Глава XIV. КУПАНЬЕ В МОРЕ.

— Вы знаете, — сказала Люда фотографу, — сегодня я на «Колумбе» выхожу в море. Дядя Стах согласился взять меня в рейс. «Посмотрю, — говорит, — какая из тебя морячка да рыбачка». Он даже назначил меня помощником Марка, вторым юнгой.

— Это очень интересно, я просто завидую вам! Мне тоже хотелось бы выехать на «Колумбе», но, по плану, я сегодня фотографирую Соколиный и быт рыбаков. В другой раз надеюсь обязательно поехать с вами. Вы к тому времени станете уже настоящим морским волком.

— Хорошо! — сказала Люда. — Но надо спросить моего прямого начальника. Марко, ты не возражаешь?

Она рассмеялась. Ей было хорошо стоять на палубе шхуны, чувствовать горячее дыхание солнца, любоваться простором бухты, видом острова и слушать Анча, который знал много интересного.

Но юнга, не глядя на фотографа — он почему-то чувствовал к Анчу антипатию, — ответил:

— Если на должность моего помощника, то согласен, но проверю еще, сумеет ли он сварить уху и пшенную кашу.

— О, я согласен! — улыбнулся Анч. — Могу даже борщ из морской воды.

— Боюсь, что наш шкипер заставит вас самого этот борщ съесть.

Между тем «Колумб» подошел к Соколиному, и экипаж заметил на берегу своего шкипера.

— Что, задержались? — спросил Левко.

Но Стах отрицательно покачал головой.

Анч познакомился со шкипером и попросил взять его в другой раз в море. Стах согласился, даже предлагал ехать сейчас, но фотограф с сожалением отказался, сославшись на свои планы, распрощался и ушел в выселок. Очерет приказал команде включить мотор и выходить из бухты.

«Колумб» шел на юг. Там, за горизонтом, на расстоянии тридцати километров тянулась небольшая мель. Оттуда рыбаки Лебединого острова привозили последнее время богатый улов скумбрии. Эта маленькая хищная рыба высоко ценится за свое вкусное мясо, и рыбаки энергично преследуют ее. Перезимовав далеко на юге, она весною массами идет в наше южное море и расходится по нему большими косяками в поисках добычи — мелкой рыбки, рачков, моллюсков. Свои пути скумбрия часто меняет, и бывают годы, когда она совсем не появляется в этих водах. Рыбакам с Лебединого не везло два года подряд — они почти не видели этой рыбы. И вот неделю назад бригада Тимофия Бойчука обнаружила на этой мели большое количество скумбрии. Теперь лебединцы наверстывали недолов за прошлые годы.

Шхуна шла на моторе. Правда, был и легонький ветерок, но он дул почти в лоб. Марко объяснил Люде, что это «зюдтен-вест», или, как говорят иначе, «ветер восемнадцатого румба». Марко показывал Люде все, чем он занимался на шхуне. Наконец, он вынул из сундука радиоприемник и рассказал девушке, что в прошлом году ему захотелось стать радистом. Он раздобыл книги, ходил в Лузанах на радиостанцию за консультацией, приобрел радиоприемник, выучил азбуку Морзе и мечтал поставить на «Колумбе» передатчик.

— Это мне пригодится, когда буду штурманом, — объяснил он девушке.

Солнце припекало. На палубе шхуны растапливалась смола, которой был прошпаклеван настил. Смола липла к подошвам. Люда посмотрела на термометр. Он показывал 32 градуса.

— Искупаться бы, — сказала она Марку, — остановить бы шхуну минут на пять!

— Ну, для этого шкипер не остановит, — ответил юнга, — а вот как подойдем к шаландам, тогда пожалуйста.

— Я на таких глубоких местах еще никогда не купалась. Как подумаешь про глубину — мутит.

— Плавать тут даже легче, а нырять неинтересно. Я люблю на таком месте нырять, где можно достать дно: нырнуть — и вынести на поверхность горсть песку или камень.

— А ты хорошо ныряешь?

— Да нет, так себе.

Стах разглядывал море в бинокль и, заметив вдали шаланды, приказал Андрию взять чуть-чуть левее.

— Пусть Люда встанет к рулю, — сказал Андрий, исполнив приказание. — Вот удивятся рыбаки, увидев, что она «Колумб» привела!

— Если хочет, пусть встает, — согласился шкипер.

До шаланд они шли еще полчаса, и все время Люда не выпускала руля из рук. Когда шхуна подошла к рыбакам, нового рулевого приветствовали одобрительными возгласами. Девушка раскраснелась от похвал и, передав руль Андрию, который за это время с наслаждением выкурил несколько толстых самокруток, попросила шкипера в награду разрешить ей выкупаться. Ее просьбу поддержали моторист и Марко. Стах согласился и обещал, как только нагрузят шхуну, дать им десять минут на купанье.

Команда немедленно взялась за работу, помогая рыбакам перегружать рыбу и размещать ее на шхуне.

По окончании погрузки «Колумб» отошел от шаланд, чтобы не мешать рыбакам, и шкипер разрешил команде купаться.

Раздеванье заняло полминуты. Левко и Люда первые бросились в воду. Марко задержался на шхуне. Он выбросил за борт толстый трос, прикрепленный к мачте, и пояснил, что трос будет вместо трапа. Потом, крикнув Люде, чтобы она обратила на него внимание, кинул в воду монету и сам прыгнул за нею. Прошла минута. Из воды показался кулак, а потом и голова юноши. Он отфыркивался и, разыскав глазами товарищей, показал пойманную под водой монету.

— Здорово! — сказала Люда, повернув голову к Левку.

— Что там «здорово»! — хитро улыбаясь, ответил тот. — Я могу лучше.

— Ну, покажите лучше.

Левко поплыл к шхуне.

Моторист вылез на палубу, достал из кармана своей робы монету, кинул ее за один борт, а сам, вытянув руки вперед, нырнул с другого. Он очень долго не появлялся, наконец выплыл у кормы. Он тяжело дышал. Подплыл и показал монету.

Люда была поражена и недоверчиво посмотрела на Марка. Тот смеялся.

— Это фокус! — заявила девушка. — Вы заменили монету.

— А как же я это сделал?

— Монета была у вас во рту.

— Молодец, правильно!.. Ну, давайте вылезать.

Первым вылез Марко и сказал, что еще раз нырнет. Он спрыгнул с кормы и исчез. Не дожидаясь, пока юнга появится из воды, Люда и Левко поднялись на шхуну. Марко не выплывал. Люда одевалась и не спускала глаз с моря. Юнги все не было. У Левка и Андрия на лицах отразился испуг, но Стах Очерет был совершенно спокоен.

Прошло минуты три — четыре — Марко не появлялся. Люда сжала губы, неприятное чувство кололо холодком грудь. Стах, взглянув на нее и, очевидно, поняв, в чем дело, сердито сказал:

— Да будет ему баловаться!

Левко и Андрий улыбнулись. Люда удивленно посмотрела на них.

Через минуту около шхуны всплыло вверх дном ведро. Вот оно перевернулось, и из-под него показалась голова юнги. Левко объяснил Люде и этот фокус. Марко, нырнув, проплыл под водою до носа, откуда раньше сбросил ведро. Набрав еще раз воздух, он нырнул с ведром на голове. Для этого нужна большая ловкость, так как ведро, наполненное воздухом, рвется вверх. Надо держать ногами какую-нибудь тяжесть, рассчитав так, чтобы она не тянула на дно, но и не давала всплыть наверх. Под водою человек с ведром на голове может пробыть значительно дольше, чем без него. Ведро здесь играет роль воздушного колокола, в таких колоколах когда-то спускали в море водолазов.

Люда заинтересовалась этими фокусами и, когда Марко вылез на шхуну, попросила научить им и ее.

«Колумб» взял курс на Лузаны.