НАСУЩНЫЕ ПРОБЛЕМЫ.

Во второй и последний вечер в гостинице психолог Лоуренс из Франции спросил:

– Вы были в районе цунами?

Я не поняла. Мне казалось, что город – это и есть район цунами.

– Нет, – ответил он. – Вдоль всего побережья от деревень остались лишь щепки. Езжайте туда после обеда – увидите людей, которые приходят туда, чтобы вспоминать и плакать.

Лоуренс почти все время проводил на собраниях (этим занимались все, кто прилетел сюда помогать). Завороженная его французским акцентом и историями о бюрократических злоключениях, я просидела с ним до поздней ночи.

– Врачи из Индии и многих других стран сидели в холле отеля «Султан» и ждали указаний. Им не позволено было начинать работу без разрешения. Люди остро нуждались в медицинской помощи, но никто не направил к ним тех, кто приехал помочь.

Затем он рассказал о проблеме утилизации ненужных пожертвований: зимней одежды из Аргентины, бесполезной в тропическом климате, или просроченных лекарств времен вьетнамской войны.

– Чтобы избавиться от танкера с просроченными лекарствами, нужно заплатить столько, сколько его обладателям и не снилось, – вот он и превращается в «горячую картофелину», которую перебрасывают друг другу, притворяясь, что делают добро.

Я узнала от него таинственную историю о нехватке древесины для строительства домов.

– Слишком много зданий было разрушено, и, чтобы отстроить их заново, дерева просто не хватало. На деньги благотворительных организаций строительная компания купила некое загадочное судно, нагруженное деревом неизвестного происхождения. Корабль предоставила индонезийская армия, штаб-квартира которой находилась в лесном заповеднике. Задачей армии было следить за незаконной вырубкой деревьев. Впоследствии оказалось, что сами военные и рубили лес.

Однако самой главной и насущной проблемой оставалась пресная вода.

– Она загрязнена, поскольку цунами ударило так сильно, что эта вода просочилась в землю. Кроме того, в реках сгнивали трупы людей и животных.

Я расспросила Лоуренса о ГАМ – ведь именно из-за столкновений партизан с индонезийскими военными Банда-Ачех так долго считался запретной территорией.

– Военные не хотели затруднять себя арестами подозреваемых членов ГАМ, чтобы те предстали перед судом, – ответил Лоуренс. – Их просто убили на улице. В результате погибли тысячи человек. Кто-то из них оказался виновным, остальные являлись лишь подозреваемыми. Ачех считаются свирепыми противниками, военные из других районов Индонезии боятся их.