Около границы.

В ПАРЕ КИЛОМЕТРОВ к северу от Нанта, в департаменте Мерта и Мозеля, есть городишко под названием Номени. Это прогрессивный, бережливый небольшой французский городок, известный преимущественно тем, что здесь в течение четырех лет войны французская армия была ближе к немецкой границе, чем в любом другом пункте, за исключением того маленького кусочка Эльзаса, что был в руках французов.

Номени в военном смысле находится в секторе Тул, который в начале 1918 года был занят американцами. Если бы вы поднялись в привязном аэростате около Номени, вы увидели бы шпили собора Меца и большую немецкую крепость, на расстоянии в 16 километров, если предполагать, что воздух прозрачен и у вас хороший бинокль.

Превосходным теплым летним утром, в определенный момент, странные события начались в предместьях Номени. Внезапно этот пункт, казалось, стал центром сбора всех французских, британских и американских армий. С самого рассвета автомобили многочисленных высоких чинов прибывали в город, в то время как серо-синяя униформа французских офицеров всюду смешивалась с деловым хаки британцев и американцев.

Посетители сначала уделили свое внимание странно выглядящим телеграфным столбам, которые напомнили огромные арфы, с тем отличием, что провода были натянуты горизонтально, а линия «телеграфа» простиралась от горизонта до горизонта. Несколькими сотнями ярдов позади этой линии располагался старый пивоваренный завод, из здания которого тянулись двадцать массивных проводов, соединяя пивоваренный завод с телеграфными столбами. В этот пивоваренный завод и направлялись высокие чины союзных армий. Тяжелый 3000-киловаттовый генератор мурлыкал тихо. На яркой медной табличке было отчеканено: «Сделано в США».

Здесь находилось также огромное колесо с большими странными круглыми цинковыми вставками. Смонтированный на оси этого колеса большой электродвигатель пока не был включен. Огромные стеклянные трубы высились у стены. Толстенные медные кабели соединяли их с огромным колесом.

Один из французских офицеров, который до войны был радиолюбителем, очень заинтересовался огромным колесом и большими стеклянными банками.

– Ага, – сказал он, повернувшись к американскому брату по оружию, – l’ ėclateur rotatif et les bouteilles de Leyde[17].

Было непонятно, что это, но именно тогда рыжеволосый, взъерошенный молодой человек, который, казалось, был как дома на пивоваренном заводе, подошел и поправил что-то на огромном колесе.

– Как вы называете это «чудо»? – спросил его молодой офицер, указав на таинственное сооружение.

– Ротационный искровой генератор и лейденские банки, – был лаконичный ответ.

Офицер кивнул.

Именно тогда началось большое волнение. Дверь открытылась, и французский офицер, стоящий по стойке «смирно», провозгласил:

– Президент республики!