ПЯТНИЦА.

Еще три года назад у Лены была самая благополучная семья на свете, все девочки завидовали ее нарядам, а мальчики ахали, увидев отцовскую библиотеку. Теперь все это в прошлом: и домашний уют, и мать, и отец, и библиотека. Лена ушла на заочное отделение института, поселилась на квартире и сама добывала средства к существованию. Работала гидом в экскурсионном бюро, знакомила туристов с этим огромным городом, который и сама знала плохо. Не раз ей приходилось спрашивать у прохожих дорогу, чтобы вывести туристов из какого-нибудь закоулка.

По существу, она жила на улицах этого города: днем, потому что это было ее работой, а вечером, потому что дома ее никто не ждал.

И вот однажды на улице к ней подошел молодой мужчина в коротенькой юбочке из травы и с кольцом в носу. Был он смугл, а в руках держал деревянное копье. Еще не зажгли неоновую рекламу, а солнце только что зашло, это были те короткие полчаса, которые Лена любила в этом огромном городе.

Человек с кольцом в носу сказал ей:

— Здравствуй.

— Вы кто?

— Я — Пятница.

Она ушла, потому что приняла его за обычного уличного приставалу. Он поймал ее руку.

— Тебе некуда торопиться. Тебя никто не ждет. Ты одинока.

Лена вырвала руку. Он шел рядом и говорил:

— Я пришел, потому что я тебе нужен. Хочешь, погуляем вместе?

Он повел ее по городу, отгоняя от нее диких зверей и хищных птиц.

Они выпили в парке по стакану лимонада. В десять вечера Лена поднялась со скамейки.

— Пора домой, — сказала она. — Завтра рано на работу.

— У тебя нет дома, — возразил он.

В парке, на берегу озера, он быстро соорудил из веток шалаш, постелил на землю травы и сухих листьев, сказал:

— Спи. Я буду тебя стеречь.

Ночь была теплая, и Лена отлично выспалась. В восемь утра она умылась в озере, где плавали лебеди, а потом Пятница отвел ее к автобусной остановке.

Днем у Лены было много работы, группа попалась какая-то бестолковая, плохо слушала, больше целила в магазины. Лена говорила с иронией:

— Посмотрите налево. Это наш универмаг. Там сегодня выбросили кофточки… Посмотрите направо, это магазин «Рубин», там торгуют золотыми изделиями. Можно взять хоть целый мешок…

После работы она шла, засунув руки в узкие карманы вытертых джинсов. Опасность подстерегала на каждом шагу. Вон за тем деревом притаилась рысь. Она изготовилась к прыжку.

— Мама! — закричала Лена и закрыла лицо ладонями.

Рысь взвыла от боли и рухнула на землю, сраженная могучим кулаком Пятницы. Лена благодарно погладила юношу по плечу.

— Ты успел вовремя.

— Я шел за тобой по пятам с утра. Знай, что я всегда рядом.

В субботу было много работы, суббота самый трудный день у гида. Лена устала. Змеи клубками путались в ногах, леопард скалил зубы, крокодил хищно открывал пасть. Ветки сплелись. Но появился Пятница и топором прорубил тропинку. Он повел ее на танцы. Они стояли за ажурной решеткой танцевальной веранды в парке и смотрели на эстраду.

— Танцуй! — приказал Пятница и исчез. Как сквозь землю провалился, оставив ее озирающейся среди толпы лохматых парней и аляповато одетых девиц.

Вихляя бедрами, к ней приблизился тигр. Он щелкал зубами, словно кастаньетами. От него шел запах болотной гнили, которой полны джунгли перед рассветом. А скорее всего, от тигра несло винным перегаром.

— Сбацаем? — спросил тигр, сжимая ей руку хищными челюстями. Хрустнули ее тонкие косточки.

«Я пропала, пропала! Сейчас он утащит меня и съест». Почему-то самым неприятным показалась мысль, что тигр при этом будет чавкать. Пусть ест, но не чавкает.

Тигр слегка пританцовывал на месте в такт музыки, или музыка играла ему в такт.

— Я пойду с вами танцевать, если вы не будете чавкать, — сказала Лена.

— Ты даешь, детка. Это же фирменная резинка.

И он уволок ее в круг, где вихлялось несколько львов, тигров и пантер обоего пола. Из раны в руке сочилась кровь, ее кровь, она капала на доски танцверанды, тигр высунул длинный толстый язык и, урча от удовольствия, лизал ее руку.

Танец кончился, и тигр отвел Лену к загородке. Там уже стоял Пятница.

— Почему ты меня бросил? — спросила она чуть не плача. — Почему ты меня не защитил? Ты видишь: кровь капает из моей раны?

— Это не кровь. Это твои слезы.

Он взял ее за руку и быстро куда-то повел.

— Куда мы идем?

— Никуда.

— А почему мы идем так быстро?

— Именно поэтому.

— А если бы мы шли куда-нибудь?

— Тогда можно было бы не спешить.

Они пришли к озеру, и он разложил на берегу огромные костры. Языки огня лизали небо. В этом было что-то языческое.

Лена смотрела в огонь словно завороженная. Спросила:

— Скажи, зачем ты развел такие огромные костры?

Он молча приносил сухие ветки и бросал их в огонь. Казалось, что горел весь берег. И вдруг Лена поняла:

— Ты зовешь корабль?

— Да.

— Зачем?

— Тебе пора плыть к людям.

В полночь на озере появились огоньки. Они приближались, росли, вскоре в свете костров можно было рассмотреть красивый парусник. Судно стало на якорь. Над бортом склонился капитан, сложил ладони рупором и прокричал:

— Эй, на необитаемом острове!

— Есть на необитаемом острове, — ответил Пятница.

Корабль спустил шлюпку. Матрос сильными короткими гребками воткнул ее в берег, выпрыгнул из шлюпки и подошел, широко улыбаясь. Это был тот самый парень, что приглашал Лену на танец.

— Тигр! — прошептала она.

— Ну какой же я тигр! Я морской волк, — улыбнулся моряк. — Идем!

— Не хочу! — закричала Лена.

Пятница сказал:

— Надо идти, Лена.

— Не хочу! Плыви лучше ты, Пятница. А я останусь.

Он взял ее на руки и понес в шлюпку. Мощными гребками матрос погнал шлюпку к борту парусника. По веревочной лестнице Лена поднялась на борт корабля. Звучала красивая музыка. Капитан приветствовал ее изящным поклоном. Стали выбирать якорь.

— Пятница, милый! — закричала Лена туда, где металось пламя. — Поедем с нами! Если вы его не возьмете, я выпрыгну за борт, — пригрозила Лена капитану.

— Пятница! Ты можешь подняться, если хочешь! — крикнул капитан в мегафон.

Он стоял на берегу, высвеченный кострами.

— Я остаюсь, — ответил он. — Теперь я тебе больше не нужен.

И стал гасить костры.

Они плыли пустынными ночными улицами огромного города, и запоздалые прохожие приветливо махали Лене руками.

Парусник взял курс к людям.