3.2.9. Религиозная система древних славян.

Стандартный академический подход к вопросу о происхождении так называемой славянской общности предполагает происхождение протославян — от одной из ветвей индоевропейского сообщества. Поскольку русские считаются по происхождению от славянских корней, то вопрос о русском протославянском происхождении в России особенно актуален. На тему происхождения славянской общности и русских написано множество разнообразных трудов, которые дают весьма противоречивые друг другу выводы. Поэтому здесь мы будем опираться в основном на исследования в сфере религиозного опыта протославянской веры, не особо останавливаясь на исторических этапах развития протославян. Но кое-что из истории весьма интересно в этом вопросе. При этом термин протославяне — условный — и означает древних предков современных народов, корни которых едины и указывают на общее протославянское начало.

Многие источники указывают на то, что протославяне географически входили в состав западных древнеевропейцев (индоевропейского сообщества племён) в III–II вв. до н. э. А обособление славян относят к VIII–VII вв. до н. э., которое произошло на базе лужицкой культуры[370] на землях в бассейне Одера, Вислы, и правобережья Эльбы. Многие считают, что в середине I тыс. н. э. славяне приняли участие в «великом переселении народов», мигрируя на новые земли. И этот последний крупный процесс миграций предопределил последующее разделение на три главные ветви современных славян — восточных(русские, украинцы, белорусы), западных (поляки, чехи, словаки, лужичане) и южных (болгары, сербы, хорваты, словенцы, македонцы, боснийцы, черногорцы). Некоторые исследователи вопроса древних истоков русского народа утверждают, что название славяне от которого историками берётся общее название древнего европейского ареала проживания протославян — Славия — появилось гораздо позже, чем название Русь — русы.

Древние истоки Руси.

Есть достаточно убедительная версия[371] что протославян правильно называть венедами. Согласно ей, этноним славяне возник не раньше VI века н. э. в входе «великого переселения народов» на территории современной Польши и восточнее её. В это время происходили жестокие бои с византийцами в VI–VII вв. с участием восточных русов и русов Южно-балтийской Руси и всех западных венедов (приграничных с Германией). Название славене, позже славяне стало весьма быстро распространяться, как общий этноним всех западных венедов и русских — не только за счёт интенсивности переселения, а в основном по причине того, что сами переселенцы были участниками славных сражений на Балканах и являли собой воинов из семей «славой венчанных», «овеянных славой» и были «славные венеды».

Но для территории восточнее современной Польши основным названием народа навечно осталось название русские — кроме украинцев (крайне русских) и белорусов, консолидировавшихся в свои народности в XV–XVI вв., а позже оформившихся в национальности со своей территорией и языком. На южном побережье Балтийского моря (в Южнобалтийской Руси) названия русы, венеты-русь, русские — сохранялись до XI–XII вв.

После консолидации русов-полян[372] прибалтийских в княжество Великая Польша (в конце IX в.) и позже образования княжеств Мешко I и Малая Польша на юге в конце X в. и образования государства Польша под властью Болеслава I Храброго (XI век) — за населением этих территории закрепилось название поляки. Название русы там исчезло, кроме территории Вендской державы на Балтийском побережье — части бывшей Южнобалтийской Руси. Но общее название славяне — осталось, как малоупотребительное для славян-венедов западных, славян-русских, русов-поляков и болгар.

Авторы такого подхода не согласны с историками, которые называют венедов, являющихся этнической праосновой древней Руси — праславянами, и Руси I–V веков н. э. славянами. Эту ошибку они относят к исторической инерции, полученной из летописи, прошедшей цензуру в период библейского христианства. В этот период (второе тысячелетие новой эры) в рамках насаждения культуры библейского христианства предавалось забвению всё, что было связано с былым могуществом древней прародины славян и русов. Поэтому делать исторический упор на летописи, появившиеся после крещения Руси не следует.

Антинорманская теория[373] образования и развития докиевской Руси и её государственности утверждает существование древней государственности Великой Руси самое позднее с III по IX вв. на территории Балтийского побережья современной Германии, всей современной Польши[374] и землях Киевской Руси. Согласно этой теории, уже в первом веке н. э. предки русов венеды занимали огромное пространство от границ с кельтами и германскими племенами до верховий Волги, Западной Двины, Днепра и Среднего поднепровья и от предгорий Карпат до Южного побережья Балтийского моря (от устья Эльбы до Немана).

Венеды-русы занимали всю территорию современной Польши, а на Севере и западнее её до устья Эльбы, а также все области будущей киевской Руси. Западные венеды занимали земли лужицких сербов, земли Чехословакии, а с VI–VII вв. и земли Югославии. Язык венедов-русских был единым до IX века. Народ русов был могуч и однороден во всей Великой Вендеской Руси, в которую входили Южнобалтийская Русь, Северовосточная Русь и Южная Русь, которая стала древней Великой Русью.

Древняя Великая Русь представляла объединение трёх этих частей, близкое к государственному с выборным, договорным органом управления. На современном языке это было нечто вроде конфедерации.[375] Союзы областей управлялись князьями, старейшинами, воеводами. Южнобалтийская Русь управлялась сначала выборными воеводами, князьями, а затем — наследственными князьями. Балтийские поляне, входившие в Южнобалтийскую Русь, позже в конце IX века консолидировались с южными и западными волостями, дав название «Польша» и «поляки». А в Великую Венедскую Русь, а позже древнюю Великую Русь — вошли все земли современной Польши и земли от устья Эльбы до Одера, вся Северовосточная Русь и Южная Русь к началу III в. и к середине III в. соответственно.

Сторонники антинорманской теории отмечают, что самое позднее с I века и до IX века между древними “протославянскими” якобы племенами, которые относятся к венедам — бодричами, лютичами, поморянами, мазовшанами, полянами балтийскими, куявянами, ленчанами, полочанами, ильменскими словенами, кривичами, меря, ситскарями (сицкарями), голядью балтийской, дреговичами, древлянами, северянами, радмичами, вятичами, полянами днепровскими, уличами, тиверцами, вислянами, волынянами (дулебами), и серадзянами — этнических различий не было. Это был единый венедский, а позже русский народ с III века н. э. с единым русским (позже славянским) языком — что одно и то же. Разделение шло только по названиям волостей. Лишь позже, приблизительно в VIII–IX вв. стали консолидироваться и переселяться в Польшу уличи и тиверцы.

Таким образом, Великая Венедская Русь и древняя Великая Русь — одно и то же. Просто в определённое время венеды стали русами.[376] Вопрос о происхождении слова Русь и русские довольно серьёзно исследовал русский писатель и историк В.А.Чивилихин. В своей книге «Память» он пишет следующее:

«Люди земли издревле жили в горах и пустынях, в тундре и джунглях, у морей и в степях, живут и сейчас. Русские же деревни чаще всего лепятся к рекам. Там же располагались и наши древние поселения, из которых образовались позже первые русские города, все без единого исключения обосновавшиеся на реках. Река снабжала наших предков рыбой, пернатой дичью, самым лучшим бобровым мехом, обеспечивала добычливую охоту на диких копытных у бродов, звериных водопоев, речных обрывов, давала воду для приготовления пищи, омовений, полива садов и огородов, корм домашней водоплавающей птице и луговую траву для скота. И ещё одно очень важное — никаких дорог через леса в те времена не было и река представляла лёгкий, идеально гладкий путь: летом по воде, зимой по льду. Река образовывала защиту на крутых, изрезанных притоками берегах. Реки давали выход к морям, на дальние внешние рынки. И, наконец, особый разговор — о значении рек в военном деле. Имею в виду не только речные обрывы, на которых стояли феодальные замки и укрепления городов. У водных преград возводились системы Киево-Печерских крепостей, позже — феноменальные каменные Новгородско-Псковские крепостные линии. Наши предки умели также великолепно использовать привычную для них природную среду — реки, озёра и болота — в открытых сражениях… Наши предки обожесвтляли реку и первое свидетельство о почитаниях славянами рек и водных божеств (нимф) зафиксировано у византийца Прокопия в VI в. н. э. Нестор тоже писал, что в языческую эпоху мы вместо богов почитали реки, озёра, источники».

В общем, речное водное слово русло реки, согласно этой версии — служит началом слов Русь, русский. К тому же есть версия, что в “праславянском” языке река называлась руса. И понятие руса трансформировалось от смысла река в понятие русло, что в принципе почти одно и то же. Русло это — пониженная часть речной долины, по которой происходит постоянный сток воды в межпаводочные периоды. Восточная Европа изобилует реками, что и дало, скорее всего в начале I тысячелетия нашей эры, название нашей речной Родине (русы — речной народ) — а прародиной является Великий Венедский Союз.

Так Неман в старину называли Рось; один из рукавов Немана сохранил название Русь, а залив, в который он впадает, имел название Русна. В новгородской области есть река Руса. Русь — приток Нарева. Рось — приток Днепра. Руса — приток Семи. Самая большая русская река Волга называлась Рось. И таких примеров — множество.

Если название русы возникло от название река, то и место и время возникновения следует искать в географическом и историческом “ключе” — там, где на землях венедов было больше всего рек. В южной Прибалтике более чем где-либо рек, речек, ручьёв и огромное число озёр, соединённых между собой протоками. По этой земле протекают и впадают в Балтийское море большие реки с огромным числом протоков. Это Эльба, Одер, Висла, Буг, Нарев и Неман. По количеству озёр южная Прибалтика может сравниться только с южной Финляндией. Такого количества рек, речек, ручьёв и озёр на всей земле древней Великой Руси нигде не было.

Скорее всего всю южную Прибалтику, а затем и всю древнюю Великую Русь назвали словом Русь. Место таинственного «Острова русов», о котором говорилось в персидской и арабской средневековой географической литературе, без указания его места нахождения — становится определённым. Это остров Рюген (Руян) у южного побережья Балтийского моря, принадлежащий Бордичам. Остров Рюген назван «Островом русов», потому что он стоял у берегов, которые впервые на землях венедов названы Русью.

Название Русь относилось ко всем землям древней Великой Руси. Но русские ещё и уточняли название себя по названию волостей: поляне, древляне, кривичи и т. д. Прибалтийские венеды раньше других усвоили название Русь. Слово русь было изначально самоназванием и прибалты раньше других консолидировались в народное общество русов — жителей рек. Это был большой народ, умевший постоять за себя. Среди этого народа уже было не племенное, а территориальное деление, как пишут большинство историков. А территориальные деления и названия — соответствовали местности,[377] ограниченной естественными границами. То есть русы объективно-географически делились по естественным нишам, но не делились общественно — ни по иерархии сословий, ни по племенному признаку.

В составе народа венедов-русь были жители, которые жили в различных местностях, управляемых выборными начальниками, старейшинами, воеводами, князьями. Все пять областей прибалтов венедов-русь: Бодричи, Лютичи, Поморяне, Поляне прибалтийские, Ленчане и Куявяне (куявы) входили в состав Южнобалтийской Руси. Все они сообщались по водным трассам. В подтверждение этому финны в настоящее время именуют русских venaje (венеды, венты), а эстонцы — vёпё.

Образовалось государство Южнобалтийская Русь в начале III века н. э. Жители этого государства консолидировались из общего монолита венедов с самоназванием Русь, русы, как много веков позже (XV–XVI вв.) выделялись и консолидировались из русского народа (с полуторатысячелетней историей, по меньшей мере) украинцы и белорусы.

О племенах и союзах племён в отношении общественного устройства Руси не могло быть и речи. Это понятие было забыто венедами (особенно венедами-русами) как родовой строй — самое позднее в последних столетиях до новой эры. Это были союзы областей с выборными органами и общинной формой жизни. Централизация и координация осуществлялась из единого центрального органа, собиравшегося по надобности решения общих задач: обороны, строительства,[378] экономических вопросов…

В Южнобалтийскую Русь входили области: Бодричи, Лютичи, Поморяне, Поляне прибалтийские, Ленчане и Куявяне (куявы).

В Северовосточную Русь входили области: Мазовшане, Чёрная Русь,[379] Полочане, Дреговичи, Древляне, несколько позже Кривичи, Меря (по р. Мера, с гг. Галич-Мерский и Ростов), Ильменьские словене (Новгородцы), Ситчина (Ситскари) — по р. Сить, притоку р. Мологи, впадающей в Волгу у затопленного Рыбинским Водохранилищем г. Мологи, Голядь балтийская, осевшая по р. Протве — притоке р. Оки, Радмичи и Вятичи.

В Южную Русь входили области: Бужане, Северяне, Поляне, Уличи, Тиверцы, Висляне, Волыняне и Серадзяне.

Это были не племена, а области, причём — единый народ древней Великой Венедской Руси с начала III века. Именно он первый в Европе, начиная от Южнобалтийской Руси консолидировался в русский народ и создал самостоятельное конфедеративное государство-цивилизацию. Его ранняя консолидация обеспечивалась отличной связью по морю и рекам Лабе, Одре, Висле, Рось (Неман), западной Двине, Припяти, Варте, Бугу, Южному Бугу Сану, Нареву, Волхову, Днепру, Пруту, Днестру, Волге и их притокам и по знаменитому «пути из Варяг в Греки». И диктовалась необходимостью защиты как побережья Балтийского моря, западных и северных границ, так и юго-западных, южных и юго-восточных. Вплоть до IX века древняя Великая Русь состояла из единого массива русских людей и представлялась грекам «Великой Скифью».[380].

Образование в начале III века Великой Венедской Руси остановило и вытеснило со всех исконно древних венедских земель немецко-датских завоевателей. Причём в течение многих веков, вплоть до начала распада древней Руси (до IX в.) немецкие племена и даже войска могучей империи Карла Великого во время её нашествий на Русь (778 по 806 гг.) не смогли завоевать ни одной «славянской» области, в частности и областей Великой Руси. Образование древней Великой Руси обусловлено исторической необходимостью выживания и совместного проживания венедского и венедско-русского народа в кровопролитных воинах с готами, сарматами (аланами — активной частью сарматов), хазарами, гуннами и другими кочевниками на юге Руси и необходимостью отражать огромные массы немецко-датских агрессоров и римлян. Также к консолидации обязывали и общие экономические интересы, но главное — высшая цивилизационная целесообразность.

Благодаря древнему союзу Великой Руси — наследовавшему ещё более древнему Великому Венедскому Союзу — русская цивилизация устойчиво самоуправлялась в режиме общинной культуры и форме государственной конфедерации на протяжении почти всего первого тысячелетия новой эры, показывая своим существованием пример работоспособной альтернативы ведически-знахарской культуре древних высокоорганизованных государственных цивилизаций и культуре древнеплеменных союзов. Как показывают исторические факты, в период Великой Руси на всей её территории никогда не было рабства (ни в каких его формах) — в отличие от многих других государств и племенных союзов Земли.

И это вошло в генетику русских так, что до сих пор антитолпо-“элитарную” сущность русских людей можно упразднить только вместе с ними самими. Что и делается через оружие геноцида — в первую очередь это алкоголь, табак, наркотики. Именно поэтому русские — «никуда не годные рабы», как их называют на Западе. Однако массовое бессознательное сопротивление проявлениям рабства у русских в эпоху — после середины XX века (момент изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени), на деле трансформируется в массовое уклонение от качественной работы на любого “хозяина”. Это уклонение может принимать самые разнообразные формы: от мелкого и крупного саботажа до физического устранения “хозяев” и даже — самоуничтожения от невозможности осознать свою миссию. Последнее выражается в потере русскими смысла жизни: тот смысл жизни, который заложен в основы современного государства (обогащаться самому или работать на хозяина — в то время, когда цивилизация и государство уничтожается) для русской генетики и духовности на подходит. Однако, будучи в своём большинстве раздавленной привитым в период библейского христианства и марксизма безволием, русская толпа, к сожалению, выбирает путь самоуничтожения (в первую очередь пьянство и прочие методы) по принципу “крейсера Варяга”: «врагу не сдадимся, рабами не будем, умрём все до последнего».[381] Это в корне не правильно: нужно бороться за свою народную цивилизационную концепцию, за русскую землю (а не вымирать, цинично посмеиваясь, что не дались поработителям), как это делали наши предки до периода “христианизации” Руси — но современными самыми эффективными методами ведения борьбы.

Сохранение единого языка на всей территории Великой Руси — историческая данность. Без общей государственности (в той форме, в какой она была: конфедерация областей) сохранение единого языка было бы невозможно, что подтверждает вся история Европы. Консолидация в государстве или отторжение территории в другое государство изменяет язык. Примеры: Норвегия, Швеция, Финляндия, Венгрия, Украина, Белоруссия, Германия, Франция, Италия и Польша после выхода из Великой Руси и другие. На протяжении многих столетий с III по IX вв. на территории Великой Руси не образовалось ни одного самостоятельного государства. Все области этнически были однородны и говорили на одном языке.

«Великий народ венедов», каким именем называли праславян, успешно справлялся с агрессией своих противников на всех направлениях обширной области, которую он занимал. Это были оборонительные войны и войны за расширение цивилизации, ведшиеся по принципу упреждающего захвата территорий противника, которые последним могли использоваться как плацдарм для ведения войны с русской цивилизацией. По свидетельству историка Б.А.Рыбакова «В эпоху Плиния и Тацита[382] «великий народ венедов» занимал в Европе обширную область шириной около 600 км в меридиональном направлении и около 1600 км. с запада на восток. Эта территория занимала часть побережья Балтийского моря («Венедский залив») от о. Рюген с его знаменитым святилищем Святовита и до устья Вислы. Юго-западная граница долиной Эльбы, Богемскими горами и Карпатами. Юго-Восточная граница шла по краю степи от Карпат и Днепру, переходя на левый берег в бассейне Десны. Наименее ясна Северо-Восточная граница — она терялась в лесах Северо-Востока.

Одно из самых ранних свидетельств о венедах — драгоценные строки из «Германии» Корнелия Тацита (98 г. н. э.) — говорит нам об их подвижности и о походах, как на север, так и на юг: «Венеды заимствовали много из их (сарматских)[383] обычаев ибо они простирают свои разбойничьи набеги на все леса и горы, возвышающиеся между певкинами[384] и феннами».[385].

Совершенно очевидно, что для ведения глобальной войны за свою цивилизацию с нашествиями германцев, датчан, готов в союзе с Византией и римлян, венеды должны были создавать союзы с зачатками государственности — самое позднее в I–II в.в. новой эры — без чего невозможно себе представить управление огромной территорией и могущественной армией.

Поскольку есть многочисленные исторические свидетельства могущества Великой Венедской Руси уже в I веке до н. э., выражающиеся в высокой огранизованности протогосударства Русов, отражавшего набеги противника во всех направлениях, а также несущего самобытную культуру, имеющую более высокую организацию по сравнению с культурами племён и межплеменными союзами соседей, а также отличающуюся общинным образом жизни от высокоорганизованных государственных толпо-“элитарных” культур, таких как римской, греческой, эллинской — можно предположить, что у древней венедской региональной цивилизации к началу новой эры был уже большой исторический путь. Многие исследователи древних корней Великой Руси сходятся во мнении, что наши предки были высокоорганизованной общиной с государственными признаками объединения и единым языком — от нескольких столетий до н. э. до тысячелетия. Во всяком случае к концу последнего тысячелетия до новой эры Великий Венедский союз представлял собой конфедерацию нескольких общинных государств венедов. А в начале первого тысячелетия новой эры это был уже союз государств в которых не было признаков племенного образа жизни: племенное разделение в общем отсутствовало, а частные самоназвания древние русичи как правило брали от волостей, в которых проживали.

Последнее надо пояснить. Племя — это тип этнической общности и социальной организации первобытного общества — объединение многих родов на основе общей культуры, в которой наряду с языком объединяющим фактором может быть предание об общем предке родоначальнике всех родственных кланов, составляющих племя. Характерны: кровнородственная связь между его членами, деление на роды и фратрии,[386] общность территории, некоторых элементов хозяйства, самосознания и самоназвания, обычаев и культов, для позднего этапа — самоуправление, состоящее из племенного совета, военных и гражданских вождей. Образование союзов племён, завоевания и переселения вели к смешению племён и возникновению более крупных этнических общностей. Племенная организация сохраняется у некоторых народов и в современную эпоху. С возникновением древних государственностей разделение на племена как социальной организации общества, утрачивает свою значимость. Племена “растворяются” в государстве, перемешиваясь между собой, и их прежние социальные функции утрачиваются. А самоуправление и управление людей, входивших в племена, заменяется на государственное управление. Однако при образовании государства признаки племенного разделения могут ещё долгое время проявляться как элементы самоуправления отдельных племён в пределах государственного управления[387] и как культовая дань памяти прежним родам, входившим в племена. Родовая составляющая племенного образа жизни зачастую сохраняется даже более длительное время, чем племенная. Так, в римской республике длительное время процветала субкультура родовых религиозных систем.

Род (или клан) — коллектив кровных родственников (группа семей), ведущих происхождение от общего предка (родоначальника), носящих общее родовое имя. Счёт родства ведется по материнской (материнский род) или отцовской (отцовский род) линии. Возник на рубеже верхнего и нижнего палеолита. Роды объединялись в племена. Распался с возникновением государства. Родо-племенное деление сохранилось у некоторых социальных общностей до сих пор.

В древнерусской (считается — славянской) мифологии Род — имя верховного божества — родоначальника жизни, духа предков, покровителя семьи, дома. Надплеменная социальная самоорганизация древних венедов-русов — признак НАРОДА — которым жили наши предки самое позднее уже в конце I тысячелетия до новой эры.

Грамматическая структура русского языка и смысл грамматических единиц, составляющих слова (первый уровень — род, следующий более высокий уровень общности — на-род) — показывает, что русские издревле не придавали иерархии родов и племён того значения, какое ей придают многие другие народы, и что в государствах Африки, в Чечне, в Грузии, в Армении, в Азербайджане, в Казахстане выливается в проблему трайболизма (от английского «tribe» — племя, род; «tribal» — племенной, родовой), когда все так называемые «престижные» виды деятельности в обществе, уже перешедшем от родоплеменной организации жизни к государственной, оказываются занятыми выходцами из племён и кланов, почитавшихся в прежней родоплеменной структуре “старшими”, т. е. по существу “высшими”, в чьих представителях достоинство человека данного родоплеменного общества выражается якобы наиболее полно. У русских другой тип сплочённости — на основе единодушия — отрицающий семейственно-клановую и корпоративную сплоченность мафий и не изживших трайболизм народов.

Развитый трайболизм, а также и рецидивы клановости, при рассмотрении общественной жизни в масштабе национальном аналогичны расизму. Многие древние государственности входили в рабовладельческий период своего исторического пути на базе этнического расизма, клановости и захвата власти родовитой знатью под руководством “жрецов”. И период открытого рабовладения длился веками и тысячелетиями. После чего многие древние государственности распадались, на их месте возникали новые рабовладельческие общества и так вплоть до периода европейского феодализма (V–XVII вв.). Феодализм был основан не на прямом рабстве, а на сословно-юридическом неравенстве, закреплённым «правом» (в основном в отношении земельной собственности и эксплуатации труда на земле). Государственный строй — абсолютная монархия и господство дворянства. Главное что идейной основой феодализма в Европе стало библейское христианство.

Русская и проторусская (венедская) цивилизации из первобытно-общинного (родо-племенного) строя преобразовались в народную цивилизацию — цивилизацию людей, никогда не знавших рабовладения (то есть, мы благонравно “перешагнули” через период рабовладения, когда многие национально-государственные культуры в нём пребывали столетиями и тысячелетиями), которая показывала свою жизнеспособность более 1000 лет (как минимум), вплоть до начала европейской эпохи феодализма при покровительстве библейской церкви. На Руси это началось в IX–XI вв.

Можно с уверенностью предположить, что общие когда-то по происхождению от одной из ветвей индоевропейского сообщества и прошедшие как и все другие племена период первобытно-общинного строя (культуру общинной магии), племенные предки венедов, образовав надплеменную общность, не трансформировали культуру общинной магии в ведически-знахарскую культуру с её обязательной системой рабовладения. Древние предки венедов образовали особую надплеменную общинную культуру, которая позволила им выделиться в отдельную цивилизационную общность самое позднее к концу I тысячелетия до н. э. — создав при этом надплеменную систему справедливого жизнестроя, никогда не знавшую рабовладения. И если в системе ведически-знахарской культуры надродовые связи обеспечивались узурпацией власти методом создания государств и выстраивания иерархии духовного и структурного управления — с обязательными атрибутами писанных законов и прав граждан и рабов — то в случае цивилизации венедов-русов законы были не писанные, отношения были естественно-общинными и ненапряжёнными. Но такое государство-цивилизация показало свою устойчивость — гораздо большую чем древние рабовладельческие государства-цивилизации.

Великая Венедская Русь, а затем Великая Русь развивались более тысячи лет (а может быть и гораздо больше) вплоть до VIII–IX вв. в основном естественным образом — без вмешательства древних глобализаторов и цивилизаторов, черпающих свои рабовладельческие замашки от стереотипов Атлантиды и сумевших внедрить свою “жреческую” периферию практически во все древние региональные цивилизации мира. В Русской цивилизации это не удавалось сделать вплоть до её “христианизации”.

Действительно все славянские языки, включая русский, принадлежат к одной языковой группе и родственны санскриту. Реконструкция верований, культов и обрядности древних славян и индийцев, анализ многих традиций, уходящих корнями в доисторическую древность, показывает их общность. Но есть одно важное и принципиальное различие:

· Сословно-кастовая система в Индии существует издревле, и она прописана в Ведах, и есть писатели, которые утверждают, что она была принесена в Индию ариями, т. е. вынесена ими из погибшей Арктиды.

· Культура же доисторической Руси, при всей общности верований и ритуалов с ведическими, на каком-то этапе своего развития в доисторическую эпоху перестала быть кастовой.

Главные показатель этого состоит в том, что древнерусское жречество жило в самом народе и воспроизводилось в преемственности поколений не на замкнуто-клановой основе, а на общенародной; оно не обособилось от народа ни в организационных формах профессионально орденской корпорации знахарей (друиды и шаманы), посвящённых в таимые от прочих знания и навыки; ни в формах особого сословия «духовных» (брахманы, левиты, попы в России в допетровскую эпоху).

Калики перехожие, волхвы в древней Руси — социально-функционально — жречество, и, как свидетельствуют былины и летописи, описывая события эпохи становления в конце первого тысячелетия “элитарной” государственности на Руси, они не были обособленной от общества социальной группой в этот период начала кризиса Руси изначальной.

И это — главное качество Русской цивилизации, которое во многом аналогично кораническому утверждению: «Бог лучше знает, где помещать своё посольство» (Коран, 6:124).[388].

Культур компактно-общинного проживания в доисторической и раннеисторической[389] древности было много. Но русская культура — если не единственная, то одна из немногих, в которой жречество (как носители концептуальной власти) не обособилось от остального народа ни корпоративно, ни сословно. По отношению к этому факту, все прочие обстоятельства носят подчинённый или сопутствующий характер (т. е. имеют чисто формальное значение), если соотноситься с полной функцией управления по отношению к обществу.

Этимологическую[390] сущность однокоренных слов Русь, русский, русскость можно содержательно понять с помощью следующего символического анализа:

· Русло реки, понятие указывающее на высшую объективность возникновения: русло рек — неотъемлемая часть проекта Творения Земли.

· Русло реки, та часть реки, которая если в природе всё согласовано, не должна пересыхать вообще в течении годовых естественных круговоротов воды; любой случай пересыхания — катастрофа для населяющих реку и её окрестности биоценозов.

· Вода реки — символ информации, которая находится в постоянной динамике в соответствие с объективно заданной м hрой для этой реки. Сама же м hра - русло реки — указывающее путь воде-информации изначально задано Свыше, но может как-то меняться в пределах дозволенного географией местности либо от людской деятельности. Древние русы жили в согласии с природой, поэтому вмешательство в географию рек было минимальное (реки обожествляли), что в символике реки-русла может означать максимальное совпадение целей Промысла и русов.

· Общинные компактные проживания, связанные руслом реки, соответственно — «русским духом» — информационно-алгоритмическая связь людей с Высшей Мhрой — Предопределением, символом которой является русло.

· Русло — руль — одно из значений слова «русло». Руль — средство управления (в случае реки — плавающим по воде судном). Учитывая объективность течения речной воды, заданную руслом (рассуждения об этимологии слова русло предыдущих пунктов), рулить можно лишь в пределах русла. Так в слове Русь выразилась концепция управления по-Русски:[391] управлять в соответствие с Божиим Промыслом, следуя его руслом в соответствии с динамикой информации-воды (либо чуть быстрее за счёт движения вёсел: но тогда где-то на стоянке придётся ожидать, когда обогнанная плавающим средством речная вода дойдёт до места стоянки…).

Отсюда: русская духовность и древнерусская культура — древняя основа-альтернатива тому самому «атлантизму», который укоренился с глубокой древности почти везде в мире, и народы, попавшие под его влияние, развивались не естественным (предложенным Свыше) путём, а путём рабовладельческой глобализации. Самый правильный путь развития был у Русской протоцивилизации и у Великой Руси вплоть до её насильственной “христианизации”. Поэтому как надо правильно рулить в глобальных масштабах могут вспомнить и показать лишь русские, прошедшие в своём «детстве» науку общинного жизнестроя.

Основные причины распада государственности Великой Руси:

· Древнерусское жречество — носители концептуальной власти — на протяжении многих поколений оказывались персонально не состоятельны в заблаговременном выявлении и разрешении некоторых проблем русской цивилизации — как внутренних, так и в её взаимодействии с соседями. Жречество древней Руси были отчасти зомбировано как личностно, так и как социальная группа паразитическими составляющими исторически сложившейся культуры Руси изначальной (будут изложены в начале следующего раздела «Древнерусская вера»).

· Поэтому жречество не смогло удержать князей от губительных междоусобиц, сепаратизма отдельных областей и воздействия чужих культур в период VIII–X вв.

· Поэтому жречество не смогло эффективно управлять огромной территорией древней Великой Руси в условиях постоянных нашествий готов, гуннов, хазар, печенегов на юге и немецко-датских племён на севере и западе, заставивших некоторую знать искать защиты у саксов и кочевников и сдавать свои неприступные моральные позиции и создавать оппозицию власти.

· Сепаратизм отдельных областей (не племён) как то: прибалтийских Полян, Серадзян и Вислян.

· Междоусобицы отдельных князей.

· Причины кризиса носили чисто личностно-психический характер, который выразился статистически именно как кризис цивилизационного строительства и развития культуры, из которого без внешнего воздействия Русь изначальная оказалась не способной выйти сама. Все люди, включая и тех, кто впоследствии становились в ней жрецами, рождались, росли и личностно развивались в лоне культуры, которая обладала определённой спецификой в аспекте воспроизводства статистики распределения населения по типам строя психики, мироощущения, мировоззрения, миропонимания.

· Одновременно с этим на Русь возлагалась Свыше миссия в последующие десять веков перемолоть и осознать суть библейского христианства (которое было принято в Европе в первом тысячелетии новой эры) — с выходом на алгоримтику веры Богу — что не смогла сделать до сих пор ни одна региональная цивилизация. Это невозможно было сделать в тех условиях без принятия Русью библейского христианства. Альтернативой этому могло служить начало глобализации по-русскии не позже IV века н. э. (дата прнятия “христианства” Римом). Но на это русское жречество не решилось.

· Главная общая причина: доминирование нечеловечных типов строя психики при в общем-то человечном общинно-компактном жизнестрое — когда-то должно было проявиться во внутреннюю цивилизационную конфликтность. Князьями становились лица с демоническими качествами, которые не гнушались принимать “передовые” элементы толпо-“элитарных” культур соседей. Основное же население пребывало в животном типе строя психики, отчасти зомбированное культами многобожия — при общем внутреннем добронравии, что и обеспечивало в соборности (в общей сборке всех намерений) общинный образ жизни. Такова объективная данность исторического этапа развития Руси в I веке новой эры.

Последнее, что следует сказать, переходя к обзору веры и культов древних руссов, следующее. В то время когда путы библейского христианства были сняты с России в начале XX века, русские люди, пребывающие в границах Российской империи, а затем в границах Российской Федерации — не бросились восстанавливать свою веру по мифам, легендам и эпосу древних «славян». То есть, русские не стали духовно-информационно «плыть против течения» реки времени.[392] Известно, что последнее происходило в тот исторический период (XX век) со многими цивилизациями (наследники кельтов, германцев…). Русские не стали слепо возвращаться в прошлое (хоть оно и было у нас одним из самых праведным), бездумно копируя образно-символичную сторону веры древних русов с переносом в настоящее. Ничего хорошего из этого всё равно бы не вышло, как не вышло ничего хорошего у германцев, взявших за постбиблейскую основу символику и культы своих добиблейских предков. И если Русь когда-то и называлась Великой, то она в то время была ещё и максимально возможно (для того невежественного времени) справедливой. А вот Германию назвали Великой, но на базе древних “арийских” культов создали фашизм. Поэтому можно сказать, что русские поплыли дальше по «реке истории», а германцы попытались вернуться вспять.

И было множество исторических личностей, которые после “христианизации” Руси благонамеренно пробовали вернуть русский народ в русло исконно русской реки ( вернуть в своё русло — не значит заставить плыть вспять: эти две вещи не надо путать) — с государственного уровня. Но более всего это удалось И.В.Сталину, отнявшему у «мировой закулисы» руль управления государством и взявшему на себя ИХ «полномочия» (в первую очередь штурманские — по прокладке курса). И.В.Сталин впервые после крещения Руси попробовал рулить по-русски и в русском русле — с перспективой перехода к этому в мировом масштабе и показал всем, что это возможно.

Древнерусская вера.

Рассмотрим некоторые стороны становления веры древних русов. Сразу после библейской христианизации древние формы русской религии перешли на положение «неофициальных». Все упоминания о былой мощи дохристианской Руси уничтожались вместе с памятниками «языческой» культуры. Несмотря на это в огромном количестве мест на Руси вследствие большой территории и слабой государственной власти вплоть до середины второго тысячелетия н. э. древнерусская вера переживала даже периоды возрождения. Так, в среде полабских славян отмечен период возрождения в XIV веке.

Общепринято делить так называемую «славянскую» религию на хронологические периоды:

· Протославянский (проторусский) период — III тыс. до н. э по вторую половину I тыс. до н. э. К нему относят достаточно крепкие связи с индоевропейской культурой, которые обеспечивали определённое единство общих со всеми западными европейцами принципов религии. Однако при этом отмечаются особо медленные темпы исторического развития и огромная территория проторусской общности в стороне от динамично меняющейся средиземноморской цивилизации, что в совокупности с отстройкой на определённом этапе от индоевропейцев — обеспечило особый путь, о котором мы говорили в предыдущем разделе.

· Древнеславянский (древнерусский) период — вторая половина I тыс. до н. э. — I тыс. н. э. Именно эти 1,5 тысячи лет можно уверенно считать временем могущества (зарождения, расцвета и упадка) цивилизации венедов-русов.

Удалённость прарусов от основных центров античной цивилизации сочеталась в их культурном развитии с отсутствием сильного инокультурного влияния, каким был в истории индоариев дравидский элемент.[393] А в истории италиков — этрусский. Прарусы как при оседлом проживании, так и при миграциях имели дело преимущественно с народами и племенами, находящимися на ступенях религиозной “зрелости” не выше их самих, и поэтому те не могли существенно повлиять на характер прарусской религии.

Также и по тем же причинам прарусский язык не утратил свою первозданную сущность: если санскрит, греческий и латинский языки в ходе миграции этносов и столкновений с другими языками много потеряли из индоевропейского фонда, то прарусский язык легко ассимилировал немногочисленные чужеземные слова и был сохранён — в своей корневой базе. А совокупная корневая база языка как раз и представляет мhру — указывающую до сих пор в некотором роде на то самое русское русло. То есть, русский язык сохранил сущность русского курса — концепции развития.

Практически все источники утверждают об общности «славянского» (древнерусского) языка на всей огромной территории, которую они занимали. Некоторые источники утверждают даже, что этноним «славяне» от словене — понимающие слова друг друга.

В любом случае признаки народа ( единые территория, язык, общие экономические интересы, культурно-религиозный склад психики, отсутствие дискриминации по профессиональным признакам и наличие всех необходимых базовых профессий цивилизации) уже были налицо скорее всего со второй половины I тысячелетия до н. э. Поэтому язык в русском понимании долгое время был синонимом слова народ. А словом народ вообще не пользовались.

Язык и территория были основными неразрывными «святынями» религиозного сознания древних русов.[394] А религиозная система древних руссов выражала религию территории — в определённом широком смысле. Территорию любили, чтили, бережно хранили и обожествляли. Многобожие как раз для этого веьсма подходило.

Как видно, прарусский язык являл собой лишь “ключи” к миропониманию, близкому к тому, что от людей ждёт Бог. Однако, само миропонимание развито было согласно тому этапу, который проходила вся мировая цивилизация. К тому же в прарусской региональной цивилизации, как и во многих других, было принято от протопредков общее всем индоевропейцам ведическое многобожие, которое не было изжито. И одновременно с этим прарусский язык позволял достаточно эффективно заниматься разными видами магии — в том числе и гидрометеорологической и лечебной и религиозной и личной. Но использование “ключей” в полной мере может быть только при человечном типе строя психики и развитой культуре мышления: тогда, когда желания совпадают с объективными возможностями языка, а мысли совпадают с тем, что ждёт от каждого человека Бог.

В общем, миропонимание, которое господствовало на Руси представляло собой противоестественную смесь, в которую в психике одних и тех же людей в разном составе и организации взаимосвязей входили:

· Язычество в единобожии Бога Творца и Вседержителя — в том смысле, что поток жизненных событий в личностной религии человека и Бога интерпретируется как диалог Бога и людей на языке жизненных обстоятельств, обладающих определённой адресаций и смыслом.

· Ведическое многобожие, в котором обожествлялись как стихийные силы Мироздания, так и легендарные предки.

· Идолопоклонство, частично собственного производства, а частично унаследованное от других культур, которые оказались в полосе миграции, и носители которых влились в цивилизацию Руси изначальной.

· Магия:

Ш как естественно-личностная, обусловленная биологией человека и его личностным развитием (биополя как совокупность общеприродных полей — материальны, способны к взаимодействию с другими видами материи, несут информацию, поэтому, излучая и воспринимая поля своим организмом, человек способен оказывать осмысленно-целесообразное воздействие на течение событий не-механическим и не текстуально-повествовательным способом);

Ш так и ритуальная (в ней человек обращается и к эгрегорам, подменяя ими Бога, и другим полевым сущностям, вступая с ними в сделки на предмет выполнения этими полевыми сущностями желаний человека). Составляющими ритуальной магии являются и всевозможные жертвоприношения — от «безобидных» ленточек священным деревьям и камням, до культового человекоубийства под теми или иными предлогами.

Всё из перечисленного выше, за исключением естественно-личностной магии, чуждо нормальной для человеческого общества культуре язычества в единобожии Бога Творца и Вседержителя.

Однако, присутствуя в культуре общества и психике представителей жречества персонально, паразитические составляющие древней культуры ограничивали дееспособность жречества в заблаговременном выявлении и разрешении проблем развития цивилизации Руси изначальной во всех его аспектах.

Утверждение о том, что религия прарусов и руссов была основана на язычестве в единобожии Бога Творца и Вседержителя — не оторванная от жизни гипотеза, либо апологетика древнерусской вере. Можно уверенно утверждать, что именно эта составляющая в религиозной жизни прарусов и позднее русов была одной из главных — но объединённой и неразрывно связанной с другими составляющими, перечисленными выше. Именно эта составляющая молчаливо выделена в понятийном аппарате русского языка — так, как это не было сделано в других древних национально-государственных религиозных системах.

Дело в том, что русы не имели специального термина, выделяющего религию из прочих сфер общественной жизни и чётко её обозначающего. Религия была органической частью коллективного и индивидуального бытия русов, поэтому религиозное сознание не нуждалось в особой понятийной категории, фиксирующей своеобразие религиозного бытия и обособляющей религиозные явления от других — «нерелигиозных».

Поскольку религия русов была органической частью коллективного и индивидуального бытия, а магия была неотъемлемой составляющей любой религии (особенно в древности), то в части индивидуального бытия большое место занимала естественно-личностная магия, обусловленная биологией человека и его личностным развитием. Большая чувствительность народа, жившего в ладу с природой, условиях компактно-общинного проживания — в ненапряжённых отношениях друг с другом — и не угнетающего свою психику разнообразными ядами (алкоголь, табак, другие галлюциногены), наблюдательность, всё это обеспечивало высокий уровень естественно-личностной магии. Этим видом магии занимался каждый представитель народа русов индивидуально — в основном наедине с собой, природой и Богом. В коллективе этот вид магии мог легко переходить в ритуальную магию — когда эгрегор, образовавшегося коллектива “подхватывал” индивида (говорились ритуальные слова, танцы, песни) и тот начинал мыслить категориями эгрегора, вокруг которого совершался ритуал.

Однако, огромная территория проживания русов, медленный ритм жизни, компактно-общинный характер проживания и сравнительно малое время коллективных ритуалов в жизни каждого по отношению ко времени, когда русы могли оставаться наедине с собой, с природой, со своими мыслями — всё это обеспечивало достаточное время для естественно-личностной магии, которая легко переходит в язычество Божие — когда поток жизненных событий в личностной религии человека и Бога интерпретируется как диалог Бога и людей на языке жизненных обстоятельств, обладающих определённой адресаций и смыслом.

Каждый внимательный к жизни русский выносил из естественно-личностной магии что-либо общественное, делился с окружающими и вынесенный им вопрос вполне мог стать предметом обсуждения (и затем принятия) в коллективе. Так естественно-личностная магия оказывала воздействие на жизненные обстоятельства коллективов. Впоследствии результаты принятия решений могли быть опробованы в жизни, и, наблюдая за изменениями, русы либо принимали, либо отклоняли новшества.

С другой стороны коллективы, магически воздействуя на фрагменты коллективного бессознательного, могли ощущать на себе обратную связь не только от эгрегоров, но и от Бога — в том случае, если их магическое воздействие (в смысле вопросов и просьб о чём-то) соответствовало готовности ответа Свыше — то есть, если магическая этика руссов совпадала с этикой, которую ждал от них Бог. В этом случае «ответ» мог получиться “смешанный”: одна часть от ритуального эгрегора; другая — от Бога. При этом информация обоих частей «ответа» могла не совпадать — вплоть до противоположных смыслов. В этом случае выбор той части «ответа», который надо принять, оставался за коллективом и жречеством, которое могло участвовать в ритуале, либо следить за ним. Если принимался «ответ» Свыше (на основе чувства Мhры), то он автоматически вносил изменения в алгоритмику ритуального эгрегора и эта алгоритмика становилась ближе к праведности. Если принимался «ответ» от эгрегора, то алгоритмика эгрегора могла и дальше вносить в жизнь русов наваждения, которые могли привести к управленческим ошибкам. И в этом русы могли убедиться на практике. После чего необходимо было вернуться и пересмотреть решение.

Это — одни из вариантов, как могло идти разделение информации на ту, которая получалась в результате ритуальной магии (характерной для народов, у которых есть деление на пантеон и элементы идолопоклонства) и от Бога (поскольку вопросы могли затрагивать высшие сферы коллективного бессознательного).

Учитывая вышесказанное мы и будем рассматривать конкретную религиозную систему русов — с её пантеоном, ритуальной магией, и идолопоклонством. Уже в прарусскую эпоху слово «вера» помимо значений «доверие», «честность», «обещание» — несло религиозную смысловую нагрузку. Первые письменные памятники свидетельствуют, что русы разумели под словом вера особый вид богопочитания.

В этом значении понятие вера синонимично позднейшему понятию религия. Учитывая, что в сложном противоестественном сплетении Божиего язычества, ведического эгрегориального многобожия и ритуального идолопоклонства есть место — как естественно-личностной магии, так и Божиему язычеству — русская вера представляла собой веру Богу в той части, которая касается естественно-личностной магии и Божиего язычества. Понятие вера у русов в религиозном смысле представляло собой твёрдую душевную склонность к истине, акт праведного предпочтения.

Лингвисты-этимологи утверждают, что этот смысл понятия вера первичен для русско-славянского религиозного сознания. Древнерусское слово вера родственно авестийским var — «верить», vагэnа — «вера»; древневерхненемецкому wara — «правда, верность»; латинскому verus — «истинный, правдивый». Как видно из происхождения, понятия вера (религия) у древних русов было неотъемлемо от необходимости поиска истины, правды, справедливости. В древнерусском словоупотреблении устойчивы значения искренности, честности, правдивости, что не оставляло место в вере для лжи и лицемерия. Лжецы и лицемеры были изгоями и презирались в общинах.

Понятие вера, обращённое к сокровенной, внутренней стороне религии русов, дополнялось понятием закон, включавшим в круг своих значений прежде всего те религиозные смыслы, которые раскрывали общественный порядок, и порядок религиозной жизни, в котором люди рождались, росли, умирали. Закон понимался как свод идейных, нравственных и обрядовых норм, установленных по общему согласию. Этимологически слово «закон» представляет его смысл «начало», «предел» — правила общественной жизни, священное правило, установленное предками, которое нельзя нарушать.

Следующее значительное религиозное понятие — «диво». Понятием диво обозначались необыкновенные явления, поражающие сознание человека — факт явленности необыкновенной реальности. Это понятие также выражает смысл «чуда», «зрительного чуда». Идея неподконтрольности чуда сочеталась с надеждой на возможность вызвать его специфическими действиями — магией. Чудо в первоначальной лексической форме представляло собой кудо, а людей, способных его вызвать называли кудесниками. Кудесникам, согласно дошедшим до нас «древнерусским текстам»,[395] приписывали вхождение в транс и «вызов богов в свой дом», после чего в состоянии одержимости кудесник пророчествовал от имени богов.

Всё это говорит от том, что атавизмы древнего шаманизма могли присутствовать в среде кудесников-жрецов, которые занимались эгрегориальными ритуальными “пророчествами”. Но одновременно с этим древнерусское жречество несло функцию жизнеречения — доводя до людей на языке понятных большинству ритуалов с явлениями чуда общественно полезную информацию. При этом ответственность за различение эгрегориальных наваждений от общественно полезной информации, идущей с высших уровней духовной иерархии (в идеале — от Бога) ложилась на совесть жрецов-кудесников. На их же совесть выносились и соблазны — начать лукавить, пользуясь своим “служебным” положением и абсолютным авторитетом в коллективах с целью своекорыстной эксплуатации общественного доверия. Конечно общественный контроль тоже существовал и заменить зарвавшегося кудесника со временем могли, замечая падение качества управления общностью — выгнав его как изгоя из общины. Но эффективность такой замены зависела от общественного самосознания коллектива, его веры Богу и способности преодолевать авторитет зарвавшегося кудесника. Видимо не случайно некоторые исследователи возводят русское слово «диво» к персидскому dev — «демон», которое, видимо, было заимствовано позже. Ведь для исполнения жреческих функций явление чудес — вовсе не обязательно и даже вредно.

Ещё одно важнейшее понятие древних русов обозначалось словом душа, уходящим в глубокую архаичность. Это слово, скорее всего, связано с рядом слов индоевропейской семьи. В прарусских верованиях душа представлялась — воздушным, духовным началом, сосредоточением эмоций и субстанцией религиозных состояний веры. Архаичные представления русов о душе отождествляют душу с жизнью и человеком.

Близкородственно по происхождению (от индоевропейских корней), но различно по смыслу понятие духа. У русов дух, также как и душа — духовная субстанция человека. Однако, в понятие духа религиозное сознание вкладывало иной смысл: дух это — сверхчувствительная субстанция иночеловеческой природы, некое сверхчеловеческое духовное существо.

Таким образом, с глубокой древности и вне зависимости от исходных (индоевропейских смыслов) в древнерусской вере понятия душа и дух были разграничены в плоскости «личностное (душа) — надличностное (дух)». И это — правильно. Душа — представляет собой личностную матрицу развития, предложенную человеку Свыше от рождения. Дух в социальном плане — коллективный надличностный духовный фактор — в основном эгрегориальной природы (эгрегоры), созданный самими людьми. Ошибка древних руссов заключалась в обожествлении этого надличностного фактора вследствие его «сверхчеловеческих» возможностей, после чего они “приписывали” ему «иночеловеческую природу». Но в целом разграничение понятий душа и дух разграничивало и веру на две разнокачественные категории: душевно-личностная вера (естественно-индивидуальная магия и Божие язычество) и духовно-ритуальная вера (ритуальная магия, многобожие и идолопоклонство) — в их противоестественном переплетении. Однако в большинстве религиозных систем древних национально-государственных обществ и такого разграничения не было, а был смысловой “калейдоскоп” из понятий душа и дух.

Эти понятия вошли в библейско-христианскую лексику, где им были приданы иные смыслы. Подробно церковную трансформацию смыслов слов душа и дух мы рассмотрим в теме «Религиозная система библейского христианства» следующей книги курса.

Последнее важное, что относится к вере древних русов — их понимание святого. Признак святости берёт свой первоначальный смысл из явления обновления природы. Скорее всего, произошедшее от индоевропейского «свет», понятие святости означало естественно «увеличиваться», «набухать» и связано с животворящей силой природы, которая заставляет возрастать и процветать растения, созревать плоды и бесконечно возобновлять годовые природные циклы. Согласно славянским представлениям, святая Мать-Земля чиста, непорочна, безущербна плодоносна — эти признаки она незыблемо хранит сама и переносит на своих чад. Земля очищает и очищается в процессе годовых циклов. В этом смысле понятие «святость» должно было непременно привести к Богу-Творцу, создателю Земли и её вечных циклов.

В части веры, качающейся идолопоклонства и ритуальной магии русы придавали святость ритуальным местам — деревьям, горам, явлениям природы, участкам рек и лугам. На «священных» холмах создавались культовые центры, вершилась ритуальная магия. Идеи святости домашнего очага и ритуального костра были закреплены традициями веры. Очагу и костру молились и приносили жертвы.[396] Святость придавали и отдельным людям при жизни и умершим предкам, что ложилось в основу эгрегориальных индивидуальных культов и культов предков.

Главное отличие прарусской системы религиозной святости от иных религиозных систем в том, что у русов не было устойчивого сопряжения в представлениях о святости (праведности и добре) с её противоположностями — нечистой силой и злом — как это было в подавляющем большинстве других религиозных систем (особенно в индуизме и сопряжённых с ним религиях). Иначе говоря, в вере русских не было выражено религиозного дуализма, признающего равную объективность добра и зла: добро признавалось первично-объективным, а зло — вторичным. Скорее всего этому препятствовало крайне опимистическое мировоззрение древних русов (основанное не сильной бессознательной вере Богу, Который лишь один и может поддерживать жизненный оптимизм людей, особенно на столь длительном интервале времени) и смысловая домининта русской идеи святого, опирающаяся на признаки животворения и благодати, которым ничто не может помешать в земном мире. Ведь помимо внешних врагов, с которыми древние русы справлялись «всем миром» на протяжении десятков веков, бороться было не с кем: внутри общины отношения были ненапряжённые. Поэтому появление небольшой части «нечистых сил» возникло в вере русов не от социального фактора, а от преклонения перед неведомыми силами природы.

Лишь немногие источники указывают на то, что русской вере была знакома двойственность религиозных признаков святого, которую особо контрастно обнаруживает римская и греческая религиозные системы, а также индуизм. Эти свидетельства в русской вере более всего касаются культа воды: почитание воды как святой стихии сочетается в народных верованиях с отношением к воде как к обители водяных бесов — духов “второго порядка” по отношению к хорошим богам.

Бог и древнерусский пантеон.

Ещё в глубокую прарусскую эпоху в религиозном обиходе и языке существовало общее понятие бог. Сравнительное изучение древнерусского бог и родственных слов из других индоевропейских языков (санскрит — bhagah — «податель, господин»; персидский — baga — «владыка») показывает, что древнерусское слово производная от значений «доля, удел, богатство». И в первоначальном смысле бог — «податель доли, богатства».

В то же время для большинства религиозных систем изначально индоевропейских корней образ небесного божества обозначается словом deiwos — «светлозарый, небесный». Эти понятия и стали основой общего понятия о богах. В древнерусском же языке понятию deiwos возможно соответствует слово дивь, которое некоторыми исследователями возводится к персидскому корню dev — «демон».

Прарусы не пошли по пути выведения общего понятия о всех божествах: понятия бог и диво в русском языке разграничены не только по смыслу, но и лексически.

В то же время, обожествление природных явлений, объектов природы и отдельных людей в прарусской вере имеет место быть — как невозможность чёткого разграничения в сознании древних русов (и прежде всего жречества, которое грешило магическим показом разных див на толпу) духовных объектов, с которыми они имеют дело: эгрегоры (в том числе и «демонические»), природные и космические явления или Бог.

Последнее подтверждается некоторыми исследованиями, сторонники которых пришли к выводу, что так называемая «праславянская» вера не была разновидностью пантеизма (отождествление Бога с мировым целым). В действительности это была вера, внешне похожая на пантеизм, но в стержнем в ней была мысль о монотеизме, проявляющаяся в монотеистической “центробежной” тенденции. Как отмечал видный историк, исследовавший религию славян, И.И.Срезневский: «Между языческими догматами древних славян первое место занимает догмат о едином, верховном Боге, родоначальнике всех других божеств».[397].

Её путают с пантеизмом потому, что русы, веря в присутствие в мире экстраординарных сил, для обозначения тех или иных явлений, которым свойственно то или иное могущество, выбирали объекты живой или неживой природы. Так было удобнее выражать свои религиозные мысли. К тому же русы верили, что сверхъестественные силы могут внедряться в объекты живой и неживой природы, наделяя последние частью своего могущества. Поскольку каждый объект живой и неживой природы несёт на себе часть Божией Мhры, эти объекты действительно обладают свойством отображения одной из граней последней. С этих позиций удобства выражения этих сверхъестественных граней у русов были выбраны не самые плохие. Другое дело, что обожествлённые объекты живой и неживой природы (и некоторые люди) становились культовыми объектами: от обожествления того или иного объекта до создания культа с его ритуалами — один шаг. А это неизменно приводило к созданию эгрегора вокруг культового объекта. Дальнейшие фантазии относительно сверхъестественных свойств объекта приводили если не к «демонизации» эгрегора, то к искажениям в понимании естественного назначения объекта, заложенного в него Свыше и той информации, которую он естественно “излучает” согласно его частной мhре.

Но вера Богу главенствовала (если не осознанно, то — бессознательно), а придание объектам и явлениям жизни сверхъестественных сил означало, что через эти объекты и явления Бог взаимодействует с людьми: хоть и примитивное, но Божие язычество, а не пантеизм.

Мысль о монотеистических началах русской религии опирается прежде всего на свидетельство Прокопия Кесарийского,[398] оставившего в сочинении «Война с готами» первое описание религии руссов: «Они считают, что только один бог, творец молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды». Но в том же труде Прокопий пишет: «Они почитают реки, и нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им…». Но всё же «одного бога» русов Прокопий Кесарийский выделил особо.

Н.И.Толстой в исследовании «Язычество древних славян» пришёл к той же мысли: «Со значительной долей достоверности мы можем утверждать, что к VI веку славяне имели не только нечто напоминающее пантеон богов или ряд местных пантеонов, но были близки к монотеизму, к верованию в верховного, ещё не христианского, единого бога».

Русы наряду с почитанием сонма богов всегда выделяли главенствующего, «верховного бога», ставя его в положение повелителя других богов — надо понимать: повелителя сил природы, социальных явлений. В этом образе многие исследователи видели небесного единого Бога, властвующего над прочими богами и заботящегося о небесной гармонии. Конечно это далеко от правильного, идеального монотеизма — веры Богу, но всё же это — весьма близкое древнее понимание истиной веры языческого единобожия.

Археологический и этнографический материал свидетельствуют о том, что у древних русов не было некой совокупности единых «исконнорусских» обрядов. Коротко остановимся на некоторых основных общих древнерусских обрядах и ритуалах, которые стали известны исследователям:

· Культ предков. Основан на вере в бессмертие души, свойственную многим народам индоевропейских корней. Этот культ, однако, имел у русов несколько иной смысл, чем у индоевропейских протоцивилизаций, поскольку на него наложила отпечаток обозначившаяся тенденция к русскому монотеизму. И в части веры русов Богу (в части Божиего язычества), как уже отмечалось, душа понималась как дар Божий, который к Богу и возвращается — в то время как у индоевропейских “прапредков” душа понималась как просто существующая духовная субстанция, блуждающая по мировой “кармической” иерархии.

Культ предков строился на идее перехода души умершего в «иной мир», откуда предки и боги могли оказывать решающее воздействие на жизнь земных обитателей. В принципе основное, что связано с культом предков (магия и эгрегориальные причины) мы изложили в разделе этой части учебника «Анимизм». Многое из того, что там изложено — справедливо (для древних периодов развития — как культуры общинной магии так и культуры древних русов, которая и была более поздней разновидностью культуры общинной магии) — и касается культа предков древних русов.

Особо следует отметить лишь ряд моментов. У русов было принято, что усопший должен был умереть естественной смертью, исполнив все предписанные его положению стадии жизненного пути.[399] Это говорит о том, что древние русы ставили судьбу (полноту жизненного пути) во главу смысла жизни — что ещё раз подтверждает большую долю веру Богу в религии руссов, нежели важность ритуальной стороны: ведь судьба (жизненный путь) от Бога и если какие-то необходимые каждому человеку стадии выпали из жизни, то это — нарушение веры. Это говорит об особом чувстве справедливости по отношению не только к живым, но и к умершим: ведь для человека главное — благополучно пройти все стадии жизненного пути, положенные ему Свыше. И самое плохое для человека, когда у него отнимают эту возможность — вмешиваются в его судьбу.[400] Так вот русы следили за тем, чтобы такого рода вмешательств избегать.

Также такой обычай практически запрещал насильственную смерть, что противоречит поздним археологическим находкам (начиная с IX века), свидетельствующим о человеческих жертвоприношениях: либо они были не везде, либо славяне, которым они приписываются были уже не русские.

Для мира мертвецов «подземного мира» часто использовалось понятие навь. Другим названием для мира предков могло служить слово ирий (вырий). И если навь часто связывали с течением водного потока, уносящего душу умершего в «иной мир», то ирий — местопребывание душ, употребляющееся как к небу, так и к земле.[401] Захоронения были труповые, но до конца I тысячелетия преобладала кремация с погребальными урнами.[402].

· Календарные праздники. В славянском (древнерусском) календаре выделяются земледельческие праздники и определённо выделялись зима и весна, тогда как «лето не имело чёткого начала, ни рубежа окончания; оно было продолжением весны; равным образом не точны и сроки начала осени; осень в некоторых рукописях начинают отсчитывать с жатвы, а в некоторых с 1 июля… переход от осени к зиме тушевался подобно переходу от лета к осени».[403] Календарные обряды и праздники задавали устойчивые ориентиры во времени, способствовали общим сборам людей, придавали качественную определённость занятий согласно временам года — с обязательной сакрализацией обрядов.

Важным рубежом деления года были мартовские масленичные праздники. Масленица знаменовала начало весны, а значит и хозяйственного года земледелия. Цикл разнообразных весенних праздников начинался в период весеннего равноденствия (22 марта) и заканчивался в период летнего солнцестояния (24 июня). К зимнему солнцестоянию (22 декабря) были приурочены святки — двухнедельный праздник, в ходе которого праздновалось пробуждение вместе с «рождением солнца» природной жизни и соучастие в этом пробуждении человека. Также в святки ждали «в гости» души умерших для «совместной трапезы».

К календарным праздникам можно отнести и разнообразные календарные обряды, охранительные и просительные обряды, обряды вокруг скотных дворов и прочие аграрно-скотоводческие обряды.

· Воинские культы. Существенными были почитания боевых орудий с призывами к воинским богам — Перуну, Свентовиту. Имелись святилища богов для отправления специальных воинских обрядов с жертвоприношениями.

Существенной частью воинских культов была поэзия дружинных певцов, восхвалявших в песнях — «славах» — богов, князей и дружины. Пение дружинного певца обязательно сопровождало погребение павших воинов, княжеские пиры в честь побед и другие воинские церемонии. Речь певца воспринималась как магический акт обращения к богам, к предкам покровителям, как заговорное слово, ублажающее высшие силы.

Мы уже знаем, что речь певца настраивала дружину на боевой дух (эгрегор), а совокупный эгрегор ведения боёв, под каким бы он названием ни был («бог войны», «дух предков-воинов», «высшие силы»), хранил все наработанные до этого навыки ведения боя. После входа в боевой транс (включения психики дружины в эгрегориальную алгоритмику) с помощью алгоритмики ведения боя, хранящейся в эгрегоре и его энергетики — побеждать было гораздо проще.

Как известно, пение (мелодия и лексика) дают на порядки больший эффект настройки психики, чем просто слова и заклинания. Русское слово петь некоторые этимологи возводят к русскому «поить, давать пить». Поэтому пение считалось составной частью «поения божества» или духов. И определённое пение (поение определённой “водой”) же позволяло легче входить в “воду” (алгоритмически упорядоченную информацию) нужного эгрегора.

Религиозная община представляла собой неплеменные объединения людей по месту жительства с коллективным трудом и потреблением и общением между собой на добрососедских основах, сочетающих индивидуальное и общинное владение. Практически все исторические источники выделяют факт отсутствия в русских общинах особого слоя священнослужителей: культами руководили старцы, реже — жрецы. До конца второй половины I тысячелетия н. э. нигде не отмечено обособления родоначальников русского жречества. А в конце I тысячелетия жречество попало в категорию «колдунов» и в официальном статусе было библейскими иерархами и поддерживающей их высшей “элитой” приравнено к религиозным маргиналам.

Всё же некоторое обособление жречества в отдельную касту, историки считают — было у балтийских славян к началу кризиса древнерусской государственности, к эпохе библейского христианства. Однако, на отсутствие у восточных славян особых жреческих корпораций указывает, в частности то, что в Киеве ритуальной жеребьёвкой занимались старцы и знатный глава. Но и эти не являлись исключительными религиозными группами, выделившимися из общины.

Хотя жреческие корпорации отсутствовали, круг отдельных лиц, профессионально-выборно занимающийся отправлением обрядов, сохранением и передачей знаний, был достаточно широк. Волхвы — общее название как жрецов, так и некоторых знатоков магии — знахарей. В категорию «колдунов» входили лица, называющиеся чародеями, кудесниками, кобьниками (специализировались в кобях — гадании, ворожбе), облакогонители (предполагалось, что они магически воздействуют на природные явления), балиями (знахари, лечившие заговорами) и другие. В колдовстве подвизались и женщины, по численности которых в этом виде магии было больше.

О пантеоне. В пантеоне древних русов исследователи выделяют несколько культурно-исторических пластов: общеиндоевропейский, древнеевропейский, исконнославянский (русский), инокультурный (из имён богов соседей). Были небесные боги, земные, подземный мир, существа низшей мифологии. Точного названия небесного верховного бога не выделяется, выделяются лишь обращения «небо-отец» как и «земля-мать». В славянской мифологии верховный бог — «далёкий бог».

Перун — отчётливо персонифицированный образ восточнославянского пантеона. Во многих случаях — глава пантеона, выступающий в роли верховного бога. То есть, Бог персонифицирован именем Перун. Главные атрибуты Перуна — стрелы, топоры, камни, гром, молнии. Культовые места — дуб, возвышенности, скалы.

Свентовит — верховный бог у балтийских славян — близок к Перуну, также как и другой, Прове.

Стрибог — бог ветра и других атмосферных явлений. В близкой связи с Стрибогом находится Даждьбог — «дающий бог», «податель богатств». Некоторые утверждают что его имя связано с просьбами «дай, Боже…». Также Хорс и Симаргл — небесные боги.

Земные боги, естественно возглавлялись Землёй-Матерью и множеством культов вокруг неё. При этом в отношении мифического образа Земли-матери она всегда у славян оставалась только матерью. В то время как во многих мифах римско-греческого пантеона Мать-земля ещё и выступает под данными ей именами богинь как жена или любовница — со всеми, следующими за этим приключениями. То есть, русы никогда не издевались над землёй, не приписывали ей мифических историй, которые случаются лишь с не праведными людьми. Русы берегли землю и старались не отдавать её иноземцам в употребление.

Некоторые обряды плодородия сопровождались жертвоприношениями силам подземного мира. Археологические материалы подтверждают, что религиозные воззрения славян в некоторых местах требовали особых умилостивительных действий, обращённых к Земле-матери. Имели место случаи человеческих жертвоприношений, подтверждённых археологией. Останки жертв находили в культовых колодцах в ряде славянских святилищ (Зелёная Липа, Говда, Бубнище, Богит) и в культовых рвах. Конечно это крайние извращения и они датированы IX–XIII веками — периодом когда древняя вера впала в глубокий кризис.

В современной реконструкции Земля-мать ставится в тесное сравнение с известной по древнерусским памятникам богиней Мокошью. Имя Мокоши определённо включается в смысловое гнездо «мок», которое объединяет значения мокроты, влаги, сырости, что и явилось одним из поводов отождествления этого имени с матерью-сырой землёй. К мужским подземным божествам восточных славян бесспорно относится Велес (Волос) — «скотий бог», либо «бог знаний», дарующий обильный приплод, а значит и достаток. Велес — владыка подземных живительных соков, питающих рост злаков и скота — помощник крестьян.

Из наземных богов самые известные Сварог — бог огня, поставленного на службу человеку. И Дажьбог — в древнерусской летописи представлен отцом Сварога. Преемственность поколений охраняет бог Род в котором выражена «идея рода отжившего и нарождающегося». Рядом с Родом древнерусские тексты упоминают рожаниц — которые якобы приходят в дом и нарекают судьбу новорождённому.

Некоторые небесные боги имели свои ипостаси, связанные с общественным устройством и профессиональными занятиями людей. Так, Перун и Свентовит в образе воителей у балтийских славян выступали покровителями княжеской дружины и воинского ремесла. Среди богов западных славян некоторые средневековые авторы упоминают Триглава, Подагу, Живу (богиню жизни), Яровита и Руевита (богов войны), Поревита, Поренута, Чернобога (бога несчастья), и некоторых других богов, чьи имена не поддаются смысловому выражению в современности.

Необходимое пояснение.

Учитывая особый интерес к вопросу о «славянской вере» в современной России, и недостаточность для изучения этого вопроса одной небольшой главы учебного курса Сравнительного богословия, составленной целенаправленно для подготовки и проведения учебного процесса в вузах и школах — для преодоления элементарного невежества молодёжи предлагаем обобщённый образно-символический обзор праславянской веры (такой, как её понимают люди в наше время), написанный в наиболее популярном виде для расширения понимания о предназначении и символике древнерусского («славянского») пантеона.[404] Нижеприведённый материал специально написан в мифически-легендарной форме, как весьма интересная попытка в наше время войти в миропонимание древних славян (показать «взгляд изнутри» людей общинной веры на её символику) — для пробуждения более широкого интереса к обсуждаемому вопросу.

Праславяне — перунопоклонники.

Из сохранившихся сведений нам известно, что наши предки, будучи ещё праславянами (т. е. предшественниками тех, кто обрёл и стал жить по «славянской вере»), являлись перунопоклонниками и поклонялись богу стихий природы — Перуну.

Перун — изначально сама стихия. Он олицетворял собой такие стихии природы, как дожди с громом и молниями, огонь, сильный ветер, вулканические извержения, землетрясения и некоторые другие опасные для жизни людей явления природы. Издревле “перунами” называли вулканические вершины гор и остроконечные выпуклости земной поверхности, включая “выпершие” из земли скальные породы. Непредсказуемость действий Перуна повергала порой человека в страх и ужас, заставляла многочисленные группы племён оставлять насиженные места с плодородными землями и совершать, на первый взгляд, немыслимые по своим масштабам переходы на новые земли. Имел место также и массовый исход перунопоклонников (“праславян”) с одного континента на другой.

Вот почему при формировании «славянской веры» Перун был оставлен Славянами как старый и особо почитаемый бог (если, конечно, так можно сказать), ибо все боги Славян носят свой неповторимый облик и являются почитаемыми.

Основатель Славянской веры.

Славянская вера формировалась на базе знаний, полученных нашими предками через созерцание явлений природы и всего сущего, доступного органам чувств и пониманию человека в процессе его развития. Уровень понимания наблюдаемых явлений и объём знаний постоянно росли, что объективно привело к необходимости объяснения и толкования этих явлений, их обобщения и понимания. Разнородные и разрозненные понятия о явлениях окружающего мира непрерывно систематизировались и упорядочивались, что позволяло сохранять эти знания и мысли в определённых образах для потомков.

Нашим предкам на веру был представлен основной образ, возникший от обоготворения Творца Единого, Создателя всего. Бог Единый, Создатель — у славян это Сварог (“сварганивший” этот мир). В понимании наших предков Создатель (Сварог) существовал и до них, а не вышел из среды человечества. То есть Сварог — это надмирная реальность. В Славянской вере эта надмирная реальность выражена также Триглавом “Правь — Явь и Навь”, а почитание и обожествление Его творений и проявлений (проявлений Создателя в различных ипостасях) также были представлены через определённые образы и обожествлены.

Решился на такое обобщение всех накопленных на тот момент знаний и представлений о Мироздании, а также на основе собственного понимания полученных Свыше откровений, вполне конкретный человек по имени Дажьбо, родившийся и проживавший на Южном Урале, в селении под названием Сывой. Его мы по праву можем считать собирателем Славянской веры, обобщившим её фундаментальную символическую первооснову. Известно и второе его (уже Славянское) имя — Сварог. Выбрано оно было не случайно, ибо означало таинство творения всего Создателем, которое он назвал — Сварга. Представления собирателя нашей веры мы и раскрываем в том виде, в котором они были им оставлены потомкам, и дошли до нас, в частности, в Велесовой Книге.

Мы далеки от мысли, что оставленные предками сведения были изложены на основе знаний и ведания только одного человека. Мы лишь отмечаем, что собирателем основ Славянской веры признано считать Дажьбо (Сварога).

Предвосхищая возможное недопонимание, связанное с тем, что данная информация публикуется в печати впервые и не имеет аналогов с общепринятыми ранее изысканиями и догмами учёных, религиоведов, лингвистов, историков и археологов по данному вопросу на протяжении последнего тысячелетия, хотим ещё раз напомнить, что речь будет идти исключительно о первоистоке Славянской веры, а не о многовековой праславянской традиции, которая на протяжении столетий и даже тысячелетий преобразовывалась, деформировалась, а порой и откровенно искажалась под влиянием различных факторов.

Триглавы в Славянской вере: основные и общие.

Уже на начальном этапе зарождения Славянской веры люди осмысливали различные явления, осознавали их взаимосвязь и взаимозависимость. Эту взаимозависимость они связывали с существованием какого-то единого управления всеми явлениями, нашедшего своё выражение в признании людьми Единого Бога, Творца, Создателя — Сварога. То есть надо ясно представлять, что наши предки понимали, что существует только один Бог, который управляет всеми процессами во Вселенной. Но перед людьми в разных случаях и ситуациях Он предстаёт в разных ипостасях. Проявления же действий (управления) Бога Единого в различных природных и жизненных явлениях, то есть проявления в различных образах, ипостасях, он “тоже обожествил”, назвав богами. И вот эти-то ипостаси Бога Единого (Сварога), наши предки и называли богами, осознавая при этом их взаимосвязь с Богом Единым и взаимозависимость всех богов между собой.

Но этого было недостаточно для полноты описания взаимозависимости и взаимовлияния действий богов-ипостасей Бога Единого. Так появились Триглавы.

Триглавы выражают понимание вполне определённых процессов, протекающих как во Вселенной в целом, так и в жизни общества. Причём целостность любого процесса или явления рассматривается через принцип двойственности, введённый определением Белобога и Чернобога, которые отражают две противоположные силы и явления как в природе, так и в общественной жизни, однако, тем не менее, являющиеся лишь частями целостного процесса, управляемого определённым образом Сварогом. Некоторые называют это светлой и темной силой. Кто-то рассматривает это как положительную и отрицательную энергии. Кто-то как добро и зло. Дажьбо же определил это понятиями Белобог и Чернобог. Этого мы и будем придерживаться в дальнейшем.

Основополагающий Триглав “Правь — Явь и Навь”. Через него была выражена наиболее полная мера того, что мы сегодня понимаем под словом Бог, Творец, Род, Абсолют, Создатель и т. п. Этот Триглав даёт ключ к дальнейшему пониманию и правильному восприятию всех составляющих Славянской веры.

Правь — есть единый целостный комплекс законов развития Вселенной и всего сущего, подвластный только Богу Единому.

Явь — мир, который люди в состоянии ощутить своими органами чувств и проявить его в своём сознании.

Навь — мир, существующий в природе, но не доступный нашему обыденному восприятию.[405].

Данным Триглавом Даждьбо утверждает, что процесс Творения носит управляемый характер и осуществляется через Правь (управление осуществляется по определенной Богом Мере). “До того есть Навь, после того есть Навь”, - говорит Велесова Книга. “Он знает то, что было до них, и то, что будет после них…” — говорит Коран. И то, и другое выражение говорит об информации, неуничтожимость которой утверждал М. А Булгаков: “Рукописи не горят”. И, наконец, Навь (Информация) путём управляющего воздействия Прави (Меры) материализуется в Явь (материю).

Триглав “Правь — Явь, Навь” есть ни что иное, как древний аналог понимания современного понятного нам триединства “Мера-Материя-Информация”. Дажьбо сумел выразить в предельно обобщённых понятиях первооснову Мирозданья, т. е., говоря современным языком, это был величайший философ.

Всегда надо помнить, что Белобог и Чернобог имеются в каждом Триглаве. Тот, кто поймёт это и поймёт суть Триглава[406]“Правь — Явь и Навь”, тот сможет разобраться в сути веры наших предков и не останется лишь её слепым поклонником. Следует также всегда помнить, что Триглавы имеют такую же значимость в Славянской вере, как и боги Славян.

Следующий из основополагающих Триглавов “Дид — Дуб и Сноп”.

Дидом нашим отражён Дажьбо как первоисток. Дубом отражены общины, племена и роды, пребывающие в Славянской вере, от корня до ветвей. Снопом показано единство и сила неразрывная наша. Один славянин — колосок, который можно легко повредить, легко сломать. Колосья, собранные в сноп, разорвать невозможно. Сила нашей веры заключена в понимании того, что есть Высший Разум, являющийся Первоистоком, есть вера в то, что он существует, и есть люди, которые верят этому Высшему Разуму. То есть Славяне верят не В существование такого Разума, а верят Ему непосредственно. Об этой разнице в вере поэтом сказано: “Путь Промысла Его неведом потому, что вера есть В Него, но веры нет Ему”. Когда мы предаём родную веру, то разрушаем Сноп и теряем Силу свою. Бессильных, нас начинают уничтожать поодиночке, как колосья, один за другим. Так мы теряем Исток, теряем Корни свои. Следуя предписаниям данного Триглава, мы постигаем мудрость его, приобретая Силу Славянскую.

К основным Триглавам относятся также:

“Вышень — Велес и Стрыб”.

Вышень является вершиной двух других составляющих данного Триглава. Велес является олицетворением мудрости и знания, а Стриб — его полной противоположностью, т. е. бездарностью и безграмотностью. Следовательно, человек способен постичь вершину мудрости и знания, но может также остаться на всю жизнь крайне бестолковым человеком. Всё зависит от него самого.

“Радогощь — Хорс и Леля”.

Радогощь является олицетворением радости жизни. А несёт нам эту радость по жизни мужское и женское начало. Этот неразрывный союз двух противоположных начал олицетворяет радость жизни.

“Крышень — Летиц и Колендо” показывают людям возможность исчисления времени путём установления летоисчисления и календаря, т. е. годичного коловращения Земли вокруг Солнца. Отсюда возникло понятие — Сварожье Коло или колендо (колендарь). Этот Триглав принято называть удерживающим. Только из одного этого Триглава должно быть очевидно, что наши предки обладали высочайшими знаниями, в частности в области астрономии. А оценивая в целом “систему Богов”, можно смело утверждать, что Славянская вера соединяла в себе (как это принято говорить сейчас) “науку и религию”. В наше время “науку и религию” умело разъединили для реализации принципа “разделяй и властвуй”.

“Дажьбо — Сывой и Яр”. “Белояре — Ладо и Купало”. Эти два Триглава указывают место возможного зарождения Славянской веры и её первоистока. Дажьбо родился и вырос на Южном Урале, в селениях Сывой и Яр. Первыми же Славянами, принявшими эту веру, стали Белояры.

Теперь об общих Триглавах. Их количество со временем увеличивалось, а описание их содержания углублялось в зависимости от развития человека и этноса, исторических событий и т. д. Главным было и остаётся то, чтобы они творились и претворялись в жизнь правильно и не разрушали первооснову Славянской веры. Ведь даже такие незначительные, на первый взгляд, вещи, как, скажем, подмена названия “Славянская вера” на “Славяно-арийскую”, “православное Славянство”, “ведическое Славянство”, могут нанести ей немалый ущерб и рассорить Славян на национальной и религиозной почве, вместо того, чтобы объединить их на основе веры. И такое разъединение славян осуществляется сейчас, по нашему мнению, преднамеренно. Русь всегда с уважением относилась к малым народам, населяющим её, имеющим своё вероисповедание, а сильна всегда была Русь единением всех Славян.

Итак, некоторые Триглавы общие:

“Страдиц — Зерниц и Просиц” В страду необходимо своевременно вспахать, засеять, вырастить и собрать урожай зерна и проса, да так, чтобы его хватило и зиму пережить.

“Студец — Ледиц и Лютец”. В студеную пору “управляют”: лёд, покрывающий водоёмы, и лютый мороз, пронизывающий всё живое насквозь. Поэтому необходимо утепляться и рубить проруби в водоёмах.

“Весениц — Живиц и Свентиц”. С приходом весны всё в природе оживает и расцветает.

“Милиц — Птичец и Зверенц”. Что человеку, живущему в союзе с природой, мило и что он должен оберегать? — Птицу и зверя.

“Дождец — Плодец и Ягондец”. Что нам дает дождь? Плоды и ягоды.

“Иръстиц — Цветич и Пчелиц”. Рай на земле там, где цветут цветы и пчёлы собирают мёд.

“Водич — Озеренц и Снежиц”. Где есть вода? Как в озёрах, так и в снегу.

“Ветриц — Звездиц и Громичь”. Что нам приносит ветер? Разогнав тучи, являет взору красоту звёзд. Нагнав тучи, дарит нам грозу.

“Осениц — Соломиц и Листопадич”. Осенью мы наблюдаем как засыпает природа, оставляя нам солому на полях и красоту листопада.

А вот Триглавы, касающиеся других сторон жизни славян:

“Радиц — Родиц и Кровниц”. Кому мы больше всего рады в доме? Родичу своему и кровнику своему.

“Мыслиц — Ведиц и Свендиц”. Кто является человеком мыслящим? Человек ведающий и просвещённый.

“Спасиц — Ратиц и Чурц”. Что может спасти человека от подстерегающей его опасности? Ратная сила его и осторожность.

Изучая окружающий мир, человек обретает каждый день всё новые понятия, вытекающие одно из другого, выявляет для себя новое, что, отражаясь в сознании, требует осмысления и образного, понятийного выражения. Поэтому общих Триглавов[407] может быть большое множество.

Некоторые понятия в Славянской вере.

Созерцая какое-либо явление, человек создаёт определённый образ, тождественный явлению. Например, Перун, бог стихий природы, есть ни что иное, как олицетворение ветра, облаков, грома, молнии и т. д. Всё это в общении между людьми можно выразить только условно. Например, Велеса можно изобразить седовласым стариком с ведами в руках, Перуна — разгоняющим облака и мечущим стрелы. Нужно ли это делать, тема другого разговора. Но в древности так делали.

Имена этим образам и явлениям давались часто путём сложения прилагательного, определяющего их основное свойство, и существительного “Бог”. Например, Белобог, Чернобог. В других случаях давалось имя, соответствующее названию образа, и отдельно отмечалось, что это бог. Это позволяло не путать образы, которые мы прославляем, с образами, являющимися нашими духами и несчастьями.

Для всех этих олицетворений и понятий создавались обрядовые отношения, чтобы человек, зная и учитывая значимость и влияние тех или иных олицетворений, выказывал им почтение подобающим образом, воспитывая и поддерживая тем самым уважительное отношение к Богу и его деяниям — проявлениям. Закрепляли Славяне эти образы не только в обрядах, но и в славлениях, молитвах, былинах, сказах, сказках, поговорках, заговорах, песнях, играх. Понимая, что отдельные боги есть образы проявления Бога Единого, Славяне никогда и ничего у них не просили, а лишь славили их. Отсюда и может происходить современное название самой веры — Славянская.

Дивы. Надо понимать и то, что не все проявления природы и мира человеческих отношений имеют при определённых обстоятельствах положительное влияние. Следовательно, не все проявления и славить надобно. Так отрицательные образы были отделены от богов и названы Дивами. Под Дивами подразумеваются наши несчастья, такие, как, например, Морока или Мара. Их Дажьбо поставил отдельно от богов.

Духи. Что же касается Духов, они были введены в Славянскую веру для того, чтобы через них можно было узреть и понять одухотворенность окружающего нас мира. Понять, что окружающий нас мир весь живой и находится в постоянном движении, что относиться ко всему надо бережно и осторожно, чтобы не губить природу, содержать её в чистоте, порядке и достатке. Ибо она кормит и поит человека, даёт ему блага всяческие. Так появились лешие, водяные, домовые и другие Духи.

Святыни. Есть в нашей родной вере и Святыни, к которым надобно относиться особо бережно, дабы не утратить их навсегда. Это родники, дубравы, некоторые святые места и нагорья, сыгравшие значительную или даже ключевую роль в жизни Славян и их предков.

Боги Славянские.

На самом деле богов у славян не так уж много. Все они, как отмечалось выше, олицетворяют отдельные образы, тождественные явлениям, имеющимся в природе, в мире человеческих и общественных отношений и в нашем сознании. Повторимся, что созданы они были нашими предками, т. е. людьми.[408].

Вот их имена: Белобог, Велес, Вышень, Дажьбо (Сварог), Заребог, Купало, Лада, Леля, Огнебог Семаргл, Перун, Свендовид, Стрыб, Числобог, Чернобог, Яр.

Белобог и Чернобог. Этих двух богов надо всегда рассматривать вместе, т. к. они олицетворяют образы двух противоположностей. Белое — чёрное, горячее — холодное, мужское — женское, длинное — короткое, добро — зло, день — ночь и т. д. Часто приходится слышать, что тот или иной бог является Чернобогом. Это заблуждение. Все наши боги от истоков Славянской веры были светлыми, Белобогами. Чернобоговы были Дивы наши, а не боги. Поэтому и разведены они были по разные стороны. Белобог и Чернобог часто противостоят друг другу и, “борясь” между собой, поддерживают равновесие в природе.

Велес (Влес). Бог мудрости и знаний, накопленных нашими предками и переданных нам в ведах. Древние Славянские веды по этой причине принято называть “Влесовыми” или “Велесовыми”. Писались они в разные времена на лесных дощечках из прослойки, добываемой между корой и стволом отдельных пород дерева, в частности — ясеня. Благодаря ведам, былинам, сказам, поговоркам, обрядовым играм, песням и пляскам, Славянам удалось сохранить свои традиции до наших дней. Хранителем этих традиций является Велес. Те, кто дружен с Велесом, в доме имеют достаток и ни в чём не нуждаются. Они держат свою скотину, имеют наделы для выращивания овощей и фруктов, обеспечивая себя всем необходимым.

Вышень. Бог, символизирующий простор и вершину явлений как природных, так и проявлений человеческих. Может олицетворять высший уровень счастья и несчастий, знаний и бездарности, силы, ловкости и многих других явлений нашей жизни. Уважительно его называют Богом Вышним. Путают его иногда с “христианским” понятием “Всевышний”, считая, что он и есть Высший Бог. Это не так. Вышень в сочетании с другими богами и явлениями может нести в себе как мощнейшие созидательные, так и разрушительные силы.

Дажьбо (Сварог). В Славянской вере он предстаёт в двух значениях:

— Во-первых (чуть ранее мы уже дали определение), Сварог- это Бог Единый, Создатель.

— Во-вторых, Сварог — это Дид наш, основатель Славянской веры. Его вероучение было признано Славянами, а сам Дажьбо был обожествлён. Божественное имя — Дажь Бог (Бог Сварог). Дажьбо заложил фундамент в первооснову Славянской веры. Второе его имя — Сварог. Его мы славим за величие веры, переданной нам, и покровительство богов наших, которые даруют нам жизнь во всех её проявлениях.

Заребог. Один из красивейших богов, олицетворяющих солнечные лучи (зарево) во время восхода и захода солнца. Мы живём каждый на земле своей и можем видеть красоту его лучезарную, которая всегда бывает разной. Ходит Заребог в основном краями земли нашей. Поэтому любуемся красотой его два раза в сутки. И так каждый день. Поутру он нас пробуждает, а вечером ко сну приглашает.

Купало. Купало бог правит мытницами, всяческими омовениями тела и духа нашего. Отцы наши мылись, славя Купалу, очищая тела свои и души. Сварог завещал им это Уставом своим и говорил, что Купало бог на то указывать будет. Купало бог ругает нас за то, что веру свою потеряли и о чужую запачкались. Оттого в грязи и пребываем сегодня, на колени поставленные, да встать всё никак не можем.

Ладо. Ладо бог (она же богиня Лада) правит лады радости и благости всяческие, где бы он (или она) не находился. Если в доме нашем жизнь протекает ладно и мирно, мы говорим, что в доме поселился Ладо бог. Если же он покинул нас, то ждите беды и его место быстро займёт Дива Морока.

Леля. Богиня девичьей любви и красоты, рожаниц, влюблённых. Женщину почитая в славе, мы рода свои укрепляем и Лелю славим за это. Так рода наши и земля укрепляются, которые бережно хранить надо, как делали отцы наши. С Лелей справляем свадьбы Славянские, празднование устраиваем, веселимся, когда семья образуется новая в муже и жене, значит, и детям быть, продолжателям родов Славянских. Желая молодожёнам здоровья, счастья и детей множество, мы тем самым славим и богиню Лелю.

Огнебог Семаргл. Бога огня Семарглом (Семиглавым) называют потому, что свет разлагается на семь цветов спектра, видимых человеческим зрением. Выделен особо от других стихий природы, управляемых Перуном, за свой непредсказуемый нрав. Несёт в себе как созидательные силы (свет, тепло, возможность приготовить горячую пищу, нагреть воду и т. д.), так и разрушительные силы, сметающие и уничтожающие всё живое на своём пути, поэтому обращение с ним должно быть всегда осторожным и уважительным.

Ночью, когда Солнце исчезало на западе, люди в огне зарождали искусственное, дающее человеку тепло и свет. Разводя огонь, славили Огнебога Семаргла, призывая его прийти “аж до мудрого света”. В народе нарекали имена ему Огнебоже, Огник Семаргл, Огнекудрый. Он всегда чист, поэтому освещение и очищение огнём считается очистительным и применяется во многих обрядах.

Перун. Бог стихий природы. Олицетворяет собой дожди с громом и молниями, извержения вулканов, землетрясения, наводнения, ветры, морозы, пожары и многие другие явления природы. Непредсказуемость действий Перуна, вопреки ожиданиям людей, повергает человека в страх и ужас, если он не в ладу с этими стихиями, требующими к себе внимательного и наблюдательного отношения. Разгулявшемуся Перуну под силу снять с насиженных мест целые племена и народности, нанести непоправимый ущерб плодородным землям, жилищам, людям и животным, смести ветрами всё на своём пути. Вот почему при образовании Славянской веры Перун был оставлен Славянами как старый и особо почитаемый бог.

В старину называемый богом перунов, поры, громовержцем, считается защитником Славянских воинов, ведущих бои до победы. Те же воины, что погибли в бою и утратили свою жизнь, пребывают в полку Перуновом. “Суд Перунов стрелы на врагов ворожит”, поэтому суд в далёкую старину проводили у Перунова Дерева, т. к. вершилось правосудие по совести, в справедливости, и всегда были огонь и милосердие. Перун в старину олицетворял и огонь, несмотря на то, что стихией огня является обособленно стоящий Огнебог Семаргл. Кузня огнекудрого Перуна, изготавливающего мечи для победы, находится в Сварге. Она силы дает нашим воинам. Тот, кто поймёт эти слова правильно, силы свои приумножит для победы над врагом.

Свендовид. Несущий Свет. Через него свет становится видимым. Поэтому является он богом Яви, отделяющим нас от Нави. Благодаря Свендовиду, Свет не только держится, но и укрепляется. Понять и увидеть Свендовида не просто, ибо не каждому дано проникнуть в тайны его творений, хотя он каждый день перед нами. Боги наши ведь сотворены и видны в уме расторгнутом.

Числобог учитывает дни наши. Благодаря имеющимся божественным числам, ведётся годичный календарь (колендо) и летоисчисление (летиц). Он с большой точностью определяет и называет божьи числа, показывая, когда “быть дню свершенному”, а когда быть ночи, устанавливая невидимые границы между ними.

Яр. Бог солнца. Даёт людям, животным, растениям тепло, свет и жизнь. В разные времена года и в разное время суток ведёт себя по-разному. Может быть ярым, а может быть и ласковым. С Яром связывают не только жизнь и страсти людей, но и земледелие, плодородие, воинскую силу и доблесть.

Дивы и Чуры.

Часто приходится сталкиваться с тем, что богов Славянских начинают путать с Дивами. Хотя и те, и другие являются образами проявленных явлений, но разница между ними в том, что богов мы славим, а Див никогда, ибо это наши несчастья. И те, и другие оказывают воздействие на человека и окружающий его мир. У первоистока богов было не так много, а Див было ещё меньше. И те, и другие представлены отдельными образами, тождественными явлениям окружающего мира, общества и нашего сознания.

Дивы Славянские: Жаля, Мор, Мая, Мара, Морока, Мармора, Стрыб.

Дива Жаля олицетворяет в себе человеческую жалость, печаль, грусть, всё то, отчего человек должен избавляться в первую очередь, чтобы не нанести вред себе и окружающим. У того, кто этого не понимает, в доме (как принято говорить) поселится Жаля.

Мор является олицетворением смерти и болезней, в первую очередь (как нам кажется), связан с падежом скота, являющимся основой выживания человека в межсезонный период и неурожайные годы.

Дива Мая олицетворяет собой ненужные человеку пороки маеты и неопределённости в своих действиях. Любая неопределённость делает человека суетливым и неуверенным в себе и в завтрашнем дне. Маю тоже надо гнать от себя, если мы хотим жить благополучно.

Мара олицетворяет (как мы думаем) так же, как и Мор, смерть и болезни, только не скотины, а человека. Она очень близко привязана к духу зимы Марене. Но это два разных понятия. Марена усыпляет, а Мара уничтожает. В этом их разница. Поэтому Мара является Дивой, Марена духом.

Морока также олицетворяет человеческие слабости. Когда в доме появляются ссоры, ругань, споры, то говорят, что в доме поселилась Морока потому, что дом покинула Лада.

Когда же все безнадёжно пошло наперекосяк, говорят, что появилась Мармора и боги покинули это дом. Почему так произошло, догадаться не трудно.

Стрыб, как уже отмечалось выше, является Дивом, олицетворяющим бездарность, неловкость, неуклюжесть в действиях и поступках человека, неумение делать простейшее. Таких людей называли в старые времена “стрыбнутыми”, “стрибными”. До наших дней это выражение дошло ещё и в грубых формах просторечья, поэтому мы это опустим.

Чуры Славянские (или, как их ещё называют, духи). К ним относят одушевлённые явления природы: Русалки и Водяные, Кикиморы, Лешие и Домовые.

Они дают людям уверенность в том, что эти Чуры существуют, и что при необходимости к ним можно обратиться. И не более того. Человек, попавший в беду, остаётся наедине с самим собой. Уверенность в том, что Чуры могут помочь и предостеречь его от неминуемых неприятностей, такая уверенность даёт человеку дополнительные энергетические силы. При этом следует заметить, что если у богов просить бесполезно и можно лишь славить их величие, то к Чурам можно обратиться (призвать) за помощью, ибо человеческая жизнь бесценна, хотя осмысливать это мы чаще всего начинаем, оказавшись в критической ситуации. Если у человека возникают какие-то трудности в водной стихии, он обращается к Водяному или Кикиморе (чтоб ей икалось при упоминании).

Если заблудились в лесу, мы говорим, что Леший нас водит.

Если же не спим спокойно по разным причинам (например, Лада покинула дом), то и Домовой начинает указывать нам на то, что Ладу зря проводили из дома. Тот, кто понимает это правильно, прислушается к Домовому и вернёт Ладу обратно. А тот, кто станет противиться, не поймет своих ошибок и не исправит их, запустит в дом Мороку. Тут уж жди беды.

Славянского воина питает сила Перуна и Яра.

Простого человека берегут Чуры Славянские.

Сварог (Дажьбо), Дид наш, хранит тех и других.

Святыни Славянские.

Славянских Святынь так же, как и богов, и Див, и Чуров, не такое множество, как представлено сегодня во многих книгах о Славянах. Истинными святынями Славянскими являются родники, рощи, дубравы, поля, пастбища, станы… — всё то, что позволяет жить человеку достойно на нашей земле. Всё остальное является святынями ложными и ненужными.

Родник свят для Славянина потому, что можно утолить жажду чистой родниковой водой, которую, к сожалению, мы практически не пьём сегодня.

Роща свята тем, что не только укрывает человека от зноя, но и приносит радость ему, дарует плоды, ягоды, грибы.

Дубравы сильны своей энергетикой, подпитывающей силой.

Поля кормят человека, пастбища кормят домашних животных, которые в свою очередь также кормят нас. Происходит круговорот в природе, названный Сваргой.

Для наших предков существовали ещё Святыни — три основных древних дома наших: Анды, Инд и Карпаты.

За ними проще будет назвать и остальные: Антия (Антлань), Арь (Ария), Батия (Ботева), Борусия, Волынь, Воронзенец, Воряжина, Голунь, Гура, Двуречье, Елица, Инь, Ира (Ирий), Киев, Колунь, Колядь, Красна Овсиена Великая и Малая, Крынь, Мина, Оренгой, Орь, Пенж, Птицы Сва, Пятигорье, Ра (Рай) река, Руга, Русколань, Русь, Рушь, Семиречье, Сиверзь, Сирийштие, Скуфь, Сурожград (Суренж, Руса), Троянь, Турусса, Хорсунь, Ясунь. Думаем, что мы по праву ограничимся сегодня топонимикой, не раскрывая её сути, ибо это также тема другого разговора.

Славления и молитвы.

Такое славление (или молитва) более глубоко проникает в подсознание человека, усиливает его веру, даруя дополнительные силы и уверенность, увеличивая границы его внутренних резервов. Общаясь в повседневной жизни, человек в отдельных случаях употребляет славление того или иного бога в зависимости от ситуации. Например, говоря о предотвращенном неправильном действии, мы славим Велеса, так как человек поступил верно (т. е. проявил свою мудрость и знание). Ожидая хорошей погоды и получив желаемое, мы провозглашаем славу Перуну.

Капища и храны.

Местом для проведения Славянских обрядов, праздничных дат, принесения треб и совместных славлений богов служили капища и храны, расположенные в святых для Славян местах: у родников, в рощах, дубравах, других значимых для жизни местах.

В хранах содержались образы богов и священные для Славян веды. О первых хранах сегодня известно лишь то, что храны богам ставили и городили из дуба. За основными дубовыми стенами, часто по другую стену, там хранили богов наших подобие. Имели же многие храны в Новгороде, на Волхове-реке, в Киевграде, по божьим лесам, на Волыни Дулебской, в Суроже, на море Сурожском и Синем.

Капище первоначально состояло из каменного сооружения, обнесённого опашкой из камней, каменной площадкой для места расположения треб, крады (жертвенного огня) и площадки для проведения праздника и обряда. Позже всё это было упрощено, и капища стали приобретать несколько иные формы и очертания. Основу их стали составлять Чуры, жертвенный камень, крада и опашка, которая сооружалась в разных регионах из разных подручных материалов и различных размеров.

Славянские праздники.

Славянские праздники, как правило, не походили один на другой. Они постоянно разнообразились, и в них привносились различные дополнения. Были праздники, посвящённые богам, урожаю, свадебные, праздники, посвящённые проводимому Вече, на котором выбирали князей и суд вершили.

Старейшины вендских родов, например, шли на Вече обсуждать своих родичей к Перунову дереву (к Дубу). Организовывали в тот день игрища перед очами старших. Молодёжь силу юную показывала, состязалась между собой. Устраивались хоровые песнопения, пляски. В тот день охотники и огнищане ходили в заботах, приносили дичину старцам, которые делились тою в первую очередь с людьми. Волхвы богов славили, жертву им приносили, хваление богам говорили, время года славили. Старейшины рода вождя племени выбирали. Вожди выбирали князя.

В наше время праздники, проводимые волхвами на капищах, делятся на три составляющих части. Зачин, на котором проводятся славления богов, принесение им треб и проведение обрядов. После этого объявляются игрища и песнопения. Завершается всякий праздник, как правило, общим пиром. Как мы видим, сегодня волхвам удалось сохранить ряд традиций в их первозданном виде.

Сами праздники мы описывать не будем, потому как они достаточно изложены во многих доступных читателям книгах по изучению Славянской культуры древних времён. Многие песни, сказы, былины, сохранённые в устной традиции и дошедшие до наших дней, говорят о том же.

Сакральность и обрядовость.

Обряды в Славянской вере носят сакральный характер, не всегда до конца понятный простым людям. Иногда создаётся такое впечатление, что волхвы делают это сознательно сокрыто. Обряды исполнены глубокого смысла, и каждое действие имеет определённое значение, помогающее человеку достичь определённой цели. Например, приобрести уверенность в собственных силах, помочь реализовать дополнительный источник внутренней энергии, избавиться от хвори, найти выход из трудного положения, избежать обмана, укоренения человеческих пороков, показать истинные, а не ложные ценности и т. д. Каждый обряд в целом и все его части в отдельности позволяют волхву сосредоточится на выполнении поставленной перед ним задачи.

Для примера можно рассмотреть обряд освещения оберегов. Многие люди верят в силу собственных оберегов, коими могут служить предметы из разного рода материалов: дерева, металла, глины, камня и т. д., к которым относятся бесчисленные кулоны, амулеты, браслеты, кольца, горсть родной земли и т. д. Их можно носить как украшения, а можно использовать в качестве оберега, защищающего человека в нужную минуту.

В меру своей слабости людям свойственно зачастую перекладывать собственную ответственность на внешнюю среду и искать устойчивую точку опоры не внутри самого себя, а вне себя, где-то рядом. Вот тут-то и как бы приходит на помощь оберег, придающий человеку силу и уверенность в его воздействии. И эта уверенность начинает действительно работать на самого человека, делая его более защищенным и уверенным. Так вот, для того, чтобы обычная вещь или какой-то любимый предмет для человека стал оберегом, и требуется проведение такого обряда, как его освещение и очищение. Делается это человеком, владеющим сакральным знанием проведения данного обряда. После чего он передаёт оберег его хозяину. При этом магическая сила воздействия самого оберега на человека будет тем сильней, чем правильней будет проведен обряд.

О волхвах.

Несколько слов о волхвах. Кто они? О них ходят легенды, им приписывают мыслимые и немыслимые знания, действия и поступки. Одни говорят, что это маги, другие считают, что это люди, принёсшие свою жизнь в жертву ради познания чего-то сверхъестественного. Третьи считают, что если человек ходит босиком по углям и всё, что ему нужно, умещается на нём и в его котомке, а его домом зачастую служит просто лес, ест он лишь хлеб и воду, то это уж непременно будет волхв.

Всё это наносные понятия, имеющие весьма отдалённое представление о том, кто такой волхв. Волхвы, как и все люди на земле, бывают разные. Они отличаются и по характеру, и по уровню знаний, и даже по вере. Они такие же простые и живые люди, как и все остальные, со своими болями, характером, причудами и даже капризами. Что же их объединяет между собой и даёт им право называться волхвами?

В первую очередь, это сакральные знания, которыми они владеют и совершенствованию которых они посвящают свою жизнь. Приходят к этим знаниям разные волхвы по-разному: кто-то, идя самостоятельно и самосовершенствуясь путём постижения таинств окружающего нас мира, созерцания явлений природы и постепенного осмысливания окружающей нас действительности, кто-то путём получения знаний от своих наставников, уже постигших сакральные знания, кто-то путём других практик и человеческих возможностей, на которых мы сейчас не будем заострять внимание. Главное, что наступает момент, когда эти сакральные волховские знания становятся доступны конкретному человеку. Вот тогда и наступает момент признания человека волхвом, имеющим те или иные знания в определённой области. Это могут быть знания знахарские, либо кудесника, либо жреческие, либо иные, которые и отличают как простого человека от волхва, так и волхвов различают между собой. Не могли же в древности все волхвы обладать сакральными знаниями исключительно в области ведовства или, скажем, жречества, также как и охватить все эти знания вместе взятые.

Конец пояснения.

* * *

Из существ низшей мифологии модно выделить бесов, лешиев, водяных, полудниц, русалок, упырей, привидений (маний) и других. Персонифицированные понятия о «хорошей» и «плохой» судьбе часто выражались в вере в таких существ как Доля, Недоля, Нужа, Лихо, Горе, Среча, Несреча, Усуд и другие. Из этого видно, что у части русов не могла не быть определённая путаница на смысловом, образном уровне относительно того, что такое судьба и от кого она зависит. Все, кто придавал судьбе смысл вмешательства существ, выделенных выше (что могло иметь и эгрегориальный характер), путал её содержание и уходил от понимания, либо ощущения объективности судьбы. Кто просто выражал лексически этими понятиями отклонения от судьбы, либо её хорошее исполнение — не ошибались.

Поэтому персонификацию разнообразных отклонений от судьбы (судьба — суд Бога — многовариантная программа жизненного пути, предлагаемая персонально каждому человеку Свыше вместе с даром жизни), либо наоборот, соответствия судьбе можно понимать и иначе: в выделенных в предыдущем абзаце (жирным курсивом) терминах (и некоторых других) русы достаточно чётко для той эпохи выражали своё понимание, что они живут согласно (либо несогласно) своей судьбе. И это — первый шаг для продолжения осмысления своей жизни.

Конечно зачастую на этом эмоционально всё и заканчивалось, например, «Эх, недоля!» или «Хороша доля!». Но отношение к своей жизни (в смысле «хорошо» и «плохо») русы выражали точно.[409] После такого рода оценок своей жизни должно было следовать осмысление «что не так» (если плохо) и «как закрепить достижения» (если хорошо). А после осмыслений нужно было принимать решения и действовать, чтобы было лучше. Если самим было не понять многие вещи, то этому должно помогать заниматься жречество — направлять жизнь людей в русло Промысла, чтобы судьба каждого свершилась наилучшим путём из всех предложенных в судьбе.

Как показывает практика в современном российском обществе большинство тех людей, которые генетически тесно связаны с древними русами как правило (в лучшем случае) ограничиваются лишь эмоциями типа «Эх, недоля!», «Ух, горе!», «Ох, лихо!» и тому подобное. При этом русские по корням люди могут годами стенать о «своей судьбе», так ничего и не предприняв для того, чтобы она стала их персональной Долей (в общей судьбе русского народа). Крайним “эпическим” выражением всеобщего псевдорусского современного пессимизма является выражение «От тюрьмы и от сумы не зарекайся», которое видимо появилось во время библейского христианства. В таком “жизненном” настрое пессимизма естественно, что в России процветает культура тюремной морали, основанная на принципах «в жизни нету счастья» и «такова долюшка». Тюремная субкультура прочно вошла в жизнь современного российского общества. Эта субкультура даже нравится достаточно большому слою граждан. Причём в настоящее время одни злочестивые люди на лагерные темы ставят сериалы и снимают “бабки”, а другие “торчат” и даже чем-то завидуют заключённым: ведь в тюрьме всё по распорядку, думать не надо, но главное — не надо брать на себя никакой ответственности: за всё отвечает «начальник» или тюремный «пахан».

То есть, граждане современного российского общества поражены безволием и пессимизмом и не желают утруждать себя не только интеллектуально, но и не желают брать на себя вообще никакой ответственности — до такой степени, что некоторому их слою (больше — малоимущему) тюрьма кажется лучше «такой воли», «такой доли».[410] Что касается “богатых” и «среднего слоя», то и здесь дело не лучше: процветает разврат, обжорство, пьянство, паразитизм и прочие антиобщественные вещи, которые часть людей приводят туда же «на нары», а часть — просто медленно себя убивают физиологически, “пользуясь” выпавшей на их жизнь “долей” пожить «прямо сейчас».

И тот и другой случаи самоуничтожения — следствие общего бессознательного протеста русской цивилизации, которая не может в целом длительное время жить в неправедной западной культуре (культуре скрытого рабовладения), а последняя вовсе не соответствует бессознательным древним чаяниям русов. Русская цивилизация чахла в те периоды, когда духовная динамика в её русле-реке останавливалась. Эти периоды характеризуются бессмысленными бунтами и смутами, по выходе из которых “русло” опять наполнялось новой “водой” и исторический процесс “протекал” дальше. Да, были периоды обострения смуты и пессимизма у русских после крещения Руси. Но и даже в это время (а не то что в Древней Руси) русские всегда боролись за своё будущее.

В настоящее время последний период русской смуты затянулся: ей уже третий десяток лет. И без переосмысления своей истории, без понимания всемирной истории, без понимания глобального управления и его роли в жизни региональных цивилизаций — нашему народу будет очень трудно правильно определить своё место в мире. Поэтому такое понимание должно стать одной из главных целей каждого русского человека. И лишь тогда каждый русский человек сможет увидеть своё место в жизни своего народа и обрести смысл жизни. Лишь после этого и весь народ воспрянет от западного атеистического сна.

3 января — 19 марта 2006 г.