БОЛЕЗНЬ ЦИВИЛИЗАЦИИ.

Люди еще не точно знают, что такое рак, не всегда умеют его вовремя распознавать, не всегда умеют его лечить, но они уже широко пользуются веществами, которые это заболевание вызывают или провоцируют. Среди таких веществ — а их известно уже около пятисот — есть сельскохозяйственные химикаты.

«Если токсикология уже располагает некоторыми количественными критериями для оценки вредного действия токсических агентов, — пишут заслуженный деятель науки РСФСР профессор Н. В. Лазарев и доктор наук Ю. С. Каган, — то разработка критериев для количественной оценки бластомогенного (опухолеобразующего. — Ю. М.), мутагенного, эмбриотропного действия веществ находится еще в самом зачаточном состоянии».

Пятьсот различных веществ, с которыми мы соприкасаемся более или менее тесно и регулярно, которые мы вдыхаем, пьем, проглатываем, ощущаем или не ощущаем на своей коже, неодинаково опасны как раковозбудители. Иные вызывают рак, будучи приняты в дозе одна тысячная грамма (например, один миллиграмм эмульсии 7, 12-диметилбензантрацена вызывает рак молочной железы у 100 процентов испытываемых крыс).

Раковозбудители действуют крайне осторожно, словно опасаясь спугнуть жертву. Иногда они обнаруживают себя лишь к концу естественного периода жизни индивида. В опытах с мышами канцерогенный агент может проявить себя через 10–12 месяцев после введения его в тело животного. У людей, которые связаны с канцерогенными веществами на производстве, злокачественные опухоли возникали иногда через 10–20 и даже через 30 лет после получения первой дозы. Причем за все промежуточные годы человек мог ни разу не подвергаться воздействию подобных веществ. Все равно болезнь его не прощала.

Действие небольших доз так же не проходит бесследно, как действие ионизирующего облучения. Организм никогда не изживет его и не растратит этого злокачественного «вклада». Вклад может только возрастать. Действие малых доз, полученных в разное время, приводит к тому же результату, который дала бы та же суммарная доза при однократном воздействии.

Опознавать канцерогенность очень трудно. Считают, что надо вводить вещество в тело животного в течение всей его жизни, чтобы точно определить: «да» или «нет».

Рассеяны иллюзии, будто рак и раньше был распространен не менее, чем теперь, только, мол, его не умели распознавать. Нет, злокачественные опухоли появляются чаще, оправдывая характеристику: рак — болезнь века, порождение современного прогресса.

(В Нью — Йорке в 1960 году вышла книга Вильяльмюра Сте — фанссона — этнографа северного края, — где проводится мысль, что отдаленность от современной цивилизации — это отдаленность от рака. Книга называется: «Рак. Болезнь цивилизации?» (Vilhjalmur Stefansson. «Cancer. Decease of Civilisation?» N. I., 1960).

Основной источник канцерогенов — искусственные вещества, что несут с собой чудеса комфорта, быстроту передвижения, разнообразие и роскошь блюд, напитков, сладостей — в общем, высокоцивилизованную жизнь по сходной цене. Такой вывод вытекает из сообщений специалистов.

В пищевые продукты добавляется много разных химических соединений. Использование добавок необходимо, «так как имеющиеся… мировые запасы продовольствия требуют эффективной разработки технологических процессов, которые позволили бы использовать их в максимальной степени» (Всемирная организация здравоохранения Организации Объединенных Наций — ВОЗ ООН, 1961).

Как выяснилось — с некоторым опозданием, — многие из этих синтетических добавок оказывают сильное канцерогенное действие на подопытных животных.

Например, диметиламиноазобензол — краситель, придающий «товарный вид» сливочному маслу и маргарину. Годами подкрашивали им в ряде стран самый ходкий продукт питания, прежде чем медицина спохватилась.

Канцерогенными или подозрительными в этом отношении оказались вещества, применявшиеся или применяемые в качестве красителей пищевых продуктов, сладких средств, агентов, действующих против выцветания шоколада, черствения хлеба, в качестве загустителя и стабилизирующего средства, для придания запаха и вкуса.

Анализируя положение дел, Всемирная организация здравоохранения бестрепетно признает, что «невозможно в настоящее время полностью исключить канцерогенные вещества из пищевых продуктов, из технологического процесса приготовления пищи и из веществ, соприкасающихся с пищевыми продуктами».

На фоне подобных признаний опасности химической войны с насекомыми выглядят рядовыми. И то, что многие «циды» канцерогенны, кажется почти естественным.

«Хьюпер в Национальном раковом институте обнаружил канцерогенные свойства у одной инсектицидной жидкости, — пишет о своем коллеге американский исследователь М. Бис — кайнд. — Достойно удивления то, что подробности этого открытия не стали известными всему медицинскому миру».

Видимо, Хьюпер как раз и не нашел здесь ничего, достойного удивления. Не находят ничего удивительного и в том, что ДДТ остается одним из главных защитников нашей пищи, хотя «еще не решен окончательно вопрос об отсутствии у него канцерогенных свойств». Не поймешь — то ли утешением, то ли предупреждением считать данные о том, что ДДТ вызывает слабую канцерогенную реакцию у крыс. Впрочем, Всемирная Организация здравоохранения «обращает внимание на необходимость широкой исследовательской работы в этой области».

Имеется в виду одновременность действий: использование ДДТ и выяснение его канцерогенности. Ждать некогда, жизнь так коротка!

Может ведь оказаться, что ДДТ не так уж и канцерогенен?..

Френсис Бикнел вспоминает следующий эпизод. Инсектицид 2-ацетиламинофлуорен — вещество с абсолютно новой химической формулой — был приготовлен к широкому практическому использованию, когда специалисты — онкологи по случайному совпадению исследовали его. Они подтвердили, что препарат действительно не так уж токсичен, но обладает канцерогенными свойствами, которые обнаруживаются при употреблении его в течение длительного времени. Он вызывает рак почек, печени, мочевого пузыря, легких и «бог весть чего еще».

Онкологи особо выделяют группу так называемых коканцерогенов. Понятнее было бы их именовать соканцерогенами, то есть спутниками, сообщниками прямых агентов рака.

Сами по себе коканцерогены не вызывают опухоли. Но если что — то их вызывает, вещества — сообщники не остаются в стороне. В специальной литературе высказывается предположение, что роль коканцерогенов могут играть хлорорганические соединения из группы инсектицидов. Наблюдалось, в частности, что частота образования опухолей возрастает в четыре раза под влиянием алдрина.

…Арестанты в течение 18 месяцев питались продуктами, сильно загрязненными препаратом ДДТ, — и ничего.

Теперь, после всего сказанного, этот аргумент не выглядит безупречным.