Особенная посылка.

В преддверии стартового окна на пусковом комплексе 41 на мысе Канаверал АМС «Новые горизонты» стояла на своей гигантской ракете «Атлас» с подключенным питанием и готовая к старту. Носитель в вертикальном положении, как говорят ракетчики, производил впечатление — его высота составляла более 60 м. Наверху маленькие «Новые горизонты» крепились к своему твердотопливному разгонному блоку STAR 48, и оба прятались внутри большого носового конуса «Атласа», способного вместить аппарат размером со школьный автобус.

Рядом с вертикально стоящей ракетой находилась ее башня обслуживания, почти такая же высокая, как и сама ракета, с различными трубками, кабелями и трубопроводами наземного топливного питания, обеспечивающими электроснабжение, заправку, охлаждение и связь с ракетой до самого пуска. Пусковой комплекс соседствовал с пляжем, и вокруг не было больше ничего на многие километры вокруг.

Основная часть Космического центра им. Кеннеди напоминает заповедник живой природы; используется всего около 10 % территории. Сырые болота Флориды — отличное место для того, чтобы увидеть белых цапель, скоп, орлов, обычных цапель и, конечно, аллигаторов. Посреди болот, дюн и лагун этой богатой экосистемы располагается множество легко узнаваемых сооружений NASA, знакомых по фотографиям и документальным фильмам, в том числе громадное здание вертикальной сборки высотой 160 м, десяток других стартовых площадок, помещения астронавтов, посадочная полоса шаттлов и обширный комплекс для посетителей.

Без сомнения, было что-то, притягивающее людей к этому пуску, — ощущение эпохальности события, передачи эстафеты от «Вояджеров» новому поколению исследователей, которых вдохновили их полеты. Это можно было ощутить, это витало в воздухе: новому поколению выпал шанс исследовать миры, которые никто не видел.

«Новые горизонты» усиленно распространяли свой слоган «Первая экспедиция к последней планете», и во многом она обещала стать «последним первым полетом к планете» в эпоху начала исследований планет нашей Солнечной системы. Также это была первая межпланетная экспедиция NASA нового типа — первый из серии космических запусков, стоивших в пределах $1 млрд, проводимых по конкурсу и возглавляемых научным руководителем, в рамках программы NASA «Новые рубежи».

Те, кто работал над экспедицией, отчетливо понимали, что, с одной стороны, им предстоят десять лет полета, а с другой — позади остались почти 20 лет борьбы, через которую пришлось пройти, чтобы наступил этот момент. Из-за всего этого появлялось ощущение того, что наступил важный исторический момент, который собрал всех, имеющих какой-то вес в исследованиях космического пространства, — от астронавтов до политиков, от ученых-планетологов всего мира до журналистов, пишущих о космосе.

По странному, поистине космическому совпадению пуск должен был состояться примерно в годовщину смерти первооткрывателя Плутона Клайда Томбо, который скончался 17 января 1997 г. Это придавало событию особую трогательность.

Но была и еще одна причина, по которой пуск вызывал множество эмоций, особенно у родных Томбо. Широкой общественности это было неизвестно, но на борту «Новых горизонтов» находилась частица праха Клайда Томбо. Идея первоначально принадлежала Робу Стаэлю, и родилась она еще в 1990-х гг., когда Лаборатория реактивного движения проводила изучение и оценку быстрого пролета мимо Плутона. Роб поделился ею с Клайдом, с которым они были друзьями, и Клайд согласился. Поэтому в начале 2005 г., когда уже стало казаться, что пуск «Новых горизонтов» воплотится в реальность, Алан поднял эту деликатную тему в разговоре с вдовой Клайда Пэтси и его дочерью Аннет, спросив, известно ли им о разговоре со Стаэлем и сохранили ли они часть праха Клайда для отправки на Плутон. Они тут же с большим энтузиазмом ответили «да» на оба вопроса, сказав Алану, что Клайд этого очень хотел. Тогда Алан спросил своих инженеров-проектировщиков, как это можно реализовать, как можно поместить маленький контейнер в их «птичку», потому что, когда речь идет о космических полетах, даже самое сентиментальное проявление чувств должно быть тщательно спроектировано. Инженеры создали крохотный контейнер, который прикрепили к стенке аппарата, заменив им маленький балансир-противовес.

В середине 2005 г. Алан получил от семьи Клайда пакетик с прахом, который отнес в Лабораторию прикладной физики в своем портфеле и передал инженерам, чтобы поместить в контейнер. На внешней стороне контейнера имелась крошечная табличка, где были выгравированы слова, написанные Аланом: ЗДЕСЬ НАХОДЯТСЯ ОСТАНКИ АМЕРИКАНЦА КЛАЙДА У. ТОМБО, ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЯ ПЛУТОНА И «ТРЕТЬЕЙ ЗОНЫ» СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ, СЫНА АДЕЛИ И МАРОНА, МУЖА ПАТРИСИИ, ОТЦА АННЕТ И ОЛДЕНА, АСТРОНОМА, УЧИТЕЛЯ, ОСТРЯКА И ХОРОШЕГО ДРУГА: КЛАЙД У. ТОМБО (1906–1997).

Только задумайтесь об этом: 70 лет назад идущие от Солнца фотоны света отразились от поверхности Плутона, за четыре часа пролетели миллиарды километров до Земли, чтобы попасть в объектив телескопа во Флагстаффе, штат Аризона. Эти фотоны создали крошечную точку на пластинке с фотографической эмульсией, и эту точку заметил глаз юного Клайда Томбо, когда он изучал снимки несколько недель спустя, пытаясь найти доказательства существования новой, далекой планеты. Теперь атомам, которые были частью Клайда, предстояло отправиться в путешествие к этому далекому миру и затем продолжить полет за пределы нашей Солнечной системы в межзвездное пространство, к далеким галактикам. Что бы вы ни думали о жизни, смерти, сознании и судьбе, это было потрясающим и неповторимым мемориалом, подобного которому не было никогда в истории.