.

Кайфат ответил неожиданно спокойно, даже не подумав одернуть товарища.

— Вряд ли я забуду о перечисленной тобой «чуши», но случай с грасс Беором несколько иной. Это я могу предъявить счет барону. Он так увлекся своими играми, что решил использовать нас втемную, рискуя нашими жизнями. — К'ирсан усмехнулся и тихо добавил: — Ты прав, служба у короля многому научила, но я не уверен, что эта наука мне нравится!

В разговоре повисла неловкая пауза, и Терн принялся молча проклинать свой длинный язык. Последнее время настроение командира балансировало между отвратительным и ужасным, а потому не стоило устраивать не слишком приятные беседы на тему морали и чести. Для кого-то эти понятия пустой звук, закорючки на бумаге, а для кого-то это нечто серьезное, затрагивающее представление о мире вокруг. Неимоверно тяжело, когда твоя душа оказывается не в ладах с реальной жизнью.

Резкий стук в дверь нарушил молчание. К'ирсан недовольно поморщился, но все же поднялся и пошел открывать. Он мог приказать это сделать Гхолу, затаившемуся на своем месте, или даже Терну, но тогда неизвестного пришлось бы впускать внутрь зала, а этого капитан не хотел. Слишком много здесь его опасных творений, и чужой легко может что-то ненароком испортить.

Снаружи обнаружился запыхавшийся мальчишка-слуга, который протараторил:

— Господин капитан! Грасс Беор приказал передать вам, что гонец к гномам Орлиной гряды отправляется завтра с утра, а вы еще не передали список заказов!

Слова посыльного заставили К'ирсана от души выругаться. За своими магическими опытами и этим мархузовым разговором он совсем забыл об обещании барону.

— Конечно, сейчас дам, — успокоил мальчика капитан и крикнул гоблину: — Гхол, принеси с рабочего стола свиток, он там с краю лежит!

Ожидая, пока зеленокожий карлик выполнит поручение, Кайфат с усмешкой наблюдал, как ребенок, поблескивая глазенками и аж пританцовывая от нетерпения, старается хоть одним глазком заглянуть внутрь зала. Дети любопытны, и возможность прикоснуться к жизни жутковатого, а потому вдвойне притягательного, капитана для них интересней любой игры.

— Вот, хозяин! — подошел ург и подал К'ирсану исписанный свиток.

— Отлично, — кивком поблагодарив гоблина, сказал Кайфат и повернулся к посыльному. — Передай это барону и скажи, что капитан К'ирсан Кайфат извиняется за беспокойство.

Как только слуга убежал, беглый командир Львов закрыл дверь и вернулся в зал, застав там не слишком приятную картину.

— Ты что творишь, идиот?! — подскочив к Терну, зарычал К'ирсан и вырвал из его рук лист плотной бумаги, испещренный замысловатыми рисунками и таинственными знаками. — Последние мозги растерял?!

Сержант сидел на лавке, неестественно выпрямившись, уставившись перед собой. Кайфату пришлось дать другу щедрую оплеуху, от которой тот скатился на пол.

— А?! Ты что, командир?! — ошалело закричал сержант, но тут же осекся, заметив в руке К'ирсана листок бумаги. — Э-э, понимаешь, мне вдруг стало любопытно, и я…

— …и ты не нашел ничего более умного, чем взять со стола черновик, так?! — процедил побледневший от бешенства капитан. — Это только наброски заклинания, без Астральной проекции и прочих магических сложностей… Такого бы бумага просто не выдержала, но и эти закорючки далеко не просты. Да не успей я вовремя, твой разум мог забрести в такие дебри…

Терн не пытался возражать, лишь очумело тряс головой. Похоже, этот случай отбил у него всякое желание копаться в записях друга.

— А что это за ерунда-то была? — спросил у Кайфата сержант, когда тот немного успокоился.

— Да так, попалась мне однажды каменная табличка с надписью, вот я ее теперь и изучаю… — все еще раздраженно выдавил К'ирсан. — Разбил на части, теперь кручу их и так и эдак. И каждый раз открываю все новые и новые смыслы… Древние умели думать многопланово, создавали разноуровневые заклинания, и даже эта, более поздняя, копия, несущая в себе ошибки, по-прежнему является проводником изрядной мощи. Ничего, я уже нащупал тропку к ее тайнам, да и знаю уже, где здесь неточности… Попробуем исправить!

Отвечая на вопрос Терна, Кайфат увлекся и рассказывал с воодушевлением, без гневливых ноток в голосе.

— Недавно хозяин пытался вызвать к жизни колдовство, запертое в одной из частей этой надписи, так от него словно рябь какая-то пошла и в глазах зеленый огонь зажегся… — неожиданно пожаловался Согнару Гхол.

— И что твой хозяин? — хрипло спросил сержант, не отрывая взгляда от лица помрачневшего К'ирсана.

— Он тут же прекратил, а потом еще до вечера слабый был, как ребенок! — торопливо рассказывал гоблин, шаг за шагом отодвигаясь от скорого на расправу хозяина.

— Не все ошибки исправил, вот заклинание все силы едва и не выпило, — нехотя пояснил слова урга К'ирсан. — Надо еще подумать… Но я все равно разберусь с этой волшбой, все равно! Это нечто иное, совсем другой уровень магии. Я раньше и не видел такого!

Кайфат сжал кулаки и слепо уставился перед собой. Впрочем, маг быстро взял себя в руки.

— Через седмицу поедем к гномам — забирать баронский заказ. Я там набросал кое-какие чертежи, да и грасс Беор руку приложил… Гонец выезжает утром, но барон утверждает, что подгорным жителям хватит семи дней, — проведя рукой по изуродованной шрамами щеке, сообщил К'ирсан. — Завтра начнешь обучать два десятка. Я не хочу, чтобы мы оказались неготовы к очередному нападению.

Вот такие разговоры Терну были близки и понятны, а вся эта возня с магией его по-настоящему пугала. Колдовство следует оставить командиру, он же подсобит в остальном. С чародейством вон пусть гоблин помогает, сержант же к таким делам больше и на шаг не приблизится.