Альберт Б. Стюарт. Высокочастотный.

Замечательный хирург – столь же раздражительный, как и талантливый.

– В ЧЕМ ДЕЛО, МЭДЖ? – угрюмая, словно явившаяся с похорон, старшая медсестра остановила плачущую девушку.

– Я просто не могу вынести доктора Картера, – простонала девушка. – Я работаю в операционной уже шесть месяцев, а он оскорбляет меня, словно я студентка. Я не сделала ничего плохого, но не могу работать достаточно быстро, чтобы подходить ему. Только и слышу: «Вы что, уснули? Вам так важно перебрать все, прежде чем вы сможете найти то, что я хочу?» Если бы у меня было четыре руки вместо двух, и то я, возможно, и работала бы достаточно быстро, чтобы угодить ему. Он ругался на всем протяжении операции, и никто не мог сделать ничего так быстро, чтобы понравиться ему!

– Да, я знаю, моя дорогая, – успокоила плачущую девушку старшая медсестра. – Доктор Картер – очень сложный человек, чтобы работать с ним, но вы должны помнить, что он – замечательный хирург и работает под большим нервным напряжением.

– Он может быть самим Эскулапом, – рыдала девушка. – Но что мешает ему вести себя по-человечески, как остальная часть врачей?

– Моя дорогая, вы должны помнить, что доктор Картер отличается от других врачей. Действительно, он странный в своем таланте. Он делает то, что никакой другой хирург даже не пытается делать, и его знание хирургии головного мозга замечательно. Доктор Брайан говорил мне, что доктор Картер – величайший эксперт по ментальным центрам и их действию.

– Это может быть верно, – ответила медсестра. – Но он не человек. Есть времена, когда я думаю, что он не в себе. Его лицо красное, когда он работает, словно у него лихорадка. Его глаза блестят, как у безумца. И он всегда носит налобную лампу, когда он работает. Он никогда ее не снимает, и никому даже просто дотронуться до нее.

– Да, моя дорогая, – старшая медсестра продолжала успокаивать подчиненную. – Он – странный человек, но у нас есть наши обязанности. Вы должны попытаться приложить все усилия, даже если это сложно и время от времени неприятно.

Закончив набор утренних нравоучений, старшая медсестра удалилась, оставив юную коллегу хлюпать носом в расстроенных чувствах.

Доктор Реджинальд Картер и его жизнь.

ДОКТОР РЕДЖИНАЛЬД КАРТЕР был странным человеком. Он приехал с Востока, никому не известный, и за нескольких лет дорос до должности главного хирурга больницы и репутации светила медицины. О нем ничто не было известно, и будучи очень сдержанного нрава, он завел немного знакомств, кроме деловых связей в медицинской сфере. Никто не мог претендовать на положение его друга.

Худой и жилистый, с темными глазами и довольно смуглым цветом лица, он имел облик студента и мечтателя – таким его создала сама Природа, чтобы постигать пути Жизни.

Мало что могло быть сказано о его прошлом. Он служил в армии и работал в крупном госпитале в Париже. Многое было известно из отчетов солдат, которые были пациентами в больнице. Его репутация хирурга-гения была известна, и его работы были гордостью госпиталя. Он не завел друзей, даже там, и солдат-пациент был для него просто проблемой, которую можно считать решенной, как только выздоровление было на лицо. Американский легион пригласил его на свое собрание, но он даже не присутствовал на встрече. Никакой клуб и никакая ложа не могли назвать его своим членом.

Он жил в квартире в верхней части города – один, за исключением слуги. Тот, как и его хозяин, был молчаливым, сдержанным типом.

За единственным исключением доктора Джеймса Брайана отношения доктора Картера со штатом больницы были строго формальны. Он иногда лишь снисходил, чтобы обсудить с доктором Брайаном какой-нибудь необычный случай.

Такое поведение для любого другого стало бы причиной краха карьеры. Но его странное, сверхъестественное мастерство диагноста и его гениальность хирурга хранили его. В случаях, когда череп был поврежден и, казалось бы, травма несовместима с жизнью, обращались к нему. Снова и снова он делал невозможное, возвращал людей с того света, умудряясь не только спасти жизнь, но и вернуть здоровье. Слова благодарности оставляли его равнодушным, и его гневный ответ на предложение серьезного материального вознаграждения стал притчей во языцех.

– Уважаемый мистер Как-Вас – Там, вы были очень интересным случаем. Теперь вы здоровы и поэтому никакого дальнейшего интереса для меня не представляете. Наши отношения имеют чисто деловую природу, и я не призываю к оплате вне счета, который я предъявил вам.

Задыхаясь как рыба, пациент торопливо оплачивал счет и спешил скрыться.

Грубость доктора Картера была столь же грандиозна, как и его талант.

Фара доктора Картера.

ДЛЯ МЕДСЕСТЕР ДОКТОР Картер был страшилкой и источником обид. Работать с ним в операционной было задачей, которая могла загнать в тупик медсестру с самым крепким сердцем или стажера. Доктор Картер требовал от окружающих больше, чем какой-либо другой хирург. Он сам работал с безумной скоростью, его ловкие руки мелькали с умением и изяществом опытного музыканта, и работал он как хорошо смазанный механизм.

Ни один ассистент, ни одна медсестра не могли угнаться за ним. Результатом было его раздражение и поток обидных колкостей с его стороны.

Одна странность была примечательна в докторе: налобная лампа, которую он всегда носил во время работы. Главная лампа необходима, чтобы осветить разрез в глубину, но нет необходимости носить ее в операционной все время.

Эта лампа отличалась от стандартных, и ток поставлялся ей маленькой батареи, которую доктор носил в своем заднем кармане.

Как только доктор Картер прибывал в больницу утром, он шел в раздевалку и, надев белый халат, прикреплял на лоб лампу. Тогда он был готов ко всему.

Блеск его глаз и его нервное поведение вызывали много комментариев. Было подозрение, что доктор Картер использовал наркотики, но то, как он работал за операционным столом, делало сие маловероятным.

Его самым близким – можно было бы сказать, что его единственным знакомым – был доктор Джеймс Брайан. К Брайану он пару раз даже проявил некое подобие сердечности. Брайан в одном или двух случаях попытался развить дружественные отношения. Как-то он попросил, чтобы доктор Картер отобедал с ним. Отказ Картера был учтивым, но окончательным, и Брайан не стал пробовать еще раз.

Старший детектив беседует с доктором Брайаном.

ОДНАЖДЫ РАНО УТРОМ доктора Брайана разбудил телефон. Звонил старший детектив. Доктор Брайан время от времени выручал полицейское управление, и его острое восприятие и правильные выводы несколько раз выводили полицейских на правильный пути в некоторых таинственных случаях. Старший детектив часто заявлял, что Брайан зарыл свой талант в землю и должен был быть следователем, а не хирургом.

Во время войны Брайан на самом деле служил в отделе разведки армии и имел многочисленные благодарности от командования.

Когда Брайан зашел в кабинет следователя, он был встречен взволнованным и обезумевшим офицером.

– Доктор, как хорошо, что вы приехали. Мы в тупике, и вы, вероятно, единственный человек, который может выручить нас.

– Льстите, – фыркнул Брайан. – Вы приписываете мне возможности, которыми я не обладаю.

– Вы предполагаете, доктор, что мы вызвали вас, чтобы поболтать о пустяках? Мы знаем все о ваших возможностях, и мы, конечно, нуждаемся в вашей помощи.

– Ну, введите меня в курс дел, – доктор усмехнулся. – Посмотрю, что смогу сделать.

– Все серьезнее, чем вы думаете, – ответил детектив мрачно. – Разговор идет об убийстве, и убийстве странном!

– Убийство… Что же в нем странного? – заинтересовался доктор, глаза его загорелись от любопытства.

– Ну, для начала, доктор, мы можем найти только одну отметку насилия на теле. Коронер обследовал тело тщательно и не может установить причину смерти. Вы могли бы посмотреть тело?

– Конечно, конечно, – ответил доктор.

– Поедете в моем автомобиле?

Они поспешили к автомобилю и быстро добрались в морг.

– Кто этот человек? – спросил Брайан, глядя на труп.

Детектив достал записную книжку.

– У нас есть имя: Иван Кронский. Это имя было найдено на письмах в его карманах и инициалах I. K. на его белье. Нас вызвал вчера вечером швейцар «Эрлинга», где он снимал комнату.

Кронский просил швейцара разбудить его в шесть часов, потому что он должен был сесть на поезд. Швейцар не получил ответа, когда звонил ему, подумал, что его не разбудил телефон, и пошел в номер. Дверь была приоткрыта, и он вошел. Он нашел тело на полу и сразу вызвал полицию.

– Я вскоре был там, – продолжал детектив. – Я говорю вам, доктор, не было никакой подсказки или следа убийцы в комнате. Единственная отметка, которую мы можем найти, это ушиб на запястье.

Детектив указал на подобный кольцу синяк на запятье мертвеца.

– Ого! – сказал доктор, когда он исследовал руку. – Обе кости сломаны. Но как человек мог получить такую травму? Выглядит, как будто его запястье сдавили в тисках! Странный, очень странный случай. Давайте перевернем тело и посмотрим на его спину.

При этом действе голова странно повернулась, что сразу привлекло внимание доктора.

– Посмотрите сюда! – воскликнул он взволнованно, указывая на темное пятно размером в полдоллара на линии волос шеи. – Шея сломана. Посмотрите, как она вращается, когда я двигаю головой.

– Что же, спрашивается, могло сломать шею человека и не оставить какую-либо отметку больше, чем это, доктор?

– Это – загадка, шеф. Выглядит, как будто какой-то гигант надавил туда большим пальцем. Но кто мог обладать достаточной силой, чтобы сломать шею взрослого человека давлением большого пальца?

Доктор возвратил тело на стол и попросил осмотреть то, что было найдено в одежде человека. Небольшая кучка предметов была предъявлена его вниманию. Это были обычные вещи для мужских карманов. Рулон счетов, нож и нескольких ключей составляли коллекцию.

– Я нашел это на полу, – детектив оживился, вручая доктору маленький винт с головкой. – Выглядит как деталь от часов.

– Да, – протянул доктор рассеянно. Потом переспросил с внезапным интересом: – Где, вы говорите, нашли это?

– На полу около тела. Вы можете сказать что это?

– Не знаю, – сказал доктор задумчиво. – Позвольте мне взять его. Это может помочь нам.

Он тщательно упаковал винт в конверт и поместил его в его карман.

– Отправимся в отель и посмотрим, что сможем найти.

Сцена убийства.

НЕБОЛЬШАЯ ПОЕЗДКА В автомобиле, и «Эрлинг» был перед ними, одно из тех современных чудовищ, которые служат домами столь многим нашим городским жителям. На место происшествия их сопроводил испуганный швейцар ирландского происхождения, который, бесстрашный по отношению к живым, испытывал трепетное уважение к мертвым.

– Покойный Кронский был замкнутым человеком. Я про него мало знаю.

– Когда вы нашли его, Кейси?

– Немного после шести, мистер следователь.

– Вы говорите, что дверь была широко открытой?

– Так это и было. Я был удивлен, поскольку Кронский всегда старался запереться.

Доктор Брайан, который тщательно исследовал замок, внезапно обернулся к детективу.

– Смотрите, это – пружинный механизм. Он открывается только изнутри. Эта дверь была открыта изнутри и оставлена открытой.

Доктор, не ожидая ответа детектива, поспешил войти в комнату и открыл окно. Комната находилась на четвертом этаже, и голая стена, без труб или пожарной лестницы, предстала взгляду доктора.

– Пожарная лестница в конце холла, – ответил детектив на невысказанный вопрос доктора. – Посмотрите сюда, доктор, никто не мог подняться на эту стену.

– Не стоит быть слишком уверенным. Есть выступы, где человек, если у него нервы достаточно крепки, мог бы получить опору. Так или иначе человек или неведомая тварь, которая могла сломать шею человека большим пальцем, могла оказаться достаточно ловкой, чтобы подняться по этой стене.

Он повернулся от окна и начал тщательный осмотр комнаты. Детектив был прав. Следов не было. Человек просто умер от рук бесшумного убийцы с силой гориллы и ловкостью мухи, не оставляющего следов.

– Похоже, у нас серьезный противник. Преступник, если верить авторам бульварных романов, всегда оставляет некоторую подсказку, всегда забывает что-то или ошибается в чем то, что позволяет проницательному следователю найти его след. Вы и я знаем, что эта идея высосана из пальца. Если бы это было так, то почему столько нераскрытых преступлений?

– Я боюсь, что вы правы, доктор! – вздохнул старший детектив. – Газеты поднимут меня на смех.

– Неважно. Собака лает, ветер дует, а караван идет. Я обдумаю эту историю и посмотрю, нет ли какой-то зацепки. Курите, шеф, – сказал он, вручая детективу толстую сигару. – Это может заставить мозг работать интенсивнее.

Винт с плоской головкой.

ОСТАВШУЮСЯ ЧАСТЬ ДНЯ доктор Брайан был занят своими профессиональными обязанностями, ему было не до убийства. Но дома, вечером, его могучий разум вернулся к загадке. Он выложил небольшой винт на стол и изучил его с разных сторон. Это был специфический винт, короткий, с плоской головкой, вероятно от часов, как предположил детектив.

Тем временем сам детектив провел напряженный день, отслеживая историю убитого. Это было столь же безрезультатно, как и обыск квартиры. Человек был неизвестен за пределами дома, где жил, и банка, где у него был счет. На счету у него было много денег, и его сейф содержал большую пачку акций и значительную коллекцию алмазов.

Дни превращались в недели, тайна оставалась тайной.

– Когда я обследую больного, я должен найти несколько признаков или знаков, прежде чем я смогу поставить диагноз. Дело об убийстве – то же самое. Если у нас нет чего-то, чтобы продолжить работать, мы беспомощны. Я думаю, что этот случай будет решен случайно, если вообще будет решен, – мрачно заметил доктор в разговоре с детективом.

И только случай дал доктору ключ к разгадке. Но его самое дикое напряжение воображения не могло подсказать ему потрясающую разгадку.

Доктор Брайан был сильно занят в больнице в течение нескольких недель и общался с доктором Картером в три раза чаще, чем раньше. Серия травм головного мозга объединила их. Брайану казалось, что Картер стал немного более приветливым, хотя он все еще держал в стороне от других себя. Коллеги стояли в коридоре и обсуждали недавний случай, когда были поражены криками медсестры. Она бежала по холлу, воздев рук, и при виде хирургов она выкрикнула:

– Помогите, пожалуйста! Человек застрял в лифте. Поспешите, пожалуйста!

Быстро спустившись в холл, врачи были встречены ужасным зрелищем. Швейцар больницы вызвал грузовой лифт к второму этажу и оставил дверь открытой, чтобы разгрузить. Знакомство с лифтом вызвало у него опасную привычку. Он частенько включал лифт и затем ступал в кабину. Ничего никогда не происходило. На этот раз он запнулся и упал в дверях кабины. Тяжелый лифт пошел вниз и прижал его к полу.

Одного вида мук на лице человека было достаточно, чтобы ужаснуть даже врачей, приученных к крови и смерти.

– Мой бог! Картер, как нам вытащить его?! – закричал Брайан. – Кто-нибудь, бегите вниз и отключите питание.

– Один момент, доктор.

Доктор Картер подошел и схватил край кабины лифта.

– Просто схватите его за плечи и вытаскивайте.

Осознавая безумие предложения, Брайан механически повиновался. Худенький Картер приподнял кабину лифта, и Брайан вытянул тело умирающего человека на пол.

Ошеломленный подвигом силы, Брайан мог только стоять, затаив дыхание. Но тут прибыл санитар с каталкой и отвлек внимание присутствовавших от невероятного события.

Странный разговор между доктором Брайаном и доктором Картером.

ВЕЧЕРОМ БРАЙАН ИМЕЛ время обдумать инцидент. Картер вышел из больницы без комментария. Не было никакой возможности говорить с ним и просить объяснения тайны. Тайна… Вся жизнь была тайной. Брайан последнее время был окружен тайнами… И тут невероятное озарение потрясло его.

«Если он может поднять лифт, то он может делать и другие вещи!».

И тут он понял: «Тот винт – часть налобной лампы!».

Он помнил теперь, что Картер носил ее в тот день. Спустившись к своему автомобилю, он помчался к дому доктора Картера. План действий еще не сложился. Как мог он обвинить Картера с такой скудной доказательной базой, как винт с плоской головкой! Человек со стороны счел бы его безумным, или пьяным. С разумом все еще в состоянии беспорядка он прибыл к Картеру. Молчаливый слуга встретл его. Доктор Картер посмотрел на него удивленно.

– Чем обязан, доктор? – спросил он.

Смотря ему прямо в глаза, Брайан подошел к столу и бросил винт.

– Я просто решил вернуть вам этот винтик от вашей любимой лампы, – ответил он.

На миг в глазах доктора Картера смешались удивление и страх. Они тут же сменились улыбкой.

– Конечно, мой дорогой друг, вы примчались среди ночи, чтобы доставить эту глупую чепуховину.

– Не столь глупую, Картер, как вы говорите. Этот винтик был найден в «Эрлинге» при специфических обстоятельствах.

Улыбка, учтивый взгляд исчезли с лица Картера, сменившись на задумчивость с оттенком угрозы.

– Да, теперь я вспоминаю. Вы действительно немного практикуетесь в детективной науке? Ну, что с того, мой дорогой товарищ? Используйте свой разум. Как вы думаете, можно ли предстать перед судом в этой свободной стране и осудить меня с одним небольшим винтом в качестве доказательства?

– Осуждали и с меньшими доказательствами, – холодно заметил Брайан.

– Да, в бульварных книжонках, но не в судах, действующих по нормам общего права. Попробуйте, мой уважаемый коллега, и приложите все усилия. Вы думаете, что я не предусмотрел опасности?

Прямое обвинение в убийстве.

КАРТЕР БЫЛ ПРАВ, и Брайан знал это. Он знал, что будет абсолютно глупо попытаться предъявить обвинение против Картера с таким обвинением и такими доказательствами. Никто бы не поверил в то, что худой маленький доктор может быть безжалостным убийцей, наделенным сверхчеловеческими силой и ловкостью.

Картер тихо сидел, наблюдая, как меняется выражение лица Брайана.

– Разве вы не думаете, доктор Брайан, что было бы лучше, если бы мне можно было объясниться? Каждый имеет право изложить свою точку зрения.

– Да, если можно объяснить убийство, – парировал Брайан.

– Вы слишком категоричны, доктор! Пожалуйста, пождите, пока не узнаете все факты, – усмехнулся Картер. – Когда вы служили в отделе разведки во Франции, приходилось ли вам когда-нибудь, случайно, слышть о Серже Иваноффе?

– Иванофф? – Брайан вскочил. – Вы хотите сказать, что тем человеком был Серж Иванофф? Этот дьявол российской революции?

– Никто иной, – ответил Картер. – Теперь вы понимаете, почему я возражаю против использования слова «убийство». Никто не мог убить того человека. Казнь – единственный термин, который мог быть применен к его устранению. Что вы о нем знаете?

– Лично я не знаком с этим человеком, – ответил Брайан. – Но один из моих лейтенантов поехал в Россию и попал в его руки. Мне всегда нравился этот парень, и мысль о его убийстве, поскольку именно это случилось, всегда ввергала меня в горечь.

– А вот я имел несчастье знать его лучше, – лицо Картера исказила гримаса боли. – Посмотрите сюда, Брайан… Я не могу перенести, если мне придется вдаваться в полные подробности относительно прошлого. Некоторые вещи слишком болезненны, чтобы говорить о них, даже после прорвы лет. Моя семья из старых русских дворян. Мы пытались бежать из страны, но были арестованы. Вы задаетесь вопросом, почему у меня нет друзей? Я расскажу вам, Брайан! Человек, которого я считал своим самым близким другом, предал нас. Мой старый отец, моя сестра… – приступ боли исказил лицо. – Поймите, Брайан, я не могу продолжать. Я могу только сказать, что тот дьявол был причиной наших страданий. Я был брошен в грязную клетку. Каждый день он пытал меня. Он хотел, чтобы я рассказал, где спрятаны наши фамильные драгоценности. Я отказался говорить, поскольку я знал, что это будет означать мою смерть. Не стану посвящать вас в детали, но я бежал. Это было страшно. Я иногда вижу все это во сне и просыпаюсь в холодном поту… Я приехал в эту страну, чтобы восстановить мое разрушенное здоровье и продумать план мести. Мои друзья сообщили мне, что Иванофф изгнан советским правительством. Он оказался слишком мерзок даже для них. Вообразите мои чувства, когда мне сообщили, что он остановился в этом самом городе. Я все приготовил и вошел в его квартиру. Когда я ступил в комнату и встал перед ним, он смеялся надо мной. «Ах! мой маленький доктор! – закричал он. – Вы приехали, соскучившись по моим тумакам? Сегодня я изобью вас в последний раз, поскольку законы этой страны позволяют убивать грабителя!» Смогу ли я когда-либо забыть его взгляд, когда я схватил его запястье пальцами и сломал кости? В первый раз в жизни он попал в руки человека более сильного, невообразимо более сильного, чем он. Дьявол, вот кто он был! Но даже его я не мог подвергнуть его пыткам. Я сломал его шею руками и затем спокойно вышел из комнаты вниз по лестнице. Никто не видел меня, и я приехал домой с чувством выполненного долга. Вы можете назвать это убийством, если вам нравится, но я не откажусь от этого чувства.

– Ваше объяснение понятно, – ответил Брайан. – Есть всего одна вещь, которую я не могу понять. Как могли вы, кого никто не назовет мускулистым или сильным, делать то, что вы делаете?

Объяснение от доктора Картера.

– ЭТО ПОТРЕБУЕТ ОБЪЯСНЕНИЯ, которому будет довольно трудно поверить, – начал Картер. – На самом деле, если бы не тот эпизод в больнице, я думаю, что вы сочли бы меня за самого монументального лгуна, расскажи я эту историю. И были бы в своем праве. Я должен вернуться к своим студенческим дням, чтобы дать вам ключ к разгадке… Я не сразу стал студентом медицины. На самом деле я хотел быть инженером-электриком, но перешел на медицинский факультет по требованию моего отца. Электричество очаровывало меня. У этой силы есть такие различные проявления! Я думаю, однажды мы поймем, что вся Вселенная – сказал Картер, – лишь форма электричества. Ваш великий хирург Крайл практически продемонстрировал, что сама клетка есть электрический элемент… Я особенно интересовался токами высокой частоты. Эффекты от их воздействия своеобразны и непохожи на ток более низкого напряжения и меньшей частоты. Вы знаете, как мы используем их в медицине. Ну, я экспериментировал и смог произвести ток с частотой за пределами прошлых экспериментов. Эффекты ешго воздействия были полностью непохожи на любой терапевтический ток, который используется. Я нашел, что смог сосредоточить эффект этого тока на определенной области в тканях. Аппарат был маленьким и бесшумным и мог легко поместиться в кармане. Случайно я обнаружил некоторые его свойства. Во время войны я был ранен в затылок осколком снаряда. Хирург удалил часть сломанной кости и оставил небольшую площадь кости, которая не заживала. Этот шрам время от времени причинял мне боль, и именно в попытке облегчить эту боль я сделал потрясающее открытие. Вы знаете, доктор, что у человеческого мозга и тела есть мощности далеко сверх того, что мы ежедневно используем. Физиологи решили, что у мышечной ткани есть мощности чрезвычайно сверх того, что сила нерва человека в состоянии использовать. Например, почему у бабуина, который весит меньше, чем человек, силы более чем в восемь раз больше, чем у человека? Его мышцы не из лучшего вещества, чем человеческие. Бабуин в состоянии заставить их работать лучше, вот и все. Я обнаружил, что, когда мой ток высокой частоты сконцентрирован на определенной области мозга, у меня не только возрастают умственные способности, но и КПД использования мышц. Была проблема, однако, которую я был неспособен преодолеть. Но при этом температура тела повышалась приблизительно до ста градусов по Фаренгейту, также вызывая раздражение, которое вы замечали, и которое делало меня невыносимым для окружающих. Я не мог ничего с этим поделать… Проблемой стало питание и выделение продуктов распада. Я никогда не мог съесть достаточно, и при этом мои пищеварительные органы не могли справиться с тем, что я действительно съел. Мне пришлось перейти на внутривенное питание. Я обогнал на века свое время. Но само собой разумеется, мое изобретение остается со мной… Я поднялся по стене того здания так же легко, как бабуин, потому что я был много сильнее, чем какой-либо бабуин. Я покажу вам.

Гибель доктора Картера.

ОШЕЛОМЛЕННЫЙ И ОНЕМЕВШИЙ, Брайан уставился на Картера, в то время как он достал из ящика пресловутую лампу, которую имел привычку носить. Он открыл маленький контейнер, который он хранил в кармане, и показал специфическую катушку, сделанную из провода толщиной в волос. К катушке прилагался миниатюрный конденсатор.

– Я не могу вдаваться в технические объяснения, – пояснил он, поправляя лампу на голове. – Лампа просто индикатор подключения прибора и получает ток из маленькой батареи обычного типа фонаря. Вы хотите демонстрацию? Попросите, чтобы я дал вам корень куба некоторого шести-значного числа. Или прочитайте страницу из любой книги. Я повторю ее дословно. Или демонстрация силы была бы лучше?

Он достал из своего кармана серебряный доллар и поворотом пальцев, согнул его дважды.

Когда Картер встал со стула и бросил раздавленный доллар на стол, его рука зацепила настольную лампу и уронила ее. Лампа разбилась. Сверкнула вспышка синеватого пламени, и Картер мягко осел на пол. Брайан кинулся к нему, но смертельный ток сделал свою работу. Некоторым необъяснимым способом он проник в мозг, и смерть была мгновенна.

Когда Брайан позже исследовал катушку и конденсатор, он нашел их сожженными, без малейшей надежды понять, как было устроено замечательное изобретение.

Вердикт коронера был «случайная смерть от электрического тока».

Брайан все еще держит искалеченный доллар и иногда смотрит на него, чтобы убедиться, что он все еще нормален.

А старший детектив все еще ищет убийцу.