КОНЕЦ ТЕМНЫХ ВЕКОВ ФЕКАЛЬНЫХ ТРАНСПЛАНТАЦИЙ.

Очевидно, что пересадка целебных микробов в больную микрофлору должна исключать риски внедрения возбудителей заболеваний или повышения уязвимости к другим болезням. Наверняка грубая форма проведения ТФМ сегодня — лишь первые шаги в перспективном направлении. Как выглядит будущее лечения больной микрофлоры?

Один из способов снизить риски, связанные с ТФМ, — сохранить образец своего стула на случай, если вам понадобится пересадка в будущем. По этому же принципу многие люди заготавливают собственную кровь, которую затем используют, например, при серьезных кровопотерях. ТФМ вашего собственного стула исключит возможность передачи новых возбудителей болезней от донора. Норт-йоркская общесоматическая больница в Торонто запустила пилотную программу по сбору образцов стула у госпитализированных пациентов. Скорее всего, резерв не потребуется, но может оказаться критичным, если у пациента разовьется CDAD в результате пребывания в больнице. Из-за широкого использования антибиотиков и распространенности устойчивых к лекарствам штаммов C. difficile больницы могут стать рассадниками CDAD. Собирая фекальные образцы для каждого пациента, врачи получают материалы для ТФМ. При этом нет необходимости тратить время и средства на тестирование доноров. Кроме того, исключается возможность неумышленного распространения болезни. Предупредительное сохранение стула пациентов, без сомнения, благоразумно и может стать обычной практикой в других больницах.

Даже с созданием банков стула остаются проблемы, связанные с ТФМ. Во время подготовки к ТФМ фекальный материал должен обрабатываться; таким образом медперсонал может вступить в контакт с возбудителями, присутствующими в образце. К тому же запах — значительная проблема при работе с фекальным материалом. Эти проблемы можно обойти, если вместо фекального материала использовать установленную смесь микробов, выращенную в лаборатории. Использование такого продукта промышленного производства гарантирует отсутствие инфекционных микробов и стандартизирует процедуру лечения.

Для лечения CDAD группа ученых создала смесь из 33 видов бактерий, которую назвали RePOOPulate[108], [109]. Исследователи выбрали типы бактерий, о которых известно, что они полезны и зачастую исчезают из микрофлоры больных CDAD. Бактерии были даже проверены на устойчивость к антибиотикам, чтобы гарантировать, что они не передадут гены устойчивости другим микробам в кишечнике. Скромные испытания пересадки смеси RePOOPulate пациентам с СDАD показали многообещающие результаты. Два пациента были вылечены этим микробным коктейлем, и даже спустя шесть месяцев обе микрофлоры по-прежнему содержали все 33 штамма бактерий RePOOPulate. Эти бактерии составили четверть всех штаммов, обнаруженных в обеих микрофлорах. Они не только успешно колонизировали кишечник, но и обосновались в нем. Удивительно, но оба пациента позже прошли несколько курсов лечения антибиотиками в связи с инфекциями, не связанными со СDАD, и в обоих случаях CDAD не вернулась. Новая микрофлора либо сдерживала C. difficile, когда произошла атака антибиотиками, либо полностью их уничтожила.

Использование установленных смесей микробов вместо грубых образцов стула — перспективный подход. Появляются компании, делающие ставку на разработку индивидуальных смесей для трансплантации микрофлоры. Некоторые смеси даже производятся в виде таблеток, что также должно значительно снизить стоимость и риски, связанные с введением при помощи клизмы или назогастрального зонда. Применение таких «какапсул», как их иногда называют, может войти в стандартную схему лечения больных после курса антибиотиков для смягчения ущерба, причиняемого микрофлоре.

Бактерии чище фекального материала, однако лечение людей живыми организмами все-таки беспокоит регламентирующие органы. Проглатывая живые микробы, вы можете открыть в кишечнике ящик Пандоры. Микробы из исследования RePOOPulate были найдены в кишечнике через шесть месяцев после окончания лечения. Значит, если что-то пойдет не так, избавиться от них будет очень сложно. Фармацевтические компании в своей работе исходят из того, что лучшее лекарство — молекулы, а не живые существа. Молекулы легко регулировать, патентовать, и, так как они не живые, с ними проще контролировать дозировку. Что произошло бы, если бы RePOOPulate составили половину микрофлоры или даже больше? Могло бы это вызвать проблемы, и если да, как можно было бы сократить их количество? Эти живые организмы могут самостоятельно размножаться после введения внутрь — и это обязательное требование для эффективного лечения. Но мы не можем контролировать масштабы размножения. Это усложняет дозирование по сравнению с обычными химическими лекарствами, дозу которых можно определить абсолютно точно.

Микробы в кишечнике вырабатывают молекулы (помните нашу безнадзорную фабрику лекарств?), которые, в частности, влияют на воспаление и исправляют дефекты в кишечной оболочке. Однако можно избежать внедрения живых организмов, используя химические вещества, производимые микрофлорой. Такой подход схож с восстановлением почвы в надежде на то, что уже присутствующие семена цветов смогут снова вырасти и зацвести. В ближайшие годы, скорее всего, будут открыты многие другие молекулы, производимые микрофлорой.