Сравнительное богословие.

Содержание настоящего учебного пособия в целом соответствует учебным программам и стандартам Российской Федерации. При составлении курса авторский коллектив старался как можно шире и в то же время наиболее кратко осветить все необходимые студентам аспекты религиоведения и истории религий (по опыту уже имеющихся в системе образования РФ учебных курсов). В настоящее учебное пособие вошёл сравнительный анализ подхода к вопросам религии в разных вероучениях, необходимый и достаточный для дальнейшего самостоятельного осмысления роли религии в жизни каждого человека, государств и цивилизаций. Последнее позволяет назвать настоящее учебное пособие учебным пособием по сравнительному богословию, поскольку содержательно оно выходит за пределы имеющихся учебников по религиоведению и истории религий, к которым уже привыкли во многих ВУЗах РФ.

В то же время многие фрагменты настоящего учебного пособия основаны на материалах существующих курсов и учебников по религиоведению, истории религий а также заимствованы из других материалов: всемирной истории, энциклопедических словарей, научных работ, статей, многочисленных материалов сети Интернет. Общий перечень использованных работ приведён в конце настоящего учебного пособия (в конце шестой книги). Широко известные и мало известные материалы были нами переосмыслены с целью целостного описания вопросов религии и формирования хронологической и фактологической базы для курса сравнительного богословия.

Путь промысла Его Неведом потому, Что вера есть в Него — Но веры нет Ему!

1.1. Основные определения и понятия.

Многие уже знакомы с такой дисциплиной, как религиоведение. Курс религиоведения преподаётся в российских ВУЗах и считается оптимальным на сегодня, поскольку в рамках этого курса стараются избежать двух крайностей, придерживаясь которых можно легко встать либо на сторону одной из религиозных систем современности, либо на сторону атеизма, с позиции которого ещё совсем недавно сравнительно легко было критиковать любую из существующих религий. Так, авторы практически всех учебников религиоведения стараются придерживаться «нейтралитета», пытаясь явно как не становиться апологетами[1] ни одной из религий, так и не выглядеть атеистами.

И вроде бы эта позиция в современном мире, в котором представлен весь спектр религий (от самых древних до самых «молодых»), а также и весь спектр атеистических мировоззренческих ответвлений, наиболее выигрышна и правильна. С этим можно было бы согласиться, если бы не несколько серьёзных недостатков подобного подхода:

· Во-первых, у людей после ознакомления с курсом религиоведения не возникает понимания (и даже ощущения) необходимости осознанного выбора религии, который должен появляться на базе сравнительного анализа взаимоотношений людей с Богом, предложенных в каждой из изученных религий, либо на базе сравнительного анализа отсутствия таких взаимоотношений в одних религиях и наличия — в других. То есть курс религиоведения на сегодня в большинстве своём это чисто познавательный курс. И поэтому к нему нет интереса, особенно у молодёжи.

· Во-вторых, что вытекает из первого, после освоения курса религиоведения люди как правило не задаются вопросом, какая из религий ближе всего отвечает их чаяниям наиболее тесных взаимоотношений с Богом, если конечно таковые чаяния у людей имеются вообще. Либо ни одна из существующих религий современности не отвечает чаяниям человека о наиболее тесной связи с Богом в его жизни? Такие вопросы не встают — тоже по причине сугубо познавательного направления курса религиоведения: людям, прошедшим такой курс непонятно его предназначение для их современной жизни.

· В-третьих, что вытекает из первого и второго, после освоения курса религиоведения люди как правило не задаются вопросом: верить или вообще не верить? После чего должен естественно для человека следовать ещё ряд вопросов: кому верить? как верить? можно ли верить Богу вне существующих религий — поскольку ни одна из них не представляет собой безупречную систему, в которой религиозный человек может найти правильные ответы на все жизненно важные вопросы?

Современный самый распространённый курс религиоведения представляет собой анализ всего, что касается истории и причин происхождения религий, их географии и хронологии, а также и некоторых мер воздействия религий на государства и цивилизации. Рассматриваются аспекты сравнения мировоззрений людей в рамках той или иной религии. Всё это необходимо и важно знать и иметь в виду. Но при этом практически не затрагиваются аспекты сравнительного богословия с позиции человека, не являющегося как верующим апологетом той или иной религиозной системы, так и убеждённым атеистом.

Необходимо отметить, что крупнейшим рубежом, давшим толчок для развития религиоведения стал период, когда на Западе появилось множество политических течений, в которых начал проповедовался атеизм (решительный отказ в кругах европейской “интеллигенции” от веры в существование Бога и вообще многого сверхъестественного, что культивировалось до этого) — стал момент начала-середины XIX века, знаменитая эпоха «Просвещения» в Европе. Это открыло возможность в научных кругах исследовать все крупные религии с точки зрения как бы стороннего наблюдателя, то есть того, кто не является апологетом (проповедником и проводником) ни одной из исследуемых религий и вер. Такой подход позволил без излишней религиозной предвзятости судить как бы со стороны о тех или иных достоинствах и недостатках той или иной религии и веры. Короче говоря, появилась некая внешняя (отличная от апологетики той или иной религии) точка зрения на вопросы, напрямую касающиеся сферы исследований сравнительного богословия. Но зародившееся религиоведение так и не переросло в сравнительное богословие по многим объективным и субъективным причинам, имевшим место быть в мире на рубеже XIX–XX вв.

Как известно, в скором времени атеистическая точка зрения трансформировалась в апологетику марксизма-ленинизма. В результате возможное естественно-диалектичное перерождение религиоведения в сравнительное богословие к концу XIX — началу XX века было отложено почти на 100 лет. А логика подхода к анализу религиозных систем, а тем более и логика взаимоотношений с Богом, присущая трудам учёных времён доминирования марксизма-ленинизма и теории материалистического атеизма, до сих пор улавливается во многих учебниках по религиоведению.

При всём этом можно уверенно сказать, что появление и развитие религиоведения (около 150 лет) — крупнейший шаг вперёд в движении научной мысли от многообразия теологий (теологией было принято называть проповедь той или иной религии, как единственно верной, что и считалось апологетикой этой религиозной системы) к началам сравнительного анализа крупнейших мировых религий. Но, как мы уже отмечали выше, недостаточно иметь возможность посмотреть со стороны на существующие мировоззренческие религиозные системы, отказавшись от апологетики любой из них и всех их в целом. То есть для успешного поиска истины в суждениях о той или иной религии недостаточно и необязательно быть атеистом, либо сторонним исследователем.

Если какой либо учёный или группа учёных берётся за вопросы религиоведения, а тем более за вопросы сравнительного богословия, они просто обязаны не только выйти за пределы всех религиозных систем современности (один из вариантов, хотя и не лучший, это переход в атеисты), но, исследуя суть вопроса о взаимоотношениях человека и Бога, они и сами обязаны не оставаться в стороне, ощущая необходимость приближения к истине в решении этого вопроса для себя. Ведь суть вопроса, о котором они пишут и который они сами исследуют, просто обязывает любого из них (если они хотят остаться честны хотя бы перед внимающей им аудиторией) определиться в вопросе религии — в вопросе взаимоотношений человека с Богом. В противном случае их точка зрения на вопросы религиоведения (а тем более на вопросы сравнительного богословия, которые обойти не так-то просто) всё равно будет проявляться в их трудах, но в умолчаниях. Однако имеющиеся умолчания типа «не определились», «не знаем», «никому не верим» и другие подобные умолчания в случае исследования вопроса о взаимоотношениях человека с Богом в той или иной религии (чем и должно заниматься религиоведение) автоматически опускают авторов до уровня одной из исследуемых ими систем (если не вписывает последних в одну из них, которой они всё-таки бессознательно симпатизируют) — даже если они декларативно и не симпатизируют ни одной из таковых. Поэтому их анализ остаётся как минимум не полным (не охватывает всех граней вопроса), и максимум — предвзятым, поскольку относясь ко всем религиозным системам только лишь познавательно-исследовательски, они оценивают достоинства и недостатки последних исходя из своего декларируемого либо неосознаваемого атеизма: именно поэтому с периода открытого атеизма[2] и началось религиоведение. Короче говоря, невозможно получить полноценное представление о той или иной религии, будучи самому атеистом (не говоря уже об осознанной либо бессознательной поддержке какой-то одной или нескольких религиозных систем современности).

Атеист (вне зависимости от того убеждённый он атеист, либо просто не определившийся в том, как себя называть и к кому причислять) в своих религиозных исследованиях всегда будет уступать верующему Богу человеку в глубине понимания психологии и мировоззрения людей, принадлежащих той или иной религиозной системе. При этом атеист подходит к исследуемому вопросу как принято говорить схоластически,[3] избегая того, чтобы двигаться в глубину вопроса и проникать в его содержание. С другой стороны, как мы уже отмечали, атеисту проще не предвзято освещать всё, что он увидел, не сильно опасаясь за свой статус в той или иной религиозной системе, которой обязательно принадлежат апологеты вер этих систем. По этой причине мы позитивно оцениваем колоссальный труд исследователей, который имеется в российской системе образования и вошёл в учебники религиоведения.

Для начала дадим некоторые основные определения и кратко осветим историю возникновения и этапы развития религиоведения. Стандартное определение религиоведения полностью соответствует высказанным нами выше соображениям о содержании этой отрасли знания.

Религиоведение — специальная отрасль знания, не имеющая ничего общего с тематически близкой ей, но принципиально чуждой теологией, т. е. апологетикой (проповедью) религии как богооткровения. При этом во многих учебниках предлагается отличать позицию религиоведение и от позиции атеизма, но не высказывается какой именно “неатеизм” имеется в виду. Цель религиоведения — анализ всей совокупности проблем происхождения, сущности и функций религии, её места в обществе, истории, культуре, её объективной роли на протяжении тысячелетий и в современном мире. Иными словами, цель религиоведения — познать и понять религию как форму общественного сознания, как социальный феномен.

Религиоведение это комплексная сфера знаний людей о религиозных системах. Предметом изучения религиоведения являются пути образования религии, особенности религиозных представлений о мире и человеке, специфические черты религиозной этики и морали, функции религии в обществе, исторические формы религии — всё, что относится к религии в её современном понимании во всём единстве её структуры, функциональности, закономерности.

Как отрасль гуманитарного знания религиоведение возникло во второй половине XIX века на грани философии, психологии, социологии, антропологии, этнографии, археологии, языкознания. Религиоведение, как заявлено, ставит своим заданием беспристрастное исследование религий мира.

Первые пробные кафедры религиоведения были открыты в конце 70-х годов XIX века в Голландии и Франции, вскоре — в других европейских странах и США. Первый конгресс религиоведов состоялся в Стокгольме в 1897 г., а первый конгресс историков религии — в 1900 г. в Париже. В 1950 г. на седьмом конгрессе была основана Международная ассоциация историков религии, которая и сейчас остаётся самой авторитетной организацией религиоведов мира.

Религиоведение прошло за свою 150-летнюю историю несколько периодов развития.

Первый период начался с 60-х годов XIX века и завершился с окончанием Первой мировой войны XX века. Характерным для этого периода было стремление религиоведов отмежеваться от теологии и использовать сугубо научные методы исследования религии.

Второй период относится к межвоенному времени (1918–1939). Его можно назвать периодом усиления теологического влияния, в котором сугубо научные методы исследования начали вытесняться принципом «вчувствования». Это привело к кризису науки о религии — к кризису религиоведения на основе научного атеизма.

Третий период начался после Второй мировой войны XX века. Для него характерно осознание острого кризиса в религиоведении, критика предыдущего периода и его методологических основ. Были попытки вернуться к принципам первого этапа, переосмыслив их на основе новейших достижений науки. После этого кризис религиоведения так и не был преодолён. Совершенствовались такие вещи как терминология, международные связи, изучались нетрадиционные и новые современные формы религий, создавались теологические и религиоведческие энциклопедии и словари. Короче говоря, “наука” шла «вширь» (накопление фактологического и исторического материалов), но не «вглубь» (поиск истины через сравнение религий), так и не преодолев методологический кризис второго периода.

В определении религиоведения есть понятие теология, от которого отмежёвываются современные религиоведы.

Теология (от греческого theos — Бог и…логия). Буквально наука о Боге. А совсем буквально — если с греческого взять и прочесть по-русски — Божья логика. В то же время, один из переводов греческого logos — слово, учение. Поэтому теология — по-русски богословие.

Итак, теологию (богословие) из смысла перевода с греческого можно назвать отраслью знания (познания), которая занята постижением логики Бога, познанием, изучением, исследованием Божией логики.

Как мы уже говорили, в стандартном определении религиоведения его авторы постарались отмежеваться от теологии (богословия), называя последнее «апологетикой (проповедью) религии как богооткровения» (цитата из вышеприведённого определения религиоведения). В действительности же понятием богословие может быть обозначена не только апологетика какой либо известной религии (например, христианства, к защите которого на ранних этапах и привязано изначально это понятие). Русское понятие богословие гораздо шире (если не употреблять вместо него не всем известный греческий синоним теология) и должно означать в самом широком смысле следующее.

Богословие (буквально Божие слово; слово о Боге) — система знаний, позволяющая людям диалектически приближаться к логике Бога (в буквальном переводе теология — Божья логика, наука о Божьей логике), к познанию Бога и Его Промысла, система знаний, дающая методологию самостоятельного познания Жизни через религию веры Богу. Богословие использует для достижения этих целей особый метод изучения всего спектра существующих религий (сравнительное богословие), то есть, основывается на прошлом и настоящем опыте людей, логике их взаимоотношений с Богом.

Сравнительное богословие как метод включает в себя сравнительный анализ и синтез, выявление общего и различий в существующих религиях, поиск Правды-Истины при сравнении всех основных религий. Сравнительное богословие это система знаний, необходимых для дальнейшего самостоятельного овладения богословием и диалектикой познания Жизни. Сравнительное богословие является общеобразовательным курсом в рамках которого рассматриваются все основные религии мира, как и в религиоведении, и даётся их сравнительный анализ не с позиций атеиста (или в современной терминологии — представителя светского академического круга), а с позиции внеконфессионально верующего Богу человека.

Выше мы кратко сравнили классические позиции религиоведения и теологии. Но за последнее время — в условиях всеобщей «демократизации» мира по-западному — обе эти отрасли, изучающие религии, “мутируют”, как бы приближаясь одна к другой. В религиоведении принято делить подходы к изучению религии на два основных направления:

· Теологический (богословский) подход в широком понимании рассматривает религию «изнутри» — как встречу и постоянное переживание человеком присутствия Бога в жизни людей и окружающем мире. Это ощущение, считают сторонники теологического подхода, даётся человеку через непосредственное «видение» Бога, преисполненное той же внутренней достоверностью, что и ощущение человеком собственного «я». Поэтому, подчёркивают, в частности православные теологи, что есть существенная разница между «знанием о Боге» и «знанием Бога». Своё задание теологический подход видит в обосновании и систематизации содержания той или иной веры в вероучении и форм её воплощения в культе.

В зависимости от религиозной ориентации теологов (богословов, как они себя называют), известную (современную) теологию можно подразделить на следующие её крупные направления:

— Католическая теология является сложным по своей структуре интеллектуальным пластом с почти тысячелетней историей. Она подразделяется на естественную и сверхъестественную. Общее между ними то, что они считают, что имеют дело со Словом Бога, Творением Бога, а не непосредственно с Богом. Естественная теология считает, что познаёт Бога по его творениям, то есть по материальному, природному миру, в котором мы живём, а поэтому нуждается в опоре на разум. Сверхъестественная теология считает, что познаёт Бога путём постижения содержания Его откровения, изложенного в Священном писании. При этом разум выполняет второстепенную функцию — выяснение основных положений сверхъестественного откровения, перевод их символического содержания на язык человеческой жизни. Сверхъестественная теология возвышается этим над естественной теологией, содержательно расширяя и конкретизируя добытые первой знания.

— Протестантская теология разделяется на историческую теологию (история религий и церкви в общекультурном контексте), систематическую теологию, которая занимается вероучением, практическую теологию.

— Православные духовные школы преподают апологетику или основное богословие, которое изучает, что такое православие, из каких истоков оно появилось, каким образом оно решает основные проблемы духовной жизни. Православное сравнительное богословие — изучает различные религии в сравнении их догматов с христианскими. Также в православных духовных школах изучаются такие предметы как догматическое богословие, пастырское богословие, экзегетика,[4] патристика,[5] сектоведение (изучает новые религиозные организации, которые православие считает сектами). К теологии (богословию) принадлежат также дисциплины, направленные на исследование религиозной практики например, литургика.[6].

· Светский научно-философский подход изучает религию «извне» — как составную часть человеческой культуры в её связях и взаимодействии с другими компонентами культуры. Этот подход представлен светским, академическим религиоведением. Для решения своих задач религиоведение привлекает ряд философских, общенаучных и специально-научных методов исследования. Среди этих методов универсальными являются два:

— Метод историзма. Это понимание исследуемого явления, во-первых с учётом влияния условий, в которых оно существует, во-вторых, учёт не только нынешнего состояния исследуемого явления, а процесса его возникновения, предыдущего развития и последующих тенденций функционирования в целом. То есть, метод историзма позволяет воспроизводить явление как процесс и отслеживать его характеристики на заданной исторической глубине времени.

— Метод объективизма. Это воссоздание явления в его внутренней сущности, даже независимо от представлений о нём людей, и от теоретико-методологических предпочтений самого исследователя.

И религия (теологический подход) и наука (академический религиоведческий подход) заявляют, что они исследуют реальность, а не мифы. Обе они уверены, что именно их суждения есть истинное отображение реальности. И религия и наука являются организованными социальными институтами. Однако предмет и общая методология исследования в философии и науке — с одной стороны, теологии и богословия — с другой, являются довольно специфическими. Сферой исследовательского внимания философии и науки является естественный мир и человечество. Сферой исследовательского внимания теологии и богословия является главным образом «божественное сверхъестественное откровение», в котором они надеются отыскать основополагающие истины, необходимые для спасения души и мира.

Свой предмет современные философия и наука изучают, придерживаясь правил эмпирической (опытной) или логической проверки на истинность. Тогда как, склонные к апологетике какой-либо религии теология и богословие вынуждены, во-первых, принимать много положений просто на веру или на основании авторитета священных текстов, преданий и «отцов церкви», во-вторых, постоянно апеллировать якобы к Богу или какому-нибудь из его религиозных атрибутов как якобы определяющей сверхъестественной причины всего, что проверке не подлежит. То есть, якобы Бог, либо его религиозные атрибуты той или иной религии как бы мистически (тайно от людей) свидетельствуют (как бы подтверждают) правоту утверждения — как некая сверхъестественная причина. В этом наука и апологетическая теология едины: ни первая ни вторая не позволяют людям, которые не входят в узкий круг исследователей религиозных вопросов, самим проверить на истинность ту или иную религиозную систему. Религиоведение предлагает свою логику и эмпиризм, из которой следуют определённые ею же выводы. Теологи тыкают носом в писания и предания, утверждая ими якобы истину. А люди не имеют возможности сами на своём религиозном опыте проверить истинность научно-теологических утверждений. Потому что такого религиозного опыта (когда человек умеет различать истину и ложь благодаря своей вере) они не получают не из религиоведения, не из теологии.

И нет ничего удивительного, что в современном научном сообществе считается, что научно-философский и богословско-теологический подходы связаны между собой. А теология (богословие) является исторически первой формой религиоведения. И обе системы знаний основаны на атеизме — иначе они учили бы людей быть самодостаточными в религии: уметь проверять на истину любые религиозные утверждения не научными методами и не через писания, а через связь с Богом.

В наше время на Западе, а в некой мере и в России, наблюдается всё более заметный переход научного религиоведения на теоретические и методологические позиции классической теологии и богословия. С другой стороны, в современной теологии (богословии) всё более заметными становятся такие принципы научного и общекультурного мышления как плюрализм (приемлемость возможности одновременного существования взаимоисключающих взглядов, позиций, мнений по одному и тому же вопросу), диалогичность (текст, речь, в основу которых положен диалог), толерантность (терпимость к чужим мнениям, к чужому образу жизни, поведению, обычаям, чувствам, идеям, верованиям). То есть, кризис религиоведения заканчивается вполне ожидаемо и современно (в духе церковного экуменизма):[7] объединением двух разновидностей атеистических подходов к богословию.

В действительности в условиях когда мир вошёл в стадию завершения глобализации, такие сферы как теология (богословие, основанное на апологетике одной из исторически сложившихся религиозных систем: с преобладанием христианской апологетики) и религиоведение объединяются под покровом так называемой демократии, которой как раз и присущи, диалогичность и толерантность. Ясно, что при этом объективность выводов совмещаемых в плюрализме сфер исследования теологии и религиоведения не возрастает, а скорее наоборот — падает. Поэтому можно сказать, что религиоведение не выходит из кризиса, а кризис проявляется своим апогеем. В то же время, из плюрализма мнений всегда можно выбрать то, которое вполне может быть объективно ближе к истине, но о котором теология до этого молчала, будучи менее “толерантной” к выводам академического религиоведения. И наоборот, из современного академического религиоведения можно узнать то, что раньше составляло лишь сферы теологической «нелогичности» (то есть выводов, не имеющих логического доказательства либо эмпирически не вычисляемых: например, зависимость текущих и будущих жизненных обстоятельств от нравственности и намерений человека). И это тоже может представлять интерес для людей, не принадлежащих ни религиозной апологетике, ни академической науке.

В то же время большинство людей, заинтересовавшихся современным религиоведением, не в состоянии из всего плюрализма современного синтеза (объединения) теологии (смеси из апологетики разных религиозных систем) и академического религиоведения (научно-философского как правило атеистического подхода к религии) сделать объективно правильные выводы о том или ином жизненно важном вопросе, являющемся предметом рассмотрения этих сфер знаний. Для этого людям в первую очередь не хватает правильного «начала координат» для ориентации в религиозном пространстве, которому в нашей цивилизации уже не одна тысяча лет.

Так, если двумя «осями координат» для ориентации в трёхмерном пространстве условно можно представить современную апологетическую теологию (первая “ось”) и современное академическое религиоведение (вторая “ось”), то не хватает третьей «оси координат» и главное — нет общего мировоззренческого «начала координат», которое в каждой исторически сложившейся религии своё, а в религиоведении — своё.

«Началом координат» в вопросах богословия (не апологетического богословия, а богословия, устремлённого к поиску объективной Правды-Истины) может быть только богоцентричное мировоззрение внеконфессионально верующего Богу человека — чего нет ни в современной теологии, ни в академическом религиоведении. Условно третьей «осью координат» в вопросах богословия, устремлённого к поиску Бога, Правды-Истины[8] в настоящее время может служить методология сравнительного богословия, которую мы постарались передать в настоящем учебном пособии. При этом нужно уметь одновременно хорошо и свободно ориентироваться по всем «осям» этой условной «системы координат» современных религиозных знаний, поскольку две из них (теология и академическое религиоведение) к настоящему времени уже детально отработаны (в смысле наличия масштабного исторического, фактологического, археологического материалов, имеющегося “плюрализма”[9] готовых выводов по огромному спектру вопросов, многие из которых не так уж субъективны и зачастую близки к истине только если смотреть их с позиции «трёхмерного пространства»). Третья же «ось координат» (методология сравнительного богословия) в совокупности с богоцентричным «началом координат», которое каждый человек обязан для себя отыскать и определить — позволяет найти и определить любую мировоззренческую «точку» в пространстве правильной религиозной ориентации, приближаясь тем самым к объективной Правде-Истине в «трёхмерном пространстве» её постижения.

Если теперь перейти от принятой академической и теологической терминологии на новый понятийный и терминологический аппарат, которым в дальнейшем будет представлено сравнительное богословие (третья «ось координат»), а также с помощью которого мы постараемся помочь найти богоцентричное «начало координат», то в нашей условно принятой трёхмерной системе координат — трёхмерной системе ориентации в религиозно-мировоззренческом пространстве — первая и вторая «оси координат» представляют собой системы знаний, выстроенные на базе двух разновидностей атеизма:

· Первая (самая древняя) религиозно-теологическая система представляет мировоззрение идеалистического атеизма.. Идеалистический атеизм прямо говорит: «Бог есть. Он — Творец и Вседержитель. Мы научим Вас вере и религии». Но в своих вероучениях идеалистический атеизм возводит на Бога столько напраслины, что, чем более доверчив и фанатичен человек в его вере, тем в большем он пребывает в разладе с Богом, Который действительно есть. И Божий Промысел на основе своего вероучения идеалистический атеизм подменяет людской отсебятиной в пределах того, что Бог Вседержитель попускает его приверженцам.

· Вторая система (появившаяся и легитимизировавшаяся около 150 лет назад), представленная современным академическим религиоведением, тяготеет к мировоззрению материалистического атеизма. Материалистический атеизм прямо заявляет: «Бога нет. Все вероучения — выдумки людей, а культы — суеверия».

Предлагаемая в этом учебном пособии система методологии и мировоззрения сравнительного богословия (третья «ось координат») основывается на принципе выражения совершенного знания, в ходе освоения которого люди должны стараться преодолеть в своей психике обе разновидности атеизма (как печального наследия прошлого исторического развития глобальной цивилизации) и стараться придерживаться «абсолютного» (богоцентричного) «начала координат», помогая в этом другим. Для этого надо понять и постоянно помнить, что богословие — по определению — есть слово Бога, но не писанное в каком-либо писании, а обращение Бога к каждому человеку на Языке Жизни, понятном ему самому. И ещё важно понять, что есть множество логик, приписываемых Богу в современности, и в каждой исторически сложившейся религии — логика своя.

Чем и полезно сравнительное богословие, что в нём можно выявить крайнюю противоречивость логик, приписываемых Богу в разных религиозных системах, что и является основной заслугой (как первопроходца) по историческим меркам недавно появившегося религиоведения, как системы, которая рассматривает религиозные логики через призму эмпирического формально-логического, сугубо научного подхода и делает сравнительные выводы, не оценивая их при этом с точки зрения той или иной апологетической теологии. Апологетическая же теология делает выводы с позиции своей логики — системы идеалистического атеизма — «в пользу» той религиозной системы, которую представляет теологическая апологетика.

Само понятие сравнительное богословие принято лишь в православии, то есть это — словосочетание, появившееся на русской почве на базе русского языка. Именно православная апологетика (из всех христианских) представлена самым наибольшим спектром религиозных наук: часть из них мы перечисляли выше. Ясно, что православное сравнительное богословие делает лишь те выводы, которые как логически, так и мировоззренчески вполне согласуются с догматами библейского христианства и всем вероучением.

В то же время, например, с кораническими догматами библейские христианские догматы как Ветхого Завета, так и Нового Завета расходятся по многим вопросам как мировоззренческого уровня, так и исторического и фактологического уровней.

Ясно, что логика библейско-христианского сравнительного богословия конечно же будет на стороне общехристианских догматов, а не коранических, либо каких-нибудь других. После этого встаёт вопрос: как найти истину, если даже уже в двух источниках (Библии и Коране), которые оба считаются откровениями Бога — разная логика и разные выводы по одним и тем же историческим событиям и фактам, разная мораль? И вправе ли православие, следуя своей сугубо апологетической религиозной “истине”, употреблять русское понятие сравнительное богословие? Не правильнее ли было взять понятие апологетика библейского христианства?

Так, православное сравнительное богословие завязано на древнюю систему идеалистического атеизма, которой уже боле трёх тысяч лет. Непредвзятость и чистоту понятию сравнительное богословие придаёт представляемый в этом учебном пособии подход, логика которого не завязана ни на одну их исторически сложившихся логик двуликого атеизма. Такой подход основан на методологии, которую может освоить лишь верующий Богу человек, психика которого не повязана накрепко ни одной из существующих религиозных систем-логик, и который может подняться над всеми религиозными системами благодаря способности представить и постоянно ощущать богоцентричное «начало координат». Богоцентричное «начало координат» позволяет вначале представить, потом ощутить, а затем постепенно осознавать и познавать логику Бога.

Хотя последовательность этапов может быть у разных людей разная: 1) ощутить на себе, узнать что это такое, представить, осознать свои ощущения, понять, начать познавать параллельно с процессом ощущений; 2) представить, увидеть в жизни, ощутить на себе и потом осознать и познавать. Лишь логика Бога объемлет все логики всех существующих религий и вер в мире. Понятно, что только через познание логики Бога можно приблизиться к сути совершенного богословия и, следуя Его логике, можно выйти на сравнительное богословие, цель которого — не только сравнивать между собой существующие в мире религии, но и соотносить последние с совершенной и общественно полезной религией, предлагаемой людям Богом, а не религиозными системами. К тому же в рамках сравнительного богословия необходимо освещать важнейшие моменты методологии совершенного богословия с конкретными историческими примерами.

Но что же такое логика? Логика (от греческого logik — соответствующий рассуждениям) — наука о способах доказательств и опровержений, о законах мышления и его формах; ход рассуждений, умозаключений; внутренняя закономерность чего-либо.

Это общепринятое определение логики «как науки». Дело в том, что существует логика как наука, и логика как понятие, суть последнего мы выделили жирным в предыдущем определении. Нетрудно заметить, что определение логики как понятия близко к определению алгоритма. Просто понятие логики появилось исторически раньше, чем понятие алгоритм. А вот понятие алгоритм для современного человека достаточно ясная штука, поскольку алгоритм сейчас можно даже “пощупать”, работая в сфере программирования — на примере конкретных компьютерных программ. И все программисты прекрасно знают, что алгоритм — штука “упрямая”: если он задан, то и внешняя по отношению к алгоритму оболочка (программное оформление) будет работать так, как он задан, но не иначе. То есть — без отклонений от алгоритма (если, конечно не вмешается другой алгоритм типа “вирус”, либо программист).

Так и в социальных системах (в первую очередь в религиозных): есть внутренняя логика (алгоритм), который знают лишь немногие “программисты”-специалисты, а есть оболочки программ — те самые общественные устои и соответствующие им слои населения, которые живут согласно мировоззрению, задающего культурно-социального алгоритма. Но эти “оболочки” не ведают ничего про сам алгоритм (логику), поскольку не являются специалистами в области социального программирования.

Общее определение алгоритма следующее. Алгоритм (от algorithmi, algorismus, первоначально — латинская транслитерация имени среднеазиатского математика средних веков аль-Хорезми) — способ (программа) решения вычислительных и других задач, точно предписывающий, как и в какой последовательности получить результат, однозначно определяемый исходными данными; совокупность действий, правил для решения задачи. Алгоритм — одно из основных понятий математики и кибернетики (теории управления на Западе). В вычислительной технике для описания алгоритма используются языки программирования. Более общее определение алгоритма таково:

Алгоритм — это преемственная последовательность действий, выполнение которой позволяет достичь определённых целей. Также алгоритмом называется описание такой последовательности действий. Алгоритм представляет собой:

· совокупность информации, описывающей характер преобразования входного потока информации в каждом блоке алгоритма, и.

· мер (мерил), управляющих передачей потоков преобразуемой в алгоритме информации от каждого блока к другим.

Под алгоритмикой понимается вся совокупность частных функционально специализированных алгоритмов. То есть под алгоритмикой можно понимать определённую упорядоченность и последовательность действий, включающую в себя частные упорядоченности и последовательности действий.

Среди понятий, свойственных субкультуре на основе гуманитарного образования терминам «алгоритм», «алгоритмика» наиболее близок термин «сценарий», причём сценарий — многовариантный. Если вернуться к религиозным системам, то каждая из них обладает своей внутренней мерой, которая работает по принципу «призмы», через которую преломляется объективная реальность. Согласно этой внутренней мере трактуется прошлое, объясняется настоящее и “пророчествуется” будущее.

Последнее — не оговорка. В математической статистике есть понятие экстраполяции (от экстра… и латинского polio — приглаживаю, изменяю), которая имеет смысл — распространение установленных в прошлом тенденций на будущий период. Но прежде чем это явление нашло своё выражение в математической статистике, оно издавна применялось в религиозных системах. Любую логику всегда чисто теоретически можно продолжить,[10] и владея понятийным аппаратом, выразить “программное” будущее. Так, например, логика библейского христианства такова, что Библия заканчивается “пророчеством” о мировой катастрофе — Апокалипсисе (греческое apokalypsis — откровение), которое как признают многие современные теологи, дописано в более поздние времена, чем другие тексты Нового Завета.[11] Но этот самый Апокалипсис обнажает катастрофичную логику (алгоритм) библейского христианства.

Так вот, присущая каждой религиозной системе внутренняя мера и есть её логика, её алгоритм, который задаёт алгоритмику жизни людям, находящимся в духовном плену этой религиозной системы. Поэтому логик много. Например есть логика христианства и если её рассматривать как науку, представленную христианской теологией, то она имеет свою внутреннюю законо-мерность — логику рассуждений, следуя которой выводы будут получаться строго согласно этой христианской логике, какие бы исходные данные не вводить: как в компьютерную программу. То есть, каждой логике соответствует свой алгоритм (можно даже условно сказать, что алгоритм — “скелетная” основа логики), который точно предписывает как и в какой последовательности получить результат, однозначно определяемый любыми вводимыми исходными данными строго согласно жёсткому “предписанию” самого алгоритма. В этом суть любой логики.

Общая логика (общий алгоритм, согласно которому ведутся теолого-богословские рассуждения) христианства разветвляется на логику католицизма, протестантизма, православия. Согласно этому разветвлению логик принята отдельная классификация католической теологии, протестантской теологии и православного богословия, которые мы рассмотрели выше. Несмотря на то, что логики (либо науки, как их принято называть) вышеперечисленных христианских дисциплин считаются отдельными «науками», всех их объединяет одна объемлющая логика библейского христианства, основанная на библейских канонах и преданиях.

Другое дело логика ислама, которую тоже можно подразделить, например, на логику Корана и логику современных мусульман, которая в свою очередь делится на логику суннитов и шиитов (два крупнейших течения в современном исламе). Но в большинстве случаев логика (алгоритм) ислама не приведёт к тем же выводам в отношении основополагающих богословских вопросов, к которым приводит логика библейского христианства.

Некоторые могут заметить: но ведь, если уподобляться в рассуждениях о внутренней мере-логике религиозных систем аналогиям компьютерных программ, то нужно идти до конца, указав на ограниченность этих программ. То есть, каждая программа всегда имеет предел своих возможностей, заложенный в неё программистами. А религиозные системы имеют предел? — Да, любые религиозные системы, основанные на атеизме (и другие системы, не религиозного характера, которые являются плодом деятельности человека) имеют свой предел. Просто люди, находящиеся под духовным руководством этих систем и внимающие их апологетам, видя мощь и могущество систем, не могут себе представить, что таким грандиозностям есть предел. Однако, некоторые стороны общего предела любой религиозной системы легко показать исторически: ни одна из них не смогла распространиться на весь мир, но при этом многие заявляли и заявляют до сих пор о своей исключительной и истинности именно их учения. Всем миром владеет лишь Бог: лишь в Его системе нет предела для мира людей. Но в Его системе есть место для все остальных систем. И поскольку лишь Божия система ценностей не ограничена никакими пределами, Его логика единственная, которая может привести человека к вечности и объять весь мир.

Каждая религиозная логика представляет собой некую стандартную систему рассуждений, алгоритм (внутренняя структура) которой предписывает определённый (ограниченный самим алгоритмом) спектр выводов и правил. В случае, когда речь идёт о религиозных вопросах, это в первую очередь касается определённостей относительно различения Добра и Зла — что хорошо, а что плохо.

Так, исследуя системный подход, австрийский по происхождению математик и логик Курт Гёдель в 1931 году доказал теорему «о неполноте», названную его именем, согласно которой во всякой формальной системе, отвечающей определённым требованиям можно сформулировать утверждение, которое в рамках этой системы невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Эта теорема утверждает, что в основе всякой системы взглядов лежат как минимум два постулата, которые в границах самой системы тоже невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Можно сказать, что, согласно этой теореме, невозможно выявить собственную системную ошибку, не выходя за рамки изначально принятой системы взглядов — логики рассуждений.

Иными словами теорема показывает, что логически безупречно, рассудочно доказать можно всё, что будет заказано, но истинным будет только то, что безупречно доказательно проистекает из объективно истинного, которое должно быть избрано вне формализма рассматриваемой системы: т. е. в конечном итоге — интуитивно, поскольку, если оно привнесено из формальной системы, объемлющей первую и более мощной в некотором смысле, то и эта система остаётся в пределах ограничений теоремы Гёделя.

Так что же тогда можно считать основным вопросом богословия и как к нему приблизиться, если у каждого религиозного учения своя внутренняя логика (алгоритм), на страже которой стоит система религиозных догматов и преданий? И как можно освоить логику, согласно которой можно приблизиться к основному вопросу богословия?

Основной вопрос богословия — вопрос об освоении совершенного знания о Божием Промысле, другими словами, вопрос о методологии постижения диалектики Жизни — невозможно освоить, не приближаясь (нравственно восходя) к логике Бога, то есть к абсолютно верной логике. А значит его тем более невозможно освоить, будучи логически пленённым (находясь в плену иллюзий) одной или несколькими исторически сложившимися системами атеизма. В этом учебном пособии мы стараемся придерживаться такой логики, которая не имела бы ничего общего с логикой, присущей множеству созданных человечеством систем разноликого атеизма. В этом состоит новизна и необычность подхода к вопросам богословия.

В то же время, каждая религиозная система старается выглядеть в глазах её апологетов (а также и потенциальных кандидатов в апологеты) — логически безупречной и методологически состоятельной (то есть изображать своей “божьей” логикой — теологией — единственно верный метод познания мира и Бога). Поэтому современные «богословско-теологические» дисциплины в своём развитии и пропаганде проводят по крайней мере три принципа «рациональности»:

· Принцип лингвистической рациональности, согласно которому теология привлекает научную или философскую терминологию, видоизменяя значение многих понятий (например понятие «дух» в философии и «дух» в теологии — имеют разный смысл).

· Принцип логической рациональности, согласно которому рассуждения теолога должны выглядеть упорядоченными, логичными.

· Принцип методологической рациональности, согласно которому теология придерживается метода, определённой последовательности в своей работе — определённой логики своей работы, исходящей из рациональности рассуждений.

Три вышеперечисленных принципа не что иное как средства религиозных систем, предназначенные для привлечения к себе внимания как можно большего числа людей с помощью:

· Придания своим теориям современной общеизвестной терминологии для охвата людей не только из числа тех, кто понимает достаточно узкий религиозный язык, но и из тех, кто не владеет религиозной терминологией.

· Рациональных логических рассуждений, привлекающих своей “безупречностью”.

· Создания иллюзии наличия только у них некой абсолютной (верной и спасительной) методологии познания жизни.

И в связи с этим возникают вопросы: с какой целью в том или ином обществе поддерживается та и ли иная религиозная система? к чему сводится их логика? — При рассмотрении подавляющего большинства исторически сложившихся религиозных систем, как крупных так и небольших, выявляется одна закономерность, присущая всем их логикам.

Подавляющее большинство исторически сложившихся религиозных систем являются идеологическими оболочками, пользуясь и прикрываясь которыми их иерархи культивируют определённую логику социального поведения — поддерживают у послушной им паствы (по сути — толпы) иллюзию религии, удерживая тем самым толпу в особом «духовном» подчинении себе, а не Богу. С началом эпохи материалистического атеизма такая “религия” была справедливо названа «опиумом для народа». Однако взамен был предложен марксизм — светская теория материалистического атеизма, предназначенная для того же самого: держать толпу в подчинении, но уже согласно иным «духовным» принципам — в несколько иной логике взаимного подчинения.

Предлагаемая нами система — третья «ось координат» с «богоцентричным» началом отсчёта включает новый понятийный и терминологический аппарат, с помощью которого можно освоить методологию познания жизни вне иллюзий, представленных “методологиями” разнообразных исторически сложившихся теологий и “богословий”. Предлагаемый новый понятийный и терминологический аппарат и система образов и понятий на его основе являются выражением совершенного знания, которого в истории современной цивилизации до настоящего времени ещё не было, а чёткие формулировки это знание обрело только в период последних 15 лет ХХ века.

Согласно богоцентричному мировоззрению, подавляющее большинство религий мира, которые исторически сложились к настоящему времени, работают на «духовную» и структурную поддержку толпо-“элитаризма” как общественного строя. Понятие толпо-“элитаризм” обозначает устройство общества, которое разделено на толпу и “элиту”.[12]“Элита”, монопольно владея определённым спектром управленческих знаний, снимает с общества монопольно высокую цену за продукт своего труда и имеет возможность эксплуатировать толпу, невежественную в вопросах управления и в первую очередь — богословия.

Управление это в первую очередь процесс распространения информации — процесс информационного воздействия на объект управления со стороны субъекта управления. Для такого воздействия на объект приняты средства управления — информационные и материальные. Средства управления, которые издревле практикуются управленцами-субъектами (взявшими на себя роль субъектов, осуществляющих общественное полновластие) по отношению к обществам, как объектам управления, (в том числе к толпе, и к “элите”) можно обобщённо выразить следующим образом, выстроив их по приоритетам сверху вниз:

1. Информация мировоззренческого характера, методология, осваивая которую, люди строят — индивидуально и общественно — свои “стандартные автоматизмы” распознавания и осмысления частных процессов в полноте и целостности Мироздания и определяют в своём восприятии иерархическую упорядоченность их во взаимной вложенности. Она является основой культуры мышления и полноты управленческой деятельности, включая и внутри-общественное полновластие.

2. Информация летописного, хронологического, характера всех отраслей Культуры и всех отраслей Знания. Она позволяет видеть направленность течения процессов и соотносить друг с другом частные отрасли Культуры в целом и отрасли Знания. При владении сообразным Мирозданию мировоззрением, на основе чувства меры, она позволяет выявлять частные процессы, воспринимая “хаотичный” поток фактов и явлений в мировоззренческое “сито” — субъективную человеческую меру распознавания.

3. Информация факто-описательного характера: описание частных процессов и их взаимосвязей — существо информации третьего приоритета, к которому относятся вероучения религиозных культов, светские идеологии, технологии и фактология всех отраслей науки.

4. Экономические процессы, как средства воздействия, подчинённые чисто информационным средствам воздействия через финансы (деньги), являющиеся предельно обобщённым видом информации экономического характера.

5. Средства геноцида, поражающие не только живущих, но и последующие поколения, уничтожающие генетически обусловленный потенциал освоения и развития ими культурного наследия предков: ядерный шантаж — угроза применения; алкогольный, табачный и прочий наркотический геноцид, пищевые добавки, все экологические загрязнители, некоторые медикаменты — реальное применение; «генная инженерия» и «биотехнологии» — потенциальная опасность.

6. Прочие средства воздействия, главным образом силового — оружие в традиционном понимании этого слова, убивающее и калечащее людей, разрушающее и уничтожающее материально-технические объекты цивилизации, вещественные памятники культуры и носители их духа.

Хотя однозначных разграничений между средствами воздействия нет, поскольку многие из них обладают качествами, позволяющими отнести их к разным приоритетам, но приведённая иерархически упорядоченная их классификация позволяет выделить доминирующие факторы воздействия, которые могут применяться в качестве средств управления и, в частности, в качестве средств подавления и уничтожения управленчески неприемлемых явлений в жизни общества.

При применении этого набора внутри одной социальной системы это — обобщённые средства управления ею. А при применении их же одной социальной системой (социальной группой) по отношению к другой, при несовпадении концепций управления в них, это — обобщённое оружие, т. е. средства ведения войны, в самом общем понимании этого слова; или же — средства поддержки самоуправления в иной социальной системе, при отсутствии концептуальной несовместимости управления в обеих системах.

Указанный порядок определяет приоритетность названных классов средств воздействия на общество, поскольку изменение состояния общества под воздействием средств высших приоритетов имеет куда большие последствия, чем под воздействием низших, хотя и протекает медленнее и без “шумных эффектов”. То есть, на исторически длительных интервалах времени быстродействие растёт от первого к шестому приоритету, а необратимость результатов их применения, во многом определяющая эффективность решения проблем в жизни общества в смысле раз и навсегда — падает.

Вероучения религиозных культов, в том числе и апологетическая теология относится к средствам управления третьего приоритета обобщённых средств управления согласно приведённой выше классификации. Однако, многие апологетические теологии претендуют на методологическую рациональность, согласно которой якобы их богословие самое верное. При этом они формируют у людей мировоззрение (первый приоритет обобщённых средств управления) согласно своей логике, принуждая людей принимать ту культуру мышления, которая проистекает из религиозной логики данной апологетической теологии. Учитывая, что каждая апологетическая теология придерживается своей историко-хронологической версии глобального исторического процесса, то, навязывая эту версию толпе и “элите”, можно логически точно и убедительно поддерживать иллюзию объективности методологической рациональности той или иной религии с позиции второго приоритета обобщённых средств управления. Именно поэтому мы рассматриваем глобальный исторический процесс вне апологетики любых теологий.

Толпа — собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету вождей, преданий, религиозных догм. Несколько иначе: толпа — собрание людей, живущих не на основе своего разума и собственного размышления, а живущих и размышляющих на основе авторитетных мнений разных людей, авторитета преданий, традиций, писаний, религиозных вер. Толпа — собрание людей, не владеющих методологией познания жизни, а поэтому легко принимающих на веру многое, что ей предлагается в той или иной культуре. “Элита” — та же толпа, только более грамотная и образованная. Отметим, что данные здесь определение понятий толпа и “элита” не имеют отношения к спектру обзывательно-ругательных слов; толпа и “элита” — это социологические понятия, отражающие функции наиболее крупных составных частей современного общества.

Последнее следует пояснить. Дело в том, что “элита” только выглядит самостоятельной. На деле она не самостоятельна, а управляема извне её подсистемы. Управление “элитой” может осуществляться как с государственного уровня, так и с надгосударственного уровня людской иерархии.

Схема управления лидером, представленная чуть ниже в обществе работала издавна на основе традиций и навыков, хотя научные исследования выявили возможность и принципы её целенаправленного построения только во второй половине ХХ века. В середине 1970-х гг. одна из газет в качестве курьеза сообщила, что согласно исследованиям американских социологов двух случайно избранных американцев соединяет цепь знакомств в среднем не более чем в десять человек. Если есть цепь знакомств, то в принципе по ней возможна передача информации как в прямом, так и в обратном направлении. Всё выглядит так, как в детской игре «испорченный телефон», с тою лишь разницей, что участники цепи знакомств не сидят в одной комнате, на одном диване, а общаются между собой в разное время и в разных местах. Тем не менее информация по таким цепям объективно распространяется, порождая некоторую статистику информационного обмена, на основе которой может быть построено достаточно эффективное управление.

Видение этой статистики, некоторые знания психологии людей, позволяют строить такого рода цепи целенаправленно. Количество звеньев в них будет не 10–20, а гораздо менее, что делает их быстродействие достаточно высоким для осуществления стратегического управления, а подбор кадров для них (естественно негласный, «в темную») обеспечивает достаточно высокую степень сохранения в них при передаче стратегической управленческой информации. Дело в том, что стратегическая информация в своем большинстве достаточно компактна и требует для упаковки весьма мало слов и символов и не нуждается в рукотворных носителях, которые могут стать уликами в юридическом понимании этого слова.

^{Схема дистанционного управления лидером в обход контроля его сознания со стороны носителей концептуальной власти в толпо-«элитарном» обществе.}

На схеме показана иерархия структур и некий лидер, возглавляющий одну из них. Такого рода структурой может быть аппарат главы государства, министерство, спецслужба, научно-исследовательский институт, лаборатория в его составе, проектно-конструкторское бюро, редакция и т. п. Структура представляет собой некое штатное расписание. Персонал, наполняющий клетки штатного расписания, условно можно разделить на две категории:

· аппаратную «шушеру», которой «что бы ни делать, лишь бы не работать»;

· и работающих специалистов, которые более или менее «болеют за дело».

Из числа вторых можно выделить еще одно подмножество — нескольких человек, мнение которых как профессионалов значимо для лидера структуры при руководстве ею. На схеме один из таких специалистов указан и назван действительным тайным советником «вождя».

Но люди далеко не всё время проводят на работе. Есть ещё круг неформального общения. При этом «действительные тайные советники» многих публичных лидеров или деятелей, широко известных в узких кругах специалистов, вхожи в дома популярных личностей, чьё мнение более или менее авторитетно во всем обществе. В дома такого рода «звезд» вхожи и многие другие люди. Среди них могут быть и школьные и вузовские друзья «звезд-авторитетов», которые и сами не обделены талантом, и хотя в силу ряда причин не смогли обрести высоких титулов, но к их мнению прислушиваются их высокоавторитетные друзья, по отношению к которым они выступают в роли домашних действительных тайных советников. Фактически они «опекуны» общесоциальных «авторитетов» — культовых личностей.

Опекуны могут знать, что они выполняют миссию опекунства, но могут использоваться в темную так же, как и действительные тайные советники. Либо непосредственно, либо через некоторое количество промежуточных звеньев на опекунов выходят представители наследственных кланов знахарей концепции общественного управления. Они могут быть воспитателями опекунов с детства. Это может быть деревенский дедушка, бабка, сосед по даче где-то за сотни километров от основного места жительства «опекуна». Возможно, что и не получив высшего образования, он однако является человеком, с которым «опекуну» интересно поговорить «за жизнь»; возможно, что этот интерес у него с детства.

Мы рассматривали эту систему, начиная от лидера структуры. Но исторически реально системы такого рода дистанционного управления лидером целенаправленно выстраиваются в течение годов и десятилетий в обратной направленности: от знахарей концепций к публичным лидерам отраслей общественной деятельности; а также и сами лидеры в ряде случаев создаются при развертывании такой системы и продвигаются на тот или иной пост аналогично тому, как по шахматной доске передвигаются фигуры при развертывании той или иной стратегии шахматной игры.

Некоторую специфику этому процессу в обществе придаёт то обстоятельство, что «шахматная доска» достраивается по мере необходимости или из неё выламываются некоторые клетки, а также и то, что пешки и прочие фигуры обладают некоторой активностью и свободой в выборе целей и способов их осуществления, но каждый в толпо-«элитарном» обществе в меру понимания работает на достижение своих целей, а в меру разницы в понимании работает — в то же самое время — на осуществление целей тех, кто понимает больше. В пределах же концепции общественного управления больше всех понимают знахари этой концепции.

А при сопоставлении различных несовместимых концепций и знахари каждой из них в меру понимания Объективной реальности работают на свою концепцию, а в меру разницы в понимании работают — в то же самое время — на концепции тех, кто понимает Жизнь глубже и шире.

Знахарство — узкая социальная общность, исторически выделившаяся управленческими знаниями выше уровня «элиты» и эксплуатирующая общество в своекорыстных целях.

Концепция (от латинского conceptio — понимание, система) — замысел жизнеустройства; функция управления, включающая в себя систему управления, цель управления и средства управления.[13].

Народ (по латыни — нация, по-гречески — этнос) — это исторически сложившаяся общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. Внутри народа (нации) не должно быть этнического разделения труда и должны присутствовать все основные профессии.

Исторически сложившаяся социальная общность может нести на себе как признаки народа (нации), так и признаки толпы, которые могут одновременно или последовательно проявляться в тех или иных обстоятельствах соответственно.

Вера (в самом общем смысле) — убеждённость в чём-то без доказательств, либо убеждённость, возникающая после получения (самостоятельно или с посторонней помощью) логических либо практических «доказательств».

Методология (от метод и …логия — учение, знание, наука) — буквально наука о логике метода (наука о методе) — методика познания логик. Учение о принципах и путях построения, формах и способах познания. Предметом методологии является не создание единой теории метода, а исследование общей структуры и типологии существующих методов, выявление тенденций и направлений их развития, а также проблема взаимосвязи различных методов с целью выработки единого универсального подхода, позволяющего наиболее правильно оценивать Объективную реальность. Один из аспектов этой последней проблемы образует вопрос о роли философского и религиозного в познании, о роли и содержании диалектики. Поэтому методология это — система осознанных человеком стереотипов распознавания явлений внешнего и внутреннего миров и формирования их образов и отношений между ними.

Метод (от греческого mйthоdоs — путь исследования или познания, теория, учение) — совокупность приёмов или операций практического или теоретического освоения действительности, подчинённых решению конкретной задачи. Метод — в широком смысле — способ познания явлений природы, общества, общественной жизни с целью построения и обоснования определённой системы знаний. Метод — в узком смысле — регулятивная норма или правило, определённый путь, способ, приём решений задачи теоретического, практического, познавательного, управленческого, житейского характера. В философии под её методом понимается способ построения и обоснования системы философского знания.

Диалектика это в самом общем смысле — методология правильной постановки вопросов и нахождения на них ответов. В более конкретном религиозном смысле диалектика это — диалог человека в добром настроении с Богом помыслами и прочими делами жизни, что имеет неизбежным следствием осуществление благого Божиего Промысла теми или иными путями.

Поэтому наиболее важными точками приложения методологии являются постановка проблемы (именно здесь чаще всего совершаются методологические ошибки, приводящие к выдвижению псевдопроблем или существенно затрудняющие получение результата), построение предмета исследования и построение теории, а также проверка полученного результата с точки зрения его истинности, т. е. соответствия объекту изучения, объективности.

Кратко остановимся на истории трансформации методологического содержания. Начатки методологических знаний обнаруживаются уже на ранних ступенях развития культуры. Так, в Древнем Египте геометрия выступала в форме методологических предписаний, которые определяли последовательность измерительных процедур при разделе и перераспределении земельных площадей. Специальной разработкой проблемы условий получения знания начинает заниматься древнегреческая философия; наиболее значительный вклад в анализ этой проблемы внёс Аристотель, который рассматривал созданную им логическую систему как «органон» — универсальное орудие истинного познания. В целом, однако, вплоть до нового времени проблемы методологии не занимали самостоятельного места в системе знания и включались в контекст натурфилософских или логических рассуждений.

Родоначальником методологии в собственном смысле слова является английский философ Ф.Бэкон, впервые выдвинувший идею вооружить науку системой методов и реализовавший эту идею в «Новом органоне». Для последующего развития методологии огромное значение имело также обоснование им индуктивного, эмпирического подхода к научному познанию. С этого времени проблема метода становится одной из центральных в философии. Первоначально она целиком совпадает с вопросом об условиях достижения истины, а её обсуждение сильно отягощено натурфилософскими представлениями. Опираясь на правильный сам по себе тезис о том, что к истинному знанию ведёт лишь истинный метод, именно этот последний и пытались сразу отыскать многие философы нового времени. При этом они полагали, что единственно истинный метод просто скрыт от непосредственного наблюдения и его надо лишь открыть, сделать ясным и общедоступным. Логическая структура метода тогда ещё не являлась для них проблемой.

Следующий шаг в развитии методологии делает французский мыслитель Р.Декарт: сформулировав проблему познания как проблему отношения субъекта и объекта, он впервые ставит вопрос о специфичности мышления, его несводимости к простому и непосредственному отражению реальности; тем самым было положено начало специальному и систематическому обсуждению процесса познания, т. е. вопроса о том, как достижимо истинное знание — на каких интеллектуальных основаниях и с помощью каких методов рассуждения. Методология в то время начала выступать как философское обоснование процесса познания. Другая линия специализации методологии связана с английским эмпиризмом, прежде всего с учениями Джона Локка (выдвинувшего сенсуалистическую теорию познания) и Д. Юма (обосновавшего эмпиризм путём критики теоретического знания с позиций скептицизма): здесь получили свою философскую опору усиленные поиски методов опытной науки.

Вплоть до немецкого философа И.Канта, проблемы методологии тесно переплетались с теорией познания. Кант впервые обосновал особый статус методологического знания, проведя различие между конститутивными и регулятивными принципами познания, т. е. между объективным содержанием знания и формой, при помощи которой оно организуется в систему. Этим было положено начало анализу познания как специфической деятельности со своими особыми формами внутренней организации. Эту линию продолжил И.Фихте, философия которого была попыткой построить универсальную теорию деятельности, а своей вершины в идеалистической философии она достигла в системе Г.Гегеля, по существу представляющей собой методологию рационализированной деятельности абсолютного духа и производной от неё (по Гегелю) деятельности человеческого познания. Объективно важнейший результат, полученный немецким классическим идеализмом в изучении проблем методологии, состоял в подчёркивании роли диалектики как всеобщего метода познания и духовной деятельности вообще.

Именно этот результат был удержан и коренным образом переработан на материалистической основе в марксистско-ленинской философии атеизма. Вся последующая история трансформации содержания понятий методология и диалектика показала, что вне связи человека с Богом (вне диалога человека в добром настроении с Богом) обе системы философских знаний несостоятельны.

Учитывая, что логик (алгоритмов, путей познания) много, каждой вере, каждому вероучению (также как и каждому научному знанию) соответствует своя логика, свой путь познания. Зачастую, как это принято в крупных религиозных учениях, методология, как способ познания жизни заменяется на логику частной веры (либо науки, либо идеологии), которая искусно имитирует для толпы, «элиты» и большей части служителей культа веры — методологию. Логика частной веры входит в культуру общества, становясь для людей основой формирования их мировоззрения. А методология познания жизни и истины остаётся уделом узкого клана знахарства, который поддерживает в толпе и «элите» логику социального поведения и логику мышления (культуру мышления), соответствующие логике частной веры — на основе доминирующего в обществе мировоззрения.

Таким образом логика частной веры (взамен методологии познания жизни) становится эффективным средством управления толпой и «элитой» и средством поддержки толпо-«элитаризма»; то есть логика частной веры это средство третьего приоритета обобщённых средств управления, относящаяся не к методологии (1-й приоритет), а к социальым технологиям.

Толпо-«элитаризм» — всегда основа для рабовладения, будь эта форма в условиях рабовладельческого общества (открытая форма рабовладении), либо под прикрытием современных форм «демократии» (скрытая форма рабовладения). В ходе глобального исторического процесса менялись лишь формы рабовладения, суть которого оставалась неизменной: эксплуатация невежества толпы в вопросах методологии познания жизни с помощью «элиты», которой знахарство предоставляет необходимые для эксплуатации толпы «преимущества» в управленческих знаниях.

Мировоззрение — система субъективно-образных представлений о жизни; субъективная модель объективной реальности на основе образов, свойственных психике людей. Система взглядов на мир и место в нём человека, на отношение человека к окружающей его действительности и к самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их идеалы, убеждения, принципы познания их деятельности, ценностные ориентации. Это далеко не все взгляды и представления об окружающем мире, а только их предельное обобщение. Мировоззрение группируется вокруг того или иного решения основного вопроса философии. В качестве субъекта мировоззрения реально выступают социальная группа и личность.

Основной вопрос практически полезной мудрости (философии) — это вопрос о предсказуемости последствий человеческой деятельности (не только практической деятельности, но и мыследеятельности в смысле моделирования тех или иных процессов в индивидуальной психике) с детальностью, достаточной для ведения деятельности людьми (включая и управление обстоятельствами) как в одиночку, так и коллективно в реально складывающихся жизненных обстоятельствах.

Поскольку мировоззрение группируется (формируется) вокруг постановки и решения основного вопроса философии, то от правильности постановки и методологии решения основного вопроса философии (а также и степени объективности тех наук и религий, которые «обслуживают» решение основного вопроса философии) зависит степень объективности мировоззрения людей — степень соответствия их субъективно-образных представлений о Жизни самой Жизни.

Жизнь это — Бог и тварное мироздание.

Методология познания Объективной реальности, позволяющая переработать множество разрозненных частных фактов в единство подтверждаемых жизнью мнений о течении и перспективах любого из процессов во Вселенной, включая и развитие человеческого общества — единственно полезная философия, ввиду единственности Объективной реальности и многогранности одной и той же Истины, общей для всех обитателей Вселенной.

В отличие от марксистско-ленинской постановки основного вопроса философии (первичность материального), большинство крупных религий, делая акцент на первичности Божиего Духа над природой Его творения, признают главной мудростью жизни спасение души в процессе её пребывания на Земле для будущих жизней. При этом философии (мудрости) таких религий не уделяют (также как и марксизм) должного внимания вопросу предсказуемости последствий человеческой деятельности на Земле, якобы заботясь о последствиях для души земной деятельности после смерти.

Но поскольку земная жизнь это Бог и тварное мироздание и их неразрывная связь, то как первая философия (материалистического атеизма), которая признаёт первоприоритетность безбожного преображения Земли лишь по своему усмотрению, так и вторая философия (идеалистического атеизма), которая призывает в первую очередь спасать свои души, а всё остальное — лишь временное земное убежище, формируют мировоззрение атеизма.

Это — так, поскольку Бог не мог сотворить людей для того, чтобы они портили Землю, не в силах предвидеть последствия своей деятельности. Мировоззрение атеиста (как идеалистического, так и материалистического) достаточно легко употребляется как средство поддержки той или иной формы толпо-«элитаризма», поскольку у атеиста отсутствует богоцентричное «начало координат».

Будучи отражением мира в психике людей и ценностным отношением к нему, мировоззрение играет и определённую регулятивно-творческую роль, в некотором роде выступая в качестве методологии построения общей картины мира. Понятие «мировоззрение» соотносится с понятием «идеология», но они не совпадают. По своему содержанию мировоззрение гораздо шире идеологии, а по иерархии приоритетов средств управления оно выше на две «ступеньки» (на два уровня). Идеология поверхностно касается лишь той части мировоззрения, которая ориентирована в основном на социальные явления, классовые отношения, религиозную ориентацию. Мировоззрение же в целом относится ко всей Объективной реальности и к человеку.

Мировоззрение в общественном (социальном) смысле — неотъемлемая общественно-историческая сущность людей, возникшая вместе с появлением человеческого общества. Можно условно выделить три подтипа мировоззрения, как бы разделяя его целостность на категории:

· мировоззрение житейское (обыденное) порождается непосредственными условиями жизни и передаётся из поколения в поколение опытом людей, культурой общества;

· мировоззрение философское, научное выступает в понятийной, категориальной форме, в той или иной мере опираясь на достижения наук о природе и обществе и обладая определённой мерой логической доказательности;

· мировоззрение религиозное характеризуется признанием сверхъестественного мирового начала, его основа выражается в иррациональной и эмоционально-образной форме;

Поскольку мировоззрение это субъективно-образные представления о жизни:

· есть люди, у которых наименее выражена та составляющая мировоззрения, которую мы назвали житейской; таких людей немного и они ярко представлены, например, деятелями науки, религиозными деятелями, которые всецело поглощены своей деятельностью, полностью ей отдаются, забывая про житейские проблемы;

· у большинство людей (в основном с признаками толпы) доминирует житейская составляющая мировоззрения, а религиозная и философская (научная) его составляющие дают о себе знать в определённые моменты жизни, например, во время религиозных праздников (религиозная составляющая), и во время учёбы, работы (философская и научная составляющие).

Однако, все эти условные подтипы мировоззрения являются единством, так или иначе охватывающим определённый круг вопросов, например: как дух соотносится с материей, что такое человек и каково его место во всеобщей взаимосвязи явлений мира, как человек познаёт действительность, что такое добро и зло, по каким законам развивается человеческое общество.

Поскольку мировоззрение представляет собой субъективную модель объективной реальности на основе образов, свойственных психике людей, оно является основой для осознания Объективной реальности, формирования принципов жизни, определения характера деятельности людей, на его основе формируются поведенческие стереотипы и логика мышления. Мировоззрение определяет идеалы людей, их заветные и решающие жизненные цели. То есть, на его основе выставляются цели, из обобщения которых образуется общий жизненный план (концепция), формируются идеалы, придающие мировоззрению действенную, видимую силу.

Поэтому мировоззрение является определяющим (первичным) по отношению к практическому жизненному смыслу, который люди вкладывают в свои дела. Оно влияет на нормы поведения, на отношение человека к труду, к другим людям, на характер жизненных стремлений, на его быт, вкусы и интересы. Это своего рода призма, через которую воспринимается и переживается всё окружающее.

Мировоззрение всегда базируется на определённом наборе нравственных ценностей. В своём большинстве эти нравственные ценности (нравственные критерии) присущи личностному мировоззрению, но не осознаются личностью. То есть, нравственные критерии (нравственные мерила) есть всегда, но выявить их с достаточной степенью точности у себя могут далеко не многие.

Нравственность — иерархически упорядоченная совокупность нравственных мерил. В информационном отношении нравственность индивида (индивидуальная нравственность) представляет собой совокупность образных представлений и описаний (на внутренних языках личности) каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий с оценками каждого из них «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами», которые кроме того ещё и иерархически упорядочены по их предпочтительности.

Соответственно если общее мировоззрение (в социальном плане: как система взглядов на мир), которое несёт какая-нибудь религия, философия, либо наука не совпадает с индивидуальным мировоззрением (а соответственно и с нравственностью), то носитель индивидуального мировоззрения может либо просто игнорировать религию, философию или науку (как нечто чуждое ему — если его мировоззрение и миропонимание не позволяет выразить своё отношение к вышеуказанным категориям); либо не принять их их, примкнув к другим подобным системам, несущим иное мировоззрение; либо конструктивно раскритиковать их, ясно показав их жизненную объективную несостоятельность и создать мировоззренчески высшую (по отношению ко всем имеющимся — которая была бы ближе к объективной реальности и к абсолютным нравственным критериям) более совершенную мировоззренческую систему. Как бы то ни было, но в любом случае, такой человек не впишется в предложенную систему ценностей и будет вне её.

Безнравственность — составная часть нравственности субъекта в целом, представляющая собой по существу, во-первых, неопределённость нравственных мерил, обусловленную отсутствием каких-то из них или множественностью нравственных мерил, применение которых возможно в одной и той же ситуации, и во-вторых, разного рода неопределённости в иерархической упорядоченности по значимости нравственных мерил.

С совокупностью описаний-мерил и их взаимосвязей, составляющих нравственность субъекта, соотносится вся алгоритмика психики в процессе преобразования информации при оценке течения событий, при выработке намерений и линии поведения в изменяющихся обстоятельствах жизни. Соответственно перезадание выявленных нравственных мерил с новыми значениями оценок «хорошо» — «плохо» в отношении связанных с каждым из них множеством характерных событий, переопределяет и весь характер алгоритмики сознательных и бессознательных уровней психики, изменяя при этом то множество целей, к осуществлению которых в жизни стремится человек, и то множество путей и средств их достижения, которые он признаёт допустимыми.[14].

То есть нравственность — особая часть мировоззрения и миропонимания, управляющая всей алгоритмикой психики человека, включая и дальнейшее развитие самих мировоззрения и миропонимания.

Мировоззрение есть основа для общего понимания мира (миропонимания) человека, общества, определяющая социально-политическую, философскую, религиозную, нравственную, эстетическую, научно-теоретическую ориентацию людей. В то же время само мировоззрения формируется на основе жизненного опыта людей, которые родились и живут в той или иной религиозно-философской системе взглядов на мир. В этом — взаимная замкнутость мировоззрения (первый приоритет обобщённых средств управления) на религиозно-философскую систему, которая доминирует в обществе (третий приоритет обобщённых средств управления) и наоборот.

Возможность создания новой мировоззренческой системы, которая была бы ближе к Объективной реальности, обеспечивается:

· уровнем мировоззрения тех, кто её создаёт, который должен быть ближе к Объективной реальности, чем те, кто поддерживает существующую религиозно-философскую систему, и.

· определённым уровнем миропонимания, чтобы можно было зафиксировать новую мировоззренческую систему на носителях информации, распространять и передавать её потомкам как совершенное знание.

Миропонимание — это совокупность понятий, свойственных индивидуальной психике. Поскольку всякое понятие — двухкомпонентное явление (определённый образ + определённое слово, словосочетание), то понятия в этой совокупности могут быть взаимно связаны как на уровне языковых средств, так и на уровне образной составляющей. Это — мозаичные миропонимание и мировоззрение. Отсутствие такого рода определённых взаимосвязей между понятиями, порождает калейдоскопические (неустойчивые) миропонимание и мировоззрение.

Понятие — это определённость взаимного соответствия в индивидуальной психике слова, словосочетания, фразы, символа, группы или последовательности символов того или иного языка, употребляемого обществом — с одной стороны, и с другой стороны — субъективного образа, видйния (а также и других понятий: т. е. понятие может основываться на иных понятиях, свою очередь обладающих определённой образно-лексической структурой).

Различие между миропониманием и мировоззрением в том, что миропонимание невозможно без языковых средств, а мировоззрение может существовать и без языковых средств. Одно и то же мировоззрение может выражать себя в разных языковых средствах как одной национальной культуры, так и в языковых средствах разных народов, обладающих языковым своеобразием их культур.

Культура в общем понимании этого слова — вся созданная человечеством информация, которую возможно передавать внегенетическим (не генетическим путём в обычном понимании слова «генетика»[15]) способом (через устные предания, письменность, произведения искусства, разнообразное творчество, науки, религиозные культы, образование, духовность…).

Культом принято называть действие, которым сопровождается передача информации в процессе поддержки определённой культуры. Культ больше принято относить к религиозным обрядам, хотя культом могут быть и действия вовсе не религиозного характера, а то, что сопровождает философский, научный, образовательный, воспитательный и другие процессы передачи информации от одних людей другим во вполне светских церемониях. Подробнее понятие культ мы рассмотрим дальше.

В более узком понимании культура может подразделяться на культуру того или иного народа — вся информация, которая циркулирует в этом народе на внегенетическом уровне — на уровне культов, принятых в народе. При этом ряд культов выполняет каждый свою роль в процессе передачи информации.

Здесь мы вплотную подошли к вопросу о том, что же такое религия. Определений, задающих этому термину разнообразные понятийные границы, можно найти множество в современной культуре. Термин «религия» невозможно точно понятийно определить согласно его корневой базе ни в одном языке. Постараемся найти общую понятийную границу этому термину, которая удовлетворяла бы всем известным определениям, данным в отношении религии. Но главное, эта понятийная граница должна удовлетворять смыслу понятия религия, идущему от богоцентричного «начала координат».

Научно-философское (атеистическое) определение религии в разных источниках примерно одинаково и звучит следующим образом: Религия (от латинского religio — набожность, святыня, предмет культа) — мировоззрение, мироощущение, вера; совокупность обрядово-культовых действий; а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), основана на вере в существование бога или богов, сверхъестественного. Последняя фраза вышестоящего определения, выделенная нами курсивом, присутствует почти в каждом варианте научно-философских определений религии.

Термин «религия» был введён древнеримским политиком, философом, оратором Марком Туллием Цицероном (106 — 43 гг. до н. э.). В настоящее время существует более 200 определений религии. Можно выделить несколько крупных групп уже существующих определений религии:

· Первая группа трактует религию с теологической (богословской) позиции. Суть теологической трактовки религии сводится к самообнаружению Бога в мире и связи человека с ним. Бог порождает материю, растительный и животный миры, человека, понимаемого как «венец творения» и как существо, наделённое непреодолимым стремлением к слиянию с Богом. Для этого необходимы усилия со стороны человека. Таким образом устанавливается связь между человеком и Богом, которая и называется религией.

· Вторая группа трактует религию с позиции философско-теологической. Отличается от теологической более сложной терминологией и более сложной аргументацией. Понятие Бог заменяется понятиями Трансцендентное, Абсолют, Абсолютная идея, Универсальная воля и др. Эти понятия могут наполняться пантеистическим[16] и деистическим[17] содержанием, но так или иначе духовное начало объявляется причиной существования и развития мира, а также причиной существования религии. Несмотря на мировоззренческую общность этих двух религиозных позиций, между ними существует и некоторое различие. Если теологическая позиция апеллирует прежде всего к «Священному Писанию» и «Священному Преданию», то философско-теологическая стремится использовать современные представления о религии, опирается на знания, которыми располагает человечество на том или ином этапе своего развития; она менее догматична, более восприимчива к нововведениям.

· Третья группа трактует религию с научно-философской позиции. Научно-философская позиция отражает в основном взгляд на религию материалистического атеизма и трактует религию как совокупность обрядово-культовых действий; а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), основанные на вере в существование бога или богов, сверхъестественного.

· Четвёртая группа трактует религию с «психологической» позиции. Психологическая позиция в качестве её основного элемента рассматривает мистический индивидуальный религиозный опыт или коллективную групповую религиозную практику. Психологическая позиция в основном неприемлема для западных теологов. Во-первых, она излишне релятивна[18] и подрывает теологическую позицию «единственно истинной религии». Ведь если признать, что религия не есть продукт божественного откровения, а является порождением индивидуального человеческого сознания, то из этого неизбежно следует вывод: сколько людей — столько и религий. И, во-вторых, данная трактовка религии делает ненужной церковь, которая всегда претендовала и претендует на роль посредника между Богом и людьми. Поэтому подчёркивая важность и значение «индивидуального религиозного опыта», религиозные философы и теологи в первую очередь признают существование «Божественного Абсолюта», который, в конечном счёте, объявляется единственным гарантом существования религии.

· Пятая группа трактует религию с «психоаналитической» позиции. Психоаналитическая позиция связана прежде всего с именем австрийского врача-психиатора З.Фрейда, который предпринял попытку доказать, что религиозные верования представляют собой не что иное, как один из видов неврозов и что в основе их лежат подавленные в детстве эротические побуждения, в частности так называемый «Эдипов комплекс». Религию Фрейд определял как «коллективный невроз навязчивых действий», вытекающий из инфантильной привязанности к образу Отца-Бога. Фрейд полагал, что религия вредна для общества, ибо она освящает дурные человеческие установления, налагает запрет на критическое мышление, ответственна за обнищание умственных способностей, моральную деградацию и т. п. Одной из главных задач человеческого развития он считал преодоление инфантильной привязанности к Богу и умение опираться на свои собственные силы. Неудивительно, что такая психоаналитическая позиция была подвергнута достаточной жёсткой критике со стороны религиозных философов и теологов. А взятое для неё название «психоаналитическая» значительно сужает рамки этого понятия, так как оно до сих пор связано с учением З. Фрейда. В то же время материалистические атеисты взяли фрейдизм на вооружение.

· Шестая группа трактует религию с натуралистической позиции. Натуралистическая позиция уходит своими корнями в глубокую древность и имеет достаточно много вариантов. Главный из них сводится к тому, что все религии возникли из неумения человека объяснить грозные силы природы, которые вызывали у него страх. Впервые в явной форме данная позиция была сформулирована скорее всего греческим философом Демокритом (около 460–370 гг. до н. э.), а затем она неоднократно воспроизводилась в истории человеческой мысли. В рамках этой позиции в конце 18 в. появляется астрально-мифологическая трактовка религии, основателями которой считаются французские исследователи Вольней (1757–1820 гг.) и Дюпюи (1742–1809 гг.). К тем грозным силам, из-за страха перед которыми возникала религия, эти авторы относили прежде всего небесные явления. Поэтому они пришли к выводу, что истоки всех религий следует искать не на земле, а на небе. Согласно их точке зрения, боги всех религий, а также мифологические и эпические герои являются олицетворениями звёзд, созвездий, солнца, планет, их спутников и т. п.

— Одним из вариантов натуралистической трактовки является антропологическая теория религии, одна из разновидностей которой известна под названием «анимистической теории» Э. Тайлора (1832–1917 гг.). Согласно английскому этнографу Тайлору, в основе всех религий лежат первобытные представления о душе и духовных существах. Эти представления зародились в ходе размышлений первобытного человека над такими явлениями, как сон, видения, болезнь, смерть, а также из переживаний состояний транса и галлюцинаций. Будучи не в состоянии правильно объяснить эти сложные явления, «первобытный философ» вырабатывает понятие о душе, находящейся в теле человека и покидающей его время от времени. В дальнейшем формируются более сложные представления: о существовании души после смерти тела; о переселении душ в новые тела (теория метемпсихоза); о душах животных и растений; о загробном мире и т. д. Второй ряд представлений касается отдельно существующих духов, олицетворяющих собой грозные силы природы, наиболее выдающихся людей и т. п. Отсюда ведёт прямая линия к политеистическим религиям, а затем к вере в единого Бога-Творца.

— Другим виднейшим представителем антропологической теории религии считается немецкий философ Л.Фейербах (1804–1872 гг.). Он отвергал представление о врождённом религиозном чувстве и стремился объяснить возникновение религии, исходя из природы человека и его свойств. Согласно Фейербаху, не Бог создал человека, а человек создаёт Бога по своему образу и подобию, отчуждая от себя свои сущностные качества, а затем в гипертрофированном и абсолютизированном виде перенося их на некое воображаемое существо, называемое Богом.[19] Становление религии Фейербах связывал с господством аффектов и сильных эмоций, вызванных природными явлениями и фантазией человека. К.Маркс (1818–1883), следуя за Фейербахом, соглашался с тем, что исторически религия возникает как выражение практических потребностей человека, но исходит не из потребительской практики «пищи и питья» индивида, а из особенностей «древних общественно-производительных организмов», для которых характерны незрелость «индивидуального человека» и низкая ступень развития производительных сил труда. Для Маркса религия — не естественный (определяющий), а общественный (производный) продукт, историческая форма мировоззрения, но это не окостеневшая доктрина, изолированная от «живого» движения истории, она — «звено действительного мира».

Современные источники выделяют несколько общественных функций религии:

· спасительно-компенсаторная функция, дающая человеку надежду на спасение, при котором будут компенсированы все несправедливости «здешней жизни»;

· коммуникативно-интегративная функция, отражающая тот факт, что благодаря религии происходит общение людей (верующих), и она выступает силой их объединяющей;

· мировоззренчески-регулятивная функция, подразумевающая, что религия даёт определённое объяснение природы, общества, человека, мира в целом, на основе которого создаются определённые нормы и ценности, являющиеся регуляторами поведения верующих.

Существуют современные классификации религий, которые приняты религиоведением:

· В соответствии с глобальным историческим процессом. Исходя из этого положения, религия возникает на ранних этапах становления человеческого общества и становится важнейшей компонентой общественного бытия и сознания. Исторически первыми формами религии были фетишизм, тотемизм, магия, шаманизм, анимизм (родо-племенные религии),[20] затем, на основе политеизма, возникают народностно-национальные религии (конфуцианство, даосизм, индуизм, синтоизм, сикхизм, джайнизм, брахманизм и др.) и, наконец, на основе монотеизма (проведённого с той или иной степенью последовательности) появляются мировые религии (буддизм, христианство, ислам).

· Разделение на естественную религию («Бог в природе»), религию закона, требующую «повиновения Богу-господину» («Бог в истории»), религию искупления, основанную на чувстве неустранимости греха и вере в божественное милосердие и всепрощение.

· Помимо этого, религии делят на традиционные (существующие в рамках данного этноса (народа) или группы этносов на протяжении нескольких поколений) и нетрадиционные (религиозные новообразования).

Вернёмся к определению понятия «религия». Помимо научно-философского определения религии, которое мы привели выше, существует множество известных определений, которые имеют одно содержательное сходство. Приведём несколько из них.

Западный «христианский» писатель и оратор Лактанций (330 г. н. э.) считал, что термин «религия» происходит от латинского глагола religare, означающего «связывать», «соединять». Поэтому и религию он определил как союз благочестия человека с Богом.

«С тем условием, — говорит он, — мы и рождаемся, чтобы оказывать справедливое и должное повиновение порождающему нас Господу, Его одного знать, Ему следовать. Будучи связанными сим союзом благочестия, мы находимся в соединении с Богом, от чего получила название и самая религия… Так имя «религия» произошло от союза благочестия, которым Бог соединил с Собою человека…».

«Блаженный» Августин (354–430 гг.), считал, что слово «религия» произошло от глагола reeligere, т. е. воссоединять, и сама религия означает воссоединение, возобновление когда-то утерянного союза между человеком и Богом.

«Его-то ища, — пишет он, — или лучше, вновь отыскивая (от чего, кажется, получила название и религия), мы стремимся к Нему любовью, чтобы, когда достигнем, нам успокоиться».

По мнению, жившего в 4–5 веках н. э., «блаженного» Софрония Евсевия Иеронима Стридонского религия это — то, что на русский переводится как устав (Творца), постановление (Творца) и служение (Творцу), а также набожность, благочестие и вероисповедание. Что в целом вполне можно перевести как восстановление (re) связи (ligio) с Творцом.

Есть ещё одно определение:

Слово «религия» произошло от латинского корня «лигаре» с его производным «лигамент», что значит «связывать». Приставка «ре» означает «снова». Поэтому слово «религия» означает «вновь связывать» то, что было разлучено, разделено и разъединено — то есть снова связать душу с Богом.

Русский философ В.С.Соловьёв (1853–1990 гг.) дал следующее определение религии:

Религией, по несомненному общему смыслу, вне зависимости от сомнительной этимологии, мы называем то, что, во-первых связывает человека с Богом, а во-вторых, в силу этой первой связи, соединяет людей между собой.

Знаток арабского языка Н.Вашкевич предлагает следующую трактовку понятия религия: Религия, (из интенсива ре и лиго «вязать») в этимологическом плане то же, что обязанность (из об-вязанностъ). Сравнить также арабское ди: н «религия», «культ» и дейн «долг», «обязанность», арабское ъиба: да «культ» и арабское (того же корня) ъаби: д «рабы». Сравнить также русское верить и вериги, а также арабское васика «верить» 'авсака «крепко связывать».[21].

Поскольку в русский язык слово «религия» попало извне, а у русских был аналог вера, мы так подробно остановились на смыслах, которые тянутся за этим нерусским словом. Многие из них сводятся к смыслу «вновь связывать человека с Богом». Но если жить религиозной жизнью, то «вновь связывать» нужно всё время, постоянно. Поэтому получается: религия это — постоянная связь человека с Богом.

Можно сделать вывод, что в самом широком историческом смысле религия это связь, которая может быть:

· с Богом;

· со сверхъестественными силами;

· людей между собой.

Представляют особый интерес значения терминов, соответствующих латинскому religio, из разных культур:

· В санскрите dharma (от арийского dhar — утверждать, поддерживать, защищать) означает учение, добродетель, моральное качество, долг, справедливость, закон, образец, идеал, норму, форму, истину, условия, причину, порядок мироздания и др.

· В арабском языке используется название din, которое первоначально в предисламский период означало власть, подчинение, обычаи, а впоследствии стало употребляться в смысле безусловности подчинения (Богу), придания себя Богу, исполнения религиозных предписаний, совершенствования в искренности веры.

· В китайском языке латинскому religio соответствует Сhiао — учение.

· До XVIII в. в русском языке слова «религия» не было. В древнерусском языке соответствующее понятие передавалось словом вера. Одно из значений его — «сознание божественного закона, религия». Слово религия в русском языке встречается с первой половины XVIII в. Проникло оно из западноевропейских языков (французское religion, немецкое religion), в русском языке стало употребляться в латинизированном звучании религия. Первоисточником этого слова является латинское слово religio, родительный падеж religionis, буквальное значение его «связь, соединение, присоединение». В латинском языке оно употреблялось в переносном значении и обозначало связь, соединение человека с Богом, поклонение Богу, благочестие.

Таким образом, до XVIII века в русском языке термина «религия» не было. После появления этого термина правильным определением ему должно быть понятие связь с Богом. Поскольку раньше вместо слова «религия» на Руси употребляли слово «вера», то встаёт вопрос о правильном дополнении понятия «вера» соответственно с определением «религии». Если религия это связь с Богом, то дополнением к слову «вера» должно быть — вера Богу. В противном случае если дополнять слово «вера» понятием вера в Бога, то и понятие религия должно было бы означать не связь с Богом, а надежда на Бога. Разница огромная. Однако, почему-то религию справедливо называют связью с Богом, а к слову «вера» традиционно добавляют «в Бога», а не «Богу». Это не верно и в дальнейшем наши рассуждения будут основываться на том, что понятия обоюдосторонняя связь людей с Богом и вера Богу и есть то, что должно быть основой правильной религии, ведущей людей к истине.

В то же время выше мы дали общепринятое определение термину вера. Вера — убеждённость в чём-то без доказательств, либо убеждённость, возникающая после получения (самостоятельно или с посторонней помощью) логических «доказательств» о чём-либо.

Поскольку в русском языке термин вера имеет более широкие понятийные границы чем термин религия, это определение можно считать справедливым в отношении самого широкого смысла веры. Можно верить людям, друзьям, рассказам, теориям, преданиям…, а можно верить в сверхъестественные силы, верить в Бога, верить Богу. И всё это относится к понятию вера.

То есть, говоря о вере как об общепринятом понятии в самом широком смысле этого слова, следует понимать, что слово вера может употребляться в религиозном и не религиозном контекстах. Так в нерелигиозном контексте вера может проявляться в любой сфере людской деятельности:

· Экономической — например вера в саморегуляцию рыночных отношений; или вера в успех предпринимательской деятельности; или вера в поддержку сельхозпроизводителя со стороны государства.

· Политической — например вера в выдающиеся способности раскрученного политического лидера, которая может по истечении времени смениться на недоверие ему же; либо вера в программу той или иной политической партии.

· Художественной — например вера в реальность событий, показанных в художественном произведении (роман, театральная постановка, кинофильм).

· Научной — например вера в ту или иную научную теорию; либо вера в положительное влияние на судьбу цивилизации того или иного спектра научных достижений.

Особый смысл термину вера придаёт религиозный контекст употребления этого слова. Обычно с понятием вера в религиозном контексте связывают следующие особенности восприятия чего-либо на веру у людей:

· Убеждённость в реальном существовании сверхъестественного — того, что не подчиняется закономерностям материального мира.

· Позитивное отношение к предмету веры.

· Особое представление о наличии связи между людьми и предметом веры.

· Личностный характер веры, её способность удовлетворять конкретные потребности индивидуального «Я» у верующих.

· Эмоционально-чувственный характер веры: неосознаваемое внутреннее переживание Бога, либо чего-либо другого сверхъестественного, в процессе чего предмет веры обретает в психике верующего свою «реальность» и «могущество».

Поскольку в русской культуре издревле понятие вера употреблялось вместо понятия религия, то в широком историческом религиозном контексте употребления этого слова нужно понимать веру как связь людей с Богом, со сверхъестественными силами и между собой.

В контексте правильного понимания религиозной основы для людей, какой она должна быть, термин вера в религиозном контексте должен означать то же, что и религия — обоюдосторонняя связь людей с Богом — вера Богу.

Понятие вера Богу отличается от понятия веры в Бога, это не игра слов, а две большие разницы. Сравните: вера другу и вера в друга; «я в тебя верю» и «я тебе верю». То есть «вера в» включает в себя и недоверие и бездействие того, кто верит, признание вероятности реализации обратного тому, во что верят. А вера кому-то непосредственно является выражением полного доверия и готовности следовать зову веры. Поэтому вера в Бога включает бессознательное недоверие Богу, пессимизм верующего. А вера Богу это доверие своей жизни Богу, готовность ответных действий.

Эмоционально-чувственная составляющая веры в совокупности с воображением людей позволяют моделировать в психике образ Бога, либо других сверхъестественных предметов веры (например — бесов, ангелов, демонов…) — как правило в полном либо частичном отрыве воображаемого от того, что существует в Объективной реальности. То есть, предмет веры может быть сам всего лишь — порождением индивидуальной либо коллективной психики людей, плодом их воображения. Либо образ предмета веры (например Бога), преломляясь через индивидуальную и коллективную психику людей, может быть сильно искажён — тем более что, например, образ Бога (если таковой имеется в той или иной религии) как правило вообще является порождением воображения, обычно придающего Богу антропологические черты.[22].

Вокруг сформированного таким образом предмета веры образуется культ. Обычно термин культ понимается как система (совокупность) определённых индивидуальных и коллективных обрядов и ритуалов, с помощью которых люди устанавливают и поддерживают связь со сверхъестественным.

Культовая деятельность людей обычно характеризуется:

· Символичностью, выражающейся в том, что в смысл религиозных обрядов и ритуалов вкладывается большая доля таинственного, сверхъестественного, что не доступно пониманию большинства людей. Поскольку считается, что прямое восприятие основными пятью органами получения информации (зрением, слухом, обонянием, осязанием, вкусом) взаимодействия между тем, что поддаётся пониманию (естественное для людей) и тем, что поддаётся лишь ощущению (и то не у всех людей есть способность ощущать сверхъестественное) невозможно. При этом в каждом культе выделяется группа людей, которые в той или иной степени могут ощущать сверхъестественное «шестым чувством» и проникать в таинства обрядов и ритуалов, то есть, понимать (полностью или частично) их смысл.

· Каноничностью, выражающейся в следовании культовой деятельности канонам («священным» правилам веры) в том смысле, что в процессе культовой деятельности следят за тем, чтобы она соответствовала писанным либо не писанным «правилам веры». Это могут быть религиозные догматы в виде записанных «откровений» (например Библия) и соответствующих этим догматам правил (сводные предписания); также это могут быть нормы и эталоны культовых актов и религиозных взглядов, не записанные, но передаваемые в виде преданий и навыков.

Характер культовых действий может быть индивидуальным либо коллективным и зависит от принятого в той или иной религии свода обрядов и/или ритуалов.

Ритуалом принято считать процесс, церемонию, соответствующую писанной или не писанной совокупности предписаний и правил, определяющих порядок их выполнения.

Можно выделить три главных значения религиозного культа:

· С помощью религиозного культа устанавливается и поддерживается связь (прямая и обратная) между миром людей (его принято называть естественным) и непознанным миром (его принято называть сверхъестественным: небесным, божественным…). От такого рода связи люди ожидают прежде всего необходимого участия сверхъестественного мира в их судьбе, бывает что пытаются разобраться в смысле жизни, сделать жизнь лучше для себя. Однако, в зависимости от содержания и целей религии люди могут ждать от религиозного культа и другие вещи (всевозможные магические явления), которые могут получаться в виде обратной связи в процессе культового ритуала либо после него.

· Система культовых действий во всей её сложности и разветвлённости (а зачастую и во множественности вариаций и даже противоречивости одних и тех же культов в рамках одной и той же религии) поддерживает у людей веру, соответствующую принятой религии. С помощью культовых действий поддерживаются и воспроизводятся в психике верующих образы, соответствующие принятой религиозной вере, поддерживается эмоционально-чувственный настрой, укрепляющий верующего в правильности выбора предмета веры.

· Общие культовые действия способствуют единению верующих, укреплению отношений между верующими людьми. Также общие культовые действия являются зачастую первым шагом для обращения новых верующих (неофитов) в то или иное вероисповедание.

В то же время у многих людей, которые сталкиваются с тем или иным вероучением (или как его ещё принято называть — религией),[23] может возникать иллюзия, что религиозный культ и всё, что с ним связано касается лишь верующих (ну в крайнем случае — сочувствующих вере, но непосредственно не участвующих в культе), а все остальные (кто относится к культу и к вере без сочувствия, то есть — «никак»; либо даже негативно) не попадают под влияние культа.

Выше мы дали определение понятию культура, повторим его: Культура в общем понимании этого слова — вся созданная человечеством информация, которую возможно передавать внегенетическим способом (через устные предания, письменность, произведения искусства, разнообразное творчество, науки, религиозные культы, образование, духовность…). То есть, в самом широком понимании слова культура — имеется в виду вся информация, созданная, поддерживаемая и передаваемая людьми через всю совокупность возможностей внегенетического способа передачи информации, на основе циркуляции которой поддерживается процесс управления и самоуправления людей, в среде которых эта информация циркулирует. Аналогично этому та или иная религиозная культура (культура, когда-то созданная вокруг того или иного религиозного культа и основанная на том или ином предмете веры, канонах, преданиях…) — часть информации созданной, поддерживаемой и передаваемой людьми через всю совокупность возможностей внегенетического способа передачи информации, на основе циркуляции которой поддерживается процесс управления и самоуправления людей, в среде которых эта информация циркулирует.

В соответствие с определением понятия культура, возможности влияния на общество религиозного (либо светского) культа в действительности более широки, нежели общепринято считать. Если религиозный культ или конфессиональный культ, культ вероучения это — совокупность обрядов и ритуалов, то культ вообще — это определённая система стереотипов поведения людей не обязательно участвующих в религиозных ритуалах. Культы — это «кирпичики», из которых складывается культура. И, если даже изначально какой-либо культ (ритуал) был уделом религиозной системы, то, войдя в культуру общества — во вторичной (по отношению к религиозному культу) форме — он становится «нормальным» стереотипом поведения (из которых складывается логика социального поведения) для большинства тех, кого правильно назвать толпой.

В культе, как средстве поддержки и средстве воспроизводства части информации созданной, поддерживаемой и передаваемой людьми через всю совокупность возможностей внегенетического способа передачи информации, на основе циркуляции которой поддерживается процесс управления и самоуправления людей,[24] в среде которых эта информация циркулирует, могут принимать участие люди, которые непосредственно не задействованы в процессах обрядов и ритуалов. Для поддержки культа употребляются не только религиозные обряды и ритуалы: для этого могут употребляться другие средства хранения, и передачи информации для обеспечения её циркуляции в обществе да ещё и в современных привлекательных формах, которые способствуют поддержке веры через эмоционально-чувственные переживания людей в обход их сознания. Это и является основой устойчивости той или иной культуры. В то же время культ (равно и культура) формируются изначально вокруг религиозного ядра (ядра веры), в пределах которого поддерживаются известные традиционные обряды и ритуалы. Однако, культ от ядра веры распространяется на общество людей в том числе и помимо этих известных обрядов и ритуалов — более современными средствами транспортировки информации в массы людей. Причём эти люди в своём большинстве даже и не подозревают как правило о том, что они своеобразно и не традиционно принимают участие в древних религиозных культах (в современном исполнении) в обход их воли и сознания.

Наиболее яркими примерами такого участия могут служить экскурсии в музеи, храмы, ритуальные места, «вторичные» источники культа — такие как театральные постановки на религиозные темы, кино, которое искусно снято по мотивам религиозных сюжетов, и так далее. Но есть элементы культа, которые даже при достаточно детальном изучении трудно отнести к той или иной религиозной вере, однако, они несут стандартные стереотипы поведения, которые люди получают, если непосредственно участвуют(либо сопереживают) в том или ином религиозном культе или обряде. Подробно средства хранения, и передачи информации для обеспечения её циркуляции в обществе, средства транспортировки информации в массы людей будут рассмотрены в последующих главах.

Вероучением принято называть систематизированное изложение содержания веры (религии) в религиозных догматах и других источниках, касающихся содержания веры (религии). Содержание вероучения как правило охватывает не только непосредственно религиозные догматы, но и околодогматическую систему взглядов на моральные, этические, политические, экономические, социальные, экологические и другие вопросы основ жизнедеятельнсоти людей. Однако, выводы, касающиеся содержания вышеперечисленных околодогматических взглядов, делаются как правило на основе религиозных догматов, которые тоже как правило признаются истинными в рамках вероучения и не подлежат критическому обсуждению (во всяком случае в фундаментальной части догматов).

В крупных исторически сложившихся религиозных системах канонические основы вероучения сведены в «Священные Писания». Самыми известными «Священными писаниями» являются Библия и Коран. «Священное Писание» считается «Откровением», с которым Бог обратился к людям — обычно через пророка. В истинность такого откровения апологетам веры остаётся лишь поверить. В дальнейшем мы будем анализировать крупные «Священные Писания» в связи с рассмотрением вопроса о происхождении и содержании той или иной религии. В процессе этого анализа укажем на признаки истинного обращения Бога, чем оно может отличаться от подделок и от ошибочных взглядов. Проанализируем источники происхождения «Священных» текстов.

Функцию толкования (комментария, разъяснения) по отношению к «Священному Писанию» выполняет «Священное Предание» (такого рода толковник может называется и как-то иначе). Считается, что оно однозначно написано людьми. Часто считается, что оно написано по вдохновлению «Святого Духа», а люди эти часто называются «святыми», либо «великими». Приведём несколько примеров.

· Самым крупным примером такого рода толкования является сборник как говорится «советов на все случаи жизни» для иудеев, который называется Талмуд. Название это уже приобрело переносный смысл (книга, в которой подробно растолковывается что-либо), а в переводе с иврита раввин (тот, кто лишь допущен до толкования) это «великий».

· В православной и католической традициях труды людей, которые в определённые исторические эпохи оставили после себя тексты, апологетичные христианской вере, считаются «Священными Преданиями». А сами люди, написавшие эти тексты — причисляются к лику «святых», называются «святыми отцами церкви».

· В традиционном исламе к Корану ещё имеется сборник разъяснений к вере, который называется Сунна. (Сунна — священное предание в исламе, изложенное в письменном виде в рассказах-хадисах о поступках и высказываниях пророка Мухаммада).

Если вернуться к определению вероучения, то для его правильной конкретизации следует обратиться к тому определению термина вера, которое мы дали в связи с понятием вера Богу: В контексте правильного понимания религиозной основы для людей, какой она должна быть, термин вера в религиозном контексте должен означать то же, что и религия — обоюдосторонняя связь людей с Богом — вера Богу.

В контексте правильного понимания религиозной основы для людей вероучение должно обучать не догматам и их толкованиям, как это принято практически во всех религиозных культурах, опирающихся на каноны и предания. Вероучение должно давать людям методологию, по освоению которой люди сами обретают в жизни устойчивую обоюдостороннюю связь с Богом — веру Богу. То есть, вероучение должно учить людей вере Богу и диалектике жизни, которые позволят людям самостоятельно без помощи канонов и толкований своевременно получать живые ответы на все жизненные вопросы, встающие перед ними. Таким образом, настоящее религиозное вероучение это — методология веры Богу.

Методология веры Богу это буквально процесс познания Божией логики и следование этой логике в жизни. Этим и должно заниматься религиозное вероучение, объемлющее все существующие исторически сложившиеся религии и веры, то есть — внеконфессионально и неапологетично ни одной из исторически сложившихся вер и религий. Путь к методологии веры Богу, ко вхождению в процесс познания Божией логики может проходить через сравнительное богословие тем успешнее, чем менее подвержен человек влиянию той или иной исторически сложившейся религиозной веры — частной логике какой-либо из существующих религиозных систем.

В современности исторически сложившихся обрядово-культовых систем религий обширность культов является показателем зрелости (зрелости не в смысле мудрости, а в смысле большой истории существования и широты охвата) той или иной религии. Например в системе исторически сложившихся христианских культов «богослужебные» каноны расписаны по часам, дням, неделям, и годовым датам. Обрядово-культовая система религии обычно представлена в обществе системой коллективных действий, которые требуют упорядоченности и организационного оформления.

Религиозная организация (в общепринятом смысле этого понятия) это — оформленное объединение верующих одной из религиозных систем, которое возглавляется служителями культа. Развитие религиозной организации может проходить в несколько этапов, представляющих собой динамику формы религиозных организаций:

· Религиозная группа это — маленький коллектив, совместно совершающий религиозные обряды. Эта форма религиозной организации распространена как юридический термин в религиозном законодательстве разных стран. Так в федеральном законе РФ «О свободе совести и религиозных объединениях» отмечено, что «религиозные группы имеют право совершать богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, а также осуществлять обучение религии, религиозное воспитание своих последователей» (статья 7.3.). В том же законе написано, что для осуществления богослужебной деятельности используется имущество и помещение самих участников (статья 7.1.).

· Религиозная община это — первичное территориальное объединение верующих той или иной исторически сложившейся религии. Признаками религиозной общины являются:

— Добровольное контролируемое членство — законодательно не менее 10 лиц.

— Регулярность культа.

— Отсутствие ярко выраженного и оформленного руководства при наличии среди членов общины лиц, наделённых функциями служителей культа.

Религиозная община формально считается автономной и самоуправляемой. Общину может возглавлять один лидер, либо во главе общины стоит специальный совет из избранных верующих, пользующихся авторитетом и уважением большинства. Лидеру, либо совету, поручается руководство общиной (как организационное, так и идейно-теоретическое) на определённое время.

В то же время весьма распространён иерархический[25] тип религиозных общин. Эти общины как правило возглавляются профессиональным ставленником иерархии из служителей культа. Общины иерархического типа выступают лишь первичными единицами (а не автономными единицами) централизованной религиозной организации. Принадлежность профессионального служителя культа иерархии и подотчётность его верхушке иерархии обеспечивает наилучшую управляемость общиной из центрального органа управления религиозной организации. Средствами управления помимо объединения верой являются организационные и финансовые возможности иерархии. Поэтому иерархический тип религиозных общин можно лишь относительно считать автономными и частично — самоуправляемыми.

Основное занятие религиозной общины — совместная культовая деятельность. Для этого общины строят собственные культовые сооружения, содержат штат служителей культовых сооружений. Другими разновидностями деятельности религиозной общины являются миссионерская деятельность, благотворительная деятельность.

Деятельность религиозной общины предназначена для поддержки религиозной веры, для постоянного воссоздания преданных вере религиозных убеждений у людей, расширения круга религиозных верующих. Религиозная община является первичным звеном религиозной иерархии и выполняет роль поддержки всей религиозной иерархии той или иной религиозной веры — вне зависимости от того считается она автономной (возглавляемой советом и избранным лидером), либо она возглавляется ставленником религиозной иерархии. Сплочённость и активность членов религиозной общины, основанные на религиозной вере, позволяют оказывать огромное влияние на окружение, в котором находится община. Всё это способствует распространению той религии, которую представляет религиозная община.

Так все мировые религии (буддизм, христианство, ислам) представлены как первичные территориальные объединения религиозными общинами. К тому же все мировые религии прошли через стадию общины на ранних этапах своего становления.

Наиболее близко к самоуправляемой форме религиозной общины можно отнести территориальные объединения мусульман в разных странах. Буддийская религиозная община выстроена на принципе иерархической самоуправляемости, где дисциплина поддерживается за счёт особого уважения к учителям. В то же время в разных направлениях библейского христианства дисциплина поддерживается за счёт жёсткого соблюдения догматов и канонов, за чем следят ставленники иерархии в общинах. В библейском христианстве преобладает жёсткий иерархический тип религиозной общины, как первичного (низшего) звена централизованного религиозного образования, представленного следующими звеньями иерархии (например, епархией).

Вне зависимости от преобладания на территориальном уровне той или иной формы религиозной общины (самоуправляемой либо иерархической) все территориальные религиозные общины, как первичные звенья в религиозной иерархии — надёжно включены в функционирование религиозной иерархии на общепринятых там принципах, свойственных религиозной вере, для поддержки данного религиозного культа в обществе.

Продолжим рассмотрение форм религиозных организаций.

· Деноминация (от латинского denominatio — наделение специальным именем) — религиозное объединение, находящееся в стадии организационного оформления. Термин деноминация указывает на принадлежность к тем или иным религиозным конфессиям.[26] Деноминация это достаточно широкое религиозное объединение, которому свойственно прямое фиксированное членство. Руководство деноминациями осуществляют органы, избранные верующими, в то же время часто выделяется небольшое количество людей, которым приписывается «особый дар» понимания и толкования основных канонов, принципов веры и «Слова Божьего».

Основная масса деноминаций это различные ответвления библейско-христианской веры. Свыше 200 религиозных организаций с центрами в США считаются деноминациями. Это главным образом разные направления одного из частей разделившегося когда-то библейского христианства — протестантизма, такие как баптисты, адвентисты, методисты.

· Церковь (от греческого «Господний дом») — представляет собой централизованное, многочисленное и выглядящее как самоуправляемое (при наличии иерархии управления) образование, состоящее из религиозных верующих, сложившееся на основе общности религиозных представлений, основанных на общих канонах, и единообразной обрядово-культовой деятельности.

Можно выделить ряд характерных признаков церкви:

— централизованное структурно-иерархическое управление;

— наличие иерархии профессиональных служителей культа (клиров), которые отделены от простых верующих (мирян);

— членство формальное, не фиксированное.

Так в библейском христианстве членом церкви считается каждый, кто прошёл обряд крещения. Церковь является высшей формой в исторически сложившихся религиозных организациях.

· Секта (от латинского secta — учение, направление, школа) — религиозная группа, община, отколовшаяся от доминирующей церкви. В переносном смысле — группа лиц, замкнувшихся в своих узких интересах. То есть признание того или иного религиозного объединения сектой происходит по нескольким относительным критериям:

— Расхождение в религиозных взглядах (в том числе и на толкование общих канонов) с доминирующей (либо с одной из главных в регионе) церковью.

— Преследование в своей деятельности интересов и целей отличных от интересов и целей доминирующей (либо одной из главных) церкви.

— Желание создать иерархию параллельную доминирующей (либо с одной из главных в регионе) церкви на базе того же, что и у церкви религиозного учения, в результате чего доминирующая церковь теряет часть своих мирян.

Как правило сектантский ярлык вешается на религиозные объединения, которые:

— Во-первых, не признаны общемировым каталогом «нормальных» религиозных организаций (не вошли в список религиозных общин, деноминаций и церквей).

— Во-вторых, находятся в оппозиции (полностью или частично) к доминирующим в мире крупным религиям и церквям.

— В-третьих, их сектантский статус может поддерживаться государством, в котором доминирует религия и/или церковь, которой оппозиционна религиозная организация, названная сектой.

В то же время секте могут быть свойственны не только оппозиционные взгляды в отношении доминирующих церквей. Сектантство может сопровождаться особым фанатизмом, вооружённым экстремизмом, ярко выраженной клановостью и мафиозностью. Обычно деятельность религиозных организаций, признанных сектами берётся под особый контроль государства, либо даже запрещается по следующим причинам:

— Нарушение сектантами исторически сложившегося «духовно»-организационного порядка в государстве, который поддерживается доминирующими церквями и удобен для государственной иерархии в качестве средства обеспечения стабильности управления.

— Принципы построения сектантской иерархии, сектантская культовость часто основывается на ярко выраженном отборе кадров, которые проходят через своеобразное «сито» лояльности верхушке сектантской иерархии, что не так явно выражено в крупных религиозных общинах и церквях. Такая сектантская «мафиозность» считается неприличной, тем более что секты как правило берут за основу те же каноны, что и крупные легитимные церкви и религиозные организации. Чтобы не отталкивать людей от признанного вероучения и доминирующих церквей «сектантские извращения» признаются не верными, а иногда даже преследуются и запрещаются.

— Управлять (как с уровня государства, так и с надгосударственного мирового уровня) удобнее, опираясь на небольшое ограниченное число крупных церквей, а не с помощью многочисленных более мелких религиозных объединений. Поэтому многие самообразовавшиеся религиозные объединения признаются сектами, чем самым сокращается число религиозных организаций до некоторого уровня управляемости.

Таким образом, вопрос о сектантстве — всегда вопрос о лояльности той или иной государственной, либо надгосударственной верхушки управленцев к руководству религиозной организации, к её функционированию с позиции качества управления тем или иным государством и обществом в целом. Поэтому общепринятое определение сектантства следующее:

Религиозное сектантство это — обозначение религиозных объединений, оппозиционных по отношению к тем или иным доминирующим религиозным направлениям. В истории форму сектантства нередко имели социальные, национально-освободительные движения. Некоторые секты приобрели черты фанатизма и экстремизма. Ряд сект прекращал существование, но некоторые превращаются в церкви. Известны: адвентисты, баптисты, духоборы, молокане, пятидесятники, хлысты и другие.

Примером когда-то запрещённой в Римской империи религии можно назвать христианство времён Христа и апостолов. Даже из Нового Завета известно, что раннее христианство воспринималось властями Рима и иудейским духовенством как сектантство, а Иисус при жизни был признан преступником. Но прошло время и в IV веке нашей эры христианство было признано государственной религией Римской империи, к этому времени уже была организована церковь на базе библейского учения. То есть, из статуса, близкого к статусу секты христианство превратилось в статус библейской церкви. Поэтому сектантский ярлык — всегда вещь относительная, субъективная. Поэтому названные выше признаки можно отнести к субъективным признакам, по которым та или иная организация кем-то субъективно относится либо не относится к секте.

Но можно сформулировать и объективные признаки секты. Секта определяется по пяти характерным особенностям:

1. наличие эзотерического и экзотерического учения, что по-русски означает: в секте всегда есть учение для толпы и учение для избранных-посвящённых иерархов;

2. наличие определённых догматов учения, которые не подлежат обсуждению и должны приниматься адептами учения как истинные без каких-либо сомнений и рассуждений;

3. наличие ритуала, который сопровождает всякое собрание секты и фактически является средством «зомбирования» их психики;

4. существование сколь угодно разветвлённой иерархии, вступать в спор с которой по основным догматам учения секты категорически запрещается;

5. поскольку учение секты опирается на догматы, не подлежащие обсуждению, то в нём нет и не может быть места формированию личностной культуры освоения нового знания (нет методов освоения) и осмысленного отношения к Жизни по совести.

· Тайные общества это — ассоциации,[27] цель, порядок членства, ритуалы, даже само существование которых является тайным от большинства людей и открывается только узкому кругу посвящённых.

Тайные общества чаще всего не имеют ярко выраженный религиозный характер и основаны на нерелигиозных идеях. Самые известные и широко распространённые тайные общества — масонские ордена, которые были организованы в XVII веке. До этого периода ярким примером тайных обществ могут служить рыцарские религиозные ордена, зачатую открыто исповедавшие библейско-христианскую веру, а тайно имеющие свою систему ценностей. До сих пор существуют тайные общества, исповедующие те или иные религиозные догматы.

Понятие религиозная организация, если отойти от общепринятых её форм и определений, буквально должно быть раскрыто как организация связи с Богом — поскольку религия это связь с Богом. Организация обоюдосторонней связи людей с Богом — религиозная организация — вовсе не обязательно должна быть в форме одной из исторически сложившихся известных религиозных структур (религиозной группы, религиозной общины, деноминации, церкви, секты…). Обоюдостороннюю организацию своей связи с Богом люди в силах установить сами, а так называемая помощь в этом вышеперечисленных структур и религиозных образований как правило — лишь помеха. Выше уже говорилось, что для установки обоюдосторонней связи человека с Богом необходима методология веры Богу; это буквально процесс познания Божией логики и следование этой логике в жизни. Это и есть основная функция религиозной организации и самоорганизации людей. То есть, религиозная организация это — организация процесса познания Божией логики и последующее следование этой логике в жизни — внеконфессионально и неапологетично ни одной из исторически сложившихся вер и религий, вне исторически сложившихся форм религиозных организаций.

При этом стадии организации и самоорганизации процесса познания Бога, Божией логики, а также и взаимопомощь людей друг другу в процессе познания могут быть организованы как религиозные структуры (формально зарегистрированные и неформальные), в которых общаются люди, принявшие для себя внеконфессиональную веру Богу. В то же время процесс обоюдосторонней связи с Богом — дело сугубо личное, не совместимое с публичными культами, ритуалами, обрядами, праздничными шествиями, крёстными ходами и прочими магическими ритуалами. Процесс обоюдосторонней связи с Богом, в том числе и молитва, требуют внимательного отношения к жизни, отказа от вредных привычек, работы со своей нравственностью так, чтобы она изменялась от злонравия к добронравию. Действенную помощь в познании логики Бога может оказать людям сравнительное богословие как система знаний, необходимых для дальнейшего самостоятельного овладения богословием и диалектикой познания жизни.

Религия как обоюдосторонняя связь с Богом имеет две стороны, две грани, между которыми — невидимый переход от общественно видимого к личностно скрытому от стороннего наблюдателя.

То есть, религия имеет две стороны:

· Внешнюю (общественную) сторону — доступную для обсуждения и наблюдения в среде людей. Внешняя сторона религии может быть представлена:

— Как общественно-практические отношения людей, направленные на организацию и самоорганизацию процесса познания Бога, Божией логики, Божиего Промысла, также для взаимопомощи людей друг другу в процессе познания; организацию учебно-образовательного процесса направленного на вспоможение людям вхождению с малых лет в процесс обоюдосторонней связи с Богом, чувствованию этой связи.

— Как мировоззренческие сдвиги, которые можно увидеть в преображении содержания обсуждаемых вопросов, связанных с религиозной стороной жизни людей: в кругу людей; в общественных науках; в культуре; в системе общепринятых ценностей и истин.

Мировоззренческие сдвиги невозможны без образно-понятийного а затем и терминологического преображения в религиозной сфере в первую очередь, а также и в других сферах жизни людей. Переход от догматического подхода — в котором господствует понятийный аппарат апологетических теологий либо научная терминология атеистической схоластики — к религиозным ценностям иного плана должен сопровождаться появлением целого спектра новых понятий и терминов. При этом старым терминам могут даваться новые определения (чем самым изменяется понимание людьми этих терминов), которых не было раньше. Например, только введение словосочетания вера Богу вместо веры в Бога (либо в сверхъестественные силы) коренным образом меняет содержание понятия религия.

Мировоззренческие сдвиги у людей в связи с мировоззренческим переходом как от веры в Бога либо в сверхъестественные силы (от идеалистического атеизма), так и от неверия (от материалистического атеизма) — к вере Богу могут иметь следующий характер:

— от атеизма к вере Богу;

— от монотеизма (вера в то, что Бог един) одной из исторически сложившихся религий ко внеконфессиональной вере Богу;

— от политеизма (вера в то, что богов много) ко внеконфессиональной вере Богу;

— от дуализма (вера то, что в мире существуют одновременно два божественных начала: доброе и злое) ко внеконфессиональной вере Богу;

— от анимизма (вера в наличие души у явлений природы) ко внеконфессиональной вере Богу;

— и так далее…

Мировоззренческие сдвиги в религиозной сфере обязательно должны касаться вопросов о происхождении человека, о смысле жизни, о таких понятиях как судьба, душа, личность. Освоение всего необходимого спектра знаний религиозного характера с помощью нового понятийного и терминологического аппарата позволяет верующим людям настраивать свою внутреннюю сторону религиозной жизни на сокровенную связь с Богом.

· Внутреннюю (личностную, сокровенную, скрытую) сторону — особую духовную жизнь, открывающуюся верующему Богу человеку в процессе его жизненного познания Божией логики, Божиего Промысла. Внутренняя сторона настоящей религии имеет сугубо личностный характер, неповторима и уникальна для каждого, кто сумел открыть для себя ощущения обоюдосторонней связи с Богом. Поэтому всякая унификация[28] внутренней стороны религиозной связи людей с Богом приводит лишь к удалению человека от Бога, либо полному разрыву связи с Богом. Поскольку одинаковых людей в мире не существует (все люди разные), а возможности Бога в общении с людьми не ограничены, то потенциально уникальная и неповторимая личностная связь с Богом открыта каждому всегда. Однако, хоть прямая связь Бога с каждым человеком существует в любой момент времени жизни, но вследствие невнимательности людей, присущего людям атеизма (материалистического либо идеалистического характера), последние не замечают обращения к ним Свыше на Языке Жизни. Игнорирование предложений Свыше — главный признак атеизма, каким бы религиозным не хотел бы казаться человек даже перед самим собой. Таким образом для настройки внутренней сокровенной стороны религии каждому необходимо:

— Быть внимательным к Языку Жизни;

— Правильно понимать Язык Жизни;

— Найти в себе волю во время правильно отозваться на призыв Свыше, который как правило даётся на Языке Жизни — в том числе и в мистике, которая сопровождает каждого в жизни; мистику надо не просто замечать, но и стараться правильно понимать.

В современном обществе над верующими людьми атеисты-циники зачастую смеются. Но и сами верующие как правило не намного лучше этих циников. У простых прихожан зачатую можно увидеть одну характерную убеждённость: Бог может обращаться к ним только через посредников в церквях. А всё время Бог общается лишь со священнослужителями, простым прихожанам это благо не дано Свыше. Циников можно спросить:

Когда человек обращается к Богу, это называют молитвой — но почему, когда Бог обращается к человеку это часто называют сумасшествием?

А культовых работников можно спросить:

Почему с Богом принято общаться лишь в специально отведённых местах, по существующим нормам и часто лишь в присутствии культовых работников?

Религиозная деятельность в общепринятом понимании делится на культовую и внекультовую. К культовой деятельности относят обряды, ритуалы. К внекультовой деятельности относят деятельность по толкованию, систематизации, преподаванию религиозных идей в учебных заведениях, миссионерскую деятельность, воспитательную работу, руководство религиозными организациями.

В культуре веры Богу религиозная деятельность людей предполагается вне культовых и ритуальных форм, неразрывно связана с общественной деятельностью и рассматривается как круговая замкнутость следующих процессов:

· Общественно-практические отношения людей, направленные на организацию и самоорганизацию процесса познания Бога, Божией логики, Божиего Промысла а также для взаимопомощи людей друг другу в процессе познания; организацию учебно-образовательного процесса, направленного на вспоможение людям с малых лет войти по жизни в процесс обоюдосторонней связи с Богом, почувствовать эту связь.

· Организация каждым верующим Богу своей внутренней духовной жизни, направленной на оптимизацию и совершенствование обоюдосторонней связи с Богом по жизни.

· Взаимодействие с окружением (с окружающей средой). Изменение окружающей среды в соответствии мировоззренческими сдвигами, происходящими у людей в процессе идущем во внутренней духовной жизни.

· Дальнейшее развитие общественно-практических отношений людей с учётом открывшихся верующим истин, которые они должны обсуждать для дальнейшей организации взаимопомощи, совершенствования учебно-образовательного процесса, организацию взаимодействия с обществом (окружающей средой).

Религиозные отношения как общепринятое понятие означает собирательное название для взаимоотношений, в которые вступают между собой верующие в процессе религиозной деятельности в религиозных организациях и учреждениях. При этом также общепринято, что не все без исключения отношения такого типа являются религиозными. Религиозные верующие индивиды, группы, институции могут вести и не религиозную — экономическую, политическую, просветительскую деятельность.

В общепринятом плане религиозные отношения делят на культовые и внекультовые. При культовых отношениях люди вступают в контакт между собой и сверхъестественным с помощью обрядов и ритуалов. Внекультовые отношения это — отношения между верующими людьми вне обрядов и ритуалов. Общепринятые религиозные отношения могут иметь разный характер — солидарности, терпимости, нейтралитета, конкуренции, конфликта и борьбы, нередко с сильной тенденцией религиозного фанатизма.

В культуре веры Богу религиозные отношения людей предполагаются вне культовых и ритуальных форм и представляют собой часть религиозной деятельности, касающуюся в первую очередь организации каждым верующим Богу своей внутренней духовной жизни, направленной на оптимизацию и совершенствование обоюдосторонней связи с Богом в жизни; а затем уже взаимоотношений между людьми, которые направлены на вспоможение друг другу понять и обрести веру Богу. То есть согласно определению религии как обоюдосторонней связи человека с Богом, религиозные отношения касаются в первую очередь — взаимоотношений с Богом, а затем уже взаимоотношений между людьми.

При этом, также как и в общепринятом плане, в таких религиозных отношениях можно выделить целый спектр околорелигиозных взаимоотношений, представляющих собой комплекс мер по наилучшей организации религиозных отношений, неразрывно связанных с общественной деятельностью. В этот комплекс мер входят все мероприятия описанные выше при рассмотрении понятия религиозной деятельности и те, что сведены в список.

1.2. Версии происхождения религии.

Широко известны и приняты в религиоведении два основных подхода к вопросу происхождения религии: религиозный (богословский) и светский (религиоведческий).

Религиозный подход исходит из того, что появление идеи существования Бога в психике людей и возникновение религии как веры в существование Бога, богов или сверхъестественного обусловлено тем, что Бог существует. Он сотворил мир, природу и воздействует на человека и природу. Последние же могут воспринимать это воздействие, что и является взаимосвязью человека с Богом. В рамках религиозного подхода существует так называемые шесть «доказательств» существования Бога:

1. Онтологическое[29]«доказательство» сформулировано «блаженным» Августином (V век) и теологом Ансельмом Кентерберийским (XI век). Оно состоит в том, что «мы можем представить совершенное существо, поэтому оно обязательно должно быть, иначе мы не могли бы его себе представить».

В такой логике существование Бога подменяется существованием представления о Боге, после чего как правило следуют многочисленные фантазии на тему Бога. В то же время именно этим принципом, основанным на первом «доказательстве» неосознанно руководствуются многие верующие в Бога люди, имея каждый своё представление о Боге, но не имея ни веры Богу, ни связи с Богом.

Это «доказательство» «опровергнуто» немецким философом И.Кантом (1724–1804 гг.) с позиции И.Канта.

2. Космологическое[30]«доказательство» впервые озвучено Платоном и Аристотелем и окончательно сформулировано теологом западноевропейского средневековья Фомой Аквинским (1226–1274 гг.). В логике космологического доказательства высказано предположение, что для такого сложного мира как наш нужны первопричины первоначального импульса всякого начала и движения. Сам импульс должен быть беспричинным, безусловным, а значит он имеет перводвигатель.

Космологическим «доказательством» руководствуются часть религиозных верующих, которые своё представление о Боге сводят к существованию целесообразного космического разума, который создал все законы бытия. Представления о целесообразности человеческого существования такой подход не даёт: наоборот, если «первоначальный импульс» беспричинный, то нечего и искать причины человеческого существования.

Это «доказательство» «опровергали» философы-рационалисты, которые утверждали, что материя сама обладает движением и поэтому импульса не требуется.

3. Телеологическое[31]«доказательство» утверждает наличие мировой целесообразности, порождённой Богом, что есть «разумное существо, полагающее цель для всего, что происходит в природе; и его мы именуем Богом». Наличие мировой гармонии, целесообразности в мире исходит от Творца.

Такой подход также не проясняет (обходит молчанием) роль человека в гармонии мира: получается что за человека всё сделает Бог, а человек должен лишь быть кротким и спасать себя для будущей жизни.

Мало того, противники такого «доказательства» выдвигают антиаргументы, мол гармония мира, основанная на пожирании сильными слабых, на постоянной борьбе, не согласуется с добротой Творца. В ответ сторонники телеологического «доказательства» указывают на факт грехопадения, внёсшего «порчу в творение» (библейская версия начала глобального исторического процесса). То есть творение испорчено земным грехопадением, но в «другом мире» всё гармонично. Поэтому задумка Творца относительно людей на Земле не совсем удалась.

Последним утверждением сторонники теологического «доказательства» признают за Творцом некий «брак» в отношении большинства людей, ставя Бога в положение того, кто ошибся.

4. Историческое «доказательство» — одно из самых древних и сводится к формулировке: «История не знает ни одного народа, который был бы совершенно лишён веры; даже атеисты являются не до конца неверующими; идеологические мифы, принимаемые атеистами на веру — это по существу тоже религия». Историческое «доказательство» исходит из утверждения, что «заблуждение перестаёт быть заблуждением, если оно воспроизводится из века в век, из тысячелетия в тысячелетие». То есть, это «доказательство» от противного: если существование Бога заблуждение, то почему религия в той или иной форме воспроизводится практически всеми народами на протяжении всей известной истории.

Историческое «доказательство» также как и все предыдущие не является доказательством, а представляет собой рассуждение-логику с опорой на исторический опыт. Сам же исторический опыт вполне может быть и самым большим заблуждением, а может и не быть таковым: последнее тоже требует «доказательств».

5. Психологическое «доказательство» — одно из современных и сводится к формулировке: «Наличие в психике людей религиозной составляющей обязательно должно вызываться внешней причиной, которая и есть Бог».

Это «доказательство» легко опровергается, так как в его логике можно «доказать» и обратное: «наличие в психике людей злонравия и атеизма (и мало ли чего там ещё имеется…) доказывает, что Бога нет». То есть, психологическое «доказательство» ничего не доказывает, а это просто логические рассуждения.

6. Моральное[32]«доказательство» утверждает наличие абсолютного и вечного нравственного закона, который предложен людям и является проявлением божественного начала в мире. Выдвинуто немецким философом И.Кантом. Кант утверждал что Бог осуществляет руководство через совесть человека.

С этим утверждением можно согласиться, но «доказательством» бытия Божиего утверждение об обращении Бога к человеку через совесть не является. Поскольку совесть это — чувство Божиего Промысла как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность — нравственный закон, которую Бог избрал для Себя сам, и предлагает людям.

Если развитость чувства Божиего Промысла у людей позволяет осуществлять обоюдостороннюю связь с Богом через совесть (то есть пребывать в вере Богу), таким людям «доказательств» бытия Божиего не требуется: они и так имеют связь с Богом. Иным людям, которые не обращают внимания на призывы Бога через совесть и/или просто находятся в невнимательности к своему внутреннему духовному миру, такое «доказательство» ничего не доказывает: их совесть не реагирует на призывы Свыше. То есть, моральное «доказательство» не имеет значения ни для высоконравственных людей (они и так не сомневаются в существовании Бога: им «доказательства» не нужны), ни для безнравственных, либо злонравных людей,[33] которые просто не следуют призывам своей совести.

Главное, что религиозный подход всегда апологетичный либо конфессиональный. Но ещё главнее — он атеистичен во всех его шести видах «доказательств». Причём существование Бога в каждой из таких религиозных систем «доказывается» для того, чтобы сформировать у мирян (людей, которые не имеют церковный статус) и клириков (церковнослужителей) представление о Боге, веру в конфессионально представленного Бога, а не веру Богу. Для внеконфессионально верующего Богу человека никаких доказательств существования Бога не требуется: такой человек убеждается в этом на основе своей истинной (можно сказать «абсолютной», а не конфессионально-культовой) религиозности — обоюдосторонней сокровенной связи с Богом. Требовать каких-либо «доказательств» существования Бога для истинно религиозного человека — богохульство по отношению к Богу, и введение в заблуждение людей из окружения. Поэтому все «доказательства» религиозного подхода лишь уводят людей в сторону от сущностной грани истинной религиозности — обоюдосторонней сокровенной личностной связи с Богом — в лучшем случае к околорелигиозным взаимоотношениям (где сохраняется иллюзия необходимости каких-либо «доказательств» веры); в худшем — к прямой агитации «за Бога» в рамках апологетики той или иной религиозной системы идеалистического атеизма.

В художественной форме этот вывод выражен в романе «Мастер и Маргарита» М.А.Булгакова, который видимо много размышлял на тему истинной религии и существующих «доказательств» Божиего бытия (выделения жирным сделаны нами при цитировании):

«— Но, позвольте вас спросить, — после тревожного раздумья заговорил заграничный гость, — как же быть с доказательствами бытия Божия, коих, как известно, существует ровно пять?

— Увы! — с сожалением ответил Берлиоз, — ни одно из этих доказательств ничего не стоит, и человечество давно сдало их в архив. Ведь согласитесь, что в области разума[34] никакого доказательства существования бога быть не может.

— Браво! — вскричал иностранец, — браво! Вы полностью повторили мысль беспокойного старика Иммануила Канта по этому поводу. Но вот курьёз: он начисто разрушил все пять доказательств, а затем, как бы в насмешку над самим собою, соорудил собственное шестое доказательство!

— Доказательство Канта, — тонко улыбнувшись, возразил образованный редактор, — также неубедительно. И недаром Шиллер говорил, что кантовские рассуждения по этому вопросу могут удовлетворить только рабов, а Штраус[35] просто смеялся над этим доказательством».

М.А.Булгаков не ошибся, когда сказал, что кантовские рассуждения могут удовлетворить только рабов. Дело в том, что в каждой исторически сложившейся религии — своя система моральных (нравственных) ценностей (что «хорошо», а что «плохо»), которые именем Бога провозглашаются абсолютными. После чего такой конфессионально-«канонический» нравственный «абсолют» воспринимается людьми за совесть, к которой их призывают всякий раз, когда нужно за что-то сагитировать именем Бога. На этом держатся все существующие системы идеалистического атеизма и многоликий толпо-«элитаризм» (рабовладение).

В действительности же конфессиональные нравственные системы как правило мало чем стыкуются с совестью (чувством Божиего Промысла как такового, неразрывно сопряжённым с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью). Но искажение объективной системы нравственных ценностей (которые от Бога) позволяет хозяевам и иерархам религиозных конфессиональных систем удерживать мирян и клиров в скрытом подчинении себе (а не Богу), которое мало чем отличается от рабства.

Так формируется искажённое (не соответствующее Объективной реальности) мировоззрение людей, верующих не Богу, а в догматы о Боге, существующие в той или иной религиозной системе. Ясно, что искажения мировоззрения людей — прямое следствие попадания в психику нравственных критериев конфессиональных систем вместо того, чтобы эти критерии формировались по жизни естественно через совесть — от рождения.

В приведённом выше отрывке из романа М.А.Булгакова действительно сказано основное: все интеллектуально-рассудочные доказательства, а равно опровержения бытия Божия — вздорны.

В то же время разум всякого индивида — ограничен, ограничены и его знания. Вследствие этого всегда есть то, что остаётся принимать на веру. Отказ от составляющей веры в мировоззрении и миропонимании влечёт за собой их ущербность, т. е. неполноту, ограниченность. Вера же позволяет расширить мировоззрение и миропонимание до границ Объективной реальности, будучи способной объять всё. Однако принятие чего-либо на веру обладает своей спецификой: принятие на веру, а равно и отказ принять на веру ту или иную определённую информацию, определённый смысл в конечном итоге обусловлены в психике индивида его истинной нравственностью, которая также определяет и алгоритмику его сознательной и бессознательной интеллектуально-рассудочной деятельности. То есть объективно порочная нравственность позволяет принять на веру в качестве истинных ошибочную и заведомо ложную информацию, а праведная нравственность исключает принятие лжи и ошибок на веру в качестве истины. Смысл религиозной жизни — приведение нравственности к объективной праведности, а веры к истине, что достижимо только с Божией помощью, поскольку Бог всемогущ и всеведущ.

Но вопреки тому, что многие думают, что доказательств бытия Божиего нет, они всё же есть и неоспоримы для тех, кто внимателен к жизни:

Бог даёт доказательство Своего бытия на веру, а не на разум. Оно носит по его существу нравственно-этический характер и состоит в том, что Всевышний отвечает молитве верующего Ему тем, что обстоятельства его жизни изменяются соответственно смыслу его молитв тем более ярко и явственно, чем более он сам нравственно праведен и отзывчив Богу, когда Бог обращается к нему персонально через его совесть, через других людей, через памятники культуры или как-то иначе на языке жизненных знамений. Бог всегда отвечает искренней осмысленной молитве: и даже если не происходит изменения жизненных обстоятельств в соответствии с её смыслом, то даётся тот или иной ответ на вопрос «почему?». В этом диалоге разум индивида только осмысляет даваемое Свыше, вводя его в систему миропонимания индивида, изменяя его нравственность и мировоззрение в направлении объективной праведности либо в направлении дальнейшего уклонения от неё.

Последнее — когда нравственность и мировоззрение индивида меняется в направлении уклонения от праведности, несмотря на предложения Свыше касающиеся изменений в сторону праведности — основной признак атеизма.

Атеизм губителен для людей — «доказательством» чего является жизненная практика.

М.А.Булгаков в «Мастере и Маргарите» художественно представил «седьмое» — нравственное «доказательство» бытия Божия. Оно было предъявлено Берлиозу и Бездомному в форме смерти под колесами трамвая Берлиоза, отрёкшегося от Бога и безнадёжного в своём неверии. Этот результат соответствовал «вере» Берлиоза в том стечении вокруг него жизненных обстоятельств, которые более знающий Воланд и описал ему в основных чертах. При этом Воланд поднял вопросы управления мирозданием и правильно показал возможности индивида по сравнению с возможностями Бога:[36].

«— Но вот какой вопрос меня беспокоит: ежели Бога нет, то, спрашивается, кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?

— Сам человек и управляет, — поспешил сердито ответить Бездомный, на этот признаться, не очень ясный вопрос».

И Воланд, снизойдя к непониманию Бездомного, пояснил принципиальные вопросы практики управления:

«— Виноват, — мягко отозвался неизвестный, — для того, чтобы управлять, нужно как-никак иметь точный план на некоторый сколько-нибудь приличный срок. Позвольте вас спросить, как же может управлять человек, если он не только лишён возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день? И, в самом деле, — тут неизвестный повернулся к Берлиозу, — вообразите, что вы, например, начнёте управлять, распоряжаться и другими, и собою, вообще, так сказать, входить во вкус, и вдруг у вас… кхе… кхе… саркома лёгкого… (…) А бывает ещё хуже: только человек соберётся съездить в Кисловодск, — тут иностранец прищурился на Берлиоза, — пустяковое, казалось бы, дело, но и этого совершить не может, потому что неизвестно почему возьмёт — поскользнется и попадёт под трамвай! Неужели вы скажите, что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-то совсем другой? — и здесь незнакомец рассмеялся странным смешком.

Берлиоз с великим вниманием слушал неприятный рассказ про саркому и трамвай, и какие-то тревожные мысли начали мучить его».

Берлиоз представлял светскую духовную интеллигенцию времён материалистического атеизма (СССР). Он и Бездомный — атеисты и, как сказал Берлиоз, «сейчас об этом можно говорить открыто». Но роман[37] указывает на сущностное единство обоих видов атеизма — материалистического и идеалистического: когда Бездомный, напуганный смертью Берлиоза согласно «пророчеству» Воланда, принялся гоняться за свитой Воланда по ночной Москве, он от страха приобщился в идеалистическому атеизму — взяв в руки икону и свечи. Булгаков мастерски объединил оба вида атеизма, показав их пагубность (в судьбе Берлиоза) и психическую нечеловеческую основу (в судьбе Бездомного). Действительно психологически атеизм приводит в конечном итоге к тому, что называется шизофрения. Поэтому светский подход к вопросу происхождения религии — не менее шизофреничен, чем «религиозный».

Светский подход к вопросу о происхождении религии традиционно классифицируется следующим образом:

1. Натуралистическое объяснение появления религии. Основоположники — французские просветители XVIII века. К ним примыкали немецкий классический философ Л.Фейербах (1804–1872 гг.), К.Маркс (1818–1883 гг.) и Ф.Энгельс (1820–1895 гг.). Основная идея натуралистического объяснения в том, что религия произошла от бессилия людей перед господствующими над ним природными силами. В натуралистическом объяснении доминировал вывод, что всякая религия является ни чем иным, как фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые окружают людей; что религия является отражением, в котором земные силы принимают формы неземных.

Удобство такого объяснения особенно для основоположников марксизма состояло в том, что натуралистическая позиция давала повод достаточно логично перейти к теории материалистического атеизма, которая, как пропагандировали «социалисты», избавит общество от всяческого порабощения. В такой логике, предшественники и последователи марксизма трактовали религию как основное идеологическое средство поддержания рабства в мире; а для избавления от рабства надо избавиться и от религии, которая по сути есть отражение в головах людей бессилия перед господством не только природных сил, но и социальных (то есть — господ-хозяев).

Такая позиция основоположников и последователей марксизма явилась главным идеологическим рычагом для смены идеологической надстройки в обществе с идеалистического атеизма (когда общественное и научное мнение опиралось не религиозный подход) к материалистическому атеизму (в котором господствует светский подход к возникновению религии с позиции того, что в действительности Бога нет). Поэтому светский подход это как правило позиция материалистических атеистов.

Сторонники натуралистического объяснения считали, что если на ранних стадиях развития общества, когда люди ещё не познали явления природы, это незнание породило религию, то по мере развития наук и росту образованности людей, религия будет себя постепенно изживать.

Сторонники натуралистического подхода ошиблись. Практика жизни показала, что развития науки, рост образованности людей не оттолкнули последних от тяги к религии. Наоборот, благодаря успехам науки думающие люди увидели, что появившиеся объяснения многим силам природы, большинство из которых освободили людей от «мистического страха» перед стихией, вовсе не были первопричиной религиозности людей. Просто в глубокой древности не было современных средств, с помощью которых людям можно было выражать свою религиозность: религиозность выражали в поклонении силам природы; а после периода политеизма начался период монотеизма, в течении которого как раз-то и было придумано изощрённое рабство под прикрытием религиозных идей. С последним и пытались бороться материалистические атеисты, которые взяли на вооружение марксизм. С уходом марксистских идей в прошлое люди стали возвращаться в лоно монотеизма традиционных религий идеалистического атеизма. Ясно, что марксизм с его натуралистическим подходом не решил задачи избавления людей от системного рабства, а жизненные обстоятельства вернули общество к вопросам религии, к вопросу религиозного подхода к происхождению идеи Бога.

2. Социологический подход. Основоположники: французский философ О.Конт (1798–1857 гг.), немецкий философ М.Вебер (1864–1958 гг.), французский обществовед Э.Дюркгейм (1858–1917 гг.), американский социолог Т.Парсонс (1902–1986 гг.).

В социологическом подходе делается главный вывод: религия это — социальный институт, в котором моделируется общественная среда жизни; делается это в том виде и тем языком, который понятен всем без исключения; вследствие этого действиям и мыслям людей придаётся скоординированный характер. То есть в социологическом подходе религия это своеобразное средство агитации и координации людей на определённые дела и мысличерез формирование соответствующей общественной среды.

Другая сторона религии как средства координации людей в обществе это — социальная функция, институт управления, устанавливающий определённые в религии нормы и мотивы социального поведения — логику социального поведения и мышления. При этом религиозная мораль (нравственность) через социальную среду распространяется на общество и доминирует в нём. Нравственные установки, становясь абсолютными нормами для большинства людей, формируют культуру общества, которая соответствует религии, её нравственным установкам и её логике поведения и мышления. Последним и обеспечивается относительная устойчивость управления обществом на базе основных религиозных идей, которые приняты большинством как нравственные постулаты.

Действительно, механизм распространения религиозно-нравственных постулатов в общество людей указан в социологическом подходе правильно и достаточно откровенно. Однако при всей откровенности высказываний сторонников социологического подхода, в нём можно легко найти причины его несостоятельности. Ущербность и объективная несостоятельность социологической теории возникновения религии была предопределена как только в ней провозгласили, что религия это — социальный институт, в котором моделируется общественная среда жизни.

Напомним, что правильное определение религии это — обоюдосторонняя связь с Богом. Согласно этому определению, настоящая религия представляет собой связь социального института с надсоциальным институтом и не является лишь функцией замкнувшегося самого на себя социума (то есть, общества людей). Функцию «надсоциального института» взял на Себя Бог и на Языке Жизни предлагает людям принять объективно праведную нравственность.

Подмена понятия религии в рамках социальной теории происхождения религии сужает рамки понятия религии, ограничивая всех, кто живёт в данной религиозной культуре социальным уровнем; а обоюдостороннюю связь с Богом трансформирует в обоюдостороннюю (либо одностороннюю) связь с религиозными социальными институтами, которые и поддерживают в социуме определённую нравственность — как средство «устойчивого» управления.

Кроме того, устойчивость и длительность управления под покровом установившейся религиозной культуры определяется соответствием логики социального поведения и мышления, которую поддерживает религиозная культура и логикой социального поведения и мышления большинства людей. Последняя же, как показала практика жизни, зависит не только от довлеющей на психику людей доминирующей религиозной культуры, но и от других факторов, над которыми не властны социальные институты. И в первую очередь в число этих факторов входит Божий Промысел в котором человеку предложено не замыкаться на социальные институты, а жить, соотнося свою нравственность с объективно положенной Богом.

3. Этнологический подход проповедовали те, кто исследовал разные народы, находившиеся на ранних стадиях развития, Э.Тайлор, Дж. Фрейзер, Б.Малиновский. Сторонники этнологического подхода видели в религии, вместе с искусством и моралью, естественно сформировавшийся первичный элемент человеческой культуры и форму её нормального функционирования.

К этому ещё надо добавить, что религия как естественно сформировавшийся первичный элемент человеческой культуры прошла большой путь от ранних стадий развития людей нашей цивилизации через крупные монотеистические религии, и теперь люди вплотную подошли к пониманию объективно нормального для людей её функционирования. Но сторонники этнологического подхода как правило останавливались на исследовании истоков религии, не указывая на её предназначение и конечную цель.

4. Биологические и психологические теории происхождения религии. Основатели — американский философ-прагматик У.Джеймс (1842–1910 гг.), немецкий философ В.Дильтей (1833–1911 гг.) французский этнолог Л.Леви-Брюль (1857–1939 гг.), основоположник теории «психоанализа» З.Фрейд (1856–1939 гг.). Сторонники биологических и психологических теорий сходились в том, что объясняли существование религии присущими людям эмоционально-психическими состояниями, которые якобы объясняются «природой человека». К этим состояниям они относили в первую очередь зависть, страх, стыд и любовь.

Если опустить описание фрейдизма, о котором написано много трудов, можно кратко сформулировать общую суть «биопсихологического» объяснения происхождения религии, высказанную З.Фрейдом: «Боги сохраняют свою троякую задачу: нейтрализуют ужас перед природой, примиряют с грозным роком, выступающим в образе смерти, и вознаграждают за страдание и лишения, выпадающие на долю человека в культурном сообществе». На вопрос о психологическом истоке религии З.Фрейд отвечал «это иллюзии…».

В «биопсихологическом» подходе много общего с натуралистическим подходом и оба они представляют крайнюю позицию по отношению к религии — позицию материалистического атеизма. И те и другие творили на рубеже XIX–XX веков. Если сторонники натуралистического подхода готовили общественное мнение к отказу от религиозной формы общественного устройства для перехода его к светскому характеру, то сторонники фрейдизма подводили под это «биопсихологическую» базу: мол природа человека такова, что он (человек) очень слаб психологически и это в него заложено природой — то есть, биологически. Далее же делался вывод, о том, что когда рассеивается иллюзия доброй власти Бога, всё равно слабым и страдающим психологическими комплексами людям нужна «добрая» власть, которая ими бы и управляла. И более «доброй» будет та власть, которая не будет скрывать перед людьми своего атеизма, но возьмёт на себя заботу о слабых и психически неустойчивых людях.

«Биопсихологический» подход, основанный на фрейдизме, по сути на «научном» уровне закрепил иллюзию: «толпа должна быть руководимой и верить вождям, также как она когда-то верила в Бога или богов». Фрейдизм остаётся и до сих пор фундаментом (отправным началом) в теориях «психоанализа», которые оказывают значительное влияние во многих сферах деятельности современного общества (в первую очередь в воспитании и образовании).

Самое плохое, что было сделано сторонниками «биопсихологического» подхода, это «научное» обоснование якобы низменной природы человека, которому никогда не будет дано подняться над своими якобы врождёнными и природно обусловленными пороками и слабостями. Но в среде людской толпы фрейдизм выделил прослойку «гениальных» людей, из круга которых и надо черпать руководителей для остальной толпы. Сама же толпа, поскольку всё равно никогда не поднимется до уровня «гениальности», достойна лишь «кнута и пряника». Формы же последних меняются в ходе глобального исторического процесса: от рабского ошейника и миски с похлёбкой (во времена рабовладельческого строя) до «мягкой» стратификации общества, в котором «каждый сверчок знает свой шесток» при «социализме» либо буржуазной демократии. Этим фрейдизм и его «биопсихологические» модификации теорий происхождения религии опускали общество людей до уровня одомашненного рабочего скота, которому объясняют его «природу» и задачи, и который после этого должен радоваться жизни.

Если сторонники натуралистического подхода формировали в обществе идеологическую базу при переходе от религиозных форм управления обществом к светским, то сторонники модификаций фрейдизма подводили под новые идеи психологическую основу так, что сама психологическая основа как «наука» была доступна лишь «элите», толпа же довольствовалась в основном главными идеями.

Все светские подходы к вопросу происхождения религии сводятся к категорическому отрицанию изначального Божиего Промысла, который люди могут ощущать и к которому люди бессознательно стремятся. Кроме того эти подходы направлены на закрепощение сознания людей в убеждении того, что всё управляется лишь с социального уровня, то есть самими людьми. А религия — всего лишь социальное средство управления и если уж толпа хочет верить, то религиозный фактор можно употреблять для повышения качества управления толпой в целях «правящих классов».

Надсоциальный религиозный уровень — Иерархически Наивысшее объемлющее по отношению к социальному уровню управление миром (то есть Бог) — в принципе отрицается в логике светских подходов. Поэтому все эти «научные» подходы рано или поздно оказываются научно несостоятельными — когда логика социального поведения и мышления людей значительно отрывается от логики светских подходов под воздействием Иерархически Наивысшего управления на жизнь людей, объемлющего Своим Промыслом все социальные системы как религиозно-атеистические, так и светско-материалистические.

1.3 Функции религии.

Содержание этой главы, также как и предыдущих, представлено как анализ существующих взглядов на рассматриваемый вопрос с позиции внеконфессионально верующих Богу людей. Следует напомнить, что в рамках курса сравнительного богословия мы рассматриваем целый спектр знаний, необходимых людям для дальнейшего самостоятельного овладения богословием и диалектикой познания жизни. Последнее необходимо для того, чтобы люди овладевали методологией, руководствуясь которой можно уводить общество от катастроф и ошибок к стабильности на основе самоуправления согласно Божиему Промыслу. Только в случае следования Божиему Промыслу можно преодолеть катастрофичность и неправедность. Поэтому основной функцией религии — как обоюдосторонней связи людей с Богом — должна быть функция приведения жизни на Земле к Божиему Промыслу. В этом и цель религии. Самое трудное для большинства людей, это овладение методологией распознания:

· Какая информация предлагается Свыше от Бога, а какая с других уровней — с уровней земной духовной иерархии, созданной людьми.

· Как поступить с предлагаемой Свыше информацией и что она означает в жизни: как осмыслить предлагаемую информацию.

· Как найти в себе силы перестроить приоритеты целей в жизни в соответствии с пониманием поступающей Свыше информации.

· Как заставить себя принять решение об изменении своей жизни в соответствии с тем, что предлагается Свыше после пересмотра приоритетов целей.

· Какими средствами пользоваться для изменения своей жизни и жизни окружающих в соответствие с принятыми решениями.

В соответствие с целью религии (приведение жизни на Земле к Божиему Промыслу) каждый человек должен овладеть методологией управления согласно Полной функции управления, поскольку способность самоуправляться и управлять — необходимое (но не достаточное) условие для успешного движения к намеченной цели. Для этого необходимо:

1. Постоянно находиться во внимательности, чтобы не пропускать важные объективные явления жизни, с которыми постоянно сталкивается интеллект индивида во всём многообразии процессов Мироздания, являющиеся в совокупности Языком Жизни, на котором Бог общается с людьми: с каждым на понятном ему языке.

2. Учиться формированию стереотипа (навыка) распознавания жизненных явлений на будущее, чтобы динамично развиваться, учитывая и помня прошлый опыт распознавания и, не топчась на месте, продолжать приобретать жизненный опыт, сталкиваясь с новыми явлениями.

3. Уметь выставлять и формировать иерархически организованный перечень целей (вектор целей), которые хотелось бы достигнуть с жизни в соответствии с вновь распознанными объективными явлениями жизни и на этой основе строить своё поведение (самоуправление) как решение задачи об устойчивости процесса движения согласно перечню целей.

4. Учиться способности моделирования решения задачи движения согласно перечню целей с заданным уровнем качества на базе осознания путей и средств достижения целей.

5. Учиться организации и реорганизации целесообразных управленческих структур, несущих функции управления; осуществлять контроль за ними и их ликвидацию в случае ненадобности.

Для того, чтобы управление и самоуправление людей согласно вышеназванным навыкам стало достаточным для движения к выставленной в религии цели (приведение жизни на Земле к Божиему Промыслу) цели и средства управления и самоуправления должны быть согласованы с Промыслом. Для этого нужно не только быть внимательным к Языку Жизни и уметь формировать отвлечённые от Божиего Промысла стереотипы распознавания явлений, но уметь соотносить эти стереотипы с целями, которые предлагаются Свыше в Языке Жизни выявленных явлений. Последнее невозможно без согласования своей нравственности с объективной нравственностью, которую Бог избрал для Себя и предлагает людям.

Это так, поскольку результат формирования стереотипа распознавания явления, с которым сталкивается в жизни индивид зависит от мировоззрения и миропонимания индивида. А мировоззрение и миропонимание непосредственно сопряжены с личностной нравственностью. То есть частная цель управления после распознавания того или иного объективного жизненного явления будет выставлена индивидом в соответствии с его нравственностью; в соответствии с нравственностью же будут выбраны и средства движения к выставленной цели.

Следует ещё раз напомнить, что нравственность это — иерархически упорядоченная совокупность нравственных мерил. В информационном отношении нравственность индивида (индивидуальная нравственность) представляет собой совокупность образных представлений и описаний (на внутренних языках личности) каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий с оценками каждого из них «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами», которые кроме того ещё и иерархически упорядочены по их предпочтительности.

Религия как обоюдосторонняя связь с Богом, Который общается с людьми на языке жизненных обстоятельств, либо через других людей, предназначена для того, чтобы люди могли ощутить и впоследствии осознать и учесть в жизни, в управлении и самоуправлении следующее:

· Когда в Языке Жизни индивиду демонстрируется, что он прав в своих оценках того или иного явления, которые им были распознаны ранее. Такие подтверждения выражаются в смещении статистики катастрофичности жизни в сторону сокращения катастрофичности.

— В этом случае перезадачи оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в системе образных представлений индивида относительно данного явления не требуется.

· Когда в Языке Жизни индивиду демонстрируется, что он НЕ прав в своих оценках того или иного явления, которые им были распознаны ранее. Такие подтверждения выражаются в смещении статистики катастрофичности жизни в сторону увеличения катастрофичности — вплоть до самоликвидации стоящего на своём упрямого индивида.

— В этом случае объективно необходима и жизненно важна перезадача оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в системе образных представлений индивида относительно данного явления.

· Когда в Языке Жизни индивиду демонстрируется, что он пропустил либо не определился в отношении того или иного явления, которые им не были распознаны, но которые несут важную для него и окружающих информацию. Такие уведомления выражаются в повторной демонстрации подобных явлений (либо других явлений на более понятном для индивида языке). В случае отсутствия реакции индивида на демонстрацию каскада повторных явлений (от повторного до многократно повторяющегося) — статистика катастрофичности жизни индивида может сместиться в сторону увеличения катастрофичности — вплоть до самоликвидации стоящего на своём невнимательного индивида.

— В этом случае объективно необходима и жизненно важна перезадача оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в системе образных представлений индивида относительно данного явления.

Ясно что индивид, перезадавая в своей системе образных представлений оценки «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в отношении конкретных явлений с которыми он сталкивается в жизни, согласуя при этом эти оценки с объективными критериями через Язык Жизни — меняет свою нравственность. Поскольку критерии оценок индивид старается согласовать с объективными критериями на основе «вопросов» и «ответов» в обоюдосторонней связи с Богом через Язык Жизни, то нравственность такого индивида должна смещаться в сторону ближе к объективной нравственности, заданной Божиим Промыслом. Поскольку система образных представлений индивида есть не что иное как его мировоззрение (субъективно-образные представления о жизни), то, меняя свою нравственность, индивид автоматически смещает своё мировоззрение от прошлого субъективизма к объективно правильному ощущению Мироздания. Осмысление информации, полученной в обоюдосторонней связи с Богом в соответствии с перезаданными оценками тех или иных явлений даёт возможность менять миропонимание в соответствии с Божиим Промыслом. В этом — основная функция и назначение религии: менять свою нравственность и мировоззрение в сторону Божиего Промысла, понимать Божий Промысел и принимать действенные меры для проведения Божиего Промысла в земную жизнь в соответствие с пунятым.

Таким образом, религия позволяет людям обрести объективную достаточность, которая в совокупности методологией управления и самоуправления, сведённой выше в этой главе в последовательность этапов согласно Полной функции управления, обеспечивает высокую вероятность безошибочного принятия решений, высокое качество и устойчивость управления по предсказуемости. Это так, поскольку выбор целей и средств управления (в том числе и субъективный выбор смысла жизни — личностное видение смысла жизни; либо вообще отсутствие интереса к этому вопросу) непосредственно зависит от того, насколько объективно правильно сформирован стереотип распознавания жизненных явлений. А стереотип распознавания жизненных явлений формируется на базе нравственных оценок, соответствующего мировоззрения индивида. То есть, как индивид видит, ощущает мир, так он и судит о том или ином явлении.

В то же время в каждой исторически сложившейся религиозной системе — свой стандартный набор взаимных соответствий между описаниями очень широкого спектра жизненных явлений и оценками «хорошо», «плохо», «неопределённо»… Самые распространённые из них те, которые:

· Пришли когда-то с «пророками», основоположниками религий, людьми, признанными «святыми», «учителями», «отшельниками» и прочими.

· Являются последствием конкретных ситуаций, соответствующих жизненным описаниям неких канонических стандартов поведения с их оценками — канонические стереотипы поведения.

· Рекомендуются теми или иными религиозными правилами буквально «как поступать в такой-то жизненной ситуации, а как не поступать», либо «это хорошо, а это плохо».

Причём большинство исторически сложившихся религиозных систем расходятся в своих нравственно-мировоззренческих оценках одних и тех же стандартных жизненных ситуаций, одних и тех же исторических фактов.

То есть, каждая исторически сложившаяся религиозная система предлагает (и даже навязывает) людям своё мировоззрение и конечно же свой стандартный набор нравственных критериев. И это делается от имени Бога либо исходя из авторитета одного из религиозных основоположников. Задача сравнительного богословия не только сравнить эти мировоззренческие стандарты, но выбрать из них самое лучшее (что действительно могло идти от Бога), отсеяв наваждения людей, вошедшие в религии в разные эпохи вследствие разнообразных обстоятельств.

В настоящее время общепринята следующая классификация функций религии:

· Мировоззренческая, смыслообразующая, которая признаётся основной. Религия, её система нравственных ценностей и то мировоззрение, которое формируется у людей, контактирующих в жизни с исторически сложившейся религиозной системой, придаёт некоторую определённость (в большей или меньшей мере) смыслу и цели жизни людей.

Если обобщить традиционное общерелигиозное (во всяком случае для большинства крупных исторически сложившихся религиозных систем) понимание смысла жизни, то оно сводится к следующему. Идеальная модель человечества, которая часто называется «золотым веком» — цель развития и цель жизни. К «золотому веку» человечество идёт двумя способами: через знания (наука и философия) и через веру (религии). Путь знания ориентирует людей на познание естественных законов мироздания, на основе чего люди преобразуют Землю. Путь веры направляет людей на установление духовной связи с Богом (в некоторых религиях — Абсолют) для внутреннего духовного совершенствования. Причём «золотой век» видится как общество людей, в котором нет бедности и неграмотности, болезней и несчастья, пропасти между богатыми и бедными, войн и насилия…

В принципе такое понимание смысла жизни не противоречит высказанному в этой главе выше. Только следует добавить, что прежде чем вставать на «путь знания» (заниматься науками, а тем более научной практикой) правильно проверить это знание через веру. Но для предотвращения ошибок вера должна действительно способствовать установлению связи людей с Богом, а не направлять людей связываться сомнительными книжно-каноническими «истинами».

Общий для всех людей смысл жизни — построение на Земле Царства Божиего согласно Его Промыслу — складывается их множества конкретных смыслов жизни каждого из людей, их судеб, конкретных в каждую историческую эпоху.

· Компенсаторская[38] функция. Религиозные нравственно-мировоззренческие постулаты той или иной религиозной системы являются средством, которое принимается людьми для разрешения их внутренних нравственных неопределённостей, возникающих в результате невозможности самостоятельно сформировать эти стереотипы в отношении многих жизненных явлений. После принятия на веру религиозных нравственно-мировоззренческих постулатов, психика неопределившегося до этого индивида как бы успокаивается, а сам индивид принимает для себя религиозные ценности на веру. Таким образом религиозная система с её нравственно-мировоззренческими критериями частично (в той или иной мере) психологически компенсирует зависимость людей от в основном неприятных общественных условий и обстоятельств жизни.

Ясно, что такая «компенсация» объективно хороша лишь в том случае, когда определиться в жизненных ситуациях помогает сам Бог, в результате чего люди обретают объективную достаточность в самоопределении: в какой ситуации индивид оказался, почему и как из неё правильно выбраться.

В противном случае религиозная «компенсация» может сослужить очень плохую службу. Неприятные общественные условия, обстоятельства жизни, психологическая дискомфортность, стрессы сопровождают людей тогда, когда в Языке Жизни индивиду демонстрируется, что он НЕ прав в своих оценках того или иного явления, которые им были как-то распознаны ранее, демонстрируются его жизненные ошибки. Такие демонстративные подтверждения выражаются в смещении статистики катастрофичности жизни в сторону увеличения катастрофичности — вплоть до самоликвидации стоящего на своём упрямого индивида.

Однако, вместо того, чтобы задуматься, что в жизни что-то не так, понять что и заняться перезадачей оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в системе своих образных представлений, индивид прибегает к предложенной «компенсации» психологических стрессов с помощью искусственного самоуспокоения субъективными нравственно-психологическими критериями той религиозной системы, которая ему для этого лучше подходит. Такое самоуспокоение может окончиться даже самоубийством.

Исторически «компенсаторские» функции переходили от одной религиозной системы к другой. Ни одна исторически сложившаяся религиозная система не удерживала людей своими нравственно-мировоззренческими «компенсаторскими» возможностями вечно. Одни системы меняли другие в ходе глобального исторического процесса. К тому же ни одна исторически сложившаяся религиозная система не смогла за несколько тысяч лет завоевать весь мир своими «компенсаторскими» возможностями по психологическому успокоению людей. Это о многом говорит: либо все эти системы объективно ущербны в своих нравственно-мировоззренческих критериях; либо человек устроен не совершенным. Сейчас многие учёные настаивают на втором. Но в действительности это не так.

Сама необходимость «компенсации» чего-либо у совершенства возникает лишь тогда, когда это что-либо было отобрано, утрачено, либо не приобретено ранее. В противном случае нечего было бы и компенсировать (возмещать утраченное). Совершенство человека достигается лишь при условии его вхождения в настоящую религию — обоюдостороннюю связь с Богом. В такой религии само понятие «компенсация» — излишне, поскольку Свыше даётся всё что нужно, всегда и во время. Поэтому у совершенного человека изъянов психологического настроя (отклонений строя психики от человеческой нормы), выражающихся в виде стрессов и прочих психологических дискомфортов, которым необходима искусственная «компенсация» не имеется. Для получения всего необходимого для жизненной безопасности Свыше нужен определённый нравственно-мировоззренческий настрой психики. В случае если такой настрой психики индивид в жизни не получил по разным причинам, ему необходимо суметь отыскать объективные нравственно-мировоззренческие критерии, сравнить со своими жизненными нравственно-мировоззренческими критериями и усилием воли начать заняться перезадачей оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения»… в системе своих образных представлений в соответствии с целью приведения своих жизненных нравственно-мировоззренческих критериев к объективно заданным человеку Свыше. То есть, индивиду надо найти волю изменить свою нравственность и мировоззрение. Такие изменения представляют большой труд: ведь чем больше нравственность и мировоззрение сложившегося индивида расходятся с объективными (которые ещё надо найти, поверить в их существование и попробовать по ним жить), тем труднее менять нравственно-мировоззренческие критерии, которые соответствуют строю психики индивида. Но и этого мало: в процессе смены нравственно-мировоззренческих критериев индивид должен начинать жить согласно тому, что он для себя духовно приобретает. Только начав жить согласно изменённым нравственно-мировоззренческим критериям (в смысле приближения к объективно заданным), индивид получит Свыше необходимую «компенсацию» всех своих жизненных изъянов, которые отразились на строе его психики и создавали психологический дискомфорт вплоть до глубоких стрессов.

Но где найти эти объективные жизненные нравственно-психологические критерии? Каждая существующая исторически сложившаяся религиозная система предлагает свои. И в каждой существующей исторически сложившейся религиозной системе эти критерии не объективны: иначе объективно совершенная система духовно распространилась бы на весь мир. На поставленный вопрос должно отвечать сравнительное богословие.

Если говорить о существующих исторически сложившихся нравственно-мировоззренческих религиозных и идеологических системах, то правильно рассуждать даже не о функции компенсации с их помощью чего-либо объективно необходимого человеку (что отобрано, утрачено, либо не приобретено ранее): в данном случае правильнее говорить о функции регуляции социальных отношений с помощью существующих религиозных систем.

· Регулятивная функция состоит в том, что с помощью определённых идей, несущих нравственно-мировоззренческие ценности, и веры в них, с помощью стереотипов поведения и традиций, присущих той или иной исторически сложившейся религиозной системе строятся отношения людей в исторически определённом типе общества.

Ф.М.Достоевский в «Братьях Карамазовых» сказал ставшую крылатой фразу: «Если Бога нет, то всё позволено». Действительно, если всё позволено, то управление людьми с вершины из той или иной внутрисоциальной иерархии очень затруднено: по сути это анархия и хаос. А вот выполнение религией регулятивной функции успешно лишь в той мере, в какой эта религия сумела распространить в обществе общезначимые мораль и право и контролирует их соблюдение, с чем связаны законы, исходящие из нравственно-мировоззренческих постулатов данной системы. Именем Бога удобнее всего утверждать угодные иерархии законы. История знает и сугубо атеистические государственные идеологии (как, например, «социализм»), которые тоже навязывали людям общезначимые мораль и право, но ссылки на авторитет основоположников марксизма-ленинизма всё же слабее, чем ссылки на авторитет Бога.

Как показывает история, именем Бога совершались многие преступления. Самые известные из них это — крестовые походы и средневековая инквизиция. Однако, время «жизни» той или иной религиозно-мировоззренческой системы и соответственно время действия регулятивной функции напрямую зависит от того, насколько нравственно-мировоззренческие устои большинства людей соответствуют реальным (то есть, тем, которые проводятся в обществе, а не декларативным, которые записаны в догматах религии или идеологии) нравственно-мировоззренческим установкам той или иной религиозно-идеологической системы.

Из истории известны многие моменты, когда целые народы отказывались от нравственно-мировоззренческих постулатов той или иной религиозно-идеологической системы. Причём зачастую такие системы рушились и вместе с ними рушился государственный строй, духовная надстройка государства. На смену одних религиозно-мировоззренческих систем приходили другие и всё повторялось.

Регулятивная функция религии (идеологии) употребляется в основном теми, кто управляет государством (либо цивилизацией) для поддержки веры людей в «боговдохновенность» властей и для идеологического обоснования действий властей. То есть, религия (идеология) выступает здесь как основное средство управления людьми. Такое общество, чтобы на ввергнуться в хаос нуждается в централизованном управлении. В нравственно-религиозном плане такое общество внешне очень похоже на самоуправляющееся общество людей. Но устойчивость управления таким обществом падает по мере того, как нравственно-мировоззренческие устои большинства людей перестают соответствовать реальным (то есть, тем, которые проводятся в обществе, а не декларативным, которые записаны в догматах религии или идеологии) нравственно-мировоззренческим установкам той или иной религиозно-идеологической системы.

Абсолютная устойчивость и безопасность самоуправления общества может быть достигнута лишь когда большинство людей станут внеконфессионально верующими Богу. Лишь в этом случае можно говорить о самоуправлении общества на основе веры Богу. Но лишь в этом случае регулятивная функция религии — как функция определённой духовной надстройки из людей в обществе, которая следит за соблюдением определённых религией морали и права — будет не нужна, поскольку лишь в таком обществе нет оснований бояться, что оно ввергнется в хаос, если упразднить регулятивную функцию субъективно выстроенной религиозно-идеологической системы. В таком обществе следует говорить уже не о регуляции, а о саморегуляции. В противном случае всякая регуляция взаимоотношений между властями и теми, кем власти пытаются управлять с помощью религии сводится к легитимации[39] действий властей с помощью имени Бога.

· Легитимирующая функция состоит в обосновании придания и даже освящения законного характера определённому типу общественного порядка в государстве либо цивилизации. Легитимация сопровождается тем, что общество обращают к авторитету религии, после чего через веру именем Бога власти делают свои требования к обществу первозначными и как бы законными.

Самый простой и исторически хорошо известный пример религиозной легитимации, когда «милостью Божьей» назначался следующий император, царь, король в государстве. Но только кажется, что это осталось в прошлом. В действительности же и в современном мире легитимирующая функция исторически сложившейся субъективно выстроенной религии действует. Она проявляется в том, что в большинстве современных государств или цивилизаций существует взаимная поддержка друг друга — государства и той или иной исторически сложившейся субъективно выстроенной религиозной системы с её духовной иерархией. Без такой взаимной поддержки ослабевает как государственный режим (нет оснований для его религиозной легитимации), так и духовная надстройка, которая представлена служителями культа (последние теряют поддержку «власть имеющих»). И этот союз выгоден обоим сторонам. Как правило это союз создаётся для взаимной эксплуатации невежественной в вопросах религии и богословия толпы.

· Культуротранслирующая функция — одна из малозаметных для большинства людей но важная функция религии. Дело в том, что даже те, кто считает себя не верующими (либо «верующими от случая к случаю») — а таких в современном мире большинство — незаметно для них самих попадают под духовное влияние той религиозной системы, которая доминирует в их обществе. Это — уже не говоря о том, что такие не верующие люди вынуждены жить под управлением «элит» и по законам государств, которые прошли религиозно-идейную легитимацию (и даже — инициацию, в отдельных случаях). То есть, трансляция (передача) религиозной культуры происходит как для верующих, так не верующим — в обход сознания тех, кто считает себя не верующим. Поэтому остаться в стороне от религиозных вопросов не удаётся никому.

Основными каналами трансляции (передачи) религиозной культуры являются развитие и сохранение из поколения в поколения таких отраслей культуры как архитектура, музыка, живопись, все виды искусств, ремёсла, система образования и воспитания, большая часть наук и естественно современные — СМИ, кино.

Главные последствия для людей от трансляции религиозной культуры в том, что люди, считающие себя убеждёнными не верующими и даже те, кто сознательно не приемлет для себя основные религиозные нравственно-мировоззренческие постулаты, всё равно подвержены их влиянию через основные каналы трансляции, перечисленные выше. И через эти каналы трансляции (как бы производные от первичной религиозной культуры) нравственно-мировоззренческие постулаты доминирующей в обществе религиозной системы становятся достоянием психики большинства людей — в обход их сознания. Людям может не нравится сама религия, но им нравится искусство, архитектура, музыка, живопись, люди учатся в школах и ВУЗах, занимаются ремёслами, смотрят телевизор… и всё это является в той или иной мере производными от религиозной культуры средствами её трансляции в общество.

1.4. Тематические разделы богословия.

Как такового разделения на принятые в современности тематические разделы, в рамках каждого из которых изучается своя грань религии, в сравнительном богословии не предусмотрено. В то же время каждая религиозная система, которая является сферой рассмотрения сравнительного богословия имеет свою историю, свой ореол географического охвата, свою феноменологическую легенду, свой особый психологический опыт становления, свою социологическую доктрину (либо её фрагментарное изложение).

Поэтому при дальнейшем рассмотрении целого спектра основных исторически сложившихся религиозных систем было бы не правильным обойти вниманием вышеназванные разделы, не остановившись на этих темах в общем контексте рассмотрения той или иной религии. Краткие характеристики основных тематических разделов, которые принято рассматривать в современном религиоведении следующие:

· История религии — раздел, в рамках которого рассматривается хронология зарождения и развития той или иной религиозной системы, основные этапы её эволюции, знаковые культовые явления, основатели религии, их последователи и современники.

Подход к исследованиям в сфере истории религии был и остаётся разнообразным: от сравнительно-исторического (когда сравниваются несколько крупных религиозных систем, существовавших в близкие по хронологии периоды и делается «беспристрастный» вывод об их происхождении) до универсализма (в котором подход к каждой из религий был выборочно-позитивным: когда выбирается всё лучшее и предлагается создать универсальный «коктейль» из этих лучших качеств).

Для сравнительного богословия здесь представляет интерес в основном хронология и эволюция религиозной системы, её основатели.

· Философия[40] религии — раздел в рамках которого рассматривают религию в основном с рациональной точки зрения, то есть сущность и природу религии, основные идеи, догматы, каноны и принципы, на которых религия основана. Следует отличать философию религии от религиозной философии. Религиозная философия в как правило представляет собой философскую апологетику сторонников религиозной системы, рассматривающих религию с позиции её внутренней сущности. В то время как общепринятая философия религии старается придерживаться «беспристрастного» подхода ко всем религиозным системам и является больше научным взглядом, нежели религиозным взглядом верующего исследователя.

Существует как бы узкая разновидность философии религии, которая называется феноменология религии. Сторонники этого направления в отличии от философии религии подходят к религии не только «беспристрастно», но стараются проникнуть в суть религии методом сопереживания верующим. Для этого исследователи зачастую сами становятся на время верующими, чтобы почувствовать то, что чувствуют первые. После чего их чувства записываются в некий свод философских взглядов.

Для сравнительного богословия в этом разделе представляет интерес мера «беспристрастности» в исследованиях религиозной мудрости. Поскольку само сравнительное богословие не строит свой спектр философских взглядов на религиозные системы ни с общепринятой позиции философии религии, ни с позиции апологетики той или иной религиозной системы. Сравнительное богословие опирается на богоцентричное мировоззрение внеконфессионально верующего Богу человека. Поэтому мудрость всякой религиозной системы, рассматриваемой в сравнительном богословии, сравнивается не с системой научных рациональных взглядов (философия религии) и не с системой взглядов, существующих внутри одной из религиозных систем (религиозная философия). В сравнительном богословии всякую мудрость той или иной религиозной системы стараются проверить на праведность, соотнося эту мудрость с диалектикой жизни через Язык Жизни и обоюдостороннюю связь с Богом.

· Социология[41] религии — раздел, в котором рассматриваются вопросы касающиеся закономерности возникновения, место, роль и функции религии в обществе, её влияние на не религиозные составляющие общества и обратное действие общества на религиозную систему.

Поскольку каждая религиозная система несёт в общество предложения о его устройстве, и в каждой из религиозных систем существует убеждение в исключительной правоте своих нравственно-мировоззренческих постулатов и рекомендаций, социология религии рассматривает сравнительные характеристики социальных предложений обществу, которые несут на себе религиозные системы.

Также как и в философии религии, в данном разделе для сравнительного богословия важна мера «беспристрастности» такого рода исследований. Поэтому сравнительное богословие и здесь подходит к оценке полезности социологических предложений разных религиозных систем с позиции видения их праведности.

· География религий — раздел, в котором рассматривается история распространения религиозной системы по территории её идейного охвата а также взаимодействие религиозной системы с местными условиями обитания (влияние местных условий на религию, её становление и наоборот).

Можно сказать, что это такой же важный для сравнительного богословия раздел, как и история религий, поскольку хронология становления религий и география их распространения — два важнейших для исследований «параметра», которые меньше всего зависят от мировоззрения философов, социологов и психологов. Хотя и в истории много данных основаны на мифах и в географии есть неточности, связанные с утерянными, неизвестными фактами и локальностью археологических раскопок. Но всё же выводы философов, социологов и психологов менее объективны, чем исторические и географические данные о происхождении, эволюции и ареале распространения той или иной религиозной системы.

Известны два противоположных направления географии религий: географический детерминизм (теория, в которой все факторы религиозной истории человечества объясняются географическими условиями жизни на той территории, где зародились религии); географический нигилизм (отрицание определяющего фактора географических условий для происхождения религии).

В сравнительном богословии обязательно учитывается фактор географического зарождения той или иной религиозной системы как мера объективности её появления, особенно в случаях зарождения ранних (первобытных) религиозных систем и в случае зарождения религиозной системы после пребывания «пророка» (религии откровения). Также учитывается и субъективизм появления той или иной религиозной системы — как личностный (либо корпоративный) фактор воздействия на пребывающих в географическом ареале людей авторитетной исторической личности.

· Психология религии — раздел, в котором изучаются проблемы истоков религиозных чувств, религиозная духовность; соотношение индивидуальной и коллективной психологии в связи с рассмотрением содержания религий; соотношение и взаимодействие сознательных и бессознательных составляющих психики людей в связи с рассмотрением вопросов религиозности; явления религиозных культов: религиозный фанатизм, одержимость, чудеса, массовые явления и чувства…

Для сравнительного богословия имеющийся опыт психологии религий не имеет серьёзного решающего значения, но учитывается как историческая данность, как записи динамики психических изменений людей тех или иных религиозных систем. Исследования сравнительного богословия в области психологии религии основываются на психологии человека, которая будет кратко последовательно изложена в следующих главах учебного пособия. Сравнительный анализ проводится также на основе рассмотрения взаимодействия сознательных и бессознательных уровней психики людей. Однако, в сравнительном богословии не ограничиваются рассмотрением индивидуального сознания и индивидуального бессознательного: здесь рассматривается коллективное сознание, как осознанная культура (осознаваемая информация) общества и коллективное бессознательное (как духовная культура общества) в их тесном и непрерывном взаимодействии. Также сравнительное богословие рассматривает управление как коллективным сознанием, так и коллективным бессознательным с помощью всего спектра существующих религиозных и идеологических систем (всего колоссального опыта), отдавая при этом решающее предпочтение самоуправлению людей на основе всеобщего доверия Богу вне существующих религиозно-конфессиональных и идеологических общностей.

1.5.Классификация религиозных систем.

К настоящему времени известны сотни и тысячи разнообразных религиозных форм, прошедших через нашу цивилизацию и продолжающих существовать ныне. Их детальная классификация — дело трудное и не особо нужное, поскольку достаточно изучить и понять основные типы религиозных систем прошлого, остановившись более подробно на действующих ныне религиозных системах. Поэтому ясно, что в настоящей главе понятие «религия» привязано к одной из религиозных систем, традиционно существовавших, и/или существующих поныне. В первую очередь принято разделение на современные религии и отмершие.

· Современные религии это те, которые, зародившись в разные исторические эпохи, существуют поныне. Сюда относятся не только широко известные крупные религиозные системы, но и появившиеся за последние десятилетия новые религиозные движения.

· Отмершие религии это те, которые когда-то существовали, но со временем исчезли. Многие из них оставили после себя память в виде остатков храмов, гробниц, фрагментов религиозной литературы, легенд, мифов…

Следующий тип классификации религий традиционно исповедует так называемый «принцип происхождения». Согласно этому принципу религии делятся на две группы: естественные и религии откровения.

· Естественные религии это те, которые возникли без вмешательства пророков, либо обожествлённых личностей путём естественного развития людей в соответствующей их проживанию географической нише в определённое время. Во всяком случае в истории возникновения таких религий не зафиксировано вмешательство Бога через «пророков», либо обожествлённых личностей, оставивших за собой какие-либо письменные источники. К таким религиям относятся первобытные и родоплеменные религии и значительная часть «национальных» религий.

· Религии откровения всегда связаны с личностью основателя и фактом «сверхъестественного откровения, либо озарения». История знает много основателей религий. Особо известны такие религии откровения (озарения) как зороастризм, буддизм, христианство, ислам. Говоря об основателях религии имеют в виду, что один человек (именем которого часто называют религию), сыграл решающую роль в консолидации людей на предложенную им веру. В становлении практически всех религий откровения (озарения) можно выделить схожие этапы:

— Появление вдохновленного с высших духовных иерархий Мирозданья основоположника.

— Его устные проповеди в разных местах скопления людей.

— Формирование вокруг «учителя» (как обычно называют основоположника) группы учеников, поверивших его проповедям и рассказам.

— Совместная жизнь группы учеников и учителя, связанных простыми взаимоотношениями и религиозными практиками.

— Уход учителя в мир иной и реорганизация группы учеников, поскольку никто из них не смог подняться до уровня учителя, и тем более превзойти его.

— После реорганизации и ухода учителя в мир иной группа учеников становится первой религиозной общиной.

— Установление религиозного культа, основанного на том, что запомнили члены общины, бывшие ученики — период формирования вероучительной доктрины.

— Понимание необходимости установления организационной дисциплины для дальнейшего распространения религии во избежании расколов и разногласий — формирование церкви.

— Развитие, письменное оформление и канонизация вероучительной доктрины; формулировка основных положений веры и культа.

— Создание эффективных средств защита канонов, веры и культа для дальнейшего распространения вероучения.

Следующий тип классификации религиозных систем — согласно их духовной централизации. Религии могут быть:

· Политеистическими — от поли (много) и греческого theos — Бог, многобожие. В таких религиях принято поклонение и почитание большого пантеона[42]«богов», либо богообразных существ, наделённых сверхъестественными силами.

· Монотеистическими — от моно (единица) и греческого theos — Бог, единобожие. В таких религиях вера основана на представлениях о едином Боге. К монотеистическим религиям относят иудаизм, христианство и ислам.

Наименее значимая классификация, которая применяется к религиозным системам следующая:

· По географии распространения.

· По правовому статусу (поддерживаются или не поддерживаются государством и его законодательством).

· По государственному статусу (религия государственного статуса; религия, статус которой не закреплён как государственная; религия национальных меньшинств…).

· По количественному составу верующих и сочувствующих.

Важна также классификация религиозных систем по степени охвата. Здесь можно выделить следующие типы религий:

· Родоплеменные религии — в основном это ранние, первобытные формы, которые ещё существуют и в наши дни. Данный тип религии тесно связан с жизнью определённого рода или племени, выражает основные стереотипы их жизни. Функционирует в пределах одного рода или племени.

· Этнические и национально-государственные — религии, которые распространены в границах определённого государства и/или у определённых народов (индуизм, зороастризм…).

· Мировые религии — религии, которые широко распространены во многих регионах мировой цивилизации, не локализованы границами государства и/или народа (буддизм, христианство, ислам).

· Новые религиозные движения — религиозные течения, которые считаются не традиционными.

Часть II. Духовная культура: основы живучести религиозных и идеологических систем.

Вторая часть учебного пособия посвящена рассмотрению теоретических основ взаимодействия людей с религиозными системами и наоборот — воздействию религиозных систем на людей. Содержание второй части особо важно для понимания основных механизмов образования, функционирования и особой внутренней духовной притягательности религий для людей, поверивших в те или иные религиозные идеи и поддерживающих их на протяжении своей жизни.

Поэтому прежде чем приступать к подробному рассмотрению конкретных религиозных систем, следует понять внутреннюю подоплёку их функционирования в социальной среде. Ведь религии существуют как правило на протяжении времени, которое значительно превышает время жизни одного поколения, значит такому «долголетию» должны соответствовать важные механизмы, поддерживающие религиозные системы не только через внешне видимые стандартные культы и веру, но и невидимо, внутренне-духовно.

2.1. Религиозное мировоззрение.

Как уже известно, любая религиозная система, это прежде всего мировоззренческая система. То есть, духовная религиозность людей, представленная тем или иным культом, ритуалами, церковью, канонами и прочими атрибутами — прежде всего формирует у людей мировоззрение, определённое этой духовной религиозностью. И хоть мировоззрение вещь сугубо индивидуальная (то есть — уникальное и присущее индивиду), но всё же у множества людей (индивидов), принадлежащих одной и той же религиозной вере, можно достаточно легко выявить определённое единство мировоззрения, которое:

· во-первых, сформировалось вследствие их постоянного взаимодействия со всей атрибутикой религиозной системы (как духовной, так и вещественной), и.

· во-вторых, своими индивидуальными мировоззрениями люди одной веры поддерживают совокупное мировоззрение всей религиозной системы.

Конечно о совокупном мировоззрении можно говорить лишь условно. Но всё же, исследуя ту или иную религиозно-идеологическую систему на основе информации, имеющейся в вещественной культуре общества, всегда можно выделить достаточно большой спектр нравственно-мировоззренческих постулатов, принятых всеми верующими этой системы. Поскольку вещественная культура фиксирует в основном то, что когда-то было людьми понято, освоено и записано, то таким образом можно достаточно точно узнать о миропонимании, доступном широкому слою верующих той или иной религиозной системы. В принципе этим и занимаются ряд наук, исследующих религии, в том числе и религиоведение.

Вещественная культура это — вся созданная человечеством информация, которая передаётся внегенетическим способом посредством фиксации этой информации на вещественных носителях, либо через устные предания (из уст в уста) и через индивидуальную систему обособленных понятий и знаков от одного её носителя другому.

Именно благодаря вещественной культуре учёные и исследователи истории во все времена могли достаточно точно знать многое о той или иной религиозной системе на основе дошедших до них сохранившихся памятников культуры (письменность, рисунки, другие изображения ушедших эпох), археологических находок, изустных преданий и прочих источников, позволяющих определить миропонимание людей той или иной религиозной системы. Трудности с такими источниками для определения миропонимания в основном возникают когда речь идёт о естественных религиях. Несколько проще дело обстоит с религиями откровения, поскольку при их образовании как правило фиксируется свод канонов, из которого можно узнать о миропонимании, которое несёт религия откровения.

Напомним, что миропонимание — это — совокупность понятий, свойственных индивидуальной психике. Поскольку всякое понятие — двухкомпонентное явление (определённый образ + определённое слово, словосочетание), то понятия в этой совокупности могут быть взаимно связаны как на уровне языковых средств, так и на уровне образной составляющей. Понятие — это определённость взаимного соответствия в индивидуальной психике слова, словосочетания, фразы, символа, группы или последовательности символов того или иного языка, употребляемого обществом — с одной стороны, и с другой стороны — субъективного образа, видйния (а также и других понятий: т. е. понятие может основываться на иных понятиях, свою очередь обладающих определённой образно-лексической структурой). Различие между миропониманием и мировоззрением в том, что миропонимание невозможно без языковых средств, а мировоззрение может существовать и без языковых средств.

Каждая религиозная система функционирует на основе спектра понятий, которые можно разделить следующим образом:

· Общепринятые в мировой культуре понятия.

· Общепринятые понятия, обособленные национальной культурой (либо иной субкультуре), в которой существует религиозная система.

· Обособленные религиозной системой понятия — те, которые присущи лишь ограниченному кругу людей, исповедующих религиозную веру: клирикам и мирянам.

Кроме того вокруг любой религиозной системы, как некоего «ядра культуры» обязательно формируется своя субъективная система понятий, которые представляют собой связку: «старые слова, словосочетания, фразы, символы, группы или последовательности символов того или иного языка, употребляемого обществом — с одной стороны» и с другой стороны — «нововведённый религиозной культурой субъективный образ, видйние, отличное от общепринятого в обществе».

Например, слово «собор» в дохристианской Руси означало всеобщий сбор. Впоследствии православная церковь трансформировала понятийные границы, возникающие в психике людей при восприятии термина «собор» до следующего понимания: собор это один из основных признаков христианской церкви, фиксирующий её самопонимание как всеобщей, универсальной как специфическое достояние православной традиции. После чего такая культурно-православная трансформация продолжилась до ещё большего сужения понятия «собор» как здание-храм церковного типа.

На этом примере хорошо видно, что религиозная культура с её системой понятий способна смещать понятийные границы у людей соответственно тому смыслу, которому учат в рамках этой культуры. Причём это касается не только верующих, которые употребляют религиозные термины и понятия как бы между собой.

Практически любая религиозная культура, вера стремится как можно шире проникнуть в общество. Основой успеха для такого проникновения является стремление и способность смещать понятийные границы уже существующих понятий в соответствии со своей верой. Это — основное и самое эффективное средство для охвата психики людей новыми понятийными границами. Когда необходимый для охвата спектр нововведённых верой понятий становится достоянием определённого количества людей, можно говорить, что мировоззрение этих людей стало в общем соответствовать религиозному мировоззрению данной религиозной системы. То есть, с помощью смещения понятийных границ большого спектра понятий религиозная культура достигает смещения мировоззрения людей в сторону смещения понятийных границ, поскольку понятие это не только слово (словосочетание, фраза, символ, группа или последовательность символов того или иного языка, употребляемого обществом), но и определённый образ, соответствующий этому слову, который возникает в психике людей. Мировоззрение же — это система индивидуальных образов, свойственных психике. Ясно, что при успешном смещении понятийных границ и проникновении большого спектра религиозных понятий в общество, психики большинства людей этого общества автоматически структурируются (упорядочиваются согласно религиозным духовным постулатам) под религиозное мировоззрение — даже если в таком обществе верующих меньшинство.

Поэтому каждая религиозная система со свойственной ей культурой навязчиво предлагает людям своё мировоззрение — предельное обобщение субъективно-образных представлений о жизни; субъективную модель объективной реальности на основе образов, свойственных психике людей; систему взглядов на мир и место в нем человека, на отношение человека к окружающей его действительности и к самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их идеалы, убеждения, принципы познания их деятельности, ценностные ориентации.

После этого остаются два вопроса, на который должно отвечать сравнительное богословие:

1. Какое из мировоззрений, которые несут людям основные религиозные (и идеологические) системы ближе к предложенному человеку Свыше?

2. Каким образом, на основе каких понятий, можно менять своё мировоззрение и мировоззрение людей с целью постоянного движения к предложенному Свыше идеалу?

Ведь мировоззрение группируется вокруг того или иного решения основного вопроса философии. В качестве субъекта мировоззрения реально выступают социальная группа и личность. Основной вопрос практически полезной мудрости (философии) — это вопрос о предсказуемости последствий человеческой деятельности (не только практической деятельности, но и мыследеятельности в смысле моделирования тех или иных процессов в индивидуальной психике) с детальностью, достаточной для ведения деятельности людьми (включая и управление обстоятельствами) как в одиночку, так и коллективно в реально складывающихся жизненных обстоятельствах.

То есть, основной функцией религии (религиозной системы) должна быть помощь людям изменить своё мировоззрение таким образом, чтобы их жизнедеятельность была не только предсказуема и безопасна, но и была направлена на воплощение на Земле Божией Воли. Для этого необходимо определить объективные нравственные критерии, которые Бог предписал Себе и людям. Во всяком случае надо стремиться приблизиться к их пониманию — сформировать соответствующую систему понятий — как основу для «богоцентричного» мировоззрения. Поскольку в каждой из существующих религиозных систем своя субъективная система понятий — как правило по многим основополагающим философско-богословским вопросам отличающихся друг от друга — то даже это одно обязывает найти истину: что же объективно хорошо, а что объективно плохо.

Это так, поскольку мировоззрение всегда базируется на определённом наборе нравственных ценностей. В своём большинстве эти нравственные ценности (нравственные критерии) присущи личностному мировоззрению, но не осознаются личностью. То есть, нравственные критерии (нравственные мерила) есть всегда, но выявить их с достаточной степенью точности у себя могут не многие. Напомним что нравственность — иерархически упорядоченная совокупность нравственных мерил. В информационном отношении нравственность индивида (индивидуальная нравственность) представляет собой совокупность образных представлений и описаний (на внутренних языках личности) каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий с оценками каждого из них «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами», которые кроме того ещё и иерархически упорядочены по их предпочтительности.

Поэтому важнейшим способом изменения религиозного мировоззрения (вообще мировоззрения людей) является не только понятийная трансформация старых понятий в новые, но и формирование новых понятий с помощью введения недостающего понятийного и терминологического аппарата, а также перезадача оценок «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами» (а при необходимости и изменение их иерархической упорядоченности) в отношении уже известной совокупности образных представлений и описаний (на внутренних языках личности) каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий. При формировании же новых понятий (либо при понятийной трансформации старых) необходимо введение чёткого соответствия их вводимому набору нравственных ценностей.

Таким образом «долголетие» той или иной религиозной (или идеологической) системы напрямую зависит от следующих факторов:

· Насколько широко эта система внедрилась в общество (степень охвата общества); этим же определяется и мощь воздействия системы.

· Насколько устойчив и широко представлен спектр понятий, которые стали для людей общества «своими».

· Насколько нравственно-мировоззренческие постулаты системы, представленные её спектром понятий, соответствуют некой «средней» нравственности общества; последняя же может изменяться как бы самопроизвольно (то есть, независимо от доминирующей в обществе религии или идеологии) в ходе естественного развития общества — даже если понятийный спектр остаётся почти прежним. Мировоззрение может опережать миропонимание.

2.2. Две основы двух разных мировоззрений.

В предыдущей главе этой части речь шла о том, что каждая религиозная (либо идеологическая) система «живёт» пока работает в обществе людей её спектр понятий, определяющий в конечном итоге общее, «среднее» мировоззрение людей, на базе которого из поколения в поколения продолжает взращиваться соответствующая «средняя» нравственность.

Поскольку нравственность индивида, как система взаимного соответствия жизненных явлений и их внутренних личностных оценок, в конечном итоге определяет мысли и дела людей, их оценки прошлых событий и намерения на будущее, то от нравственности в первую очередь зависит безопасность жизнедеятельности как любого индивида, так и общества в целом.

Следовательно, каждая религиозная (или идеологическая) система предлагает людям свою систему «безопасности», являющуюся по существу «чёрным ящиком» до тех пор пока не выявлено соответствие нравственно-мировоззренческих постулатов этой системы — объективно заданным людям Богом предложениям как лучше жить. Главным критерием истинности в современном обществе признана практика жизни. Но если судить по практике жизни людей, исповедующих подавляющее большинство дошедших до нас религий, то эта практика печальна и её перспективы — тоже не радостны. Получается что согласно одному из главных принятых критериев истинности люди, исповедующие нравственно-мировоззренческие постулаты практически всех известных религиозных систем — живут не праведно.

Если рассматривать любую понятийную и терминологическую систему, то можно выявить естественную (для данной системы) сходимость практически всех понятий системы к ограниченному набору предельно обобщающих понятий, которые являются первичными различиями (отождествлениями) существующих категорий Мироздания. Главной отличительной особенностью этих предельно обобщающих понятий (обобщающих все остальные: то есть каждое из них можно применять к целому спектру других понятий, называя этим предельно обобщённым понятием другие — частные) является не только их универсальность (по отношению к другим). Главной отличительной особенностью является условие: по отношению к каждому из них не имеется большего обобщённого понятия, куда бы вошло это предельно обобщающее. Соответственно и в Мироздании не должно быть объективных философских категорий, которые были бы ещё «более первичными» (первичными различиями), чем те, которые названы предельно обобщающими.

2.2.1. Основа «привычного» мировоззрения.

Современное «усреднённое» мировоззрение большинства людей практически всех религиозных и идеологических систем (в том числе и тех, которые считаются атеистическими, либо людей, которые вообще не думают о религиях) основывается на древней системе предельно обобщающих понятий. В «Книге для начального чтения» В.Водовозова (СПб, 1878 г.), в конце XIX века предназначавшейся для самообразования россиян, речь идет о воззрениях на Мироздание древних египтян. Про предельно обобщающие категории такого мировоззрения написано следующее (выделено жирным — авторами):

«Самая главная каста, управлявшая всем, была каста духовных или жрецов. Они предписывали и царю, как жить и что делать… Высшим божеством египтян был АМУН. В его лице соединились четыре божества: вещество, из которого состоит всё на свете, — богиня НЕТ; дух, оживляющий вещество, или сила, которая заставляет его слагаться, изменяться, действовать, — бог НЕФ; бесконечное пространство, занимаемое веществом, — богиня ПАШТ; бесконечное время, какое нам представляется при постоянных изменениях вещества, — бог СЕБЕК. Всё, что ни есть на свете, по учению египтян, происходит из вещества через действие невидимой силы, занимает пространство и изменяется во времени, и все это таинственно соединяется в четыреедином существе АМУН».

Если отстроиться от имён древнеегипетских богов, то вещество соответствует современному «веществу»; дух — большей частью «силовым полям»; а «пространство» и «время» так и остались неизменными категориями в мировоззрении с тех времён. То, что напомнил В.Водовозов о древнем Египте, показывает, что первичными различиями и обобщающими категориями первого порядка, осознаваемыми в качестве исходных понятий об объективности Мироздания, в нынешней глобальной цивилизации на протяжении тысячелетий неизменно остаются:

1. материя (вещество);

2. дух, понимаемый и как энергия, сила (силовое поле, отнесенное к материи диалектическим материализмом), и как управляющее начало, т. е. информация;

3. пространство;

4. время.

Хотя слова, обозначающие эти первичные различия, и трактовки связанных с ними понятий при более детальном их описании неоднократно изменялись на протяжении истории Западной региональной цивилизации, но неизменным оставалось одно: информация («образ», «идея») понятийно сокрыта и неотделима в группе первичных различий (и соответствующих понятий) от «духа» = «энергии» = «силы».

В явном виде информация, образность Мира не входит в набор названных первичных различий в четырехипостасном АМУНе, олицетворяющем собою категорию «Всё». Но ведь мировоззрение людей формируется как раз на основе образности Мира — такой, какой она людям представляется и моделируется в их психике, поскольку мировоззрение — это предельное обобщение субъективно-образных представлений о жизни; субъективная модель объективной реальности (категории «Всё») на основе образов, сформированных в психике людей. Отсутствие понятия информация (образ) — как предельно обобщающего понятия, от которого формируется мировоззрение людей — закрывает людям понимание первозначности и особой важности информации (образов) в формировании мировоззрения. После чего понятие «мировоззрение» как бы само собой отодвигается на задний план по степени важности для жизни людей. После чего над процессом формирования собственного мировоззрения мало кто задумывается, считая себя (свои субъективные образы) «центром Мироздания» — «Я-центром». Но личностные субъективные образы при бездумном отношении к миру (при путанице предельно обобщающих понятий) как правило формируются у людей «сами собой» — соответственно той культуре, которая доминирует в обществе.

Даже при достаточно адекватном восприятии Объективной реальности через индивидуальные органы чувств — в результате чего фрагменты образной картины Мира в психике будут вполне соответствовать Объективной реальности — важное значение имеет упорядоченность (алгоритмическая организация; логика образования и самоорганизации) этих фрагментов в психике людей: их последовательность, иерархичность, взаимовложенность. Эта упорядоченность, представляющая собой меру (матрицу) организации информационных блоков (образов) в психике людей — также издревле сокрыта и неотделима за как бы первичной категорией, названной «дух».

Что касается материи, то и здесь путаница. «Материя» = «вещество» при дальнейшей детализации в предельном обобщении четырехипостасного АМУНа соотносилась с четырьмя стихиями (агрегатными состояниями вещества):

1. «земля» — твердое;

2. «вода» — жидкое;

3. «воздух» — газообразное;

4. «огонь» — плазма.

А невидимые для большинства людей общеприродные силовые поля, несущие упорядоченную энергию, неразделимо слились с информацией в «нематериальном духе».

В действительности же природный вакуум — объективно физически вовсе не пустота, а один из видов (агрегатных состояний) материи. В мировоззрении четырёхипостасного АМУНа он (вакуум) стал «пространством-вместилищем», а «время» стало знаком для обозначения неосязаемой непонятности.

С точки зрения индивида, начинающего осознавать себя в Объективной реальности и осмысливать своё бытие в ней, «четырёхипостасный Амун» — традиционно и естественно ожидаемый (в определённом смысле) набор предельных обобщений и первичных различий в категории «Всё».

Действительно, вся Объективная реальность, по отношению к органам чувств человека распадается на две составляющих:

· То, что ощущается непосредственно органами чувств (а это прежде всего — ощущения своего тела, составляющие бульшую часть так называемого «самочувствия» многих индивидов).

· То, что органами чувств непосредственно не ощущается, но не ощутимое непосредственно присутствие чего воспринимается рассудочно-интеллектуально на основе осмысления ограниченного возможностями органами чувств восприятия Мира; иными словами ко второй категории относится то, что соответствует рассудочной активности индивидов на тему «есть, что-то ещё за пределами восприятия наших органов чувств».

Соответственно этому, всё, что ощущается органами чувств большинства людей, попало в категорию «вещество», которое длительное время (пока наука не выявила силовые поля и не включила их в философскую категорию «материя») отождествлялось «прагматиками» со всей «материей вообще».

Но в то же время разные традиции «мистики» говорили не только о веществе как о «грубой», «плотной материи», но и о так называемых «тонких материях», недоступных «телесным (вещественным) чувствам» вообще, а «духовным (биополевым) чувствам» большинства — недоступных без специальной подготовки. Кроме того было и есть относительно небольшое количество людей, чьи органы чувств (и телесных, и духовных) безо всякой специальной подготовки и тренировки более чувствительны, чем у остальных. Эти люди ощущали различные природные поля — «тонкие материи» мистических школ — также, как остальные ощущали вещество: их звали «духовидцами», «экстрасенсами» и т. п.

Но и «духовидцы», и «не-духовидцы» жили в общем для всех них Мире и сталкивались с одним и тем же множеством явлений, по какой причине «духовидцы» могли рассказать остальным о том, чего те не воспринимают своими органами чувств и что для тех представляло скрытую, невидимую сторону жизни, на которую духовидцы проливали свет (или изображали такого рода просвещение), объясняя взаимосвязи между казалось бы не связанными (с точки зрения недуховидцев) явлениями жизни в веществе через взаимосвязи на основе «тонких материй», видение которых большинству недоступно.

Именно эта сторона жизни была обобщена в понятиях «дух», «тонкие материи», отличаемые от грубого вещества определённо по признаку недоступности для восприятия через органы чувств большинства, а не по признаку силового взаимодействия с веществом, чем характеризуется «бог НЕФ», оживляющий вещество, поскольку все виды материи способны к силовому взаимодействию между собой и оснований для такого разделения на «вещество» и «дух» не давали.

То же касается и представлений о пространстве и времени. Они не воспринимаются органами чувств ни «простых смертных», ни «духовидцев»; они отличны и от вещества, и от духа; а кроме того, пространство отлично от времени, хотя бы по признаку принципиальной возможности неоднократного возврата в пространстве в прежнее место пребывания, определяемое относительно избранной точки и нескольких (трех в восприятии макромира большинством) не совпадающих друг с другом направлений.

И все эти первичные различия в «от субъекта» естественном мировоззрении связаны: вещество, проникнутое духом («энерго-информационными», силовыми полями), занимает пустое бесконечное пространство-вместилище и изменяется в непостижимом времени…

То есть набор первичных различий традиционного мировоззрения, господствующего в культуре цивилизации, как бы естественен до очевидности. И он — один и тот же на всём протяжении истории прошлой культуры: от составляющих четрырёхипостасного Амуна древнего Египта до пространственно-временного континуума теории относительности.

Одной из особенностей этого мировоззрения является неспособность его носителей взглянуть на Мир с иной точки зрения, не совпадающей с их «Я-центром» (по сути эгоистически субъективным и зачастую самоуничтожительным мировоззренческим началом «координат»), что исключает и возможность осмысленного взгляда со стороны на самого себя. Эта особенность проявляется тем более ярко, чем более удалена предлагаемая им точка зрения от их «Я-центра». Если же до их сознания удаётся донести взгляд с иной точки зрения, то многие из них рассматривают это как попытку лишить их своего «Я», своеобразия индивидуальности и т. п. При этом следует особо подчеркнуть ту особенность такого как бы «естественного до очевидности» мировоззрения, с которой мы начали рассмотрение его происхождения:

Оно выстраивается в направлении от индивида как от центра Мироздания к пределам пространства и времени (вообразимым индивидом пределам) и выливается в различные мозаики философского «Я-центризма» (философского эгоцентризма, если в латиноязычной терминологии международной науки).

При этом термин «Я-центризм» указывает только на место корня мысленного древа, но вовсе не подразумевает ярко выраженного (а тем более осмысленного) эгоизма, как притязаний обладать всем и командовать всеми.

Вообразимость же пределов пространства и времени сама обусловлена предельными отождествлениями и первичными различиями в категории «Всё». Если набор предельных отождествлений и первичных различий не соответствует Объективной реальности как таковой, то по мере «полета воображения в пространстве и времени», будет накапливаться ошибка расхождения субъективного воображения и Объективной реальности, возрастающая тем более, чем дальше воображение «улетает в своих фантазиях» от непосредственно ощутимого «Я-центром», в результате чего появляются буквально понимаемые «хрустальный свод небес», Земля, лежащая на спинах трех гигантских китов, плавающих в безбрежном океане и т. п.

Если же систематическая ошибка мировоззрения действительно имеет место, то она будет в культуре передаваться, нарастая от поколения к поколению, выражаясь в жизни цивилизации вопреки господствующей, но недееспособной благонамеренности как огрехи, проблемы и стесняющие многих индивидов и целые народы жизненные неурядицы.

В итоге спустя несколько тысяч лет развития Запада на основе мировоззрения разноликого мозаичного «Я-центризма» и калейдоскопического идиотизма (как альтернативы мозаикам «Я-центризма») всевозможные ошибки, проистекающие из этого мировоззрения, накопившись, выразились в наши дни в глобальном биосферно-экологическом кризисе и множестве внутриобщественных кризисов и проблем.

Последний абзац нуждается в пояснении того, чем отличается калейдоскопическое мировоззрение от мозаичного.

2.2.2. Пояснение: «мозаики» и «калейдоскопы» мировоззрения.

Всякий индивид — часть Мироздания. Чтобы жить и действовать в Мироздании, и не быть им раздавленным, уничтоженным, индивид должен вести себя сообразно тому, что происходит вокруг него, в чем-то подчиняясь стечению обстоятельств, а в чем-то оказывая на течение событий воздействие. Для индивида, наделенного разумом и свободой выбора линии поведения, по существу это вопрос об информационном обеспечении поведения вне диктата автоматизмов инстинктов, условных рефлексов и традиций культуры.[43].

Чтобы действовать осмысленно и целесообразно, необходимо предвидеть последствия действий до того, как действие будет начато или войдет в фазу необратимости последствий. Поэтому основной вопрос всякой практической философии это — вопрос о предсказуемости последствий.

Умение дать определённый ответ на этот вопрос в реальных обстоятельствах жизни позволяет из множества возможных вариантов будущего выбрать наилучший вариант (исключающий даже фрагментарное осуществление каких-то неприемлемых вариантов) и привлечь для его осуществления достаточные ресурсы.

Практически, вне зависимости от методов, которые употребляются для прогнозирования, вопрос о предсказуемости сводится к тому, чтобы уже в настоящем обрести образы объективно возможного будущего в различных его вариантах как наиболее вероятных, так и вариантов с исчезающе малой вероятностью их «самопроизвольного» осуществления.

При отсутствии управления, что эквивалентно «самопроизвольному» течению событий, осуществится наиболее вероятный вариант (конечно, если оценки вероятностей рассматриваемых вариантов не содержат грубых ошибок). Если же «самопроизвольное» течение событий неприемлемо, то необходимо управление. Управление течением событий способно осуществить варианты объективно возможного будущего с меньшими вероятностями «самопроизвольного» осуществления. Соотношение здесь такое: чем ниже оценка вероятности «самопроизвольного» осуществления избранного варианта, тем выше должна быть управленческая квалификация тех, кто берется за его осуществление, поскольку, чем ниже вероятность «самопроизвольного» осуществления варианта, тем выше должно быть качество управления в процессе перехода к нему от реального настоящего.

Ядром всего этого, без чего невозможно оказать управляющее воздействие, является прогностика (прогнозирование). Прогностика может быть результатом собственного моделирования в относительно более высокочастотных диапазонах преобразования информации в своем внутреннем мире течения реальных процессов; может быть данной извне из разных источников, с которыми может взаимодействовать тот или иной строй психики индивида; а может быть синтезом результатов моделирования в своем внутреннем мире и прогностики, полученной извне.

Если оставить вне рассмотрения пророчества, ниспосылаемые Богом, то вся прочая прогностика — результат чьего-либо моделирования течения событий в ускоренном масштабе времени с учетом предположений о возможности оказания на них управляющего воздействия тех или иных субъектов-управленцев.

Вся эта прогностика требует модели, которая несла бы в себе информацию, объективно характеризующую те процессы, в согласии с которыми индивид намеревается «плыть по течению», а тем более оказать на их течение управляющее воздействие.

Если говорить об осмысленном поведении в Объективной реальности, то всякому индивиду для этого необходима своя внутренняя информационная модель общей всем Объективной реальности. И такая модель свойственна психики всякого индивида. Эта модель, в свою очередь, может быть представлена как информационный фон и совокупность полученных в процессе жизни образов — информационных фрагментов. Информационный фон в общем- то у всех общий (у каждого некоторое своеобразие ему придают особенности его органов чувств), а совокупность восприятия этих информационных фрагментов у каждого своя: как в силу различия в возрасте и принадлежности к тому или иному поколению, так и в силу того, что каждый занимает в жизни единственно свое место и идет единственно своим жизненным путем, несет свои и унаследованные от предков проблемы, которые он решает или не решает.

Индивид может по-разному относиться ко всей совокупности информационных фрагментов, каждый из элементов которой представляет смысловую единицу, которыми он мыслит сознательно и бессознательно: как в словесных формах, проговаривая нечто в себе, так и внелексически — в бессловесных образах, символах, и т. п. Бессознательное или осознанное отношение индивида к этим смысловым единицам может быть двояким:

· Для одних индивидов нормально стремление к тому, чтобы все смысловые единицы, которыми оперирует их психика были определённо взаимно связаны между собой. Эта определённость взаимосвязей может быть как однозначной (раз и навсегда), так и множественной — статистически упорядоченной, из которой всякий раз выбирается однозначная определённость взаимосвязей, обусловленная конкретными обстоятельствами реальной жизни, фантазией, намерениями.

· Для других обычно свойственно уклоняться от того, чтобы в их психике выстраивалась система определённых взаимосвязей между смысловыми единицами.[44].

Мировоззрение первого типа правильно назвать мозаичным. Второе даже затруднительно назвать мировоззрением, поскольку оно способно нести в себе многие факты, понятия и т. п., но не несет в себе одного — целостной картины Мира, хотя фрагменты — смысловые единицы — из которых картина мира в принципе может быть сложена, в нём присутствуют, подчас в изобилии и детальности. И если первое подобно мозаичному витражу, то второе подобно калейдоскопу,[45] в котором пересыпаются такие же разноцветные стекляшки, из каких сложен витраж. При каждом сотрясении «трубы калейдоскопа» жизненными обстоятельствами или при добавлении в него новых «стекляшек» — смысловых единиц — они хаотично пересыпаются, образуя новый узор, возможно, что красивый и причудливый, но ничего общего не имеющей с «мозаичным витражом», более или менее детально повторяющим образ Мира в психике индивида с другой организацией и целевой ориентацией интеллекта.

Интеллект, ум, разум — в современном русском языке это синонимы. Интеллект — это та компонента психики, которая, прежде всего прочего, отвечает за осмысление жизни, в основе чего лежит установление взаимосвязей во всей совокупности смысловых единиц, которые индивид обрёл за всю свою жизнь. Все остальные задачи интеллект способен решать тем успешнее, чем лучше он решил эту задачу построения собственной информационной модели Мира в форме мозаики смысловых единиц на общем информационном фоне.

Калейдоскопическое мировоззрение, не являясь целостной картиной Мироздания — «Всего», в принципе не пригодно для моделирования и прогнозирования.

После выявления различия между калейдоскопичным и мозаичным мировоззрением, и после того, как стала понятна непригодность калейдоскопического мировоззрения для поддержки управленческой деятельности, необходимо обратиться к вопросу об алкоголе, других наркотиках и психотропах и к экстрасенсорике.

2.2.3. О «мировоззрении» употребляющих алкоголь, табак и наркотики[46].

Начнём с воздействия алкоголя на информационные «низкочастотные процессы» в психике — процессы, продолжительность которых соизмерима с продолжительностью всей жизни индивида. Что происходит, когда концентрация алкоголя в крови выходит за пределы колебаний его естественного для организма уровня, превысив некоторый предел?

— Красные кровяные тельца в крови начинают во множестве слипаться друг с другом. Сосуды, по которым течёт кровь в головном мозгу разные: есть и столь тонкие, что два слипшихся друг с другом красных кровяных тельца в них застрянут. Что произойдет в результате этого? — Какие-то группы нейронов будут лишены кислорода и погибнут. Нейроны, как известно, при нынешней физиологии человека не возобновляются, или возобновляются крайне медленно, при этом информация, хранящаяся в погибших нейронах, в любом случае теряется безвозвратно. Те информационные процессы, которые протекали на основе нейронных сетей, в которых участвовали эти нейроны, разрушатся, что приведет к утрате информации в психике индивида.

Кроме того, что деятельность интеллекта будет извращена на протяжении всего времени, пока одурманенный не проспится и уровень алкоголя и алкогольных токсинов не придёт к естественному фону, в мозаичной картине мира исчезнут какие-то смысловые единицы и какие-то связи между ними порвутся или извратятся: мозаика станет менее детальной и полной, а какие-то её фрагменты рассыплются в калейдоскоп. Это означает, что моделирование каких-то процессов с целью оценки ситуации и возможностей её изменения на основе повреждённой мозаичной картины мира станет более грубым по точности параметров прогнозируемого будущего и менее детальным. Соответственно этому сузится множество процессов, которыми способен управлять данный индивид, вследствие чего его попытки управлять течением такого рода процессов, ошибки в моделировании которых превысили в его психике критический уровень, неминуемо завершатся крахом управления.

Нейроны, убитые алкоголем не восстановятся, либо восстанавливаются крайне медленно. Но алгоритмы работы психики таковы, что после снятия воздействия алкогольного шока, начнется процесс восстановления порушенной мозаичной картины мира: будут возобновляться утраченные смысловые единицы и связи между ними на базе оставшихся нейронов. Быстродействие этого процесса таково, что после 100 г. водки, новогоднего или свадебного фужера шампанского (200–250 г. при крепости 12 град.), пол-литра «пивка» (при крепости 6 град.) пройдет примерно три года, прежде чем при интеллектуальной деятельности на пределе личных возможностей будет восполнен ущерб нанесенный однократной выпивкой — легкой по понятиям нынешнего времени. И из управления какими-то достаточно продолжительными процессами индивид будет выброшен этой однократной выпивкой на три года минимум. За эти три года много что может произойти, и не во всякие процессы, выпав из них, можно войти повторно…

Мозг пьющего систематически даже «легкие» алкогольные напитки, даже не допьяна — кладбище убитых алкоголем нейронов. Примерно так характеризовал воздействие алкоголя на структуры мозга академик АМН СССР Ф.Г.Углов в своих книгах «В плену иллюзий» и «Из плена иллюзий».

Описанный механизм воздействия алкоголя на мозаичное мировоззрение приводит к тому, что с индивидом, который регулярно попивает даже пиво, на многие темы просто бесполезно говорить: вхождение в их проблематику требует от него определённого уровня развитости мозаики мировоззрения (детальности и достаточности количества связей между смысловыми единицами), но этот уровень недостижим для него, вследствие разрушения систематическими выпивками информационных процессов большой длительности.

Если читающий эти строки принадлежит к категории регулярно, пусть и мало, пьющих, то, если он немедленно примет для себя абсолютную трезвость по отношению к алкоголю, табаку и прочим дурманам, то пройдет минимум три года прежде, чем он поймет, сколь многое стоит за настоящим текстом. Если не войдет в абсолютную трезвость, то так и будет считать сказанное вздором, не имеющим никакого значения. Возражение против сказанного, мы можем характеризовать только пословицей: «пьяному море по колено». Но не ищите моря: чтобы пьющему утонуть, хватит и его собственных соплей, в которых пьяный способен захлебнуться (такие случаи были)…

Другая сторона воздействия алкоголя, прочих наркотиков и психотропов связана с тем, что интеллект — это процесс биополевой. По отношению к организму вида Человек разумный можно ввести понятие генетически обусловленная, нормальная настройка параметров биополей: сюда относится перечень полей, частотные характеристики (несущие и тактовые частоты, фазовые сдвиги), поляризация, приемопередающие поверхности (биоантенны) и волноводы в организме и т. п.

Эти параметры настройки биополевой системы организма нормальны сами по себе, когда индивид, не имеющий в своем хромосомном аппарате врожденных отклонений от общевидовой нормы, придерживается правильной биоритмики, когда в его рационе нет продуктов, чуждых генетике его организма. Последнее, в частности, не предусматривает введения алкоголя извне, не предусматривает табакокурения и прочих наркотиков.

Введение в рацион алкоголя и прочих наркотиков изменяет генетически нормальную настройку биополевой системы организма вида Человек разумный. Это имеет своими последствиями как искажение работы интеллекта самого по себе, так и то, что в психику индивида начинают вливаться информационные потоки, попадание которых исключено при генетически нормальной настройке биополевой системы организма. Вследствие этого искажается информационный фон, на котором выкладывается мозаика; рвутся прежние связи между смысловыми единицами; из чуждых нормальной генетике информационных потоков возникают чуждые нормальной психике человечества информационные модули, часть из которых, если проводить параллели с компьютерным миром, по своим функциям и воздействию на психику аналогична программам-инсталляторам сложных информационных продуктов и компьютерным вирусам (некоторую часть из них в прошлые времена называли «бесами», одержащими индивида, пострадавших от них — «одержимыми»).

В результате воздействия всего этого — чуждого генетически обусловленной нормальной (от Бога) настройке биополевой системе — индивид может перестать быть самим собой, если вообще не утратить способность стать и быть человеком. В менее тяжелых случаях имеет место «всего-навсего» искажение и разрушение мозаичной картины мира.

Употребляя всякий наркотик или почти всякий психотроп индивид открывает в свою психику некий информационный канал. Этот канал может допускать двусторонне направленное движение информации. Если это так, то открыв такой канал, индивид через него сам сможет оказывать воздействие на окружающий мир, если у него хватит самообладания и силы воли. В этом случае он станет «шаманом», многие практики которых основаны на умышленной наркотизации себя и окружающих. Но шаманов — мало. Жертв шаманизма и шаманов (индейцев на табак посадили шаманы, поскольку табак открывал для них свободный канал для входа в психику каждого более слабого и менее знающего члена племени) — куда больше.

Самочинное развитие экстрасенсорных способностей оказывает на мозаичность мировоззрения близкое к наркотикам воздействие в том смысле, что индивид, осваивая определённые духовные практики, изменяет параметры настройки биополевой системы организма и открывает тем самым у себя экстрасенсорные каналы информационного обмена. Достигнув этого, он способен экстрасенсорно накачаться до такой степени, что будет воспринимать информации больше, нежели в состоянии осмыслить безопасным для себя образом, вследствие чего секундного наваждения, воспринятого им через экстрасенсорику, может оказаться более чем достаточно для того, чтобы сломать его судьбу раз и навсегда.

Если же он «управленец», который чувствует больше, чем может осмыслить, то он не управленец, а, игрушка социальной стихии — в лучшем случае; в худшем случае — исполнительный механизм в руках тех, кто сгружает в его психику через экстрасенсорику и иными путями всё, что ни пожелает, заранее предвидя его реакцию на поток той или иной входящей информации: в этом и состоит принцип управления через подставные фигуры, которые якобы «сами знают, что и как надо делать», но делают то, что им запрограммируют закулисные кукловоды.

2.2.4. Основа правильного мировоззрения.

Мозаичное мировоззрение тоже может различаться по принципам организации направленности построения взаимосвязей смысловых единиц в мозаичной картине мира — мысленном древе. Ранее была приведена система предельных обобщений и первичных различий Мироздания в категории «Всё», свойственная «Я-центричному» взгляду на мир, которая «само собой» разумеется «естественной и объективно истинной» на протяжении всей многотысячелетней истории нынешней цивилизации. Именно она культивируется в обществе и обретает статус научного объективного знания в системе образования «для всех» и в публичной науке.

И это приводит к вопросу, а какая система первичных различий в предельно обобщающей категории «Всё» предназначена не «для всех», а для узкого круга лиц, давно уже узурпировавших высшие виды глобальной внутриобщественной власти?[47].

Ответ на него можно найти в оккультной литературе (выделено жирным авторами):

«Тридцатью двумя путями — чудными, мудрыми, начертал IA, IEBE, Саваоф, Бог Израиля, Бог Живой и Царь Вечный, Эль Шаддай, Милосердный и Прощающий, Возвышенный и Пребывающий в вечности, — возвышенно и свято Имя Его, — создал мир Свой тремя сеферим: сефар, сипур и сефер» (Эпиграф к одному из разделов книги В.Шмакова «Священная книга Тота Великие арканы Таро», 1916 г., репринт 1993 г.).

И это поясняется в подстрочном примечании (выделение жирным и заглавными буквами авторов):

«Первый из этих трех терминов (Sephar) должен означать числа, которые одни доставляют нам возможность определить необходимые назначения и отношения каждого (по контексту, возможно: человека) и вещи для того, чтобы понять цель, для которой она была создана; и МЕРА длины, и МЕРА вместимости, и МЕРА веса, движение и гармония — ВСЕ ЭТИ ВЕЩИ УПРАВЛЯЕМЫ ЧИСЛАМИ.

Второй термин (Sipur) выражает слово и голос, потому что это Божественное слово и голос, потому что это Божественное Слово, это Глас Бога Живого, Кто породил существа под их различными ФОРМАМИ, будь они внешними, будь они внутренними; это его надо подразумевать в этих словах: «Бог сказал: «Да будет Свет» и «стал Свет».

Наконец, третий термин (Sipher) означает писание. Писание Бога есть ПЛОД ТВОРЕНИЯ. Слова Бога есть Его Писание, Мысль Бога есть Слово.

Так мысль, слово и писание суть в Боге лишь одно, тогда как в человеке они суть три». — «Cuzary», 4, § 25, цит. по кн. В.Шмаков «Священная книга Тота».

В общем, как когда-то писал Аристотель Александру Македонскому, «хотя эти учения и обнародованы, но вместе с тем как бы и не обнародованы»: напыщенно, многословно и без устных комментариев, которые способны дать «знающие люди», — неудобопонимаемо, что исключает однозначность понимания сказанного большинством самочинных искателей истины вне системы посвящений.

Прежде всего, следует иметь в виду, что всё цитированное из «Священной книги Тота» — вторичные пересказы и перетолковывания, а не первооснова того мировоззрения, которое не предназначено для всех в современной цивилизации.

Чтобы понимать, о чем пытались вести речь цитированные оккультисты, лучше не искать входов в системы посвящений библейской (иудейской) культуры, тем более, что высшие из них закрыты от большинства по признаку неподходящего кровного происхождения, а обратиться к источникам, содержащим первооснову этого мировоззрения.

Одним из такого рода источников является Коран. В нём сура (глава) 25, названа «Различение», и в ней даётся система первичных различий в предельно обобщающей смысловой категории «Всё». Обратимся к ней:

«1. Благословен тот, кто ниспослал «ал-Фуркан» («Различение») Своему рабу, чтобы он (т. е. Мухаммад) стал увещевателем для обитателей миров; 2. [благословен] Тот, которому принадлежит власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании> над небесами и землей, который не породил для Себя ребёнка, и который ни с кем не делил власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании>. Он сотворил всё сущее и придал ему [должную] меру. 3. [Неверные] стали вместо Него поклоняться другим богам, которые ничего не создают, но сами сотворены. Даже для самих себя им не подвластны ни вред, ни польза, им не подвластны ни смерть, ни жизнь, ни воскресение» (в переводе М.-Н.О. Османова).

Те же самые аяты (стихи) в переводе Г.С.Саблукова:

«1. Благословен Тот, кто ниспослал Фуркан рабу своему для того, чтобы он был учителем мирам, 2. — Тот, кому принадлежит царствование на небесах и на земле; у кого никогда не было детей, кому не было соучастника в царствовании; кто сотворил все существа и предопределяя предопределил бытие их. 3. А они избрали себе богами, опричь Его, тех, которые ничего не сотворили, а сами сотворены; 4. которые не имеют силы ничего сделать, ни вредного, ни полезного для самих, не имеют силы ни над смертью, ни над жизнью, ни над воскресением».

То же в переводе И.Ю.Крачковского:

«1(1). Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, — 2(2). у которого власть над небесами и землей, и не брал Он Себе ребенка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил её мерой. 3.(3). И взяли они вместо Него богов, которые не творят ничего, а сами сотворены. 4. Они не владеют для самих себя ни вредом, ни пользой, и они не владеют ни смертью, ни жизнью, ни воскресением».

Разные переводы выражают разные грани смысла, заключённого в словах языка первоисточника, поэтому мы и привели несколько редакций переводов. Выделенное нами в тексте жирным это — ключи к выходу на систему неизменно первичных различий в предельно обобщающей категории «Всё», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание, полновластие над которым (в целом и пофрагментно) безраздельно принадлежит только Богу: «… Бог дарует Свою власть, кому пожелает» (сура 2:248), а чьё-либо самовластье иллюзорно и действует только в установленных для него границах Божьего попущения.

Прежде всего следует отметить, что Коран везде провозглашает мировоззрение, отличное от всех разновидностей «Я-центризма».

Через Коран людям предлагается принять в качестве осознанной нормы организации психики индивидов и обществ, МИРОВОЗЗРЕНИЕ, ИДУЩЕЕ ОТ БОГА К КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ, соприкасающемуся с Кораном и его переводами.

Мировоззрение, идущее от Бога по крайней мере в двух взаимно дополняющих смыслах:

· и как данное в Откровении Свыше,

· и как определяющее упорядоченность развертывания мозаики мысленного древа человека в однозначно определённом порядке: во-первых, Образ Божий в душе каждого, во-вторых, образы тварного Мироздания (даваемые в Различение как система парных соотношений «это» — «не это»), частью которого является и сам человек вместе с его психической организацией и внутренним миром.

Теперь перейдем к вопросу о неизменно первичных различиях в предельно обобщающей категории «Всё», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание. Как видно из ранее приведенных текстов переводов Корана на русский, одни переводчики отдавали предпочтение тому, чтобы выразить по-русски смысл предопределённости бытия, другие отдавали предпочтение тому, чтобы выразить смысл меры, размеренности бытия и соразмерности в течении событий.

То есть арабское слово, с которым они сталкивались, заключает в себе оба смысла, который в русском языке возможно объединить только в двусловном сочетании «предопределённая мера», которую М.-Н.О. Османов назвал «должной» — словом, выражающим один из оттенков определённости, как составляющей Высшей предопределённости.

Поэтому, если обратиться к словам, выделенным нами в приведенных переводах аятов 25 суры Корана, то их обобщенный многогранный смысл можно выразить по-русски и в следующей итоговой фразе:

Бог сотворил всё сущее в Мироздании и придал ему предопределённую Им миру.[48].

Если говорить языком современной науки, то всё сущее в тварном Мироздании это — материя, в её различных агрегатных состояниях: вакуум,[49] физические поля, плазма (высокоионизированный газ, в котором электроны обладают такой энергией, что не могут удержаться в атомах на устойчивых орбитах), газообразное состояние вещества, жидкое состояние вещества, твердое (кристаллическое) состояние вещества. Агрегатные состояния, пути и способы перехода из одного из них в другие, свойства материи в каждом из них и в переходных процессах предопределены для неё Свыше. И представление людей об этих различных агрегатных состояниях так или иначе соответствуют пословице «нет вещи без образа». Но что такое мера и какое отношение она имеет к образам материи? — этот вопрос в «Я-центричных» философских системах не рассматривается.

Наука о мере, численной определённости самой по себе, это — математика. Но в материальном Мироздании мера — численная определённость — перестаёт быть самой по себе: она воплощена в объектах и субъектах Мироздания — всему тварному придана предопределенная Свыше мера — численная определённость. В Мироздании всё материально и меры одних фрагментов численно сопоставимы с мерами других фрагментов, т. е. всем фрагментам Мироздания свойственна соизмеримость как между собой, так и со своими составляющими.

Мера — это прежде всего численная определённость: 2ґ2=4; одна секунда — 9192631770 периодов излучения, соответствующих переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома 133Cs (цезиевый эталон частоты и времени); 1 метр — 1650763,73 длины волны в вакууме излучения, соответствующего переходу между уровнями 2p10 и 5d5 атома криптона-86 (86Kr) (данные об эталонах секунды и метра взяты из «Советского энциклопедического словаря» издания 1986 г.); атомы химических элементов отличаются друг от друга по числу протонов в их ядрах, определяющих порядковый номер каждого из них в Периодической системе Д.И.Менделеева; изотопы одного и того же элемента отличаются друг от друга количеством нейтронов в составе их ядер. И так далее: на что ни обрати внимание — везде откроется численная определенность — мера: либо единичная, либо множественная, представляющая собой статистику, позволяющую отличать множества друг от друга и выделять из множеств подмножества.

В процессе осознанного или бессознательного соотнесения одного фрагмента Мироздания с другими, выявленными на основе Различения, открываются два вида восприятия соразмерности:

· восприятие пространства;

· восприятие времени.

Восприятие их порождает два вида численной определённости: единицы длины и единицы времени, объективно связанные друг с другом через материальность[50] на иерархическом уровне микромира соотношением неопределённостей Гейзенберга,[51] в котором выражается невозможность разрозненного восприятия ни пространства без времени, ни времени без пространства ибо пространство и время — порождения размеренной во всех её агрегатных состояниях материи (вследствие этого невозможно и восприятие пространства и времени, вне их обусловленности материальной средой, в каком бы агрегатном состоянии ни пребывала материя).

Во всех без исключения случаях, для восприятия пространства и времени необходим эталонный процесс, с которым сопоставляются и которым измеряются все прочие времена и пространства. Этим эталоном может выступать и сам человек (древний афоризм: человек — мера всех вещей) и какие-то объекты Мироздания.

Также примерно обстоит дело с измерением времени. Поскольку всякий процесс, поддающийся периодизации, может быть избран в качестве эталонного, то единицей измерения времени становится продолжительность периода эталонного процесса, с которым соотносятся все остальные процессы, обладающие собственным течением времени.

В действительности, что объективно существует — то объективно познаваемо. Абстрактные пространство и время четырёхипостасного Амуна — пустые вместилища материального Мироздания — оказались проблемами, так и не познанными наукой за несколько тысяч лет, в силу того, что объективно они не существуют. Но на протяжении тех же тысяч лет объективные материально обусловленные пространство и время всегда были без проблем измеримы: менялись только требования общества к эталонной базе измерений, сама эталонная база и расширялось множеством методов измерений.

Непознаваемость же пространства и времени в «Я-центричном» мировоззрении четырёхипостасного Амуна, господствующем в цивилизации на протяжении всей её истории, — следствие отсутствия в наборе первичных различий и предельных отождествлений меры. Если же мера входит в набор первичных различий и предельных отождествлений, то абстрактных пространства и времени нет, но конкретные пространства и времена всегда объективно измеримы всяким пожелавшим того субъектом: вопрос только в выборе им эталонной базы и методов измерения и соответствия их целям деятельности субъектов.

Теперь можно рассмотреть вопрос о связи материи, меры и информации. Сознанию большинства на протяжении тысячелетий не было свойственно видеть за образом (живописным или скульптурным), за звуком (мелодией, каковой бы она ни была) совокупность чисел. Однако в конце ХХ века лазерный компакт-диск (компьютерный CD-ROM) стал единым носителем для записи и звука, и изображения, и текста в цифровом коде, представляющем собой численную определенность, т. е. разновидность меры. Хотя систем кодирования, форматов «оцифровки» изображения, звука, текста может быть построено множество, но во всякой из них однозначно определено соответствие «совокупность кодовых групп чисел — изображение либо фонограмма, либо запись какой-то информации иного рода».

При этом объективно информация (образ, мелодия, идея и т. п.) остается сама собой вне зависимости от того, на каком материальном носителе и в каком коде она запечатлена (записана).

Хотя компакт-диск — искусственное порождение цивилизации (артефакт), тем не менее в жизни общества находят свое своеобразное выражение ТОЛЬКО законы бытия всего Мироздания; ничего того, чего нет в Высшем предопределении бытия (Высшей мере) в культуре цивилизации появиться не может.

Поэтому следует всего лишь увидеть численную определённость (меру) в образах, свойственных Объективной реальности вне порождений цивилизации, а порождения цивилизации использовать как модели, функционирование которых позволяет помочь понять более общие объективные закономерности бытия.

Чтобы породить численную определенность в пространственной соизмеримости на уровне макромира, потребуется точка, три не совпадающих одно с другими направления, и эталон единичной длины. В этой системе координат три числа, занимающих первое, второе и третье место в некотором определённом порядке (формате) задают положение точки относительно начала координат. Если в пространственной соизмеримости назначены координаты множества точек, то они определяют в пространстве образ, будь то множество разрозненных точек, линия, поверхность или объем.

Это — пространственная форма, размеренная в материи-пространстве, пребывающей в каком-то агрегатном состоянии (а не в пустом пространстве-вместилище). Если задачу придания численной определенности решать по отношению к агрегатному состоянию материи-пространства, это значит, что необходимо придать численные характеристики квантам материи (её структурным единицам), вследствие чего агрегатное состояние материи вне и внутри пространственной численно определенной формы может оказаться разным и некий объект проявится в материи-пространстве по признаку различия агрегатных состояний материи внутри и вне ранее метрически заданной пространственной формы.

Если же внутри и вне пространственной формы агрегатное состояние материи-пространства одно и то же, то мы придем к афоризму, в разные эпохи приписываемому разным выдающимся скульпторам. На вопрос о том, как он делает свои шедевры, скульптор ответил: «Я беру глыбу мрамора и отсекаю от неё всё лишнее» — действительно, лучше не скажешь.

Этот процесс отсечения лишнего от глыбы, содержащей в себе пространственную форму, может быть описан численно как программа для работы станка с числовым программным управлением. Скульптор же действует на основе своего глазомера и мыслит образами, вследствие чего процесс численного соизмерения материи-пространства на уровень его сознания в процессе творчества не выходит, хотя образы внутреннего его мира также содержат в себе численную определённость, как и все прочие. В процессе ваяния, осуществляемого хоть станком с числовым программным управлением (ЧПУ), хоть творческими усилиями человека, образ, объективно уже существовавший как информация, записанная при помощи некоторого кода, переходит на иной материальный носитель. Разница в том, что в станке с ЧПУ работает один из кодов, порожденных культурой общества, а человек-ваятель творит на основе данного ему Свыше подмножества общевселенского иерархически многоуровневого кода; иными словами код для станка стал работать только после того, как культура достигла определённого уровня развития, а код для человека работает издревле с момента появления вида Человек Разумный.

Но после того, как получен скульптурный образ, остается вспомнить древнегреческую легенду о скульпторе Пигмалионе и созданной им скульптуре (будущей Галатее), которая иллюстрирует процесс изменения численной определенности, обуславливающей агрегатное состояние материи внутри пространственной формы, в результате чего холодный мрамор преобразился в плоть, а статуя превратилась в девушку Галатею, ставшую супругой скульптора. И как неоднократно уже в истории говорилось, каждый человек сам по отношению к себе и «неотесанный мрамор» (либо куча «глины»), и «Пигмалион», и «Галатея».

Движение пространственной формы относительно избранной системы координат превращает форму в мелодию, а запись мелодии в пространстве порождает пространственную форму: это соотношение в культуре цивилизации лучше всего проявилось в граммофонных пластинках с механической записью звука в качестве рельефа дорожки. Соответственно, афоризм «архитектура — это застывшая музыка» — по существу правильный афоризм.

Эти примеры показывают, что численная определённость и образность мира (естественно материального) взаимно связаны. Можно привести другие примеры, которые покажут, что также взаимно связаны численная определенность и «мелодии и аранжировки» как в природе, так и обществе. Показать же отсутствие этой взаимосвязи не удастся. Но мировоззренческие системы, порождаемые человечеством, могут расходится в ответе на вопрос о том, что есть следствие чего:

· либо образ (или иная информация) — выражение и следствие численной определённости (количественной и порядковой)?

· либо численная определённость (количественная и порядковая) — следствие существования образа (или иной информации)?

Иными словами, алгебра ли в основе гармонии, либо гармония в основе алгебры?

В пределах Мироздания этот спор бесплоден, поскольку материя всегда и во всех случаях несёт в себе численную определённость, неразрывно связанную с пространственными образами или иной информацией. По отношению же к Мирозданию в целом Божье предопределение есть Высшая Мhра, и она обуславливает бытие Мироздания в неразрывном триединстве материи, численной определённости (меры) количественной и порядковой, образов и мелодий (информации). Слово — это одна из мер: «В начале бh слово, и слово бh у Бога…» (Иоанн, 1:1). А вот продолжение: «… и Бог бh слово», на наш взгляд — от четырехипостасного Амуна, ибо «… и Бог бh слово» — выражение обожествления меры-предопределения бытия, поскольку слово — это одна из многих частных мер бытия.

Всё это позволяет понять, что второй аят двадцать пятой суры Корана, называемой «Различение», указует на систему ОБЪЕКТИВНЫХ неизменно первичных отличий (предельно обобщающих отождествлений), которые лежат в основе жизни Мироздания: материя, информация, мера — в их неразрывном триединстве.

И эта система триединства материи-информации-меры — предельно обобщающих в пределах Мироздания понятийных категорий и их взаимосвязей — едина для осмысления и описания всего в иерархии Мироздания от микромира до макромира, включая и жизнь цивилизации. Соответственно в кораническом мировоззрении триединство материя-информация-мера, свойственное Мирозданию в целом и его фрагментам, и есть единосущная и нераздельная троица, которую единый Бог — Творец и Вседержитель — любит.

Следует обратить внимание и на то, что с точки зрения человека, признающего акт творения Мироздания Богом объективной истинной, данной в Откровении Свыше, мировоззрение четырёхипостасности вещества-духа-пространства-времени — выражение не только «Я-центризма», но и безбожия, которое, если и впадает в богоискательство, сохранив при этом однако своё качество, то становится пантеизмом — обожествлением Мироздания, примером чего был четырёхипостасный древнеегипетский Амун. Либо же, всё же признавая акт творения Мироздания, прямо заявляет о своём нежелании входить в «динамику Верховного Существа», не задумываясь ни о причинах, ни о последствиях своего такого рода нежелания входить в «динамику Верховного Существа», которую обычно называют «Божьим Промыслом». Ещё в одном варианте, обожествляется физический вакуум, пронизывающий всё тварное Мироздание.

В осмыслении и описании всего происходящего в Мироздании-триединстве человеку необходимо соотносить всё данное ему в Различении с тремя, уже обозначенными, понятийными категориями первичных различий и предельно обобщающих отождествлений, понимаемыми в настоящем контексте так:

1. МАТЕРИЯ — то, что пере-ОБРАЗ-уется, переходит из одного состояния в другое и обладает упорядоченностью, изменяющейся в процессе воздействия одних материальных объектов (процессов) на другие. Материя конкретно это:

· вещество в твердом, жидком, газообразном состояниях;

· плазма, т. е. высоко ионизированный газ, в котором молекулы химических соединений теряют устойчивость и разрушаются, а атомы химических элементов теряют электроны, чья энергия больше, чем энергетические уровни (энергетическая ёмкость) устойчивых орбит;

· элементарные частицы и кванты разного рода излучений, при взгляде извне представляющиеся в качестве частиц, а при рассмотрении существа этих частиц, предстающие как последовательность волн в физическом природном вакууме или в материи, пребывающей в иных агрегатных состояниях;

· статические и динамические поля в физическом природном вакууме, способные к силовому воздействию того или иного вида на все виды материи;

· сам физический вакуум в не возбуждённом состоянии, рождающий из «ничего» элементарные частицы (кванты энергии) и поглощающий их так же внезапно, за что частицы получили название «виртуальных». В таком воззрении всё перечисленное прежде физического вакуума в не возбуждённом состоянии — физический вакуум, выведенный из агрегатного равновесия, т. е. возбужденный вакуум.

Последнее высказано, поскольку порождение и поглощение виртуальных частиц физическим вакуумом возможно понимать и как указание на то, что все виды материи, кроме вакуума в не возбужденном состоянии, представляют собой вакуум в возбуждении.

Материя переходит из одного устойчивого состояния (балансировочного режима, равновесного устойчивого процесса), обладающего внутренней динамикой, в другое, излучая свою или поглощая извне в себя энергию.

«Энергия» в физике определяется как способность к совершению механической работы, а все виды энергии переходят один в другой по определенной мере, находящей выражение в форме численных констант и коэффициентов в математической записи законов физики, вследствие чего все виды энергии эквивалентны в этом смысле друг другу. Но поскольку агрегатные состояния материи (устойчивые равновесные процессы) отличаются энергопотенциалом (энергоёмкостью их внутренней динамики), а энергия притекает и утекает из всякой структуры в Мироздании как поток какого-то вида материи (квантов излучения, поля и т. п.), то в мировоззрении триединства «энергия» и «материя» — эквиваленты. Различие в употреблении обоих терминов в том, что термин «материя» употребляется главным образом по отношению к устойчивым равновесным процессам (агрегатным состояниям материи), а «энергия» — к разного рода переходным процессам, поскольку она обуславливает возможность или невозможность их осуществления.

2. ОБРАЗ, ИНФОРМАЦИЯ, ИДЕЯ — само по себе не материальное «нечто», которое не зависит ни от качества его материального носителя, ни от количества материи (энергии) его несущей. Но без материального носителя это «нечто» в Мироздании само по себе не существует, не воспринимается, не передаётся.

3. МhРА (через «ять») — предопределенная Богом многомерная матрица возможных состояний и преобразований материи, хранящая информацию во всех процессах; в том числе информацию о прошлом и о предопределённой направленности их объективно возможного течения, т. е. о причинно-следственных обусловленностях в их соразмерности.

По отношению к придающей ей образ информации вся материя, все материальные объекты, выступают в качестве носителя единого общевселенского иерархически организованного многоуровневого информационного кода — общевселенской меры.

По отношению к информации мера — код (человеческий язык — частная мера, ибо он — один из информационных кодов, принадлежащих общевселенской системе кодирования информации). По отношению к материи эта общевселенская мера выступает как многомерная (содержащая частные меры) вероятностная матрица возможных её состояний, образов и преобразований, т. е. «матрица» вероятностей и статистических предопределённостей возможных состояний; это своего рода «многовариантный сценарий бытия Мироздания», предопределенный Свыше. Он статистически предопределяет упорядоченность частных материальных структур (их информационную ёмкость) и пути их изменения при поглощении информации извне и при потере информации (конечно несомой материей).

И то, и другое может сопровождаться нарушением идеальной соразмерности, гармонии как отдельных фрагментов структуры, так и её иерархичности в целом. Утрата соразмерности — деградация, но по отношению к объемлющим структурам и системам, объемлющим множество структур, деградация каких-то частных их фрагментов может быть развитием структуры (системы) в целом. Так цветочная почка проходит путь: почка, бутон, цветок, плод, семя, растение: и деградация элементов неотделима от развития системы в целом и её объемлющих (в этом смысле иерархически более высоких) систем.

Система предельно обобщающих отождествлений и первичных различий в Мироздании — триединство материи-информации-меры, исключает калейдоскопичность мировоззрения тем в большей степени, чем менее глух человек к данному ему Свыше чувству меры.

«Чувство меры» — это не пустые слова и не иносказательные слова, неопределённо как понимаемые, и потому произносимые подчас не к месту. Они прямо указуют на то, что человеку дано Свыше шестое чувство, которое по его существу является его личным средством восприятия меры — Божьего предопределения.

Но это чувство никчёмно для носителя «Я-центричного» мировоззрения, выстраиваемого им от себя в направлении обозримых и воображаемых пределов Мироздания в пустых вместилищах пространстве и времени, поскольку приносимая чувством меры информация ставит индивида перед необходимостью отказаться от «Я-центризма». С переходом же к мышлению на основе неизменно первичных различий триединства материи-информации-меры чувство меры обретает особую значимость, поскольку мысленное древо и мозаичность мировоззрения обусловлены во многом его развитостью.

Переход же от «Я-центризма» в мозаичной или калейдоскопичной форме к личностной культуре мышления на основе категорий триединства материи-информации-меры не всегда осуществляется одномоментно, но может потребовать некоторого субъективно обусловленного времени, в течение которого индивид остаётся практически без работоспособного мировоззрения, поскольку прежнее уже потеряло устойчивость, а новое ещё не обрело устойчивости.[52].

Судя по всему опыту человечества вероятностная матрица возможных состояний — мера, обладает «голографическими» свойствами в том смысле, что любой её фрагмент содержит в себе некоторым образом и все её остальные фрагменты во всей их информационной полноте. Мера пребывает во всём, и всё пребывает в мере. Благодаря этому свойству меры мир целостен и полон. Выпадение из меры — гибель.

Скольжение же в этом направлении — угроза жизни и необходимость выживания (существования в условиях постоянной опасности угроз). Исчерпание же частной меры — переход в иную частную меру, обретение некоего нового качества. Чувство же меры, обращаясь к «голографическим» свойствам меры бытия, позволяет объективно соразмерно соотносить частные смысловые единицы (совокупность пар «это» — «не это») друг с другом, формируя устойчивую мозаику мировоззрения, развертывающуюся от истока Мироздания в направлении к самому себе.

Может возникнуть вопрос: в чём состоит преимущество этого Богоначального мировоззрения, на основе системы неизменно первичных различий триединства материи-информации-меры в сопоставлении его с «Я-центричным» мировоззрением четырёхипостасного Мироздания вещества-духа-пространства-времени?

Во-первых, в мировоззрении триединства информация осознаётся как объективная категория, общая для всей Объективной реальности, освоение которой субъективно. В иных мировоззренческих системах осознание объективности информации как одной из категорий системы первичных различий в предельно обобщающей категории «Всё» исключено.

Поскольку в «Я-центричных» мировоззрениях в качестве первичных осознаются категории, производные от объективно первичных, то процесс формирования мозаики сопровождается внутренними «эхо» — собственными шумами психики, искажающими полезный сигнал — миропонимание. При этом в миропонимании что-то может быть утрачено вследствие отсутствия среди первичных категорий объективной информации-смысла; что-то может выглядеть как объективно нераздельное вследствие нераздельности в иных мировоззрениях информации и материи, а также отсутствия меры; а что-то может видеться как объективно различные объекты, хотя в действительности имеется только один объект, размноженный всевозможными внутренними «эхо» и преобразованный в разные образы, которым приданы разные названия и взаимосвязи, не соответствующие объективным различиям «это» — «не это», даваемым Свыше в Различении.

Все эти внутренние «эхо» и прочие ошибки преобразования информации порождают внутренне конфликтную психику типа «многоглавый монстр в одной человеческой голове». Когда каждая из этих «виртуальных» голов, обретающихся в бессознательных уровнях внутреннего мира индивида, творит «своё», мешая творить «своё» всем прочим, в жизни одного и того же «Я» утрачивается действительно своё тем в большей степени, чем больше у него внутренних «виртуальных» голов, проявлений активности каждой из которых его сознание не отличает друг от друга и потому не знает, какую из них отождествлять с «Я», а какие оценивать как наваждения, от которых необходимо защититься. «Человек с двоящимися мыслями не твёрд во всех путях своих» (Соборное послание апостола Иакова, 1:8).

И тип психики «многоглавого монстра в одной человеческой голове» так или иначе более или менее ярко выражается в поведении всякого носителя калейдоскопического или мозаичного «Я-центричного» мировоззрения.

Во-вторых, мировоззрение триединства материи-информации-меры — не «Я-центричное» мировоззрение. Поскольку носитель «Я-центричного» мировоззрения может оказываться в разных обстоятельствах, то с его точки зрения одно и то же может выглядеть и осмысляться взаимно исключающе в разные моменты одного и того же периода времени в зависимости от того, какое положение занимает в каждый из них «Я-центр», и в каком строе психики в тот момент пребывает индивид, что оказывает решающее воздействие на его целеполагание и выбор им линии поведения.

Сопоставление между собой этих разных точек зрения для самого субъекта невозможно, поскольку они «сидят» на разных стволах «мысленного куста», между стволами и ветвями которого нет связей и переходов (это отсутствие прямых связей и переходов между стволами и ветвями «мысленного куста» и порождает эффект «виртуальной» внутренней многоглавости носителей «Я-центричного» калейдоскопического или мозаичного мировоззрения).

Эти изменения «нуля системы координат», задающей начало выкладыванию мозаики (корень мысленного древа), принадлежат относительно высокочастотным диапазонам (коротким по длительности), вследствие чего изменение положения начала «Я-центричной» системы координат — перехват управления поведением какой-то «виртуальной» головой или их коалицией у других «виртуальных» голов — является одним из факторов, способным вытряхнуть субъекта-носителя «Я-центричного» мировоззрения из управления процессами, принадлежащим низкочастотным диапазонам (длительным по времени), восприятие которых требует продолжительного времени и неизменности субъективных мерил происходящего.

В мировоззрении же триединства начало мысленного древа неизменно: Бог и тварное Мироздание, представляющее собой триединство материи-информации-меры, вследствие чего миропонимание не колеблется и не рассыпается в калейдоскоп под воздействием потока обстоятельств, а только уточняется в деталях и расширяется тематически. Это порождает две своеобразные особенности Богоначального мировоззрения триединства.

1. Прежде всего, если к моменту перехода к мировоззрению триединства субъект и был носителем «виртуальной» внутренней многоглавости, то «виртуальная» голова, первой перешедшая к этому мировоззрению, начинает объединяться с прочими, которых ей удаётся убедить, в одну «виртуальную» голову; активность же тех «виртуальных» голов, которые остаются при своём «Я-центризме», оценивается ею как наваждения, информацию которых необходимо переосмыслить в категориях триединства, и тем самым соответствующая «виртуальная» голова по мере переосмысления свойственной ей информации лишается «жизненной силы» и поглощается. Так на основе мировоззрения триединства «сама собой» исчезает внутренняя конфликтность психики индивида без того, чтобы выплеснуть эти конфликты в общий всем мир.

2. Кроме того, неизменность начала мысленного древа в мировоззрении триединства открывает ещё один способ видения всего: возможность «голографического» взгляда на всякий предмет, который может одномоментно представать перед внутренним взором, показанным и изнутри, и снаружи, и со многих различных точек зрения, в разные моменты его времени, при разном освещении. Причём речь идёт как о реальных предметах, так и об измышленных продуктах человеческого творчества — разного рода научных абстракциях и абстракциях художественного творчества.

И разница в возможностях этих двух типов мировоззрения создаёт основу для формирования в обществе пирамиды понимания и непонимания, в которой каждый индивид в меру своего понимания работает на осуществление своих целей, в меру разницы в понимании на осуществление целей тех, кто понимает лучше.

2.2.5. Содержание мозаичной картины мира.

Остаётся пока открытым вопрос о механизмах выстраивания соотношения нравственности индивида и его мировоззрения. В калейдоскопичном и «Я-центричном» мозаичном мировоззрениях этот вопрос однозначно решён быть не может. Не может быть решён этот вопрос и в мировоззрении четырёхипостасного АМУНа. В мозаичном «богоцентричном» мировоззрении вопрос о содержательной стороне мировоззренческой мозаики и её регулярном и необходимом пополнении частными смысловыми единицами (совокупностью пар «это» — «не это») решается успешно и этот успех непосредственно связан с нравственностью индивида.

Объективная реальность познаваема и может быть описана сообразно самой себе при помощи того или иного языка — как средства передачи информации от индивида индивиду, которые развиты в культуре общества. Конечно, познание и описание включает в себя некоторые неточности и ошибки, но практически вопрос состоит не в том, чтобы абсолютизировать неизбежные для ограниченности индивида ошибки и нераскрытые неопределённости, настаивая на принципиальной невозможности познавать и описывать Объективную реальность, а в том, чтобы заблаговременно видеть тот рубеж, за которым неточности, ошибки и неопределённости познания и описания становятся опасными, и не переходить этот рубеж. Иными словами, это означает, что:

· во-первых, вопрос сводится к различению в процессе жизни и деятельности того, что находится по одну и по другую строну названного рубежа;

· во-вторых, всякое мировоззрение может быть выявлено и познано, описано средствами одного из языков, развитых в культуре общества, а на основе этого описания другие индивиды способны в себе воспроизвести его адекватно (сообразно и соразмерно самому себе) с достаточной для жизни точностью, если того пожелают. Последнее требует труда, работы над собой, которая качественно отлична от слов произносимых на эту тему.

То есть мировоззрение, даже правильно описанное и воспроизводимое людьми (возможно что и как запрограммированными автоматами) согласно этому описанию — не является самодостаточным средством для правильного и своевременного выявления рубежа, за которым жизненные ограничения рекомендуемого в писании, неопределённости познания и описания становятся опасными.

Так и канонические писания, считающиеся откровениями, и многочисленные письменные рекомендации, складывающиеся в традиционных религиозных системах вокруг «откровений» — не обеспечивают безопасность индивидов даже если те обладают мозаичным мировоззрением. Нужна ещё жизненная необходимость, которая названа Различением, предоставляемым Богом каждому человеку непосредственно. Именно на базе получаемой в Различении информации Свыше правильно формируется и вовремя содержательно дополняется жизненно важной информацией мозаичная картина мира у людей с «богоцентричным» мировоззрением триединства.

Вопрос о Различении — систематически не рассматривается в философской и богословской литературе Запада и ведически-знахарского Востока. Единичные же высказывания, подобные высказыванию апостола Павла: «чувства навыком приучены к различию добра и зла» (Послание к Евреям, 5:14) — проходят для большинства не замеченными и остаются без развёрнутых пояснений их существа.

Это — следствие того, что в культурах и мировоззрениях Запада и ведически-знахарского Востока ошибочно подразумевается: способность к различению «этого» от «не этого» (способность к своевременному получению информации для пополнения мозаичной картины мира дополнительными смысловыми единицами) — неотъемлемая способность индивида, индивид самодостаточен в обладании этой способностью. Хотя у разных индивидов она и развита не одинаково, но это якобы аналогично тому, как все обладают разными порогами чувствительности и разрешающей способностью каждого из их органов чувств, каждый индивид способен сам дополнять свою мозаику так, как ему это необходимо в соответствии со своими способностями.

Единственный исторический «контекст» (исторический религиозный источник, которым руководствуется исламский Восток), из которого извлекается иной смысл слова «Различение» — Коран.

В арабском языке есть слово, которое в русской транслитерации записывается как «фуркан». Оно неоднократно встречается в Коране, а 25-я сура Корана так и названа: «Фуркан». «Фуркан» переводят на русский двояко: и как «различение», и как «спасение», передавая различные грани его общего смысла в арабском языке. Эти два варианта перевода в основном передают полноту вопроса о различении в процессе жизни и деятельности того, что находится по ту строну рубежа, где ошибки и неопределённости познания и описаний Объективной реальности не опасны для деятельности, и что находится по другую сторону рубежа, где те же самые ошибки и неопределённости представляют опасность и влекут за собой более или менее тяжелые последствия и бедствия.

Это даёт основание к тому, чтобы индивид, если он не беззаботный потребитель и не отъявленный паразит, нашёл время, чтобы прочитать — как послание, адресованное ему лично — Коран (сопоставляя друг с другом его различные переводы, в которых выражены разные грани смысла изначального арабского текста, если он не владеет арабским языком).

Далее, обращаясь к Корану в его переводах, мы будем пользоваться словом «Различение», спасительность Различения подразумевая. В Коране говорится: «И вот Мы дали Моисею[53] Писание и Различение: может быть, вы пойдете прямым путем» (сура 2:50).

И тема Различения встаёт в Коране многократно: суры 2:50, 3:2, 8:29, 21:49, 25:2. Из цитированного 2:50 можно понять, что Моисею были даны некие знания, информация, собранные в Писание (истинную Тору, впоследствии выведенную из употребления и подменённую редакцией, извращенной кураторами Библейского проекта),[54] и было дано ещё нечто дополнительно к Писанию, что названо — Различение. Писание (каноническое или не канонизированное) можно прочесть и сформировать на его основе мировоззрение (на основе его понятийного, терминологического аппарата и нравственно-мировоззренческих постулатов-заповедей). А на основе этих нравственно-мировоззренческих постулатов сформировать культуру.

Но получить дополнительную жизненно важную информацию на базе писания (живя в этой культуре) в темпе жизненных обстоятельств невозможно.

К тому же писание ещё и может нести не объективно праведную информацию, на базе которой будет сформировано объективно ущербное мировоззрение — даже если оно и будет мозаичным.

При обращении к фрагментам коранического послания человечеству, в которых наличествует слово «Фуркан-Различение», выявится два смысловых слоя, на которые указывает это слово в контексте Корана:

· это вопрос о способности индивида к Различению «этого» от «не этого»;

· и вопрос о том, что именно дано в Коране в Различение в качестве исходной определённости, от которой человеку дулжно разворачивать процесс осмысления и переосмысления Жизни.

Коран, сура 8:29 поясняет первый из этих вопросов:

«О вы, которые уверовали! Если вы богобоязненны (арабское слово изначального текста ближе по смыслу к «благоговеете перед Богом», и исключает понимание как «бессмысленного страха, боязни»), Бог даст вам способность Различать, очистит вас от ваших злых дел (изгладит из жизни их последствия) и простит вам грехи — ведь Бог велик благостью».[55].

Так Коран сообщает, что человек не самодостаточен в его способности к Различению; иными словами — не самодостаточен в способности к выборке из потока событий Жизни информации, и прежде всего — той информации, которая впервые в жизни приходит в его психику и на основе которой он строит своё мировоззрение и миропонимание на протяжении всей жизни, начиная с внутриутробного периода развития.

Т.е. по существу согласно приведённому выше кораническому сообщению человек не самодостаточен в способности выделить «сигнал», несущий информацию, на фоне «шумов» и «помех», и эта способность даётся каждому индивиду непосредственно Богом, соответственно его нравственности, определяющей всю его деятельность.

И в том, что каждый субъект обретает доступ к информации в озарении его Различением непосредственно Богом, Который предвидит последствия предоставления доступа определённому индивиду к определённой информации, состоит один из аспектов Божией Вседержительности.

Этот взгляд — отрицание само собой подразумевающегося бытового и «высокофилософского» общезападного и восточного знахарско-ведического мнения о самодостаточности всякого индивида в его способности к различению — и выделяет мировоззрение предлагаемое Кораном из множества прочих.

И узнав об этой его особенности, индивиду следует задуматься о том, какому мировоззрению отдать предпочтение в качестве своего рода «скелетной основы» алгоритмов своей психической деятельности, определяющей всю прочую его деятельности. В одном из двух случаев скелетная основа его психической деятельности будет уродливой и отягчающей его самого, а в другом — здравой опорой ему в Жизни: всё зависит от того, как он сам осмыслит это, данное ему в Различение различие одного от другого. А процесс осмысления и его результаты обусловлены его истинной (а не декларируемой и не показной) нравственностью, которую он также имеет возможность выявить, осмыслить, переосмыслить и изменить.

Если Различение не дано, то всё безразлично, всё темно либо как бы залито непроницаемым туманом: ни что не отличается ото всего остального. Какая бы то ни было осмысленная и целесообразная деятельность невозможна, поскольку цели и предметы деятельности неотличимы от фона сопутствующих обстоятельств, хотя возможность бесцельной суеты и шевеления, обозначающего якобы-жизнь сохраняется.

Если же Различение дано, то некое «это» осознанно воспринимается в окружающей его Объективной реальности, отличным от всего остального «не это» — фона событий, объемлющего «это». Собственно в этой способности осознанно увидеть Объективную реальность как совокупность «это» и «не это» и состоит явление коранического Различения.

Как известно, 1 бит — это количество информации, необходимое для разрешения неопределённости 50 % на 50 %, т. е. для получения определённого ответа на вопрос: «да» либо «нет», «можно» либо «нельзя», «истинно» либо «ложно», «Добро» либо «Зло». То есть, давая индивиду Различение, Бог даёт ему 1 бит информации, осмыслив которую, человек в состоянии разрешить какие-то неопределённости в Жизни как в своей личной, так и в Жизни Мироздания, вследствие чего открывается путь к личностному развитию его самого. И эта информация займёт место в мозаичной картине Мироздания.

Если осмысление будет извращённым — что определяется пороками истинной нравственности самого индивида — то индивид пожнёт неприятности, тем бульшие, чем более противоестественна его реальная нравственность. Столкнувшись с ними и переосмыслив то, как он к ним пришёл, он сможет вернуться на прямой путь развития. Когда он исчерпает возможности осмысления и переосмысления ранее данного ему непосредственно Свыше в Различение, ему будет дано в Различение нечто новое, открывающее новые возможности.

Если Различение не дано Богом, то это может повлечь за собой всё, плоть до исчезновения из бытия, поскольку в этом случае можно не заметить, что избранные намерения и пути их осуществления ведут под трамвай, как то случилось с небезызвестным М.Берлиозом в романе М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита». А со многими подобное приключается и в реальной жизни: так погиб «Титаник», впередсмотрящим которого не было дано Различение, вследствие чего, когда владельцы и командование вели лайнер полным ходом в опасном районе, попирая все нормы хорошей морской практики, перед вперёдсмотрящими стояла однообразно-безобразная стена черноты морской ночи, на фоне которой не выявился объективно отличный от неё образ айсберга, что и привело к столкновению, весьма знаменательно погубившему этот лайнер, ставший символом Западной цивилизации и знаком всего её ХХ века. А вперёдсмотрящим действительно нужен был один бит информации, дабы определённо и своевременно ответить на вопрос: есть ли препятствие прямо по курсу корабля, либо нет — ответ на этот вопрос и есть разрешение неопределённости 50 % на 50 %. Но это, как говорится, «тяжелые случаи».

В более «лёгких случаях» индивид, которому Свыше не даётся Различение, «варится в собственном соку», имея дело с однообразным информационным минимумом, поставляемым в его психику органами чувств и тем, что он извлечёт из своей памяти. Существование его будет муторным и суетливым до тех пор, пока он не переосмыслит достаточно близко к истинному смыслу Жизни то, что уже несёт в себе. Если он переосмыслит достаточно близко к истинному смыслу, то ему снова будет дано Различение, на основе которого он сможет выйти из своего прежнего суетливого и бессмысленного коловращения.

Такой взгляд на Различение, кроме того, показывает, что не нарушая ни чьей свободы выбора, не подавляя и не извращая ничью волю, Вседержитель способен управлять и управляет всем, давая в определённые Им моменты времени спасительную способность к Различению либо отказывая в ней. Согласно сообщаемому в Коране, сура 8:29, только Бог даёт Различение, и невозможно никому обрести Различение помимо Него.

Способность к Различению лежит в основе мировоззрения всякого индивида, то есть мировоззрение обусловлено тем, что индивид смог различить в Объективной реальности.

Все религиозные системы кроме Корана скрывают (в лучшем случае — умалчивают) Различение, навязывая через канонические откровения, либо другие системы знаний о Мироздании, о людях и Боге своё мировоззрение. Этим индивиды, исповедующие такие мировоззренческие постулаты, лишают себя возможности нормально развиваться в соответствии с Божиим Промыслом, не в силах выйти из своего прежнего суетливого и бессмысленного коловращения — в лучшем случае.

2.3. Психологические основы религиозного мировоззрения.

Выше мы описали необходимые предпосылки для правильной организации психики людей — основы правильного мировоззрения и принцип его наполнения правильным содержанием в процессе жизни. Но как этого достичь в реальности? Какая психика является совершенной для формирования правильного мировоззрения: в чём идеал психической организации людей?

Ведь далеко не каждая психика с её организацией (то есть, соотношением и иерархической взаимовложенностью компонент, присущих организации психики вида «Человек разумный»), которая сложилась «сама по себе» от рождения индивида, соответствует идеальной организации. В идеале правильное религиозное мировоззрение — это когда мозаичное «богоцентричное» мировоззрение вовремя пополняется всей необходимой индивиду информацией, даваемой Свыше в Различении. Этому обязательно должна соответствовать идеальная модель психической организации, которая отвечала бы условиям безопасности жизнедеятельности. Для того, чтобы описать эту идеальную модель, необходимо сначала рассмотреть модель работы психики людей.

2.3.1. Структура психики личности.

Психика человека обладает определённой структурой. Ставшая общедоступной в последние годы всевозможная оккультная[56] литература своими рассуждениями о «ментале», «астрале», «каузальности» и т. п. повергает в недоумение всякого, кто не идёт по пути освоения оккультных психологических практик, вследствие чего для них такие слова как «каузальное тело», «ментал», «астрал» — пустые слова, с которыми не могу быть связаны никакие из их собственных переживаний. Поэтому рассуждения на темы психической деятельности и произвольном управлении ею с употреблением такого рода терминологии большинству читателей — даже заинтересованных — ничего не дают.

Хотя многие продвинутые оккультисты считают таких людей отсталыми в их развитии (грубая форма оценки) либо естественным порядком пребывающими в духовном младенчестве (это снисходительная оценка), но дело объективно обстоит иначе:

Подавляющее большинство тех, кто продвинулся по пути освоения всевозможных психологических практик разнородного оккультизма, если смотреть на факты их реальной жизни, можно охарактеризовать словами: «Они осознанно чувствуют больше, чем в состоянии осмыслить безопасным для себя и окружающих образом». Именно вследствие такого соотношения разнородной чувственности, достигающей уровня сознания, и способности к осмыслению — их жизнь полна больших и малых бед и неприятностей, которые возникают в их жизни внезапно непредсказуемо и сопутствуют их самоудовлетворённости успехами в освоении разнородных духовных практик.

Бедственность жизни и жизненная неудовлетворённость многих пошедших по пути освоения разнородных психологических практик, даёт основание к тому, чтобы сделать вывод, что все без исключения разговоры и письменные трактаты об «астрале», «ментале», «каузальности», «расширении сознания», «правостороннем» и «левостороннем» состояниях сознания, «точке сборки» и тому подобном, свойственном традициям разнородного оккультизма в их публичных выступлениях, уводят увлечённых ими от осознания чего-то иного — более жизненно важного.

Чтобы не утерять то жизненно важное, от чего уводят рассуждения разнородных оккультистов, мы ограничивается рассмотрением двухкомпонентной структуры психики личности: уровень сознания и бессознательные уровни психики, так или иначе взаимодействующие как с уровнем сознания, так и друг с другом.

Граница между уровнем сознания и разнофункциональными бессознательными уровнями психики подвижна и определяется настроением и энергетикой человека. В зависимости от того, насколько человек в состоянии по своему произволу, т. е. осознанно управлять своим настроением и энергетикой — настолько ему подвластно перемещение границ своего сознания в пределах Мироздания. Воля человека всегда действует с уровня сознания и осознаваемо целесообразна.

Под «волей» в самом общем смысле этого слова понимается способность индивида осознанно выставлять цели и подчинять достижению ставших достоянием его внимания осознаваемых им целей, разного рода ресурсы, обстоятельства и течение событий. Иначе говоря, воля — осознаваемая индивидом целенаправленность его разного рода способностей.

Возможности сознания человека вне трансовых состояний ограничены следующими показателями: индивид в состоянии удерживать сознательное внимание и оперировать 7–9 различными объектами (различными информационными потоками) одновременно; при этом он способен различать не более 15 смысловых единиц в секунду (иными словами, быстродействие сознания составляет 15 бит/сек).

Если первое более или менее понятно, то второе нуждается в пояснении. Каждый кадр на киноленте — смысловая единица. При скорости проекции 16 кадров в секунду и более сознание вне трансовых состояний воспринимает изображение как движение; при скорости проекции менее 16 кадров в секунду сознание воспринимает фильм не как движение, а как череду различных неподвижных положений, последовательность которых представляет собой разные фазы движения.

Однако бессознательные уровни психики, рассматриваемые как система обработки информации, обладают гораздо большей производительностью и охватывают более широкий диапазон частот и набор физических полей, несущих информационные потоки, нежели те, что доступны для осознания вне трансовых состояний.[57].

Что касается разграничения двух (или нескольких) личностей по бессознательным уровням психики, то граница, в пределах которой локализована определённая личность, оказывается не столь ясно видимой как граница вещественного тела, определяемая по кожному покрову. Дело в том, что хотя люди разобщены в вещественных телах, но биополя, излучаемые ими, простираются за пределы границы личности, определяемой по кожному покрову вещественного тела. Кроме того вследствие принадлежности всех людей к одному и тому же биологическому виду совокупность полей, составляющих их биополе,[58] в своей основе качественно однородна у разных людей.

Поэтому, задавшись одним пороговым значением напряжённости избранного вида физического поля в составе биополя, можно получить одну область локализации личности в Мироздании; задавшись другим пороговым значением этого же поля, можно получить иную область локализации личности. Задавшись качественно иным общеприродным полем из состава биополя и его пороговым значением, можно получить третью область локализации.

При этом не надо забывать, что разные физические поля распространяются с разными скоростями, а интенсивность убывания их напряжённости при удалении от источника излучения — тоже разная в зависимости от вида поля и материальной среды, в которой поле распространяется.

Кроме того все поля, излучаемые человеком, несут и свойственную ему информацию. Поэтому там, где напряжённость полей одного субъекта теряется на фоне полей, излучаемых другим субъектом, тем не менее можно выявить информацию, излучаемую первым, если из суммарного поля «вычесть» собственное поле второго, что неизбежно сопровождается и отстройкой ото всей несомой его полем информации.[59].

Также в Жизни существуют и аналоги того, что в программировании для компьютеров называется «общие области»: если какая-то информация записана в такого рода «общие области», то изменение всякой записи в «общей области» какой-то одной программой или оператором-пользователем является изменением информационного обеспечения всех без исключения программ, опирающихся на эту «общую область». По отношению к разным личностям и задаче их разграничения (распределения) по бессознательным уровням психики такие «общие области» также имеются и будут рассмотрены далее.

По отношению к некоторым «общим областям» личности могут быть в разных правах доступа: одни способны, изменив что-то в себе, через «общие области» изменить что-то и в других людях, другие оказываются полностью подвластны информации и алгоритмике «общих областей» при достигнутом ими личностном развитии, не обладая соответствующим статусом в «праве доступа», позволяющим изменить что-либо в «общих областях».

Вследствие названных причин предельно широкая граница области локализации личности, выявляемая по её бессознательным уровням психики — всё Мироздание. Но в каждый момент времени граница может быть проведена и как-то иначе, соответственно субъективно избранным пороговым энергетическим и информационным показателям проявления в Мироздании присутствия и деятельности этой личности.

Сознание же при таком взгляде оказывается областью отождествления собственного «Я» личности и Мироздания.[60] И эта область отождествления представляет собой область осознанной локализации субъекта и может простираться в широком многомерном диапазоне: от осознанного ощущения себя каким-то фрагментом собственного вещественного тела до Мироздания в целом (однако за исключением сокровенных глубин психики других субъектов, доступных для восприятия информации из них исключительно Богу).

В современном обществе большинство мужчин проводит бульшую часть бодрствования в режиме «Я є вещественное тело + одежда»; большинство женщин — в режиме «Я є вещественное тело + косметика + одежда». Будучи невнимательны к своему внутреннему миру и к тому, что им даётся в Различение на протяжении всей их жизни, и те, и другие забывают о своей далеко уходящей через их бессознательные уровни психики протяженности в другие области Мироздания. И многие отмахиваются от напоминания им об этом факте как от несостоятельного вымысла, вопреки всему тому, чему их учили в школе в курсе физики, обрекая себя тем самым на разлад, прежде всего, с самим собой; на разлад с Жизнью; и как следствие — на жизненную неустроенность себя и своих близких.

Двухкомпонентная структура психики личности: «сознание и бессознательные уровни психики, взаимодействующие друг с другом», во-первых, является общедоступной для понимания; во-вторых, с нею может соотнести осознаваемую им более детально структуру своей собственной психики каждый.

Но главное состоит в том, что она при всей её простоте позволяет выявить и описать ту проблематику, с которой имеет дело практически каждый вне зависимости от его «продвинутости» в духовных практиках; вне зависимости от того, насколько он «расширил своё» сознание, вследствие чего его осознанному восприятию оказались доступны «астрал», «каузальность» и т. п., функционирование тех или иных чакр в организмах его самого или других людей.

Алгоритмика психической деятельности личности включает в себя сознание индивида, бессознательные[61] уровни его индивидуальной психики и какие-то фрагменты коллективной психики, в которой он соучаствует (часть духовной культуры, фрагменты которой размещены в психике индивида: о духовной культуре речь пойдёт позже). При этом алгоритмика мышления (логика мышления) представляет собой диалог сознания и бессознательных уровней психики. И в этом диалоге сознание большей частью даёт добро или налагает запреты на использование результатов обработки информации бессознательными уровнями психики, хотя у многих сознание просто присутствует при этом процессе, не вмешиваясь в него. Также сознание ставит задачи перед бессознательными уровнями психики, которые те должны решить.

Алгоритмика психики в целом (личности, её духовного обеспечения извне) является совокупностью частных алгоритмов, в ней содержащихся, в которой происходит передача управления от одного частного алгоритма к другим. Алгоритмика психики в целом предопределяет логику мышления и поведения личности.

Напомним что алгоритм — преемственная последовательность действий, выполнение которой позволяет достичь определённых целей. Также алгоритмом называется описание такой последовательности действий.

Алгоритм как описание представляет собой совокупность, во-первых, информации, описывающей характер преобразования входного потока информации в каждом блоке алгоритма, и во-вторых, мер (мерил), управляющих передачей потоков преобразуемой в алгоритме информации от каждого блока к другим.

Внешне формально алгоритмы и их фрагменты могут быть отнесены к одному из следующих типов или же представлять собой их упорядоченную комбинацию:

· линейные — в них информация передаётся последовательно по цепочке от блока к блоку;

· циклические — в них несколько блоков образуют кольцо, по которому передаётся информация в процессе преобразований;

· разветвляющиеся — в них передача информации от одного блока к последующему не определена однозначно структурой алгоритма, но обусловлена результатами обработки информации;

· «распараллеливающиеся» — в них информация от одного блока передается сразу нескольким блокам-преемникам процесса.

Все типы, кроме линейного, если речь не идёт о прерывании или остановке выполнения алгоритма до его завершения, требуют некоторого управления потоками информации при передаче их от блока к блоку: вхождение и выход из цикла, выбор блока-преемника, параметры «распараллеливания» процесса и т. п. — требует управления. Управление информацией в алгоритмах при передаче её от блока к блоку основано на сопоставлении получаемых результатов с некоторым стандартом сопоставления. Такой стандарт может быть как «вычисляемым» в самом алгоритме, так и быть неизменным свойством самого алгоритма. По своему существу в мировоззрении триединства материи-информации-меры такой стандарт сопоставления, управляющий информационными потоками в алгоритме, представляет собой одно из жизненных выражений меры, т. е. это — мерило.

Как можно понять из этого описания, в двух экземплярах одного и того же достаточно разветвлённого алгоритма с некоторым количеством циклов обработки информации один и тот же входной поток информации будет преобразовываться в различные результаты, если в одном экземпляре заменить значения мер (мерил), свойственных алгоритму (а не вычисляемых в нём[62]), с которыми сопоставляются промежуточные результаты обработки информации, и на основании какого сопоставления информационный поток передаётся для дальнейшей обработки в последующий блок.

Приведенное определение алгоритма и сказанное об управлении в алгоритмах информационными потоками вполне применимо и к психической деятельности индивидов и коллективов (к соучастию индивидов в духовной культуре); т. е. применимо к алгоритмике психики в целом (личности, духовной культуре) как к совокупности частных алгоритмов, в ней содержащихся, в которой происходит передача управления от одного частного алгоритма к другим.

Если вернуться к вопросу о взаимодействии сознания индивида с его бессознательными уровнями психики, то по существу сознание индивида «едет по жизни» на организме (вещественное тело + биополя), управляемом непрестанно во внешнем и внутреннем поведении бессознательными уровнями психики, вследствие чего индивид на протяжении длительных интервалов времени оказывается заложником не всегда осознаваемой им информации и не всегда предсказуемых для его сознания алгоритмов её обработки, которые содержатся в его бессознательных уровнях психики или доступны ему через них в какой-то коллективной психике.[63].

И всегда, когда встречается термин «бессознательные уровни психики», следует помнить, что через них на личность может оказываться и внешнее воздействие со стороны духовной культуры (коллективной психики, в которой личность соучаствует), а также и со стороны субъектов, злоупотребляющих своими экстрасенсорными способностями. Соответственно, будучи заложником своего бессознательного, индивид может сам не заметить того, как окажется одержимым (т. е. управляемым извне помимо его целесообразной воли или вопреки ей) каким-то иным субъектом или объектом, от которого его бессознательные уровни психики получают информацию, определяющую его поведение.

2.3.2. Типы психики.

Разговор о структуре психики личности необходимо продолжить, перейдя из «плоскости» рассмотрения «сознание — бессознательные уровни психики» к другой «плоскости» рассмотрения.

Та психологическая наука, которая царит на кафедрах психологии вузов, в этом деле мало чем может помочь. Причина этого состоит в том, что разделение людей на «ипохондриков», «холериков» и т. п., словесные построения на основе фрейдовских бредней о «либидо», «Эдиповом комплексе» и «латентном гомосексуализме» весьма далёки от того, что реально происходит в психике подавляющего большинства людей. Вследствие этого педагогической, психиатрической, криминалистической практике почти что нечего взять из легитимной традиции общей «научной» психологии. Т. е. это — тот случай, когда от имеющихся научных теорий проку мало и надо обратиться к жизни общества, выявить проблемы и подумать о путях и средствах их разрешения.

Для того, чтобы рассмотреть взаимодействие реальных компонент в психике людей необходимо знать, что каждой особи вида «Человек разумный» свойственно всё то, что генетически свойственно подавляющему большинству достаточно высокоразвитых видов животных в биосфере Земли, а именно:

· Врождённые безусловные рефлексы разных иерархических уровней в организации его организма (уровня клеток, уровня органов, систем органов и организма в целом).

· Врождённые инстинкты, поведенческие программы которых относятся к уровню организации «организм в целом» и обеспечивают взаимодействие с окружающей средой в «автоматическом» режиме вне зависимости от персонального жизненного опыта той или иной определённой особи, нарабатываемого ею в течение всей своей жизни. И хотя инстинкты свойственны всем особям вида, но весь комплекс инстинктивно обусловленных поведенческих программ, обслуживает не жизнь той или иной особи, а жизнь вида (его популяций) в целом, поэтому главенствующий из них во всём комплексе — инстинкт продолжения рода, и его алгоритмика обладает своеобразием, отличающим друг от друга психику особей соответственно принадлежности каждой из них к одному из полув.

· Однозначно не запрограммированный потенциал поведенческих способностей каждой особи в её взаимодействии со средой, включающий в себя как условные рефлексы и привычки, так и выработку тех или иных поведенческих программ на основе мышления в русле той или иной целесообразности.

У наиболее высокоразвитых видов животных (например у некоторых видов обезьян) последняя составляющая приводит даже к появлению некой «социальной организации» и «культуры» как набора поведенческих навыков, передаваемых от поколения к поколению на основе «социальной организации».

Кроме того у человека есть компоненты психики, которым нет места даже у высокоразвитых животных:

· Традиции культуры, стоящие над инстинктами.

· Его собственное ограниченное разумение.

· «Интуиция вообще» — то, что всплывает из бессознательных уровней психики индивида, приходит к нему из коллективной психики, является порождением наваждений извне и одержимости в инквизиторском понимании этого термина.

· Водительство Божьим промыслом, на основе всего предыдущего, за исключением наваждений и одержимости, как прямых вторжений извне в чужую психику, вопреки желанию её носителя.

В психике всякого индивида есть место всему этому.

Но что-то одно может преобладать над всеми прочими компонентами в поведении индивида.

Соответственно можно утверждать, что генетика вида «Человек разумный» допускает четыре типа строя психики каждого из его представителей, определяющих характер организации психической деятельности личности:

· Животный — когда поведение субъекта, принадлежащего к биологическому виду «Человек разумный», безусловно (т. е. вне зависимости от обстоятельств) подчинено врождённым инстинктам и безусловным рефлексам разного уровня организации в структуре его организма.

· «Зомби», биоробот — когда поведение субъекта, принадлежащего к биологическому виду «Человек разумный», безусловно подчинено поведенческим программам, взятым им из культуры общества или целенаправленно внедрённым в его психику извне их разработчиками.

· Демонический — когда субъект, принадлежащий к биологическому виду «Человек разумный», проявляет свою волю соответственно принципу «что хочу — то и ворочу», обособляясь от Бога на основе:

— неверия Ему.

— либо на основе отрицания факта Его бытия.

— или на основе отрицания благости Божиего Промысла и Вседержительности.

· Человечный — когда человек по своей воле на основе веры Богу старается жить в ладу с Богом, действуя осмысленно в русле Божиего Промысла.

Но есть и ещё одна возможность, осуществлённая самими людьми, не состоявшимися в качестве человеков — носителей человечного типа строя психики — и воспроизводимая культурой общества в преемственности многих поколений:

· Опущенный в противоестественность строй психики — когда субъект, принадлежащий к биологическому виду «Человек разумный», одурманивает себя разными психотропными веществами: алкоголем, табаком и более тяжёлыми наркотиками наших дней. Это ведёт к противоестественному искажению характера физиологии организма как в аспекте обмена веществ, так и в аспекте физиологии биопуля, что имеет следствием множественные и разнообразные нарушения психической деятельности во всех её аспектах (начиная от работы органов чувств и кончая интеллектом и волепроявлением), характерных для типов строя психики животного, зомби, демонического (носители человечного типа строя психики не одурманивают себя). Так человекообразный субъект становится носителем организации психики, которой нет естественного места в биосфере, и по качеству своего не отвечающего складывающимся обстоятельствам поведения оказывается худшим из животных. И за это нарушение им самим предопределённого для него статуса в биосфере Земли он неотвратимо получает воздаяние по Жизни.

При этом, если у субъекта возникает зависимость от дурманов, то он обретает стойкое искажение своего биополя. И соответственно, по параметрам своего духа он перестаёт принадлежать к биологическому виду «Человек разумный».

Кроме того большинство дурманов являются генетическими ядами, т. е. они нарушают работу хромосомного аппарата и разрушают хромосомные структуры тех, кто их принимает в свои организмы. Дефективные хромосомные структуры передаются потомству, что так или иначе подрывает их здоровье, потенциал личностного развития и творчества. Это тем более имеет место, если зачатие происходит до того, как системы восстановления хромосомных структур, действующие в организме, успевают исправить повреждения. Но если генетические яды поступают в организм слишком часто и в таких количествах, что системы восстановления хромосомных структур организма не успевают исправлять все повреждения, то потомство просто обречено на вырождение.

Именно эти обстоятельства и позволяют назвать этот тип строя психики — порождённый самими людьми и воспроизводимый культурой общества — опущенным в противоестественность.

Каждый тип строя психики соответствует определённому «усреднено-совокупному» типу мировоззрения с присущими ему определёнными нравственными критериями. Каждый тип строя психики, выражаясь в поведении множества людей — его носителей — порождает качественно определённые субкультуры, совокупность которых и образует иерархически выстроенные культуры (духовные и вещественные) народов и человечества в целом в их историческом развитии.

2.3.3. Духовная культура как основа религиозных систем.

Выше было показано, что вследствие принадлежности всех людей к одному и тому же биологическому виду, совокупность полей, составляющих их биополе, в своей основе качественно однородна у разных людей. Также известно что поля, излучаемые человеком, несут и свойственную ему информацию. Информация же упорядочена, то есть алгоритмически структурирована — согласно параметрам биополей: частотным характеристикам (несущие и тактовые частоты, фазовые сдвиги), поляризации и т. п. Поэтому при одной и той же основе полей, составляющих биополе, отличие их мерных характеристик (вследствие различия мерил человека).

[64] может быть очень значительным.

К тому же при рассмотрении вопроса о взаимодействии сознания индивида с его бессознательными уровнями психики, был сделан вывод что по существу сознание индивида «едет по жизни» на организме (вещественное тело + биополя), управляемом непрестанно во внешнем и внутреннем поведении бессознательными уровнями психики, вследствие чего индивид на протяжении длительных интервалов времени оказывается заложником не всегда осознаваемой им информации и не всегда предсказуемых для его сознания алгоритмов её обработки, которые содержатся в его бессознательных уровнях психики или доступны ему через них в какой-то коллективной психике. И всегда, когда встречается термин «бессознательные уровни психики», то следует помнить, что через них на личность может оказываться и внешнее воздействие со стороны духовной культуры (коллективной психики, в которой личность соучаствует), а также и со стороны субъектов, злоупотребляющих своими экстрасенсорными способностями.

Любая вещь, любой процесс, любое явление имеют триединую сущность и могут быть представлены материально; описаны информационно (либо представлены в виде образа); и имеют свои «количественные» характеристики, которые точно выражаются совокупностью частных мhр (измерений), из которых складывается совокупная мhра (любой вещи, процесса, явления).

Любой индивид, принадлежащий к виду «Человек разумный», представляет собой тоже триединство в виде:

· материи-тела со всем содержимым (вещественная оболочка, с помощью которой распознаётся личность); то есть материя (тело) в триединстве как бы отвечает на вопрос: «где» находится индивид со всем его содержимым;

· информационного обеспечения жизнедеятельности (всей совокупности инстинктов, знаний, навыков,…, — всей информации, циркулирующей в живом организме); то есть, информация (образ) в триединстве как бы отвечает на вопрос: «что» содержится в психике индивида;

· «количественно-порядкового» (алгоритмического) обеспечения жизнедеятельности (всей совокупности частных характеристик работы преобразователей информации в организме в соответствие с мерилом); то есть, мhра в триединстве как бы отвечает на вопрос: «как» циркулирует информация и «как» себя ведёт индивид при попадании в его организм (и психику) той или иной информации.

Представители вида «Человек разумный», как и вся остальная природа, частью которой они являются, излучают и воспринимают общеприродные поля. По другому эти общеприродные поля называют «дух». Таким образом человек естественно наделён Свыше возможностью обмениваться информацией с окружающим миром. Совокупность полей биосферно-органического происхождения сегодня принято называть биополем. Человек чувствует и воспринимает мир не только органами, построенными из вещества его биомассы, но и через общеприродные поля, свойственные его организму, т. е. воспринимает информацию своим биополем.

Общеприродное поле («дух»), как и любое другое явление имеет «свойства» триединства, а посему оно представляет собой:

· материю, представленную в поле как энергия (переходное состояние материи); причём энергию поля можно сравнить с мощностью известной всем радиоволны, с помощью которой передаётся сигнал от излучателя к приёмнику;

· информацию, которую можно записать на энергетических структурах поля («духа»); подобно тому как несёт людям передаваемую информацию известная всем энергия радиоволны;

· алгоритм (мhру), согласно которому происходит распределение информации (и энергетики) и управление информацией и энергетикой поля — управление «духом»; подобно тому как при образовании радиосигнала распределяется энергия и информация по собственным амплитудным и частотным характеристикам всё той же известной всем радиоволны.

Также алгоритм (мhру) общеприродного поля можно сравнить (как модель рассмотрения) с частотами настройки радиопередатчика и радиоприёмника: частота передающей волны всегда совпадает с частотой настройки передатчика, но может не совпасть с частотой настройки приёмника — в этом случае информация не дойдёт до приёмника (этим приёмником волна не будет принята — но это не значит, что данная волна не будет принята каким-то другим приёмником), несмотря на то, что она была передана в эфир. То есть, одна и та же информация, переданная на разных частотах, будет нормально восприниматься приёмником лишь при совпадении его собственной частоты с частотой передающей волны.

Короче говоря, мhра в триединстве «материя — информация — мhра» — основная управленческая характеристика всякого явления, определяющая в конечном итоге качество управления. При одной и той же информации, записанной в полевых структурах и одинаковом уровне энергетики (мощности), поля («духи») могут отличаться мhрой (алгоритмикой), определяющей в конечном итоге как соотношение первых двух «компонент» (распределение информации по энергетическим структурам поля), так и их взаимодействие (качество «взаимоотношений») — между собой и с другими полями («духами»).

Психика представителей вида «Человек разумный» представляет собой двухуровневую систему: уровень сознания и бессознательные уровни психики. Структура биополя человека определяется как типом строя его психики, так и не только им. Структура биополя — производная от функционирования всего человеческого организма в целом, который излучает соответствующие его настройкам биополя и принимает те биополя, на которые настроен организм по целому спектру соответствующих параметров настройки (частных мhр).

Однако, как мы уже знаем, настройка организма в целом на ту или иную информационную «волну» в основном зависит от типа строя (настроя) психики человека. Причём конкретное состояние психики, которое для большинства людей на сегодня формируется из всего многообразия сочетаний основных типов строя психики (опущенный, животный, зомби, демонический, человечный), определяет в конечном итоге качество структуры биополя у представителя вида «Человек разумный». Также каждому типу строя психики соответствует определённое мировоззрение и — нравственность. Так, например, говорить о мозаичном мировоззрении у людей с опущенным типом строя психики нет смысла, поскольку употребляющие алкоголь и курящие люди обрекают своё мировоззрение на калейдоскопичность восприятия мира. Также зачастую трудно отыскать фрагменты добронравия у людей, постоянно пребывающих под водительством инстинктов и рефлексов, алгоритмически диктующих их психике животный тип поведения в жизни (они живут как звери, птицы, растения…). Какое, к примеру, добронравие можно распознать в поведении животного? Инстинктивные и рефлексивные программы обуславливают достаточно примитивную поведенческую алгоритмику «выживания» — в том числе и за счёт других особей, находящихся в той же нише обитания. Животные инстинкты заставляют «выживать» и вести себя не лучше зверя — во многих жизненных ситуациях.

Слова «настройка» и «настроение» однокоренные в русском языке, хотя первое в условиях современной технократии в основном ассоциируется с техническим аспектом. То есть, определения типа строя (настроя) психики индивида (мhры психики) может быть вполне достаточно для того, чтобы достаточно точно определить, на какую биополевую «волну» настроен весь организм, куда «подключена» личность. Также и организация биополевого воздействия на организм индивида в целом на определённой «волне вещания» позволяет настроить организм (строй психики, подключку личности через бессознательные уровни психики) на тип, заданный алгоритмикой «волны вещания». Ясно, что удерживание организма индивида в заданном внешним «излучателем» диапазоне «вещания» (со всеми его настройками: частотой, амплитудой, модуляцией…) может позволить удерживать строй его психики (подключку личности) в типе, заданном «излучателем» (его передающей «волной»). Причём сам «излучатель» — всего лишь средство передачи информации, качество которой определяется «настройщиками» излучателя на ту или иную «волну».

Поскольку структура биополя, излучаемого организмом индивида и принимаемого извне, определяется в основном типом строя психики, а сама психика представителей вида «Человек разумный» имеет двухуровневую организацию (структуру) — сознание и бессознательные уровни психики, поэтому и характер излучаемой и принимаемой информации, несомой биополями («духом») можно разделить на информацию, которая осознаётся индивидом, и информацию, циркулирующую в организме на уровне психики и биополей, не осознаваемую индивидом. Причём и та и другая информация имеют важнейшее значение для самоуправления представителей вида «Человек разумный». То есть всё информационное обеспечение в целом, как на уровне сознания, так и на бессознательных уровнях психики, определяет алгоритмику самоуправления индивида, его мысли и поступки.

В современном мире уже давно существует выражение «коллективное сознательное» которое считается основой вещественной культуры и широко употребляется в этой культуре. Но существует и коллективное бессознательное, являющееся основой духовного мира людей — духовной культуры.

Духовный мир людей это коллективное сознание + коллективное бессознательное (информация, не зафиксированная на вещественных носителях, но зафиксированная в индивидуальных и коллективных психиках людей), которые неразрывно связаны между собой через двухуровневую психику представителей вида «Человек разумный».

Пытаться разделять коллективное сознание и коллективное бессознательное и воздействовать лишь на какую-то одну из составляющих духовного мира людей — бессмысленно. Это — всё равно, что идти против естественности творения человека.

Это так, поскольку получая какую-либо информацию на уровень сознания, например, с помощью лексического общения — индивид не всё может осмыслить в темпе получения информации и часть информации будет проходить мимо его сознания, осев некоторым образом (возможно большей её частью) на бессознательных уровнях психики. Хорошо, если такой индивид после получения некоего объёма информации сможет вернуться к ней с помощью своей памяти и осмыслить то, что изначально прошло мимо его сознания. Но всё равно, какой бы мощный интеллект не был бы у индивида, в современном мире нет людей, способных извлекать из своей памяти всё, что они получили ранее. А значит, вместе с осознаваемой информацией на уровни психики ляжет и неосознанная информация, полученная во всём «пакете» вроде бы понятного информационного «сообщения». Эта информация — дополнит бессознательное индивида и осядет там в обход его сознания.

Также и поступившая в обход сознания индивида информация, доставленная на биополевых структурах (в «духе») непосредственно на бессознательные уровни психики, может быть в определённой мере «распакована» и осознана индивидом. Как правило это происходит у людей, внимательно относящихся к своим ощущениям, особенно к новым ощущениям. Поскольку такого рода информационное воздействие происходит дистанционно (через коллективное бессознательное и биополя), то оно воспринимается индивидом в первую очередь на уровне ощущений чего-то нового, необычного. Внимательное отношение к своим ощущениям не свойственно большинству людей в современной Западной цивилизации. Поэтому надеяться на глубокое осознание получаемой с помощью биополевых структур информации у индивидов, выросших в западной системе ценностей, не приходится.

Духовная культура (духовный мир) это прежде всего коллективное бессознательное (коллективный «дух») — такая же реальность как и коллективное сознание. Коллективное сознание ещё как-то можно объять индивидуальным разумом, изучая доступную вещественную культуру цивилизации. А вот всё коллективное бессознательное людей объять индивиду невозможно, поэтому оно и кажется нереальным.

Духовная культура — это прежде всего всё духовное наследие цивилизации, которое конечно непосредственно связано и является невидимой составляющей всего культурного наследия этой же цивилизации (куда входит и вещественная культура). Вещественное и «духовное» культурные наследия, определяют своими характеристиками как строй психики людей, так и их мысли и поступки — их совокупный «духовный» и вещественный мир.

Духовный мир образуется следующим образом (что ни в коей мере не противоречит известным законам физики). Если некое множество людей имеет сходные параметры настройки их «духа»-биополя (частные мhры: частоту; амплитуду; поляризацию и т. д.; это подобно настройке радиоприёмника) биополевое «излучение» этого множества людей порождает совокупную энергоинформационную систему на полевых носителях, именуемую эгрегором.[65].

Люди, будучи телесно отделёнными один от других особями, способны порождать биополевую («духовную») систему, объединяющую многих и многих людей, на которую замыкаются через свои биополя («дух») все её участники, и с которой все они поддерживают на уровне своих биополей энергоинформационный обмен.

Эгрегоры — это самоуправляющиеся во многом системы, хотя многими эгрегорами, и прежде всего, порождёнными практикой общественной жизни, люди способны управлять по своей воле; а некоторые из эгрегоров, поддерживаемых обществами и общественными подгруппами, создаются на протяжении истории именно с целью управления через них процессами — как внутриобщественными, так и сопряжёнными с обществом иными процессами.

«Месторасположение» эгрегоров[66] — в Ноосфере Земли; на одном из «семи небес». Поэтому эгрегоры люди путают с Богом, богами. Эгрегор — коллективный «дух» — это триединство:

· Материи, выступающей в эгрегоре в качестве энергии биополей, складывающихся из совокупной энергетики биополей входящих в эгрегор людей, и расходующейся как в соответствии с целеполаганием самого эгрегора (его мhры-алгоритмики), так и в соответствии с волей менеджеров-магов-«духовников», имеющих возможность вмешиваться в самоуправление эгрегора. Получение энергии эгрегором можно уподобить сложению мощностей вырабатываемой электроэнергии множеством электростанций в единую совокупную энергосистему, мощность которой равна сумме мощностей всех частных электростанций. Только в случае эгрегориальной энергетики в качестве частных «электростанций» выступают люди — их энергия, переносимая биополями.

· Информации, поступающей в эгрегор от входящих в него людей и употребляющейся эгрегором в соответствии с его целеполаганием (согласно его мhры-алгоритмики), а также в соответствии с волей менеджеров-магов, имеющих возможность доступа к информации эгрегора и управления ею. Получение информации эгрегором можно уподобить работе компьютерной сети, в которой главный компьютер выступает в роли эгрегора, а второстепенные компьютеры — люди. То есть, главному компьютеру доступна вся информация, хранящаяся на винчестерах остальных компьютеров, входящих в сеть. А залезть в главный компьютер из любого второстепенного в сети может лишь тот, кто знает «пароль доступа». Только в роли второстепенных компьютеров в случае эгрегора выступают психики людей и их души,[67] в которые вламывается маг, предоставляющие доступ к хранящейся там информации «главному компьютеру» — эгрегору. А в роли знающего «пароль» доступа выступает маг-«духовник»-экстрасенс…, имеющий возможность входить в эгрегор, а через него — в психики и души людей.

· Мhры (алгоритмики) эгрегора — совокупной мhры, складывающейся из частных мhр людей (алгоритмики их психики, которая предопределяет алгоритмику их биополей; а из последних — складывается эгрегор).[68] Функция сложения частных мhр людей внутри эгрегора является «волей» эгрегора или мага-управленца. Но это происходит лишь после попадания индивида в зависимость от того или иного эгрегора. Происходит как бы автоматически — в соответствии с объективной нравственностью индивида.[69] В то же время, сложением людей в существующую иерархию эгрегоров (а также и образованием новых эгрегоров) изначально управляет объективная нравственность индивидов и их воля, а не маги. Маги могут работать лишь в пределах, заданных изначальной нравственностью индивида и его волей, которые и определяют качество эгрегора и его алгоритмику. С другой стороны, маги-управленцы-«духовники» могут поддерживать в обществе такой уровень невежества (в основном средствами культурного воздействия на людей), что нравственность такого общества будет неизменна, либо даже — падать. После чего будет складываться впечатление, что люди сами принимают недобрые решения и сами подключаются к нехорошим эгрегорам — без вмешательства магов и их хозяев.

Принцип образования эгрегора упрощённо можно уподобить игре в домино. Коллективное бессознательное (эгрегор) — своего рода «информационное домино». Каждая мысль, в большинстве её выражений, имеет начало и конец. Перед нею может встать (либо быть умышленно вставлена) иная мысль, которую первая объективно будет продолжать; но может найтись и мысль, продолжающая первую. И каждая из них может принадлежать разным людям.

Управление сложением людей в иерархию эгрегоров и управление включением в иерархию эгрегоров того или иного индивида происходит строго в соответствии с его объективной нравственностью и позволяет выявить объективную (а не декларируемую) картину добропорядочности либо злонравия общества и отдельных его субъектов-индивидов. А сделать это можно лишь с помощью доступа к эгрегориальной информации, то есть к информации коллективного бессознательного. Иначе определить объективное грехопадение кого-либо (и даже целых народов и цивилизаций), или выявить добронравие кого-либо (и даже целых народов и цивилизаций) в современном мире затруднительно, вследствие большого различия в традиционных культурах между декларациями о добронравных намерениях и реальными злыми мыслями и деяниями, совершаемыми под прикрытием благонамеренных деклараций. Выявить объективную нравственность, которую несёт та или иная религиозная культура, можно достаточно точно — лишь обратившись к духовному наследию в коллективном бессознательном. «Ключи» же к вхождению в коллективное бессознательное (в духовную культуру) можно получить, осваивая вещественную культуру. Но при этом необходимо самим нравственно и мировоззренчески подняться над изучаемой культурой (быть добронравнее, чем предлагаемые культурой стандарты «добронравия») — иначе «ключей» не получишь.

Таким образом доступ в коллективное бессознательное иерархически организован и является функцией (зависит от):

· нравственности (нравственного мерила) менеджера, изъявившего желание залезть в тот или иной эгрегор,

· нравственности (нравственных мерил) составляющих эгрегор людей.

Мы уже знаем, что информация, имеющаяся в эгрегоре, «записана» на энергетике его полевой структуры и упорядочена в соответствии с алгоритмикой (мhрой) эгрегора. Вся вновь поступающая информация также «записывается» на энергетике его полевой структуры в строгом соответствии с внутренней алгоритмикой (мhрой) эгрегора. «Излучение» информации из эгрегора в средэ происходит также в соответствии с внутренней алгоритмикой (мhрой) эгрегора. То есть, внутренняя алгоритмика эгрегора (и вмешательство магов) управляют приёмом и излучением информации, а также и распределением энергетики по информационным блокам эгрегора и по людям, входящим в эгрегор.

Активизация работы эгрегора возможна как при целенаправленном вмешательстве имеющих в него доступ магов-«духовников»-экстрасенсов (управляющих через мhру), так и в соответствии с его алгоритмикой (мhрой), активизируемой изменениями, поступившими в эгрегор (как бы «автоматически» в кибернетическом смысле этого понятия) по полевым структурам из среды (из психик включённых в эгрегор людей).

Каждый индивид рождается и растёт под определённым набором иерархически организованных эгрегоров, к которым он был подключен от рождения и после согласно его нравственно обусловленному потенциалу и культуре, под «духовным» воздействием которой он рос. В результате этого вся информация, носителем которой является индивид (намерения на будущее, профессиональные навыки — всё самое сокровенное, что всплывает в мыслях и планах и т. п.), становится достоянием эгрегора и его менеджеров[70] — «коллективного духа» — в который человек включился осознанно или бессознательно — в силу его нравственного безразличия к алгоритмике и информации эгрегора. И информация личности может быть востребована эгрегором для осуществления заложенных в него (в эгрегор) целей как через сознательные, так и через бессознательные уровни психики включившихся в него людей в любой момент времени; и это может быть сделано как в режиме «автоматического» самоуправления эгрегора, так и в режиме управления эгрегором его менеджерами-управленцами — магами.

Если информационно-алгоритмическое содержимое эгрегора[71] не вызывает нравственно обусловленного неприятия у индивида (бессознательного протеста, либо осознанного волевого неприятия), то для последнего оказывается незаметным тот факт, что его воля действует под водительством эгрегора в русле эгрегориального алгоритма.[72] Будучи коллективным биополем (духовным миром — общим «духом») множества удалённых друг от друга на тысячи километров людей, эгрегор многократно превосходит каждого из них как по мощи энергетики, так и по возможностям обработки информации. Вследствие этого всё то, что происходит в жизни общества под эгрегориальным управлением, подчас воспринимается людьми как сверхъестественное чудо, удивительное везение либо трагическое стечение обстоятельств, либо просто как должное.

Вообще же по отношению к эгрегору личность-индивид может занимать разное положение:

· быть его менеджером, имеющим ограниченную возможность управлять деятельностью эгрегора;

· быть исполнительным орудием — биороботом-«зомби» (одержимым), действующим автономно на основе:

— информации, содержащейся в психике индивида,

— команд от эгрегора и,

— эгрегориальной информации, поступающей «зомби» в соответствии с «решениями» эгрегора;

· быть энергетической или информационной «дойной коровой» или жертвенным «бараном»;

· комбинация из этих и многих других вариантов — в зависимости от настроя индивида, который может меняться даже в течении одного дня.

В образовании людских эгрегоров более значимы информационные особенности и общность людей — их распределение по типам строя психики (алгоритмике психики, душевному соответствию), а не энергетическая совместимость, которая изначально (но не пожизненно) обеспечена принадлежностью к народу, расе и человечеству.

Людские эгрегоры входят в общебиосферные, а те, в свою очередь, в общепланетные и т. д. по иерархии Мироздания. Разные эгрегоры могут быть взаимно вложенными, дополнять друг друга, быть нейтрально совместимыми или взаимно антагонистичными. Вхождение в тот или иной эгрегор, зависит от нравственности индивида и типа его строя психики, являющимся в свою очередь производной от нравственности.

Множество людей, поддерживающих каждый из эгрегоров, непостоянно по персональному составу и численности (что определяется динамикой их нравственности и типа строя психики). Соответственно этому, время жизни эгрегора при обновлении поколений живущих людей, поддерживающих его энергетически и информационно, может быть весьма продолжительным исторически и охватывать многие поколения, обладающие в их преемственности достаточной информационной общностью. Поскольку любая религиозная система с её религиозной культурой это прежде всего крупный эгрегор религии, то живучесть той или иной религиозной системы зависит от того, насколько устойчив этот эгрегор к изменениям культурной среды, в которой живут люди, из чьих биополей складывается эгрегор.

Многие люди по характеру несомой ими информации (и разным фрагментам их информационного багажа в целом) могут соответствовать разным эгрегорам; это же касается и биополевого соответствия, т. е. особенностей настройки биополя индивида как «излучателя» (приёмника), независимого по отношению к характеру информации, рассматриваемой самой по себе. Вследствие этого в разные периоды времени (и в разные моменты в пределах одного периода) они могут взаимодействовать с разными эгрегорами, а разные эгрегоры могут оказывать энергетическое и информационное воздействие на одного и того же индивида, одновременно дополняя друг друга, чередуясь между собой, либо вступая в конфликты по поводу обладания индивидом.

Люди рождаются в долгоживущих эгрегорах («коллективных духах») и растут под их опекой; а став взрослыми, своими биополями поддерживают эгрегор в дальнейшем — зачастую до своей телесной смерти или выхода из данного эгрегора. Действия входящих в эгрегор людей координируются им, дополняя фрагментарность друг друга, соответственно личностным возможностям каждого индивида в неком целостном эгрегориально-целесообразном процессе. Это осуществляется через дальнодействующие каналы энергоинформационного обмена биополевого характера, и имеет место даже, если люди не знают ничего друг о друге: о каждом из них «знает» общий эгрегор — «коллективный дух». Каждый эгрегор — надличностный духовный фактор, способный к разнородному управлению и управляющий людьми в большей или меньшей мере.

Каждый индивид по-своему входит в те или иные как порожденные обществом, так и общебиосферные эгрегоры. Эгрегоров, с которыми так или иначе связано человечество, много, и каждый индивид входит далеко не во все из них. Одни входят в одни, другие индивиды — в другие эгрегоры, какие-то эгрегоры являются общими для более или менее многочисленного множества индивидов, но закрытыми для других. Вариантов взаимоотношений личности с эгрегорами вообще и с какими-то определенными эгрегорами, в частности — множество — столько сколько самих людей. И эта духовная сторона жизни человечества имеет непосредственное отношение к генетике человека,[73] к сексуальной и евгенической политике общества в целом и его подгрупп.

Соответственно такому пониманию слова «эгрегор», это одна из важнейших сторон объективного общественного явления, называемого «духовный мир», состоит в порождении и преобразовании свойственных обществам эгрегоров — коллективных духов, соборностей, несущих свойственную культуре общества информацию в неовеществлённом виде на биополевом уровне в иерархии Мироздания.

При наличии в обществе практикующих магов («духовников», экстрасенсов…) каждый доступный им для управления эгрегор (включая и нелюдские) для них — средство управления жизненными обстоятельствами (ситуацией как объемлющей множество людей системой) и, в частности, обществом на основе искажения и подавления свободной воли людей, чья психика замкнута на контролируемые ими эгрегоры.

Последнее приводит к устранению в обществе (в большей или меньшей мере) живой религии людей и Бога — разного рода эгрегориальными наваждениями.[74] Так же эгрегор может стать для них средством анонимного употребления в «своих» целях личностных возможностей других людей, входящих в эгрегор, если те не способны выявить тематически ориентированное возбуждение их психики извне через эгрегор и не способны оградить свой внутренний мир от вторжения в него эгрегора.

Однако, при этом маг, контролирующий эгрегор, может быть сам управляем извне как биоробот-«зомби» средствами, выходящими за пределы понимания им возможностей воздействия на него самого, поскольку маг, как и всякий индивид, не властен над даваемым Богом ему Различением; чувствительность его также не беспредельна; психика иерархически организована, и не все уровни в её иерархии просматриваемы столь же полно, как и уровень сознания. Он может не замечать своей подконтрольности вследствие заблокированности и/или ущербности некоторых фрагментов его психики и даже не воспринимать свои действия в качестве магии, управления эгрегором и попыток вмешательства через эгрегор в психику других людей.

Кроме того, маг может быть сам невольником эгрегора по причине биополевой энергетической зависимости от эгрегора, когда привычный для него, комфортный уровень его энергопотенциала обеспечивается за счёт эгрегориального перераспределения энергии в его пользу. Попытка самочинного выхода из эгрегориального водительства в сложившейся устойчивой эгрегориальной целесообразности в таком случае будет сопровождаться нарушением биополей мага-невольника, не способного привести их к привычному ему комфортному уровню энергопотенциала вне эгрегора.

2.3.4. Духовные возможности людей и их выбор.

Для людей, которые только что столкнулись с вышеизложенной информацией, также как и для тех, кто об этом хоть что-то знал, их жизненное эгрегориальное обеспечение — данность, обусловленная всем предыдущим жизненным опытом. Поэтому встаёт вопрос о возможностях людей отстраиваться от нехороших и опасных эгрегоров, в том случае если они пожелают изменять своё эгрегориальное обеспечение. Есть ли объективные ограничения для этого или ограничений не имеется?

Чтобы начать отвечать на эти вопросы необходимо вначале рассмотреть обусловленность таких возможностей индивидов согласно известной иерархии типов строя психики. Люди только с помощью воли могут управлять своей жизнью, своей духовностью. Безвольный индивид — всегда в общем беззащитный заложник «воли» (эгрегориальной целесообразности) целого спектра эгрегоров, к которым его психика подключена.

Под «волей» в самом общем смысле этого слова мы понимаем способность индивида подчинять достижению ставших достоянием его внимания осознаваемых им целей, разного рода ресурсы, обстоятельства и течение событий. Иначе, воля — осознаваемая индивидом целенаправленность его разного рода способностей. А проще говоря, воля — это способность сосредоточить подвластные ресурсы для достижения определённых осознанных целей. Сила воли проявляется как способность осознанно-целесообразно преодолевать самого себя и обстоятельства как внешние, так и внутренние (по отношению к алгоритмике психики человека).

Соответственно, в дополнении рассмотрения вопроса о «личностной воле», если стать на позиции какого-то субъекта — его воля может проявляться и как способность не подчиняться (противостоять) давлению обстоятельств (уклоняться от них), включая и выявленное им давление эгрегориальной алгоритмики.

При этом воля всегда действует в психике личности с уровня сознания. То есть, для того чтобы проявить волю относительно чего-то, нужно понять чего хочешь. С бессознательных уровней психики действуют соответствующие им собственные автоматизмы и наваждения извне.

Безволие — неспособность к волевым действиям в указанном ранее смысле. Разновидности безволия: безусловная подчинённость поведения инстинктам; не внемлющее ничему упрямство запрограммированного и действующего автономно биоробота-«зомби»; одержимость биоробота-«зомби», дистанционно управляемого экстрасенсорно-«магически» каким-то иным субъектом, или биоробота-«зомби», увлечённого или подмятого каким-то «магическим» эгрегориальным воздействием. Воля проявляется в том, что, осознавая неуместность отработки алгоритмов поведения во «внутреннем» или «внешнем» мире, человек способен не поддаться им.

Рассмотрим, каким типам строя психики свойственно проявление воли в указанном выше смысле этого понятия и чему подчинены проявления воли при разных типах строя психики. Согласно принятой классификации типов строя психики:

· Воля «опущенных» подавлена дурманами. Употребляющие дурманы низводят тип строя своей психики в противоестественный для вида «Человек разумный». Поэтому говорить о свободе воли «опущенных» как об их собственной воле можно лишь условно. На очень коротких промежутках времени от протрезвления до выпивки (либо употребления других наркотических дурманов, включая и «слабые» типа табака) шизофрения в выражении воли «опущенных» может смениться примитивным целеустремлением, свойственным в основном следующему типу строя психики — «животному».

· Воля индивидов с «животным» типом строя психики направлена на удовлетворение инстинктов и инстинктивных потребностей, не взирая на обстоятельства. Говорить о свободе воли таких «людей» тоже не приходится. Подобно тому как любое животное не способно к творчеству вне заданных для его вида инстинктов (питание, жилище, продолжение рода…), так и индивиды с «животным» типом строя психики не способны волевым порядком выйти за рамки инстинктов «животного» типа. Подобно тому как различны проявления инстинктивных программ, нацеленных на одно и то же у животных (различия питания, неодинаковое жилище, особенности размножения…), у индивидов с «животным» типом строя психики одни и те же инстинктивные программы могут быть оформлены по-разному (в зависимости от периода исторического развития, от места проживания, от доминирующих культурных оболочек). Суть же инстинктивных программ (их содержание, внутренняя алгоритмика) остаётся одна и та же — абсолютное подчинение воли этих индивидов инстинктам и инстинктивным потребностям.

· Воля индивидов с типом психики «зомби» направлена на обслуживание культурно обусловленных автоматизмов (эгрегориальных программ и стереотипов поведения, полученных в результате замкнутости психики на алгоритмику культуры общества). Говорить о свободе воли таких индивидов можно лишь условно. За проявление свободы воли у культурных «зомби» зачастую принимается их способность отказа от инстинктивных программ в пользу культурно обусловленных автоматизмов. Так могут думать про культурных «зомби» только те, кто меньше последних «окультурен» культурно обусловленными автоматизмами и не знает, что принимая решение отказаться от инстинктивных программ, культурный «зомби» всего лишь выполняет одну из стандартных программ той культуры, которой он «зомбирован». Просто те, кто думает про «зомби», что у него сильная воля, не знают всей культурной (эгрегориальной) программы, которую отрабатывает психика культурного «зомби». В то время, когда вся культурная программа не только уже придумана в прошлом кем-то из «людей» (плод их творчества), но и известна тем, кому это «положено» знать по его внутрисоциальному статусу. Это как правило индивиды со следующим типом строя психики.

· Воля индивидов с типом психики «демонический» наиболее свободна в социальной среде от:

— существующих в обществе дурманов;

— инстинктивных программ и потребностей;

— культурно обусловленных автоматизмов;

Поэтому внутрисоциальная свобода воли «демонов» характеризуется свободой творчества в пределах их потенциала и дееспособности. Это даёт возможность «демонам» с помощью волевого творческого усилия «вознестись» над социально-культурной средой в сферы, недоступные для понимания индивидам с любым из вышеперечисленных типов строя психики. Таким образом «демоны» получают ограниченную (как в возможностях разного характера — количественных, качественных, пространственных… — так и по продолжительности властвования) надсоциальную власть в сферах их дееспособности по направлению их творческого потенциала, согласно которому они прилагают свою волю. В такого рода творчестве может иметь место любая нравственная система координат «добро-зло». Её определяет сам «демон», считая себя «последней инстанцией» надсоциального уровня. Однако кажущаяся полная свобода воли «демона» может быть нарушена во-первых, волей другого «демона»; волей Человека, и во-вторых, Волей иерархически Наивысшего надсоциального управления. Именно поэтому абсолютной свободы воли для людей не существует: она всегда ограничена Свыше. Однако такая философия приемлема лишь в мировоззренческом стандарте — беззаветной (имеется в виду — без замкнутости людей на искусственные религии, на Заветы и культурные традиции) веры Богу.

· Воля Человека всегда согласована с волей Бога через осознанный диалог с Ним и через Различение, даваемое человеку лишь Свыше. Понятие «свобода» определяется следующим образом:

С+овестью ВО+дительство, БО+гом ДА+нное.

Совесть — чувство Мhры (Божиего Предопределения бытия) как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность — нравственность, которую Бог избрал для Себя Сам, и которую каждый может воспроизвести в себе и которой может следовать в жизни, если желает быть праведным. Соответственно вследствие обусловленности совестью свобода — не вседозволенность, поскольку предполагает определённое нравственно-этическое долженствование, необходимость — своего рода ограничения. В таком понимании для человека свобода воли всегда — ограничена праведностью. А праведность проверяется на Истинность через осознанный диалог с Богом в каждой конкретной жизненной ситуации, поскольку в этом человек не самодостаточен.

Благонамеренный «демонизм» конечно существует и в своих проявлениях во многом аналогичен проявлениям человечности, но всё же «демонизм» есть демонизм: во-первых, он обречён на ошибки вследствие ограниченности доступных ему объёмов информации и неподвластности Различения никому, кроме Бога; а во-вторых, вследствие атеизма «демонизм» невосприимчив к указаниям на ошибки, даваемым Свыше как непосредственно во внутренний мир «демонической» личности, так и опосредованно — через других субъектов и события Жизни.

Особенность же человечного типа строя психики в том, что в своей основе он имеет веру Богу по Жизни и, соответственно, жизнь человека — осмысленный диалог с Богом делами жизни: в этом предпосылки к тому, чтобы не предпринимать заведомо ошибочных действий; а в случае совершения ошибок — не быть невосприимчивым к разнородным указаниям на них и на возможности устранения самих ошибок и вызванных ими последствий.

Как можно понять из вышеприведённой классификации обусловленности воли индивида (психической зависимости от доминирования разных компонент, обеспечивающих мыследеятельность и поведение в обществе) типом строя его психики — истинно (естественно) свободным является лишь индивид с человечным типом строя психики — состоявшийся Человек. Индивиды, психика которых не является человечной, большую часть своей жизни пребывают заложниками обстоятельств — как духовных (эгрегориальная подчинённость индивида), так и обыденных (житейские «стечения обстоятельств»). Причём в большинстве случаев этими обстоятельствами (а соответственно и индивидами) управляют другие индивиды в обход воли первых.

Выделенное курсивом в предыдущем абзаце однозначно можно отнести к индивидам со всеми нечеловечным типами строя психики, кроме демонического. Людская духовно-мирская иерархия носителей всех нечеловечных типов строя психики (кроме демонического) восходит к воле носителей демонического типа строя психики — как духовно, так и в обыденной жизни. В то же время, носители демонического типа строя психики, борясь между собой за обладание безвольной толпой (которую составляют носители всех остальных типов строя психики кроме человечного), всё равно двигают всё общество согласно Божиему Промыслу — вопреки своей воле.

Такое общество, в котором безвольная толпа поделена на «рабочее быдло» и «элиту» и управляется через волю демонических личностей называется толпо-«элитарным» обществом. Сама же «элита» также, как и «рабочая» толпа, безвольна и не самостоятельна, поскольку над ней есть узкая прослойка знахарства (преимущественно индивиды с демоническим типом строя психики), которая выдаёт «элите» управленческие знания (для проведения своей воли) — согласно иерархическому статусу последней.

Толпо-«элитарное» устройство общества будет сохраняться до тех пор, пока в самом обществе не начнёт численно преобладать человечный тип строя психики. То есть, толпо-«элитаризм» как общий принцип жизнестроя при разнообразных сменяющих друг друга его формах — устойчив пока большинство людей не станут обладателями человечного типа строя психики: по крайней мере, пока большинство людей не смогут хотя бы изредка пребывать в человечном типе строя психики, и при этом определённое ядро общества (некоторая часть людей) будут находиться в человечном типе психики постоянно, взяв на себя управление обществом, осознанно стремящимся к человечности.

Пока этого нет, доминирование в управлении обществом воли людей с демоническим типом строя психики — предопределённо вписано в Божий Промысел — в обход воли толпы, «элиты» и самих «демонов». То есть, сами «демоны» с их считающейся «свободной» волей выполняют роль средства, поддерживающего динамику движения общества согласно Божиего Промысла, поскольку Свыше Предопределена Мhра развития, выпасть из которой общество не может заставить даже демоническая воля. И в этой Божией Мhре задана крупная ближайшая цель: переход от толпо-«элитарного» устройства общества к обществу Человеков — в котором всё согласовано с Божией Волей, обществу, где нет эксплуатации (ни явной, ни скрытой), бедствий и катастроф.

Ясно, что средства движения общества к заданной Свыше цели, выбранные людьми в условиях толпо-«элитаризма» которым не препятствует Бог — оправдывают выставленную Свыше цель. Причём в каждую историческую эпоху средства — свои. Иные средства Бог бы не разрешил. Также ясно, что для достижения выставленной Свыше цели теми средствами, которые выбирают люди сами для себя (каждый персонально и общество в целом), будут вычищаться из общества индивиды с нечеловечными типами строя психики — каждый индивид по-своему, согласно их нравственности и целеустремлённости. Поэтому индивидам с нечеловечными типами строя психики (считающим что человекообразного вида достаточно чтобы называться человеком), у которых есть уверенность того, что они свободны от всякой ответственности следует знать, что эта уверенность не больше чем опасная иллюзия. И эта иллюзия особо опасна тем, что они практически будут находиться на пути самоубийства до тех пор, пока не начнут менять свои нравственные ориентиры и изменяться сами, двигаясь к человечному типу строя психики, как идеалу, предопределённому всем людям Свыше. Пока же общество в основном движется по пути исчерпания Божиего попущения выбранными самими людьми неправедными средствами — к заданной Свыше цели. Попущение Божие — часть Божиего Промысла (Божией Мhры развития).

Попущение Божие — это когда Богом открыта возможность одним субъектам оказать непосредственное или опосредованное воздействие, не укладывающееся в нормы праведных взаимоотношений, на других субъектов, которые сами уклонились от объективной праведности.

В зависимости от того, насколько и как кто-то уклоняется от предложенных ему Свыше норм праведности — настолько Бог не воспрепятствует неправедным действиям и в отношении него самого и не поддержит его неправедное противодействие тем, кто действует против него в пределах попущения. При этом попущение в отношении каждого обусловлено достигнутым им личностным развитием: чем больше было дано Свыше человеку, чем ближе его нравственность к праведности, чем большего он достиг в освоении потенциала развития своих способностей — тем строже отношение к нему Свыше и тем строже ему самому следует быть в самодисциплине.

Однако в зависимости от того, насколько человек, даже будучи неправеден, отзывчив к обращениям к нему Бога через его внутренний мир и на Языке Жизненных знамений и взращивает в себе праведность, попущение в отношении него может простираться в диапазоне от «демонстрационно-уведомительного» характера внезапной опасности, не наносящей однако ущерба её возможным жертвам, до уничтожительного характера ситуации по отношению к ним в случае, если они исчерпали попущение в отношении себя; хотя при этом эти же события могут носить демонстрационно-уведомительный характер для кого-то другого. Это имеет место как по отношению к личностям, так и по отношению к обществам и человечеству в целом.

Попущение Божие во всех случаях промыслительно целесообразно, поскольку в нём Бог предоставляет возможность неправедным одуматься самим под воздействием обстоятельств, не нарушая Своею волей их свободы выбора и не подавляя их воли. Это вполне возможно, если в психике человека устойчиво работает связка «Различение от Бога Ю внимание самого человека Ю интеллект, направленный на переосмысление событий в Жизни и собственной нравственности».

При этом, одни и те же обстоятельства — в зависимости от того, при каком строе психики и эмоцоинально-смысловом строе вообще человек способен удерживать себя под воздействием обстоятельств, входя в них — могут разрешиться как в области попущения Божиего, так и в русле Промысла (той части его, которая касается людской праведности) либо полностью, либо в каких-то своих составляющих. И если человек такого рода неоднозначную предопределённость разрешения ситуации, возникающей казалось бы попущением Божиим, как-то ощущает и осознаёт, то он вполне способен своею волей пройти её в русле Промысла (в части людской праведности), избегнув воздействия попущения на себя и окружающих.

Попущение представляет собой своеобразный замыкатель обратных связей на индивида: что сеешь — то и пожинаешь; во многих случаях — пожинаешь сторицей.[75] Поэтому человек должен осмысленно относиться к тому, что приходит по обратным связям, выявлять их знак (положительная связь либо отрицательная) и изменять его на противоположный, если выявляется такого рода необходимость.

Соответственно знание о попущении Божием как об объективном явлении в жизни общества в целом и каждого человека позволяет выявить четыре основных вида этики:

· Эксплуатация в своих интересах Божиего попущения, таким как оно сложилось в отношении других.

· Субъективная оценка границ Божиего попущение и злоумышленное введение на этой основе окружающих в область попущения в отношении них с целью своекорыстной эксплуатации их в пределах попущения (так построены их хозяевами все библейские культы, и на этом стоит разноликий сатанизм).

Соответственно политика растления подрастающих поколений во все времена во всех народах — не издержки свободы слова и художественного творчества, не этическая ошибка, а целенаправленный злой умысел. И пусть владельцы и работники средств массовой информации, составляющие программы телевещания и сводки новостей, деятели искусств — так называемая «творческая» интеллигенция — и прочие служители и заправилы эгрегориально-магических псевдорелигиозных и светских культов поостерегутся, поскольку вся такого рода деятельность протекает в пределах Божиего попущения со всеми сопутствующими этому неизбежными последствиями для её сторонников и самих делателей.

· Действия в пределах попущения Божиего с целью пресечения чьих-либо неправедных действий после того, как неправедно действующие уведомлены о сути их неправедности, но упорствуют в своём, не внемля уведомлениям о том, что им следует жить и действовать иначе. Таково в идеале обоснование права на священную — справедливую — войну (в частности, таково обоснование исламского джихада) и на действия разнородных «инквизиций».

Однако в исторически реальной практике под лозунгами «священной войны», провозглашаемыми обеими враждующими сторонами, большей частью одни злочестивые вкушают ярость других злочестивых в пределах Божиего попущения в отношении каждой из сторон. И соответственно — горе тому, кто, возомнив о своей праведности, начнёт «священную» войну против тех, кто более праведен, а тем более — против тех, кто истинно праведен: неизбежно придётся столкнуться с прямой, хотя, возможно, и неисповедимой для неправедных, поддержкой Богом более праведных. То же касается и всевозможных «святых» инквизиций.

· Принципиальный отказ от не отвечающего нормам праведных взаимоотношений воздействия на других, однако возможного в пределах Божиего попущения в отношении тех. При этом на себя возлагается обязанность уведомлять возможные жертвы попущения о том, что они находятся в его области, указывая им пути выхода, предоставляя Богу миссию воздаяния упорствующим в неправедности. Этому учил людей Иисус и этому принципу следовал он сам, пребывая во плоти среди людей. Это — в нашем понимании — основа христианской этики: «Пойдите, научитесь, что значит милости Хочу, а не жертвы» (Матфей, 9:13).

В обществе господства нормальной человеческой этики (в указанном смысле) возможно, но требует и предполагает, чтобы человек был нравственно готов и умел принять к искреннему осмыслению и встречные уведомления со стороны окружающих о его собственной неправедности, дабы он мог с такого рода помощью других людей изменить самого себя.

В этом и состоит суть алгоритмики «соборности» как подспорья в личностном развитии.

При отказе от готовности принять к осмыслению уведомления о собственной неправедности, при неумении это сделать или при нежелании изменить самого себя, дабы искоренить неправедность в себе, неизбежен переход «отказника» к самоизоляции или «священной» войне против всех с ним несогласных ради собственного его самоутверждения в нравственно приятных ему заблуждениях и насаждения их в качестве нормы для окружающих. И в этой войне он неизбежно сгинет, если не будет как-то удержан и ему не будет Свыше предоставлена возможность одуматься, которой он воспользуется.

Алгоритмика «соборности» — поддержка человечности (праведных взаимоотношений и мыслей) в коллективном бессознательном (в духовной культуре) — должна замещать собой эгрегориальную алгоритмику поддержки толпо-«элитаризма». Каждый должен работать на эту цель, изменяя прежде всего себя, свой тип строя психики.

При этом следует знать, что самая большая дееспособность у людей с человечным типом строя психики во всех случаях жизни. Носители разных типов строя психики обладают разной дееспособностью по отношению к управлению процессами разной продолжительности. Это является следствием того, что в моменты выбора альтернатив поведения на основе инстинктов, традиций, собственного творчества, непреклонного осуществления Промысла, носители любого из названных типов строя психики вероятностно-предопределённо отдают предпочтение тому, что характеризует свойственный каждому из них тип строя психики.

В результате:

· позывы инстинктов «выдёргивают» носителей «животного» типа строя психики из процессов, более продолжительных, нежели интервалы времени между двумя последовательными инстинктивными позывами;

· процессы, поддерживаемые в обществе на основе традиций, также имеют ограниченную продолжительность, и отказ от творчества, характеризующий носителей строя психики «зомби», не позволяет им войти в процессы, продолжительность которых больше, нежели продолжительность процессов, протекающих в обществе на основе сложившихся традиций;

· представители «демонического» типа строя психики, хотя и способны к творчеству, но никто из них не властен над Различением, и все они вследствие своего обособления от Бога несопричастны вечности, вследствие чего для каждого из них тоже имеется свой предел продолжительности процессов, по превышении которого он утрачивает дееспособность;

· и только человечный тип строя психики, выражая Промысел Божий, способен управлять и соучаствовать в процессах, продолжительность которых охватывает диапазоны дееспособности всех других типов строя психики и достигает вечности.

Обусловленность дееспособности индивидов типом строя их психики открывает возможность состоявшимся Человекам в перспективе получить власть на Земле и свободно (в смысле слова «свобода», который был приведён выше) управлять процессами самой большой длительности, а индивиды с остальными типами строя психики в перспективе обречены на разочарование в результатах своих действий — в лучшем случае…

По фактам жизни отдельных личностей, семей, родув, целых народов и региональных цивилизаций, — в зависимости от того, как протекает у них непосредственный диалог с Богом на Языке Жизни и опосредованный в общении с другими людьми — можно выявить и три вида «мистики»,[76] в которой проявляется Высший Промысел:

· Всякая деятельность, прямо направленная на преображение человекообразия в человечность обретает явно ощутимую и неявную прямую и косвенную поддержку Свыше вплоть до того, что она сама несёт по Жизни тех, кто ею занят по совести без лицемерия, убирая с их пути все преграды и помехи в их деятельности: только ищите Правду Божию, работайте на её воплощение в Жизнь, а всё остальное приложится вам.

· Та деятельность, которая непосредственно не направлена против первого вида, но всё же направлена на извращение пути человечества или закрепощение его в состоянии человекообразия, не пресекается Свыше, если общество уже созрело для того, чтобы осознать и понять её зловредность.

В этом случае она протекает в пределах попущения до тех пор, пока её зловредность не будет осознана, понята, и пока ей не будет выдвинута жизненно состоятельная альтернатива. Если общество отвергает выдвинутую работоспособную альтернативу, совпадающую с направленностью Промысла, то Свыше обществу будет предоставлена возможность убедиться в том, что альтернатива — благо, а её отрицание — бедствие.

Если общество не созрело для того, чтобы осознать и понять зловредность какой-то деятельности, то так или иначе Свыше пресекаются даже сами возможности заняться ею и поползновения к ней.

И хотя в этом абзаце речь шла об обществе, но общество — это люди, а попущение в отношении общества — совокупный спектр попущения в отношении персонально каждого из людей, это общество составляющих.

· Та деятельность, что направлена против тех, кто искренне и нелицемерно по совести работает на осуществление целей Высшего Промысла, уводится Свыше на ложные мишени или пресекается иным образом, подчас вместе с жизнью ею занятых.

При этом одни противники Промысла могут вкушать ярость других, взаимно истребляя друг друга, так что злочестивые в этом процессе могут употребляться в качестве орудия осуществления приговоров Свыше.

Другие противники могут заниматься бессмысленной суетой, не вредящей осуществлению Промысла.

Деятельность третьих будет уложена в русло Промысла, вопреки их демонической воле просто в силу того, что каждый, кто работает на свои интересы в меру своего их понимания, в меру разницы в понимании может работать на тех, кто знает и понимает больше и лучше, чем он. А Бог — Творец и Вседержитель — вне конкуренции в знании и понимании всего и вся.

2.3.5. Естественная духовная иерархия и свобода выбора.

Любой эгрегор это прежде всего системные ограничения для входящих в него людей. Что такое системные ограничения? Как от них избавиться, чтобы не зависеть от неосознанного психически обусловленного диктата системы? То есть, как научиться психологически входить и выходить из социально обусловленных систем (эгрегориальных матриц-алгоритмов) по жизненной необходимости?

Ясно, что избавиться от эгрегориального наследия никто из людей сразу и полностью не может. Мало того, существует множество эгрегоров, без водительства которыми люди не могут обходиться. Это эгрегоры обеспечивающие необходимую жизнедеятельность и безопасность во многих частных сферах нашей технократической цивилизации (их можно назвать эгрегорами профессионализма), в которой людям нужны навыки управления техникой и навыки самоуправления в узких сферах на уровне автоматизмов. Эти автоматизмы и обеспечивает эгрегориальная алгоритмика. Также есть целый спектр эгрегоров, обеспечивающих необходимую биологическую жизнедеятельность людей (их можно назвать эгрегорами основного биообеспечения вида Человек Разумный).

Однако, все эти названные и множество других частных эгрегоров жизнеобеспечения людей современной цивилизации вписаны (как нижестоящие в иерархии эгрегоров) в общекультурные эгрегоры, которые образовались при непосредственном «духовном» сопровождении входящих в них людей и в первую очередь — разного рода религиозных систем. То есть, религии являются первоисточником культурных эгрегоров, которые вписывают в себя все частные науки, технологии, многие приобретённые навыки биологического жизнеобеспечения людей.

По отношению к религиям (к религиозным системам) первичным может быть лишь мировоззрение и нравственность людей, стоящих у истоков образования религиозных систем (в частности — тех кто считается пророками и их историческими «последователями») и тех людей, кто вносил свои изменения в религиозные системы (эгрегоры и вещественную культуру) впоследствии.

Поэтому особо важен пересмотр нравственно-мировоззренческих основ религиозных систем с точки зрения богоцентричного мировоззрения и праведности, поскольку они — первооснова всего эгрегориального (духовного) обеспечения в обществе. Изменения в эгрегорах религий (и идеологий) обязательно приведёт к изменениям в частных эгрегорах жизнеобеспечения людей. Внесения же изменений в какие-либо частные эгрегоры жизнеобеспечения людей может конечно повлиять на алгоритмику религиозно-идеологических эгрегоров. Однако, имея в виду способность эгрегоров (особенно крупных религиозных) к самоадаптации в отношении разнообразных мелочей (частные изменения на низших ступенях духовной иерархии — мелочи), а также и возможности их менеджеров, не следует особо надеяться повлиять частностями на целое, в которое эти частности входят.[77] Тем более, что менеджеры крупных религиозных систем следят за изменениями частностей и стараются вовремя адаптировать их под свои нужды.

Пока же существуют мощные религиозные идеологические неправедные системы, преображение которых дело не одного десятилетия, у людей, осознающих, что им пора выходить из подчинения этим системам, выход один — отстраиваться психологически от заданных в этих системах нравственно-мировоззренческих постулатов в сторону объективной праведности, двигаясь тем самым вверх по иерархии эгрегоров. Этим каждый может внести свой щедро оцененный Свыше вклад в дело построения «соборности» на Земле. Ясно, что если большинство людей последует примеру такой добро-вольной духовной динамики, неправедные эгрегоры будут преобразовываться в «соборности» как бы автоматически.

Короче говоря, начинать своё духовное преображение (начинать новую жизнь: тем более что в современном мире почти у всех в жизни неладно) нужно не с мелочей, а с нравственно-мировоззренческих вопросов: тогда всё остальное (житейские мелочи) будут налаживаться как бы сами собой. В этом неоценимую роль людям должно оказывать сравнительное богословие.

В то же время, системные ограничения, свойственные каждой эгрегориальной системе, будут духовно мешать людям, решившим встать на путь преображения собственной психики в человечность. Эгрегориально-системные ограничения можно мысленно уподобить барьеру, который должен взять прыгун в высоту в спортивных состязаниях. Делается это, как известно, после длительных изнурительных тренировок, концентрацией и усилием воли.

Также и эгрегор: прежде чем суметь преодолеть его системные запреты (ограничения), которые дадут о себе знать тут же как индивид примет решение о том, что он будет жить иначе — нужно много работать над собой (меняя нравственные ориентиры) и усилием воли мысленно и в делах настаивать на своём. Бог в праведности поможет, но результат, выражающийся в изменении эмоционального строя психики (как некая психологическая лёгкость после тяжести прежнего духовного груза), проявится не сразу.

Естественная духовная иерархия задана Свыше и изменить её никто из людей не в силах. В Мироздании всё устроено таким образом, что все существующие эгрегоры — творение интеллекта людей (если рассматривать лишь социальные системы и не касаться общебиосферных: ограничимся этим). И одна лишь — Божья Мhра (Божий Промысел) — творение Бога. Все эгрегоры (все частные мhры — алгоритмы эгрегоров) сходятся к Божией Мhре по восходящей.

Общий принцип схождения следующий: иерархически выше (ближе к Божией Мhре — её наилучшему Предложению Свыше) тот эгрегор, содержание которого (алгоримика-мhра) с позиции Бога праведнее остальных.

В то же время информация для принятия того или иного решения, либо просто бессознательное водительство индивида со стороны любого эгрегора происходит при «подключке» индивида нему. Понятно, что чем выше по естественной духовной иерархии эгрегор, на которую имеет возможность выходить индивид («подключаться» к нему), тем более важную информацию он получит для принятия правильного решения.

Идеальный вариант, которого ждёт Бог от людей — это возможность легко входить во все эгрегоры за информацией (имеется в виду конечное число эгрегоров для каждого человека, что обусловлено в частности судьбой человека; а для всех — весь набор эгрегоров), не будучи в положении «зомби» ни одного из них при непосредственном водительстве Свыше.

Свободный доступ к вышестоящему эгрегору, грубо говоря, обеспечивает относительную безопасность нахождения в нижестоящем. При этом, пребывая в нижестоящем эгрегоре, индивид (который имеет доступ в вышестоящий эгрегор) как бы «невидим» системным ограничениям нижестоящего эгрегора. Умение входить в нижестоящие и выходить из вышестоящих эгрегоров, руководствуясь информацией (и алгоритмикой) Божьего Промысла в диалоге с Богом — залог полной безопасности и правильности принятия решений при нахождении в любых нижестоящих эгрегорах.

2.4 Динамика духовной культуры.

2.4.1. «Генетика»[78] духовного наследия и выбор людей.

Индивиды отличаются друг от друга не только своеобразием генетически запрограммированной телесной организации каждого из них, что видно телесными очами всем; но и генетически запрограммированным своеобразием структуры биополей, которое обуславливает настройку каждого из них на те или иные эгрегоры. Духовное — биополевое — формальное и содержательное своеобразие каждого индивида непосредственно «видно» не телесными очами далеко не всем, но интеллектуально-рассудочно может быть понято каждым на основании курса физики, химии, биологии средней школы и большинства общеобразовательных школ нынешней России; а на основе достигнутого понимания оно может быть выявлено и в жизненной повседневности в общении с другими людьми.

Вследствие генетически обусловленного своеобразия структуры биополей в одни эгрегоры индивид входит «автоматически» просто в результате своего рождения от предков, принадлежавших к этим эгрегорам. Это можно назвать генетической принадлежностью к эгрегору. В другие же эгрегоры такое «автоматическое» вхождение для рассматриваемого индивида оказывается невозможным, хотя другие индивиды входят в генетически закрытые для него эгрегоры также «автоматически» вследствие своего происхождения от других предков.

Но, если даже и не ко всем, то ко многим генетически закрытым (то есть, закрытым автоматически — от рождения) для кого-либо эгрегорам ему оказывается возможным приобщиться через культуру общества (внегенетически по жизни) в результате работы индивида над своей духовной, психической (а не телесной) составляющей.

Генетически наследуется настройка биополей организма на определённые эгрегоры (что оказывает непосредственное влияние на психику индивида от рождения: он испытывает эгрегориальное давление со стороны своего духовного наследия), но в течение же жизни всякий способен более или менее осознанно изменять (как обратимо, так и необратимо) параметры настройки своей биополевой системы, вследствие чего ему становятся открытыми те эгрегоры, с которыми он не был связан от зачатия, а воздействие на своё поведение многих эгрегоров, в том числе и тех, с которыми он был связан изначально генетически, он способен прекратить; кроме того, человек способен сам оказывать воздействие на эгрегоры как непосредственно через духовную составляющую жизни, так и опосредованно — через вещественную культуру общества и вхожих в них других людей.

Среди эгрегоров, с которыми всякий индивид «автоматически» генетически связан от зачатия:

· Родовые эгрегоры, хранящие информацию его предков: предков как по унаследованному им хромосомному набору, так и предков по телегонии.[79] Это — самые близкие к индивиду эгрегоры.

· За ними в расширяющемся порядке взаимной вложенности[80] следуют эгрегоры, соответствующие объединению нескольких родов (племенам),

· Затем эгрегоры народа.

· Эгрегоры рас, к которым принадлежали предки индивида.

· И наконец (при ограничении рассмотрения масштабами планеты) — общечеловеческие, общебиосферные и планетарные эгрегоры, «автоматическое» вхождение в которые представителей разных родовых эгрегоров обеспечивается на основе схожести генотипов родственников в ответвляющихся и переплетающихся линиях родства,[81] а также принадлежности всех к биосфере Земли.

Характер проявления эгрегориальной информации (т. е. хранимой эгрегорами) в жизни индивида может быть различным:

· как минимум, это бессознательное участие в отработке алгоритмов деятельности соответствующего эгрегора, в этом случае индивид бессознательно оказывается водительствуем эгрегором сообразно тому, как он по своим личностным качествам вписывается в алгоритм жизни данного эгрегора;

· как максимум, это доступность для осознанного восприятия всей информации соответствующего эгрегора, и свободное построение своего поведения, в том числе и в отношении алгоритмов, определяющих жизнь самих эгрегоров и характер их взаимодействия с индивидами.

Второе возможно только у индивидов с типами строя психики «демонический» и «человечный». Но, как мы уже знаем, безошибочность работы с эгрегориальной информацией может быть достигнута только у индивидов с человечным типом строя психики — у Человеков.

Осознанное восприятие эгрегориальной информации может быть как не подчиненным личностному волеизъявлению (в этом случае, например во сне, сознание «проваливается» в эгрегориальную информацию, то есть всё происходит подобно тому, как под весом человека проламывается лёд на воде), так и по осмысленному произволу личности, если она достаточно развита в духовном отношении (но таких людей среди наших современников крайне мало).

Если здесь ограничиться рассмотрением только родовых эгрегоров (как примером), то это означает, что как максимум пережитое кем-либо из предков может стать доступным сознанию индивида точно так же, как и воспоминания о пережитом им самим в его собственной жизни. Явственность осознанного восприятия из эгрегора такого рода воспроизведения переживаний (ощущений, помыслов, намерений и т. п.) своих предков может быть столь интенсивной, что переживание в своем внутреннем мире эпизодов из жизни кого-то из них на какое-то время может закрыть для осознанного восприятия индивида его реальный день сегодняшний. А как минимум эгрегориальная информация попадает на бессознательные уровни психики индивида, и он на её основе в каких-то сходных ситуациях «автоматически» бессознательно действует примерно так, как в такого рода ситуациях действовали его предки (возможно, что тоже «автоматически» бессознательно) на основе унаследованной ими (в свою очередь) от «первопредка» информации, который некогда породил этот алгоритм (стереотип поведения, ставший автоматизмом) в единовременном осмысленном творческом порыве или в результате длительных усилий и поисков.

Выделенное в предыдущем абзаце курсивом и жирным — пример обычной для большинства индивидов «нормальной» основы их бессознательного эгрегориального водительства. То, что получается по наследству, к чему индивид как бы «привыкает» с детства и поэтому крайне тяжело пересматривает что-либо из полученного духовного родового наследия, даже если и понимает что там многое плохо.

Но родовые эгрегоры хранят большей частью информацию масштаба личностного, семейного, а не коллективного, не общественного в целом масштаба деятельности (исключение составляет малочисленная группа эгрегоров разного рода профессиональных династий, чей профессионализм из поколения в поколение оказывал влияние на жизнь всего общества: царские, жреческие и т. п.). Информацию масштаба общественного в целом и коллективного характера хранят эгрегоры племени, народа, расы, религии, человечества, биосферы в целом, образующие указанный расширяющийся порядок взаимной вложенности. Вхождение во многие из них также генетически-«автоматическое», хотя есть и такие, которые требуют приложения к этому целенаправленных усилий (например, вхождение в эгрегор иного народа, расы).

В принципе возможен конфликт личности с теми или иными её родовыми эгрегорами (тем более, что одна личность может замыкаться на несколько родовых эгрегоров своих разных предков, в силу чего в каких-то ситуациях ей придется выбирать, какому из нескольких не совместимых между собой алгоритмов — вариантов эгрегориального водительства — последовать). Возможны конфликты родовых эгрегоров с теми или иными объемлющими эгрегорами: племени, народа, расы, человечества, религии, биосферы; но и эгрегор племени может быть в конфликте с объемлющими его; эгрегор народа может быть в конфликте с эгрегором расы и так далее по порядку расширения взаимной вложенности.

При этом следует иметь в виду, что конфликт личности с родовым эгрегором не означает автоматического её конфликта со всеми остальными объемлющими эгрегорами, поскольку родовой эгрегор сам может пребывать в конфликте со всеми или некоторыми эгрегорами из числа объемлющих его. То же касается и всех конфликтных ситуаций между личностью и прочими эгрегорами, а также и конфликтных ситуаций между эгрегорами: как в пределах одного уровня их значимости, так и между эгрегорами разного уровня значимости в одном и том же порядке их взаимной вложенности или принадлежащими к разным порядкам (ветвям взаимной вложенности).

И если через родовые эгрегоры, в которые индивид включен генетически, он в принципе способен осознать многое из реальных биографий его предков так же ясно, как и факты своей собственной биографии, то через объемлющие эгрегоры (племени, народа, расы, человечества и биосферы в целом) человек в состоянии более или менее детально осознать коллективный опыт множества личностей, принадлежащих различным социальным группам, в преемственности поколений, а также и опыт соборной личности человечества в целом.[82] Часть этой информации так же, как и в случае родовых эгрегоров, представляет собой духовное наследие, «автоматически» доступное хотя бы бессознательным уровням психики индивида в силу его происхождения от определенных предков, принадлежащих к определённым племени, народу, расе, и, наконец, человечеству в целом; а часть — требует работы над собственной духовностью, чтобы войти в соответствующие эгрегоры, «автоматически» не доступные.

Всё это в совокупности образует те массивы информации, которые можно назвать генетической памятью. При этом следует понимать, что видовой генетический механизм человека автоматически передает потомкам не саму информацию духовного наследия в осознаваемом и готовом к использованию виде, а скорее ключи и пароли доступа к информации различных эгрегоров в порядках их взаимной вложенности: генетически наследуются настройки биополя на соответствующие эгрегоры, а в детстве из культуры воспринимается некий минимум «паролей» — своеобразной информации, позволяющей войти в эгрегор и взаимодействовать с несомой им информацией.

Иными словами, культура тоже порождает автоматизмы вхождения в те или иные эгрегоры, но культурно обусловленные автоматизмы вхождения представляют собой автоматизмы второго порядка по отношению к генетически унаследованным автоматизмам.

Управляя доступом людей к эгрегориальным «паролям» через автоматизмы второго порядка (через внегенетические механизмы) — в основном через «цензуру» вещественной культуры — можно управлять духовным информационным обеспечением людей по принципу: в одни эгрегоры вход разрешён, а в другие — строго запрещён. Доступ к информации высокой управленческой значимости, которая обязательно имеется в эгрегориальной иерархии — всегда считался уделом лишь посвящённых и допущенных. Остальным же «знать лишнее» не полагалось. Каждая духовно-религиозная (а значит и культурно организованная) система обязательно имеет свою «цензуру» — как духовную, так и культурно-вещественную — даже если эта «цензура» и не объявлена в оглашениях. Всё равно такая «цензура» обязательно существует хотя бы как система «эзотерических» знаний (для узкого круга посвящённых), в которую можно войти лишь зная смысл специальной символики и многочисленных умолчаний, которые являются обязательными атрибутами любой культуры, в которой есть «эзотерическая» составляющая.

В общем таким образом и организована духовная «цензура» доступа к духовному наследию, на которой до сих пор держится толпо-«элитаризм». Однако в наше время, когда доступ практически ко всей культурно-вещественной информации почти ничем не ограничен — можно сказать, что на вещественно-культурном уровне «цензура» уже снята. Основным тормозом для всестороннего доступа подавляющего большинства индивидов к духовному наследию, ключи и пароли доступа к которому у них имеются с детства, является блокировка (как правило потенциально пожизненная) их психики (а если брать шире, то — настройки биополей) доминирующими культурно-вещественными автоматизмами на невежество и пожизненное отсутствие всякого интереса к вершинам своего духовного наследия, где и хранится та самая жизненно важная управленческая информация. Если говорить проще, то у всех индивидов с типами строя психики до «демонического» (это «опущенный», «животный» и «зомби») интерес к получению эгрегориального доступа в области, заблокированные доминирующей в обществе культурой «сам собой» не проявляется.[83].

Ко времени завершения работы генетической программы развития организма, индивид бессознательно автоматически оказывается включенным во множество эгрегоров как на основе изначальной генетической настройки его биополей на некоторые из них, так и на основе программирования его психики культурой в период детства. Выявит ли он свою включенность в эгрегоры, сочтёт ли необходимым изменить характер своих отношений с ними, внесёт ли в них что новое или пожелает искоренить или преобразовать в них нечто — прежде всего прочего — обусловлено его реальной нравственностью и направленностью её изменения.

«Ключи» (прежде всего к родовым эгрегорам) действительно наследуются «автоматически» генетически по факту происхождения от определенных предков по множеству мужских и женских линий восходящего родства. Но распознает ли наследник в ключах как таковых ключи к осознанию своего духовного наследия; пожелает ли он, воспользовавшись ключами, осознать то, что ему в принципе автоматически доступно вследствие происхождения от определенных предков, либо будет похваляться ими, бесполезно таская их связку на собственной шее; будет ли он опираться на духовное наследие в своей жизни или же будет подчинен прошлому осознанно или бессознательно — это лежит вне автоматизмов действия генетического механизма вида Человек разумный.

Это обусловлено воспитанием и культурой того общества, той его подгруппы, в которой оказывается индивид от момента рождения в разные возрасты его жизни, и прежде всего обусловлено тем, будет ли раскрыт или же будет закрепощен и подавлен его личностный творческий потенциал. И это взаимодействие генетики, культуры, духовного наследия и творческого начала индивида свойственно только человечеству в биосфере Земли, что и выводит его генетику за пределы закономерностей, определяющих воспроизводство поколений всех остальных видов животного мира планеты.

2.4.2. О генетике вида «Человек Разумный» вообще.

В биосфере планеты Земля есть биологические виды, всякая генетически здоровая особь в которых — по одному факту своего рождения в этом виде — уже состоялась как полноценный представитель этого вида. Примером тому комары, прочие насекомые, большинство рыб, ныне живущие ящерицы. Если и не всё информационное обеспечение их поведения, то подавляющая доля алгоритмов их поведения запрограммирована генетически, является врожденной. Гибкость поведения особей минимальная — комбинаторная на основе генетической (врождённой) информации. Доля информационного обеспечения поведения, являющаяся результатом накопления опыта взаимодействия со средой обитания конкретной особью или некоторым множеством особей (например, стаей) — если и есть, то ничтожна мала.

Уже в поведении высших животных преобладает не врожденная информация, а приобретенная в процессе воспитания в детстве и накопленная особями как опыт взаимодействия со средой каждой из них. Эта информация представляет собой своего рода надстройку над фундаментом врожденного информационного обеспечения поведения (безусловных рефлексов и инстинктов). Но на одном и том же фундаменте могут быть возведены разные постройки.

Важнейшим элементом нынешней биосферы планеты является хромосомный аппарат клеточных ядер, свойственный подавляющему большинству её биологических видов. Хотя хромосомный аппарат важнейший компонент в биологии большинства видов в биосфере Земли, но он не представляет собой весь генетический механизм (механизм передачи наследственной информации) не только вида в целом, но и отдельно рассматриваемой особи. И то, что он представляет собой только одну из компонент генетического механизма вида в целом, необходимо помнить всегда, когда заходит речь о наследственности, поскольку в генетике всякого вида и биосферы в целом есть явления, не объяснимые на основе комбинаторики передачи генов вместе с хромосомами из организмов родителей в организмы их детей. В генетическом механизме вида, включающем в себя процессы, протекающие и на уровне структур биополей, и на уровне структур вещества, хромосомный аппарат участвует в осуществлении двух жизненно необходимых для существования всякого биологического вида функций.

Во-первых, он передаёт от организмов-родителей к организмам-потомкам в преемственности поколений генетически обусловленную — врожденную информацию, большей частью касающуюся строения молекул вещества их тел, что определяет, прежде всего, телесные характеристики особи и многие её прочие возможности. Удельный вес искажений при передаче генетической информации на основе хромосомного аппарата в естественных условиях достаточно низок, вследствие того, что в клетках имеются механизмы восстановления поврежденных разными мутагенными факторами участков хромосом (это — одно из средств, обеспечивающих устойчивость видов в биосфере на протяжении смены многих поколений).

Во-вторых, те искажения генетической информации, которые не успевают вовремя устранить внутриклеточные и общевидовые системы защиты и восстановления информации в хромосомном аппарате, частично также необходимы для обеспечения сохранения и развития вида в биосфере. Эта сторона функционирования хромосомного аппарата нуждается в пояснении.

Искажения генетической информации в хромосомах — мутации — в большинстве своём возникают вследствие воздействия на молекулы ДНК в хромосомах внешних факторов: физических полей, химических соединений, не свойственных нормальной физиологии клетки и т. п. Часть мутаций является генетическими дефектами, поскольку особи, имеющие их в своем генотипе, оказываются либо нежизнеспособны, либо неплодны, либо имеют пониженный потенциал здоровья и развития. Такого рода мутации носят название генетического груза. В каждой популяции присутствует некоторая доля генетически отягощенных особей — это естественно для биосферы.

В достаточно многочисленных популяциях всегда присутствует генетически устойчивое ядро, обеспечивающее воспроизводство новых поколений и генетически отягощенная, вырождающаяся, деградирующая в последующих поколениях периферия. Но между ними нет непроходимой пропасти: граница между ними в преемственности поколений носит статистически обусловленный комбинаторикой хромосомного аппарата характер, вследствие чего потомки представителей генетического ядра могут пополнить собой вырождающуюся периферию, а потомки вырожденцев могут войти в генетическое ядро будущих поколений. Генетическая катастрофа в популяции — исчезновение генетически устойчивого ядра, обеспечивающего подстройку вида к медленно (по отношению к смене поколений) меняющимся условиям среды обитания.

Некоторые мутации не оказывают непосредственного влияния на возникновение генетически обусловленных дефектов в организмах и ведут только к возникновению у особей вида своеобразных черт, ранее в популяции не встречавшихся. Кроме того, часть мутаций в одних условиях (как внешних, так и внутренних, генетически обусловленных) может выступать как генетический груз, а в других как очень полезный признак. Это всё в совокупности называется ненаправленной изменчивостью, и она играет важную роль в поддержании устойчивости биоценозов и биосферы в целом.

Каждый биологический вид находится во взаимодействии с остальной биосферой и всей природой в целом, находится под их давлением, и сам оказывает давление на них. Характер этого давления на вид меняется в силу подчиненности биосферы геологическим процессам на Земле и энергоинформационным ритмам Космоса. Частоты некоторых из этих процессов значительно ниже, чем частота смены поколений в любой из генеалогических линий вида. Благодаря такому соотношению частот внешних (по отношению к виду) процессов, ненаправленная изменчивость выливается в подстройку генотипа вида под медленно (по отношению к смене поколений) меняющиеся условия среды обитания. Таков механизм естественного отбора, предопределяющий вероятностно-статистически гибель одних особей и развитие других в конкретно сложившейся обстановке: сложись другая обстановка — статистика гибели и развития особей была бы другой.

Но есть в природе процессы, принадлежащие диапазонам частот более высоких, чем частота смены поколений в генеалогических линиях. К изменению характера давления на вид, ими вызванного, должна быть приспособлена каждая особь вида. В противном случае популяция, столкнувшись с такого рода давлением внешней среды, к которому не успевает подстроиться генотип при смене поколений, и к которому особи вида не приспособлены, понесет ущерб, вплоть до исчезновения вида из биосферы. Это может нанести ущерб многим другим видам живых организмов, связанным с первыми пищевыми цепями (кто кого ест; научный термин для их обозначения — «трофические цепи»). Так может измениться целый биоценоз, и в принципе — вся биосфера.

Реакция биологического вида на внешнее давление среды проявляется двояко: во-первых, изменением потенциала развития особей вида, обусловленным подстройкой генотипа в процессе естественного отбора; во-вторых, поведенческой реакцией особи на воздействие среды обитания, направленное непосредственно на особь. И тот, и другой тип реакции биологического вида требует информационного обеспечения. У разных биологических видов характер этого информационного обеспечения отличается прежде всего объёмами поведенческой информации:

· передаваемой генетически от поколения к поколению;

· усваиваемой конкретной особью в течение её взросления и взрослой жизни;

· их соотношением, определяемых объёмами информационного обеспечения и социальной средой (если таковая существует), в которой особь находится.

У высших видов объем внегенетической информации, лежащей в основе поведения их особей, намного порядков превосходит объем врожденной поведенческой информации.

У взрослого человека объем внегенетически обусловленной (главным образом социально обусловленной) индивидуальной поведенческой информации подавляет генетически обусловленную информацию до такой степени, что большинство населения, по крайней мере, городского, уже не чувствует и не осознает своей индивидуальной принадлежности даже к одному из множества видов живых организмов, не говоря уж о своей принадлежности к биосфере Земли в целом и об обусловленности жизни каждого из них и жизни их потомков объективными предопределённостями бытия биосферы.

Кроме осознанных связей нарушаются и бессознательные психические и общебиологические связи с природой, поскольку город, будучи не только изолятором от биополей природы, но и генератором техногенных полей, представляет собой один из мощнейших мутагенных факторов, а генетический аппарат человека раз в 50 чувствительнее к ним, чем аппарат пресловутой мушки дрозофилы. Так человек противопоставляет себя Природе. Это противопоставление и является непосредственной причиной глобального биосферно-экологического и прочих частных глобальных кризисов.

Увеличение относительного и абсолютного объёма внегенетически обусловленной поведенческой информации сопровождалось расширением приспособительных возможностей особей видов, уменьшением индивидуальной зависимости их особей от изменений условий среды обитания.

Поведенческие реакции особей видов, у которых преобладает генетически обусловленное поведение, не отличаются разнообразием. По этой причине негибкость поведения особей вида, влекущая их гибель, компенсируется большой плодовитостью, ростом пассивной и активной защищенности к воздействию неблагоприятных факторов, что просто необходимо для существования такого вида. Период детства особей в таких видах или же отсутствует, или же весьма короток. Если возникает фактор, под давление которого генотип популяции при смене поколений подстроиться не успевает, то популяция гибнет.

Необходимость освоения больших объемов внегенетически обусловленной поведенческой информации сопровождается появлением детства, в течение которого особь накапливает жизненно необходимый минимум этой информации либо индивидуально, либо под опекой взрослых особей.

Если возникает фактор, под воздействие которого генотип популяции такого вида не может успеть подстроиться при смене поколений в случае исключительно генетически обусловленных (т. е. единообразных у разных особей) поведенческих реакций, то популяция может сохраниться благодаря разнообразию поведенческих реакций её особей, обусловленных индивидуально внегенетически. Это ведет к снижению ущерба, наносимого популяции данным фактором, и увеличивает время, в течение которого генетически устойчивое ядро популяции потенциально может подстроиться на уровне хромосомного аппарата к воздействию данного фактора. То же касается и выживания популяций при стихийных бедствиях и природных катастрофах в ареале их обитания.

Потенциал развития каждой особи биологического вида, в поведении которого объём внегенетически передаваемой информации значителен, по всем качествам, характеризующим особь, генетически обусловлен, хотя он может и не раскрыться, не наполниться реальным содержанием, если условия среды обитания к этому не располагают, что и проявляется в судьбах реальных «маугли». По отношению же к популяции генетическая обусловленность и потенциал её освоения подчинены вероятностным предопределённостям, отражаемым в статистических закономерностях свершившегося.

Это в полной мере касается и человека — биологического вида, несущего наибольший абсолютный и относительный объём (по сравнению с другими видами живых организмов биосферы Земли) внегенетически обусловленной поведенческой информации, обеспечивающей наибольшую гибкость поведения в быстро меняющейся обстановке. Но виду «Человек разумный» присущи и особенности, которыми не обладает ни один из прочих видов, в генетической программе которых заложено детство и воспитание (обучение) старшими поколениями младших. Наиболее зримых особенностей две:

· человеку генетически свойственна способность к осмысленной членораздельной речи, благодаря которой младшим поколениям становится осознанно доступным опыт тех предков, которые не были их современниками и не могли передать им свой жизненный опыт в непосредственном общении. Во всех остальных биологических видах обучение и передача опыта от особи к особи в некоторой форме, требует их непосредственного общения.

· человеку генетически свойственна способность к творчеству.

Но если генетическая способность к осмысленной членораздельной речи, при жизни в обществе реализуется большей частью всегда, то способность к творчеству оказывается востребованной общественной жизнью далеко не всегда, и потому не всегда она и реализуется. Более того, некоторые типы организации общественной жизни (общественно-экономические формации) злоумышленно построены так, чтобы подавлять реализацию и развитие творческих способностей людей, в них живущих.

Благодаря способности к творчеству возможная индивидуальная и коллективная реакция представителей вида «Человек разумный» на неприятное для них воздействие среды качественно отличается от реакции на неприятные для них воздействия среды представителей других видов.

Если классифицировать разнообразие реакций на неприятное воздействие среды, то для большинства биологических видов его можно разделить на три класса, названия которым мы дадим условные: «напасть», «убежать», «принять воздействие на себя, оставаясь самим собой».[84].

К этим трём условно названным классам индивидуальной и коллективной реакции на воздействие Объективной реальности у вида «Человек разумный» добавляются еще два, обусловленных генетически заложенной способностью к творчеству:

· «внести в среду что-то новое, изменив качества среды» и/или.

· «обрести в себе что-то новое, изменив качество себя».

В результате такого рода творческого акта прежде неприятный фактор либо вообще не способен оказать воздействие, либо оказывает существенно меньшее воздействие, либо перестает быть неприятным, хотя человек продолжает находиться в пределах его досягаемости.

Кроме творческой реакции на неприятные воздействия среды, человек способен к оказанию творческого воздействия, исходя из свойственного ему предвкушения приятного как в процессе самого творчества, так и в результате последующего взаимодействия со средой, измененной его творческой деятельностью.

При этом неправильно было бы думать, что способность к творчеству обусловлена разумом как таковым. Животные разумны, хотя и по-разному, и это будет отрицать только тот, кто не знает их жизни ни в природе, ни в домашних условиях вместе с человеком. Кот может совершить интеллектуальный подвиг и догадаться о том, что для того, чтобы ему выйти из комнаты, необходимо прыгнуть на дверную ручку, повиснуть на ней, после чего дверь откроется, поскольку, когда ручка повернется, то защелка не будет запирать дверь, и та повернется на петлях.

Но разум животного во всех случаях действует в границах возможного, не им установленных, а сложившихся вокруг него. Вопрос же о творчестве сводится к вопросу о том, позволено ли разуму самому определять и назначать новые границы возможного[85] для себя. Разуму человека это позволено Свыше.

Творчество людей качественно изменяет характер процессов, протекающих в биосфере планеты. Если посмотреть на жизнь региона, в котором нет места творчеству человека в силу каких-то причин (либо туда вообще не доходят последствия человеческой деятельности, как длительное время жили биоценозы в Антарктиде; либо где человек не испытывает потребности к дальнейшему творчеству, что имеет место в первобытных культурах каменного века, сохранявшихся в тропиках неизменными до начала ХХ века; либо где всё время уходит на обеспечение жизнедеятельности, как у народов крайнего Севера), то в биоценозах происходит циклическое колебание численности каждого из видов и пропорций численности разных видов, обусловленное энергоинформационными ритмами Земли и Космоса.[86] Если рассматривать жизнь регионов на более длительных интервалах времени, то во многих из них можно увидеть циклическую смену биоценозов: леса сменяют саванны, потом на смену лесам снова приходят саванны и соответственно миру растительности сменяется животный мир, под воздействием которого меняется мир растительный, и цикличность повторяется снова и снова с периодами от нескольких десятков до нескольких сотен лет. И ритмика процессов такого рода сохраняется неизменной в соответствующих фазах еще более продолжительных геологических процессов и в интервалах между геологическими и астрофизическими катастрофами (извержения вулканов, поднятия и опускания суши, смещение полюсов, попадания в планету астероидов и т. п.), изменяющими подчас весь облик биосферы планеты, а не только её отдельных регионов.

Человеческое творчество способно вписываться в эту естественную ритмику, но способно и изменить её характер как в масштабах жизни биоценозов региона, так и в масштабах биосферы в целом, что может вывести их из устойчивого режима жизни и перевести в другой какой-то устойчивый режим. При этом человек способен придать биосфере такое качество, что самому ему — такому, какой он есть сейчас — в новой биосфере места (называемого в научной терминологии «экологической нишей») не будет, а процесс изменения биосферы к неприемлемому для нынешнего человека виду может протекать столь быстро, что генетический механизм вида «Человек разумный» окажется слишком медлительными, чтобы успеть приспособиться к этим изменениям. В этом и состоит опасность биосферно-экологического кризиса современности.

Но человеческое творчество способно изменить и самого человека в пределах предопределённого Свыше генетически заложенного потенциала его развития (в диапазоне от персонального до общевидового). При этом генетически заложенный потенциал развития будет освоен, что эквивалентно завершению истории нынешней глобальной цивилизации и переходу преобразившегося таким путем человечества к иному качеству личной и общественной жизни.

После того, как мы определились в понимании творчества и широкого спектра возможностей его воздействия на биосферу планеты, можно уточнить, детализировать и понятие «культура» (на основе изложенного в этой и предыдущих главах), и как следствие, определиться и в понимании соотношения генетического и культурного факторов в жизни человеческих обществ и обусловленности ими обоими достоинства человека.

Культура — вся генетически не передаваемая в готовом к использованию виде информация, представляющая собой результат творчества прежних поколений. Генетически передаётся потенциал к несению культуры, унаследованной от предков на основе социальной организации, и потенциал творчества, т. е. дальнейшего развития культуры.

При этом культура, будучи порождением самих людей, воплощаясь в веществе (так называемая материальная культура) и в физических полях (большей частью так называемая духовная культура), излучаемых людьми и их техносферой, предстаёт как фактор давления среды обитания на все виды живых организмов, включая и само человечество.

Это давление культуры на биологические виды, и прежде всего, на само человечество и его подгруппы по своему характеру трояко:

· во-первых, достижения (атрибуты) культуры, неизменно свойственные ей на протяжении жизни многих поколений;

· во-вторых, достижения культуры одноразового импульсного характера, заявляющие о себе на протяжении жизни одного поколения;

· в-третьих, достижения (атрибуты) культуры высокочастотного характера (по отношению к частоте обновления поколений).

В первом случае в обществе, несущем культуру, уживаются только те, кто согласен с нею и подчиняется её нормам. Все, кто противится сложившимся устойчивым в преемственности поколений нормам культуры, отторгаются несущим её обществом: при этом они либо приобщаются к иным культурам, либо погибают в борьбе с обществом — носителем культуры — в том числе и не оставив потомства, в результате чего какие-то свойственные им гены могут сохраняться в последующих поколениях только благодаря боковым линиям родства, возникшим в предшествующих поколениях их предков. Соответственно возможно и управляемое Свыше упреждающее продвижение по боковым линиям в последующие поколения генетического материала, несущего информацию, не приемлемую для «господствующей» культуры более ранних поколений.

Над этими обстоятельствами и их последствиями сторонники политики расовой гигиены,[87] как средства освобождения общества от реальных и мнимых бедствий (бедствий — согласно их мировоззрению), «запрограммированных генетически», в их подавляющем большинстве не задумываются.

Хороша культура или нет, поддерживается ли она всем народом, либо предписана ему «элитой» (его «малым народом») или международными силами, насаждающими её средствами мафиозной или государственной политики — значения не имеет. Просто под устойчивую на протяжении нескольких поколений культуру, как под всякий фактор среды обитания, генетический механизм в преемственности поколений подстраивает генетические параметры населения. При этом культура подавляет или освобождает от прошлого угнетения генетический потенциал личностного и общественного развития. В каком направлении оказывает воздействие на врожденный потенциал развития культура, это и определяет её добротность либо порочность. О конкретной же смысловой нагрузке слов «Добро» и «Зло», «Порок» в каждую историческую эпоху необходимо задумываться самим людям, соотнося слова со сложившимися жизненными обстоятельствами и направленностью их изменения.

Если некая культура становится общей для генетически разнородных подгрупп в человечестве, то спустя несколько поколений генетический механизм обеспечит соответствие врожденных качеств в каждой из генетически изначально различных групп объединяющей их культуре. Это не значит, что полностью исчезнет генетическое своеобразие каждой из групп, но появится нечто общее, для них.

Так русские и болгары, благодаря древнему единству во многом общей для них культуры стали в некотором смысле братьями, изначально будучи различными с точки зрения антропологии и сохраняя эти различия доныне; но так же вследствие культурного разобщения на протяжении многих поколений утратилось некогда врожденное братство с поляками. Но этот процесс не локализован исключительно в механизме синтеза молекул ДНК и комбинаторики обмена генами на основе хромосомного аппарата: у него есть и биополевые составляющие, не фиксируемые ни антропологией, занятой большей частью сопоставлением костных останков, ни молекулярной генетикой.

Во втором случае в культуре возникают изменения на протяжении жизни одного поколения, которые в момент их возникновения по существу являются предложением обществу качественно изменить его прежнюю культуру. И если прежнее общество, отказавшись от этого предложения, оказывается не способным остановить или преодолеть его распространение среди своих членов, то после того как нововведение обретает в культуре пусть и ничтожное, но устойчивое положение, оно способно передать роль генетического ядра от множества особей с одним набором генетических параметров множеству особей с каким-то иным набором генетических параметров, вследствие чего в дальнейшем генетически обусловленный потенциал личностного и общественного развития будет либо подавлен, либо освобождён культурой, изменившей свое качество вследствие этого нововведения. После этого некая новая культура может обрести устойчивость в преемственности поколений и под неё будет подстраиваться генетика населения.

Примером такого рода импульсного воздействия является крещение Руси и насаждение библейской культуры мощью «элитаризовавшегося» государства, под гнетом которой селекционеры — менеджеры и хозяева Библейского расового проекта — выводят породы от рождения безропотных рабов, положивших своему разуму — пусть даже и бессознательно — непреодолимыми границами необходимость поддержания своего невольничьего статуса. В России это процесс целенаправленной рабской селекции длится по настоящее время на протяжении 1000-летия от крещения Руси и достиг наибольшей силы в «золотой век» Екатерины II, вследствие чего во времена Николая I при осуществлении рекрутских наборов было отмечено массовое вырождение крепостных, по своим показателям уступавшим чудо-богатырям времен А.В.Суворова. Но к нашему времени этот процесс выведения и селекции расы рабов потерял устойчивость и разрушается.

Примером такого же рода импульсного воздействия является и культурная революция после 1917 г., в результате которой была уничтожена культурно-идеологическая основа для кланового разделения в СССР всякого народа на «большой народ» и его разнородные «элиты», образующие собой «малый народ» в его составе, вследствие чего именно региональная цивилизация России первой вышла в Космос, разрешив все технические и организационные проблемы своими силами.

Этот взлёт был остановлен также импульсным воздействием на культуру — активным насаждением «культурного» употребления алкогольных (и прежде всего, слабоалкогольных) напитков и табакокурения: редкий фильм, начиная с конца 1930-х годов обходился без показа праздничных застолий с участием пьющих и курящих положительных героев, которые становились образцами для массового подражания молодежи.

В умолчаниях фильмов и рекламы высокосортных вин и пива оставалось И ОСТАЁТСЯ НЫНЕ то, что:

· алкоголь вызывает мутации, вследствие чего поврежденные им гены передаются потомству, разрушая потенциал здоровья и личностного развития последующих поколений;

· помимо мутаций алкоголь способен вызывать сбои в отработке безошибочных самих по себе генетических программ как в организме самого пьющего, так и в процессе формирования плода в организме пьющей матери.

· для многих людей генетически — в процессе культурного пития без злоупотреблений — запрограммировано возникновение зависимости от потребления алкоголя, которая неизбежно перерастает в алкоголизм со свойственными ему спутниками: разрушением нейронных сетей головного мозга, деградацией личности, общим прогрессирующим ухудшением здоровья, генетическими нарушениями в потомстве и закреплением предрасположенности к алкоголизму на генетическом уровне.

Вследствие того, что алкоголь — мутагенное снадобье, а генетическая предрасположенность к возникновению зависимости от алкоголя — объективная данность, каждый, кто противится пропаганде и установлению как нормы жизни человека абсолютной трезвости в отношении алкоголя (а также и прочих дурманов, обладающих аналогичным более или менее ярко выраженным воздействием) — либо дурак, либо мерзавец, обрекающий множество людей в нескольких поколениях на ущербное существование, на пониженный потенциал их личностного развития, что понижает и потенциал общественного развития в целом, а также представляет угрозу для окружающих, когда во власти пьющего оказывается что-то ещё помимо его тела.

Поэтому всё, что было сказано об импульсном воздействии на культуру, прежде всего, касается возникновения и распространения атрибутов культуры, оказывающих непосредственное воздействие на генетику общества, несущего культуру.

В третьем случае, когда что-то в культуре многократно возникает и многократно исчезает при жизни одного поколения (чему примером чередование в наши дни моды на мини- и макси-юбки, на полную закрытость тела и оголённость, включая и оголённость его частей, традиционно почитаемых в качестве «интимных»), то для функционирования генетического механизма вида и его подгрупп это — высокочастотный шум, на который он просто не успевает реагировать. Но если в культуре с неким высокочастотным процессом связан какой-либо низкочастотный или импульсный процесс, обладающий влиянием в описанном ранее смысле, то генетический механизм обществ будет подстраиваться под эти низкочастотные и импульсные процессы.

Теперь снова вернемся к рассмотрению работы хромосомного аппарата, как одной из составляющих видового генетического механизма. Хромосомный аппарат многоклеточных в каждом биологическом виде включает в себя своё однозначно определённое количество своеобразно построенных хромосом. У всех двуполых видов, хромосомы объединены в пары; хромосомы, составляющую пару, называются гомологичными. В каждой паре одна хромосома получена из хромосомного аппарата отцовского организма, а другая из хромосомного аппарата материнского организма. За один и тот же признак в организме (или совокупность связанных признаков) отвечает какой-то ген (фрагмент хромосомы, несущий информацию, управляющую этим признаком). Соответственно, каждый признак на уровне хромосом записан во всяком организме дважды: один раз в соответствующем ему гене одной хромосомы, второй раз в соответствующем ему гене парной хромосомы. Вследствие этого один и тот же признак может быть определён по-разному. Нормально однозначная определенность в строение организма вносится тем, что все гены и соответствующие им признаки объективно разделяются на:

· доминантные (сильные) — блокирующие действие альтернативных генов, задающих тот же признак. Доминантные гены, всегда проявляющиеся в строении организма (например, у человека карий цвет глаз — доминантный) вне зависимости от сочетания генов в паре хромосом.

· рецессивные (слабые) гены и признаки, не проявляющиеся в организме, если в хромосомном наборе присутствует альтернативный доминантный ген (например, у человека голубой цвет глаз — рецессивный). Рецессивные признаки проявляются в строении организма только, если оба определяющих их гена в паре хромосом одинаковые — рецессивные.

Кроме того, если какой-то ген в одной хромосоме оказывается поврежденным, больным, то в строении организма и его функционировании соответствующие признаки определяются не им, а здоровым геном парной хромосомы.

У человека пол определяется хромосомами, называемыми «X» и «Y» по их похожести на буквы латинского алфавита. Мужчина несет пару хромосом «XY», женщина — пару «XX». Вследствие этой особенности в организме мужчины, в отличие от организма женщины, не дублированы гены хромосомы «X», по крайней мере, те, которым должна соответствовать отсутствующая ножка хромосомы «Y». Как следствие врожденная болезнь несвертываемость крови (к примеру, ею был болен цесаревич Алексей Николаевич), обусловленная больным геном в хромосоме «Х», у мужчин встречается гораздо чаще, нежели у женщин. Но вследствие дублирования всей информации хромосомы «Х» в женском организме, женщины редко болея ею сами, являются скрытными её распространительницами в обществе. Для того чтобы у женщины проявилась генетически обусловленная несвертываемость крови, необходимо, чтобы в обеих её хромосомах «ХХ» соответствующие гены были бы больными.

Эта особенность хромосомного аппарата, построенного на парности генов, отвечающих за каждый из признаков (или их взаимосвязанную совокупность), проявляется двояко в жизни общества особей вида «Человек разумный», несущих культуру. С одной стороны, в близкородственных браках выше статистика наследственных болезней, обусловленная тем, что в паре оба соответствующих болезни гена, полученные от одних и тех же близких родственников, оказываются больными.[88] С другой стороны, если какой-то признак, определённый как социально значимый и дающий вследствие этого преимущество той общности, в которой больше доля его носителей, обусловлен рецессивным геном, то если не известен способ, позволяющий обратить соотношение «рецессивность-доминантность» в его пользу, то единственный способ увеличить частотность проявления рецессивного признака в потомстве — создать условия для близкородственных браков: вплоть до единокровных братьев и сестер, и родителей с их же детьми (в разведении и селекции пород домашних животных целенаправленное скрещивание близкородственных особей называется «инбридинг»).

Но за попытку обрести какое-то преимущество над другими кланами и племенами путем культивирования инбридинга приходится платить наследственными болезнями, также сопутствующими совпадению в хромосомных парах накапливающихся в популяции больных генов.[89].

Но работа генетического механизма вида не сводится только к работе хромосомного аппарата, мутациям генов и их комбинаторике. Известно явление, получившее название «телегония». Суть его зримо показывает такой пример. Если жеребец-зебра совокупится с кобылой-лошадью, то зачатие жеребенка невозможно вследствие того, что комплект хромосом в сперматозоидах, переданных кобыле, несовместим с комплектом хромосом в её яйцеклетке. Однако в результате случек этой кобылы с жеребцами-лошадьми у неё и её потомков могут рождаться жеребята — полосатенькие, как это свойственно зебрам.

Вследствие объективной возможности наследования по телегонии из селекционной работы уже на протяжении веков исключаются самки, хотя бы единожды совокупившиеся с самцами нежелательных селекционеру других пород, даже если за таким совокуплением не последовало зачатия и рождения нечистопородного потомства: тем самым заводчики породы исключают статистическую предопределённость появления в её потомстве вследствие телегонии признаков, свойственных нежелательным в их селекционной работе породам, что способно испортить ту породу, над развитием которой они работают.

С точки зрения вульгарного материализма, признающего в качестве материи только вещество и электромагнитное поле, явление телегонии необъяснимо (а поскольку попытки скрестить зебру с лошадью бывают нечасто, то о нём якобы можно забыть без ущерба для науки, сельскохозяйственной практики и половой жизни в обществе).[90] Если же под биополем понимать набор общеприродных полей, промодулированных в системе кодирования соответственно несомой ими информации, которые порождает живущий организм, то, сталкиваясь с проявлениями телегонии в биосфере, остается признать, что:

Некоторая доля наследственной информации передаётся особям последующих поколений на основе биополей, которые замыкаются друг на друга в процессе совокуплений особей старших поколений; передача наследственной информации через биополя имеет место даже вне зависимости от того возможно ли в принципе зачатие в таком совокуплении либо же нет.

Но телегония не единственное явление, связанное с работой генетического механизма биологического вида в целом, обусловленное передачей информации на основе биополей. Сообщалось об опытах, в которых контрольная популяция лабораторных белых мышей на протяжении нескольких поколений подвергалась воздействию мутагенного фактора (алкоголя). В результате в ней резко возрастала доля генетически ущербных особей. Те особи, которые не утрачивали способности к размножению под воздействием мутагенного фактора, также давали генетически ущербное потомство, пока вся популяция в той или иной степени не оказывалась генетически ущербной. И казалось бы, если исходить из статистико-механистических традиционных представлений о комбинаторике в работе хромосомного аппарата, такое положение должно было сохраняться в преемственности поколений и после снятия воздействия мутагенного фактора. Но после снятия воздействия мутагенного фактора спустя какое-то время оказывалось, что мыши с неоспоримо искалеченным в прошлом хромосомным аппаратом начинали давать генетически безупречные линии потомства.

То есть общевидовой генетический механизм обладает способностью исправлять накопившиеся ошибки в работе хромосомного аппарата, воздействуя на синтез молекул генов через биополевые структуры, свойственные биологическому виду в целом.

Вся информация, передаваемая от родителей детям генетически, представляет собой многокомпонентную информационную систему. Её компоненты разного функционального назначения должны быть согласованы между собой. Если в ней возникают какие-то рассогласования, то это подобно тому, что вы читаете учебник по химии и в одном из его разделов встречаете уведомление, что какие-то аспекты рассматриваемого вопроса и связанные с ним другие вопросы изложены в другом параграфе учебника на странице номер такой-то. Вы открываете ту страницу и обнаруживаете, что в типографии ошиблись и в учебник по химии вклеили какое-то количество страниц из учебника по географии, и они также имеют ссылки на другие страницы учебника по географии. В итоге, пользуясь таким учебником, невозможно узнать ни химии, ни географии.

Если подобное случается с врожденной информацией, унаследованной какой-либо особью биологического вида в естественной для него среде обитания, то эта особь в сопоставлении её с другими особями вида имеет пониженные шансы выжить в ходе естественного отбора, имеющего место в жизни биоценоза. Вследствие этого популяции в биоценозах имеют в их составе относительно малочисленную долю особей, обладающих внутренне конфликтной врожденной информационной системой, обусловленной генетикой.

Из числа атрибутов культуры, которые вредят развитию плода даже, если его генотип не отягощен мутациями и взаимной несогласованностью различных его информационных модулей, следует назвать всё тот же алкоголь и курение. Пьющие и курящие матери и повзрослевшие дочери некогда куривших матерей значительно чаще рожают недоношенных младенцев, в их потомстве значительно чаще встречаются такие недуги как детский церебральный паралич и рассеянный склероз, очень плохо поддающиеся лечению средствами нынешней традиционной медицины, не говоря уж о более распространённых и менее тяжелых болезнях.

Однако каждая знающая о такого рода воздействии алкоголя и табака дрянь надеется, что её дитя подобная беда минует даже, если она будет продолжать употреблять «в меру» слабоалкогольные напитки или курить в период жизни перед зачатием и во время беременности: в результате в обществе складывается статистика рождений детей с патологией, обусловленной пристрастиями матерей к курению и выпивке «в меру»; то же касается и отцов. Совокупная же статистика, как периодически сообщают средства массовой информации, такова, что ныне только один из десяти младенцев в России рождается без какой-либо патологии.

При этом и в табачной рекламе есть убийственное умолчание: реклама сопровождается надписью о том, что «Минздрав предупреждает: курение опасно для Вашего здоровья», но молчит о том, что курение опасно для здоровья ваших потомков, и оно — в отличие от вашего — не является вашей собственностью. КУРЯ И ВЫПИВАЯ, ВЫ РАЗРУШАЕТЕ ТО, ЧТО ВАМ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ.

Но есть и атрибуты культуры, которые представляются невинными, в отличие от плохо проверенных медицинских снадобий, алкоголя, табака и прочих наркотиков, хотя также способны оказать поражающее массовое воздействие на организмы матерей и плода. Это прежде всего косметика: последствия повседневного применения косметических снадобий, впитывающихся через кожу в организм женщины, в условиях нынешней техносферы во многих случаях непредсказуемы. Ошибка косметической фирмы или умышленное вредительство со стороны маньяка-химика из состава её персонала может иметь последствия еще более тяжкие, чем это показал в прошлом талидомид. Сюда же следует отнести и многие пищевые консерванты и наполнители: их обилие и разнообразие в принципе способно привести к тому, что даже безопасные в отдельности сами по себе, они в организме человека в каких-то сочетаниях будут оказывать мутагенное или угнетающее воздействие на генетический механизм, что будет иметь неблагоприятные последствия для потомства.

Потому, чтобы без боли и стыда смотреть в глаза своим детям и внукам, лучше избегать того, что способно оказать мутагенное воздействие или нарушить отработку безупречной самой по себе генетической программы: и это касается как мужчин, так и женщин. Проблемы, обусловленные нарушениями в работе генетического механизма, гораздо легче предотвратить, нежели преодолеть. Если и не мгновенно, то в большинстве случаев их можно предотвратить в течение репродуктивного периода жизни, а, если они возникли, то преодолевать их придется потомкам в преемственности нескольких поколений, и вряд ли они найдут слова благодарности своим предкам, создавшим эти проблемы для них.

В реальной истории, если и не все индивиды, то общества в целом имели некоторое представление об обусловленности многих черт жизни наследственностью и об обратном влиянии образа жизни, культуры — на наследственность. Такие словосочетания как «голос крови», «полукровка», «не из родни, а в родню», «ни в мать, ни в отца, а в проезжего молодца», «дурная наследственность», «девочку испортить», «выродок» и т. п. появились задолго до того, как Георг Иоганн Мендель в 1866 году на основе наблюдения за цветами в монастырском саду и статистического анализа изменчивости сформулировал законы наследования признаков,[91] и последующие естествоиспытатели объяснили механизм их действия на основе работы хромосомного аппарата.

2.4.3. Генетика и естественная духовная динамика.

Если продолжить разговор о проблеме генетической передачи потомству ключей к духовному наследию, то нужно знать нижеследующее.

Исторически известно, что у каждого народа были обычаи, в которых выражалась его селекционная политика в отношении самого себя. У большинства народов к ним относится обязательность девственности невесты при вступлении в брак с правом мужа немедленно расторгнуть брак в случае выявления утраты девственности новобрачной до брака. Это направлено на защиту потомства от обусловленных телегонией антагонизмов между различными информационными модулями в составе наследуемой системы врожденной информации. Непризнание полноты прав за незаконнорожденными направлено на защиту общественной жизни в целом от непредсказуемого поведения незаконнорожденных вследствие возможно несомой ими конфликтности различных информационных модулей в составе унаследованной ими генетической информации, какая конфликтность для большинства из них не возможность, а данность, обусловленная наследованием по телегонии от разных «отцов» взаимно не совместимых информационных модулей или вообще чуждой данному обществу информации.

Обычаи такого назначения были разными у разных народов и выражали подчас взаимно исключающие представления о нормах правильной нравственности. Но эти различия были не выражением абстрактного морализаторства их интеллектуалов, а следствием специфики их жизни в конкретных природно-географических условиях при определённой организации жизни общества в целом в преемственности многих поколений.

Так в местностях, где плотность населения была низкая (например, у народов Севера), а сообщение с удаленными соплеменниками затруднено, близкородственные браки в преемственности многих поколений были объективно неизбежны. Соответственно обычай предписывал жене отдаваться не только её мужу, но и гостю из дальних мест, поскольку зачать от гостя, который вольет в род новые гены — в таких жизненных условиях — способ подавить негативные последствия инбридинга в последующих поколениях своего рода.

В классовых и кастовых обществах нормы обычаев, в которых выражалась по существу селекционная политика, имели свои особенности в каждом классе, в каждом сословии. Право первой ночи, характерное для феодализма Европы, также связано с телегонией, но предполагает, что тот, кому принадлежит это право — сам лучшей породы, нежели те сословия, в отношении кого оно действует. И таким образом, оно по предположению направлено на улучшение качеств потомства на основе непосредственного зачатия от сеньора либо на основе телегонии. Это не только не считалось позором для семьи, но этим даже гордились: в англоязычных странах приставка к фамилии «фиц», пришедшая из давних времен, прямо указует на то, что одним из предков носителя такой фамилии был кто-то из королей, «улучшивший» породу своих подданных, будучи холостым или изменив королеве; была ли мать первого из «фицев» в каждой фамилии незамужней либо изменила своему мужу с королем, это — их дело.

Где проходила граница между осознанием причин и следствий различных «сексуальных политик» обществ и действиями под водительством коллективного бессознательного, значения не имеет, важно другое: все обычаи такого назначения у каждого народа обусловлены его опытом жизни в преемственности поколений в конкретных природно-географических условиях при определённой социальной организации, изменение которых ведёт неизбежно к замене наилучшей в прошлом «сексуальной политики» новой «сексуальной политикой», соответствующей изменившимся условиям жизни.

И мы живем в такой период истории, когда уже всё человечество, а не тот или иной из народов, вырабатывают новую «сексуальную политику», соответствующую образу жизни новой эпохи. При этом имеют место и издержки, и извращения, но в явлениях общественной жизни, имеющих статистическую причинно-следственную обусловленность, это свойственно всем переходным режимам, которые протекают без осознания их участниками причин, множества возможных направлений, вследствие чего они не способны избрать и придерживаться наилучшей линии поведения в складывающихся обстоятельствах.

Если же обратиться к прошлой истории и не вдаваться в национальную специфику, которая у каждого народа имеет свои особенности, то в классовых обществах, представители «элиты», как правило, избегают законных браков и семейной жизни с представителями своего простонародья, мотивируя это необходимостью сохранения родовой и сословной породы.

Вследствие этого, чем выше по лестнице разграничения в иерархии «элит», тем малочисленнее кланово-замкнутое сословие, в пределах которого браки признаются, и тем больше в преемственности поколений генетических проблем, обусловленных инбридингом, вследствие неизбежности близкородственных браков в узкой корпорации.[92] Браки с представителями иноплеменных «элит», которые сами уже успели стать генетически отягощенными вследствие инбридинга, могут компенсировать последствия инбридинга в одном-двух поколениях, но приносят проблемы, обусловленные конфликтностью различных информационных модулей, унаследованных от предков, принадлежащих разным народам, когда эти модули оказываются в составе одной информационной системы кого-то из потомков.

В простонародье же больше, нежели в «элитах», заботились об исключении близкородственных браков. Также старались избегать браков с иноплеменниками даже при совместном проживании на одной территории разных народов, чтобы избежать отягощенности потомства конфликтностью информационных модулей, унаследованных от разноплеменных предков.

Собственно благодаря многочисленности простонародья и такого его отношения к построению семьи на протяжении многих поколений сформировались и обрели устойчивое генетическое своеобразие большинство из современных народов.

Однако, на необходимости поддержания чистоты породы каждой расы, каждого народа, каждой наследственной касты так, как это было в прошлом, настаивают расисты, приводя многочисленные примеры социальных бедствий, возникающих при кровосмешении разных народов, а тем более разных рас, во множестве порождающих особей-полукровок со внутренне конфликтными системами генетически унаследованной информации.

Но человек отличается от животных, вследствие чего работа его общевидового генетического механизма выходит за пределы общебиологических закономерностей животного мира нынешней биосферы. Их-то расисты и не учитывают, оставаясь при научном обосновании своих «расовых доктрин» в пределах статистических механизмов комбинаторики работы хромосомного аппарата и признания объективности наследования генетической информации по телегонии.

На протяжении всей истории нашей цивилизации просматривается постоянная попытка удержать разделение её на послушную глобальным знахарям «элиту», которой положено знать и осваивать управленческую информацию под контролем знахарей и «рабочее быдло», которым положено осваивать не всё. В этой связи в «элитарных» традициях принято даже освоение информации индивидуальной реинкарнационной памяти,[93] а для «рабочего быдла» — освоением только желательной для «элиты» некоторой части информации коллективной генетической памяти.

Но хозяевам «элит» не дано Свыше ограничить «рабочее быдло» освоением только желательной для «элиты» некоторой части информации коллективной генетической памяти и заблокировать освоение некоторой другой части информации коллективной генетической памяти: будет освоена вся информация, хранимая всею коллективной генетической памятью человечества. Это так — в силу принципов построения генетической памяти народов и человечества в целом, предопределённых Свыше: и это — Дар всем и каждому, но Дар не для всех нравственно приемлемый; по их нравам они предпочли бы иные принципы организации генетической памяти человечества, но это не в их власти.

Если бы эгрегориальная информация, открываемая на основе «ключей» генетической памяти родовых эгрегоров, была «автоматически» доступна сознанию индивида в готовом к употреблению виде, то можно было бы учредить кастовое общество с запретом на межкастовые сексуальные отношения, а тем более браки, и сбылась бы мечта многих сторонников толпо-«элитаризма»: цари рождали бы полноценных от рождения царей — непревзойденных государственных деятелей, воины — воинов, ремесленники — ремесленников и т. п., а система образования (и прежде всего, профессионального) была бы никчёмна; потребности к активизации творческого потенциала индивидов не было бы; и жизнь каждого последующего поколения была бы подобна игре «оркестра граммофонов», каждый из которых крутит одну и ту же пластинку, покуда не сломается сам или не заездит пластинку до невозможности воспроизведения. И если бы мечта сторонников такого рода социального устройства осуществилась, то конечный итог был бы именно таким. Но человечество было бы духовно аналогично рою пчел,[94] однако воплощенному в иных формах организации материи, на иной элементной базе. То есть это не было бы человечеством в предопределённом для него Свыше смысле жизни.

Так что не следует стремиться к тому, чтобы вывести расы пахарей, кузнецов, ткачей и т. п. в предположении, что они будут обслуживать расу рвачей.

Тем не менее, в эпоху, когда через технологически и организационно неизменный мир проходили множество поколений, возможность обретения профессионализма того или иного рода действительно во многом была обусловлена родовым духовным наследием, генетически доступным вследствие рождения индивида в определённом роду. Сыновьям пахарей в массовой статистике было проще стать пахарями нежели кузнецами, а сыновьям кузнецов проще было стать кузнецами, нежели пахарями в силу того, что они имели генетически обусловленный доступ к соответствующим профессиональным знаниям и навыкам, хранимым в их родовых эгрегорах.

Аналогично в родовом эгрегоре правящей династии и знахарских (жреческих) кланов накапливалась информация, общенародной, общегосударственной значимости, которую в силу «автоматического» генетически обусловленного вхождения в эти родовые эгрегоры проще было освоить потомкам царей и правящей «элиты», нежели прочим членам общества.

Это не значит, что возможность переквалификации по отношению к профессиональной деятельности предков была полностью исключена для их потомков, но такая переквалификация требовала бульшего творческого воображения, нежели его требовало освоение родового духовного наследия. В силу этого преодолеть межкастовые барьеры были способны только действительно незаурядные личности как демонически-индивидуалистического типа, так и пребывающие в ладу с Богом и потому водительствуемые Свыше.

В то же время отсутствие генетически обусловленных автоматизмов осознанного доступа к этой информации, обязывало и потомков «благородных родов» к личному труду, к работе над своей духовностью. Если этого труда не было, то генетически унаследованные ключи так и оставались подобны красивым бусам на шеях «благородных» недолюдков в образе человеческом.

Падение качества управления делами общества в целом либо поддержание качества управления, недостаточного по отношению к вызову эпохи, вынуждало представителей других родов при сословно-кастовом строе задумываться над общенародными делами, далеко выходящими за пределы компетенции, определённой для представителей той общественной подгруппы в социальной организации, к которой они принадлежали. И на основе собственного творческого потенциала они по своей инициативе находили ответы на интересующие их вопросы общественной в целом значимости, по которым иметь мнение в прежней системе общественных отношений дозволялось только представителям «высших» сословий (каст).

Вследствие этого при рассмотрении информационного наполнения родовых эгрегоров в преемственности поколений всё больше и больше стиралось различие между родовыми эгрегорами правящей «элиты» и родовыми эгрегорами простонародья. Если же какой-то информации в родовых эгрегорах простонародья для решения дел общенародных не хватало, то она перетекала в них через общедоступную культуру и воспроизводилась заново на основе личного творчества принадлежащих к этим эгрегорам индивидов.[95].

Размышляя об этом процессе, также следует знать, что все потребности человека и общества в целом делятся на две категории: естественные и противоестественные; и кроме того, есть некие пределы минимума и максимума в удовлетворении естественных потребностей, по выходе за которые те же самые потребности становятся противоестественными. Вследствие этого всё производимое в общественном объединении труда и потребляемое из природы в готовом виде принадлежит к двум спектрам продукции:

· демографически обусловленные потребности, удовлетворение которых обеспечивает существование индивидов и их семей и личностное развитие, и объём которых во всяких природно-географических условиях ограничен, поскольку подчинён естественной физиологии организма человека, количеству семей, численности населения в регионе и исторически сложившемуся образу его жизни. Демографически обусловленные потребности не могут быть антибиосферными, поскольку они должны обеспечивать жизнь человечества в преемственности поколений, а человечество — часть биосферы Земли;

· деградационно-паразитические потребности, удовлетворение которых подрывает жизненный потенциал и самих индивидов-потребителей и их потомков. В отличие от демографически обусловленных потребностей деградационно-паразитические потребности непредсказуемы и их удовлетворить в принципе невозможно, поскольку их воспроизводство в обществе характеризуется пословицей «с жиру бесятся» (последнее излечивается только постом во всех смыслах, непосредственно производительным трудом в сфере материального производства и молитвой, применяемых в совокупности). Все потребности, удовлетворение которых разрушает биоценозы и биосферу Земли и исключает возобновление биоценозов в естественных для биосферы ритмах — деградационно-паразитические потребности.

Исторически так сложилось, что толпо-«элитарное» общество существует на основе установления «элитой» монопольно высоких цен за своё участие в общественном объединении труда. При исторически реальных прейскурантах на товары и услуги, при объективном разделении потребностей каждого человека, социальных групп и общества в целом на демографически обусловленные и деградационно-паразитические, монопольно высокие доходы «элиты» на протяжении жизни многих поколений выливались и выливаются в её же монопольно высокие расходы на удовлетворение деградационно-паразитических потребностей, вследствие чего духовное наследие «элитарных» родув вбирало в себя не только информацию о правильном ведении дел общенародных, общегосударственных, но и навыки паразитизма, ведущего к деградации и гибели «элитарных» родув, становившихся жертвой такого духовного наследия, поскольку деградационно-паразитическая информация в их родовых эгрегорах подавляла действительно общественно значимую профессиональную информацию «элитарных» родув.

Однако необходимо понимать, что непосредственной причиной деградации и гибели индивидов и родув (не только «элитарных», но и всех объективно порочных) является не невыносимое духовное наследие, а нежелание конкретных людей переосмыслить доставшееся им духовное наследие, дабы, осмыслено-целеустремлённо преобразив свою духовность, изменить и духовное наследие, передаваемое каждым из них далее последующим поколениям.

При глобальном масштабе рассмотрения всё сказанное о монопольно высоких доходах, избыточных по отношению к демографически обусловленным потребностям и выливающихся в монопольно высокие расходы на удовлетворение деградационно-паразитических потребностей, и перспектив такой потребительской политики касается и населения так называемых «развитых стран»: прежде всего, населения США и Западной Европы.

На другом полюсе общества большинство родув было поставлено на минимальный уровень удовлетворения демографически обусловленных потребностей, а то и опущено ниже его. Тех, кто не позволял себе быть раздавленным этими жизненными обстоятельствами, это вынуждало к разнородному творчеству в весьма широком спектре решения проблем: от того, как побыстрее приобщиться к угнетающей жизнь исторически реальной «элите», до того, как раз и навсегда построить реальное, настоящее Царствие Божие на Земле. При этом выживали и сохранялись роды, наиболее эффективно — по отношению к Высшему Промыслу — управлявшиеся в своих делах.

Приемля и поддерживая деградационно-паразитическое духовное наследие, передавая его далее в преемственности поколений, «элитарные» индивиды и родовые эгрегоры старинных и новых «элит» оказывались объективно в конфликте с объемлющими их эгрегорами народов, на жизни простонародья которых «элиты» паразитировали, насильничая и над людьми, и над биосферой, а эгрегоры народов и человечества в целом оказывали поддержку тем представителям простонародья, которые выходили в своих интересах, намерениях и деятельности за пределы ограниченности узкими интересами потребительского эгоизма личности или рода. Такое отношение к жизни также встречало непосредственную поддержку Свыше помимо эгрегоров.

Кроме того «элита» своей сексуальной распущенностью и вседозволенностью по отношению к простонародью, способствовала тому, что незаконнорожденные потомки её представителей (как по телесности, так и по телегонии) обретали «автоматический», генетически обусловленный доступ к информации общенародной и общегосударственной важности (прошлая история и политические намерения на будущее, алгоритмы решения общественных проблем и т. п.), хранимой родовыми эгрегорами правящей «элиты». Получив в простонародье обычное трудовое воспитание, многие из них осваивали духовное наследие своих незаконных предков общенародной значимости, в то время как законные потомки, выросшие в составе «элиты», предавались деградации и паразитизму, пытаясь сочетать ставшую для них нормой жизни извращенность нравов и этики с попытками решения общегосударственных дел.

В этом процессе информационного обмена «элитарная» политика утрачивала устойчивость вследствие разрушения прежней эгрегориальной структуры, поддерживаемой обществом в прошлом. При этом изменялись алгоритмы эгрегориального водительства в отношении личностей и изменялись прежние внутрисоциальные отношения. В итоге прежняя культура — и социальная организация как её часть — становились невозможными, поскольку они не соответствовали новой духовности индивидов, составляющих собой общество.

Процессы утраты «элитой» своей общественной значимости вследствие замусоривания её родовых эгрегоров деградационно-паразитической информацией и накопления в родовых эгрегорах простонародья информации общенародной, общечеловеческой значимости протекали, хотя и со своей спецификой, во всех странах и регионах планеты на протяжении всей истории нынешней цивилизации. К ХХ веку они довели многие национальные общества до такого состояния, что те не нуждаются более в наследственных разнофункциональных «элитах»: «элиты», будь они в форме узаконенных сословий или существующих по традиции в глубоком молчании мафий, мешают людям жить. Но в то же самое время «элиты» же, вынуждая общество к преодолению свойственного им паразитизма, обрекают многих состояться в качестве человеков под давлением внешних обстоятельств, а не по внутреннему зову Любви, не обусловленному внешними обстоятельствами.

Но никчемность «элит» — знаменует вступление человечества в качественно новый этап развития: оно не то что не нуждается более в «высшей расе» — по существу расе господ; оно уже просто не может ни жить, ни существовать под властью какой бы то ни было «элиты», в том числе и «высшей» расы.

Именно вследствие этой невозможности разделения человечества на расу «господ» и расы «говорящих орудий» погибла предшествующая глобальная цивилизация — Атлантида. Последующая история человечества — история нынешней глобальной цивилизации — представляла собой до настоящего времени борьбу двух взаимно исключающих одна другую тенденций:

· восстановить милый сердцу некоторых[96] по реинкарнационным (возможно) воспоминаниям[97] образ жизни Атлантиды, когда планетой правит раса «господ», а личностное развитие остального населения, обращенного по существу в человекообразный рабочий скот (разводимый и уничтожаемый по мере необходимости), искусственно заблокировано;

· выработать в духе и воплотить в веществе альтернативный образ жизни, в котором каждый будет свободен, не обращая однако свою свободу во вседозволенность в отношении других ни осознанно, ни бессознательно.

В настоящее же время господство первой тенденции в жизни человечества себя исчерпало, и мы живем в эпоху перехода к безраздельному господству второй тенденции.

Аналогичное по характеру эгрегориальное взаимодействие имеет место и в международных отношениях, а не только в межклассовых отношениях в пределах одного моноэтнического общества. Наиболее показательный пример такого рода эгрегориального взаимодействия — эпизод из истории цивилизации России, общеизвестный как Батыево нашествие и монголо-татарское иго.

В годы советской власти публиковались работы, в которых утверждалось, что в русских могильниках, относимых ко второй половине XIII века и расположенных в полосе Батыева нашествия (1238 г.), было отмечено наличие черепов с ярко выраженными монголоидными чертами, но в течение первой половины XIV века монголоидные черты, как показывают раскопки могильников того времени, полностью исчезают. Потом во второй половине XIV веке (1380 г.) происходит битва на Куликовом поле; спустя сто лет (1480 г.) великим стоянием на Угре завершается иго, а еще век спустя Иван Грозный в 1552 г. берёт Казань, в 1556 г. берёт Астрахань, в результате чего потомки бывших оккупантов и поработителей вошли в состав региональной цивилизации России, и многие из них стали по существу Русскими.

2.4.4. Пояснение: Русскость — что это такое.

Для Запада все живущие на территории России-СССР — русские, хотя в самой России русскими считаются только славяне. В действительности слово «русский» не этноним (название народа), но обычно исторически считается, что первыми русскими стали некоторые славянские племена.

В наши дни многие этнические русские-славяне — всего лишь русскоязычные, но многие этнические не-славяне — татары, башкиры, якуты, евреи, чуваши, буряты, калмыки, даже подчас едва владеющие русским-славянским языком — по качествам своим, по образу своего духа, по алгоритмике коллективного и личностного поведения — русские, разноплеменные русские. По этой причине Запад, по крайней мере, в исторической перспективе, не ошибается, называя всех представителей региональной цивилизации России — русскими.

Вопреки тому, что многие великоросские расисты настаивают на том, что русские — чистокровны и обладают антропологическим своеобразием их черепов, однозначно отличающим их от других народов на протяжении всей археологически известной истории, Э.Р.Мулдашев пишет:[98].

«Кто же они русские? Я изучал глаза русских и по офтальмогеометрическим признакам[99] могу сказать, что русские, скорее всего, являются продуктом смешения динарской расы с лапенианской и балтийской расами (татарами, коми, финнами, эстонцами и т. п.)».

Это один из многих показателей того, что на протяжении истории Русские вбирают в себя всех, формируя тем самым Всечеловечность будущего Земли.[100].

Но точно также в России есть и жиды[101] различного «племенного» происхождения: еврейского, татарского, чеченского, славянского, «этнически-русского» и иного. Соответственно, после того как в России отменили в паспорте графу «национальность», многие «этнически-русские», безупречные по своему происхождению от многих поколений этнически славянских предков, не смогут доказать окружающим, что они не жиды; выходцы же из иных этнических групп будут восприниматься окружающими в качестве истинно-русских, чтобы они сами не думали о своей национальной принадлежности; с другой стороны и многие русские-славяне в силу особенностей проявлений образа русского духа будут восприниматься представителями других народов в качестве своих соплеменников, а их уверения в том, что они по своему происхождению — русские и потому не владеют иными языками, будут вызывать обиду, в основе которой лежит предположение, что люди столкнулись не с настоящим русским, а с «элитарным» превознесением над простонародьем своих же соплеменников, отрекшихся от своего народа, ради приобщения к региональной «имперской элите» либо трансрегиональной «международной элите».

Объективно носительницей объемлющей альтернативы глобализации на принципах толпо-«элитаризма» является Россия, точнее — Русская региональная цивилизация многих народов и многих диаспор. На протяжении последних нескольких веков эта региональная цивилизация от всех прочих региональных цивилизаций отличается тем, что развивается в исторически подвижных границах общего для её народов и диаспор государства.

Подвижность её государственных границ носит пульсирующе-расширяющийся характер: это исторически долговременная тенденция. В периоды кризисов цивилизационного строительства, государственность нашей цивилизации тоже испытывает кризис. И в такие кризисные периоды относительно молодая периферия Русской многонациональной цивилизации государственно обособляется, как это имело место в период государственного краха СССР. Но по мере того, как исторически очередной кризис цивилизационного строительства преодолевается, происходит становление новой государственности. Когда новая государственность обретает дееспособность, адекватную потребностям эпохи и перспективам общественного развития, недавно отколовшаяся относительно молодая периферия, не сумев разрешить своих проблем в одиночку, возвращается в границы Русской многонациональной цивилизации, а на последующих этапах в её состав начинают вступать народы, до этого жившие обособленно или в составе иных региональных цивилизаций, поскольку качество жизни в пределах Руси в каких-то аспектах, значимых для народов и их перспектив, оказывалось лучшим, нежели в обособлении или в культурах иных государств и региональных цивилизаций. И именно вследствие того, что этот процесс пульсирующего расширения границ государственности Русской многонациональной цивилизации — не выдумка, к началу ХХ века в границах России была 1/6 часть суши.

Упования на то, что всё это русское своеобразие осталось в историческом прошлом в действительности не обосновано ничем, кроме казалось бы успешного осуществления библейского проекта глобализации на протяжении многих веков — в то историческое время, когда в культуре большинства народов и человечества в целом были нравственно-психические предпосылки к более или менее успешному их втягиванию в библейскую цивилизацию расового рабовладения[102] либо к безнаказанному уничтожению их самих или их культуры более высоко цивилизованными «элитными» библеистами.

В настоящей реальности Россия не «вливается» в «семью народов» самой передовой (в деле самоубийства человечества) региональной цивилизации Запада, освободившись от своих многовековых «заблуждений» в поиске некоего своего собственного пути исторического развития.

Россия как государственность Русской многонациональной цивилизации входит в процесс глобализации в качестве субъекта глобальной политики, а не объекта в процессе осуществления чуждой ей глобальной политики; входит осмысленно, выражая политическую волю её народов, продолжая своё глобальное цивилизационное строительство, которое было начато ещё до агрессивного внедрения извне в её культуру библейского проекта (при пособничестве верхушки знахарской корпорации и правящей «элиты» самой древней Руси).

Поясним термины «глобальная политика», «внешняя политика» «внутренняя политика».

· глобальная политика это — деятельность по осуществлению целей в отношении всего человечества и планеты Земля. По своему существу это большей частью — управление спектром долговременных тенденций, что исключает во многих случаях соответствие текущей политики уже сложившимся тенденциям.

· внешняя политика это — деятельность по осуществлению целей правящего класса государства вне пределов его территории и юрисдикции;

· внутренняя политика это — деятельность по осуществлению целей правящего класса государства на его территории в пределах его юрисдикции.

Правящие классы подавляющего большинства государственных образований в истории не однородны, в силу чего разные их подгруппы могут иметь разные интересы и по-разному распределять свои усилия между глобальной, внешней и внутренней политикой. По этой причине глобальная политика, внешняя политика и внутренняя политика одного и того же государства в большей или меньшей степени могут расходиться между собой и подавлять друг друга.

Прежде всего следует обратить внимание на то, что слово «русский» — по своей грамматической форме — имя прилагательное, которое в современном Русском языке употребляется в значении имени существительного — как этноним.[103] Исторически такое возможно, если имена существительные, к которым в глубоком прошлом слово «русский» было действительно прилагательным, сначала ушли в умолчания, а потом в изменившихся общественно исторических условиях полностью вышли из употребления или были вытеснены в другую контекстную область (область житейских смыслов). И похоже, что это произошло ещё в ту эпоху, когда не сформировался не только современный нам «русский народ», но не успели ещё сформироваться и те народы и народности, которые вобрал в себя исторически реальный современный нам русский народ.

Если судить по тому, как историческая наука цитирует летописи, и вникать во внутренний смысл слов, то такие словосочетания как «греческий народ», «немецкий народ», «итальянский народ» в русском языке — довольно поздние образования, поскольку в древности на Руси в употреблении были формы этнонимов множественного числа (греки, немцы, фряги, так звали итальянцев), а в значении современного слова «народ» употреблялись слова «язык» или «люд». Да и сейчас словосочетания типа «немецкий народ» в русском языке, хотя и допустимы, но малоупотребительны и как-то не ладно звучат. А вот словосочетания «русский люд», «русский народ» звучат ладно. Т. е. по каким-то причинам, ныне забытым, предки наши — носители древнерусского языка — не видели оснований к тому, чтобы слово «народ» употреблять в его современном нам значении — обобщения для этнонимов.

Если обратиться к морфологии слова «народ», то по своей смыслнесущей внутренней структуре оно сходно с такими числительными, как «одиннадцать», «двенадцать»: «на+род» — «один+на+дцать»,[104] т. е. указывает на некоторое качество, которое порождается над родом (несколькими родами), но самому роду не принадлежит.[105] И это качество «на+род» а воспринималось нашими предками как отличное от кровной родоплеменной общности. И соответственно словосочетания «русский народ», «русский люд» по своей смыслнесущей структуре таковы, что подразумевают не кровное родство или кровное единство, а что то иное, что в принципе может быть присущее представителям разноплемённых родув, в силу чего те объективно являются русскими, даже если они по своему кровнородственному происхождению негры или представители монгольской расы. Но с другой стороны, соответственно такому пониманию значению слова «народ» далеко не все так называемые «этнические русские» являются русскими в действительности.

Так же ладно, как «русский люд», «русский народ» звучит и словосочетание «русский дух». Дух же физически — биополе — является носителем индивидуальной и коллективной психики людей, т. е. некоторой информации и алгоритмики их поведения. И соответственно есть основания полагать, что русскость, если она выражается не в кровной родоплеменной общности, то выражается именно в поведении индивидов и коллективов (общин, дружин, артелей) — носителей русского духа, представляя собой некоторую специфическую алгоритмику индивидуального и коллективного поведения русских людей разных национальностей.

Если же вернуться к вопросу об ушедших в умолчания, а потом — в забвение существительных-этнонимах, которым некогда в древности стало сопутствовать прилагательное «русский», то такими этнонимами как раз могли быть большей частью «этнонимы», которыми именовали себя и друг друга некоторые компактно проживающие прарусские общности: поляне, древляне, вятичи, кривичи и некоторые другие, потомки которых и вошли в состав современного нам русского народа. Что послужило причиной русификации или обрусения некоторых родоплеменных групп древних славян — вопрос особый. Даже если слово «русский» в действительности происходит от имени Рус — одного из трёх легендарных братьев-родоначальников славянских народов,[106] от которых (или от возглавляемых ими родув) пошли народы — русские,[107] чехи, поляки, — то это существа дела не меняет, поскольку вопрос всё равно сводится к «русскому духу» и «русскому характеру» как объективным явлениям в истории человечества и современной жизни. И даже если это так, то нет никаких гарантий того, что Рус был первым русским по духу. Могло сложиться так, что русскость уже существовала как объективное явление, а Рус стал одним из его выразителей.

А вот чехи, ляхи, словаки и многие другие славянские племена в этот древний процесс русификации или обрусения части славян не попали (либо выпали из него после того, как он начался), и впоследствии их племенные названия перешли на «языки» (нации), которые сложились на основе культуры именно этих племён; общинно-племенные же названия славян, ставших русскими (а также и племён фино-унгров, проживавших с ними на одной территории), потеряв какую бы то ни было значимость в их повседневной жизни, из употребления вышли и стали достоянием истории и историков. Так современные вятичи, кривичи, поляне, древляне в большинстве случаев узнают о своей общинно-родоплеменной принадлежности из карты в учебнике истории, а не от родителей, но они с детства убёждены, что они — русские, хотя возможно, что своим поведением в последующей жизни далеко не все они подтвердят свою русскость.

О лучших и худших свойствах «русского характера» на протяжении последней тысячи лет пишут и спорят много как в самой России, так и за рубежом. И когда ошибочные или заведомо ложные ответы на этот вопрос ложатся в основу практической политики, то она идёт к событиям, аналогичным 1607–1613 гг., 1917 г., 1991 г. (если ошибки совершаются в самой России), и к событиям, аналогичным 1814 г.[108] и 1945 г. (когда ошибки в отношении определения качеств русского характера совершаются за пределами России).

Но изложенное выше на основании анализа русского языкового кода даёт основания полагать, что не все черты так называемого «русского характера» в действительности являются характерными свойствами истинно русского духа, положившими в древности начало процессу глобализации по-русски, в результате которого и сложилась исторически цивилизационная общность многих народов в границах государства Российского, как бы оно ни называлось — Царство Московское, Российская империя, Российская Советская Федеративная Республика (с 1917 по 1922 г. включительно), Советский Союз, Российская Федерация (с 1991 г.) и далее в будущее. Часть черт современного так называемого «русского характера» к информации и алгоритмике изначально русского духа никакого отношения не имеют, а представляют собой исторически сопутствующие компоненты: отчасти — это «рудименты и атавизмы» периода славянской «до-русскости», а отчасти — наносные, приобретённые со стороны, главным образом в эпоху, когда «элитарная» государственность Русской многонациональной цивилизации оказалась под концептуальной властью заправил библейского проекта и порабощённых ими доморощенных библейцев-россионцев.

Также надо понимать, что обрусение части славян произошло в эпоху до появления на Восточно-Европейской равнине первых славянских городов в VI–VII веках н. э. и начала становления государственности. И специфические условия жизни славян в регионе становления Руси способствовали выработке и становлению изначального русского характера и изначального русского духа как носителя характера.

Конечно нельзя сводить социологию и психологию общества к природно-географическому детерминизму,[109] но и игнорировать воздействие природно-географической среды непосредственно на психику людей, а через их психику — и на формирование культуры общества во всех её аспектах — было бы ещё более ошибочно.

Восточно-Европейская равнина, на которой ныне расположены регионы многонациональной Русской цивилизации, издревле населённые «праславянами», которых ныне именуют «русскими», по своим природно-географическим параметрам в далёком прошлом отличалась от современности. Главные отличия: климат был иной — летом теплее, а зимой холоднее; лесов было больше и они были гуще, деревья были крупнее и леса простирались дальше на север и дальше на юг, чем в наши дни; водный баланс территории тоже был иным — в том числе и вследствие обилия лесов, вбиравших и удерживающих влагу подобно губке, уровень грунтовых вод был выше, сохранившиеся доныне реки были существенно полноводнее, а в нынешних многих сухих балках и в руслах пересыхающих летом весенних ручейков тогда текли исчезнувшие ныне настоящие реки.

При низкой в сопоставлении, например, с регионами Средиземноморья средней плотности населения (местные жители проживали компактными группами-общинами, более удалёнными друг от друга нежели в Средиземноморье) такой естественно-природный ландшафт, почти не несущий на себе следов деятельности человека, был доминирующим на протяжении многих десятков километров, разделяющих места поселения.

Перемещаться по такой территории на большие расстояния летом можно было большей частью по рекам, переходя из одной водной системы в другую через волоки; зимой те же самые замёрзшие реки могли быть «автострадами» для санных и конных. Сухопутные пути, используемые только летом или круглогодично, при такой природно-географической среде, малочисленности и низкой средней плотности населения, низкой его энерговооружённости и технической оснащённости могли быть только местного значения, обслуживающие хозяйственную деятельность компактно проживающих групп людей, при минимуме сухопутных путей, связывающих удалённые регионы друг с другом. Лесные звериные тропы, конечно были повсеместно, поскольку они — часть биоценозов, но всё же это не дороги, хотя пеший и конный в сплошных лесных массивах мог перемещаться по ним на сотни километров, конечно если умел ориентироваться не только по направлениям, но и по местоположению на пространствах Восточно-Европейской равнины.

Сама природно-географическая среда на этой территории была мощнейшей фортификационной системой, опираясь на которую, местное население было хорошо защищено от набегов агрессоров извне. При этом продуктивность естественных биоценозов была многократно выше нынешней: рыбы было больше и она была крупнее; грибы, ягоды, орехи, мёд — дары леса; плюс к этому охота, подсечное земледелие, на заливных пойменных лугах — выпас домашнего скота и заготовка сена — всё это гарантировало при хорошо организованном общинном труде достаточно высокий уровень «продовольственной безопасности» компактно проживающих групп населения. Да и внутренние систематические конфликты с целью захвата добычи, произведённой соседями, в этой природно-географической среде были малоэффективны в сопоставлении с трудовой деятельностью вследствие высоких транспортных издержек на их организацию и осуществление, что было неявным стимулом к организации именно труда, а не войны; а при низкой средней плотности населения внутренние конфликты по поводу контроля над теми или иными территориями конкретно были просто бессмысленны, как и массовый захват пленников с целью обращения их в рабство.[110] В подтверждение этому: частоколы из брёвен, окружавшие древние городища — это всё же в большей степени защита от диких животных, нежели фортификационные сооружения, предназначенные для обороны от людей, вооружённых «по моде» того времени.

Как известно реликтовые культуры, сохранившиеся в разных регионах планеты, в большинстве своём при общинном образе жизни на основе многовековых традиций, регулирующих отношения полов, не допускают переполнения своих экологических ниш. И потому ретроспективно можно полагать, что в древности на территории Восточно-Европейской равнины, проживавшие здесь славянские общины-племена, поддерживая выработанный веками уклад жизни, не допускали и перенаселения занимаемых ими территорий при обусловленных природно-географическими условиями и культурой соотношением рождаемости и естественной смертности (как вследствие болезней, так и вследствие травматизма и гибели).[111].

Но есть и ещё один аспект, своего рода — «масштабный эффект» Восточно-Европейской равнины в сопоставлении её с другими регионами становления культур древности.

В технике известно, что качество изображения, которое может «нарисовать» оптическая система или радиотелескоп, во многом определяются их размерами. Так если на определённой волне работает радиотелескоп, диаметр зеркала антенны которого 50 метров, то это одно качество; а если радиотелескоп это — «антенное поле» протяжённостью в несколько километров в обоих направлениях, и тем более — несколько радиотелескопов, расположенных на расстоянии многих десятков и сотен километров друг от друга, и работающих синхронно в одной системе, то это уже другое качество, намного превосходящее качество радиотелескопа с диаметром зеркала антенны в 50 метров и при прочих равных в принципе недостижимое для него. И в школьный телескоп с диаметром объектива в 60 мм в принципе невозможно увидеть того, что позволяет увидеть телескоп-рефлектор с зеркалом диаметром 6 м.[112] А ночью и в простой бинокль видно лучше, чем невооружённым взглядом потому, что линзы его объективов диаметром в несколько сантиметров собирают многократно больше света, чем зрачок глаза, диаметром в несколько миллиметров.

Человеческий организм — включает в себя множество биологических — биополевых «антенных комплексов». И как известно из этнографии, конечно если этнографы не зашорены вульгарными механико-материалистическими представлениями о том, что «этого не может быть», представители так называемых примитивных реликтовых культур более развиты в области «паранормальных способностей» — таких, как телепатия, ясновидение и т. п., нежели представители технически продвинутых культур «высокой цивилизованности», поскольку получать информацию о родственниках и близких, находящихся в отлучке по хозяйственной или военной надобности, о своём собственном местоположении на местности и т. п. жизненные потребности у них есть, а ни почты, ни телеграфа с телефоном, ни спутниковой системы навигации с выводом карты и координат на дисплей мобильника или ноутбука — нет. В древности, о которой мы ведём речь, их тоже не было (их ещё не изобрели), а потребности знать — были, и эти потребности некоторым образом реализовывались на биологической основе организма человека и его психики как системы обработки информации.[113] И хотя у всех людей есть нечто биологически общее, но всё же общность культуры — это ещё один фактор, дополнительный по отношению к биологии, который связывает воедино множество индивидов.

И если возвращаться от биологии человека, этнографии реликтовых культур и ранее приведённых технических аналогий к жизни наших предков на Восточно-Европейской равнине в древности (а это правомерно в силу единства законов физики, касающихся излучения и взаимодействия излучаемых полей и других видов материи), то биоценозы Восточно-Европейской равнины + наши предки, распространившие на огромной территории единую общую для них культуру, гармонично взаимодействующую с устойчивыми биоценозами и устойчивую в преемственности поколений, представляли собой БИОСИСТЕМУ, которой не было и нет в мире аналогов[114] — ни в аспекте продуктивности биоценозов в расчёте на одного человека, ни в аспекте стратегической фортификационной эффективности самих ландшафтов в качестве средств защиты от набегов извне, ни в аспекте размеров биополевого «антенного поля»,[115] образуемого населением.

Последнее и есть самое интересное, и потому особый вопрос:

К какой информации открывало доступ это огромное «антенное поле» и в какие информационные потоки и алгоритмы — земные и космические — с его помощью могли входить его участники. Т. е. какое мироощущение порождало в индивиде это «антенное поле», участником которого он был.

Но обратив внимание на информационно-алгоритмические процессы в «антенном поле» населения, не надо забывать и о биополевом обмене энергией людей и биоценозов, характерных для регионов их постоянного проживания (тем более в преемственности поколений).

Но в общем, биоценозы, культура компактно-общинного проживания и хозяйственной деятельности, а также и «антенное поле» Восточно-Европейской равнины — это те факторы, под воздействием которых родился изначальный русский характер.

Но всё же в любых природно-географических условиях человек — существо общественное, и непосредственное воздействие на формирование характера людей в новых поколениях в процессе их взросления оказывают другие члены общества, которые детям и подросткам являют собой примеры того, как человек в принципе может себя вести в жизни и какие это повлечёт последствия для него самого и для окружающих.

В доисторический[116] период известны два основных способа проживания племён и народностей древнего человечества:

· Семейно-клановая обособленность на основе ведения своего хозяйства каждой семьёй (или несколькими семьями) в изоляции по жизни от других родственных семей и кланов при эпизодическом и периодическом общении с ними. Такой жизненный уклад характерен, прежде всего, для кочевых народов, основным видом хозяйственной деятельности которых было скотоводство.

· Компактно-общинный, при котором в одном месте сосредотачивались представители более чем нескольких семей или кланов, которые жили ведением общего для них хозяйства, от которого каждый и получал причитающуюся ему долю производимой продукции при эпизодическом или периодическом общении с другими общинами, живущими на тех же принципах в ареале распространения единой для многих общин культуры.

Тот либо иной уклад жизни в древности был обусловлен прежде всего возможностями ведения хозяйственной деятельности в регионе проживания и эффективностью хозяйствования, т. е. среднестатистической производственной отдачей трудовой деятельности в расчёте на одного человека в преемственности поколений при достигнутом уровне соответствующих технологий и организации работ.[117].

Для того, чтобы при семейно-клановом укладе семья жила в преемственности поколений, на одного человека в её составе должно приходиться определённое количество голов скота, от которого люди кормились и обустраивали свой быт. Чтобы стадо воспроизводилось и было неиссякаемым источником продукта на протяжении многих лет, требовалось определённая площадь пастбищ (разная в разных регионах, что обусловлено продуктивностью и характером растительных биоценозов). Эти обстоятельства задавали минимум расстояния, ближе которого семьи на основе этого хозяйственного уклада жить не могли, и ограничивали общую пороговую численность населения в регионе, по превышении которой, становилось неизбежным обеднение и истощение всех от безкормицы либо внутренние конфликты на поголовное уничтожение противника в процессе конкуренции семей и кланов за угодья. Сборы не всех семей, а только некоторых представителей всех семей в таких культурах носят характер периодический (пора сватовства и свадеб, обычно приходящаяся на сезонный период минимальной трудовой активности; какие-то общие для всех религиозно-культовые мероприятия; торжища — которые часто по времени их проведения совпадали) или чрезвычайный (организация своего набега на соседей или организация отражения набега соседей, выработка реакции на стихийные бедствия и т. п.). В этом укладе некоторое количество рабов может быть полезным в хозяйстве, а захват стад соседей и их поголовное частично истребление, а частично обращение в рабство — один из способов быстрого существенного повышения собственного «благосостояния».

Если же природно-географические условия в регионе за счёт сосредоточения в одном месте трудовых ресурсов и организации коллективной трудовой деятельности позволяли получить бульшую отдачу продукции в расчёте на одного человека, нежели при семейном обособлении и ведении каждой семьёй своего хозяйства, то компактно-общинное проживание было неизбежным.

Но ни тот, ни другой образ жизни не является ни показателем общественного прогресса в аспектах развития культуры и личностного развития людей, ни показателем отсталости по отношению к другому, одновременно с ним существовавшему в разных культурах древности в других регионах планеты, поскольку это был во многом период борьбы за выживание в процессе освоения регионов планеты предками современного человечества. Дураки тогда не выживали ни в одиночку, ни коллективно, ни в природной, ни в социальной среде, и поскольку всем людям естественно стремиться к тому, чтобы получать продукции больше при минимуме вложений собственного труда, то в зависимости от природно-географических условий региона в нём вполне рационально складывался тот либо другой жизненный уклад, обеспечивавший наивысшую отдачу хозяйственной деятельности.

И важно понимать, что если любой из двух названных укладов существует в преемственности поколений, то для жизни в каждом из них необходимы соответствующие ему:

· организация психики индивидов, в нём участвующих, (мировоззрение, как система субъективно-образных представлений о внутреннем и внешнем мире);

· миропонимание (как выражение в определённой лексике образных представлений);

· выражающая миропонимание этика, также воспроизводимые и совершенствуемые в преемственности поколений, поскольку без этого жизненный уклад распадётся.

Культура, в которой родился изначально русский характер, была культурой компактно-общинного проживания населения на пространной территории если не всей, то изрядной части Восточно-Европейской равнины.

Качество жизни общины и каждого общинника в компактно проживающей общине обусловлено качеством управления делами общинной в целом значимости.

По этой причине и руководимые общинники, и руководители общины были всегда заинтересованы в том, чтобы к руководству ею приходили наиболее способные к этому виду деятельности: не только знающие специфику всех общинных дел, но и умные, прозорливые, заботливые об общине и каждом общиннике люди. Если этот принцип нарушался, то падение качества управления, прежде всего хозяйственной деятельностью, наказывало одинаково всех: и руководимых, и руководителей. Тяжесть этого объективно неотвратимого наказания была обусловлена тяжестью управленческой ошибки — вплоть до полного вымирания.

Избежать наказания свершившее ошибку руководство не могло: частной собственности и институтов её охраны в общине не было (может быть за исключением одежды и орудий, приспособленных конкретно под того или иного человека); обособиться от общины, присвоив себе произведённую общиной продукцию, руководство тоже не могло — просто физически: компактное проживание и численный перевес общинников в такого рода конфликте предопределяли его исход; сбежать со всеми или большей частью общинных запасов продукции было невозможно да и бессмысленно в долговременной перспективе, поскольку денег, которые можно было бы украсть из общинного бюджета и перевести в зарубежные банки — ещё не было. Психике общинников такое злоупотребление должностным положением было не свойственно: такова была культура того времени, выработанная и поддерживаемая житейской практикой в преемственности поколений.

Соответственно в компактно проживающей общине, где все знают всех, не было места и тирании той или иной личности,[118] поскольку, стараясь избежать ошибок, руководство само заинтересовано в том, чтобы изучить, как принято говорить ныне, «общественное мнение», и подумать особо над нестандартными мнениями, поскольку, если стандартные мнение оказываются ошибочными или заведомо тупиковыми, и потому не позволяют решить проблему, то нестандартные могут оказаться эффективными.

С другой стороны, и руководимые общинники объективно были заинтересованы в безошибочности действий руководства и потому в меру своих возможностей подстраховывали руководство, оказывая руководителям разнородную поддержку, прежде всего — в аспекте освещения обстановки. При относительно низкой производительности труда — время дорого и для труда, и для отдыха, поэтому «базару» как способу «самоуправления» — пустопорожней говорильне о надуманном и неактуальном, принятию жизненно несостоятельных «управленческих» решений — в жизни общины места быть не могло, и соответственно должна была вырабатываться, как говорят ныне, этика делового и житейского общения руководимых и руководителей, экономившая время и тех, и других.

Характер полного спектра трудовой деятельности, обеспечивавшей жизнь общины, и его распределение по представителям обоих полов были таковы, что премудрая в русских сказках — Василиса, а не некий «Вася», и мама Василисы — Баба Яга. Дело в том, что та часть спектра работ, которая приходилась на долю женщин, протекала большей частью в пределах поселений и была однообразна по своему характеру, вследствие чего многое могло выполняться доброкачественно на основе сформированных привычек-автоматизмов. При ведении таких работ творческий мыслительный потенциал женщин оказывался высвобожденным и мог поддерживать два общественно значимых процесса:

· систематическое накопление, осмысление и переосмысление информации, приносимой в поселение разными людьми и выработкой понимания смысла жизни;

· эгрегориальной поддержкой деятельности мужчин за пределами поселения.

Последнему в женской составляющей спектра деятельности общинников способствовало также и то, что личностное развитие мальчиков и девочек на пути к человечному типу строя психики протекает по разному — оно идёт навстречу друг другу:

· девочки начинают с освоения интуиции и заканчивают овладением разумом;

· мальчики начинают с овладения разумом и заканчивают овладением интуицией;

· воля осваивается и теми, и другими где-то на середине этого пути (конечно если осваивается).

Именно поэтому в обществе, где человечный тип строя психики в личностном развитии к началу юности не достигается, женщины статистически чаще дают правильные ответы на вопросы типа «надо — не надо» что-либо делать сейчас и в будущем, не умея мотивировать, обосновать решение, а мужчины статистически чаще мотивировано способны объяснить, что и как надо было сделать в прошлом для того, чтобы получилось лучше, чем оно получилось реально.

Однако характер той части спектра деятельности (в том числе и ратной), которая приходилась в древности на долю мужчин, был таков, что их внимание и творческий потенциал был вовлечён в те виды деятельности, которыми они занимались непосредственно: размечтайся на охоте на кабана о светлом будущем — и в лучшем для тебя случае кабанчик убежит, а в худшем — ты калека и обуза для общинников; то же касается и войны. Поэтому перед мужчинами возможность подумать о смысле жизни вообще открывалась только, когда они достигали общинно признаваемой старости или вследствие полученных увечий или иных нарушений здоровья не могли вести трудовую и ратную деятельность за пределами поселения. Женщина же могла, сидя за прялкой или за ткацким станом, мечтать о будущем, а поскольку мысль материальна, то если она мечтала в открытом жизни настроении, то течение жизни отзывалось её мечте.

Обусловленность жизни всякого индивида благополучием общины в целом выражалась и в самоотверженности в защите общины и других общинников персонально вплоть до самопожертвования в реальном деле, а также в признании за руководством не только права, но и обязанности жертвовать людьми в реальном деле в тяжёлых ситуациях в интересах сохранения жизни общины.

В обычной же — не чрезвычайной обстановке — для общинной этики характерна поддержка общиной и общинниками персонально других людей — от щедрот своих или по способности. И наряду с этим для общинной этики характерно отрицание паразитизма и отказ в поддержке тем, кто идентифицируется в качестве паразита. Соответственно:

Если говорить о «кадровой политике» общины, то в ней главное не то, что община в праве принять со стороны человека, а в том, что община вправе изгнать из себя всякого, кто не поддерживает принятых в ней норм трудовой и житейской этики.[119].

Управление делами в такой компактно проживающей общине, а по существу её самоуправление было основано как на персонально-адресном, так и на циркулярном (для всех) в личном общении распространении информации и могло быть эффективным только на основе взаимного доверия руководителей и руководимых, а равно и при отсутствии:

· во-первых, лживости как способа замазать и скрыть свои ошибки или управлять людьми как орудиями в достижении каких-либо своих или групповых целей,

· и, во-вторых, личностного самодовольства, в жертву какому «идолу» общество допускает приносить всё, вплоть до жизни других людей, биоценозов и планеты Земля.

По существу это означает, что внутри общины может быть более или менее ярко выраженная профессиональная специализация, но иерархичности личностных взаимоотношений быть не может; и каждый человек для общины, не превысившей порога максимальной численности, дорог.

Здесь особо необходимо обратить внимание на неразрывность в жизни общины взаимной причинно-следственной обусловленности — т. е. алгоритмической закольцованности воспроизводства в жизни — 1) взаимного доверия руководителей и руководимых 2) отсутствия в системе общественных отношений заведомой лжи (ошибки могут быть) и «идола» личностного самодовольства, который не может существовать в обществе без умышленных или вынужденных, в том числе и массовых, человеческих жертвоприношений и надругательства над людьми, над Природой регионов и Планетой, и далее вплоть до богохуления.

Но зерном, из которого вырастает всё, здесь является не знающая исключений правдивость людей в общении друг с другом. Если этого нет, то:

· ложь неизбежно оказывается в основе управленческих решений, что ведёт к ошибкам управления деятельностью и ущербу, наносимому общине в целом или тем или иным общинникам персонально;

· ложь оказывается под защитой культа «идола» чьего-либо личностного или группового самодовольства, что делает управленческие ошибки не только неустранимыми, но и возводит их в ранг системного фактора;

· вследствие ошибок в управлении и умышленного ущерба, наносимого общему делу вследствие самодовольства и сопутствующей ему заведомой лжи, ошибки управления и ущерб накапливаются в процессе управления, что влечёт за собой недоверие руководству со стороны руководимых, саботаж их управленческих решений (тоже не всегда оправданный обстоятельствами), спонтанные всплески и организацию управления, альтернативного по отношению к исторически сложившемуся в той же самой социальной системе, и это ведёт:

— либо к распаду прежней общины, становлению новой и появлению некоторого количества изгоев из числа лжецов и самодовольных, которым не находится места в новой общине;[120].

— либо к переходу группы людей, составлявших общину, к управлению, на иных принципах, осуществление которых уничтожает общинный характер их жизни.

Вот в общем-то и всё принципиально значимое, что можно сказать о жизни компактно проживающей на основе своего труда общины, вне зависимости от того, к какой культуре община принадлежит и в каком регионе с какими природно-географическими условиями сложился компактно-общинный уклад жизни. Но всему этому в каждой культуре со сложившимся устойчивым в преемственности поколений компактно-общинным укладом жизни сопутствует и некоторая специфика, отличающая всякую культуру от других. Это касается и культуры компактно-общинного проживания, в которой возник изначальный русский характер.

Однако, выявив ту этику, на основе которой община (в том числе и не компактная) может жить в преемственности поколений, идеализировать жизнь людей и общества в целом в ту эпоху тоже не следует.

Такие «молодецкие забавы» как кулачный бой стенка на стенку — улица на улицу, деревня на деревню, а в городе — район на район, возведённые в ранг праздничных ритуалов или способа свободного времяпрепровождения, и дожившие в таковом качестве до середины 1930-х гг. даже в крупных городах, тоже из неё. Злобу в эти «забавы» не вкладывали, за проявления в них злобы кем-либо сами же могли покалечить или убить, но не сразу в ходе боя стенка на стенку, а потом, объяснив предварительно виновнику — за что ему предстоит принять кару. Кровь в этих «забавах» лилась настоящая, зубы, а иногда глаза вылетали, носы, челюсти и рёбра ломались на самом деле, но потерпевшему поражение бойцу достаточно было сеть на землю или не подняться с земли после того, как его сбили с ног, обозначив тем самым всем свою неспособность участвовать в потешном бою дальше. И если осевшего или упавшего кто-то посмел ударить, то после этого у него надолго пропала бы охота так поступать; а может быть он уже никогда и не смог бы участвовать в такой «забаве»: и свои, и чужие отделали бы так, что мало не показалось.[121] Это учило людей самообладанию, сдержанности и определённой заботе о своих.

Из той же эпохи и другая традиция, тоже дожившая до наших дней (в том числе и во многих городах): в определённую общеизвестную для носителей традиции дату, как правило ночью, ватага молодцов проникает на чужую территорию и «шутит»: разберёт поленицу дров или амбар, подопрёт дверь в избу, что-то сворует или угонит. В наши дни эта традиционная «забава» тоже утратила общественную полезность, выродилась в разрушительный вандализм и хулиганство. И в тех местностях (особенно в городах), где она практикуется доныне, она представляет собой для милиции особую «головную боль» на одну летнюю ночь.

Вот одна из реальных молодецких выходок 1970-х гг. Городская улица, ведущая к реке, имеет общую протяжённость спуска изменяющейся крутизны около 2 км с общим перепадом высот метров в 60. В ночь таких ритуальных игрищ, молодёжь спустила вдоль улицы автомобильный одноосный прицеп — бочку с квасом весом около полутора тонн, которая стояла на своей обычной точке торговли и, как всегда, была оставлена на своём обычном месте на ночь, поскольку квас из неё накануне не был продан. Обошлось без жертв и увечий, кроме бочки-полуприцепа ничего не было разбито — повезло.

Понятно, что от таких традиций, тем более в их извращённо-отмороженных выражениях, сейчас одни проблемы, но встаёт вопрос: откуда они взялись и для чего возникли?

Однако, при всей их кажущейся дикости, некогда в далёком прошлом они были своеобразным выражением заботы о людях и были общественно полезны. И именно в силу этого они сложились, существовали и поддерживались на протяжении многих веков.

Но дело не в том, что многие люди переживают определённый возраст, когда сила уже есть, а ума и ответственности за её применение ещё нет,[122] вследствие чего и возникают общественные институты, в которых «удаль молодецкая» могла бы разгуляться «на полную катушку», не досаждая серьёзными неприятностями всем прочим остепенившимся с возрастом обывателям.

Хоть образ жизни в лесах Восточно-Европейской равнины и был таков, что военные захваты добычи на этой территории её жителями как «экономический уклад» были не оправданы, но эпизодические межобщинные конфликты не могли не возникать в силу разных причин и мотиваций. Соответственно была и внутренняя потребность в том, чтобы владеть навыками ведения боя в том числе и для того, чтобы не порождать и не поощрять в соседях безнаказанной вседозволенности.

Кроме того, торговля за пределами своей «этнической территории» велась и тогда, но в те времена её можно было вести только под прикрытием своей военной силы, поскольку в противном случае за пределами территории своей культурной общности купцы вместе со своим товаром гарантированно превратились бы в чью-то военную добычу.

Также не следует забывать, что по соседству жили и носители культур, основанных на иных принципах. Жившим далее к югу кочевникам-скотоводам были нужны не только кони, коровы и бараны, но рабы: в меньшем количестве — для нужд собственного хозяйства; в большем количестве — на продажу своим соседям (доход от продажи раба, на протяжении всей истории больше, чем доход от продажи барана).[123].

Да и девицы-красавицы и женщины — иноплемённые и из других общин — для некоторой части мужчин — и в степи, и в лесу — всегда были более привлекательны, нежели свои соотечественницы, с которыми они играли в раннем детстве. И эту потребность — генетико-биологически оправданную — не всегда удавалось удовлетворить мирными средствами.

Соответственно этим историко-культурным и природно-географическим обстоятельствам степные скотоводы предпринимали военные набеги с целью захвата рабов, проникая в леса на многие десятки и сотни километров.[124] И хоть лес представлял собой естественно-природную фортификационную систему, но и как всякий «укрепрайон» абсолютной непроходимости для врага лес не гарантировал, тем более в лесостепных районах, где массивы леса и степи сменяют друг друга, вследствие чего ярко выраженной границы «степь — непроходимый лес» не существует; да и в лесных чащобах-массивах — хоть и бездорожье, но звериные тропы есть, поскольку и доныне живут в лесах Восточно-Европейской равнины и кабаны, и лоси, а где пройдёт лось — там пройдёт и группа конников; а в древности жили в лесах и более крупные копытные — буйволы, зубры и туры. Так, что, умея ориентироваться, группа конников-захватчиков, совершая набег, могла углубиться в лес очень далеко, вследствие чего и в сотнях километрах от начала лесных массивов осёдлое население лесов не было гарантировано от захвата в полон и от разграбления жилищ в ходе набега степняков.

Набеги из степи надо было перехватывать и на подступах, и в лесной чащобе, а в ряде случаев надо было и отбивать захваченный кочевниками полон (т. е. пленных), поскольку каждый человек при компактно-общинном укладе жизни дурог. А один из способов обезопасить себя от набегов — их «профилактировать», т. е. организовывать самим походы в степь, выжигать её на десятки и сотни километров, пуская пал при благоприятном направлении ветров, портить источники воды и т. п., что, естественно, вызывало неудовольствие у жителей степи, живших вблизи лесной зоны, которое выражалось в их ответных и в упреждающих боевых действиях против жителей лесов.[125].

Т.е. потребность в боевой подготовке подростков и взрослого населения у общинников, живших в лесах Восточно-Европейской равнины, объективно была. Соответственно реальным потребностям участия в бою общинники должны были уметь быстро преобразиться из рабочей артели или поселенцев в эффективную боевую дружину, а для этого необходимо — владеть и определёнными навыками, в том числе и такими, как:

· Умением скрытно проникнуть на чужую, возможно охраняемую, территорию. — Вот и общественная полезность «молодецких шуток» на чужой территории, которые не только не рассматривались как преступления и хулиганство, но и воспринимались как должное всеми, кто прозевал вторжение ватаги и её «шутки» на грани реальной агрессии.

· Держать сплочённые боевые порядки и вести бой, перенося реальную боль от полученных ран. Если этому учиться в первом реальном бою, то нет никаких гарантий, что этот бой не станет последним для его участников: достаточно дрогнуть нескольким — боевые порядки рассыплются и второго боя уже не будет, поскольку если противник — степняки, — то после этого, они переловят всех разбежавшихся поодиночке арканами. А кулачный бой стенка на стенку — как раз и давал возможность научиться держать сплочённые боевые порядки (равно как в пешем строю, так и в конном — главное освоить принцип), претерпевая настоящую боль и видя настоящую кровь, свою и чужую. В кулачном бою по неосторожности — как по своей собственной, так и чужой — выбивали зубы и глаза, ломали носы, челюсти и рёбра, но это никогда не было целью боя стенка на стенку. И поскольку это было действительно предназначено для защиты общества в целом, жесточайше — вплоть до беспощадности — сами же участник боя наказывали тех, кто вносил в потешный бой злобу и упивался чужой болью и унижением. Именно поэтому осевший на землю и упавший были в этой «забаве» в полной безопасности.

· То же касается и конных забав, доживших до конца XIX — начал ХХ веков (картина В.И.Сурикова «Взятие снежного городка» — об этом), назначение которых заблаговременно приучить и коня к тому, чтобы нести всадника в реальном бою и не шарахаться от попыток воздействия на него противника. Конь должен быть богатырским, а не «волчьей сытью, травяным мешком» (так коней в моменты испуга именуют былинные богатыри).

· Особую роль играли танцы. Здесь отметим только то, что украинский гопак в его полном жизненном варианте, а не в сценически-академически эстетически «причёсанном» виде — свод поражающих и оборонительных движений рукопашного боя древних славян. Но в жизни наших предков боевые искусства не были аналогами единоборств, характерных для культур Востока и Запада и носителями которых являются индивиды.

В Руси изначальной индивид был носителем преимущественно психической по своему качеству жизненной практики вхождения в определённое настроение, которое условно и только отчасти можно назвать «боевой транс».

В этом настроении он мог вступать в бой, будучи полностью невежественным и неумелым во всём, что ныне относится к боевым искусствам, поскольку, когда он пребывал в таком настроении, его эгрегоры были носителями всей алгоритмики необходимых оборонительных и поражающих телодвижений, и через эти же эгрегоры и ноосферу в целом обеспечивался и доступ к алгоритмике оборонительных и поражающих телодвижений противника. Вследствие этого при владении такого рода личностной психологической практикой создания определённого настроения систематические многочасовые тренировки, состоящие в нанесении ударов ладонями и ступнями по брёвнам с торчащими из них брусками и т. п. и работа с партнёрами, были просто излишними, а стандарт всеобщий телесной развитости и грациозности был гораздо выше нынешнего — в силу иного образа жизни и иного характера труда. Под взглядом ребёнка, пребывающего в таком настроении, может драпать толпа взрослых — не разумея, что происходит, и забыв о своих агрессивных намерениях под воздействием охватившего её ужаса.

И когда былины повествуют о том, что тот или иной русский богатырь в одиночку разогнал или побил если не целое войско, то многочисленный боевой отряд, это не художественный вымысел: это бывало, но это было не столько выражением физической силы и каких-то изощрённых приёмов ведения боя русским богатырём, а результатом воздействия психики индивида, пребывающего в Русском духе, на психику индивидов в Русском духе не пребывающих;[126] а физическая сила и освоенные приёмы ведения боя были только подспорьем этому. Поэтому, чем больше враг знал и умел в смысле владения боевыми искусствами, и чем был более настырен в своей агрессивности — тем больше у него было шансов покалечиться и убиться в агрессии против носителя Русского духа.[127].

Естественен и закономерны вопросы:

· А куда это всё исчезло в более поздние времена и почему не воспроизводится в жизни даже теми, кто убеждён в достоверности былинных свидетельств о боевых успехах богатырей?

· И почему былинных свидетельств не подтверждают противники?

Дело в том, что вхождение индивида во всякий эгрегор, в том числе и в тот, который именуется «Русский дух», во многом аналогично тому, что происходит в компьютерных сетях: есть серверы, которые после установления соединения с ними запрашивают у пользователя пароль доступа, а иногда и просят повторять его в процессе работы или перейти на иной протокол обмена данными. Если пароль не предъявлен или протокол обмена данными — не тот, то — «Access denied» — оставайся при своём и действуй, как сам умеешь.

Если же говорить о Русском духе как об определённом культурно обусловленном и поддерживающем воспроизводство культуры эгрегоре, то его алгоритмика включает в себя:

· ту общинную этику, которая была выявлена выше как необходимая для устойчивости общинного уклада жизни в преемственности поколений;

· свойственную этой этике искренность в понимании сути Добра и Зла в их конкретных жизненных проявлениях,

· искреннюю (а не показную) самоотверженность в приверженности Добру в полноте и внутренней непротиворечивости алгоритмики психики личности.

Поскольку полная искренность, целостность психики (в смысле согласованности и взаимной связанности составляющих её специализированных по предназначению алгоритмов), самоотверженность вплоть до самопожертвования и общинная этика в целом — это то, что не свойственно людям в их большинстве в толпо-«элитарном» обществе, то с переходом от общинности к толпо-«элитаризму» — «Access denied» объективно, даже если у тебя в паспорте на каждой странице будет написано, что ты «этнический русский» в 10 поколениях и слова «Слава России!!!» вытатуированы на груди древнеславянской вязью, либо ритуальный каменный топорик, лично сделанный пра-пра-предком, передаётся на протяжении тысячелетий от отца к избранному сыну — наследнику некой древнеславянской знахарской традиции: всё равно — «Access denied», ты — не русский, поскольку твой личный дух эгрегор, называемый «Русский дух» — не приемлет.

Однако в эпохи социальных катастроф и военных поражений, когда поток жизненных неурядиц смывает с душ людей всю наносную грязь этических норм толпо-«элитаризма», большему или меньшему количеству людей удаётся войти в Русский дух, что влечёт соответствующие последствия для тех, кто совершает агрессию против них. Но по свершении действительно чудесных подвигов, в результате которых катастрофа преодолевается, — вследствие возвращения к привычным этическим нормам толпо-«элитаризма», — снова наступает состояние «Access denied».[128].

Что касается свидетельств противников, то:

· Те, кто погиб — свидетельствовать не могли.

· Те, кто успешно драпанул, забыв себя и всё в непонятном ужасе, не могли рассказать ничего вразумительного, но свидетельствовали об ужасном разгроме и выдумывали причины для его объяснения в меру способностей своей фантазии. И унаследованная от них на уровне эмоций боязнь русских именно как военной силы, которая непобедима и якобы может быть агрессивна, жива доныне почти у всех народов-потомков соседей лесной Руси и у их соседей. Они убеждены по предубеждению в какой-то особенной и ужасной агрессивности русских, хотя сказать ничего конкретно о сути этой агрессивности и сути её ужасности не могут, а реальная история знает больше примеров их собственной агрессивности в отношении Руси и России, которую они подают «под соусом» превентивности и «профилактирования». А русские «забавы» типа кулачного боя стенка на стенку и шутки на грани злодейства — непонятны, неприятны, желания поучаствовать в них не вызывают, и потому пугают, что выражается во фразах типа «эти сумасшедшие русские».

· Те же, кто попал в плен — в своём большинстве обрусели. Пленных на Руси не убивали и не вгоняли в гроб непосильным рабским трудом, а уводили в районы, удалённые от их родины, где они интегрировались в господствующий компактно-общинный уклад жизни и спустя несколько лет становились обычными членами общин: в общинном укладе каждый человек по-своему дорог. Об этой практике, сложившейся ещё в доисторические времена, свидетельствуют и летописи периода становления в конце первого тысячелетия нашей эры «элитарной» государственности на Руси.

Всё, что написано выше противоречит механико-материалистическим представлениям о предъистории Руси и жизни праславян в доисторический период, свойственным традиционной науке, привнесённой в культуру России из Европы, начиная с эпохи царствования Петра I.

Но и многое из написанного не согласуется с тем, что пропагандируют в последние годы те, кто убеждён в том, что предки современных индоевропейцев, включая всех «славян» и так называемых «этнических русских», после завершения глобальной геофизической катастрофы и глобального изменения климата (происшедших примерно 13 000 лет тому назад) вышли со своей арктической, ныне погибшей Родины, и направились на юг, осуществляя цивилизаторскую миссию в отношении живших в полосе их миграции родоплеменных и древних этнических групп, которые стояли на более низкой ступени развития культуры.

Оспаривать эту версию предъистории человечества и индоевропейских народов было бы глупо именно в силу того, что многие памятники археологии и повествования дошедших из древности легенд и мифов не могут быть интерпретированы в согласии друг с другом и географией в предположении, что исхода древних ариев из Арктиды не было. В частности в индийских Ведах, некоторые места просто бессмысленны, если придерживаться версии истории, согласно которой Веды возникли на территории современной Индии, поскольку они повествуют о тех природных явлениях, которые имеют место только в приполярных областях (полгода день — полгода ночь, северные сияния и т. п.), в которых во времена создания Вед был иной климат, позволявший людям жить, а не выживать, и иная конфигурация массивов суши.

Действительно все славянские языки, включая русский, принадлежат к одной языковой группе и родственны санскриту. Реконструкция верований и обрядности древних славян и индийцев, анализ многих традиций, уходящих корнями в доисторическую древность, показывает их общность. Но есть одно важное и принципиальное различие:

· Кастовая система в Индии существует издревле, и она прописана в Ведах, и есть писатели, которые утверждают, что она была принесена в Индию ариями, т. е. вынесена ими из погибшей Арктиды;

· Культура же доисторической Руси, при всей общности верований и ритуалов с ведическими, на каком-то этапе своего развития в доисторическую эпоху перестала быть кастовой.

Главные показатель этого состоит в том, что древнерусское жречество жило в самом народе и воспроизводилось в преемственности поколений не на замкнуто-клановой основе, а на общенародной; оно не обособилось от народа ни в организационных формах профессионально орденской корпорации знахарей, посвящённых в таимые от прочих знания и навыки; ни в формах особого сословия «духовных», подобно тому, как обособились в корпорации (друиды и шаманы) и в наследственные сословия (брахманы, левиты, попы в России в допетровскую эпоху).

Калики перехожие, волхвы в древней Руси — социально-функционально — ЖРЕЧЕСТВО, и, как свидетельствуют былины и летописи, описывая события эпохи становления в конце первого тысячелетия «элитарной» государственности на Руси, они не были обособленной от общества социальной группой в этот период начала кризиса Руси изначальной.

И это — главное качество Русской цивилизации, которое во многом аналогично кораническому утверждению: «Бог лучше знает, где помещать своё посольство» (Коран, 6:124).[129].

Культур компактно-общинного проживания в доисторической и раннеисторической[130] древности было много. Но русская культура — если не единственная, то одна из немногих, в которой жречество (как носители концептуальной власти) не обособилось от остального народа ни корпоративно, ни сословно. По отношению к этому факту, все прочие обстоятельства носят подчинённый или сопутствующий характер (т. е. имеют чисто формальное значение), если соотноситься с полной функцией управления по отношению к обществу.

* * *

Полная функция управления — это своего рода пустая и прозрачная форма, наполняемая содержанием в процессе управления; иными словами, это матрица объективно возможного управления — мера управления, как процесса триединства материи-информации-меры. Она описывает преемственные этапы циркуляции и преобразования информации в процессе управления, начиная с момента формирования субъектом-управленцем вектора целей управления (или выявления субъективной потребности в управлении в отношении того или иного объекта-процесса в среде, с которой взаимодействует субъект) и включительно до осуществления целей в процессе управления. Это — система стереотипов отношений и стереотипов преобразований информационных модулей, составляющих информационную базу управляющего субъекта, моделирующего на их основе поведение (функционирование) объекта управления (или моделирующего процесс самоуправления) в той среде, с которой взаимодействует объект (а через объект — и субъект).

Полная функция управления может осуществляться только в интеллектуальной схеме управления, которая предполагает творчество системы управления как минимум в следующих областях: выявление факторов среды, вызывающих потребность в управлении; формирование векторов целей; формирование новых концепций управления; совершенствование методологии и навыков прогноза при решении вопроса об устойчивости в смысле предсказуемости при постановке задачи управления и (или) в процессе управления по схеме предиктор-корректор.

Применительно к обществу, полная функция управления общегосударственного уровня предполагает следующие действия:

1. Распознавание природных и порождённых обществом процессов, во взаимной вложенности которых развивается общество.

2. Формирование вектора целей[131] управления в отношении вновь выявленных факторов и внесение его в общий вектор целей.

3. Формирование стереотипа идентификации, т. е. стереотипа выявления и распознавания компонент вектора целей.

4. Формирование целевой функции управления в отношении вновь выявленных факторов во вложенности её в более общую концепцию общественной безопасности.

5. Проведение концепции в жизнь, опираясь на систему структурного и бесструктурного управления.

Полная функция управления по отношению к обществу как к самоуправляющейся или управляемой извне системе распределяется по функционально специализированным видам власти (что вовсе не является показателем обязательности её распределения по профессиональной специализации тех или иных групп носителей власти).

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ВЛАСТЬ несёт на себе:

· распознавание факторов, оказывающих давление среды на общество;

· формирование векторов целей в отношении фактора, оказывающего давление;

· формирование целесообразной, целенаправленной функции управления структурным и бесструктурным способами, т. е. концепции управления достижением цели развития общества.

Концептуальная власть всегда работает по схеме предиктор-корректор, т. е. осуществляя:

· многовариантный прогноз,

· выбор наилучшего с её точки зрения варианта для осуществления управления и связанных с ним страховочных вариантов,

· коррекцию прогноза, культуры прогнозирования и культуры осуществления управления.

Она — начало и конец всех контуров управления, локализованных в обществе, и потому — высший из функционально специализированных видов внутриобщественной власти. Она АВТОКРАТИЧНА, т. е. самовластна по своей природе и не подчиняется всем организационным принципам и процедурам общества, не видящим её или же не желающим признать её автократию и верховенство.

Главная проблема построения истинного народовластия — в построении такой организации жизни общества, при которой самовластье концептуальной власти доступно всем, в силу чего индивидуальное или групповое САМОВЛАСТЬЕ не может стать антинародным. Здесь корень демократии-народовластия, поскольку предиктор-корректор концептуальной власти — начало и конец всех внутриобщественных контуров самоуправления.

ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ ВЛАСТЬ облекает концепцию в притягательные для широких народных масс формы. В условиях толпо «элитаризма» содержание концепции может быть сколь угодно далеко от притягательности форм, в которых она предстаёт перед обществом.[132].

ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ подводит под концепцию строгие юридические формы.

ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ проводит концепцию в жизнь структурно (т. е… выдавая руководящие указания и контролируя ход выполнения на адресной основе) и безструктурно (т. е. распространяя всем и собирая информацию из социальной среды), опираясь на общественные традиции и законодательство.

СЛЕДСТВЕННО-СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ следит за соблюдением «законности» в жизни общества.

Если определённые действия присутствуют в полной функции управления, а в реальном процессе управления их нет, то это означает, что в данном конкретном случае управление ведётся не по полной функции.

Совокупность судебной, исполнительной, законодательной, идеологической власти не обеспечивает осуществления полной функции управления в жизни общества. Из этого следует, что, если никто из руководства общества, не говоря уж о большинстве его членов, не может вразумительно рассказать о концептуальной власти в этом обществе, о её деятельности, то такое общество НЕ САМОСТОЯТЕЛЬНО И РЕАЛЬНЫМ СУВЕРЕНИТЕТОМ НЕ ОБЛАДАЕТ. Реальный суверенитет — контроль над всеми контурами общественного управления, что невозможно без устойчивого в преемственности поколений предиктора-корректора концептуальной власти.

* * *

Соответственно, если носители концептуальной власти, пусть даже и ограниченной исторически достигнутым в развитии культуры их личностным миропониманием, живут в народе, то никакой собственный толпо-«элитаризм» как выражение претензий одних персон на превосходство над другими и согласие других на то, чтобы быть униженными в этой иерархии личностных взаимоотношений, невозможен. Если кто-то и рыпнется превознестись над другими, то носители концептуальной власти поставят его на место вплоть до того, что «сольют» в изгои или похоронят. Это очевидно всем для кого, слова «полная функция управления», «концептуальная власть» — не пустые слова, а те явления в жизни, которые можно прочувствовать, осознать и освоить.

По существу это означает, что изначальная русская культура и изначальный русский характер возникли в среде, где господствовала ведическая культура, следы и элементы которой культура так называемых «этнических русских» сохранила доныне. Но:

Русская культура изначально и в её историческом развитии — как таковая — это не разновидность ведической культуры именно вследствие открытости социальной функции концептуальной власти для всех членов общества, кто способен потрудиться, чтобы овладеть ею и пользоваться концептуальной властью в интересах всех, не злоупотребляя высшей внутрисоциальной властью и способами её осуществления.

Но как именно началась «русификация славян» (как принято считать) — это загадка истории. Было ли это результатом того, что сформированное праславянским расселением по Восточно-Европейской равнин «антенное поле» изменило их мироощущение и миропонимание,[133] либо имело место прямое воздействие Свыше — мы определённо сказать не можем. Но в результате на Восточно-Европейской равнине на преимущественно праславянской этнической основе возникла доисторическая Русская — изначально многонациональная — цивилизация.

Доисторическая цивилизация изначальной Руси самоуправлялась на основе:

Единства культуры, включавшей в себя:

— открытость концептуальной власти = жреческих функций всем, кто мог их освоить;

— общинную этику, в которой не обладавшие жреческой властью в силу особенностей своего личностного развития, признавали власть жрецов по факту осуществления ими общественно полезной деятельности.

Это было очень эффективное для своего времени самоуправление. Родоплеменное своеобразие в этой культуре сохранялось, но обособления родов и племён, переходящего в систематические конфликты из-за территорий и притязаний на власть одних родо-племенных групп над другими, не было.

Новгородская и Киевская Русь, где в конце первого тысячелетия нашей эры происходило становление «элитарной» моноцентричной государственности, которая в своём историческом развитии превратилась в «элитарную» государственность современной нам Российской Федерации, образовались в ходе кризиса и распада этой этнически преимущественно «праславянской» — культурно русской изначально многонациональной цивилизации, будучи её периферией.

По сути мы утверждаем, что:

1. Выявленные и описанные выше принципы организации общественного самоуправления, на основе которых сложилась цивилизационная общность многих народов — Русь изначальная, эффективнее и обеспечивают большую безопасность поддерживающих их индивидов и общества, нежели принципы, положенные в основу организации управления в иных культурах, и прежде всего — в ведической (знахарской) и библейской, как наиболее зловредной её разновидности.

2. Переход к ним в глобальных масштабах — эквивалентен преодолению нынешнего глобального кризиса развития человечества на основе толпо-«элитарной» культуры и по сути представляет собой воплощение в жизнь идеалов, выраженных в Откровениях, Свыше данных всему человечеству через Христа и Мухаммада.

Но история изначальной Руси и сложившейся на её исторической основе России последнего тысячелетия такова, что неизбежны вопросы: Если принципы русского цивилизационного строительства более эффективны, то:

· почему Русь изначальная впала в кризис?

· почему возникли княжеские усобицы?

· почему было монголо-татарское иго, в котором и сложилось государство — централизованное (единоцентричное), хотя и многонациональное — под властью которого мы и живём на протяжении последних примерно пятисот лет (с момента взятия Казани Иваном Грозным в 1552 г.) при всех его болезненных «метаморфозах»?

В жизни общества никакие принципы не работают сами по себе, помимо деятельности и бездеятельности людей, это общество составляющих.

И причины кризиса Руси изначальной:

· не в её принципах организации самоуправления общества и цивилизационного строительства,

· а в том, что древнерусское жречество — носители концептуальной власти — на протяжении многих поколений оказывались персонально не состоятельны в заблаговременном выявлении и разрешении некоторых проблем русской цивилизации — как внутренних, так и в её взаимодействии с соседями.

Причины кризиса носили чисто личностно-психический характер, который выразился статистически именно как кризис цивилизационного строительства и развития культуры, из которого без внешнего воздействия Русь изначальная оказалась не способной выйти сама. Все люди, включая и тех, кто впоследствии становились в ней жрецами, рождались, росли и личностно развивались в лоне культуры, которая обладала определённой спецификой в аспекте воспроизводства статистики распределения населения по типам строя психики, мироощущения, мировоззрения, миропонимания.

Миропонимание, которое господствовало на Руси представляло собой противоестественную смесь, в которую в психике одних и тех же людей в разном составе и организации взаимосвязей входили:

· язычество в единобожии Бога Творца и Вседержителя — в том смысле, что поток жизненных событий в личностной религии человека и Бога интерпретируется как диалог Бога и людей на языке жизненных обстоятельств, обладающих определённой адресаций и смыслом;

· ведическое многобожие, в котором обожествлялись как стихийные силы Мироздания, так и легендарные предки;

· идолопоклонство, частично собственного производства, а частично унаследованное от культур, которые оказались в полосе миграции из Арктиды на юг, и носители которых влились в цивилизацию Руси изначальной;

· магия:

— как естественно-личностная, обусловленная биологией человека и его личностным развитием (биополя как совокупность общеприродных полей — материальны, способны к взаимодействию с другими видами материи, несут информацию, поэтому, излучая и воспринимая поля своим организмом, человек способен оказывать осмысленно-целесообразное воздействие на течение событий не-механическим и не текстуально-повествовательным способом);

— так и ритуальная (в ней человек обращается и к эгрегорам, подменяя ими Бога, и другим полевым сущностям, вступая с ними в сделки на предмет выполнения этими полевыми сущностями желаний человека). Составляющими ритуальной магии являются и всевозможные жертвоприношения — от «безобидных» ленточек священным деревьям и камням, до культового человекоубийства под теми или иными предлогами.

Всё из перечисленного выше, за исключением естественно-личностной магии, чуждо нормальной для человеческого общества культуре язычества в единобожии Бога Творца и Вседержителя.

Однако, присутствуя в культуре общества и психике представителей жречества персонально, паразитические составляющие древней культуры ограничивали дееспособность жречества в заблаговременном выявлении и разрешении проблем развития цивилизации Руси изначальной во всех его аспектах. То есть:

Жречество древней Руси были отчасти зомбировано как личностно, так и как социальная группа названными выше паразитическими составляющими исторически сложившейся культуры Руси изначальной.

И если даже представители жречества были в каких-то аспектах их деятельности зомби, не способными выявить и переосмыслить паразитические составляющие в культуре своего времени, то это — основание для того, чтобы предполагать, что культура Руси изначальной в целом была такова, что на её основе люди в большинстве своём в их личностном развитии достигали типа строя психики «зомби», а те два качественно разнородных меньшинства, которые достигали демонического типа строя психики и человечного типа строя психики, не могли быть удовлетворены образом жизни своего общества.

Кроме того и в те времена люди путешествовали не только по торговой надобности, а за тем, чтобы свет и людей посмотреть и себя показать. Т. е. общение представителей разных культур было и в те времена, и было взаимопроникновение культур друг в друга как в аспекте переноса знаний и навыков, так и в аспекте переноса вещественных произведений культуры.

Однако для большинства населения Руси изначальной та культура, в которой они жили была традиционной и потому входила в их психику в качестве автоматизмов поведения, а сознание их было занято другими сторонами жизни и им не было в подавляющем большинстве дела до выявления и сопоставления друг с другом организационных принципов жизни разных обществ. Своё для многих было лучшим потому, что оно своё, а не потому, что организационные принципы других культур несли те или иные неприемлемые для них результаты.

А бездумно автоматически цепляясь за исторически сложившуюся традицию, не понимая накопленных в ней ошибок и достижений, невозможно отвечать вызовам времени.

Кроме того надо понимать, что носители типов строя психики животного и «зомби» наименее эффективны в качестве управленцев. Поскольку общины в целом были заинтересованы в качественном управлении, то к руководству повседневными делами общин приходили наименее зомбированные из числа общинников люди. То же касается и формирования древнерусского жречества.

Безусловно, что и те, и другие чувствовали в некоторых образах своё отличие от остальных общинников. Видели они и взаимопроникновение разных культур друг в друга.

И для носителей демонического типа строя психики, которые:

· становились руководителями общин, рабочих артелей и военных дружин, а также осваивали и жреческую деятельность, было ощутимо и понятно (вне зависимости от того, какой терминологией они пользовались), что толпо-«элитарная» организация жизни, чуждая Руси, для управленцев — объективно отличающихся от остального общества в аспекте организации их психики — более предпочтительна, поскольку трудиться управленцам приходится меньше, уровень личной безопасности выше, производственная отдача толпо-«элитарного» уклада (за счёт какого ни на есть технико-технологического прогресса) и его особая отдача для «элиты» — в целом выше, нежели у общинного уклада вообще, и русского, в частности при количественном преобладании в обществе нечеловечных типов строя психики.

· для тех же носителей демонического типа строя психики, которые осваивали жреческую деятельность, вследствие их обособления от Бога, не было принципиальной разницы в том, какая эгрегориальная система с каким информационно-алгоритмическим наполнением является источником и средством осуществления их власти.

Поэтому и те (князья, администраторы), и другие (жрецы-знахари), были отзывчивы к тому, чтобы перенять и внедрить культурные наработки соседей, которые жили в толпо-«элитарном» укладе, который естественным для него порядком порождает «элитарную» государственность как систему профессионального управления на основе тех или иных принципов выделения правящей социальной «элиты».[134].

Носители человечного типа строя психики в том обществе тоже были, но они были малочисленны, и кроме того, та культура миропонимания, в лоне которой жило общество Руси изначальной — не адекватна человечному типу строя психики и язычеству в единобожии Бога Творца и Вседержителя.

Поэтому поток деятельности носителей человечного типа строя психики не смог воспрепятствовать вхождению Руси в кризис.

Окончание пояснения.

* * *

Вернёмся к теме главы. Поработители-батыевцы, как это было принято не только в те времена, одержав верх в военном противоборстве, позволили себе насильничать над беззащитными женщинами: делалось это не только по сексуальному вожделению, но и по злому умыслу, входящему составной частью во многие военные доктрины: для того, чтобы «испортить породу» — биологическую основу противника. Такая военно-сексуальная стратегия проистекает из представлений о наследственности человека, в пределах закономерностей животного мира, аналогичных воззрениям и нынешних расистов; тем более она была свойственна воззрениям узко-племенного обособления древности.

В результате этого сексуального разбоя у русских женщин рождались дети, эти дети взрослели и жили на Руси, их черепа с ярко выраженными монголоидными чертами спустя века нашли в русских могильниках археологи. Эти дети тоже имели детей и внуков, из облика которых видовой генетический механизм изъял монголоидные черты если и не все, то те, которые могут быть выявлены по костным останкам. Но для всех этих людей родовыми эгрегорами были не только «славянские» эгрегоры Руси, но и эгрегоры поработителей.

Эгрегоры, в том числе и родовые, это не только энергия (сила, мощность), но в том числе и информация и мhра, в совокупности образующая алгоритмы поведения: поведения индивидуального и коллективного. Со взаимодействием алгоритмов дело обстоит примерно так же, как с программами, предназначенными для взлома и защиты компьютерных систем: чей алгоритм совершенней — за тем и останется компьютерная система и всё, что в ней есть, и всё, что ей подконтрольно.

Творя на Руси сексуальный разбой, батыевцы сами открыли для последующих поколений русских ворота в свои родовые эгрегоры. После этого на эгрегориальном уровне Русский алгоритм цивилизационного строительства глобальной значимости, который никогда в истории нынешней цивилизации не был оглашён во всей его полноте, смял, разметал в пух и прах, растер в ничто, алгоритмы поведения родовых и этнических эгрегоров поработителей; перемолол их так, что ныне многие исследователи не могут понять: какие «монголо-татары»? кто их видел? где их следы? где их наследие, где памятники их культуры? — Нету: что от них осталось — стало безвозвратно русским.

То есть русский дух на полевом уровне победил прямое генетическое вмешательство разбойников. Это ещё одно важное доказательство того, что духовная составляющая генетики (процесса естественного отбора признаков, из которых складывается вся наследственность) — основная часть общего процесса, который принято называть генетика человека. У человека культурно-духовная составляющая генетики — основная.

Русскость - среди всего ей присущего - и самозабвенное «зеркало» Мира. И нечего на зеркало пенять, коли рожа крива (это прежде всего касается отечественных и зарубежных западников, недовольных Россией и пытающихся её «цивилизовать» на свой манер).

Теперь о более поздних «взломщиках» русской культуры на уровне генетики. Как-то уже в 1990-е гг. по радио в одной из передач, посвященных проблемам «безопасного секса», планированию семьи и т. п. была оглашена такая информация. Журналист интересовался у своих многочисленных знакомых женщин, кто был их первым сексуальным партнером. И многие из них отвечали, что во время учебы в университете, институте и т. п. нашелся еврейский юноша, которому она и отдалась; как правило, этот юноша, по их словам, был первым партнёром не только для неё. Вспомнив об этом проведенном им опросе, журналист подвёл итог: «нация профессиональных дефлораторов».[135].

Но не эти упражнения евреев и неевреек в сексуальной вседозволенности (по отношению к их будущим детям, прежде всего), начавшиеся еще в «застой» (конец 1960-х — 1985 гг.), если не в «оттепель» (вторая половина 1950-х — начало 1960-х гг.), положили начало войне алгоритмов в родовых эгрегорах Руси и еврейства. Это обрело социальную значимость уже в годы революционного подъема начала ХХ века, когда русско-еврейские браки революционеров стали нормой. В результате, как минимум с 1917 г., еврейские родовые эгрегоры открыты для того, чтобы алгоритмы Русскости вошли в них и сделали то же, что сделали несколько веков назад с алгоритмами и эгрегорами «монголо-татарских» поработителей.

Еврейский (западный) расизм в России пошел по стопам батыевцев и зашёл по этому пути настолько далеко, что назад уже не воротится: от Библейского (западного) проекта максимум, что останется, так это пирожное «Штрудель» как блюдо традиционной русской кухни.

Иное невозможно: алгоритм цивилизационного «строительства» западного Библейского проекта, в котором основной метод «решения» проблем — разрушение всего и интеграция обломков, выявлен в Русской культуре во всех его значимых внутри- и внесоциальных проявлениях и оценен как объективное зло, подлежащее искоренению.

После того, как нами указано на суть и роль духовного наследия в жизни индивида и общества, в том, что понимается под генетикой, можно перейти к примерам рассмотрения некоторых вариантов передачи потомству ключей к духовному наследию.

Если в брак вступают представители одного и того же народа, оба родителя и их ближайшие предки избежали воздействия сильных мутагенных факторов, родители из поколения в поколение блюли чистоту и до брака, и в браке, исключающую передачу наследственной информации по телегонии, то:

· вследствие устоявшейся в течение многих поколений статистики передачи хромосомного материала от поколения к поколению, исключается высокая вероятность передачи потомству несовместимой комбинации генов, определяющих строение его тела и физиологию;

· если это брак не близкородственный, то низка вероятность того, что потомство будет отягощено неблагоприятными последствиями инбридинга, когда в паре хромосом оба гена, отвечающие за какой-либо признак или взаимно связанную совокупность признаков — больные;

· вследствие устоявшихся норм культуры народа информационное наполнение родовых эгрегоров и объемлющих их эгрегориальных порядков взаимной вложенности, образующее духовное наследие, не будет содержать сколь-нибудь существенных противоречий между своими различными информационными модулями, а тем более маловероятно, что духовное наследие будет содержать обилие несовместимых друг с другом информационных модулей.

Поскольку, согласно воззрениям современной западной медицины до 70 % всех известных ей болезней относятся к категории «психосоматических», т. е. вызываемых какими-то нарушениями психической деятельности, то следует ожидать, что индивид с такой наследственностью не будет испытывать и каких-либо серьезных проблем со здоровьем. Это означает, что, если вынести за скобки возможное воздействие неблагоприятных природных и социальных факторов в жизни самого индивида, то индивид не должен унаследовать каких-либо серьезных проблем с генетически обусловленной физиологией тела, с его строением. Кроме того, следует ожидать, что эгрегориальное водительство в отношении него будет также внутренне бесконфликтным, вследствие чего его психическая деятельность в целом и мышление, в частности, должны быть внутренне бесконфликтными, по крайней мере, в пределах тематики, соответствующей информационному наполнению его родовых эгрегоров и объемлющих их эгрегоров высших порядков, устойчивых в духовности народа в преемственности поколений.

Но проблемы в его жизни всё же могут возникнуть в ситуациях, когда он сталкивается с тем, информация о чём отсутствует в его духовном наследии, а ему не повезло, и он с детства не приучен воспринимать мир непосредственно (а привык воспринимать через неусомнительные нормы культуры и подконтрольно эгрегорам, сообразно хранимому ими духовному наследию) и не приучен думать с соображением и воображением. Если индивид не приучен воспринимать мир непосредственно и не приучен думать с соображением и воображением, то возникнут трудности с самостоятельным освоением культурного наследия народа и с дальнейшим развитием культуры его собственными творческими усилиями.

А это необходимо, в том числе и для вхождения в эгрегоры, в которые ему нет «автоматического» входа вследствие происхождения от определённых предков и полученного в детстве воспитания. Вхождение в эгрегоры, тем более произвольное вхождение в эгрегоры, необходимо не только для освоения духовного наследия предков как такового; вхождение в эгрегоры, построение эгрегоров сообразно текущим потребностям является необходимым и для поддержания разнородной свободной коллективной деятельности в обществе.

Если культура общества этого не предусматривает, то общество представляет собой собрание «кубиков», из которых знахари-«демоны» технологий манипулирования обществом и индивидами выстроят всякую необходимую им функционально ориентированную структуру, в которой каждый её участник будет подневольным рабом, даже если он этого не ощущает[136] (это и должна обеспечивать правильно построенная — с точки зрения рабовладельцев — система повседневного рабовладения), как это имеет место в США.

То есть только что описанный подход к воспроизводству поколений, хотя и отвечает ханжеским требованиям, отвечает требованиям большинства расистов, всё же при определенной порочности культуры общества способен воспроизводить из поколения в поколение стоеросовых, пышущих здоровьем дуболомов, безупречных по их антропометрическим показателям, но едва способных что-либо самостоятельно вообразить и сообразить, а тем более воплотить в жизнь. Тот, кто поймёт сказанное, как порицание семьи, чистоты брака, и иносказательный намёк на необходимость возвести в культ разврат и сексуальную вседозволенность, подобно тому, что устроили ныне в России дубины-«демократизаторы», ничего не понял.

Речь идет о том, что сам по себе такой подход к воспроизводству поколений не гарантирует будущего ни одному народу, чему в истории народов и социальных групп в их составе много примеров. Иными словами, всё перечисленное — условия необходимые, но не достаточные: когда всевозможные пуритане (по-русски — чистоплюи), превозносясь в самомнении о своей якобы истинной праведности, замыкались в традициях крепкой правильной семьи и специфической субкультуры, объемлющей множество семей, то они оказывались полностью недееспособными, по мере того, как остальное общество приходило в их пэстыни и там их «доставало».

В России примером тому многовековое творческое бесплодие старообрядчества, образ жизни которого был окончательно раздавлен после революции 1917 г. Хотя его сторонникам проще всего бездумно списать этот факт на «неисповедимость Божьего Промысла», в результате чего старообрядческая культура пала жертвой Божеского попущения греховодникам, но есть и иная точка зрения:

Бог не искореняет истинную ПРАВЕДНОСТЬ, а ВЗРАЩИВАЕТ её, вследствие чего она никогда не бывает жертвой попущения; более того, праведность всегда обладает достаточным творческим потенциалом для того, чтобы греховодничество убедилось в собственном бессилии против неё.

Жертвой попущения бывает только греховодничество, когда оно само «наступает на грабли» или одни злочестивые вкушают ярость других И НЕ МОГУТ НАСЫТИТЬСЯ. Но греховодничество бывает не только жертвой попущения в отношении него самого, но и жертвой милости Божией, прямо адресованной другим.

В данном конкретном случае старообрядчество было наказано за свою тупую, не внемлющую ничему приверженность Библейской расовой паразитической доктрине, за богохульное возведение этой мерзости в ранг истинного слова Божиего, за превознесение в самомнении над окружающими. И оно было смято, хотя был и культ крепкой и чистой семейной жизни, и культ отказа от дурманов табака и алкоголя, и парни и девки рождались и вырастали крепкие и здоровущие, так что любо посмотреть… да культура была и есть «не та». Была бы культура, в том числе и вероучение, «та» — в России не было бы иных вероучений, ибо ничто не может выжить, умышленно и целенаправленно противясь Истине.

Судьбы тех, кто правдоподобен и в силу разных причин упорствует в отказе стать воплотителями истинной правды, тяжелее чем судьбы тех, кто откровенно порочен.

Теперь рассмотрим другие варианты, которые вызывают наибольшее неприятие расистов и сторонников евгеники,[137] возведенной в ранг законодательной нормы общества. Допустим, что зачатию ребенка предшествовали половые отношения его матери с одним или более партнёром помимо отца по плоти этого ребенка. Даже если при этом употреблялись презервативы или иные противозачаточные средства либо делались микро- и макро- аборты после «неудачных» совокуплений, то в процессе совокупления происходило слияние биополей партнеров, в результате которого у рожденного такой женщиной ребенка кроме отца по плоти, от которого он унаследовал половину своего хромосомного набора, есть еще и множество отцов по телегонии, от которых он унаследовал многое на биополевом уровне организации материальных структур.

При этом следует иметь в виду, что хромосомный набор во всех клетках организма — один и тот же,[138] однако клетки печени отличаются от клеток нервной системы и мышечных тканей, как и все клетки функционально специализированных тканей отличаются друг от друга. И все клетки сообразно своей принадлежности тканям и системам организма воспроизводят себе подобные соответственно плану общего расположения органов и систем в организме.

Вопрос о локализации на материальных носителях информации, определяющей это общее расположение органов и систем, в генетике — по крайней мере, в общедоступной литературе — не освещается. Но неоднократно высказывались мнения о том, что общее расположение — план размещения органов и систем организма — записан не в структурах молекул хромосомного аппарата, хранящих преимущественно информацию о синтезе веществ биомассы организма, а в структурах биополей. В частности, поэтому кобыла-лошадь способна родить полосатенького как зебра жеребеночка с полосатостью, унаследованной по телегонии, т. е. на основе биополевой передачи наследственной информации, поскольку хромосомные наборы половых клеток зебры и лошади несовместимы друг с другом, и генетический материал хромосом зебры никак не мог попасть к жеребенку-лошади.

Поскольку каждый из сексуальных партнёров, ставших одним из множества отцов по телегонии ребенка, обладал своеобразием в строении организма, отличающем его от всех прочих, то в телесной организации ребенка может выразиться взаимное несоответствие друг другу различных информационных модулей, унаследованных им от разных отцов. То есть в общем расположении органов и систем его тела могут быть разнообразные нарушения: несоразмерности членов тела, асимметрии (в том числе избыточность или недостача органов) и т. п.

В массовой статистике они могут распределяться в широкой полосе: от полного отсутствия каких-либо проявлений либо некоторой врожденной неэстетичности тела, которую потом человеку возможно преодолеть посредством занятий физкультурой и спортом, скрыть под одеждой и т. п., до неустранимых патологических асимметрий[139] и явных уродств.[140].

Но даже, если взаимная несогласованность унаследованных по телегонии от разных отцов информационных модулей не выразилась в телесной организации ребёнка, то количество родовых эгрегоров, в которые он включен генетически «автоматически», может быть избыточным по отношению к устойчивости отработки генетических программ развития тела и становления более или менее нормальной психики. Во всех этих родовых эгрегорах алгоритмы, затрагивающие какие-то одни и те же вопросы жизни, могут не совпадать, быть рассогласованными. Вследствие этого эгрегориальное водительство в отношении личности со стороны разных эгрегоров может быть взаимно конфликтным, что будет выражаться в противоречиях индивида самому себе в его поведении, в непоследовательности его действий, в действиях не уместных в конкретных обстоятельствах, в очевидном бездействии, когда дулжно действовать и т. п. Всё это в предельном случае проявлений характеризуется словами «враг самому себе», выражается в явной психической патологии и вносит свой вклад в статистику самоубийств.

Причём следует иметь в виду, что всё это по существу — сбои различных унаследованных алгоритмов управления. Они могут проявляться в жизни индивида на всем её протяжении от зачатия до смерти, наступившей возможно в глубокой старости, во всех гранях жизни: от физиологии клеток и организма в целом — до очень больших и разнообразных проблем с психикой индивида, придающих специфику его жизни в обществе или обрекающих его на общение преимущественно с психиатрами.

Но ещё раз следует сказать, что в статистике (по каждому параметру, который может быть определён как характеристический для индивида) всё это распределяется в широком спектре: от полного отсутствия проявлений до очень тяжёлых поражений, не совместимых с жизнью индивида или опасных для окружающих.

Необязательность тяжёлых поражений приводит к тому, что многие ведут себя так, будто им изначально гарантировано Свыше, что их детей всё это минует. Иными словами, хотя статистика и имеет место в жизни общества, но как бы они себя ни вели, с кем бы ни блудили, однако именно их детей разнородная конфликтность генетической информации якобы ни коим образом не затронет. Когда же это проявляется в их детях, внуках и правнуках в достаточно тяжёлой форме поражения тела или психики, то начинаются сетования на невезение и неумелость медицины, которая не может исправить чего-то, чего они сами могли не допустить без каких-либо сверхъестественных усилий со стороны их самих и окружающих, если бы вели себя иначе в период жизни, предшествующий зачатию и рождению детей.

Здесь также следует обратить внимание и на то обстоятельство, что хотя с последствиями телегонии воочию непосредственно сталкиваются мать[141] и отец ребенка по плоти (если он живет в семье), но каждый из отцов по телегонии открыл более или менее широкие ворота в свои родовые эгрегоры не только для своих потомков по плоти, но и для своих потомков по телегонии: что их потомки по телегонии возвратят в их родовые эгрегоры? — одному Богу достоверно известно. Но скорее всего, что ничего хорошего не возвратят потому, что для того, чтобы вернуть в родовые эгрегоры своих отцов по телегонии что-то хорошее, их потомок должен преодолеть доставшееся ему — внутренне конфликтное в совокупности — духовное наследие и вернуть в родовые эгрегоры результат его преодоления. Поскольку отцы по телегонии сами принадлежат к своим родовым эгрегорам, то от их потомков по телегонии, отягощенных ими разнородными проблемами, перепасть может и им непосредственно, а не только их потомкам по плоти от других женщин.

Сами понимаете, что это ещё одна социальная статистика: из множества пострадавших потомков по телегонии в исторически реальной культуре хоть Запада, хоть Востока, только меньшинство сможет преодолеть своё духовное наследие и вернуть что-то доброе в родовые эгрегоры своих предков по телегонии. В силу эгрегориальных взаимных обусловленностей, безнаказанных за блуд и распутство не бывает: ни индивидов, ни родув, ни по мужской, ни по женской линии, ни племён, ни народов, хотя воздаяние каждому из участников блуда — своеобразное, отличное от других; и это разнообразие воздаяния создаёт иллюзию безнаказанности у невнимательных и бездумно живущих.

Дети наследуют не грехи отцов и матерей, а жизненные обстоятельства, порождённые старшими поколениями, включая и своих прямых предков. В этих обстоятельствах знаменательно проявляется единство и целостность бытия мира. Бог не возлагает на душу ничего сверх возможного для неё, и это относится и к генетически унаследованным вместе с хромосомами и по телегонии проблемам и бедам. При этом жизненная миссия некоторых — быть зримым знамением для окружающих, чтобы те задумались о том, что они сами сеют в будущее, что возлагают на своих потомков. Жизненная миссия других — преодолеть доставшееся им неблагоприятное наследие и сотворить благое для передачи потомкам и в духе, и в культуре. Третьим позволено жить «как все»,[142] особенно ничем не отягощенными, будучи источником последующих поколений, которые сотворят что-то другое. И все они в совокупности, в разных расах и народах, образуют человечество в каждом поколении, и никому из них не дано подменить собой всё человечество. А отвечать перед Богом предстоит не за унаследованные обстоятельства — так называемый «первородный грех» — а за то, что сделали либо не сделали как дулжно сами.

Таков же механизм возникновения конфликтов и несовместимости между различными информационными модулями в генетически унаследованной информации и при межэтнических и межрасовых браках, хотя в нём есть своя специфика, отличающая проявления от последствий блуда среди своих соплеменников. И эта специфика может проявляться не только в результате блуда с иноплеменниками, но и в честном (по житейским понятиям) браке с иноплеменниками, когда люди живут вместе всю жизнь и, не изменив друг другу, рождают и воспитывают детей.

Специфика зачатия в браке с иноплеменниками в том, что оба супруга принадлежат к разным культурам (в первую очередь это — разные духовные наследия), под которые как под устойчивый фактор среды на протяжении многих поколений подстраивался генетический механизм их племен, народов, рас. Кроме того, генетический механизм подстраивался и к специфике природно-географической среды в разных регионах (если речь идет не о совместном проживании на одной и той же территории разных этнических групп, несущих разную культуру). Поскольку при этом каждый из супругов является представителем устоявшейся комбинаторики обмена генетическим материалом в преемственности поколений, в которых системы генетически передаваемых признаков и жизнеспособные комбинации их взаимного согласования могут не совпадать, то в результате зачатия могут возникнуть комбинации — жизнеспособные (поскольку оба супруга принадлежат к одному и тому же виду), но по каким-то признакам уступающие норме в каждой из этнических групп, а по каким-то признакам превосходящие максимальные показатели каждой из этнических групп, выходцами из которых явились их родители.

Их ребёнок от момента зачатия оказывается включенным в порядки взаимной вложенности эгрегоров разных народов, поэтому несогласованности и противоречия в содержании различных информационных модулей могут иметь место не только на уровне его родовых эгрегоров, но и на уровнях объемлющих их эгрегоров: эгрегоров племен, народов, рас. С другой стороны, взаимные разногласия эгрегоров (до эгрегоров рас включительно) делают для ребёнка более доступным вхождение в эгрегор человечества в целом.

Духовное наследие ребёнка, зачатого в межэтническом браке, более разнообразно, нежели зачатого в моноэтническом браке. Но остается открытым вопрос, как он им распорядится; распорядится ли он сам, или распорядится кто-то из его потомков. А.С.Пушкин смог распорядиться духовным наследием своих предков так, что по существу дал начало новой эпохе в культуре человечества. Но гораздо больше тех, кто пал жертвой лабиринта противоречий в духовном наследии своих разноплеменных предков либо не смог выбраться из него и продолжает блуждать по этому лабиринту, думая что это и есть настоящая жизнь.

И здесь мы должны вспомнить афоризм В.О.Ключевского, одного из наиболее здравых историков конца XIX — начала ХХ века:

«Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности».[143].

Поскольку речь идет об истории не виртуального человечества в компьютерной игре, а живого, то закономерности его исторических явлений оказываются переплетёнными с закономерностями биологических явлений, вследствие чего афоризм В.О.Ключевского одним из своих смыслов охватывает биологические закономерности человечества.

То есть, сталкиваясь с проблематикой наследования по телегонии при блуде, и проблематикой наследственности во всех межэтнических браках необходимо обратиться к духовности, в которой произошло зачатие, и к духовности индивида, родившегося с нормальным или проблемным генетическим хромосомным или духовным наследием.

2.4.5. Генетика, нравственность и общественная ответственность.

Начнём разговор о связи генетики с нравственностью человека с напоминания того, что зачатие не сводится к гидромеханике излияния спермы из организма мужчины в организм женщины; к механике хаотического движения в жидкости множества одноклеточных «жгутиковых» — сперматозоидов; к механике клеточного и молекулярного взаимодействия при образовании из яйцеклетки и сперматозоида зиготы — первой клетки нового организма.

Как выясняется при обстоятельном рассмотрении процесса, хотя все здоровые сперматозоиды устроены биомеханически одинаково и отличаются друг от друга только комбинаторикой распределения генов из состава 46 хромосомного набора организма отца по 23-м хромосомам каждого из них, но среди всего множества сперматозоидов, излившихся в составе порции семенной жидкости,[144] есть только один, предназначенный для зачатия; всё остальное их множество (порядка 500000 в одной порции) только обеспечивает продвижение этого единственного сперматозоида среди микрофлоры и микрофауны репродуктивных органов женщины к яйцеклетке, а не конкурирует с ним. Сообщение об этом результате научных исследований как-то проскользнуло в печати в качестве для кого курьеза, а для кого и намёка.

На уровне гидромеханики семенной жидкости и механики движения в ней биомеханически единообразных сперматозоидов различного предназначения это явление объяснения не находит. Если же вспомнить о том, что каждый из сперматозоидов несёт какое-то биополе; что все они исторгнуты из организма мужчины не только в потоке семенной жидкости, но и в потоке его биополя; что движутся они не только в вещественной среде организма женщины, но и в её биополе; что все биополя это не только энергия, но и информация, и мера, в совокупности представляющие собой алгоритмику управления, то тогда в принципе объяснимо, как управляется команда сперматозоидов разного предназначения в процессе зачатия.

Однако при этом не следует забывать, что процесс излияния алгоритмически структурированной порции семенной жидкости, несущей мужскую составляющую алгоритма зачатия, является только одним из фрагментов процесса зарождения новой единицы жизни, в свою очередь, представляющего собой начальный этап будущей жизни индивида (как процесса), и что эти процессы имеют свое предназначение в Промысле и протекают в русле объемлющих их процессов.

То же касается и процессов, протекающих в организме женщины. Неоплодотворённая яйцеклетка человека нормально содержит в себе так же, как и нормальный сперматозоид, 23 хромосомы. Полный набор 46 хромосом нового организма возникает при образовании зиготы в результате оплодотворения яйцеклетки после того, как сперматозоид проникает в неё и передает яйцеклетке свои 23 хромосомы. Яйцеклетка возникает в процессе деления клетки в тканях яичников женщины.

В делении всех клеток, не предназначенных в структуре тканей организма к тому, чтобы произвести половые клетки, и участвующих в процессе воспроизводства биомассы тканей тела, (этот тип деления называется «митоз») оболочка ядра рассасывается, хромосомные пары разворачиваются в цитоплазме клетки, каждой из хромосом выстраивается дубликат, после чего удвоившееся количество хромосом разделяется на две одинаковых по составу группы по 23 пары хромосом в каждой, и группы хромосом оттягиваются к противоположным полюсам материнской клетки.[145] Затем она разделяется на две клетки, в дочерних клетках происходит формирование клеточного ядра, и завершается формирование структуры каждой из дочерних клеток в целом. После этого дочерние клетки до акта деления каждой из них существуют в клеточной структуре организма как хромосомные дубликаты исчезнувшей в митозе материнской клетки.

В процессе же образования половых клеток клеточное деление протекает иначе. Деление с образованием половых клеток называется «мейоз». В ходе мейоза после удвоения числа хромосом в исходной диплоидной клетке (содержит полный комплект хромосом в парах) происходит два последовательных деления, в результате чего из одной клетки, вступившей в мейоз, возникает четыре гаплоидных клетки (каждая гаплоидная клетка содержит только половину полного числа хромосом диплоидной клетки, вследствие отсутствия парных хромосом). В процессе мейоза срабатывает механизм комбинаторного перераспределения генов, передаваемых от поколения дедов и бабок к поколению внуков. Его работа проявляется двояко.

Во-первых, гомологичные хромосомы в каждой паре (это — копии хромосом, унаследованных организмом второго поколения от половых клеток организмов первого поколения) диплоидной клетки, вступившей в мейоз, обмениваются между собой взаимно соответствующими участками, т. е. генами (это называется «кроссинговер»). В результате этого хромосомы, передаваемые гаплоидным клеткам (будущему третьему поколению), не являются копиями хромосом диплоидных клеток родительского организма (второго поколения, а равно и копиями хромосом половых клеток организмов первого поколения).

Во-вторых, диплоидный комплект хромосом, унаследованных от организмов первого поколения организмом второго поколения при образовании зиготы (первая клетка организма второго поколения), расформировывается в процессе мейоза, и происходит «случайное» перераспределение гомологичных хромосом (образующих пару в диплоидной клетке организма второго поколения) между хромосомными наборами будущих гаплоидных клеток.[146] Вследствие этого хромосомный набор гаплоидных клеток (1/2 хромосомного набора будущего организма третьего поколения) по «персональному» составу хромосом не повторяет хромосомных наборов, унаследованных из половых (гаплоидных) клеток организмов первого поколения организмом второго поколения (в котором происходит рассматриваемый мейоз).

Результаты работы этого комбинаторного механизма в мейозе, протекающем в организмах второго поколения, выражаются в упоминавшемся ранее в одной из сносок законе Менделя о независимом наследовании в последующих поколениях каждого из признаков, свойственных первому поколению.

В мужском организме возникающие в процессе множественного мейоза клетки становятся сперматозоидами. В женском организме при образовании яйцеклеток имеется своя особенность мейоза: организм женщины в каждом менструальном цикле нормально обеспечивает производство только одной, способной к оплодотворению яйцеклетки, блокируя мейоз во всех кроме одного единственного фолликула,[147] называемого доминантным фолликулом. Самый ранний биохимический признак выбора организмом женщины доминантного фолликула — асимметричная секреция эстрогенов[148] яичниками. Производя одну единственную яйцеклетку, доминантный фолликул создает условия (главным образом биохимическую среду), неблагоприятные для созревания остальных фолликулов когорты (так называются группы фолликулов в яичниках) и обеспечивает уничтожение всех, кроме одной из образовавшихся в нём самом гаплоидных клеток. Оставшаяся в живых и вызревшая гаплоидная клетка во время овуляции покидает доминантный фолликул уже в ранге яйцеклетки и попадает в фаллопиеву трубу, соединяющую породивший её яичник с маткой, и ждет оплодотворения.

Если оплодотворения не происходит, то при наступлении очередных месячных организм женщины очищается от последствий подготовки к несостоявшейся беременности, после чего менструальный цикл повторяется снова. Если оплодотворение происходит, то образуется зигота — первая клетка нового организма (третьего поколения), начинается беременность, и организм женщины переходит в иной физиологический режим.

Избрание в женском организме определённой яйцеклетки в процессе мейоза одной из клеток в фолликуле тоже необъяснимо ни на уровне биохимии организма и клеток, ни на уровне внутриклеточной биомеханики. Это механистически необъяснимо тем более, что в мейозе способны выживать яйцеклетки с заведомо больными генами, и способны гибнуть несостоявшиеся яйцеклетки с заведомо здоровым геном, некогда парным больному в клетках организма матери, благодаря чему мать не была сама обременена какими-то генетическими болезнями.

Избрание яйцеклетки в организме матери и избрание предназначенного для зачатия сперматозоида в организме отца в механистическом и атеистическом мировоззрении можно было бы списать на бесцельную и бессмысленную «слепую случайность» в игре комбинаторного механизма перераспределения генов, не обусловленную ни прошлыми причинами, ни целями, которые предстоит достичь в будущем, ни нравственностью, ни этикой родителей. Но «случай — по словам А.С.Пушкина — мощное мгновенное орудие Провидения», т. е. не беспричинен и не бесцелен, а обусловлен прошлым и тем, как намерения на будущее согласуются с Высшим промыслом. И, соответственно, случай, будучи поистине мощным мгновенным орудием Провидения, обладает своим смыслом и целесообразностью в осуществлении Промысла; он — вовсе не слеп, а наоборот — адресуется исключительно точно.

Теперь вернёмся к «закономерности исторических явлений, которая обратно пропорциональна их духовности», и покажем пример немеханистической связи мейоза и путей, по которым протекает история, на общеизвестном случае: рождении цесаревича Алексея Николаевича (сына последнего российского императора).

Мальчик был болен гемофилией — несвёртываемостью крови, генетически приходящей в род, ведущийся по мужской родословной, вместе с женщиной, которая становится супругой мужчины этого рода. Ген, ответственный за возникновение большинства видов гемофилии, передается потомкам по женской линии, поскольку содержится в женской хромосоме «Х», которая в организм сына при естественном оплодотворении попадает только из организма его матери. Парная ей хромосома «Y» в мужской организм попадает от предков, передаваясь по мужской линии родства, но в ней нет соответствующих генов, которые могли бы заблокировать и исправить программы, несомые больными фрагментами хромосомы «Х».

Если бы в хромосомном наборе матери цесаревича — императрицы Александры Федоровны — обе хромосомы «Х» содержали больной соответствующий ген, то она сама бы от рождения страдала несвертываемостью крови и подвергалась бы риску умереть в каждые месячные. Это означает, что была принципиальная возможность передачи от неё к сыну здорового гена из парной хромосомы «Х», если бы из трёх уничтоженных женским организмом протояйцеклеток была бы сохранена одна из двух, несущая здоровый ген, а не та, которая положила начало развитию организма цесаревича. В таком варианте мейоза цесаревич бы был здоров (по крайней мере, в отношении гемофилии, поскольку о генетических программах двух других погибших протояйцеклеток ныне людям говорить не приходится).

Соответственно, длительное пребывание представителя при дворе русских простонародных знахарских кланов — Г.Е.Распутина — оказывавшего влияние на политику России, было бы вряд ли возможно, поскольку оно во многом было обусловлено тем, что исключительно по его молитве кровотечения и кровоизлияния у наследника прекращались. Как бы протекала история России без Г.Е.Распутина при дворе — вопрос относящийся к области гаданий. По нашему мнению она была бы ещё тяжелее, так как «элитарные» знахарские кланы к тому времени безнадежно скурвились, став в России исполнительной периферией глобального масонства, работающего на сборке социальных структур в Библейском проекте.

Но в свершившейся реально истории Россия не была втянута в первую мировую войну ХХ века двумя годами раньше в период балканских войн, в том числе и потому, что Г.Е.Распутин умолял царя не встревать в разборки на Балканах, и царь согласился с его мнением, а не с мнением великого князя Николая Николаевича,[149] который после этого возненавидел Г.Е.Распутина. «Мировая закулиса» учла урок: в 1914 г. в тот же день, когда было совершено покушение на наследника престола Австро-Венгрии эрцгерцога Фердинанда, было совершено покушение и на жизнь Г.Е.Распутина. Будучи раненым и излечиваясь от ран у себя на родине, он не смог быть в Петербурге в критический период выработки и принятия решений, приведших к войне, и только призывал царя к воздержанию от войны телеграммами, которые не смогли заменить его влияния при личном присутствии (царь рвал телеграммы), и Россия была втянута в войну вопреки интересам мирного развития её народов. Последствия той войны не изжиты и не преодолены доныне…

Вот и судите сами: был ли прав Г.Е.Распутин, препятствуя осуществлению «элитарных» военных амбиций? хорошо либо плохо то, что он стремился к поддержанию мира до начала войны и к скорейшему выходу из никчемной для народов России войны после её начала?

И если кто-то всё же считает, что политика России на Балканах в начале ХХ века была правильной, то и это не так: если даже признать её правильной по целям, то руководители России обязаны были позаботиться о том, чтобы достижение выявленных и назначенных ими целей было обеспечено средствами, им подвластными. Если же средств они заблаговременно не создали, то политика ошибочна, поскольку даже праведные цели без средств их достижения — хуже чем ничто, поскольку представляют собой увлекающий к погибели мираж.

И таким образом, всего лишь выявление взаимосвязей особенностей мейоза в организме императрицы с пребыванием Г.Е.Распутина при дворе и его политической деятельностью показывает, что особенности мейоза в организме императрицы сыграли не последнюю роль в истории России и всего остального мира.

Но всё, о чем пойдет речь далее, неверующим покажется притянутым за уши, поскольку, на их взгляд, оно порождение домыслов, лежит в области объективно не существующей «мистики», «религиозного мракобесия», и не может быть подтверждено «научными методами».

Однако, например, Коран так раскрывает верное по существу замечание В.О.Ключевского о закономерностях исторических явлений: «Бог не меняет того, что происходит с людьми, покуда люди сами не изменят того, что есть в них» (Коран, 13:12 (11)). То есть, пока люди не изменят своей духовности сами, всё и впредь будет протекать так как протекало в прошлом. К духовности индивида и коллективов принадлежит и их реальная, а не декларативно показная нравственность и проистекающие из нравственности устремлённость действовать[150] и реальное поведение (этика) в повседневности на людях и наедине с собой. И их изменение, вполне подвластное всякому индивиду и их множествам, согласно кораническому обетованию способно изменить будущее и их, и их потомков.

И это — средство воздействия на жизнь, доступное всем и каждому.

Иными словами, сказанное означает, что мейоз в организме императрицы в менструальном цикле, предшествующем зачатию цесаревича, мог бы протекать иначе, если бы к этому времени политические устремления царской семьи изменились, стали бы иными, а Россия под водительством Николая II сошла бы с того пути к катастрофе, на который он её вывел в первые годы своего царствования, о чём речь пойдет далее.

В этом же контексте следует вспомнить, что рождению цесаревича — государя-наследника — предшествовало последовательное рождение четырёх царевен,[151] что было многолетним своеобразным намеком Свыше на открытую возможность пресечения царского рода, ведущегося в России исключительно по мужской линии, при поддержании и впредь Николаем II избранного им политического курса. Рождение же царевен воспринималось либерально-православной общественностью как издёвка Свыше над царской семьей, желавшей рождения наследника. Над этим «невезением» царской семьи представители «элиты» хихикали, забыв, что в историческом времени они плывут на том же корабле, где вахтенный начальник Николай, вследствие чего намёк Свыше относится и к ним, и к их потомкам.

Они не думали о том, что Бог — Язычник, никогда не издевается, как свойственно издеваться над другими многим людям, но предостерегает на Языке жизненных событий всех и каждого; и Его предостережениями способен воспользоваться ко благу каждый верующий Богу, кто внимателен к происходящему и разумеет.

Но в данном конкретном случае рождения наследника-цесаревича речь идёт не только об удовлетворении родительских чувств одной из многих семей, но и об унаследовании ребёнком по факту своего рождения от определённых родителей права на высшую государственную власть в России, в сочетании с тем, что мальчик — воспреемник-носитель духовного наследия государева рода Романовых, а также и духовного наследия немецкой Гессенской династии герцогов (откуда происходила Александра Федоровна) и царствующей династии Великобритании.[152].

Поэтому, чтобы выработать мнение о том, насколько специфика мейоза в организме Александры Федоровны представляет собой «слепую случайность» (в том смысле, что она беспричинна и бесцельна), а насколько обусловлена прошлым и устремленностью в будущее (причем не только России), необходимо выявить существо этого духовного наследия на фоне событий конца XIX — начала ХХ веков.

В реальной истории именно при сочетании пробританского внешнеполитического курса Николая II и нравственно-этических особенностей российской «элиты» в первой четверти ХХ века в ходе революций, в ходе боевых действий на суше и на море, не достигнув каких-либо полезных для Российской империи результатов, не осуществив каких-либо целей цивилизационного строительства Святой Руси, погибли миллионы простых людей в нескольких поколениях.

Попустительствуя «элите», не пресекая беспощадно её злоупотреблений социальным положением и должностными полномочиями, Николай II по существу позволил проявиться в «элитарной» самодеятельности всем мерзостям, носителями которых была спесивая и возомнившая о себе имперская наследственно-клановая «элита». Скатился ли Николай II под эгрегориальным психологическим диктатом, ретранслятором которого была его супруга, на политический курс самоубийства династии и прежней государственности; либо он пожертвовал и собой, и своей семьей во имя не оглашенных им, но известных ему целей,[153] не видя иных путей к их достижению, кроме прохождения России — региональной цивилизации — через революцию, предназначение которой было смести изжившие себя государственность и общественное устройство — это особый вопрос, рассмотрение которого не входит в тематику настоящей главы.

Скажем лишь одно: Николай II (в отличие от И.В.Сталина) заблаговременной «зачистки» правящей «элиты» не только не предпринял, но и позволил «элите» проявить себя, вследствие чего и расцвели махрово её мерзости. Однако беспощадная «зачистка» именно той «элиты» всё же состоялась: в форме Великой Октябрьской социалистической революции и последующей гражданской войны.

Но для «зачистки» той «элиты» в форме царского гнева и безреволюционного развития России в ХХ веке необходимо было еще в конце XIX века заранее позаботиться и взрастить общенародный кадровый корпус управленцев гражданских и военных, учёных, высоко квалифицированных рабочих и хлеборобов, открыв возможность всем носителям искры Божией получить в системе образования доступ к культурному наследию Русской цивилизации и реализовать на этой основе творческий потенциал всех и каждого из них.

Для осуществления «зачистки» в любой форме необходимы те, на кого можно возложить миссию социальной гигиены, кто будет верен Идее, но не обратит свои властные полномочия в инквизиторские с целью сведения личных и клановых счетов; а также необходимы кадры, которые заменят тех, кто подлежит «прополке».

Однако, реальная динамика социальных процессов такова, что когда такого рода кадры есть (иными словами, к тому времени, когда они будут выращены), то в «прополке» — по существу в репрессиях за совершенное преступления и в репрессиях, упреждающих преступления — не будет необходимости, поскольку эти кадры в процессе своего роста и продвижения сами вытеснят тех, от кого жизнь общества должна быть безусловно защищена. То есть проблема не в создании «инквизиции» и её применении, а в воспроизводстве поколений, обладающих совестливостью и человеческими нравственно-этическими качествами.

Рождение цесаревича Алексея (1904 г.) пришлось почти что на середину царствования Николая II, на протяжении которого и происходили описанные нами события, в которых выразилась бездарность российской родовитой правящей «элиты» — внутриимперской «расы господ».

В эпохе Николая II и в эпохе перестройки и последовавших за нею реформ очень много общего. И как заметил В.О.Ключевский, «мы гораздо более научаемся истории, наблюдая настоящее, чем поняли настоящее, изучая историю. Следовало бы наоборот» (Соч., т. 9, стр. 384). Как и тогда, опекуны главы государства позволяют каждому проявить то, к чему он способен. Как и тогда глава государства произносит речи и делает заявления, которые не находят своего выражения в политике, поскольку политика — дело семейное.[154] Как и тогда раздираемая изнутри личностными амбициями «элита», претендуя стать «расой господ», обнажается в своей мерзопакостности, проявляя при этом нежелание и неумение работать на благо народа. Как и тогда, любители халявы едва не давили друг друга в очередях за воровскими билетами всевозможных «МММ» и на беззаботно-либеральных политических «тусовках», в результате чего многим россиянам в графе «национальность» следует записать «с дуру обманувшийся вкладчик» или «с дуру обманувшийся избиратель» (того обманывать не надо, кто сам обманываться рад). И по существу ныне каждый россиянин делами своей жизни может показать и себе, и Богу, кто он:

· либо человекообразный баран, «двадцать метров кишок и немного секса»,[155] достойный того, чтобы его резали и стригли?[156].

· либо он старается понять цель нашего существования на земле;

· либо, поняв предназначение человека быть наместником Божьим на Земле, старается искренне исполнить свою долю в наместничестве Божием.

Если признавать в каждом событии жизни знамение от Бога, то и рождение цесаревича знаменательно:

· спустя десять лет после начала царствования и начала семейной жизни родился мальчик — роду царскому открыта возможность продолжиться в последующих поколениях;

· но царь, хочет он того или нет, олицетворяет своей персоной государство, а наследник — будущее государства.

И символичность рождения мальчика, отягощенного гемофилией, на фоне множества ранее упомянутых фактов весьма прозрачна. Цесаревич родился 12 августа/30 июля 1904 г., когда уже шла русско-японская война. Но зачатие и мейоз, определивший его болезненность, свершились в тот период истории, когда русско-японская война уже созрела к тому, чтобы разразиться (в тот период — конец октября, начало ноября 1903 г. — шли переговоры России с Японией, в ходе которых Япония пришла к мысли о неизбежности разрешения своих проблем имперского роста военным путем). В первом же ударе войны пострадал броненосец, названный «Цесаревич».[157].

Вследствие врожденной болезни жизнь наследника была хрупка так же, как хрупко будущее государственности, подорванной пороками, унаследованными от прошлых веков беззаботного барства «малого народа», которым «большой народ» уже тяготится. Ты видишь, что кровотечения, кровоизлияния в результате беззаботных шалостей ребенка способны внезапно оборвать его жизнь. Так же и в доставшемся тебе государстве беззаботность и «шалости» «элиты» способны привести к пролитию крови «большого народа». Так береги «большой народ» от кровоизлияний, которые, как ты видишь по опыту русско-японской войны, для беззаботного «малого народа» — обыденное дело, как грех не осознаваемое. Кровоизлияния народные, если ты допустишь их впредь, способны оборвать жизнь государственности, которую ты возглавляешь, точно также как и кровоизлияния у наследника способны оборвать его жизнь и твой род. Тебе же при воцарении уже дали прозвище «кровавый», и это был первый намек. Теперь же речь идет не о том, много или мало ты вместе с «элитой» прольешь народной крови без толку, а о том, что «чаша» близка к тому, чтобы переполниться, а ты не видишь и не ведаешь, какая капля пролитой крови народной, переполнит её. Так что, береги кровь народную…

Таков общий смысл знаменательности рождения цесаревича, отягощенного врожденной болезнью, если знать, что Бог есть, Он — милостивый, милосердный, не возлагает на душу ничего, сверх возможного для неё, что Он — не тиран для своих рабов, если верить и доверять Ему.

Единственный, кто на протяжении всего своего времени пребывания при дворе так или иначе связывал между собой судьбу империи и династии, кровь наследника и кровь народную — это Г.Е.Распутин, всегда и неизменно выступавший за пребывание России в мире, а не в войнах за противные её народам интересы отечественной или международной «расы господ». Но его церковь и «элита» порицали и порицают и при жизни, и после убиения.

Так и у каждого человека, в каждой семье: будущее их потомства и их будущее напрямую зависит от нравственности родителей и их реальных, а не декларативных намерений на будущее. Генетический механизм естественного духовного «отбора» работает согласно исполнению Промысла на Земле. Но невозможно правильно выявить ни у себя ни у других людей (в том числе и у близких людей, с которыми связывается дальнейшая жизнь) истинные устремления и настоящие нравственные критерии, пребывая в нечеловечных типах строя психики, устраняясь от общественного долга (в этом случае всегда будет ошибочный взгляд). Для этого необходимо для начала хотя бы искренне и деятельно стремиться подняться в будущем до уровня Человека, а Бог всегда готов помочь в этом: Он всегда рядом и может даже «авансом» дать то, к чему будущий Человек ещё только устремится в своём диалоге с Ним.

2.5 Механизм естественной духовной динамики.

2.5.1. Промыслительная целесообразность и генетика.

В этой главе речь пойдет о генетическом ядре, обеспечивающем воспроизводство популяций и вида в целом в преемственности поколений; о генетически отягощенной периферии в составе популяций (в случае человечества — популяций, взаимно отделённых друг от друга не только географическими факторами как в животном мире, но и разобщенностью их культур); а также и о взаимоотношениях генетического ядра и генетически отягощённой периферии в жизни вида как одной из целостных, функционально целесообразных (в русле Промысла) подсистем биосферы. О том, на каких принципах, каким образом формируется генетическое ядро и генетически отягощённая периферия у людей.

В любой социальной организации общепринят принцип: большинство людей государства «нормальные» (до 90–95 %) при 5-10 % — «ненормальных». При этом за «норму» принимается писанный и неписанный свод законов (в том числе и духовного характера), которого в общем и целом придерживаются «нормальные» и который в большинстве случаев игнорируют «ненормальные». Однако, в любую эпоху, в любых обществах однозначно за «ненормальных» считали лиц с врождёнными либо приобретёнными психическими отклонениями, напрямую однозначно связанными с генетическими дефектами, названными генетическим грузом. Эти люди попадали в разряд маргиналов, шизофреников, олигофренов, дебилов и прочих. Но в разряд «ненормальных» попадали и люди, не отягощённые генетически в вышеприведённом смысле. Они просто не желали жить по «нормам», принятым в обществах, считая эти «нормы» не правильными, не праведными. К таким людям относился, например, Иисус Христос, который был преступником в отношении римско-иудейских норм и моралей.

И в наше время фактор «нормальности» большинства людей («нормальности» в смысле: соответствия алгоритмики психики и некой усреднённой нравственности этих людей — алгоритмике течения жизни общества и средних нравственных норм, принятых в обществе) приводит к завышенным запросам с их стороны, исходящим из самооценки этих людей. Многие люди, считающие себя «нормальными» задаются вопросом: почему мы, нормальные люди, должны жить под властью, которая не только не думает о нас, но к тому же ещё и генетически вырождается.[158] Последнее вылилось в непрекращающиеся периодически предложения, звучащие в основном с трибун законодательной власти о введении обязательной медицинской экспертизы (в первую очередь психической и генетической) для лиц, которые собираются баллотироваться в органы власти. Особенно остро этот вопрос поднимается оппозицией «правящему» режиму после ушедшей эпохи семейно-кланового «ель-цинизма».

Один из распространённых ответов на это вопрос существует и он уже давно превратился в афоризм: «каждый народ достоин своих правителей».

Но большинство «нормальных» придерживается другого мнения, что народ не достоин вырожденцев и рвачей у власти и последних надо уничтожать, чтобы «нормальным» людям жилось так, как они считают что того заслуживают… Одним из проводников такого взгляда является известный писатель Г.П.Климов, о трудах которого речь пойдёт дальше. Но кто же прав? «нормальные»? или правда состоит в выражении вышеприведённого афоризма?

Дело в том что вид «Человек разумный» отличается ото всех остальных видов в биосфере Земли тем, что жизнь его генетического ядра в повседневности подчинена генетически отягощенной периферии. У всех же остальных видов в биосфере генетически отягощённая периферия при нормальном их образе жизни не играет сколь-нибудь существенной роли, и такое соотношение генетического ядра и генетически отягощенной периферии нормально для всякого вида. Обратное соотношение, свойственное нынешнему человечеству, означает, что нынешняя глобальная цивилизация в целом ведёт объективно ненормальный для истинного человечества образ жизни в преемственности многих поколений.

В начале «перестройки» стал особо широко популярен взгляд, выраженный в трудах Г.П.Климова,[159] о том что так называемые «нормальные люди», по умолчанию почитаемые «хорошими» («социальным добром») — этически-безвинные жертвы «плохих вырожденцев» («социального зла»). В это можно действительно поверить: ведь подавляющее большинство «элиты», которая «правит» государствами действительно представляет собой вырожденцев в той или иной мере, если взглянуть на них даже с позиции большинства людей, считающихся «нормальными» — то есть с позиции обывателя.

Конечно читатели содержательно однородных произведений Г.П.Климова, формально относимых к разным жанрам,[160] не однородная масса, а они условно принадлежат к трём основным категориям:

· одни не обнаруживают в себе и своих близких признаков вырождения, ограниченный набор которых для большинства из них становится известным из книг самого Г.П.Климова, и потому считают себя «нормальными людьми»;

· другие осознают тот факт, что они сами и их дети — более или менее состоявшиеся вырожденцы;

· третьи, будучи объективно вырожденцами, тем не менее, в силу разных причин искренне не находят в себе приводимых Г.П.Климовым признаков вырождения и тоже относят себя к «нормальным людям».

Понятно, что читатели самостоятельно приходят к разным мнениям о существе показанной им проблемы, о необходимости и возможных путях её решения.[161] И отношение расходящихся между собой во мнениях групп читателей к сообщаемым им всем одним и тем же сведениям не обязательно обусловлено той категорией, к которой они отнесли себя сами, либо к которой их основательно или безосновательно отнесли другие читатели, поскольку нет взаимно однозначного соответствия «категория читателя — его нравственность, строй психики».

Однако, если бы «нормальные» были действительно объективно праведными людьми, т. е. человеками, то они не жили бы под властью вырожденцев в преемственности многих поколений. Иными словами «климовщина» уводит от вопроса: в чём состоит порочность так называемых «нормальных людей», вследствие которой они оказались под властью явно биологически ненормальных вырожденцев?

И этот вопрос как правило лежит вне нравов и вне этики и политической практики нынешнего общества. При этом, если рассматривать жизнь генетического ядра вида «Человек разумный» под властью генетически отягощённой периферии с позиций теории управления, памятуя о Высшем Промысле, то остаётся сделать вывод:

В жизни нынешней цивилизации имеет место обыкновенное замыкание отрицательных[162] обратных связей в самоуправляющейся системе (какой является цивилизация на Земле и несущий её биологический вид «Человек разумный»), и это является нормальным средством возвращения самоуправляющейся системы к предписанному для неё Создателем режиму в случаях, когда она уклоняется от этого режима куда-то в сторону.

Воздействие через контуры отрицательных обратных связей, когда режим функционирования системы вышел далеко за предначертанные для неё границы, не для всех элементов, составляющих систему, приятно. Поэтому закономерно возникает желание избавиться от такого рода воздействия. Вариантов «избавиться от воздействия» два:

· либо, упорно сохраняя прежний режим функционирования системы, тем или иным способом искусственно разорвать выявленные контуры обратных связей, через которые идет неприятное воздействие, и не допускать их образования впредь;

· либо ввести систему в иной режим функционирования, в котором характер воздействия через контуры обратных связей также станет иным, а неприятные воздействия исчезнут сами собой — как следствие перехода системы в иной режим функционирования, лежащий в русле предопределённого для неё Создателем — в русле Божией Мhры в её части, не касающейся попущения.

По их существу предложения Г.П Климова о вычищении вырожденцев из общества; политическая практика «борьбы за чистоту расы» в третьем рейхе; всем известный из школьного учебника опыт древней Спарты, где убивали всех новорожденных, если обнаруживали какую-либо патологию,[163] всё это — призывы и реальные попытки разорвать выявившиеся контуры обратных связей, через которые неприятное воздействие приходит или способно прийти в общество. Все они неизменно завершаются крахом, поскольку есть и другие — не выявленные зачинателями и участниками этих проектов — контуры обратных связей, через которые каждого из них достигает то, что было посеяно в этих проектах и чего они стараются избежать.

Для генетически отягощённой периферии в преемственности её поколений не характерна плодовитость. Для генетически отягощенной периферии характерна не плодовитость, а другое: один-два с трудом зачатых, кое-как выношенных, еле выживших болезненных ребёнка с более или менее проблемным телесным и психическим здоровьем во взрослости. Это не гарантирует даже простого воспроизводства её численности (а среди них есть и просто бесплодные и ещё и муже- и женообразные гомосексуалисты и прочие извращенцы, вообще поставившие себя вне процесса воспроизводства населения). И какая бы ни была система социальных пособий антисоциальным типам-вырожденцам, а также и опустившимся (или опущенным усилиями других) субъектам, генетически вырожденцами не являющимися, но сломленными образом жизни общества,[164] предоставленные ей и самим себе все они полностью вымерли бы в течение жизни если не одного, то нескольких поколений.

Но они (вырожденцы) не вымерли и за многие века, на протяжении которых сменили друг друга десятки и сотни поколений, в условиях, когда государства, поддерживая толпо-«элитарное» устройство жизни общества и разобщённость индивидов и их корпораций, никаких социальных гарантий и пособий не предоставляли, оставляя каждую семью, каждого одинокого человека наедине с его бедами и тяготами без какой-либо гарантированной помощи со стороны. При этом довольно многочисленная генетически отягощённая периферия присутствует как постоянный фактор в истории нынешней глобальной толпо-«элитарной» цивилизации человечества. И происходит это вовсе не потому, что в смешанных браках с генетически здоровыми особями она возобновляет свои поколения.

Генетически отягощённая периферия присутствует в обществе на протяжении всей истории потому, что из поколения в поколение при том образе жизни, который имеет место, при той культуре, которую поддерживает общество, её воспроизводит само же генетическое ядро, размножаясь по пословице «в семье не без урода».

Посмотрите вокруг себя, среди своей ближней и дальней родни, на статистику жизни потомков некогда многодетных «нормальных супругов» в последовательности нескольких поколений. Из нескольких братьев и сестёр, рождённых «нормальными» родителями несколько поколений тому назад, какова доля тех, кто «нормально» продолжили род, родив «нормальных» детей, которые родили «нормальных» внуков на радость дедам и бабкам? а какова доля тех, кто опустились по разным причинам (преимущественно обусловленным особенностями культуры[165]) уже в первом поколении, чьи потомки уже явно принадлежат к генетически отягощённой периферии?

И соответственно этому порочному образу жизни обратные связи в отношении человечества на нынешнем этапе развития его цивилизации замыкаются Свыше внесоциальной властью по принципу: если вы плодите уродов-выродков, хотя вам дано всё, чтобы, во-первых, рождать исключительно биологически полноценных людей и, во-вторых, воспитывать их исключительно человеками — наместниками Божиими на Земле — то внутрисоциальная власть над вами отдаётся вашим же уродам-выродкам. Они сами собой исчезнут из общества только вследствие того, что вы сами измените свой образ жизни и обретёте достоинство Человека в Мироздании.

Почитающие себя «нормальными людьми» могут возражать против этого, уходить от ответственности за происходящее и тешить себя подсунутой им к случаю чужой мыслью о том, что у вырожденцев — «плохая карма», которую они де сами себе наработали в прошлых жизнях и в этой жизни расплачиваются за прошлые грехи, а многие из них ещё более усугубляют свою «карму», сотрясая своими извращениями мир (который «нормальные» в их большинстве безоглядно почитают исключительно «своим», но не Божиим, хотя бы отчасти). А «нормальные», дескать, только присутствуют при том, что творят вырожденцы, якобы узурпировавшие разнородную власть, и расхлёбывают всё это. Но есть иное воззрение:

В действительности первозданная душа, пришедшая в этот Мир, не виновата ни в чём из того, что сотворили на Земле прошлые поколения; нет на ней и «первородного греха», который злонравные церкви возлагают на каждого, морально подавляя им многих. Но в том, что каждое поколение первозданных душ, приходя в бытие Земли, наследует жизненные обстоятельства от прошлых поколений (часть из этих обстоятельств, возводя на Всеблагого Бога напраслину, церкви и включают в «первородный грех») и передаёт в качестве наследия последующим поколениям всё, что само добавило к унаследованному — состоит знамение единства и целостности Мира.

И у каждой души в этом Мире есть своё предназначение, вне зависимости от того, что непосредственно и в каком состоянии она унаследовала: Бог не возлагает на душу ничего, кроме возможного для неё (Коран об этом говорит неоднократно, в частности: 2:233, 2:286). И в судный день с каждого будет спрошено за то, что душа могла сделать, но не сделала; за то, что сделала нечто, препятствуя Промыслу по своей отсебятине или под давлением чужого деспотизма; а не за то, что не могла сделать потому, что ей это не позволило сделать полученное ею генетическое наследие (телесное и духовное), а также и унаследованная её поколением культура народа и человечества в целом.

Кроме того, как можно понять, ни одно тело, будь оно пышущим генетически унаследованным здоровьем либо отягощенным генетическим грузом, при свойственной телам физиологии, во многом обусловленной психологией индивидов, в длящуюся ныне эпоху жизни человечества не способно к тому, чтобы быть обиталищем души на вечные времена: до «Судного дня» и далее неограниченно.

Поэтому по отношению к вечности все генетически обусловленные телесные особенности и специфическое духовное наследие каждого из нас не имеют значения. И соответственно нет причин ни для того, чтобы самозабвенно упиваться возможностями, предоставляемыми «беспроблемным генетическим наследием», и превозноситься над «генетически обделёнными», тем более презирая и ненавидя их (Всеблагой Вседержитель не ошибается: и ненавидя их, тем самым ненавидят Его), ни для того, чтобы завидовать другим и порицать Бога за то, что дал в удел в этом мире проблемное наследие.

Смысл жизни каждого в другом: вне зависимости от унаследованных телесных и духовных личностных и общественных обстоятельств жизни души по отношению к вечности имеет значение, какой вклад каждый внесёт в то, чтобы передать Мир последующим поколениям лучшим, нежели он получил его во временное пользование сам от предыдущих поколений.

Всё это говорит о том, что человечество, создав какую ни на есть цивилизацию, вовсе не выпало из того процесса, который наука именует «естественным отбором». Но поскольку предназначение вида «Человек разумный» качественно отличается от предназначения всех прочих видов в биосфере Земли, то заложенные Свыше критерии отбора и алгоритмика давления среды на вид в целом и на каждую из его особей — иные, а не те, что свойственны для остальных видов в биосфере Земли.

По существу наша жизнь протекает на этапе ещё только становления человечества, а не на этапе поддержания нормальной жизни уже состоявшегося человечества в биосфере планеты и в Мироздании.

В этом исторически длительном процессе преображения человекообразия в человечность и на «нормальных людей», и на «вырожденцев», таких, каким является каждый из них, возложены определённые функции, взаимно дополняющие друг друга именно в этом процессе:[166].

· Те, кто не отягощён генетически, воспроизводят биологический вид и его популяции в преемственности поколений. Но поскольку все выросли в порочной культуре, то они пребывают бульшую часть времени их жизни при нечеловеческом строе психики, вследствие чего оказываются под властью программ инстинктивного поведения и их культурных оболочек, а также под властью сложившейся традиционной культуры.

· Те, кто отягощён генетически, испытывают разного рода проблемы, вследствие которых не могут вести почитаемый за «нормальный» образ жизни, но тем самым они освобождены от многих забот, свойственных «нормальному» образу жизни, и потому могут нести те функции, от которых генетическое ядро уклоняется, будучи в своём большинстве представлено носителями нечеловечных типов строя психики, которые и выражаются в «нормальном» образе жизни.

Но если продолжение рода как функциональная нагрузка «нормальных людей» в жизни вида общепонятна, то функциональная нагрузка генетически отягощённой периферии в жизни этого же вида на нынешнем этапе его развития[167] не очевидна и требует пояснений.

Будучи носителями нечеловечных типов строя психики и свойственного им «Я-центричного» мировоззрения, большинство нынешнего человечества имеет крайне грубую чувствительность, вследствие чего сами люди не чувствуют большей части тех тягот, бед, неприятностей, разнородной боли, которые они же своими обдуманными и не умышленными действиями и бездействием доставляют другим: окружающим людям, биосфере, всему тому, что стоит вне их осознанного чувствования. Только одно из многих проявлений этой бесчувственности (грубости чувств) состоит в том, что это большинство на протяжении многих поколений ведёт такой образ жизни, что какая-то доля их потомства оказывается генетически отягощённой, представляя собой биологически уродов-выродков.

Если же посмотреть на генетически отягощённых как на составляющую популяции (составляющую вида в целом), то вне зависимости от того, кому из них какое проблемное наследие досталось в удел в этой жизни, но именно им дано Свыше прочувствовать «на своей собственной шкуре» в прямом смысле этих слов бедственные последствия порочного образа жизни цивилизации в целом. И это — почти что только их информационное достояние, недоступное для осознания «нормальными» при нечеловечных типах строя психики и «Я-центричном» мировоззрении, свойственных большинству из них, вследствие чего большинству «нормальных людей» всё то, с чем реально имеет дело психика вырожденцев и их сознание, в частности, представляется чем-то внешним, подчас реально не существующим, какими-то беспочвенными и бесцельными фантазиями или болезненным бредом. Другое дело, как те, кому дано прочувствовать «на их собственной шкуре» бедственные последствия порочного образа жизни нынешней цивилизации, осмыслят то, что чувствуют преимущественно они, и ощущение чего недоступно в большинстве своём «нормальным».

Соответственно сказанному политика целенаправленного выявления и уничтожения генетически отягощённой периферии по существу эквивалентна лишению нынешнего человечества в целом чувствительности к целому ряду жизненных проявлений, порождённых им же самим, т. е. эквивалентна огрублению его чувств и разума, ещё большему, чем это имеет место ныне.

Такая политика — объективное зло потому, что объективно препятствует переосмыслению нынешним человечеством, таким каково оно есть, своего образа жизни (в основе которого лежит господство нечеловечных типов строя психики и выражающая их культура). Без переосмысления же господствующего порочного образа жизни общества (т. е. не только самих себя или кого-то из индивидов персонально) невозможно и освобождение людей от порочности, а без этого невозможно и преображение вида «Человек разумный» в истинное человечество из нынешнего человекообразия на основе творческого освоения и дальнейшего развития культуры общества, в которой происходит личностное становление людей каждого поколения в преемственности поколений. Такая политика — объективное зло потому, что направлена на поддержание человекообразия, препятствуя становлению человечности.

Взросление «нормальных» и генетически отягощённых протекает по-разному. Чем раньше начинает проявляться воздействие генетического груза в составе как хромосомного, так и духовного наследия, тем раньше жизнь генетически отягощённого ребёнка начинает отличаться от жизни «нормальных». Так происходит разделение поколения: «нормальные» детишки в своей детской жизни улицы, двора, группы в яслях и садике, в классе замечают, что есть и другие — «ненормальные», которые ведут себя не так, как они.

Однако в категорию «ненормальных» попадают не только генетически отягощённые, но и те, кто не является генетически отягощённым в смысле проблем телесного и психического здоровья, но кто является достаточно ярко выраженным мутантом в смысле ненаправленной изменчивости; те, на чью психику оказывает определяющее воздействие духовное наследие, по своему составу качественно отличающееся от духовного наследия «нормальных»; а также и те, в чьих семьях воспитание детей протекает не по общепринятой в обществе «нормальной» традиции. «Ненормальные» также замечают, что и они не такие, как их окружение: не такие не только по телесным характеристикам, но и по психологическим, определяющим интересы и поведение.

У тех и других разные интересы, разные игры, разные занятия. Процесс разделения поколения, начавшись в раннем детстве, когда детишки только начинают ходить, разговаривать, общаться между собой, продолжается до завершения отработки генетической программы формирования взрослого организма. К этому возрасту в основном выясняется, кто в поколении способен вести общепринятый «нормальный» образ жизни, а кто нет. Процесс расслоения поколения продолжается и далее за счёт своеобразия жизненных целей и путей их достижения тех, кто не остановился в личностном развитии по достижении телесной зрелости, хотя большинство останавливается в личностном развитии, будучи увлечённым «нормальным» образом жизни, однако основная масса разделяется на «нормальных» и «ненормальных» к возрасту завершения отработки генетической программы формирования взрослого организма.

Ещё раз подчеркнём, что «нормальным» в нынешней цивилизации почитается (хотя этот факт и не осознаётся большинством во всей его определённости) сочетание, во-первых, телесного здоровья, во-вторых, животного строя психики, проявления инстинктивных программ поведения которого могут в каких-то обстоятельствах сдерживаться зомбирующими программами, почерпнутыми из культуры (в том числе привычками), и волевыми усилиями собственного или чужого демонизма.

Иными словами строй психики зомби и демонический строй психики в ранее определённом смысле этих терминов — не иерархически разновысокие ступени развития взрослой личности, а разные стадии нормально не завершившегося развития ребёнка. Консервация достигнутого в детстве и подростковом возрасте уровня развития у телесно взрослой особи является недоразвитостью.

И по их существу строй психики зомби и демонический представляют собой специфические модификации животного строя психики: при строе психики зомби диктат инстинктов сдерживается, а не происходит освобождения от него; а демонический строй психики к сдерживанию инстинктов в определённых ситуациях ещё добавляет и преодоление в каких-то ситуациях традиций культуры и прочих программ поведения, свойственных строю психики зомби.

Вследствие этого строй психики зомби и демонический строй психики несут в себе разнородные внутренние конфликты личности, от большинства которых свободен носитель свободно сложившегося животного строя психики.[168].

Соответственно такому выявлению существа «нормальности» в жизни нынешней цивилизации до настоящего времени в подгруппу «ненормальных» попадают:

· действительные биологические вырожденцы, испытывающие генетически унаследованные более или менее ярко выраженные проблемы с телесным и психическим здоровьем;

· мутанты в смысле ненаправленной изменчивости, характер мутаций у которых никаких проблем со здоровьем не вызывает;

· те, кто вырос под определяющим воздействием уникального (или просто крайне редкого) по своему содержанию для этого общества духовного наследия;

· те, кто получил какое-то «ненормальное» воспитание (в том числе и те немногие, кого родители с Божией помощью смогли вырастить носителями человечного строя психики вопреки культуре, господствующей в толпо-«элитарном» обществе);

· те, кто является носителем каких-то сочетаний ранее названных видов «ненормальности».

Но и среди тех, кто не способен вести «нормальный» образ жизни в силу разных причин — как обусловленных генетически, так и «ненормальным» воспитанием — также количественно преобладают носители нечеловечных типов строя психики. Однако, поскольку они не обременены житейскими заботами, свойственными «нормальному» образу жизни, то у них есть свободные силы и время для того, чтобы заняться чем-то другим.

Конечно, речь не идёт о тех из них, кто подавлен телесными и психическими недугами до такой степени, что у них нет сил ни на что другое, кроме борьбы за выживание собственного тела.[169].

При этом следует иметь в виду, что высвобождение времени и сил «ненормальных» для каких-то видов деятельности, которые не свойственны «нормальному» образу жизни, не носит импульсный, мгновенный характер, хотя в жизни случается и такое.[170].

Процесс высвобождения времени и сил (прежде всего, относящихся к области психической деятельности индивида) протекает на протяжении всего периода детства и юности сопутствуя процессу разделения поколения на «нормальных» и «ненормальных». Но вслед за этим процессом высвобождения времени и сил на протяжении всего детства и юности протекает процесс переориентации высвобожденных из «нормального» образа жизни личностных ресурсов «ненормальных» на достижение целей, «нормальному» образу жизни не свойственных.

И этот процесс протекает в объемлющем его процессе внутривидовой конкуренции, в которой большинство «нормальных» так или иначе отторгает от себя «ненормальных». Характер этого отторжения охватывает широкий диапазон действий различной интенсивности: от простого игнорирования предложения дружбы до коллективной травли «ненормального», представляющей прямую опасность для его телесного и психического здоровья и самой жизни.

В такого рода детско-юношеских конфликтах, не мотивированных этическими внутриобщественными причинами взаимоотношения личностей, но обусловленных общебиологическими инстинктивными программами,[171]«нормальные» обладают подавляющим численным преимуществом, что большей частью исключает ответные действия «ненормальных» в силовой области. Гарантированная при численном превосходстве победа «нормальных» позволяет им и впредь бездумно по инерции вести «нормальный» для их возрастной группы образ жизни, а реальные и возможные впредь поражения «ненормальных» стимулируют их к освоению навыков пользования иными — не используемыми «нормальными» — средствами защиты себя и своих интересов при жизни с «нормальными» в одной социальной системе.

Какие навыки возможно освоить и использовать для своей самозащиты «ненормальным» — зависит от конкретной исторической эпохи. На протяжении нескольких последних веков развития цивилизации в свод этих иных, большей частью не силовых средств обеспечения собственной безопасности «ненормальных» входят и общепонятные «клоунада» перед сверстниками и разнородное художественное творчество, благодаря которым «ненормальный» становится источником эмоциональной подпитки для «нормальных»; освоение разнородных общественно полезных, и прежде всего, школьных знаний, поскольку ни одному «нормальному» не придет в голову портить отношения с тем, кто завтра не даст списать на контрольной, после чего придётся отчитываться перед родителями за полученную двойку; и иные виды демонстрации собственной полезности, которые если и не решают проблемы вхождения «ненормального» ребёнка в коллектив сверстников на равных, то исключают внутрисоциально не мотивированную агрессию против него этого коллектива.

Но от опережающего освоения знаний в объёме «нормальной» для общества программы образования, будь оно исключительно домашним или общественным — всего один шаг до «сверхпрограммного» освоения навыков и знаний, включая и навыки и знания осознанного властвования над коллективом в обход установленных и признаваемых обществом институтов власти; а следующий за ним шаг — освоение навыков обуздывания традиционных для общества институтов власти и использования их по своему разумению (в том числе через воздействие на эгрегоры: как осознанное, так и не осознаваемое; в последнем случае субъект начинает замечать, что ему почти всегда везёт, а его противникам почти всегда не везёт, хотя механизм распределения и адресации везения/невезения остаётся скрытым и от него, и от большинства окружающих) и порождение новых институтов власти.

Кроме того, описанный процесс освоения «ненормальными» не свойственных для «нормального» образа жизни навыков, знаний и сфер деятельности имеет свою специфику как в мальчишечьей, так и в девчачьей подгруппах поколения, в подробности чего мы здесь вдаваться не будем.

Во взрослой жизни толпо-«элитарное» общество, несущее недостойную человечности порочную культуру, имеет дело только с последствиями этого процесса, протекавшего в детстве каждого поколения без пристального внимания к нему как профессиональных педагогов (воспитателей детских дошкольных учреждений и учителей школы), так и профессиональных политиков и искусствоведов (включая и «искусствоведов в штатском» всех времён и народов). Исключительно последствиям этого процесса, проявляющимся во взрослости, уделяют повышенное — но бесполезное для разрешения кризиса нынешней цивилизации — внимание Г.П.Климов и сторонники других «расово-евгеническких» проектов, забывая обо всём остальном, относящемся как к биологии вида «Человек разумный», так и к его социологии.

Но именно вследствие этого процесса, протекающего в детстве и юности каждого поколения в толпо-«элитарном» обществе с количественным преобладанием нечеловечных типов строя психики, наука, искусства, политика, преступления против писаных и неписаных законов общества оказываются сферами деятельности преимущественно «ненормальных».

Среди «ненормальных» далеко не все биологические выродки, по какой причине еще одним пороком «климовщины», представляющим опасность для общества, чья политика может быть выстроена на её основе, является то, что Г.П.Климов не уделяет должного внимания процессам, обусловленным качественной неоднородностью «ненормальных», прежде всего, биологических выродков и остальных ранее названных нами групп, биологическими выродками не являющимися. Без различения этих категорий «ненормальных» возможно по предубеждению посягнуть и на уничтожение истинно Божиего дара, квалифицировав его из ряда вон выходящую ненормальность как явное вырождение или неоспоримую дьявольщину, и тем самым обездолить человечество на целые эпохи.

Однако освоение «ненормальными» детишками в процессе взросления знаний и навыков, не свойственных «нормальному» образу жизни, характеризует только внешне проявляющуюся сторону процесса разделения поколения, поскольку знания и навыки, характерные для одной эпохи, не характерны в другую эпоху.

Есть и специфическая психологическая подоплёка, лежащая в основе этого процесса и остающаяся неизменной на протяжении всей истории общества с количественным преобладанием нечеловечных типов строя психики: общества толпо-«элитарного». Биологически обусловленное отторжение «нормальными» детишками «ненормальных» сверстников является внешним давлением, под воздействием которого некоторая часть «ненормальных» переходит от чисто животного строя психики к иным типам строя психики, опережая в этом «нормальных».

Это так, поскольку животный строй психики, в котором поведение подчинено инстинктам в явном виде или в их оболочках, выработанных культурой, не обеспечивает дееспособности в тех частотных диапазонах, в которых протекают те виды деятельности, которые в толпо-«элитарном» обществе становятся преимущественно уделом «ненормальных». Именно вследствие этого «нормальные» не выдерживают конкуренции с «ненормальными» в борьбе за места в этих сферах, конечно, если вступают в такого рода борьбу. И это — не новое открытие. Об этом было известно издревле, хотя такого рода знания выражались в иной форме.

Корпоративность выродков, направленная на вытеснение «нормальных» из этих сфер деятельности, тоже имеет место, но она возникает только после того, как потенциал «нормального» уже проявился. На первом этапе реакция корпорации в подавляющем большинстве случаев однозначна: если умный, талантливый к чему-либо — значит наш. Корпоративная травля начинается только после того, как талант проявляет себя в антикорпоративной деятельности. Причём в этом случае корпорация одинаково ополчается и против биологически нормальных одаренных людей, и против генетически отягощенных выродков: пока чья-либо антикорпоративная деятельность не выявлена прямо или не заподозрена, то всякий талант для корпорации — «свой в доску», и если ему даже не свойственны какие-то пороки, то ославят сами, чтобы был «как все». Это косвенное подтверждение того, что в основе сосредоточения «ненормальных» в определённых сферах деятельности всё же лежит различная дееспособность каждого из выявленных типов строя психики в разных частотных диапазонах.

Главное качество демонизма — мотивированное (умышленное) либо немотивированное (не умышленное) стремление индивида обособиться от Бога. То есть демонизм вообще — это более широкое явление, чем осатанелость, если под осатанелостью понимать осознанное вхождение в иерархию демонических сущностей, целенаправленно противоборствующих Божьему промыслу, и подчинение этой иерархии. Демонизм вообще, кроме осатанелости, включает в себя и единоличный демонизм (он обычно сбмоименуется индивидуализмом), который может быть как злонамеренным, так и благонамеренным (по отношению к житейскому пониманию добра и зла); а также коллективный демонизм типа Лаодикийской церкви[172] («не холоден и не горяч, а тёпел», «нейтралитет», «моя хата с краю — ничего не знаю», да и знать не хочу).

То, что часть демонических персон образуют иерархии, главная из которых откровенный сатанизм, а какая-то часть демонических сущностей действует единолично — это вторичное явление по отношению к личной безучастности демонических сущностей к Высшему предопределению либо их недовольству Богом и Его Промыслом.

И именно носители демонического строя психики выстраивают и поддерживают иерархии личностных отношений, маскируя поддерживаемую ими иерархичность личностных отношений иерархичностью взаимного подчинения и ответственности должностей (постов) в общественном объединении труда. То есть в толпо-«элитарной» организации общественной жизни выражается внутриобщественная власть носителей демонического строя психики.

При этом носители демонического строя психики, оккупировавшие общественно значимые сферы деятельности, требующие того или иного творчества, почитают «нормальными» людьми себя не взирая на все, подчас очень тяжелые признаки биологического вырождения, а биологически нормальных почитают «недочеловеками», хотя в качестве человеков не состоялись в большинстве своем ни те, ни другие.

Только при демоническом и человечном строе психики индивид в состоянии осознанно-осмысленно поддерживать своею деятельностью процессы, продолжительность которых превосходит продолжительность его жизни. Но во всех социальных процессах носители строя психики зомби и демонического строя психики делают то, чего не понимают, вследствие чего сами же они разрушают возможности осуществления того, к чему стремятся, расчищая дорогу и место свершениям других. Так в алгоритмике осуществления Высшего Промысла разнородный демонизм своею же ограниченностью низводит себя до уровня зомби — средства осуществления не им определённых целей.

При этом все проблемы демонизма проистекают именно из его самонадеянного мнения о своей самодостаточности и по их существу состоят в отрицании демонизмом Божьего Промысла и Вседержительности, следствием чего является собственная ограниченность демонизма, вызывающая непредсказуемые для его сторонников последствия, когда намерения демонизма не укладываются в Высшее предопределение, которое неизбежно свершается в его полноте, сметая и пресекая всё ему чуждое тогда, когда наступает срок. Вследствие этого демонизм терпит крах, когда его намерения противоречат алгоритму осуществления Божиего Промысла; при этом даже казалось бы достигнутый результат обесценивается сопутствующими ему непредвиденными обстоятельствами.

И только человечный строй психики сопричастен вечности и выражает её нормы в ограниченной по срокам жизни каждого индивида, каждого поколения, каждого народа, всего человечества.

И соответственно этому реально на Земле высшую внутрисоциальную власть осмысленно осуществляют только носители если и не совершенно-человечного строя психики, то те, кто преодолел свой демонизм в относящихся к конкретному делу проявлениях и деятельно и непреклонно стремится необратимо перейти к совершенно-человечному строю психики.

Такого рода алгоритмика автоматически безусловного отдания предпочтения поведению: на основе инстинктов, на основе традиций культуры, на основе собственного разумения и одержимости, и на основе водительства Свыше, характеризующая каждый из выявленных типов строя психики — порождает статистику распределения населения по частотным диапазонам, в которых каждая из групп либо дееспособна, либо утрачивает дееспособность. Практически же свойственная каждому из типов строя психики алгоритмика автоматически безусловного отдания предпочтения не только выбрасывает носителей каждого строя психики из несоответствующих им частотных диапазонов, но более того — препятствует вхождению в низкочастотные диапазоны «высокочастотников», со строем психики (и нравственностью, лежащей в его основе), не подходящими для управления этими процессами в русле Промысла.

Далеко не бессмысленно бытие и всевозможных выродков, которые не желают вести иного образа существования, кроме как в ненасытности получать от жизни разнообразные и ничем не ограниченные удовольствия. Это называется «жить надо сейчас и ни в чём себе не отказывать». Они вовлекают в развратную гульбу, ведущую к вырождению и бесплодию опять же «нормальных», в чьём генетическом хромосомном и духовном наследии нет тому альтернативы или есть к тому задатки. Эти задатки могут быть либо нейтрализованы или преодолены самим их носителем, либо активизированы извне при его непротивлении; точно также пустоты в его духовности могут быть заполнены порочностью только при его деятельном соучастии (злонравии) или непротивлении вследствие его же безнравственности (неопределённости — отсутствии или многозначности, в частности, двойственности нравственных мерил-стандартов).

Вовлечение нормальных носителей нечеловечных типов строя психики в разврат, во-первых, ведёт к обнажению перед обществом того факта, что в его жизни что-то протекает далеко не так как дулжно. И это заставляет какую-то часть «нормальных» и «ненормальных», включая и самих идущих по пути порока, задуматься о смысле жизни и о возвращении общества и каждого из них персонально к дулжному образу жизни человеков; а во-вторых, ведёт к сокращению рождаемости нормальных представителей человекообразия, и поддерживает тем самым численность человекообразия в допустимых для Земли пределах (кроме того, оно создает потенциал для возможных в будущем социальных катастроф, которые способны унести ещё множество жизней нормальных человекообразных).

Но и эти — длительные по отношению к продолжительности жизни индивида — процессы также либо невидимы, либо непонятны для «высокочастотников», не желающих задумываться о смысле жизни и почитающих себя «нормальными» без каких-либо оговорок.

То есть это всё — замыкание общебиосферных контуров отрицательных обратных связей в жизни вида «Человек разумный». Они замыкаются в обход контроля сознания тех, кто почитает не осознанно или осознанно «нормальным» нечеловечные типы строя психики. Эти обратные связи ограничивают рост численности человекообразия в биосфере и потому объективно полезны, хотя человекообразным и неприятны.

Но кроме них есть ещё и контуры преимущественно внутриобщественных отрицательных обратных связей, которые замыкаются через сознание людей — большей частью через сознание «ненормальных».

Среди «ненормальных» есть ещё подгруппа, которая высвободившиеся при выходе из «нормального» образа жизни их личностные ресурсы сил и времени, употребляет на то, чтобы выявить, осознать, осмыслить, преобразовать и развить:

· доставшееся каждому из них генетическое, прежде всего, духовное наследие;

· сложившуюся культуру общества, в котором они живут, или её отдельные отрасли (науку, музыку и т. п.);

· культуры других народов и человечества в целом;

· процессы общественной жизни как внутри своего общества, так и глобальные;

· а также и всё то, что приносят своеобразные чувства каждого, включая и «экстрасенсорику»,[173] которая так или иначе свойственна всем на бессознательных уровнях психики, хотя отображение её на уровень сознания обладает у каждого своей развитостью образов, языка «внутреннего голоса», звукового сопровождения и т. п.

Нормальные носители животного строя психики и зомби, настроенные на беспроблемное для их психики пребывание в социальной среде, этими видами деятельности если и занимаются, то эпизодически, что не характеризует их внутриобщественные функции, поскольку они поглощены заботами «нормального» образа жизни, хотя и импульсные воздействия с их стороны в этих областях деятельности могут оказать неизгладимое воздействие на жизнь цивилизации даже в глобальных масштабах. Но систематически этими видами деятельности всё же занимаются не они, а все ранее названные категории «ненормальных»:

· действительные биологические вырожденцы, испытывающие генетически унаследованные более или менее ярко выраженные проблемы с телесным и психическим здоровьем, кому дано прочувствовать порочность образа жизни цивилизации «на их собственной шкуре»;

· мутанты в смысле ненаправленной изменчивости, характер мутаций у которых никаких проблем со здоровьем не вызывает;

· те, кто вырос под определяющим воздействием уникального (или просто крайне редкого) по своему содержанию для этого общества духовного наследия (среди них рожденные в межэтнических браках — предмет особой обеспокоенности расистов всех мастей);

· те, кто получил какое-то «ненормальное» воспитание (в том числе и те немногие, кого родители с Божией помощью смогли вырастить носителями человечного строя психики вопреки культуре, господствующей в толпо-«элитарном» обществе);

· те, кто является носителем каких-то сочетаний ранее названных видов «ненормальности».

Все эти категории «ненормальных» своею деятельностью изменяют культуру как овеществленную, так и духовную (эгрегоры общественной в целом значимости, поддерживаемые обществом) и тем самым изменяют характер давления среды на генетическое ядро вида «Человек разумный» и его популяций, что изменяет характер «нормального» образа жизни как такового, а также изменяет осознание и понимание в обществе «нормальности» и «ненормальности». И систематичность занятия такого рода деятельностью определяет внутриобщественные функции этой категории «ненормальных».

Это и есть внутриобщественный контур замыкания отрицательных обратных связей в системе «генетическое ядро — генетически отягощенная периферия».

Будучи занятыми по существу одними и теми же видами деятельности, представители каждой из категорий «ненормальных» отличаются друг от друга, прежде всего, её информационным обеспечением:

· одним — прежде всего, биологическим вырожденцам, а также рожденным в межэтнических браках — дано прочувствовать проблемы развития человечества и многие результаты порочного образа жизни цивилизации «на их собственной шкуре» в буквальном смысле этих слов;

· другие в состоянии воспринять те же самые и другие проблемы из достояния культуры общества либо избирательно, либо широко и независимо от того, каким в тех или иных нравственно-этических оценках ни представляется это достояние;

· третьи способны воспринять проблематику непосредственно из жизни, из жизненного опыта как своего, так и окружающих;

· к четвёртым информация о действительной или мнимой проблематике и способах действительного или мнимого разрешения проблем и «проблем» попадает через «экстрасенсорику», представляя собой их прямые осознанные запросы (подобно тому, как читатели ведут себя в библиотеке), разнородные наваждения, приход которых не подконтролен сознанию (воля всегда действует с уровня сознания), либо водительство Свыше Божией милостью.

Переработка всей этой информации протекает сообразно личностной культуре психической деятельности каждого, но выдаваемые в общество результаты обусловлены сложившейся нравственностью и направленностью изменения нравственности в перспективе (от краткосрочной до долгосрочной), и как следствие — направленностью изменения строя психики. Эти процессы вполне подвластны осознанной воле людей.

Люди (за исключением случаев особо тяжелой психической патологии или крайней осатанелости, выражающейся в почти полной одержимости и утрате власти над самими собой) свободны в своем отношении к поступающей информации, свободны изменить сложившееся у них отношение к ней и преобразовать её. Вследствие этого не всё то, что приходит даже непосредственно от Бога, идёт на пользу отдельному субъекту или каким-то группам людей; но и не всё то, что приходит в наваждениях, идёт во вред.

И в конечном итоге весь процесс изменениякультуры и образа жизни цивилизации как факторов давления среды обитания на биологический вид и его популяции в результате деятельности «ненормальных» протекает в русле Промысла в направлении преображения человекообразия в человечность.

При этом идет процесс формирования единой глобальной культуры, предназначенной для того, чтобы объединить всё человечество. По существу в русле становления глобальной культуры человечества протекают два враждебных друг другу процесса:

· библейско-талмудический проект в его религиозно-культовых и светских модификациях предполагает уничтожение национальных культур всех народов Земли и создание некой «серой расы» рабочей силы и поп-культуры для неё, поддерживающей рабов при животном строе психики или строе психики зомби. «Серая раса» соответственно планам проекта должна быть выплавлена в горниле смешения крови (генетического материала) в непрестанно следующих друг за другом в череде поколений межэтнических браков. Она должна служить «расе господ», на какую роль в проекте определены расово чистые иудеи. Социальная организация предполагается в стиле социализма по марксистско-троцкистской модели, примерно как СССР в эпоху Хрущёва и Брежнева, но при положительной селекции кадров и с отданием предпочтения не тоталитарной идеологии, а тоталитарной психологии (саентология).[174] Проект предполагает, что генетический механизм народов работает на том же своде закономерностей, что и генетический механизм видов животных, вследствие чего создание «серой расы рабов», заведомо уступающих «расе господ» по своим антропометрическим (и прежде всего, интеллектуально-психическим показателям) в принципе возможно.

· построение глобальной культуры, объединяющей все народы, на основе их национальных культур за счёт выявления и устранения конфликтности и несовместимости в национальных алгоритмиках и заполнения пустот, разделяющих культуры, продуктами совместного творчества народов и их представителей. В русле этого процесса лежит сталинское определение, что культура многонационального общества должна быть социалистической по содержанию и национальной по форме. Социалистическое содержание предполагает бесконфликтность национальных культур на основе искоренения паразитизма одних на труде других и биосфере, прежде всего как системного фактора. А сохранение и развитие «национальных форм», предполагает осуществление положения об искоренении паразитизма с учетом традиций и достижений культуры каждого из народов. При этом по умолчанию предполагается — на основе чувства — что межэтнические браки, основанные на любви супругов, для генетики последующих поколений опасности не представляют, вследствие чего многонациональное общество будет устойчиво развиваться и, возможно, с течением времени перейдёт в новое качество — единой глобальной расы людей, которая не будет «серой», но в которой наиболее ярко проявятся наилучшие разнообразные качества Человека. Ф.И.Тютчев прямо указал в стихотворении «Два единства» на то, что в осуществлении именно этого глобального проекта находит себя алгоритмика Русскости. Она — мощнее и дееспособнее библейско-талмудической: вопрос только в том, что такое истинная любовь, которая выводит генетику человека за пределы закономерностей, свойственных видам животных в биосфере Земли, и тем самым гарантирует успешность осуществления этого глобального проекта, который, по нашему мнению, и лежит в русле Высшего Промысла.

В этом процессе становления глобальной культуры, объединяющей всё человечество, для тех, кто рожден в межэтнических браках, несовместимость и конфликтность разных национальных культур — не абстрактные слова, а конфликты их родовых эгрегоров, и душа каждого из них — поле боя в таких конфликтах. И они могут посеять на этом поле нерушимый мир, разрешив в своей психике конфликты разных культур, а изменив тем самым информационное содержание своих родовых эгрегоров, принадлежащих к порядкам взаимной вложенности эгрегоров народов, они могут сделать невозможным и конфликт между самими народами, поддерживающими эти эгрегоры. Но они могут поступить и наоборот: обострить конфликт в своей душе, а изменив тем самым родовые эгрегоры и объемлющие их в порядках взаимной вложенности эгрегоров — обострить и конфликты культур, которые могут вылиться в реальные межэтнические конфликты.[175] Это одна из причин, по которой национальные общества не должны озлоблять тех, кто рождён в межэтнических браках: в предельном случае в результате озлобленности может быть разрушен этнический эгрегор, что приведёт к исчезновению поддерживающей его этнической группы.

Для всех остальных людей разрешение конфликтности разных национальных культур возможно только через освоение достижений самих конфликтующих культур, а также через развитие своей духовности, что позволяет непосредственно ощущать в своей психике конфликтующие эгрегоры и оказывать на них воздействие, вследствие которого изменяются сами культуры.

Соответственно этому еще один — Промыслительный, выходящий за пределы тварного Мироздания — контур отрицательных обратных связей замыкается непосредственно в среде тех, под чьим воздействием изменяется качество и направленность давления культуры и образа жизни на биологический вид, биоценозы и биосферу Земли в целом.

Прежде всего определимся во мнении: направленность Высшего Промысла можно понять из «Откровений», имевших место в истории человечества, а по жизни — из того, что принято называть голосом совести. По совести и соотносимой с совестью интеллектуально-рассудочной деятельности можно выявить и исправить извращения «Откровений» в их записях в писания, именуемые «священными».

В генетический механизм вида «Человек разумный» заложен более широкий набор возможностей и закономерностей, чем тот который свойственен видам животного и растительного миров, а также простейшим и насекомым. И если что-то из этого более широкого набора не работает при нечеловечных типах строя психики, при замыкании психики индивидов на эгрегоры, порожденные человекообразием, то не надо ограничивать неизвестные пока ещё возможности людей и Промысла представлениями, свойственными современному уровню биологической науки (и генетики, в частности), тем более что сама нынешняя наука[176] проистекает из смеси традиций идеалистического и материалистического атеизма.

2.5.2. Древний глобальный культурный проект.

Мы живём не на основе знания достоверной истории, а на основе исторического мифа, в котором некоторым образом интерпретированы данные археологии, сообщения древних сказаний, дошедшие хроники и подложные фальсификаты. Согласно господствующему историческому мифу нынешнее человечество родилось в животном мире, вышло в каменный век, первые региональные цивилизации возникли около 5–7 тыс. лет тому назад, около 3 тыс. лет тому назад началась письменная история. И благодаря письменной истории мы всё более или менее хорошо можем узнать о прошлом региональных и глобальной цивилизаций, начиная примерно с середины первого тысячелетия до нашей эры.

Основной тезис этого культивируемого на протяжении многих столетий исторического мифа во всех его вариациях, к которому должен сам прийти читатель учебников истории и популярной литературы на околоисторические темы, это — тезис о неуправляемом людьми, а равно и заранее непредсказуемом для них течении глобального исторического процесса.

Но дело в том, что есть факты, которые не лезут в этот исторический миф. Чтобы разрушить миф, в него достаточно вставить всего один факт, который он не сможет объяснить. В частности в раннем средневековье существовали карты, на которых была изображена Антарктида, берега Северной и Южной Америки. Причем Антарктида была изображена без ледяного панциря, в каком виде она никогда не была на памяти нынешней цивилизации согласно её официальной истории.

Нынешняя же цивилизация приступила к глобальной картографической съёмке только спустя несколько столетий после появления этих карт в эпоху великих географических открытий (с 1492 г. если считать от первого плавания Колумба). Глобальная картографическая съёмка продолжительностью четыре столетия была ею завершена в основном только в 1906 г., когда Р.Амундсен прошел из Атлантики в Тихий океан через проливы в архипелагах севера Канады; а окончательно была завершена только с окончанием программы съемок поверхности Земли с орбиты в 1970-е гг.

Вопреки этому действительно достоверно известному на средневековых картах береговые линии Антарктиды, обеих Америк, Европы и Африки на большом протяжении изображены с ошибкой по долготе, которую уровень развития хронометрии и математики в нынешней цивилизации позволяет обеспечить только начиная с 80-х годов XVIII века н. э.[177].

Сфинкс у пирамиды Хеопса в Египте датируется историками-традиционалистами вместе с самими пирамидами возрастом не более пяти тысяч лет. Его плохой вид историки объясняют ветровой эрозией: дули ветры, несли песок, песок и выветривание выскоблили часть материала и т. п. Когда же осмотром Сфинкса занялся профессиональный геолог, то он пришел к выводу, что Сфинкса длительное время поливали ливневые дожди и он поврежден водяной эрозией… однако в нынешней цивилизации Сфинкс стоит в одном из самых сухих мест планеты, где редкие дожди не могли вызвать водяную эрозию, оставляющую на камнях вертикальные вымоины, в то время как выветривание и ветровая эрозия оставляют горизонтальные следы, образуя при этом причудливые формы: скалы-грибы, скалы-зонтики, скалы фигуры и т. п. Кроме того, едва ли не большую часть времени существования нынешней цивилизации Сфинкс был засыпан песком, вследствие чего о ветровой эрозии говорить не приходится. Если же считать, что Сфинкс — образ человека эпохи созвездия Льва,[178] то Сфинкс — культурный памятник эпохи, когда в месте его расположения был иной климат с обильными дождями. Он — произведение глобальной цивилизации, предшествовавшей нашей и сгинувшей в некой глобальной геофизической либо астрофизической (согласно некоторым мифам Луны и Венеры не было на древнем небосводе) катастрофе, только по завершении которой началось становление и развитие нынешней глобальной цивилизации.

На происшедшую в прошлом глобальную катастрофу, в частности, указывают и обелиски Египта. Они использовались в качестве солнечных часов. При этом шкалы этих хронометров таковы, что продолжительность утренних, полуденных, предзакатных «часов» не одинакова, что вызывает изумление тех, кто сталкивается с этим фактом. Но если бы Египет находился на широте 15^о (реально он расположен примерно между 25^о и 30^о сев. широты), то существующие шкалы солнечных хронометров Египта обеспечивали бы равенство всех часов в сутках.

И залежи мамонтов в вечной мерзлоте перемешаны с более южной растительностью, чем та, что произрастает ныне в этих широтах; мгновенно погибшие в большом количестве животные в сочетаниях, не встречающихся в обычной жизни биоценозов (хищники и травоядные в большом количестве вперемешку) были в некоторых местах засыпаны слоями вулканического пепла и быстро заморожены прежде, чем их разорванные либо целые трупы начали разлагаться. Кроме того: «по всей Южной Америке обнаружены ископаемые останки времен Ледникового периода, «в которых скелеты несовместимых видов животных (хищников и травоядных) беспорядочно перемешаны с человеческими костями. Не менее важным является сочетание (на достаточно протяжённых площадях) ископаемых сухопутных и морских животных, беспорядочно перемешанных, но погребенных в одном геологическом горизонте»».[179].

Те, кто сопоставляет такого рода факты, имеющие географическую локализацию «по всей планете», приходят ко мнению, что прошлая глобальная цивилизация погибла в результате глобальной катастрофы, имевшей место от 10000 до 13000 лет тому назад, в ходе которой гигантские приливные волны и цунами высотой до километра прокатились через материки, смыли леса, убили людей, мамонтов и кашалотов, перемешав их останки. Тогда же произошло и смещение полюсов, что сопровождалось глобальной тектонической активностью, множественными извержениями вулканов и т. п. В результате этой катастрофы Египет сместился к северу, а его солнечные хронометры утратили равномерность шкал. Антарктида сместилась к югу в зону полярного оледенения точно также, как сместились в северном полушарии в зону полярного оледенения и районы нынешней вечной мерзлоты в Сибири, в Канаде, на Аляске.[180].

От глобальной картографической съемки, выполненной той погибшей цивилизацией, к нашей цивилизации перешли какие-то уцелевшие материалы, которые и легли в основу средневековых карт с неуместной для них Антарктидой и Америками, будь достоверным господствующий исторический миф о подъёме нынешней цивилизации из животного мира с нулевого уровня развития культуры до нынешних высот без какой-либо культурной предыстории.

Образ предшествовавшей глобальной цивилизации можно восстановить только по мифам и сокровенным учениям, не предназначенным для толпы и передающимся издревле в нынешней цивилизации среди допущенных и заинтересованных лиц. Это всё в совокупности с ныне господствующим историческим мифом означает, что каменный век, как то показывает археология, был… но не все уцелевшие в прошлой глобальной катастрофе одичали до уровня каменного века. Кроме того, согласно одной из реконструкций образа прошлой глобальной цивилизации на основе мифов, они жили не так, как мы…

«Раса господ» была относительно немногочисленной и обитала только на одном из материков с наиболее приятным климатом. Вне этого материка были только её опорные пункты для управления хозяйственной деятельностью обслуживающих её подневольных народов, которые были лишены возможности вести техническую деятельность на основе техногенной энергии. Это обеспечивало высокий потребительский уровень «расы господ» при относительно благополучной экологии планеты в целом.

Одна из такого рода реконструкций утверждает, что экземпляры особей «расы господ», если и не обладали телесным бессмертием, то воспринимались в качестве бессмертных всем остальным населением планеты, поскольку многократно превосходили подневольных им по продолжительности жизни: это и дало почву для легенд о богах и полубогах, некогда живших среди людей. Не исключено, что они употребляли и генную инженерию в отношении подневольных, обратив тех фактически в биороботов, чьи способности к творческому саморазвитию были искусственно ограничены. Последнее, как известно, в нынешней глобальной цивилизации, особенно в Западной её составляющей, является пределом мечтаний многих представителей правящей «элиты». Фильм «Мертвый сезон» — только одно из многих художественных отображений исследований, реально проводимых в направлении создания методами науки расы «господ» и множества рас её обслуживающих саморазмножающихся функционально специализированных биомеханизмов.

Так или иначе, стремление установить в глобальных масштабах нечто подобное такого рода расово «элитарным» реконструкциям жизни Атлантиды, прослеживается на протяжении всей истории нынешней цивилизации. И прослеживается тем более ярко, чем большего достигают её наука и технологии. Однако в нынешней глобальной цивилизации обнажённое владение «господ» «говорящими орудиями» и открытое разделение общество на «господ» и «рабочее быдло» не смогло устояться.

Не исключено, что «раса господ» в прошлой глобальной цивилизации, безраздельно контролировала не всю планету, но были регионы, сохранившие самостоятельность своего управления. В них в ходе глобальной катастрофы тоже не все погибли. Возможно, что это и лежит в основе резкого отличия культур при-Тихоокеанского Востока и вокруг-Атлантического Запада в нынешней глобальной цивилизации.

Тем не менее, даже если оставить в стороне особенности жизни прошлой глобальной цивилизации, то неоспоримо главное:

Параллельно каменному веку нынешней глобальной цивилизации развивалась древняя цивилизаторская миссия уцелевших выходцев из прошлой цивилизации.

Кроме того, катастрофа могла быть и не внезапной, вследствие чего те, кто отнесся к прогнозам о её возможности серьезно, заранее позаботились, чтобы уцелеть в ней и сохранить культурное наследие для последующего возобновления нормальной — по их понятиям — жизни. Если же к прогнозам отнеслись серьёзно и правящие слои, то были предприняты организованные усилия для того, чтобы обеспечить ускоренное восстановление нормального (в их понимании) образа жизни после завершения катастрофы.

Библейские и Коранические сообщения о Ноевом ковчеге, представляют по существу сообщения о целесообразной реакции на такого рода предостерегающие прогнозы. Следует также иметь в виду, что и библейские, и коранические сообщения о ковчеге едины в том, что ковчег — произведение оппозиции правящему режиму погибшей в потопе прошлой цивилизации.

В нашей цивилизации всегда вставал вопрос, насколько достоверны сообщения о Ноевом ковчеге, поскольку своими размерами, сообщаемыми в Библии (Бытие, 6:15: длина 300 локтей; ширина 50 локтей; высота корпуса 30 локтей; примерно 150, 25 и 15 метров), ковчег по настоящее время превосходит все деревянные суда, построенные в нынешней цивилизации до настоящего времени. Более крупные, чем он, стальные суда появились только в последней трети XIX века. По своим размерам ковчег длиннее и шире крейсера «Аврора», стоящего в Петербурге, и близок к размерам таких кораблей как атомные ледоколы типа «Арктика». Так что до середины XIX века библейские сообщения о его размерах безусловно вызывали удивление и восхищение. В последние несколько лет в прессе многократно появлялись сообщения, что ковчег найден, как о том сообщала Библия, на горе Арарат.

На основании того, что известно в истории нынешней цивилизации, мы придерживаемся взгляда, что прошлая глобальная цивилизация была не обществом всеобщего равенства и всеобщей Любви. Она была цивилизацией генетически различных рас. И по крайней мере в той её части, на развалинах которой возник современный Запад, было разделение на расу «господ» и расы обслуживающих «господ» — «говорящих орудий».

Это всё нашло свое разнообразное продолжение в истории нынешней глобальной цивилизации и многое объясняет в ней, а в особенности — в истории региональной цивилизации, ныне называемой Западом, на ранних этапах её развития:

· Кастовое деление в древности — в одних регионах — выражало стремление потомков «господ», осуществлявших цивилизаторскую миссию, сохранить в преемственности поколений генетически чистые линии и исключить своё «вырождение» при скрещивании с потомками бывших «говорящих орудий».

· Браки братьев и сестер, родителей и детей в жреческих и царских династиях — в других регионах — имели ту же цель — сохранить генетически чистые линии «господ» в преемственности поколений от привнесения в них генетического материала «говорящих орудий».

· С другой стороны, право первой ночи и половой распущенности самцов «господ» в отношении самок «говорящих орудий» должно было расширить возможности цивилизаторов за счёт некоторого «улучшения породы» цивилизуемых в преемственности поколений при осуществлении естественного и искусственного отбора.

· С этими же тайнами «крови» связан и запрет на исследования в области генетики, навязанный СССР во времена И.В.Сталина. Поскольку чисто троцкистское развитие революции в России не удалось, то появление весьма специфической информации о генетике населения в стане противника, хозяева психического троцкизма посчитали целесообразным пресечь, тем более, что уже в 1925 г. в советской печати проскользнули публикации о возможности с 90 %-ной уверенностью определить по анализу крови является ли индивид евреем либо же нет (почему интерес был проявлен к выявлению именно этого различия, не объяснялось, хотя именно такого рода селекция необходимо лежит в основе библейской расовой «элитарно»-невольничьей доктрины).

· Возможно, что эти же генетические особенности, унаследованные от прошлой неправедной глобальной цивилизации, выражаются в том, что многократно подмечали многие организаторы коллективной деятельности в обществе. Об этом Генри Форд писал так:

«Подавляющее большинство желает оставаться там, где оно поставлено. ОНИ ЖЕЛАЮТ БЫТЬ РУКОВОДИМЫМИ, ЖЕЛАЮТ, ЧТОБЫ ВО ВСЕХ СЛУЧАЯХ ДРУГИЕ РЕШАЛИ ЗА НИХ И СНЯЛИ С НИХ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ (текст выделен нами при цитировании: т. е. психически они — рабы, и рабочий человекообразный скот, которыми управляет и за которых отвечает их «господин» перед другими «свободными» «господами»; кроме слова «ответственность к выделенным словам Г.Форда необходимо добавить ещё и слова «заботу об окружающих и последующих поколениях»). Поэтому главная трудность состоит не в том, чтобы найти заслуживающих повышения, а желающих получить его. <…>

… для большинства людей наказанием является необходимость мыслить. Идеальной представляется им работа, не предъявляющая никаких требований к творческому инстинкту (выделено нами: при такого рода отношении к работе, в нынешней цивилизации являющейся основой её жизнеобеспечения, работник неотличим от рабочего скота или запрограммированного автомата; если же говорить об областях творчества, в которых преуспела нынешняя цивилизация, то это — вооружения: данные природой зубы и когти разумные животные заменили за несколько тысяч лет на ядерное оружие и военно-космические силы)».[181].

Отупляющее воздействие систематического школьного и вузовского образования, во многом не отличимого от дрессировки, натаскивающей на решение разного рода задач унаследованными от предков методами; образования, программирующего психику конкретными знаниями и навыками, но не обучающего людей сотворчествовать: т. е. чувствовать жизнь и осмыслять её самостоятельно, по мере необходимости порождая в себе и в культуре необходимые знания и навыки, конечно тоже может иметь такие последствия, о которых написал Г.Форд.

И хотя с системой образования сталкиваются все, однако, не всех она отупляет и оглупляет. То обстоятельство, что не все выходят из школы и вузов выдрессированными для работы в какой-то области идиотами, реально может иметь и генетическую запрограммированность, унаследованную от прошлой глобальной цивилизации.

После становления около 7–5 тысяч лет тому назад центров региональных цивилизаций, весьма удаленных друг от друга, но имеющих много сходного и общего в сюжетах дошедших до нас мифов, повествующих об их становлении, началась их экспансия (расширение границ) в сопредельные регионы. В результате этого, когда они стали граничить друг с другом, началась эпоха войн между региональными цивилизациями.

Вне зависимости от того, как цели этих войн понимали и объясняли владыки каждого из регионов, это были войны, имевшие целью в длительной исторической перспективе построение единой глобальной цивилизации той региональной цивилизацией, которая победит в финале войн с прочими претендентами на то же самое.

В ходе этой эпохи войн Египет раньше всех своих конкурентов за безраздельное мировое господство перешёл от войн «горячих» к войне «холодной» — информационной войне методом культурного сотрудничества с порабощаемыми им соседями, чья исторически сложившаяся культура при осуществлении культурного сотрудничества замещалась либо извращалась целенаправленно сконструированной агрессором культурой.

Как выражение этого способа ведения мировой войны, длящейся уже несколько тысяч лет, в результате усилий тамошних знахарей — наследников пирамид и знаний прошлой глобальной цивилизации — возникла библейская доктрина скупки всего остального мира у глобально беззаботных и бездумных на основе международной надгосударственной ростовщической монополии (приводим её ниже). Сам Египет, как региональная цивилизация, почти умер «в родах» этой доктрины и пребывает в коматозном состоянии по настоящее время.

2.5.3. Глобальная ростовщическая доктрина.

«Не отдавай в рост брату твоему (по контексту единоплеменнику-иудею) ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу (т. е. не иудею) отдавай в рост, чтобы господь бог твой (т. е. дьявол, если по совести смотреть на существо рекомендаций) благословил тебя во всем, что делается руками твоими на земле, в которую ты идешь, чтобы владеть ею (последнее касается не только древности и не только обетованной древним евреям Палестины, поскольку взято не из отчета о расшифровке единственного свитка истории болезни, найденного на раскопках древней психбольницы, а из современной, массово изданной книги, пропагандируемой всеми Церквями и частью «интеллигенции» в качестве вечной истины, данной якобы Свыше)» — Второзаконие, 23:19, 20. «И будешь господствовать над многими народами, а они над тобой господствовать не будут» — Второзаконие, 28:12 (аналогично 15:6). «Тогда сыновья иноземцев (т. е. последующие поколения не-иудеев, чьи предки влезли в заведомо неоплатные долги к племени ростовщиков-единоверцев) будут строить стены твои (так ныне многие семьи арабов-палестинцев в их жизни зависят от возможности поездок на работу в Израиль) и цари их будут служить тебе («Я — еврей королей» — возражение одного из Ротшильдов на неудачный комплимент в его адрес: «Вы король евреев»); ибо во гневе моем я поражал тебя, но в благоволении моем буду милостив к тебе. И будут отверсты врата твои, не будут затворяться ни днем, ни ночью, чтобы было приносимо к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народы и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся» — Исаия, 60:10–12.

* * *

Чтобы осуществлять агрессию методом культурного сотрудничества необходим был самовоспроизводящийся инструмент, несущий искусственно и целенаправленно созданную культуру. По всей видимости собственную наблюдательность и усилия иерархи знахарей Египта подкрепили наследием Атлантиды из области генетических экспериментов, селекции и генной инженерии. Подручным «этнографическим материалом», избранным для этой цели, оказались кочевые племена, ныне именуемые древнееврейскими, жившие в каменном веке[182] и залученные в плен египетский. Они стали храмовыми, а не государственными рабами и не рабами частных лиц: т. е. стали собственностью иерархии хранителей знаний и навыков, по-прежнему именуемой «жречеством» безо всяких к тому оснований в их последующей деятельности.

Потом, в ходе синайского «турпохода», на основе этого «этнографического материала» была выведена особая порода людей — носителей библейской доктрины. Она исторически развилась в современное нам еврейство, вобрав в себя на протяжении веков и множество прозелитов (иноплеменников, принявших иудаизм — подчас целые племена, как то было с хазарами).

И если ветхозаветно-талмудический иудаизм многократно утверждает, что «народы Земли» — суть животные в человеческом обличье, то это можно понимать как знак того, что хозяевам иудаизма издревле было известно о количественном преобладании в «народах Земли» животного строя психики в ранее определенном смысле этого термина. Но и назначенным Библией на должность расы «господ» гордиться тоже нечем: иерархия знахарей древнего Египта выводила исторически реальное еврейство точно также, как ныне выводят породы скота, наперед задавшись вполне определёнными требованиями. Для осуществления задуманного мирового проекта, еврейство в целом должно было удовлетворять двум основным тактико-техническим требованиям:

· чтобы в нём количественно преобладал строй психики биоробота автономного и биоробота дистанционно управляемого средствами экстрасенсорики, в котором культурно обусловленные программы поведения подавляют инстинкты, что в массовой статистике должно обеспечить превосходство большинства индивидов-биороботов над индивидами носителями животного строя психики в процессах конфликтования достаточно большой продолжительности, в которых преобладающие при животном строе психики инстинктивные краткосрочные программы поведения утрачивают эффективность. В последствии достигнутый успех в этой области породил воззрение об особом интеллектуальном и культурном — сверхчеловеческом — превосходстве евреев над прочими.

· чтобы хозяева глобального проекта и их потомки могли скрыться в социальной среде этой расы «господ» после того, как проект будет развёрнут в международных масштабах, а народы, в которых количественно преобладает животный строй психики, окажутся управленчески зависимыми от «господ» на основе внедрённой им библейской культуры. Возможно, что некоторым образом была обеспечена и генетическая несмешиваемость хозяев проекта с их еврейским коконом.

На протяжении всей последующей истории действительным хозяевам еврейства неоднократно приходилось выбраковывать множество особей, генеалогических линий и почти целых стад биороботов для того, чтобы еврейство неизменно удовлетворяло высказанным только что двум важнейшим тактико-техническим требованиям к инструменту агрессии.

Последняя такого рода выбраковка евреев, «одичавших» с точки зрения их хозяев, была названа «холокостом»; она была вызвана стремлением множества евреев в Европе эмансипироваться в тех народах, среди которых они жили; то есть осознанным или бессознательным их стремлением стать такими, как все остальные люди.

Высказанное утверждение о цивилизаторской миссии и средствах её осуществления многим может показаться диким, но тем не менее, если обратиться к публикациям на темы загадок истории, к монографиям класса «Всемирная история», школьным и вузовским учебникам, написанным без каких-либо «дурацких шуток» на основе интерпретации данных археологии и уцелевших хроник, то можно увидеть весьма специфические особенности такого рода публикаций.

· Практически все без исключения мифы региональных цивилизаций древности говорят о том, что их возникновение обусловлено пришельцами из-за моря или с неба, просветителями, которые учили дикарей, собирателей и охотников, земледелию, ремёслам, основам государственного управления. Потом цивилизаторы либо умерли или были убиты, либо покинули своих подопечных; иногда в этом устранении пришельцев-цивилизаторов принимали участие злые «боги», также стремившиеся осуществить цивилизаторскую миссию, став преемниками добрых «богов», её начинавших.

· На протяжении всей истории многие мыслители выявляли глобальное надгосударственное управление на основе общеизвестных фактов, которые культивируемый исторический миф представляет как не связанные друг с другом беспричинные диковинки или совпадения случайностей, ни коим образом не влияющие на жизнь большинства. Такого рода факты выявления глобального управления зафиксированы в литературе нынешней цивилизации: от новозаветных сообщений о «князе мира сего», который распределяет власть над государствами, предложив её как-то раз и Христу; до современных нам научных строго документированных монографий, таких как книга американского политолога Ральфа Эпперсона «Введение во взгляд на Историю как на Заговор» или откровений Рерихов о многовековой деятельности Мирового правительства.[183].

· Культивируемый же исторический миф всякий раз выявленное глобальное надгосударственное управление, выражающееся в поддержании «элитарно»-невольничьих порядков, в прошлые века приписывал либо Богу, либо дьяволу, назначенному хозяевами мифа на должность «князя мира сего», а иные клеймил как шизофрению. При этом хозяева мифа тщательно убирали из учебной литературы по истории разного рода сообщения о такого рода фактах, как карты Пири Рейса, о древнеегипетских и прочих «исторических аномалиях», а также и информацию о деятельности орденов и прочих систем посвящения, осуществлявших надгосударственное управление в соответствии с их концепцией реставрации Атлантиды: наиболее ярким примером такого рода являются Ветхий и Новый заветы — в прошлом обязательное поучение для всех, в котором «жречество» Египта и члены Синедриона представлены исключительно как частные лица, свободные в своем поведении и никоим образом не связанные по рукам и ногам дисциплиной иерархий систем посвящения и распределения власти, что противоречит реальной практике деятельности такого рода структур, очевидной и в наши дни по деятельности иерархии церквей и партий (например, КПСС, КПРФ).

· Если обществу и предлагается «альтернатива» господствующему историческому мифу, то это нечто вроде теории «пассионарности» Л.Н.Гумилева, где все неприятности — «закон природы, за который люди моральной ответственности не несут»; либо предложение опеки извне живущими среди людей «добрыми пришельцами», чья опека должна заменить собой прошлую и нынешнюю опеку «злых пришельцев» из космоса (исторический миф о «злых» и «добрых» пришельцах из Космоса ныне возобновляет саентологическая церковь); либо предложения бездеятельно не противясь злому, покорно властям «уповать на Бога».

· Ясно, что монографии класса «Всемирная история» могут быть двух видов:

— во-первых, описание глобального исторического процесса, как единого целостного процесса, объемлющего взаимосвязями множество региональных исторических процессов;

— во-вторых, описание всей совокупности региональных исторических процессов или даже не процессов, а разрозненных исторических реальных и вымышленных фактов из истории разных регионов практически без какой-либо связи между ними, что исключает видение целостного глобального исторического процесса теми, кто не способен чувствовать и осмыслять жизнь общества самостоятельно.

Все выше перечисленные особенности учений класса «Всемирная история» в совокупности обеспечивают определенную запрограммированность поведения в обществе носителей животного строя психики и носителей строя психики биороботов, что обеспечивает их социальное поведение, при котором они не видят тирании надгосударственного глобального управления и его очередных и долговременных целей, либо относят все эти процессы исключительно к «непостижимому божьему промыслу» и не познаваемым случаям.

Все массово издаваемые «Всемирные истории» нынешней цивилизации принадлежат ко второму виду, в котором за деревьями леса не видно: множество локальных последовательностей разрозненных исторических фактов, но нет целого.

В результате этого большинство их читателей имеют представление об особенностях общественного управления в государствах, принадлежащих региональным цивилизациям, и пребывают во мнении, что надгосударственное управление, а тем более внутрисоциальное управление глобальным историческим процессом отсутствует, и он протекает сам по себе, случайным образом, а не в направлении вполне определенных целей управления. А неэффективность Лиги наций и ООН только убеждают его в правоте мнения о невозможности глобального управления, хотя он пытается рассуждать о возможности и невозможности глобального внутрисоциального управления на основе весьма превратных понятий об управлении вообще. Отсутствие же у него понятий об управлении вообще действительно не позволяет рассуждать о возможности или невозможности осуществления весьма специфического глобального внутрисоциального управления, что он и отождествляет с истинностью мнения об отсутствии такого внутрисоциального управления в виду его принципиальной невозможности.

Так культивируется исторический миф о бесцельном и неуправляемом течении глобального исторического процесса от каменного века до наших дней, вопреки множеству исторических фактов, которые говорят о том, что изначально в глобальном историческом процессе имеет место цивилизаторская миссия, а то и не одна, каждая из которых преследует вполне определенные и во многом взаимно исключающие глобальные цели.

Ныне Запад региональную цивилизацию исторического ислама, которая несёт Коран, порицающий ростовщичество и многое из библейской культуры, определил как глобальную угрозу своему абстрактному гуманизму. Поэтому доктрину скупки мира расой «господ»-цивилизаторов на основе ростовщической монополии их биороботов, лежащую фундаментом культуры Запада, следует сравнить с идейными основами культуры, предлагаемой Кораном.

Коран прямо указует на ОШИБОЧНОСТЬ существования ВНУТРИСОЦИАЛЬНЫХ ИЕРАРХИЙ «господ» и рабов: «…приходите к слову равному для нас и для вас, (…) чтобы одним из нас не обращать других из нас в господ помимо Бога» (сура 3:57). «Вы были на краю пропасти огня, а Он спас вас оттуда. Так разъясняет вам Бог Свои знамения, — может быть вы пойдете прямым путем! — и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.» (сура 3:99, 100 — прямое порицание абстрактного гуманизма). Из этого можно понять, что для каждого человека господином может быть только Господь Бог; все же остальные «господа» много на себя берут безо всяких к тому оснований, хотя им и попускается до срока…

Также и тот, кто избирает себе господ помимо Бога, совершает (согласно Корану) непростительную ошибку. Для человека господин, господь один — Бог Всевышний, Творец и Вседержитель.

Соответственно внесена ясность и по вопросу о правомочности перед Богом скупки мира «господами»-цивилизаторами на основе ростовщической монополии.

Сура 2:

«275(274). Те, которые издерживают свое имущество ночью и днем, тайно и явно, — им их награда у Господа их; нет страха над ними, и не будут они печальны! 276(275). Те, которые пожирают рост, восстанут только такими же, как восстанет тот, кого повергает сатана своим прикосновением. Это — за то, что они говорили: «Ведь торговля — то же, что рост.» (в переводе Саблукова: «лихва — то же, что прибыль в торговле»). А Бог разрешил торговлю и запретил рост. К кому приходит увещание от его Господа и он удержится, тому прощено, что предшествовало: дело его принадлежит Богу; а кто повторит, те — обитатели огня, они в нем вечно пребывают!

277(276). Уничтожает Бог рост и выращивает милостыню (Саблуков: Бог выводит из употребления лихву, но лишшую <лучше: лихвенную> силу дает милостыням). Поистине Бог не любит всякого неверного грешника. (277). Те же, которые уверовали, и творили благое, и выстаивали молитву, и давали очищение, — им их награда у Господа их, и нет страха над ними, и не будут они печальны!».

Коран также сообщает, что миссия Моисея состояла вовсе не в том, чтобы за сорок лет синайского «турпохода» создать племя биороботов. А в том, чтобы защитить жертвы египетского знахарства от биороботизации, дав им истинное Откровение, однако нести которое народам Земли те отказались сами по своей свободной воле, вследствие чего и стали жертвами зомбирования и носителями зомбирующей библейской культуры:

Сура 62:5. «Те, кому было дано нести Тору, а они её не понесли, подобны ослу, который несет книги. Скверно подобие людей, которые считали ложью знамения Бога! Бог не ведет людей неправедных!».

Сура 3:57. «Скажи: «О обладатели писания! Приходите к слову, равному для вас и для нас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Бога, и ничего не придавать Ему в сотоварищи, и чтобы одним из нас не обращать других в господ помимо Бога»».

Сура 59:21 «(…) Бог написал: «Одержу победу Я и Мои посланники!»».

Из всего же Коранического учения можно понять, что искренне верующие Богу должны не биться лбами насмерть в угоду кому-то из претендентов на глобальное господство надо всеми людьми, а понять и творить милость Всевышнего, обращенную уже в их земной жизни ко всем, кто её не отталкивает по слепоте, страстями, в гордыне или по бездумному следованию земным писанным и неписаным догмам. А обращения типа «господин», «превосходительство», «владыка», «благородие» должны быть изжиты как уничтожающие человеческое достоинство обеих сторон, их употребляющих и принимающих; и разрушающие единство лексики и смысла (т. е. текста и подтекста) при их формальном употреблении в соответствии с нормами рабовладельчески-холопского этикета, по-прежнему имеющего место в современном обществе.

Но никого Кораническое учение не принуждает действовать в жизни вопреки его убеждениям, включая и неверующих:

«Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения. Кто не верует в идолопоклонство и верует в Бога, тот ухватился за надежную опору, для которой нет сокрушения. Поистине, Бог — слышащий, знающий!» (сура 2:257). «Скажи тем, которые не веруют: «Творите по своей возможности, Мы тоже действуем! Выжидайте, Мы тоже выжидаем!»» (сура 11:122). «Он — тот, который послал Своего посланника с прямым путем и религией истины, чтобы проявить ее выше всякой религии, хотя бы и ненавидели это многобожники» (сура 9:33).

2.5.4. Промыслительная целесообразность и технический прогресс.

Если не стоять на точке зрения бессмысленности природных (естественно-стихийных) явлений, свойственной материалистическому атеизму, то предшествующая глобальная цивилизация была разрушена властью Свыше (в попущении) целенаправленной геофизической или астрофизической катастрофой по причине того, что в ней носители демонического типа психики пришли к безраздельной внутрисоциальной власти и поддерживали её в преемственности поколений, угнетая тех, кого смогли подневолить, не взирая на предупреждения Свыше[184] о запретности этого пути. И только разрушение прошлой глобальной цивилизации в катастрофе планетарного масштаба открыло дорогу к построению на Земле человечной глобальной цивилизации.

Тем не менее всем, кому дано Свыше быть людьми, также дано действовать по их свободной воле, в соответствии с их миропониманием, и реальной нравственностью. Вследствие этого, попытки к восстановлению в жизни нынешней цивилизации реальной нравственности и этических норм Атлантиды, в большинстве своём не пресекались непосредственно Свыше, хотя примеры такого рода имеют место на всём протяжении её истории.

Но все деятельные устремления тех, кто был не согласен с явным и тайным «элитарно»-невольничьим общественным устройством, поддерживались Свыше прямо и косвенно, т. е. и непосредственно, и опосредованно через других членов общества и общеприродные явления.

На протяжении всей истории определённо поддерживается отказ тех, кому дано Свыше быть людьми, пребывать рабами кого-либо из осознанно или бездумно притязающих на достоинство «сверхчеловека» в человечестве. Как выражение этого рухнуло обнажённое рабовладение и кастовая система, когда исчезла социальная база, способная психически и мировоззренчески быть невольниками, «говорящими орудиями».

Реагируя на такого рода изменение общественной психики и мировоззрения, реставраторы Атлантиды вынуждены были перейти к кланово-сословному строю типа европейского феодализма, признающего хоть какое-то достоинство человека за представителями «социальных низов». Потом, спустя продолжительное историческое время, после многократных крестьянских восстаний и незатухающего конфликта между региональной земельной аристократией и международными «элитами» и их хозяевами, а также и по причине исчезновения социальной базы, способной быть крепостными и бесправными низшими сословиями, рухнул и феодализм.

Реставраторы глобальной Атлантиды («мировая закулиса») вынуждены были перейти к «буржуазной демократии» на основе формального юридического равенства всех членов общества перед законом. Но законодательство по-прежнему выражало библейскую доктрину финансово-ростовщического расового рабовладения, а Библия открыто лежала в основе культуры Западной региональной цивилизации.

Тем не менее и в таком виде с начала XIX века их безраздельная власть обещала потерять устойчивость по причине фактически рабского положения в обществе «свободы, равенства, братства» всевозможного «лично свободного» наёмного персонала, не согласного со своим положением. Кроме того, гонка потребления в обществе с господством животного строя психики, игнорирующем даже ту ограниченную самодисциплину, которую предлагали ограниченные библейские заповеди, вследствие роста энерговооруженности и технико-технологического прогресса вела дело к дальнейшей раскачке социальной системы при изменении межотраслевых пропорций занятости и сохранении прежней системы образования, программирующей психику готовыми к употреблению знаниями и навыками.

А главное — ширилось падение доверия к священнослужителям, что сулило перспективу утраты доверия к библейским культам в целом. Это означало, что необходимо было заботиться о том, как сохранить существо библейской «элитарно»-невольничьей культуры, когда Библия утратит свой авторитет в обществе под давлением нараставшего авторитета материалистической науки, развивавшейся без церковной опеки и репрессий уже несколько столетий.

Соответственно складывающейся новой исторической обстановке и возник марксизм, как очередная модификация «свободы, равенства, братства», без реальных свободы, равенства, и братства членов цивилизуемых обществ, подневольных «расе цивилизаторов». Марксизм давал правдоподобные объяснения общественно-историческому развитию и хозяйственной деятельности общества, в предположении его хозяев, что «эти скоты, предназначенные для работы, но возомнившие себя людьми», не поймут скрытой сущности учения и удовлетворятся тем, что: «работа есть, зарплата есть, сыт, обут, одет, в праздник «культурно пьян», жить где — есть, жена и дети устроены, в отпуск езжу каждый год; господ, включая и Бога, нет, все равны и «товарищи» один другому. Ещё чего?»

Когда же новый строй блестяще показал свою жизнеспособность в общественно-экономическом и культурном развитии, а тем более во второй мировой войне ХХ века, и казалось уже можно было приступить к распространению «передового опыта» на весь остальной мир, то неожиданно определенный на должность «великого и мудрого вождя» «вожак стада этих скотов» И.В.Сталин в «Экономических проблемах социализма в СССР»:

· выносит марксизму смертный приговор;

· излагает основы антимарксистского по существу учения о социализме и переходе к коммунизму, хотя и пользуется марксистской терминологией;

· а потом натравливает, возглавляемое им рабочее «стадо» на «стадо» управляющих биороботов, осуществляющих особую функцию глобальной сборки социальной системы в осуществляемой доктрине.

В результате массово изданная одна брошюрка объемом около 100 страниц («Экономические проблемы социализма в СССР»[185] ещё в 1952 г.) и несколько искусственно раздутых процессов против сионизма высветили и спустили в историческую канализацию всю многовековую работу по воссозданию, если уж не обнаженной сегрегации Атлантиды, то хотя бы сохранения скрытной безраздельной власти «расы господ» над «этими скотами».

Опасность была локализована, и зона так неудачно завершившегося, но поначалу обнадёживающего эксперимента (марксистский СССР) была изолирована от остального мира на тридцать лет. После этого начался новый этап включения её в «новый мировой порядок» осуществления унаследованной от прошлой глобальной цивилизации привязанности «господ» к демонической беззаботности, безответственности и комфорту.

При этом обладающие повышенной чувствительностью к тенденциям развития общественных процессов психические троцкисты (живые одержимые орудия глобального проекта) излагают мнения, по существу указывающие на их сомнения в возможности исчерпания «общего кризиса капитализма» на основе определенной идеологии, будь то марксизма, либо что-то еще, способное сокрыть их власть за пеленой правдоподобной лжи. Общий кризис капитализма предлагается изживать не на основе явно оглашённого учения, а на основе единообразного понимания умолчаний и намеков во множестве учений теми, кто к этому способен, в предположении, что «эти скоты» купятся на сей раз на свободу от идеологий, вспомнив в душе не добрым словом систему политучебы от детского сада до старости, существовавшую в эпоху марксизма. Должен состояться «плюрализм» идеологий, в котором «скоты» и «зомби» будут беспомощно блуждать, а «умные люди» поймут и тем самым сохранят свое «элитарное» положение и власть над «рабочими скотами» и пасущими их стада «биороботами».

Смену государственно-политических формаций на протяжении истории современной глобальной цивилизации неизменно сопровождал технико-технологический прогресс.

Слова «колесо истории» иногда понимают и так, что якобы «всё возвращается на круги своя». С другой стороны, именно колесо признаётся наиболее выдающимся за всю историю изобретением человечества в техносфере, определившим многое в жизнедеятельности тех региональных цивилизаций, которые им пользовались, и тех, где его не знали.

Однако мало кто знает, что буддизм, например, породил региональную цивилизацию-государство, в котором колесо знали, но от которого сознательно отказались. Речь идет о государстве Далай-Ламы, государственная самостоятельность которого была ликвидирована в ХХ веке КНР. Оно было расположено в Тибете, и многие исследователи рассматривали этот регион как одну из древнейших региональных цивилизаций планеты, которая, если судить по некоторым её легендам, пережила прошлую глобальную катастрофу и в своих тайниках сохранила кое-какие реликвии эпохи, предшествовавшей катастрофе.

Как гласит одно из преданий, использование колеса на территории Тибета было запрещено на том основании, что одно из пророчеств прямо обусловило гибель этого государства приходом в него колеса. Но именно отказ от колеса ещё в древности тогда же остановил технико-технологический прогресс, вследствие чего общественное устройство на протяжении веков в Тибете оставалось неизменным и толпо-«элитарным». Но надо признать, что тибетская «элита» считала, что «положение обязывает…», и потому держала себя в самодисциплине и давала жить другим в соответствии с их понятиями о жизни, сдерживая при этом государственными средствами проявления страстей и гонку потребления «материальных благ». Нечто подобное было и в Японии, где колесо и лошади были разрешены для правящей «элиты» и запрещены для простонародья.

Как известно, цивилизации доколумбовской Америки колеса не знали. Жили они весьма специфическим строем, в котором рабовладение и человеческие жертвоприношения были слиты с коллективизмом. Их общество было также неизменным на протяжении многих веков, вследствие отсутствия технико-технологического прогресса, под давлением которого в обществе изменяется структура занятости и характер сфер деятельности, что влечёт за собой изменение мировоззрения, господствующей нравственности и общественного устройства.

Запад отличался с самого начала и от древней Америки, и от Востока Евразии. Колесо было известно и использовалось повсеместно, если не с каменного, то с конца бронзового века. И весь его технико-технологический прогресс, до начала ХХ века протекавший большей частью в русле механики, был бы невозможен без колеса.

Но, как известно, в древности Запад не был чем-то целостным: в разных его регионах была своя специфика, свои государственные образования, свои жреческие системы, возглавлявшие управление обществом, поскольку они профессионально несли прогнозно-аналитические функции. Запад стал известным нам Западом в ходе ростовщической агрессии заправил региональной цивилизации древнего Египта в сопредельные регионы.

В ходе этой древнейшей из ныне длящихся агрессий колесо технико-технологического прогресса раскручивалось приводным ремнем желания всех производителей вырваться из ростовщической удавки. Именно этого не было в региональных цивилизациях Тибета, Японии, доколумбовской Америки. Но именно по этой же причине (отсутствие колеса и неизменно ускоряющийся технико-технологический прогресс) толпо-«элитаризм» в этих регионах мог устойчиво существовать веками на основе близкой к нулю интеллектуальной активности подавляющего большинства населения, жившего бездумным воспроизводством традиций и привычек как на протяжении жизни одного поколения, так и в преемственности многих поколений.

Ростовщическая скупка мира, ускорив научно-технический прогресс, привела к тому, что если при её начале через неизменную техносферу большей частью бездумно проходили многие поколения за сотни лет, то в наше время на протяжении жизни одного поколения сменяется несколько поколений объектов техносферы. Это — объективная внутрисоциальная основа размывания толпо-«элитиризма», которая работает. В соответствие с ускорением научно-технического прогресса изменялась и изменяется логика социального поведения людей, следовательно — меняется и алгоритмика психики, алгоритмика эгрегоров, их соотношение и иерархия.

Матрица возможного течения глобального исторического процесса в нынешней цивилизации предопределённо Свыше построена так, чтобы человечество изжило животный строй психики, строй психики биоробота, а также всевозможные демонические наклонности, направленные на угнетение других с целью паразитирования на жизни всех.

2.5.5. Закон времени.

Один из главных фрагментов этой матрицы можно увидеть, сопоставив характеристики основных процессов, в ходе которых меняется информационное обеспечение людей современной цивилизации.

По отношению к человечеству можно ввести понятия биологического и социального времени. Логика социального поведения (алгоритмика поведения «людей») на исторически длительных интервалах времени объективно обусловлена соотношением частот объективных процессов в биосфере и в обществе, которые возможно избрать в качестве эталонных процессов биологического и социального времени.

В каждой генеалогической линии (обновление информации на биологическом уровне), среднестатистически, у родителей раз в 15–25 лет появляется первый ребёнок. Продолжительность активной жизни имеет примерно такое же значение. Частота эталона биологического времени может быть принята fб= 1 /(25 лет). Она характеризует скорость обновления информации в генофонде популяции и мало менялась на протяжении всей истории по сравнению с эталонной частотой социального времени.

В жизни технократической цивилизации (обновление информации на социальном уровне) доминирует непрерывный процесс вытеснения устаревших технологий и технических решений новейшими, но того же самого назначения. Поэтому можно подсчитать среднестатистический период обновления всего технологического социально значимого знания — ТС. В качестве эталона частоты социального времени можно взять частоту fС = 1 /ТС. Она характеризует скорость обновления социально значимой информации, не передаваемой генетически через физиологию, но передаваемой через культуру, несомую общественным устройством (социальной организацией), от поколения к поколению. Эта частота fС на протяжении истории непрерывно возрастала: во времена фараонов и Екклезиаста, когда формировалась библейская концепция управления, она составляла величину порядка 1 /(сотни лет); в настоящее время эталонная частота социального времени составляет 1/10 — 1/5 лет.

В середине XX века произошло изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени, что неизбежно влечёт качественную смену логики социального поведения. Мы живём в исторический период, когда изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени уже произошло, и уже идёт формирование логики социального поведения, отвечающей новому соотношению эталонных частот, но становление новой логики социального поведения в качестве статистически преобладающей ещё не завершилось. И каждый по своему произволу, обусловленному его нравственностью, имеет возможность осознанно отвечая за последствия, избрать для себя тот или иной стиль жизни.

На рис. 1 показан общий характер убыли с течением времени элементов из первоначального состава некоторого множества. Предполагается, что в начальный момент времени множество определену по персональному составу элементов и его численность составляет 100 %. Далее под воздействием внешних и внутренних обстоятельств элементы множества исчерпывают свой ресурс и гибнут. Если в популяции живых организмов выявить её персональный состав, а потом следить, как выявленные в начале особи исчезают из популяции, то получится примерно такой же по характеру график, как показан на рис. 1, но с количественно определённым масштабом по осям времени и численности. Процесс, показанный на рис. 1, не означает, что с его завершением популяция исчезнет. Хотя такое и возможно в принципе, но в подавляющем большинстве случаев обновляется персональный состав членов популяции (элементов множества). То есть с исчезновением одного множества, выявленного по персональному составу в начальный момент времени, можно выявить новое множество, характеризующееся своим персональным составом. Об исчезновении выявленного по персональному составу множества можно говорить и в статистическом смысле: т. е. можно считать, что исчезновение множества произошло, если исчез какой-то определённый и постоянный (как правило, для всех рассматриваемых множеств) процент из первоначальных 100 %, например 80 %, или 95 %, как на рис. 1.

^{Рис. 1. Характер убыли элементов из первоначального состава множества с течением времени.}

Обратимся к рис. 2.

^{Рис. 2. Изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени.}

В верхней части рис. 2 условно показана общая продолжительность глобального исторического процесса (шкала времени — условная, неравномерная). Ниже размещены две оси времени. На них изображены два процесса.

· На верхней временной оси — процесс преемственной смены поколений людей.

· На нижней временной оси — процесс обновления технологий и прикладных жизненных навыков.

Чисто формально по алгоритмам построения каждый из процессов, изображённых на верхней и нижней временных осях рис. 2, идентичны как процессу, изображенному на рис. 1, так и между собой. При этом предполагается, что в каждый момент исторического процесса можно выявить по персональному составу поколение людей. Оно будет обладать в этот момент 100-процентной численностью, которая будет сокращаться вплоть до полного исчезновения поколения. Но поскольку рождаются новые люди, которые не входят в первоначально избранное множество, то в тот момент исторического процесса, когда исчезнет ранее выявленное поколение, можно выявить очередное поколение, также обладающее в этот момент 100-процентной численностью.

Аналогично предполагается — и это предположение не противоречит возможностям археологии — что в начальный период становления цивилизации выявлено некоторое вполне определённое множество технологий и жизненных навыков. Далее по мере исторического развития технологии и жизненные навыки, принадлежащие этому множеству, постепенно выходят из употребления. К тому моменту исторического времени, когда исчезнет начальное множество технологий и жизненных навыков, можно будет выявить какое-то иное множество технологий и жизненных навыков. Возможно, что под влиянием научно-технического прогресса оно будет более многочисленным, чем ему предшествующие, тем не менее численность выявленных новых технологий также можно считать равной 100 %, чтобы упростить построение графика. Момент исчезновения как для поколений людей, так и для поколений технологий и жизненных навыков, как было отмечено при обсуждении рис. 1, можно понимать и в статистическом смысле: поскольку полное исчезновение, фиксируемое по исчезновению последнего из объектов множества, может оказаться далеко выпадающим из всей остальной статистики и не характерным для неё, то можно считать, что исчезновение множества произошло, если исчез какой-то определённый и постоянный процент из первоначальных 100 %, например 80 % первоначально выявленных технологий. Также можно подходить и к процессу обновления поколений людей: т. е. не дожидаясь ухода из жизни последнего долгожителя, можно считать, что, если ушло из жизни 80 % некогда выявленного персонального состава населения, то поколение заместилось новым.

Соответственно, при полной формальной идентичности построения, содержательное отличие верхнего и нижнего графиков в верхней части рис. 2 друг от друга в разном характере соизмеримости с астрономическим эталоном времени (год: смена сезонов при обращении Земли вокруг Солнца) процесса смены поколений людей и процесса смены поколений технологий и жизненных навыков.

Как видно из жизни и из графика, произошло изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени.

Объективное явление, которое названо здесь изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени — собственная характеристика глобальной биологически-социальной системы, от которой никуда не деться. Это информационный процесс, протекающий в иерархически организованной системе. Из теории колебаний, теории управления известно, что, если в иерархически организованной многоуровневой (многокачественной) системе происходит изменение частотных характеристик процессов, являющих каждое из множества свойственных ей качеств, то система переходит в иной режим своего поведения. Это общее свойство иерархически организованных систем, обладающих множеством разнообразных качеств, к классу которых принадлежат как человеческое общество в целом, так и иерархически организованная психика каждого из людей.

Это общее свойство многопараметрических и иерархически организованных информационных систем. Оно по отношению к жизни общества предопределяет качественные изменения в организации психики множества людей, в нравственно-этической обоснованности и целеустремленности их деятельности, в избрании ими средств достижения целей; предопределяет качественные изменения того, что можно назвать логикой социального поведения: это — массовая статистика психической деятельности личностей, выражающаяся в реальных фактах жизни.

Мы живём в исторический период, когда изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени уже произошло, но становление новой логики социального поведения как статистически преобладающей и определяющей жизнь всего общества ещё не завершилось. Но общественное управление на основе прежней логики социального поведения, обусловленной прежней статистикой личностной психики множества людей, уже теряет устойчивость, т. е. власть, и порождает многие беды и угрозы жизни.

Те, кто следует прежней логике социального поведения: карабкается вверх по ступеням внутрисоциальной пирамиды или старается удержать завоёванные высоты — всё более часто будут сталкиваться с разочарованием, поскольку на момент достижения цели, или освоения средств к её достижению, общественная значимость цели исчезнет, или изменятся личные оценки её значимости. Произойдёт это вследствие ускоренного обновления культуры. Это предопределяет необходимость селекции целей по их устойчивости во времени, и наивысшей значимостью станут обладать «вечные ценности», освоение которых сохраняет свою значимость вне зависимости от изменения техносферы и достижений науки.

Быть человеком в ладу с Богом и биосферой, предопределённо становится при новом соотношении эталонных частот биологического и социального времени — непреходящей и самодостаточной целью для каждого здравого нравственно и интеллектуально, и этой цели будет переподчинена вся социальная организация жизни и власти. Все, кто останется рабом житейской суеты обречены на отторжение биосферой Земли.

Все элементы человечества как системы в биосфере Земли, которые не способны своевременно отреагировать на изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени, обречены на отторжение биосферой Земли, переходящей в иной режим своего бытия под воздействием человеческой деятельности последних нескольких тысячелетий. И от биосферы Земли не защитит ни герметичный бункер с протезом Среды обитания, ни медицина, ни полёты в Космос…

К тому же необходимо помнить, что логика социального поведения безусловно определяет совокупный алгоритм (мhру) коллективного бессознательного — всей духовной культуры (совокупности людских эгрегоров), информационное обеспечение которых распределено по психикам миллионов людей. Изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени — фактор запуска процесса изменения логики мышления у подавляющего большинства людей, которые задействованы в жизни технократической цивилизации. Хотят люди или нет, но логика мышления их после изменения соотношения эталонных частот быстро и кардинально меняется. Соответственно меняется и информационно-алгоритмическое наполнение эгрегоров, к которым имеют отношения эти люди. Поскольку технико-технологический «прогресс» реально касается не отдельных личностей, а подавляющего большинства людей современной цивилизации, то и изменения в духовной культуре (содержании подавляющего большинства эгрегоров) будут (и уже происходят) кардинальные и повсеместные.

По цепям обратных связей — от обновлённых эгрегоров (обновлённой духовной культуры) к людям — управление людьми будет происходить уже в обновлённом духовном пространстве соответственно изменениям в коллективном бессознательном. И этот процесс: прямые связи (изменения социальной логики людей, которые через их психики воздействуют на духовное наследие) и обратные связи (от обновлённого таким образом духовного наследия к людям) — со второй половины XX века вошёл в режим нарастающей динамики так, что все, кто будет осознанно и бессознательно сопротивляться обновлению духовной алгоритмики коллективного бессознательного (в чём они сами и участвуют, пребывая в условиях давления ни их психики технократической среды), будут вычищаться из общества разными средствами. Это так, поскольку значительная часть их прежнего эгрегориального (духовного) обеспечения, под воздействием которого они родились — изменилось и меняется несколько раз за время их жизни.

На индивидуальную психику нечеловеков последнее оказывает давление в виде нарастающих стрессов; а на самих индивидов, препятствующих естественному преображению духовной культуры в человечность — как нарастание личной катастрофичности их жизни вплоть до самоуничтожения особо упорствующих.

Для заполнения психических несогласованностей, выражающихся в виде стрессов и депрессий, в современной культуре придумано множество искусственных стимуляторов настроения — от алкоголя, табака, наркотиков и «духовных практик» до постоянных развлечений с целью занять ими свою психику. Но всё это — тоже разновидности оружия медленного самоубийства для тех, кто ведёт себя вопреки велению времени и тому, что Бог ожидает от общества людей в ближайшем будущем.

24 августа — 24 октября 2005 г. Уточнения до 9 марта 2006 г.

Примечания.

1.

Аполлогет (от греческого apologeomai — защищаю), 1) собирательное название раннехристианских писателей, главным образом 2–3 вв., защищавших принципы христианства от критики нехристианских философов. 2) В переносном смысле — ярый приверженец какой-либо идеи, направления, социального устройства.

2.

Атеизм (от французского atheisme, от греческого atheos — безбожный) — буквально отрицающий Бога.

3.

Схоластика (от греческого scholastikos — школьный, ученый), тип религиозной философии, характеризующийся соединением теологодогматических предпосылок с рационалистической методикой и интересом к формально-логическим проблемам; получила наибольшее развитие в Западной Европе в средние века. Ранняя схоластика (11–12 вв.) находится под влиянием августиновского платонизма.

4.

Экзегетика (от греческого exegetikos — разъясняющий), то же, что герменевтика.

Герменевтика (от греческого hermeneutikos — разъясняющий, истолковывающий), искусство толкования текстов.

5.

Патристика (от греческого pater, латинского pater — отец), термин, обозначающий совокупность теологических, философских и политико-социологических доктрин христианских мыслителей 2–8 вв. — так называемых отцов церкви.

6.

Литургика — богословская наука о христианском церковном богослужении, в котором первое место занимает литургия — центральное богослужение в православной церкви, во время которого совершается причащение; включающее молитвословия, предназначенные для чтения и пения.

7.

В церковном христианстве термин обозначающий стремление объединить все церковно-христианские течения в одно.

8.

Абсолютную истину знает только Бог, человек же может к ней приближаться, двигаясь своим сознанием в условно трёхмерной системе координат с началом, имеющим свой смысл как богоцентричное мировоззрение вне догм любых религиозных систем.

9.

В дальнейшем повествовании этого учебного пособия верхние «кавычки» будут употребляться как правило для передачи переносного смысла некоторых слов, понятий или выражений. А угловые «кавычки» — в основном как цитата, штамп, либо временно введённое понятие, необходимое для наиболее точной передачи смыслов.

10.

Правда, это не всегда удаётся сделать на практике…

11.

Но есть версии, что Апокалипсис появился раньше основных евангелий Нового Завета…

12.

Слово «элита» взято в верхние кавычки потому что это понятие должно означать нечто самое лучшее, а на самом деле современная «элита» не отвечает требованиям лучших людей общества даже по общепринятым критериям — быть грамотными управленцами, заботиться о государстве и народе…

13.

Соответственно концептуальная власть — это власть, формирующая и проводящая в жизнь определённую концепцию.

14.

А значит и меняется концепция, которой до этого руководствовался человек.

15.

Генетика (от греческого genesis — происхождение) — наука о законах наследственности и изменчивости организмов и методах управления ими.

16.

Пантеизм (от пан… и греческого theos — и Бог) — религиозные и философские учения, отождествляющие Бога и мировое целое. Пантеистические тенденции проявляются в «еретической» мистике средних веков. Характерен для натурфилософии Возрождения и материалистической системы Б.Спинозы — отождествление понятий «Бог» и «природа». И.Г.Гердер, И.В.Гете и классический немецкий идеализм опирались на пантеизм в полемике как с ортодоксальным теизмом, так и с механицизмом французских материалистов.

17.

Деизм (от латинского deus — Бог) — религиозно-философская доктрина, которая признаёт Бога как мировой разум, сконструировавший целесообразную «машину» природы и давший ей законы и движение, но отвергает дальнейшее вмешательство Бога в самодвижение природы и не допускает иных путей к познанию Бога, кроме разума. Получил распространение среди мыслителей Просвещения, сыграл значительную роль в развитии свободомыслия в 17–18 вв.

18.

Релятивизм (от латинского relativus — относительный) — признание относительности, условности и субъективности познания, отрицание абсолютных этических норм и правил. В познании релятивизм нередко ведёт к агностицизму (недоступность познания мира).

19.

Впоследствии мы увидим, что Л.Фейербах в этом отношении оказался прав: люди приписывают свою логику Богу и молятся на созданную ими духовную культуру — имитирующую связь с Богом…

20.

Содержание этих религий будет рассмотрено в следующей книге учебного пособия.

21.

См. Н. Вашкевич «Системные языки мозга». — М.: 1998 г., стр. 345.

22.

Внешний вид, логику и физиологию людей.

23.

В нашем учебном пособии мы употребляем многие термины в их общепринятом значении, чтобы читающие учебное пособие могли плавно перейти от общепринятых смыслов этих терминов к более правильным смыслам (какими они должны быть), которые мы даём в основном в наших выводах, предлагаемых читателю. Так термин «религия», как мы уже писали, может употребляться в разных контекстах с разным значением. Но правильно его употреблять в значении обоюдосторонняя связь с Богом. Но в таком понимании и контекст излагаемого вопроса будет иным. Мы перейдём к такому контексту лишь тогда, когда будем рассматривать ту или иную религию вне традиционных наслоений и общепринятых терминов и понятий.

24.

Одно из определений понятия управление это — процесс передачи и приёма информации от субъекта управления в объект управления и обратно по цепям прямых и обратных связей. То есть, управление всегда сопровождается обменом информацией управляющего субъекта с объектом управления, инициируемым и поддерживаемым субъектом управления. Самоуправление это — процесс, идущий в системе (объекте управления) без грубого вмешательства субъекта управления, на базе информации, циркулирующей в этой системе.

25.

Иерархия (от греческого hieros — священный и arche — власть) — расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему так, что получается нечто, напоминающее пирамиду. Термин часто употребляется для характеристики организации христианской церкви; в социологии — для обозначения социальной структуры общества, бюрократии; в общей теории систем — для описания любых системных объектов; в теории организации — принцип управления; в лингвистике различают иерархию уровней (ярусов) языка.

26.

Конфессия (от латинского confessio — исповедание) — особенность вероисповедания в пределах определённого религиозного учения, а также объединение верующих, придерживающихся этого вероисповедания.

27.

Связь, возникающая при определённых условиях; союз, объединение.

28.

Унификация (от латинского unus — один и…фикация) — приведение чего-либо к единой системе, форме, единообразию.

29.

Онтология (от греческого on, родительный падеж ontos — сущее и…логия) — раздел философии, учение о бытии (в отличие от гносеологии — учения о познании), в котором исследуются всеобщие основы, принципы бытия, его структура и закономерности; термин введён немецким философом Р.Гоклениусом (1613).

30.

Космология (от космос и…логия) — физическое учение о Вселенной как целом, основанное на результатах исследования наиболее общих свойств той части Вселенной, которая доступна для астрономических наблюдений.

31.

Телеология (от греческого telos, родительный падеж teleos — цель и…логия) — философское учение, приписывающее процессам и явлениям природы цели (целесообразность или способность к целеполаганию), которые или устанавливаются Богом (так считал, например, Х.Вольф), или являются внутренними причинами природы (Аристотель, Г.В.Лейбниц).

32.

Мораль (от латинского moralis — нравственный) — нравственность. Нравственность это иерархически упорядоченная по предпочтительности внутренняя система индивидуальных оценок тех или иных поступков, событий и даже мыслей — «хорошо», «плохо», «не имеет значения», «значение не определено» либо «значение обусловлено конкретными обстоятельствами».

33.

Безнравственность — составная часть нравственности индивида в целом, представляющая собой по существу, во-первых, неопределённость нравственных оценок, обусловленную отсутствием каких-то из них или множественности нравственных оценок, применение которых возможно в одной и той же ситуации, и во-вторых, разного рода неопределённости в иерархической упорядоченности по значимости нравственных оценок. Злонравие — составная часть нравственности индивида в целом, в оценках которой значения «хорошо», «плохо», «не имеет значения» и другие определены как правило противоположно предлагаемым Свыше людям — в том числе и через совесть.

34.

Разум (интеллект) — одна из компонент психики человека. Помимо разума существует ещё несколько главных компонент, которые мы будем изучать чуть позже.

35.

Давид Фридрих Штраус (1808–1874) — немецкий теолог и философ-младогегельянец.

36.

Могут возникнуть вопросы: почему такую важную информацию М.А.Булгаков художественно вложил в уста Сатаны? Неужели нельзя было вложить в уста Бога, ну хотя бы Иешуа, раз образа Бога в романе не существует?

— Ответ очень прост: Сатана прежде чем заговорить с Берлиозом и Бездомным убедился в их безнадёжном неверии (атеизме) — и только лишь после этого, поблагодарив, вступил с ними в диалог. Спрашивается: кого ещё могли услышать атеисты? Бога? — Бога для них не существует. Атеисты могли услышать только того, кого они и представляют своими персонами на Земле. Вот он и пришёл. Но и Сатане они не поверили. А ведь даже он милостиво давал им последний шанс…

Весь роман «Мастер и Маргарита» пронизан этими мыслями: Сатана вербует себе на службу лишь тех, кто сам к нему просится своим неверием в Бога (а не то что Богу) и своим злонравным поведением на Земле, в общем — негодяев. Это и Римский и Варенуха, и Николай Иванович и даже паразитка по жизни Маргарита, втянувшая безвольного и сломленного системой Мастера в афёру Сатаны…

37.

Признан бестселлером XX века.

38.

Компенсация от латинского compensatio — возмещение.

39.

Легитимация (от латинского legitimus), признание или подтверждение законности государственной власти, какого-либо социального института, статуса, полномочий, опирающиеся на принятые в данном обществе ценности.

40.

Философия (от фил… и греческого sophia — мудрость), любовь к мудрости, система идей, взглядов на мир и на место в нем человека.

41.

Социология (от латинского societas — общество и…логия), наука об обществе как целостной системе и об отдельных социальных институтах, процессах, социальных группах и общностях, отношениях личности и общества, закономерностях массового поведения людей.

42.

Пантеон — слово, употребляемое в многобожии, когда надо выразить множественное число объектов сверхъестественного поклонения (в основном — богов). Происходит от латинского Pantheon, и от греческого Pantheion — место, посвященное всем богам.

43.

Компоненты психики, взаимодействие которых будет рассмотрено чуть дальше.

44.

Крайняя форма этому — шизофрения.

45.

Сейчас эту детскую игрушку редко увидишь в магазинах, поэтому необходимо пояснение. Калейдоскоп представляет собой трубу, на одном конце которой окуляр (глазок, в который смотрят), а другой торец закрыт матовым стеклом (оно пропускает свет, но сквозь него ничего не видно). Вдоль трубы внутри неё тянется трехгранная, зеркальная изнутри призма. Один торец её упирается в окуляр, а другой в прозрачное стекло. Между этим прозрачным стеклом и матовым стеклом, закрывающим торец трубы, засыпают осколки разноцветного стекла. Они отражаются во внутренних зеркальных гранях призмы внутри трубы, и в окуляре видны красивые узоры. При встряхивании или при вращении трубы стекляшки пересыпаются причудливыми узорами, которые в общем-то не повторяются.

46.

Подробно этот вопрос смотри в учебном пособии «Оружие геноцида: самоубийство людей и его механизмы». С-Пб 2006 г.

47.

Также напрашиваются вопросы: насколько, в свою очередь, адекватна миру эта система первичных различений «не для всех», и к чему приводит программирование поведения «посвящённых» этой системой в смысле описания понятия «логика» в разделе 1.1?

— Эта система понятий для «посвящённых», хоть и верна в своей мировоззренческой основе, но так запутана «высшими посвящёнными» для низших, что последние (а из них состоит вся толпо-«элитарная» иерархия «управленцев») смотрят на мир не адекватно даже первооснове правильной системе первичных различий: каждому звену толпо-«элитарной» иерархии — своя «посвящённость».

Но и «высшие посвящённые» тоже неадекватны Мирозданию, а главное — Божьей логике: они владеют инструментарием управления, но не знают «куда плыть» (цель управления), а значит лишили себя поддержки Свыше. Без поддержки Свыше никому из людей не дано обрести правильное мировоззрение, жить руководствуясь которым безопасно во всех случаях.

48.

В древней русской письменности, где каждая букова была не только знаком, обозначающим звук в устной речи, но и иероглифом, «мера» через «е» — слово однокоренное со смертью, мерзостью, мерзавцем. Та «мера», о которой идет речь в тексте, грамотно пишется через «h» (ять): мhра. Сделав эту оговорку, мы, однако останемся в основном в современной нам орфографии, построение которой шло не от смысла, а от звучания.

49.

Те, кто не согласен признать вакуум материей, способной взаимодействовать с материей в других её агрегатных состояниях, пусть объяснят всем прочим, как волны (электромагнитные, гравитационные и т. п. колебания) распространяются в идеальном ничто. Вакуум не ничто, а нечто — материя в одном из её агрегатных состояний.

50.

Ничто, кроме международных соглашений об избрании эталонов и кое-каких технических аспектов не мешает определить продолжительность секунды на основе частоты излучения эталонного светильника, задающего длину метра, либо поступить наоборот: длину метра определить на основе длины волны, соответствующей излучению эталона, задающего продолжительность секунды. Но во всяком случае без материального эталона не будет ни единицы измерения пространства, ни единицы измерения времени, вне зависимости от того принадлежат эталонные процессы микро- или макромиру.

51.

Численное соотношение ошибок при измерении координаты и импульса (масса, умноженная на скорость) микрочастицы: неопределённость в измерении координаты, умноженная на неопределённость в измерении импульса, по абсолютной величине не менее значения постоянной Планка.

52.

Также переход к богоцентричному мировоззрению триединства может осуществляться в режиме принятия сначала богоцентричного мировоззрения на веру (с уровня сознания) в качестве одной из «стекляшек калейдоскопа», после чего Бог по вере человека может помочь обрести устойчивость богоцентричного мировоззрения в психике верующего человека.

Но может быть и иначе: обладатель «пожизненного» калейдоскопичного мировоззрения будет постоянно блуждать в своём «калейдоскопе», переходя от одной его картинки к другой, пребывая в уверенности, что он обретает «богоцентричность», поскольку верует в Бога. Такие люди представляют своей жизнью как бы «устойчивость» калейдоскопического мировоззрения (картинки меняются, а «калейдоскоп» остаётся), и кажутся «ищущими» людьми. Однако они не способны управлять длительными процессами, в которых нужно мозаичное мировоззрение: за них этими процессами управляют другие.

53.

Главный ветхозаветный пророк.

54.

Подробно этот вопрос будет рассмотрен далее.

55.

Редакция, выражающая наше понимание, на основе переводов Корана М.-Н.О. Османова и Г.С.Саблукова. В большинстве других переводов на русский арабское «фуркан» переводится одним словом «Различение», которое некоторые переводчики начинают наравне со словом «Писание» с заглавной буквы, подразумевая его священность. В переводе Г.С.Саблукова арабскому слову «фуркан» в ряде случаев соответствует слово «спасение», в ряде случаев «Коран», а в ряде случаев сохраняется само арабское слово в русской транслитерации, однако начинаемое с заглавной буквы (в арабской азбуке нет разделения на строчные и заглавные буквы).

56.

Оккультизм (от латинского occultus — тайный, сокровенный), общее название учений, признающих существование скрытых сил в человеке и космосе, доступных лишь для «посвященных», прошедших специальную психическую тренировку.

57.

В трансовых состояниях, сознание смещается в иные частотные диапазоны, и способно даже воспринимать как «медленные» процессы и столь скоротечные явления как взрыв артиллерийского снаряда, а не только выудить из фильма пресловутый 25-й кадр (кстати, как показали исследования, и через него невозможно активизировать в психике то, что противно нравственности) или наложенную фонограмму, смещенную в инфразвуковой диапазон (средства программирования бессознательного поведения). Как показали исследования, бессознательные уровни психики при просмотре кинофильма успевают построить и те фазы движения, которые должны находиться в промежутках между фазами, запечатленными на кадрах кинопленки.

В «изменённых» состояниях сознание включает в себя и те виды физических полей, информационные потоки которых в обычном состоянии бодрствования большинство людей — не «экстрасенсов» — не воспринимают. Кроме того, когда сознание пребывает в «изменённых» состояниях, то изменяется и алгоритмика его взаимодействия с некоторым образом тоже изменившимися бессознательными уровнями психики.

58.

Биополе — обобщающее название совокупности всех естественных полей, свойственных как человеку, так и другим биологическим видам. Человек и другие биологические виды способны излучать и принимать биополя с помощью самонастроек своих организмов. В оккультной литературе термин «биоплое» употребляется для объяснений парапсихологических явлений.

Парапсихология — область исследований т. н. паранормальных психофизических явлений: экстрасенсорного восприятия, происходящего без участия органов чувств (телепатия, ясновидение, лозоискательство, парадиагностика и т. п.), воздействия человека на внешние физические процессы без посредства мышечных усилий (телекинез, парамедицина и т. д.) и др.

59.

В технике развиты методы извлечения сигнала, мощность которого значительно ниже мощности шумов. Но в технике человек употребляет только то, чему есть место в Жизни, и что может быть реализовано и реализуется на искусственно порождаемых цивилизацией носителях. Именно на этом поле изучения возможностей переноса явлений, имеющих место в биосфере, в техносферу выросла отрасль науки, именуемая «бионика».

60.

Отождествление личности человека с Богом мы исключаем, хотя Бог может выражать себя и через личность человека.

61.

Мы не пользуемся терминами «подсознание», «сверхсознание» и от них производными поскольку в обществе нет их единообразного понимания, но каждый способен понять, что именно он осознаёт, а что проходит мимо его сознания и потому принадлежит к его бессознательному.

62.

Для изменения вычисляемых в алгоритме стандартов сопоставления необходимо перестроить какие-то блоки алгоритма.

63.

О коллективной психике речь пойдёт позже.

64.

Это как правило относится к нравственным мерилам.

65.

Эгрегор — от слова «агрегат», имеющего смысл «сборка в единое целое множества функционально различных элементов». То есть ближайший аналог слову «эгрегор» в русском языке — слово «соборность» — сборка. Слово «индивид» означает «неделимый», т. е. «единичную особь». Латиноязычной паре «индивид — эгрегор» в русском языке соответствует пара «особь — соборность», при этом соборность по умолчанию подразумевает Человечный тип строя психики её участников, что качественно отличает её от стадно-стайных и корпоративных эгрегоров, порождаемых носителями нечеловечных типов строя психики.

66.

О чём можно говорить весьма условно.

67.

Содержательное различие между психикой индивида и индивидуальной душой будет рассмотрено в дальнейшем.

68.

Таким образом можно в обход сознания личности не только вмешаться в её судьбу, но и управлять личностью по воле мага-«духовника».

69.

Объективная (а не декларируемая) нравственность индивида складывается из совокупности нравственных мерил (частных мhр), которые он получил от рождения (как заданность алгоритмики его психики наследственным эгрегориальным «фоном»: родовыми эгрегорами со стороны отца и матери) и в процессе воспитания — на базе задачи и перезадачи оценок «хорошо-плохо», «добро-зло»,…, что определило его вторичные оценки на будущее «нравится — не нравится» по отношению к жизненным явлениям и обстоятельствам в определённой мировоззренческой системе с её философией и внутренними духовными стандартами (частными мhрами).

70.

Конечно менеджеры («духовники», маги, экстрасенсы…) могут иметь доступ не ко всей информации эгрегора, в который включена информация из психик людей. Но к какой-то части информации — они имеют устойчивый доступ. Причём разные менеджеры могут иметь доступ в разные информационные фрагменты управляемого ими эгрегора.

71.

Алгоритм эгрегора — это многовариантный (в общем случае) сценарий возможных взаимодействий эгрегора с жизненными обстоятельствами его участников.

72.

Точнее говоря, воля подавлена эгрегориальным водительством в обход сознания индивида.

73.

Эта тема будет рассмотрена далее.

74.

Различие между Откровениями Свыше и эгрегориальными наваждениями в том, что Откровения открывают путь в Царствие Божие, если человек утруждает себя тем, чтобы понять их смысл и перестроить соответственно ему свои нравственные мерила, психическую деятельность, миропонимание и этику как внутреннюю, так и внешнюю; а наваждения — поддерживают и усугубляют заблуждения и извращённость нравственных мерил, всей психической деятельности, миропонимания и этики как внутренней, так и внешней.

75.

Т. е. «урожай»: «посев» находятся в соотношении 100: 1.

76.

Везения или невезения, не мотивированного казалось бы ничем, но реально мотивированного различиями в нравственности, определяющей: мировоззрение, избрание целей деятельности, её характер и результаты; а также мотивированного этически как внутриобщественно, так и религиозно.

77.

Хотя и частности тоже могут эффективно влиять на общую эгрегориальную алгоритмику основных духовных систем на очень длительных промежутках времени. Этот вопрос будет рассмотрен в одной из следующих глав.

78.

Генетика (от греческого genesis — происхождение), наука о законах наследственности и изменчивости организмов и методах управления ими.

79.

Понятие телегонии будет рассмотрено позже.

80.

Образно говоря: комплект матрешек образует порядок вложенности. Вложенные «матрешки» разных порядков (комплектов) могут дружить между собой, когда объемлющие «матрешки» ведут войну, либо иначе: объемлющие могут жить в мире, а вложенные строить друг против друга козни. Разница между порядками вложения матрешек и эгрегоров только в том, что на каждом уровне порядка вложенности в матрешке — одна матрешка, а в эгрегоре на каждом его уровне порядка вложенности может быть несколько эгрегоров одного уровня значимости.

81.

Образно говоря, всякое общество можно уподобить ткани: последовательности предков по мужской (при патриархате) либо женской (при матриархате) родословным, уходящие в прошлое, образуют основу ткани; ответвляющиеся линии родословных по братьям (при патриархате) либо сестрам (при матриархате) образуют новые линии основы, которые замещают собой пресекшиеся роды. Браки — нормально не родственников — переплетают родовые нити основы между собой, образуя тем самым из не связанных между собой родословных нитей основы переплетение ткани общественной жизни.

82.

В осознанном освоении личностью этой информации и состоит один из аспектов её всечеловечности.

83.

Но это не значит, что такой «интерес» не появится в жизни вообще: как правило это происходит под давлением обстоятельств — зачастую катастрофической направленности.

84.

Конечно, у высших видов животных есть реакция типа «человеческой», которую можно назвать «научиться некоторым стереотипам поведения», которая вроде бы не вписывается в вышеперечисленные три. Эта реакция — создание стереотипов приспособления к изменившимся условиям среды — не есть творчество животных. Она относится к виду условных рефлексов и представляет собой разновидность «принятия воздействия на себя», с одновременным приспособлением.

85.

При этом надо помнить, что эти границы должны быть адекватными Божьему Промыслу, выход за пределы которого невозможен.

86.

То есть, колебания биоценозов являются зависимыми от космических циклов. А космические циклы — часть Божией Мhры. И в этом отношении возможности биоценозов крайне ограничены (жёстко заданы) в отличие от человека, которому дано размножаться в пределах широкого диапазона, заданного Мhрой.

Другое дело — домашние животные и птицы. Под управлением людей они размножаются не по законам Космоса, а по законам выдуманным людьми. Эту зависимость можно увидеть, изучив численность популяций диких животных, птиц и домашних. У диких животных и птиц существует зависимость: чем больше по весу особь, тем её меньше в мире. Одомашненные особи не вписываются в эту зависимость. Их численность определена деятельностью людей.

87.

Например, гитлеровские политики.

88.

То есть, соответствующие признаку здоровые гены не производятся.

89.

Учитывая, что сбой в программе синтеза белка приведет, скорее, к невозможности синтеза какого-либо продукта вообще, чем к синтезу «измененного» белка, вероятность проявления генетически обусловленных болезней неизмеримо выше, чем возможность «улучшения» породы.

90.

Ограниченность легитимной генетики иллюстрируется и таким, уже общеизвестным, фактом. У некоторых видов пресмыкающихся (крокодилы, черепахи) хромосомным набором не определяется даже такой кардинальный признак, как пол. Их пол обусловлен температурными условиями развития зародыша в яйце. Этот факт был обнаружен после первых неудач восстановления численности популяции галапагосских черепах: из яиц, вылупившихся в инкубаторах, вырастали особи одного пола. Для получения особей другого пола потребовалось изменить температурный режим инкубации.

91.

Включают в себя:

· закон единообразия гибридов первого поколения при скрещивании двух разных пород.

· закон расщепления гибридов второго поколения, согласно которому рецессивные признаки проявятся во втором поколении гибридов только у одной четверти потомства, а в потомстве 2/3 оставшихся особей, у которых они не проявились, они могут проявиться в последующих поколениях, если не будут блокированы доминантными генами.

· закон независимого комбинирования (независимого расщепления), согласно которому передача каждого из унаследованных признаков (которому соответствует свой ген в хромосомах) по родовым линиям протекает независимо от передачи других унаследованных в первом поколении при гибридизации признаков.

Последнее верно, только если гены, отвечающие за эти признаки распложены на разных хромосомах.

92.

Одной из таких корпораций является еврейство диаспоры, где проблемы генетического здоровья наиболее остры из числа всех племен Земли.

93.

Реинкарнационная память (как это понятие можно обобщить из ведических культур) — это информация, становящаяся доступной индивиду в процессе приобщения его к системе посвящений и считающаяся как бы возобновлённой индивидом из якобы своих прошлых жизней как — осознание знаний и навыков его прошлых воплощений, как основы для дальнейшего его развития.

Этим знахарская традиция выпаса «элит» уделяет особое внимание освоению того, что можно назвать реинкарнационной памятью, но пренебрегает вопросом об освоении духовного наследия, предоставляемого коллективной генетической памятью.

К тому же под видом реинкарнационной памяти (воспоминаний о прошлой жизни) магами-экстрасенсами как правило внедряется программа типа «духовного клона», нужная для знахарства, и эта программа попросту подавляет волю личности, зомбируя её на необходимые мысли и дела.

94.

Организация жизни пчёл такова, что каждая пчела от рождения призвана пополнить определённый отряд и трудиться в этой сфере всю жизнь, обслуживая матку. Пчёлы делятся на трудовых пчёл, трутней, охранников, группируясь согласно командам от матки. И это при том, что все они — хромосомно-генетически «ближайшие родственники».

95.

О культуре как о средстве информационного обмена между взаимно замкнутыми эгрегорами речь пойдет далее.

96.

Потомки атлантов не из «расы господ» могли спастись также как и представители «расы господ», но их реинкарнационная память (если таковая существует: эгрегориальная память была уничтожена в процессе катастрофы, а передача «памяти» по наследству могла осуществляться через формирование новых эгрегоров либо лично «глаза в глаза» уже в этой цивилизации) — совсем не то восхищение образом жизни Атлантиды, что могло сохраниться как воспроизводство в духе (в новых эгрегорах, в которые вошли лишь представители спасшихся «господ») образа жизни Атлантиды и мифов о ней. Память рабов Атлантиды скорее всего была ущербна. А память немногочисленной оппозиции (таких людей как Ной и тех, кто спасся с ним) с самых первых дней новой цивилизации могла быть направлена не на воспроизводство прежнего образа жизни, а наоборот. Поэтому вспоминать для дальнейшей праведной жизни было и нечего: нужно было строить новую жизнь почти с нуля.

97.

В последние годы издано достаточно литературы, где наши современники вспоминают о своей прошлой жизни в качестве представителей правящей «элиты» и высших «жрецов»-магов Атлантиды, о катастрофе; уничтожившей эту цивилизацию; о том, как по завершении катастрофы, они из воплощения в воплощение работали над возобновлением её прежнего образа жизни в нынешней цивилизации. В частности, эта тематика в разных её гранях освещена по личным воспоминаниям и на основе традиций в книгах:

Б.М. Моносов «Бешеная скачка на бледном коне, или по эту сторону магии». (СПб, «ИКАМ», 1992);

Вильям И. Томпсон «Острова вне времени» (Киев, издательство «София», 1995 г.).

Теун Марез «Учение Толтеков». Тома 1–3 (Киев, Москва, «София», 1997, 1998 гг.).

98.

Э.Р.Мулдашев («От кого мы произошли?», Москва, «АРИА-АиФ», 2000 г., стр. 45).

99.

Совокупность «геометрических признаков» в строении мягких тканей лица: разреза глаз, век, соответствующей области лица. Их неповторимое своеобразие, выразимое численно для каждого индивида на основе математической обработки измеренных параметров образа глазной области лица, было выявлено группой исследователей во главе с Э.Р.Мулдашевым. При этом было выявлено, что народы и расы отличаются друг от друга статистическими характеристиками офтальмогеометрических признаков.

100.

Сравните звучание таких словосочетаний на русском языке (на английском или немецком все будет иначе) как: американский человек, немецкий человек, японский человек и… русский человек. Последнее словосочетание отличается от всех остальных неким особым ладом.

101.

Пояснение смысла этого слова, можно найти в статье «ЖИД» из «Словаря живого великорусского языка» В.И.Даля (статья была изъята советской цензурой):

«Жид, жидовин, жидюк, жидюга, м. жидова или жидовщина, ж. жидовье ср. собир. скупой, скряга, корыстный купец. Еврей, не видал ли ты жида? — дразнят жидов. На всякого мирянина по семи жидовинов. Живи, что брат, а торгуйся, как жид. Жид крещеный, недруг примиренный да волк кормленый. Родом дворянин, а делами жидовин. Мужик сделан, что овин, а обойлив, что жидовин. Проводила мужа за овин, да и прощай жидовин! Не прикасайтесь черти к дворянам, а жиды к самарянам.

Жидомор м., жидоморка ж. Жидовская душа или корыстный купец. Жидовать, жидоморничать, жидоморить, жить и поступать жидомором, скряжничать; добывать копейку вымогая, недоплачивая и пр.

Жидюкать, — ся, ругать кого жидом. Жидовство или жидовщина, жидовский закон, быт. Жидовствовать, быть закона этого. Ересь жидовствующих или субботников. Жидовская смола, асфальт, земляная, каменная, горная ископаемая смола. Жидовская вишня, растение фисалис. (…) Слобожане (вятск.) жидокопы, искали денег в могиле жида».

Ничего национального в этой статье не отражено: исключительно скаредность, которая порицается русской народной культурой как в среде евреев «еврей, не видал ли ты жида?», так и в сред русских «родом дворянин, а делами жидовин». И жид вообще это — скупой, скряга вне зависимости от роду и племени.

Из статьи В.И.Даля видно, что в его времена понятия «жид» и «еврей» в русской культуре различались и в определенной мере противопоставлялись: «Еврей, не видал ли ты жида? — дразнят жидов», а не евреев. Если мирянин — член деревенского общества — мира, то пословица «на каждого мирянина по семи жидовинов» перекликается с пословицей «один с сошкой — семеро с ложкой».

Единственная причина изъятия из советских переизданий Словаря В.И.Даля статьи «ЖИД» — создать условия для разжигания в будущем «антисемитизма». Поскольку в общественное мнение навязывается стереотип мышления, что еврей — это не член некой религиозной в своей основе общности, подобно другим верующим — христианам, буддистам, мусульманам и прочим — а национальность, такая же как русский, украинец, казах и т. п. Тогда «жид» — презрительная кличка, проявление предрассудка национальной нетерпимости, а не мироед. Мироед же — антиобщественный тип, встречающийся во всех исторически устойчивых общностях людей, а не только в нациях.

102.

Обоснования этого утверждения мы приведём в следующих книгах курса.

103.

Этнонимы — названия и самоназвания народов.

104.

«Дцать» — древний эквивалент «десятка»: «два дцать» = «два десятка».

105.

На то, что принадлежит роду, указывает слово однокоренное со словом «народ» слово «порода», обозначающая именно совокупность качеств, свойственную представителям того или иного рода.

106.

Рус, Чех, Лях — приблизительно III в. н. э. по традиционной хронологии. В другом варианте звучания Лях — Лех. Жили-были Чех, Лех и Рус, братья-славяне. Отправился Чех на юг, Рус на восток, а Лех — на месте остался, поскольку в районе нынешней Познани Леху, повстречался белый орёл, который вил гнездо, что было воспринято им в качестве знамения. Память об этом орле выразилась в впоследствии в гербе Польши.

107.

Отсюда древний этноним в форме отчества — «русичи».

108.

Начало первой мировой войны ХХ века, войны антирусской прежде всего, именно в 1914 г. — символический ответ на годовщину разгрома Россией объединённой Наполеоном Европы и вступления русских войск в Париж 30 марта 1814 г.

109.

Природно-географический детерминизм — название класса социологических теорий, согласно которым природно-географические условия оказывают главное и решающие непосредственное воздействие на формирование культуры общества и психики его членов.

110.

Поскольку трудовой деятельностью рабов надо управлять директивно адресно-персонально, а компактно проживающая община ограничена естественно биологическими факторами в пороговой численности совместно живущих и работающих людей, по превышении которой кризис управления в ней неизбежен.

111.

Уклад жизни и максимально возможное количество населения, которое при определённом укладе территория может прокормить и обустроить — взаимосвязаны.

112.

Те, кто знаком с фотоискусством, знают, что фотографическое изображение, напечатанное с кадра плёночного фотоаппарата размером 24x36 мм, по количеству мелких деталей и их прорисовке (при композиционной идентичности обоих кадров) всегда проигрывает фотографии, сделанной широкоплёночным аппаратом с форматом кадра 60x60 мм, и тем более — негативу на пластинке (или плоской плёнке) форматом 18x24 см при одинаковой разрешающей способности объективов фотоаппаратов.

113.

От тех случаев, когда они не реализовывались на биологической основе, идёт идиома «не знал ни сном, ни духом». Мы же живём в такой культуре, что когда эти потребности реализуются на биологической основе самого человека, то многие изумляются этому как какому-то сверхъестественному чуду.

114.

Что-то аналогичное могло бы возникнуть в Северной Америке, но не возникло. Почему? — вопрос особый, для ответа на который надо изучать легенды североамериканских индейцев и воспринять в себя всё ту прошлую действительность жизни на Северо-Американском континенте, что стоит за повествованиями дошедших до наших дней издревле индейских сказаний.

115.

Взгляните на карту и прикиньте, сколько Англий поместится на Восточно-Европейской равнине? Из регионов становления древних цивилизаций по размерам с нею сопоставимы только:

· Китай, но в нём более разнообразные природно-географические условия, что исключало в древности общность культуры в разных зонах этого региона и, как следствие — исключало формирование протяжённого биополевого «антенного поля».

· Древний Египет, вытянувшийся узкой полосой вдоль Нила. Поскольку культура была более или менее однородной на севере и юге, его «антенное поле» по одному из линейных размеров сопоставимо с древнерусским доисторическим, но многократно проигрывало ему по площади (т. е. качество сигнала, которое оно было способно принять могло быть только многократно хуже). К тому же и природно-географические условия там были иные, а безопасность населения в вопросе защиты от соседей могла быть обеспечена только военно-техническим паритетом или превосходством, а не природно-географическим факторами.

116.

Рубежом, разделяющим эпохи «доисторическую» и «историческую», является появление не столько календаря, а начало летоисчисления на основе календаря и привязки памятных событий к их реальным датам по принятому летоисчислению. До начала этого процесса истории нет, а её место в культуре занимает эпос. В эпосе же значима составляющая художественного вымысла, вследствие чего в эпосе однородные или в чём-то сходственные события разных эпох могут объединяться в одно эпическое событие, также и эпические персонажи могут представлять собой собирательные образы их реальных жизненных прототипов, живших подчас тоже в разные времена. Кроме того, эпос, представляя собой совокупность тематически своеобразных сказаний во многом изолированных друг от друга сюжетно, может не соблюдать не только хронологии, но и реальной последовательности течения событий, не говоря уж о том, что неблаговидное эпос склонен забывать либо переносить с народа его носителя на исторически реальных, но мифологизированных или вымышленных врагов.

В отличие от эпоса, история обязывает к точности: когда? — дата; кто? с кем вместе? что именно сделали? А философия истории на этой основе обязывает дать и ответ на вопросы: вследствие чего? для чего (с какими целями)? хорошо это или плохо и в каких аспектах?

117.

Технико-технологический прогресс тогда протекал медленно, и потому его влияние на жизнь и психику людей можно не рассматривать.

118.

Хотя могла временами возникать тирания традиций, утративших адекватность изменившимся обстоятельствам жизни.

119.

Этого не понимают до сих пор многие. В частности, в России в период крепостного права община была лишена возможности изгнать тех, кто не поддерживает её нормы этики, а столыпинские реформы, не предоставив ей этого права, разрешила выходить из общины единоличникам, что не одно и то же.

120.

Это, в свою очередь, ведёт к возникновению конфликта на уничтожение «изгои — община».

121.

В наши дни эта несомая коллективной психикой общества традиция утратила общественно полезную целесообразность и обрела прежде не свойственные ей в прошлом черты — беспредельную жестокость и беспощадность подростковой и молодёжной преступности.

122.

122 Одна из шуток Марка-Твена (не дословно, но суть): «Когда мне исполнилось 15 лет, мой отец внезапно поглупел. Но после того, как мне исполнилось 18, разум постепенно начал возвращаться к моему отцу».

123.

Если предысторию древнерусской культуры историческая наука относит к первым векам нашей эры, то рабовладельческие государства согласно её же данным в других регионах Евразии существовали к этому времени на протяжении нескольких тысячелетий.

124.

Трудозатраты на выпас скота меньше, чем трудозатраты в трудовой жизни в лесу. Поэтому свободные человеческие ресурсы, возникновение которых было неизбежным в результате соотношения рождаемости и смертности, кочевникам было проще реализовать в набегах на соседей, нежели в своей традиционной культуре. А переход к иному способу хозяйствования в тех же регионах требовал высоких технологий и не семейного уклада, которые при кочевом образе жизни в ней самой изобрести было некому. Вследствие этого культуры кочевников — тупик развития, из которого самостоятельный выход оказался исторически реально невозможным.

125.

Морализировать на тему о том, кто прав, кто не прав в тех конфликтах — ныне неуместно, поскольку та конфликтность была неизбежна при миропонимании представителей каждой из культур и их образе жизни: ни та, ни другая культура объективно исторически ещё не доросла до ощущения и понимания каждым человеком глобального единства всего человечества.

126.

Отсюда и повествования древних летописей о том, что в наиболее значимых для судеб Руси сражениях, на стороне русского войска принимало участие и «воинство небесное».

127.

Соответственно получаемые в кулачных боях травмы, типа выбитые зубы, сломанные носы, челюсти, рёбра и т. п., что оставляет на теле неизгладимые следы на всю жизнь, — выражение того неправильного, что было в его поведении в процессе боя. А это неправильное поведение, в свою очередь, было выражением каких-то неправильностей в психике, вследствие чего человек не мог войти в настроение, в котором его вёл и защищал Русский дух.

128.

«Access denied» — «В доступе отказано».

Мы поясняем этот термин не при первом, а при последнем его употреблении потому, что хотели, чтобы читатель (если он не очень хорошо владеет английским или компьютерным слэнгом, сложившимся на основе английского) прочувствовал хотя бы отчасти то, что ощущает человек, когда тот или иной эгрегор, в доступности которого для себя он убеждён — его отвергает без объяснений.

129.

Это к ответу на вопрос: Почему мусульмане и русские в одном государстве жили мирно и слажено на протяжении веков?

Также полезно обратить внимание на то обстоятельство, что ниспослание Корана (VII в. н. э.) имело место именного тогда, когда Русь изначальная подходила в своём культурном развитии к началу кризисной эпохи, либо кризисная эпоха только-только начиналась.

130.

В смысле наличия хотя бы позднейших текстов, повествующих о жизни в прежние времена на основе не сохранившихся оригинальных письменных хроник, написанных по свидетельствам очевидцев событий и самими участниками событий.

131.

Вектор целей — совокупность целей, которые желательно осуществить, которым присвоены приоритеты значимости в порядке, обратном вынужденному последовательному отказу от каждой из них в случае невозможности осуществить всю совокупность.

132.

В силу принципа дополнительности информации, в тех случаях, когда информация, введённая в систему по оглашению, в её деятельности подавляется принципами, введёнными в неё же по умолчанию.

133.

Мы склоняемся к этому мнению, поскольку ни в письменной, ни в устной общедоступных традициях доживших до наших дней, нет воспоминаний об Откровении Свыше.

Единственное исключение — Объединение «Всеясветная грамота» настаивает на том, что за 7500 лет до 1991 г. н. э. (т. е. в 5508 г. до н. э. — «нулевого года в летоисчислении нет, поэтому не в 5509 г. до н. э.) имело место Откровение, в котором и была дана Всеясветная грамота человечеству, ставшему на путь технического развития цивилизации и — как следствие — своего биологического вырождения. Но Всеясветная грамота — не принадлежит к числу субкультур, открытых для освоения всеми, на протяжении последнего тысячелетия.

134.

Т. е. государственность вообще — система управления делами общества в целом и на местах на профессиональной основе. А для «элитарной» государственности характерно мафиозно-корпоративное обособление профессионалов-управленцев от остального общества с целью монопольного доступа к тем или иным благам, вследствие чего первой внутриобщественной ценностью становится монопольное индивидуальное или корпоративное овладение той или иной властью над другими людьми.

135.

Дефлорация — нарушение целостности девственной плевы.

136.

Тем более в таких условиях не приходится говорить о понимании, поскольку понимание — результат осмысления того, что индивид ощущает.

137.

Евгеника от греческого еиgеnлs — хорошего рода. Теория о наследственном здоровье человека и путях его улучшения. Принципы евгеники были впервые сформулированы Ф.Гальтоном (1869), предложившим изучать влияния, которые могут улучшить наследственные качества (здоровье, умственные способности, одаренность) будущих поколений. Прогрессивные ученые ставили перед евгеникой гуманные цели. Однако её идеи нередко использовались для оправдания расизма (например, фашистская расовая теория). В современной науке многие проблемы евгеники, особенно борьба с наследственными заболеваниями, решаются в рамках генетики человека, в том числе медицинской генетики. Правомерность употребления термина «евгеника» остается спорной. (Советский энциклопедический словарь, 1986 г.).

138.

Если говорить о раковых клетках, в которых иной генетический материал, то следует иметь в виду, что они представляют собой не таинственно переродившиеся клетки организма, а колонии трихомонад — простейших жгутиковых, способных при определенных условиях перейти к оседлому колониальному образу жизни во многоклеточном организме, разрушая его структуру и ткани включениями своих колоний.

Причем речь идет не только о трихомонадах, с которыми борется венерология. Трихомонады — одни из древнейших существ на Земле, и средой обитания для них являются все природные воды и почвы, в том числе и многоклеточные организмы. В частности, они нормально живут в крови человека под видом Т-лейкоцитов. Функционально в масштабах биосферы их можно отнести к её иммунной системе.

О трихомонадной теории рака и СПИДа смотри работы Т.Я.Свищевой: в частности, Т.Я.Свищева. «Иду по следу убийцы. Тайна рака разгадана?…» под ред. В.И.Захаренкова, Москва, 1997 г.

Официальная медицина с её взглядами не может согласиться, но не может и опровергнуть их в силу господствующей в ней общенаучно-методологической безграмотности. В официальной медицине много специалистов по лечению болезней, в но крайне мало целителей, умеющих лечить людей и способных передать навыки эффективного исцеления людей следующим поколениям медиков.

139.

Одна из наиболее распространенных асимметрий, передающихся по наследству, как показывает статистический анализ — сколиоз — искривление линии позвоночного столба, при котором одно плечо ниже другого, а гибкость позвоночника при наклоне направо отличается от гибкости позвоночника при наклоне налево.

140.

При этом следует понимать, что наследование по телегонии взаимно исключающей информации — только одна из множества возможных причин врожденных более или менее ярко выраженных пороков телесного и психического развития в современных условиях, когда цивилизация ведёт в целом нездоровый образ жизни, и люди находятся под воздействием множества факторов как мутагенных, так и нарушающих нормальную отработку безупречных самих по себе генетически программ развития тела и психики.

141.

Но только мать, которая помнит всех своих хахалей, может знать, от кого из них унаследовал те или иные качества каждый её ребенок.

142.

Естественное разделение общества на некоторые, другие и третьи… справедливо лишь в условиях толпо-«элитаризма» при господстве нечеловечных типов строя психики. В идеале, к которому должно стремиться общество — такое функциональное разделение не нужно и само отпадёт.

143.

В современном научном мировоззрении «закономерность» — осознанная основа предсказуемости. При этом «предсказуемость» понимается большей частью в предельно узком смысле, как 100-процентно гарантированная повторяемость какого-то явления при повторяемости определённых условий. Соответственно, непредсказуемость — отсутствие 100-процентно гарантированной повторяемости.

Иными словами исторически явления тем более непредсказуемы в смысле повторяемости, чем «выше духовность» их участников. Однако, соглашаясь с высказанным В.О.Ключевским утверждением, интуитивно ощущая его правильность, следует помнить, что вопрос о «мере духовности» в обществе решается субъективно — сообразно и соразмерно духовности того, кто выносит по нему определение.

144.

В её состав входят не только «физраствор» и сперматозоиды, но и разного рода биохимические «добавки», производимые организмом мужчины.

145.

В процессе митоза клетки и, прежде всего, их хромосомный аппарат многократно более чувствительны к поражениям радиоактивными и прочими жесткими излучениями, нежели в остальное время их жизни.

146.

Если на этот стадии происходит сбой алгоритма, то в гаплоидных клетках получается неправильное число хромосом. Если потом этот ошибочный набор участвует в зачатии в жизнеспособной комбинации генов, то возможны генетические болезни. В частности, синдром Дауна обусловлен ошибками в числе хромосом, передаваемых гаплоидным клеткам в мейозе.

147.

Фолликулы — структурные образования в яичниках, похожие на «пузырьки». Их функциональное предназначение — производство яйцеклеток.

148.

Вид гормонов.

149.

Супругой его была дочь короля Черногории, которая и определяла позицию великого князя в политике России на Балканах.

150.

Почему этого не объяснили царской семье ни Иоанн Кронштадтский, ни Г.Е.Распутин или кто-либо другой из православных — мы не знаем. Кроме того, будучи государем страны, изрядная часть жителей которой считает себя мусульманами, Николай II по долгу службы обязан был прочитать Коран хотя бы в русских переводах (к этому времени были прямые переводы с арабского Г.С.Саблукова и Д.Н.Богуславского) и подумать над его смыслом, дабы понимать эту часть своих подданных, не провоцируя их на бунт.

151.

Каждая из царевен несла хромосомный набор «ХХ», и даже если им всем от матери достались больные хромосомы «Х», то все они в отношении гемофилии были здоровы, поскольку от отца получили здоровую хромосому «Х». Как обстояло бы дело со здоровьем детей царевен, остается только гадать вследствие трагичности судьбы царской семьи. Но гемофилия могла и уйти из их рода при соответствующем характере мейоза.

152.

Королева Виктория, на чьё царствование пришёлся «золотой век» Великобритании — родная бабка русской императрицы Александры Федоровны, и её называют в качестве источника больного гена гемофилии, начавшего в XIX веке распространяться по царствующим домам Европы через династические браки дочерей Виктории и их потомков.

153.

Иными словами, это означает, что Николай II был посвящен в некий политический сценарий глобального масштаба значимости.

154.

Как это было при Б.Н.Ельцине.

155.

Оценка среднестатистического российского избирателя американскими советниками предвыборного штаба Б.Н.Ельцина в период избирательной кампании 1996 г.

156.

«Свободы сеятель пустынный, я вышел рано до звезды; / Рукою чистой и безвинной / В порабощенные бразды / Бросал живительное семя — / Но потерял я только время, / Благие мысли и труды… / Паситесь мирные народы! / Вас не разбудит чести клич. / К чему стадам дары свободы? / Их дулжно резать или стричь. / Наследство их из рода в роды / Ярмо с гремушками, да бич. / Увидел их надменных, низких, / Глупцов, всегда злодейству близких… / Пред боязливой их толпой / Ничто и опыт вековой… / Напрасно…» — А.С.Пушкин.

157.

Кроме него пострадали крейсер «Паллада» (тезка древнегреческой богини мудрости) и броненосец «Ретвизан» (названный по имени плененного во времена Екатерины II шведского линейного корабля). Последнее символично вкупе с гибелью крейсера «Варяг» по отношению к мифу о призвании скандинавов с целью установления русской государственности. Название погибшей вместе с «Варягом» канонерской лодки «Кореец» также символично, но по отношению к дальневосточной политике тех лет Российской империи.

158.

О генетическом вырождении «власть имеющих» активно начали говорить в период начала «перестройки», когда появились труды Г.П.Климова на эту тему.

159.

«Князь мира сего»; «Протоколы советских мудрецов» и прочие.

160.

Интервью, конспект псевдолекций для высшей советской номенклатуры, тогдашней «элиты» («Протоколы советских мудрецов»), псевдодетектив-фэнтази («Князь мира сего», «Имя моё Легион») и т. п.

161.

И большинство из них не задумывается о том, насколько истинны те мнения, к которым они пришли сами или были подведены так, что не могли прийти ни к каким иным, хотя известно, что истина не может выражаться во взаимно исключающих друг друга мнениях.

162.

Термин теории управления «отрицательные обратные связи» следует понимать не в том смысле, что «отрицательные» связи «плохие», а в том смысле, что они организованы так, что на основе информации, поступающей по ним в алгоритм выработки управленческого решения (сигнала управления) вырабатывается такое управленческое решение (сигнал), которое направлено в сторону уменьшения отклонения управляемой (самоуправляющейся) системы от идеального режима. Положительные обратные связи вызывают нарастание ошибки управления. С учетом того, что управление всегда носит субъективный характер, тот набор информации, который оценивается одним управленцем как «ошибка управления», другим может оцениваться как «безошибочное управление».

163.

Тем, кто ратует за возобновление этого подхода в России следует знать, что ныне в России только порядка 10 % детей рождаются без какой-либо выявленной патологии. В таких условиях применение к России спартанских законов обернётся геноцидом покруче всех, что имели место в её истории прошлом.

164.

Их тоже безо всяких к тому биологических оснований относят к вырожденцам, хотя они только в каких-то обстоятельствах проявили какую-то обусловленную культурой слабость, невнимательность и т. п., последствия которой оказались для каждого из них необратимыми, после чего он начал опускаться.

165.

Потребление алкоголя в количестве более 20 литров спирта на «статистическую душу» гарантирует исчезновение пьющего народа в течение трех-четырех поколений. Россия пьёт на протяжении последних трёх десятилетий более 25 литров в расчёте на «статистическую душу». Есть о чём задуматься и состоявшимся алкоголикам, и «культурно» пьющим. Но к счастью, и в этих условиях есть абсолютные трезвенники, и количество их семей растёт год от года.

166.

То есть рассмотрение их вне этого процесса, а тем более изолированно друг от друга — извращение осмысленности жизни.

167.

Подчеркнём: функциональная нагрузка генетически отягощенной периферии не вообще в жизни вида «Человек разумный», а определённо: на нынешнем этапе развития вида.

168.

Но последнее не касается низведения личности к опущенному строю психики искусственными средствами (алкоголь, табак, ряд психотропные вещества, наркотики, рок-музыка, под воздействием которой организм подвластного ей субъекта сам вырабатывает наркотики и психотропные вещества и т. п.), что добавляет ко внутренней напряженности зомби и демонов какие-то дополнительные внутренние конфликты.

169.

То есть всё их поведение, даже если они прикованы к смертному одру многие годы, подчинено инстинкту самосохранения. И хотя они сами не способны почти ни к чему, кроме как быть предметом заботы для окружающих и, прежде всего, для их близких, но и в этом есть жизненный смысл: тем самым окружающим предоставляется Свыше возможность раскрыть в себе какие-то качества, стать добрее и что-то понять в жизни, чего они не смогли бы сделать в иных жизненных обстоятельствах. Отказываясь от переосмысления своего образа жизни, именно окружающие поддерживают часто мучительное существование тех, кого Бог бы забрал сразу, как только окружающие поняли бы что-то и изменили бы себя соответственно понятому.

170.

Например, тяжелая болезнь или травма, увольнение, уход на пенсию и т. п. лишают индивида возможности вести «нормальный» с его точки зрения образ жизни, который он вёл «как все» до какого-то случая. После этого у него появляются свободное время и свободные, прежде всего, духовные силы для того, чтобы заняться чем-то другим. Многих такие «удары судьбы» приводят к погибели, но многие под их воздействием оказываются способными переосмыслить свою прошлую жизнь и жизнь общества, человечества, намерения на будущее и т. п., в результате чего становятся более человеками нежели были до встряски, поскольку преодолевают в себе свойства типов строя психики животного, зомби, демонического. Т. е. «не было бы счастья, да несчастье помогло».

171.

Сказка «Гадкий утёнок» про эти общебиологические программы.

172.

Апокалипсис, гл. 3:14 и далее.

173.

«Экстрасенсорика» приносит всё то, что издревле относят к одержимости, шизофрении (расщеплению) личности, внеязыковому управлению поведением одних людей другими людьми в прямом общении и дистанционно, водительству Свыше.

174.

О саентологии речь пойдёт при рассмотрении конкретных религиозных систем.

175.

Именно этот, особо опасный процесс, в последнее время в бездумной беззаботности возбуждают украинские, белорусские и великоросские националисты.

176.

Она едва-едва научилась произносить слово «информация», не всегда понимая его смысл, но ещё не знает слов «мhра» и «алгоритм управления», без понимания смысла которых и без видения стоящих за ними в жизни явлений разум бессилен.

177.

В основе определения долготы лежит определение разницы местного времени в точке определения долготы и местного времени нулевого меридиана. То есть географическую долготу можно измерять не в градусах дуги экватора, а в единицах времени, исходя из того, что Земля обращается вокруг своей оси за 24 часа. Местное время в точке определения долготы определялось по положению светил на небесной сфере, а хранителем местного времени нулевого меридиана был хронометр. Если прохождение светила через меридиан, т. е. местное время, можно определить достаточно точно и без хронометра, то ошибка хронометра, хранящего местное время нулевого меридиана, эквивалентна «смещению» нулевого меридиана относительно его истинного положения. Точность хронометров, позволяющая обеспечить картографическую точность древних карт, была достигнута нынешней глобальной цивилизацией только в 80-е гг. XVIII века.

178.

Историческое время, когда в день весеннего равноденствия восход Солнца наблюдался в созвездии Льва, имело место задолго до официального начала Египетской региональной цивилизации в господствующем историческом мифе.

179.

Более подробно см. кн.: Г.Хэнкок «Следы богов. В поисках истоков древних цивилизаций», Москва, «Вече», 1997 г., с. 204.

180.

Более подробно см. кн.: Г.Хэнкок «Следы богов. В поисках истоков древних цивилизаций»; И.Великовский «Столкновение миров», «Феникс», Ростов-на-Дону, 1996 г.; Т. Н. Дроздова, Э. Т. Юркина «В поисках образа Атлантиды», Москва, «Стройиздат», 1992 г.; В.Н.Демин «Тайны русского народа. В поисках истоков Руси», Москва, «Вече», 1997 г., а также интервью с В.Н.Деминым «Когда мы умели летать… и говорили на одном языке», опубликованное в рубрике «Теория невероятности» в «Российской газете» от 20 февраля 1998 г., в котором речь идет о жизни древней цивилизации Гипербореи, бывшей родиной некоторых из олимпийских богов, остатки которой найдены на севере России. В этом интервью также отмечается, что «в XXX–XV веках до н. э. климат Арктики был достаточно мягким, а Северный Ледовитый океан был теплым, несмотря на наличие ледников на континенте».

Следует иметь в виду, что образование сухопутных ледников связано не только с широтой местности, но и количеством осадков, выпадающих в ней в зимний период. Так, по одной из математических моделей климатологии, в Сибири наших дней мог бы быть ледник, подобный антарктическим, если бы Тибет и Гималаи не препятствовали продвижению на север влажных воздушных масс из района Индийского океана.

181.

Г.Форд «Моя жизнь, мои достижения», Москва, 1989 г., с. 86, с. 89.

182.

Как повествует Ветхий Завет обрезание делалось каменными ножами.

183.

«Международное Правительство никогда не отрицало своё существование. Оно не обнаруживало себя манифестами, но действиями, которые не упущены даже официальной историей. Можно назвать факты из французской и русской революции, а также из англо-русских и англо-индийских сношений, когда самостоятельная рука извне изменила ход событий. Правительство не скрывало наличия послов своих в разных государствах. Конечно, эти люди по достоинству Международного Правительства никогда не прятались. Наоборот, они держались на виду, посещали Правительства и были замечены множеством людей. Литература охраняет их имена, приукрашенные фантазией современников.

Не тайные общества, которых так боятся Правительства, но явные лица, посылаемые указом Невидимого Международного Правительства. Каждая подложная деятельность противна международным задачам. Единение народов, оценка созидательного труда, а также восхождение сознания утверждаются Международным Правительством самыми неотложными мерами. И, если проследить мероприятия Правительства, то никто не обвинит его в бездействии. Факт существования Правительства неоднократно проникал в сознание человечества под различными наименованиями.

Каждый народ посещается лишь один раз. Посольство бывает лишь один раз в столетие — это закон Архатов. Устремление явления Невидимого Правительства подлежит соотношению мировой эволюции, почему в основу заключений полагаются точные математические расчёты. Нет личного желания, но непреложность законов материи. Не хочу, но знаю. И потому решение при волнении потока всё же неизменно.

Можно взойти на гору с севера или с юга, но само восхождение остается неизменным» («Агни Йога», Самара, изд. 1992 г., т. 1, стр. 292 — «Знаки Агни Йоги», п. 32).

184.

«И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков не земле, и что мысли и помышления сердца их были зло во всякое время…» — Бытие, 6:5.

Коран многократно утверждает, что они отказались признать Ноя (Нуха) в качестве человека, через которого Бог предостерегает их о пагубности той культуры, которую они поддерживают.

В отличие от Библии, Коран сообщает, что всемирный потоп последовал по молитве Ноя (Нуха), после того как Ною стала понятна безрезультатность дальнейшей проповеди среди своих современников и он обратился к Богу с молитвой о пресечении бытия тупиковой цивилизации. «От прегрешений их они были потоплены и введены в огонь, и не нашли для себя, кроме Бога, помощников. И сказал Нух: «Господь мой, не оставляй на земле из неверных ни одного обитающего в доме. Если Ты оставишь их, они собьют Твоих рабов и не породят никого, кроме распутного, неверного…»» — Коран, 71:25–27.

185.

Исторически так сложилось, что эта работа стала его действительным завещанием потомкам и продолжателям дела большевизма. Все остальные завещания — фальшивки.

Книга 2.

Часть III. Религиозные и идеологические системы.

3.1. Ранние формы религиозных систем культура общинной магии.

3.1.1. Возникновение и особенности ранних форм религиозных систем.

Бог создал человека таким образом, что последний не может жить лишь материальным (вещественным), человеку обязательно нужна духовная жизнь. В предыдущей части учебника мы рассмотрели основные причины и закономерности, почему человек стремится к творчеству и почему человек стремиться отыскать духовные закономерности своего бытия. Иначе говоря, религиозность (в самом общем смысле это — ощущение людьми невидимой связи через сверхъестественные силы), которая заложена в природу человека Свыше — невыхолащиваемая ничем суть человека — которую можно лишь какое-то время не замечать по невежеству, неверию и злонравию, но которую невозможно игнорировать в жизни.

Истоки первых религиозных представлений предков современного человека тесно связаны с возникновением у них ранних форм духовной жизни. Здесь следует отметить общее древнее духовное начало всех первобытных проявлений религий: в первобытности людям было присуще твёрдо верить в существование не «материальных» (не вещественных) невидимых сверхъестественных сил, которые получали своё чисто «материальное» (вещественное) выражение в жизни первобытных людей. И таким образом люди “кодировали” неизвестные духовные явления, тем что наделяли их качествами те или иные предметы, животных, птиц, явления природы, и даже отдельных людей.

Так чисто полевое (не вещественное) взаимодействие (связь) людей со сверхъестественными силами, и взаимодействие (связь) людей между собой получало своё выражение в той или иной религиозной системе. Сами же религиозные системы развивались и трансформировались в ходе глобального исторического процесса.

Технократия внесла свои коррективы в религиозность людей. Особенно в последние два-три столетия с развитием технократии, с возникновением в современном мире мощной материально-технической базы, религиозное сознание многих изменилось в сторону неверия в сверхъестественные силы. Это обусловлено тремя основными факторами:

· Мощным давлением на психику людей фактора «вещизации» жизни в смысле понятия «вещизации» — как нарастания значимости вещественного в обыденности, нежели духовного, вследствие постоянного наращивания производства товаров и услуг.

· Появлением и развитием технократических полей[1] (параллельно с биополями), как следствия технократического развития, которые грубо вторглись в психику людей, заслоняя своим воздействием более тонкое и гораздо труднее воспринимаемое (и осознаваемое) воздействие биополей.

· Тем, что люди научились надёжно заслоняться технократическими достижениями от природных биогенных явлений, возомнив себя «независимыми» от последних.

В то же время, многотысячелетняя трансформация общественного «религиозного сознания» (как принято говорить) — от первобытных форм идолопоклонничества, политеизма к монотеизму в виде идеалистического атеизма с его естественным финалом материалистическим атеизмом (неверием в Бога и в сверхъестественные силы) — привела людей к необходимости очищения религии (веры) от всего неправедного и ложного (методом последовательных отказов от отмерших и несостоятельных форм религий) с обнадёживающей перспективой выхода к единобожию веры Богу. В этой связи знаменателен последовательный отказ большой части людей в Русской цивилизации от библейско-христианской веры идеалистического атеизма в 1917 году — как веры, не соответствующей внутренней (бессознательной) религиозности русских людей, а затем отказ от идеологии материалистического атеизма в 1991 году.

Поскольку религиозность заложена Свыше в природу (в душу) человека как обязательная составляющая нормальной работы его психики, нормальной организации его жизни, а возврата к прошлому всерьёз и надолго быть уже не может (то есть, не может быть возврата в идеалистический и материалистический атеизмы, от которых мы отказались в прошлом), то выхода всего лишь два. Первый: двигаться вперёд к единобожию веры Богу как религии естественной и непрерывной обоюдосторонней связи людей с Богом для понимания Его Замысла и проведения этого Замысла на Земле и второй: выпадение из Божиего Замысла в технократический атеизм с перспективой самоуничтожения людей, как не соответствующих заложенной в них Свыше природе человека.

Учитывая вышесказанное, можно рассматривать несколько аспектов ранних (первобытных) проявлений религиозности людей:

· Отсутствие даже абстрактных представлений о Боге, как безликой надмирной реальности, управляющей природой и людьми всемогущей силе.

Вместо таких представлений древние люди поклонялись не абстрактной для них неведомой силе, а своим представлениям о сверхъестественном, сконцентрированным их воображением в материальных предметах, животных, растениях,…, других людях. При этом сверхъестественность невидимых сил (взаимодействие людей с биополями и через биополя) сводилось к объединению двух их основных признаков:

· Невидимости, неслышимости и явной недосягаемости их для обычных людей (тех, кто не обладал возможностями хоть немного осознаваемого взаимодействия со сверхъестественными силами через биополя) в обыденной жизни.

· Невозможности действенно вмешиваться в протекание природных процессов, от которых в значительной мере в древности зависела жизнь людей.

· Смешение в обычной жизни хозяйственной деятельности и религиозного культа, что отличает ранние (первобытные) религиозные системы от более поздних систем (особенно монотеизма). Однако примитивные отношения со сверхъестественными силами, ошибочные представления об этике общения людей с Богом и Бога с людьми (на ранних стадиях — идолопоклонство и многобожие), даже при правильном совмещении жизни и религиозности не могли полностью удовлетворять естественным потребностям обоюдосторонней постоянной связи с Богом — Единым для всех людей.

В то же время такое совмещение обыденной жизни и религиозного культа давало почти неограниченные возможности управления племенем, общиной[2] со стороны жрецов, старейшин, шаманов, духовидцев, которые прибегая к «авторитету» сверхъестественных сил и имея возможность воздействия на ограниченные фрагменты коллективных духов (эгрегоров) племени, общины, и на людей, оставались безусловными авторитетами, которых слушались, уважали и зачастую даже побаивались. К тому же через культы, вошедшие в жизнь, передавались навыки и знания из поколения в поколение вместе с нормами морали и нравственности той или иной религиозной системы, что тоже было удобно для продления устойчивости системы при смене поколений.

· Родоплеменной, а не мировой характер религиозных культов, когда каждое первобытное племя или община имела свои религиозные культы. Это являлось естественным ограничением широкого распространения конкретных (привязанных к конкретным религиозным символам и вещам) религиозных культов на другие племена и общины. Последнее затрудняло обобщение опыта религиозной жизни с целью его совершенствования.

В то же время, родоплеменной характер религиозных культов весьма затруднял (мягко говоря) процесс концентрации управления — внешнего по отношению к древним племенам и общинам. Вследствие огромного разнообразия культовых символов и атрибутов невозможно было на их основе объединить в единой религии даже несколько племён или общин, живущих своей внутренней религиозной жизнью.

Все первобытные религии объединяет наличие твёрдой веры в сверхъестественное. Появление первобытных (ранних) религий объясняется религиозной природой человека, который изначально больше видел и ощущал, чем понимал и поэтому веровал и переживал окружающий мир через природные явления, воспринимая их как живые существа и наделяя имеющиеся в его распоряжении средства свойствами этих живых существ с целью моделирования своих религиозных ощущений с помощью имеющихся средств (что происходило в основном бессознательно). В то же время для полноты восприятия окружающего мира (и в первую очередь его мистико-религиозной, сверхъестественной составляющей) первобытный человек использовал единственный универсальный для всех первобытных религиозных систем критерий — самого себя. Он пропускал через самого себя все ощущения, поступающие из внешнего мира, составляя свою систему “кодирования” этих ощущений и их взаимодействия как во внешнем мире, так и их внешнего взаимодействия с внутренним миром человека.

Поскольку ранние формы религий в определённой мере являются как бы продолжением более древних культур, а также и возможно логическим продлением каких-то фрагментов культур ушедших в прошлое цивилизаций, в следующей главе мы рассмотрим некоторые аспекты глобальной эволюции человечества, прежде чем перейти к конкретным формам древних религиозных систем.

3.1.2. Глобальная эволюция и периодизация.

Трудно однозначно судить о глобальной эволюции, имевшей место до последней глобальной катастрофы, прокатившейся по Земле, после которой возникла и стала развиваться современная цивилизация. Реалистический взгляд на эволюцию современной нам глобальной земной цивилизации изложен во второй части учебника — в главе «Глобальный культурный проект».

По поводу глобальной земной эволюции существует множество версий. Большинство из них не имеет под собой хоть сколько-нибудь фактологии (археологических и прочих атрибутов), которые можно было бы однозначно трактовать, не боясь ошибиться. В рамках изучения предмета сравнительного богословия история предыдущих земных глобальных цивилизаций интересна, но не столь уж важна. Важны два вопроса:

· когда появился на Земле генотип «Homo Sapiens» и.

· в каких условиях этот «Homo Sapiens» начал свою эволюцию в последней цивилизации, в которой мы живём и в которой сформировался весь спектр исторически сложившихся религиозных систем.

О факте появления человека, научно называемого «Homo Sapiens», сравнительное богословие придерживается одной версии: человек это плод Божиего творения, а не плод эволюции «от обезьяны» по Дарвину. Такой версии придерживается библейская легенда о сотворении, такую версию предлагает людям Коран[3] (пояснения в скобках наши):

Коран 80.

18 Из чего Он (Бог) его (человека) создал?

19 — Из капли! Создал его и соразмерил,

20 потом дорогу ему облегчил.

21 Потом его умертвил и похоронил.

22 Потом, когда пожелал, его воскресил.

Так большинство исследователей, пытающихся выяснить побольше о людях предыдущих цивилизаций сталкиваются с проблемой, что практически полностью отсутствует информации о культуре эпохи палеолита. А все рассуждения на тему культуры эпохи палеолита исходят из того, что эта культура интерпретируется с позиций современного человека — с его современным генотипом, имеющим обозначение «Homo Sapiens».

Современная периодизация эпох приводимая в разных источниках следующая:

· Каменный век: 2 млн. — 6 тыс. лет назад. Делится на:

Ш древний (палеолит: обычно палеолит хронологически подразделяется на нижний, средний и верхний) — начинается с появлением человека и древнейших орудий; продолжается в течение большей части ледникового периода плейстоцена до окончательного отступления ледников около 8300 г. до н. э.

Ш средний (мезолит), около 10-го — 5-е тыс. до н. э. В мезолите появились лук и стрелы, микролитические орудия, была приручена собака.

Ш новый (неолит) — период (около 8-3-го тысячелетий до н. э.) перехода от присваивающего хозяйства (собирательство, охота) к производящему (земледелие, скотоводство). В эпоху неолита орудия из камня шлифовались, сверлились, появились глиняная посуда, прядение, ткачество. Неолит характеризуется оседлостью людей, появлением скотоводства и земледелия.

· Медный век — переходный период от каменного века к бронзовому веку в 4–3 тыс. до н. э. В этот период: преобладают орудия из камня, но уже появляются медные орудия; основными занятиями населения являются: мотыжное земледелие, скотоводство и охота.

· Бронзовый век — этап истории человечества, характеризующийся распространением металлургии бронзы, бронзовых орудий и оружия в конце 4-го — начале 1-го тысячелетия до н. э. (в отдельных регионах позднее). Ему предшествовал энеолит. Подразделяется учёными на три периода: ранний, средний, поздний. В бронзовом веке развивались скотоводство, земледелие, ремёсла; появилась письменность. Сменился железным веком. Бронзовый век — исторический период, сменивший энеолит и характеризующийся: распространением металлургии бронзы, бронзовых орудий и оружия; появлением кочевого скотоводства и поливного земледелия, письменности и рабовладения. Бронзовый век сменился железным веком.

· Железный век — период в развитии человечества, связанный с освоением металлургии железа и изготовлением железных орудий. Сменил бронзовый век, а в ряде регионов каменный век. На Северном Кавказе орудия из железа создавались с IX–VI вв. до н. э. под влиянием металлургии Закавказья. Становление железного века в степях и лесостепях Юга России связано с пребыванием киммерийцев, а затем скифов. Началось распространение металлургии железа в Южной Сибири, Центральных и Северных районах России. Применение железа дало мощный стимул развитию производства и ускорило общественное развитие. В железном веке у большинства народов Евразии происходили разложение первобытнообщинного строя и переход к классовому обществу.

Учёные уже давно задаются вопросами, можно ли считать людьми неандертальцев,[4] синантропов[5] и другие виды палеоантропов, предшествующие появлению «Homo Sapiens»? Были ли настоящими людьми (в смысле соответствия генотипа современному человеку) ископаемые представители нашего биологического вида — кроманьонцы?[6] Итак далее. И эти вопросы-рассуждения имеют под собой веские основания. Ведь современный человек (Homo Sapiens), в соответствии с данным ему Свыше генотипом, отличается от других биологических видов следующим:

· современному человеку генетически свойственна способность к осмысленной членораздельной речи, благодаря которой младшим поколениям становится осознанно доступным опыт тех предков, которые не были их современниками и не могли передать им свой жизненный опыт в непосредственном общении.

· современному человеку генетически свойственна способность к творчеству.

Поэтому в современной цивилизации в обыденном сознании понятие «человек» прочно связано с трудом, точнее, с его первым очевидным результатом — каменными орудиями. В этом состоит причина удлинения истории современного человечества до полутора, а то и до двух миллионов лет. Ведь принято считать, что полноценным человеком является любой вид, который пользовался когда-то грубо оббитыми камнями.

Впервые мысль о необходимости сокращения продолжительности «человеческой истории» и выделении верхнего палеолита в особую эпоху была высказана ещё в 1974 году Б.Ф. Поршневым. Книга Б.Ф. Поршнева «О начале человеческой истории» вышла в свет в 1974 году, когда считалось, что «Homo Sapiens» появился примерно 35–60 тысяч лет назад. Не вдаваясь в подробности палеопсихологической теории Б.Ф. Поршнева, отметим только, что до сих пор она не подтверждается и не опровергается.

Дело в том, что темпы эволюции палеолитического человечества равно несопоставимы ни с темпами истории, ни с темпами филогенеза.[7] Принято считать, что средняя длительность существования биологического вида составляет 1,5–2 миллиона лет, то есть, по срокам человеческой жизни, 50–66 тысяч поколений (здесь за 1 поколение берётся — 30 лет). Продолжительность палеолита, если считать таковой время существования вида «Homo Sapiens» до начала мезолита, согласно данным генетики, отчасти подтверждаемых и археологически, составляет не менее 100 тысяч лет.[8].

С начала мезолита до наших дней прошло не больше 12 тысяч лет, то есть сменилось всего-то 400 поколений. Но за это время человек прошел путь от микролитической индустрии до персонального компьютера: он освоил земледелие и скотоводство, добычу и обработку металлов, научился делать машины и летать в космос. Таким образом, последние 10–12 тысяч лет технологический прогресс шёл очень высокими темпами, несопоставимыми даже с темпами верхнего палеолита.

От начала мезолита до появления первых земледельческих культур сменилось не более 150 поколений. Еще около 100 поколений потребовалось для создания первых государств. Если оставаться в этой системе координат, фиксирующей только качественные скачки человеческого прогресса (технологического прогресса: переход к воспроизводящему хозяйству, освоение металлов, создание ранних государств и т. д.) и игнорирующей дробные единицы вроде перехода от орудий ориньякского[9] типа к мадленским,[10] то придётся признать, что на 3 тысячи поколений, живших в течение нижнего палеолита, вообще не приходится никаких существенных изменений. Поступательное движение выявляется только при переходе к микроскопическим единицам «измерения культуры», фиксирующим малейшие сдвиги в технике изготовления орудий.

Темпы изменения техники изготовления орудий на протяжении всего верхнего палеолита были чрезвычайно низкими и заметно отставали от изменений в окружающей среде.

Так, орудия ориньякского типа пережили по меньшей мере одно резкое потепление и одно катастрофическое похолодание. Между тем начиная с неолита скорость изменения человеческих технологий на порядки превосходит скорость изменений окружающей среды.[11] По продолжительности верхний палеолит занимает именно промежуточное положение между филогенией и историей: 50–60 тысяч поколений существует биологический вид, не менее 3 тысяч поколений жили во время верхнего палеолита и 400 поколений сменились с начала мезолита до наших дней. Чтобы яснее были видны масштабы, с которыми мы имеем дело, напомним, что со времени возникновения единого государства в Египте (около 3200 года до н. э.) и до наших дней сменилось всего лишь 173 поколения. В такой перспективе Александр Македонский становится чуть ли не нашим современником…

По темпам освоения географического пространства палеолитическое человечество равно далеко и от животных, и от своих отдаленных потомков. Согласно археологии первый «Homo Sapiens» появился в Центральной Африке не ранее 250 и не позднее 100 тысяч лет назад. Около 60 тысяч лет назад он оказался в Австралии, тогда же или несколько позже преодолел Берингов пролив.[12] Около 40 тысяч лет назад его следы обнаруживаются в ледниковой Европе. В масштабах биологической эволюции расселение человечества происходит невиданно быстро. Но для истории это был слишком медленный процесс.

Если использовать такой количественный критерий, как изменение размеров головного мозга «Homo Sapiens» (согласно археологии), то вырисовывается весьма любопытная картина: этот орган, для человека важнейший, неизменно увеличивался в ходе эволюции, однако с концом верхнего палеолита в среднем заметно уменьшился. А это значит, что ископаемый человек отличался от современного морфологически, то есть не исключено, что его следует считать иным биологическим видом.

В последние годы XX века учёные обнаружили, что дистанция между явными не-людьми (высшими обезьянами) и палеоантропами (а следовательно, и кроманьонцами) далеко не столь велика. Выяснилось, что шимпанзе устраивают загонные охоты, которые считались исключительно человеческим достижением — ведь сколько написано было о роли этих самых охот в развитии социальных институтов человека. Более того: оказывается, разные популяции шимпанзе не просто изготовляют разные орудия труда, но и по-разному используют их. Это значит, что высшие обезьяны обладают тем, что до недавнего времени считалось исключительным достоянием человека. Соответственно, размывается граница не только между обезьянами и палеоантропами, но также между палеоантропами и архаичными людьми.

Перечень всех этих фактов позволяет предположить, что “человек” верхнего палеолита (кроманьонец) не был современным человеком, но оставался одним из многочисленных видов палеоантропов. А суперсовременный человек появился лишь где-то на рубеже палеолита и мезолита — период возникновения последней цивилизации, в которой мы живём после последней глобальной катастрофы (13–16 тыс. лет).

Но если так, то никакие культурологические методы при изучении палеолитического “искусства” неприменимы и интерпретировать его следует как часть филогенеза.[13].

Некоторые авторы, которым, по их словам якобы доступны «воспоминания о прошлом», свидетельствуют о том, что «люди» предыдущих цивилизаций (в частности Атлантиды: см. Теун Морез «Учение Толтеков») имели слаборазвитое сознание (вообще функции левого полушария головного мозга) и управлялись и самоуправлялись не с помощью моделирования процессов и их описательного сравнения, а с помощью мощной интуиции по методу «проб и ошибок». В такого рода культуре передача управленческих навыков могла полноценно осуществляться лишь «по наследству» от одного управленца к другому вне лексики и вещественных культурных атрибутов, а через образы и навыки при длительном совместном обучении. Последнее могло явиться главной причиной безусловного и безнадёжного расслоения людей по их магическим возможностям. Поэтому не исключена “корректировка” Свыше в генотип предыдущего (существовавшего до нашей цивилизации) вида проточеловека, которая привила к образованию «Homo Sapiens».

По этой причине, чтобы не ошибаться и не «мудрствовать лукаво», следует придерживаться богословской версии о происхождении человека, не особо учитывая действие законов естественного отбора, которое конечно же продолжалось на протяжении всего верхнего палеолита, но не было первопричиной коренного изменения генотипа человека.[14] Последнее произошло скорее всего в период, охватывающий время существования последних двух глобальных цивилизаций (включая и нашу современную) с окончательной “корректировкой” генотипа «Homo Sapiens» Свыше около 13–16 тысяч лет назад таким образом, что развитие нынешней (последней) цивилизации проходит ускоренными темпами освоения творческого потенциала при развитой как никогда культуре речи (функция сознания и левого полушария головного мозга) и творчества, направленного на постоянное совершенствование орудий производства и производительности труда, что было и остаётся причиной бурного технократического развития.

Согласно схеме антропогенеза Э.Р.Мулдашева нынешнее человечество в составе всех своих рас возникло в эпоху глобальной цивилизации Атлантиды, и после её гибели 850000 лет тому назад[15] распространилось из района нынешнего Тибета в четырёх направлениях, изменяя под давлением среды обитания свои антропологические показатели в процессе длительной миграции. После этого на протяжении многих десятков тысяч лет человечество на Земле было представлено двумя видами (расами: кому как больше нравится) «Атлантами» и нынешними «Homo Sapiens». Атланты окончательно исчезли в результате еще одной глобальной катастрофы, имевшей место примерно 13000 лет тому назад, о чем повествовал Платон как о гибели Атлантиды, находившейся в Атлантическом океане против нынешнего Гибралтарского пролива. Последнее выделенное нами утверждение Э.Р.Мулдашева и представляет особый интерес.

В контексте учебника Сравнительного богословия нас интересует как раз период развития современной цивилизации после последней глобальной катастрофы, которая вошла в мифы и легенды как «всемирный потоп»,[16] одновременно с чем скорее всего и была внесена последняя “корректура” Свыше в уже существовавший к тому времени генотип «Homo Sapiens» таким образом, что Бог остался «удовлетворён» Своим творением. Об этом можно неоднократно прочесть в Коране (Коран был записан как Откровение Свыше в 7 веке нашей эры, то есть — когда современный генотип человека уже показал себя в ходе эволюции последней цивилизации как минимум на протяжении 10 тысяч лет). В частности:

Коран 95.

4 Мы сотворили человека лучшим сложением.

Короче говоря, все неприятности, которые происходили и продолжают происходить с современными людьми (людьми современной цивилизации, которой не менее 13 тысяч лет), нужно искать не в «природе человека»[17] (природа человека правильная), а в том, что современные люди постоянно уклоняются от лучшего: от того, что им предлагается Свыше:

Коран 16.

88 Те, которые не веровали и уклонились от пути Бога, — Мы прибавим им наказания сверх наказания за то, что они распространяли нечестие.

Но в Коране также сказано, что уклонившиеся от пути Бога не достигнут неверной цели развития (заблуждения), которую они для себя выбрали вопреки лучшим предложениям Свыше, а деяния таких неверующих Богу будут тщетны:

Коран 47.

1 Во имя Бога милостивого, милосердного! У тех, которые не веровали и уклонились от пути Бога, Он направит в заблуждение дела их.

Коран 47.

32 Поистине, те, которые не уверовали, и уклонились от пути Бога, и откололись от посланника после того, как выяснился им прямой путь, ни в чем не повредят Богу, и Он сделает тщетными деяния их.

3.1.3. Тотемизм.

В предыдущей главе мы пришли к выводу, что физический (антропологический) тип, физиология (прежде всего мозг), нервная, эндокринная и прочие системы биологической и психологической сферы «Homo Sapiens» сильно отличаются от тех, что были свойственны его предшественникам.

Это сказалось не только на характере жизнедеятельности «Homo Sapiens», на распространении его по глобальной географической нише, но и на уровне его мышления, способностях к абстракциям, к сильным эмоциям, к воображению, к установлению устойчивых логических связей, как истинных, так и ложных.

Первобытный «Homo Sapiens», даже дикарь каменного века — это человек разумный, мыслящий достаточно точными категориями, способный к определённому анализу, осмыслению конкретной ситуации, практического опыта, закреплённого в регулярной деятельности. Но на чём зижделся этот анализ в первобытном мире?

Крайне скудный запас накопленных знаний, страх перед неведомым, то и дело корректирующим эти скудные знания и практический опыт, почти полная зависимость от сил природы, “прихотей” окружающей среды и т. п. — всё это неизбежно вело к тому, что сознание первобытного человека с первых же его шагов определялось не столько вытекавшими непосредственно из опыта строго логическими причинно-следственными связями, сколько связями эмоционально-ассоциативными, иллюзорно-фантастическими.

В то же время данная всем людям Свыше религиозность, как неотъемлемая часть существования «Homo Sapiens», его психологического и нравственного жизнестроя, преломлялась в психике первых людей через древнее невежество и страх перед неведомым и силами природы.

Но речь идёт не об отдельном индивиде. Люди издревле жили общинами, коллективами, племенами. То есть, речь идёт не о «мыслящем дикаре» (мыслить свойственно и обезьяне), не об «абстрактно рассуждающем индивиде». Человеку свойственен коллективизм, коллективная, общинная социальная организация, которая присуща наделённым Свыше потенциалом творчества людям нашей цивилизации.

Именно в рамках коллектива, например небольшой общины в 20–50 человек, в трудовой деятельности (охота, добывание пищи, выделка орудий, оборудование жилища, поддерживание огня и т. п.), в постоянном социальном общении, в процессе семейно родовых контактов и событий (обмен женщинами и брачные связи, рождение и смерть) складывались и укреплялись примитивные первичные представления о сверхъестественных силах, повелевающих миром, о духах-покровителях данного коллектива, о магических связях между желаемым и действительным. Становление такого рода иллюзорно-фантастических представлений можно продемонстрировать применительно к верхнепалеолитическому дикарю двумя важными нововведениями, характерными именно для его эпохи и отличавшими её от эпохи предлюдей нижнего и среднего палеолита.

· Во-первых, это практика захоронений. Пещерный человек хоронил своих близких в специальных погребениях, причём покойники проходили через обряд определённой подготовки их к загробной жизни: тело их покрывали слоем красной охры, рядом с ними клали предметы обихода, украшения, утварь и т. п. Это означает, что хоронивший своих умерших коллектив уже имел зачаточные представления о загробном существовании. И сколь бы ещё смутными ни были эти представления, из них явствует, что загробная жизнь казалась верхнепалеолитическим людям продолжением жизни земной. Другими словами, в эпоху верхнего палеолита уже сложились идеи о существовании наряду с реальной жизнью иного мира — мира умерших и духов: считалось, что покойники могут как-то влиять на жизнь живых (чем, в частности, и объясняется особая забота о мёртвых).

· Во-вторых, это практика магических изображений в пещерной живописи, появившейся именно с началом верхнего палеолита, одновременно с первобытным человеком.

Подавляющее большинство известных науке пещерных рисунков того периода — это сцены охоты, изображения людей и животных, либо людей, ряженных в животные шкуры, а то и просто полулюдей-полуживотных. Эти изображения свидетельствуют о том, что первобытные люди верили в существование сверхъестественных связей между людьми и животными, а также в возможность воздействовать на поведение животных с помощью магических приёмов, посредством обладающих могуществом в мире духов их покойных предков, либо при помощи посредников между живыми и умершими, т. е. различного рода колдунов и шаманов.

На ранних стадиях развития в позднем верхнем палеолите достаток кочующих орд, племён был тесно связан с успешностью охоты на животных и птиц. Более того, зачастую и выживание рода, орды, зависело от ловкости охотников, от «везения» на охоте, от «податливости» зверя и птицы, от урожайности основных растительных культур, которыми питался род, орда, племя. Эти связи между людьми, животными и растениями, опосредствованные к тому же известным верхнепалеолитическому человеку культом плодородия и размножения (статуэтки женщины-матери с подчёркнутыми половыми признаками часто встречаются на стоянках пещерных людей, раскапываемых археологами), получили в представлении первобытных коллективов на стадии их трансформации из кочующих орд в родовые группы вполне определённое религиозное осмысление. Так формировались истоки древней религиозной системы, которая получила название тотемизм.

Тотемизм (на языке индейцев одного североамериканского племени буквально — «его род») — древняя религиозная система представлений о сверхъестественной связи отдельных людей и небольших социальных коллективов с конкретными животными и растениями. Термин тотемизм появился в научном обиходе в начале XVIII века и закрепился в научном обращении в конце XIX века.

Тотемизм возник из веры той или иной группы людей в их родство с определённым видом животных или растений, скорее всего, первоначально именно тех, что составляли основу пищи данного коллектива. Постепенно он превратился в основную форму религиозных представлений возникающего рода. Члены родовой группы (кровные родственники) верили в то, что они произошли от предков, сочетавших в себе признаки людей и их тотема (т. е. полулюдей-полуживотных, полулюдей-полурастений, различного рода фантастических существ и монстров). Выбор тотема в основном совпадал с особенностями животного мира той местности, в которой обитал первобытный коллектив. Редко встречалось деление первобытного коллектива на женский и мужской тотемы, которые носили разные имена животных. Ещё реже тотемом объявлялось не всё животное, а его часть.

Таким образом, благодаря тотемному обозначению множества складывающихся родов на стадии начавшегося длительного перехода многих орд от кочевого к сравнительно оседлому образу жизни, люди, связанные кровным родством, стали отличаться от других кровных родов по тотемным признакам. Что ещё можно было придумать с целью предотвращения браков между кровными родственниками? Ведь родственное кровосмешение приводит к генетической деградации рода. А в первобытном обществе обособленность орд — в отсутствии некоего аналога современного “паспорта” (коим являлись отличительные знаки каждого тотема в древности) — зачастую нарушалась в силу внешнего давления на орды.

Так в момент перехода от многочисленных орд к родовому делению, в то время, когда роды уже жили в непосредственной близости друг от друга, и вероятность родственных браков была достаточно велика, роды взяли себе тотемные отличия. Образовался культ тотема. Тотемная родовая группа обычно носила имя своего тотема и свято почитала его. Вначале почитание, видимо, не исключало, а даже предполагало употребление тотемных животных и растений в пищу; причем именно этот факт (т. е. употребление мяса тотема) мог натолкнуть на мысль о родстве человека и его тотема — ведь оба они в конечном счёте состояли из одной и той же субстанции, как казалось древним. И под это утверждение вполне можно подвести вполне научную трактовку.

Ведь употребление в пищу мяса того или иного животного является процессом поглощения не только плоти (вещества, отрезанного от туши), но согласно триединству «материя — информация — мhра», это ещё и принятие определённой информации вместе с мясом. Ведь каждая клетка (даже умершего животного, либо птицы) несёт в себе присущую лишь этому виду информацию, которая заложена в животное Свыше при его создании и которая приобретается в процессе жизненного опыта животного или птицы. То есть, та информация, которую поглощает человек при съедании животного или птицы[18]«записана» на тканях животного или птицы согласно мhре, данной этому животному (или птице) Свыше.

И эта мhра животного или птицы (которая в некоторой дополнительной “мhре” ещё учитывает жизненный опыт убиенной будущей пищи) поглощается и тоже в некоторой м h ре усваивается в организме человека — оставаясь как информационно-алгоритмическое обеспечение поведения и мыследеятельности индивида, поглотившего мясо зверя, записанной на его биополя и отражённой в его психике.

Скорее всего на ранних стадиях зарождения тотемизма (весьма полезного для людей первобытного строя)[19] поеданием тотемного зверя (либо птицы, в отдельных случаях — культовые растения) люди рода-тотема формировали устойчивый стереотип их будущих «взаимоотношений» с этими животными либо птицами. Если понимать это буквально, то древние люди пытались настолько глубоко изучить повадки и “хитрости” зверя либо птицы, что с помощью поедания их мяса (особенно сырого, с кровью) частично входили в жизненную “роль” животного или птицы, что им было необходимо для удачной охоты и защиты от последних. То есть, первобытные люди пропускали через себя информацию животного либо птицы, лучше осваивая таким образом все необходимые стереотипы и навыки поведения. Впоследствии эти животные стереотипы прочно вошли в генетику родов.

Как только роды-племена “переработали” информацию практически всех живущих около них животных и птиц, создав для себя практически безошибочные стереотипы их поведения, которые вошли в генетику людей и были надёжно «учтены» (переработаны) для будущих удач на охоте и в прочих житейских вещах, надобность в торжественном поедании тотемного животного отпала. Мало того, начался период строжайших запретов (табу) на поедание «тотема».

В этот период скорее всего одновременно начались частые стычки между близживущими племенами за лучшие охотничьи угодья, за урожайные угодья, за более пригодное жильё. Считалось, что тотем сильнее, если животное, взятое как символ тотема самое сильное в лесу. Поэтому поедание своего тотемного животного стало под строжайшим табу, а само животное было возведено в ранг «высшей сверхъестественной силы» — надёжного духовного хранителя тотема. На всех остальных животных (и в первую очередь на животных враждующего тотема) — запрета на поедание не было: наоборот, зачастую считалось большим успехом убить и съесть животное враждебного племени тотема.

Именно поэтому с глубокой древности (от момента перехода к родовому строю) в тотемизме считается, что то или иное животное (реже — птица) является прародителем того или иного первобытного рода или племени. Ведь история этого рода или племени такова, что из предания все знают: «тотемное животное на протяжении не одной сотни лет заботливо охраняло от холода, голода и болезней, от врагов и других напастей». Поэтому люди и привязывали к тотемному животному всё лучшее в своей жизни и жизни своих предков.

Так издревле формировался достаточно устойчивый эгрегор родового тотема, который обозначался названием тотемного животного. В этом эгрегоре имелась вся информация о всех членах тотема (рода, племени). Этот эгрегор содержал всю необходимую для тотема управленческую информацию из прошлого опыта орды-рода-племени, сохранённую и переданную через множество поколений благодаря особой концентрации этой информации в одном эгрегоре (либо нескольких эгрегорах, но взаимодействующих между собой по принципу компьютеров, объединённых в сеть с равными «правами доступа») и передачи её «по наследству» под единой вывеской тотема — передача духовного наследия из поколения в поколение. То есть тотемная вывеска (название животного или птицы) была для рода-племени своеобразным «паролем-входом» в общий для рода-племени информационно-алгоритмический блок, которым могли пользоваться все члены рода-племени — каждый согласно своим способностям. Последнее означает, что кроме общего «пароля-входа» в общий эгрегор-тотем существовало ещё множество частных паролей входов за конкретной информацией, пользуясь которой члены рода-племени каждый по-своему объединяли свои усилия для дальнейшей совместной бескризисной жизни.

Остаётся сделать вывод, что древние люди уже на стадии родо-племенного строя учились азам управления с помощью эгрегориально-матричной магии, объединяя свои усилия перед внешней стихией, набегами врагов и преодолевая внутренние противоречия с помощью объединения усилий под опекой созданного ими же «бога-тотема-эгрегора». Ясно что этот эгрегор был создан по общим закономерностям духовной жизни, данным всем людям Свыше. То есть, этот эгрегор “учитывал” не только внутриродовой управленческий опыт предыдущих поколений, но и некоторые общие закономерности бытия, которые наблюдали предки (как то элементы астрономии, природные стихии, особенности земледелия и пр.), и которые стали доступны их психике, но были закодированы в эгрегоре согласно системе кодирования тотема.

Просто на ранних стадиях развития первобытные люди пользуясь непосредственной близостью к ним животных и птиц, которые казались им ловчее и быстрее их самих, кодировали сверхъестественные явления их именами и приписывали сверхъестественным силам навыки животных и птиц. Так первичная управленческая информация, которая на первых этапах развития практически не выходила своей сферой охвата за рамки интересов рода-тотема, стала осваиваться всеми членами тотема в объединении их духовных усилий. Так духовно объединялся первобытный коллектив. Так была создана одна из первых достаточно эффективных для того времени осознаваемых моделей религии — связь со сверхъестественной силой, которой было дано определённое название и которой были присущи определённые возможности. И эти возможности — как видели и ощущали все члены тотема — намного превосходили возможности одного или нескольких людей.[20].

Это так, поскольку мощность воздействия (как информационно-алгоритмическая, так и энергетическая) эгрегора, который является продуктом всей предыдущей и настоящей мыследеятельности коллектива единомышленников — намного превосходит возможности одного или нескольких людей. К тому же в первобытном обществе из рода-тотема как правило не выделялись особо одарённые в духовном плане люди: это произошло уже на стадии появления шаманизма. А в условиях зарождения и развития тотемизма люди, конечно же от рождения имели разные возможности общения с тотемными «духами» — разные способности пользования общей эгрегориальной информацией — но явного расслоения по этим способностям ещё не было. Поэтому все члены рода-тотема имели равные права на любую информацию, ставшую доступной из тотемного эгрегора, этой информацией делились со всеми, вне зависимости от того, кто её получил от тотемных «духов».

Также надо учесть, что вне зависимости от названия тотема, все племена на этой стадии развития, которые проживали в единой климатической и географической нише имели примерно одинаковое развитие на уровне тотемно-эгрегориальной магии. Поэтому в разных тотемах-родах была наработана в принципе одна и та же управленческая информация, которая напрямую была недоступна «чужакам» лишь из-за того, что закодирована она была в символике своего тотема. И у каждого тотема была своя «система охраны» родовой информации с помощью своей оригинальной кодировки — которая соответствовала системе символов, сложившейся вокруг имени тотемного животного.

В то же время, информационно-алгоритмические возможности каждого рода-тотема отличались от соседей хотя бы тем, что каждый род-тотем стремился подражать и почитал своего животного (или птицу). А Свыше каждому биологическому виду даны свои преимущества и недостатки. Род-тотем же старался брать для себя лишь достоинства своего животного (или птицы). А для борьбы с окружением изучал недостатки чужого тотемного животного (или птицы). Проектируя на себя достоинства своего тотема и учитывая в борьбе с соседями недостатки их животного-тотема, каждый род-племя накапливал в своём эгрегоре особую информацию, которой могло не иметься у соседей. К тому же на этих особенностях сказывались и разница в условиях обитания, древность тотема, количество людей тотема и прочие отличия. При этом надо всегда помнить, что тотемная символика это всего-навсего средство кодирование важнейшей управленческой информации, которое было выбрано на этапе перехода от орд к родо-племенному строю.

Одновременно с этим было множество общей информации, которая имелась в подавляющем большинстве тотемных эгрегоров. Мало того, в силу объективности информации, все эти тотемные эгрегоры восходили к общеродовым и общевидовым человеческим эгрегорам, где их сопряжённые фрагменты взаимодействовали между собой, автоматически обмениваясь информацией вне зависимости от того как она была закодирована благодаря тому, что люди разных племён-тотемов могли входить в сопряжённые (информационно одинаковые) фрагменты своих эгрегоров, в результате чего они вполне могли попадать и в эти же фрагменты чужих эгрегоров, даже не имея оригинальных паролей доступа чужого тотема. А через сопряжённые фрагменты чужих эгрегоров, вломившись туда, можно было попасть и на несвойственную своему тотему-эгрегору информацию. Ту информацию, которая уже была к этому времени в чужом тотеме-эгрегоре.

Таким образом на определённом этапе развития тотемизма обязательно должно было начаться, и началось, объединение культур разных тотемов — в первую очередь это объединение касалось выравнивания возможностей духовного воздействия друг на друга, выравнивания своих возможностей в сфере магического тотемного противостояния. Концентрация управления, выражающаяся в замкнутости всего рода на эгрегор тотема и устойчивое управление через этот эгрегор общими усилиями не могла продолжаться вечно в условиях противостояния с соседями вне некоего “глобального” объединения управления по тем же принципам, что и в роде-тотеме (на условиях всеобщего равноправия). Но поскольку противостояние между племенами и родами только начиналось, людям предстоял большой путь от поклонения тотему до монотеизма и покорности единому Богу. Тем более что обожествление того или иного животного либо птицы, это совсем не то, что терпеливо ждёт от человека Бог.

Если отойти от рассмотрения эгрегориальной магии тотемизма, то кроме первобытного моделирования основ внутритотемного управления с помощью тотемного духа-эгрегора, можно укрупнёно перечислить другие основные социальные функции тотемизма:

· Тотем являлся средством личностной и коллективной (в пределах рода-племени) идентификации в те времена когда отсутствовали семейно-брачные отношения и система именования в привычном для нас виде.

· Тотем замыкал на себя хозяйственные функции — функции разделения территорий и кооперации людей для её наименее конфликтного использования.

· Тотем регулировал семейно-брачные отношения. Тотемная принадлежность в достаточно надёжной мере гарантировала от кровнородовых браков и некоторых других неудобств при распознавании принадлежности людей для создания брачных союзов.

В то же время зачастую большое племя делилось на несколько больших тотемных групп, внутри которых был запрещён брак. При этом сохранялась возможность вступления в брачные связи с членами разных тотемных коллективов внутри племени, чем обеспечивалась чистота племенного генофонда.

Тотемизм — это коллективная религиозная система первобытного общинного строя. В условиях распада родового строя первобытности тотемные верования уходят, трансформируясь в культы природы, стихий, животных, где этим объектам поклонения придаётся часто человекоподобный облик. Между тем элементы тотемизма вошли почти во все крупные религии, образовавшиеся позже. Его влияние крайне ощутимо в индуизме, в греческой мифологии. Древний тотемизм прочно вошёл в искусство.

3.1.4. Анимизм.

Скорее всего зачатки анимистических представлений возникли в глубокой древности, возможно, ещё до появления тотемистических воззрений, до формирования родовых коллективов, т. е. в эпоху первобытных орд. Однако как система оригинально осознаваемых и устойчивых взглядов религиозного характера анимизм формировался позже, практически параллельно с тотемизмом.

Именно поэтому мы рассматриваем анимизм после более понятного, лучше осознаваемого в древности и более однозначно упорядоченного у древних племён — тотемизма. В то же время, анимизм и тотемизм были тесно связаны между собой в древних религиозных системах.

Анимизм — (от латинского душа) вера в самостоятельное, сверхъестественное существование души и духов, одухотворение сил природы, животных, растений и неодушевленных предметов, зачастую и приписывание им разума, дееспособности и сверхъестественного могущества. Термин анимизм появился в конце XIX века. Вскоре термин анимизм так прочно вошёл в понятийный аппарат многих стран, что «анимистами» часто стали называть последователей множества древних религиозных верований и культов, которые так и не приняли ни одну их современных крупных мировых религий.

Нетрудно заметить, что нечто подобное тому, как одухотворение животных, птиц и растений и есть неотъемлемая часть тотемизма, который мы рассмотрели выше.

Однако, в отличие от тотемизма, ориентированного на внутренние потребности данной родовой группы, на отличия ее от других, анимистические представления имели более широкий и всеобщий характер, были понятны и доступны всем и каждому, причём воспринимались вполне однозначно в разных родах, племенах и общинах.

Это и естественно: первобытные люди обожествляли и одухотворяли не только грозные силы природы (небо и землю, солнце и луну, дождь и ветер, гром и молнию…), от которых зависело их существование, но и отдельные заметные детали рельефа (горы и реки, холмы и леса), где, как они считали, тоже водились духи, которых следовало задобрить, привлечь на свою сторону и т. п. Даже отдельное заметное дерево, крупный камень-валун, небольшой пруд — всё это в представлении первобытного дикаря имело душу, разум, могло чувствовать и действовать, приносить пользу или вред. А раз так, то ко всем этим явлениям природы, горам и рекам, камням и деревьям следовало относиться со вниманием, т. е. приносить определённые жертвы, совершать в их честь молитвенные обряды, культовые церемонии — по представлениям первобытных людей.

Можно задаться вопросом, чем же анимизм был правилен, а в чём первобытные люди заблуждались?

· Во-первых, как мы уже знаем из предыдущей главы, тотемные культы, тотемные эгрегоры были в основном достоянием рода-племени того тотема, именем которого он назван. Пользоваться управленческой информацией эгрегора-тотема в полной мере могли лишь представители самого племени-тотема. Однако, человечество в целом и, конечно же, все представители одной расы (ещё точнее множества племён, которые проживали географически компактно, в примерно одинаковых условиях среды) обязательно должны были обмениваться информацией, которая имеется у кого-то из его представителей. В условиях, когда своя тотемная информация зачастую скрывалась как достояние рода-тотема, а желание узнать побольше об окружении было, функции каналов обмена информацией (древних зачатков «культурного сотрудничества») имели двоякую (как минимум) структуру:

Ш Взаимообмен информацией с уровня тотемно-племенных эгрегоров через механизм, описанный в предыдущей главе. В силу объективности информации тотемные эгрегоры восходили к общеродовым и общевидовым человеческим эгрегорам, где их сопряжённые фрагменты взаимодействовали между собой, автоматически обмениваясь информацией вне зависимости от того как она была закодирована благодаря тому, что люди разных племён-тотемов могли входить в сопряжённые (информационно одинаковые) фрагменты своих эгрегоров, в результате чего они вполне могли попадать и в эти же фрагменты чужих эгрегоров, даже не имея оригинальных паролей доступа чужого тотема. А через сопряжённые фрагменты чужих эгрегоров, вломившись туда, можно было попасть и на несвойственную своему тотему-эгрегору информацию. Ту информацию, которая уже была к этому времени в чужом тотеме-эгрегоре. Таким образом, в заданной Свыше Мhре развития уже в раннем первобытном строе шёл запущенный Свыше процесс, согласно которому доступ ко всей управленчески значимой информации автоматически предоставлялся очень широкому кругу представителей разных племён и тотемов. И этот процесс был приостановлен лишь на стадии разрушения первобытно-общинного строя и перехода к рабовладению, а затем к феодализму, когда монополию на информацию управленческого характера установили искусственно на базе внутриклассового расслоения и искусственного подавления у «рабов» данного Свыше потенциала ощущать мир и входить в нужные эгрегоры, где хранится управленческая информация.

Ш Культура анимизма шире, чем тотемизм в смысле возможностей обмена управленческой информацией. То есть, анимизм являлся тем связующим племена, роды, общины (в том числе и множественные тотемы) звеном, которое позволяло выходить на общие принципы мироустройства, на общедоступные принципы управления и самоуправления в дополнение к возможностям обмена информацией через “вламывание” в тотемные эгрегоры друг друга (что описано в предыдущем пункте). Атрибуты и символы анимизма — это достаточно универсальное средство для достижения взаимопонимания между людьми разных родов и тотемов. Это достаточно универсальное (понятное большинству людей из разных родов-тотемов) средство кодирования информации — процессов, явлений, вещей…

· Во-вторых, в культуре анимизма совершенно справедливо запечатлены и своеобразно развиты наблюдения (ощущения) древних, о том что «каждый предмет, каждое явление имеет душу, либо дух». В отличие от тотемизма, придававшего одухотворённость лишь животному, птице или растению своего тотема (во всяком случае вокруг этого создавался тотемный культ), в анимизме спектр «одухотворённости» природных явлений, природных предметов, животных, птиц, растений достигает всеобщего характера. Однако мера понимания, степень суеверия, а также и неразборчивость в одухотворении разного рода сил и предметов, создавало некий «калейдоскоп духов» в психике древних людей. И этот «калейдоскоп» был иерархически духовно упорядочен лишь постольку, поскольку они верно ощущали «какой из духов сильнее» либо «какой из духов важнее», но до монотеизма веры Богу было, конечно ещё далеко.

В то же время надо отдать должное чистоте восприятия мира «духов» первобытным человеком нашей цивилизации. Первобытные люди достаточно точно определили, что каждый предмет, явление, тварь… имеют “душу”, либо обладают некими духовными характеристиками. Если точнее, то каждый предмет — творение Бога — обладает свойством триединства. То есть каждый предмет, творение несёт на себе информационно-алгоритмические характеристики, которые “записаны” в его структуре, которые отчасти можно “прочесть” в его образе. Каждый предмет, тварь, явление имеют свой индивидуальный образ, что само по себе уже является информацией; каждый предмет, тварь, явление обладают внутренней и внешней алгоритмикой (набором частных мhр). Ощущение в психике людей «одухотворённости» предметов, тварей, явлений природы и пр. возникает при непосредственном восприятии органами чувств человека уникальных (у каждого предмета, твари, явления — свои) информационно-алгоритмических характеристик предмета изучения. И это — достаточно полезная (но утраченная в современности у большинства людей) способность древних неосознанно различать «духовные» характеристики предметов, тварей и явлений, после чего они конечно же видели картину мира во всём разнообразии усвоенных ими различий.

Кроме того Божий Промысел, который Бог предопределил человеку изучать и знать, иначе называется Божья Мhра. И надо сказать, что древние люди послушно Богу шли по пути освоения этой Божией Мhры через освоение и частичное изучение (осмысление) всего спектра частных мhр, что хорошо видно из дошедшей до нас культуры анимизма.

Судя по всему опыту человечества Божия Мhра — вероятностная матрица возможных состояний — обладает голографическими свойствами в том смысле, что любой её фрагмент содержит в себе некоторым образом и все её остальные фрагменты во всей их информационной полноте. Мера пребывает во всём, и всё пребывает в мере. Благодаря этому свойству меры мир целостен и полон. Изучая и внимательно (даже бережно) относясь ко всему в чём запечатлена Божия Мhра (все твари, вещи, явления), первобытные люди автоматически осваивали Божий Промысел. Так ещё на первобытном этапе развития выражалась естественная природа человека — стремиться познать Божий Промысел и следовать ему.

Последнее — не пустые заклинания. Так, например, в Коране (как мы уже знаем) сказано однозначно понимаемо, что каждая вещь, созданная Богом, Им же изначально размерена — наделена информационно-алгоритмическими характеристиками согласно всей Божией Мhре (выделено жирным нами):

Коран 25.

1 Во имя Бога милостивого, милосердного! Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, —

2 у которого власть над небесами и землёй, и не брал Он Себе ребенка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил её мерой.

А значит каждому Божиему творению следует относиться внимательно и бережно, созидательно его использовать согласно Божией Мhре, а не разрушать Божие творение (в первую очередь это относится к природе человека и к природе вообще) в угоду своим “удовольствиям”:

Коран 36.

33 И знамением для вас — земля мертвая; Мы оживили её и вывели из неё зерно, которое вы едите.

34 Мы устроили на ней сады из пальм и виноградника и извели в ней источники,

35 чтобы они ели плоды их и то, что сделали их руки. Разве же они не возблагодарят?

36 Хвала тому, кто создал все пары их тех, что выращивает земля, и из них самих, и из того, чего они не знают.

37 И знамением для них — ночь. Мы снимаем с неё день, и вот — они оказываются во мраке.

38 И солнце течет к местопребыванию своему. Таково установление Славного, Мудрого!

39 И месяц Мы установили по стоянкам, пока он не делается, точно старая пальмовая ветвь.

4 °Солнцу не надлежит догонять месяц, и ночь не опередит день, и каждый плавает по своду.

41 И знамение для них — что Мы носили их потомство в нагруженном корабле.

42 И Мы создали для них из подобного ему то, на чем они ездят.

43 А если Мы пожелаем, то потопим их и нет помощника для них, и не будут они спасены,

44 если не по милости от Нас и пользованию до времени.

Таким образом, в заданной Свыше Мhре развития уже в раннем первобытном строе начался и шёл запущенный Свыше процесс, согласно которому доступ ко всей управленчески значимой информации автоматически предоставлялся очень широкому кругу представителей разных племён и тотемов. И этот процесс был приостановлен лишь на стадии разрушения первобытно-общинного строя и перехода к рабовладению, а затем к феодализму, когда монополию на информацию управленческого характера установили искусственно на базе внутриклассового расслоения и искусственного подавления у «рабов» данного Свыше потенциала ощущать мир и входить в нужные эгрегоры, где хранится управленческая жизненно важная информация. Возможно такое «духовное» и кастовое расслоение общества на большинстве территорий мирового географического пространства[21] стало лишь в так называемый «послеисторический период» (период развития современного человечества после появления письменности), поскольку с появлением и развитием письменности основной упор на передачу информации по наследству стал делаться на вещественные носители. И одновременно с этим искусственно стали подавляться духовные навыки большинства людей, с помощью которых последние наравне с вождями, шаманами, жрецами в условиях первобытно-общинного строя могли общаться с «духами». В то же время, конечно, духовное расслоение было всегда (то есть — всегда были неравные от рождения возможности вхождения в контакт с «духами» у разных людей), поэтому если задаться целью выстраивания внутрисоциальной иерархии, то причины можно было найти и раньше — ещё в доисторический период. Однако, на территориях, в которые не распространялась “цивилизаторская” миссия потомков тех, кто уцелел после предыдущей глобальной катастрофы (то есть там, где развитие шло естественным образом), роды и племена жили общинным строем, где сокрытие информации было не выгодно: чем больше знает каждый представитель общины, тем устойчивее она развивается и тем безопаснее её жизнь и быт.

Ещё одним интересным «достижением» анимизма можно считать открытие древних о том, что у человека имеется душа. Восходящая к анимизму вера в то, что души людей, прежде всего покойников, продолжают свое существование главным образом именно в бестелесной форме, служила как бы соединяющим звеном между групповыми тотемистическими и всеобщими анимистическими верованиями и обрядами. Воздавая должное душам покойных предков, первобытные люди тем самым надеялись на защиту и покровительство покойников в гигантском мире потусторонних сил.

Бессмертие души является правильным пониманием того, что человек в своём обличие на Земле — лишь временно, а душа вечна и бессмертна. Это же многократно подтверждается в поздних религиях. В каждой по-своему. Так в только что приведённом отрывке из Корана об этом сказано, что Земля дана людям от Бога «по милости от Нас и пользованию до времени».

То есть, анимизм с его бессмертием души явился “предтечей” крупных мировых религиозных систем, в которых тоже признавалось бессмертие души. В результате развития анимизма к имеющемуся уже представлению о существовании духов (как мы знаем, это первые попытки взаимодействия людей с эгрегорами — духовными хранителями информации) добавилось представление о душе. И главное — появилось различие между душой и духами (хоть и зачастую весьма смутное, спутанное в нечто среднее между духом и душой). Известный этнограф Э.Тайлор обобщил представления древних о душе следующим образом:

«Душа есть тонкий, невещественный человеческий образ, по своей природе нечто вроде пара, воздуха или тени. Она составляет причину жизни и мысли в том существе, которое она одушевляет. Она независимо и нераздельно владеет личным сознанием и свободой своего телесного обладателя в прошлом и настоящем. Она способна покидать тело и переноситься быстро с места на место. Большей частью неуловимая и невидимая, она обнаруживает также физическую силу и является людям спящим и бодрствующим, преимущественно как фантазм, как призрак, отделённый от тела, но сходный с ним. Она способна входить в тела других людей, животных и даже вещей, овладевать ими и влиять на них».

В этом “определении” души мы видим смесь свойств как души (невещественный образ…представляет причину жизни и мысли… способна покидать тело… невидима), так и духа — биополей человека, биополей, записанных в организме людей и в эгрегорах (способность входить в тела других людей, животных и даже вещей, овладевать ими и влиять на них).

К тому же нередко древние наделяли человека не одной, а несколькими душами, что ещё больше запутывало такие различные явления как душа и дух. Душа всегда одна, а духов, вселившихся в кого-то из людей может быть несколько, поскольку несколько эгрегоров-духов могут управлять поведением и мыследеятельностью одного человека — они-то и путались с одной душой.

Другое дело, что нередко древние таким образом разделяли человеческие функции. Достаточно распространёно считалось, что как будто у человека три души одновременно. И каждая из этих душ имела свои чётко определённые функции:

· одна отвечала за жизненно важные физиологические процессы в организме;

· вторая — за мыслительные операции;

· третья — выступала носителем того, что можно называть личностью человека.

И только «триединство» этих душ признавалось обеспечением полноценного человеческого существования. Можно “поздравить” древнего человека. Ведь он достаточно правильно разделил компоненты психики у самого себя ещё на первобытной стадии развития. Первая «душа» больше подходит под определение врождённых и приобретённых рефлексов, которые как раз обеспечивают почти всю физиологию в организме. Вторая «душа» больше напоминает работу интеллекта, воображение, осознаваемое творчество, в результате чего получается новый продукт, который не может производить ни один животный вид на Земле, кроме человека. И третья «душа» — личностное своеобразие, которое как раз больше соответствует душе, данной от Бога + врождённые и приобретённые личностные способности и возможности как то интуиция, а также и одержимость разного рода эгрегориальной алгоритмикой.

На определённой стадии развития анимизма представления о человеческой душе стали переноситься на окружающий человека мир. Это свойственно древнему человеку — пропускать окружающий мир через свою душу, в результате чего свойства самого человека (его души) наивно приписывались всему, что человек видел и что преломлялось через его психику. Однако в этом направлении достаточно долго двигался процесс познания мира древним человеком. И при таком бережном подходе к окружающему миру (как к своей душе) древние люди его, конечно же, умели очень остро ощущать — всё до мельчайших подробностей. Они владели той способностью, которую утратило большинство людей современности и которая так необходима и в наши дни для формирования полноценного мировоззрения, мировосприятия и миропонимания. Это можно назвать зачатками древнего Божиего язычества, которое понималось людьми лишь на примитивном уровне древних символов. Иначе говоря, мера ощущений (мера мировосприятия) была очень высокой, а мера миропонимания — очень низкой.

В анимизме не сформировался какой-либо универсальный культ. Анимизм стал своего рода собирательным названием для огромного количества обрядово-культовых практик. Рассмотрим как примеры самые распространённые из них.

Погребальный культ. Вещественные корни этого культа археологи находят в погребениях, время образования которых датируется до 40 тыс. лет назад, т. е. они — ещё неандертальские. При всём многообразии и частых явных извращениях, попадавших в этот культ (как то боязнь души мертвеца, выражавшаяся в вере в «живого мертвеца», если его неправильно похоронить), этот культ в целом был направлен на почитание всего хорошего что сделал покойный и желания избавиться от плохого, что может остаться от покойника. А обряд похорон и проводы мертвеца, что предполагало продолжение жизни его души в другом мире, закрепляли и магически управляли этими желаниями.

Страхи древних людей перед «возвращением» покойного[22] с целью вредить людям можно объяснить достаточно просто. Будучи членами одной общины (рода, племени) все люди знали друг друга. Знали они и возможности (как земные, так и духовные) всех и каждого. Люди все разные и идеально хороших либо совсем плохих людей не было и нет. В то же время каждый в общине имел свою особую возможность (свою обязанность), в соответствии с которой последний выполнял не только что-то приземлённое (охота, воинские обязанности, изготовление жилища…), но и свою часть духовной (культурно-эгрегориальной) нагрузки — то есть владел присущими лишь ему магическими качествами общения с «духами». В те времена люди уже заметили, что человек может умереть, а «духи» (которых они путали с душой умершего), с которыми успешно общался лишь он, остаются и продолжают влиять на их жизнь (они могут вселиться в кого-нибудь другого, либо действовать дезорганизовано — относительно одного объекта — через многих людей либо обстоятельства). Ясно, что речь идёт о духовном наследии (эгрегоре, либо части-фрагменте общих эгрегоров племени, рода), с которым лучше всех “общался” покойный, но которое никуда не делось после его смерти, а осталось как часть общего духовного наследия, которое продолжает оказывать влияние не людей.

Но правильно если живущие люди хотят избавиться от всего плохого (не подходящего им), что осталось как бы «после покойника», бессознательно в ходе культово-обрядной магии прося в этом смысле покойника «не возвращаться», а в смысле всего хорошего просят — «душе покойника[23] достойной и безбедной другой жизни». В результате — если хотя бы на уровне образов первобытные «дикари» разграничивали у себя в психике « что было у покойного хорошо, а что плохо» в ходе магического культа погребения, плохое (то, как они его определили) усилиями древней общины могло быть «остановлено» в эгрегоре-духе для дальнейшего влияния на всю общину в целом,[24] а хорошему — был дан потенциал на дальнейшее влияние, развитие и совершенствование. И это хорошее мог “подхватить” какой-либо из живущих членов общины (либо несколько) — тут же в ходе магии культа погребения, приняв “эстафету” покойного в смысле доступа к менеджерству теми фрагментами эгрегора, которыми владел покойный и которые были для общины полезными.

Ясно, что, провожая душу покойного в последний путь, община одновременно занималась магией очистки своего эгрегора (либо нескольких эгрегоров),[25] под которым они управлялись от нежелательной и вредной алгоритмики (как это понимала община), оставшейся от покойного и его предшественников. То есть, община конечно работала не с душой покойного, а с духами-эгрегорами.

Культ предков. Один из наиболее древних и важных культов в истории человечества. Этот культ основывался на вере, что умершие предки (их души) помогают своим живым родственникам в земном мире (охраняют территории, скот, посевы, влияют на погоду, возбуждают плодовитость земли…). На ранних стадиях культа большим уважением пользовались недавно умершие. Ручательством за авторитет таких предков выступали их выдающиеся личные качества, о которых ещё не успели забыть благодарные потомки. Отзвуком подобных представлений можно считать и народные поминальные обряды, которые чаще всего совершаются в ближайшее время после смерти человека. Такой близкий предок считался обязанным выполнить пожелания, более того — требования своих потомков, которые имели в своём распоряжении действенный арсенал магических средств сверхъестественного влияния на «прошлые возможности умершего человека» (имеется в виду духовно-эгрегориальный потенциал умершего и его предков, который хотели иметь во всей полноте потомки у себя в распоряжении).

Это тоже достаточно легко поддаётся объяснению. Община и её руководство не хотели терять управленческие возможности (навыки и возможности пользоваться информацией их общих эгрегоров) после смерти кого-либо, обладающего большими или меньшими возможностями доступа и большими или меньшими возможностями использования важной эгрегориальной информации — достояния всей общины. То есть, речь идёт о важнейшем ритуале, призванном восстановить (либо закрепить за потомками) все имеющиеся возможности обращения к эгрегориальной информации (к духам племени), которые были до смерти покойного и которые могли быть частично утрачены вследствие того, что лишь уникально сформированная психика покойного позволяла входить в некоторые фрагменты эгрегоров (общаться с определённым набором духов). Речь идёт об восстановлении возможностей доступа ко всему духовному наследию общины (племени) после утраты одного или нескольких предков. Ритуал распространялся не только на стариков, но и на тех, кто не дожил до старости по разным причинам.[26] То есть, ритуал охватывал всё духовное наследие с целью сохранить его для потомков.

Войдя «в контакт» с умершим, участники обряда требовали и просили его — оставить им возможности покойного.[27] Войти в контакт с умершим (умершими) можно лишь хоть отчасти войдя в его индивидуальный нравственно-психологический образ (в образ человека прошлого, образ его жизни, стереотипы поведения) — зная этот образ и «примеряя» его на себя в процессе обряда. Также войти в образ умершего (умерших) предков можно мысленно вернувшись в их эпоху через предания и воспоминания, что в определённом психическом настрое магического культового транса позволяло замыкать на себя фрагменты эгрегоров, которые были доступны вспомянутым предкам. После чего казалось, что предки отвечают на требования к ним.

Таким образом духовное наследие устойчиво передавалось из поколения в поколение даже при больших и непредвиденных потерях в среде общины, племени, которые вместе с покойниками временно уносили духовные возможности и навыки последних — вплоть до восстановления (в первую очередь через магические ритуалы культа предков)[28] бывшей до катастрофы связи с жизненно важными для племени эгрегорами-духами.

Обряд инициации — последний крупный обряд, который следует отметить. По-другому он назывался обрядом посвящения во взрослую жизнь. Как известно древние очень большое внимание уделяли процессу воспитания и последующего отбора и селекции членов общины. Это делалось с целью воспитать, развить и своевременно выявить лучшие качества у разных людей и направить их во благо общины. Худшие качества выбраковывались (бывало что и вместе с людьми).

Вот на стадии, когда селекция по возможностям (материальным и духовным) у юношей и девушек уже была проведена под надзором старших поколений, начинался процесс инициации во взрослость. Особенностями, легшими в основу воспитания и селекции были:

· Утверждённый перечень обязанностей, расписанный по возрастам, наблюдая за выполнением которых можно было судить о способностях того или иного юноши или девушки.

· Наличие сопровождающих каждый обряд физических, моральных и духовных испытаний.

· Изоляцию от коллектива на время инициации.

· Посвящение в обычаи, веру и мораль племени, рода.

Все эти мероприятия были направлены на выявления лучших качеств обучаемого и последующей инициацией его в те сферы материальной и духовной деятельности, которую старшие сочли самой полезной для этого обучаемого. Ясно, что для особо успешной деятельности обучаемый обязательно должен был уметь пользоваться теми фрагментами эгрегоров-духов, которые отвечают за духовное (эгрегориальное) сопровождение именно тех навыков, которые и развивали у ученика. Ведь возможности эгрегора многократно превосходят возможности индивидуальной психики.

Дать возможность беспрепятственного вхождения в общение с этими духами (фрагментами эграгоров) мог быстро и эффективно тот старейший в племени, кто владел в совершенстве эгрегориальной магией. Такой человек и представлял роль учителя находясь при последней стадии «инициации» — посвящении. На этой стадии происходила передача навыков вхождения в нужные фрагменты эгрегоров от учителя у ученику — как правило глаза в глаза и один на один с применением магических ритуалов, известных только учителю.[29].

В позднем анимизме просматривается трансформация культа почитания всех предков в культ почитания предков с выделением из последних особой группы особо почитаемых и привилегированных — старейшин. Это «духовное» расслоение положило начало перевороту в социальных отношениях первобытного общества, к расслоению, несправедливости. Что в свою очередь трансформировалось в переход от общины кровнородственного коллектива к раннеклассовому обществу. Сама община стала выделять из кучки «особо одарённых» родовых старейшин — привилегированных надсмотрщиков, которым были даны некоторые первые качества «элиты».

3.1.5. Фетишизм.

Многие исследователи относят фетишизм к одной из завершающих стадий процесса формирования всего комплекса ранних религиозных представлений первобытного человека — наряду с так называемой древней магией.[30] Хоть и трудно разделить во времени тотемизм, анимизм, фетишизм и сопутствующую всем им древнюю магию (как предвестника шаманизма), с утверждением о более позднем происхождении фетишизма вполне можно согласиться, если учесть саму суть фетишизма, причины его образования. В то же время существуют предположения, что фетишизм — это исторически первая система религиозных взглядов в силу особой простоты фетишистских верований, элементарности сопровождающих их обрядов.

Фетишизм (от португальского feitijo — вещь для колдовства; некоторые этимологи пытаются возвести это слово к латинскому fatum — судьба) — поклонение вещественным предметам ближайшего окружения человека, приписывание им магических сил и наделение их сверхъестественными свойствами. Сам термин фетишизм появился в конце XVIII века.

Фетишизм проявился в создании идолов — предметов из дерева, глины и иных материалов и различного рода амулетов, талисманов. В идолах и амулетах видели опредмеченных носителей частицы того сверхъестественного могущества, которое приписывалось миру духов, предков и тотемов.

С фетишами такого рода нередко имели дело и первобытные колдуны-шаманы, когда древний шаманизм устойчиво выделился из тотемизма, анимизма и фетишизма в отдельную первобытную религиозную культуру многих племён. Маги-колдуны-шаманы воздействовали на подобие объекта (либо через подобие объекта), на который они желали оказать воздействие согласно приемам контактной, но главное — имитативной магии. Под магией здесь мы понимаем комплекс ритуальных обрядов, имеющих целью воздействовать на объект через сверхъестественные силы для получения материальных результатов. Имитативная магия представляет собой комплекс мер (обрядов) для воздействия на некий объект посредством ритуальных манипуляций с его моделью (либо через модель сверхъестественных сил, к которым взывают при обряде), имеющейся у совершающих обряд и вокруг которой производятся ритуальные действия. Контактная магия — предполагает близкое наличие самого объекта воздействия.

Зачастую в основе фетишистской веры лежало представление о некоем предмете (предметах) как о двойнике человека, как о модели явления (природного, социального). В общем, фетиш был центральным средством (предметом концентрации внимания) взаимодействия между людьми племени, общины (в основном через выделившихся магов-колдунов-шаманов) и сверхъестественными силами, которые в свою очередь «выполняли просьбы людей». Но не во всех случаях манипуляции с фетишами могли производить лишь избранные члены общин. Фетишами пользовались и обычные члены родов и общин. Вообще же вера в фетиши дошла и до наших дней, что проявляется в особой «любви» и «привязанности» некоторых людей к предметам, представляющим для них «особую ценность» и связывающих их с знаменательными эпизодами их прошлого. Кроме того, предметами современных фетишей могут быть и некоторые вещественные атрибуты прошлого, с которым непосредственно не связано прошлое их владельца. Этими предметами зачастую становятся камни с мест паломничества туристов, древние вещи.

Скорее всего фетишизм, как религиозная система зародился одновременно с появлением в сознании первобытных людей представления о существовании наряду с миром реальных вещей — мира сверхъестественных сил. Мир сверхъестественных сил нужно было как-то выразить через «подручные средства», коими стали фетиши. Причём в рамках этого второго мира при всей бесплотности и невидимости его “обитателей”, первобытный человек ощущал и отчасти наблюдал ту же бесспорную реальность, что и в первом. Практически это означало, что ответственность за действия и события, не обусловленные очевидными причинно-следственными связями и зависевшие от воли случая, первобытный коллектив возлагал не только на себя, но более всего надеялся на силы сверхъестественного мира, которые, как он знал из собственных наблюдений, могли очень многое и были могущественнее людей. Для общения с этим миром, привлечения его сил на свою сторону первобытные люди обращались к помощи магии, опора на которую и практическое подтверждение её действенности сильно укрепили в их психике уверенность в действенности самих сверхъестественных сил. И, наконец, появление фетишей показало, что магическая сила не только имеет свойство перемещаться во времени и пространстве, но и может оказаться “сконцентрированной” в предметах реального мира.

Нетрудно заметить, что основное отличие фетишизма от тотемизма и анимизма в том, что в фетишизме предметом поклонения, вокруг которого совершается магический ритуал является заведомо неживой объект. Если в тотемизме это животные, звери, птицы, растения, у которых можно всецело и тщательно проследить как множественные повадки и инстинкты, так и их меняющийся с годами облик, то у фетишей всё это статично и мёртво. Если в анимизме сверхъестественные силы приписываются явлениям природы, в чём тоже можно было наблюдать свои объективные закономерности, то в фетишизма сверхъестественность заведомо придаётся бездушным вещам.

В фетишизме предметом магического моделирования выбирается неживой объект, которому придаются избранные одухотворённые «качества». Поэтому именно фетишизм является наиболее оторванной от природы (от реальности) первобытной верой, в которой абстракция переноса сверхъестественных способностей от объекта манипуляции на его модель достигла наивысшей меры. Она могла возникнуть несколько позже тотемизма и анимизма в регионах, где природа и фауна были богатыми, поскольку для этого надо иметь достаточно развитое абстрактное воображение; и могла появиться раньше тотемизма и анимизма в тех регионах, где природа и фауна были скудными — поэтому недостающие для воображения объекты моделирования взаимодействия людей со сверхъестественными силами, люди восполняли фетишами.

Ясно, что модель, субъективно выбираемая как фетиш, вокруг которой творилась магия (танцы, заклинания) и вообще около которого производилась любая мыследеятельность, являлся для первобытного племени (либо группы людей) символом эгрегора, к которому они обращались за помощью сверхъестественных сил, за воздействием на реальный объект через сверхъестественные силы. Концентрируя в первый раз свои мысли, действия и слова на том или ином фетише-символе, первобытные люди закладывали основу эгрегора под именем фетиша, с помощью которого впоследствии собирались совершать эгрегориально-матричную магию — неконтактную магию — магию, основанную на придании выбранной модели свойств духа-эгрегора. При этом сам эгрегор формировался вокруг имени (названия) фетиша, либо был сформирован вокруг чего-либо другого кем-то ранее и переименован в эгрегор фетиша тем (или теми) людьми, кто имел доступ в «дофетишный» эгрегор до его переименования и кто захотел продолжить магию с помощью того же эгрегора, но под новым именем.

Конечно в последнем случае речь может идти в основном о жизненно важных эгрегорах управления племенем и о передаче (либо перехвате) управления с одновременным переименованием модели,[31] с помощью которой управление ведётся через доступный эгрегор (эгрегоры). С другой стороны переименование может означать:

· Лишь переименование из одного имени в другое.

· Преображение (объединение) нескольких эгрегоров в один под новым именем — больший по возможностям.

· Поглощение одним эгрегором (одним “фетишем”) одного или нескольких других с целью улучшения качества управления и увеличения мощи и устойчивости воздействия на общество (и на отдельных людей и явления) с помощью вновь образованного эгрегора.

· Другие варианты оптимизации управления с помощью эгрегоров-фетишей.

Как бы то ни было, а фетиш — это средство концентрации бесконтактного управления, средство концентрации внимания с целью вхождения в эгрегор фетиша для тех, кто непосредственно занимается магией. В более широком применении фетиш это и модель, «интерфейс» эгрегора, через который ведётся управление людьми, обстоятельствами, с помощью которого люди могли оказывать ограниченное влияние на природные и социальные явления.

Ясно, что фетишизм, как древняя культура, открыл для управленцев (магов-колдунов-шаманов) более широкие возможности, чем анимизм и особенно тотемизм. Здесь можно было более смело экспериментировать, выдумывать и фантазировать — конечно в пределах объективных законов Мироздания. Поэтому, с одной стороны фетишизм более удобен для внутрисоциальной магии; с другой стороны, ошибки от фантазий и выдумок — всевозможных абстракций, свойственных лишь психике «Человека Разумного» — могли быть большими, чем в религиях, более приближенных к естественным явлениям.

В древности один и тот же фетиш мог быть символом всего племени. Могло быть множество фетишей и их узаконенная иерархия, в которой особо выделялись самые «могущественные» фетиши и даже не назывались частные и мало и редко применяемые. Такая иерархия могла достаточно точно соответствовать иерархии эгрегоров, под управлением которых жило племя, род, община.

История знает самые разнообразные фетиши и ритуалы поклонения им. Так, африканские негры, когда им нужен был дождь, ставили у искусственного “алтаря” пустые кружки, являвшимися фетишами для «привлечения» дождя. При потребности в еде некоторые племена клали на “алтарь” кости. Перед войной многие племена бросали в фетиш врага копья и стрелы, чтобы «выпросить и упростить» себе победу.

Фетиши использовали не только для задабривания и вымаливания милости сверхъестественных сил. Часто фетиши ругали, били или даже меняли из-за непригодности, двигаясь таким образом в своём сознании к постижению законов магического воздействия.

Фетишем мог быть как отдельно взятый вещественный предмет, так и частица более крупного объекта «почитания», например: камень со священной горы, кусочек священного дерева, изображение почитаемого животного, рисунок или даже татуировка. Собственные фетиши могли иметь отдельные люди племени (чем иногда обозначалась определённая внутрисоциальная иерархия). Один и тот же фетиш мог быть изображён на телах всех членов общины. Такая община жила под одним фетишем, также как и в тотемизме — под одним тотемом.

Но могло быть и просто обозначение через фетиши нормальной организации труда и быта — управление организацией труда через символику фетишей. В таких случаях у общих фетишей появлялась «специализация»: один “управлял” погодой, другой — охотой, третий — военными действиями или личной жизнью… и тому подобное. Но в одной общине обязательно должен был быть эгрегор (обозначался он фетишем или не обозначался — не имеет решающего значения), который бы «обобщал» все способности и являлся средством духовной их передачи из поколения в поколение. Это было особо необходимо на случай больших потерь от войн, голода, стихийных бедствий — когда «специализация» могла сильно пострадать. Вот в этом случае неоценима была роль мага-колдуна, который во-первых сам мог бы замещать собой большинство «специализаций», а, во-вторых, мог бы обучить этому молодых через инициации и посвящения.

Как и в тотемизме и анимизме, в фетишизме сохраняется один и тот же для всех первобытных религий принцип управления: частично осознаваемая, но в основном исполняемая на основе наблюдений, стереотипов и навыков — концентрация, сохранение и передача из поколения в поколения всех накопленных племенем, родом, общиной знаний в своём духовном наследии. Второе дело это — каким именем обозначать всё это духовное наследие (духов племени) и какую систему символов предлагалось принять при магических манипуляциях с эгрегорами-духами. Поэтому всё что описано в предыдущих главах относительно эгрегориально-матричной магии тотемизма и анимизма, ритуалов и инициаций — относится и к фетишизму. Разными являются лишь системы кодирования информации, а возможности и средства взаимодействия с эгрегорами-духами — примерно одинаковые. Это взаимодействие в его развитии всегда было направлено на повышение качества управления и самоуправления в общине-роде-племени.

В сознании первобытных людей в процессе становления родового общества выработался довольно четкий, стройный и обширный комплекс ранних религиозных представлений. Суть его сводилась к тому, что мир сверхъестественного с его огромными потенциями, свободной волей и магической силой является неотъемлемой и чуть ли не основной частью реального бытия человека. Считалось что именно силы этого мира регулируют законы природы и общества и поэтому должное уважение к ним — первейшая обязанность коллектива, если он хочет нормально существовать, быть обеспеченным пищей, находиться под чьей-то защитой. Этим силам придавались разные символы, к этим силам добавлялось ещё и множество наблюдений за внутриплеменными закономерностями, за другими племенами.

Всё это упорядочивалось и пропускалось через символику тотема, фетиша, духа, в результате чего древние изучали и духовно (с помощью эгрегориальной магии) управляли не только своим внутриплеменным бытом, но согласовывали свой быт с законами природы и Божиим Промыслом — так, как они это понимали и ощущали. Это представление о мире стало со временем само собой разумеющимся, естественным, в его русле тысячи лет протекала вся духовная жизнь общества — по крайней мере, до эпохи неолита, а для более “отсталых” народов и много позже, в отдельных случаях вплоть до наших дней.

Другое дело, что и в фетишизме, конечно же, на определённой стадии развития, стали появляться «избранные-маги» — люди, пользовавшиеся особой приближённостью к фетишам-моделям, считавшихся у остальных «священными» (с их помощью творилась магия и людям казалось, что именно фетиш обладает свойством могущества и сверхъестественности). Тем самым допуск к управлению ограничивался узким кругом магов-колдунов-шаманов — через допуск к фетишам. Эти люди, пользуясь доступом к фетишам в обыденности и своими качествами магов-шаманов-колдунов в сфере сверхъестественного создавали и удерживали внутрисоциальные (внутриплеменные, внутриобщинные) иерархии, как раннюю форму зарождающейся несправедливости во взаимоотношениях людей перед их окончательным классовым расслоением — от общины кровнородственного коллектива к раннеклассовому обществу.

В условиях более позднего развития древних форм религий фетиши не только теряли свои «магические» первостепенные позиции, но иногда даже, наоборот, получали совсем неожиданный импульс к совершенствованию. В частности, своеобразной кульминацией фетишистских представлений в Африке считается выделение так называемого «фетиша фетишей» — общепризнанной святыни для больших объединений племён. Подобным образом (через обобществление фетишей) зачастую происходило укрупнение ранних коллективов с целью концентрации управления ими уже не в руках вождей и шаманов, а в руках могучих владык целых регионов Земли.

В позднейших формах религий фетишизм сохранился в форме поклонения идолам — наделённым тайными сверхъестественными силами вещественным предметам с чертами человека или животного. И в наше время вера в фетиши остаётся как не преодолённый психикой некоторых людей пережиток — в форме веры в талисманы, амулеты и другие оригинальные вещи.

3.1.6. Древняя магия, система сдержек и запретов.

В предыдущей главе мы уже немного коснулись вопроса о магии. Магия в самом общем смысле — это комплекс ритуальных обрядов, имеющих целью воздействовать на объект через сверхъестественные силы для получения материальных результатов. Магия возникла параллельно с тотемизмом, анимизмом и фетишизмом и является неотъемлемой частью систем этих верований. Мало того, древние люди всегда в определённой мере занимались магией — поддерживая древние культы животных, птиц, растений, фетишей, перевоплощения душ и так далее — даже если они и не понимали, что занимаются магией. Магия в понимании древних предназначалась для того, чтобы с её помощью можно было реализовать воображаемые связи с миром духов, предков, тотемов, фетишей, вообще сверхъестественных сил, воздействовать на ириродные и социальные явления.

Возникнув в глубокой древности, магия сохранялась и продолжала развиваться на протяжении тысячелетий. Обычно магическими обрядами руководили специально подготовленные люди общины (племени) — колдуны, маги и шаманы, среди которых, особенно в глубокой древности в некоторых регионах, видимо, преобладали женщины. Они искренне верили в свою способность общаться с духами, передавать им просьбы и надежды коллектива, интерпретировать «волю духов».

В современности магию делят на:

· Имитативную (бесконтактную) магию, которая представляет собой комплекс мер (обрядов) для воздействия на некий объект посредством ритуальных манипуляций с его моделью, (либо через модель сверхъестественных сил, к которым взывают при обряде), которая имеется у совершающих обряд и вокруг которой производятся ритуальные действия.

· Контактную магию — основана на идее непосредственного перенесения магической силы на объект путём прямого контакта с ним или с его частью (клочком одежды, прядью волос…). Контактная магия предполагает близкое наличие самого объекта воздействия, либо его части.[32].

Также в современности контактную и имитативную магии объединяют в понятии агрессивной магии или магии непосредственного действия. Что является не совсем правильным, поскольку степень объективной агрессивности той или иной магии (в смысле причинения вреда объекту) зависит не от средств и способов воздействия, а от того на какие дела направлена магия: на добрые или на злые. И далеко не всегда древние люди направляли свой магический потенциал во вредоносное русло, вредя окружающим и природе. Наоборот, древние старались жить в согласии с природой и соседями, обороняясь от врагов и защищаясь от природных катаклизмов. Поэтому относить все их магические действия к агрессии не правильно.

Что касается магии непосредственного действия, то этим понятием так называемая неагрессивная профилактическая магия отделяется от “агрессивной” имитативной и контактной магии. Профилактическая магия подразделяется на:

· Отгоняющую магию, суть которой сводится к отпугивании враждебных сил.

· Очищающую (лечебную) магию, основанную на употреблении таких средств как омовение, окуривание, кровопускание и тому подобное.

Разделение на агрессивную и профилактическую магии, как видите, достаточно условное и не учитывает объективную праведность поступков тех людей, которые творят магию относительно других людей и каких-либо явлений. Так агрессивность и вредоносность магии при рассмотрении внутрисоциальных отношений — часто понятия относительные. Если для одних людей (для одного племени) агрессивная магия является средством самообороны и защиты от врагов (что можно отнести и к профилактике системы безопасности), то для врагов этого племени такая магия может оказаться агрессией. И наоборот.

В рассмотренном выше случае, когда с обоих противоборствующих сторон применяется магическое воздействие друг на друга, мы будем наблюдать сперва состязание магических возможностей — прежде чем люди (воины) противоборствующих племён вступят в непосредственный военный контакт между собой. И нередко бывало так, что маги-колдуны-шаманы одного из племён оказывались гораздо сильнее противника ещё на стадии магического контакта (противодействия) — после чего верхушка другого племени принимала решение не вступать в военный контакт с более магически могущественным противником (даже если тот уступал численностью и вооружением). Иначе говоря, победа как правило формируется в коллективном бессознательном (на уровне состязания эгрегоров: какой сильнее) и реализуется впоследствии в обыденном миру, возможно в ходе военного столкновения.

В то же время, самому военному столкновению также, как правило, у древних сопутствовало магическое сопровождение под контролем духовных верхушек каждой из противоборствующих сторон. То есть, победа в противоборстве подобного рода обеспечивалась магически как на стадии предшествующей прямому военному столкновению, так и в ходе самого военного столкновения, когда каждому эгрегору рода-племени маги «помогали» находить правильные решения, а через этот эгрегор уже помогали всем воинам сражаться вплоть до каждого движения и шага. Но происходило это всё в основном в неосознаваемом режиме на базе взаимодействия бессознательных уровней психики: магов с эгрегорами и воинов с эгрегорами. Промежуточным между магами и воинами звеном являлся эгрегор (эгрегоры). Именно в этом и состоит основной принцип бесконтактности всякой магии.

Автоматизмы взаимодействия магов и воинов с одним и тем же эгрегором (эгрегорами) обеспечивались следующим:

· Маги-шаманы-колдуны племени являлись неотъемлемой частью самого племени-тотема, поэтому их психика, также как и психика всех остальных членов племени, автоматически от рождения и до смерти была включена в алгоритмику родо-племенного набора эгрегоров и по восходящей в общеплеменные, общевидовые и так далее.

· Рождение, взросление, инициация, посвящение и другие фрагменты жизни воинов (и других людей общины) племени-рода всегда проходили под пристальным наблюдением и контролем шаманов-магов-колдунов. Поэтому в критических ситуациях и вообще по мере надобности племенные маги знали и учитывали (во многом бессознательно: информация о каждом члене общины была достоянием бессознательного магов этой общины) способности и недостатки каждого. При интенсификации управления какой-либо ситуацией (где задействованы люди племени-рода) на расстоянии через доступные магам эгрегоры, все достоинства и недостатки членов племени-рода автоматически учитывались. То есть, маги в такой ситуации являлись как бы бесконтактными стратегами по отношению к остальным членам общины.

· В то же время, поскольку психика воинов (и других членов общины) автоматически по жизни была включена в алгоритмику тех же эгрегоров, в которые входят маги, последние могут, войдя в транс, постоянно получать информацию с этих эгрегоров от людей племени — где бы они на находились, поддерживая таким образом контур обратных связей для более качественного управления эгрегором.

Ясно что, говоря о магическом противостоянии двух духовных верхушек двух племён, мы имеем в виду бесконтактное противостояние родо-племенных эгрегоров этих племён под непосредственным управлением духовной верхушки с каждой стороны. Такое противостояние как правило сопровождалось вхождением в трансовые состояния,[33] в которых управление эгрегориальной алгоритмикой было наиболее полноценным.

В современном представлении о древней магии её возможности различных уровней значимости смешиваются в один ряд классификаций. Рассматривая его надо помнить, что ни одно племя не обходилось без магического сопровождения всей своей жизни. Эгрегориальная магия, которая естественно включала в себя и агрессивную и профилактическую, была направлена в первую очередь на благосостояние племени-рода, а уж потом (по мере необходимости) — на какую-либо агрессию в отношении кого-либо из самого племени, или врагов. При этом кажущаяся агрессия (или даже жестокость) в отношении некоторых людей племени могла на поверку оказаться — профилактикой — с целью сохранения и приумножения здорового генофонда племени. Так, своевременная магическая “выбраковка” и “сортировка” людей племени по их возможностям и привязанностям была для древних жизненно важной необходимостью (а не “геноцидом”), без которой племя быстро могло деградировать.

Также надо учитывать, что в условиях борьбы между племенами, которую они были вынуждены вести с целью своего выживания, духовные верхушки этих племён вынуждены были изучать не только «своих», но и «чужих». С этой целью духовные верхушки племён старались:

· Во-первых, изучать особенности, быт и вообще разные достижения своих потенциальных противников, либо просто племён-соседей. При этом духовные верхушки племён (маги-колдуны) автоматически “влезали” (хотя бы через внешние наблюдения за соседями) в эгрегоры родов-племён своих соседей и потенциальных противников.

· Во-вторых, не отставать от своих соседей и, в первую очередь от потенциальных противников, в освоении информации об устройстве природы и вообще Мироздания, которая конечно же была необходима как для собственного выживания, так и для противодействия внешней агрессии.

· Поскольку каждая из верхушек племён старалась освоить одну и ту же информацию (во всяком случае в одном и том же, либо похожем географическом ареале обитания) в одинаковые исторические периоды развития, то на уровень надродовых и надплеменных социально значимых эгрегоров могли подниматься практически все духовные верхушки тех племён, в которых имелась сильная духовно-магическая группа.

· В условиях достаточно равномерного развития вышеназванных способностей на стадии общинно-родового строя способности племён-родов в магическом отношении были примерно одинаковые.

· Даже если предположить крупное объединение многих племён при переходе к компактно-общинному образу жизни, то даже в такой надплеменной общности в условиях общинной культуры, в которой не существовало наследственной «касты» жрецов, маги-шамны-духовидцы (и прочие люди, владеющие в совершенстве магией), а также и вожди-предводители-старейшины общины — заботились о том, чтобы:

Ш во-первых, вся необходимая информация была доступна всем членам общины — частично понимая, либо ощущая (и наблюдая на многолетней практике) принцип, известный из Достаточно общей теории управления (принцип наилучшего самоуправления): «если каждый элемент системы имеет доступ к управленческой информации, то система работает гораздо устойчивее, чем если бы этого не было»;

Ш во-вторых, деление по специализации членов общины максимально соответствовало личным качествам каждого (позитивный подбор кадров): лишь в этом случае качество самоуправления общины будет наивысшим.

Поэтому условий для создания крупной духовной корпорации, замыкающей на себя множество родов, племён и общин в древности не было: древние понимали, что это навредит процессу оптимального самоуправления общины. Культуру, в условиях которой тысячелетия жили первобытные племена и роды, можно обобщённо назвать культурой шаманизма или культурой общинной магии. Для создания крупных (в масштабах цивилизации, либо даже в мировых масштабах) духовных корпораций под контролем могучих магов-управленцев необходим был переход к иному типу культуры, к иному типу религиозных отношений, когда жизненно важная информация стала скрываться не только от рядовых членов племени-рода-общины, но и заведомо искажаться с целью искусственного создания устойчивой внутрисоциальной иерархии людей и их возможностей в преемственности родов. Ясно что предпосылкой к этому послужил переход от общины кровнородственного коллектива к раннеклассовому обществу. А главным магическим средством для этого оказалось создание эгрегоров-монстров, поглотивших родовые и общинные эгрегоры. Доступ в эти эгрегоры-монстры стал со временим разрешён только избранным-“жрецам”, в то время, когда все остальные становились “винтиками” религиозной системы, магически управляемыми с уровня такой духовно-магической корпорации. Это — тоже магия. И эта магия на поверку временем оказалась — самая вредоносная.

Учитывая вышесказанное, можно достаточно условно разделить общепринятую магию по назначению на следующие известные виды:

· “Вредоносная” магия — обычно «тайная» магия. Употребление магических возможностей для ослабления (либо даже для уничтожения) противника. Так среди народов Южного полушария в арсенале вредоносной магии доминировали имитативные приёмы. Самый простой из которых — нацелить на врага заострённую палочку и выкрикивать магические заклинания. В Северном полушарии преобладали контактные приёмы: «порча» через еду, напитку, одежды.

· Военная магия — публичная магия, которая предназначалась для духовного ослабления жертвы, либо противника. Это военные пляски, профилактическое ношение амулетов, магические действия шаманов и колдунов перед боем.

· “Любовная” магия — имела двоякую направленность (вызвать влечение либо отвадить его) и являлась достаточно частной магией — внутриобщинным делом. Преобладали контактные приёмы.

· Лечебная магия отличалась исключительным разнообразием обрядов. Уходит своими корнями в элементы народной духовной и вещественной медицины. При этом грань между медициной и магией зачастую провести достаточно сложно.

· Промысловая магия — происхождение промысловой магии сводится к рационализации и оптимизации промыслово-хозяйственной деятельности, столь важной для выживания древних. Основана ни изучении повадок животных, птиц и рыб и включения изученного в общее духовное и вещественное достояние племени-рода. Также в рамках этой магии изучалось и растениеводство. После чего оказывалось информационно-алгоритмическое воздействие на изученный объект, включённый в сферу промыслово-хозяйственного интереса людей прежде чем войти с ним в контакт.

· Метеорологическая магия интересна тем, что это единственный вид магии объект которого меньше всего осязаем и труднее всего поддаётся сверхъестественному воздействию на него людей. Магия погоды одновременно является и продуктом длительного изучения и наблюдения за общими закономерностями — за приметами и их связью с будущими изменениями погоды. В то же время нельзя точно предсказать обратную связь: когда точно поставленные магические заклинания и просьбы в отношении будущей погоды достигали своей цели (в той или иной мере). В последнем случае магическое воздействие трудноотличимо от молитвы, достигшей своей цели, поскольку в случае молитвы речь идёт о воздействии на духовные фрагменты коллективного бессознательного, которые находятся гораздо выше частных эгрегоров родов и общин. И здесь следует заметить, что даже самые распространённые приёмы метеорологической магии — такие как имитативное насылание погоды, или имитативное отваживание погоды — всегда были прерогативой особых служителей культа.

Здесь мы вплотную подошли к понятию молитва в связи с необходимостью разделения этого понятия с понятием магия в контексте рассмотрения вопроса о древних религиозных системах.

Молитва — обращение к Богу. Молитва всегда обращена к Богу за сверхъестественной помощью людям. Поэтому молитва — неотъемлемая часть религии в её понимании как обоюдосторонней связи человека с Богом непосредственно. Получить от молитвы человек может только то, что укладывается в нормы праведности, установленные самим Богом для Себя и для людей. Но ответ Свыше на молитву может быть и не лицеприятным для молящихся, поскольку этот ответ обязывает молящихся и их окружение пересмотреть имеющиеся у них нормы жизни в соответствие с полученным ответом на конкретное обращение к Богу. В этом смысле ответ Свыше (если он правильно понят) — всегда является истиной, которой нужно следовать во избежании нарастания будущей катастрофичности жизни.

Так, например, если после обращения Наверх за «хорошей погодой» следует «плохой результат», это может означать, что «хорошей погоды» люди недостойны, пока не пересмотрят ряд своих основополагающих жизненных принципов и намерений на будущее. Каких именно? — В «ответе» Свыше подобная «дополнительная» информация вместе с «отказом в хорошей погоде» обязательно содержится: её надо только ощутить, “разглядеть”, осмыслить и сделать правильные выводы на будущее. При изменении людьми своих намерений на будущее в соответствии с полученными Свыше «рекомендациями», в следующий раз просьбы о погоде могут быть более успешными.

Конечно, это тоже разновидность магии, но если в этой “магии” задействован обоюдосторонний диалог с Богом, то её следует считать молитвой. В том случае, когда Бог не вмешивается в результат сверхъестественного взаимодействия людей с фрагментами коллективного бессознательного, любое такое взаимодействие можно считать магией.

Последнее требует пояснения. Мы уже знаем, что Бог предопределил магические возможности людей (заложены в потенциал развития) и последние не могут выйти за предел установленный Богом. Если люди желают магически воздействовать друг на друга (либо племя на племя, либо род на род, клан на клан и так далее), то им эта возможность предоставляется Свыше автоматически на уровне эгрегориальной магии — с помощью тех эгрегоров, которые сами эти люди и создали своей мыследеятельностью — конечно же в соответствии с общими законами Мироздания. Такая эгрегориальная магия мало влияет на изменение нравственных ориентиров в жизни племён, родов, общин. Взаимодействуют они на одном и том же духовно-эгрегориальном уровне, учатся магии, не затрагивая высшие духовные “инстанции” — даже если и называют свои эгрегоры богами.

Когда же люди вспоминают о высших (по отношению к уровню их “тотемных” эгрегоров) силах? — В основном тогда, когда у них не получается справиться самим с такими силами, как, например, со стихией. Поэтому метерологическая магия это пример той магии, в рамках которых люди чаще всего вспоминали о том, что есть силы, которые не подчиняются ни эгрегору тотема, ни даже какому либо общеродовому эгрегору. В своём магическом обращении «за погодой» люди вполне могли затрагивать те духовные фрагменты общего коллективного бессознательного, изменения которых касались не только их племён, общин и родов, и даже не только их крупных объединений, а гораздо шире — ведь изменение погоды влияет на многие роды, общины и племена сразу. Это надвидовые, общевидовые эгрегоры, в работу которых Бог может периодически вмешиваться по Его усмотрению, давая при этом определённую мораль людям на Языке Жизни.

Здесь-то Бог и мог непосредственно вмешаться для того, чтобы результатом «ответа» Свыше дать людям очередную мораль в своей «ответной магии» с целью указать на ошибки и поддержать праведность жизни людей. Поэтому элементы молитвы вполне могли были быть даже бессознательно вплетёнными в древние магические обряды. А Бог отвечает лишь на то, что Сам считает молитвой, и ответ на которую считает полезным для людей.

При достаточно высокой религиозности древних, немалую роль всё же играла элементарная система сдержек и запретов. Эту систему можно назвать первобытным кодексом законов. То есть, в совокупности с духовными запретами и сдержками древние успешно применяли системы табу.

Табу — система сверхъестественным образом объясняемых запретов и предписаний, функционирование которой (наложение, снятие, наказание) осуществлялось в основном по определённому ритуалу. Единого перечня объектов табу как правило не существовало: им могли становиться отдельные материальные предметы, деревья, животные, люди, производственные процессы, участки местности и прочее. Длительность действия табу также не была фиксированной: временной или постоянной.

Накладывание табу считалось специфической функцией племенных вождей и старейшин (иногда выступающих в одном лице). Источники системы табу нужно искать в особенностях социальной организации первобытного общества, когда повседневная борьба за выживание требовала от каждого члена общины безоговорочного соотнесения своих собственных действий с общей организацией жизни и быта. При этом такая “авторитарная” форма жизни первобытного коллектива опиралась на безусловное доверие друг к другу и к старейшинам, устанавливающим систему табу. В зависимости от степени важности и «священности», нарушителей табу ждали различные наказания: от морального порицания до изгнания из племени и смертной казни. “Авторитаризм” системы табу проявлялся в том, что у древних интересы общества ставились во всех случаях выше интересов личности — если речь шла хоть о малейшей опасности общественным интересам.

При этом если вынести за скобки “авторитаризм” системы табу, общественные отношения в первобытном обществе были в основном справедливыми, а табу было как правило эффективным средством поддержки выживаемости коллектива.

Так, пищевое табу строго регулировало характер пищи, которая предназначалась вождю, воинам, женщинам, детям и т. п. Ряд других табу призван был гарантировать неприкосновенность жилища или очага, регулировать правила погребения, фиксировать права и обязанности отдельных категорий членов общины. Все эти табу бывали необычайно строгими. Так, в периоды инициации, т. е. приобщения юношей и девушек к числу взрослых мужчин и женщин, табу запрещало женщинам присутствовать при мужских обрядах, а мужчинам — при женских. Некоторые вещи, принадлежавшие вождю, в том числе и пища, также подчас бывали табуированы.[34] Исследователи приводят примеры того, как воспринималось нарушение табу.

Так, например, уже в сравнительно недавнее время, один из племенных вождей в Новой Зеландии оставил остатки обеда, которые подобрал и съел член его племени. Когда последний узнал, что он употребил в пищу остатки трапезы вождя, что было табуировано, он стал корчиться в мучительных судорогах и вскоре умер. Свершилась магия психологических запретов: нарушение запрета активизировало в психике нарушителя алгоритм на самоуничтожение. Его психика была к этому готова (психика восприняла сигнал как руководство к смерти: ведь он знал, что еда вождя под табу), а поскольку всеми жизненными функциями организма управляет психика, то и возмездие свершилось.[35] Примеры подобного рода далеко не единичны, причём все они свидетельствуют о том, что закреплённые в табу запреты почитались первобытным человеком в качестве священных и непреложных, нарушение которых неизбежно серьёзно каралось. Сам факт осознания нарушения табу парализовал волю нарушителя, способность его организма к жизнедеятельности.

Вместе с тем действие систем табу гармонично сочеталось с древними религиозными порядками. Ведь система табу это всего лишь система запретов и подавления. Она может вызвать лишь страх, предостеречь от опасности, но не в состоянии пробудить в людях созидательный нравственно-психологический потенциал. Последнее может лишь религия — вера в поддержку сверхъестественных сил, вера Богу.

При переходе от общины кровнородственного коллектива к раннеклассовому обществу те, кто занимался укрупнением и узурпацией религиозной власти над родами и общинами, одновременно узурпировал и “права” на табу, превратив логическую и полезную систему табу древних — в своды законов, поддерживающих своекорыстие иерархов.

3.1.7. Шаманизм.

Традиционно специалистами-религиоведами шаманизм рассматривается последним, когда речь идёт о древних религиозных системах. Наверное в этом есть своя логика, поскольку именно в культуре шаманизма появляется чёткое выделение одного или нескольких людей (шаманов), которым “делегируется” общение с духами. Во всех остальных первобытных культурах подобные «духовные» фигуры не получили такого ярко выраженного внутриплеменного статуса, как в шаманизме. В то же время, управление племенем (родом, общиной) издевле, конечно же предполагало объединение усилий и в духовной сфере, что обязательно приводило к “делегированию” особо выдающимся людям функций «договариваться с духами» — также как кому-то “делегировали” быть вождём.[36].

Шаманизм (на языке сибирских народов «саман» — буйный) — религиозная система веры в сверхъестественную силу духов, которая духовно иерархически замкнута на способности и возможности выделенной из племени группы людей — шаманов. Шаманизм основан на представлениях древних людей о существовании тесной связи между шаманом и духами, которая помогает бороться с враждебными силами, предсказывать будущее, предупреждать от неприятностей и болезней.

Скорее всего шаманизм как древняя субкультура зародился почти одновременно с тотемизмом. Шаманизм мог развиваться в условиях фетишизма и конечно же анимизма, а магия как таковая — непосредственная составная часть любого шаманского обряда. Поэтому выделить шаманизм (хронологически и как отдельную культуру) из многих древних культур, рассмотренных нами выше, зачастую просто трудно. Судя по всему первым духом-покровителем шамана был его родовой тотем. Недаром у многих древних племён душу шамана олицетворяло животное, с которым она была слита в единое целое. В дальнейшем образ «матери-зверя» трансформировался в «духа-предка» самого шамана. Даже в наши дни у некоторых народов осталось такое слияние души шамана и животного.

Появление культуры шаманизма достаточно естественно в условиях раннего родоплеменного общества. В атмосфере высокой первобытной религиозности, зависимости древних людей от «милости духов» (как они считали, наблюдая закономерности изменения обстоятельств вокруг себя после общения с духами) люди естественно доверяли такое общение с духами тем, у кого это получается лучше. Поскольку люди от рождения по разным причинам имеют разную чувствительность к «духам», то ещё в глубокой древности стали выделяться те, кто был этому подвержен лучше других.

В современности культуру шаманизма неразрывно связывают с обязательным употреблением шаманом галлюциногенных средств перед тем, как шаман начнёт выполнять обряд «общения с духами» (камлание), либо в процессе обряда. Однако, вопрос о том в какой исторический момент шаманы (имеется в виду люди, которым в племени доверяли «общение с духами») стали употреблять галлюциногенные средства — остаётся открытым. Скорее всего на начальных стадиях зарождения субкультуры шаманизма в среде древних племён никаких психотропных (галлюциногенных) препаратов не применяли. Возможно даже что применение галлюциногенов стало распространено на стадии перехода от древнего шаманизма к распространению культур «национально-государственных» религий с выделением особой касты жрецов. Не исключено, что применение галлюциногенных средств большинством шаманов племён позднего родоплеменного общества явилось одной из причин недееспособности шаманов перед более могущественной духовной силой, которая стала претендовать на иерархически высшее положение.

Поэтому мы не будем связывать культуру шаманизма с началом употребления галлюциногенов особо одарёнными в духовном плане людьми древних племён, “делегированными” племенем для «общения с духами». Культура шаманизма интересна вне контекста употребления шаманами галлюциногенов. Однако и роль галлюциногенов в этой культуре тоже нельзя не учитывать.

Основное отличие субкультуры шаманизма от других первобытных культур в том, что шаманы (в отличие от магов, колдунов, первобытных жрецов, знахарей) устраивали публичный «диалог с духами» в форме открытого для своего общества обряда-ритуала, в ходе которого шаманы входили в трансовое состояние на глазах у всех и лишь после этого выдавали важнейшую управленческую информацию. В то время как маги, колдуны, жрецы и знахари хоть и умели входить в той или иной мере в трансовые состояния, но они в большинстве случаев делали это не публично и не так ярко выражено, как это делали шаманы (вплоть до потери сил и сознания).

Для тех, кто в наше время хоть немного изучал восточные религии, не будет секретом, что для вхождения в трансовое состояние в вовсе не обязательно угнетать свою психику галлюциногеном. В контексте учебника далее трансовое состояние это — состояние частичного отключения сознания и частичного увеличения возможностей прямого неосознаваемого доступа в своё бессознательное (подсознание) а через это и — в области коллективного бессознательного, к которому подключено в данный момент бессознательное (подсознание).

Рассмотрим на примере культуры шаманизма, что же могло происходить с шаманами в моменты подготовки и вхождения в транс, зачем это надо и какая велась для этого подготовка избранных. Ясно, что речь пойдёт о доступе человека к «духам»-эгрегорам, зачастую обозначавшимся у шаманов также как в тотемизме — именем какого-нибудь животного.

Шаманские «обязанности» в равной степени выполнялись мужчинами и женщинами, иногда встречалось такое явление, как травестизм, когда мужчины-шаманы одевали себя как женщины, ибо на то была «соответствующая воля духов». Последнее можно объяснить вполне насущной надобностью (а не сексуальными извращениями как это имеет место сейчас на эстраде и в жизни “нетрадиционно” ориентированных недолюдков, когда мужчины переодеваются в женщин): шаман обязан был получать как можно более обширный доступ к информации эгрегора (эгрегоров), с которыми он имел дело в трансовом состоянии, однако, добрая половина информации этого эгрегора образована мыследеятельностью женщин того племени, к которому принадлежал шаман. Что делать? Ведь мужчина не может обладать женской логикой. — Нужно максимально психологически приблизиться к женской логике — войти в роль женщины. И это, скорее всего, полнее удавалось шаману, когда он одевал женские платья. Ведь таким образом он в глазах своих соплеменников выглядел женщиной и смотрящие своими мыслями помогали шаману войти в женскую логику: смотрящие в момент такого камлания видели не мужчину, а женщину, а мыследеятельность смотрящих соплеменников всегда восходила к тому же эгрегору, в который входил шаман. Если же в среде наблюдающих камлание были женщины, то своей психикой они безусловно замыкали цепочку мыслей: «образ шамана-женщины» — «запрос в эгрегор по определенному спектру вопросов от шамана» — «совокупный неосознаваемый женский ответ на него как психологическая реакция на ожидаемый ответ в эгрегоре» — «ощущение этого ответа шаманом» — «кодировка ответа шаманом в известной лишь ему системе кодировок» — «откровение “от духов” для всех».

Таким образом шаман-мужчина получал доступ и к информации, которая являлась специфично женской, но была крайне важна для безопасности племени. Ведь женщина особенно в раннем возрасте обладает более высокой интуицией, чем мужчина. И интуитивное превосходство женщин над мужчинами в древних обществах зачастую сохранялось всю непродолжительную жизнь древних людей. У мужчин же в юношестве в отличие от женщин первым развивается интеллект. То есть, мужчина пытается сначала понять, а затем уже интуитивно чувствует. Женщина интуитивно многое ощущает, но мало понимает, не может объяснить свои ощущения. Мужчина же, получив информацию, пытается её объяснить, что у него получается как правило — лучше, чем у женщины. Какое ни на есть осознание полученной в том числе и в результате женской интуиции совокупной племенной информации входило в обязанности шамана, который на базе её бессознательного перебора в своей психике и частичного “анализа” в известной лишь ему, его психике (и, возможно — немногим членам племени) символике — выдавал готовое решение либо предупреждение, прогноз.

Изначально древние люди считали, что именно духи устанавливают связь с будущим шаманом. Наглядным примером этому может служить известная шаманская болезнь, как бы “поражавшая” возможного будущего шамана обычно в детском или юношеском возрасте. Симптомы этой болезни могли быть самыми разнообразными, но как правило заболевший человек выглядел в глазах окружения как умалишённый — сильно отличающийся от других. Он совершал непонятные поступки, мог часами сидеть в оцепенении, убегал из дому и по нескольку дней скитался по лесу. Заболевший подолгу не вставал с постели, ощущал всем телом страшные боли, во сне бредил и разговаривал сам с собой.

Считалось, что больного шаманкой (шаманской болезнью) посещали духи и предлагали стать их избранником. Натолкнувшись на отказ, духи принимались принуждать кандидата в шаманы, угрожали ему, а потом откровенно преследовали и «применяли методы физического воздействия». После того, как кандидат соглашался стать шаманом, начинался длительный и болезненный процесс его «переработки», «закалки», формирования у него сверхъестественных качеств. Духи как бы «меняли кости и внутренние органы человека, переливали ему кровь» и «бесцеремонно» вторгались в его психику.

Этому тоже можно найти вполне разумное объяснение, если помнить о возможностях эгрегора, которые многократно превосходят возможности психики одного человека. Скорее всего на определённой стадии развития первобытного кровнородового общества, когда количество жизненно важной информации в эгрегорах родов и племён стало настолько большим, что её обработка и осмысление (а также и согласование этой информации с информацией, получаемой племенем с более высоких уровней духовной иерархии, чем родоплеменные эгрегоры) стала затруднительной вне вхождения в глубокие трансовые состояния — появилась необходимость в культуре шаманизма. При этом сама культура шаманизма является следствием:

· Во-первых, воздействия на психику людей племени всего массива накопленной в родоплеменных эгрегорах информации управленческого характера, от которой зависела безопасность кровнородовой общины и одновременно с этим низкого уровня понимания этой информации, что не позволяло моделировать будущее и своевременно предвидеть опасности с помощью интеллектуального анализа имеющейся информации.

· Во-вторых, невозможностью одновременного охвата всей необходимой эгрегориальной информации вследствие накопления больших её объёмов и крайней несогласованности в «расшифровке» этой информации даже если она была бы получаема в необходимых объёмах большим коллективом тех, кто имеет возможности доступа в более близкие ему по психическому складу фрагменты родоплеменных эгрегоров. То есть, даже при наличии такой информации, её невозможно было бы правильно обобщить из-за:

Ш слабо развитой системы кодирования информации (письменности практически на было, а символика была весьма ограничена и не однозначно понимаема разными людьми);

Ш слабо развитых интеллектуальных способностей древнего человека;

Ш несовершенной для всестороннего анализа и моделирования ситуации культурой мышления.

Выход оставался один: поручить всё вышесказанное кому-то одному, возложив на него такую обязанность как дело всей его жизни.

Было ли чёткое понимание важности такого поручения, либо всё происходило «на автомате» — особого значения не имеет. Но в определённый момент развития, перейдя к культуре шаманизма, и испробовав эту культуру на нескольких поколениях, древние, скорее всего убедились, что шаман лучше коллектива «знает» от духов что надо делать, а от чего надо воздержаться. После чего усилия общины стали направляться на поддержку шамана, как человека, которого «духи взяли к себе» в помощники.

Как только древний общинный коллектив это себе усвоил, такого рода коллективное решение стало достоянием общего духовного наследия (родоплеменного эгрегора, либо эгрегоров). При этом в эгрегоре была активизирована особая программа «поиска наилучшего шамана» из всех претендентов общины. Ведь не могли же древние захотеть инициировать в шаманы кого попало: им нужен был наилучший для этого дела, от него зависело их будущее, их безопасность. Мыследеятельность подавляющего большинства членов общины нацелена на обеспечение безопасности и безбедности жизни рода-племени. В то же время, кому как не окружению будущего шамана, в среде которого он родился и вырос, лучше знать психофизиологические качества своего избранника. Мыследеятельность людей окружения будущего шамана, являясь неотъемлемой частью эгрегора (эгрегоров) рода-племени, поэтому она активизировала и конкретизировала бесструктурный выбор — эгрегориальную программу выбора будущего шамана. А мощь и возможности эгрегора воздействовали на психику избранника соответсвтенно целям общины — что выглядело как «посещение его духами». Вторжение эгрегора в ещё не вполне готовую психику инициируемого необычным для неё образом вполне могло вызывать в психике (и во всём теле: физиологией управляет психика) болевые и даже шоковые ассоциации типа «ломки костей» либо «замены крови».

Однако вторжение эгрегора в психику, наиболее пригодную для будущего выполнения роли шамана, являлось ничем иным как достаточно быстрым способом перестройки алгоритмики психики инициируемого (ещё в ранней юности) эгрегором под наиболее тесный контакт с эгрегором в будущем — вплоть до создания единой системы «психика шамана — эгрегориальная алгоритмика». То есть, шаман становился в определённой мере невольником-«зомби» эгрегора, а его психика — частью эгрегориальной программы. И здесь для коллектива важно было не ошибиться в выборе:

· чтобы на стадии инициации психика инициируемого выдержала изменения, которые ей предстоят;

· и чтобы состоявшийся шаман обладал наибольшей дееспособностью из всех кандидатов.

Таким образом инициация-выбор будущего шамана изначально — дело коллективное,[37] общинное. Исполнительным механизмом “выборов” шамана выступал эгрегор племени. Шаман выбирался хоть и не голосованием но с помощью гораздо более надёжных процедур, в ходе которых невозможно врать. Шаман выбирался не на базе словесных деклараций, а на основе истинной (а не показной) мыследеятельности подавляющего большинства людей древнего коллектива.[38].

У древних считалось, что когда шаманская болезнь проходила, перенёсший её человек превращался в «избранника духов», превосходящих своими возможностями всех смертных. Так при достаточно низком уровне понимания и неразвитой культуре мышления древние «дикари» точно ощущали наблюдали и использовали возможности эгрегоров (духов), сопоставляя их с возможностями отдельных людей.

На достаточно поздних стадиях развития шаманизма люди начали допускать, что сам шаман может отчасти выбирать себе помощников и покровителей среди духов. Это можно объяснить высоким авторитетом шаманов, устойчивостью шаманской культуры и тем, что не только община и эгрегор принимали участие в инициации.

В подавляющем большинстве случаев шаманская болезнь сопровождалась профессиональным обучением кандидата у старого, опытного шамана. Благодаря такому обучению инициируемый ученик одновременно с эгрегориальной перестройкой его психики (что характерно для шаманской болезни) проходил следующие важные этапы своего становления как шамана:

· Эгрегориальная перестройка психики под «нужды» шаманской “профессии” являлась достаточно опасной психологической и физиологической нагрузкой, которую могли выдержать далеко не все члены общины. Зная это по своей практике, старый опытный шаман выступал в роли учителя, сопровождавшего всю инициацию ученика, отслеживая и направляя эгрегориальную перестройку психики и физиологии последнего (по известным старому шаману критериям) в соответствии с «нуждами» профессии шамана.

· Одновременно с этим учитель-шаман давал ученику необходимые дополнительные знания об областях, в которых инициируемый должен был обязательно разбираться к моменту завершения инициации. То есть, имело место обучение «наукам», без которых будущий шаман не смог бы обходиться в своей практике. Эту стадию психологического и интеллектуального становления будущего шамана можно назвать посвящением в знания, выходящие за область знаний внутриплеменного характера — с целью максимального расширения кругозора инициируемого. Длительность ученичества колебалась у разных племён от нескольких дней до нескольких месяцев и лет.

Будущий шаман узнавал об устройстве Вселенной, именах, привычках и предпочтениях обитателей «верхнего» (небесного) или «нижнего» (подземного) мира, с которыми ему предстояло «тесное общение».[39] Инициируемый осваивал «средства передвижения по потусторонним мирам», изучал «приёмы влияния на духов», укреплял волю и мужество, закалял своё тело, учился контролировать сознание.

Если «средства передвижения по потусторонним мирам» понимать как умение выходить из одних эгрегоров и входить в другие [40], а «приёмы влияния на духов» — как навыки управления эгрегориальной алгоритмикой, то всё это — достаточно полезные навыки владения собой, навыки управления коллективным бессознательным и своей психикой. Но мало где в литературе про инициации шаманов можно найти описание того, что будущий шаман учился применять психотропы.

Таким образом, выбор кандидатуры будущего шамана обеспечивался следующими средствами:

· Коллективным выбором, который осуществлялся в обход сознания большинства людей первобытного коллектива в соответствии с чёткой работой эгрегориальной алгоритмики родоплеменного эгрегора (эгрегоров), практически безошибочно определяющей по психофизиологическим качествам наилучшую из всех возможных кандидатуру будущего шамана.

· Выбором старейших шаманов (шамана), которые поддерживали эгрегориально “помеченную” «шаманкой» кандидатуру инициируемого.

Конечно старейшие шаманы могли примечать и сопровождать будущего инициируемого ещё до начала шаманской болезни, предлагая таким образом племени свою кандидатуру. К тому же, имея определённый доступ к управлению эгрегором (эгрегорами), которые являются главными средствами возбуждения шаманской болезни у инициируемого, старейшие шаманы в определённой мере [41] могли направить эгрегориальную алгоритмику (для начала инициации) на определённую личность. Однако всё же наилучший результат (в смысле полноценности будущего шамана) мог получиться лишь при естественной поддержке эгрегором (эгрегорами) кандидатуры будущего шамана (что обеспечивало наибольшую правильность выбора) при минимальном вмешательстве старейших на стадии начала инициации.

В общем-то судя по описаниям начала процесса заболевания «шаманкой» будущих шаманов, их инициация начиналась достаточно естественно. А уж после этого вмешивались старшие шаманы-учителя. Конечно при этом нельзя не допускать «подтасовок» в шаманской среде особенно на стадии позднего первобытного шаманизма с целью узурпации духовной, а вслед за ней и внутрисоциальной власти. Однако, всякая противоестественность в этом отношении (протаскивание «своих» во власть) должна была оборачиваться для общины падением качества управления. Одновременно с этим должно было упасть доверие коллектива к таким “блатным” шаманам с последующей возможной новой инициацией.

Остаётся ещё несколько важнейших вопросов касающихся древней культуры шаманизма:

· Насколько было оправдано отдавать шамана в “плен” к духам-эгрегорам в древности?

· Нельзя ли было обойтись без этого, решая управленческие вопросы коллективным разумом в обычном мире, а не в мире духов?

· Насколько инициированный шаман превращался в невольника-«зомби» эгрегора (эгрегоров), участвующего в его инициации и насколько шаман был управленцем в отношении этого эгрегора (эгрегоров) — то есть, мог изменять алгоритмику эгрегоров в соответствии со своей волей?

В принципе на первые два вопроса мы уже дали ответ выше, когда рассматривали интеллектуальные возможности древних людей. Мы пришли к выводу, что культура шаманизма была естественным образом определена всем ходом развития древнего общества как определённый наиважнейший этап перед переходом к раннеклассовому строю. Основными причинами обоснованности и оптимальности шаманизма мы назвали: слабо развитую систему кодирования информации; слабо развитые интеллектуальные способности древнего человека; несовершенную для всестороннего анализа и моделирования ситуации культуру мышления.

На последний вопрос часть ответа тоже уже имеется. На стадии инициации молодой шаман учился у старого следующему: он осваивал «средства передвижения по потусторонним мирам», изучал «приёмы влияния на духов», укреплял волю и мужество, закалял своё тело, учился контролировать сознание. Что в принципе и является необходимыми элементами эгрегориального “менеджмента”, которым молодой шаман учился у старого.

Следовательно при передаче “эстафеты” от старого шамана к молодому первый уделял особое внимание тому, чтобы инициируемый не оказался только лишь невольником-«зомби» того (тех) эгрегора (эгрегоров), который явился причиной его шаманской болезни. Старый шаман отдавал все имеющиеся у него навыки эгрегориального управления молодому — в той примитивной, но действенной системе кодирования управленческой информации, которая была принята в шаманском мире.

По описаниям многочисленных источников можно обобщить, что шаманская Вселенная в самом распространённом варианте состояла из трёх частей: Верхнего Мира (Неба), Среднего Мира (Земли), где живут люди, и Нижнего Мира. Все три части Вселенной соединяла воедино Мировая Ось — чаще всего символизировалась Мировым деревом, Горой, столбами. В Верхнем и Нижнем Мирах шаман встречался с духами, договаривался с ними о помощи в том или ином деле, узнавал от своих сверхъестественных помощников или покровителей то, о чём не мог узнать обычным путём (к примеру о судьбе исчезнувшего человека). Действия шамана во время камлания были ничем иным как понятным для присутствующих рассказом обо всех перипетиях его необычного путешествия. Поэтому шаман должен был не хуже профессионального актёра владеть искусством звукоподражания, уметь изображать добрых и злых духов и людей, с которыми встречался в другом мире.

Уникальная особенность культуры шаманизма заключается в том, что шаман оказывался в большей мере невольником-«зомби» эгрегора (эгрегоров) — духов — нежели мог свободно управлять алгоритмикой этого (этих) эгрегоров (влиять на духов в направлении выбранном шаманом). В этом отношении психика шамана становилась после инициации и посвящения неотъемлемой частью эгрегориальной алгоритмики со сверхъестественной возможностью (по отношению к возможностям обычных людей): шаман умел во время транса считывать часть эгрегориалой алгоримики — прошлое (Нижний Мир),[42] настоящее (Средний Мир),[43] будущее (Верхний Мир).[44] В то же время, выдавая прогноз с оценкой прямо с эгрегора в понятной всем форме в ходе камлания шаман, даже находясь в трансе и не понимая что говорит, влиял на алгоритмику эгрегора (на духов). В результате община получала важнейшую управленческую информацию типа «туда пойдёшь — коня потеряешь»; «туда пойдёшь — людей потеряешь»; «а туда пойдёшь — будешь в безопасности».

В этом отношении в культуре древнего шаманизма были гармонично объединены и распределены функции всех людей, в том числе и шаманов. Бессознательное трансовое состояние шамана (если конечно он не притворялся искусно) обеспечивало максимальную объективность полученной с эгрегора информации: ведь шаман просто транслировал поток информации в доступных всем символах. Обратную связь — как реакцию на поступившую информацию — отрабатывали уже общиной. Даже если шаман и предлагал своё решение, всё равно информация, полученная через бессознательное шамана, становилась достоянием всех и, преломлённая через коллективное бессознательное (каждый пытался как-то на неё отреагировать мысленно), отправлялась обратно в эгрегор. Конечно степень авторитетности мнения шамана после его выхода из камлания (либо в процессе камлания) много значила, но ведь и сам шаман выбирался коллективом, чем ему оказывалось особое доверие.

В общем можно сказать, что культура древнего шаманизма обеспечивала максимум «демократичности», что надёжно поддерживало общинный строй, позволяло управлять и заглядывать в будущее и оправдывало выдвижение особых людей на роль шаманов.

Культура шаманизма интересна не только своей «демократичностью». Культура шаманизма является своеобразным “ключом” к пониманию того, что происходило с обществом в дальнейшем при трансформации культуры шаманизма в ведически-знахарскую культуру многоликого рабовладения — при переходе от кровно-родовой общины к раннеклассовому обществу.

Течение шаманской болезни как правило полностью совпадало с циклом инициации, этапы которой получили название: страдание, смерть и последующее воскресение. Только культура шаманизма наглядно и подробно демонстрирует нам весь важнейший механизм инициации будущего шамана, заключающийся в последовательности « страдание, смерть и последующее воскресение». Мало того, эта культура сохранилась у некоторых народов до сих пор и в определённой мере можно посмотреть что происходит с инициируемым и в наше время. Но мы уже и так знаем из вышеизложенного анализа шаманизма: инициируемый (будущий шаман) в процессе шаманской болезни становится в большей мере невольником-«зомби» того эгрегора, через который проходит инициация его психики. После чего большая часть психики шамана управлась тем эгрегором, который его инициировал. В этом “ключ” к пониманию всех субкультур разноликой ведически-знахарской культуры, которая исторически сменила древний шаманизм.

Древний шаманизм — последняя крупнейшая субкультура, которую можно отнести к ранним первобытным религиозным системам под общим названием культура общинной магии. Главное отличие культуры общинной магии от следующей за ней ведически-знахарской культуры в том, что в культуре общинной магии поддерживались такие духовно-магические отношения, что всем членам общины обеспечивался равный потенциал доступа к управлению и к процессу принятия важнейших решений.

С появлением духовенства и упразднением (либо опусканием) роли племенных шаманов, жрецов — возможности принятия решений и управления эгрегорами перешли к духовным верхушкам государств и цивилизаций, к “жрецам”-знахарям регионального и глобального уровня ответственности.

На поздних этапах субкультуры шаманизма скорее всего происходила постепенная естественно обусловленная деградация шаманизма в первобытном обществе [45]. Ко всему же на определённом этапе (скорее всего как следствие начавшейся деградации) стали употребляться галлюциногенные и психотропные препараты (грибы, кактусы, табак и даже алкоголь), применялся барабанный бой и звон бубнов (воздействие на психику чем-то аналогично галлюциногенам: при барабаном бое в организме вырабатываются те же вещества что и при приёме галлюциногенов, но в меньшей мере). Такого рода искусственные (дополнительные вещества) средства для быстрейшего вхождения в транс конечно же имели побочный эффект. Применяющие их шаманы — непозволительно для сохранения чистоты восприятия эгрегориальной информации — искажали галлюциногенами естественный фон биополей человека. Тем самым они закладывали неминуемую ошибку, которая появлялась при считывании информации из эгрегоров.

С другой стороны, шаманы, наглотавшиеся галлюциногенов, выпадали в иллюзорный мир (мир иллюзий возбуждённой психики от психотропов) своих собственных наваждений, зачастую не в силах отличить эгрегориальную информацию от собственных иллюзий, примитивных эгрегориальных абстракций. И всё это вместе (свои иллюзии и важную эгрегориальную информацию) выдавали в процессе камлания в коллектив. Конечно же при этом могла образовываться недопустимая ошибка как в оценке информации, так и в её содержании. Дело в том, что современной наукой доказано, что применение галлюциногенов действует двояко:

· Во-первых галлюциногены (в том числе и табак) активизируют работу левого полушария головного мозга, которое отвечает за абстрактную логику. То есть, галлюциногены способствуют развитию фантазии оторванной от Объективной реальности.

· Во-вторых, галлюциногены, искажая естественный фон биополей человека, блокируют нормальный обмен информации между ним и окружающим миром. Одновременно с этим галлюциногены искажают работу правого полушария головного мозга с тем же результатом: неадекватное восприятие внешней информации психикой.

Таким образом, деградация шаманизма знаменовалась моментом принятия нормой для шамана употребления разного рода психотропов и галлюциногенов. В это же время, скорее всего и начался перехват духовной власти у шаманов теми, кто взял на себя роль региональных концентраторов власти (по охвату шире чем родоплеменная власть) и даже мировых глобализаторов. Возможно даже, что идею употребления шаманами психотропов подбросили в родоплеменные общества “извне”. Но это новшество скорее всего легло на уже подготовленную почву: войти в транс с меньшими усилиями легче если наглотаться галлюциногенов.

К тому же такие шаманские извращения как курение табака и даже употребление алкоголя вслед за шаманами стали распространяться на всю общину. Так подсели на табак индейцы доколумбовой Америки; так споили индейцев Америки после её открытия Колумбом.

Если вынести за скобки эти издержки позднего шаманизма, то можно сформулировать общее отличие шаманов от духовенства. Древние шаманы в отличие от сменившего их духовенства опирались не на «священный» авторитет своей должности, а исключительно на личные качества. Путь шамана требовал особого мужества и особых знаний, чрезвычайно нервного напряжения, а иногда был связан с риском для жизни. Шаман не играл в «избранника духов», не пользовался этим положением в личных целях. Мало того, он находился под постоянным и бдительным взором членов своего кровного коллектива, он принадлежал этому коллективу в миру как все, но и духовно тоже он принадлежал этому коллективу — более чем любой рядовой его член, поскольку был накрепко связан (как никто другой) с родоплеменными духами (родоплеменными эгрегорами). Древний шаман жил со своей избранностью как с общественной (а не клановой) необходимостью.

В то же время шаманизм считается ранним зародышем духовенства, “ключ” к чему мы дали чуть выше и ещё не раз вернёмся к этому интереснейшему “ключу”. Внешнее сходство с духовенством в следующем:

· Шаманы посвящали свою жизнь выполнению религиозных обрядов и за счёт этого получали средства для существования.

· Шаманы выделялись из среды соплеменников, часто имели привилегии наравне с вождями, владели атрибутами своего статуса.

И всё же шаманы это не служители культа. Шаманы это — служители обществу. Шаманы не составляли социальной группы служителей культа с чётким статусом. Они не назначались с вершины людской иерархии, а выбирались особым образом благодаря личным качествам — способности служить интересам общины, а не верхушке иерархии.

3.1.8. Заключение.

Культура общинной магии была присуща практически всем ранним племенным религиям периода доклассового развития общества. Этот период характеризовался низким уровнем развития производительных сил и относительно простыми социальными отношениями в общинно-племенной среде. Охватывает этот период много тысячелетий и на его протяжении происходили существенные изменения как в общественной жизни, так и религиозных представлениях людей.

В древности в зависимости от географической среды обитания и хозяйственной специализации сверхъестественными свойствами наделялись разнообразные грани окружающей первобытных людей среды. Так, племена, занимавшиеся собирательством и примитивным земледелием, больше совершали культы растений и небесных светил (луны, солнца, звёзд). Охотничьи племена — совершали культы животных и птиц. Но несмотря на огромнейшее разнообразие религиозной символики у разных племён, все они изучали основы религиозного взаимодействия со сверхъестественным с помощью ими же выстроенных моделей и символики сверхъестественных сил, учились управлять своими коллективами с помощью духов — которым были даны разнообразные имена.

Таким образом, навыки коллективного управления на базе моделирования связи со сверхъестественным и могущественным (что и является средствами религиозного взаимодействия) вырабатывались и совершенствовались веками и тысячелетиями и прочно вошли в образ жизни и культуру мышления древнего человека. В то же время процесс общения древних с духами обязательно контролировался Свыше и древние могли ощущать (и даже осваивать) не только закономерности эгрегориального управления, но и Божий Промысел. Многотысячелетняя крайне религиозная история древней общинной магии — не пережиток невежественности наших предков. Исторический опыт нескольких тысячелетий показал, что человек — творение, суть которого врождённая религиозность. А извращение религиозной сути человека равносильно самоубийству (вследствие потери качества управления коллективом). Но каждому историческому этапу развития присуще своё понимание религии. Несмотря на примитивность религиозных отношений в раннеклассовом обществе, степень общинности и справедливости этих отношений у древних был наивысшей (более праведной) по сравнению со всеми более поздними религиозными системами толпо-“элитаризма” — вплоть до наших дней.

В ранних племенных религиях отражались не только закономерности природы и специфика хозяйственной деятельности. Большое место в них уделялось социальным отношениям. Социальные отношения проходили поверку «на общественную пригодность» через взаимоотношения древних людей с духами и между собой. В эпоху раннеродового строя религиозные верования чётко отражали реальное равенство людей (а не декларативно-показное, как при более современных нам западных «демократиях» и восточных имперских “деспотиях”). Древние формы религиозных отношений (древние религиозные системы) являлись духовным гарантом такого социального равенства, поскольку контуры прямых и обратных связей (от людей к духам и наоборот) обеспечивали и поддерживали высокое качество реального социального равенства.

В то же время сами духи — эгрегориальная алгоритмика родоплеменных взаимоотношений (мыследеятельность людей прошлых и живущих поколений) — не что иное как духовная “сборка” нравственно-психологических устоев древнего человека. Какие мысли — такие и духи. И это очень важно: древний человек, к тому времени как только начал сознательно заниматься магией, уже уяснил себе общинное мировоззрение, исключающее всякого рода внутрисоциальные иерархии. И такой период общинного мировоззрения был изначально усвоен как норма Свыше для человека и как правильный жизненный принцип, которым люди жили не одно тысячелетие. Но это было в глубокой древности…

Нарушение общинности внутрисоциальных взаимоотношений могло произойти лишь по причине извращения понимания сути человеческого жизнестроя, по причинам отставания психологической адаптации мировоззрения и миропонимания древних людей от начавшегося процесса глобализации, который проходил под контролем посвящённых знахарей-«глобализаторов» — в большей мере наследников вождей и “жрецов” погибшей Атлантиды. Как только древние племена и общины попали в сферу интересов могущественных верхушек немногих крупных древних региональных цивилизаций, религиозных извращений, нарушающих общинную справедливость, было уже не избежать. Начался контролируемый извне общин процесс классового расслоения внутри древних коллективов с выделением из них первых “элит” и знахарей-“жрецов”. Впоследствии эти “элиты” просто вписывались в более могущественные региональные религиозные системы (на базе культурного сотрудничества) и таким образом племена становились их частью, а роды растворялись в них, смешиваясь между собой.

Но и в самих общинах шёл процесс расслоения. В руках отдельных общинников стали накапливаться материальные “богатства”, которые стали восприниматься наравне (а то и выше) с духовными основами — главными ценностями общины. Вследствие образовавшегося материального неравенства создавалась почва для эксплуатации и социальной дифференциации внутри племён. Желание закрепить своё властное могущество (вследствие доминирования в племени животного строя психики, а у вождей и шаманов «зомби» с элементами демонизма) побуждало “богатых” материальными благами вождей и их поддерживающих шаманов-“жрецов” на следующие действия:

· Постараться укрепить своё внутрисоциальное положение поддержкой племенного “духовенства” в результате чего:

Ш вожди прибегали к подкупу и “коррупции” в среде магов, шаманов, колдунов в угоду себе;

Ш вожди заручались для себя у духовников сакрализацией в глазах общинников — возведением вождя в ранг «святого» и могущественного (подобно духам);

Ш этим грубо попирался и нарушался справедливый общинный строй, поскольку создавалась социальная иерархия по принципу личной преданности и продажности;

Ш нарушалась естественная организация общественного объединения труда, работавшая до этого по принципам наилучшего распределения обязанностей.

· Заручиться поддержкой у могучих и власть имущих верхушек расцветающих древних региональных цивилизаций в результате чего:

Ш верхушки племён прибегали к невыгодным и опасным для племени связям с могущественными соседями, отдавая последним власть как над собой, так и над людьми племени;

Ш принимались религиозные представления и создавалась иерархия духов, главными духами (либо уже богами) в которых признавались не племенные духи а уже посторонние для племени духи-боги той религиозной системы, которая начала вписание религии племени и самого племени с целью поглощения в себя вместе с его образовавшейся духовной «аристократией»;

Ш в рамках такого «культурного сотрудничества» на смену почитанию множества племенных духов культуры общинной магии пришёл политеизм, в культуре которого духи были превращены в божества и богов.

Над бестелесными родовыми и общинными духами, духами предков, духами животных и растений, духами вещей… стали возвышаться могущественные божества, влияние которых на было ограничено местными родовыми или племенными интересами. Высшее место в подобных иерархиях чаще всего занимали боги, связанные с Небесным Миром — с небом и небесными явлениями. Эти боги наделялись атрибутами овеществлённой жизни и «выполняли» определённые социальные функции в воображаемом разделении этих функций.

Высокое положение в политеистической духовной иерархии стали занимать боги-воители, что было связано с истребительными войнами, характерными для периода перехода от родоплеменных отношений к классовому обществу.[46] В ходе таких войн происходило естественное объединение племён, образование племенных союзов. Соответственно этому имел место синтез (объединение и взаимопроникновение) религиозных представлений. В то же время такой синтез религиозных представлений мог проходить под контролем верхушки могучей иерархии уже сформированной древней региональной цивилизации, сопряжённой с союзом племён. При этом войны могли вестись как со стороны союза племён за свою независимость, так и со стороны могучей древней региональной цивилизации за включение союза племён под свою «юрисдикцию».

Параллельно зарождавшемуся процессу географической глобализации шёл процесс религиозной концентрации управления. В результате во главе политеистического пантеона богов-божеств оказывалось божество племени-гегемона либо бог-иерарх могучей древней региональной цивилизации. Так из политеизма выделился генотеизм — одна из разновидностей политеизма, суть которой заключалась в том, что признавая существования многих богов, та или иная общность[47] людей считала своим покровителем лишь одного из множества и поклонялась только ему. Казалось бы оставался лишь один шаг до монотеизма. Но этот шаг растянулся на много столетий, не говоря о том, что многие народы не сумели его сделать даже в условиях развитого классового общества. В общем переход от культуры общинной магии к монотеизму через политеизм оказался очень сложным и длительным. К тому же монотеизм ещё далеко не означает веру Богу — Творцу и Вседержителю. Ведь переход к монотеизму вовсе не гарантировал от поклонения эгрегорам-богам (пусть даже в одном лице) вместо послушания Богу.

Главное что отличает начавшийся период ведически-знахарской культуры, от периода культуры общинной магии следующее. На ранних этапах развития человеческого общества отношение с духами (эгрегорами) родов и общин рассматривались как духовное развитие и необходимое дополнение повседневного общения людей между собой, организации их жизни и безопасности. При переходе к раннеклассовому обществу эти отношения трансформируются в холопско-господские — в отношения холопов-людей с “несоизмеримыми” с ними по своему статусу духовными существами, поддерживающими лишь высшую “элиту”. Короче говоря, с появлением великих божеств и богов человек перестаёт творчески ощущать и осваивать Божий мир с помощью ощущения и изучения закономерностей взаимодействия людей и эгрегоров-духов, а начинает слепо поклоняться эгрегорам-богам и бояться кары последних (а вместе с ними и высшей “элиты”). С появлением «великих богов» “человек” постепенно опускается на колени — как перед ними, так и перед власть имущими и начинает превращаться в смиренного просителя.

Тонкости общения с богами становятся доступными лишь выделившейся из всего древнего духовенства особой касты жрецов. В некоторых древнейших региональных цивилизациях жречество существовало чуть ли не с момента их зарождения. Жречество занимало самое высокое положение в социальной иерархии, зачастую выше царя или фараона. Нередко функции жречества переходили по наследству от поколения к поколению, что позволяло содержать в тайне от других духовные навыки и религиозно-управленческие знания. Как только жречество стало скрывать от людей жизненно важные знания, искажать их и употреблять в угоду поддержки социальной иерархии — оно автоматически превращалось в знахарство. Поэтому и такую культуру мы называем ведически-знахарской.

С переходом к классовому обществу открывается новая страница в истории религиозной трансформации. Постепенно параллельно с общиной возникает частная собственность, происходит социальная дифференциация, возникают социальные противоречия, что приводит к необходимости поддержки зарождающегося государства мощной духовной иерархией — её авторитетом. С этого момента религиозные системы переориентируются по целям: от заботы о благе и безопасности общины (всех её членов в одинаковой мере) к заботе о безопасности верхушек “элит”, государств. Как только это произошло, древнее жречество, к которому можно отнести и внутриплеменных колдунов, магов и шаманов — вырождается в знахарство.

С этого момента религиозность людей начинает регулироваться не естественным образом, а сверху социальной иерархии — под контролем знахарства и властных государственно-цивилизационных верхушек. Формирование государств ознаменовало собой начало периода становления национально-государственных религий, принадлежность к которым зачастую определялось принадлежностью данному государству. Таким государством и одновременно древнейшей региональной цивилизацией, например, был Древний Египет. В следующей главе мы кратко рассмотрим крупнейшие древние национально-государственные религиозные системы.

3.2. Древние национально-государственные религиозные системы ведически-знахарская культура.

3.2.1. Ведически-знахарская культура.

Мы назвали культуру, в которой естественная религиозность людей берётся под особый иерархический социальный контроль — ведически-знахарской культурой. Это название охватывает как ведический Восток (каким мы его знаем в современности), так и знахарский Запад (в основном библейский в современности). Если задаться целью более конкретизировать название культуры на Востоке и на Западе, то на Востоке её можно точнее назвать магически-ведической, а на Западе — магически-знахарской.

Что такое магия, мы уже знаем из предыдущих глав учебника. Магия может быть:

· Естественно-общинной (в основном практиковалась в древности) — когда в организации и проведении магии принимали участие большинство (либо все) члены общины, а цели и содержание магии не скрывались от общества, и были направлены на повышение устойчивости управления во благо всех членов общества при максимально возможном согласовании этих целей с иерархически высшими сверхъестественными силами — так как это понимали и ощущали в общине.

· Ведически-кастовой (в основном практиковалась и практикуется в странах ведического Востока) — такая магия основана на практическом “расширении уровня сознания”, с помощью чего отдельными людьми достигается более высокий уровень возможностей выживания в разных условиях. Возможности этой магии распространяется вплоть до разнообразных чудес Востока. Способность к “расширению уровня своего сознания” передаётся от учителя к ученикам, что изначально как правило ограничивает круг посвящённых в восточные психологические практики. Сформировавшаяся в ведически-кастовой культуре в течение нескольких тысяч лет система упражнений разного назначения позволяет достичь определённых, заранее предсказуемых результатов в формировании устойчивого психотипа людей. Этот тип магии порождает иерархическую организованность населения в устойчивых цивилизациях; он живёт, воспроизводя себя в разных формах, сквозь катастрофы — природные и государственные — сметающие практически всё, кроме толпо-“элитаризма”. В такого рода культуре-магии искажается естественная для людей связь с Богом через душу, совесть и судьбу. Вместо чего люди осваивают психологические навыки — без естественного осмысления, что хорошо, а что плохо. В восточных практиках такого рода хорошо то, от чего люди получают максимальное духовное удовольствие (удовлетворение), обоснованное ограниченными религиозными теориями. Но при этом они не задумываются над социальными последствиями такого рода теорий и соответствующих им практик.

· Своекорыстно-мистерической[48] (практиковалась в древних государствах и цивилизациях — Древнем Египте, Древней Месопотамии, Древней Греции и других — а в современности на библейском Западе, в некоторых цивилизациях исламского и ведического Востока). Такая магия основана на сокрытии знаний от толпы для поддержки внутрисоциальной власти корпорации знахарей и “элиты”. Магия предназначена для поддержки в толпе авторитета и даже божественности иерархов и/либо разнообразных культовых атрибутов, для чего религиозный потенциал толпы направляется в искусственно создаваемое в ходе многочисленных магических мистерий русло — создаётся особая духовность поддержки иерархии. При этом искажается и извращается естественная для людей связь со сверхъестественными силами (для древних религий общинной магии) и с Богом (для монотеистических религий).

· Естественно-религиозной (не практикуется ни в одной из известных религиозных систем: свойственна отдельным людям, которые умеют ощущать связь с Богом, понимать Его Язык жизни и следуют тому, что поняли от этой связи; так жил исторически реальный Иисус Христос, пророк Мухаммад и некоторые другие люди). Такая магия основана на обоюдосторонней связи с Богом людей и вере Богу. Согласно этой магии Бог отвечает верующему изменением обстоятельств вокруг него: в этом состоит суть высшей магии, идущей от Бога.

Так в Коране многократно сообщается, что Бог отвечает молитвам верующих; в частности: «Он отвечает тем, которые уверовали и творили благое и умножает им Свою милость. А неверные — для них жестокое наказание.» — 42:25.

Конечно это далеко не полная классификация, какой может быть магия, но для дальнейшего рассмотрения религиозных систем этой классификации вполне достаточно. Тем более что укрупнённо она охватывает все религиозные системы.

Естественно-общинный тип магии мы подробно рассмотрели при описании древних религий культуры общинной магии. Ведически-кастовый тип магии мы будем рассматривать когда перейдём к основным религиозным системам Востока. Естественно-религиозный тип магии — сокровенную обоюдосторонняя связь каждого человека с Богом — каждый должен для себя освоить в результате глубокого понимания и ощущения Божиего Промысла с помощью сравнительного богословия и пересмотра своих нравственных стандартов в сторону добронравия, чтобы ощутить смысл жизни.

Если в предыдущей главе мы рассматривали естественно-общинную магию, то в контексте настоящей главы учебника мы будем рассматривать в основном культуру своекорыстно-мистерической магии — магически-знахарскую культуру.

Большинство верхушек духовных и социальных иерархий древних национально-государственных религиозных систем называют древним жречеством. Однако это не правомерно, если такое «жречество» занимается своекорыстно-мистерической магией, поддерживая своей деятельностью государственные режимы магически-знахарской культуры. Такое “жречество” в действительности является знахарством, узурпировавшим духовную власть в своих регионах и держащее толпу в духовном подчинении верхушкам иерархических режимов.

Главное отличие жречества от знахарства в том, что жречество занято жизнеречением во благо общества, его задача: предвидением, знанием, словом заблаговременно направлять течение жизни общества к безбедности и благоустройству, удерживая общество в ладу с биосферой Земли, Космосом и Богом. Знахари заняты своекорыстной эксплуатацией общества на основе освоенного ими знания, с какой целью умышленно культивируют в обществе невежество и извращённые знания.

Жречество не может по определению поддерживать культуру, в которой знания разделены на эзотерические (предназначенные для узкого круга посвящённых) и экзотерические (предназначенные для всех остальных, в общем для толпы). Знахарство же на базе такого рода разделения знаний культивирует невежество и религиозные извращения в толпе и поддерживает иерархию классов, каст, сословий в обществе — основу для духовного и материального неравенства людей. При этом в таком толпо-“элитарном” обществе, с помощью своекорыстно-мистерической магии создаются устойчивые культы имитации естественной для человека религии и именем богов (или даже Бога) узаконивается неравенство людей во всех сферах жизни.

Так знахарство многих древних национально-государственных религиозных систем создавало культы богов и организовывало мистерии для толпы. При вынесении постановки мистерии для толпы, посвящённые от легитимной иерархии действовали в соответствии с возложенными на них ролями и знанием общего сценария и целей постановки в части, касающейся каждого из них. Сценарий же мог быть многослойный по целям, средствам и тематике. Непосвящённые вовлекались в участие в постановке, приняв на себя исполнение тех или иных ролей, сообразно их мировосприятию и миропониманию, соответственно эмоционально-смысловому строю психики каждого из них, сформированному в среде древних культур — культур ограничения доступа к знаниям для непосвящённых.

Такая мистерия, выносимая на толпу их храма, являлась средством достижения свойственных иерархии целей в отношении общества — тем в большей мере, чем более в обществе утрачивалась способность к целостному восприятию и осмыслению происходящего, что в свою очередь достигалось поддержкой невежества толпы и сокрытием знаний характера общей жизненной важности.

Постановка мистерий как средства взращивания особой духовности для рабов в толпе — словесно-магический камуфляж, за которым по умолчанию скрывается отождествление духовности людей с «мерой иерархической значимости», а изначально присвоенная кем-либо «иерархическая значимость» в таком обществе предполагает признание за ним и права на определённый уровень духовности (и интеллектуальности) и права на их выражение, либо отказывает в этом по иринципу «место красит человека». Сама же свобода духовности и человек — её носитель и выразитель — отрицаются как полноправный субъект управления своей судьбой.

В магически-знахарской культуре одновременно может существовать три типа иерархий, ставших возможными вследствие разделения знаний на эзотерические и экзотерические, духовно-нравственного и материального расслоения людей:

· Иерархия по оглашению — открытая для всех иерархия, которая соответствует классово-сословному делению общества: нисходит от фараона или царя до раба.

· Иерархия по посвящению — формируется в тайне от непосвящённых в эзотерические знания на базе доступа к эзотерическим знаниям. Всю иерархию знают только высшие посвящённые, которые в древности называли себя храмовыми жрецами в культурах древних национально-государственных религий. Каждое звено посвящения в иерархии соответствует своему фрагменту в системе эзотерических знаний и в соответствии с этим выполняет свою роль в магической мистерии. Взаимная вложенность низших ступеней иерархии в высшие достигается особой системой дозировки эзотерической информации сверху вниз, разнообразной неоднозначно понимаемой символикой (раскодировка одной и той же символики осуществляется с помощью разных для каждой ступени иерархии систем ключей: поэтому понимание на разных ступенях — разное), некоторой стратификацией кадров по духовно-интуитивным способностям и интеллекту. Обычно каждое вышестоящее звено обладает эзотерической информацией своего уровня и ниже.

Люди в иерархии по посвящению вовсе не обязательно соответствуют классово-кастовому делению государственной иерархии: высоко посвящённый может быть в иерархии по оглашению на достаточно низком уровне. Но зато он имеет больше «степеней свободы», чем всегда занятая в госуправлении высшая “элита”. Однако это не значит, что такой не высоко стоящий в иерархии по оглашению высокопосвящённый не допущен как к материальным благам, так и к «руке фараона» тогда, когда он пожелает.

· Иерархия по умолчанию — самая труднопонимаемая и таинственная иерархия. Однако, она имела и имеет место быть в обществе. Основана не на посвящениях, которые дают меру доступа к имеющимся в обществе знаниям, и в соответствии с ней и с миропониманием формирует меру понимания человека. Иерархия по умолчанию может формироваться даже вопреки мере посвящения (если таковая имеется), а тем более вопреки иерархии по оглашению.

Иерархия по умолчанию это иерархия людей по их естественно сформированным в жизни способностям ощущать и понимать мир — по реальным естественно сложившимся у них духовным навыкам — способностям незримо для других управлять людьми, эгрегорами, обстоятельствами. Такие люди могут быть выходцами как из иерархии по оглашению, так и из иерархии по посвящению. Но могут и не принадлежать иерархии по посвящению и иерархии по оглашению вообще.

Как правило в магически-знахарской культуре люди, самостоятельно поднявшиеся в мере понимания до определённого уровня знаний, соответствующих определённым ступеням (особенно высоким) иерархии по посвящению и “засветившиеся” своей мерой понимания перед хозяевами иерархии по посвящению — признаются особо опасными. От них пытаются избавиться, если попытки включить их в иерархию по посвящению оказываются тщетными. В магически-ведической культуре Востока такие люди могут быть признаны особо «просветлёнными» и приглашены в иерархию сословий, каст и кланов, но могут остаться и одиночками-отшельниками, которых как правило не трогают.

В магически-знахарской культуре самоучка, выделившийся своей высокой мерой понимания в иерархии по умолчанию может оказаться как крутым «демоном»-магом, который не вписан ни в одну из предыдущих иерархий, так и человеком, которому Бог помогает Различением подняться в мере понимания для того, чтобы творить объективно добрые дела. В первом случае («демон»-маг — одиночка: а из таких одиночек может складываться иерархия по умолчанию, даже если люди, входящие в эту иерархию, не знают друг друга) может быть создана отдельная духовная иерархия со своей магией, восходящей к самому крутому демоническому эгрегору, который окажется выше эгрегора верхушки магов иерархии по посвящению. Ясно что в определённый момент возможен даже перехват всех видов власти со стороны такого рода иерархии, которая может трансформироваться в более крутую чем существующая иерархию по посвящению.

Во втором случае люди, которые следуют религии связи с Богом (а не эгрегориально-демонической связи) могут объединиться и, не поддерживая иерархии по умолчанию, взять внутрисоциальную власть, предлагая всем то лучшее, что они получают Свыше. И если они не будут своей мыследеятельностью поддерживать никакую иерархию (даже иерархию по умолчанию — то есть, иерархию в своей же среде), то Бог поддержит все их правидные дела.

Таким образом, ни одна социальная иерархия из трёх перечисленных (в смысле какого-либо самопревознесения одних людей над другими в жизни) — Свыше не поддерживается, но допускается до времени, определённым Промыслом в попущении. Поэтому даже те отдельные люди, которым Бог помог Различением подняться в мере понимания выше самых посвящённых из иерархии по посвящению и выше своих в иерархии по умолчанию, при условии их духовной поддержки своей отдельной иерархии по умолчанию либо самих себя как шибко “духовных” иерархов (что может быть связано с неразрешёнными до конца их личными проблемами психики — у каждого своими) даже с очень благими и добропорядочными намерениями — не будут поддержаны Свыше на определённом этапе. Если они соблазняться (в меру неразрешённости своих психологических проблем) с уровня возможностей своей иерархии магически целенаправленно манипулировать людьми даже во благо общества, то они автоматически становятся в этом деле у истоков какой-либо новой (самой крутой и ещё небывалой) иерархии — иерархии по умолчанию, пришедшей на смену более примитивной иерархии (допустим по посвящению). Подобного рода манипуляции людьми[49] с уровня иерархии по умолчанию могут возникать лишь при осознанном либо бессознательном признании людьми из иерархии по умолчанию неравенства людей перед Богом вследствие того, что люди имеют разную меру понимания, разные духовные возможности а посему якобы могут допускаться неправедные действия в отношении разных людей и даже «ложь во спасение» (надо не забывать, что мыследеятельность — тоже разновидность действия, которое приводит к магическим последствиям: как для мага, так и для объекта магии).

Крупнейшие древние национально-государственные религиозные системы возникали не на пустом месте. Они опирались на фундамент ранних форм религиозных представлений и верований, вынуждены были считаться с древней духовной реальностью. Результатом этого было появление в каждой новой системе нескольких уровней или пластов, которые размещались в рамках её иерархической структуры сообразно степени своей древности, сложности, распространенности. В этих условиях, как правило, пережитки ранних религиозных форм сохранялись в виде культов и суеверий, закреплявшихся на уровне низшего, простонародного, наиболее примитивного пласта.

Простой народ, толпа, всегда составлявшие основную массу верующих и последователей той или иной религии, вносил в складывавшуюся национально-государственную религиозную систему свои привычные представления, закрепленные в устойчивых стереотипах поведения нормы жизни, обряды, оценки. Все это, будучи включенным в корпус формирующейся новой всеобъемлющей системы, делало её более устойчивой, помогало выжить и стать “господствующей” в умах верующих. Но тем самым создавался тот примитивный набор культов и суеверий, приемов магии, экзорцизма (то есть методики изгнания бесов, демонов, злых духов), оберегов, без которого, практически, не обходится ни одна развитая религиозная система. Трансформировавшись подчас до неузнаваемости, многие элементы раннерелигиозного комплекса вошли в качестве органичных и структурно весьма существенных явлений в новые развитые национально-государственные системы.

Вопрос об условиях и обстоятельствах, способствовавших появлению очагов крупных национально-государственных религий — один из сложнейших и до конца не объяснённых в современной науке. В самых общих чертах современное религиоведение относит к этим причинам следующие:

· Оптимальное сочетание ряда благоприятных факторов, среди которых следует особо выделить экологическую среду.

· Уровень производства.

· Наличие необходимых материально-производственных ресурсов.

· Высокую производительность труда с регулярно вырабатываемым в достаточном количестве «избыточным продуктом».

· Нужный демографический оптимум, т. е. определенную плотность населения.

И некоторые другие факторы, которые сформировали ту материальную базу, на основе которой возникли надобщинные политические структуры, первые протогосударства. И только в результате появления таких политических структур, объединивших родственные и неродственные этнические группы в рамках единого политического организма с сильной властью обожествлённого вождя, создавалась реальная база для генезиса религиозных систем.

Но ко всем этим перечисленным факторам надо ещё добавить основной: особую цивилизаторскую миссию людей прошлой высокоорганизованной цивилизации Атлантиды с её толпо-“элитарным” иерархическим устройством. Именно эти люди стали копировать образ жизни атлантов, создавая основы первых древних национально-государственных религиозных систем — ведически-магической культуры, для которых первобытные общины с их культурой общиной магии были естественной средой, развивающейся до поры отдельно — параллельно первым знахарским цивилизациям.

К таким первым национально-государственным религиозным системам относятся Древний Египет, Древняя Месопотамия, Древние Сирия и Финикия.

3.2.2. Религиозная система Древнего Междуречья.

Как известно, первые в истории человечества очаги государственности появились на Ближнем Востоке, в плодородной долине великих рек Нила, Тигра и Ефрата. Сложившиеся там, в первую очередь в пойме Междуречья, ранние надобщинные политические структуры являли собой на рубеже IV–III тысячелетий до н. э. небольшие административные образования типа городов-государств. Центром их, окруженным сельской земледельческой периферией, являлось поселение городского типа, сердцевиной и символом которого обычно был храм-зиккурат,[50] выстроенный в честь какого-либо божества, считавшегося покровителем данной политической структуры. Выдвижение храма на передний план в качестве не только духовного, но также политического и экономического центра было не случайным. Нередко храм был местожительством вождя, пребыванием его административного аппарата, состоявшего в основном из жрецов-чиновников. В храме располагались амбары для хранения зерна, полученного с земель, обработка которых была обязанностью всех земледельцев или части их. Здесь же, в храме, обычно находились склады готовой продукции ремесленников, арсеналы и т. п. Почему центром был именно храм?

— Культ обожествлённого вождя, правителя-символа, посредника между миром живых и умерших, миром людей и богов, был связан не только с представлением о сакральной святости власть имущего, обладавшего магической силой, но также и с уверенностью в том, что именно молитвы и просьбы вождя скорее дойдут до божества и будут максимально результативны. Эта имевшая определённые резоны уверенность способствовала тому, что в ранних политических структурах типа протогосударств вождь-правитель чаще всего одновременно был и первосвященником, т. е. высшим жрецом сверхъестественных сил, с течением времени всё более определенно олицетворявшихся в символическом облике бога, становившегося могущественным покровителем данной политической структуры. В честь этого-то своего бога в великом и многонаселённом разными богами мире сверхъестественного и строился храм, в котором вождь-первосвященник отправлял необходимые культовые ритуалы.

Логично и естественно, что храм оказывался центром-символом религиозной связи живых с богами, так и центром всей жизни протогосударства. Храм каждого из городов-государств посвящался конкретному божеству. Но даже если этот бог имел какую-то специализацию (был богом солнца, земли, воды или даже богиней любви, как то имело место в Междуречье), это ни в коей мере не умаляло ни его потенций, ни его забот обо всех сторонах жизни почитавших его людей, причём людей по происхождению, возможно, этнически гетерогенных — как было принято считать в данной культуре. Это означало, что могущественный бог, центр заново складывавшейся религиозной системы, должен был как бы заместить собой всех тех тотемных предков-покровителей и почитавшихся разными коллективами мелких местных духов, которые ещё недавно были своими и самыми близкими для той или иной этнической группы смешанного теперь уже населения разросшейся политической общности.

Со временем возникла единая сводная система, которая включила в себя почти все ранние системы каждого из протогосударств с их местными богами, храмами и вождями-первосвященниками в крупную, иерархическую структуру. Хотя эта структура не была устойчивой в том смысле, что на передний план в ней могли выходить боги той политической общности, которая в данное время господствовала либо стремилась к господству, она, тем не менее, оказалась достаточно стабильной и приобрела свойственные ей черты и признаки, в первую очередь политеизм — многобожие. Сложившаяся таким образом крупная религиозная система со временем упрочилась и закрепилась. Была выработана более или менее стройная её доктринально-идейная основа, которая в свою очередь была наглядно отражена в системе мифов, повествующих о славных деяниях и великих заслугах различных богов и героев, об их роли в возникновении мироздания и людей, об их мудрости, сверхъестественных возможностях и тому подобного.

Долина рек Тигра и Ефрата в древности называлась греческим именем Месопотамия, что означает Междуречье. Учёные считают Междуречье самой древней государственной системой, состоящей из нескольких государственных образований. Исторически и географически Месопотамия делилась на южную и северную. Южная Месопотамия в некоторых памятниках называется Сеннааром. Датируется образование Сеннаара 4500–4000 гг. до н. э., где в приморской части жили шумеры — древнейшие обитатели страны. Позднее, видимо около 3500 лет до н. э. северную часть Сеннаара заняло кочевое скотоводческое племя, пришедшее из Аравии и принадлежавшее к числу семитских племён — получило название аккадцев по имени главнейшего города Аккада. Изучение истории государства Древней Месопотамии стало возможным только в XIX веке. Государство неоднократно разрушалось и только начало раскопок пролило свет на его историю.

Письменность шумеров — клинопись[51] — надписи на глиняных плитах или таблицах. Было найдено всего около 150 памятников шумеро-аккадской литературы. При этом многие памятники сохранились в фрагментарном виде. Но и по ним можно судить о религиозной системе шумеро-аккадского царства. В основном это — стихотворные записи мифов, сказаний, молитв, плачей, гимнов богам и царям, псалмов, любовных песен и поэм. Среди таких произведений выделяются следующие: «Гора небес и земли», «Сотворение людей», «Энки и мироздание», «Сотворение мотыги». Но самое интересное название — «Миф о потопе». Подобного рода миф вошёл не только в месопотамскую культуру с момента её зарождения, но и в мифы некоторых других древнейших национально-государственных культур, также и в Библию. Рассматривая в дальнейшем ещё некоторые древние религиозные системы национально-государственного характера, мы увидим поразительное сходство некоторых основных мифов этих религий.

Это сходство состоит в том, что многие основные мифы древних национально-государственных религиозных систем придерживаются одной и той же легенды происхождения нашей цивилизации. Её можно обобщить следующим образом: после потопа появились из-за океана боги, которые были могущественны и бессмертны (иногда они назывались «сыны божии»), но постепенно они соединились с людьми, после чего полубоги и люди деградировали. Тогда верховный бог наказал людей ещё одним потопом, после которого некоторые «сыны божии» уцелели и образовалась та самая религиозная культура, которая представлена в мифах.

Ещё одно произведение «Разговор господина с рабом» из коллекции месопотамской литературы заслуживает особого внимания. В нём говорится о том, как господин разочаровался в своей жизни и богах. Особо интересно, что подобного настроя и содержания произведение вошло и в Библию за авторством Екклесиаста:

Екклесиаст 1.

1 Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме.

2 Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, — всё суета!

3 Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем?

4 Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.

11 Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после.

12 Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме;

13 и предал я сердце мое тому, чтобы исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом: это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем.

14 Видел я все дела, какие делаются под солнцем, и вот, все — суета и томление духа!

В общем библейское произведение Екклесиаста — эталон откровенного атеизма и нигилизма. Оно заслуживает внимания, чтобы его прочесть полностью для убеждения в том, что атеизм древних высших “элит” (отрыв от Бога) уже за несколько тысяч лет до нашей эры привёл их и их царей к ощущению полной потери смысла жизни — при избыточном богатстве и славе. И всё это — следствие изначально неправедных религиозно-мировоззренческих установок, привнесённых в нашу цивилизацию от культуры вымерших атлантов. Именно в этих установках нормальным изначально была признана иерархическая организация общества — общества толпо-“элитарного” типа. В то время как в ряде других регионов (в первую очередь на территории Восточно-Европейской равнины) люди вплоть до начала II тысячелетия нашей эры жили общинами, где признавалось и поддерживалось равенство всех людей между собой. Этот общинный строй был основой жизни людей нашей цивилизации почти повсеместно в период становления и развития ранних религиозных систем, рассмотренных нами в предыдущих главах учебника.

К концу IV тысячелетия до н. э. в Сеннааре сложилось свыше двух десятков мелких государственных объединений. Между ними не было единообразия религиозных ритуалов и мифологии, хотя они и почитали несколько общих космических божеств.

На протяжении долгих веков в культуре Месопотамии шёл процесс ликвидации одних божеств и культов и возвеличивания других, обработки и слияния мифологических сюжетов, изменения характера и облика тех богов, которым предстояло возвыситься и стать всеобщими (как правило, им приписывались деяния и заслуги тех, что оставались в тени или умирали в памяти поколений). Результатом этого процесса было сложение религиозной системы в той её форме, в какой она дошла до наших дней по сохранившимся текстам и данным археологических раскопок.

Религиозная система несла на себе заметный отпечаток реально существовавшей в этом регионе социально-политической структуры. В Месопотамии с её множеством сменявших друг друга государственных образований (Шумер, Аккад, Ассирия, Вавилония) не было сильной стабильной государственной власти. Поэтому, хотя временами отдельные удачливые правители (Саргон Аккадский, Хаммурапи…) достигали немалой власти и признанного могущества, серьёзных централизованных “деспотий” в этом регионе, как правило, не было. Видимо, это сказалось и на фиксируемом религиозной системой статусе месопотамских правителей. Обычно они не именовали себя (и их не именовали другие) сыновьями богов, а сакрализация их практически ограничивалась предоставлением им прерогатив первосвященника или признаваемым за ними правом на непосредственный контакт с богом (сохранился обелиск с изображением бога солнца Шамаша, вручающего Хаммурапи свиток с законами, которые вошли в историю как законы Хаммурапи).

Эта сравнительно невысокая степень централизации политической власти и соответственно обожествления правителя способствовала тому, что в Месопотамии достаточно легко, без ожесточённого соперничества (что имело место в Египте), “уживались” друг с другом многие боги с посвящёнными им храмами и обслуживавшими их жрецами. Мифология сохранила сведения о шумерском пантеоне (от латинского Pantheon, от греческого Pantheion — место, посвященное всем богам — в контексте рассуждений пантеон это иерархический “список” богов), существовавшем уже на ранних ступенях цивилизации и государственности в Месопотамии.

Большинство шумеро-аккадо-вавилонских богов имели антропоморфный (человекоподобный) облик и лишь немногие, как Эа или Нергал, несли на себе зооморфные черты, своеобразное воспоминание о тотемистических представлениях далёкого прошлого. К числу священных животных месопотамцев относились бык и змея: в мифах нередко богов именовали «могущественными быками», а змея почиталась как олицетворение женского начала.

Около 2400 г. до н. э. усилились семитские правители Аккада. Под руководством первого царя царства Аккада Шаррукина (Саргона) произошло объединение Шумера и Аккада. Царство Аккада просуществовало всего 180 лет (2369–2189 гг. до н. э.). Последующие царства — III династия Ура и древневавилонское царство — были преемниками царства Аккада. Культура Шумера практически преобразилась в культуру Аккада. При последних двух царях III династии Ура из Аравии вторглись аморейские племена семитского происхождения. Амореи завоевали шумерское царство, основали своё царство и стали проникать в Аккад. В итоге в конце III тысячелетия до н. э. стал возвышаться Вавилон во главе с аморейскими царями.

Время существования древневавилонского царства 1894–1595 гг. до н. э. В это время Вавилон укрепился, сформировалась вавилонская письменность, культура, впитавшая в себя все предшествующие религиозные предания Месопотамии. Вавилон превратился в крупнейший торговый, политический центр, не терявший своего значения вплоть до эллинистической эпохи.[52] Вавилон полностью принял пантеон шумерских богов (Шамаша, Сина, Иштар и пр.), которые не были чужды и амореям. Уже первые цари-амореи строили этим божествам храмы, восстанавливали храмы бога Шамаша в Сиппаре. В середине XVIII в до н. э. объединение страны было завершено царём Хаммурапи. При нём был создан известный «Кодекс законов Хаммурапи». Вавилонские цари вели культ общегосударственного бога, царя над всеми богами — Мардука. При содействии жрецов Мардука были созданы новые мифы о боге и к ним были присоединены некоторые шумерские мифы.

С религией в Вавилоне были связаны все области культуры. Она является синтезом шумерских и аккадских элементов, поэтому некоторые божества даже имеют двойные наименования. Вавилонский пантеон богов насчитывал более 100 божеств. Первое место занимали «великие боги», которые первоначально были местными богами крупнейших центров Шумера и Аккада, а затем получили более широкое географическое распространение и общественный охват. Великих богов дополняла группа божеств, возглавляемая богом солнца Шамашем (бог Сиппара, а в шумерской мифологии — Уту). Отличительные признаки этого бога — лучи за спиной и серповидный зубчатый нож в руке. Его сопровождал бог луны Сина. С богами-правителями соседствовала группа богов земледельческого культа и прочие.

Как видно во времена вавилонского царства происходит серьёзная концентрация управления разрозненными государствами Месопотамии под патронажем общегосударственного бога — царя всех богов и покровителя царя. На примере истории религиозной трансформации древней Месопотамии с созданием достаточно чёткой и определённой иерархии богов и соответственно царей и государств с центром в Вавилоне можно проследить процесс концентрации управления в одном региональном центре с помощью духовно-религиозных рычагов усилиями древних знахарей, называвшихся жрецами.

Так местные религиозно-эгрегориальные системы древности (возникшие от первых шумеров и аккадцев) не уничтожались, а поглощались (включались в иерархию) либо новообразованными богами-эгрегорами, которым придавался более высокий статус в иерархии (а значит и в мировоззрении простых людей-рабов), либо прежним главным богам давался новый статус в единой вавилонской духовно-эгрегориальной иерархии. Нужно признать, что такая иерархия была достаточно сложной религиозной системой, которая, однако, проработала много веков вследствие постоянного поддержания в социальной среде статуса каждого из богов главным образом с помощью многочисленных регулярных обрядов и ритуалов выносимых из храмов — как соответствующие эгрегориальные мистерии для толпы. Последнее являлось своеобразной своевременной подпиткой всей иерархии эгрегоров, восходящих к эгрегориальному культу верховного бога — покровителя царя и других богов. Каждый бог-эгрегор из огромного множества богов функционально как бы поддерживал свой класс людей (бог земледелия — крестьян; бог луны — оракулов и предсказателей), и находился на определённой ступени в принятой иерархии богов, на вершине которой был царь богов и бог царей. Этой иерархией на духовно-эгрегориальном уровне закреплялось место каждого в социальной иерархии и таким образом через культы и религиозные табу поддерживалась устойчивая толпо-“элитарная” пирамида. Страх перед гневом богов и вера в поддержку богов придавала людям уверенность в необходимости покорности вышестоящим в иерархии. А отклик “свыше” людям на подчинение (либо не подчинение) иерархическому порядку обеспечивался соответственно с духовно-эгрегориальных уровней иерархии (каждому со своего уровня) как следствие многолетней веры в иерархию богов и проходил под контролем “жрецов”, контролирующих всю иерархию (эффективно управлять уровнями иерархии можно было лишь хорошо в ней разбираясь).

Многообразие богов Месопотамии сопровождалось обилием культов, обрядов и праздников. Праздники устраивались в соответствии со всем предыдущим опытом постановки эгрегориально-культовых мистерий (в том числе и с опорой на опыт первобытных общинных мистерий). Особо интересен один из главных обрядов Вавилона — вершина эгрегориальной иерархии. Бог Мардук получил имя Бэл, то есть «господин» после того, как была создана «Поэма семи таблиц» — в результате переработки некоторых более древних шумерских мифов. Согласно этой поэме бог Мардук убивает Тиамат (чудовище, царящее в водяном хаосе), а из её тела творит мир животных, людей, строит небесный Вавилон и свой храм, по образцу которого должны быть выстроены все храмы на земле Вавилона.

Один из главных обрядов Вавилона изображал смерть и воскресенье главного бога Вавилона — Бэла-Мардука. При его совершении читался текст, рассказывающий об обстоятельствах смерти и воскресенья Бэла, которые во многом напоминают евангельские рассказы о смерти и воскресении Иисуса Христа, после ухода которого в иной мир стали строить храмы его имени.[53] Кроме того творение мира из тела Тиамат некоторым образом напоминает ветхозаветное сотворение мира людей в части сотворения женщины из ребра «первого человека» Адама.[54] То есть всё грядущее — оказывается на поверку не совсем забытое “жрецами”-посвящёнными старое. А цель одна — поддержка культовой мистерией эгрегориального могущества и преклонения перед «чудесно воскресшим» богом-эгрегором — покровителем богов, людей и царя.

Культами богов не исчерпывалась религия Вавилона. Сохранялись анимистические традиции, традиции похоронной и загробной магии. Повсеместно поклонялись духам умерших, которым в определённые сроки отдавали жертвоприношения. Месопотамцы верили, что живые могут облегчить судьбу мёртвых. А мёртвые — дать совет живым. Таким образом, по их представлениям связь между живыми и мёртвыми не прекращалась окончательно.

Вопросы взаимоотношений живых и мёртвых в свете взаимодействия живых с эгрегориальным наследием мы рассмотрели в главе 3.1.4 Анимизм в разделе «Погребальный культ».

Однако, если древние общинные обряды были направлены одновременно как на вычищение из родо-племенных эгрегоров всего нехорошего, что тянулось за покойником, так и на сохранение духовного наследия, к которому покойник тоже имел отношение, то в погребально-загробных обрядах и вообще в представлениях о смерти и бессмертии религии древней Месопотамии (и других древних национально-государственных религиозных систем) мы видим следующее:

· Совершенно правильно признаётся связь между живыми и мёртвыми, что в частности является наследием анимистических представлений и легко объясняется:

Ш долгоживучестью эгрегоров предков (по отношению к периоду смены поколений эгрегор может пережить не один десяток и не одну сотню поколений, а мыслеформы предков — если на них не наложено духовное “табу” — будут влиять на живущих как будто предки живут и поныне) воздействие которых на живущих людей воспринимается как воздействие на живущих мертвецов и их мыслей.[55].

Ш а со стороны живых воздействие на мёртвых (в действительности на эгрегоры, к которым мёртвые имели непосредственное отношение и с помощью которых управляются живые) осуществляется как пересмотр живыми нравственно-мировоззренческих стандартов отношения к важнейшим наборам жизненных установок и стереотипов.

· Появление установок на «консервацию» духовного наследия (вне зависимости от наличия там объективного зла: отсутствуют даже попытки его выявления) если это духовное наследие устраивает верхушку иерархии государства-цивилизации. А вычищается лишь всё «лишнее» и мешающее управлению толпо-“элитарной” иерархией с позиции древнего «жречества» (как оно называется до сих пор: но лучше называть его знахарство).

Так отношение с мёртвыми (нужно понимать с эгрегорами духовного наследия живых) строятся по принципу максимального невмешательства в «царство мёртвых», чтобы «не беспокоить умерших предков».[56].

В подземном царстве месопотамцев-вавилонян существовали нормы поведения: здесь надо держаться тихо и не привлекать к себе внимания одеждой и украшениями, стараться не высказывать своих чувств, например, не целовать умерших жену и ребёнка и не ругать их. Чем человек занимался в земной жизни, тем он продолжает заниматься в подземном царстве.[57] Так “жрецы” были обязаны выполнять все те же ритуалы, что и при жизни.[58] Декларировалось, что погребальные приношения должны были гарантировать благотворное влияние умерших (нужно понимать эгрегоров общих с умершими) на живых, которое будет продолжаться.

Погребальные приношения естественно сопровождались культовой мистерией (таинством) в ходе которого перед толпой разворачивалось действо, призванное закрепить в толпе уверенность в абсолютной благотворности умерших предков (конечно особо «благотворными» были высшие сословия). В ходе такого действа “жрецы” понимали и делали своё дело (закрепляли свою духовную иерархию и власть, столбя основы духовной жизни нужные им), а толпа получала уверенность в незыблемости духовности предков — после чего в эгрегорах предков мало чего менялось к лучшему.

В шумерских и аккадских сказаниях смерть изначально — великое, но неизбежное зло: тьма, которой нельзя противостоять. Но постепенно в шумерской и аккадской мифологии появляется новый мотив — идея бессмертия, правда не физического, а духовного. Человек умирает, но он бессмертен в своих делах, заслугах родных.

И в общем-то в последнем нет ничего плохого: душа действительно бессмертна, а праведность при жизни должна стать «бессмертной» — то есть невычищаемой никогда из духовного наследия (из набора эгрегров), оставшегося от умерших людей, чтобы быть теми праведными автоматизмами для самоуправления живущих людей. Праведность предков должна остаться тем что в дальнейшем должно быть принято как «само собой разумеющееся».

И всё было бы вроде правильно, если бы не следующая конкретизация принятых моралей в связи с учением о бессмертии.[59] Появляется учение о градациях жизненных страданий. С теми, кто имел большие семьи, кто пал на поле битвы, с теми, кто достойно прожил жизнь — в подземном царстве будут обращаться лучше, чем с остальными. Если в одних мифах тени умерших бродят во тьме без еды и пищи, то в других — праведные получают еду и воду в подземном царстве.

Принятая «праведность» получает в месопотамской религии своё представление о грехе. Грехом считалось нарушение ритуала по отношению к тому или иному богу, оскорбление бога. А для умилостивления бога нужно было посредничество “жреца”. “Жрец” употреблял очистительные средства: огонь, воду, елей, молитву. Он омывал, окроплял грешника освящённой водой, иногда жертвенной кровью. Очищаемый обязан был каяться, иногда даже рвать на себе одежду и бить себя в грудь.[60] Существовали специальные покаянные тексты.

Учение о градации жизненных страданий с последующим наказанием грешников есть ни что иное как ранняя форма-предвестник библейского (и не только библейского…) ада и рая — духовные кнут и пряник для толпы страдающих живущих рабов, заменяющие идею прижизненной справедливости.[61] Обряды, описанные в последнем абзаце — ни что иное как древнейший предвестник библейского обряда покаяния. Зачем нужен этот обряд в библейской системе мы опишем когда будем разбирать библейское христианство. Здесь же можно сказать, что мистерией «очищения» отступник от веры при жизни возвращался «на своё место» под духовную опеку тех религиозных богов-эгрегоров, к которым считал нужным его «вернуть» “жрец”-священник, контролирующий всю иерархию эгрегоров и людей (либо свою часть иерархии).

Официальное “жречество” храмов боролось с так называемой «народной магией», основанной на вере в демонов, духов, ведьм и колдунов. С ведьмами и колдунами, существовавшими параллельно официальным “жреческим” структурам, и боролись храмовые “жрецы”. Эта борьба в месопотамской религиозной системе не была столь жёсткой как при католическом христианстве, например, и так и не достигла полной победы “жрецов”. Однако, она свидетельствует о том, что народное духовное начало, которое является прямым наследием древних общинных родоплеменных религий, сохранялось и существовало параллельно духовно-храмовой государственной иерархии.

“Жречество” (как его принято называть) официальных храмов Вавилона и других городов Месопотамии было многочисленно, делилось по рангам, по специальным функциям, оказывало решающее влияние на политическую жизнь. Существовали прорицатели, заклинатели, певцы и т. п. Царь Вавилона тоже имел «жреческие» функции. При храмах также находились многочисленные “жрецы”, например при храмах Шамаша в Сиппаре “жрецам” был построен дом с обширным хозяйством и огромным садом.[62].

Духовный храмовый застой вызванный искусственным вмешательством “жреческой” иерархии в естественную для людей духовную динамику привёл к накоплению объективного зла в основных эгрегорах, управляющих «безопасностью» Вавилона и к грехопадению его людей. Причиной была жёсткая толпо-“элитарная” организация, поддерживаемая духом Вавилона. “Жрецы” закрепили надолго в сознании людей и эгрегорах духовную и социальную иерархичность и зло не «вычищалось» из эгрегоров веками. Под воздействием этих эгрегоров при согласии толпы проходила жизнь и управление государственностью до срока установленного в Божием Промысле. После чего государственность Вавилона рухнула под грузом неразрешённых духовно-нравственных проблем. А средством разрушения, как это обычно бывает в толпо-“элитаризме” — послужило другое зло, которое ещё не исчерпало границ Божиего попущения. Так оно и произошло с Вавилоном.

В 1595 году Вавилон захватили касситские цари и правили до 1155 года до н. э. В конце II тысячелетия в Месопотамию вторглись арамеи и вытеснили аккадский язык. Произошло разделение Месопотамии на Вавилонию на юге и Ассирию на севере. В VII в. до н. э. Ассирия окончательно подчинила себе Вавилонию. Вавилон был полностью разрушен. Но в 626 году восстановил былую независимость и помог соседним племенам сокрушить Ассирийскую империю. В 539 году до н. э. войско персидского царя Кира вступило в вавилонское царство и навсегда лишило его независимости.[63].

Царство персидской династии продолжалось до 331 года до н. э., когда Александр Македонский разгромил персов и занял Вавилон. Умер он в Вавилоне в 323 г. В 126 г. до н. э. Вавилон захватили парфяне. Города Вавилона пришли в упадок. Так завершилась многовековая месопотамская история, а вместе с ней канула в лету её культура и религия, которые тем не менее оказали большое влияние на все близлежащие страны Ближнего Востока. А многие традиции месопотамской и персидской религиозных культур вошли не только в иудаизм, но и в библейское христианство, грядущее совсем скоро (по историческим меркам) после гибели цивилизации Вавилона.

3.2.3. Религиозная система Древнего Египта.

До начала XIX века о Древнем Египте, его культуре и религии ничего не было известно из первоисточников. Были лишь описания античных авторов, прежде всего Геродота, Страбона и Плутарха. В 1822 году французскому исследователю Франсуа Шампольону, «отцу египтологии», удалось расшифровать древнеегипетское иероглифическое письмо. Тем самым был открыт путь к первичным источникам Древнего Египта.

Египетская история, вместе с которой претерпевала свои превращения и египетская религия, была разделена на тридцать династий в историческом труде позднеегипетского жреца Манефона, жившего в III веке до н. э. Манефон написал историю «Эгиптиака», которая дошла до нас в отрывках иудейского историка Иосифа Флавия. Большинство современных египтологов объединяют все династии в три большие эпохи или «царства». Им предшествовала ранняя финикийская эпоха, и в конце египетской истории был так называемый «поздний период».

Дата восшествия на престол первого фараона Египта Менеса определяется разными египтологами по-разному — в интервале 3000 лет (от 5867 г. до н. э. до 2224 г. до н. э.). В целом общепринята следующая укрупнённая хронология истории династий Древнего Египта:

· Доисторическое время[64]5000–3000 лет до н. э. Тотемные изображения, местные божества в виде животных и растений. Первые письмена на памятниках Иераконполя.

· Династия 0 до 3000 лет до н. э. Фараон — воплощение бога Гора. Царь верхнего Египта завоёвывает всю долину Нила вплоть до Средиземного моря. Объединение двух царств под символом «белого» Юга с «красным» Севером. Абидос становится священной столицей бога Осириса.

· Раннее царство с 3000 до 2780 гг. до н. э. 1–2 династии, Финикийский период. Царь первой династии Аха (Менес). Цари второй династии Перибсен, Хасахемуи. Антропоморфизация образа бога. Персонификация сил природы. Царь — воплощение бога Гора. Первый царь основывает город Мемфис. Царь второй династии переносит столицу в Мемфис. Царь третьей династии провозглашает культ Гора и сосредотачивает высшую религиозную власть в Гелиополе.

· Древнее царство около 2780 до 2250 гг. до н. э. 3–8 династии. Столица — Мемфис. Царь третьей династии Джосер совмещает культ солнца (Гелиополь: бог солнца Ра и местный бог Атум) с культом фараона в Мемфисе (местный бог Пта) и завладевает властью жреца. Царь становится сыном бога Ра.

К периоду древнего царства историки относят начало сооружения пирамид, начиная с третьей династии. В частности строительство пирамиды и сфинкса в Гизе при фараоне Хеопсе (4 династия). Открытие храма Солнца (5 династия). Ниже мы приведём некоторые доводы в пользу того, что строительство сфинксов у пирамид было начато гораздо раньше — скорее всего ещё в допотопное время (ранее 10 тыс. лет до н. э.).[65].

· Среднее царство (включая первое междуцарствие — 9-10 династии) 11–14 династии. 2250 до 1730 гг. до н. э. Абидос — столица поклонения богу Озирису. Приход культа Амона Ра в Фивы (11–14 династии).

· Новое царство (включая второе междуцарствие — 15–17 династии) 18–20 династии. 1730 до 1085 гг. до н. э. Последняя царская гробница в виде пирамиды (17 династия). Амон становится государственным богом Древнего Египта. «Книга Мёртвых» как оснащение гробницы; сооружение храма Амона в Фивах. Храм мёртвых Хатшеступ в Эль-Бари; Религиозная реформа Аменхотепа IV (Эхнатона) — монотеизм Атона — первая попытка перехода к единобожию (18 династия). Храм мёртвых Сетоса I в Абидосе (20 династия). Последний расцвет Египта от Рамзеса III до Рамзеса XI (20 династия).

· Переход к позднему периоду 21–25 династии. 1085 — 663 гг. до н. э. Возвращение видоизменённых тотемных культов (деградация религиозной системы): считавшиеся до сих пор носителями священных качеств животные становятся сами объектами поклонения, особенно бык, крокодил и кошка. 22-я династия (950–730 гг.) основана ливийским военачальником. 25-я династия эфиопских правителей — чужеземцев. 671 год — Ассирия завоевала Египет.

· Поздний период 26–30 династии. 27 династия. Чужеземная власть персов.

· Греческий период 332 год завоевание Египта Александром Македонским. Птолемей I утверждает образ эллинистического и египетского гибрида бога Сераписа.

· Династия Птолемеев от 332 до 30 гг. до н. э. Распространение по Египту культа Изиды. Строительство храмов Хнума, Гора, Хатор, Сухоса и Хороериса.

Несмотря на принятие именно такой хронологии, многие авторы-историки всё же признают что проблема хронологии — это первейшая загадка древней египетской культуры и религии, из чего могут вытекать далеко идущие и вызывающие следствия.

Античные авторы на вопрос об образовании и истоках египетской религиозной системы отвечали неоднозначно и даже загадочно. Так Геродот и Плутарх говорили о различии религиозных взглядов древних египтян в зависимости от местности. Каждый город, каждый ном[66] имел свою древнюю предысторию и своё божество в виде материального фетиша или чаще всего — в виде животного. Таким образом, политеизм объединённого Египта — вполне закономерное следствие слияния местных номовых религий додинастического Египта, главной формой которых были фетишизм и тотемизм.

В этом отношении в общем-то Древней Египет с его религиозной политеистической основой не здорово отличается от Древней Месопотамии: всё то же многобожие, местные боги, изначально фетишистско-тотемного типа, которые в ходе централизации власти под нужды иерархии “жрецов” и царей уходили на второй план под общий духовный «протекторат» главного бога Амона Ра.

Но всё же хронология, археология, письменность и история Древнего Египта особая. Она одновременно и типична для истории древних национально-государственных культур нашей цивилизации и отличается от них, выделяясь некоторыми основными эпизодами, нашедшими своё выражение в хронологии и археологии Древнего Египта. Этим и интересна религиозная сторона древнеегипетских тайн, за которыми тянутся до сих пор большие последствия глобального характера.

До наших дней дошла легенда о боге Тоте — изобретателе древнеегипетского письма — «языка богов», как называли египтяне своё письмо. Тот изображался с головой ибиса.[67] Голова ибиса указывала на Дельту Нила, как на родину бога (15-й нижнеегипетский ном имеет знак ибиса в качестве эмблемы нома). В историческое время главным местом культа бога Тота был Гермополь, считалось что Тот — хозяин луны. Также египтяне считали, что прямое отношение к луне позволяет Тоту стать «хозяином времени» и счётчиком голов. Отсюда его атрибуты — письменные принадлежности и пальмовая ветвь. Тота называли языком и сердцем Ра.

Как защитник Озириса[68] Тот из древнеегипетского Гермополя становится «помощником умерших», что вело к его прямому сравнению с Гермесом при переходе к греческой мифологии.[69] Не случайность, что понятие герметизм, означающее сокрытие, консервация чего-либо, и появившееся позже (в эллинскую эпоху) восходит к имени древнеегипесткого бога идеографического письма — Тота. Первоисточник самого древнего и основного герметизма, приведшего к глобальным последствиям — Древний Египет с его тайнами, истоки которых тянутся от культуры и духовности Атлантиды.

Как уже неоднократно отмечалось, умершим (а тем более живущим и будущим поколениям) можно «помочь» только изменив своё отношение к прошлому, пересмотрев прошлое, перестав его боготворить, а тем более герметизировать. Как «помощник умерших» бог Тот из Древнего Египта выступал в качестве духовного средства герметизма и мифологизации этого прошлого для толпы. То есть, именем Тота “жрецы” Египта всё делали наоборот.

По отношению к посвящённым высшим “жрецам” Египта бог Тот выступал буквально в качестве «помощника мёртвым», дело которых продолжали живые “жрецы” и фараоны. И это дело — построение на Земле цивилизации по образу и подобию погибшей Атлантиды (мертвее Атлантиды, скрытой под вечной мерзлотой, трудно что-либо себе представить) — цивилизации толпо-“элитарного” характера с жёсткой и незыблемой иерархической социальной пирамидой, которая соответствовала пирамиде знаний: чем меньше знаний — тем ниже в социальной иерархии. Для этого и нужен был герметизм знаний управленческого характера — жизненно важных знаний. Но любые знания можно получить и непосредственно от Бога, будучи праведным. Поэтому никакой земной герметизм не может быть полным, если избавиться от посредничества “жрецов” между людьми и Богом — Творцом и Вседержителем. “Жрецы” древнего Египта стали первыми древними осознанными «посредниками» между толпой и Богом. С момента начала осознаваемого комплекса мер по герметизации знаний — древнеегипетское жречество автоматически становится знахарством.

Слово «посредничество» (между людьми и Богом) взято в кавычки, поскольку в принципе такое посредничество возможно лишь тогда, когда люди-толпа сами по своему мировоззрению не противятся ему. С другой стороны мировоззрение людям прививают с детства — то, которое нужно посвящённым. Но Бог всегда сильнее и поэтому «посредничество» может длиться лишь до срока, установленного Божиим Промыслом для всех людей. По отношению к Атлантиде такое «посредничество» затянулось и было безнадёжно поддержано большинством, поэтому время Атлантиды оказалось прервано глобальной катастрофой.

В нашей цивилизации от Древнего Египта начинается иное время, которое, согласно древнеегипетской мифологии, контролирует бог Тот («хозяин времени»). Он же, согласно преданию, «считает головы» — то есть пасёт невежественную толпу как скот, поскольку по головам обычно считают скот, который выпасают.

В действительности контроль над временем полноценно осуществляет лишь Бог — Творец и Вседержитель, поскольку время это одна из важнейших частных мhр, входящая в общевселенскую Мhру, которой полноправно владеет Бог. Любой бог-эгрегор, созданный людьми может влиять через людей на время лишь в пределах Закона Времени.

Так что жить «языку и сердцу Ра» — богу Тоту (“основателю” древнеегипетского герметизма — вершине и истокам герметичной концепции) — и влиять на людей было положено до срока, установленного Свыше Законом Времени. Пока не наступило время разгерметизации древних религиозных тайн, чем и должно заниматься сравнительное богословие.

Вообще же понятие герметизм прочно вошло в обиход лишь в эллинскую эпоху.[70] Этим понятием называют религиозно-философское течение эпохи эллинизма, сочетавшее элементы популярной греческой философии, халдейской астрологии, персидской магии, египетской алхимии. Герметизм представлен значительным числом сочинений, приписывавшихся Гермесу Трисмегисту («Герметический корпус», 2–3 вв. н. э.). В более общем смысле под герметизмом понимается — комплекс оккультных наук (магия, астрология, алхимия).

Но всё перечисленное в предыдущем абзаце и приписанное Гермесу Трисмегисту — всего лишь «вершинка айсберга» настоящего герметизма, который скрыт под «водой египетских тайн» — первых крупнейших «таинств-мистерий», имеющих своей основой вполне земной, социальный “заказ”, но не понятных для толпы. И эта «вершинка айсберга» появилась уже в нашу эру как во-первых, отрывочные знания, просочившиеся через систему символического герметизма от многочисленных посвящённых (которые как правило не владели всем знанием целиком) и во-вторых, как «доза» знаний, выданных в крайне неудобопонимаемой форме символов (с многочисленными «ключами огласовок») в толпу и низшим «посвящённым»,[71] чтобы они веками “жували” этот «герметизм» и не лезли в древнеегипетские тайны — в истоки цивилизации, в социологию, хронологию и глобальный проект.

Свою письменность древние египтяне считали «священной». Письменность была идеографической (от греческого idea — идея, образ и grapho — пишу). Если буквально, то это означает «писать образами», записывать готовые образы в определённых знаках (идеограммах), которые назывались иероглифы. В значительной мере идеографический характер имели древнеегипетская, шумерская и другие старейшие системы письма. Наибольшего позднего развития иероглифика достигла в китайской письменности.

Вообще современная наука относит начало письменности к концу IV тысячелетия до н. э., а её зарождение к Древней Месопотамии и к Древнему Египту. Письму предшествовали средства, служившие запоминанию устных сообщений (вампумы, кипу, пиктография). Существует следующая градация письменностей:

· Идеографическое письмо (иероглифы).

· Словесно-слоговое, силлабическое (слоговое).

· Буквенно-звуковое (алфавитное).

· Стенография.

Идеографическое письмо — самая древняя и непростая система кодирования информации. Такое письмо характерно для регионов Древнего Востока в нашей глобальной цивилизации и скорее всего является «приданным» от культуры Атлантиды. Дело в том, что многие «просветлённые атлантисты» либо просто исследователи древних культур и зачатков нашей цивилизации сходятся в том, что у “протолюдей” предыдущих цивилизаций (и в первую очередь у атлантов) было не так хорошо как у нас развито сознание. Что компенсировалось недоступными нам возможностями обработки информации на бессознательных уровнях психики и интуитивно-экстрасенсорными способностями. Благодаря этому “протолюди” как мыслили, так и писали — они записывали свои образы в особой системе кодирования информации, дошедшей до наших дней как иероглифическая. В то же время с помощью иероглифов легче герметизировать информацию, поскольку значение каждого иероглифа надо знать, иначе его не раскодировать (не считать) образ. Конечно, иероглифы частично собираются по определённой системе, но всё же очень много надо знать о каждом иероглифе в отдельности.

В отличие от идеографической письменности Востока, Запад использует буквенно-звуковое (алфавитное) письмо, в котором достаточно выучить алфавит, знать язык и понимать смыслы слов (с помощью знания языка), чтобы прочесть слова, за которыми можно, не будучи посвящённым — воссоздать точные образы. То есть, для герметизма алфавитное письмо мало пригодно. Герметизм пошёл с древнего Востока вместе с иероглификой, доходящей в ряде случаев до ребусной письменности. Так, например, месопотамская клинопись «по происхождению» считается — идеографически-ребусной,[72] позже перешедшей в словесно-слоговое письмо. Нечто подобное было и с древнеегипетской идеографической письменностью.

Известный египтолог Франсуа Шампоньон целиком посвятил себя исследованиям по расшифровке египетских надписей. Надписи обычно делались на камне, который считали «священным». Множество надписей можно найти на стенах пирамид начиная с пятой династии. Франсуа Шампоньон пришёл к выводу, что египетская письменность одновременно была идеографической и фонетической.[73] Каждый иероглиф обозначал одновременно образ (являлся информационный блоком) и звучание этого образа. А коптский язык,[74] и был, согласно Шампоньону, слоговой транскрипцией древнеегипетского фонетического письма. Двойная кодировка иероглифов (по содержанию и звучанию), а также определённая ребусность древнеегипетского письма конечно же только способствовали герметизму.

Ведь многие “ключи” к смыслам письма передавались внутри узкого клана высших жрецов из уст в уста, поэтому фонетика, например, тоже могла служить дополнительным контуром кодировки смыслов (вторыми “ключами”, первыми из которых была особая образность иероглифов: что означал каждый из них). К примеру один и тот же иероглиф мог по-разному «звучать»[75] в зависимости от уровня заложенной в него информации (иероглифические смыслы могли быть не однозначные, а многоуровневые) — значит в зависимости от «звучания» в разных случаях из иероглифа извлекался разный смысл. И это было доступно лишь посвящённым,[76] выстроившим иерархию знаний.

Египет имел много храмов. Главный храм — храм Осириса, функционировал для сохранения древних текстов в течение тысячи лет, по-видимому, не был чем то необыкновенным; в большинстве культовых храмов имелось заведение, именовавшееся Домом жизни. Это был древнеегипетский аналог современного университета или семинарии: здесь была библиотека, где хранились свитки папирусов, и скрипторий, где переписывались и составлялись тексты. И здесь же была школа, где обучали искусству чтения, письма и ритуалов наряду с астрономией, магией, математикой, юриспруденцией и медициной. Возможно, эти предметы были распределены по разным отделениям, как это бы сделали в современном мире: в одной надписи упоминаются «отделения домов жизни, ведающие медициной». Писцы и “жрецы” получали в Доме жизни всё необходимое образование, чтобы служить царю, государству или храму.

Первостепенной заботой Дома жизни было сохранение сакральной традиции. Важной задачей являлось обеспечение того, чтобы продолжали своё существование великие священные книги ритуалов и заклинаний. На территории всё того же Дома жизни посвящали “жрецов”, тех самых “жрецов”, которые по окончании курса своего обучения проводили в храмах магические обряды. Оппоненты не замедлили обвинить писцов Дома жизни в колдовстве и магии. Естественно, что большая часть того, что они изучали, держалась в тайне. Некоторые из магических заклинаний, переведённых археологами, содержат положения, требующие, чтобы, вследствие их важности, их никогда никому не открывали за пределами стен Дома жизни.

Этот институт имел фундаментальное значение для древнеегипетского общества, ибо сохраняемые им «священные тексты» являлись основой сакральных ритуалов, которые составляли самую сердцевину египетской культуры. Без этого превращённого в ритуал пестования традиций толпо-“элитарную” культуру древнейшей цивилизации ожидал распад.

О значимости и высоком положении “жрецов” Дома жизни было лаконично сказано на стеле Птолемея, ныне хранящейся в Лувре: «О, все вы, жрецы, которые проникаете в глаголы бога и сведущи в письменах, вы, которые просвящены в Доме жизни и открыли пути богов… вы, которые высекаете гробницы и истолковываете тайны…».

Древний Египет являлся высокоорганизованной цивилизацией и государственностью одновременно. Несколько разных мифов и толкований рассказывают каждый по-своему об одном и едином для всех Творце. Если их обобщить, то получится религиозное учение «о сотворении», зародившемуся в эпоху Раннего царства в Гелиополе (городе солнца). Согласно этому учению, бог Атум-Ра указал каждой вещи её место.

У жрецов Мемфиса было несколько другое мнение: первым появился бог Птах (что означает Земля), который создал небо и пустил по нему солнце. Они утверждали, что Птах выносил идею сотворения мира в своём сердце (а сердце — «седалище мысли») и дал ей жизнь движением языка (своим животворящим словом).

Жрецы Гелиополя имели достаточно точное представление о Мhре и о том, что каждая вещь наделена Свыше своей мhрой («местом каждой вещи»). Ведь примерно то же сказано гораздо позже в Коране:

Коран 25.

2 Он создал всякую вещь и размерил её мерой.

Утверждение “жрецов” Мемфиса о том, что Бог сотворил мир с помощью животворящего слова: сначала была «идея сотворения мира» (образ, информация), которую Бог наделил Мhрой (своим животворящим словом) и мир материализовался. Жрецы Египта владели триединством «информация — м hра — материя». Но для толпы непосвящённых рабов они насоздавали религиозных культов с соответсвтующими им атрибутами. Впоследствии идея сотворения мира стала основой библейского мифа о сотворении. И это не удивительно, ведь библейский проект появился из Древнего Египта:

Бытие 1.

1 В начале сотворил Бог небо и землю.

2 Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

3 И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

В Додинастическую эпоху Египет делился на две враждующие области — Верхнюю и Нижнюю (по течению Нила). После их объединения фараоном Нармером в централизованное государство, Египет продолжал делиться на Юг и Север (Верхний от вторых порогов Нила до Иттатуи) Египет и Нижний (Мемфиский ном и Дельта) и официально именовались «Две Земли». С этого момента Древний Египет управлялся по особой схеме.

О тандемном принципе управления.

Общества, в которых повышенное внимание уделяли принятию решения методом голосования, заботились о нечетном количестве участников, если не каждого из возможных его голосующих “комитетов”, то наиболее значимых из них, чтобы автоматически обеспечить принятие какого ни на есть[77] решения большинством минимум в один голос. Один из наиболее известных примеров — триумвираты[78] в истории Древнего Рима; нынешние разного рода «трёхсторонние» комиссии и т. п.

Но в истории можно увидеть и общества, которые строили свои властные структуры так, чтобы однозначно исключить возможность принятия решения большинством в один голос, будь то голос монарха, либо же голос одного из участников постоянного или временного “комитета”, облеченного теми или иными полномочиями.

Так в древней Спарте было два царя; греческое войско систематически возглавляли — вопреки принципу единоначалия — два равноправных стратега одновременно, хотя в отдельные периоды они командовали “повахтено”, чередуясь между собой, а в боевой обстановке полноту единоначалия принимал на себя один из них; Иисус посылал апостолов на проповедь попарно, как о том сообщает Новый Завет (Марк, 6:7); Альбер Ревиль в книге «Иисус Назарянин» особо обращает внимание на то, что и во главе Великой Синагоги древней Иудеи приблизительно после 230 г. до н. э. раввины стояли по двое, однако он, будучи носителем индивидуалистического мировоззрения, не смог найти удовлетворительного объяснения этому факту, вызвавшему его удивление.

Высшее жречество древнего Египта стояло особняком и сочетало в организации своей деятельности оба принципа: нечета и чёта. Во времена, предшествующие исходу евреев из Египта, оно состояло из десятки высших посвящённых Севера и десятки высших посвященных Юга, а каждая из десяток возглавлялась одиннадцатым жрецом, её первоиерархом и руководителем.

То есть, каждый из руководителей десяток, в случае голосований в ней, по своему разумению, будучи наивысшим из посвящённых (т. е. наиболее знающим в составе одиннадцати), поддерживал одно из двух мнений, между которыми могли поровну разделиться ему подчиненные жрецы десятки, знающие меньше чем он по условиям построения иерархии. Это обеспечивало неизбежное принятие определённого решения по каждому из вопросов каждой из команд в целом, хоть на Севере, хоть на Юге, вне зависимости от того, как разделилась во мнениях десятка, подчинённая своему первоиерарху.

Но если обе команды (Севера и Юга) работали вместе, то ситуация “голосований”, в которой мнения разделялись 11 — «за», 11 — «против», не только не была однозначно исключена, но была статистически запрограммирована самими принципами построения системы, поскольку высшие посвящённые первоиерархи, руководившие каждой из десяток были равноправны, а их мнения были равно авторитетны для всех прочих.

Если голоса даже не обеих команд в целом, а только их первоиерархов разделялись поровну между двумя взаимно исключающими друг друга мнениями в отношении одного и того же вопроса, то равноправие руководителей команд ставило их в положение, в котором они обязаны были вдвоем прийти к общему для них единому мнению.

Таким образом, высшая властная структура древнего Египта математически описывалась весьма своеобразной формулой: 2 ґ (1 + 10).

Конечно, легко представить, что двое наивысших жрецов могли договориться между собой бросить жребий, и какое решение вопроса выпадет по жребию, то и принять. Такой подход к решению проблемы разрешения неопределённости в принятии решения (в случае распределения голосов поровну между двумя взаимно исключающими вариантами) понятен и приемлем для подавляющего большинства любителей «машин голосования». И построение многих из них на принципе нечётности числа участников голосований играет роль именно такого рода бросания жребия, поскольку мало кто заранее может предсказать, как именно распределятся голоса при синхронном голосовании группы, и на чьей стороне окажется единственный решающий голос.

Однако, хотя по высказанному предположению руководители десяток и могли договориться между собой бросить жребий, но это было бы с их стороны нарушением системообразующих принципов их рабочей структуры «2 ґ (1 + 10)», которую умышленно построили и поддерживали при смене поколений таковой, чтобы она статистически запрограммировано допускала возможность разделения голосов поровну между двумя взаимно исключающими друг друга мнениями по одному и тому же вопросу.

Иными словами, хотя первоиерархи, руководившие десятками высшего жречества, были явно не глупее нынешних демократизаторов и могли догадаться, что такого рода невозможность принятия определённого решения при равенстве числа голосов «за» и «против» легко снимается простым бросанием жребия, но сверх того они понимали и другое: что лучше этого не делать. И именно того, что решение вопроса действительно лучше не отдавать на волю непостижимого случая, а в ряде обстоятельств и не доверять большинству голосов,[79] не понимают наивные сторонники машин голосования; а также и сторонники монархии, заботящиеся об автоматически неизбежном принятии решения по любому вопросу преимуществом минимум в один голос при нечётном количестве участников голосующего “комитета”.

Эта особенность построения рабочей жреческой структуры «2 ґ (1 + 10)» подразумевает, что при несовпадении мнений двух равноправных первоиерархов по одному и тому же вопросу, они оба должны были стать участниками какого-то иного процесса выработки и принятия решения, исключающего осознанно непостижимую случайность выпадения жребия а равно единственного решающего голоса. Это — единственное разумное объяснение такому системно выраженному отвращению высшего жречества Египта к принятию решения на основе непостижимости случайного выпадения жребия, а равно и в результате непостижимости случайного перевеса в один голос.

И если рабочая структура «2 ґ (1 + 10)»[80] существовала в течение веков без склок между первоиерархами её ветвей и не была заменена структурой выражающей принцип нечётности, то это означает, что первоиерархи действительно умели обеспечить работоспособность системы на основе принципа «ум — хорошо, а два — лучше» и обосновано целесообразно выбрать из двух взаимно исключающих мнений наилучшее, либо выработать третье мнение, превосходящее два прежних несовместных. Иными словами, они умело осуществляли тандемный принцип в своей интеллектуальной и в психической в целом деятельности.

Жречество Древнего Египта опиралось в своей деятельности на тандемный принцип, но методы обучения интеллектуальной деятельности на его основе в системе посвящений Древнего Египта были:

· либо неявными (это более вероятно по нашему пониманию законов сохранения и распространения информации в обществе: этому способствует многоуровневая иероглифика и фонетика языка);

· либо явные методы были достоянием исключительно наивысших посвященных (это, на наш взгляд менее вероятно, поскольку кто-нибудь оставил бы, если не прямые указания на него, то иносказательные, а таковые неизвестны).

* * *

В Египте не было традиции автономного существования городов-государств (традиции, которая позже сыграла большую роль в становлении “демократических” идей и институтов в античной Греции), столь заметной в Месопотамии. Зато обожествление правителя достигло здесь небывалых размеров. Фараон был обоготворен, считался сыном бога солнца и почитался как символ благосостояния и процветания страны, носитель высшей божественной силы. В качестве такового он совершал наиболее важные ритуалы, включая торжественный обряд первовспашки: проводя первую борозду, он как бы оплодотворял нильскую долину от имени стоявших за ним богов.

Столь высокая степень централизации древнеегипетского государства способствовала усилению власти “жрецов”, выполнявших функции чиновников центра, но обычно служивших при этом какому-либо из могущественных местных богов. Богам этим, наследникам древних номовых божеств, приносились обильные жертвы. В их честь строили пышные храмы, а наиболее известные из них, как бог солнца Ра (Амон-Ра), провозглашались отцами правителя. Совмещая функции администраторов и служителей храмов, древнеегипетские “жрецы” сосредоточили в своих руках практически всё руководство страной как в сфере экономики и политики, так и в области духовной культуры, будь то грамотность, знание, образование или иные отрасли культурной традиции.

Именно “жрецы” были служителями древнеегипетского культа, мастерами тщательно разработанного ритуала. На нужды культа и ритуала тратились огромные средства,[81] примером чему может служить сооружение колоссальных пирамид для погребения обожествлённых правителей. Пирамиды — во многих отношениях символ древнего Египта, символ степени обожествления его фараонов, щедрого употребления “избыточного продукта” на нужды цементировавшего общество ритуала, символ огромной власти администрации центра, наконец, символ веры, иерархии власти.

Согласно анимистическим верованиям древних египтян, после смерти человека его души вели себя по-разному: «ба» возносилась на небо, к солнцу (это в первую очередь имело отношение к фараону), а «ка» оставалась с телом, причем от степени сохранности её и тела зависели как благополучие умершего в загробном мире, так и потенциальная возможность реинкарнации, т. е. возрождения в той или иной форме. Этим поддерживался эгрегориальный культ бессмертия бога-фараона и всего “хорошего”, что за ним тянется — на базе бездумного поклонения толпы усопшему идолу и мощи его культового сооружения (пирамиды, которая, согласно своим геометрическим «золотым» “гармониям”, к тому же ещё обладала многими магическими свойствами, известными жрецам по памяти, сохранившейся от магического опыта предыдущих цивилизаций).

Именно поэтому тело фараона так тщательно бальзамировали, приготовляя из него мумию, а для его души «ка» в гробнице создавали поистине царские условия — достаточное представление о них дают раскопки гробницы Тутанхамона. Естественно, что для сохранения мумии и сокровищ в неприкосновенности нужны были немалые предосторожности: надёжнее всего было упрятать их в середину огромной пирамиды, которая служила и символом славы, элементом престижа покойного правителя.

Это разделение умерших на грешников и праведников (во времена устойчивого древнеегипетского рабовладения степень «праведности» определялась степенью положения в государственной иерархии), из которых первых в подземном царстве пожирали чудовища, а вторые продолжали существовать в загробном мире, уже приближалось к идее о посмертном воздаянии, столь детально разработанной позже в библейском иудеохристианском и индуистско-буддийском учениях о рае и аде, а ещё раньше — в иранском зороастризме.

Религиозные элементы цивилизаций Древнего Востока во многом схожи. Мы уже видели на примере религиозной системы Междуречья, что истоки библейского рая и ада, а также воскресенья из мёртвых — присутствовали в культах древней Месопотамии. Но культы Древнего Египта ещё “круче”. Можно легко проследить жёсткую стратификацию общества не только в этой жизни, но и в царстве мёртвых. Причём чем богаче и знатнее в этой жизни — тем была большая вероятность попасть в «благополучный загробный мир» [82] (а то и “реинкарнироваться” удачно): кто мог себе обеспечить богатую гробницу, тот после смерти будет пребывать в благополучии (в христианском понимании — в раю).[83] Реинкарнация же богоподобных фараонов — разновидность воскресенья после смерти, что тоже позже вошло в “христианские” каноны. Ясно, что закрепление на уровне культуры, воспроизводящейся из поколения в поколение такой социальной и духовной стратификации людей нашло своё отражение в работе генетического аппарата людей, подстраивающегося под воздействие культуры. После чего рабы рождали рабов, “элита” рождала “элиту”, а “жрецы” сохраняли свои тайны в своей среде — в том числе и методами трансформации генетики людей с помощью вещественной и духовной культуры. И никто особо не должен был стремиться из одного слоя общества вознестись в другой: осуществлялся принцип «каждому — своё».[84].

Каждый, кто мог это себе позволить, старался обеспечить своё загробное существование «в наилучшем виде», как о том свидетельствуют “богатые” гробницы с разнообразным инвентарём, скульптурными портретами умершего, изображениями сцен из его жизни и даже фигурками-ушебти для выполнения различных работ на том свете. И хотя культ этической нормы, который позже в более развитых религиозных системах был положен в основу критерия, определявшего судьбу загробного существования индивида, в древнеегипетских религиозных верованиях проявлялся не очень заметно, зачатки его в форме посмертного осуждения за грехи и проступки появились ещё в глубокой древности.

Такое управление в Египте имело древнюю духовную идейно-религиозную мифическую надстройку. Первый главный бог Египта был Гор (Хор) — сокол, летящий сквозь мировое пространство.[85] Левый глаз Гора — луна, правый — солнце. Гор изображался в виде сокола, а Ра — в виде человека с головой сокола. В дальнейшем шла трансформация богов, их было много и они были иерархически организованы в сознании египтян.

Первоначально Гор был богом Неба. Уже в начале раннего исторического периода небесный сокол Гора отождествлялся с царём. Для египтян правитель был формой правления Гора. Благодаря изначально дуалистической картине мира[86] у египтян Гор получил в своём брате Сете соперника. В борьбе с ним Гор потерял глаз. В конце концов два бога объединились во владении страной Нила:[87] обычно Сет представлялся как бог Верхнего Египта, а Гор как бог Нижнего Египта. С распространением культа Осириса, Гор становится сыном Осириса и племянником Сета. Атрибутом власти бога и фараона был сехем — жезл. Понятие сехем служило для обозначения понятия «власть», в том случае когда речь шла о стоящих между богами и людьми сущностях, а также, когда речь шла о богах. В эпоху Среднего и Нового царств основным становится культ Амона Ра.[88].

Как видно объединению Верхнего и Нижнего Египта с образованием единого государства сопутствовало и объединение богов с их эгрегориальными культами для толпы. Централизация власти (как духовной так и светской) в египетской цивилизации произошла на самых ранних этапах его развития. Всю эгрегориальную иерархию богов “загнали” под высшего бога и отождествили с властью царя. Таким образом ещё от образования государственности Египта между людьми и Единым Богом — Творцом и Вседержителем — встал царь-фараон, “жрецы” и иерархия богов, (система управления эгрегориальной алгоримтикой а значит и толпой). А благополучие Египта много сотен лет зависело от решений, принимаемых тандемом “жрецов” Севера и Юга. Толпа же не один десяток веков была отделена как от Бога, так и от управления.

Древнеегипетская духовная иерархия богов выражала особый вид политеизма. В сознании египтян бог-царь это единственная сила, приводящая в движение упорядоченную игру жизненных сил — «единственный самостоятельный фактор в земной сфере по отношению к божественному миру». Он «одарён жизнью» и поэтому может «одарить жизнью». Царь — «владыка Маата» Слово Маат — центральный термин для обозначения мирового порядка в Древнем царстве. Маат обычно переводится как «справедливость» или «истина».[89] Богиня Маат являлась персонификацией закономерности, лежащей в основе всего сущего. Она олицетворяла понятие «права», «правды» и «миропорядка». Без Маат нет жизни она — «пища и питьё бога Ра». Впоследствии культы богов менялись, но суть оставалась прежней: царь и бог почти одно и то же. Понятно, что «справедливость» и «истину» “жрецы” устанавливали такую, какая более подходила для поддержки иерархии управления.

Наверное самая точная формулировка божественности египетского фараона дошла до нас из более позднего времени. В автобиографии Рехмира, который был визирем при Тутмосе III, (18 династия) записано:

«Что есть фараон Верхнего Египта? Что есть фараон Нижнего Египта? Он — бог, за счёт нормативных действий которого люди живут; он — отец и мать всех людей, единственный в своём роде, не имеющий себе подобных».

Но власть фараонов в Египте это был всего лишь уровень исполнительной власти. Концептуальную власть (в том числе и высшую законодательную власть) обеспечивали “жрецы”, которые не были подвластны фараону. Наоборот “жрецы” управляли фараоном и управляли Египтом. Но какова была цель управления Египтом? Какова была концепция управления Египтом?

— С самого начала зарождения египетской государственности — ещё до объединения Верхнего и Нижнего царств — сразу после распада первобытных общин Египет в целом очень быстро становится рабовладельческим государством и продолжает им оставаться вплоть до краха древнеегипетской государственности. То есть, египетская государственность — самая ранняя, самая высокоцентрализованная и высокоорганизованная система древнего рабовладения под религиозной вывеской иерархии богов и власти обожествлённого фараона.

Именно в этом устойчивом рабовладении “жрецы”, взявшие на себя управление Египтом и устойчиво управлявшие им на протяжении нескольких тысячелетий (с несколькими периодами кризисов), изначально видели высшую «справедливость» и «истину», которые они поддерживали с помощью эгрегориальных мистерий и культов. Владея многими духовными практиками и триединством, умея лечить и вмешиваться в генетику людей, высшее “жречество” Египта создало искусственную систему богов-эгрегоров, именем которых эксплуатировало толпу в угоду своего «благополучия». Впоследствии (когда границы региональных цивилизаций стали соприкасаться и завоевательные войны между цивилизациями стали особо кровопролитными) в целях сохранения своего могущества (а не могущества Египта) потомки древнеегипетских “жрецов” стали распространять опыт такого рабовладения на весь мир.

Но закономерно возникают два вопроса:

· Откуда в древних цивилизациях Востока (в первую очередь — Египта) в период ещё незавершившегося каменного века оказался такой высокий уровень знаний, навыков и даже точных наук?

· Почему «справедливость» и «истина» для жрецов и иерархов древних цивилизаций Востока (в первую очередь — Египта) заключалась как «норма» в поддержке устойчивой системы рабовладения самыми изощрёнными способами?

Ведь изначально в первобытно-общинном строе никаких иерархий людей не было. И религия, хоть и примитивная, была направлена внутрь общества (во благо всех), а не к вершине внутрисоциальной иерархии. Ведь Единый Бог Творец и Вседержитель — не только не предлагает людям на Земле создавать социальные и духовные иерархии, но Он возвещает о том, что иерархии будут упразднены и должно наступить Царство Божие, в котором все люди равны (не декларативно, как это было в СССР, а реально равны). В частности об этом многократно сказано в Коране (слово «скажи», как традиционно считают мусульмане — обращение Свыше к пророку Мухаммаду, чтобы тот передал людям сообщение):

Коран 3.

64 Скажи: «О обладатели писания! Приходите к слову, равному для нас и для вас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Бога, и ничего не придавать Ему в сотоварищи, и чтобы одним из нас не обращать других в господ, помимо Бога. Если же они отвернутся, то скажите: "Засвидетельствуйте, что мы — предавшиеся"».

Такую же истину можно найти и в словах Иисуса Христа (Новый Завет):

От Матфея 20.

25 Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими;

26 но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою;

27 и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом;

На вышепоставленные вопросы об истоках «справедливости» Египта многие пытались найти ответы. И некоторые их находили. Мы уже приводили самую правдивую версию глобализации, миссию которой взяло на себя древнеегипетское жречество в главе «Глобальный культурный проект» второй части первой книги учебника. Ниже мы лишь дополним эти рассуждения некоторыми цитатами.

Мировоззрение и нравственность части людей, спасшихся после потопа (около 13–16 тыс. лет назад) были таковы, что они считали нормальной толпо-“элитарную” организацию общества и не знали ничего другого из собственного опыта. Мало того, как говорят многие исследователи, обожествление царей и иерархов для наследников атлантов было привычным делом, а духовно-генетические практики в отношении толпы — нормальными. Взаимоотношения с Богом Творцом и Вседержителем у них были извращённые (либо «никакие»), поскольку они, похоже, даже не искали причин глобальных катастроф во взаимоотношениях с Богом,[90] а просто готовились к катастрофам, о сроках которых посвящённые могли знать заранее. Ведь в предыдущей цивилизации жрецы владели высокоточными расчётами, науками, знахарством и обладали развитой интуицией.

Запретная археология.

Эта подглава составлена в основном из цитат, взятых из книги Майкла Бейджента «Запретная археология». Книга подтверждает и иллюстрируют самую правдивую версию об истоках культуры и религии Древнего Египта (и некоторых других древних восточных региональных цивилизаций): истоки из Атлантиды. Все выделения в тексте наши.

«Запретная археология». Глава 9. «Пирамиды и Сфинкс древнее чем мы думаем?».

В начале 1990-х годов мир египтологии потряс шквал разногласий: сразу несколько авторов выступили в печати на эту тему — Джон Энтони Уэст, Роберт Бовал, Адриан Гилберт, Грэм Хэнкок и Колин Уилсон. Они выпустили оглушительный залп по академической археологии. История, которую они брались рассказать, была драматичной, от начала до конца захватывающей и зачастую немыслимой. Когда-то, говорили они, существовал континент, называвшийся Атлантида…

Этот исчезнувший континент, объясняют они, являлся центром гигантской морской империи, где отправлялись таинственные религиозные обряды и далеко продвинулась наука. Но, вопреки обыкновению, эти авторы помещают Атлантиду не за выходом из Гибралтарского пролива, а гораздо дальше к югу, в районе континента, известного ныне как Антарктида. Шестнадцать и более тысяч лет тому назад,[91] объясняют они, континент этот в целом был лишён покрова льда и имел климат, сходный с климатом сегодняшней Канады.

Вслед за катастрофическими геологическими изменениями, включавшими смещение внешнего слоя земной коры, поменялось положение полюсов. Южный континент переместился в своё нынешнее положение в полярном регионе, и, как только это произошло, культура атлантов была разрушена, быстро скрывшись под слоем льда и снега в две мили толщиной, когда континент навсегда замерз.

Во время позднейших этапов этой катастрофы, в четырнадцатом тысячелетии до н. э., спасшиеся бежали с юга и расселились по миру. Среди них были посвящённые высокого ранга, которые несли с собой секреты технологии, религии и науки атлантов. Одна группа посвящённых, по-видимому, называвшаяся в поздних текстах «последователи Гора», обосновалась в Египте и создала культовый центр на плато Гизы.

Эти посвящённые, опасаясь, как бы не последовали новые катаклизмы, внедрили план долговременного строительства, который сохранил бы их тайные учения на все времена.[92] Они изобрели метод включения этих принципов в геометрию своих строений, которым полагалось быть огромными и массивными, чтобы пережить любой последующий катаклизм.[93] Они надеялись, что, даже если когда-нибудь в будущем вымрут посвящённые их школы, позднейшие цивилизации раскроют тайны, расшифровав ключи, заложенные в геометрию плана этих сооружений. Таким образом, послание этих посвящённых атлантов могло сохраняться тысячи лет, передаваться культурам, которые возникли бы в далёком будущем.

Эти посвящённые воздвигли Сфинкса и разработали основной план Гизы. Быть может, они даже построили сами сооружения на плато, или, возможно, они просто хранили записи проекта в последующее тысячелетие. Как бы ни сохранялись эти знания, 8 тысяч лет спустя, в 2500 году до н. э., пирамиды были построены в соответствии с этим древним планом.

Гиза и её секреты с самого начала охранялись «последователями Гора», жрецами-астрономами, чья тайная власть была такова, что даже спустя 8 тысяч лет фараоны не посмели изменить план культового комплекса в Гизе.

Хэнкок и Бовал пишут:

«Мы полагаем, что факты свидетельствуют о непрерывной передаче высочайших научных и инженерных знаний на протяжении всего этого огромного промежутка времени, а значит, о непрерывном присутствии в Египте, со времен палеолита до династического периода, группы высокоразвитых и просветленных людей — об этих неясных аху в текстах говорится, что они обладали знанием божественного происхождения».

На взгляд Хэнкока и Бовала, комплекс Гизы поистине сакральный центр Египта — если не мира [94], столь священное место, что ни одна часть плана не могла быть изменена, несмотря на то, что прошло много тысяч лет.

Комплекс Гизы являет собой единое сооружение, строго распланированный некрополь, посвящённый прославлению смерти и мёртвых. А на востоке покоится хранитель всего комплекса — Великий Сфинкс; у его передних лап располагается еще один храм.

Ключевым звеном, которое, в случае если оно нарушено, позволяет настаивать на новой и пересмотренной версии египетской истории, является вопрос о возрасте Сфинкса. Ибо это подкрепляет — или нарушает — единство комплекса Гизы, а значит, и атрибуцию всех этих сооружений фараонам 4-й династии — Хуфу, Хафру и Менкауру (Хеопс, Хефрен и Микерин). Если это единство нарушается, если может быть доказано, что какая-либо часть этого комплекса относится к додинастическому периоду — то есть появилась до того, как примерно в 3100 г. до н. э. зародилась египетская монархия — то это подрывает нынешний взгляд на прошлое Египта. Такая находка вынудила бы египтологов признать существование некой гораздо более древней, но технически развитой, египетской культуры.

Очевидно различие между Сфинксом и пирамидами. Пирамиды складывались по камешку из тяжелых плит. Сфинкс не был построен, он был высечен из монолитной скалы — а это куда более простая задача, чем сооружение пирамиды.

В 1978 году Джон Энтони Уэст отметил интригующий факт: следы эрозии на Сфинксе в Гизе идут сверху вниз, указывая, по его предположению, на то, что они были вызваны обильными дождями.

Но, насколько нам известно из истории, Сфинкс стоял в засушливой песчаной пустыне. И в самом деле, он обычно был буквально покрыт песком, а это гарантировало, что его нижняя часть будет защищена. Тем не менее его глубокая эрозия очевидна для любого наблюдателя. И что же это сулит для нынешней археологической датировки Сфинкса? Ответ напрашивается сам собой, так как, согласно Уэсту, в Египте не было столь обильных дождей с конца последнего великого ледникового периода, имевшего место примерно 10 тысяч лет до н. э.

Известно, что в прошлом был продолжительный период, во время которого много осадков выпало в Северной Африке. Очень давно, примерно 40 тысяч лет до н. э., климат был умеренным и выпадало достаточно осадков, чтобы зелёные просторы саванны изобиловали жизнью. Здесь, на берегах рек и озёр, древний человек создавал поселения, чтобы охотиться и ловить рыбу.

Затем наступил очень продолжительный засушливый период, который за десятки тысяч лет превратил этот район в пустыню в её нынешнем виде. Но около 8000 г. до н. э. начался еще один период дождей, и большая часть этой пустыни постепенно снова превратилась в обширную плодородную равнину. Эта эпоха длилась — вместе с несколькими промежуточными периодами засухи — примерно до 4500 г. до н. э. На просторных богатых пастбищах процветала народность, которая до сего дня остаётся довольно загадочной. Этот народ просуществовал, приспосабливаясь к неуклонно уменьшающимся запасам воды, вплоть, возможно, до 3000 г. до н. э. — примерно до времени появления первых династий египетских фараонов. Именно этот дождливый период, вероятнее всего, и вызвал глубокую эрозию Сфинкса. Сфинкс, судя по всему, относится, по самой меньшей мере, примерно к 7000–5000 гг. до н. э., к основному времени этого дождливого периода эпохи неолита.[95].

Если Сфинкс удалён во времени от остального комплекса Гизы, то это означало бы, что это место имело религиозное значение задолго до возвышения фараонов. Это также бы свидетельствовало о том, что храм рядом со Сфинксом также датируется той же эпохой. В свою очередь, это указывало бы на то, что народ, живший в то время, был не только способен создать Сфинкса, но и достаточно развит в техническом отношении, чтобы уметь манипулировать каменными блоками весом свыше 200 тонн, что в четыре раза превышает вес блоков, использовавшихся, к примеру, в Стоунхендже. Ибо именно из таких гигантских блоков и построен храм Сфинкса.[96].

Бовал заметил, что относительно Млечного Пути звёзды, входящие в пояс Ориона, образовывают линию, идущую с юга на запад, идентичную линии расположения трёх пирамид Гизы по отношению к Нилу. К тому же в древних письменах Млечный Путь был известен как «великая река». Не мог ли Нил, рассуждал Бовал, рассматриваться как земной аналог Млечного Пути? А эти три пирамиды — как эквивалент трех звёзд из пояса Ориона?

Если Бовал прав, тогда небесный Осирис — Орион — символизируется тремя звёздами, расположенными относительно Млечного Пути вдоль линии юг-запад. Земной эквивалент, земной Осирис — комплекс Гизы — символизируется тремя главными пирамидами, располагающимися вдоль линии юг-запад по отношению к Нилу.

Бовал задался вопросом, а для чего применялась Великая пирамида. Шахта из усыпальницы царицы, указывавшая на Сириус, отождествлялась с Исидой; шахта из усыпальницы царя, ориентированная на Орион, отождествлялась с Осирисом. Царь и царица, Осирис и Исида, в египетской мифологии были мужем и женой, родившими сына — Гора. Считалось, что Гор был первым царем-полубогом, правившим Египтом задолго до времен фараонов. «Последователями Гора» были посвящённые, упомянутые в «Текстах пирамид». Имя «Гор» входило составной частью в имена всех ранних фараонов. Не могла ли Великая пирамида использоваться в качестве своего рода ритуала, предполагающего союз земных и звёздных эквивалентов? Союз того, что вверху, и того, что внизу? Однако в Гизе есть одно сооружение, которое Бовал первоначально не принимал в расчёт — Сфинкс, чей взгляд неумолимо и навечно обращен к горизонту на восток, к той точке, где во время весеннего равноденствия восходит солнце.

В последующей совместной книге Хэнкок и Бовал выдвинули предположение о дате, когда бы три астрономических события произошли в момент восхода солнца в период весеннего равноденствия: на небосклон, под взглядом Сфинкса, взошли бы солнце и созвездие Льва; звезда Сириус находилась бы над самым горизонтом; созвездие Ориона пребывало бы в самой нижней своей точке за период своего прецессионного цикла в 25 920 лет.

Это время, утверждают Бовал и Хэнкок, является теми «первыми временами», упоминаемыми в древнеегипетских текстах, когда Осирис впервые дал Египту цивилизацию и царей. Они относят его примерно к 10 500 г. до н. э.

Религиозная реформа Эхнатона.

Египетские фараоны постоянно вели захватнические войны с целью увеличить своё могущество. Особенно Египет стал усиливаться с началом периода Нового царства. Однако, надо отметить, что конец Среднего царства ознаменовался для Египта периодом небывалых смут, восстаний рабов и бедняков, усилением раздробленности княжеств, а закончился — захватом Египта иноземцами гиксосами.

Упадку Египта конца Среднего царства сопутствовало небывалое классовое расслоение пёстрого египетского населения. Древнейшая рабовладельческая мораль египетской цивилизации строжайшим образом запрещала беднякам посягать на имущество “господ”.

Так, к примеру, в «Поручении гераклеополького царя» говорится о том, что «неразумен тот, кто завидует имуществу другого». Автор этого «Поручения», ярый защитник рабовладельческого строя, с возмущением и презрением отзывается о том бедняке, который мечтает о захвате чужих богатств, говоря: «Ах, если бы я имел!». «Неправеден он!» — восклицает в гневе гераклеопольский царь, в уста которого вложено это «Поручение», сконцентрировавшее в себе всю суть основ “праведности”, заключённой в древнеегипетской рабовладельческой морали. Конечно рабы, желавшие просто узурпировать имущество “богачей” и стать “богатыми” — тоже неправедны. Но откуда знать видному иерарху, что хотели эти рабы? Возможно, что некоторые из них праведность и справедливость видели не узурпации имущества богачей, а в справедливом жизнестрое, ощущение которого всё же не было “вычищено” многостолетним египетским рабством с генетического уровня рабов и сохранилось в эгрегорах (как воспоминание о лучших временах), которые унаследовали рабы от своих общинных предков.

Как бы то ни было, но мораль египетского рабовладения впоследствии вошла и в Библию. Гераклеопольскому царю вторит новозаветный апостол Пётр именем Бога:

1-е Петра 2.

18 Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым.

19 Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо.

Так что поддерживать рабовладение во все века от первобытнообщинного строя и до наших дней пытались не только авторитетом царей, фараонов и богов с божествами, но и от имени единого Бога. А составители Нового Завета не постеснялись вставить это в главные каноны исторически сложившегося христианства.

Но вернёмся к Египту конца Среднего царства. Особенно крупное восстание произошло в тот период, когда в Египет из Азии стали постепенно проникать иноземные племена, укрепившиеся в дельте. Острая вспышка классовой борьбы совпадает с медленным проникновением в Египет иноземцев и с завоеванием отдельных частей Египта азиатскими племенами. Ярче всего это период описан в «Поучении Ипувера» (текст Лейденского папируса, хранящийся в Эрмитаже С-Пб). В частности там говорится: «Племена пустыни всюду превращаются в египтян… азиаты становятся опытными в ремесленных производствах дельты».

Опыт многочисленных египетских восстаний рабов и бедняков, захват Египта азиатами-иноземцами и, конечно же, упадок Египта в конце Среднего царства, не могли не повлиять на весь сословно-кастовый строй — от фараона до раба. Нужно было что-то делать, чтобы сохранить Египет… либо сохранить власть фараонов и “жрецов”. Для кого что было предпочтительнее. Видимо не вся высшая знать Египта придерживалась такого мировоззрения, какого придерживался гераклеопольский царь. Тем более, что Египет уже во времена Среднего, а уж тем более Нового царств претендовал на расширение сферы своего влияния — выходящей за границы древнеегипетского государства-цивилизации. А многонациональный состав египетского населения этому только мог способствовать. Дело было «за малым»: по какой концепции вести расширение своих владений. И вот во времена XVIII династии мнения о концепции дальнейшего распространения египетской цивилизации разошлись в верхушке управления Египтом.

Интересно, что волна восстаний рабов и бедняков прокатилась очень широким фронтом. Государственные архивы, учреждения и судебные палаты захватывались восставшими. Документы, фиксировавшие права и привилегии богачей, уничтожались. Острая борьба проникла даже в основную «ячейку рабовладельческого общества» — в патриархальную семью. В Лейденском папирусе говорится: «Человек смотрит на своего сына, как на врага». Ипувер с ужасом пишет о вызове религии и о «неверии в богов». Египет стоял на грани разрушения всей сословно-классовой и главное — духовно-эгрегориальной пирамиды, поддерживающих рабовладельческий строй.

Это состояние развала прежних устоев государства-цивилизации с его борьбой «отцов с сыновьями» и неверием «в богов» очень похоже на Россию времён 1905–1918 гг. Когда, пройдя через три революции, Россия погрузилась в братоубийственную Гражданскую войну. «Революционная ситуация» в Египте произошла намного раньше России, однако после неё остался не менее яркий след, чем в России, который нашёл свою персонификацию в личности и религиозной реформе 10 фараона XVIII династии[97] в период Нового царства.

Восстания были подавлены. В конце Среднего царства в XVIII в. до н. э. Египет был захвачен гиксосами — иноземными азиатскими племенами. Поздняя историческая традиция объясняет название «гиксосы» как искажение египетского «правители пастухов». В период между Средним и Новым царствами гиксососы захватили значительную часть Египта и правили там около 100 лет. Они стояли на более низкой ступени духовного и хозяйственного развития, чем египтяне.

Египетские фараоны и знать были наказаны лишением власти над толпой на 100 с лишним лет «невежественными» кочевыми азиатами за то, что неправильно отреагировали на восстания рабов и бедноты против рабовладельческого строя.[98].

Гиксосские цари правили в Египте приблизительно с конца XVIII в. до 1580 г. до н. э. Их власть была не лучше власти фараонов, что и вызвало восстания местного населения. Эти восстания превратились в освободительную борьбу против иноземного господства при фиванском царе Камессу. Камессу принадлежат такие слова: «Я хочу знать к чему мне служит моя сила. Один князь сидит в Аварисе, другой — в Нубии, а я сижу здесь вместе с азиатом и негром. Каждый владеет куском Египта и делит страну со мной вплоть до Мемфиса. Смотри, он уже владеет Шмуном, и никто его не останавливает. Я устремлюсь на него и распорю ему живот. Моё желание — спасти Египет и разбить азиатов».

Камессу нанёс первое крупное поражение азиатам. Окончательную победу над гиксосами одержал один из фиванских царей — Яхмос I, считающийся основоположником XVIII династии. Более того, египетские войска, преследуя гиксосов, проникли в Азию и завоевали ряд нубийских областей, которые до гиксосов находились в руках египетских царей. После чего страна стала объединяться под властью фиванских царей.

Египетские фараоны XVIII династии развили широкую завоевательную политику, воспользовавшись подъёмом Египта, как в военном, так и в хозяйственном отношении. В результате длительных войн была завоёвана вся Сирия вплоть до границ Малой Азии на севере и до большой излучины Ефрата на северо-востоке. Политику систематического и планомерного завоевания Палестины и Сирии вели уже первые преемники Яхмоса I. Особенно отличился фараон Тутмос III. Тутмос III захватил Кадеш в Палестине, одержав крупную победу и проник в Северную Сирию. Таким образом в руках Египта оказался самый крупный мировой узел — перекрёсток всех древних караванных торговых и финансовых путей. Одним из последних крупных удачливых завоевателей XVIII династии был фараон Аменхотеп II (1491–1465 гг. до н. э.), который совершил несколько больших военных походов в Сирию и Палестину.

Длительные войны, которые вели фараоны, ослабили Египет. Аменхотеп III (1455–1424 гг. до н. э.) вёл мирную внешнюю политику. Поддержка завоеваний предшественников в Азии велась уже не при помощи оружия, а при помощи дипломатии и золота. Египет поддерживал торговые и дипломатические отношения с целым рядом государств Передней Азии. Переговоры велись с помощью специальных послов. Однако, при Аменхотепе III государства передней Азии стали постепенно освобождаться от власти Египта. В это время в восточной части Малой Азии образовалось большое и сильное Хеттское царство. Хеттские цари стремились к расширению своих границ за счёт соседних областей, находившихся под властью Египта. Ослабление египетского влияния в Сирии способствовало продвижению племён хабири в Палестине[99] и в Южной Сирии. Эти кочевые племена захватили в свои руки области Палестины, ранее принадлежавшие Египту.

Упадок военного могущества Египта стал ещё более опасным во времена Аменхотепа IV (1424–1388 гг. до н. э.) — сына и преемника Аменхотепа III. В связи с этим в Сирии образовался союз сирийских князей, отчасти поддерживаемый хеттами. Население Египта было истощено войнами и не могло больше нести напрасных жертв.

В такой обстановке Аменхотеп IV принял единственно правильное решение: он, отказавшись от захватнической политики, решил опереться на широкие слои населения Египта (а не только на знать и армию). Для этого Аменхотеп IV начал большую религиозную и социальную реформу, которая в перспективе могла бы закончиться упразднением рабства в Египте и принятием единобожия — в идеале веры Богу Творцу и Вседержителю. Этот первый в истории современной цивилизации факт попытки перехода к единобожию мог изменить весь ход последующей мировой истории, если бы он был всецело поддержан и понят в Египте — и вошёл в историю как религиозная реформа Эхнатона. Можно сказать, что в личности Аменхотепа IV и его реформе было выражено первое крупное (государственного масштаба) зафиксированное историей предложение Свыше по смене концепции управление миром. И это предложение было ниспослано именно в то место, где «культурный прогресс» опередил другие регионы мира, в чьих руках был главный торговый, финансовый и дипломатический мировой узел (Палестина)[100] и где система рабовладения была наиболее изощрённой, но в то же время и стремление освободиться от рабства в низах общества тоже было не “выхолощено” до конца за много веков.

Основные материальные богатства, накопленные в ходе предшествующих захватнических войн были сосредоточены в основном в руках “богатого” фиванского “жречества”, поддерживающего культ Амона Ра. Вступив на престол, Аменхотеп IV вынужден был сперва опереться на провинциальное “жречество” — на “жречество” Гелиополя и Мемфиса. Именно там со времён глубокой древности сохранился культ гелиопольского бога Ра-Горахте.

Аменхотепа IV не решался сразу нанести удар по фиванским “жрецам” и их культам многобожия под вывеской Амона Ра. Объявив себя первосвященником бога Ра-Горахте, Аменхотеп IV стал строить в Фивах храм этого бога в противовес Амону. На этом этапе уже явно обозначились контуры новой религии — религии солнечного единобожия.

Эти действия Аменхотепа IV вызвали гнев фиванских “жрецов”, которые возглавили оппозицию фараону. В результате Аменхотеп IV вынужден был полностью порвать с “жрецами” Амона. Фараон возглавил гонения на всю систему древнего многобожия во главе с Амоном. Имена богов и Амона уничтожались, уничтожалось и слово «боги» везде, куда доходили веяния новой реформы.

Бросив вызов могучему фиванскому “жречеству”, Аменхотеп IV выдвинул культ единого и верховного солнечного бога Атона, и принял имя Эхнатон. Одновременно с этим Эхнатон покинул Фивы. Он построил новую и роскошную столицу около современной местности Эль-Амарна в просторной котловине, защищённой горами. И назвал столицу Ахетатон — горизонт Атона. В тожественных гимнах Атону описаны красота и богатство новой столицы и религии. Эхнатон был носителем богоцентричного мировоззрения, проводил культ единобожия и предложил веру Богу людям. Он внедрил своей властью новую идейно-религиозную систему ценностей, в корне отличную от прежней рабовладельческой. Он попытался трансформировать духовное (эгрегориально-матричное) обеспечение людей, направив его в богоцентричное русло. Но для этого нужно было понимание со стороны достаточно большого слоя людей. Можно было властью фараона быстро изменить политичесскую и религиозную систему государства (3-й приоритет обобщённых средств управления), что и удалось Эхнатону. Но для изменения мировоззрения людей нужно хоть малейшее их желание и большее время, чем было отведено Эхнатону на его правление. Однако, и в сфере мировоззрения (не только в сфере идеологии) он делал всё, что мог. Известны переводы гимнов Атону на русский язык. Вот фрагменты одного из них:[101].

«О Атон, живущий, начавший жизнь (…) Ты прекрасен и велик, блестящ (блистающ) и высок над каждой страной, Твои лучи объемлют землю, всё то, что Ты сотворил (…) О Бог единый! Нет другого подобного ему! Ты создал землю по своему желанию, Ты один — людей, всякий крупный и мелкий скот, всё, что на земле, ходящее на ногах, всё, что в вышине летает на своих крыльях (…) Как великолепны твои замыслы, о Владыка вечности! (…) Ты творишь времена, чтобы производить всё сотворённое Тобой».

Это — монотеистическое учение, обретение которого было сопряжено с беспрецендентными для Эхнатона проблемами и трудностями стремления к истине, восприятия её в какой-то форме и выражения её в форме, доступной восприятию его современников.

Нас от Эхнатона отделяют 3300 лет. Коранического «пророка» Мухаммада от Эхнатона отделяют 2000 лет. Нас от Мухаммада — 1300 лет. Перевод гимна Атону, судя по библиографии книги «Во времена Нефертити», был сделан сначала с древнеегипетского на английский, а потом на русский. Перевод Корана — прямой с арабского на русский И.Ю.Крачковского. Но внутренняя ритмика, опорная по отношению к лексическим формам — общая для обоих переводов при явном совпадении общего смысла, несмотря на географическую и хронологическую разобщённость и отсутствие личного знакомства между всеми, причастными к текстам оригиналов и переводов. Откуда это? И что это знаменует, если не единство мирской и неотмирной истории нынешней цивилизации, наследующей многое от Древнего Египта, включая как Откровения Свыше, так и ошибки, и вседозволенность земных иерархий посвящённых. Кораническое величание Бога выглядит так:

«Хвала — Богу, Господу миров, милостивому, милосердному, царю в день суда! (сура 1:1–3). Бог — нет божества, кроме Него, живого, сущего; не овладевает Им ни дремота, ни сон; Ему принадлежит то, что в небесах и на земле. Кто заступится перед Ним иначе, как с Его дозволения? Он знает то, что было до них, и то, что будет после них, а они не постигают ничего из Его знания, кроме того, что Он пожелает. Трон Его объемлет небеса и землю и не тяготит Его охрана их, поистине, Он — высокий, великий!» (сура 2:256).

Желание Эхнатона распространить религию единобожия на всех подтверждается тем, что он пытался опираться не на высшую знать, а на средние, свободные (по сравнению с рабами и бедняками) слои населения, которые образовали вокруг фараона новую группу придворного чиновничества. Эти новые вельможи гордились уже не своей родовитостью и знатным происхождением, а милостями фараона, которому они были обязаны своим возвышением. В своих отличительных надписях они подчёркивали преданность новому религиозному учению. Оставалось “опустить” Новую религию в среду рабов и бедноты. Для приданию всеобщности религии в крупнейших городах Египта, где были сильны культы многобожия, Эхнатон построил храмы Атону.

Для перехвата старых эгрегориальных культов и интеграции их на первых этапах в единый эгрегориальный культ Атона нужна была новая система храмов. Изменение же мировоззрения людей — следующая стадия — после того, как люди были бы “отключены” от старых эгрегориально-мистерических культов, восходящих к Амону, и поверили бы новому единому богу. Сначала новая вера — потом её содержание — потом изменение мировоззрения людей. По этому пути шёл Эхнатон.

Мало этого, религиозная реформа могла выйти далеко за пределы Египта. Храмы были крупнейшими центрами культурного влияния — культурного сотрудничества. Религиозная проповедь могла быть использована египетской властью для укрепления культурного и политического влияния Египта в соседних странах. Тем более, что ко временам Эхнатона Египет сильно укрепился во многих близлежащих регионах, и в первую очередь в Сирии и Палестине. И эту власть можно было удержать религиозными средствами, более близкими к толпе, чем старые культы. Так культ Атона нашёл своё распространение в Нубии, где ещё во времена Аменхотепа III был основан новый город ниже третьего порога, получивший название Гем-Атон. Подобного рода религиозные центры могли были стать источниками распространения новой религии вне Египта.

Содержательно новая религия отличалась в главном. Новый единый бог Эхнатона не был ни в облике человека, ни в других каких-либо известных людям обликах. Он был надмирной реальностью и не имел земных качеств. Качества нового бога Атона очень близки ко многим (но не ко всем) качествам Всевышнего, которые можно найти в Коране. Каким был Атон хорошо описано в книге З.Косидовского[102] (выделено жирным нами):

«Согласно учению фараона Атон не был одним из богов многочисленной плеяды, а был единственным во Вселенной божеством, безличным, невидимым — силой, которая создала солнце и является источником всего, что живёт и растёт на земле.

До сих пор боги в Египте представлялись как человеческие существа, правда, обладающие бессмертием, но не лишённые всех человеческих слабостей. Это были силы, вызывающие страх, мстительные и капризные, которых всё время нужно было ублажать кровавыми жертвоприношениями.

Необычайная новизна учения Аменхотепа IV состояла в том, что Атон не имел уже земных качеств. Его почитали как милосердного отца всего человечества, присутствие его следовало искать не в грохоте сражений или кровавых жертвах, а в красоте природы, среди цветов, деревьев, птиц. Атон стал «богом любви», который воскрешает ребёнка в утробе матери и утешит его, чтобы он не плакал. “Я наполню обе земли Египта своею любовью” — гласит один из хвалебных гимнов. Это была религия, проникнутая радостью и любовью к жизни. Её сторонники не дрожали в суеверном страхе перед Атоном, а с благодарностью пели: “Вся земля празднует и радуется тебе.” (…).

Поразительно то, что Аменхотеп IV создал монотеистическую религию не имея никакого исторического образца, на который бы он мог опираться.[103] (…) Моисей говорит, что он научился «мудрости Египта» в Гелиополе, поэтому не исключено, что между еврейской религией и культом Атона существует некоторое родство».[104].

Это значит что Эхнатона можно считать первым (либо одним из первых), кто проводил волю Всевышнего на земле в этой цивилизации. Он сам для себя принял миссию посланника, а Бог его поддержал. Мало того, в ходе реформы фараон не только проповедовал единство всех перед Богом, но и начал законодательно проводить это единство в жизнь. На подконтрольных ему территориях Египта он вводил своды законов, в которых можно увидеть своеобразную общественную собственность на землю и средства производства. Он признавал за людьми:

· что все люди, при всём различии в их физическом, интеллектуальном, психическом развитии, в их образовании, знаниях, навыках, всегда и везде по их предназначению в Предопределении Свыше на нынешнем этапе истории, когда происходит становление культуры будущей человечности — Посланники Всевышнего Бога один к другому и наместники Божии на Земле;

· что люди уклоняются от миссий наместничества и посланничества только под воздействием разнородных страхов, включая и ничем не оправданный страх перед Богом; но не эти наваждения страхов, а собственная трусость глушит в людях совесть и стыд, вследствие чего они и не приемлют Правды-Истины, которую Бог даёт каждому непосредственно в его внутренний мир через совесть, через обращения к ним других людей, через произведения и памятники общей всем культуры;

· что Бог ни от кого не отступился и не отступится, и никого и никогда не обделяет Своим вниманием, заботой и милостью, но из трусости, подчинившись наваждениям страхов, люди предпочитают отказываться от Его внимания и заботы в отношении них.

В пользу этих доводов говорит ещё один факт: Эхнатон отказался от титула бога. К концу царствования Эхнатона компонент «бог» в иероглифике перестал употребляться по отношению к самому фараону и солнцу (Амону-Ра). Для легитимных иерархий Египта отождествление в неразделяемой смеси или хотя бы неразрывность ранее перечисленных понятий — основное требование к культурам обществ, находящихся под гнётом их паразитизма и рабовладения.

Старое “жречество” (правильнее сказать: знахарство) Амона в Фивах и, видимо, служители Ра в Гелиополе так и не приняли нового учения; рабы и бедняки, занятые в хозяйстве, не поддержали подавление традиционных ритуалов ради непонятного нового культа: они, не вдумывались в содержание нового учения, не искали мистики религии единобожия, а удовлетворялись эгрегориальными культами.[105].

Замысел Эхнатона оказался выше разумения и, главное, выше нравственности его современников. Сам Эхнатон не создал социальной базы воспреемников учения, и после его смерти многобожие снова возобладало над Египтом. Попытка решения религиозных проблем административным способом обогнала на многие поколения мировоззренческие изменения общества, и с уходом праведного администратора мировоззрение вернулось к привычным для Египта формам самовыражения. Эхнатон сделал дело на 3-м приоритете обобщённых средств управления, но не сделал его на 1 и 2 приоритетах.

Можно сказать, что приняв решение не поддерживать начинания Эхнатона и, мало того, всячески препятствуя их продвижению, “жрецы” Амона уже тогда подписали величию и славе Египта «смертный приговор», который окончательно начал действовать со времён Рамзеса II.

Эхнатон, скорее всего, был отравлен медленно действующими ядами, извратившими физиологический строй его организма (в этом причина возникновения с возрастом женоподобия его тела). После его смерти иерархи Египта приступили к уничтожению его наследия, имя его было обречено забвению, с какой целью все упоминания о нём были выскоблены со всех папирусов, находившихся в обращении, изглажены с каменных изваяний и настенных росписей. И он действительно был забыт на тысячи лет до тех пор, пока археологи не установили, что был в истории фараон-единобожник, проповедовавший мир и радость в ладу с Богом на всей Земле, отказавшийся вести завоевательные войны ради преумножения мощи рабовладения в Египте.

Крах Египта.

Ликвидатором религиозной реформы Эхнатона был фараон Хоремхеб (1342–1338 гг. до н. э.) — основатель XIX династии. Он полностью вернул все культы многобожия по покровом Амона. Фараоны XIX династии возобновили завоевательную военную политику Египта, остановленную во времена миролюбивого Эхнатона. Завоевательная политика продолжалась при преемнике Хоремхеба — Рамзесе I (1338–1337 гг. до н. э.). Он провёл ряд мероприятий с целью дальнейшей реорганизации египетской армии.

Но самый воинственный фараон XIX династии был Рамзес II (1317–1251 гг. до н. э.). Чтобы вернуть Египту прежние владения в Сирии и восстановить египетское влияние в Азии в прежнем объёме Рамзес II проводил интенсивную военную политику. Он предпринял первый поход против хеттов через Палестину на Кадеш, собрав сильную армию. Но попал в ловушку, заранее подготовленную врагом. Египетские войска и сам фараон, возглавлявший поход, были окружены превосходящими силами неприятеля. Только благодаря подоспевшей помощи Рамзесу II удалось вырваться из окружения и избежать полного разгрома в 1312 году. Он отступил и вернулся в Египет.

Второй поход в Сирию был проведён Рамзесом II значительно осторожнее. В течении трёх лет он вёл медленную и упорную войну за овладение Палестиной. Ему удалось проникнуть в Северную Сирию лишь благодаря крупнейшим волнениям в стране хеттов. Как известно из хеттских надписей, в это время сила Хеттского государства была надломлена нашествием северного племени газгейцев, а также крупной междоусобной борьбой. В результате всего этого в 1296 г. до н. э. Рамзес II заключил с хеттским царём Хаттушилем мир. В результате чего северная часть Сирии осталась под влиянием Хеттов, а Палестина, Южная Финикия, и Южная Сирия под властью Египта. Мирный договор был скреплён браком Рамзеса II с хеттской царевной.

С этого момента (от 1312 года) начался процесс увядания Египта. Последующие фараоны лишь оборонялись и в лучшем случае пытались сохранить завоевания прежних лет. Но с этого момента можно считать, что египетские “жрецы” перешли от горячих войн к началу длительной «холодной войны» против всех потенциальных врагов с целью распространения своей концепции рабовладения на весь мир — но не с помощью “горячих” кровопролитных войн, а с помощью особой формы «культурного сотрудничества». Опыт ведения трёхсотлетней войны за Палестину, опыт поражения при Кадеше, а также опыт лёгких побед над ослабленным внутренними конфликтами противником выразился в глобальную доктрину ведения войн, практический опыт которой начнётся со времён Моисея.

Видимо с этого момента древнеегипетское “жречество” вышло на понимание иерархии обобщённых средств управления и поняла эффективность высших приоритетов над низшими (в том числе и над военным вторжением). Древнеегипетское “жречество” начало готовится к длительной «холодной» войне с употреблением приоритетов обобщённых средств управление выше шестого. Шестой приоритет оно отдало непосвящённой в эти тайны египетской “элите”. Этим древнеегипетское “жречество” подвело египетскую цивилизацию под крах государственности, отдав впоследствии Египет на разграбление противникам. Сами же посвящённые “жрецы” Египта ушли из Египта вместе с Моисеем для того чтобы скрытно воевать на высших приоритетах, захватывая мир. Ясно что при этом они сменили свою «резиденцию».

Этому свидетельствуют надписи на одном из обелисков храмового комплекса в Луксоре — от имени Рамзеса II потомкам направлено следующее послание:

«Все думают, что при Кадеше (1312 г. до н. э.) меня победили хетты. Но последующие 3000 лет будут говорить, что хеттов победил я».

Тем историческим обстоятельствам, в которых Египет перестал быть Египтом и сошёл “сам собой” с исторической сцены сопутствует то, что стоявшая в течение столетий над фараоном и государственностью концептуально властная структура высшего “жречества” Египта «2 ґ (1 + 10)», покинула Египет во времена Моисея вместе со служителями Амона, в период плена египетского внедрившимися в среду древних евреев. Как после этого увял Египет фараонов, в общем-то широко известно, хотя этот процесс увядания историки и не связывают с исчезновением жреческой рабочей структуры «2 ґ (1 + 10)».[106].

Для завершения разговора о Древнем Египте мы будем использовать материалы 10-й главы книги М.Бейджента «Запретная археология», которая называется «Загадки Древнего Египта». В 332 году до н. э. греческая армия Александра Великого (Македонского) вторглась в Египет. Ему потребовалась всего неделя, чтобы войти победителем в столицу, Мемфис. Там, по свидетельству современников, он был коронован. Никогда больше урождённый египтянин не будет править как фараон Египта.

20 января 331 года до н. э. Александр основал в свою честь город Александрию, где он в конце концов и будет похоронен. Почти на 300 лет она станет домом для греческих царей и цариц семейной династии Птолемеев, последняя из которых, знаменитая Клеопатра, умрёт в 30 году до н. э. Александр Великий оказался непобедим. Он был величайшим из завоевателей, которых к тому времени узнал мир.

Но был один эпизод в его жизни, который характеризует весь длительный период распада древнего Египта. Проследив за началом работ в своем новом городе, Александр Македонский сделал нечто неожиданное и очень странное: с горсткой людей он исчез в западной пустыне. Он искал отдаленный оазис, где находился древний храм и оракул египетского бога Амона Ра, которому он желал задать некие важные вопросы.

В какой то момент своего путешествия Александр сбился с пути и едва не умер, прежде чем, восемь дней спустя, добрался до места назначения, оазиса Сива. Там его проводили в храм Амона Ра, под пристальной опекой жрецов. В этом храме Александр испытал глубочайшее переживание в своей жизни, переживание, которое отныне повлияло на его поступки, но по поводу которого он сохранял величайшую таинственность. Все, что нам известно, это скудное заявление жрецов, что Амон Ра принял Александра в качестве своего сына: он стал «сыном бога».

Александр Македонский был видимо не первым главой не египетского, не жреческого происхождения, кто принял посвящение от высшей иерархии “жрецов” Амона Ра. Видно, что это посвящение сопровождалось изменением его психики и мировоззрения (глубочайшее переживание в своей жизни, которое отныне повлияло на его поступки) для дальнейшего его употребления с целью создания надёжной и широкой периферии амонского жречества. Скорее всего Александр не был посвящён в весь глобальный сценарий: но свою часть сценария он выполнил,[107] даже не представляя к чему это приведёт в дальнейшем. В общем высшие иерархи древнеегипетских “жрецов”, воспользовавшись тем, что все самые сокровенные тайны герметизма были у них в распоряжении и уже задолго до А. Македонского они стали создавать себе надёжную периферию вне Египта,[108] посвящая её в то, что сами считали нужным и скрывая общий ход вещей (глобальный сценарий), руководство которым они взяли на себя. Этим высшие иерархи “жрецов” Египта взяли под контроль местную жреческую деятельность в других регионах[109] в пределах своего влияния. Конечно, это началось задолго до завоевания Египта Александром Македонским,[110] и продолжалось после завоевания Египта.

Одновременно с основанием Александрии и посвящения Александра Великого, началось интенсивное распространение египетской культуры экзотеризма (эзотеризм “жрецы” оставили для себя и посвящаемых) на многие регионы мира. Александрия стала центром встречи и “обогащения” друг с другом культур Европы, Африки и Азии, чем Египет оказал колоссальное влияние на всё человечество.

После завоевания в Египет сами хлынули греческие искатели приключений, большая их часть — чтобы извлечь выгоду из своего положения представителей правящего класса, владеющего баснословно “богатой” страной. Другие приезжали, чтобы узнать всё то, что могли узнать в храмах, несмотря на то, что “жрецы” славились своей скрытностью и относились к грекам с презрением, считая их немногим лучше варваров. Но греки любили знания: цари построили знаменитую библиотеку в Александрии, где учёные могли жить бесплатно, а проживание и еда оплачивались из царской казны.

Знания процветали, но знания определенного типа. Ибо знания также имели и политический, религиозный подтекст; они способствовали культурному “господству” — культурному сотрудничеству, в котором действует принцип «каждый в меру понимания работает на себя — а в меру непонимания на того, кто понимает больше». Главное в таком «египетском культурном плену» для высших посвящённых иерархов-учителей было, чтобы в мире сохранялась любая (подходящая по историческому времени) форма атеизма.[111] Для чего необходимо создавать и поддерживать мощные эгрегориальные культы, в мистериях которых люди думали что общаются с богами. И не допустить ничего подобного реформе Эхнатона в дальнейшем.

Это во многом сходно с тем, как в современном западном мире Голливуд и американское телевидение распространяют по всему миру английский язык и американские ценности, а граждане других стран — “добровольно” внимают и впитывают американскую культуру.

Поначалу, видимо, египетские “жрецы” полагали, что греки придут, разворуют всё, что можно унести, и в конце концов покинут страну. Но египтяне недооценили своих захватчиков; греки проявляли гибкость и умело вели политические игры. Со временем египтяне осознали свою ошибку; греки и не собирались уходить. А благодаря школам и библиотекам, которые они создали, население Египта — особенно дети — обучалось греческому языку, греческой культуре, греческим ценностям, словом, все стали воспитываться в греческом духе.

На каком-то этапе, никто не знает когда именно, египетские “жрецы” осознали, что их древним традициям и знаниям, предназначенным для толпы, угрожает реальная опасность быть утраченными. Они предприняли шаги, чтобы сохранить их. Они радикально поменяли свой подход. Для населения, воспитанного в духе греческой культуры, “жрецы” начали излагать свои древние учения на греческом языке. Начали учить и начали посвящать в таинства. Придумали систему, которая могла существовать сама по себе за пределами храмов и за рамками какой-либо религиозной иерархии.

Так появились священные Книги Гермеса Трисмегиста (Гермеса Трижды Величайшего), явившиеся результатом соединения учений и таинств греческого бога Гермеса с учениями и таинствами египетского бога Тота. По всей вероятности, это произошло во втором веке до н. э. Не лишено значения, что в культовом центре Тота, Хемену, была библиотека, славившаяся своими книгами по магии. Тот, который впервые появляется в египетских тайных текстах в качестве проводника мертвых, таким образом вновь появляется уже как Гермес Трисмегист, проводник живых.

Греки имели давние и тесные связи с Египтом; в 570 г. до н. э. фараон Амасис разрешил им основать целый город, Навкратис, в качестве торговой базы в дельте Нила. Он даже позволил им строить свои собственные храмы. Но задолго до этого времени, по крайней мере с 700 г. до н. э., греческий остров Самос уже поддерживал прочные торговые отношения с Египтом. При Амасисе эти отношения особенно окрепли, а купцы с острова тоже обосновались в Навкратисе. Вскоре после основания этого города, около 558 г. до н. э., на Самосе поселился, взяв в жены местную женщину, финикийский торговец из Тира. Их ребёнку суждено было стать одним из самых влиятельных философов в истории человечества — знаменитым Пифагором. Выросши, он, как и многие его соотечественники самосцы, принялся много путешествовать. Но, в отличие от них, он делал это ради знаний, а не ради торговли: он становился посвящённым в сакральные таинства каждой культуры, с которой знакомился.

Пифагор начал свои странствования в раннем возрасте, когда отец отправил его на учебу в Тир, в Финикию. Он пробыл там до двадцати двух лет, когда отправился в Египет, где затем многие годы жил и учился. За это время он выучился читать иероглифы, что включало в себя и знания их символического толкования — загадочный вопрос, по поводу которого современные египтологи хранят странное молчание.

В 525 году до н. э. персидский царь Камбиз предпринял поход на Египет, и Пифагор, в числе многих других, был угнан в качестве пленника в Вавилон. Однако, оказавшись там, он вскоре начал заниматься с зороастрийским магом. Спустя несколько лет ему позволили уехать,[112] и сначала он посетил Крит, а потом Грецию. В конце концов, около 518 года до н. э., он приехал в Южную Италию, в залив Таранто, где основал свою знаменитую школу, сперва в Кротоне, а позднее дальше к северу на побережье — в Метапонте.

Но самое главное таинство Египта даже не в герметизме. Герметизм отдали на откуп любопытным и желающим «посвятиться» в виде священных Книг Гермеса Трисмегиста и прочих труднопонимаемых, но многословных трудов — вторичных и троичных переработок тайных знаний не самого высокого уровня.[113] Самое главное таинство Египта в событиях, которые произошли во времена Моисея и после него, и которые нашли своё отражение в Библии и Коране. Мы вернёмся к ним, когда будем рассматривать иудаизм.

3.2.4. Религиозная система Древних Сирии и Финикии.

Лишь в 30-е годы XX века были найдены письма второй половины XV века до н. э. финикийских царей египетским фараонам, которым они были подвластны, а также несколько надписей последующей эпохи. Это значительно добавило материала для изучения культуры Сирии и Финикии. Также свидетельствами служили сообщения Геродота, Лукиана и других греческих и римских писателей. Финикия представляла собой узкую прибрежную часть Сирии, начиная от Тигра и кончая Угаритом. В древности здесь были расположены десятки приморских городов, каждый из которых был политическим центром прилегающей к нему области. Сами финикияны называли свою страну Ханааном, а себя сидорянами.

Сирия лежит на стыке трёх материков. Континентальной частью она связана с Передней Азией; восточные области граничат с сирийско-месопотамской степью; северная часть — с Малой Азией; южная часть вместе с Палестиной соприкасается с Аравийским полуостровом. Также как и Палестина, Сирия и Финикия с древности являлись местом, где сходились и перекрещивались морские и караванные торговые пути. А посему за эти страны шла борьба между соседними крупными цивилизациями, окружавшими их со всех сторон. В предыдущей главе про Древний Египет мы коснулись темы завоеваний Сирии и Финикии Египтом. Население Сирии и Финикии было чрезвычайно смешанным. Судя по древнейшим источникам, по египетским, финикийским и хеттским надписям, по данным Библии и античных авторов — древнейшее население Сирии и Финикии уже в третьем тысячелетии до н. э. представляло крайне сложный этнический конгломерат. Основная часть — западно-семитские племена; «северные» и «южные» племена; «восточные» племена хурриты, арамейцы, амориты, хананеи и другие.

Образование государств на территориях Сирии и Финикии началось по-видимому ещё в III тысячелетии до н. э. То есть, религиозную систему, свойственную этим государствам можно считать немногим менее древней, чем религиозные системы Месопотамии и Египта. По крайней мере точно известно, что в конце III тысячелетия, начале II тысячелетия до н. э. в Сирии и Финикии уже было несколько маленьких государств, центрами которых были крупные торговые города. Финикияне славились торговлей и мореплаванием. В египетских надписях и документах они упоминаются начиная с эпохи Древнего царства. Каждое финикийское царство, известное по названию главного города, жило самостоятельной жизнью. Из наиболее сильных это Уграит, Гебал, Сидон, Тир, Библ. Все они имели тесные отношения с Египтом.

По древневосточным представлениям, подданные обязывались чтить богов царя и завоеватели первым делом вводили в покорённых странах культ своих божеств. Так Рамзес III основал в Финикии и Сирии храмы в честь Амона Ра. Культ Амона был распространён на значительной части Сирии и Финикии. Он упоминается в документах вместе с местной богиней Баалат и иногда называется «солнцем».

Религию Сирии и Финикии часто называют семитической — поскольку в районе Средиземного моря в этих местах с древности жили многочисленные семитские племена, составлявшие основную массу населения. Религиозная система Древних Сирии и Финикии представляла собой в основном своеобразный религиозный синкретизм[114] египетской и семитских религий.

В этом отношении интересна письменность Финикии и Сирии. Она изначально впитала в себя клинопись Вавилона и египетскую иероглифику. Особая переходная система от иероглифики к финикийской письменности была обнаружена на Синайском полуострове, где было откопано в одном из храмов нечто среднее между египетскими иероглифами и финикийскими знаками. Скорее всего на этой почве возник финикийский алфавит, состоявший из 22 знаков алфавита, служивший для обозначения лишь согласных звуков.[115] Из финикийского алфавита впоследствии возник древнегреческий алфавит, а значит, финикийский алфавит лежит в основе большого количества более поздних систем письменности, возможно, что и иудаизма.

Города, расположенные в Сирии и Финикии представляли единую торгово-транспортную систему с Древней Палестиной с побережьем Средиземного моря и с Египтом — ещё с конца третьего тысячелетия. На этих территориях преобладали семитские племена. А частная собственность на землю в некоторых областях была введена достаточно поздно. Так в Древней Палестине частное землевладение соседствовало с общинным ещё в VIII веке до н. э. Переходу на частную собственность способствовало вторжение в Палестину древних евреев. Общность древней культуры и преобладание семитского населения позволяет некоторым образом обобщить древнюю религиозную систему Сирии, Финикии и Палестины. Тем более что самое позднее с XV века до н. э. эти государства попали под влияние Египта.

В общем-то для Сирии и Финикии, как и для большинства древних государств (часть из которых мы рассмотрели: Месопотамия, Египет) свойственен иерархически организованный пантеон богов. Различия лишь в степени государственной «централизации» этих богов и их культов. Так в Древнем Египте мы наблюдали максимальную централизацию; в Месопотамии она несколько ниже. В древних Сирии и Финикии божества разбросаны по городам и у каждого города как правило свой культ.

Однако, как и в других древних государствах, эти местные культы имели частные функции, а общая сборка государственных духовно-религиозных институтов осуществлялась под эгрегориальным водительством общегосударственных богов, возглавляющих внутригосударственные религиозные иерархии. В то же время, в поздние времена появляются надгосударственные (общегосударственные: как для Сирии, так и для Финикии и некоторых других государств Древнего Востока) боги — в основном “происхождением” из Древнего Египта.[116] Финикийцы проводили культы египетских богов Пта, Тота и особенно Осириса, строили их храмы.[117] В храмах передавался опыт эгрегориальных мистерий, проходили разнообразные посвящения (по принципу: «каждый в меру понимания работает на себя — в меру непонимания на того, кто понимает больше»; больше всех понимали египетские “жрецы”). Таким образом египетское «культурное сотрудничество» иерархически-эгрегориально “накрывало” культы местных государственных богов задолго до Моисея и до падения Египта. После падения Египта «культурное сотрудничество» перешло в иную — более “герметичную” практическую плоскость.

В принципе везде мы можем наблюдать почти одно и то же: духовно-эгрегориальную иерархию пантеона богов во главе с главным богом. При малой централизации в государствах Сирии и Финикии повсеместно допускалось одновременное существование государственной религии (официальной, как её ещё можно назвать) и народных религиозных культов, сохранивших разнообразные традиции ещё со времён общинного строя. Древнейшая религия Финикии и Сирии восходит к древним общинно-земледельческим культам, на которые наложились поздние культы государственных и надгосударственных богов.

В каждом царстве были обязательные культы государственных богов — Баал и Баалат — владыки и владычицы государства и царства. Официальная и народная религии как правило соединялись на уровне культа божеств растительности и плодородия. Основные народные культы были земледельческими и посвящались «благостным богам»: подателям дождя, плодородия, пахоты, посевов, урожая, жатвы, хлеба, вина. Почиталась богиня Анат — богиня охоты и битвы. В ходе эволюции пантеона богов, последние выстраиваются в узнаваемую всеми иерархию, появляется даже иерархическая классификация богов.

Ясно, что государственная религия, её культы — культы государственных богов — были уделом местного “жречества”, защищающего интересы царей и “элиты”. Здесь можно наблюдать некоторое подобие всех иерархически выстроенных взаимоотношений людей древнего мира времён национально-государственных религий, которые ярче всего были выражены в рабовладельческой системе Древнего Египта.

Проследить социальное неравенство и его эволюцию обычно проще всего по погребальным культам, следы которых наиболее доступны при раскопках. В Древних Сирии и Финикии хоронили в гробницах, пещерах, либо искусственных склепах: сначала на носилках, а затем — в саркофагах, которые назывались «домами вечности» часто египетского типа. Иногда к саркофагу приделывали жертвенник и клали с покойником амулеты, утварь и прочее. В общем, хоть и в менее выраженной чем в Египте форме, практиковался принцип чем “богаче” и знатнее в этой жизни — тем большая вероятность попасть в «благополучный загробный мир», что являлось мощнейшим инструментом эгрегориально-психологического и даже генетического уровня для закрепления у людей уверенности в том, что достоинство человека зависит от его происхождения. Ведь погребальный культ — один из самых основных, оставляющих самое сильное впечатление у людей. Работа этого принципа (по поддержке социальной иерархии через погребальный культ) описана в предыдущей главе про Древний Египет.

Ещё одна особенность древних религиозных систем Сирии, Финикии, Палестины и некоторых других государств Древнего Востока это — особая жестокость и грубость, доходящая до садизма, при проведении религиозных культов. Изображения богов показывают, что финикяне, например, представляли их страшно свирепыми и уродливыми чудовищами. Боги посылали засуху, болезни, мух, чтобы мучить людей, мышей, которые истребляли посевы. Поэтому богов необходимо было задабривать жертвами. Жертвы приносились везде: на горах, холмах, в долинах, в ручьях и озёрах. В жертву приносилось всё: от еды и животных — до людей. Главный дар богу — кровь. Часто люди обстригали себе голову в честь бога, поскольку волосы символизировали кровь. В Библе во время жертвоприношений богу Адонису река становилась кровавой.

Жертвоприношение — один из самых распространённых древних культов эгрегориальной магии, предназначенный не столько для «умилостивления богов» (то есть, стремления изменить что-либо в эгрегоре для более благополучного, желаемого течения событий в отношении которых по оглашению проводится культ),[118] сколько осуществить выброс накопившегося негодования от неудач — негативных эмоций в толпе, принимающей участие в культе. В ходе такого рода мистерий жертвоприношения, одновременно с “разрядкой” эмоций происходит некоторая перестройка эгрегориальной алгоримики под контролем тех, кто руководит культом.[119] Неприятности разного рода (как то засуха, падёж скота, неудачи на войне и пр.) являются следствием объективной неправедности жизни людей под водительством тех самых иерархов, которые являются хозяевами эгрегориальных культов и мистерий. Чтобы отвести от себя гнев толпы на злых богов, издревле применяются обряды жертвоприношений, якобы нужных этим богам. Таким образом хозяева культов жертвоприношения разрывают обратные связи Свыше (от Бога Истинного) на людей, проявляющиеся в разного рода катастрофах. В результате, вместо того, чтобы задуматься над тем, что их в жизни неправедно и, поняв что надо изменить в нужную сторону — люди грешат на злых богов, а иерархи продолжают вести своё “стадо” к грядущей пропасти очередной катастрофы. Часто такие государства кончали своим полным крахом, на их земли приходили завоеватели, которые вели себя не лучше — и так продолжалось дальше, вплоть до наших дней.

Здесь правильно будет привести ответ Свыше на всякого рода людские жертвоприношения, взятый из Корана (выделено жирным — нами):

Коран 22.

37 Не дойдет до Бога ни их мясо, ни их кровь, но доходит до Него богобоязненность ваша. Так Он подчинил их вам, чтобы вы возвеличили Бога за то, что Он вывел вас на прямой путь, а ты обрадуй делающих добро!

В Коране сказано, что все жертвоприношения (их мясо, их кровь) удел эгрегориалной магии (они не доходят до Бога): до Бога доходит лишь праведность ( богобоязненность) — стремление к праведности и истине и следование им в жизни.

Есть в Коране и более жёсткое требование к верующим с призывом прямо относить жертвоприношения к деяниям сатаны (выделено жирным нами):

Коран 5.

90 О вы, которые уверовали! Вино, майсир,[120] жертвенники, стрелы — мерзость из деяния сатаны. Сторонитесь же этого, — может быть, вы окажетесь счастливыми!

Но вот в Библии всё иначе. Особая жестокость и кровавость жертвоприношений, совершавшихся в таких древних городах как Библ, интересна ещё и тем, что грядущая в не таком далёком будущем по отношению к рассматриваемому нами периоду (в первую очередь в районе Ханаана) культура Библии (особенно Торы), изобилует разнообразным злом и жаждой жертвоприношений исходящими от кровожадного еврейского бога. То есть, составители первых редакций Торы взяли и скопировали стереотипы взаимоотношений с богами, которые были у народов в основном семитских племён в этих местах (Сирия, Финикия, Палестина) — просто перенеся старые стереотипы на нового еврейского бога. Поскольку культура кровавых жертвоприношений была устойчиво закреплена веками на духовном и генетическом уровне этих племён, составители Библии (Торы) соблазнились употребить жестокость для продления неправедной культуры в будущее но уже в новой форме и с новыми целями. При таком переходе к доктрине мирового “господства” было принесено множество крупных жертв и в первую очередь это — сама египетская государственность.

Как мы уже говорили, с конца VIII века до н. э. после ослабления влияния Египта Финикия навсегда потеряла независимость и попала по очереди под власть великих держав древности: Ассирии, Халдеи, Персии, Македонии, Селевкидов и Рима. Таким образом после того, как древнеегипетские “жрецы” бросили управление Египтом и перешли на методы завоевания мира с помощью «холодной» войны, государства, которые они “курировали” до этого — были оставлены сильным завоевателям. И история стала вершиться как бы «сама собой», без силового вмешательства Египта и его иерархов. Однако, «культурное сотрудничество» тем и удобно для настоящих «герметистов» глобального уровня, что управление с его помощью не видимо не только простым людям, но оно не видимо полностью даже посвящённым верхушкам местных “жреческих” структур, которых было немало в каждом древнем государстве и в каждом большом городе при храмах. Да и посвящения проходили под контролем самых посвящённых египетских “жрецов”. Ведь даже до сих пор “жречество” Древнего Египта многими считается самым знающим и одарённым в нашей цивилизации.

Поэтому те, кто думает, что влияние самого важного эзотеризма культуры и религии, представленной Древним Египтом (его высшей “жреческой” иерархией), на государства Востока типа Финикии, Сирии и Палестины[121] закончилось с падением Египта — они ошибаются. Основной эзотеризм только начал себя проявлять как долговременный глобальный сценарий ушедшего из Египта древнеегипетского жречества, самое позднее — с момента вторжения древних евреев в Палестину.

3.2.5. Религиозная система Древней Греции.

Древние греки — одна из ветвей древних индоевропейцев. Выделившись из индоевропейского конгломерата на рубеже IV–III тысячелетий до н. э., племена, говорившие на древнегреческом языке, мигрировали на новые земли — юг Балкан и острова Эгейского моря. Здесь греки встретились с национально-государственными культурами, история которых насчитывала более тысячи лет. В ходе миграций, которые на материковой части Греции не прекращались вплоть до начала II тыс., на основе синкретизма верований аборигенного и пришлого населения формируется древнейший пласт греческой культуры.

Наиболее яркими очагами культуры уже в конце III тысячелетия становятся островные царства, которые позднее объединились вокруг Крита (минойская цивилизация), и с XVII в до н. э. — прибрежные государства материковой Эллады, среди которых — Микены. С XV века до н. э. Микены превращаются в один из крупнейших центров «эгейских» обществ (микенской цивилизации). Микенскую и минойскую цивилизации объединяют в крито-микенскую культурную формацию. Этнокультурным и религиозным стержнем крито-микенской эпохи была греческая основа. При всей значимости морской торговли и ремесла «эгейские» общества оставались в своей основе аграрными, что определяло характер древнейших религиозных культов.

Становление монархической государственности и развитие социального неравенства, как и в других национально-государственных культурах, стимулировали дифференциацию религиозной жизни крито-микенских обществ: над архаической общинной религией надстраивались дворцовые культы, связанные с возрастающим статусом царей и религиозными претензиями аристократии. Возросла роль культа предков и погребения.

Религиозные культы крито-микенских греков, изначально вобравшие в себя аборигенные верования, на всём протяжении своего развития испытывали влияние со стороны ближневосточных культов. Морская торговля, греческие фактории в Сирии, Палестине и Египте, малоазийские города-колонии теснейшим образом связывали ахейских,[122] ионийских,[123] эолийских[124] греков с культурой Ближнего Востока, откуда эллины[125] восприняли образы многих богов и отдельные элементы культов.

В конце II тысячелетия до н. э. крито-микенские общества переживали глубокий кризис, последствия которого были усугублены вторжением дорийцев[126] — последней волны греческой миграции на юг Балкан. Многие города были разгромлены, значительная часть ахейских греков (основных носителей крито-микенской культуры) переселились на Крит и малоазийские острова. Период с XII по IX вв. до н. э. явился периодом почти полного разрыва в преемственности культурного и религиозного развития греков. Дорийские греки, хоть и принадлежали к общей греческой культуре, но стояли на более ранней ступени развития. Их религия была религией родового общества, живущего военной добычей и сельским трудом. Дорийцы практически разрушили все святыни предыдущей эпохи и осели в сельской местности, приняв для себя аграрные культы.

В VIII веке до н. э. легендарный Гомер[127] («гомеровским веком» считается период IX–VIII вв. до н. э.). собрал эпос докризисной религиозной культуры Древней Греции в первом всемирно известном произведении «Илиада». Не исключено, что фрагменты этого текста некогда были записаны микенским письмом и передавались на протяжении веков (в том числе и в период упадка) по традиции. Вследствие этого мы можем судить о религиозных представлениях древних греков, которые трансформировались и упорядочивались в последующие эпохи после «гомеровского века». Гомером и его ближайшими предшественниками и продолжателями были подвергнуты переработке и систематизации религиозные верования, мифология, культы разных греческих племён.

Из поздних редакций трудов Гомера и других древнегреческих авторов можно понять, что религиозная система древних греков, будучи синтезом аборигенских, ближневосточных, египетских и некоторых других религиозных культов, представляла собой ещё до упадка XII–IX вв. до н. э. достаточно запутанную иерархически выстроенную систему, верхушка которой состояла из пантеона богов и героев. Однако, при всей своей запутанности эта система была достаточно привлекательной и максимально мифологизированной.

При этом необходимо обратить внимание на важнейший исторический факт, что такая религиозно-культовая система не выдержала и рухнула под натиском гораздо более примитивной системы древнеобщинных религиозных культов дорийцев, вторгшихся на юг Балкан. После чего (с периода IX в до. н.э) в течение нескольких веков прежняя религиозная система Древней Греции подверглась специальной вторичной мифологизации, новейшим дополнениям, что привело в конце концов к становлению общегреческого единства, опиравшегося на единый язык, поклонение общим богам и почитание общих героев.

Таким образом, греческая древняя история сама как бы “указала” на большую объективную нравственность и большее соответствие Жизни религиозных культов дорийских греков (поздних пришельцев) — нежели наиболее «продвинутая»[128] религиозная культура, под которой жили греки до упадка XII–IX вв. до н. э. Однако, эту «продвинутую» культуру не только стали “реанимировать”, но и после её небывалой мифологизации распространили практически на весь западный мир.

На VIII век до н. э. и два последующих столетия приходится эпоха Великой колонизации Греции. Масштабная колонизация вновь теснейшим образом свела греков с народами Ближнего Востока, связи с которыми, впрочем, и не сильно прерывались. Азиатская Греция вплотную соседствовала с цивилизациями хеттов, вавилонян, персов, египтян и других народов Востока. Вновь, как и в микенский период, греками перенимаются отдельные религиозные идеи, мифологемы, божества и культы. Этот внутренне неоднородный период религиозного развития греков от XI до V вв. до н. э. учёные определяют как эпоху архаичной[129] религии древних греков.

Античная культура и Европа.

За шесть веков на новом витке своей истории религия греков прошла путь от примитивных культов разрозненных племён воинов-земледельцев до претендующих на общегреческий (как минимум) масштаб религиозных учений и первых опытов религиозно-философских школ.[130] Архаику наследовала стадия классической древнегреческой религии (V–IV вв. до н. э), на которой религия греков приобретает завершённые формы государственного культа граждан полисов.[131] С этого момента в культуре полисов обнажается всё больше противоречий между интересами религиозной общины и «свободой религиозной личности». Эти и другие противоречия развились в эллинистическую эпоху (III–I вв. до н. э.), приводя к нарастанию скепсиса по отношению к традиционным верованиям, к усилению мистических и индивидуалистических форм верований, чужеземных культов. Окончательно противоречия разрешились в период соперничества религиозно-философских идей античной Греции с ранним христианством, которому первые вроде бы проиграют в период I–VI вв. н. э.

Особый интерес к культуре и религиозной системе Древней Греции вызван следующими фактами:

· Во-первых, Древняя Греция явилась тем местом, с которого начали формироваться первые институты частной собственности ещё в «дохристианские времена» (VI в. до н. э.).

· Во-вторых, культура и мифология Древней Греции, сформировавшись на стадии классической древнегреческой религии (V–IV вв. до н. э — почти одновременно с частной собственностью), вошли в европейскую культуру и не выхолощены оттуда до сих пор.

· В-третьих, начиная с античной Греции, в цивилизованном мире возникли две разные социальные структуры — европейская и неевропейская.

И самое главное: европейская социальная структура с момента её формирования была религиозно оформлена на базе древнегреческой античной мифологии. И научная европейская социальная структура была оформлена на базе греческих философских школ. Мало того, всё это (греческую религиозную мифологию и греческие основы философии) европейская социальная система перенесла через два тысячелетия до нашего времени. Рассмотрев более внимательно содержание древнегреческой мифологии, можно увидеть — когда, кому и зачем понадобилась такого рода религиозная надстройка над только ещё формирующейся общеевропейской культурой. Хронологически в это время (V–IV вв. до н. э.) Древний Египет давно был уже не самостоятелен, но при этом у греков всегда поддерживались тесные связи с Египтом: греки даже строили в Египте свои храмы в VI в до н. э. По всему видно, что древнегреческая культура формировалась под особым влиянием высшего египетского “жречества”.[132] А самой Греции готовилась особая миссия: служить социально-культурным, философским и религиозным дохристианским эталоном организации жизни в европейских полисах. При этом не надо забывать, что иудаизм, как религия монотеизма, уже существовал несколько веков, а про христианство ещё никто нигде не слышал. Поэтому древнегреческую религиозную культуру надо рассматривать в совокупности (и даже — в историческом “контексте”) с процессом распространения из Египта иудаизма и иудеев в Европу.

Поясним это несколько подробнее. Античное общество[133] сформировалось прежде всего на базе развитых торговых связей и средиземноморского мореплавания. То и другое, вкупе с благоприятными географическими условиями, сыграло свою роль в архаической революции, приведшей к преобразованию доантичной (в принципе близкой к типичной древневосточной) структуры в кардинально отличную от нее античную.[134].

Архаическую революцию смело можно уподобить своего рода социальной мутации, ибо во всей истории человечества она была единственной и потому уникальной по характеру и результатам. Одно несомненно: главным итогом трансформации древнегреческой структуры был выход на передний план почти неизвестных или по крайней мере слаборазвитых в то время во всём остальном мире частнособственнических отношений, особенно в сочетании с “господством” частного товарного производства, ориентированного преимущественно на рынок, с эксплуатацией частных рабов при отсутствии сильной централизованной власти (“деспотии”) и при самоуправлении общины, города-государства (полиса).

После реформ Солона[135] (начало VI в. до н. э.) в античной Греции возникла структура, опирающаяся на частную собственность, чего не было более нигде в мире. “Господство” частной собственности вызвало к жизни свойственные ей и обслуживавшие её нужды политические, правовые и иные институты — систему «демократического» самоуправления с правом и обязанностью каждого полноправного гражданина, члена полиса, принимать участие в общественных делах (римский термин «res publica» как раз и означает «общественное дело» ), в управлении полисом; систему частноправовых гарантий с защитой интересов каждого гражданина, с признанием его личного достоинства, прав и свобод, а также систему социокультурных принципов, способствовавших расцвету личности, индивидуализма развитию творческих потенций индивида, не говоря уже о его энергии, инициативе, предприимчивости и т. п.

Словом, в античном мире Греции были заложены основы так любимого современными «демократами» гражданского общества, послужившего идейно-институциональным фундаментом быстрого развития античной рыночно-частнособственнической структуры. Всем этим античное общество стало принципиально отличаться от всех других, прежде всего восточных (“деспотий”), включая и финикийское, где ничего похожего, во всяком случае в сколько-нибудь заметном об ъ ёме, никогда не было.

Важно отметить, что античная структура пошла иным путём развития, чем все остальные — путём более быстрым, динамичным. На основе греческой античности были впоследствие достигнуты и в Древнем Риме впечатляющие темпы динамики в области экономики, политической администрации, культуры. Правда после этого наступила эпоха длительного кризиса, связанного с падением Рима и «варварскими завоеваниями», что затем привело, как известно, к появлению средневекового европейского феодализма. Это тоже один из знаков Свыше говорящих о порочности культуры Древнего Рима и Древней Греции.

Но интересно другое: пройдя через полосу кризиса, на что ушло несколько долгих веков под вывеской библейского христианства, средневековая Европа начала быстро и энергично возрождать античные нормы, принципы и институты (достаточно вспомнить торговые республики типа Венеции или Генуи, города в средневековой Европе со всеми их привилегиями и нормами самоуправления в период “господства” феодальных порядков), чем была заложена социально-экономическая основа эпохи Возрождения, которая, в свою очередь, означала создание условий для быстрого и энергичного восстановления некоторых античных порядков, элементов античной частнособственнической структуры.

Само название эпохи — «Возрождение» (Ренессанс) — происходит из смысла « возрождение эпохи античной культуры».[136] Хронологически охватывает период в культурном и идейном развитии стран Западной и Центральной Европы середины II тысячелетия н. э. (в Италии 14–16 вв., в других странах конец 15–16 вв.) — переходный период от средневековой культуры к «культуре нового времени». Отличительные черты культуры Возрождения: светский, антиклерикальный характер, «гуманистическое» мировоззрение, обращение к культурному наследию античности. Эпоха Возрождения явилась началом кризиса идеалистического атеизма библейско-христианских церквей и перехода к капитализму.

Последовавшее вскоре за этим, после Великих географических открытий, первоначальное накопление капитала создало материальную базу для вызревания в Европе капитализма. Капитализм в этом смысле — детище европейского города и эпохи Возрождения, прямой наследник античности (а не феодализма, как то подчас по инерции кое-кто себе представляет).

Можно сделать промежуточный вывод. Как показывает история особой «живучести» античной культуры, её лёгкая адаптация как к религиозным, так и к светским режимам европейских полисов (то есть — некая универсальность) свидетельствует о том, что древнегреческая религиозная система, дошедшая до нас в качестве долгоживущих мифов и легенд, является особой системой, предназначенной для управления в условиях многоликого атеизма, как идеалистического, так и материалистического псевдонаучного, метафизического (антиклерианского). При этом можно сказать, что под воздействием древнегреческой религии, которая существовала все века параллельно с историческим христианством в Европе, процесс производственно-технологического развития Европы шёл более быстрыми темпами. А когда церковь больше не смогла сдерживать научно-технический прогресс, на смену её власти идеалистического атеизма сразу же вернулась древнегреческая мифологическая духовная надстройка.

Европейский путь развития — это чередование структурных модификаций (античная, феодальная, капиталистическая), при которых частнособственническая активность, хотя временами, в первые века феодализма, и отступавшая, в конечном счёте была ведущей и структурообразующей. Именно “господство” частной собственности, ограждённое системой соответствующих политических, правовых и социокультурных институтов, породило капитализм и тем заложило основу бурного экономического развития не только Европы, но и всего остального мира. Без господства частнособственнических отношений капитализм не мог возникнуть — и в этом принципиальное отличие исторического пути всех не е вропейских обществ от европейского, по крайней мере до эпохи колониализма, когда неевропейские страны одна за другой были втянуты капиталистической Европой в единое мировое рыночное хозяйство со всеми вытекающими отсюда последствиями.

С античности уже была известна разница между европейским античным обществом и неевропейским миром, олицетворённым в то время хорошо известным грекам Востоком, будь то Египет, Вавилон или Персия. Заслуживает внимания, что эту разницу, впоследствии заложившую основы востоковедения, ощущали и анализировали именно евро п ейцы, античные греки и их наследники, порвавшие с традиционной в осточного типа структурой и обитавшие в рамках новой, принципиально иной структуры. Культура жителей стран Востока всегда заметно отставала от европейской по темпам развития науки, техники и технологий,[137] вплоть до того, что казалась веками — находящейся в застое.

Уже в «Политике» Аристотеля[138] среди прочих форм государственной власти была особо вычленена тирания, определенная как «деспотическая монархия». Изданные в XIII в. н. э. в средневековой Европе сочинения Аристотеля способствовали распространению понятия «де спотия» в политической мысли того времени, причем характерно, что, хотя в самой Европе эпохи феодализма хватало примеров деспотического правления, там это воспринималось в качестве некоего отклонения от нормы — отклонения, заслуживающего осуждения. Уже в XIV в. в европейской мысли была сформулирована концепция «азиатского деспотизма», которая тесно связывалась с отсутствием частной собственности и правовых гарантий личности, а по меньшей мере с XVI в. символом такого рода структуры стала считаться Османская империя с характерными для неё абсолютной властью султана и произволом администрации.[139].

Начиная с XVII в. в раннекапиталистической Европе резко возрос интерес к странам Востока. В многочисленных книгах, принадлежавших перу миссионеров, путешественников, торговцев, а затем и специалистов-востоковедов, всё чаще обращалось внимание на специфику социальной, экономической и политической структуры этих чуждых привычному европейскому стандарту стран. Если не говорить о различиях религиозно-культурного порядка, которые бросались в глаза каждому при самом беглом взгляде на мусульманский, индо-буддийский или китайско-конфуцианский Восток, то в книгах, о которых идет речь, делался акцент прежде всего на силу и эффективность центральной власти, абсолютное преобладание государственной собственности при второстепенной роли частной, на раболепие низших перед высшими, а также на общую застойность и косность, близкий к неподвижности ритм жизни, столь разительно несхожий с динамизмом раннекапиталистической Европы.

Можно сделать ещё один промежуточный вывод: Европа, впитав античные ценности и приняв для себя общественные принципы в корне отличные от “деспотических” режимов Востока, после многочисленных «деспотических отклонений» периода феодализма была в принципе готова во-первых, к максимальной открытости европейских государственностей к движению мировых капиталов и во-вторых, в европейских режимах устойчиво устанавливался особый «гуманистический» климат, который гарантировал всевозможные “защиты” граждан любого иерархического статуса от «деспотизма» любых государственных режимов, что в наше время называется «демократией» и «правами человека». Однако, если на Востоке толпо-“элитаризм” держался на «застойности» и «косности» режимов «тирании», от которых инакомыслящим можно было ожидать всё что угодно,[140] то в «гуманизировавшейся» Европе первостепенной становится частная собственность и власть капиталов, на которую и начинает опираться толпо-“элитаризм” при переходе к обществам раннего капитализма. Учитывая что золото было универсальной “визитной карточкой”, обеспечивающей иерархический статус в любом государстве самое позднее при раннем капитализме, те, кто владел золотом (и капиталом вообще), получали определённый уровень власти (и социальные гарантии безопасности, чего не было в условиях «деспотических режимов»: золото и капитал могли просто отнять, а владельцу отрубить голову) практически в любом европейском государстве. Такой межгосударственной чудесно “богатевшей” в любой стране Европы прослойкой являлось международное ростовщическое иудейское сообщество — детище древнеегипетского “жречества”.[141] Одновременно это сообщество осуществляло функцию концентрации власти надевропейского надгосударственного уровня.

Предыдущий промежуточный вывод и вообще такие обширные рассуждения о различиях в культурах и религии традиционно восточных цивилизаций и античной Европы, выходящие хронологически далеко за рамки хронологии древнего мира (особенно с началом эпохи «Возрождения»), были необходимы для того, чтобы:

· Проследив историю европейских государств более чем на 1,5 тыс. лет после периода древнегреческой архаики, увидеть удивительное возрождение античной культуры на Западе, который географически близок к его современным границам.

· Увидеть, что произошло и как повлияла античная культура на европейские режимы, чтобы понять основное отличие последних от восточных режимов, остающихся под “деспотизмом” иерархических верхушек Востока.

· Отметить основное отличие в развитии Европы и классического Востока после реформ Солона в Греции и распространения античной культуры в Европу. На Востоке: абсолютное преобладание государственной собственности при второстепенной роли частной, открытое раболепие низших перед высшими, а также общая застойность и косность, близкий к неподвижности ритм жизни. На Западе: динамическое чередование структурных модификаций (античная, феодальная, капиталистическая), частнособственническая активность и приоритеты капитала, «гуманизм», «право», философские и мистические школы, постоянное колебание между идеализмом и материализмом.

· Увидеть результат, выразившийся в особых возможностях концентрации управления с надгосударственного уровня в установившихся феодальных и особенно постфеодальных режимах Европы с помощью золота (финансов).

· Вернувшись в древность сделать вывод о целесообразности интенсивного распространения античной культуры и религии на Запад под постоянным контролем высшей иерархии “жрецов” (лучше — знахарства), курировавших такие «светлые головы» движетелей античной культуры, как Платона, Аристотеля и других.

Вывод: высшая глобальная целесообразность распространения античной культуры в Европу и её дальнейшее возрождение и развитие заключается в следующем. Античная культура явилась древним средством разделения классического Древнего Востока на две части: первая часть так и осталась Востоком; вторая — стала Западом. Античная культура является ни чем иным как достаточно удачной (для глобального знахарства Египта) попыткой незаметной и постепенной трансформации национально-государственных религий многобожия-политеизма (с присущими им пантеонами богов и божеств разного рода, «деспотизмом» режимов и косностью структур) в единую стройную и привлекательную религиозно-мистико-мифологизированную систему межгосударственной (общей для многих государств) идеологии — чего-то среднего между политеистическим идеализмом и мифологизированным материализмом,[142] но изначально более близкого к первому. Одновременно с этим были введены общегосударственное «право», философия, науки (которым “элиты” и местные знахарские верхушки ездили учиться со всей Европы — в центры обучения Греции, Рима и др. филиалы древнеегипетских Домов жизни), позволяющие легко внедряться в любое европейское государство с помощью золота (финансов). Таким образом, на начальных этапах перехода от древнего национально-государственного политеизма к единой общегосударственной мифологизированной системе политеизма — внешне вроде бы ничего не изменилось: как был пантеон богов с его иерархией, так он и остался. Однако, содержание и возможности государственных режимов стали меняться ради продвижения на Запад процесса глобализации, запущенного со времён египетского Рамзеса II.

На определённом этапе развития Древнего Египта (возможно во времена Рамзеса II) его “жречество” окончательно приняло золотой стандарт. Золото стало средством-эквивалентом, с которым соотносили стоимость любого товара. С этого момента (в процессе постепенного распространения “единых цен” на товары в золотом эквиваленте) с “лёгкой руки” древнеегипетского “жречества” стала распространяться на весь мир «власть золота». Иными словами, древнеегипетское “жречество” после многочисленных войн и поражений решило перейти на длительную но действенную концепцию глобализации с помощью скупки мира (4-й приоритет обобщённых средств управления). Для этого нужно было выбрать всеобщий эквивалент стоимости: им было назначено золото. Оставалось создать международную кадровую базу «своих», которую можно было бы постепенно “десантировать” в государства мира (этот вопрос мы рассмотрим в главе про иудаизм) и объединить эти государства под единообразной религиозной “крышей”. Ничего лучше античной мифологии в середине I тысячелетия до н. э. под “рукой” у жрецов-знахарей не нашлось. Тем более, что античная мифология продолжала “лучшие” традиции атлантического толпо-“элитаризма” — это некий результат слияния экзотерических культур многих древних цивилизаций с аборигенными культами.

Неопределённость и даже некоторое недоумение в вопросе «зачем надо было второй раз возрождать греческую античность?» (в VIII–IV вв. до н. э. и через 1500 лет — в XIV–XVI вв. н. э.), можно найти в высказываниях многих современных историков. Однако, большинство из этих историков сходится во мнении, что античность, если не прекрасна, то уж точно грандиозна и имеет право на культурное бессмертие. Такие историки, показывая своё осознанное либо бессознательное преклонение перед «античным могуществом», его «непревзойдённостью» и «бессмертием», невольно признаются в подвластности их психики древнейшей глобальной рабовладельческой концепции, основанной на атеизме, демонизме и сатанизме. А поэтому такие историки не могут понять смысл религиозной надстройки, распространившейся издревле как минимум на пределы Европы. Чтобы это понять, нужно подняться в мере понимания над древнейшим глобальным сценарием. И в этом нам помогут сами мифы и те авторы, кто пытался их исследовать.

Античная религиозная картина.

Говорить о древнегреческой мифологии (той, которая дошла до наших дней), что это особый вид религии идеалистического атеизма — значит несколько ошибаться в оценке. Говорить, что древнегреческая мифология это некая духовно-культурная надстройка над обществами, в которых преобладает материалистический атеизм — тоже неправильно. Древнегреческая мифология это нечто универсальное, стоящее над западным обществом особняком с одной стороны в период “господства” исторического христианства; с другой стороны — в период когда некоторые общества проходили материалистический атеизм в его марксисткой “упаковке”.[143] Но и в то и в другое время мифы и легенды Древней Греции, античная культура почитались как нечто надмирное, как будто оно существовало независимо от смены политических формаций всегда.

Это не религия и не идеология в общепринятом понимании. Это древнейшая мифология — которая изначально была предназначена для поддержки в толпе многоликого атеизма по следующему принципу: как только люди, хоть как-то знакомые с античной культурой, начинают думать и рассуждать о высших силах, о Боге, их психика должна надёжно замыкаться на всю многогранную и сложную алгоримику и соответствующую духовность древних мифов и легенд. В эту алгоритмику изначально с глубокой древности заложены основные принципы взаимоотношений людей с богами, людей с героями, людей с царями и иерархами, людей между собой и так далее. Через достояния культуры (книги, живопись, музыка, любое искусство, архитектура…) психика людей, даже специально не изучавших античность, при мысли о высших силах, о Боге включалась и включается до сих пор в эгрегориальную алгоритмику мощнейшей древней эгрегориальной магии мифов и легенд. Причём эта алгоритмики имела и имеет характер не национально-государственный, а международный.[144] То есть это общий толпо-“элитарный” эгрегор — мощнейшее международное духовное наследие вопиющего безбожия и атеизма, которое довлеет до сих пор не только над психикой учёных-историков, но и над толпой и над “элитой”, предназначенный “канализировать” естественный интерес людей к Божиему Промыслу, если таковой возникает.

Рассмотрим это духовное и вещественное общекультурное наследие более детально, чтобы полнее понять его корни и его общую логику (алгоритмику). Для упрощения восприятия мифов и легенд Древней Греции будем считать их общекультурной идейно-религиозной надстройкой над жизнью людей, в чьи общества вошла античная культура.

Вплоть до эллинистической эпохи (323 — 30 гг. до н. э.) в греческой культуре не было разделения на религиозные культы и обычную светскую жизнь. Религия не имела в сознании греков собственного отдельного статуса, а являлась органической частью единого образа жизни эллина. Лишь в эллинистическую эпоху появилось в греческом языке понятие, адекватное слову «культ», если точнее, то «общее правило соблюдения культовых предписаний». Самое раннее эпизодическое употребления этого понятия встречается в «Истории» Геродота — но лишь там, где речь идёт о чужеземных, египетских обрядовых нормах.

От эллинистической эпохи одновременно с появлением и развитием многих религиозных понятий, которых до этого просто не существовало, выстраивается в единую систему и древнегреческая мифология — согласованное переплетение множества рассказов о подвигах и жизни богов, героев, чудовищ и людей. Эти новые понятия входят в общую систему мистико-религиозных представлений и употребляются уже как основы религиозной «науки». Параллельно этому живут и развиваются мифы.

С помощью системы понятий в эллинистическую эпоху формируется общий план «священнодействия». Формируются представления о таких явлениях как тайные обряды, таинства, священнодействия, посвящение, мистерия, религиозное праздничество. Из общего состава «священнодействий» для всех выделяется особая категория понятий, которые указывают на явления, управлять которыми могут только избранные:

· Появляются понятие «маг», «магия»[145] — от обозначения вавилонских и мидийских жрецов,[146] которые считались в греческом мире знатоками астрологических и медицинских знаний, гаданий, снотолкований. Согласно греческому пониманию, магия это — та часть религиозной практики, которая связана с эзотерическими знаниями и таинственными обрядами. В первые века н. э. с наступлением “христианской” эпохи эти понятия приобретают негативные смыслы и отождествляются с колдовством, затворничеством.

· Появляется понятие «мистерия»[147] — тайный обряд, на который допускаются только избранные.

· Понятие «святость» явилось одним из опорных для построения картины мира. Это понятие объединяло другие понятия в некую целостность в сознании (и психике вообще) древних греков.

Рассмотрим понятие «святости» подробнее. Первые попытки создать всеобщую картину мира (для всех), задающую некую стандартную «целостность религиозного мировоззрения» связаны с появлением и принятием понятийной категории «святость». Надо отметить, что, задавая целостность религиозному мировоззрению, греческая категория «святости» сама по себе была внутренне крайне неоднородной. В греческом языке было как минимум четыре основных слова, выражающих общее (всеобщее) представление о святом:

· Священный — святой, святыня.

· Священный — чистый, непорочный.

· Священный — посвящённый.

· Священный — набожный.

К этим понятиям примыкали слова, уточняющие отдельные аспекты идеи «священного»:

· Очищение от греха.

· Великий, досточтимый, почтенный.

· Почтительный к старшим, богам.

· Чистый, беспорочный.

И другие. Этимология греческого hieros (священный, святой, святыня) установлена лингвистами как слово, происходящее от индоевропейской основы (имеет аналог в санскрите — isirah) и имеющее значение «быть живым, горящим, сильным». От этого слова произошло современное понятие иерархия.[148] Тему иерархии мы начали рассматривать в главе 3.2.1 «Ведически-знахарская культура», где выделили три типа социальных иерархий, указав на правильный религиозный подход: социальных иерархий быть не должно[149] — кроме пока необходимой иерархии по оглашению для бесперебойной работы государственных и технологических институтов.

С эллинских времён начиная от Древней Греции — с Востока на Запад распространяется и “освящается” через мировоззрение западных людей осознаваемая нормальность всех видов иерархии: особенно иерархии по посвящению. Если изначально в понятийный аппарат греков эллинской эпохи вошло понятие hieros (священный, святой, святыня), оторванное от конкретного содержания, то последнее (конкретизацию смысла) придавали всевозможные дополнения к этому понятию. Кроме дополнений ещё существовало как минимум три вышеприведённых «эквивалента» понятию «святость». В совокупности запутанность и главное неоднозначность понимания «святости», заложенная в древнегреческую мировоззренчески-религиозную систему создало изначально не целостную картину мира, а калейдоскопичную картину мира — из которой можно было “лепить” в дальнейшем необходимую посвящённым “святым” «целостность», то есть — картину мира под их цели.

С этого момента становятся «нормальными» (вошедшими не только в культуру и мировоззрение на уровне мифов — как это было ранее — но и отчасти принятые греческим «правом» с распространением на весь Запад как «норма») иерархия по оглашению и иерархия по посвящению (во всех её исторических разновидностях). А иерархия по умолчанию как была в ведически-знахарской культуре, так и осталась — при молчаливо реализующейся в основном через иерархию по посвящению концептуальной власти наследников дела древнеегипетского “жречества” (знахарства).

Мы уже много говорили о роли вещественных ритуальных памятников и святынь в жизни древних обществ. Греческое религиозное «право» устойчиво закрепило через вошедший в мировоззрение людей целый свод понятий о «святости» как надмирной иерархии, находящей свои вполне материальные (вещественные) отражения в миру — “святость” и неприкосновенность «принадлежащего богам и господам» и «принадлежащего посвящённым жрецам и магам».

В своём употреблении, по крайней мере со времён Гомера, понимание слова hieros (иерархия) это прежде всего «принадлежащее богам», «установленное богами». По праву владения за богами были закреплены особые территории, здания, сооружения, отчуждённое «в пользу богов» имущество, жертвенные дары,[150] получавшие статус священных вещей. Святыми объявлялись действия, посредством которых грек общался с богами — чем возводилась в ранг святости соответствующая индивидуальная и коллективная эгрегориальная магия. Естественным для греков после этого становилось возведение в святость “жречества” — как главных действующих лиц эгрегориальной магии, а в особых случаях — эгрегориальных мистерий, вынесенных их храма на толпу. “Жрецы” считались «существами, принадлежащими богам» и выделялись в особую понятийную категорию святости — «жреческий сан».[151] Тексты Геродота, Павсания,[152] Страбона[153] показали, что греческие авторы употребляли одно из греческих слов «святость» как эпитет храма, священного места или предмета.

Общее название «жрецов» у греков — hieris — однокоренное с hieros, что означает «святость». “Жречество” греков делилось на категории. Одна категория называлась иерофантами от греческого hierosи «являть» — являющие священное. Другая категория называлась «начальствующие над священнодействием, жертвоприношением». Если первые “жрецы” предсказывали будущее, наставляли на необходимые действия, то вторые руководили мистериями и ритуалами. Первая категория считалась «более святой».

Особо интересно, что в греческой культуре (в отличие от культуры Древнего Египта) жречество вплоть до эпохи эллинизма не являлось обособленным сословием. Во всяком случае следов социальной обособленности греческого жречества до этой эпохи на обнаружено. Дело в том, что в древневосточных обществах не существовало религиозного выделения людей и групп людей, которые были напрямую причастны к священному, а поэтому они и не имели закреплённого социального статуса. Жреческие функции выполняли люди приближённые к царям и фараонам.

С другой стороны, фактически совершать ритуальные манипуляции (со священными предметами, жертвенными принадлежностями и пр.) мог каждый гражданин по своему решению либо по общественному установлению. Зачастую глава семьи брал на себя функции жреца в пределах своей домашней общины. Полис (город-государство) как религиозное сообщество процедурой выборов и назначений определял круг должностных лиц, выполнявших жреческие обязанности. То есть, жречество представляло собой в общем-то неотъемлемую часть общества. Другое дело, что понималось под функциями жречества и какими средствами эти функции выполнялись.

Так, выборному жречеству полисов вменялась обязанность представлять граждан перед богами. Существовал также институт наследования жреческих должностей, которые занимали из поколения в поколения члены уважаемых родов, которым разрешалось отправлять культы и ритуалы. В общем, уровень доэллинистических религиозных общин ограничивался местными эгрегориальными культами принятых в полисах богов, что в общем-то является поздними пережитками анимизма и шаманизма древних обществ (такой жрец мало отличался от шамана по функциям и охвату духовной власти).

При этом надо отдать должное любой исторически известной общинной форме жизнестроя.[154] Ведь даже в доэллинистической Греции было формально провозглашено право каждого быть жрецом. И это правильно: Бог ждёт от людей того, что каждый будет жрецом, пребывая в непрерывной и обоюдной связи с Ним (а не с эгрегорами-богами) — что и является настоящей религией. Однако, как можно увидеть, формального права мало для этого. Нужны особое мировоззрение и нравственность, чего на Востоке не имелось у граждан полисов. И поэтому гражданам было проще делегировать данное всем Свыше от рождения право быть жрецом всю жизнь — либо выборному лицу, либо лицу из знатного рода. Этим самым граждане греческих полисов сами окончательно отдали духовную власть над собой жреческой касте, образовавшейся в эллинистическую эпоху. А последняя замкнулась (в меру своего восхищения возможностями и знаниями восточных жреческих корпораций, среди которых доминировало “жречество” Древнего Египта) на глобальное “жречество” Амона Ра.

Заметный стимул к специализации в области религиозной практики был подан развитием храмовых культов. Это обосновывалось тем, что «служба конкретному богу в храме требовала особых знаний, особого образа жизни, иногда — даже особого психологического склада». Впервые отчётливые формы образования особой “жреческой” касты в Греции появились в Дельфах, где основным считался культ Аполлона. В ходе мистерий “жрицы”-проницательницы (пифии) — которые, считалось, предсказывают будущее — отличавшиеся предрасположенностью вхождения в мистерический экстаз, после чего выдавали прогнозы на будущее. Всё это очень напоминает по содержанию древний шаманизм (эгрегориальная магия, основанная на вхождении в коллективное бессознательное своего тотема-полиса-бога), только приспособленный к храмовой мистерии и направленный не столько на общественное благополучие, сколько на продвижение частнокорпоративных целей. Ведь пифия-прорицательница после выхода из экстаза могла выдать не только эгрегориальный прогноз, но и вполне земной социальный заказ.

Почитание общих богов греческими государствами создало предпосылки для возникновения культовых федераций (началось укрупнение культов и концентрация мистерий) — амфиктионий. Амфиктионии — союзы нескольких государств — создавались для отправления общего культа и ухода за культовыми центрами — храмами. Так, святилище в Дельфах служило объединяющим началом Пилейского союза (государственно-религиозный союз), храм Аполлона на острове Делос стягивал несколько государств в Делосский союз. Всех греков объединял общий праздник богов — Олимпийские игры.[155] Греки при этом называли себя членами огромной общины, почитавшей в священном месте общего бога — Зевса.

Обратим особое внимание: от начала эпохи эллинизма не только возрастает роль “жречества”, но и растёт его численность, “жречество” приобретает корпоративные черты (вернее обнажаются его корпоративные черты, узакониваясь с уровня государства). Основная причина этого в том, что “жречество” ближневосточного культа было востребовано греческой религиозностью и мистичностью характера, особой тягой греков к интимности культа.[156] Так в культе Изиды «при многочисленности жреческого персонала было возможно гораздо более интимное, личное отношение жреца к посвящаемому, чем в древнегреческих культах с их немногими жрецами и жрицами…».[157] Здесь же впервые появилось представление о жреце как о духовном отце — посреднике между человеком и богами.

Старые государственные культы[158] постепенно вписывались в культы амфиктионий. В эпоху эллинизма было введено ещё одно новшество: огромное значение начало уделяться почитанию, обожествлению царя, императора (этим объединяются в одну корпорацию государственная иерархия по оглашению и иерархия по посвящению). Начало этому было положено Александром Македонским в ходе восточных завоеваний — при нём почитали живого царя. Мы уже знаем, что такое почитание было особо характерно в эпоху Нового Царства фараонов Египта.[159].

Практически все древнегреческие понятия и стереотипы (выстроенные в эллинскую эпоху в особый терминологический аппарат греков), касающиеся святости, священства и божественности отдельных людей — впоследствии вошли в библейско-христианскую культуру вместе с признанием духовной иерархии (высшей внутрисоциальной власти) священников («сан священника») над паствой (толпой и “элитой”) и закреплением за иерархией священников «права» на владение территориями, храмами, имуществом, принятия даров.

Содержание античной мифологии.

В этом и следующем разделах мы рассмотрим подробнее два аспекта древнегреческой религиозности. Это содержание античной мифологии и её происхождение. Как уже говорилось, древнегреческая античная культура, оформившаяся в систему понятий и терминов в эллинистическую эпоху, явилась новейшей трансформацией общепринятого мировоззрения многих крупных национально-государственных религиозных систем Древнего Востока — систем политеизма, основанных на вере и культивировании иерархии богов и божеств.

В то же время в эллинистическую эпоху произошло во-первых, «узаконивание» и небывалая универсализация древневосточных политеистических религиозных культов и представлений и лексическое оформление этих представлений в привлекательную мифологизированную систему; и во-вторых, концентрация религиозных культов Греции в мощные религиозные структуры, взаимодействующие между собой в нескольких основных храмах. Всё это позволило гораздо проще распространять античную культуру в государства Европы. А Древняя Греция стала очень привлекательным религиозным эталоном для своего окружения.

Начнём разговор о содержании античной мифологии издалека. Вначале рассмотрим два основных аспекта древнегреческого мировоззрения: понятие о судьбе и культ предков.

От своего древнеиндийского прошлого древние греки вынесли представление о судьбе как предопределении, которое не языке мифологии принимало образ божественных прях, прядущих нить человеческой судьбы. Древние греки считали, что от рождения человек крепко связан нерушимым высшим приговором, и этот приговор — порождение необходимости. Мифологически это выражалось в том, что Мойры, богини судьбы, являются дочерями Ананке — богини, олицетворяющей необходимость, неизбежность.

В русском языке понятие «судьба» раскрывается соответственно самому содержанию слова: суд Бога. Более развёрнуто понятие «судьба» можно выразить как Высшее предопределение для человека в этой жизни — многовариантный сценарий жизни, предложенный Свыше человеку от рождения и до смерти.

Древние греки считали судьбу приговором, что в высшей степени огрубляло и озлобляло отношение греков к богам (да и сами греческие боги были не любвеобильны). Но всё же в некоторой мере о понятии судьба они не ошибались. Это действительно предопределение (только Высшее, а не от богов) и порождение Высшей необходимости.

Однако, некоторая правильность части формулировок, касающихся понятия судьба и дошедших до нас, вовсе не означает, что древние греки вкладывали именно тот правильный смысл, который мы вытащили из их формулировки, следуя нашему миропониманию. Рождение смыслов (образов) в психике человека — напрямую связано с его мировоззрением и миропониманием, которые также напрямую связаны с набором его жизненных нравственных стандартов. Из изучения древнегреческой мифологии видно, что изначально греки вкладывали в понятие судьба действительно древнеиндийскую первооснову, что к востчному понятию «карма».[160] А боги у них были наделены человеческими качествами и среди богов было достаточно запутанное разграничение обязанностей. Но самое главное, что в мировоззрении греков от богов шло не только хорошее: всё плохое — тоже шло в основном от богов, которые в своём большинстве были очень злые.

В мировоззрении греков создавалась путаница: и зло и добро идёт от богов.[161] В то же время боги выступают распорядителями судьбы людей. Значит, в предопределении-судьбе для каждого персональном (судьба — персональное предопределение) от богов идёт как хорошее, так и плохое. В действительности это не так: Бог — есть Любовь. Он любит каждую посланную Им в жизнь душу и ни в коем случае не предопределяет душе зло в этой жизни. Всём злом, которое есть плод деятельности самих людей, эти же люди издревле наделили сначала сонм богов, а затем и Бога (в монотеистических религиях). В придачу к этому богам и Богу люди приписали свои земные качества (стереотипы поведения людей). Не желая изначально признавать за собой злые мысли и поступки, древние греки списывали всё на зло богов. Такое же искажённое мировоззрение можно найти в изобилии в Ветхом Завете с той лишь разницей, что там Бог злобно карает за ослушания (а не сами люди себя наказывают за зло).

Если рассматривать злобу богов с позиции духовно-эгрегориального самоуправления людей, то злоба и коварство богов объясняются очень просто. Изначально создаётся культ какого-либо бога (например, Зевса, который всё время решает, кому жить, а кому умереть), этот культ распространяется на толпу (на ранних этапах через бродячих певцов — аэдов; а затем через храмовую мистерию, вынесенную на площади), после чего созданный эгрегор-бог (допустим Зевса) приобретает поддержку мыслями тысяч и миллионов людей, которые ещё и постоянно развивают своей верой «качества бога» (алгоритмику эгрегора). Одновременно с этим люди поддерживают своими мыслями всемогущество бога, отдавая эгрегору свою энергетику и информацию. Вот и получается: чем больше людей поддерживают культ бога (а это обусловлено величиной самого бога в сознании людей: так Зевс самый известный бог греков), тем могущественнее бог-эгрегор, а его качества соответствуют тому, что про него думали и думают люди, управляемые заправилами эгрегориальных культов — “ жрецами” «начальствующими над священнодействием, жертвоприношением».[162] Стоит ли удивляться, что такой эгрегор-бог алгоритмически управляет психикой включённых в него людей — соответственно тем качествам, которые в него люди и заложили: от основания эгрегора до настоящего момента. Это и есть “карма”, которую люди сами же себе создают, списывая всё зло “кармы” на бога (богов) от слабости признаться самим себе в своей же злобе и неправедности. Такова обратная связь от богов-эгрегоров (что заложили — то и получили) к людям и эта эгрегориальная катастрофичность неизбежна до тех пор, пока люди не станут не только жить праведно, но и мыслить праведно. А как назвать злой эгрегор: богом, богиней, героем (hieros) либо Яхве (еврейский Бог) — это уже частности. Но на основе злых богов и соответствующего мировоззрения и стереотипов отношения к богам в древних дохристианских обществах — легко было приписать Богу те же качества, когда общество переходило к монотеизму. А античная культура (со своей живучестью) являлась средством, которое постоянно укрепляло людей в уверенности, что боги могут быть именно такими, какими они описаны в легендах и мифах древней Греции.

Конечно если такие боги-эгрегоры вламываются в психику людей, а люди ещё и поддерживают их своей верой в жизни, то естественно что алгоримика злых богов-эгрегоров воспринимается людьми как «приговор богов» — как «злая судьба». Но в действительности это не судьба, а эгрегориальное наваждение, которое люди сами же и поддерживают своей верой. Неумение отличать судьбу, которая всегда обладает высшей Божией целесообразностью, в которой не предлагается зло (но зло, также как и добро всегда конкретно выражены) от эгрегориального наваждения-рока — свойственно всем видам идеалистического атеизма.

В доэллинскую эпоху мировоззрение древних греков складывалось в основном из представлений о взаимоотношениях богов и людей: сложившаяся мифологизированная культура формировала мировоззрение — боги-эгрегоры отдавали “должное” таким взглядам людей на окружающий мир. Боги выступают распорядителями “судьбы” человека: на индивида они «накладывают вердикт и отмеряют сроки». Человек мыслится объектом и инструментом неизбежного рока (а не судьбы),[163] При этом рок был персонифицирован в мифологических образах богов.

Это означает, что в древнегреческой мифологии даже не один бог определяет судьбу каждого человека и людей в целом: судьбы людей, согласно мифологии, зависят от всей запутанной алгоритмики взаимоотношений богов и героев в первую очередь; а затем уже от взаимоотношений богов и людей и героев и людей. Именно поэтому люди проявляли особый интерес ко всей запутанной алгоритмике взаимоотношений богов, героев и людей, вошедшей в мифы и легенды древней Греции. Этим самым люди старались лучше определить свои судьбы (ища себя в той или иной истории), судьбу своей семьи, рода, города, государства. Но этим же самым люди поддерживали своими мыслями всю запутанную алгоримику взаимоотношений богов, героев и людей. Ясно что эта иерархически выстроенная алгоритмика взаимоотношений (согласно известной из мифов иерархии) богов, героев и людей — соответствует иерархии эгрегоров-богов, эгрегоров-героев, людских социальных эгрегоров. Тем самым люди сами постоянно поддерживали всю иерархию эгрегоров — живучесть богов согласно мифам. Но это — замкнутый круг типа рокового «инферно» (взаимная религиозная замкнутость[164] психики людей на роковую закольцованность самих на себя мифов и легенд и наоборот),[165] выбраться из которого можно только прекратив верить мифам.[166] Ведь качество (содержание) всей мифологической алгоритмики само по себе обладает свойством безвыходности и катастрофичности: то есть, мифология действительно роковая.

Более конкретных примеров катастрофичности содержания мифологии мы коснёмся чуть позже. Здесь же обратим внимание, что на поздних ступенях религиозное мировоззрение греков частично эмансипируется от древнего взгляда на судьбу — как на неумолимый прижизненный рок. Уже в учениях эллинистической классики посмертная участь ставится в зависимость от соблюдения индивидом при жизни религиозно-нравственных норм, от степени «чистоты», от причастности к особым таинствам.

Это, возможно, было связано с влиянием иранского зороастризма, в котором впервые были сформулированы понятия ада и рая, на древнегреческую культуру. Но, как бы то ни было, постепенная трансформация воздаятельной доктрины от прижизненного возаяния к посмертному воздаянию сопровождает религиозный процесс во многих обществах самое позднее от V в. до н. э. и до “христианизации” Европы (IV–V вв. н.э). Иными словами прижизненное воздаяние (обосновывавшее роковые детали жизни людей с помощью древней мифологии) стало не эффективным средством для обуздания рабов, а посмертное воздаяние (которое также было известно, но не столь широко применялось) годилось для дальнейшего совершенствования рабовладения в Европе (и не только в ней).

Ясно, что такая эмансипация лишь способствовала более лёгкой адаптации греков к грядущему “христианству”. Ведь в учении библейских христианских церквей душа попадает в рай или ад в зависимости от степени соблюдения норм церковно-библейской морали при жизни, что и считается посмертным воздаяниям за то, что душа обрела в жизни. Однако мифы и легенды с их «роковой судьбой» и злыми богами никуда не девались. Они существовали в период “христианства” и в записях и в духе и были возрождены с новой силой во второй половине второго тысячелетия н. э.

При рассмотрении ранних форм религиозных систем мы уделили много внимания культу предков (культу умерших). При этом в ранних системах было разрешено не только возвеличивать умерших, но и вспоминать их нехорошие дела во время погребальных культов и других культов, касающихся воспоминаний о предках. Этим самым древние люди старались неосознанно вычистить из родоплеменных эгрегоров всё, что считали плохим, оставшимся от предков. Короче говоря, многие древние племена не только боготворили предков, но и следили за праведностью оставленного предками духовного наследия, не боясь вычищать оттуда то, что считали вредным.

Но вот индоевропейцы (и во многих восточных религиозных системах) относились к предкам несколько иначе. На Востоке принято обожествлять и почитать предков: этим люди, избегая анализа поведения предков, “консервируют” на века и тысячелетия как хорошее, так и плохое духовное наследие своих предков. Если обобщить такого рода отношения греков к наследию предков, то получится следующее:

· Добрый человек, который захоронен по правилам древнего культа после смерти может стать подземным духом, даже богом — подземным божеством.

· Человек (даже добрый), который не захоронен «как полагается» может стать подземным духом, даже богом — но злым.

· Злой человек, который захоронен по правилам становится злым духом, либо даже богом.

· Злой человек, не захороненный по правилам, может стать даже «демоном».

И другие разновидности подобных возможностей посмертного существования людей. Главное то, что в архаичных верованиях греков (до знакомства с зороастризмом, либо даже до начала “христианизации” Европы) добродетельное либо дурное поведение при жизни у греков существенно не влияло на посмертное (а не прижизненное) положение. Греки даже посмертно чисто механически “сортировали” умерших по злым и добрым богам, героям, духам и демонам. Ясно что такая механическая “сортировка” никак не стимулировала анализ: что хорошо, а что плохо в жизни делал тот или иной человек. Не стимулировала она и доктрину поертного воздаяния.

Умерших не обсуждали с этой точки зрения, а мысленно раскладывали их “души” по эгрегорам умерших-духов, ничего качественно не меняя в иерархии эгрегоров и в их внутренней алгоримике. Поэтому мифическая иерархия богов царства мёртвых (впрочем как и иерархия живущих богов и героев) как была когда-то установлена (вместе с качеством умерших), так и осталась, видоизменяясь не по содержанию а в некоторых формах-названиях.

Древние греки представляли себе «демона» не так как в церковно-библейской культуре. В последней демон это — нечистый дух, носитель богопротивной природы. Однако, понятие «демон» пошло от греческой религии. Греки, различая богов и демонов, наделяли их сходными признаками — обладанием бессмертием и силой. Этим греки были гораздо правдивее библейских иерархов, сами того не понимая, ставили знак равенства между эгрегорами и богами. Ведь начиная с времён библейского христианства бессмертие справедливо признаётся лишь за Богом, но при этом «Богом» именуется библейский эгрегор. А демону, тоже справедливо, придаётся качество злого духа.

Это ещё одно подтверждение, что религиозная система древних греков была наиболее адаптирована и приближена к атеистическому мировоззрению (которому свойственна система прижизненных воздаяний).[167] Обладающему таким мировоззрением людям всё равно с какой «высшей силой» они имеют дело: для них главное — религиозная мистика, которой они упиваются, участвуя в эгрегориальной магии. Такие люди не верят ни в Бога ни Богу. Для занятия таких людей их религиозным удовлетворением очень подходит античная система ценностей. Это, видимо, прекрасно понимали хозяева глобального проекта толпо-“элитаризма”.

У древних греков было два основных понятия, выражавших представления о душе:

· «Дыхание, дух, сердце» — что душа связана с дыханием, грудной клеткой, сердцем, мыслью и чувством.

· «Субстанция в голове» — что душа это духовная субстанция, локализованная в голове.

Разговор о локализации души можно считать бессмысленным. Душа даётся Свыше и занимает всё земное вместилище человека: есть конечно более важные в этом смысле органы, которые больше других как бы отвечают за прохождение душой земной судьбы (это грудные органы и мозг). А вот представление древних греков о том, что душа — бессмертное начало жизни и она оставляет тело после смерти — верно.[168].

Однако, уже тексты классической эпохи (около IV–I вв. до н. э.) свидетельствуют, что в этот период идея бессмертия души подвергалась в среде особо религиозно настроенных греков большим сомнениям. Такой античный авторитет, как Платон тоже сомневался в бессмертии души и утверждал что душа, выйдя из тела, рассеивается подобно воздуху или дыму и погибает. А ведь Платон до сих пор для многих большой авторитет-философ. Его суждение о душе — это уже не идеалистический атеизм, а идейная основа для материалистического атеизма. Поэтому-то древнегреческая культура и тяготеет к прижизненному воздаянию и его объяснениям с позиции мифов и легенд. Последнее, впрочем, не мешало грекам много “философствовать” о душе и её месте после смерти, но определённости (такой как в “христианстве”), в этом вопросе не было.

После этого можно вкратце коснуться некоторых конкретных аспектов содержания античной мифологии, для того, чтобы показать её роковую инфернальность. В советское время (1917–1991 гг.), ещё до Великой Отечественной войны легенды и мифы Древней Греции были не только разрешены к чтению, но и рекомендованы к изучению в школах и ВУЗах СССР. В связи с этим греческая мифология была упорядочена и издана большими тиражами. Одним из виднейших специалистов по греческой мифологии был профессор А.А.Кун (скончался в 1940 г.). Он составил после себя систематический пересказ греческих мифов и свёл их в несколько циклов:

· Часть первая Боги и Герои.

Ш Боги — мифы о происхождении мира и богов, о рождении богов, о борьбе богов за власть между собой и с титанами. Изложено по поэме Гесиода «Теогония» (Происхождение богов). Частично по поэмам Гомера «Илиада» и «Одиссея» и поэмы римского поэта Овидия «Метаморфозы» (Превращения).

Ш Герои — мифы о рождении героев, о взаимоотношениях героев и богов, героев и людей, о подвигах героев. Изложено по поэме Гесиода «Труды и дни», по трагедиям Эсхила «Прикованный Прометей», «Молящие о защите», по поэме Овидия «Метаморфозы» и другим.

· Часть вторая Древнегреческий эпос.

Ш Аргонавты — сборник мифов о походе аргонавтов, изложенных по поэме Аполлония Родосского «Аргонавтика».

Ш Троянский цикл — сборник мифов троянского цикла, изложенных по поэме Гомера «Илиада», трагедиям Софокла «Аякс-биченосец», «Филоктет», Еврипида «Ифигения и Авлиде», «Андромаха», «Гекуба», поэмам Вергилия «Энеида», Овидия «Героини» и отрывкам ряда других произведений.

Ш Одиссея — сборник мифов об герое Одиссее, изложенных по поэме Гомера «Одиссея».

Ш Агамемнон и сын его Орест — изложено по трагедии Эсхила «Агамемнон».

Ш Фиванский цикл — изложено по трагедии Софокла «Эдип-царь».

Книга профессора Н.А.Куна (третье сокращённое издание) занимает более четырёхсот страниц. Но не только по объёму, но и по предназначению она вполне тянет на античное «священное писание». Ещё раз следует напомнить, что в VI веке до н. э., когда в Афинах были сделаны первые систематизированные записи мифов, существовало только одно «священное писание» — иудейская Тора (Танах).[169] Причём некоторые исторические источники указывают на то, что первая редакция иудейской Торы (Второзакония) была оглашена для иудеев где-то на рубеже VII–VI вв. до н. э.[170] Таким образом, основные религиозные своды: один для иудеев, распространявшихся на Запад в Европу, а другой — для западного мира неиудеев были подготовлены и записаны в первых “редакциях” в одно и то же историческое время. Но и этого мало: и там и там есть мифы о сотворении. А взаимоотношения Бога с иудейскими родоначальниками (от которых пошли 12 израилевых колен), царями, воеводами и толпой из Торы алгоритмически здорово напоминают взаимоотношения богов (от которых пошли герои) с героями и людьми.

Книга «Боги» начинается с сотворения мира:

«В начале существовал лишь вечный, безграничный, тёмный Хаос. В нём заключался источник жизни мира. Всё возникло из безграничного Хаоса[171] — весь мир и бессмертные боги. Их Хаоса произошла и богиня Земля — Гея. Широко раскинулась она, могучая, дающая жизнь всему, что живёт и растёт на ней. Далеко же под Землёй, так далеко, как далеко от нас необъятное, светлое небо, в неизмеримой глубине родился мрачный Тартар — ужасная бездна, полная вечной тьмы.[172] Их Хаоса, источника жизни, родилась могучая сила, всё оживляющая Любовь — Эрос.[173] Начал создаваться мир. Безграничный Хаос породил вечный Мрак — Эреб и тёмную Ночь — Нюкту. А от Ночи и Мрака произошли вечный Свет — Эфир и радостный светлый День — Гемера. Свет разлился по миру, и стали сменять друг друга ночь и день.[174].

Могучая благодатная Земля породила беспредельное голубое Небо — Урана, и раскинулось Небо над Землёй. Гордо поднялись к нему высокие Горы, рождённые Землёй, и широко разлилось вечно шумящее Море. Матерью-Землёй рождены Небо, Горы и Море, и нет у них отца.[175].

Уран — Небо — воцарился в мире. Он взял себе в жёны благодатную Землю. Шесть сыновей и шесть дочерей — могучих, грозных титанов — было у Урана и Геи. Их сын, титан Океан, обтекающий, подобно безбрежной реке, всю землю, и богиня Фетида породили на свет все реки, которые катят свои волны к морю, и морских богинь — океанид. Титан же Гипперион и Тейя дали миру детей: Солнце — Гелиоса, Луну — Селену и румяную Зарю — розоперстую Эос (Аврора).[176] От Астрея и Эос произошли все звёзды, которые горят на тёмном ночном небе, и все ветры: бурный северный ветер Борей, восточный Эвр, влажный южный Нот и западный ласковый ветер Зефир, несущий обильные дождём тучи.

Кроме титанов, породила могучая Земля трёх великанов — циклопов с одним глазом во лбу — и трёх громадных, как горы, пятидесятиголовых великанов — сторуких (гекатонхейров), названных так потому, что сто рук было у каждого из них. Против их ужасной силы ничто не может устоять, их стихийная сила не знает предела.

Возненавидел Уран своих детей-великанов, в недра богини Земли заключил он их в глубоком мраке и не позволил им выходить на свет. Страдала мать их Земля. Её давило это страшное бремя, заключённое в её недрах. Вызвала она детей своих, титанов, и убеждала их восстать против отца Урана, но они боялись поднять руку на отца. Только младший из них, коварный Крон,[177] хитростью низверг своего отца и отнял у него власть.

Богиня Ночь родила в наказание Крону целый сонм ужасных божеств: Таната — смерть, Эриду — раздор, Апату — обман, Кер — уничтожение, Гипнос — сон с роем мрачных, тяжёлых видений, не знающую пощады Немесиду — отмщение за преступления — и много других. Ужас, раздоры, обман, борьбу и несчастье внесли эти боги в мир, где воцарился на троне своего отца Крон».[178].

После этого в мифах описывается борьба Зевса (сына Крона) со своим отцом, титанами и другими богами и воцарение Зевса вместе с сонмом олимпийских богов на Олимпе. Олимпийские боги тоже ведут себя немногим лучше злобного Крона: «Пируют боги. Веселей становится пир олимпийцев. На этих пирах решают боги все дела, на них определяют они судьбу мира и людей».[179].

Так и пошло от античности и до наших дней: многие судьбоносные вопросы решаются на пирах и застольях (сейчас это называется «фуршеты»: иерархический уровень «фуршетов» может быть достаточно высокий). И хотя серьёзные решения принимаются не в “элитных” кругах, а в среде закулисных кукловодов, но оглашать решения дозволяется “элите”, которую настраивают на нужное решение зачастую в процессе обильных пиршеств. Вообще же множество культурных стереотипов взаимоотношений греческих богов, героев и людей вошли в жизнь толпо-“элитарных” обществ запада как «нормальные». Греческие боги и герои подают своим примером людям стереотипы поведения, где наряду с храбростью и силой являются обман, насилие, лицемерие, хитрость, подкуп, детоубийство, и другие пороки — во имя борьбы за власть.[180] И трудно разобрать, кто из богов и героев праведнее: все они поступают одинаково, применяют одинаковые неправедные приёмы борьбы друг с другом. Эти стереотипы взаимоотношений, идущие якобы от богов — лишь отражение извращений античного атеизма.

Управление у греков ведётся с Олимпа:[181]«С Олимпа рассылает людям Зевс свои дары и утверждает на земле порядок и законы. В руках Зевса судьба людей; счастье и несчастье, добро и зло, жизнь и смерть — всё в его руках. Два сосуда стоят у врат дворца Зевса. В одном сосуде дары добра, в другом — зла. Зевс черпает в них добро и зло и посылает людям».[182].

Книга Герои начинается с истории рода людского. Вообще же герои — это полубоги-полулюди, что очень удобно при поддержании внутрисоциальной иерархии: всегда можно назваться полубогом (что и делали для себя многие цари и царские роды) и от имени богов править толпой, «черпая добро и зло и посылая людям» — по своему усмотрению распоряжаясь от имени богов Олимпа «счастьем и несчастьем, добром и злом, жизнью и смертью». Божественное происхождение многих знатных родов толпой и не оспаривалось: ведь оно обосновывается «священным писанием», где сказано, что герои это как правило дети людей от богов. А если ещё такие люди-полубоги могут творить мистерии для толпы,[183] то им уж точно поверят.[184].

Время существования людского рода делится мифами на пять «веков»: золотой век, серебряный век, медный век, четвёртый век[185] и железный век.[186]«Последний, пятый век и род людской — железный. Он продолжается и теперь на земле. Ночью и днём, не переставая, губят людей печали и изнурительный труд. Боги посылают людям тяжкие заботы. Правда, к злу примешивают боги и добро, но всё же зла больше, оно царит повсюду. Не чтут дети родителей; друг не верен другу, гость не находит гостеприимства; нет любви между братьями. Не соблюдают люди данной клятвы, не ценят правды и добра. Друг у друга разрушают города. Всюду царит насилие. Ценится лишь гордость да сила. Богини Совесть и Правосудие покинули людей. В своих белых одеждах взлетели они на высокий Олимп к бессмертным богам, а людям остались только тяжкие беды, и нет у них защиты от зла».

Чего же тут поделаешь, если боги послали людям нашей цивилизации на Землю в основном зло: это надо смиренно терпеть, поскольку это — от богов и значит объективно. Всё зло, что перечислено в предыдущем абзаце курсивом, надо принимать как дань не совсем счастливой эпохи, в которую мы живём. Такова морально-этическая основа античной философии для людей. Для богов и полубогов — всё иначе.[187].

Следующие книги античной мифологии написаны в жанре похождений, жизненных приключений героев, их взаимодействием с богами. Эти рассказы объединяет трагизм и безысходность постоянной борьбы их героев друг с другом.

Алгоритмика катастроф, роковых ошибок, взаимных интриг и постоянной борьбы заложена изначально введённой логикой мирового Хаоса[188] античной мифологии. Исходный тезис мифологии о происхождении мира из Хаоса по умолчанию предполагает, что этот мир в любой момент может отправиться обратно — в Хаос. Мало того, чтобы хоть как-то объяснить себе и толпе на чём держится этот мир, авторы мифов и легенд придумали сонм могущественных богов, которые после долгой борьбы, усевшись на Олимпе, установили свои порядки и «права» и следят за исполнением законов. Однако, вследствие того, что против богов постоянно кто-то борется (такой же могущественный, как и олимпийцы), ручаться за то, что боги будут следить за мировой «гармонией» всегда — нельзя.[189] Поэтому жизнь и будущее людей, зависящих от прихотей мифологических богов, автоматически попадают под алгоритмику “безопасности”, которая поддерживается «сверху» из Олимпа. Если «наверху» опять начнётся битва гигантов, то это естественно (как и о предшествующих временах повествуют мифы) скажется на жизни людей. Вот и получается, хоть боги и всемогущи — но только по отношению к людям. А в ведомстве самих богов — свой “междусобойчик” — и поэтому всемогущество богов всё же ограничено их иерархией.

Но и без всего этого в психике людей, которые “западают” на античность, идёт постоянная борьба античного «добра» со «злом», борются добродетель и насилие, правда и ложь, свет и тьма… и нет этому конца, поскольку античная мифология “закольцована” в эгрегорах концом на своё начало — вследствие того, что различные мифы переплетены между собой так, что по ним можно проследить хронологию от «сотворения» до наших дней, но от сотворения и до наших дней во взаимоотношениях персонажей ничего не меняется. И всё возвращается на «круги своя».[190] Но и этого мало: лучшим признан «золотой век», а худшим — наше время — время тяжких людских забот. Поэтому люди, “запавшие” на античную мифологию стремятся не в лучшее будущее, а в «золотое» прошлое — и тем самым натыкаются снова и снова на алгоритмику всё тех же распрей богов, героев и людей.

Мифологизированное осознание и восприятие реальности — штука опасная. Особо это опасно, если восприятие реальности происходит через призму[191] античной мифологии. В жизни толпо-“элитарного” общества мифологизированное осознание и восприятие реальности играет даже более важную роль, чем научное знание, и по существу именно оно во многом определяет содержание и форму представления научного знания.[192] Из числа деятелей науки, по всей видимости, Алексей Фёдорович Лосев (1893–1988) — весьма своеобразный философ и историк — был первым, кто обратил внимание на этот факт и занялся рассмотрением мифа и мифологии как явлений, играющих важную роль в жизни общества.

А.Ф.Лосев высказал предположение: «Всякий миф если не указывает на автора, то он сам есть всегда некий субъект. Миф всегда есть живая и действующая личность. Он и объективен, и этот объект есть живая личность».[193] То есть, А.Ф.Лосев утверждал, что миф может выступать в качестве субъекта управление людьми.

Всякий миф как таковой представляет собой образно-языковую систему представлений о жизни, свойственную субъекту, которая включает в себя описания естественно-обыденных как природных, так и социальных явлений, а наряду с ними может включать в себя и то, что по его “мнению” является «мистикой».

Рассмотрим два примера пагубной алгоримики греческой мифологии. Это мифы о Персее и Эдипе.

* * *

Аргосскому царю Акрисию была предсказана смерть от руки внука. Во избежание появления внука он заключил свою дочь Данаю в медную башню, куда не было доступа никому из мужчин. Однако Даная родила от Зевса, проникшего в башню в виде золотого дождя. Мальчика назвали Персеем. Когда Персей вырос, царь Полидект замыслил насильно взять себе в жёны Данаю, но Даная ему отказала. Однако Полидект был настырен, и Персей вынужден был заступиться за мать. В ответ Полидект задумал погубить Персея с какой целью решил послать его за головой горгоны Медузы (в мифах древности её голова расценивалась как своего рода «абсолютное оружие», поскольку все, кто встречался с нею взглядом, превращались в камень). Так Персей отправился путешествовать, совершая подвиги. Он убил Медузу (но голова её досталась не Полидекту, а богине Афине, которая и украсила ею свой щит); освободил Андромеду, дочь эфиопского царя Кефея, которую обрекли в жертву морскому чудовищу во искупление некой вины её матери — Кассиопеи.

По свершении подвигов как-то раз Персей решил принять участие в спортивных состязаниях, а его дед Акрисий, который избегал встречи с внуком, влекомый любопытством, тайно прибыл на стадион и находился в толпе болельщиков. Персей метнул диск (это и ныне одна из дисциплин лёгкой атлетики), но неудачно, и он, залетев в толпу болельщиков, убил Акрисия, раскроив ему череп…

Предсказание деду исполнилось, но сценаристически не так, как он это себе представлял и в русле каких сценариев пытался себя защитить.

Другой миф о царе Эдипе. Эдип — фиванский герой, сын царя Фив Лая и Иокасты. Его отцу было предсказано, что он будет убит собственным сыном. Когда родился Эдип, Лай проколол ему ступни и приказал рабу бросить ребёнка на съедение диким зверям. Раб пожалел младенца и отдал его пастуху коринфского царя Полиба. (Более древний вариант: отец бросил ребёнка в море, но волны вынесли его на берег и Эдипа усыновил сикионский царь). Эдип вырос в уверенности, что царь Полиб — его настоящий отец. Юношей Эдип получил предсказание, что он убьёт своего отца и женится на своей матери. Любя тех людей, которых он воспринимал как своих родителей, Эдип решил навсегда покинуть Полиба и его жену Меропу и отправился странствовать. На перекрёстке дорог Эдип встретил Лая и, вступив с ним в спор, убил его и всех спутников царя, кроме одного, которому удалось спастись. Так исполнилась первая часть пророчества: Эдип оказался убийцей своего родного отца. Лай встретил в его лице свою смерть как раз в то время, когда снова отправился к Дельфийскому оракулу, чтобы узнать, жив ли его сын и соответственно — сохраняется ли угроза его жизни. Далее на пути в Фивы Эдип встретил Сфингу[194] (Сфинкса), которая стерегла дорогу в этот город и задавала путникам загадку: «Кто утром ходит на четырёх ногах, днём — на двух и вечером — на трёх?» Никто не мог разрешить загадку, и чудовище пожирало путников. Эдип разгадал эту загадку, дав ответ: «человек» — и Сфинга бросилась в пропасть. Дорога в Фивы стала свободной. Благодарные фиванцы выбрали своего освободителя царём и отдали ему в жёны вдову царя Лая, Иокасту. От этого брака родились сыновья Этеокл и Полиник, дочери Антигона и Исмена. После многолетнего благополучного царствования Эдипа в Фивах начался голод и вспыхнула эпидемия чумы. Снова был запрошен Дельфийский оракул, который предсказал, что бедствия прекратятся только после того, как будет изгнан убийца Лая. Заботясь о благе города, Эдип принялся разыскивать виновника преступления. Найдя единственного из спасшихся спутников Лая, Эдип понял, что убийца фиванского царя — он сам. Свидетелем убийства оказался раб, который некогда давно спас младенца Эдипа, передав его пастуху царя Полиба. С ужасом узнал Эдип, что сбылось роковое предсказание: он не только убийца отца, но и супруг собственной матери. Эдип ослепил себя, а Иокаста покончила жизнь самоубийством.

О конце жизни Эдипа существуют различные легенды. Древнейший миф повествует, что слепой Эдип остаток жизни прожил в Фивах. Позднейшие мифы рассказывают об изгнании Эдипа его сыновьями. Покидая Фивы, Эдип проклял своих сыновей, и отцовское проклятье стало причиной их раздоров и гибели (вариант: причиной гибели Этеокла и Полиника, было ожерелье Гармонии). Афинская традиция называла местом последнего поселения и смерти Эдипа Колон (предместье Афин), куда в изгнание вместе с отцом отправилась и Антигона.

По одной из версий мифа рок, тяготевший над Лаем, был наказанием за то, что он, будучи гостем в доме царя Пелопа, похитил и соблазнил его юного сына Хрисиппа. Опозоренный Хрисипп наложил на себя руки, а Пелоп проклял Лая и весь его род. Миф об Эдипе неоднократно пересказывался в разных вариациях в мировой литературе (наиболее известна версия Софокла).

* * *

Вернёмся в высказанному А.Ф.Лосевым относительно субъектности мифа: «Всякий миф если не указывает на автора, то он сам есть всегда некий субъект. Миф всегда есть живая и действующая личность. Он и объективен, и этот объект есть живая личность».

Является ли миф субъектом? Для ответа на этот вопрос необходимы некоторые исходные данные.

Под «волей» в самом общем смысле этого слова мы понимаем способность индивида подчинять достижению осознаваемых им целей[195] разного рода ресурсы, обстоятельства и течение событий, т. е. способность управлять ими (иначе говоря, воля — осознаваемая индивидом целенаправленность его разного рода способностей). При этом речь идёт именно о достижении осознаваемых индивидом целей и соответственно воля всегда действует в психике человека с уровня сознания.

Психическая деятельность личности и, как следствие, её результаты во всех аспектах жизни обусловлены нравственностью, которая является общей как для уровня сознания в психике личности так и для бессознательных компонент психики. В жизни нравственность и обусловленная ею воля индивида выражаются в алгоритмике психической и всей прочей его деятельности. При этом большую часть времени бодрствования сознание[196] человека «едет» по жизни на «автопилоте» автоматизмов бессознательных уровней психики.[197] И в этом процессе одна из функций воли человека — давать санкцию на действие тех алгоритмов, которые отрабатываются бессознательно автоматически под общим контролем сознания, либо отказывать в такого рода санкции на действие и уводить человека в бездействие или в процесс перенастройки его психики на деятельность на основе других алгоритмов, в том числе и вырабатываемых им самостоятельно на основе его творческих способностей.

Наличие нравственности, которую человек способен «перепрограммировать» и тем самым изменить свою жизнь, и воли (пусть даже не всегда активной или даже задавленной обстоятельствами или не пробуждённой) — неотъемлемые свойства личности человека.

И качество субъектности, заложенное в человека Свыше, представляет собой единство — 1) осознаваемая осмысленность жизни, 2) воля, выражающая эту осмысленность.

Если хотя бы что-то одно из этого набора отсутствует, неактивно или задавлено обстоятельствами, то качество субъектности личность утрачивает до момента возобновления психической деятельности на основе единства названных компонент. Не обладая ни одним из этих качеств, миф не может быть субъектом, живой личностью (как об этом писал А.Ф.Лосев), каковы бы ни были его персонажи — неодушевлёнными объектами или субъектами.

Но в таком понимании субъектности в Жизни могут встречаться субъекты, которым не свойственна нравственность как качество (нравственность субъекта — это по своей сути мерила «хорошо — плохо» в форме простейших обезличенных сценариев развития ситуаций и их компонент, включая и субъектов — персонажей сюжета развития каждой ситуации). И соответственно такому пониманию субъектности человек от прочих субъектов отличается тем, что обладает нравственностью, под воздействием которой его субъективная деятельность может протекать как в русле Божиего Промысла, так и в пределах Божиего попущения.

Это обстоятельство ключевое для понимания ответа на вопрос: «Почему Акрисий, Лай, Эдип не смогли избежать претворения в жизнь выданных им предсказаний оракула, хотя каждый предпринял меры к этому соответственно его представлениям о жизни?» — Надо было не бегать от предсказанных им обстоятельств, поскольку алгоритмика психики приводит к одним и тем же обстоятельствам и событиям, если она не меняется. А для того, чтобы она изменилась и привела к лучшим обстоятельствам и событиям — необходимо выявлять, осмыслять, переосмыслять и «перепрограммировать» соответственно переосмысленному свою реальную нравственность, которая большей частью выражается в неосознаваемой в процессе деятельности человека работе алгоритмики его бессознательных уровней психики.

Предсказание — это не предопределение дальнейшей судьбы, хотя оно может стать и таковым, если субъект, которому оно выдано:

· примет его в своё мифологизированное сознание в качестве предопределения своей дальнейшей судьбы — в этом случае предсказание становится программой, работающей автоматически на бессознательных уровнях психики, и если оно не исполнится полностью или частично, то по причинам не зависящим ни от предсказателя, ни от субъекта, которому оно выдано;

· не сможет выявить в себе самом те компоненты своей реальной нравственности и связанные с ними алгоритмы бессознательных уровней психики, которые потенциально способны сработать на исполнение предсказания.

Большинство предсказаний представляет собой не прямую трансляцию якобы однозначного Божиего предопределения в отношении того или иного человека персонально (или общества), а выражение способности предсказателей считывать из психики человека или из ноосферы наиболее энергетически накачанные и потому наиболее вероятные для «самореализации» варианты действия многовариантной алгоритмики дальнейшего развития событий в жизни.

И соответственно встаёт вопрос: «Как осуществить переход в работе всей этой ноосферной алгоритмики, частью которой является алгоритмика, свойственная психике личности, от неприемлемого варианта дальнейшего развития событий к какому-то другому — лучшему?».

Бог даёт каждому открытую возможность и средства для того, чтобы человек мог уйти из под власти так называемого «неумолимого рока», жертвами которого пали Акрисий, Лай, Эдип.

Но культура общества такова, что вероучения исторически сложившихся церквей этому не учат, а навыки власти над своей судьбой свойственны редким людям и не выражены в лексике, вследствие чего не входят в систему миропонимания общества и трудно передаются от одного человека к другим и трудно вырабатываются и осваиваются самостоятельно.

Один из аспектов религии как личностных взаимоотношений человека с Богом — способность человека воспринимать некое «это» на фоне потока остальных явлений, которые предстают как «не это». Как мы уже говрорили, в Коране сообщается, что эта способность даётся каждому человеку соответственно его нравственности. И эта способность в арабском языке именуются словом «Фуркан», значение которого на русский язык переводят как «Различение» и как «Спасение». Оба варианта перевода указывают на два аспекта одного и того же явления в психике человека: слово «Различение» указывает на его суть, а слово «Спасение» — на его значимость в жизни человека.

1. Бог не искореняет праведность, а поддерживает и утверждает её в жизни человечества в целом и всякого локального человеческого общества.

2. Сомнение человека не может уничтожить истину, но Бог подтвердит истинность верующему Ему по жизни — свободному от страхов — человеку обстоятельствами самой жизни, снизойдя до миропонимания человека, каким бы этот человек ни был и каким бы ни было его миропонимание.

3. Бог подтвердит именно истинность и праведность как таковые, а не истинность и праведность того или иного исторически сложившегося или формируемого кем-либо вероучения и традиции вероисповедания на его основе.

Но для того, чтобы даваемое Богом в озарении Различением стало для человека действительно спасительным, в алгоритмике психики человека должен устойчиво работать контур обработки информации:

· то, что дано в Различении, должно быть уловлено осознанным вниманием;

· то, что уловило внимание, должно быть осмыслено в общем потоке течения событий в жизни человека в настоящём и обязательно в связи с прошлыми фактами из его жизни и намерениями на будущее;

· осмысление явленного Богом в Различении обязывает к изменению текущей деятельности и намерений на будущее как в аспекте намеченных целей и обуславливающей их своей реальной нравственности, так и в аспекте путей и средств достижения целей;

· воля человека должна принять переосмысление и должна обрести направленность на воплощение в жизнь переосмысленного.

Но этот контур, локализованный большей частью в пределах психики личности — только составляющая его судьбоносного контура циркуляции информации в процессе Вседержительности Божией:

· праведность в деятельности встречает необоримую поддержку Свыше;

· те или иные уклонения личности в область попущения Божиего встречают ответы в широком диапазоне:

Ш от того или иного уведомления о несоответствии деятельности Промыслу (через внутренний мир человека, через других людей, на языке жизненных обстоятельств, в которых оказывается человек);

Ш до смерти (естественной или гибели в тех или иных убийственных ситуациях).

Вне зависимости от того, осознают люди этот факт или нет, проблемы большинства состоят в неустойчивости по разным субъективным причинам процесса передачи информации в преемственности:

«Различение от Бога Ю внимание самого человека Ю интеллект Ю осмысленная воля, действующая на основе нравственно обусловленной алгоритмики бессознательных уровней психики».

Именно вследствие разнородных сбоев в этой преемственной последовательности передачи и преобразований информации свойственное мифу информационно-алгоритмическое насыщение, попадая в психику человека, становится частью алгоритмики психики человека, если к этому у него есть предпосылки нравственного характера.[198].

В результате качество субъектности, свойственное человеку, начинает выражать себя через алгоритмику мифа, и человек оказывается во власти мифа даже если и осознаёт этот факт. Именно вследствие этого мифы и воспринимается многими людьми (а не только А.Ф.Лосевым) как нечто живое, несущее субъектность в себе самом.

Поскольку для большинства людей предсказания их будущего сторонними предсказателями носят характер мифа в смысле определённом выше, то всё, что сказано здесь о механизме власти мифа, касается и власти над людьми тех или иных предсказаний.

Отражение античных мифов в современности.

Какое отношение эти мифы имеют к современности? Если соотносить события современной истории с содержанием мифов, то непредвзятый внимательный и думающий наблюдатель неизбежно приходит к мысли, что правящие “элиты” до сих пор живут под властью мифов древности, чему во многом способствовал З.Фрейд, начитавшись произведений которого — «Эдипов комплекс» в своей психике обрели и многие из тех, у кого его не было до знакомства с писаниями З.Фрейда.

В СССР в 1920-е гг. фрейдизм с его «Эдиповым комплексом» был популярен в марксистско-троцкистских кругах и кругах протроцкистской беспартийной «левой» интеллигенции. И это только усугубило перспективы формировавшейся в то время антибольшевистской по своей нравственности и миропониманию “элиты” советского общества. Так советская и постсоветские “элиты” оказались в нашедшей выражение в древних мифах сценаристике эгрегориальных матриц, сформированных ещё в древности институтом Дельфийского оракула.[199].

Это проявляется и в наши дни. «Перестройка» началась в соответствии с алгоритмикой мифа о Данае,[200] взаимосвязанного сюжетно с мифом об Эдипе, алгоритмике которого “элита” следует далее. И в соответствии с нею в августе 1991 года “элита” прикончила своего “папу” — СССР (как хозяйственно-территориальный комплекс), а спустя три года — в 1993 г. — женилась на собственной “маме”, предварительно её изнасиловав (была уничтожена советская власть, как форма организации государственного управления делами общества). Если “элита” и далее будут жить и рулить под властью алгоритмики этого мифа, то в финале — полная слепота и изгнание.[201] Здесь также уместно вспомнить и о судьбе «детей вдовы»[202] — сыновей Иокасты — Этеокла и Полиника и её дочерей — Антигоны и Исмены, судьба которых чем-то очень напоминает судьбу главного плода постсоветских “элит” — демократии и либерализма.[203].

Однако следует понимать, что всякий миф — специфическая часть реальности, некоторым образом отображающая в себя эту реальность, но не тождественная ей. И для того, чтобы мифы не властвовали над реальностью, реальность и мифы необходимо разграничивать. А для этого надо уметь воспринимать и осознавать реальность таковой, какова она есть, и не мифологизировать её в процессе осмысления. Поскольку осознание большей частью — это понимание,[204] а всякое понятие — есть образ вещи, явления или процесса плюс — его код — слово, то для разграничения мифа и реальности необходим и соответствующий понятийный аппарат, адекватный реальности.

В современном мире лучшее будущее в отдельно взятой стране невозможно устроить без понимания и соотнесения её жизни с процессами, происходящими во всём мире: т. е. необходимо уметь делать глобальную политику, в ходе осуществления которой избранное будущее получалось бы естественным путём, т. е. — «само собой». И то, что Олимпиада-2012 состоится в Лондоне, а не в Москве — имеет определённое значение для лучшего будущего России.

Дело в том, что уже в конце прошлого века (а тем более в наши дни) Олимпийские игры перестали иметь какое-либо отношение к спорту как неотъемлемой части культуры здорового образа жизни большинства населения.

Ныне “спорт” — отрасль «шоу-бизнеса», обладающая акульей беспощадностью и по отношению к самим спортсменам, и по отношению к болельщикам на стадионах, а также и к телезрителям.

Став отраслью глобального шоу-бизнеса, олимпиады утратили свою сакральность, свойственную им в древности во времена Дельфийского оракула и жизни героев мифов.[205] Московская Олимпиада 1980 г. видимо была последней в смысле сакральности, вследствие чего «прагматичные» США, не будучи уверены в своей мистической силе, и уклонились от участия в ней под надуманными предлогами. Но для некоторой части москвичей, не чувствующих разницы и не понимающих этого, «потеря» Москвой Олимпиады-2012 — большое горе, хотя мотивы для такой оценки у них разные:

· кто-то лишился возможности срубить «бабки» — большие и очень большие;

· а кто-то лишился возможности отдать свои «бабки» за право поглазеть на это great шоу и при этом разрядить или подзарядить свои эмоции (среди них и те 100 000 молодых людей, которые откликнулись призыву лужковской администрации и вышли на улицы Москвы 06.07.2005 г., когда Международный олимпийский комитет решал вопрос о том, где быть Олимпиаде-2012).

Что касается остальной России за пределами МКАД, то ей всё равно, откуда ведётся телетрансляция шоу, имеет место прямой эфир либо идёт трансляция записи. Но в России всем будет спокойнее, если это great шоу со всеми сопутствующими ему эффектами пройдёт в Лондоне.

Однако дело не в олимпиаде как таковой, а в привязанной к ней проблематике глобальной политики, средствах и сценаристике её разрешения: ныне расклад в сценаристике глобальной политики таков, что имеется тенденция к тому, чтобы всё это досталось стране, принимающей олимпиаду — и это далеко не самые приятные неожиданностию[206].

Хронологически первый “подарок судьбы” Олимпиаде-2012 уже состоялся. На следующий день после того, как Лондон стал столицей Олимпиады-2012 — 07.07.2005 г. весь мир узнал об утренних терактах в центре британской столицы: три были совершены под землёй в Лондонском метро, а четвёртый — на земле — взорван 2-хэтажный автобус на автобусной остановке.

Многим сразу вспомнились 4 теракта над землёй в США 11.09.2001 г., а также упоминание в прессе о несостоявшемся теракте в Лондоне 07.09.2001 г., когда офицер службы безопасности Ирана предотвратил захват самолёта, совершавшего рейс Тегеран — Лондон. В тот день самолет, на борту которого находилось 430 пассажиров, сделал вынужденную посадку во Франкфурте-на-Майне.

Если обратить внимание на числовую меру даты теракта в Лондоне — 07.07.2005: 7.7.(2+0+0+5=7) — то получится пресловутое «777» — код вожделенного многим максимального выигрыша игрового автомата — «однорукого бандита». 3ґ7=21 — «очко» и соответственно — 21.07.2005 снова взрывы в метро в Лондоне, но не такие сильные (взорвались только детонаторы) — обошлось без жертв.

Так что Лондон «выиграл» не только право на Олимпиаду-2012, но и много чего ещё: здесь проявляется так называемый эффект «обезьяньей лапы», когда наряду с тем, чего «очень хотелось», происходит и то, чего хотелось бы избежать.

Числовой код даты терактов говорит о том, что существует некая матрица событий, выразившаяся и в сентябре 2001 г. в США, и в июле 2005 г. в Великобритании. Более того, почерк в подготовке и проведении сценариев терактов в Нью-Йорке и Лондоне — один и тот же.

Никакой “Аль-Каиде”, мифологизированной журналистами СМИ, такое не по силам. Планировать и координировать столь широкомасштабные действия[207] — не уровень Аль-Каиды, а вот употреблять “Аль-Каиду” и организованных ею “исламских” террористов для оказания давления на тех, кто о себе слишком возомнил, а также в качестве исполнителя «ИХ» сценария и своеобразного прикрытия — другое дело: это для “Аль-Каиды” — работа в самый раз.

Так, например, одна из газет в статье «Мы не знаем кто это сделал» даёт такое сообщение: «Как считает бывший шеф Скотленд-Ярда Джон Стивенс, террористы «были наверняка британцами», а не «карикатурными фанатиками “Аль-Каиды”, родившимися в безвестных деревушках Алжира или Афганистана. Уж слишком хорошо, считает он, были организованы и произведены взрывы».

То есть и в случае терактов в Лондоне мы как раз сталкиваемся с тем, о чём было сказано выше: есть объективная реальность (в соответствии с заявлениями официальных лиц Лондона, теракты организованы и совершены британскими поданными пакистанской национальности) и есть мифологизированное объяснение реальности (их совершили представители “Аль-Каиды” — организации далеко не самодеятельной, а реально взращиваемой на протяжении десятилетий спецслужбами самого Запада, вследствие чего на неё списать можно всё, что потребуется реальным заправилам глобальной политики и главам государств Запада).

Иными словами, как и в середине XX века, встаёт вопрос — существуют ли в природе эти таинственные заправилы глобальной политики и кто «ОНИ»? либо «ОНИ» и их деятельность — политический миф маргиналов, которому за первым планом реальных очевидных событий соответствует некий второй план реальности, ничего общего не имеющий с мифом?

Отвечая на такого рода вопросы о реальности или мифичности каких-то явлений, желательно не попасть во власть иного мифа,[208] чтобы не уподобиться мифическому циклопу Полифему. После того, как его ослепил Одиссей, представившись циклопу под именем «Никто»,[209] на вопли раненного Полифема сбежались остальные циклопы. На их вопросы о том, что он так вопит и кто его обидел, Полифем искренне отвечал: «Никто». Такой ответ успокоил остальных циклопов, и они разошлись по своим делам, оставив Полифема наедине с его горем и предоставив тем самым Одиссею со товарищи возможность беспрепятственно покинуть “гостеприимный” остров циклопов, где некоторых спутников Одиссея Полифем съел.

ОНИ — не миф, но ОНИ («мировая закулиса») — спрятались за мифами.

Ещё один мистический знак, связанный с пагубностью античной мифологии, был оставлен потомкам несколько раньше — в середине XX века — но напрямую он касается и совсем недалёкого прошлого. Глава СССР И.В.Сталин употреблял ссылки на мифологические эпизоды в качестве метафор[210] в своих речах. Так, в своём заключительном слове на пленуме ЦК ВКП(б) 5 марта 1937 года И.В. Сталин сравнил партию с мифическим героем Антеем — сыном земли, приобретавшим новые силы от прикосновения к матери. Сталин сказал: «Я думаю, что большевики напоминают нам героя греческой мифологии, Антея. Они, так же, как и Антей, сильны тем, что держат связь со своей матерью, с массами, которые породили, вскормили и воспитали их. И пока они держат связь со своей матерью, с народом, они имеют все шансы на то, чтобы остаться непобедимыми».[211].

Содержательно И.В.Сталин оказался прав: большевики должны непрерывно держать связь с народом, не отрываться от трудящихся масс, не “элитаризоваться”. Однако, непобедимость любого народа (а тем более народа многонациональной Русской цивилизации) основывается в первую очередь на наличии в народе концептуально властного (собственного жреческого) ядра, способного проводить в жизнь независимую от НИХ (от «мировой закулисы» — продолжателей дела древнеегипетского “жречества”) внутреннюю, внешнюю и глобальную политику. Из всех членов партии таким концептуально властным был один лишь автор вышеупомянутой метафоры — И.В.Сталин. Многие высшие партийные чины, хоть и были преданы делу партии, но на уровне глобальной ответственности были больше хорошими исполнителями. А основная партийная масса была безвольна, труслива и ждала указаний сверху.

Поэтому И.В.Сталин оказался прав и в остальном высказывании в его метафоре: как только концептуальная властность СССР была упразднена — после убийства И.В.Сталина — партийная “элита” ничего не смогла противопоставить ИХ глобальному сценарию в отношении СССР. К тому же устранение лично И.В.Сталина в последнее десятилетие перед войной и после победы СССР — стало одной из основных ИХ целей. Поскольку лишить СССР-“Антея” силы можно было лишь когда не станет И.В.Сталина. Дата смерти И.В.Сталина — 5 марта 1953 года — ровно через 16 лет после того, как вождь высказал эту метафору.

Итак, хронологически метафора сработала через 16 лет после её оглашения в среду высшей партийной “элиты”. И сработала она не в позитивной части высказывания, а наоборот — члены партии не смогли стать концептуально властными и оторвались от народа. Что можно было ожидать от такого матафорического сравнения? Понимал ли И.В.Сталин опасность попадания в эгрегориальную алгоримику-матрицу античных мифов?

— Ответ на эти вопросы уже дан теоретически в конце предыдущей подглавы. И.В.Сталин, будучи концептуально властным, имея твёрдую волю, высокую меру понимания и нравственность которую поддерживал Различением Бог — обладал качеством субъектности, данной потенциально каждому Свыше. Скорее И.В.Сталин не понимал полностью опасность мифических метафор и в этом отношении он был вписан на уровне общекультурных западных ценностей[212] в ИХ сценарий. Однако, будучи субъектом управления и СССР и партией, будучи субъектом глобального управления, И.В.Сталин своей личной инициативой и волей был выше любых глобальны сценариев и их культурных оболочек (типа мифологий и идеологий) — пока билось его сердце.

Как только его сердце остановилось, партийная “элита” опустила уровень своей управленческой субъектности ниже уровня воздействия алгоритмики мифов на психику как самих себя, так и толпы советских людей. И “элита” и советская толпа (и весь СССР) стали объектом внешнего управления — ИХ концептуальной властности. Однако ОНИ для большинства так и остаются по сей день — «никто» — мифом, придуманным одиночками. Но этот миф проявил себя в алгоритмике распада СССР очень даже материально. Рассмотрим метафорически-содержательно как миф об Антее отразился в реальности распада СССР от смерти И.В.Сталина до конца XX столетия. И увидим, что И.В.Сталин оказался прав не в благих пожеланиях, а в самых плохих прогнозах, связанных с той же метафорой про Антея. Ведь греческая мифология невидимо служит неправедности ИХ глобального сценария лишь тогда, когда люди психологически слабее этого сценария — безвольны, злонравны или безнравственны и ниже уровнем понимания.

Большевизм (анти-толпо-“элитарное” явление в Русской культуре, выразившееся в период строительства социализма в понятии «большевизм») напрямую связан с борьбой против ИХ толпо-“элитарного” глобального сценария. Греческая же мифология — идейно-мифическая оболочка самого древнего толпо-“элитаризма”. Поэтому объединять эти понятия даже метафорически — значить подвергать серьёзному испытанию на уровне эгрегориального противостояния (взаимодействия эгрегоров и их матриц: а это взаимодействие естественно отражается в психике людей)[213] объект управления (СССР, партию, народ): «кто кого?». Посмотрим как отражена алгоримика “судьбы” мифического Антея-“элит” в послесталинской деградации СССР.

При рассмотрении конкретного сюжета с Антеем выявляются конкретные параллели “взаимоотношений” двух Концепций: Русской, которую олицетворял И.В.Сталин и ИХ концепции глобализации по-атлантически. Согласно древнегреческой мифологии, Антей — ливийский великан, сын Посейдона и богини земли Геи, непобедимый борец, убивавший всех побеждённых. Погиб от рук Геракла, которого он вызвал на поединок. Геракл понял, что Антей получает силу от соприкосновения с матерью-землёй, после чего оторвал Антея от земли и задушил в воздухе.

Весь период от смерти И.В.Сталина до провозглашения “перестройки” (1985 год) был направлен ИХ усилиями на то, чтобы “элиты” СССР быстрее деградировали: их подкупали, давали обогащаться, развращали западными (в основном штатовскими) “ценностями”, коррумпировали. Впрочем, мы уже знаем, что психологически “элиты” бывшего СССР и сами были весьма склонны ко всему этому. Короче говоря, “элиты” и в первую очередь высший эшелон КПСС с помощью заморского “Геракла” оторвали от народа: как материально, так и морально. Народ же в силу безволия, большой степени безнравственности, невежества в делах управления страной и низкой меры понимания не мог ничего противопоставить курсу развала СССР. Так и оторвалась КПСС-“Антей” от народа-“Земли”. Мало того: многие из простонародной толпы стали завидовать «богатой» “элите”.[214] А “элита” решила “отмыть” в ходе “перестройки” наворованные капиталы и “кинуть” толпу. Этим СССР был обречён. Но и “элиты” тоже оказались обречены. Ведь мифология, довлеющая над “перестройкой” и психикой “элит”, характеризуется постоянной борьбой, в которой нет победителей среди равных.

После распада СССР мифический Геракл материализовался в России главой Центрального Банка России. А ЦБ РФ со времён Ельцина-Горбачёва был надёжно замкнут на ИХ глобальную финансовую систему. Так Геракл-Геращенко и победил партийного “Антея”.[215] Этот период закончился приходом «преемника» и гибелью «Курска» (создание смешанного советско-перестроечного периода — проект 949 А — «Антей») в августе 2000 года.

С момента гибели «Курска»-«Антея» обречён был уже сам Геращенко — бессменный глава ельцинского ЦБ (его отправили в отставку скоро после гибели «Курска»). Обратимся опять к древнегреческой мифологии. Геращенко сравнили с «Гераклом» (это сравнение придумали сами либеральные «троцкисты») и напоролись на интересный алгоритм. Дело в том, что современный глава ЦБ Геращенко — действительно способствовал “элитному” «отрыву от земли» (то есть от получения реальных доходов благодаря собственному непосредственно производительному труду народа)[216] — от трудового народа… то есть его падению “элит”.

Всё — так. Но и сам Геращенко (вместе с финансовой “элитой”) вляпался в сценарий из древнегреческой мифологии, который оказался покруче “отрыва от земли”: предупреждали же, что трагичны сценарии этих мифов…для тех чья психика подвержена толпо-“элитарным” амбициям. Согласно мифу жена мифического Геракла, Деянира, узнав, что тот имеет любовницу, дочь Эврита, Иоллу, решила из любви к мужу предложить ему намазанный кровью кентавра плащ. А кентавр перед смертью ей присоветовал: «Натри моей кровью одежду Геракла, и вечно будет он любить тебя, ни одна женщина не будет ему дороже тебя». Кровь кентавра оказалась ядовитой. И непобедимый герой, совершивший знаменитые 12 подвигов, умер от яда, который ему дала его же жена. Так и Геращенко получил политически смертельный “удар” от своих же «с тылу», когда его же бывшая помощница (можно сказать “жена” Центрального Банка),[217] Государственная Дума РФ утвердила его отставку. И с этой поры череда “элитных” отставок не прекращается до сих пор…

Происхождение античной мифологии.

Для полноты изложения вопроса вкратце сравним мифы о происхождении мира у греков и в иудейской Торе. Первая книга Второзакония «Бытие» начинается алгоритмически сходно греческому сотворению (последнее приведено нами в подглаве «Содержание античной мифологии»):

Бытие 1.

1 В начале сотворил Бог небо и землю.

2 Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

3 И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

4 И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.

5 И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

6 И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так. ].

7 И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.

8 И назвал Бог твердь небом. [И увидел Бог, что это хорошо. ] И был вечер, и было утро: день второй.

9 И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. [И собралась вода под небом в свои места, и явилась суша. ].

10 И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо.

При всём монотеистическом контексте Ветхого Завета (и в первую очередь Торы) в самом начале уже допускаются следующие высказывания:

Бытие 6.

1 Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери,

2 тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих,[218] что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал.

4 В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди.

Но то же самое и в греческой мифологии: герои — дети людей от богов. После этого, согласно Библии, был потоп. А в послепотопное время богоизбранность была передана, согласно Торе, именем Бога — от полубогов (сынов Божиих) к 12-ти коленам иудейским, священослужение в которых доверялось лишь левитам.

В античных мифах тоже есть миф про потоп, который называется «Девикалион и Пирра». Это миф о том, что Зевс решил уничтожить «весь людской род», поскольку увидел что «всё нечестивей становились люди». И этот период в мифах хронологически отнесён к медному веку. Хотя многие историки утверждают, что хронологически последний потоп был около 13000 лет назад, названия веков в мифах могут быть условные, поскольку согласно мифической хронологии до медного века был серебряный. А в общепринятой хронологии до медного века был каменный век. Античная история про потоп, инициированный Зевсом выглядит следующим образом (текст приводим в сокращении):

«Зевс решил послать на землю такой сильный ливень, чтобы всё было затоплено. Зевс запретил дуть ветрам, лишь влажный южный ветер Нот гнал по небу тёмные дождевые тучи. Постепенно вода покрывала всё — и поросшие лесом холмы, и высокие горы.

Так погиб род людской медного века. Лишь двое спаслись среди этой общей гибели — Девкалион, сын Прометея, и жена его Пирра. По совету отца своего Прометея, Девкалион построил огромный ящик, положил в него съестных припасов и вошёл в него с женой своей».

Библейская история про потоп очень похожа на античную:

Бытие 6.

5 И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время;

7 И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их.

8 Ной же обрел благодать пред очами Господа [Бога].

Коран тоже сообщает о Ноевом ковчеге. Катастрофа могла быть и не внезапной, вследствие чего те, кто отнесся к прогнозам о её возможности серьезно, заранее позаботились, чтобы уцелеть в ней и сохранить культурное наследие для последующего возобновления нормальной — по их понятиям — жизни. Если же к прогнозам отнеслись серьёзно и правящие слои, то были предприняты организованные усилия для того, чтобы обеспечить ускоренное восстановление нормального ( в их понимании) образа жизни после завершения катастрофы.

Библейские и коранические сообщения о Ноевом ковчеге, представляют по существу сообщения о целесообразной реакции на такого рода предостерегающие прогнозы. Следует также иметь в виду, что и библейские, и коранические сообщения о ковчеге едины в том, что ковчег — произведение оппозиции правящему режиму погибшей в потопе прошлой цивилизации.

Не исключено, что «раса господ» в прошлой глобальной цивилизации, безраздельно контролировала не всю планету, но были регионы, сохранившие самостоятельность своего управления. В них в ходе глобальной катастрофы тоже не все погибли. Возможно, что это и лежит в основе резкого отличия культур при-Тихоокеанского Востока и вокруг-Атлантического Запада в нынешней глобальной цивилизации.

Практически все без исключения мифы древних региональных цивилизаций — национально-государственных образований Востока — говорят о том, что их возникновение обусловлено пришельцами из-за моря или с неба, просветителями, которые учили дикарей, собирателей и охотников, земледелию, ремёслам, основам государственного управления. Потом цивилизаторы либо умерли или были убиты, либо покинули своих подопечных. Иногда в этом устранении пришельцев-цивилизаторов принимали участие злые «боги», также стремившиеся осуществить цивилизаторскую миссию, став преемниками добрых «богов», её начинавших. Античная мифология «довела до совершенства» эти мифы, прямо указывающие на их атлантическое происхождение, и в VI–V вв. до н. э. они начали своё письменное существование.

Их сводный смысл состоит в следующем. «Раса господ» была относительно немногочисленной и обитала только на одном из материков с наиболее приятным климатом. Вне этого материка были только её опорные пункты для управления хозяйственной деятельностью обслуживающих её подневольных народов, которые были лишены возможности вести техническую деятельность на основе техногенной энергии. Это обеспечивало высокий потребительский уровень «расы господ» при относительно благополучной экологии планеты в целом.

Одна из такого рода реконструкций утверждает, что экземпляры особей «расы господ», если и не обладали телесным бессмертием, то воспринимались в качестве бессмертных всем остальным населением планеты, поскольку многократно превосходили подневольных им по продолжительности жизни: это и дало почву для легенд о богах и полубогах, некогда живших среди людей. Не исключено, что они употребляли и генную инженерию в отношении подневольных, обратив тех фактически в биороботов, чьи способности к творческому саморазвитию были искусственно ограничены. Последнее, как известно, в нынешней глобальной цивилизации, особенно в Западной её составляющей, является пределом мечтаний многих представителей правящей “элиты”.

Примерно это же самое — про образ жизни богов предыдущего «рода людского» — можно прочесть в уже упоминавшемся греческом мифе «Пять веков», про хронологию жизни по античному. После потопа медного века (главное, что согласно античной хронологии это было — непосредственно перед нашим железным веком) «Великий Зевс создал на кормящей всех земле четвёртый век и новый род людской, более благородный, более справедливый, равный богам род полубогов-героев.[219] И они все погибли в злых войнах и ужасных кровопролитных битвах. Когда всех их похитила смерть, Зевс-громовержец поселил их на краю земли, вдали от живых людей.[220] Полубоги-герои живут на островах блаженных у бурных вод Океана счастливой, беспечальной жизнью. Там плодородная земля трижды в год даёт им плоды, сладкие, как мёд».

Так что полубоги-герои не умерли и «беспечально живут».[221] После этого в мифе «Пять веков» сразу говорится, что остальным людям — железный век принёс лишь «печали и изнурительный труд».

В совокупности получается: отдельная (островная) «сладкая» жизнь высшей “элиты”[222] и «печали и изнурительный труд» на её “блага” остального населения Земли — удел мечтаний современных глобализаторов — наследников дела атлантической «расы господ». Несколько глобальных катастроф, которые эта «раса господ» сама обрушила на самих себя и других людей в предшествующие «роды людские» списана на «гнев богов» (в мифах древней Греции) или «гнев Бога» (в Торе).

Так ничему и не научили прошлые глобальные катастрофы перманентных глобализаторов. Они злонравные атеисты демонического склада психики и поэтому мыслят не «богоцентрично», а мистически-научными астрономическими понятиями. Про это мы немного поговорим в следующей главе «О роли Санкт-Петербурга».

Поразительное соответствие библейских и античных мифов о происхождении мира заметил Д. Мережковский. Он сопоставлял тексты мифов об Атлантиде и тексты Библии и был просто поражён, что их общий источник — Древний Египет. Ниже приводим выдержки из книги Д.Мережковского «Тайна трёх. Египет — Вавилон».

«Вы, эллины, вечные дети! Нет старца в Элладе. Нет у вас никаких преданий, никакой памяти о седой старине», — говорил Солону Афинянину старый саисский жрец («Тимей», Платона).

Это беспамятство нового человечества объясняет он всемирными потопами и пожарами, многократно истреблявшими род человеческий; только в Египте их не было, и только здесь сохранилась память о допотопной и доогненной древности.

«Был некогда Остров против того пролива, который вы называете Столпы Геркулесовы: земля, по размерам большая, чем Ливия и Малая Азия вместе взятые. Этот Остров — Атлантида», — сообщает этот же саисский жрец, одно из древнейших сказаний Египта. Атланты, жители Острова, были «сынами Божьими» («Критий» Платона).

«В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии (Benk Elohim) стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им. Это сильные, издревле славные люди» — как бы вторит Бытие Египту» (Библия «Бытие» 6:4).

«Когда же божеская природа людей постепенно истощилась, смешиваясь с природой человеческой, и наконец человеческая совершенно возобладала над божеской, то люди развратились, — продолжает египетский жрец у Платона, — Мудрые видели, что люди сделались злыми, а не мудрым казалось, что они достигли вершины добродетели и счастья в то время, как обуяла их безумная жадность к богатствам и могуществу… Тогда Зевс решил наказать развращенное племя людей» («Критий» Платона).

«И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле… и воскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков», — опять вторит Бытие Египту». (Библия, кн. Быт. 6:5–7).

Конец обоих преданий один. Египетский бог Атум говорит: «Я разрушу, что создал: потоплю землю, и земля снова будет водою». — «Воды потопа пришли на землю… и лишилась жизни всякая плоть» (Библия, кн. Быт. 6:10,21) — «произошли великие землетрясения, потопы, и в один день, в одну ночь… остров Атлантида исчез в пучине морской» («Тимей», Платона).

«Атланты распространили владычество свое до пределов Египта», — сообщает Платон. А по Геродоту: «был путь из Фив к Столпам Геркулесовым» — к Атлантиде.

Так, в этом древнейшем сказании, может быть первом лепете человечества, начало нашего мира связано с концом каких-то иных миров. И связь между концом и началом — Египет. Если в сказании об Атлантиде нет никакого зерна внешней исторической истины, то зерно истины религиозной, внутренней, в нем все-таки есть: языческая эсхатология начала мира, столь противоположно-подобная христианской эсхатологии конца — Апокалипсису.

Свет Атлантиды, вот что на дне головокружительно-бездонной Египетской древности — вечности.

Что такое Атлантида? Предание или пророчество? Была ли она или будет?

Атланты — «сыны Божьи», или, как мы теперь сказали бы, «человекобоги». «Человек возвеличится духом божеской, титанической гордости — и явится Человекобог», — говорит Иван Карамазов у Достоевского. О ком это сказано? О них или о нас? Не такие же ли и мы — обреченные, обуянные безумною гордыней и жаждою всемогущества, сыны Божьи, на Бога восставшие? И не ждёт ли нас тот же конец?».

Ответ на последний поставленный Д.Мережковским вопрос должен быть один: Атлантида была и её больше не будет. Она — предание, которое мифологизировано в античной (и не только) культуре. Но пророчество об Атлантиде останется на уровне мечтаний высших мировых “элит” — ИХ несбыточных мечтаний. Лишь в этом случае следующего “Апокалипсиса” не состоится.

Роль Санкт-Петербурга.

Путь из «Фив к Столпам Геркулесовым»,[223] как называли эллины путь в Атлантиду — не миф, а самая что ни на есть реальность. Намерения неких сил выстроить такой путь в эпоху нашей цивилизации, придав этому пути что ни на есть атлантическое содержание, подтверждается хронологическими и географическими данными.

Глобальный проект о котором пойдёт речь, несомненно курировался с древности из Египта и опирался на точнейшие расчёты жрецов в области астрономии и математики. Этот проект действительно выглядит как «путь из Атлантиды (преемственность от прошлой цивилизации: всего что можно оттуда взять, в том числе и культуры, конечно) в современность». Мало того, этот путь точно хронологически (во времени) и географически (в пространстве) просчитан далеко в будущее как некая «предопределённость, которую знали издревле только особо посвящённые» потомки атлантов, обосновавшиеся в Древнем Египте. Этот путь курировался личным вмешательством верхушки “жреческой” иерархии Египта в жизнь знаковых исторических личностей, которые жили хронологически во время, обозначенное в «пути» и от воли которых зависела следующая географическая точка на этом пути.

В настоящем географическая точка, которую проходит человечество, согласно этому атлантическому пути — Санкт-Петербург. Остановимся на кратком обзоре пути из «Фив к Столпам Геркулесовым», который полностью хронологически освящён в книге В.В.Курляндского «Тайна Санкт-Петербурга. Сенсационное открытие возникновения Северной Столицы» Москва, 2003 год. Следующие сведения мы будем брать из этой книги с некоторыми своими комментариями.

Начнём с того, что в период, когда Платон составлял свой «Критий», Египет управлялся по инерции ещё из Фив. А мировая столица располагалась пока ещё на территории Египта. Поэтому Платон и говорит о пути из «Фив к Столпам Геркулесовым». В наше время Платону пришлось бы говорить о пути из «Санкт-Петербурга к Столпам Геркулесовым».

Санкт-Петербург 1703 г. (Россия) — Киев 989 г. (Русь) — Константинополь 330 г. (Византия) — Александрия 332–331 гг. до н. э. (Египет) — Мемфис 3118 г. до н. э. (Египет).

Эти столицы находятся в Северном полушарии Земли на одной географической вертикали — на узкой полосе шириной в полтора градуса вдоль тридцатого меридиана. Все четыре столицы (после Мемфиса) имели в своей истории одно и то же событие: основоположник нового государства, прежде чем провозгласить о своих «великих» замыслах, расставался с городом, где находилась его резиденция и начинал строительство новой столицы на новом месте.

Автор книги «Тайна Санкт-Петербурга» В.В.Курляндский, восхищаясь владением астрологией и математикой египетским “жречеством”, выстроил свой рассказ на точных расчётах движения некоторых небесных светил. Он по сути поддержал своей книгой атлантический проект: мол всё схвачено было уже с истоков цивилизации и предопределено, ничего другого (кроме воссоздания порядков Атлантиды) и не может быть в будущем.

Действительно, создаётся впечатление, что египетские “жрецы” всё просчитали, опираясь на некое, известное только им объективное предопределение. Но, как мы уже говорили, атеизм знахарей-“жрецов” от Атлантиды и до наших дней не позволяет им вылезти из плена определения «объективности» лишь по звёздам… да исходя из только им известным соображений при расчётах.[224] Они не учитывают Божий Промысел, не верят Богу: Бога для них не существует, как не существует Бога единого во многих мировых восточных религиозных системах — таких как Буддизм, Индуизм, Синтоизм и прочих. В этих системах (также как и в древнеегипетской мировоззренческой системе) есть понимание и ощущение многих общих закономерностей Мироздания, из которых высшие иерархи этих систем черпают каждый свою «истину». Но нет одного — связи с Богом — Религии (с большой буквы). А значит их системы иллюзорны — как иллюзорен весь восточный мир (ведь западный атлантический проект выплеснулся с древнего Востока), чего на Востоке и не скрывают.

Но в проекте пути из «Фив к Столпам Геркулесовым» есть очень много от людей — от тех, кто первым взял на себя глобальную ответственность — “цивилизировать” других так, как им виделось это «нормальным». И нечего пенять на «объективность» и «предопределённость» проекта атлантического пути для нашей цивилизации: этот проект двигали конкретные люди и все они получали посвящения у высших иерархов Древнего Египта и их периферии на местах — а из каких соображений, это уже вопрос этики и нравственности исследователей. Поэому внутрисоциальное кураторство глобального сценария вполне укладывается в русло «человеческого» фактора, а никакой не «объективной предопределённости».

В то же время в проекте пути «из Фив к Столпам Геркулесовым» многое — от Божиего Промысла. И это вмешательство Свыше (Высшее Предопределение) всегда оказывалось решающим. Рассмотрим основные вехи этого пути.

· Александр Македонский (основатель Александрии — столицы своей империи 332–331 гг. до н. э.) воспитывался древнегреческим философом Аристотелем, который в свою очередь был учеником Платона. Сам Платон был посвящён и воспитан древнеегипетскими “жрецами”, прожив в Египте 22 года. После завоевания Египта Александр Македонский основал Александрию, для убеждения в чём он общался с египетскими “жрецами”. “Жрецы” провозгласили Александра сыном бога Амона и фараоном Египта. Эллины считали Александра воплощением бога Зевса.

Скорее всего империя Александра Македонского была избрана иерархией высшего древнеегипетского “жречества”, оставившим к тому времени управление Египтом — первойкрупной мировой площадкой — плацдармом, откуда они планировали начать чужими руками концентрацию управления мировыми цивилизациями (в первую очередь современным Западом) методом «культурного сотрудничества». Дата основания Александрии совпадает с началом эпохи эллинизма (когда античная культура уже вовсю распространялась не только устно, но и была записана в мифах) — 323 — 30 гг. до н. э. Это подтверждает вывод, который сделан нами ранее, что античная культура была до новой эры единственной, котору выбрали “жрецы” Египта как мифологическую религиозно-мистическую систему религиозного атеизма для толпы.

Так и развивались страны, попавшие под влияние античности, до 30 г. до н. э. Последующие события — подчинение Египта Риму, образование на месте державы Александра Македонского нескольких государств: Селевкидов, Птолемеев, Пергама, Понтийского царства и других а затем (в течение 2–1 вв. н. э.) попадания этих эллинистических государств под власть Рима — вынудило наследников высшей иерархии древнеегипетских “жрецов” подстраиваться под исторические события, чем и объясняется перенос мировой столицы в Римскую империю. Александрия осталась столицей лишь Египта в том числе и вследствие того, что рождение Будды[225] и дальнейшее распространение буддизма стали оказывать огромное влияние на народы Азии и их невозможно было уже вписать в античное многобожие.

Следует заметить, что ОНИ (древнеегипетские “жрецы” — «мировая закулиса») всегда действовали одинаково: чтобы полностью завербовать главу империи, ОНИ его посвящали (скорее всего применяя такой древний приём, содержательно известный ещё со времён шаманизма, как инициация с применением специфической личностной эгрегориальной магии-мистерии), а затем склоняли его перенести столицу в другое (от имеющегося) место, чтобы как бы «с нуля» начать “новую жизнь”, освободившись как от старых стереотипов мышления, от довлеющей архитектуры и памятников, лишних придворных и советников и прочего наследия — замкнув управление столицей и императором на себя. Это — главное. А географическая “предопределённость” столиц «около 30-го меридиана» — всего лишь дань преемственности нового курса (концепции) старой концепции Атлантиды: ведь этот самый 30-й меридиан упирается на крайнем юге в саму Атлантиду. Просто высшие “жрецы” Египта любят оставлять серьёзные знаки на пути (либо же у них свои соображения астрономического характера?). Нас это мало волнует: это — ИХ соображения. Тем более, что Божий Промысел объемлет все сценарии…

· С Константином Великим произошла подобная история. Основатель Константинополя (330 г.) стал удачливым преемником римской власти именно тогда, когда высшая иерархия наследников древнеегипетского “жречества”, следуя принципу иметь свою резиденцию в самой могущественной державе западного мира, выбрала Римскую империю. Однако, к этому же времени «мировая закулиса» уже решила сменить античность на власть идеалистического атеизма псевдохристианских церквей — для толпы.

Египет при Константине I был провинцией Римской империи: к тому времени “жрецы” уже давно отдали свою родину, пожертвовав ею ради глобального проекта порабощения людей всего мира. Сам Константин большую часть своей жизни поклонялся культу «непобедимого Солнца». Его правление называли «солнечной империей». Советники императора поддерживали контакт с мудрецами из Александрии. Оттуда и пришёл совет перенести столицу Римской империи в далёкий от Рима город на востоке империи, назвав его Константинополь.

Практически одновременно с этим меняется «сверху» от императора религиозная система всей Римской империи. Библейское христианство становится государственной религией Римской империи при Константине Великом. Незадолго перед своей смертью он “вдруг” решил поменять веру. С Константином Великим произошло нечто подобное, что было и с Александром Македонским — прежде чем он решил поменять столицу империи. Напомним, что Александр Македонский в поисках храма Амона Ра заблудился и попал на некоторое время под персональную опеку жрецов, где испытал самое глубочайшее в своей жизни переживание, которое повлияло на все его поступки, но по поводу которого он сохранял великую таинственность, после чего Александр стал «сыном бога». Так производятся инициации-посвящения, в ходе которых из психики нужного лица буквально “вычищаются” старые его мировоззренческие взгляды и “закладываются” новые.

Константин Великий, скорее всего, начал на себе ощущать подобного рода “связь с божественным” (не без вмешательства учителей-посвятителей) задолго до принятия Римом “христианства”. Он, конечно же, общался со “жрецами” и попытки его инициации в новую веру выразились в знаменитом «видении Константину». В 312 году он увидел видение — крест на небе с надписью «С сим знаком победишь». После этого он действительно победил в важном сражении. Однако, инициация Константина I проходила, видимо, тяжелее чем Александра Македонского, и крещение он сам принял уже после того как провозгласил Рим «христианской империей» — в 337 году перед смертью.

С этого момента — от основания Константинополя — начинается библейская история современного Запада.[226] Античная история отступила на второй план — до эпохи «Возрождения».

Так приход в мир Иисуса Христа (посланника Свыше) скорректировал планы древнеегипетского “жречества” в сторону перехода от мистерии античного политеизма к мистерии псевдохристианского монотеизма с одновременным переносом столицы в захолустный город на востоке Римской империи. Если даже и был у «мировой закулисы» древний план о переносе столицы в Константинополь в 330 году, с одновременной концентрацией духовного управления через иерархию богов с выделением одного бога (например Осириса), то никак не могли ОНИ планировать христианство. А содержание христианства (даже извращённое ИМИ)[227] — всё же здорово отличается от содержания древних магических культов богов.

Кроме того, извращение христианства Христа “приостановило историю” (в смысле технико-технологического прогресса) почти на 1500 лет (до эпохи Возрождения) — в том смысле, что библейские церкви сдерживали научно-технический прогресс, который взял невиданный разгон на европейском Западе со времён «эллинистической» эпохи. В этом выразился Промысел: не хотите жить по Христу — пусть библейские церкви (по сути — Антихрист) поддерживают застой: может быть жизнь вас чему-нибудь научит за «средние века», во времена которых зверства церковной инквизиции в Европе превзошли, наверное, «адские муки», которые библейцы прочат отступникам от веры (по сути — Антихриста).

· Владимир[228] Креститель, новгородский князь,[229] вернулся на Русь с наёмным войском,[230] после чего завоевал Киев в 980 году. В семью Владимира Крестителя «мировая закулиса» зашла через женскую линию со стороны Византии. Соблюдая преемственность столиц, бабка Владимира, равноапостольная княгиня Ольга, крестилась в 957 году в Константинополе, и стала первой “христианкой” в княжеском роде Рюриковичей. Сам Владимир женился на сестре византийского императора Анне: последнюю пожертвовали ради соблюдения пути «из Фив к Столпам Геркулесовым». Анну отдали за Владимира при условии, что он крестится. Его крещение было совершено в Корсуни 15 июня 988 года. Этот же год считается годом основания православной киевской Руси.

Но явно выраженная инициация-посвящение была и в жизни Владимира Крестителя. Перед самым крещением произошло весьма знаменательное явление. Владимир так сильно заболел глазами, что ослеп.[231] Прибывшая в Корсунь невеста принцесса Анна уговаривала его скорее креститься, обещая выздоровление. И действительно, в «купели Крещения», когда греческий епископ возложил руку ему на голову,[232] Владимир почувствовал, что исцелился. «Теперь узнал я истинного Бога!»[233] — в радости воскликнул он. Инициация-вербовка в новую веру была успешно завершена.

Чем же не устраивал ИХ мировой центр в Константинополе? — Очередное вмешательство Свыше уже произошло к этому времени. В 610 году начал проповедь следующий избранник Свыше — пророк Мухаммад. Закончил он свои проповеди в 632 году, а в 651 году уже была первая редакция Корана. В отличие от Нового Завета, Коран редактировать было очень сложно:[234] цензорам удалось лишь нарушить хронологический порядок сур (глав) Корана. Кроме того ещё при жизни Мухаммад, основав цивилизацию ислама, сам возглавил военный поход на «неверных» (после 10-ти лет мирной проповеди), после чего цивилизация исторического ислама стала расширяться, захватывая всё новые земли бывшей Римской империи (в том числе и Египет, что весьма символично). В этом отношении перенос мировой столицы из западного Константинополя в древнерусский Киев — можно по праву считать удачной попыткой ИХ упреждающего бегства от наступления цивилизации исторического ислама. Но Киев пал в том числе и по причине азиатского вторжения на Русь. Константинополь был взят турками в 1453 году, а в 1598 году в период правления Бориса Годунова в Москве была предпринята попытка установления чего-то типа центра мирового Патриаршества.[235] Как только ОНИ попали на Русь — ИХ неприятности стали закономерностями.

· Пётр I — основатель Санкт-Петербурга (1703 год). Получал посвящение-инициацию на Западе. Там же получил “установку” заключить «Константинопольский мирный договор» (1700 г.) и начать Северную войну со Швецией (в августе 1700 года) в результате чего исконно русские земли были возвращены. Территории, на которых возведён Санкт-Петербург относились к Новгородскому княжеству. Таким образом после 700-летнего периода столица, можно сказать, вернулась на новгородскую землю, откуда её перенёс в Киев Владимир Креститель. Пётр I был воодушевлён и инициирован не только голландской периферией древнеегипетского “жречества”. Доморощенные иерархи церкви тоже участвовали в инициации, предсказывая новую столицу на севере.[236].

Перенос столицы из Москвы в Санкт-Петербург вызван глобальной необходимостью ИХ упреждающей подготовки (опять бегства от своих же прошлых деяний) смены религиозных декораций для толпы с церковно-библейского христианства на светскую веру материалистического атеизма. Для этого нужна была другая столица: Москва после выхода из смуты в 1613 году укрепилась как мощный “христианский” духовный центр. ОНИ уже решили к тому времени имитировать строительство общества «всемирного равенства и братства людей»[237] но такая библейская столица как Москва для этого не подходила. В проект «всемирного равенства и братства людей» было решено вписать весь мир, в том числе и цивилизацию исторического ислама: поэтому Петру I было приказано в первую очередь заключить мир с турками. В 1721 году Пётр указом называет Россию — очередной империей — как и положено ИХ глобальному преемнику.

Пётр I, проводя реформы на западный манер, одновременно ограничивал роль церкви в России.[238] От петровских реформ до конца предреволюционного XIX века — менее 200 лет. Но за эти 200 лет религиозная вывеска неуклонно менялась от псевдохристианской церковной на светскую масонско-марксистскую. Перенос мировой столицы в Санкт-Петербург с одновременным его основанием явился закономерным итогом эпохи Возрождения античной культуры в Европе. На смену псевдохристианству с его страшной инквизицией на Западе, пришла эпоха “гуманизма”, ознаменовавшаяся периодом буржуазно-демократических революций в Европе. Плацдармом для перехода от капитализма к псевдосоциализму (к обществу имитации всеобщего равенства и братства) ОНИ выбрали Россию с центром в Санкт-Петербурге: марксизм появился лишь в середине XIX века а изначально в период эпохи европейского Возрождения религиозной вывеской была опять назначена древняя античность.[239] Санкт-Петербург же всегда считался «европейским городом» — в смысле части западной европейской цивилизации, что нельзя было сказать во времена Петра I про Москву.[240] Так в соответствие с древними астрологическими расчётами “жрецов” Египта Санкт-Петербург стал столицей мира. Но впереди ИХ опять ждала полоса разочарований.

Почти сразу после отстройки Северной Столицы из неё стали делать “макет” объединения египетской и античной культур — в первую очередь — не забывая отдавать дань и библейской современности. Не случайно Екатерина II, следуя заветам Петра, 4 января 1772 года начала завозить из Парижа в Эрмитаж «шедевры мирового искусства» в количестве от 150 до 180 штук — произведения известных художников. Картины античной и библейской тем. Сама египетская тема в Санкт-Петербурге постоянно развивалась со времён после Екатерины II. Так, например, весной 1832 года в Санкт-Петербург из Египта были завезены фигуры сфинксов, занявшие место у Академии Художеств.[241] В общем, большего количества античных и египетских символов вещественной культуры, чем в Санкт-Петербурге нет нигде. Такого количества сфинксов и львов[242] вообще нигде нет.

Но и этого мало: В Санкт-Петербурге, как многие уже давно заметили, «мирно уживаются» представители всех культур и религий мира. Здесь есть памятники архитектуры эпохи Возрождения, библейские и буддийские храмы, мечети и прочие вещественные памятники различных мировых культур. Но по ИХ замыслу все эти культуры должны были стать интегрированными (вписанными) в древнеегипетскую схему глобализации. Поэтому львы и сфинксы как бы сторожат всё остальное в новой столице мира.

Владимир Ленин явился очередным символом очередных идейно-религиозных и политических преобразований в мире. Он, также как и Владимир Креститель, приехал из эмиграции менять веру. И это ему удалось. Санкт-Петербург стал столицей советской России. Но в марте 1918 года было принято решение о переводе столицы России в Москву. Что это? Сбой?

Ведь подобного рода сбои уже встречались в российской истории. Так Санкт-Петербург являлся столицей России с 1712 по 1728 гг. Затем был перерыв — с 1728 до 1732 гг., связанный с нежеланием православной “элиты” жить в промасоненном Санкт-Петербурге: “элита” в страхе бежала в Москву через три года после смерти Петра I. То есть, не всё гладко у НИХ было в договорённостях и в посвящениях среди российских “элит”. Российские “элиты” всегда стремились “оторваться” от ИХ власти и паразитировать на народе самостоятельно а православная церковь их в этом всегда поддерживала — тоже отрываясь от Запада. То есть, российские “элиты” сами лезли на роль «расы господ» и им не нравилось западное кураторство. Поэтому российские высшие непосвящённые “элиты” поддерживали до последнего библейское христианство в форме православия,[243] поскольку священство поддерживало “элиты”.

После 1917 года «мировая закулиса», видимо испугалась срыва российского эксперимента (сопротивление «белой армии» одно время было угрожающим для троцкистов-ленинцев), и разрешила на некоторое время перенести столицу в Москву — подальше от западных границ — до окончания Гражданской войны, в ходе которой Запад поддерживал троцкистов-ленинцев и очень вяло имитировал поддержку белогвардейцев. Однако, вернуть столицу России «на место» ОНИ так и не смогли до сих пор. Причиной этому послужила деятельность ещё одного избранника Свыше — И.В.Сталина.

Санкт-Петербург так и остался до сих пор антично-египетской[244] и масонской столицей. Перехват власти И.В.Сталиным у масонов в 30-х — 40-х годах перечеркнул многие ИХ планы, в том числе и возвращение Санкт-Петербургу статуса столицы новой империи — России (СССР) — откуда распространялась бы концепция имитации «всеобщего равенства и братства».[245] Зачем И.В.Сталину было возвращать столицу в Санкт-Петербург: у него после этого лишь добавилось бы проблем, поскольку основные масонские и оппозиционные центры (периферия «мировой закулисы») остались базироваться в Санкт-Петербурге.[246] Вот и получается, что И.В.Сталин поступил чем-то подобно фараону Эхнатону, который удалил столицу Египта подальше от столицы “жречества” Амона Ра. Только И.В.Сталин специально столиц не строил: он воспользовался обстоятельствами и взял эти обстоятельства под личный контроль в дальнейшем. Поскольку проект «всемирной революции» был сорван И.В.Сталиным (он выдвинул лозунг победы социализма в одной стране, а не как хотел Троцкий «перманентно по всему миру»), скорее всего ОНИ приняли решение управлять извне СССР как Египтом,[247] в котором в древности было две столицы: Фивы и Мемфис.

Но Санкт-Петербург так и остался для НИХ современной мировой столицей, которая должна показывать мировой пример, и где базируются основные ИХ посвящённые кадры. Поэтому до сих пор у НИХ стоит задача: как отдать побольше власти Санкт-Петербургу, забрав эту власть у зажравшейся московской “элиты”. Последние 1000 лет стало уже традиционным на Руси, что очередная попытка смены политических и религиозных декораций связана с именем Владимир.

На волне западной “перестройки” в России опять воцарилась церковно-христианская религиозная вывеска. Мало того, иерархи РПЦ смогли за 10–15 лет духовно завербовать многих представителей из высших “элит” и часть толпы. Также как и после Петра I, многие высшие ”элиты” под духовной опекой РПЦ[248] хотят избавиться от западного кураторства и паразитировать на толпе сами, представляя российскую «расу господ»:[249] российским “элитам” мировое владычество не нужно. Поэтому российские “элиты” вполне устраивает полновластие православной Москвы. А на Санкт-Петербург они всегда смотрели с ненавистью и страхом. Но то, чего они боялись — с конца 1999 года начало происходить.

«Мировой закулисе» нужен сильный Санкт-Петербург — пусть пока преимущественно православный (для толпы), но антично-египетский для посвящённой “элиты”, масонов и прочих доверенных лиц. Почти одновременно с появлением «питерской команды» во главе с Владимиром Путиным[250] стали ползти по нарастающей слухи о переводе части властных полномочий из Москвы в Санкт-Петербург.[251] Борьба между международными масонскими кланами (базируются в основном в Санкт-Петербурге) и православно-марксистскими “элитными” кланами, которые нажили себе капиталы во время “перестройки” и ранее (базируются в основном в Москве) вступила в решающую стадию с “воцарением” В.Матвиенко на посту губернатора Санкт-Петербурга[252] (осень 2003 года).

Были ли попытки инициации Владимира Путина — подобные тем, что проводились над его предшественниками — можно только предполагать. Одно несомненно: он изначально — ИХ ставленник — и прошёл целую серию проверок, прежде чем ему доверили быть “смотрящим” за Москвой из Санкт-Петербурга (помимо всего прочего).[253] Но И.В.Сталин — тоже изначально был ИХ ставленником, а по мере взятия власти стал менять концепцию управления страной. Тем более что такая концепция, какую представляли избранники, которых поддерживал Бог, существует уже около 15-ти лет.[254] Поэтому где будет мировая столица сейчас особого значения не имеет: время посвящений прошло.[255] Имеет значение, какое содержание (какую концепцию) будет нести в мир эта столица. Раз уж ОНИ назначили Санкт-Петербург, то и новая концепция должна быть представлена из него…

В общем, можно сказать, что после скитаний по миру (от Древнего Египта до Швейцарии) «мировая закулиса» с 1703 года стала готовить себе лично “гнёздышко” у нас в России, с центром в Санкт-Петербурге. Но мало иметь резиденцию с «надёжными людьми», надо ещё иметь власть — реализуемую способность управлять по выбранной концепции. Как показывает исторический опыт, своевременное заранее предопределённое вмешательство Свыше всегда путало планы «мировой закулисы» и она вынуждена была метаться от идеалистического атеизма псевдохристианской церкви к античности и марксизму — а затем обратно.

Что же касается соблюдения “закономерности” движения мировой столицы по пути «из Фив к Столпам Геркулесовым», то древнеегипетские “жрецы” вполне могли считать часть Высшего Предопределения нашей цивилизации через знания астрономии, и/либо ощущать эту часть через имеющееся у них чувство Мhры. Они “своими руками” и действиями следили за выполнением этого Предопределения[256] несколько тысяч лет, стоя свои планы на владение миром. Однако, ИХ планы ИМ же приходилось всё время корректировать — не в смысле пути и хронологии движения столицы (2-й приоритет обобщённых средств управления), а — по содержанию (1-й приоритет). И хоть религиозные формы-вывески это 3-й приоритет обобщённых средств управления, но через длительную трансформацию религиозных форм человечество пришло к необходимости смены концепции — с рабовладельческой на человеческую. Для этого всегда вовремя появлялись люди (которых называют пророками) — избранники Бога, Который поддерживал их праведные начинания. Эти люди вносили содержательные изменения в религиозные системы, претендующие на мировую значимость. А это уже 1-й приоритет управления.

Как только ОНИ положили глаз на Русь, столица России Москва выпала на карте мира «вправо» при движении мировой столицы по тридцатому меридиану. Древняя наука астрономия, результатами исследования которой безусловно руководствовались древние «посвящённые», как истиной в последней инстанции для принятия управленческих решений — всего лишь один из Языков Бога (для усвоения объективности пути). Это — наука о части объективных процессов, представляющих собой всего лишь давление внешней среды, которое надо ещё и правильно понимать, как отражение на Землю космической грани Мhры-Предопределения. Поэтому ни в коем случае не правильно путать эту частную грань Мhры-Предопределения Бога со всем Его Предопределением, которое гораздо шире и должно восприниматься далеко не через астрономию. То есть понимание Языка Бога (внимание к Языку Бога) ни в коем случае не сводится лишь к изучению звёздного неба. В противном случае люди могут оказаться под властью увиденной ими же через науку астрономию некой субъективной «мhры» (без смысловыражающего её понимания вещей), зазомбировавшись её якобы объективной безусловной неизбежностью. Но и такие люди будут всё равно работать на осуществление Промысла.

Все попытки навязать толпе мнение о том, что праведников — поддерживаемых Свыше (которых называют пророками) — курировали посвящённые[257] верны только, если это понимать чисто механически: посвящали «пророков», следили за ними, вредили им, вмешивались в их культурное наследие после ухода «пророков». Всё это было. Но каждый приход каждого знакового человека праведника, поддерживаемого Свыше таким образом отражался на глобальном историческом процессе так,[258] что ОНИ вынуждены были впоследствии подстраиваться (упреждающе убегать от своих же прошлых деяний) не географически, а содержательно — подстраиваясь под мировой религиозно-нравственный прогресс. Такого вмешательства Свыше оказывалось вполне достаточно, чтобы народы мира медленно двигались от концепции рабовладения к человечной концепции. А посвящённые зато оставались при иллюзиях, что они всем и всеми управляют: ведь столица-то двигалась по их древним расчётам.

Античность и западная культура.

Древнегреческая мифология прошла большой путь и при этом сохранила свою удивительную живучесть. На рубеже II–I тысячелетий до н. э. эти своеобразные древнегреческие религиозные предания распространяли бродячие певцы — аэды. Они переходили из одного поселения в другое, останавливались в знатных домах, на собраниях знати и мерными голосами декламировали, аккомпанируя себе на кифаре,[259] сложенные ими или заимствованные песни и гимны в честь богов или героев. Обычно на ранних стадиях развития древнегреческого общества в каждом племени был свой бог-покровитель или герой-защитник, которым и посвящались песни аэдов. Наряду с песнями про богов и героев среди ранних племенных культов были распространены другого рода гимны, оставшиеся от общинного строя — рабочие сельские песни, боевые гимны дружин, свадебные и погребальные песни. Со временем, по мере усиления роли государств на первый план стали выдвигаться культовые песни о богах и героях. А остальное народное творчество стало уделом низших слоёв общества.

Так в песенном творчестве Древней Греции на ранних стадиях были представлены две религиозные культуры: общинная и атлантическая. Общинная культура — песенное выражение духовного наследия естественного развития людей нашей цивилизации. Атлантические предания о богах, героях и творении мира — песенное выражение духовного наследия прошлых цивилизаций, распространяемое на ранних стадиях изустно через специальных певцов. Впоследствии атлантическая линия стала возвышаться над общинной, превратясь к началу эллинской эпохи в сложную и запутанную систему мифов и легенд.

Постепенно в отдельных областях Древней Греции сложились целые циклы сказаний. Так, в крупнейшем из городов Беотии — Фивах пели песни и сказания о божестве вина и веселья Дионисе, о несчастной матери Ниобе, потерявшей всех своих детей вследствие гнева бога солнца Аполлона, о несчастном царе Эдипе, бессознательно совершившем ужасные преступления и искупившем их жестоким наказанием.

В Аргосе, расположенном на восточном побережье Пелопоннеса, рассказывали о герое Персее, о страшном конце вождя Агамемнона, победителя города Трои, предательски убитого собственной женой с сообщниками, и о мести его сына Ореста убийцам отца.

На острове Крите были распространены сказания о могучем боге Зевсе, под видом быка похитившем финикийскую царевну Европу,[260] от которого будто бы пошёл род правителей Крита.[261].

В Аттике и её центре Афинах были распространены сказания о сыне морского бога Посейдона, Тесее, который объединил разрозненные до того аттические племена ионян в одну общину, построившем город Афины и совершившем ряд подвигов.

Повсеместно широко были распространены легенды о Геракле — могучем сыне верховного бога Зевса, о его подвигах и трагической судьбе, о дальнем походе в малоизвестные сказочно страшные области группы героев, построивших корабль «Арго» (плавание аргонавтов), об общегреческом походе племенных вождей и их дружин на малоизвестный город Трою и о бедствиях и приключениях многих из них, особенно вождя Одиссея, при возвращении на родину.

Какие стереотипы взаимоотношений и жизненных перспектив могли остаться в психике людей, верящих и восторгающихся всеми этими трагедиями богов и героев? — Вся жизнь сплошная борьба, ошибки, жестокость, случайные победы и поражения, заканчивающиеся как правило трагически. Людям, не знавшим альтернативной культуры, оставалось лишь так и воспринимать жизнь — как её воспринимали божественные кумиры: как сплошную игру случая (мало предсказуемое отражение в жизнь людей борьбы богов и героев). Но в то же время посвящённые могли спокойно делать и корректировать эту игру через изменения и дополнения в мифологию, через трактовку мифов на своё усмотрение. И то, что толпе казалось «случаем», «роковым стечением обстоятельств», «бессознательными ошибками и просчётами» — в глобальной игре посвящёнными укладывалось в целесообразную мозаику сценария в отношении тех, кто восторгался мифами и легендами.

На основе изустных песен и сказаний некоторые аэды создали большие эпические поэмы — под кураторством посвящённых. Наиболее популярными стали первые поэмы слепого певца Гомера[262] — «Илиада» и «Одиссея». Стихи Гомера стали передаваться из уст в уста в течение нескольких поколений. И в VI в. до н. э. они были впервые записаны в Афинах и превратились в письменные литературные источники — вещественное культурное наследие — своеобразное античное «священное писание». Они изучались во всех школах древней Греции, впоследствии — в школах Греко-восточных эллинистических государств, созданных греческими завоевателями в Азии. Также эти литературные произведения обязательно изучались в большинстве учебных заведений Римской империи.

Из других произведений древнегреческой литературы, в которых излагаются многие мифические мифические сказания, следует указать поэму «Теогония», созданную Геосидом в VIII в. до н. э. Кроме того, подавляющее большинство трагедий афинских драматургов V века до н. э. — Эсхила, Софокла, Еврипида — представляют собой художественную обработку древних мифических сказаний о богах и героях.

Много древнегреческих сказаний сохранилось до нашего времени в произведениях греческих и римских писателей, живших в эпоху Римской империи. Таковы «Энеида» Вергилия, «Метаморфозы» и «Героини» Овидия (I век до н. э.) и другие.

Образы мифических богов и героев воспроизведены и в многочисленных произведениях античного, особенно древнегреческого искусства. В ряде случаев древнегреческие художники, а особенно скульпторы, стремились воспроизводить в своих произведениях целые мифические эпизоды. Античная греко-римская культура оказала и оказывает до сих пор огромное влияние на развитие всех современных европейских обществ.

Начиная с эпохи Возрождения, после ряда столетий забвения, произведения античной культуры, а вместе с ними и образы древнегреческой мифологии вновь привлекли к себе внимание “элит” европейского феодального общества и зарождающейся городской буржуазии. Писатели, художники и музыканты различных европейских стран вновь стали брать сюжетами своих произведений эпизоды древнегреческой мифологии.

Поскольку античная эгрегориальная иерархия богов и героев (античное «духовное наследие») за несколько столетий никуда не девалась (тем более что в самой Греции она постоянно поддерживалась на уровне культуры, в которой уживались “христианские” каноны и античные “святыни”), а была как бы “законсервирована” — её стали активно “оживлять” в эпоху Возрождения. Вследствие этого даже те, кто не знал содержания мифов и легенд — всё равно находились под постоянным воздействием на их психику готовых образов сцен из античной мифологии, представленных деятелями культуры начиная от эпохи Возрождения. Эти грандиозно сформированные деятелями искусства образы непременно замыкали психику людей на всю эгрегориальную алгоритмику мифов и легенд. Так бессознательно и приобщались к античности все, кто рождался после эпохи Возрождения в странах, где существовали античные произведения искусства. Это и требовалось посвящённым, которые всегда самым тщательным образом следили за идейно-религиозной вывеской для толпы.

Изображению мифических божеств и сюжетов посвящены некоторые произведения известнейших итальянских художников эпохи Возрождения — Леонардо да Винчи (бюст богини Флоры), Сандро Ботичелли («Рождение Венеры», «Весна»), Тициана («Венера перед зеркалом» и др.), Джордано («Суд Париса»).

На сюжет, заимствованный из греческой мифологии, написана одна из драм В.Шекспира «Троил и Крессида» и поэма «Венера и Адонис». Отдельные имена мифологических героев встречаются во многих других произведениях В.Шекспира.

В XVII–XVIII вв.[263] заимствование сюжетов из древнегреческой мифологии и европейском искусстве получило особо широкое распространение. На сюжеты, взятые из древнегреческой мифологии, писали свои картины многие выдающиеся голландские, фламандские и французские[264] художники: П.П.Рубенс («Персей и Андромеда», «Венера и Адонис» и др.), Ван-Дейк («Марс и Венера»), Рембрандт («Даная», «Голова Паллады Афины»), Пуссен («Эхо и Нарцисс», «Нимфа и сатир», «Пейзаж с Полифеном», «Пейзаж с Гераклом» и др.), Буше («Аполлон и Дафна») и многие, многие другие.

На заимствованные из греческой мифологии сюжеты писали свои произведения выдающиеся французские писатели второй половины XVII века Корнель и Расин. Образы древнегреческой мифологии отразили во многих своих произведениях Гёте и Шиллер. На мифологические сюжеты были написаны и многие из оперных произведений XVII и XVIII вв. Таковы первые в Европе оперы «Дафна» и «Эвридика» итальянских композиторов конца XVI и начала XVII в., «Орфей» — Монтеверди, «Кастор и Поллукс» — французского композитора Рамо, «Ифигения в Авлиде», «Орфей» — Глюка, «Идоменей» — знаменитого Моцарта и многие другие.

Российские писатели, драматурги, художники и музыканты XVIII и первой половины XIX в. зачастую также обращались в поисках сюжетов для своих произведений к образам и эпизодам древнегреческой мифологии. Так, одной из ранних опер, поставленных в России (1755 г.) была «Цефал и Прокрис» (Кефал и Прокрида), написанная на один из мифических эпизодов. Текст её написал Сумароков,[265] музыку — придворный композитор Арайя. Позднее тот же Сумароков, взяв за фабулу другие мифические эпизоды, написал текст для оперы «Альцеста» (Алкеста) и комедию «Нарцисс».

В конце XVIII в. российский композитор Фомин создал мелодраму «Орфей», которая также заимствовала сюжет древнегреческой мифологии. Мифологические персонажи многократно упоминаются в баснях И.А.Крылова, стихотворениях Г.Р.Державина, В.А.Жуковского, А.С.Пушкина,[266] М.Ю.Лермонтова.

Российский скульптор начала XIX века Ф.Толстой создал знаменитый бюст греческого бога сна — Морфея. Художник К.П.Брюллов написал некоторые из своих картин на сюжеты античной мифологии («Встреча Аполлона и Дианы», «Сатурн и Нептун на Олимпе»).

Огромное количество античных памятников в Санкт-Петербурге. Это целые скульптурные группы и отдельные статуи, которые украшают здания Адмиралтейства и крышу Эрмитажа, внутренние помещения дворцов Павловска и Пушкина, Петродворца. Эрмитаж хранит множество произведений искусства на античные темы.

Отдельные эпизоды и образы древнегреческой мифологии привлекли внимание некоторых российских художников конца XIX и начала XX вв.: В.А.Серов («Похищение Европы», «Одиссей и Навзикая»), М.А.Врубель («Пан»).

Мифология древней Греции приобрела поистине вселенские масштабы в сознании западных людей. Названия планет солнечной системы, многих неподвижных звёзд и целых созвездий взяты из античной древнегреческой мифологии. Вот и вполне земное замыкание пути «из Фив к Столпам Геркулесовым» на космическую “предопределённость” через астрономию. А через астрономию, которую изучают люди — на богов Древней Греции. И опять всё в основном в обход сознания людей. Люди думают: звёзды, это точно неземное, тем более что они под именем богов — значит так оно и было всегда…так оно и будет.

После эпохи Возрождения стало модно называть военные (реже гражданские) морские суда именами мифологических богов и героев. Правильно заметил в знаменитом мультфильме капитан Врунгель: «Как вы судно назовёте — так оно и поплывёт». Если проследить за судьбой многих судов, названных именами античных богов и героев, то можно найти удивительные алгоритмические параллели в их «судьбах». А ведь «судьбы» античных богов и героев в основном трагичны. Работает эгрегориальная алгоритмика, издревле предназначенная для толпы, чтобы её пасти. Ведь эгрегору “всё равно” он часто реагирует не на материальный объект управления, а на «имя» этого объекта. А если ещё и команда морского судна[267] соответствует его названию (имеется в виду отсутствия воли, безнравственность либо злонравие членов экипажа), то действует принцип описанный выше (в разделе «Содержание античной мифологии»): эгрегор становится субъектом управления по отношению к объекту (судну и его экипажу) — поэтому с судном и экипажем может произойти нечто подобное, что произошло в соответствующем мифе с тем, чьим именем судно названо.

В советское время сразу после Гражданской войны изучение древнегреческой мифологии стало неотъемлемой частью среднего и высшего образования.

Имеет ли античность отражение в современной западно-российской культуре, чтобы её можно было “пощупать”? Имеет, и ещё какое! Одним из отражений античной алгоритмики в современной масскультуре является роль телевидения и кино в жизни обывателей. Там каждый может найти свой культ (представлен «любимым каналом», «любимой передачей», «любимым актёром или героем»…),[268] который как бы “обожествляется” толпой. Тем же, кто хочет «весело провести время» (это особенно касается молодёжи) — власти всё чаще и чаще устраивают настоящие мистерии на улицах крупных городов по поводу любых праздников.[269] Многие праздники начинаются с массовых шествий по улицам городов, переходящих в специально устроенные гуляния и пиршества. А заканчиваются праздники, как и положено древним мистериям — импровизированными выступлениями певцов и танцоров.[270] Цель таких современных мистерий всё та же: дать толпе “разрядить” свои негативные эмоции на площадях, чтобы отвести от самих властей весь негативный потенциал, накопившейся за период «от праздника к празднику»: ведь не подумает же плохое толпа на тех, кто организует для неё такой “прекрасный” отдых. Если в древности все беды (которым сопутствует негативная энергетика) в ходе мистерий списывалась на «гнев богов»[271] и прочие “божественные” причины, то в нынешней ситуации она “распыляется” в ходе мистерии по множеству мелких эгрегоров-увлечений каждого из участников мистерии.[272] Однако, в случае надобности посвящённые всегда могут направить эту мощную энергетику очередной улично-площадной мистерии на политические нужды,[273] тем более в их распоряжении имеется и телевизионный контур мистерии. И пока толпа поддерживает всякого рода мистерии — «посвящённые» могут делать с этой толпой всё, на что они способны — делать политику.[274].

Античная философия.

Древняя Греция считается «родиной европейской науки». Первые родоначальники греческой школы появились в конце VII начале VI века до н. э. Древнегреческий философ Фалес происходил из знатного рода. Фалеса называют самым мудрым из семи мудрецов античной Греции.[275].

Рассмотрим основные причины, которые позволили небольшому народу, насчитывавшему в те давние времена всего лишь несколько десятков тысяч человек, добиться удивительного взлета в философии и математике, в поэзии и в искусстве скульптуры, в системе образования и в устройстве государственной жизни. Этот взлёт получил название « греческое чудо». Рассмотрим основные причины этого поразительного явления:

· Во-первых, сыграло свою роль географическое положение: Греция находилась на пересечении торговых путей, которые выполняли одновременно роль информационных потоков, приносящих сведения изо всех уголков мира.

· Во-вторых, греки сумели создать «превосходную» по тем временам систему образования.[276] В их гимназиях юноши получали разнообразные знания и, кроме того, учились ораторскому искусству, игре на музыкальных инструментах, обучались декламации и актёрскому мастерству. Занятия спортом были любимы молодыми людьми, так как красота и гармония тела были у греков своеобразным культом. Родители обычно отправляли своих сыновей после окончания гимназии в путешествия по другим странам. И хотя в те времена это было довольно рискованным предприятием, и не все возвращались, они шли на это, понимая, что это лучший способ “обогатить” себя жизненным опытом и знаниями.

· В-третьих, в Афинах[277] царило уважение к личности; человека ценили прежде всего по уму и способностям, а не по “богатству” и происхождению. Политическую карьеру мог сделать каждый свободный грек, будь он умен, образован и красноречив. Существовал закон, по которому даже рабу, если у него обнаруживался талант в каком-либо деле, хозяин должен был дать свободу, а государство выделяло ему землю и средства, помогая стать на ноги.

· В-четвёртых, хотя сознание греков было религиозным, религия не играла в жизни общества такой исключительной роли, как на Востоке; её сдерживающее влияние по отношению к свободе мысли почти не ощущалось. То есть, греческая религиозная система была особо атеистичной под покровом мифологии — близкой к системе материалистического атеизма.

Основной источник происхождения греческой науки и философии — Древний Египет. Не случайно древнеегипетская высшая “жреческая” иерархия, решив окончательно покинуть Египет, выбрала Древнюю Грецию для распространения «нужной» культуры в Европу. Большинство древнегреческих учёных и философов получили истоки своих знаний у египетских “жрецов”.

Так, Фалес был первым греческим философом, первым ученым, первым геометром, первым астрономом, первым физиком. Мы не ошибёмся, если назовём его родоначальником европейской науки — он стоял у её истоков. В те времена многие греки, гонимые нуждой, посещали различные земли, в них оседали и образовывали колонии. Хозяйственные связи между ними и метрополией поддерживались через торговлю и купцов. Среди них было немало людей, хорошо знавших культуру и обычаи народов Средиземноморья. Именно с одним из таких купцов — Солоном — попал в Египет Фалес. Египет, естественно, тогда значительно опережал Грецию в развитии математики, астрономии, инженерного дела. Увиденное произвело на Фалеса сильное впечатление. Вернувшись домой, он серьезно занялся геометрией. В результате ему первому удалось вписать треугольник в круг, установить равенство прямых углов и углов при основании равнобедренного треугольника. Он попытался также определить сущность числа через совокупность единиц, при этом считая единицу отдельным предметом.

Известен случай, когда ученый на практике применил свои знания. Используя принцип подобия треугольников и простую палку, ему удалось в Египте измерить пирамиду по соотношениям теней, которые они отбрасывали. Простота метода измерения привела фараона в изумление и восторг.

Значительны достижения Фалеса и в области астрономии. Он научился у египтян предсказывать солнечные затмения и объяснял их тем, что Солнце покрывалось Луной. Таким образом он высчитал затмение 585 г. до н. э. Фалес пытался вычислить орбиты движения звёзд, вычислял повороты Солнца, открыл Малую Медведицу и описал её. Он считал, что Малая Медведица является для мореплавателей более точным ориентиром, чем Большая.

Наблюдая за Луной и Солнцем, Фалес разделил год на 365 дней. Используя опыт египтян, создал календарь с метеорологическими предсказаниями на каждый день звёздного года. На склоне лет он вычислил, «сколько раз своей величиной Солнце меряет ту окружность, которую оно пробегает».

Фалес разделил всю небесную сферу на пять кругов, называя их поясами: один из них называется арктическим и всегда видим, другой — летним тропиком, третий — небесным экватором, четвертый — зимним тропиком, пятый — антарктическим и невидим. Так называемый зодиак наискось накладывается на три средних круга, касаясь всех трёх. Всех их под прямым углом — с севера на юг — пересекает меридиан. Землю Фалес представлял плоским диском, плавающим на поверхности воды. Этот плоский диск качается, как корабль на море во время бури. Если на море шторм, то на земле происходит землетрясение. Земля является полой внутри, её пересекают реки, каналы, она имеет пещеры. Вода проникает в землю, происходят извержения вулканов и столкновения. Разливы Нила Фалес объяснял наличием пассатных ветров и тем, что вода в устье не имеет выхода.

Ещё Гомер утверждал, что прародителем всего является Океан. Фалес, развивая эту мысль, утверждал, что вода является основой всего. Ход его рассуждений таков. Жизнь начинается с воды, поскольку «сперма имеет влажную природу», животные, человек без воды погибают, пища содержит в себе воду, растения без воды не растут, а погибают, да и сам космос «питается водными испарениями».

Земля, считал Фалес, является центром Вселенной. Звёзды, Солнце и Луна состоят из Земли: «Животные зарождаются в земле и в жидкости, так как в земле содержится вода, в воде — пневма, а пневма целиком проникнута психическим теплом, так что в известном смысле «всё полно душой».[278] Фалес был гилозоистом,[279] то есть представлял всё вокруг одушевлённым. У него даже неодушевленные тела имели душу. Фалес приводил пример магнита и янтаря. Если магнит притягивает железо, значит, он имеет душу — такова была логика рассуждений милетского мудреца. Весь мир одушевлён, пронизан душой, является живым. Душа для Фалеса являлась источником движения. Фалес считал душу «вечнодвижущейся или самодвижущейся субстанцией».

Бог у Фаллеса есть «то, у чего нет ни начала, ни конца», это «ум космоса». Вся Вселенная одушевлена и одновременно полна божеств, «элементарную влагу пронизывает божественная сила, приводящая воду в движение». Фалес считал душу бессмертной, в чём был прав.

Среди крупнейших мудрецов Греции несомненно следует назвать «основателя античной диалектики» Гераклита Эфесского. Жил он в конце VI — начале V вв. до н. э. в г. Эфесе.

Для античных философов характерен поиск первокирпичика, первоосновы мира, которую они видели в различных видах вещества. Одни считали, что такой материальной первоосновой является вода, другие полагали воздух, третьи — землю. Гераклит не был исключением. Он считал, что первоосновой всего может быть только огонь: «Этот космос, один и тот же для всех, не создал никто из богов, никто из людей, но он всегда был, есть и будет вечно живой огонь, мерно возгорающийся, мерно угасающий».

Если под миром понимать отдельные планеты в космосе, то в таком случае Гераклит увидел процессы развития в космосе — одни планеты появляются, развиваются, затем распадаются, чтобы своим распадом дать жизнь другим космическим планетам и телам. Гераклит считал, что мир от рождения до гибели проходит период в 10800 лет. Вначале устанавливается зима, или катаклизм, или потоп, а в конце наступает «экпироза», или мировой пожар.

Скорее всего высшие “жреческие” иерархи Древнего Египта придерживались такого же мировоззрения. И философствовали они, исходя из постулата, выделенного жирным в последнем абзаце. Мол существует космическая предопределённость времени жизни цивилизаций, а в промежутке между мировыми катаклизмами можно разумно-демонически творить любую политику в отношении людей — лишь бы соблюдалась мировая «гармония» — гармония с космическим «разумом»,[280] который можно изучить с помощью астрономии и математики. Чего только стоит фраза про космос, который « один и тот же для всех, не создал никто из богов». Значит, согласно египтянам и грекам, космос самоуправляется не по нравственным законам, а по «космическому разуму». И надо постичь этот «разум», чтобы быть мудрым и всевластным на Земле — «частицей космической системы». Такого рода “философия” и “диалектика” выхолащивает роль человека в обустройстве Земли до безнравственного «разумного существа», способного к точным наукам. И одновременно исключает из поля зрения философов вопрос о психологии человека — как не существенный, не первостепенный, либо даже не существующий вопрос.

Последнее следует пояснить. Особо преуспел в этом такой авторитет-философ как Платон (воспитанник древнеегипетских “жрецов” и учитель Аристотеля). Напомним, что Платон был более других древнегреческих философов — материалистом (сомневался в бессмертии души и утверждал что душа, выйдя из тела, рассеивается подобно воздуху или дыму и погибает). Платон, как и многие другие философы, был неудовлетворён существующим устройством государственной жизни. Главным недостатком греческой государственности он считал то, что слишком многие люди занимаются не тем, к чему наиболее предрасположена их душа. Получается, Платон считал, что можно измерить душу человека чисто земными земными мерками, исходя из государственной надобности.

Платон образно представлял душу в виде колесницы, запряжённой парой коней. Возница, управляющий колесницей, это разум.[281] Один из коней олицетворяет мужественность, эмоциональность; другой конь — чувственность, вожделенность.

Первый конь стремится ввысь, к миру эйдосов (идей); второй же конь устремлен вниз, к земле. Те души, которые попали в мир идей, получают возможность созерцать идеи, наслаждаться их совершенством. Но перейдя затем в смертное человеческое тело, они как бы “забывают” то, что знали об идеях. Однако душа может “вспомнить” это знание; помочь этому должен мудрый наставник, учитель. Поэтому теория познания, разработанная Платоном, получила название «теория воспоминания».[282] Аристотель пошёл дальше Платона в своём атеизме. Если Платон лишь сомневался в бессмертии души, то Аристотель низвёл понятие души до земных категорий.

Развивая многие представления своего учителя (Платона), Аристотель “приземлил” душу, связывая её с определёнными частями тела. Он считал, что душа состоит из трёх частей: разумной, эмоциональной и растительной.

· Разумная часть души пребывает в голове (греки ещё не знали функций головного мозга; аргументация Аристотеля следующая — самой совершенной части души должна соответствовать самая совершенная форма, голова же — круглая). Люди с преобладанием разумной души мудры и дальновидны.

· Эмоциональная душа находится в сердце. Люди с доминированием эмоциональной — мужественны и выносливы.

· Растительная душа — ниже диафрагмы. Люди с преимущественно растительной душой — трудолюбивы и покорны.

Платон и Аристотель настолько запутали понятия души человека и психики, что эта путаница сохраняется и поддерживается в научно-“философских” кругах европейского общества до сих пор. И на её основе создано множество научных и психологических теорий (в том числе и «психоанализ» по Фрейду). Хотя исходные предположения о «душе» были всего лишь гипотезой, правда выдвинутой крупнейшими авторитетами, которых поддерживало египетское “жречество”. Поэтому-то эти гипотезы “удивительно” удачно легли в псевдонаучное русло глобализации по-египетски.

Всякая научная теория как таковая представляет собой образно-языковую систему представлений о жизни,[283] которая включает в себя описания природных или социальных явлений.

От гипотез научные теории отличаются тем, что учёное сообщество одни системы образно-языковых представлений само возводит в ранг теорий, а другие оно согласно терпеть только в качестве гипотез.

При этом разграничение теорий и гипотез исторически реально достаточно часто обусловлено не декларируемым научным сообществом принципом «только эксперименты и наблюдения подтверждают существующие теории и истинность гипотетических предположений», а статистикой субъективизма и корпоративной дисциплиной, свойственных учёному сообществу, вследствие чего история показывает, что многие прежние гипотезы обретают статус теорий только по мере того, как вымирают их противники — приверженцы опровергаемых гипотезами теорий — или проходит соответствующая команда, и авторитеты научной мафии её отрабатывают, возводя гипотезы в ранг легитимных теорий, а авторов гипотез — в ранг гениев.

Тем не менее научная культура требует экспериментального подтверждения гипотетических предположений, и если эксперименты получаются, то некоторая часть учёных под давлением их результатов оказывается способна отказаться от прежних теорий вообще или признать за ними ограниченную область применения, а подтверждаемые экспериментально гипотезы признать жизненно состоятельными теориями.

Если вернуться к древнегреческим философам и говорить ещё точнее, то Аристотель с Платоном научно-логически «тихой сапой» подменили понятие души на понятие психики, придав душе свойства того или иного типа строя психики людей. Это можно пересказать в современных понятиях и получится следующее. Платон реально делил “души” на следующие страты (категории) не по «типам душ»,[284] а по типам строя психики, предопределяя каждому типу строя психики своё место в социальной иерархии:

· «Разумная душа» — «демонический» тип строя психики. Доминирование таких компонент в психике как собственное ограниченное возможностями интеллекта разумение и эгрегориально обусловленная “интуиция” (способность получать информацию из коллективного бессознательного и ограниченно управлять последним). Это — каста “жрецов”-знахарей («философов» и «учёных» под контролем знахарей).

· «Эмоциональная душа» — тип психики «зомби». Доминирование таких компонент в психике как традиции культуры, стоящие над инстинктами и собственное ограниченное разумение, в рамках этих традиций и ограничений. Это — каста царей, воинов и вообще “элит”.

· «Растительная душа» — «животный» тип психики. Доминирование “растительных” и животных врождённых инстинктов и рефлексов, а также некоторых примитивных условных рефлексов и «низших» (предназначенных для толпы) традиций культуры.

Как видите, места человечному типу строя психики, когда основным является Водительство Божьим промыслом, на основе инстинктов рефлексов, традиций культуры, за исключением наваждений и одержимости, как прямых вторжений извне в чужую психику, вопреки желанию её носителя — вообще не предусмотрено в “высшей” духовной и научной иерархии “философов” Древней Греции.

Идеальным было бы такое государство, утверждал Платон, в котором бы граждане с разумной душой (он называет их философами) управляли; люди с эмоциональней душой — были стражниками (воинами); а обладатели растительной души были бы ремесленниками и крестьянами, то есть производили материальные блага.[285].

Родители, полагал Платон, неправильно воспитывают своих детей: учат их заботиться в первую очередь о самих себе. Тогда как на первом месте у гражданина должны быть интересы государства. Поэтому Платон предлагал помещать детей в интернаты, где специально подготовленные учителя воспитывали бы их «в правильном духе».[286].

Стражников Платон советовал содержать в крепостях на полном государственном обеспечении, где бы они получали необходимое образование и обучались военному искусству. А чтобы ничто не отвлекало их от “наведения порядка” в случае необходимости, и защиты от внешних врагов, воинам не следовало обзаводиться семьей; “временных жён” им бы подбирали по указаниям правителей.

Правителей же, чтобы они не злоупотребляли властью и не склонялись к взяткам, Платон предлагал обеспечить за счёт государства всем, чего они захотят, чтобы они ни в чём не нуждались и не испытывали соблазна.[287].

Главное: если (по Платону и Аристотелю) душа это «колесница, запряжённая парой коней (эмоциональность и вожделенность), которой управляет возница (разум демона)», то Богу места в управлении душами людей — не остаётся вообще. Распространяя такую “философию человека” можно много говорить красивых слов о богах, но атеизм людей не будет позволять им познавать Божий Промысел. В “философии” Платона и Аристотеля Божиего Промысла просто нет — также как нет и Бога. Всё решает «высший разум человека» — возница-демон, управляющий душой. Но и этого мало: в умолчаниях древнегреческого образного “определения души” осталось, что людскими душами может управлять лишь «возница» — те люди, которые « с преобладанием разумной души мудры и дальновидны». Все остальные вместе с их душами — лишь кони,[288] душами которых управляют люди «с преобладанием разумной души, которые мудры и дальновидны». Соответственно ЭТИ люди-возницы и определяют курс — куда ехать и колеснице и коням. Это — “философская” основа, открывающая возможности одним людям “измерять души” других людей,[289] обоснованно выбраковывая последних в низшие страты земной иерархии. И не акцентировать внимание на нравственно-психологическом воспитании людей,[290] обосновывая принадлежность к той или иной касте «естественным состоянием души от рождения» — а не определённым воспитанием и образованием. А сконцентрировать внимание на разумно-рациональном и научном воспитании людей. В то же время такой подход обосновывал — систему воспитания и образования строить из надобностей государственной политики, которую огласил Платон.

Греческие философы, как и их восточные коллеги, стремились познать мир как единое целое, находящееся в непрерывном движении. Они пытались разобраться в природе бытия — вещественно оно или духовно? Одни выдвигали в качестве первоосновы всего существующего различные природные стихии: воду (Фалес), воздух (Анаксимен), огонь (Гераклит). Другие, напротив, считали первоосновой нечто бестелесное, неосязаемое: числа (Пифагор), эйдосы — идеи (Платон), форму (Аристотель).[291].

Гераклита не случайно называют основоположником диалектики. Когда физика Гейзенберга — одного из авторов квантовой механики[292] — как-то спросили, что больше всего помогло ему в формировании новой концепции, он ответил, что это было чтение древнегреческих философов, особенно Гераклита. Идея изменчивости всего существующего, перехода одного в другое, идея единства и борьбы противоположностей, пусть и сформулированная ещё не в очень чёткой форме — все они пронизывают высказывания философа.[293].

Идея единства и борьбы противоположностей и два других закона материалистической «диалектики» через много сотен лет станут основой философии материалистического атеизма — учения Маркса-Ленина. Появление этих первичных “диалектических” формулировок именно в Древней Греции не случайно. Если обратиться к содержанию античных мифов и легенд (алгоритмике взаимоотношений богов, героев и людей), то их “квинтэссенцию” можно увидеть в формулировках законов материалистической “диалектики” — суть постоянной и бессмысленной «борьбы противоположностей», их ничем не упорядоченного (неопределённого — лишённого высшей целесообразности развития — смысла жизни) «перехода из количества в качество и наоборот» и всеобщего «отрицания отрицания» — подчас даже самих себя, своих предыдущих поступков и мыслей. И всё это как правило заканчивается трагически.

Последнее требует пояснения. Сформулированные в марксизме «законы диалектики»: «единства и борьбы противоположностей»; «перехода количества в качество и наоборот» и «отрицания отрицания» должны иметь другой смысл, который приводится ниже соответственно:

· Закон взаимоотношения разнокачественностей. Множество возможных отношений между объективными разнокачественностями шире, чем двоичный базовый набор марксизма (единство и борьба). Борьба может завершиться и необратимым разрушением исходной системы без выхода её на новый виток спирали развития, на котором проявятся новые её качества. И при этом в марксизме ничего не говорится внятно об управлении как о процессе, о взаимопроникновении друг в друга процессов управления, поддерживаемых разными субъектами. А целенаправленно управляемое разжигание противоречий в системе, определённо избранной в качестве противника (назначенной быть противником), и её якобы “саморазрушение” в результате управляемого доведения их борьбы, возведённой в абсолют, до «победного конца», в марксизме списывается по оглашению на «объективный ход вещей», на «необходимость» и на «роль личности в истории», осуществляющую эту пресловутую якобы единственную необходимость, хотя её осуществлению предшествовала потенциально управляемая многовариантность возможностей, из которых можно было выбрать наиболее предпочтительный вариант и управлять течением событий в соответствии с ним.

· Закон перехода количества в качество и наоборот по м hре развития. Формулировка марксистского закона о переходе количественных изменений в качественные и качественных в количественные тоже поверхностна и расплывчата. В действительности:

Имеет место взаимная обусловленность качества количеством и порядком, и соответственно — количественные и порядковые изменения влекут за собой качественные изменения, а качественные изменения выражаются в количественных и порядковых.

· Закон череды преображений на основе внутренней и внешней алгоритмики во взаимодействии разнокачественностей. Можно название «закон отрицания отрицания» снабдить обширными комментариями на тему, что под отрицанием первого отрицания вторым отрицанием понимается выход на качественно новый уровень развития и т. п. Но отрицание — как первое, так и второе, а также и любое последующее — может состояться и в форме краха. И это тоже укладывается в формулировку закона; причём безо всяких комментариев ясно, что крах — отрицание прежнего состояния, которому предшествовало некое другое состояние.

Кроме того, как явствует из приводимых философами “диалектиками”-материалистами комментариев, «действие закона полностью обнаруживается лишь в целостном, относительно завершённом процессе развития; на каждой отдельной стадии закон выступает обычно как тенденция». Это означает, что формулировка закона «отрицания отрицания» выпячивает обрывок процесса, название которому «череда преображений», и затмевает фрагментом процесса весь процесс, возможно многовариантный. По сути формулировка закона «отрицания отрицания» подменяет целое частью, открывая возможность к извращённому и ограниченному пониманию объективных возможностей течения процесса и возможностей управления им.

Античных философов-энциклопедистов часто до сих пор называют великими интуитивными диалектиками. Однако, греческие философы были заядлыми спорщиками. Диалог-спор был естественной формой их мышления. Не случайно первоначальное значение слова «диалектика» трактовалось как «умение спорить». Спорили обо всём: о первооснове бытия, о том, существует ли пустота (небытие), об источниках движения вещей, о наилучшем государственном устройстве, о смысле жизни, о возможностях человеческого познания и т. п.

В спорах античные философы зачатую расходились «при своих мнениях», но удовлетворённые процессом, который они называли «диалектика». Однако, споры не приводят к истине: споры — средство самовыражения, самовозвышения, самоутверждения. Споры — средство “канализации” накопившихся амбициозных эмоций — действительно это разновидность существования ради процесса, а не результата. В своих спорах такие философы как правило пытаются доказать друг другу что-то своё — рассуждая исходя из их же логики, из логики их суждений. Но диалектика — не логика.

Логика это — наука о способах доказательств и опровержений. Все функционально специализированные разновидности логики по-своему отвечают на вопрос: как от истинных суждений-посылок (исходных данных) прийти к истинным суждениям-следствиям (решениям, ответам на вопросы). Для логики характерна обусловленность каждого из последующих суждений суждениями предыдущими и исходными данными. При этом все вопросы в логической процедуре проистекают из предшествующих суждений, аналогично тому, как в начальных классах школы все решали задачи по арифметики по вопросам, переходя от ответа на один вопрос к ответу на следующий вопрос в ходе решения задачи.

Диалектика объемлет логику в том смысле, что вопросы по ходу диалектического процесса познания (и созидания) и ответы на них могут проистекать:

· из исходных данных и предыдущих суждений, как это имеет место в логике;

· из каких-то догадок, обоснованных как-то иначе, а не логически;

· «браться с потолка» — т. е. из никак не обоснованных (в логике на это «имеют право» только аксиомы) интуитивных предположений и понятийно неясного ощущения не выявленных формально причинно-следственных связей разных, казалось бы не связанных друг с другом явлений.

В силу двух последних обстоятельств диалектика является неформализуемым искусством, психическим навыком, возможность освоения которого генетически заложена в человеке, но который невозможно освоить формально алгоритмически: делай «раз», делай «два», делай «три»,…, поздравляем Вас и вручаем Вам квалификационный сертификат «диалектик-бакалавр» («диалектик-магистр» и т. д. вплоть до степени «президента Академии диалектики и всех наук» включительно).

Поэтому, если искусство диалектики не освоено, то человеком задаются «не те вопросы» и не в той последовательности, и даже если на них даются в общем-то верные соответствующие этим вопросам ответы, то последовательность «вопрос — ответ, вопрос — ответ,…» (или сеть «вопросов — ответов» в их некоторой взаимосвязи) оказывается жизненно несостоятельной и не приводит к истине. Диалектика это искусство, психологический навык правильной постановки вопросов и получения на них ответов — соответственно постановке вопросов.

Первые философы Древней Греции были амбициозными спорщиками-логиками. Но их можно назвать и интуитивными диалектиками — только в основном ограниченными интуитивной информацией своих эгрегориальный систем и своими личными догадками. Высшая иерархия эгрегориальных систем Древней Греции ограничивалась эгрегорами древнегреческих богов, интегрированных в египетскую иерархическую систему, доступ на вершину которой древнегреческим философам был закрыт[294] по следующим причинам:

· Они не получали высших степеней посвящения при обучении у египетских “жрецов” и их периферии.

· По своей нравственности (в научно-философской “элите” всегда больше злонравия, чем добронравия) они не могли сами выйти на “пароли доступа” к вершинам знаний иерархии древнеегипетского знахарства-“жречества”. А уж тем более и за прямой помощью к Богу.

Возникает вопрос: а что в те времена не было никого, кто являл своей персоной больше добронравия, чем злонравия из известных древнегреческих философов? — Должны были быть. Многих мы не знаем. Их жизнь скорее всего предана забвению, а сами они, их мысли не стали авторитетными для потомков. Но вот Сократ,[295] возможно, был одним из них.

Фигура Сократа занимает особое место в ряду античных мыслителей. Его внешность была обманчива; при первом знакомстве его даже можно было принять за бродягу. Но стоило только послушать Сократа хотя бы пять минут, как сразу становилось ясно, что перед тобой незаурядная личность. Сократ не любил писать; его творчество было устным, а его слушателями чаще всего были простые люди на улицах и площадях Афин.[296] Хотя нередко молодые философы специально искали встреч с ним, чтобы «поучиться у него искусству диалектики». Сократ своеобразно объяснял наличие злых поступков людей: люди творят зло потому, что не умеют различать добро и зло; следовательно, их нужно научить этому.

Метод обучения включал в себя два этапа: «иронию» и «майевтику». Беседуя с человеком на какие-либо этические темы (мужество, справедливость, свобода и т. п.), Сократ радом хитроумных вопросов показывает невежество собеседника в обсуждаемом предмете. Цель Сократа — привести оппонента к противоречию с самим собой, после чего обычно следовало смущённое признание: «Как это получается, Сократ — до беседы с тобой я считал, что знаю, а теперь вижу, что не знаю». В этом и заключался смысл сократовской «иронии».

Далее вступал в действие метод «майевтики» (повивального искусства). Сократ любил напоминать о профессии своей матери, которая была акушеркой: как и она, Сократ помогал рождению, но не ребёнка, а истинного понятия в голове слушателя. Если начальные вопросы философа носили разрушительный характер, то теперь новыми и не менее остроумными вопросами он начинал созидать, помогая собеседнику прийти к правильному пониманию предмета. Вопрос только в том, чем замещал Сократ старые понятия в голове слушателя…

Казалось бы, Сократ должен был раздражать людей своим превосходством в мышлении, но этого не происходило. Он подчёркивал: «Я знаю, что ничего не знаю», имея в виду, что разрешение какого-либо вопроса ставит ещё больше новых вопросов, процесс познания бесконечен. Но при этом любил добавлять: «Многие же и этого не знают».

Однако Сократ сильно раздражал вельмож, которым очень не нравилась его резкая критика в адрес властей, а также то, что молодёжь больше слушала Сократа, нежели государственных чиновников. В конце концов над ним был устроен публичный суд, а точнее — судилище, который приговорил философа к смертной казни с формулировкой: «За неуважение к богам, и за развращение молодёжи» (развращение, разумеется, в духовном смысле). Это был, пожалуй, первый случай в истории, когда известного мыслителя казнили за инакомыслие. Обратим внимание также на расплывчатость, абстрактность обвинительной формулировки, от которой было трудно защититься.

Однако смерть философа примечательна не только этим. Легенда гласит, что накануне казни к нему пробрались его ученики, и предложили побег на корабле, который уже ждал в порту. И семидесятилетний философ отказался.[297]«Я слишком уважаю закон, чтобы бежать — ответил Сократ. — Мой побег даст дурной пример молодёжи, и я действительно развращу её». Опечаленные ученики провели с учителем в беседах последнюю ночь, а утром он публично принял чашу с ядом.

Самая крупная фигура в античной философии — Аристотель. Нет ни одной области античного знания, в которой бы Аристотель не оставил заметного, яркого следа. Но наибольшего успеха он добился в исследованиях форм мышления.

Как образуются понятия о вещах, и какого вида они бывают? Каким образом понятия связываются в суждения (высказывания), и как последние классифицируются? Какими бывают фигуры силлогизмов (умозаключений), с помощью которых из двух суждений делается вывод? Каким путём идёт мышление, строя доказательство?

Эти и другие вопросы были тщательно исследованы философом, сумевшим сконцентрировать в своих произведениях весь опыт античной науки в отношении мышления и познания. Можно с полным правом сказать, что логика, как наука, началась именно с Аристотеля.

Как можно понять из описаний творчества Аристотеля, он выхолостил до уровня логики даже те позитивные ростки диалектики, которые были у его предшественников, и сформировал «школу формальной логики».[298] А на базе формальной логики легко выстроить любую “науку”, которую также легко заменить другой “наукой” — также на основе владения формальной логикой. Но ни первая, ни вторая “науки” (ни все последующие за ними) могут не соответствовать критерию истинности — поэтому по мере практического развития общества они отмирают и заменяются другими по принципу: “свято” место пусто не бывает.

3.2.6. Религиозная система Древнего Рима.

Деление индоевропейской племенной общности привело к образованию в III тысячелетии до н. э. древнеевропейцев — условное название конгломерата племён, говоривших на древнеевропейских диалектах. Вероятным ареалом совместного проживания (так называемой «второй прародиной») этих племён была территория Северного Причерноморья и приволжских степей. Миграции племён древнеевропейцев на запад во II — начале I тысячелетий до н. э. привели к формированию новых этнических групп. Среди них одна из наиболее заметных — праиталики, начавшие заселять Апеннинский полуостров с начала II тыс. до н. э. (археологическая культура террамары).[299].

Переселенцы, древнейшие носители италийских языков, осев в разных частях Италии, образовали несколько крупных племенных объединений — латинов, осков, умбров[300] и других. Латины, заняв земли в нижнем течении реки Тибр, положили начало городу Риму. Прежде латинов здесь проживало местное население (к ним можно отнести лигуров[301]). Рядом с латинами на прибрежных холмах укрепились в VIII–VII вв. до н. э. италики-сабиняне.[302] Из слияния этих двух племён при главенстве латинов и было сформировано население первоначального Рима.

Этнически неоднородное население древнейшего Рима с самого начала испытывало культурно-религиозное влияние ахейских греков, основавших по близости свои колонии. Римская мифология удержала память об этом в мифе о прибытии на берега Тибра — Энея — вождя оставшихся в живых троянцев и греке Евандре, научившего римлян «искусству письма». Но не только по берегам Тибра, но и на всём Апеннинском полуострове племена италиков столкнулись с присутствием иноэтнических элементов. Помимо местных племён, проживавших здесь с древнейших времён, и греков, особо быстро распространившихся в эпоху Великой греческой колонизации, соседями италиков стали многие другие этносы. Среди них были индоевропейские народности: кельты (римляне называли их галлами), венеты, иллирийцы.[303] Были и индоевропейские пунийцы (финикийцы из Карфагена) и этруски.[304] Этруски оказали особенно значительное воздействие на древнеримскую религию.

Таким образом, уже на стадии формирования древнеримская религия, будучи у истоков своих религией италиков-латинов, испытывала сильное иноэтническое влияние как со стороны родственных индоевропейских верований (в первую очередь — греческих), так и со стороны неиндоевропейских (прежде всего — этрусских). Синкретизм (неорганическое слияние разнородных элементов различных культов и религиозных систем) оставался заметной чертой древнеримской религии на всём протяжении её истории. Социально-политической основой синкретизма, особенно на начальном этапе развития древнеримской религии, был синойкизм (от греческого. synoikismos от synoikizo — вместе заселяю) — процесс слияния в единое гражданское целое (полис) нескольких этнорелигиозных общин. В Риме синойкизм был результатом, с одной стороны, объединения италиков с сабинами,[305] с другой стороны — переселения в черту города других общин (например, этрусков).

Уже на первой стадии, в дореспубликанский период, определилась другая черта древнеримской религии — её этатизм[306] и политическая ангажированность. Конституирование древнеримской религии — религии не только италиков-латинов, а прежде всего религии граждан полиса — было одним из следствий политического определения Рима как города-государства.

Созданию государственной религии Древнего Рима способствовали реформы первых царей. Так, второй царь Рима, Нума Помпилий, выходец из племени сабинов, учредил общий пантеон главных богов, порядок их почитания и положил начало правовому регулированию религиозной жизни. «Нума связал народ религиозными обрядами и божественным правом» — сообщает Тацит в знаменитых «Анналах».[307] Ему же принадлежит заслуга строительства храма богини Весты — «покровительницы всего римского народа». Другой царь, Сервий Туллий, этруск родом, установил общие для населения городских и сельских общин компиталии (религиозные праздники соседей), а также предпринял строительство храма в Диане, чтобы теснее сплотить латинские города вокруг Рима — центра латинского союза.

Таким образом, религиозная система Древнего Рима была банально назначена «сверху» — в период становление римской государственности — как нечто сугубо формальное, но крайне необходимое для сплочения племён в единую «нацию». Если религиозные системы большинства рассмотренных нами ранее древних национальных государств складывались из прямых древних традиций племён, входящих в них, то в случае Рима — преемственности и традиций не так уж много. Конечно это объясняется двумя главными причинами. Первая: религиозная система складывалась «сверху» одновременно с государственным законодательством. Вторая: религиозная система складывалась в более поздний период (позднее середины I тысячелетия до н. э.) — по сравнению с другими государствами-цивилизациями древнего мира. В силу этих особенностей древние римляне оказались ещё более атеистической религиозной системой — даже по сравнению с древними греками. Их «религиозность» была не «от сердца», а «от разума», поскольку государственных богов, ритуалы и праздники они считали неотъемлемой частью мощи и безопасности государства, а посему — непреклонно обязательными к почитанию вне зависимости от личной веры каждого римлянина.[308] Именно по этой причине — по причине уже имеющегося с древности в Римской империи стереотипа подчинения религии государству «раз цезарь приказывает такую религию, значить её и надо поддерживать» — в IV веке н. э. римляне сравнительно легко отказались от пантеона богов и приняли библейское христианство.

В то же время, религиозные традиции, конечно, были. Но в первую очередь это касалось древних племенных традиций — в основном дошедших до эпохи римской государственности в виде родовых и семейных верований и культов. Государственные культы, с одной стороны, наследовали эти древние родовые религиозные традиции, с другой стороны — соперничали с ними, не будучи в силах отменить их. Две тенденции — к централизации религиозной жизни в государственных культах и к её раздроблению в культах отдельных общин — уже с ранних пор совмещались в древнеримской религиозной системе. В общем можно сказать, что религия римлян, идущая «от сердца» была основана на древних общинных культах; а «от разума» — на государственных культах. Последнюю римляне принимали как дань сильному государству, в котором и общинам тоже безопаснее.

Римская история официально делится на три периода:

· Царский период — от основания Рима (около 754/753 гг. до н. э.) до начала республиканского периода (510/509 гг. до н. э.).[309] В преданиях упоминаются 7 правивших в этот период царей. После изгнания последнего царя Тарквиния Гордого была установлена республика. Этот период характерен становлением древней государственности и началом внутренней борьбы между римским плебсом[310] и патрициями.[311].

· Республиканский период — с 509 до 27 гг. до н. э. К середине 3 в. до н. э., подчинив всю территорию Италии, Рим превратился в крупное государство, добившееся гегемонии во всем Средиземноморье, что привело к столкновению с Карфагеном.[312] После трёх Пунических войн, одержав победу над Карфагеном в 146 г. до н. э., Рим становится крупнейшей средиземноморской державой. Усилившееся в связи с ростом крупного землевладения и рабовладения разорение крестьян вызвало широкое движение сельского плебса, рабов (восстание Спартака) и первые вспышки гражданской войны на улицах г. Рим. В социально-политической жизни Рима 1 в. до н. э. всё большую роль стали играть армия и её вожди (Л. К. Сулла, Г. Марий, Г. Помпей и др.). В ходе гражданской войны 49–45 гг. до н. э. неограниченным правителем государства стал Цезарь. В 44 г. до н. э. в результате заговора сторонников республики Цезарь был убит. Новый период гражданских войн завершился победой Октавиана, получившего от сената в 27 г. до н. э. титул Августа. Со времени правления Августа Рим стал империей.

· Имперский период — с 27 г. до н. э. по 476 год н. э. Для предотвращения внутренних беспорядков вследствие продолжающегося имущественного расслоения населения был законодательно изменён политический строй. Концентрация как бы «абсолютной» власти в руках могущественного императора позволяла быстро подавлять любые антиимперские настроения (что в республиканский период занимало больше времени). Но главное, максимальная централизация власти нужна была для дальнейшего расширения империи с помощью военной интервенции. При Траяне во 2 в. н. э. империя достигла максимальных границ. Однако, продолжающиеся восстания местного населения в завоёванных землях в сочетании с вторжениями «варваров»[313] привели к отпадению ряда провинций и разделу империи на Восточную и Западную (395 г). В 476 г. вождём германских наёмников Одоакром был низложен последний император Западной Римской империи Ромул Августул. Восточная Римская империя под названием Византия просуществовала еще около 1000 лет.

Римский миф.

Выше мы говорили о государственной религии Древнего Рима. Однако, ещё в древние для Рима времена, к племенным культам и к назначенному «сверху» пантеону богов уже в VI веке до н. э. была добавлена основа «римского мифа»[314] — явившаяся надёжным «мостом преемственности» от греческой культуры к римской. Чуть позже мы рассмотрим содержание этого «римского мифа», но прежде чем это сделать, проанализируем интересные исторические обстоятельства, которые и привели к преемственности эллинистической культуры, которая лишь формально несколько преобразилась, адаптируясь к специфике Римской империи.

«Абсолютный азиатский монарх» Александр Македонский (356–323 гг. до н. э., царь Македонии с 336 г.) мало чего слышал об уже зародившемся за несколько веков до его правления — Риме. Лишь у одного из греческих писателей незадолго до времени Александра упоминается Рим. В то же время, будучи на смертном одре, удачливый всемирный полководец и царь на вопрос, кому он завещает своё царство, ответил: «Сильнейшему». Во всемирно-историческом смысле подобного Александру в его империи не нашлось (она распалась). Зато на западном берегу Северной Италии империи Александра уже наследовала другая империя «сильнейшего»- Римская империя времён республики. Остановимся на вопросе преемственности мировой власти подробнее.

О кураторстве Александра и его действий со стороны «мировой закулисы» уже немало сказано выше. Рассмотрим кратко, чем же занимался Александр Македонский. Александр III Великий — царь Македонии, великий полководец, создатель крупнейшего государства древнего мира. Наследник македонского царя Филиппа II и царицы Олимпиады, Александр получил прекрасное для своего времени образование, его воспитателем с 13 лет был Аристотель. Любимым чтением Александра были героические поэмы Гомера. Военную подготовку он прошел под руководством отца. Уже в юные годы он продемонстрировал исключительные способности к полководческому искусству. После загадочного убийства царя Филиппа в июне 336 г. до н. э. 20-летний Александр был возведён на престол.

Широко известны походы Александра на Восток. В наследство от Филиппа от получил сильнейшую армию Древней Греции, но Александр понимал, что для победы над огромной державой Ахеменидов[315] понадобятся усилия всей Эллады. Ему удалось создать панэллинский (общегреческий) союз и сформировать объединённое греко-македонское войско. Несмотря на сравнительно небольшую численность, греко-македонское войско было хорошо обучено и вооружено. В 334 г. до н. э. армия македонского царя переправились через Геллеспонт (современные Дарданеллы), началась война под лозунгом отмщения персам за поруганные греческие святыни Малой Азии.

На первом этапе военных действий Александру противостояли «персидские сатрапы» (как их называли верные Александру воины), управлявшие Малой Азией. Их 60-тысячное войско было разгромлено в 333 г. в битве при реке Граник, после чего греческие города Малой Азии были освобождены. Однако государство Ахеменидов обладало огромными людскими и материальными ресурсами. Царь Дарий III, собрав лучшие войска со всех концов своей страны, двинулся навстречу Александру, но в решающем сражении при Иссе вблизи границы Сирии и Киликии (район современного Искандеруна, Турция) его 100-тысячное войско было разбито, а сам он едва спасся бегством. Так греческая культура (а влед за ней и римская) “обогатилась” религиозным опытом персидского зороастризма — религии завоёванной державы Ахеменидов.[316].

Египетский поход Александр начал, решив воспользоваться плодами своей победы и преумножить их. Успешная осада Тира открыла ему дорогу в Египет, и зимой 332–331 гг. до н. э. греко-македонские фаланги вышли в долину Нила. Население порабощённых персами стран воспринимало македонцев как освободителей. Для сохранения устойчивой власти в захваченных землях Александр предпринял неординарный шаг — провозгласив себя сыном египетского бога Амона, отождествлявшегося греками с Зевсом, он становился в глазах египтян законным правителем (фараоном).

Для ещё большего укрепления власти в покорённых странах было предпринято переселение в них греков и македонян, что способствовало распространению греческого языка и культуры на огромных территориях. Для переселенцев Александр специально основывал новые города, обычно носившие его имя. Наиболее известный из них — Александрия (Египетская).

После проведения финансовой реформы в Египте Александр продолжил поход на Восток. Греко-македонское войско вторглось в Месопотамию. Дарий III, собрав все возможные силы, пытался остановить Александра, но безуспешно, 1 октября 331 г. до н. э. персы были окончательно разгромлены в сражении при Гавгамелах (близ современного Ирбиля, Ирак). Победители заняли исконные персидские земли, города Вавилон, Сузы, Персеполь, Экбатану. Дарий III бежал, но вскоре был убит неким Бессом, сатрапом Бактрии. Александр приказал похоронить последнего персидского владыку с царскими почестями в Персеполе.

Держава Ахеменидов перестала существовать. Александр был провозглашен «царем Азии». После занятия Экбатаны он отправил на родину всех желавших этого союзников-греков. В своём государстве он замыслил создать новый правящий класс из македонян и персов, стремился привлечь на свою сторону местную знать, что вызывало недовольство его соратников. В 330 г. до н. э. были казнены старейший военачальник Парменион и его сын, начальник кавалерии Филота, обвиненные в причастности к заговору против Александра.

Походы Александра в Среднюю Азию и Индию также широко известны. Перейдя через восточно-иранские области, войско Александра вторглось в Среднюю Азию (Бактрию и Согдиану), местное население которой во главе со Спитаменом оказало ожесточённое сопротивление. Его удалось подавить лишь после гибели Спитамена в 328 г. до н. э. После того как греко-македонские войска вышли в долину Инда, между ними и воинами индийского царя Пора произошла битва у Гидаспа (326 г. до н. э.). Индийцы были повержены, преследуя их, войско Александра спустилось вниз по Инду к Индийскому океану (325 г. до н. э.). Долина Инда была присоединена к державе Александра. Истощение войск и вспыхивающие в них мятежи вынудили Александра повернуть на запад.

Возвратившись в Вавилон, который стал его постоянной резиденцией, Александр продолжил политику объединения разноязычного населения своей державы, сближения с персидской знатью, которую привлекал к управлению государством. Он устраивал массовые свадьбы македонян с персиянками, сам женился (помимо Роксаны) одновременно на двух персиянках — Статире (дочери Дария) и Парисатиде. Александр готовился к покорению Аравии и Северной Африки, но этому помешала его внезапная смерть от малярии.[317] Его тело, доставленное в Александрию Египетскую Птолемеем (одним из сподвижников великого полководца из династии эллинистического Египта), было помещено в золотой гроб.

Новыми царями огромной державы были провозглашены новорожденный сын Александра и его сводный брат Арридей. Фактически империей стали управлять военачальники Александра — диадохи, вскоре начавшие войну за раздел государства между собой.

Борьба за власть между диадохами привела к образованию на месте державы Александра Македонского нескольких государств: Селевкидов, Птолемеев, Пергама, Понтийского царства и других, политический строй которых сочетал элементы древневосточных монархий с особенностями греческого полиса. В течение 2–1 вв. до н. э. эти эллинистические государства постепенно попали под власть Рима.

Политическое и экономическое единство, которое стремился создать Александр Македонский на захваченных землях, было непрочным,[318] но греческое влияние на Востоке оказалось весьма плодотворным и привело к формированию культуры эллинизма (то есть, Александр распространял греческую культуру на Восток, после чего часть Востока, куда эта культура распространилась, постепенно становится современным Западом). Личность Александра Македонского была чрезвычайно популярна как среди формировавшихся европейских народов, так и на Востоке, где он известен под именем Искандер Зулькарнейн (или Искандар Зулькарнайн, что в переводе означает Александр Двурогий).

Основная задача Александра Македонского, постоянно контролируемого периферией «мировой закулисы» была — как можно шире военным путём распространить древнегреческую культуру — туда, куда продвинется его смешанная греко-македонская армия. Греческая культура уже была к тому времени вещественно оформлена в виде мифов и легенд в своеобразное «священное писание» для толпы. По мере продвижения на Восток Александру удалось внедрять эту культуру, и в результате её влияния на местные восточные культуры образовался эллинизм — синтез греческой и местных восточных культур. Рим принял эстафету у Александра — поскольку оказался исторически сильнее вследствие скорее всего естественного распада империи Александра Македонского в ходе первого эксперимента «мировой закулисы» по распространению «универсальной религии для толпы», опробованной в Древней Греции — как можно шире географически. Так Александр и передал власть «Сильнейшему» — вместе с основами древнегреческой культуры, которую он распространил весьма успешно. После чего эллинистическая культура в римской “упаковке” стала закрепляться лучше всего на территории Европы: классический Восток её в общем-то не принял. Но, как можно легко увидеть, эллинизм это уже не только греческая архаика: это синтез греческой культуры (до Александра) и оказавших на неё сильнейшее влияние восточных культур (в первую очередь — персидской). В дальнейшем, изучая религиозные системы ведического Востока, мы увидим, что их культура явилась основой крупнейших западных религиозных систем (в первую очередь библейского христианства), куда попали многие важнейшие элементы восточных религий, с которыми Запад начал тесно и широко знакомиться через эллинизм и наследующую ему римскую религиозную систему.

После такого экскурса в историю можно вернуться к «римскому мифу», подтверждающему план передачи культурной «эстафеты» от Древней Греции к Древнему Риму. «Римский миф» — ключевая мифологема древнеримской религиозной системы. Именно он явился главным аргументом претензий Рима на мировую политическую гегемонию. Ведь ко времени расцвета римской государственности древнегреческая культура считалась самой “продвинутой” в формирующемся западном европейском мире.

В римских преданиях присутствовали мифологические рассказы об Энее, сыне троянца Анхиса ( был ослеплён Зевсом)[319] и богини Афродиты[320] — как об основателе Рима. В преданиях сказано, что Эней принёс из Трои «священные залоги славной судьбы Рима». В то же время, не один миф об Энее связывал Рим с Древней Грецией. С историей основания города Рима тесно связаны мифические братья-близнецы Ромул и Рем — сыновья бога войны Марса,[321] вскормлённые волчицей. Божественным покровителем и олицетворением могущества Рима был провозглашён Юпитер (верховный бог в римской мифологии — соответствует греческому Зевсу), в честь которого в IV в. до н. э. на Капитолийском холме был возведён храм. Эти и другие фрагменты «римского мифа», развивающиеся в более поздние времена — утвердили идеи «чудесного основания Рима» и «божественного предопределения его великой судьбы».

Религиозная трансформация в республиканский период.

Религиозная система Древнего Рима формально трансформировалась на всём протяжении истории его развития. Неизменным оставалось одно: до принятия “христианства” существовал иерархически выстроенный пантеон богов с соответствующими эгрегориальными культами и мистериями для толпы — содержательно всё то же самое, что и в Древней Греции.

«Римский миф», возводивший начало Рима к греческой Трое, древняя вера в силу Дельфийского оракула (особо авторитетного высшего предсказательного органа при “жречестве” Древней Греции, откуда под кураторством «мировой закулисы» шли советы в разные высшие инстанции) и греческих богов создали благодатную почву для грецизации римской религии и культуры (подчинения алгоритмики римской религиозной системы — алгоритмике греческой системе мифов и легенд: последняя же, как мы знаем, обладает качеством эсхатологической катастрофичности). А катастрофичность и эсхатологию жизни всегда удобно списывать на «волю богов», отводя гнев толпы от некомпетентности управленцев, возникающей вследствие корпоративно-духовной и концептуальной замкнутости высшей “элиты” и местного “жречества” не на интересы народа, а в первую очередь — на глобальный сценарий, в который вписана империя.

Вначале, в республиканскую эпоху, религиозно-политическую активность римлян определяла борьба партициев и плебса. Плебс, добиваясь расширения своих гражданских прав, требовал снять ограничения на участие плебеев в важных государственных делах. Важнейшие преимущества в области постановок религиозных обрядов в то время были у патрициев. Только из их числа инициировались «жреческие коллегии», влияющие на народные собрания — объявлением их созыва «угодным либо не угодным богам». Только “жрецы” могли посящать храмы, алтари, здания для собрания сената.[322] Только “жреческие” коллегии патрициев могли предсказывать будущее, ссылаясь на волю богов.

Так называемое жречество в Риме республиканской эпохи мало чем отличалось от регионального знахарства. Тем более, что оно поддерживало духовную власть “элитного” меньшинства и эгрегориальные культы, замкнутые на храмовые мистерии. Региональное римское “жречество” — также как и многие региональные “жречества” других региональных цивилизаций — было надёжно вписано в планы «мировой закулисы» (наследников дела древнеегипетского “жречества”). Местным “жречествам” была отдана духовная и социальная «власть» над царями и национальными толпами, а самими местными “жречествами” управляли извне региональных цивилизаций — методом «культурного сотрудничества» его высших иерархов с периферией «мировой закулисы». Происходило это как правило во время взаимного обмена визитами (делегациями), в период обучения “жречества” и “элит” за пределами региональных цивилизаций и сочеталось с постоянным контролем со стороны опекунов-учителей вождей и “жрецов” региональных “элит”, которые сами являлись периферией «мировой закулисы». Они-то и советовали царям, императорам и местным “жрецам” «куда пойти военным походом», «кого поставить на правление», «какой из религиозных культов сделать главным» и так далее.[323] В то же время, местное “жречество” получало от «мировой закулисы» некоторые «эзотерические» знания и навыки духовно-эгрегориального, научного и социального характера, с помощью которых “приподнималось” над всеми остальными.

Дальнейшая религиозная история Древнего Рима времён республиканского периода замыкается в основном на местные “разборки” вокруг «жреческого» вопроса, и содержательно мало меняется. От конца царского периода до 300 г. до н. э. плебс воюет за свои права — «входить в жреческие коллегии»[324] наравне с патрициями. При этом качество подготовки жречества, естественно, не возрастает. Всё это аналогично политической возне за «власть» над сенатом и толпой между двумя крупными сословиями, что имеет мало отношения к религиозной жизни. Так называемые «жреческие коллегии» представляли собой в большей мере уровень законодательной (а не концептуальной власти) — указывающий сенату (уровень высшей исполнительной власти) «куда править». В 300 г. до н. э. был принят закон, по которому плебеи признавались «достойными жреческих и авгурских знаков отличия». То есть, плебеи уравнялись в правах с патрициями — в первую очередь это касается религиозной жизни. В результате к концу республиканского периода был выработан «консенсус», результатами которого стала государственная религия, не разделяющая римский этнос на более и менее приближённых к богам в зависимости от сословного положения. Эта религия, как считалось, отражала интересы большинства граждан римского полиса.

Одновременно с этим в республиканскую эпоху Рим ведёт активную внешнюю наступательную политику. И это явилось основным фактором постепенной трансформации древнеримского пантеона богов. Активная внешняя наступательная политика республиканского Рима, направленная на подчинение соседних городов и народов сопровождалась не только заключением военно-политических союзов (с включением завоёванных территорий под юрисдикцию Рима), но также и религиозными компромиссами римлян с богами других этносов.[325] Уже в раннем Риме существовала практика получения по условиям капитуляции от побеждённых не только земель, богатств, но и различных религиозных святынь. Из новых союзных земель в столичный город переселялись люди, а вместе с ними и боги.

Такая практика религиозной концентрации уже готовых местных культов в центре — методом встраивания этих культов в существующую государственную иерархию богов (на их новое место) — значительно облегчала задачу покорения сдавшихся земель. Ведь самое сокровенное для покоряемых людей — их «родная» религия — не уничтожалась, а принималась в общий сонм богов. Что, как правило, высоко ценилось покорёнными как «знак уважения» к их родным богам, а значит и — к ним самим. При этом покоряемые с пониманием принимали место своих богов в общей духовно-эгрегориальной иерархии. А поскольку в римской государственности высшие боги были одни для всех, то покоряемые без лишней напряжённости вписывались (вместе со своими богами) под их централизованную культово-эгрегориальную опеку.

В период становления библейского христианства в Римской империи (IV век н. э.) такой метод вписания прошлого религиозного опыта был применён — настолько насколько позволял библейский монотеизм оставить ряд древних культов, сделав Христа — главным богом.[326] Так, следуя древней традиции политеизма, богу-Христу добавили бога-Отца и «Святой Дух», сделав как бы пантеон из трёх: двух богов и духа. Но подробно про становление библейского христианства будет разговор в следующей книге.

Имперский период и греческое влияние.

Последние века республики отмечены активизацией заимствования греческих богов, что было прервано на некоторое время законодательным запретом сената на распространение «чужеземных верований» (в 20-е годы V в. до н. э.), с какого момента активизировалась латинизация пантеона богов. Подчинение Римом во II–I вв. до н. э. эллинистических государств Востока вызвало новую волну экспансии чужеземных культов. Завоевание Греции (середина II в. до н. э.) открыло завоевателям широкий доступ не только к религии и мифологии греков, но и к их религиозно-философским и научным учениям — со всеми вытекающими последствиями (суть древнегреческой философии и науки кратко описаны в главе про Древнюю Грецию). В образовательных слоях римского общества получил признание стоицизм,[327] пифагорейство, эпикурейство[328] и другие учения, развивающие неведомые доселе римлянам идеи. Эти новые научно-философские течения простирались вплоть до крайних форм религиозного скептицизма (от греческого skeptikos — разглядывающий, расследующий) — философская позиция, характеризующаяся сомнением в существовании какого-либо надежного критерия истины.[329] И это не удивительно: алгоритмика римско-греческих мифов только и может привести к сомнению о возможности познания мира. Ведь поведение мифических богов и героев не поддаётся разумному упорядочению в психике и хоть какой-то мере предсказуемости. Всё это приводит к глубочайшей степени внутреннего психического атеизма. Поскольку у Бога всё предсказуемо, упорядоченно, гармонично и согласовано в Мhре развития и в Любви, а у греко-римских богов всё зависит от их “настроения”, подчинено иерархии физической силы, хитрости и коварству.

Говоря о трансформации традиционных религиозных устоев древнего Рима, следует учитывать, что греческие и восточные культы, свободомыслие (по-современному — либерализм) и скептицизм распространялись преимущественно в городах и прежде всего — в среде знати. В сельской местности, в городских низах религиозная жизнь во многом оставалась верной патриархальным традициям, основанным на семейно-родовых культах.

Имперский период в истории древнеримской религии (от 31 г. до н. э — 476 г. н. э.) был ознаменован прежде всего появлением культа императора, обожествлением политических деятелей, военачальников и других «выдающихся» личностей. Одним из первых был официально деифициирован после смерти Цезарь. Его преемник, император Август уже при жизни удостоился божественных почестей.

Таким образом, ко времени начала распада империи Александра Македонского римское государство представляло собой рабовладельческое государство, в котором “гармонично” сочетался рабский труд неграждан с красивой «демократией» для граждан. Эксперимент с первой «демократией» и правовым государством, поставленный ещё в Древней Греции (начало VI в. до н. э.), успешно продолжился в Древнем Риме республиканской эпохи. Такая «демократия» позволяла создавать видимость участия всех слоёв гражданского общества (помимо рабов и неграждан) в управлении государством, что канализировало властные амбиции этих слоёв в основном на имитацию управления. В то же время высшее управление государством-цивилизацией (в первую очередь это внешняя политика и управление кадровыми назначениями внутри государства) было замкнуто на внешние силы «мировой закулисы». Такая форма римско-греческой «демократии» вполне соответствовала модели атлантической цивилизации: высшее “жречество” живёт отдельно и снимает дань с высшей региональной “элиты” и местного “жречества” за консультационные услуги и обучение с перспективой простой замены местных “жреческих” верхушек на свою периферию; “элита” обособлена в «граждан», а многочисленные рабы бесправны и создают материальные блага для “элиты”. Однако, видимо «демократия» была ещё «не совершенна» в том смысле, что не обеспечивала максимальную централизацию власти[330] — так называемую «вертикаль власти». А централизация была нужна для улучшения качества управления в период активизации захватнической внешней политики: после распада империи Александра Македонского[331] Римское государство приняло “эстафету” общемирового плацдарма для экспансивного расширения географического ареала римско-греческой культуры и религии.[332] И Римское государство стало империей.

Поощряя культ своей персоны, император Август присвоил себе статус Верховного жреца. Начиная с Августа, культ императора стал стержнем государственной религии, призванной поставить под единоначалие все слои общества и объединить все страны вокруг имперского Рима. Но такая же модель устройства государственного управления была и в Древнем Египте: фараон обожествлялся и вокруг его «божественного культа» строилась государственность и «властная вертикаль».[333].

Развивающаяся на протяжении нескольких веков мифологизация и сакрализация Рима получает в эту эпоху своё завершение в обожествлении «вечного города» в понятии Dea Roma. Культ столицы Империи, «божественного Рима», становится естественным дополнением культа императора, «божественного правителя».

Как видно, в таком исполнении, на Рим были замкнуты не только все структуры «властной вертикали», но из Рима сделали и вершину «духовной» иерархии для имперской толпы и “элиты”. Это оказалось обусловлено невиданной централизацией местных эгрегориальных культов пантеона, восходящих во времена империи к вершине всех государственных эгрегориальных культов — к вершине римской божественности и божественности императора. Постановкой эгрегориальных мистерий[334] для толпы руководило римское “жречество”. Самим же римским “жречеством” руководила «мировая закулиса».

Естественным для такой духовной и структурной централизации был законодательный и политический деспотизм, который апеллировал именем императора — как высшего божества. Волей императора были пронизаны все законодательные и исполнительные государственные акты. Вне зависимости от праведности последних, их поддерживала подавленная на несколько столетий вперёд мощнейшими структурной и духовной иерархиями в общем-то покорная и законопослушная римская толпа. Это обеспечило устойчивость и живучесть Римской империи на несколько столетий вперёд. Но в силу ряда объективных причин такая деспотическая иерархия не могла существовать очень долго.

Событием, радикально изменившим религиозную историю Рима, стало распространение с востока первых «христианских» общин. Антагонизм старой религиозной системы разрешили в пользу библейского христианства. Последующий вскоре после принятия Римом библейского христианства крах Римской империи, отнюдь не означал полного триумфа библейского христианства. На протяжении столетий древнеримская религиозная система — особенно её религиозно-философские идеи[335] и гражданские ценности — сохраняли свою привлекательность для зарождающейся западной европейской цивилизации. Западная римско-католическая церковь наследовала некоторые этико-эстетические традиции, исторически связанные с римской религиозной культурой.

Римская империя была разрушена «варварами» — племенами, стоящими по своему культурному “прогрессу” (как его оценивали римляне) ниже культуры Рима. Таким образом, Рим пал от внутренних проблем вследствие своей неправедности, духовного и физического блуда — как только христианская религиозная система (даже не христианство Христа, а библейское христианство) вошло в его культуру. Осколки Римской империи до сих пор представляют собой конгломерат европейских государств, которые «мировая закулиса» так и не смогла собрать в очередную империю — до сих пор.[336] Наступление цивилизации исторического ислама после VII века вообще свело эти планы «мировой закулисы» на «нет». После чего взоры «мировой закулисы» обратились на Русь — как преемницу Византии и следующую толпо-“элитарную” мировую империю, способную (как им казалось) нейтрализовать ислам и стать всемирным плацдармом для распространения концепции рабовладения дальше.

3.2.7. Религиозная система древних кельтов.

Древний период развития кельтов (протокельтский период) тесно связан с древнеевропейской «семьёй народов». Также как и древнегреческая и древнеримская культуры, культура кельтов оставила свой европейский след. Кельты — одна из ветвей индоевропейского сообщества племён. Название кельтской культуры пошло от общего названия ряда племён (римское название — галлы; греческое название — галаты), древних индоевропейские племён, обитавших во 2-й половине I-го тысячелетия до н. э. на территории современной Франции, Бельгии, Швейцарии, южной части Германии, Австрии, северной Италии, северной и западной Испании, Британских о-вов, Чехии, частично Венгрии и Болгарии. Таким образом, уже в первый период своей истории кельты занимали обширную территорию Центральной и Западной Европы — от Испании до Дуная, от Ирландии до Южной Германии. Наиболее значительны племена: бойи, гельветы, битуриги, карнуты, инсубры, сеноны, белги, секваны, эдуи и другие. Первые контуры кельтской общности появились около VIII века до н. э. К середине 1 в. до н. э. покорены Римом.

В V–III вв. до н. э. происходила активная миграция кельтских племён, сильно расширившая масштабы кельтского присутствия в античном мире. В IV веке до н. э. кельты заняли значительные территории Италии, Британии, Балкан. В III веке до н. э. кельты вторглись в Грецию и освоили Карпаты. Мощная общность кельтов проникла в Малую Азию, где было создано кельтское государство — Галатия (в 25 г. до н. э. завоёвано Римом). Таким образом, ко II веку до н. э. полоса кельтского присутствия простиралась от Ирландии до Малой Азии.

Размеры кельтской «прародины» и масштабы миграций с очевидностью указывают на то, что кельты исторически представляли собой конгломерат племён, не имеющих прочных связей и культурной целостности. Кельтская общность делилась на две большие группы — континентальных кельтов (Галлия и другие континентальные районы) и островных кельтов (Британия, Ирландия). Будучи изначально близки (в культурном отношении) италикам (с одной стороны) и германцам (с другой стороны), в ходе миграций кельты оказались в тесном взаимодействии с римлянами и греками, германскими, иллирийскими[337] и фракийскими[338] племенами.

Со II в. до н. э. началась эпоха угасания кельтской экспансии. Под напором римлян, германцев, даков кельты стали терять значительные территории, частью ассимилировались. В эпоху римского владычества (после походов Цезаря 58–51 гг. до н. э.) культура кельтов подверглась сильной романизации, а религия преследовалась и искоренялась. Последующая “христианизация” привела к окончательному распаду кельтских религиозных традиций. В V веке после принятия библейского христианства населением Ирландии, пал последний оплот кельтской религии. Ряд элементов кельтской культуры остался в культуре исторического христианства народов средневековой Европы.

Дохристианские ирландские сказания в VI–XII вв. были обработаны, записаны в монастырских скрипториях и включены в состав рыцарской культуры. В XVIII веке под влиянием идей эпохи романизма, в Ирландии, Шотландии, Уэльсе, Бретани — возникли очаги возрождения древней кельтской религиозной культуры. Образовались Ордена, исповедующие древние кельтские традиции — Ордена бардов, оватов, друидов (существует поныне как и ряд других Орденов). Также вместе с Орденами в настоящее время на Британских островах существует ряд религиозных сообществ, которые возводят истоки своего вероучения и культа из древнекельтского наследия. Образование религиозных Орденов, наследующих эзотерическим традициям средневековых рыцарских орденов,[339] совпадает с эпохой особого расцвета масонства (XVIII–XIX вв.), родиной которого общепринято считать Англию. А возрождение древних религиозных традиций (в первую очередь — антично-романических традиций) является следствием эпохи Возрождения в Европе, вызванной кризисом библейского христианства.

Рассмотрим вкратце некоторые аспекты древнекельтской религиозной культуры. Они интересны в основном тем, что элементы этих древних (эпохи до романизации и “христианизации” кельтов) культов вошли в эзотерическую культуру как средневековых рыцарских орденов (хранителей сокровенных тайн древности), так и в религиозно-ритуальное оформление современных масонствующих англо-ирландских, шотландских и некоторых других европейских орденов — в основном так называемого «старого света». И под религиозным прикрытием этих древних культов до сих пор устраиваются мистерии, в сопровождении которых творится внешняя и глобальная политика.

На огромной территории Европы кельты создали достаточно развитую цивилизацию, обладающую разветвлённой системой религиозных представлений, письменностью и даже политическими институтами. Так некоторые римские авторы упоминают, что, несмотря на высокомерное отношение к «варварам», «к религиозному благочестию племя галлов отнюдь не равнодушно» (Тит Ливий). Античные авторы указывают на существование в среде кельтов профессиональной группы носителей религиозного знания — «жрецов-друидов», хранивших религиозное знание и передававших его посредством организованного религиозного образования. Те же античные авторы указывали, что религиозное учение друидов принципиально не записывалось и передавалось только устно от учителя к ученику. Чужеземцам-римлянам религиозная доктрина друидов оставалась недоступной. Замкнутый её характер предопределил падение роли друидов с последующим их физическим устранением — после чего достоверных свидетельств, позволяющих судить о глубоком содержании знаний друидов, не имеется. Поэтому подробная реконструкция кельтских верований и пантеона чрезвычайно затруднена. Она основывается на немногих текстах античных авторов, редких памятниках Галлии, вторичном источнике — фольклоре кельтов (прежде всего — с ирландскими сагами), по словарю кельтских языков, хранящих фрагменты древних представлений.

Какую культуру наследовали современные Ордена, называющие себя именем друидов и прочими названиями кельтской культуры — трудно сказать. Либо древние традиции кельтских “жрецов” всё же были как-то сохранены и употребляются в современности? Но скорее всего религиозно-ритуальная деятельность Орденов также основана на сагах, обросших более поздними наслоениями таинственности и сакральности основ “национальной” культуры.

Кельты были уверены в продолжении жизни после смерти. Этим объясняется «особое бесстрашие кельтов в бою и полное презрение к смерти»[340] — качества, которые выделяли ещё античные авторы. «Иной мир» кельтов — блаженная страна, лежащая за морем, где нет ни страданий, ни смерти, где в обществе богов, героев и мудрецов под звуки чарующей музыки пируют те, кто достойно перешагнул грань тягот земной жизни. «Иной мир» по-ирландски назывался «сид» (sid), что этимологически означает «Мир». Часто земным образом (моделью) «сида» были особые холмы, которые почитались как чудесные места и были населены «людьми волшебных холмов». Обычный человек не мог вернуться в земной мир. Но сверхъестественные существа — добрые и злые — легко пересекали границу миров. Типичной внешней характеристикой существ «иного мира» была физическая красота, богатое облачение, либо наоборот — внешнее безобразие. Типичной внутренней характеристикой — являлось обладание тайным знанием (эзотеризм и герметизм), магическими приёмами, способностью к превращениям (оборотничеству: одно и то же содержание под разными формами-обликами). Был и аналог ада (подземный мир, мир сидов), куда попадали недостойные в этой жизни.

В общем много похожих основ с культурой греческой античности. Тот же пантеон богов и героев, обладающих сверхъестественными качествами по сравнению с людьми. То же бессмертие (либо воскресение) богов и героев — «лёгкое пересечение границ миров». Та же ностальгия (только более скрытая) по неземной жизни «вечно пирующих богов», в стране которая «лежит за морем» и «на холмах» и которая недоступна для земной жизни людей: боги же «легко пересекают границы миров».[341] Всё это опять очень напоминает бессознательную ностальгию по атлантическому образу жизни,[342] в котором, как мы уже знаем, боги жили отдельно «за морем», пировали и имели возможность односторонне вмешиваться в жизнь людей, которые испытывали «тяготы земной жизни». Мало того, к такой первооснове мировоззрения кельтов добавляется вера в рай («блаженную страну»), куда попадут лишь те, кто «достойно перешагнул грань тягот земной жизни» и ад. Вера в рай и ад перешла в библейское христианство из множества подобных кельтской древних протокультур.[343] Физическую природу, породившую у кельтов (и не только у кельтов, но и во многих европейских протокультурах) ощущения и наблюдения что боги и герои (и другие сверхъестественные существа) могут «легко пересекать границу миров» (земного и неземного) объяснить очень просто: эгрегоры, которые и обладают сверхъестественными качествами («божественной силой» и прочими) не умирают вместе с людьми, а остаются и дальше воздействуют на людей — оставаясь в понимании людей либо «вечно живыми», либо «воскресшими».

Творение мира у кельтов почти как у греков — тоже атлантическое. Кельтское творение мира было позже переосмыслено в ирландских мифах как освоение Ирландии несколькими эшелонами «переселенцев». То есть образ мира был смоделирован в образе Ирландии. Каждая волна «переселенцев» вносила сой вклад: одни покоряли стихии, преображали природный облик острова, другие упорядочивали общественные отношения, приносили навыки ремёсел, магических искусств. Во главе переселенцев стояли чудесные герои, кладущие пределы первозданному хаосу, побеждающие демонических противников.

Кельтское «творение мира» эсхатологично также как и греческое: оно построено на древнейшей (и, видимо, общей для индоевропейских и восточных племён) схеме деградации мира от «золотого века» творения к «веку вырождения» последних времён, когда жизненные и нравственные силы совсем иссякают; космическая катастрофа в стихии огня и воды губит одряхлевший мир, чтобы открыть отсчёт новому циклу творения. Мотивы этого очень удобного для глобализаторов эсхатологического мифа мы рассматривали когда говорили о древнегреческой мифологии — о том что она несёт людям и зачем это миф глобализаторам.[344] Скажем здесь лишь то, что этот общий для древних культур эсхатологический миф нашёл своё позднее выражение в Новом Завете — канонической основе библейского христианства — как последняя его глава, известная под названием Апокалипсис.

Кельты обожествляли короля, персона которого была окружена сакральным магическим ореолом, свойственным «священным царям» архаичного периода (в Древней Греции — VII–VI вв. до н. э.). Что тоже характерно для многих толпо-“элитарных” дохристианских цивилизаций, наследовавших опыт жизни как бы из «золотого века».

Последнее на чём стоит остановиться, это на особой мистичности кельтов, их крайней склонности к эгрегориальным культам и эгрегориальной магии, что не могло не найти своего отражения в современной деятельности наследующих культуре кельтов Орденов. Магия играла огромную роль в религиозных представлениях кельтов. Глубокий след кельтского магизма лежит на ирландских сагах. Всё в них — и битва, и любовь и каждое хоть сколько значимое событие — имеет примесь магии. Особо практиковалась магия слова, формула заклинания, что как принято считать — дарует необыкновенную силу или насылает немощь.[345] Одним из важных разделов религиозного знания кельтов была, по-видимому, магия числовых соответствий. Ключевой формулой кельтской нумерологической магии был знак троичности. Возможно что кельты владели триединством — в определённой мере. И эти навыки не утрачены до сих пор. Тогда появляется разумное объяснение особой популярности и живучести кельтских Орденов — типа друидов: для всех в толпе было «нормально» четыреединство, а для внутреннего употребления Ордена хранили и применяли (более осознанно и целенаправленно) триединство, к тому же ещё и грамотно манипулируя не только словами, но и числами. Некоторые боги имели образы трёхголовых антропоморфных существ. Были и козлоногие, рогатые боги.[346].

Направления древней кельтской магии были самые разные. Очень распространена была военная магия с её ритуалами «обнажённых мечей». Меч был объектом почитания и предметом магического ритуала. Возможно что от кельтов идёт обычай возлагать меч на голову (либо плечо) инициируемого в Орден новичка. Культы в древности были замкнуты на иерархию пантеона богов. Установление этой иерархии затруднено вследствие скудных сведений. Но многие боги были аналогами греческих и римских богов: ничего особо нового по содержанию эгрегориальной пирамиды. К общим богам добавлялся, как и везде, сонм “специальных” богов (земледелия, погоды, воды, леса, лугов, огня и прочих), был сонм животных духов-оборотней (бык, вепрь, медведь, волк, ворона). Одной из основных была культовая магия жертвоприношений, как мы уже знаем — неотъемлемая процедура любой неправедной толпо-“элитарной” духовной системы. Кельты были достаточно кровожадны: они сжигали живых людей, вешали, перерезали горло и т. п. в жертву богам. Распространены были обряды гаданий, колдовство, заговоры против людей, насылание гибели и прочие магические эгрегориальные ритуалы. Главные общеродовые ритуалы производились сообща по специальному календарю.

Всем управляли “жрецы”-друиды. Ежегодно в «священном месте» собирались друиды со всех земель на кельтский межплеменной союз. Его деятельность требовала единого культурного центра и общих «священодействий» ради отправления которых собирались друиды. Характерно, что в кельтском религиозном центре собиралось именно “жречество”. У друидов была своя межплеменная организация, построенная иерархически: известно, что на собраниях избирался верховный “жрец”, занимавший эту должность пожизненно. В социальной структуре отдельных кельтских сообществ друиды составляли влиятельные корпорации, попасть в которые можно было только после многолетнего обучения «тайному знанию», заговорам и чарам.[347] Высокая степень выделенности религиозного статуса[348] друидов и их коллегий не приводила, однако, к формированию замкнутой религиозной группы. То есть это была духовная иерархия по посвящению, не боящаяся своей внешней открытости обществу. Друиды жили отдельно, освобождались от воинской службы и в их обязанности входило отправление коллективных жертвоприношений, контроль за священнодействиями, гадание, толкование знамений, магическая практика, хранение и передача сокровенного знания.

В религиозной жизни более общего плана отдельное место занимали поэты-песнопевцы (галльские барды, ирландские филиды). Их песнопения обладали высоким религиозным смыслом: их песни содержали основные мифы кельтов. Король-правитель стоял во главе религиозной иерархии.

Скорее всего некоторые навыки владения магией слова, чисел, триединством и прочими «тайными знаниями» кельтов дошли до наших дней и воплотились в тайной религиозной культуре Орденов «старого света» — в первую очередь связанных с друидами. Это обусловлено тем, что для поддержки особой притягательности Орденов и проведения кадровой политики скорее всего применяются многие магические методики древности для внутреннего употребления. Так после инициации и обязательной клятвы на пожизненную верность Ордену, новичок автоматически в ходе магии инициации включается в алгоритмику эгрегора Ордена — на своё место в его иерархии, согласно знаниям, и психологическим предрасположенностям, полученным при посвящении. Особая кадровая политика внутри Ордена и дисциплина держится на давно известных приёмах духовной поддержки (в случае послушания) и «порчи», «запугиваний», вплоть до запуска эгрегориальной программы на самоуничтожения ослушника (в случае непослушания). Поскольку субъект подключен к эгрегору Ордена — после этого с ним в принципе можно делать всё что угодно (если, конечно он не поднимется над духовностью друидов). Ведь Орден владеет достаточно высоким уровнем эгрегориальных технологий (магия слова, магия чисел, триединство, широкий образный спектр представлений, привлекательная древность и мифологизация…). В период становления известного нам масонства готовыми структурами и навыками скорее всего просто воспользовались на новом этапе становления всемирного толпо-“элитаризма”. А через «надёжные» кадры уже проще делать и глобальную политику. Ведь не надо забывать, что именно Великобритания несколько веков была центром колонизации — распространения культуры Библии во многие регионы мира.

3.2.8. Религиозная система древних германцев.

Германцы — общее название ряда племён, происходящих также от индоевропейского корня и выделившихся из состава древнеевропейцев. О ранних этапах истории древних германцев, локализации племён, путях миграции — мало достоверных сведений. Археологические данные указывают на причастность прагерманцев к культуре общей для многих других древнеевропейских народов. Обособление германцев в отдельное сообщество по-видимому произошло около XI в. до н. э. Ареалом формирования прагерманских племён была Северная и Центральная Европа. До II–I в. до н. э. южный рубеж германских племён проходил по прирейнским землям. С конца II в. до н. э. боевые дружины и племена германцев теснили соседей на своих южных и западных границах. Военная экспансия и хозяйственное освоение в течение последующих пятисот лет значительно расширили территорию германцев, потеснивших соседей, в первую очередь, кельтов на землях Западной Европы.

Германский мир, раскинувшийся на территории островной и континентальной Европы, представлял собой огромный конгломерат племён, в котором обычно выделяют северогерманские, западногерманские и восточногерманские группировки. Выделяют их так, потому что они находились на разных ступенях развития и имели разные темпы исторических изменений. Западногерманские группировки в силу территориального соседства с кельтами и римскими владениями развивались быстрее, отчасти кельтизировались и романизировались. Северогерманская ветвь оставалась более архаичной (древней) и традиционной.

Вообще же в историко-культурном отношении германцы имели много общего с кельтами. Близость германцев и кельтов приводила к тому, что античные авторы часто путали этническую принадлежность некоторых из этих племён. Однако, такого иерархически выделенного единого «жреческого» клана, как у кельтов — у германцев не было.

Древний германский племенной мир по условиям формирования и развития не мог выработать единого религиозного мировоззрения. Размеры территории, особенности ландшафта препятствовали регулярному общению древних племён. Архаичная германская религия — по сути, религия племён и племенных объединений. Говорить о древней общегерманской религии можно лишь с учётом значительных религиозных различий в германской среде.

Базовыми ячейками религиозной организации древних германцев были семья и племя. Семейная община держалась на культе предков, а главным действующим лицом домашних ритуалов был глава семьи. Племенная религиозная жизнь вплоть до “христианизации” (IV век н. э.) сохраняла шаманский религиозный уклон. В почёте были племенные боги (Алки, Бадугенны и пр.) и тотемы (следы тотемизма отмечены в названиях некоторых германских племён).

Организация племенной религиозной жизни сочетала пережитки культуры общинной магии и с зарождающейся классовой государственностью и её древними атрибутами — жречеством и царями древних германцев. Царь и “жречество” объединяли под своим руководством несколько древнегерманских племён при довольно «демократических» началах (общие собрания) — в сочетании с зародившейся религиозной иерархией (“жрецы” и царь). Как можно понять из описаний древнегерманских религиозных культов, “жречество” представляло собой обособившийся в иерархию клан (в прошлом шаманов), который формировался вокруг царя. В то же время германские племена объединялись в духовные союзы, в которых почитали общих богов, имели общие святилища и держались провозглашённых заклятий, скреплявших эти союзы. В силу неоднородности всей германской общности в одних географических районах ещё доминировал древний шаманизм и тотемизм, а в других — уже существовали обширные очаги ведически-знахарской культуры с присущими ей иерархиями “жрецов” (выполняющих роль культовых работников) и царей, и племенными союзами.

Культы межплеменных богов обслуживали “жрецы”. Институт жречества играл заметную роль в религиозном сообществе древних германцев, однако с точки зрения внутренней организованности и авторитетности германское “жречество” уступало римскому и кельтскому. Этому можно найти своё объяснение в том, что либо германское “жречество” делилось на две категории: первая категория — культовое “жречество”, обслуживающее интересы царей; и вторая категория — народное жречество, которое, видимо, мало отличалось от племенных шаманов, жило в среде племён и занималось не государственным прогнозированием, а прогнозированием племенной жизни — и поэтому было малозаметным и не вошло в историю так, как культовое “жречество” при царях. Но как бы то ни было, с приходом библейского христианства первое жречество выродилось в культовых работников церкви (иерархию церковнослужителей), а народное жречество (либо знахарство) было подвержено гонениям и уничтожено.

У “жречества” германцев не было всех полномочий на правовое регулирование: вожди и старейшины (и, конечно же — цари) в большинстве случаев самостоятельно вершили «правосудие». Основные полномочия “жрецов” были — контроль за коллективными обрядами, гаданиями, что называется мантикой.[349].

Древняя мантика.

Следует несколько пояснить механизм мантики, поскольку прорицания были распространены почти везде в древних обществах. Мантика основана на включении психики гадающего в алгоритмику эгрегора-бога (либо нескольких эгрегоров) в трансовом состоянии (подобно камланию шамана: только в случае шамана это был эгрегор племенного бога). После “запроса” о том, что необходимо узнать — эгрегориальная целеустремлённость (направленность алгоримики эгрегора — её экстраполяция в будущее, которая представляет собой совокупность бессознательных устремлений всех людей, включенных в эгрегор + возможность осознанного эгрегориального управления со стороны менеджеров эгрегора) выдавала через ту же психику гадающего фрагмент возможного будущего, которое и было в основном самозапрограммировано коллективным бессознательным той общности, которая ходила под этим эгрегором-богом + такими же возможностями тех племён, с которыми был возможен контакт в будущем. Если никаких серьёзных изменений (в первую очередь они касаются нравственности людей, включенных в эгрегор-бог, либо желания что-то изменить со стороны менеджеров эгрегора, коими как правило в древних национально-государственных обществах не были прорицатели) не предусмотрено, то получить ответ можно было достаточно точно, поскольку нравственность прорицателя соответствовала его профессии — залезать в коллективное бессознательное своих подопечных членов племени, союза племён.

Разница между прорицателем и обычным членом племени в том, что прорицателю становилось известно «что запрограммировано» в коллективном бессознательном по конкретному запрашиваемому вопросу, а простой член общества не мог знать большинства своих мыслей, мыслей своих соплеменников и замысла управленцев, проходящих мимо его сознания прямо в эгрегор. При этом ответ на конкретно запрашиваемый вопрос мог быть выдан в соответствии с вопросом и в той же символике мантики.

Такие достаточно точные прогнозы зачастую путают с диалектикой — умением правильно ставить вопросы и находить на них правильные (праведные) ответы. Разница в том, что в случае диалектики полученный ответ (на правильно и праведно поставленный вопрос) содержит информацию, которая предназначена для искоренения неправедности, в результате чего общество движется от катастрофичности и толпо-“элитаризма” к изживанию последнего и устойчивому развитию по предсказуемости в постоянной связи с Богом — следуя Его промыслу в части, не касающейся попущения. В случае эгрегориального прогноза (когда “диалог” получается не с Богом, в части промысла Божиего, на касающейся попущения — а с богом-эгрегором: вопрос-ответ) — элементы диалектики в нём могут присутствовать (имеется в виду доля праведности полученного ответа — от полученной эгрегориальной информации), поскольку Промысел Божий охватывает все сферы жизни (в том числе и все людские и биосферные эгрегоры), однако, как правило в случае мантики это сфера Божиего попущения. А прогноз представляет собой эгрегориальную трансляцию через психику прорицателя той части эгрегориальной матрицы будущего, которую сами люди и выстроили своими мыслями, делами, устремлениями. И если не перейти к настоящей религии (следовать в управленческих целях в соответствии с рекомендациями от связи с Богом, а не с эгрегорами, умея при этом получать информацию и от эгрегоров)[350] от прогнозно-эгрегориальной трансляции, рано или поздно прогнозы на поверку окажутся лишь — эгрегориальным программированием (в конечном итоге — самопрограммированием, взаимным программированием), которое в лучшем случае устаревает (когда общество пройдёт частный, текущий этап развития) а в худшем случае ведёт к катастрофе либо срыву управления, поскольку за его позитивным сиюминутным эффектом обязательно следует превышающий по последствиям негативный долгоиграющий эффект. И лишь Бог, Который один управляет вечностью, может дать людям ответ, не приводящий к негативным последствиям никогда — что по праву должно называться пророчеством.[351].

В древней эгрегориальной системе прогнозов, если ответ ждали, например, от «полёта птицы», то по «полёту птицы» его и получали: при этом сам полёт птицы вполне мог представлять собой трансляцию через поведение птицы части эгрегориальной алгоритмики того самого культового бога-эгрегора по двум причинам. Первая: в алгоритмику этого эгрегора-бога был введён «птичий код», например полёт орла. И во-вторых, общий эгрегор птиц (либо конкретного вида птиц) был частично вписан в эгрегор-бог (как высший по отношению к эгрегору птиц). Последнее вполне объяснимо: фауну люди изучали давно и тщательно (особенно в тотемных культах древности) и пытались даже подражать многим птицам и животным. Поэтому люди издревле научились управлять поведением птиц и животных (вплоть до примитивного приручения) и эти навыки естественно автоматически вошли в алгоритмику основных людских эгрегоров-богов.

Конечно при этом через эгрегориальную алгоримтику транслировалась и какая-либо часть объемлющей данный эгрегор-бог матрицы — алгоримики вышестоящего эгрегора — вплоть до Промысла. Эти фрагменты будущего тоже могли стать достоянием психики гадающего, после чего они каким-то образом переосмыслялись и выдавались в лексике и символах в общество.

Так, есть германский пример, показывающий очень хорошее знание повадок животных древними людьми. Религиозная организация германцев особенно на ранних ступенях развития, включала в свою структуру женские и мужские союзы (что было и в Древнем Риме и у кельтов и у многих других древних обществ). Наиболее заметный след в истории древнегерманской религии оставили мужские воинские общества — братства берсеков либо берсерков (ряженные под медведя). Медвежья шкура или шкура волка — атрибут берсека, отмечающий не просто принадлежность к мужскому братству, но именно особую природу воина, магически причастного зверю, а через него — богу войны. Волки Гери «Жадный» и Фреки «Прожорливый», выступали в северогерманской мифологии спутниками Вотана-Одина — верховного бога германцев.

Мужчина мог стать членом воинского союза, только пройдя через испытания — воинские инициации.[352] В этих испытаниях вдохновенный мифологией войны берсек «должен преобразить свою человеческую сущность, продемонстрировав агрессивное и устрашающее исступление, которое отождествляет его с разъярёнными дикими животными. Он “разогревается” до наивысшей степени, его захватывает таинственная сила, нечеловеческая и неодолимая, так что боевой порыв исходит из самой глубины его существа.[353] Древние германцы назвали эту силу «Вут» — «ярость». Это своего рода демоническое безумие, которое повергает в ужас и парализует противника».[354] Берсек имел высший образец своему исступлению — Вотана-Одина, имя которого производно от обозначения «бешенства», «ярости». Вотан-Один — одержимый яростью предводитель воинского братства. По сути это духовный эталон одержимого эгрегором, суть которого — некоторые звериные стереотипы поведения.

Конечно нельзя исключать и случаи древнего шарлатанства — обмана во имя сохранения имиджа прорицателя и “благополучия” вождей. Так, могли иметь место сговоры менеджеров эгрегора-бога (либо просто царей и старейшин, которые могли участвовать в управлении эгрегором-богом, а могли и просто чего-то хотеть более материального от людей и им нужно было обосновать это прорицанием) и правителей племён либо царей с целью произведения изменений в жизни своих коллективов авторитетом богов. В древнегерманской религиозной системе философских понятий — судьба и боги (эгрегоры) «воспринимались как нерасчленённое целое, совокупность сил, регулирующих ход событий».[355].

Естественно, что все произведённые изменения “записывались” в эгрегориальной алгоритмике “богов”. С другой стороны, те же правители либо “жрецы” могли иметь желания отвести от себя гнев племени в случае больших неудач и потерь. Для этого они обращались к прорицателям, которые выполняли их «социальный заказ» в духовном исполнении, влияя при этом на общности людей вполне материально. Как правило это кончалось жертвоприношением богу-эгрегору, чтобы тот «больше не посылал бед и проклятий». В этом случае толпа успокаивалась, а “жрецы”, цари и прорицатели продолжали властвовать до «следующего случая». В культуре подавляющего большинства архаичных племён и государств жертвоприношение вошло в религиозные культуры как устойчивые регулярные обряды — чтобы люди на забывали, «кто виновен в бедах и несчастьях» и с целью разряжать на жертву (точнее — в ходе ритуала жертвоприношения) злобно-агрессивную эгрегориальную энергетику, накапливающуюся от неправедной жизни людей в психике каждого члена общества.

Накопление в психике любого неправедно живущего человека так называемой отрицательной энергетики — напрямую связано с нечеловечным типом его психики. Это объективная данность, которую ничем кроме перехода в человечность не устранить.[356] Управлять обществами с доминированием нечеловечных типов строя психике, да ещё и в сторону неправедности сохранения толпо-“элитаризма” можно лишь некоторое время с помощью постоянного разнородного жертвоприношения. Устранить необходимость жертвоприношений можно лишь начав интенсивный переход к праведному обществу, к которому будут привлечены все его члены.

Каждый индивид с нечеловечным типом строя психики на современном этапе развития хорошо может себе представить что такое эгрегориальная жертва на упрощённом примере. У каждого бывают жизненные моменты стрессовых состояний. Первопричина всех без исключения стрессов — отставание развитии психики от текущего этапа развития, заданного Свыше и соответствующего Закону Времени:

· во-первых жизненного пути каждого человека (отставание в психическом развитии от нормы заданной Свыше в течении одной жизни, что связано с персональной судьбой) и,

· во-вторых жизненного пути народа, цивилизации (отставание психического развития в следствие отклонения от Промысла в сторону границы попущения, что связано с коллективной судьбой).

В общем плане стрессы, естественно сопровождающиеся накапливанием отрицательной энергетики, от ощущения чего становится «невмоготу», «психически дискомфортно» — неминуемы у людей, которым присущи все типы строя психики, кроме человечного. Общепринятое средство снятия стрессов в настоящее время — алкоголь, табак и наркотики, к чему ещё добавляется постоянный секс «всегда и везде». Так вот, прибегая к этим средствам «снятия стрессов» — люди приносят в жертву самих себя. Так, наркоманы живут около 5–6 лет; алкоголики — 10–15 лет; курильщики — чуть дольше; а сексуальные сутенёры и проститутки (чем отличается проститутка от женщины, которая в год меняет по три-пять-десять… партнёров?) попадают под разного рода риски,[357] которые связаны не только со СПИДом и другими болезнями.[358].

И если, желая постоянно избавляться от стрессов, алкоголики, пьяницы, наркоманы, курильщики и прочие[359] приносят в жертву самих себя, то в ходе больших мистерий жертвоприношений — в жертву приносится праведное будущее всех (вместе с их благополучием), кто молчаливо участвует в мистерии, будучи невежественными в вопросах, которые описывает наш учебник. Эффект же от коллективных мистерий жертвоприношений немногим длительнее чем эффект от выпивки, либо от очередной наркодозы — если рассматривать глобальный исторический процесс с позиции вечности.

Вернёмся к древним германцам. У континентальных и островных германцев огромным авторитетом пользовался немногочисленный, но крайне влиятельный слой прорицателей, чья практика восходила к шаманскому визионерскому (аналог ясновидения) опыту. Среди прорицателей большинство составляли женщины, некоторые из которых снискали своим даром почти божественные почести. Согласно верованиям германцев, «даже община богов нуждается в советах пророчиц, которым порой ведомо больше, чем богам».

Как известно из психологии человека, у девочек, а затем — женщин, в процессе психического развития доминирует интуиция над разумом (интеллектом). У мужчин сначала развивается интеллект, а затем, при нормальном развитии должна развиваться интуиция. И к моменту взросления (10–14 лет) у обоих полов нормально должны гармонично сочетаться интуитивные и интеллектуальные способности с перспективой быстрого выхода в человечный тип строя психики. Однако, в силу постоянного психического недоразвития в условиях доминирования нечеловечных субкультур, психическое развитие женщин останавливается, ограничиваясь интуицией (при слабо развитом интеллекте), а у мужчин — весьма ограниченный интеллект остаётся практически без развитой интуиции. Напомним, что интуиция это возможность получать информацию как от сверхъестественных уровней Мироздания (эгрегоров), так и от Бога. Поэтому искусством прорицания владели и владеют в обществах с доминированием нечеловечных типов строя психики — женщины (пифии, прорицательницы, гадалки и пр.). Удел же мужчин в древних обществах как правило был защищать от врагов, наступать на врагов, приносить добычу, владеть ремёслами и прочие подобные виды деятельности. Но именно эти виды деятельности, связанные с агрессивностью, и характерны для зверей — в первую очередь.

Выше мы приводили пример братства берсеков — ряженных в шкуры медведя и волка — типичная характеристика мужского союза древних германцев. Женщины же, помимо того, что были освобождены от воинских обязанностей и имели поэтому больше времени, обладали развитой с детства интуицией. И, складывая свой духовный потенциал в женские союзы, вписывали своей “пророческой” деятельностью мужчин с их воинской деятельностью — с помощью достаточно точных, но как правило не рассчитанных на длительную перспективу, прорицаний. Для пояснения последнего утверждения следует заглянуть в общую картину психологического склада мужчин и женщин, связанную с объетивными возможностями длительности прогнозов обоих полов.

* * *

На приводимом ниже рисунке показано распределение мужчин и женщин по расположению во времени целей, ориентируясь на осуществление которых, мужчины и женщины строят своё поведение вне зависимости от того, осознают они хронологическую ориентацию их деятельности или нет. Рисунок — схематичный, а не масштабный: то есть на нём показаны только характерные отличия статистик, описывающих типы психики мужской и женской составляющих человеческого общества, но не численные значения каждой из групп мужчин и женщин, ориентирующих своё поведение на тот или иной интервал, расположенный на оси времени. На оси времени от глубокого прошлого до весьма отдалённого будущего также нет единиц измерения. Тем не менее, на рисунке можно видеть три интервала на оси времени, весьма отличных один от другого по численному преобладанию в них мужчин и женщин. Назовём их условно «Прошлое», «Настоящее», «Будущее».

«Настоящее» — это та область, в которой сосредоточились те, кто, образно говоря, «живёт сейчас»: сегодня доделывает то, что следовало завершить еще вчера; что-то делает сегодня насегодня и «ищет зонтик назавтра потому, что пообещали дождь». Среди этой категории довольно много людей, которые в «Настоящем» не думают о том, что ныне они пожинают плоды своих прошлых поступков и бездействия; а также не думают о том, что совершаемое ими ныне принесет свои плоды в будущем. Это бессмысленное отношение к прошлому и к будущему приводит к тому, что многие из них по своему дурному нраву в прошлом посеяли то, что неприемлемо для них сейчас, а сейчас сеют то, что будет неприемлемо для них в будущем.

При этом — в силу общности и целостности мира для всех людей — с дурными последствиями их безоглядности и непредусмотрительности так или иначе приходится сталкиваться не только им самим, но и многим другим.

В общественной жизни эта полоса «Настоящее» на оси времени занимает интервал примерно от «две недели тому назад» до «спустя две недели» и включает в себя разного рода оперативную реакцию на поступающую житейскую информацию, которая утрачивает значимость примерно в течение двух — трёх недель для подавляющего большинства людей.

Интервалы «Прошлое» и «Будущее» математически идентичны в том смысле, что это — “хвосты” распределений. В правом и левом “хвостах” в совокупности сосредоточена весьма малая доля статистики: в общей сложности в пределах 3–5 % от общего количества наблюдаемых единичных явлений. Но, как заметил К.Прутков, «от малых причин бывают большие последствия».

В «Прошлое» попали те, кого А.С.Грибоедов в «Горе от ума» охарактеризовал словами: «Сужденья черпают из забытых газет времен очаковских и покоренья Крыма». Это те люди, которые пытаются втащить в настоящее не то, что нормы вчерашнего дня, а нормы прошлого века или даже прошлых тысячелетий. В политике они являются действительными реакционерами и ретроградами.

В «Будущее» попали те, в чьём поведении преобладает индивидуальная и коллективная деятельность, плоды которой возможны в весьма отдалённом — по меркам бытовой повседневности — будущем: спустя годы, десятилетия, столетия, тысячелетия.

Следует сделать особую оговорку: распределения представлены в привязке целей поведения ко временным интервалам, а не по критериям Добра и Зла, Хорошо либо Плохо. Опыт истории показывает, что в прошлом не всё было плохо, в сравнении с настоящим, и в будущем не всё будет столь хорошо, как это представляется, опять же с точки зрения осуществления сегодняшних идеалов. И хотя, известно утверждение: «Что ни делается — всё к лучшему» — тем не менее в обществе есть дальновидные злодеи, которые по характеру их деятельности попадают в группу «Будущее». То есть от бессознательного и во многих смыслах правильного автоматизма восприятия «Будущее» = “хорошо”, «Прошлое» = “плохо” по отношению к рассматриваемому рисунку следует отстроиться.

Рисунок интересен тем, что показывает качественные различия в ориентации поведения, обусловленные свойствами психики мужской и женской составляющих общества: то есть в ориентации поведения множества мужчин и множества женщин, а не в ориентации поведения конкретного отдельно рассматриваемого человека, который вне зависимости от его пола может реально принадлежать всякому интервалу на оси времени. В полосе «Настоящее» женщины численно преобладают над мужчинами, а в “хвостах” распределений наоборот: мужчины численно преобладают над женщинами. Но эти особенности распределений полов по хронологической ориентации поведения их представителей выражаются во множественных явлениях жизни общества.

Эти особенности психологии полов проявляются как в общественной жизни в целом, так и в политике. Политика, если это политика устойчивого при смене поколений общества, предполагает памятливость о далеком прошлом и дальновидность в отношении будущего. Если этого нет, то общество сталкивается с непредвиденными ситуациями или повторением уже забытых прежних, к которым оно оказывается не готово, вследствие чего терпит ущерб вплоть до исчезновения его из последующей истории.

Круг интересов и деятельность малочисленной группы мужчин и женщин, по своей хронологической ориентации поведения, оказавшихся в “хвостах” распределений, чужд подавляющему большинству общества, сконцентрировавшемуся в полосе «Настоящее» и вокруг неё, поскольку с их точки зрения вся деятельность тех, кто сосредоточился в “хвостах” распределений, весьма далека от реальных жизненных проблем, т. е. от «прямо сейчас ± две недели». Поэтому не каждая женщина и не каждый мужчина из полосы «Настоящее» способны преодолеть мировоззренческую пропасть и войти в субкультуру, свойственную крайностям распределений.

В мотивации поведения настоящим и ближайшим будущем статистически ярко выражено проявляется особенность женского типа психики. Мотивация поведения мужчин настоящим и ближайшим будущим не так ярко выражена как у женщин: среди мужчин больше, чем среди женщин, доля «ретроградов», желающих сегодня жить нормами позапрошлого; и также больше, чем среди женщин, доля устремленных в отдалённое будущее, чьё поведение в настоящем ориентировано подчас на весьма отдаленную перспективу вопреки сиюминутным представлениям о целесообразности, господствующим в обществе.

Если теперь представить себе, что прорицательницы обслуживают «безопасность» высшей “элиты”, что как правило в толпо-“элитарных” обществах отождествляется с безопасностью государства,[360] то женщины-прорицательницы в своём большинстве просто не способны предсказывать (и даже пророчить) будущее на такие же удалённые цели, как это могли бы делать мужчины-прорицатели. Поэтому, даже, задавшись благородными целями, женщины статистически, вследствие именно такого (как показано на рисунке) распределения возможностей полов в толпо-“элитарных” обществах — не могут преодолеть барьер хронологии будущего, за которым возможность прорицать имеют лишь отдельные мужчины.

Поэтому, обслуживая верхушку государственной власти, женщины-прорицательницы как правило не “видят” дальше «безопасности» государственного клана. Дальновидность же, касающаяся цивилизационной безопасности, да ещё и согласованная с Вечностью (с Богом), рассчитанной на интервалы будущего, выходящие за рамки хронологии безопасности отдельных государств, в условиях толпо-“элитарной” культуры — доступна в большей мере мужчинам. Но для этого нужно условие, чтобы такие мужчины с развитой интуицией были в обществе и их развитие не блокировалось доминирующими культурными традициями, в том числе и женским прорицанием.

В общем, с достаточно древних времён и по настоящее время общества, где доминируют нечеловечные типы строя психики — живут женской логикой и женской интуицией. При этом, если в древних культурах общинной магии женская интуиция была благонамеренно направлена на благо всего первобытного коллектива и гармонично сочеталась с шаманизмом и воинством мужчин, то с возникновением первых государственных и межплеменных образований и выделением древнего жречества в отдельную касту «духовенства» (в среде “жречества” преобладали мужчины с развитым интеллектом и достаточно развитой интуицией по отношению к другим мужчинам общности) придворные прорицательницы оказались надёжно вписаны в духовную иерархию “жрецов” (иногда даже не своих “национальных” жрецов, а — наднационального знахарства) и одновременно с этим легко входили в сговор как со “жрецами”, так и с царями и старейшинами. А поэтому былая благонамеренность серьёзных женских прорицаний[361] осталась в прошлом. И это касается не только древних германцев.

Германский миф и пантеон.

Как и у многих протоевропейских народов, у древних германцев «святыми» были объекты, посвящённые божествам, переданные “во владение” какому-либо божеству. Античные историки сообщают о посвящённых богам природных объектах, в первую очередь — рощах. Священные рощи — главные культовые места германцев при ещё племенном укладе. «Никто не входит в неё иначе, как в оковах» — так полагалось вести себя в свящённой роще, чем подчёркивалась приниженность и бессилие простого человека перед могуществом божества — эгрегора. Сосредоточением могущества, невредимости, целости и здоровья выступали боги-эгрегоры, которые одаривали теми же качествами и отдельных особо отличившихся избранников. Это ещё раз доказывает, что алгоритмика-логика поведения и мыследеятельности богов была людской, а не божественной. А отдельные избранники ходили под эгрегорами, которые их и берегли «общими усилиями» всех входящих в эгрегор.

Собственно германские источники дошли до нас в обработке германских мифов библейско-христианскими авторами в VII–XIII вв. н. э. К общему германскому фонду религиозных представлений относятся космогонические воззрения, зафиксированные наиболее полно в поэмах «Старшая Эдда» и «Младшая Эдда» (XIII вв.). Эти тексты соотносят начало мира с Мировой бездной, пустота которой вначале заполняется льдом и инеем, из таяния которых возникают ожившие капли, принимающие образ первочеловека — великана Имира.[362] Имир — антропоморфное существо двуполой природы, породил сыновей — злых инеистых великанов, а также первых мужчину и женщину. Из камней, которые лизала возникшая из растаявшего инея корова Аудумла, произошёл человек по имени Бури, от него родился сын — Бор. От брака Бора с дочерью великана родились три сына — Один, Вили и Ве, божественные правители неба и земли.

Они убили Имира, бросили его тело в Мировую бездну, а затем расчленили так, что из плоти первосущества возникла земля, из костей — горы, из крови — море и воды, из волос — лес, из черепа — небосвод. Летавшим искрам был дан правильный ход, и они стали небесными светилами. Тем самым тьма была отделена от света, день — от ночи. В результате упорядочения стихией Мировой бездны и жертвенного расчленения первосущества в первозданном хаосе возник упорядоченный мир с землёй в центре и океаном внутри.[363].

Боги во главе с Одиным, как повествуют скандинавские мифы, обуздали чудовищ и оттеснили великанов к краям земли — в Утгард («мир за оградой»), откуда враждебные богам существа угрожают миру.[364] В середине земли боги выгородили из век Имира стену, основав крепость Мидгард («среднее отгороженное пространство»). Здесь были поселены люди, которых боги (в «Старшей Эдде» — Один, Лодур, Хёнир, в «Младшей Эдде» — Один, Вили, и Ве) сделали из древесных заготовок[365] — мужчину из ясеня, женщину из ивы.

Происхождение своего народа германцы связывают с «прародителем и праотцом» Манном, рождённым от бога Туистона. Германцы воспевают трёх сыновей Манна, от которых пошли племена ингевонов, гермионов и истевонов. В самом центре мира боги построили для себя город, назвав его Асгард («ограда асов»). Асгард — резиденция богов, откуда на самом высоком престоле Один наблюдает за всеми людскими делами, здесь же пристанище эйнхерийцев, павших в бою воинов — Вальхалла (Вальгалла), благословенная обитель, изобилующая явствами и напитками. У богов есть главное святилище — радом с ясенем Иггдрасиль «сучья его простёрты над миром и поднимаются выше неба» — скандинавский вариант мирового дерева, задающего ось, которая соединяет небесный, земной и подземный миры (граница миров). Это — своеобразный природный храм, культовое место — «общая зона» — куда мысленно замкнуты множество эгрегоров, объединённых в их иерархическую последовательность. Такое мировое дерево у многих скандинавских народов является главным культовым атрибутом коллективных мистерий — вершиной объединения духовных усилий многих людей, в том числе и умерших (земной и подземный миры).

Под землёй, согласно воззрениям германцев, находится царство мёртвых, куда отправляются души обычных смертных (хель или нифльхель в скандинавской традиции). Царство мёртвых — место нечистое и опасное, где собираются силы, враждебные богам. Как было сказано выше, у обителей богов обосновываются лишь воины, павшие в бою. То есть, разделение на “рай” и “ад” тоже существует в дохристианской религиозной системе скандинавов.

Древнегерманский миф по своей алгоритмике имеет много общего с мифологией многих древних обществ, в частности — с мифологией Древней Греции. Всё то же, только более примитивно и менее запутано. Те же злобные боги, те же великаны, то же противоборство богов и великанов. Та же эсхатология. Временная перспектива картины бытия ограничена в германском религиозном мировоззрении выразительным эсхатологическим финалом. В завершённом и наиболее впечатляющем виде германская эсхатология — рагнарёк («судьба богов») — изложена в «Старшей Эдде» в «Прорицании Вельвы». Вельва — скандинавская пророчица — вещает о времени, когда природная и общественная жизнь выйдут из-под контроля богов: нарушится ход светил и смена сезонных циклов, мрак и зима станут господствовать на земле, люди попрут все заповеди, брат пойдёт на брата, и «родичи и близкие в распрях погибнут». В этот страшный «век бурь и волков» освободятся демонические чудовища — Волк Фенрир и Мировой змей «Ёрмунгалд», которые вместе с великанами и прочими злонамеренными существами вторгнутся в обитаемый мир, сея смерть и разрушение. Против этих сил выступят боги вместе с воинами, но в решающей битве боги и воины погибнут. Вслед за гибелью богов последует и гибель мира, на который обрушится «жар нестерпимый». Правда, земля вновь возродится и младшие боги, боги «второго поколения», вернутся из хеля на её зелёные поля.

Чем не “Апокалипсис” библейского христианства? Легенда о гибели богов повествует о том, что «могущество надмирной судьбы превосходит могущество богов». А во власти судьбы — жизнь человека. Действительно Промысел накрывает все прорицания, мифы и “пророчества”: могущество Божиего Промысла превосходит могущество созданных людьми богов-эгрегоров, поддерживающих толпо-“элитаризм”. Но, конечно, не в такой зверской форме как у германцев, скандинавов. Поэтому реально то, что называется «гибелью богов» (причём это можно найти не только в мифах германцев и скандинавов, но и в других древних культурах), это — гибель эгрегоров, поддерживающих толпо-“элитаризм” и она неизбежна. В случаях гибели прошлых цивилизаций (от Атлантиды) эгрегоры стирались из Ноосферы в ходе глобальной катастрофы. Поэтому и сохранилась память о «гибели богов».[366] Но в ходе прошлых катастроф вместе с эгрегорами гибли почти все люди (кроме спасшихся), поэтому была памятна и гибель мира. В принципе в мифах можно увидеть и другой выход: «следовать могуществу надмирной судьбы», которая превосходит «могущество богов». Тогда погибнут только боги-эгрегоры (и то не сразу, а по мере перехода на другую концепцию), а люди, которые сориентируются в пользу «надмирной судьбы», под которой надо понимать надмирную реальность — Божий промысел (в части не касающейся попущения) — останутся жить в миру (который преобразится их усилиями в воплощение рая) и войдут в Вечность с Божией помощью.

Германцы выделяли в пантеоне две основных категории богов — асов и ванов. Асы составляли большинство пантеона, ваны — малую группу богов плодородия. Скандинавской традицией удерживается память о войне асов и ванов, которая завершилась обменом заложниками, примирением, и включением ванов в сообщество асов. Возможно эти дуалистические представления восходят к праиндоевропейскому фонду религиозных идей (противоборство ахуров и дэвов в индоиранской традиции).

В «Младшей Эдде» видимо под влиянием поздней библейской христианизации написано «Есть двенадцать божественных асов». Из этих двенадцати бог Один «знатнее и старше всех асов, он вершит всем в мире, и как ни могущественнее другие боги, все они ему служат как дети отцу». На связь Одина с экстазом и исступлением (наследие шаманизма) указывает его имя в основе которого лежит слово со значениями бешенства, ярости, вдохновения. По своей природе Один — бог смерти, войны («отец павших», «бог повешенных», «бог поэзии»). Древнегреческий аналог — Меркурий, древнекельтский — Луг.

Ещё были в пантеоне локи — наиболее яркие персонажи скандинавской мифологии — оборотни, многоликие клеветники. Входили в категорию асов. Также в категорию асов входили и многие женские божества, образующие с мужскими пары: Фрейя, Фригг (супруга Одина) и прочие — все мудрые покровительницы. Были и карлы — карлики, хтонические существа, связанные с подземными богатствами и сокровенной мудростью. Кроме великанов, карликов, чудовищ и прочей тератоморфной нечисти, германский пантеон демонов включает ведьм и колдунов.

Религиозные культы германцев отличались особой воинственностью и жестокостью. Так военные культы включали обряды посвящения врагов богу войны — заклятием враги обрекались на гибель в качестве жертвы. Как правило всё захваченное подлежало истреблению у побеждённых: кони, люди, всё живое. Накануне битвы германцы исполняли ритуальное песнопение — бардит, которое распаляло боевой дух и служило знамением исхода сражению: если звук песни был резким и мощным — это был верный знак победы.[367].

Большинство умилостивительных обрядов совершалось с закланием человеческой жертвы. Так многие племена, собравшись в определённый день в назначенном месте в лесу приносили человеческую жертву ради того, чтобы утвердить в очередной раз что «именно здесь их племя и местоприбывание богов».

С верованием в богов связаны многочисленные обряды гадания. Приняты многочисленные обряды жребиев и гаданий, в которых употреблялись человеческие жертвы, что относится к мантике. Так засвидетельствовано гадание по крови и внутренностям человеческой жертвы. “Жрицы”-прорицательницы у ритуального котла перерезали горло жертве и «по сливаемой в сосуд крови одни из них совершали гадания, а другие, разрезав трупы, рассматривали внутренности жертвы и по ним предсказывали своему племени победу». Погребальный обряд зачастую предполагал человеческую жертву — при погребении знатного покойника. Умершего сжигали в ладье, а вместе с этим приносили жертву.

Древнегерманские верования сохранялись на протяжении всего средневековья. И далее вплоть до XX века — в аграрных культах, в домашней обрядности крестьяне, городские обыватели Германии и Северной Европы хранили следы религии своих древних предков. А “элита” поддерживала государственные культы, коими в этот период было представлено библейское христианство. Как только библейское христианство пришло в кризис, в «низах» осталась лишь древняя система религиозных обрядов, на которую обратили свой взор и “элиты” под руководством периферии «мировой закулисы» — притом ещё в условиях подъёма «революционного движения» конца XIX века. Естественная озлобленность революционно настроенной толпы легко как бы ложилась на древние зачастую зверские традиции древних германцев-скандинавов.

Так в начале XIX века на волне кризиса библейского христианства и капитализации культуры Запада, в среде германской “элиты” возникли импульсы к возрождению древнегерманской системы ценностей. Создание могучего государства и укрепление национального единства в XIX веке шло на основе древних религиозных мифов. Своего рода национальным гимном зазвучала музыка Вагнера, вдохновлённая темами древней германской мифологии, и воспевающая силу «германского духа», замешанного на древнем мировоззрении германцев.

В начале XX века рвавшимися к власти национал-патриотическими кругами была востребована религиозная идея, способная толкнуть немцев на передел мировых границ. В руководстве «мировой закулисы» понимали, что древняя зверская основа мировоззрения германцев, их жестокость по отношению к врагам — как раз тот инструмент, с помощью которого можно направить толпы «наводить справедливость» в зажравшемся западном мире. “Христианство”, которое сбросили с себя многие народы, мало годилось для такого воинствующего настроя. С конца 20-х годов XX века «неоязычество», как его называли, получило массовый характер. Появились религиозные сообщества, поднявшие его на щит и сделавшие достоянием немецкой идеологии старинные образы германского эпоса и песен. Отмечали старинные праздники, даже принимали человеческие жертвоприношения. К.Г.Юнг увидел в духовной жизни Германии пробуждение древнейших религиозных пластов, связанных с образом Одина (Вотана). В Германии 20-х — начала 40-х годов “язычество”, как считали, праздновало победу. Однако, следует признать, что это была не возрождённая религия древних германцев: это была новая религия (национал-социализм), основанная на декларации социальных прав большинства немцев (поэтому она и привлекала массы из низов), с некоторыми очень существенными признаками древних культов.

В это же время в СССР было нечто подобное: социализм, основанный на марксизме но в нём были не только разрешены, но и пропагандировались мифы и легенды Древней Греции. То есть для интернационал-социализма (мирового социализма) легитимны были древнегреческие мифы, а для местных “социализмов” — их “родные” мифы. Но мировоззренческая основа и тех и других мифов — атлантическая. Поэтому и столкнули два зла между собой, в надежде посмотреть, какие из богов будут могущественнее. А победил народ, который был праведнее. Но вот что интересно: до сих пор древнегреческая мифология на Западе в особом почёте, а фашизм с его “неоязычеством” слит в канализацию истории. То есть «мировая закулиса» придерживалась и придерживается линии интернационал-социализма — имитации социализма в мировых масштабах под своим руководством.

Можно сделать вывод: многие древние дохристианские основы мифологии национально-государственных цивилизаций вновь стали востребованы после краха библейского христианства, особенно — в Европе во второй половине XIX века. Древней мифологии было придано «второе дыхание» вследствие чего на этой основе стали зарождаться “национальные” экзотерические субкультуры, в том числе и материалистического атеизма (как это было в Германии), и эзотерические субкультуры орденского типа (как это нашло своё выражение в Англии — на базе культуры кельтов — и некоторых других странах Европы, где оставалось формально библейское христианство). Мало того, на протяжении всего периода “господства” библейского христианства в Европе в средние века субкультура Орденов (в первую очередь церковных и рыцарских) и других тайных обществ — не была “христианской” по своей внутренней сути. Субкультура Орденов и тайных обществ была эзотерична (скрыта от толпы) и основана зачастую на дохристианской эзотерической и экзотерической культуре древней “национальной” мифологии и всего, что её сопровождало и было сохранено. Таким образом, были тайные общества и Ордена, состоявшие из посвящённых (которых как правило на трогали иерархи церквей библейского христианства), постоянно подпитывавших своей деятельностью древнейшие основные эгрегоры мифологических богов и хранившие эзотерические знания и навыки. А культы этих богов зачатую были выше по посвящению, чем культы иерархов библейского христианства.[368] При этом хозяева всей духовной пирамиды толпо-“элитаризма” поддерживали и псевдохристианскую иерархию и мифологическую иерархию, чтобы когда надо “стравить” их, а когда надо — “разнять”.[369].

3.2.9. Религиозная система древних славян.

Стандартный академический подход к вопросу о происхождении так называемой славянской общности предполагает происхождение протославян — от одной из ветвей индоевропейского сообщества. Поскольку русские считаются по происхождению от славянских корней, то вопрос о русском протославянском происхождении в России особенно актуален. На тему происхождения славянской общности и русских написано множество разнообразных трудов, которые дают весьма противоречивые друг другу выводы. Поэтому здесь мы будем опираться в основном на исследования в сфере религиозного опыта протославянской веры, не особо останавливаясь на исторических этапах развития протославян. Но кое-что из истории весьма интересно в этом вопросе. При этом термин протославяне — условный — и означает древних предков современных народов, корни которых едины и указывают на общее протославянское начало.

Многие источники указывают на то, что протославяне географически входили в состав западных древнеевропейцев (индоевропейского сообщества племён) в III–II вв. до н. э. А обособление славян относят к VIII–VII вв. до н. э., которое произошло на базе лужицкой культуры[370] на землях в бассейне Одера, Вислы, и правобережья Эльбы. Многие считают, что в середине I тыс. н. э. славяне приняли участие в «великом переселении народов», мигрируя на новые земли. И этот последний крупный процесс миграций предопределил последующее разделение на три главные ветви современных славян — восточных(русские, украинцы, белорусы), западных (поляки, чехи, словаки, лужичане) и южных (болгары, сербы, хорваты, словенцы, македонцы, боснийцы, черногорцы). Некоторые исследователи вопроса древних истоков русского народа утверждают, что название славяне от которого историками берётся общее название древнего европейского ареала проживания протославян — Славия — появилось гораздо позже, чем название Русь — русы.

Древние истоки Руси.

Есть достаточно убедительная версия[371] что протославян правильно называть венедами. Согласно ей, этноним славяне возник не раньше VI века н. э. в входе «великого переселения народов» на территории современной Польши и восточнее её. В это время происходили жестокие бои с византийцами в VI–VII вв. с участием восточных русов и русов Южно-балтийской Руси и всех западных венедов (приграничных с Германией). Название славене, позже славяне стало весьма быстро распространяться, как общий этноним всех западных венедов и русских — не только за счёт интенсивности переселения, а в основном по причине того, что сами переселенцы были участниками славных сражений на Балканах и являли собой воинов из семей «славой венчанных», «овеянных славой» и были «славные венеды».

Но для территории восточнее современной Польши основным названием народа навечно осталось название русские — кроме украинцев (крайне русских) и белорусов, консолидировавшихся в свои народности в XV–XVI вв., а позже оформившихся в национальности со своей территорией и языком. На южном побережье Балтийского моря (в Южнобалтийской Руси) названия русы, венеты-русь, русские — сохранялись до XI–XII вв.

После консолидации русов-полян[372] прибалтийских в княжество Великая Польша (в конце IX в.) и позже образования княжеств Мешко I и Малая Польша на юге в конце X в. и образования государства Польша под властью Болеслава I Храброго (XI век) — за населением этих территории закрепилось название поляки. Название русы там исчезло, кроме территории Вендской державы на Балтийском побережье — части бывшей Южнобалтийской Руси. Но общее название славяне — осталось, как малоупотребительное для славян-венедов западных, славян-русских, русов-поляков и болгар.

Авторы такого подхода не согласны с историками, которые называют венедов, являющихся этнической праосновой древней Руси — праславянами, и Руси I–V веков н. э. славянами. Эту ошибку они относят к исторической инерции, полученной из летописи, прошедшей цензуру в период библейского христианства. В этот период (второе тысячелетие новой эры) в рамках насаждения культуры библейского христианства предавалось забвению всё, что было связано с былым могуществом древней прародины славян и русов. Поэтому делать исторический упор на летописи, появившиеся после крещения Руси не следует.

Антинорманская теория[373] образования и развития докиевской Руси и её государственности утверждает существование древней государственности Великой Руси самое позднее с III по IX вв. на территории Балтийского побережья современной Германии, всей современной Польши[374] и землях Киевской Руси. Согласно этой теории, уже в первом веке н. э. предки русов венеды занимали огромное пространство от границ с кельтами и германскими племенами до верховий Волги, Западной Двины, Днепра и Среднего поднепровья и от предгорий Карпат до Южного побережья Балтийского моря (от устья Эльбы до Немана).

Венеды-русы занимали всю территорию современной Польши, а на Севере и западнее её до устья Эльбы, а также все области будущей киевской Руси. Западные венеды занимали земли лужицких сербов, земли Чехословакии, а с VI–VII вв. и земли Югославии. Язык венедов-русских был единым до IX века. Народ русов был могуч и однороден во всей Великой Вендеской Руси, в которую входили Южнобалтийская Русь, Северовосточная Русь и Южная Русь, которая стала древней Великой Русью.

Древняя Великая Русь представляла объединение трёх этих частей, близкое к государственному с выборным, договорным органом управления. На современном языке это было нечто вроде конфедерации.[375] Союзы областей управлялись князьями, старейшинами, воеводами. Южнобалтийская Русь управлялась сначала выборными воеводами, князьями, а затем — наследственными князьями. Балтийские поляне, входившие в Южнобалтийскую Русь, позже в конце IX века консолидировались с южными и западными волостями, дав название «Польша» и «поляки». А в Великую Венедскую Русь, а позже древнюю Великую Русь — вошли все земли современной Польши и земли от устья Эльбы до Одера, вся Северовосточная Русь и Южная Русь к началу III в. и к середине III в. соответственно.

Сторонники антинорманской теории отмечают, что самое позднее с I века и до IX века между древними “протославянскими” якобы племенами, которые относятся к венедам — бодричами, лютичами, поморянами, мазовшанами, полянами балтийскими, куявянами, ленчанами, полочанами, ильменскими словенами, кривичами, меря, ситскарями (сицкарями), голядью балтийской, дреговичами, древлянами, северянами, радмичами, вятичами, полянами днепровскими, уличами, тиверцами, вислянами, волынянами (дулебами), и серадзянами — этнических различий не было. Это был единый венедский, а позже русский народ с III века н. э. с единым русским (позже славянским) языком — что одно и то же. Разделение шло только по названиям волостей. Лишь позже, приблизительно в VIII–IX вв. стали консолидироваться и переселяться в Польшу уличи и тиверцы.

Таким образом, Великая Венедская Русь и древняя Великая Русь — одно и то же. Просто в определённое время венеды стали русами.[376] Вопрос о происхождении слова Русь и русские довольно серьёзно исследовал русский писатель и историк В.А.Чивилихин. В своей книге «Память» он пишет следующее:

«Люди земли издревле жили в горах и пустынях, в тундре и джунглях, у морей и в степях, живут и сейчас. Русские же деревни чаще всего лепятся к рекам. Там же располагались и наши древние поселения, из которых образовались позже первые русские города, все без единого исключения обосновавшиеся на реках. Река снабжала наших предков рыбой, пернатой дичью, самым лучшим бобровым мехом, обеспечивала добычливую охоту на диких копытных у бродов, звериных водопоев, речных обрывов, давала воду для приготовления пищи, омовений, полива садов и огородов, корм домашней водоплавающей птице и луговую траву для скота. И ещё одно очень важное — никаких дорог через леса в те времена не было и река представляла лёгкий, идеально гладкий путь: летом по воде, зимой по льду. Река образовывала защиту на крутых, изрезанных притоками берегах. Реки давали выход к морям, на дальние внешние рынки. И, наконец, особый разговор — о значении рек в военном деле. Имею в виду не только речные обрывы, на которых стояли феодальные замки и укрепления городов. У водных преград возводились системы Киево-Печерских крепостей, позже — феноменальные каменные Новгородско-Псковские крепостные линии. Наши предки умели также великолепно использовать привычную для них природную среду — реки, озёра и болота — в открытых сражениях… Наши предки обожесвтляли реку и первое свидетельство о почитаниях славянами рек и водных божеств (нимф) зафиксировано у византийца Прокопия в VI в. н. э. Нестор тоже писал, что в языческую эпоху мы вместо богов почитали реки, озёра, источники».

В общем, речное водное слово русло реки, согласно этой версии — служит началом слов Русь, русский. К тому же есть версия, что в “праславянском” языке река называлась руса. И понятие руса трансформировалось от смысла река в понятие русло, что в принципе почти одно и то же. Русло это — пониженная часть речной долины, по которой происходит постоянный сток воды в межпаводочные периоды. Восточная Европа изобилует реками, что и дало, скорее всего в начале I тысячелетия нашей эры, название нашей речной Родине (русы — речной народ) — а прародиной является Великий Венедский Союз.

Так Неман в старину называли Рось; один из рукавов Немана сохранил название Русь, а залив, в который он впадает, имел название Русна. В новгородской области есть река Руса. Русь — приток Нарева. Рось — приток Днепра. Руса — приток Семи. Самая большая русская река Волга называлась Рось. И таких примеров — множество.

Если название русы возникло от название река, то и место и время возникновения следует искать в географическом и историческом “ключе” — там, где на землях венедов было больше всего рек. В южной Прибалтике более чем где-либо рек, речек, ручьёв и огромное число озёр, соединённых между собой протоками. По этой земле протекают и впадают в Балтийское море большие реки с огромным числом протоков. Это Эльба, Одер, Висла, Буг, Нарев и Неман. По количеству озёр южная Прибалтика может сравниться только с южной Финляндией. Такого количества рек, речек, ручьёв и озёр на всей земле древней Великой Руси нигде не было.

Скорее всего всю южную Прибалтику, а затем и всю древнюю Великую Русь назвали словом Русь. Место таинственного «Острова русов», о котором говорилось в персидской и арабской средневековой географической литературе, без указания его места нахождения — становится определённым. Это остров Рюген (Руян) у южного побережья Балтийского моря, принадлежащий Бордичам. Остров Рюген назван «Островом русов», потому что он стоял у берегов, которые впервые на землях венедов названы Русью.

Название Русь относилось ко всем землям древней Великой Руси. Но русские ещё и уточняли название себя по названию волостей: поляне, древляне, кривичи и т. д. Прибалтийские венеды раньше других усвоили название Русь. Слово русь было изначально самоназванием и прибалты раньше других консолидировались в народное общество русов — жителей рек. Это был большой народ, умевший постоять за себя. Среди этого народа уже было не племенное, а территориальное деление, как пишут большинство историков. А территориальные деления и названия — соответствовали местности,[377] ограниченной естественными границами. То есть русы объективно-географически делились по естественным нишам, но не делились общественно — ни по иерархии сословий, ни по племенному признаку.

В составе народа венедов-русь были жители, которые жили в различных местностях, управляемых выборными начальниками, старейшинами, воеводами, князьями. Все пять областей прибалтов венедов-русь: Бодричи, Лютичи, Поморяне, Поляне прибалтийские, Ленчане и Куявяне (куявы) входили в состав Южнобалтийской Руси. Все они сообщались по водным трассам. В подтверждение этому финны в настоящее время именуют русских venaje (венеды, венты), а эстонцы — vёпё.

Образовалось государство Южнобалтийская Русь в начале III века н. э. Жители этого государства консолидировались из общего монолита венедов с самоназванием Русь, русы, как много веков позже (XV–XVI вв.) выделялись и консолидировались из русского народа (с полуторатысячелетней историей, по меньшей мере) украинцы и белорусы.

О племенах и союзах племён в отношении общественного устройства Руси не могло быть и речи. Это понятие было забыто венедами (особенно венедами-русами) как родовой строй — самое позднее в последних столетиях до новой эры. Это были союзы областей с выборными органами и общинной формой жизни. Централизация и координация осуществлялась из единого центрального органа, собиравшегося по надобности решения общих задач: обороны, строительства,[378] экономических вопросов…

В Южнобалтийскую Русь входили области: Бодричи, Лютичи, Поморяне, Поляне прибалтийские, Ленчане и Куявяне (куявы).

В Северовосточную Русь входили области: Мазовшане, Чёрная Русь,[379] Полочане, Дреговичи, Древляне, несколько позже Кривичи, Меря (по р. Мера, с гг. Галич-Мерский и Ростов), Ильменьские словене (Новгородцы), Ситчина (Ситскари) — по р. Сить, притоку р. Мологи, впадающей в Волгу у затопленного Рыбинским Водохранилищем г. Мологи, Голядь балтийская, осевшая по р. Протве — притоке р. Оки, Радмичи и Вятичи.

В Южную Русь входили области: Бужане, Северяне, Поляне, Уличи, Тиверцы, Висляне, Волыняне и Серадзяне.

Это были не племена, а области, причём — единый народ древней Великой Венедской Руси с начала III века. Именно он первый в Европе, начиная от Южнобалтийской Руси консолидировался в русский народ и создал самостоятельное конфедеративное государство-цивилизацию. Его ранняя консолидация обеспечивалась отличной связью по морю и рекам Лабе, Одре, Висле, Рось (Неман), западной Двине, Припяти, Варте, Бугу, Южному Бугу Сану, Нареву, Волхову, Днепру, Пруту, Днестру, Волге и их притокам и по знаменитому «пути из Варяг в Греки». И диктовалась необходимостью защиты как побережья Балтийского моря, западных и северных границ, так и юго-западных, южных и юго-восточных. Вплоть до IX века древняя Великая Русь состояла из единого массива русских людей и представлялась грекам «Великой Скифью».[380].

Образование в начале III века Великой Венедской Руси остановило и вытеснило со всех исконно древних венедских земель немецко-датских завоевателей. Причём в течение многих веков, вплоть до начала распада древней Руси (до IX в.) немецкие племена и даже войска могучей империи Карла Великого во время её нашествий на Русь (778 по 806 гг.) не смогли завоевать ни одной «славянской» области, в частности и областей Великой Руси. Образование древней Великой Руси обусловлено исторической необходимостью выживания и совместного проживания венедского и венедско-русского народа в кровопролитных воинах с готами, сарматами (аланами — активной частью сарматов), хазарами, гуннами и другими кочевниками на юге Руси и необходимостью отражать огромные массы немецко-датских агрессоров и римлян. Также к консолидации обязывали и общие экономические интересы, но главное — высшая цивилизационная целесообразность.

Благодаря древнему союзу Великой Руси — наследовавшему ещё более древнему Великому Венедскому Союзу — русская цивилизация устойчиво самоуправлялась в режиме общинной культуры и форме государственной конфедерации на протяжении почти всего первого тысячелетия новой эры, показывая своим существованием пример работоспособной альтернативы ведически-знахарской культуре древних высокоорганизованных государственных цивилизаций и культуре древнеплеменных союзов. Как показывают исторические факты, в период Великой Руси на всей её территории никогда не было рабства (ни в каких его формах) — в отличие от многих других государств и племенных союзов Земли.

И это вошло в генетику русских так, что до сих пор антитолпо-“элитарную” сущность русских людей можно упразднить только вместе с ними самими. Что и делается через оружие геноцида — в первую очередь это алкоголь, табак, наркотики. Именно поэтому русские — «никуда не годные рабы», как их называют на Западе. Однако массовое бессознательное сопротивление проявлениям рабства у русских в эпоху — после середины XX века (момент изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени), на деле трансформируется в массовое уклонение от качественной работы на любого “хозяина”. Это уклонение может принимать самые разнообразные формы: от мелкого и крупного саботажа до физического устранения “хозяев” и даже — самоуничтожения от невозможности осознать свою миссию. Последнее выражается в потере русскими смысла жизни: тот смысл жизни, который заложен в основы современного государства (обогащаться самому или работать на хозяина — в то время, когда цивилизация и государство уничтожается) для русской генетики и духовности на подходит. Однако, будучи в своём большинстве раздавленной привитым в период библейского христианства и марксизма безволием, русская толпа, к сожалению, выбирает путь самоуничтожения (в первую очередь пьянство и прочие методы) по принципу “крейсера Варяга”: «врагу не сдадимся, рабами не будем, умрём все до последнего».[381] Это в корне не правильно: нужно бороться за свою народную цивилизационную концепцию, за русскую землю (а не вымирать, цинично посмеиваясь, что не дались поработителям), как это делали наши предки до периода “христианизации” Руси — но современными самыми эффективными методами ведения борьбы.

Сохранение единого языка на всей территории Великой Руси — историческая данность. Без общей государственности (в той форме, в какой она была: конфедерация областей) сохранение единого языка было бы невозможно, что подтверждает вся история Европы. Консолидация в государстве или отторжение территории в другое государство изменяет язык. Примеры: Норвегия, Швеция, Финляндия, Венгрия, Украина, Белоруссия, Германия, Франция, Италия и Польша после выхода из Великой Руси и другие. На протяжении многих столетий с III по IX вв. на территории Великой Руси не образовалось ни одного самостоятельного государства. Все области этнически были однородны и говорили на одном языке.

«Великий народ венедов», каким именем называли праславян, успешно справлялся с агрессией своих противников на всех направлениях обширной области, которую он занимал. Это были оборонительные войны и войны за расширение цивилизации, ведшиеся по принципу упреждающего захвата территорий противника, которые последним могли использоваться как плацдарм для ведения войны с русской цивилизацией. По свидетельству историка Б.А.Рыбакова «В эпоху Плиния и Тацита[382] «великий народ венедов» занимал в Европе обширную область шириной около 600 км в меридиональном направлении и около 1600 км. с запада на восток. Эта территория занимала часть побережья Балтийского моря («Венедский залив») от о. Рюген с его знаменитым святилищем Святовита и до устья Вислы. Юго-западная граница долиной Эльбы, Богемскими горами и Карпатами. Юго-Восточная граница шла по краю степи от Карпат и Днепру, переходя на левый берег в бассейне Десны. Наименее ясна Северо-Восточная граница — она терялась в лесах Северо-Востока.

Одно из самых ранних свидетельств о венедах — драгоценные строки из «Германии» Корнелия Тацита (98 г. н. э.) — говорит нам об их подвижности и о походах, как на север, так и на юг: «Венеды заимствовали много из их (сарматских)[383] обычаев ибо они простирают свои разбойничьи набеги на все леса и горы, возвышающиеся между певкинами[384] и феннами».[385].

Совершенно очевидно, что для ведения глобальной войны за свою цивилизацию с нашествиями германцев, датчан, готов в союзе с Византией и римлян, венеды должны были создавать союзы с зачатками государственности — самое позднее в I–II в.в. новой эры — без чего невозможно себе представить управление огромной территорией и могущественной армией.

Поскольку есть многочисленные исторические свидетельства могущества Великой Венедской Руси уже в I веке до н. э., выражающиеся в высокой огранизованности протогосударства Русов, отражавшего набеги противника во всех направлениях, а также несущего самобытную культуру, имеющую более высокую организацию по сравнению с культурами племён и межплеменными союзами соседей, а также отличающуюся общинным образом жизни от высокоорганизованных государственных толпо-“элитарных” культур, таких как римской, греческой, эллинской — можно предположить, что у древней венедской региональной цивилизации к началу новой эры был уже большой исторический путь. Многие исследователи древних корней Великой Руси сходятся во мнении, что наши предки были высокоорганизованной общиной с государственными признаками объединения и единым языком — от нескольких столетий до н. э. до тысячелетия. Во всяком случае к концу последнего тысячелетия до новой эры Великий Венедский союз представлял собой конфедерацию нескольких общинных государств венедов. А в начале первого тысячелетия новой эры это был уже союз государств в которых не было признаков племенного образа жизни: племенное разделение в общем отсутствовало, а частные самоназвания древние русичи как правило брали от волостей, в которых проживали.

Последнее надо пояснить. Племя — это тип этнической общности и социальной организации первобытного общества — объединение многих родов на основе общей культуры, в которой наряду с языком объединяющим фактором может быть предание об общем предке родоначальнике всех родственных кланов, составляющих племя. Характерны: кровнородственная связь между его членами, деление на роды и фратрии,[386] общность территории, некоторых элементов хозяйства, самосознания и самоназвания, обычаев и культов, для позднего этапа — самоуправление, состоящее из племенного совета, военных и гражданских вождей. Образование союзов племён, завоевания и переселения вели к смешению племён и возникновению более крупных этнических общностей. Племенная организация сохраняется у некоторых народов и в современную эпоху. С возникновением древних государственностей разделение на племена как социальной организации общества, утрачивает свою значимость. Племена “растворяются” в государстве, перемешиваясь между собой, и их прежние социальные функции утрачиваются. А самоуправление и управление людей, входивших в племена, заменяется на государственное управление. Однако при образовании государства признаки племенного разделения могут ещё долгое время проявляться как элементы самоуправления отдельных племён в пределах государственного управления[387] и как культовая дань памяти прежним родам, входившим в племена. Родовая составляющая племенного образа жизни зачастую сохраняется даже более длительное время, чем племенная. Так, в римской республике длительное время процветала субкультура родовых религиозных систем.

Род (или клан) — коллектив кровных родственников (группа семей), ведущих происхождение от общего предка (родоначальника), носящих общее родовое имя. Счёт родства ведется по материнской (материнский род) или отцовской (отцовский род) линии. Возник на рубеже верхнего и нижнего палеолита. Роды объединялись в племена. Распался с возникновением государства. Родо-племенное деление сохранилось у некоторых социальных общностей до сих пор.

В древнерусской (считается — славянской) мифологии Род — имя верховного божества — родоначальника жизни, духа предков, покровителя семьи, дома. Надплеменная социальная самоорганизация древних венедов-русов — признак НАРОДА — которым жили наши предки самое позднее уже в конце I тысячелетия до новой эры.

Грамматическая структура русского языка и смысл грамматических единиц, составляющих слова (первый уровень — род, следующий более высокий уровень общности — на-род) — показывает, что русские издревле не придавали иерархии родов и племён того значения, какое ей придают многие другие народы, и что в государствах Африки, в Чечне, в Грузии, в Армении, в Азербайджане, в Казахстане выливается в проблему трайболизма (от английского «tribe» — племя, род; «tribal» — племенной, родовой), когда все так называемые «престижные» виды деятельности в обществе, уже перешедшем от родоплеменной организации жизни к государственной, оказываются занятыми выходцами из племён и кланов, почитавшихся в прежней родоплеменной структуре “старшими”, т. е. по существу “высшими”, в чьих представителях достоинство человека данного родоплеменного общества выражается якобы наиболее полно. У русских другой тип сплочённости — на основе единодушия — отрицающий семейственно-клановую и корпоративную сплоченность мафий и не изживших трайболизм народов.

Развитый трайболизм, а также и рецидивы клановости, при рассмотрении общественной жизни в масштабе национальном аналогичны расизму. Многие древние государственности входили в рабовладельческий период своего исторического пути на базе этнического расизма, клановости и захвата власти родовитой знатью под руководством “жрецов”. И период открытого рабовладения длился веками и тысячелетиями. После чего многие древние государственности распадались, на их месте возникали новые рабовладельческие общества и так вплоть до периода европейского феодализма (V–XVII вв.). Феодализм был основан не на прямом рабстве, а на сословно-юридическом неравенстве, закреплённым «правом» (в основном в отношении земельной собственности и эксплуатации труда на земле). Государственный строй — абсолютная монархия и господство дворянства. Главное что идейной основой феодализма в Европе стало библейское христианство.

Русская и проторусская (венедская) цивилизации из первобытно-общинного (родо-племенного) строя преобразовались в народную цивилизацию — цивилизацию людей, никогда не знавших рабовладения (то есть, мы благонравно “перешагнули” через период рабовладения, когда многие национально-государственные культуры в нём пребывали столетиями и тысячелетиями), которая показывала свою жизнеспособность более 1000 лет (как минимум), вплоть до начала европейской эпохи феодализма при покровительстве библейской церкви. На Руси это началось в IX–XI вв.

Можно с уверенностью предположить, что общие когда-то по происхождению от одной из ветвей индоевропейского сообщества и прошедшие как и все другие племена период первобытно-общинного строя (культуру общинной магии), племенные предки венедов, образовав надплеменную общность, не трансформировали культуру общинной магии в ведически-знахарскую культуру с её обязательной системой рабовладения. Древние предки венедов образовали особую надплеменную общинную культуру, которая позволила им выделиться в отдельную цивилизационную общность самое позднее к концу I тысячелетия до н. э. — создав при этом надплеменную систему справедливого жизнестроя, никогда не знавшую рабовладения. И если в системе ведически-знахарской культуры надродовые связи обеспечивались узурпацией власти методом создания государств и выстраивания иерархии духовного и структурного управления — с обязательными атрибутами писанных законов и прав граждан и рабов — то в случае цивилизации венедов-русов законы были не писанные, отношения были естественно-общинными и ненапряжёнными. Но такое государство-цивилизация показало свою устойчивость — гораздо большую чем древние рабовладельческие государства-цивилизации.

Великая Венедская Русь, а затем Великая Русь развивались более тысячи лет (а может быть и гораздо больше) вплоть до VIII–IX вв. в основном естественным образом — без вмешательства древних глобализаторов и цивилизаторов, черпающих свои рабовладельческие замашки от стереотипов Атлантиды и сумевших внедрить свою “жреческую” периферию практически во все древние региональные цивилизации мира. В Русской цивилизации это не удавалось сделать вплоть до её “христианизации”.

Действительно все славянские языки, включая русский, принадлежат к одной языковой группе и родственны санскриту. Реконструкция верований, культов и обрядности древних славян и индийцев, анализ многих традиций, уходящих корнями в доисторическую древность, показывает их общность. Но есть одно важное и принципиальное различие:

· Сословно-кастовая система в Индии существует издревле, и она прописана в Ведах, и есть писатели, которые утверждают, что она была принесена в Индию ариями, т. е. вынесена ими из погибшей Арктиды.

· Культура же доисторической Руси, при всей общности верований и ритуалов с ведическими, на каком-то этапе своего развития в доисторическую эпоху перестала быть кастовой.

Главные показатель этого состоит в том, что древнерусское жречество жило в самом народе и воспроизводилось в преемственности поколений не на замкнуто-клановой основе, а на общенародной; оно не обособилось от народа ни в организационных формах профессионально орденской корпорации знахарей (друиды и шаманы), посвящённых в таимые от прочих знания и навыки; ни в формах особого сословия «духовных» (брахманы, левиты, попы в России в допетровскую эпоху).

Калики перехожие, волхвы в древней Руси — социально-функционально — жречество, и, как свидетельствуют былины и летописи, описывая события эпохи становления в конце первого тысячелетия “элитарной” государственности на Руси, они не были обособленной от общества социальной группой в этот период начала кризиса Руси изначальной.

И это — главное качество Русской цивилизации, которое во многом аналогично кораническому утверждению: «Бог лучше знает, где помещать своё посольство» (Коран, 6:124).[388].

Культур компактно-общинного проживания в доисторической и раннеисторической[389] древности было много. Но русская культура — если не единственная, то одна из немногих, в которой жречество (как носители концептуальной власти) не обособилось от остального народа ни корпоративно, ни сословно. По отношению к этому факту, все прочие обстоятельства носят подчинённый или сопутствующий характер (т. е. имеют чисто формальное значение), если соотноситься с полной функцией управления по отношению к обществу.

Этимологическую[390] сущность однокоренных слов Русь, русский, русскость можно содержательно понять с помощью следующего символического анализа:

· Русло реки, понятие указывающее на высшую объективность возникновения: русло рек — неотъемлемая часть проекта Творения Земли.

· Русло реки, та часть реки, которая если в природе всё согласовано, не должна пересыхать вообще в течении годовых естественных круговоротов воды; любой случай пересыхания — катастрофа для населяющих реку и её окрестности биоценозов.

· Вода реки — символ информации, которая находится в постоянной динамике в соответствие с объективно заданной м hрой для этой реки. Сама же м hра - русло реки — указывающее путь воде-информации изначально задано Свыше, но может как-то меняться в пределах дозволенного географией местности либо от людской деятельности. Древние русы жили в согласии с природой, поэтому вмешательство в географию рек было минимальное (реки обожествляли), что в символике реки-русла может означать максимальное совпадение целей Промысла и русов.

· Общинные компактные проживания, связанные руслом реки, соответственно — «русским духом» — информационно-алгоритмическая связь людей с Высшей Мhрой — Предопределением, символом которой является русло.

· Русло — руль — одно из значений слова «русло». Руль — средство управления (в случае реки — плавающим по воде судном). Учитывая объективность течения речной воды, заданную руслом (рассуждения об этимологии слова русло предыдущих пунктов), рулить можно лишь в пределах русла. Так в слове Русь выразилась концепция управления по-Русски:[391] управлять в соответствие с Божиим Промыслом, следуя его руслом в соответствии с динамикой информации-воды (либо чуть быстрее за счёт движения вёсел: но тогда где-то на стоянке придётся ожидать, когда обогнанная плавающим средством речная вода дойдёт до места стоянки…).

Отсюда: русская духовность и древнерусская культура — древняя основа-альтернатива тому самому «атлантизму», который укоренился с глубокой древности почти везде в мире, и народы, попавшие под его влияние, развивались не естественным (предложенным Свыше) путём, а путём рабовладельческой глобализации. Самый правильный путь развития был у Русской протоцивилизации и у Великой Руси вплоть до её насильственной “христианизации”. Поэтому как надо правильно рулить в глобальных масштабах могут вспомнить и показать лишь русские, прошедшие в своём «детстве» науку общинного жизнестроя.

Основные причины распада государственности Великой Руси:

· Древнерусское жречество — носители концептуальной власти — на протяжении многих поколений оказывались персонально не состоятельны в заблаговременном выявлении и разрешении некоторых проблем русской цивилизации — как внутренних, так и в её взаимодействии с соседями. Жречество древней Руси были отчасти зомбировано как личностно, так и как социальная группа паразитическими составляющими исторически сложившейся культуры Руси изначальной (будут изложены в начале следующего раздела «Древнерусская вера»).

· Поэтому жречество не смогло удержать князей от губительных междоусобиц, сепаратизма отдельных областей и воздействия чужих культур в период VIII–X вв.

· Поэтому жречество не смогло эффективно управлять огромной территорией древней Великой Руси в условиях постоянных нашествий готов, гуннов, хазар, печенегов на юге и немецко-датских племён на севере и западе, заставивших некоторую знать искать защиты у саксов и кочевников и сдавать свои неприступные моральные позиции и создавать оппозицию власти.

· Сепаратизм отдельных областей (не племён) как то: прибалтийских Полян, Серадзян и Вислян.

· Междоусобицы отдельных князей.

· Причины кризиса носили чисто личностно-психический характер, который выразился статистически именно как кризис цивилизационного строительства и развития культуры, из которого без внешнего воздействия Русь изначальная оказалась не способной выйти сама. Все люди, включая и тех, кто впоследствии становились в ней жрецами, рождались, росли и личностно развивались в лоне культуры, которая обладала определённой спецификой в аспекте воспроизводства статистики распределения населения по типам строя психики, мироощущения, мировоззрения, миропонимания.

· Одновременно с этим на Русь возлагалась Свыше миссия в последующие десять веков перемолоть и осознать суть библейского христианства (которое было принято в Европе в первом тысячелетии новой эры) — с выходом на алгоримтику веры Богу — что не смогла сделать до сих пор ни одна региональная цивилизация. Это невозможно было сделать в тех условиях без принятия Русью библейского христианства. Альтернативой этому могло служить начало глобализации по-русскии не позже IV века н. э. (дата прнятия “христианства” Римом). Но на это русское жречество не решилось.

· Главная общая причина: доминирование нечеловечных типов строя психики при в общем-то человечном общинно-компактном жизнестрое — когда-то должно было проявиться во внутреннюю цивилизационную конфликтность. Князьями становились лица с демоническими качествами, которые не гнушались принимать “передовые” элементы толпо-“элитарных” культур соседей. Основное же население пребывало в животном типе строя психики, отчасти зомбированное культами многобожия — при общем внутреннем добронравии, что и обеспечивало в соборности (в общей сборке всех намерений) общинный образ жизни. Такова объективная данность исторического этапа развития Руси в I веке новой эры.

Последнее, что следует сказать, переходя к обзору веры и культов древних руссов, следующее. В то время когда путы библейского христианства были сняты с России в начале XX века, русские люди, пребывающие в границах Российской империи, а затем в границах Российской Федерации — не бросились восстанавливать свою веру по мифам, легендам и эпосу древних «славян». То есть, русские не стали духовно-информационно «плыть против течения» реки времени.[392] Известно, что последнее происходило в тот исторический период (XX век) со многими цивилизациями (наследники кельтов, германцев…). Русские не стали слепо возвращаться в прошлое (хоть оно и было у нас одним из самых праведным), бездумно копируя образно-символичную сторону веры древних русов с переносом в настоящее. Ничего хорошего из этого всё равно бы не вышло, как не вышло ничего хорошего у германцев, взявших за постбиблейскую основу символику и культы своих добиблейских предков. И если Русь когда-то и называлась Великой, то она в то время была ещё и максимально возможно (для того невежественного времени) справедливой. А вот Германию назвали Великой, но на базе древних “арийских” культов создали фашизм. Поэтому можно сказать, что русские поплыли дальше по «реке истории», а германцы попытались вернуться вспять.

И было множество исторических личностей, которые после “христианизации” Руси благонамеренно пробовали вернуть русский народ в русло исконно русской реки ( вернуть в своё русло — не значит заставить плыть вспять: эти две вещи не надо путать) — с государственного уровня. Но более всего это удалось И.В.Сталину, отнявшему у «мировой закулисы» руль управления государством и взявшему на себя ИХ «полномочия» (в первую очередь штурманские — по прокладке курса). И.В.Сталин впервые после крещения Руси попробовал рулить по-русски и в русском русле — с перспективой перехода к этому в мировом масштабе и показал всем, что это возможно.

Древнерусская вера.

Рассмотрим некоторые стороны становления веры древних русов. Сразу после библейской христианизации древние формы русской религии перешли на положение «неофициальных». Все упоминания о былой мощи дохристианской Руси уничтожались вместе с памятниками «языческой» культуры. Несмотря на это в огромном количестве мест на Руси вследствие большой территории и слабой государственной власти вплоть до середины второго тысячелетия н. э. древнерусская вера переживала даже периоды возрождения. Так, в среде полабских славян отмечен период возрождения в XIV веке.

Общепринято делить так называемую «славянскую» религию на хронологические периоды:

· Протославянский (проторусский) период — III тыс. до н. э по вторую половину I тыс. до н. э. К нему относят достаточно крепкие связи с индоевропейской культурой, которые обеспечивали определённое единство общих со всеми западными европейцами принципов религии. Однако при этом отмечаются особо медленные темпы исторического развития и огромная территория проторусской общности в стороне от динамично меняющейся средиземноморской цивилизации, что в совокупности с отстройкой на определённом этапе от индоевропейцев — обеспечило особый путь, о котором мы говорили в предыдущем разделе.

· Древнеславянский (древнерусский) период — вторая половина I тыс. до н. э. — I тыс. н. э. Именно эти 1,5 тысячи лет можно уверенно считать временем могущества (зарождения, расцвета и упадка) цивилизации венедов-русов.

Удалённость прарусов от основных центров античной цивилизации сочеталась в их культурном развитии с отсутствием сильного инокультурного влияния, каким был в истории индоариев дравидский элемент.[393] А в истории италиков — этрусский. Прарусы как при оседлом проживании, так и при миграциях имели дело преимущественно с народами и племенами, находящимися на ступенях религиозной “зрелости” не выше их самих, и поэтому те не могли существенно повлиять на характер прарусской религии.

Также и по тем же причинам прарусский язык не утратил свою первозданную сущность: если санскрит, греческий и латинский языки в ходе миграции этносов и столкновений с другими языками много потеряли из индоевропейского фонда, то прарусский язык легко ассимилировал немногочисленные чужеземные слова и был сохранён — в своей корневой базе. А совокупная корневая база языка как раз и представляет мhру — указывающую до сих пор в некотором роде на то самое русское русло. То есть, русский язык сохранил сущность русского курса — концепции развития.

Практически все источники утверждают об общности «славянского» (древнерусского) языка на всей огромной территории, которую они занимали. Некоторые источники утверждают даже, что этноним «славяне» от словене — понимающие слова друг друга.

В любом случае признаки народа ( единые территория, язык, общие экономические интересы, культурно-религиозный склад психики, отсутствие дискриминации по профессиональным признакам и наличие всех необходимых базовых профессий цивилизации) уже были налицо скорее всего со второй половины I тысячелетия до н. э. Поэтому язык в русском понимании долгое время был синонимом слова народ. А словом народ вообще не пользовались.

Язык и территория были основными неразрывными «святынями» религиозного сознания древних русов.[394] А религиозная система древних руссов выражала религию территории — в определённом широком смысле. Территорию любили, чтили, бережно хранили и обожествляли. Многобожие как раз для этого веьсма подходило.

Как видно, прарусский язык являл собой лишь “ключи” к миропониманию, близкому к тому, что от людей ждёт Бог. Однако, само миропонимание развито было согласно тому этапу, который проходила вся мировая цивилизация. К тому же в прарусской региональной цивилизации, как и во многих других, было принято от протопредков общее всем индоевропейцам ведическое многобожие, которое не было изжито. И одновременно с этим прарусский язык позволял достаточно эффективно заниматься разными видами магии — в том числе и гидрометеорологической и лечебной и религиозной и личной. Но использование “ключей” в полной мере может быть только при человечном типе строя психики и развитой культуре мышления: тогда, когда желания совпадают с объективными возможностями языка, а мысли совпадают с тем, что ждёт от каждого человека Бог.

В общем, миропонимание, которое господствовало на Руси представляло собой противоестественную смесь, в которую в психике одних и тех же людей в разном составе и организации взаимосвязей входили:

· Язычество в единобожии Бога Творца и Вседержителя — в том смысле, что поток жизненных событий в личностной религии человека и Бога интерпретируется как диалог Бога и людей на языке жизненных обстоятельств, обладающих определённой адресаций и смыслом.

· Ведическое многобожие, в котором обожествлялись как стихийные силы Мироздания, так и легендарные предки.

· Идолопоклонство, частично собственного производства, а частично унаследованное от других культур, которые оказались в полосе миграции, и носители которых влились в цивилизацию Руси изначальной.

· Магия:

Ш как естественно-личностная, обусловленная биологией человека и его личностным развитием (биополя как совокупность общеприродных полей — материальны, способны к взаимодействию с другими видами материи, несут информацию, поэтому, излучая и воспринимая поля своим организмом, человек способен оказывать осмысленно-целесообразное воздействие на течение событий не-механическим и не текстуально-повествовательным способом);

Ш так и ритуальная (в ней человек обращается и к эгрегорам, подменяя ими Бога, и другим полевым сущностям, вступая с ними в сделки на предмет выполнения этими полевыми сущностями желаний человека). Составляющими ритуальной магии являются и всевозможные жертвоприношения — от «безобидных» ленточек священным деревьям и камням, до культового человекоубийства под теми или иными предлогами.

Всё из перечисленного выше, за исключением естественно-личностной магии, чуждо нормальной для человеческого общества культуре язычества в единобожии Бога Творца и Вседержителя.

Однако, присутствуя в культуре общества и психике представителей жречества персонально, паразитические составляющие древней культуры ограничивали дееспособность жречества в заблаговременном выявлении и разрешении проблем развития цивилизации Руси изначальной во всех его аспектах.

Утверждение о том, что религия прарусов и руссов была основана на язычестве в единобожии Бога Творца и Вседержителя — не оторванная от жизни гипотеза, либо апологетика древнерусской вере. Можно уверенно утверждать, что именно эта составляющая в религиозной жизни прарусов и позднее русов была одной из главных — но объединённой и неразрывно связанной с другими составляющими, перечисленными выше. Именно эта составляющая молчаливо выделена в понятийном аппарате русского языка — так, как это не было сделано в других древних национально-государственных религиозных системах.

Дело в том, что русы не имели специального термина, выделяющего религию из прочих сфер общественной жизни и чётко её обозначающего. Религия была органической частью коллективного и индивидуального бытия русов, поэтому религиозное сознание не нуждалось в особой понятийной категории, фиксирующей своеобразие религиозного бытия и обособляющей религиозные явления от других — «нерелигиозных».

Поскольку религия русов была органической частью коллективного и индивидуального бытия, а магия была неотъемлемой составляющей любой религии (особенно в древности), то в части индивидуального бытия большое место занимала естественно-личностная магия, обусловленная биологией человека и его личностным развитием. Большая чувствительность народа, жившего в ладу с природой, условиях компактно-общинного проживания — в ненапряжённых отношениях друг с другом — и не угнетающего свою психику разнообразными ядами (алкоголь, табак, другие галлюциногены), наблюдательность, всё это обеспечивало высокий уровень естественно-личностной магии. Этим видом магии занимался каждый представитель народа русов индивидуально — в основном наедине с собой, природой и Богом. В коллективе этот вид магии мог легко переходить в ритуальную магию — когда эгрегор, образовавшегося коллектива “подхватывал” индивида (говорились ритуальные слова, танцы, песни) и тот начинал мыслить категориями эгрегора, вокруг которого совершался ритуал.

Однако, огромная территория проживания русов, медленный ритм жизни, компактно-общинный характер проживания и сравнительно малое время коллективных ритуалов в жизни каждого по отношению ко времени, когда русы могли оставаться наедине с собой, с природой, со своими мыслями — всё это обеспечивало достаточное время для естественно-личностной магии, которая легко переходит в язычество Божие — когда поток жизненных событий в личностной религии человека и Бога интерпретируется как диалог Бога и людей на языке жизненных обстоятельств, обладающих определённой адресаций и смыслом.

Каждый внимательный к жизни русский выносил из естественно-личностной магии что-либо общественное, делился с окружающими и вынесенный им вопрос вполне мог стать предметом обсуждения (и затем принятия) в коллективе. Так естественно-личностная магия оказывала воздействие на жизненные обстоятельства коллективов. Впоследствии результаты принятия решений могли быть опробованы в жизни, и, наблюдая за изменениями, русы либо принимали, либо отклоняли новшества.

С другой стороны коллективы, магически воздействуя на фрагменты коллективного бессознательного, могли ощущать на себе обратную связь не только от эгрегоров, но и от Бога — в том случае, если их магическое воздействие (в смысле вопросов и просьб о чём-то) соответствовало готовности ответа Свыше — то есть, если магическая этика руссов совпадала с этикой, которую ждал от них Бог. В этом случае «ответ» мог получиться “смешанный”: одна часть от ритуального эгрегора; другая — от Бога. При этом информация обоих частей «ответа» могла не совпадать — вплоть до противоположных смыслов. В этом случае выбор той части «ответа», который надо принять, оставался за коллективом и жречеством, которое могло участвовать в ритуале, либо следить за ним. Если принимался «ответ» Свыше (на основе чувства Мhры), то он автоматически вносил изменения в алгоритмику ритуального эгрегора и эта алгоритмика становилась ближе к праведности. Если принимался «ответ» от эгрегора, то алгоритмика эгрегора могла и дальше вносить в жизнь русов наваждения, которые могли привести к управленческим ошибкам. И в этом русы могли убедиться на практике. После чего необходимо было вернуться и пересмотреть решение.

Это — одни из вариантов, как могло идти разделение информации на ту, которая получалась в результате ритуальной магии (характерной для народов, у которых есть деление на пантеон и элементы идолопоклонства) и от Бога (поскольку вопросы могли затрагивать высшие сферы коллективного бессознательного).

Учитывая вышесказанное мы и будем рассматривать конкретную религиозную систему русов — с её пантеоном, ритуальной магией, и идолопоклонством. Уже в прарусскую эпоху слово «вера» помимо значений «доверие», «честность», «обещание» — несло религиозную смысловую нагрузку. Первые письменные памятники свидетельствуют, что русы разумели под словом вера особый вид богопочитания.

В этом значении понятие вера синонимично позднейшему понятию религия. Учитывая, что в сложном противоестественном сплетении Божиего язычества, ведического эгрегориального многобожия и ритуального идолопоклонства есть место — как естественно-личностной магии, так и Божиему язычеству — русская вера представляла собой веру Богу в той части, которая касается естественно-личностной магии и Божиего язычества. Понятие вера у русов в религиозном смысле представляло собой твёрдую душевную склонность к истине, акт праведного предпочтения.

Лингвисты-этимологи утверждают, что этот смысл понятия вера первичен для русско-славянского религиозного сознания. Древнерусское слово вера родственно авестийским var — «верить», vагэnа — «вера»; древневерхненемецкому wara — «правда, верность»; латинскому verus — «истинный, правдивый». Как видно из происхождения, понятия вера (религия) у древних русов было неотъемлемо от необходимости поиска истины, правды, справедливости. В древнерусском словоупотреблении устойчивы значения искренности, честности, правдивости, что не оставляло место в вере для лжи и лицемерия. Лжецы и лицемеры были изгоями и презирались в общинах.

Понятие вера, обращённое к сокровенной, внутренней стороне религии русов, дополнялось понятием закон, включавшим в круг своих значений прежде всего те религиозные смыслы, которые раскрывали общественный порядок, и порядок религиозной жизни, в котором люди рождались, росли, умирали. Закон понимался как свод идейных, нравственных и обрядовых норм, установленных по общему согласию. Этимологически слово «закон» представляет его смысл «начало», «предел» — правила общественной жизни, священное правило, установленное предками, которое нельзя нарушать.

Следующее значительное религиозное понятие — «диво». Понятием диво обозначались необыкновенные явления, поражающие сознание человека — факт явленности необыкновенной реальности. Это понятие также выражает смысл «чуда», «зрительного чуда». Идея неподконтрольности чуда сочеталась с надеждой на возможность вызвать его специфическими действиями — магией. Чудо в первоначальной лексической форме представляло собой кудо, а людей, способных его вызвать называли кудесниками. Кудесникам, согласно дошедшим до нас «древнерусским текстам»,[395] приписывали вхождение в транс и «вызов богов в свой дом», после чего в состоянии одержимости кудесник пророчествовал от имени богов.

Всё это говорит от том, что атавизмы древнего шаманизма могли присутствовать в среде кудесников-жрецов, которые занимались эгрегориальными ритуальными “пророчествами”. Но одновременно с этим древнерусское жречество несло функцию жизнеречения — доводя до людей на языке понятных большинству ритуалов с явлениями чуда общественно полезную информацию. При этом ответственность за различение эгрегориальных наваждений от общественно полезной информации, идущей с высших уровней духовной иерархии (в идеале — от Бога) ложилась на совесть жрецов-кудесников. На их же совесть выносились и соблазны — начать лукавить, пользуясь своим “служебным” положением и абсолютным авторитетом в коллективах с целью своекорыстной эксплуатации общественного доверия. Конечно общественный контроль тоже существовал и заменить зарвавшегося кудесника со временем могли, замечая падение качества управления общностью — выгнав его как изгоя из общины. Но эффективность такой замены зависела от общественного самосознания коллектива, его веры Богу и способности преодолевать авторитет зарвавшегося кудесника. Видимо не случайно некоторые исследователи возводят русское слово «диво» к персидскому dev — «демон», которое, видимо, было заимствовано позже. Ведь для исполнения жреческих функций явление чудес — вовсе не обязательно и даже вредно.

Ещё одно важнейшее понятие древних русов обозначалось словом душа, уходящим в глубокую архаичность. Это слово, скорее всего, связано с рядом слов индоевропейской семьи. В прарусских верованиях душа представлялась — воздушным, духовным началом, сосредоточением эмоций и субстанцией религиозных состояний веры. Архаичные представления русов о душе отождествляют душу с жизнью и человеком.

Близкородственно по происхождению (от индоевропейских корней), но различно по смыслу понятие духа. У русов дух, также как и душа — духовная субстанция человека. Однако, в понятие духа религиозное сознание вкладывало иной смысл: дух это — сверхчувствительная субстанция иночеловеческой природы, некое сверхчеловеческое духовное существо.

Таким образом, с глубокой древности и вне зависимости от исходных (индоевропейских смыслов) в древнерусской вере понятия душа и дух были разграничены в плоскости «личностное (душа) — надличностное (дух)». И это — правильно. Душа — представляет собой личностную матрицу развития, предложенную человеку Свыше от рождения. Дух в социальном плане — коллективный надличностный духовный фактор — в основном эгрегориальной природы (эгрегоры), созданный самими людьми. Ошибка древних руссов заключалась в обожествлении этого надличностного фактора вследствие его «сверхчеловеческих» возможностей, после чего они “приписывали” ему «иночеловеческую природу». Но в целом разграничение понятий душа и дух разграничивало и веру на две разнокачественные категории: душевно-личностная вера (естественно-индивидуальная магия и Божие язычество) и духовно-ритуальная вера (ритуальная магия, многобожие и идолопоклонство) — в их противоестественном переплетении. Однако в большинстве религиозных систем древних национально-государственных обществ и такого разграничения не было, а был смысловой “калейдоскоп” из понятий душа и дух.

Эти понятия вошли в библейско-христианскую лексику, где им были приданы иные смыслы. Подробно церковную трансформацию смыслов слов душа и дух мы рассмотрим в теме «Религиозная система библейского христианства» следующей книги курса.

Последнее важное, что относится к вере древних русов — их понимание святого. Признак святости берёт свой первоначальный смысл из явления обновления природы. Скорее всего, произошедшее от индоевропейского «свет», понятие святости означало естественно «увеличиваться», «набухать» и связано с животворящей силой природы, которая заставляет возрастать и процветать растения, созревать плоды и бесконечно возобновлять годовые природные циклы. Согласно славянским представлениям, святая Мать-Земля чиста, непорочна, безущербна плодоносна — эти признаки она незыблемо хранит сама и переносит на своих чад. Земля очищает и очищается в процессе годовых циклов. В этом смысле понятие «святость» должно было непременно привести к Богу-Творцу, создателю Земли и её вечных циклов.

В части веры, качающейся идолопоклонства и ритуальной магии русы придавали святость ритуальным местам — деревьям, горам, явлениям природы, участкам рек и лугам. На «священных» холмах создавались культовые центры, вершилась ритуальная магия. Идеи святости домашнего очага и ритуального костра были закреплены традициями веры. Очагу и костру молились и приносили жертвы.[396] Святость придавали и отдельным людям при жизни и умершим предкам, что ложилось в основу эгрегориальных индивидуальных культов и культов предков.

Главное отличие прарусской системы религиозной святости от иных религиозных систем в том, что у русов не было устойчивого сопряжения в представлениях о святости (праведности и добре) с её противоположностями — нечистой силой и злом — как это было в подавляющем большинстве других религиозных систем (особенно в индуизме и сопряжённых с ним религиях). Иначе говоря, в вере русских не было выражено религиозного дуализма, признающего равную объективность добра и зла: добро признавалось первично-объективным, а зло — вторичным. Скорее всего этому препятствовало крайне опимистическое мировоззрение древних русов (основанное не сильной бессознательной вере Богу, Который лишь один и может поддерживать жизненный оптимизм людей, особенно на столь длительном интервале времени) и смысловая домининта русской идеи святого, опирающаяся на признаки животворения и благодати, которым ничто не может помешать в земном мире. Ведь помимо внешних врагов, с которыми древние русы справлялись «всем миром» на протяжении десятков веков, бороться было не с кем: внутри общины отношения были ненапряжённые. Поэтому появление небольшой части «нечистых сил» возникло в вере русов не от социального фактора, а от преклонения перед неведомыми силами природы.

Лишь немногие источники указывают на то, что русской вере была знакома двойственность религиозных признаков святого, которую особо контрастно обнаруживает римская и греческая религиозные системы, а также индуизм. Эти свидетельства в русской вере более всего касаются культа воды: почитание воды как святой стихии сочетается в народных верованиях с отношением к воде как к обители водяных бесов — духов “второго порядка” по отношению к хорошим богам.

Бог и древнерусский пантеон.

Ещё в глубокую прарусскую эпоху в религиозном обиходе и языке существовало общее понятие бог. Сравнительное изучение древнерусского бог и родственных слов из других индоевропейских языков (санскрит — bhagah — «податель, господин»; персидский — baga — «владыка») показывает, что древнерусское слово производная от значений «доля, удел, богатство». И в первоначальном смысле бог — «податель доли, богатства».

В то же время для большинства религиозных систем изначально индоевропейских корней образ небесного божества обозначается словом deiwos — «светлозарый, небесный». Эти понятия и стали основой общего понятия о богах. В древнерусском же языке понятию deiwos возможно соответствует слово дивь, которое некоторыми исследователями возводится к персидскому корню dev — «демон».

Прарусы не пошли по пути выведения общего понятия о всех божествах: понятия бог и диво в русском языке разграничены не только по смыслу, но и лексически.

В то же время, обожествление природных явлений, объектов природы и отдельных людей в прарусской вере имеет место быть — как невозможность чёткого разграничения в сознании древних русов (и прежде всего жречества, которое грешило магическим показом разных див на толпу) духовных объектов, с которыми они имеют дело: эгрегоры (в том числе и «демонические»), природные и космические явления или Бог.

Последнее подтверждается некоторыми исследованиями, сторонники которых пришли к выводу, что так называемая «праславянская» вера не была разновидностью пантеизма (отождествление Бога с мировым целым). В действительности это была вера, внешне похожая на пантеизм, но в стержнем в ней была мысль о монотеизме, проявляющаяся в монотеистической “центробежной” тенденции. Как отмечал видный историк, исследовавший религию славян, И.И.Срезневский: «Между языческими догматами древних славян первое место занимает догмат о едином, верховном Боге, родоначальнике всех других божеств».[397].

Её путают с пантеизмом потому, что русы, веря в присутствие в мире экстраординарных сил, для обозначения тех или иных явлений, которым свойственно то или иное могущество, выбирали объекты живой или неживой природы. Так было удобнее выражать свои религиозные мысли. К тому же русы верили, что сверхъестественные силы могут внедряться в объекты живой и неживой природы, наделяя последние частью своего могущества. Поскольку каждый объект живой и неживой природы несёт на себе часть Божией Мhры, эти объекты действительно обладают свойством отображения одной из граней последней. С этих позиций удобства выражения этих сверхъестественных граней у русов были выбраны не самые плохие. Другое дело, что обожествлённые объекты живой и неживой природы (и некоторые люди) становились культовыми объектами: от обожествления того или иного объекта до создания культа с его ритуалами — один шаг. А это неизменно приводило к созданию эгрегора вокруг культового объекта. Дальнейшие фантазии относительно сверхъестественных свойств объекта приводили если не к «демонизации» эгрегора, то к искажениям в понимании естественного назначения объекта, заложенного в него Свыше и той информации, которую он естественно “излучает” согласно его частной мhре.

Но вера Богу главенствовала (если не осознанно, то — бессознательно), а придание объектам и явлениям жизни сверхъестественных сил означало, что через эти объекты и явления Бог взаимодействует с людьми: хоть и примитивное, но Божие язычество, а не пантеизм.

Мысль о монотеистических началах русской религии опирается прежде всего на свидетельство Прокопия Кесарийского,[398] оставившего в сочинении «Война с готами» первое описание религии руссов: «Они считают, что только один бог, творец молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды». Но в том же труде Прокопий пишет: «Они почитают реки, и нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им…». Но всё же «одного бога» русов Прокопий Кесарийский выделил особо.

Н.И.Толстой в исследовании «Язычество древних славян» пришёл к той же мысли: «Со значительной долей достоверности мы можем утверждать, что к VI веку славяне имели не только нечто напоминающее пантеон богов или ряд местных пантеонов, но были близки к монотеизму, к верованию в верховного, ещё не христианского, единого бога».

Русы наряду с почитанием сонма богов всегда выделяли главенствующего, «верховного бога», ставя его в положение повелителя других богов — надо понимать: повелителя сил природы, социальных явлений. В этом образе многие исследователи видели небесного единого Бога, властвующего над прочими богами и заботящегося о небесной гармонии. Конечно это далеко от правильного, идеального монотеизма — веры Богу, но всё же это — весьма близкое древнее понимание истиной веры языческого единобожия.

Археологический и этнографический материал свидетельствуют о том, что у древних русов не было некой совокупности единых «исконнорусских» обрядов. Коротко остановимся на некоторых основных общих древнерусских обрядах и ритуалах, которые стали известны исследователям:

· Культ предков. Основан на вере в бессмертие души, свойственную многим народам индоевропейских корней. Этот культ, однако, имел у русов несколько иной смысл, чем у индоевропейских протоцивилизаций, поскольку на него наложила отпечаток обозначившаяся тенденция к русскому монотеизму. И в части веры русов Богу (в части Божиего язычества), как уже отмечалось, душа понималась как дар Божий, который к Богу и возвращается — в то время как у индоевропейских “прапредков” душа понималась как просто существующая духовная субстанция, блуждающая по мировой “кармической” иерархии.

Культ предков строился на идее перехода души умершего в «иной мир», откуда предки и боги могли оказывать решающее воздействие на жизнь земных обитателей. В принципе основное, что связано с культом предков (магия и эгрегориальные причины) мы изложили в разделе этой части учебника «Анимизм». Многое из того, что там изложено — справедливо (для древних периодов развития — как культуры общинной магии так и культуры древних русов, которая и была более поздней разновидностью культуры общинной магии) — и касается культа предков древних русов.

Особо следует отметить лишь ряд моментов. У русов было принято, что усопший должен был умереть естественной смертью, исполнив все предписанные его положению стадии жизненного пути.[399] Это говорит о том, что древние русы ставили судьбу (полноту жизненного пути) во главу смысла жизни — что ещё раз подтверждает большую долю веру Богу в религии руссов, нежели важность ритуальной стороны: ведь судьба (жизненный путь) от Бога и если какие-то необходимые каждому человеку стадии выпали из жизни, то это — нарушение веры. Это говорит об особом чувстве справедливости по отношению не только к живым, но и к умершим: ведь для человека главное — благополучно пройти все стадии жизненного пути, положенные ему Свыше. И самое плохое для человека, когда у него отнимают эту возможность — вмешиваются в его судьбу.[400] Так вот русы следили за тем, чтобы такого рода вмешательств избегать.

Также такой обычай практически запрещал насильственную смерть, что противоречит поздним археологическим находкам (начиная с IX века), свидетельствующим о человеческих жертвоприношениях: либо они были не везде, либо славяне, которым они приписываются были уже не русские.

Для мира мертвецов «подземного мира» часто использовалось понятие навь. Другим названием для мира предков могло служить слово ирий (вырий). И если навь часто связывали с течением водного потока, уносящего душу умершего в «иной мир», то ирий — местопребывание душ, употребляющееся как к небу, так и к земле.[401] Захоронения были труповые, но до конца I тысячелетия преобладала кремация с погребальными урнами.[402].

· Календарные праздники. В славянском (древнерусском) календаре выделяются земледельческие праздники и определённо выделялись зима и весна, тогда как «лето не имело чёткого начала, ни рубежа окончания; оно было продолжением весны; равным образом не точны и сроки начала осени; осень в некоторых рукописях начинают отсчитывать с жатвы, а в некоторых с 1 июля… переход от осени к зиме тушевался подобно переходу от лета к осени».[403] Календарные обряды и праздники задавали устойчивые ориентиры во времени, способствовали общим сборам людей, придавали качественную определённость занятий согласно временам года — с обязательной сакрализацией обрядов.

Важным рубежом деления года были мартовские масленичные праздники. Масленица знаменовала начало весны, а значит и хозяйственного года земледелия. Цикл разнообразных весенних праздников начинался в период весеннего равноденствия (22 марта) и заканчивался в период летнего солнцестояния (24 июня). К зимнему солнцестоянию (22 декабря) были приурочены святки — двухнедельный праздник, в ходе которого праздновалось пробуждение вместе с «рождением солнца» природной жизни и соучастие в этом пробуждении человека. Также в святки ждали «в гости» души умерших для «совместной трапезы».

К календарным праздникам можно отнести и разнообразные календарные обряды, охранительные и просительные обряды, обряды вокруг скотных дворов и прочие аграрно-скотоводческие обряды.

· Воинские культы. Существенными были почитания боевых орудий с призывами к воинским богам — Перуну, Свентовиту. Имелись святилища богов для отправления специальных воинских обрядов с жертвоприношениями.

Существенной частью воинских культов была поэзия дружинных певцов, восхвалявших в песнях — «славах» — богов, князей и дружины. Пение дружинного певца обязательно сопровождало погребение павших воинов, княжеские пиры в честь побед и другие воинские церемонии. Речь певца воспринималась как магический акт обращения к богам, к предкам покровителям, как заговорное слово, ублажающее высшие силы.

Мы уже знаем, что речь певца настраивала дружину на боевой дух (эгрегор), а совокупный эгрегор ведения боёв, под каким бы он названием ни был («бог войны», «дух предков-воинов», «высшие силы»), хранил все наработанные до этого навыки ведения боя. После входа в боевой транс (включения психики дружины в эгрегориальную алгоритмику) с помощью алгоритмики ведения боя, хранящейся в эгрегоре и его энергетики — побеждать было гораздо проще.

Как известно, пение (мелодия и лексика) дают на порядки больший эффект настройки психики, чем просто слова и заклинания. Русское слово петь некоторые этимологи возводят к русскому «поить, давать пить». Поэтому пение считалось составной частью «поения божества» или духов. И определённое пение (поение определённой “водой”) же позволяло легче входить в “воду” (алгоритмически упорядоченную информацию) нужного эгрегора.

Религиозная община представляла собой неплеменные объединения людей по месту жительства с коллективным трудом и потреблением и общением между собой на добрососедских основах, сочетающих индивидуальное и общинное владение. Практически все исторические источники выделяют факт отсутствия в русских общинах особого слоя священнослужителей: культами руководили старцы, реже — жрецы. До конца второй половины I тысячелетия н. э. нигде не отмечено обособления родоначальников русского жречества. А в конце I тысячелетия жречество попало в категорию «колдунов» и в официальном статусе было библейскими иерархами и поддерживающей их высшей “элитой” приравнено к религиозным маргиналам.

Всё же некоторое обособление жречества в отдельную касту, историки считают — было у балтийских славян к началу кризиса древнерусской государственности, к эпохе библейского христианства. Однако, на отсутствие у восточных славян особых жреческих корпораций указывает, в частности то, что в Киеве ритуальной жеребьёвкой занимались старцы и знатный глава. Но и эти не являлись исключительными религиозными группами, выделившимися из общины.

Хотя жреческие корпорации отсутствовали, круг отдельных лиц, профессионально-выборно занимающийся отправлением обрядов, сохранением и передачей знаний, был достаточно широк. Волхвы — общее название как жрецов, так и некоторых знатоков магии — знахарей. В категорию «колдунов» входили лица, называющиеся чародеями, кудесниками, кобьниками (специализировались в кобях — гадании, ворожбе), облакогонители (предполагалось, что они магически воздействуют на природные явления), балиями (знахари, лечившие заговорами) и другие. В колдовстве подвизались и женщины, по численности которых в этом виде магии было больше.

О пантеоне. В пантеоне древних русов исследователи выделяют несколько культурно-исторических пластов: общеиндоевропейский, древнеевропейский, исконнославянский (русский), инокультурный (из имён богов соседей). Были небесные боги, земные, подземный мир, существа низшей мифологии. Точного названия небесного верховного бога не выделяется, выделяются лишь обращения «небо-отец» как и «земля-мать». В славянской мифологии верховный бог — «далёкий бог».

Перун — отчётливо персонифицированный образ восточнославянского пантеона. Во многих случаях — глава пантеона, выступающий в роли верховного бога. То есть, Бог персонифицирован именем Перун. Главные атрибуты Перуна — стрелы, топоры, камни, гром, молнии. Культовые места — дуб, возвышенности, скалы.

Свентовит — верховный бог у балтийских славян — близок к Перуну, также как и другой, Прове.

Стрибог — бог ветра и других атмосферных явлений. В близкой связи с Стрибогом находится Даждьбог — «дающий бог», «податель богатств». Некоторые утверждают что его имя связано с просьбами «дай, Боже…». Также Хорс и Симаргл — небесные боги.

Земные боги, естественно возглавлялись Землёй-Матерью и множеством культов вокруг неё. При этом в отношении мифического образа Земли-матери она всегда у славян оставалась только матерью. В то время как во многих мифах римско-греческого пантеона Мать-земля ещё и выступает под данными ей именами богинь как жена или любовница — со всеми, следующими за этим приключениями. То есть, русы никогда не издевались над землёй, не приписывали ей мифических историй, которые случаются лишь с не праведными людьми. Русы берегли землю и старались не отдавать её иноземцам в употребление.

Некоторые обряды плодородия сопровождались жертвоприношениями силам подземного мира. Археологические материалы подтверждают, что религиозные воззрения славян в некоторых местах требовали особых умилостивительных действий, обращённых к Земле-матери. Имели место случаи человеческих жертвоприношений, подтверждённых археологией. Останки жертв находили в культовых колодцах в ряде славянских святилищ (Зелёная Липа, Говда, Бубнище, Богит) и в культовых рвах. Конечно это крайние извращения и они датированы IX–XIII веками — периодом когда древняя вера впала в глубокий кризис.

В современной реконструкции Земля-мать ставится в тесное сравнение с известной по древнерусским памятникам богиней Мокошью. Имя Мокоши определённо включается в смысловое гнездо «мок», которое объединяет значения мокроты, влаги, сырости, что и явилось одним из поводов отождествления этого имени с матерью-сырой землёй. К мужским подземным божествам восточных славян бесспорно относится Велес (Волос) — «скотий бог», либо «бог знаний», дарующий обильный приплод, а значит и достаток. Велес — владыка подземных живительных соков, питающих рост злаков и скота — помощник крестьян.

Из наземных богов самые известные Сварог — бог огня, поставленного на службу человеку. И Дажьбог — в древнерусской летописи представлен отцом Сварога. Преемственность поколений охраняет бог Род в котором выражена «идея рода отжившего и нарождающегося». Рядом с Родом древнерусские тексты упоминают рожаниц — которые якобы приходят в дом и нарекают судьбу новорождённому.

Некоторые небесные боги имели свои ипостаси, связанные с общественным устройством и профессиональными занятиями людей. Так, Перун и Свентовит в образе воителей у балтийских славян выступали покровителями княжеской дружины и воинского ремесла. Среди богов западных славян некоторые средневековые авторы упоминают Триглава, Подагу, Живу (богиню жизни), Яровита и Руевита (богов войны), Поревита, Поренута, Чернобога (бога несчастья), и некоторых других богов, чьи имена не поддаются смысловому выражению в современности.

Необходимое пояснение.

Учитывая особый интерес к вопросу о «славянской вере» в современной России, и недостаточность для изучения этого вопроса одной небольшой главы учебного курса Сравнительного богословия, составленной целенаправленно для подготовки и проведения учебного процесса в вузах и школах — для преодоления элементарного невежества молодёжи предлагаем обобщённый образно-символический обзор праславянской веры (такой, как её понимают люди в наше время), написанный в наиболее популярном виде для расширения понимания о предназначении и символике древнерусского («славянского») пантеона.[404] Нижеприведённый материал специально написан в мифически-легендарной форме, как весьма интересная попытка в наше время войти в миропонимание древних славян (показать «взгляд изнутри» людей общинной веры на её символику) — для пробуждения более широкого интереса к обсуждаемому вопросу.

Праславяне — перунопоклонники.

Из сохранившихся сведений нам известно, что наши предки, будучи ещё праславянами (т. е. предшественниками тех, кто обрёл и стал жить по «славянской вере»), являлись перунопоклонниками и поклонялись богу стихий природы — Перуну.

Перун — изначально сама стихия. Он олицетворял собой такие стихии природы, как дожди с громом и молниями, огонь, сильный ветер, вулканические извержения, землетрясения и некоторые другие опасные для жизни людей явления природы. Издревле “перунами” называли вулканические вершины гор и остроконечные выпуклости земной поверхности, включая “выпершие” из земли скальные породы. Непредсказуемость действий Перуна повергала порой человека в страх и ужас, заставляла многочисленные группы племён оставлять насиженные места с плодородными землями и совершать, на первый взгляд, немыслимые по своим масштабам переходы на новые земли. Имел место также и массовый исход перунопоклонников (“праславян”) с одного континента на другой.

Вот почему при формировании «славянской веры» Перун был оставлен Славянами как старый и особо почитаемый бог (если, конечно, так можно сказать), ибо все боги Славян носят свой неповторимый облик и являются почитаемыми.

Основатель Славянской веры.

Славянская вера формировалась на базе знаний, полученных нашими предками через созерцание явлений природы и всего сущего, доступного органам чувств и пониманию человека в процессе его развития. Уровень понимания наблюдаемых явлений и объём знаний постоянно росли, что объективно привело к необходимости объяснения и толкования этих явлений, их обобщения и понимания. Разнородные и разрозненные понятия о явлениях окружающего мира непрерывно систематизировались и упорядочивались, что позволяло сохранять эти знания и мысли в определённых образах для потомков.

Нашим предкам на веру был представлен основной образ, возникший от обоготворения Творца Единого, Создателя всего. Бог Единый, Создатель — у славян это Сварог (“сварганивший” этот мир). В понимании наших предков Создатель (Сварог) существовал и до них, а не вышел из среды человечества. То есть Сварог — это надмирная реальность. В Славянской вере эта надмирная реальность выражена также Триглавом “Правь — Явь и Навь”, а почитание и обожествление Его творений и проявлений (проявлений Создателя в различных ипостасях) также были представлены через определённые образы и обожествлены.

Решился на такое обобщение всех накопленных на тот момент знаний и представлений о Мироздании, а также на основе собственного понимания полученных Свыше откровений, вполне конкретный человек по имени Дажьбо, родившийся и проживавший на Южном Урале, в селении под названием Сывой. Его мы по праву можем считать собирателем Славянской веры, обобщившим её фундаментальную символическую первооснову. Известно и второе его (уже Славянское) имя — Сварог. Выбрано оно было не случайно, ибо означало таинство творения всего Создателем, которое он назвал — Сварга. Представления собирателя нашей веры мы и раскрываем в том виде, в котором они были им оставлены потомкам, и дошли до нас, в частности, в Велесовой Книге.

Мы далеки от мысли, что оставленные предками сведения были изложены на основе знаний и ведания только одного человека. Мы лишь отмечаем, что собирателем основ Славянской веры признано считать Дажьбо (Сварога).

Предвосхищая возможное недопонимание, связанное с тем, что данная информация публикуется в печати впервые и не имеет аналогов с общепринятыми ранее изысканиями и догмами учёных, религиоведов, лингвистов, историков и археологов по данному вопросу на протяжении последнего тысячелетия, хотим ещё раз напомнить, что речь будет идти исключительно о первоистоке Славянской веры, а не о многовековой праславянской традиции, которая на протяжении столетий и даже тысячелетий преобразовывалась, деформировалась, а порой и откровенно искажалась под влиянием различных факторов.

Триглавы в Славянской вере: основные и общие.

Уже на начальном этапе зарождения Славянской веры люди осмысливали различные явления, осознавали их взаимосвязь и взаимозависимость. Эту взаимозависимость они связывали с существованием какого-то единого управления всеми явлениями, нашедшего своё выражение в признании людьми Единого Бога, Творца, Создателя — Сварога. То есть надо ясно представлять, что наши предки понимали, что существует только один Бог, который управляет всеми процессами во Вселенной. Но перед людьми в разных случаях и ситуациях Он предстаёт в разных ипостасях. Проявления же действий (управления) Бога Единого в различных природных и жизненных явлениях, то есть проявления в различных образах, ипостасях, он “тоже обожествил”, назвав богами. И вот эти-то ипостаси Бога Единого (Сварога), наши предки и называли богами, осознавая при этом их взаимосвязь с Богом Единым и взаимозависимость всех богов между собой.

Но этого было недостаточно для полноты описания взаимозависимости и взаимовлияния действий богов-ипостасей Бога Единого. Так появились Триглавы.

Триглавы выражают понимание вполне определённых процессов, протекающих как во Вселенной в целом, так и в жизни общества. Причём целостность любого процесса или явления рассматривается через принцип двойственности, введённый определением Белобога и Чернобога, которые отражают две противоположные силы и явления как в природе, так и в общественной жизни, однако, тем не менее, являющиеся лишь частями целостного процесса, управляемого определённым образом Сварогом. Некоторые называют это светлой и темной силой. Кто-то рассматривает это как положительную и отрицательную энергии. Кто-то как добро и зло. Дажьбо же определил это понятиями Белобог и Чернобог. Этого мы и будем придерживаться в дальнейшем.

Основополагающий Триглав “Правь — Явь и Навь”. Через него была выражена наиболее полная мера того, что мы сегодня понимаем под словом Бог, Творец, Род, Абсолют, Создатель и т. п. Этот Триглав даёт ключ к дальнейшему пониманию и правильному восприятию всех составляющих Славянской веры.

Правь — есть единый целостный комплекс законов развития Вселенной и всего сущего, подвластный только Богу Единому.

Явь — мир, который люди в состоянии ощутить своими органами чувств и проявить его в своём сознании.

Навь — мир, существующий в природе, но не доступный нашему обыденному восприятию.[405].

Данным Триглавом Даждьбо утверждает, что процесс Творения носит управляемый характер и осуществляется через Правь (управление осуществляется по определенной Богом Мере). “До того есть Навь, после того есть Навь”, - говорит Велесова Книга. “Он знает то, что было до них, и то, что будет после них…” — говорит Коран. И то, и другое выражение говорит об информации, неуничтожимость которой утверждал М. А Булгаков: “Рукописи не горят”. И, наконец, Навь (Информация) путём управляющего воздействия Прави (Меры) материализуется в Явь (материю).

Триглав “Правь — Явь, Навь” есть ни что иное, как древний аналог понимания современного понятного нам триединства “Мера-Материя-Информация”. Дажьбо сумел выразить в предельно обобщённых понятиях первооснову Мирозданья, т. е., говоря современным языком, это был величайший философ.

Всегда надо помнить, что Белобог и Чернобог имеются в каждом Триглаве. Тот, кто поймёт это и поймёт суть Триглава[406]“Правь — Явь и Навь”, тот сможет разобраться в сути веры наших предков и не останется лишь её слепым поклонником. Следует также всегда помнить, что Триглавы имеют такую же значимость в Славянской вере, как и боги Славян.

Следующий из основополагающих Триглавов “Дид — Дуб и Сноп”.

Дидом нашим отражён Дажьбо как первоисток. Дубом отражены общины, племена и роды, пребывающие в Славянской вере, от корня до ветвей. Снопом показано единство и сила неразрывная наша. Один славянин — колосок, который можно легко повредить, легко сломать. Колосья, собранные в сноп, разорвать невозможно. Сила нашей веры заключена в понимании того, что есть Высший Разум, являющийся Первоистоком, есть вера в то, что он существует, и есть люди, которые верят этому Высшему Разуму. То есть Славяне верят не В существование такого Разума, а верят Ему непосредственно. Об этой разнице в вере поэтом сказано: “Путь Промысла Его неведом потому, что вера есть В Него, но веры нет Ему”. Когда мы предаём родную веру, то разрушаем Сноп и теряем Силу свою. Бессильных, нас начинают уничтожать поодиночке, как колосья, один за другим. Так мы теряем Исток, теряем Корни свои. Следуя предписаниям данного Триглава, мы постигаем мудрость его, приобретая Силу Славянскую.

К основным Триглавам относятся также:

“Вышень — Велес и Стрыб”.

Вышень является вершиной двух других составляющих данного Триглава. Велес является олицетворением мудрости и знания, а Стриб — его полной противоположностью, т. е. бездарностью и безграмотностью. Следовательно, человек способен постичь вершину мудрости и знания, но может также остаться на всю жизнь крайне бестолковым человеком. Всё зависит от него самого.

“Радогощь — Хорс и Леля”.

Радогощь является олицетворением радости жизни. А несёт нам эту радость по жизни мужское и женское начало. Этот неразрывный союз двух противоположных начал олицетворяет радость жизни.

“Крышень — Летиц и Колендо” показывают людям возможность исчисления времени путём установления летоисчисления и календаря, т. е. годичного коловращения Земли вокруг Солнца. Отсюда возникло понятие — Сварожье Коло или колендо (колендарь). Этот Триглав принято называть удерживающим. Только из одного этого Триглава должно быть очевидно, что наши предки обладали высочайшими знаниями, в частности в области астрономии. А оценивая в целом “систему Богов”, можно смело утверждать, что Славянская вера соединяла в себе (как это принято говорить сейчас) “науку и религию”. В наше время “науку и религию” умело разъединили для реализации принципа “разделяй и властвуй”.

“Дажьбо — Сывой и Яр”. “Белояре — Ладо и Купало”. Эти два Триглава указывают место возможного зарождения Славянской веры и её первоистока. Дажьбо родился и вырос на Южном Урале, в селениях Сывой и Яр. Первыми же Славянами, принявшими эту веру, стали Белояры.

Теперь об общих Триглавах. Их количество со временем увеличивалось, а описание их содержания углублялось в зависимости от развития человека и этноса, исторических событий и т. д. Главным было и остаётся то, чтобы они творились и претворялись в жизнь правильно и не разрушали первооснову Славянской веры. Ведь даже такие незначительные, на первый взгляд, вещи, как, скажем, подмена названия “Славянская вера” на “Славяно-арийскую”, “православное Славянство”, “ведическое Славянство”, могут нанести ей немалый ущерб и рассорить Славян на национальной и религиозной почве, вместо того, чтобы объединить их на основе веры. И такое разъединение славян осуществляется сейчас, по нашему мнению, преднамеренно. Русь всегда с уважением относилась к малым народам, населяющим её, имеющим своё вероисповедание, а сильна всегда была Русь единением всех Славян.

Итак, некоторые Триглавы общие:

“Страдиц — Зерниц и Просиц” В страду необходимо своевременно вспахать, засеять, вырастить и собрать урожай зерна и проса, да так, чтобы его хватило и зиму пережить.

“Студец — Ледиц и Лютец”. В студеную пору “управляют”: лёд, покрывающий водоёмы, и лютый мороз, пронизывающий всё живое насквозь. Поэтому необходимо утепляться и рубить проруби в водоёмах.

“Весениц — Живиц и Свентиц”. С приходом весны всё в природе оживает и расцветает.

“Милиц — Птичец и Зверенц”. Что человеку, живущему в союзе с природой, мило и что он должен оберегать? — Птицу и зверя.

“Дождец — Плодец и Ягондец”. Что нам дает дождь? Плоды и ягоды.

“Иръстиц — Цветич и Пчелиц”. Рай на земле там, где цветут цветы и пчёлы собирают мёд.

“Водич — Озеренц и Снежиц”. Где есть вода? Как в озёрах, так и в снегу.

“Ветриц — Звездиц и Громичь”. Что нам приносит ветер? Разогнав тучи, являет взору красоту звёзд. Нагнав тучи, дарит нам грозу.

“Осениц — Соломиц и Листопадич”. Осенью мы наблюдаем как засыпает природа, оставляя нам солому на полях и красоту листопада.

А вот Триглавы, касающиеся других сторон жизни славян:

“Радиц — Родиц и Кровниц”. Кому мы больше всего рады в доме? Родичу своему и кровнику своему.

“Мыслиц — Ведиц и Свендиц”. Кто является человеком мыслящим? Человек ведающий и просвещённый.

“Спасиц — Ратиц и Чурц”. Что может спасти человека от подстерегающей его опасности? Ратная сила его и осторожность.

Изучая окружающий мир, человек обретает каждый день всё новые понятия, вытекающие одно из другого, выявляет для себя новое, что, отражаясь в сознании, требует осмысления и образного, понятийного выражения. Поэтому общих Триглавов[407] может быть большое множество.

Некоторые понятия в Славянской вере.

Созерцая какое-либо явление, человек создаёт определённый образ, тождественный явлению. Например, Перун, бог стихий природы, есть ни что иное, как олицетворение ветра, облаков, грома, молнии и т. д. Всё это в общении между людьми можно выразить только условно. Например, Велеса можно изобразить седовласым стариком с ведами в руках, Перуна — разгоняющим облака и мечущим стрелы. Нужно ли это делать, тема другого разговора. Но в древности так делали.

Имена этим образам и явлениям давались часто путём сложения прилагательного, определяющего их основное свойство, и существительного “Бог”. Например, Белобог, Чернобог. В других случаях давалось имя, соответствующее названию образа, и отдельно отмечалось, что это бог. Это позволяло не путать образы, которые мы прославляем, с образами, являющимися нашими духами и несчастьями.

Для всех этих олицетворений и понятий создавались обрядовые отношения, чтобы человек, зная и учитывая значимость и влияние тех или иных олицетворений, выказывал им почтение подобающим образом, воспитывая и поддерживая тем самым уважительное отношение к Богу и его деяниям — проявлениям. Закрепляли Славяне эти образы не только в обрядах, но и в славлениях, молитвах, былинах, сказах, сказках, поговорках, заговорах, песнях, играх. Понимая, что отдельные боги есть образы проявления Бога Единого, Славяне никогда и ничего у них не просили, а лишь славили их. Отсюда и может происходить современное название самой веры — Славянская.

Дивы. Надо понимать и то, что не все проявления природы и мира человеческих отношений имеют при определённых обстоятельствах положительное влияние. Следовательно, не все проявления и славить надобно. Так отрицательные образы были отделены от богов и названы Дивами. Под Дивами подразумеваются наши несчастья, такие, как, например, Морока или Мара. Их Дажьбо поставил отдельно от богов.

Духи. Что же касается Духов, они были введены в Славянскую веру для того, чтобы через них можно было узреть и понять одухотворенность окружающего нас мира. Понять, что окружающий нас мир весь живой и находится в постоянном движении, что относиться ко всему надо бережно и осторожно, чтобы не губить природу, содержать её в чистоте, порядке и достатке. Ибо она кормит и поит человека, даёт ему блага всяческие. Так появились лешие, водяные, домовые и другие Духи.

Святыни. Есть в нашей родной вере и Святыни, к которым надобно относиться особо бережно, дабы не утратить их навсегда. Это родники, дубравы, некоторые святые места и нагорья, сыгравшие значительную или даже ключевую роль в жизни Славян и их предков.

Боги Славянские.

На самом деле богов у славян не так уж много. Все они, как отмечалось выше, олицетворяют отдельные образы, тождественные явлениям, имеющимся в природе, в мире человеческих и общественных отношений и в нашем сознании. Повторимся, что созданы они были нашими предками, т. е. людьми.[408].

Вот их имена: Белобог, Велес, Вышень, Дажьбо (Сварог), Заребог, Купало, Лада, Леля, Огнебог Семаргл, Перун, Свендовид, Стрыб, Числобог, Чернобог, Яр.

Белобог и Чернобог. Этих двух богов надо всегда рассматривать вместе, т. к. они олицетворяют образы двух противоположностей. Белое — чёрное, горячее — холодное, мужское — женское, длинное — короткое, добро — зло, день — ночь и т. д. Часто приходится слышать, что тот или иной бог является Чернобогом. Это заблуждение. Все наши боги от истоков Славянской веры были светлыми, Белобогами. Чернобоговы были Дивы наши, а не боги. Поэтому и разведены они были по разные стороны. Белобог и Чернобог часто противостоят друг другу и, “борясь” между собой, поддерживают равновесие в природе.

Велес (Влес). Бог мудрости и знаний, накопленных нашими предками и переданных нам в ведах. Древние Славянские веды по этой причине принято называть “Влесовыми” или “Велесовыми”. Писались они в разные времена на лесных дощечках из прослойки, добываемой между корой и стволом отдельных пород дерева, в частности — ясеня. Благодаря ведам, былинам, сказам, поговоркам, обрядовым играм, песням и пляскам, Славянам удалось сохранить свои традиции до наших дней. Хранителем этих традиций является Велес. Те, кто дружен с Велесом, в доме имеют достаток и ни в чём не нуждаются. Они держат свою скотину, имеют наделы для выращивания овощей и фруктов, обеспечивая себя всем необходимым.

Вышень. Бог, символизирующий простор и вершину явлений как природных, так и проявлений человеческих. Может олицетворять высший уровень счастья и несчастий, знаний и бездарности, силы, ловкости и многих других явлений нашей жизни. Уважительно его называют Богом Вышним. Путают его иногда с “христианским” понятием “Всевышний”, считая, что он и есть Высший Бог. Это не так. Вышень в сочетании с другими богами и явлениями может нести в себе как мощнейшие созидательные, так и разрушительные силы.

Дажьбо (Сварог). В Славянской вере он предстаёт в двух значениях:

— Во-первых (чуть ранее мы уже дали определение), Сварог- это Бог Единый, Создатель.

— Во-вторых, Сварог — это Дид наш, основатель Славянской веры. Его вероучение было признано Славянами, а сам Дажьбо был обожествлён. Божественное имя — Дажь Бог (Бог Сварог). Дажьбо заложил фундамент в первооснову Славянской веры. Второе его имя — Сварог. Его мы славим за величие веры, переданной нам, и покровительство богов наших, которые даруют нам жизнь во всех её проявлениях.

Заребог. Один из красивейших богов, олицетворяющих солнечные лучи (зарево) во время восхода и захода солнца. Мы живём каждый на земле своей и можем видеть красоту его лучезарную, которая всегда бывает разной. Ходит Заребог в основном краями земли нашей. Поэтому любуемся красотой его два раза в сутки. И так каждый день. Поутру он нас пробуждает, а вечером ко сну приглашает.

Купало. Купало бог правит мытницами, всяческими омовениями тела и духа нашего. Отцы наши мылись, славя Купалу, очищая тела свои и души. Сварог завещал им это Уставом своим и говорил, что Купало бог на то указывать будет. Купало бог ругает нас за то, что веру свою потеряли и о чужую запачкались. Оттого в грязи и пребываем сегодня, на колени поставленные, да встать всё никак не можем.

Ладо. Ладо бог (она же богиня Лада) правит лады радости и благости всяческие, где бы он (или она) не находился. Если в доме нашем жизнь протекает ладно и мирно, мы говорим, что в доме поселился Ладо бог. Если же он покинул нас, то ждите беды и его место быстро займёт Дива Морока.

Леля. Богиня девичьей любви и красоты, рожаниц, влюблённых. Женщину почитая в славе, мы рода свои укрепляем и Лелю славим за это. Так рода наши и земля укрепляются, которые бережно хранить надо, как делали отцы наши. С Лелей справляем свадьбы Славянские, празднование устраиваем, веселимся, когда семья образуется новая в муже и жене, значит, и детям быть, продолжателям родов Славянских. Желая молодожёнам здоровья, счастья и детей множество, мы тем самым славим и богиню Лелю.

Огнебог Семаргл. Бога огня Семарглом (Семиглавым) называют потому, что свет разлагается на семь цветов спектра, видимых человеческим зрением. Выделен особо от других стихий природы, управляемых Перуном, за свой непредсказуемый нрав. Несёт в себе как созидательные силы (свет, тепло, возможность приготовить горячую пищу, нагреть воду и т. д.), так и разрушительные силы, сметающие и уничтожающие всё живое на своём пути, поэтому обращение с ним должно быть всегда осторожным и уважительным.

Ночью, когда Солнце исчезало на западе, люди в огне зарождали искусственное, дающее человеку тепло и свет. Разводя огонь, славили Огнебога Семаргла, призывая его прийти “аж до мудрого света”. В народе нарекали имена ему Огнебоже, Огник Семаргл, Огнекудрый. Он всегда чист, поэтому освещение и очищение огнём считается очистительным и применяется во многих обрядах.

Перун. Бог стихий природы. Олицетворяет собой дожди с громом и молниями, извержения вулканов, землетрясения, наводнения, ветры, морозы, пожары и многие другие явления природы. Непредсказуемость действий Перуна, вопреки ожиданиям людей, повергает человека в страх и ужас, если он не в ладу с этими стихиями, требующими к себе внимательного и наблюдательного отношения. Разгулявшемуся Перуну под силу снять с насиженных мест целые племена и народности, нанести непоправимый ущерб плодородным землям, жилищам, людям и животным, смести ветрами всё на своём пути. Вот почему при образовании Славянской веры Перун был оставлен Славянами как старый и особо почитаемый бог.

В старину называемый богом перунов, поры, громовержцем, считается защитником Славянских воинов, ведущих бои до победы. Те же воины, что погибли в бою и утратили свою жизнь, пребывают в полку Перуновом. “Суд Перунов стрелы на врагов ворожит”, поэтому суд в далёкую старину проводили у Перунова Дерева, т. к. вершилось правосудие по совести, в справедливости, и всегда были огонь и милосердие. Перун в старину олицетворял и огонь, несмотря на то, что стихией огня является обособленно стоящий Огнебог Семаргл. Кузня огнекудрого Перуна, изготавливающего мечи для победы, находится в Сварге. Она силы дает нашим воинам. Тот, кто поймёт эти слова правильно, силы свои приумножит для победы над врагом.

Свендовид. Несущий Свет. Через него свет становится видимым. Поэтому является он богом Яви, отделяющим нас от Нави. Благодаря Свендовиду, Свет не только держится, но и укрепляется. Понять и увидеть Свендовида не просто, ибо не каждому дано проникнуть в тайны его творений, хотя он каждый день перед нами. Боги наши ведь сотворены и видны в уме расторгнутом.

Числобог учитывает дни наши. Благодаря имеющимся божественным числам, ведётся годичный календарь (колендо) и летоисчисление (летиц). Он с большой точностью определяет и называет божьи числа, показывая, когда “быть дню свершенному”, а когда быть ночи, устанавливая невидимые границы между ними.

Яр. Бог солнца. Даёт людям, животным, растениям тепло, свет и жизнь. В разные времена года и в разное время суток ведёт себя по-разному. Может быть ярым, а может быть и ласковым. С Яром связывают не только жизнь и страсти людей, но и земледелие, плодородие, воинскую силу и доблесть.

Дивы и Чуры.

Часто приходится сталкиваться с тем, что богов Славянских начинают путать с Дивами. Хотя и те, и другие являются образами проявленных явлений, но разница между ними в том, что богов мы славим, а Див никогда, ибо это наши несчастья. И те, и другие оказывают воздействие на человека и окружающий его мир. У первоистока богов было не так много, а Див было ещё меньше. И те, и другие представлены отдельными образами, тождественными явлениям окружающего мира, общества и нашего сознания.

Дивы Славянские: Жаля, Мор, Мая, Мара, Морока, Мармора, Стрыб.

Дива Жаля олицетворяет в себе человеческую жалость, печаль, грусть, всё то, отчего человек должен избавляться в первую очередь, чтобы не нанести вред себе и окружающим. У того, кто этого не понимает, в доме (как принято говорить) поселится Жаля.

Мор является олицетворением смерти и болезней, в первую очередь (как нам кажется), связан с падежом скота, являющимся основой выживания человека в межсезонный период и неурожайные годы.

Дива Мая олицетворяет собой ненужные человеку пороки маеты и неопределённости в своих действиях. Любая неопределённость делает человека суетливым и неуверенным в себе и в завтрашнем дне. Маю тоже надо гнать от себя, если мы хотим жить благополучно.

Мара олицетворяет (как мы думаем) так же, как и Мор, смерть и болезни, только не скотины, а человека. Она очень близко привязана к духу зимы Марене. Но это два разных понятия. Марена усыпляет, а Мара уничтожает. В этом их разница. Поэтому Мара является Дивой, Марена духом.

Морока также олицетворяет человеческие слабости. Когда в доме появляются ссоры, ругань, споры, то говорят, что в доме поселилась Морока потому, что дом покинула Лада.

Когда же все безнадёжно пошло наперекосяк, говорят, что появилась Мармора и боги покинули это дом. Почему так произошло, догадаться не трудно.

Стрыб, как уже отмечалось выше, является Дивом, олицетворяющим бездарность, неловкость, неуклюжесть в действиях и поступках человека, неумение делать простейшее. Таких людей называли в старые времена “стрыбнутыми”, “стрибными”. До наших дней это выражение дошло ещё и в грубых формах просторечья, поэтому мы это опустим.

Чуры Славянские (или, как их ещё называют, духи). К ним относят одушевлённые явления природы: Русалки и Водяные, Кикиморы, Лешие и Домовые.

Они дают людям уверенность в том, что эти Чуры существуют, и что при необходимости к ним можно обратиться. И не более того. Человек, попавший в беду, остаётся наедине с самим собой. Уверенность в том, что Чуры могут помочь и предостеречь его от неминуемых неприятностей, такая уверенность даёт человеку дополнительные энергетические силы. При этом следует заметить, что если у богов просить бесполезно и можно лишь славить их величие, то к Чурам можно обратиться (призвать) за помощью, ибо человеческая жизнь бесценна, хотя осмысливать это мы чаще всего начинаем, оказавшись в критической ситуации. Если у человека возникают какие-то трудности в водной стихии, он обращается к Водяному или Кикиморе (чтоб ей икалось при упоминании).

Если заблудились в лесу, мы говорим, что Леший нас водит.

Если же не спим спокойно по разным причинам (например, Лада покинула дом), то и Домовой начинает указывать нам на то, что Ладу зря проводили из дома. Тот, кто понимает это правильно, прислушается к Домовому и вернёт Ладу обратно. А тот, кто станет противиться, не поймет своих ошибок и не исправит их, запустит в дом Мороку. Тут уж жди беды.

Славянского воина питает сила Перуна и Яра.

Простого человека берегут Чуры Славянские.

Сварог (Дажьбо), Дид наш, хранит тех и других.

Святыни Славянские.

Славянских Святынь так же, как и богов, и Див, и Чуров, не такое множество, как представлено сегодня во многих книгах о Славянах. Истинными святынями Славянскими являются родники, рощи, дубравы, поля, пастбища, станы… — всё то, что позволяет жить человеку достойно на нашей земле. Всё остальное является святынями ложными и ненужными.

Родник свят для Славянина потому, что можно утолить жажду чистой родниковой водой, которую, к сожалению, мы практически не пьём сегодня.

Роща свята тем, что не только укрывает человека от зноя, но и приносит радость ему, дарует плоды, ягоды, грибы.

Дубравы сильны своей энергетикой, подпитывающей силой.

Поля кормят человека, пастбища кормят домашних животных, которые в свою очередь также кормят нас. Происходит круговорот в природе, названный Сваргой.

Для наших предков существовали ещё Святыни — три основных древних дома наших: Анды, Инд и Карпаты.

За ними проще будет назвать и остальные: Антия (Антлань), Арь (Ария), Батия (Ботева), Борусия, Волынь, Воронзенец, Воряжина, Голунь, Гура, Двуречье, Елица, Инь, Ира (Ирий), Киев, Колунь, Колядь, Красна Овсиена Великая и Малая, Крынь, Мина, Оренгой, Орь, Пенж, Птицы Сва, Пятигорье, Ра (Рай) река, Руга, Русколань, Русь, Рушь, Семиречье, Сиверзь, Сирийштие, Скуфь, Сурожград (Суренж, Руса), Троянь, Турусса, Хорсунь, Ясунь. Думаем, что мы по праву ограничимся сегодня топонимикой, не раскрывая её сути, ибо это также тема другого разговора.

Славления и молитвы.

Такое славление (или молитва) более глубоко проникает в подсознание человека, усиливает его веру, даруя дополнительные силы и уверенность, увеличивая границы его внутренних резервов. Общаясь в повседневной жизни, человек в отдельных случаях употребляет славление того или иного бога в зависимости от ситуации. Например, говоря о предотвращенном неправильном действии, мы славим Велеса, так как человек поступил верно (т. е. проявил свою мудрость и знание). Ожидая хорошей погоды и получив желаемое, мы провозглашаем славу Перуну.

Капища и храны.

Местом для проведения Славянских обрядов, праздничных дат, принесения треб и совместных славлений богов служили капища и храны, расположенные в святых для Славян местах: у родников, в рощах, дубравах, других значимых для жизни местах.

В хранах содержались образы богов и священные для Славян веды. О первых хранах сегодня известно лишь то, что храны богам ставили и городили из дуба. За основными дубовыми стенами, часто по другую стену, там хранили богов наших подобие. Имели же многие храны в Новгороде, на Волхове-реке, в Киевграде, по божьим лесам, на Волыни Дулебской, в Суроже, на море Сурожском и Синем.

Капище первоначально состояло из каменного сооружения, обнесённого опашкой из камней, каменной площадкой для места расположения треб, крады (жертвенного огня) и площадки для проведения праздника и обряда. Позже всё это было упрощено, и капища стали приобретать несколько иные формы и очертания. Основу их стали составлять Чуры, жертвенный камень, крада и опашка, которая сооружалась в разных регионах из разных подручных материалов и различных размеров.

Славянские праздники.

Славянские праздники, как правило, не походили один на другой. Они постоянно разнообразились, и в них привносились различные дополнения. Были праздники, посвящённые богам, урожаю, свадебные, праздники, посвящённые проводимому Вече, на котором выбирали князей и суд вершили.

Старейшины вендских родов, например, шли на Вече обсуждать своих родичей к Перунову дереву (к Дубу). Организовывали в тот день игрища перед очами старших. Молодёжь силу юную показывала, состязалась между собой. Устраивались хоровые песнопения, пляски. В тот день охотники и огнищане ходили в заботах, приносили дичину старцам, которые делились тою в первую очередь с людьми. Волхвы богов славили, жертву им приносили, хваление богам говорили, время года славили. Старейшины рода вождя племени выбирали. Вожди выбирали князя.

В наше время праздники, проводимые волхвами на капищах, делятся на три составляющих части. Зачин, на котором проводятся славления богов, принесение им треб и проведение обрядов. После этого объявляются игрища и песнопения. Завершается всякий праздник, как правило, общим пиром. Как мы видим, сегодня волхвам удалось сохранить ряд традиций в их первозданном виде.

Сами праздники мы описывать не будем, потому как они достаточно изложены во многих доступных читателям книгах по изучению Славянской культуры древних времён. Многие песни, сказы, былины, сохранённые в устной традиции и дошедшие до наших дней, говорят о том же.

Сакральность и обрядовость.

Обряды в Славянской вере носят сакральный характер, не всегда до конца понятный простым людям. Иногда создаётся такое впечатление, что волхвы делают это сознательно сокрыто. Обряды исполнены глубокого смысла, и каждое действие имеет определённое значение, помогающее человеку достичь определённой цели. Например, приобрести уверенность в собственных силах, помочь реализовать дополнительный источник внутренней энергии, избавиться от хвори, найти выход из трудного положения, избежать обмана, укоренения человеческих пороков, показать истинные, а не ложные ценности и т. д. Каждый обряд в целом и все его части в отдельности позволяют волхву сосредоточится на выполнении поставленной перед ним задачи.

Для примера можно рассмотреть обряд освещения оберегов. Многие люди верят в силу собственных оберегов, коими могут служить предметы из разного рода материалов: дерева, металла, глины, камня и т. д., к которым относятся бесчисленные кулоны, амулеты, браслеты, кольца, горсть родной земли и т. д. Их можно носить как украшения, а можно использовать в качестве оберега, защищающего человека в нужную минуту.

В меру своей слабости людям свойственно зачастую перекладывать собственную ответственность на внешнюю среду и искать устойчивую точку опоры не внутри самого себя, а вне себя, где-то рядом. Вот тут-то и как бы приходит на помощь оберег, придающий человеку силу и уверенность в его воздействии. И эта уверенность начинает действительно работать на самого человека, делая его более защищенным и уверенным. Так вот, для того, чтобы обычная вещь или какой-то любимый предмет для человека стал оберегом, и требуется проведение такого обряда, как его освещение и очищение. Делается это человеком, владеющим сакральным знанием проведения данного обряда. После чего он передаёт оберег его хозяину. При этом магическая сила воздействия самого оберега на человека будет тем сильней, чем правильней будет проведен обряд.

О волхвах.

Несколько слов о волхвах. Кто они? О них ходят легенды, им приписывают мыслимые и немыслимые знания, действия и поступки. Одни говорят, что это маги, другие считают, что это люди, принёсшие свою жизнь в жертву ради познания чего-то сверхъестественного. Третьи считают, что если человек ходит босиком по углям и всё, что ему нужно, умещается на нём и в его котомке, а его домом зачастую служит просто лес, ест он лишь хлеб и воду, то это уж непременно будет волхв.

Всё это наносные понятия, имеющие весьма отдалённое представление о том, кто такой волхв. Волхвы, как и все люди на земле, бывают разные. Они отличаются и по характеру, и по уровню знаний, и даже по вере. Они такие же простые и живые люди, как и все остальные, со своими болями, характером, причудами и даже капризами. Что же их объединяет между собой и даёт им право называться волхвами?

В первую очередь, это сакральные знания, которыми они владеют и совершенствованию которых они посвящают свою жизнь. Приходят к этим знаниям разные волхвы по-разному: кто-то, идя самостоятельно и самосовершенствуясь путём постижения таинств окружающего нас мира, созерцания явлений природы и постепенного осмысливания окружающей нас действительности, кто-то путём получения знаний от своих наставников, уже постигших сакральные знания, кто-то путём других практик и человеческих возможностей, на которых мы сейчас не будем заострять внимание. Главное, что наступает момент, когда эти сакральные волховские знания становятся доступны конкретному человеку. Вот тогда и наступает момент признания человека волхвом, имеющим те или иные знания в определённой области. Это могут быть знания знахарские, либо кудесника, либо жреческие, либо иные, которые и отличают как простого человека от волхва, так и волхвов различают между собой. Не могли же в древности все волхвы обладать сакральными знаниями исключительно в области ведовства или, скажем, жречества, также как и охватить все эти знания вместе взятые.

Конец пояснения.

* * *

Из существ низшей мифологии модно выделить бесов, лешиев, водяных, полудниц, русалок, упырей, привидений (маний) и других. Персонифицированные понятия о «хорошей» и «плохой» судьбе часто выражались в вере в таких существ как Доля, Недоля, Нужа, Лихо, Горе, Среча, Несреча, Усуд и другие. Из этого видно, что у части русов не могла не быть определённая путаница на смысловом, образном уровне относительно того, что такое судьба и от кого она зависит. Все, кто придавал судьбе смысл вмешательства существ, выделенных выше (что могло иметь и эгрегориальный характер), путал её содержание и уходил от понимания, либо ощущения объективности судьбы. Кто просто выражал лексически этими понятиями отклонения от судьбы, либо её хорошее исполнение — не ошибались.

Поэтому персонификацию разнообразных отклонений от судьбы (судьба — суд Бога — многовариантная программа жизненного пути, предлагаемая персонально каждому человеку Свыше вместе с даром жизни), либо наоборот, соответствия судьбе можно понимать и иначе: в выделенных в предыдущем абзаце (жирным курсивом) терминах (и некоторых других) русы достаточно чётко для той эпохи выражали своё понимание, что они живут согласно (либо несогласно) своей судьбе. И это — первый шаг для продолжения осмысления своей жизни.

Конечно зачастую на этом эмоционально всё и заканчивалось, например, «Эх, недоля!» или «Хороша доля!». Но отношение к своей жизни (в смысле «хорошо» и «плохо») русы выражали точно.[409] После такого рода оценок своей жизни должно было следовать осмысление «что не так» (если плохо) и «как закрепить достижения» (если хорошо). А после осмыслений нужно было принимать решения и действовать, чтобы было лучше. Если самим было не понять многие вещи, то этому должно помогать заниматься жречество — направлять жизнь людей в русло Промысла, чтобы судьба каждого свершилась наилучшим путём из всех предложенных в судьбе.

Как показывает практика в современном российском обществе большинство тех людей, которые генетически тесно связаны с древними русами как правило (в лучшем случае) ограничиваются лишь эмоциями типа «Эх, недоля!», «Ух, горе!», «Ох, лихо!» и тому подобное. При этом русские по корням люди могут годами стенать о «своей судьбе», так ничего и не предприняв для того, чтобы она стала их персональной Долей (в общей судьбе русского народа). Крайним “эпическим” выражением всеобщего псевдорусского современного пессимизма является выражение «От тюрьмы и от сумы не зарекайся», которое видимо появилось во время библейского христианства. В таком “жизненном” настрое пессимизма естественно, что в России процветает культура тюремной морали, основанная на принципах «в жизни нету счастья» и «такова долюшка». Тюремная субкультура прочно вошла в жизнь современного российского общества. Эта субкультура даже нравится достаточно большому слою граждан. Причём в настоящее время одни злочестивые люди на лагерные темы ставят сериалы и снимают “бабки”, а другие “торчат” и даже чем-то завидуют заключённым: ведь в тюрьме всё по распорядку, думать не надо, но главное — не надо брать на себя никакой ответственности: за всё отвечает «начальник» или тюремный «пахан».

То есть, граждане современного российского общества поражены безволием и пессимизмом и не желают утруждать себя не только интеллектуально, но и не желают брать на себя вообще никакой ответственности — до такой степени, что некоторому их слою (больше — малоимущему) тюрьма кажется лучше «такой воли», «такой доли».[410] Что касается “богатых” и «среднего слоя», то и здесь дело не лучше: процветает разврат, обжорство, пьянство, паразитизм и прочие антиобщественные вещи, которые часть людей приводят туда же «на нары», а часть — просто медленно себя убивают физиологически, “пользуясь” выпавшей на их жизнь “долей” пожить «прямо сейчас».

И тот и другой случаи самоуничтожения — следствие общего бессознательного протеста русской цивилизации, которая не может в целом длительное время жить в неправедной западной культуре (культуре скрытого рабовладения), а последняя вовсе не соответствует бессознательным древним чаяниям русов. Русская цивилизация чахла в те периоды, когда духовная динамика в её русле-реке останавливалась. Эти периоды характеризуются бессмысленными бунтами и смутами, по выходе из которых “русло” опять наполнялось новой “водой” и исторический процесс “протекал” дальше. Да, были периоды обострения смуты и пессимизма у русских после крещения Руси. Но и даже в это время (а не то что в Древней Руси) русские всегда боролись за своё будущее.

В настоящее время последний период русской смуты затянулся: ей уже третий десяток лет. И без переосмысления своей истории, без понимания всемирной истории, без понимания глобального управления и его роли в жизни региональных цивилизаций — нашему народу будет очень трудно правильно определить своё место в мире. Поэтому такое понимание должно стать одной из главных целей каждого русского человека. И лишь тогда каждый русский человек сможет увидеть своё место в жизни своего народа и обрести смысл жизни. Лишь после этого и весь народ воспрянет от западного атеистического сна.

3 января — 19 марта 2006 г.

Примечания.

1.

Поля технократического происхождения: стали доминировать над биополями особенно в больших городах во второй половине XX века. Однако, увлечение технократическими полями и их исследованием началось несколько раньше — в начале XX века. В наше время всеобщая телефонизация и телевизионизация — когда с каждым годом возрастает количество сотовых компаний и телерадиовещательных станций — давление на психику людей полей технократического происхождения безусловно доминирует над естественными биополями. И огрублённая технократией психика почти не воспринимает информацию, несомую биополями — ту, которая воздействует на психику и может подвигнуть человека поверить в сверхъестественные силы, помочь человеку обрести религиозность.

2.

Община — форма социальной организации.

Первобытная (родовая) община характеризуется коллективным трудом и потреблением.

Более поздняя форма — соседская (территориальная, сельская) община сочетает индивидуальное и общинное владение, характерна для докапиталистического общества.

Община обладает полным или частичным самоуправлением. В дореволюционной России община была структурно замкнутой “сверху” сословной единицей, предназначенной как средство для сбора податей (после Крестьянской реформы 1861 — собственником земли). В ходе Столыпинской аграрной реформы общинное землевладение заменялось частным крестьянским.

Общиной называют также древние исторические общности: городская коммуна, религиозная, профессиональная, земляческая община.

3.

Перевод И.Ю. Крачковского.

4.

Неандертальцы (от названия долины Неандерталь (Neandertal) в Германии) — ископаемые древние люди (палеоантропы), создавшие археологические культуры раннего палеолита. Скелетные остатки неандертальцев открыты в Европе, Азии и Африке. Время существования 200 — 35 тыс. лет назад.

5.

Синантропы (от позднелатинского Sina — Китай и греческого anthropos — человек) — ископаемые люди, существовавшие около 460–230 тыс. лет назад. Скелетные остатки синантропов найдены в пещере Чжоукоудянь (Сев. Китай). Антропологически близки к питекантропам.

6.

Кроманьонцы (от названия грота Кро-Маньон, Cro-Magnon, во Франции) — обобщённое название ископаемых людей современного вида (неоантропов) эпохи позднего палеолита. Известны по костным остаткам, открытым во всех частях света. Появились около 40 тыс. лет назад.

7.

Филогенез (от греческого phylon — род, племя и…генез), процесс исторического развития мира живых организмов как в целом, так и отдельных групп — видов, родов, семейств, отрядов (порядков), классов, типов (отделов), царств. Филогенез изучается в единстве и взаимообусловленности с индивидуальным развитием организмов — онтогенезом.

8.

Археологические свидетельства того, что возраст человека значительно превышает 40 тысяч лет и что появился он, скорее всего, в Африке, заставили некоторых исследователей еще в 70-х годах заявить, что, хотя «точная дата появления анатомически современного Homo Sapiens [Homo sapiens sapiens] неизвестна, но это событие произошло не менее чем 110 тысяч лет назад».

9.

Ориньякская культура (в археологии), позднего палеолита в Западной Европе. Названа по пещере Ориньяк (Aurignac) во Франции (департамент Верх. Гаронна). Характерны кремневые пластины с ретушью, костяные наконечники копий и др. Занятие — охота.

10.

Мадленская культура (в археологии) позднего палеолита (около 15-8 тыс. до н. э.) в Европе. Названа по пещере Ла-Мадлен (La Madeleine) во Франции. Каменные резцы, костяные и роговые орудия, настенные росписи в пещерах, резьба по кости. Хозяйство: охота, рыболовство.

11.

Иными словами, окружающая среда хоть и являлась одним из главных факторов давления на культуру людей, но параллельно этому фактору ещё более динамично развивался технологический фактор — фактор социальной организации, присущий только генотипу «Человек Разумный».

12.

Имеются археологические данные, свидетельствующие и о куда более раннем проникновении в Америку не только неоантропов, но и предшествующих видов. Находки в разных частях американского континента были датированы возрастом от 100 до 500 тысяч лет назад.

13.

В искусстве палеолита нет ни сцен боев, ни сцен охоты. Там нет вообще ничего такого, что вызывало бы более или менее устойчивые ассоциации с искусством более поздних времен. Причина его “непроницаемости” состоит в том, что по многим параметрам оно принципиально отличается от всего того, что рисовалось, писалось красками и ваялось на протяжении всей последующей истории человечества. Прежде всего, это относится к “упорядоченности” изображений — к тому, что обычно называется композицией.

Композиционная организованность изображения, трехмерных скульптур и т. д. характерна для всех времен и народов. Показательно, что лишь для первобытного и традиционного искусства (начиная с неолита) весьма характерна предельно жёсткая организация пространства, в котором изображение размещено. Примеры самых ясных, замкнутых в себе композиций даёт, например, неолитическая скульптура, а также маски и скульптура тропической Африки.

В палеолитических наскальных изображениях несомненных признаков упорядоченности нет; больше того, скопления рисунков производят впечатление хаоса. К тому же палеолитические изображения это буквальные повторения увиденного (копирование уведенного: в основном животные) при полном отсутствии абстрактного преображения образов в воображении художника, что характерно лишь для более поздних периодов начиная с неолита.

14.

При этом следует учитывать, что “корректировка” Свыше в сторону предопределения «Homo Sapiens» гораздо больших возможностей к осознаваемому творчеству в нашей цивилизации (по отношению к творчеству на бессознательных уровнях присущему людям прошлой цивилизации) выражается последние 10–12 тыс. лет в невиданном ранее ускорении технико-технического прогресса, в результате чего естественное изменение биологической ниши человека так отстаёт от технического прогресса, что им можно пренебречь.

15.

Дата весьма спорная, но у Э.Р. Мудлашева названа эта дата.

16.

Но при этом не следует забывать и версию почему погибла Атлантида, изложенную в первой книге нашего учебного пособия.

17.

В современных “интеллигентских” кругах общеприняты выражения «…такова природа человека»; «человек грешен и с этим ничего не поделаешь»; «все мы смертны и надо жить в удовольствие в этой жизни, поскольку неизвестно что будет после смерти…». Этими и другими высказываниями “интеллигенты” и внимающая им толпа ставят себя на путь уклонившихся от Промысла, принимая для себя нормы откровенного сатанизма.

18.

Особенно в сыром виде, либо в полусыром виде, что обычно и происходило при поверхностной жарке туши на костре. Это так, поскольку самое большое количество информации несут на себе клетки крови, поскольку кровь омывает практически все органы, каждый из которых отвечает за свои функции в организме.

В этом отношении культ раннего тотемизма докатился до наших дней, когда некоторые “заядлые” охотники хвастаются тем, что они такие крутые потому что ели мясо убиенного ими медведя или кабана. Но мало кто хвастается тем, что ел мясо утки или какого-нибудь кулика. До сих пор считается за особую крутизну «приобщиться» к мясу медведя, что в умолчаниях подразумевает — стать таким же сильным и огромным.

Но при этом мало кто из употребляющих в пищу мясо животных задумывается о том, что вместе с мясом он поглощает в себя мягко говоря “не совсем” свойственную Человеку Разумному информацию зверя и ведёт себя согласно поглощённой звериной мhре. Разве человек создан для того, чтобы быть зверем, даже немножко?

19.

Но никак не приемлемого для человека начала XXI века. Хотя и в наше время даже крупнейшие корпорации современности создают себе «тотемный знак» (не говоря о том, что вся современная глобальная цивилизация употребляет в пищу мясо животных, птиц и рыб). Так например символом «Единой России» является медведь (ныне белый, а изначально он был — бурый).

20.

Среди обрядов почитания и умилостивления тотема (подобно появившимся позже богам) имелись такие как обряд «размножения тотема», или обряд «умножения еды». У бога-тотема выпрашивали многое, давая зачастую ему щедрые жертвы. Сущность обряда «размножения тотема» состояла в признании единства тотемного вида животных и тотемного коллектива людей. Таким образом модель размножения животных (а брались те животные, которые размножаются очень плодовито) переносилась на людей. И магия будущего людского “плодородия” вполне могла действовать в условиях, когда люди не знали о Боге и не могли обратиться к Нему непосредственно, а изучали основные закономерности духовного мира через имеющиеся в их распоряжении эгрегориальные модели. Поскольку через такие обряды возможности эгрегора-тотема как бы объединялись с просьбами людей, которые входили через тотемные «пароли доступа» в эгрегор в процессе тотемного культа, результат мог оказаться положительным. Ведь возможности эгрегора намного превосходят возможности людей, которые хотят побольше потомства от тотема. А культ нужен был для бессознательного вхождения в эгрегор: в ходе культа люди коллективно называли нужные пароли доступа и входили в состояние общего транса, в ходе которого информация эгрегора становилась доступна коллективу.

21.

Здесь мы имеем в виду лишь те области, где эволюция людей последней цивилизации (последние 13–15 тыс. лет) шла естественным образом — без вмешательства “цивилизаторов”, которые уцелели после гибели Атлантиды. Там, где вмешательство “цивилизаторов” доминировало над естественным развитием племён и родов, процесс духовного и классового расслоения шёл гораздо быстрее и под контролем “цивилизаторов”.

22.

Чтобы покойник «не вернулся», культ проводов покойного сопровождался обильными дарами — которые клали в могилу и даже небольшими жертвами «душе и духам». Считалось, что дары будут служить двояко: во-первых, они задобрят злую душу (духов) и она не вернётся после смерти, и во-вторых, дары будут на первое время необходимы в том мире, в которую войдёт душа после смерти.

23.

Нужно понимать — оставшемуся от него духовному наследию.

24.

Это расходится с принятым в наши дни принципом «о покойнике — только хорошее». Понятно, что и древние не всегда говорили вслух на поминальном обряде чем покойник был плох при жизни, но думать об этом им не запрещалось…

25.

Один из обрядов погребения так и назывался «очистительная церемония». На могилу ставили свечи и желали умершему скорейшего прибытия на место назначения.

26.

Умершие не от старости становились для окружающих промежуточным звеном между различными генерациями рода (в преемственности поколений) теми, кто живёт сейчас, и теми кто уже умер. Таким образом восстанавливался духовный потенциал, данный умершим не по старости, но который последние не смогли использовать во благо общины.

27.

Имеется в виду эгрегориальный «контакт» и эгрегориальные «возможности».

28.

Ведь письменности не было и прочесть о предках не представлялось возможным: черпать информацию можно было лишь из духовного наследия, да преданий.

29.

Как правило после длительной изоляции в лесу ученик оставлялся наедине со старейшим членом общины.

30.

Магия и магические обряды, как разновидность первобытной религиозной системы, будут описаны в следующий главе.

31.

Так в современном компьютере существует возможность переименования файла, либо программы. Эгрегор — та же программа, только «записанная» на сборке биополей людей.

32.

Мы уже говорили, что каждый предмет является носителем своей уникальной частной мhры. Поэтому при манипулировании частными мhрами люди-маги могут включать в доступную им эгрегориальную алгоритмику ставшие их достоянием вещи, которые являются одновременно и частью объекта воздействия. Таким образом маг наилучшим для него образом входит в контакт с «частичкой» объекта воздействия. Ясно, что «частичка» объекта воздействия является и частью эгрегора (в информационном плане), в который включена психика объекта. То есть, через «частичку» объекта маг легко входит в часть эгрегора и воздействует через алгоиртмику эгрегора на алгоритмику психики объекта (либо в некоторых случаях на окружение объекта — для создание «желаемой ситуации»). Лишь в случае когда психика объекта магии слабее в части того фрагмента (в информационном плане), на который оказывается магическое воздействие, чем само воздействие субъекта-мага — магия достигает цели.

В случае когда маг входит в непосредственный контакт с объектом воздействия (с человеком) при близости мага и объекта, задействование магом эгрегора как основного средства воздействия вовсе не обязательно. Маг входит в духовный контакт с объектом через биополя объекта, через его образ, глаза и прочие видимые и ощущаемые магом информационные каналы. Но принцип тот же: если на биополевом уровне маг слабее объекта воздействия, то магическое воздействие не достигнет цели. И часто в таких случаях маги отказываются «работать» с клиентом.

33.

В контексте таких рассуждений транс это — буквально трансляция эгрегориальных навыков через бессознательные уровни вошедшего в транс с целью оптимизации его поведения в той и или ной ситуации, поскольку эгрегор гораздо мощнее индивидуальности и гораздо больше “знает”, чем индивидуальность. Поэтому уровень сознания в ситуациях необходимости эгрегориальной трансляции работает в лучшем случае как «посторонний наблюдатель», либо вообще отключен.

34.

Возможно с целью предотвратить отравление вождя и старейшин, которые почитались основными хранителями мудрости и духовного наследия.

35.

Примерно такого же результата можно было достичь, подключившись к психике нарушителя через эгрегор, сигнал с которого его психика восприняла бы как «кару за нарушение»: в том случае, если бы нарушитель знал о табу, но всё же не побоялся бы тайно съесть остатки обеда вождя.

36.

В поздних первобытных обществах зачастую власть вождя передавалась по наследству от отца к сыну (либо по линии матери). Это обосновывалось необходимостью полноценной передачи навыков управления по кровному родству. Ведь ребёнок от своих родителей более гарантированно получает в наследство весь набор родовых эгрегоров, которые будут для него как минимум набором «паролей доступа» в управленческие эгрегоры, а в лучшем случае — сын вождя будет пользоваться информацией, наработанной его предками как «само собой разумеющимися» навыками, которым его и учить специально не надо. Община с этим соглашалась, не желая потери качества управления.

37.

Можно сказать демократическое. В этом деле невозможно было морочить голову «чёрным и белым пиаром», как повсеместно принято в наше время при выборных процедурах.

38.

Конечно шарлатанство с целью возвышения над другими могло иметь место и в те времена, но оно неизбежно влекло за собой падение качества управления, что не могло пройти мимо внимания общины. Такой горе-шаман скорее всего изгонялся в конце концов для замены другим.

39.

Шаманская Вселенная в самом распространённом варианте состояла из трёх частей: Верхнего Мира (Неба), Среднего Мира (Земли), где живут люди, и Нижнего Мира.

40.

А также и свободно передвигаться по алгоритмике (по матрице) одного эгрегора в поисках нужной информации, смещая в своей психике задания в целях настройки на матричные узлы эгрегора.

41.

Мера возможностей старейших шаманов в этом отношении могла определяться соответствием эгрегориальной направленности и воли шаманов а также степенью владения старейшими шаманами управлением эгрегором.

42.

Мир умерших — эгрегориальная информация о прошлом, хранящаяся на фрагментах эгрегориальной алгоримики от предков данного племени и даже от предков других племён (если туда есть выход в «путешествиях» по мирам).

43.

Информация о настоящем: можно узнать что где происходит, не пребывая в этом месте. Эта информация также записана на эгрегориальной алгоритмике. Так можно узнать о пропавшем человеке. Особенно доступна информация о людях своего племени, так как они принадлежат одним и тем же эгрегорам, что и шаман.

44.

О будущем можно узнать конечно же не всё. Алгоритмика всяких эгрегоров (в том числе и родоплеменных) имеет свою направленность. Если мысленно охватить эту алгоритмику и представить её экстраполяцию в будущее, то можно выдать некий прогноз в смысле: «если сделать это, то будет плохо», а «если сделать то — будет хорошо». Скорее всего шаман мог экстраполировать коллективные намерения (мыследеятельность) людей племени в будущее и этим увидеть «дальше других» что может их таких намерений получиться.

Выдавая в общество тот или иной прогноз, шаман управленчески воздействовал на это общество, заставляя всех задуматься о своей безопасности в будущем. А если к прогнозу ещё давалась и оценка, то это уже прямое управление будущим. После чего принималось решение о пересмотре некоторых намерений, оказавшихся опасными.

45.

Главная причина чего — переход от кровнородовой общине к раннеклассовому обществу — который сопровождался нарастанием массивов управленческой и прикладной информации надплеменного характера, охватить которую племенные шаманы были не в силах.

46.

Поглощение могучей региональной иерархией разрозненных племён далеко не всегда проходило лишь в рамках «культурного сотрудничества». Естественно было военное сопротивление племён, приводящее к массовым кровопролитным столкновениям.

47.

Общность — определенная совокупность людей, имеющих общие социальные признаки, например, социальная группа, профессия, место проживания, религиозная принадлежность и тому подобное.

48.

Мистерия (от греческого mysterion — тайна) — таинство.

Древние мистерии широко известны как тайные религиозные обряды, в которых участвовали только посвященные — мисты. В Древнем Египте — мистерии Исиды и Осириса; в Вавилонии — мистерии Таммуза; в Древней Греции — Элевсинские мистерии, Орфические мистерии, Самофракийские мистерии; в Древнем Риме — мистерии Вакха, Аттиса и другие.

49.

В данных рассуждениях имеются в виду манипуляции людьми, не ведающими куда их втягивают, а не эгрегориально-матричное управление, которому можно противопоставить другое эгрегориально-матричное управление. Бог оценивает лучший сценарий-матрицу, которая предоствляестя с одного из видов иерархий. Если это будет «соревнование» двух или нескольких иерархий по-умолчанию, то побеждает лучший сценарий (как его оценивает Бог). Конечно, при этом многие люди автоматически оказываются втянутыми в тот или иной сценарий по их нравственно-психологическому складу. Однако, если эти люди уведомлены хотя бы о том, что мы предлагаем к изучению в рамках нашего курса — после этого они сами виноваты, что вляпались в тот или иной сценарий по-умолчанию. Если же люди не ведают всех механизмов управления, но их втягивают в обход сознания в сценарий той или иной иерархии, это — плохо.

50.

Храм-зиккурат — в архитектуре древней Месопотамии культовая башня. Зиккураты имели 3–7 ярусов из кирпича-сырца, соединявшихся лестницами и пандусами.

51.

Клинопись, письменность, знаки которой состоят из групп клинообразных черточек (знаки выдавливались на сырой глине). Возникла около 3000 лет до н. э. в Шумере и позже была приспособлена для аккадского, эламского, хеттского, урартского и других языков. По происхождению клинопись — идеографически-ребусное, позже — словесно-слоговое письмо.

52.

Эллинистическая эпоха — период в истории стран Восточного Средиземноморья между 323 и 30 гг. до н. э. (подчинение Египта Риму). Борьба за власть между диадохами привела к образованию на месте державы Александра Македонского нескольких государств: Селевкидов, Птолемеев, Пергама, Понтийского царства и др., политический строй которых сочетал элементы древневосточных монархий с особенностями греческого полиса; в течение 2–1 вв. эти эллинистические государства постепенно попали под власть Рима. Культура эллинизма представляла синтез греческой и местных восточных культур.

53.

Мистерия смерти-воскресения весьма действенна на психику людей, поскольку ни один «смертный» воскреснуть не может. Тем самым показная на толпу процедура смерти-воскресения верховного бога ставит его и высшие власти (причастные к мистерии) на уровень божественных и могучих владык, равных которым не может быть в среде «простых смертных».

54.

Помимо этих параллелей в дальнейшем мы увидим, что «космическое жертвоприношение», в результате которого якобы появился мир — весьма распространено как основополагающий космогонический миф во многих религиозных системах (особенно Востока).

55.

На подобного рода эгрегориальных эффектах выстроены многие более современные художественные произведения, в которых мертвецы встают из могил и мешают (либо помогают, но помогают — реже) жить тем, кто живой. Мало того, многочисленные сюжеты более современных романов и кинофильмов основаны на том, с мертвецом, потревоженным живущими, когда-то (когда он был живой) поступили не справедливо и пока справедливость не будет восстановлена в мире живых, мертвец будет приносить беды этим живым.

Подобные сюжеты — не выдумки фантастов, полностью оторванные от жизни. Мир устроен таким образом, что зло и несправедливость совершённые предками через эгрегориальную алгоритмику общих с предками эгрегоров живущих будут воздействовать на живых до тех пор, пока живые не наложат “табу” на всё неправедное, что сделали их предки, “успокоив” всё предыдущее зло. Так и “достают” живых покойники (призраки, мертвецы, вампиры… кому из творческих особо чувствительных авторов произведений о мертвецах что более пришлось к сюжету). Ну а кому какой образ «материализует» тот или иной эгрегор его предков в этой жизни в виде видения, привидения, призрака и прочих персонажей сказок, рассказов и мифов — это второй вопрос: если в эгрегоре есть информация, то проходя через психику подключенного к эгрегору субъекта, эта информация предстаёт перед ним в образе — возможно даже движущимся. Но предстаёт этот образ лишь как наваждение его личной психики (при коллективных мистериях, когда люди, собираясь вместе входят одновременно в один и тот же эгрегор с помощью одинаковых “ключей”, может быть коллективное видение): не случайно окружающие такого субъекта обычно ничего не видят.

В случаях, когда зло не «вычищается» из эгрегоров под воздействием которых проходит жизнь и управление государствами и цивилизациями до срока установленного в Божием Промысле, государственность или даже цивилизация могут рухнуть под грузом неразрешённых духовно-нравственных проблем.

56.

С этого момента истории и появляется принцип, спущенный с верхушки иерархии в толпу «о покойных — только хорошее».

57.

Это принцип закрепления сословности и кастовости в духовном наследии по родовым линиям, чтобы люди и не думали двигаться вверх по социальной иерархии, что утверждалось авторитетом их умерших предков.

58.

Эта признак особой системы сохранения и передачи управленческих навыков от одного поколения “жрецов” к другому — в том числе и с помощью доступа в высшие управленческие эгрегоры жречества, где хранилась необходимая эзотерическая информация не доступная «простым смертным».

59.

В дальнейшем, по мере рассмотрения разных религиозных систем, мы ещё встретимся с идеей бессмертия…

60.

Такого рода действа героев впоследствие вошли в многочисленные эпизоды Ветхого Завета.

61.

Культура древнего Вавилона оказала огромное воздействие на духовное и каноническое наследие иудаизма (Ветхий Завет). И это не удивительно: ведь знаменитый вавилонский плен иудеев оказался исторической отправной точкой, после которой их культурное наследие стало развиваться именно в том направлении, которое иудеи поддерживают до сих пор. Более подробно мы эти параллели рассмотрим в теме «Иудаизм».

62.

Во последующие времена хозяйственными постройками при храмах стало владеть духовенство.

63.

С именем царя Кира связан важнейший этап в становлении иудаизма — восстановление Иерусалимского храма. А древняя вавилонская культура и персидская культура имеют много общего в плане доктрины посмертного воздаяния для рабов — и это общее объединилось во времена вавилонского плена и оказало огромное влияние на исторически складывающийся иудаизм под опекой посвящённых наставников самих иудеев из Древнего Египта…

64.

Дописьменная культура.

65.

Ранее во главе «Глобальный культурный проект» второй части первой книги учебника мы уже приводили доводы, что египетская архитектура (а значит и духовность, которой архитектура принадлежала) — древнее, чем наша последняя послепотопная цивилизация.

66.

Ном (от греческого nomos — область, округ), административный округ в Древнем Египте. Каждый ном имел политический и религиозный центр, войско, герб, богов-покровителей. Количество и их площадь менялись.

67.

Ибис — птица из семейства птиц отряда голенастых.

68.

Озирис (Осирис) в древнеегипетской мифологии бог умирающей и воскресающей природы, брат и супруг Исиды, отец Гора; покровитель и судья мертвых.

69.

Гермес в греческой мифологии сын Зевса, вестник олимпийских богов, покровитель пастухов и путников, бог торговли и прибыли. Ему соответствует римский Меркурий.

70.

З — 1 века до н. э.

71.

В основном иудеям. Так еврейская Каббала — ничто иное, как кусочек «вершинки» айсберга древнеегипетских тайн. И приданное к Каббале — еврейский язык, который был искусственно сконструирован египетскими “жрецами”.

72.

Ребус (от латинского rebus — при помощи вещей), загадка, в которой разгадываемые слова или выражения даны в виде рисунков в сочетании с буквами и некоторыми другими знаками.

73.

Разновидность словесно-слогового письма, когда звуки или целые слоги выражаются своими знаками речи.

74.

Копты этноконфессиональная группа египетских арабов, исповедующих христианство. Живут главным образом в городах Верхнего Египта, также в других странах Ближнего Востока. Свыше 4 млн. человек (1992 г.). Потомки доарабского населения Египта.

75.

«Звучание» того или иного иероглифа «отзывалось» в духовно-эгрегориальной иерархии соответственно ему самому. Поэтому разное «звучание» (тембр, несущие и тактовые частоты, интонация и пр. особенности произношения) — естественным образом «отзывается» в разных уровнях иерархии эгрегоров. На этом контуре герметизма (как одном из многочисленных подобных контуров) вполне могла быть основана иерархия по посвящению.

76.

Так пирамиды Гизы не скрывали никаких текстов. Не содержали их и более ранние сооружения в Саккаре. Первые такие надписи — «Тексты пирамид» — найдены в пирамиде фараона Унаса, выстроенной в Саккаре в самом конце правления 5-й династии — около 2350 г. до н. э. Впоследствии эти тексты обнаружены во всех пирамидах следующей династии в виде вырезанных на стенах внутренних гробниц надписей; это самые древние из известных египетских религиозных текстов.

Эти надписи являются магическими заклинаниями, чья цель — уберечь покойных царя или царицу в их путешествии в загробный мир и приготовить их к тому, что ожидает их впереди. Потому они представляют собой интригующее и загадочное собрание очень сложных инструкций и описаний. Ныне они известны уже более столетия, но учёные до сих пор не могут сказать, что понимают их, ибо есть слова и понятия, которые по-прежнему ускользают от перевода и глубокого понимания, и учёные только нащупывают к ним дорогу.

77.

Не обязательно, что решение, принятое автоматическим системным большинством в один голос будет наилучшим.

78.

Триумвират (от латинского triumviratus, от tres, род. падеж trium — три и vir — муж). в Др. Риме: 1) коллегия из трех лиц, назначавшаяся или избиравшаяся в спец. целях; 2) в период гражданской войны 1 в. до н. э. союзы влиятельных политических деятелей и полководцев, возникавшие с целью захвата государственной власти.

79.

В нём может выражаться господствующее в обществе заблуждение, следование которому общественно вредно тем более в кризисных ситуациях.

80.

Впоследствии эта схема вошла в самую популярную доныне игру — футбол. Когда жрецы перестали управлять Египтом и взяли на себя глобальную ответственность, они “пометили” футболом весь мир, где мяч стал символом земного шара.

81.

Что имеет свои параллели и в современном мире. Так в современной России на нужды организации и проведения культовых праздников в больших городах тратятся огромные средства из бюджета страны… в то время как в “глубинке” люди бедствуют от недостатка жилья и работы.

82.

В этой связи учёными выдвинута любопытная идея о происхождении древнеегипетского слова «пирамида» — «мер». Оно могло быть сложным словом, составленным из слога «м», что означает «место» или «инструмент», и глагола «р», означающего «возноситься».

Если это так, тогда этомогло бы означать, что внутреннее, глубинное, тайное значение пирамиды выглядело как «место вознесения» или «инструмент вознесения». Пирамида в таком случае была, вероятно, и местом, и культовым средством «восхождения фараонов к богам». Другими словами, приспособлением, которое приводилось в действие с помощью тех, кто обладал требуемым тайным знанием и надлежащими магическими заклинаниями и ритуалами.

Но в таком случае пирамида могла употребляться и живущими жрецами для «концентрации магии» и усиления своих божественных возможностей в соответствии с известными им законами гармонии, учтёнными при строительстве пирамид. А такое магическое «усиление» конечно же на века закрепляло в толпе ощущение неземного могущества жрецов и фараонов.

Не даром же некоторые современные типы демонического склада психики пытаются приспособить пирамиды для усиления своего контроля над толпой…

83.

Интересно, что в наше время это нашло своё отражение: “элита” старается как можно “богаче” обустроить своим места на кладбищах. Видимо на бессознательных уровнях рабовладельческие стереотипы “элиты” вылезают как мнящаяся им «закономерность»: «чем богаче кладбищенское убранство — тем счастливее душа после смерти».

84.

Лозунг Третьего Рейха в Германии при рижиме А.Гитлера.

Что касается религии Древнего Египта, то согласно учению о жизни и посмертной участи, общество устойчиво делилось на богов (кто мог себе позволить обеспечить вознесение «ба»); “элиту”, которая обеспечивала себе благополучие «ка»; и подобие скотов, которым ни того ни другого не “светило”.

Впоследствии это нашло своё выражение в иудаистском Талмуде (произведении наследников древнеегипетских жрецов): все, кроме иудеев (претендентов на мировую “элиту”) приобрели согласно Талмуду статус скотов.

85.

В этой связи интересно вспомнить, что сокол (либо орёл) являются символами многих европейских государств… А ещё сокол — символ партии В.Жириновского — «человека мира», завсегдатая в ГД РФ при всех режимах во времена «перестройки».

86.

При изучении иранского зороастризма и ведического Востока мы увидим, что дуалистическоие представления о Мироздании получили «второе дыхание» в I тысячелетии до н. э. и на их основе была создана изощрённая, красиво оформленная религиозная доктрина посмертного воздаяния для рабов. Эта доктрина вошла в иудаизм, “христианство” и ислам — как «эхо» древневосточных дуалистических космогонических представлений о мире, лёгших на “удобренную” древнеегипетской глобализацией религиозную почву.

87.

Но между правителями верхнего и нижнего Египта после этого часто возникали серьёзные разногласия, которые удавалось улаживать с помощью тандемного принципа управления египетской цивилизацией со стороны жреческих структур до того момета, пока Египет не вошёл в полосу не преодолённого кризиса, связанного с ведением внешних войн и внутренними противоречиями (конец II тысячелетия до н. э.).

88.

Амон-Ра является наиболее мистическим из всех египетских богов. Амон был известен как «скрытый» бог; Ра был животворящим солнцем. Сочетание обозначало вечную и вездесущую божественную силу, скрытый и невидимый мистический свет, пронизывающий и оживляющий мир.

89.

Египетская «справедливость» это система рабовладения, поддерживаемая всей мощью культовых и светских институтов власти.

90.

Если бы они могли анализировать причины катастроф, сопоставляя их с Божиим Промыслом, в котором предлагается жить иначе во избежании катастроф, тогда не надо было готовить себя к катастрофам, а надо было менять свою жизнь. Но этого не делалось: видимо удобнее было поддерживать рабство, что вошло в генетику не только рабов, но и “элиты” со жрецами.

91.

Эта хронология несколько расходится с приводимой нами ранее в главе «Глобальная эволюция и периодизация». Однако, для нас, людей современной цивилизации важно не то, сколько раз глобальная культура Атлантиды сама себя уничтожала: было ли это несколько десятков тысяч лет назад (и тогда погиб континент, а затем вторично воспроизведённая культура на территории материковой части Евразии погубила опять глобальную цивилизацию), либо цивилизация Атлантиды гибла один раз, как пишут авторы — около 16 тысяч лет назад.

Нам важно одно: около 13–16 тысяч лет назад погибла в «Потопе» глобальная неправедная цивилизация, культура которой соответствовала культуре атлантов. Этот факт признаётся всеми исследователями.

92.

А надо было поступать иначе: не бегать от грядущих катастроф, а предотвращать их. Последнее возможно лишь при соответствии глобальной культуры тому, что ждёт от людей Бог. В этом случае никаких катастроф не будет.

“Жрецы” же — «последователи Гора» — решили “обезопасить” в будущем лишь себя, а остальных опять пустить под “нож” очередной катастрофы, как скот, которого ведут на бойню.

93.

Любопытная версия предназначения пирамид…

94.

О том, что древнеегипетские “жрецы” с самого начала своего обоснования в Гизе предполагали для себя общемировую миссию (а не только управление Египтом) можно убедительно прочесть в книге В.В.Курляндского «Тайна Санкт-Петербурга», “Рипол Классик”, М. 2003 г.

В этой книге даются точные математические и астрономические обоснования «закономерности» движения мировой столицы вдоль тридцатого меридиана. Если продлить путь по меридиану вниз от Египта, то попадаем в ЮАР и в Антарктиду. Если вверх от Египта, то путь столицы лежит от Мемфиса (начало египетского летоисчисления — 3118 год до н. э.) — через Александрию (331 год до н. э) — в Константинополь (330 год н. э.) — в Киев (989 год н. э) — в Санкт-Петербург (1703 год) — в город будущего (севернее по меридиану 2378 год). До отметки «Санкт-Петербург» провидение избранное древнеегипетскими жрецами пока сбывается. И концепция пока толпо-“элитарная” — та, которую избрали для себя и для всех древнеегипетские жрецы.

Но всего интереснее, что после Александрии география мировой столицы сопровождает движение мирового библейского центра: Римская и Византийская империи — Киев (первая библейская столица Руси) — Санкт-Петербург (столица библейской России со времён Петра I). Можно сказать, что древнеегипетская концепция трансформировалась в библейскую на рубеже старой и новой эр.

Не случайно коптская египетская церковь считает Санкт-Петербург своей главной резиденцией.

95.

То есть, по меньшей мере к тому времени, когда повсеместно ещё преобладал первобытно общинный строй каменного века, в нынешней глобальной цивилизации уже вовсю развивалась цивилизаторская миссия высокоорганизованных уцелевших выходцев из прошлой цивилизации.

96.

Скорее всего потомки атлантов владели магией, позволяющей преодолевать гравитацию.

97.

Период революций и Гражданской войны в России закончился персонификацией И.В.Сталина.

98.

Примерно то же произошло в России с царской знатью после 1917 года. Примерно то же может ожидать “демократическую” верхушку современной России, если она не приложит усилия по смене концепции с толпо-“элитарной” на человечную. А современных азиатов, рвущихся на российские просторы — хоть отбавляй…

99.

Часть племён хабири впоследствии станут евреями — после исхода из Египта вместе с Моисеем.

100.

Через торговлю, финансы и дипломатию можно было осуществлять культурное сотрудничество — продвигая новую религиозную систему (предложенную Аменхотепом IV) на весь мир.

101.

Цитируется по: М.Э.Матье, «Во времена Нефертити», М.-Л., «Искусство», 1965.

102.

З.Косидовский «Когда солнце было богом», М., «Детская литература», 1970 г.

103.

Это значит, что он опирался на Бога Творца и Вседержителя, сумев с детства преодолеть все эрегориальные преграды Египта, пробившись к Богу.

104.

«Еврейская религия» (иудаизм) и религия исторически реального Моисея — разные вещи. З.Косидовский путает иудаизм с религией Моисея. Подробно на этом вопросе мы остановимся в следующей книге.

105.

Сейчас также подавляющее большинство воспринимает религии и их различия как культы и ритуалы “богослужения”, в которых они либо принимают участие, либо взирают со стороны.

106.

Одна, даже возможно не глупая, но вседозволенно игравшая на половых инстинктах мужчин Клеопатра, чьё царствование завершилось самоубийством и присоединением Египта к Риму в качестве провинции, заменить эту структуру не смогла. Но Клеопатра — последняя из череды египетских монархов, правивших без охранительной опеки покинувшей Египет жреческой структуры. На её царствование только пришлось завершение процесса, начавшегося гораздо раньше, и которому она противостоять не могла потому, что это был длительный процесс, недоступный восприятию и пониманию сиюминутно похотливого ума царицы и её окружения.

107.

Как пишет уже упомянутый В.Курляндский в книге «Тайна Санкт-Петербурга», Александр Македонский в полном соответствии с древним планом жрецов Египта основал Александрию.

Гораздо позже, но по той же причине (посвящение жрецов) Константин I перенесёт столицу Римской империи из богатого Рима в восточную провинцию в Константинополь (330 г. н. э.).

108.

Своих «агентов влияния» в высших эшелонах власти чужих государств.

109.

Жречество было не только в Египте. Но самое знающее и посвящённое — в Египте.

110.

В египетской “жреческой” иерархии проходили посвящение многие великие люди из других государств.

111.

Поскольку если люди пробьются к Богу напрямую (как это сделал Эхнатон), то любые знания и «посвящения» они могут получить в обход высших иерархов и эгрегориальных культов, и тогда власть этих иерархов закончится.

112.

Значит египетская магия была “круче” зороастрийской…

113.

В большинстве культовых храмов имелось заведение, именовавшееся Домом жизни. Это был древнеегипетский аналог современного университета или семинарии: здесь была библиотека, где хранились свитки папирусов, и скрипторий, где переписывались и составлялись тексты. И здесь же была школа, где обучали искусству чтения, письма и ритуалов наряду с астрономией, магией, математикой, юриспруденцией и медициной. Возможно, эти предметы были распределены по разным отделениям, как это бы сделали в современном мире: в одной надписи упоминаются «отделения домов жизни, ведающие медициной». Писцы и жрецы получали в Доме жизни все необходимое образование, чтобы служить царю, государству или храму.

Тайные знания в египетских храмах всегда передавались изустно и лично, все равно как от отца к сыну. Манера обучения, выраженная в Книгах Гермеса, продолжала эту традицию, но так, что уже больше не было нужды в храмовой ритуальной системе. Вместо этого она опиралась на широкую сеть посвящённых наставников, действующих независимо друг от друга: никакого централизованного контроля не было.

Герметические наставники учили посредством символизма и аллегории, в частности используя терминологию алхимии — секреты супружества того, что вверху, и того, что внизу, дабы обрести знание божественного источника.

114.

Синкретизм (от греческого synkretismos — соединение) — смешение, неорганическое слияние разнородных элементов различных культов и религиозных систем.

115.

В этом древнем алфавите отразилась метка египетских жрецов (22 иерофанта). Но и иврит, творение древнеегипетских жрецов, состоит из 22 согласных знаков и является одним из средств передачи герметичных знаний. Очень тесные параллели, если учитывать сильнейшее египетское влияние на культуру Сирии и Финикии.

116.

С конца VIII века до н. э. после ослабления влияния Египта Финикия навсегда потеряла независимость и попала под власть великих держав древности по очереди: Ассирии, Халдеи, Персии, Македонии, Селевкидов и Рима.

117.

При храмах действовали многочисленные коллегии “жрецов”. Многие из них были царского рода, например, служители богу Мелькарту. Существовали также наследственные “жреческие” роды.

118.

Например, «умилостивить» жертвой бога дождя, чтобы пошёл дождь.

119.

В ходе перестройки эгрегориальной алгоритмики несколько изменяется как правило частный сценарий иерархов на будущее. Это происходит как в ходе «нейро-лингвистического» программирования толпы при культовой магии (люди оказываются все одновременно подключенными к эгрегорам-богам и их заставляют думать именно то, что говорится в ходе магического культа), так и в результате мыследеятельности иерархов — хозяев культа, которые понимают больше толпы и владеют эгрегориальным «менеджментом».

Однако, по этому же принципу можно серьёзно менять и более крупные сценарии — вплоть до глобальных. Но и жертвы для этого нужны тех же масштабов.

120.

Жребий — кидание жребия, гадание.

121.

Сирия, Финикия вместе с Египтом и Персией сыграли видную роль в распространении религиозного мировоззрения по всей Римской империи.

122.

Ахейцы — одно из основных древнегреческих племен, обитавшее в Фессалии с начала II тыс. до н. э. и на Пелопоннесе. Государства ахейцев: Микены, Пилос и др. Участвовали в Троянской войне. В 12 в. до н. э. вытеснены дорийцами в М. Азию, на Кипр и другие острова, на север Пелопоннеса (область получила название Ахайя).

123.

Ионийцы — одно из основных древнегреческих племен; населяли Аттику, часть о. Эвбея, острова Хиос, Самос, Наксос и др. В 11-9 вв. до н. э. колонизовали среднюю часть западного побережья М. Азии (область Ионии), побережье Черного и Мраморного морей.

124.

Эолийцы — одно из основных древнегреческих племен. Центр расселения — Вост. Фессалия, откуда эолийцы в конце II тыс. до н. э. распространились по всей Фессалии и Беотии, затем в северо-западной части М. Азии.

125.

Самоназвание греков.

126.

Дорийцы (доряне) — одно из основных древнегреческих племен. В начале 12 в. до н. э. переместились из Сев. и Ср. Греции в юго-западные районы Пелопоннеса, затем заселили о-ва Родос, Крит и др.

127.

Гомер — легендарный греческий поэт, с именем которого связаны две величайшие поэмы древности, стоящие у истоков европейской литературы — «Илиада» и «Одиссея».

128.

И менее естественная для самих греков, поскольку эта «продвинутая» культура явилась смесью разного рода религиозных культов взятых из окружения: ближневосточных, египетских, малоазийских и пр.

129.

Архаика (от греческого archaikos — старинный, древний) — ранний этап в историческом развитии какого-либо явления. В искусствознании — ранний период древнегреческой архитектуры и изобразительного искусства (VII, VIII вв. до н. э.).

130.

Первая греческая философская школа была создана в Милете в VI в. до н. э.

131.

Полис (от греческого polis, латинское сivitаs) — город-государство, форма социально-экономической и политической организации общества и государства в Др. Греции и Др. Италии. Полисы составляли полноправные граждане (члены общины), каждый из которых имел право на земельную собственность и политические права. Часть населения города в полис не входила и не имела прав граждан (метеки, периэки, вольноотпущенники, лишенные всяких прав рабы). Форма власти в полисе была различной (олигархия, демократия и др.).

132.

Достаточно вспомнить, что знаменитый Пифагор после стажировки в Египте уехал в Грецию, а затем в Италию, где основал свою знаменитую школу.

133.

Античность (от латинского antiquus — древний) — в широком смысле слова термин, равнозначный русскому «древность», в узком и более употребительном значении — греко-римская древность (история и культура Др. Греции и Др. Рима). Античные города в Причерноморье возникли в ходе греческой колонизации с VI в. до н. э. Крупнейшие античные города: на севере — Тира, Ольвия, Херсонес, Феодосия, Пантикапей, Фанагория, Танаис; на Кавказском побережье — Горгиппия, Диоскуриада, Фасис. Вели торговлю с городами Др. Греции и М. Азии, скифами. В V в. до н. э. часть городов объединилась в Боспорское государство. С III в. до н. э. подвергались нападениям скифов, сарматов. Во II в. до н. э. под властью Понтийского государства, затем Рима. После вторжения готов и гуннов (сер. III — кон. IV вв. н. э.) пришли в упадок.

134.

Настоящее происхождение совокупности религиозно-мистических представлений, начавших оформляться со времён Гомера в легенды и мифы никто назвать не может. Самая ранняя редакция «Илиады» датирована IX веком до н. э. — началом архаичной эпохи.

135.

Солон (между 640 и 635 — около 559 до н. э.), афинский архонт (высшее должностное лицо в древнегреческих полисах), провел известные реформы. Все граждане были разделены на 4 разряда в соответствии с имущественным цензом. Античные предания причисляли Солона к 7 греческим мудрецам.

Афинское государство в тот период было охвачено глубоким внутренним кризисом. Резкое имущественное неравенство граждан полиса привело к тому, что масса бедняков оказалась в долговой кабале у богачей. Не уплатившие вовремя долг вынуждены были продавать своих детей или сами становились рабами. Назревавшее недовольство народа грозило вылиться в открытый мятеж и государственный переворот. В таких условиях власть предержащие решили пойти на проведение необходимых реформ сверху. Эту нелегкую миссию возложили на Солона как на лицо наиболее авторитетное и к тому же нейтральное по отношению к различным политическим группировкам. Он был избран первым архонтом и получил широкие полномочия по установлению новых законов. Среди проведенных им реформ экономического характера на первом месте стоит так называемое “стряхивание бремени” — снятие с оказавшихся в закладе земельных участков камней, которые символизировали права кредиторов-заимодавцев (как своего рода векселя). Произведена была полная кассация долгов, долговое рабство объявлено вне закона. Все ставшие рабами из-за неуплаты в срок долга получили свободу, а тех из них, кто был продан за пределы Аттики, выкупили за государственный счет. Было разрешено свободно завещать любое имущество без всяких ограничений, при этом земельные владения дозволялось делить на любые доли, как и всякую другую частную собственность. Запрещён был вывоз из Аттики хлеба, но поощрялся вывоз оливкового масла и вина (а следовательно, и разведение этих интенсивных культур). Большое значение для развития торговли имела проведенная унификация единиц мер и веса, а также переход на более удобную эвбейскую монетную систему (вместо эгинской). Политические реформы Солона включали в себя введение имущественного ценза при распределении граждан по разрядам (из которых формировались различные подразделения полисного ополчения), расширение прав народного собрания и создание при нем специального совещательного органа для предварительной подготовки решений, организацию суда присяжных по гражданским и уголовным делам. Солоновская конституция, носившая компромиссный характер, решила многие, но далеко не все, проблемы афинского полиса. Её положения формально оставались в силе и после установления в Афинах тирании Писистрата, к которой Солон, тогда уже глубокий старик, отнесся резко отрицательно.

136.

Античное искусство — название древнегреческого и древнеримского искусства, возникшее в эпоху Возрождения. Само античное искусство зародилось в южной части Балканского полуострова, на о-вах Эгейского архипелага и западном побережье М. Азии и пережило наивысший расцвет в Др. Греции в V–IV вв. до н. э. В эпоху эллинизма его влияние распространилось на обширные территории, прилегающие к Средиземному и Черному морям, а также на Ближний и Ср. Восток (вплоть до Индии), где сложились местные школы эллинистического искусства. Традиции древнегреческого и эллинистического искусства получили новое развитие в искусстве Др. Рима. Лучшие произведения античного искусства, воплотившие в классически ясных, возвышенных формах высокие «гуманистические» идеалы, обычно связываются с представлениями о художественном совершенстве и недосягаемом художественном образце.

137.

Возможно, исключая период средневекового феодализма, когда астрономия, математика, медицина исламского Востока несколько обогнали в развитии задушенную инквизицией европейскую науку. То есть, католическая инквизиция позволила Востоку в некоторых областях наук обогнать неправедный Запад. Однако, после средневековья и Восток не показал своего нравственного превосходства перед Западом…

138.

Аристотель (384–322 гг. до н. э.) — древнегреческий философ. Учился у Платона в Афинах; в 335 г. основал Ликей, или перипатетическую школу. Воспитатель Александра Македонского. Сочинения Аристотеля охватывают все отрасли тогдашнего знания. Основоположник формальной логики. Создатель силлогистики. «Первая философия» (позднее названа метафизикой) содержит учение об основных принципах бытия: возможности и осуществлении, форме и материи, действующей причине и цели. Колебался между материализмом и идеализмом; идеи (формы, эйдосы) — внутренние движущие силы вещей, неотделимые от них. Источник движения и изменчивого бытия — вечный и неподвижный «ум», нус (перводвигатель). Ступени природы: неорганический мир, растение, животное, человек. «Ум», разум, отличает человека от животного. Центральный принцип этики — разумное поведение, умеренность (метриопатия). Человек — существо общественное. Наилучшие формы государства — монархия, аристократия, «политика» (умеренная демократия), наихудшие — тирания, олигархия, охлократия. Суть искусства — подражание (мимесис), цель трагедии — «очищение» духа (катарсис). Основные сочинения: логический свод «Органон», «Метафизика», «Физика», «О возникновении животных», «О душе, «Этика», «Политика», «Риторика», «Поэтика».

139.

“Деспотия” государств Востока держалась на шестом приоритете обобщённых средств управления. В то время как европейская культура со времён античной Греции претендовала на управление уровня четвёртого приоритета — через финансы, собственность и политические институты — что выглядело благообразнее открытого рабовладения “деспотий”, но не меняло сути рабовладения вообще.

Дело в том, что управление через финансы и собственность открывало гораздо большие возможности надгосударственного вмешательства в дела того или иного государства, чем в случае закрытых “деспотий” восточного типа. Именно поэтому «демократия» греческого типа, как государственный строй, при наличии в таких государствах иудейских диаспор (т. е. «своих») — была более преемлемой для наследников дела древнеегипетского “жречества” («мировой закулисы»), нежели “деспотии” восточного типа.

140.

Хотя по мере развития картина восточных обществ становилась более сложной: наряду с застойностью вырисовывалась стабильность, с косностью — строгий моральный стандарт, с произволом — ограничивавшие его социал ь ные, прежде всего общинные, затем государственные институты.

141.

Подробно о причинах возникновения еврейской общности мы будем говорить при рассмотрении иудаизма.

142.

Не случайно Аристотель всё время метался между первым и вторым.

143.

Даже в советские времена мифы и легенды Древней Греции, древнегреческая философия, культура и искусство не только не были под запретом (в отличие от Библии), но специально изучались в гуманитарных ВУЗах, большими тиражами печатались популярные книжки (в том числе и для детей).

144.

Алгоритмика таких эгрегоров обеспечивает в определённой мере общность мышления и поведения людей, разделённых границами государств и даже цивилизаций, поскольку является автоматически-бессознательной «сборкой» единомышленников — находящихся в духовном плену античной культуры.

145.

Слово «магия» происходит от греческого mageia — колдовство, волшебство.

146.

Маги в Древнем Иране — жрецы. Греки считали зороастрийцев-жрецов магами, астрономам и колдунами.

147.

Мистерия (от греч от греческого mysterion — тайна, таинство) — тайные религиозные обряды, в которых участвовали только посвященные — мисты. Самые известные древние мистерии: В Др. Египте — мистерии Исиды и Осириса; в Вавилонии — мистерии Таммуза; в Др. Греции — Элевсинские мистерии, Орфические мистерии, Самофракийские мистерии; в Др. Риме — мистерии Вакха, Аттиса и др.

148.

Иерархия (от греческого hieros — священный и arche — власть), расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему. Термин употребляется для характеристики организации библейской христианской церкви; в социологии — для обозначения социальной структуры общества, бюрократии; в общей теории систем — для описания любых системных объектов; в теории организации — принцип управления; в лингвистике различают иерархию уровней (ярусов) языка.

149.

Иерарх и Господин один для всех людей, это — Бог Единый, Творец и Вседержитель. Учиться святости нужно у Него, поскольку лишь Он может правильно указать путь святости (праведности) каждому человеку.

150.

Жертвоприношения — основа основ греческой обрядности издревле. На ранних этапах греки даже приносили в жертву богам людей. Процедура сводилась к убийству и расчленению жертвы, после чего богам доставался запах жаренного жира, сожжённых костей, а людям — мясо. Кроме кровавых жертв были и растительные.

151.

При этом никогда не надо забывать, что практически всё древнегреческое (равно как и древнеримское и другие) “жречество” училось и посвящалось у высшей иерархии “жрецов” Древнего Египта — при храмах и библиотеках. Поэтому и посвящение местного “жречества” было соответствуюим глобальным целям древнеегипетского “жречества”. То есть, местное “жречество” с одной стороны строилось во главе иерархии по посвящению как своего государства, так и общей глобальной (в меру своего непонимания); с другой стороны, местное высшее “жречество” работало на иерархию по умолчанию (тоже в меру своего непонимания и “недопосвящения”), восходящую к высшим “жрецам” Амона Ра.

152.

Павсаний — древнегреческий писатель II в. н. э. «Описание Эллады» — своего рода путеводитель по наиболее достопримечательным памятникам архитектуры и искусства Греции.

153.

Страбон (64/63 до н. э. — 23/24 н. э.) — древнегреческий географ и историк. Много путешествовал. Автор «Географии» (17 книг), являющейся итогом географических знаний античности, и «Исторических записок» (до нас не дошли).

154.

Возможно что одной из самых крупных и организованных общин доэллинистического периода была община последователей Пифагора (540–500 гг. до.н. э). Она была основана на восточных мистиках — на почитании харизматического лидера, особом культе и жизни. Это была община крепко связанная личной преданностью учителю, аскезой, строгими предписаниями и общинностью имущества. В учении Пифагора нашли своё отражение более ранние идеи. Вмешательство в политику навлекло на пифагорейцев волну гонений и к концу V века община прекратила своё существование.

155.

Олимпийские игры, возобновлённые в наше время после огромного перерыва — международное, даже глобальное эгрегориальное действо по своему иерархическому статусу выше любой даже мировой религиозной мистерии. Примерами последней в современности может служить крупный религиозный праздник, например «христианский» или мусульманский, который также как и Олимпийские игры охватывает несколько регионов мира.

Но Олимпийские игры, особенно “благодаря” телевидению — общемировое действо. Оно охватывает своим влиянием на психику людей все континенты мира (по числу олимпийских колец) и является надгосударственным над-конфессиональным глобальным культурным мостом для людей, смотрящих и переживающих ходу игр. В «олимпийскую мистерию» под спортивным предлогом, под предлогом «престижа участия» в играх своей страны — втягивается можно сказать, большинство граждан мира.

В этой вынесенной на самый большой современный “храмовый двор” (коим является телевидение) древняя мистерия для толпы в современной упаковке — объединяется максимальное число людей (из всех возможных в современности мистерий), исповедующих разные религии мира и говорящих на разных языках. В этой поистине глобальной мистерии все понимают друг друга через спортивную символику, а многочисленные переводчики только добавляют всеобщее взаимопонимание и сопереживание. Но при этом на глобальном уровне замыкаются психики миллиардов людей в обход их сознания на всё ту же древнегреческую культуру — культуру вопиющего и вредоносного атеизма и толпо-“элитаризма”, состязательности людей за «золото», «серебро» и «бронзу», а на современном этапе ещё и за крупные денежные вознаграждения. Так что Олимпийские игры — вершина глобализма по-древнегречески, которая периодически высовывается из-под “воды”, которая скрывает всю вредоносность древнейшей системы атеизма.

156.

В жизни античного грека, даже простого крестьянина, либо государственного мужа, стремление получить по каждому важному случаю божественное провозвестие играло огромную роль. Самое известное среди греков место предсказаний — Дельфийский храм. Считалось что тот или иной бог вещал через пифий. Знаки судьбы, полученные в акте дивинации (изречения пифии, выпавший жребий и прочее) назывались «оракул», этим же словом обозначалось место отправления ритуала прорицания.

Ясно, что в Дельфийском храме и других подобных храмах давали «советы» на будущее не только простым крестьянам, но и полководцам и царям. А это уже — внутренняя и внешняя политика.

157.

Ф.Ф.Зелинский «Религия эллинизма».

158.

Государственные культы были обращены прежде всего к богам-покровителям полиса. Так, в Афинах, граждане считали своей покровительницей Афину Палладу. При афинском тиране Писистрате (VI в. до н. э.) были установлены Великие Панафинеи — грандиозные празднества, отмечавшиеся раз в четыре года в июле — августе и длившиеся пять дней. После ночных представлений при свете факелов афиняне собирались днём для участия в ритуальном шествии к Акрополю, к святилищу Афины Паллады. Вместе с толпой к храму богини шли жертвенные быки и двигался поставленный на колёса корабль. После приношения жертвы (закалывали сто быков) следовал ритуальный пир, праздничные состязания атлетов, обрядовые танцы и прочие развлечения.

159.

Впоследствии это войдёт в “христианство” как принятия положения о царе — «помазаннике Божием». Но и в советские времена в СССР главу партии и государства часто боготворили. Как посмертно: В.И.Ленин не только советский вождь, он — похоронен как хоронили фараонов в Древнем Египте. А посмертные «гимны» вождю-богу не прекращались вплоть до 1991 года. Так и при жизни: В.И.Ленина боготворили. И.В.Сталина боготворили (хотел он этого или нет) когда он был жив. Но Л.И.Брежнева уже искусственно культивировали богом или главным героем…

160.

Карму и связанные с ней понятия мы будем разбирать при рассмотрении классических восточных систем.

161.

Это весьма “резонирует” с зороастрийским дуализмом. Тем более, что греки попали под влияние зороастризма ещё в V веке до н. э. и потом долгое время восторгались персидскими магами и астрономами. Иначе говоря, греческий “дуализм” (смысл которого в том, что и «добро» и «зло» идёт свыше от богов) и иранский зороастризм в этом друг другу не противоречат. Иранский зороастризм и его последствия для европейской культуры мы будем изучать в пятой книге курса.

162.

Про необходимость эгрегориального жертвоприношения мы уже вкратце говорили выше в главе 3.2.4 «Религиозная система Древней Сирии и Финикии». Суть этого явления не меняется в зависимости от названия и алгоримики любого толпо-“элитарного” эгрегора.

163.

Рок не имеет смысловыражения высшей Божией целесообразности жизни человека. А судьба всегда выражает высшую Божью целесообразность.

Но вокруг понятия «рок» всегда можно выстроить теорию об отражении воли злых и добрых богов на “судьбы” людей — подогнать жизнь людей под стереотипы мифологии, что является имитацией объективности роковых стечений обстоятельств, либо наоборот, везений.

164.

То есть, все мысли, касающиеся первого — третьего приоритетов обобщённых средств управления надёжно упрятаны под спуд мифов и легенд. Куда там до Бога пробраться через эту привлекательную путаницу.

165.

Это хорошо можно проследить особенно на мифе о царе Эдипе — чем обусловлен не только греческий взгляд на «человеческий роковой удел» (то есть прямое зло, которое люди бессознательно творят сами себе), но «эдипов комплекс» вошёл в современность. Возродился в период эпохи Возрождения и дошёл до наших дней как «научная школа психоанализа человека» — фрейдизм.

166.

И восторгаться античной культурой.

167.

От которого «пол шага» до материалистического атеизма.

168.

Но это тоже надо понимать не как мировоззрение, а как правильные слова о душе. Это — так, поскольку древние греки всегда спорили «о месте души после смерти». И у них существовал древний восточный взгляд о «переселении душ».

169.

Если не учитывать главные книги Востока (Авесту и пр.), которые стали чисто восточными аналогами западных «священных писаний».

170.

В частности на это указывает Дуглас Рид в знаменитой книге «Спор о Сионе. 2500 лет еврейского вопроса»:

«На протяжении ста лет после завоевания Израиля Ассирией левиты составляли свой писанный закон. В 621 г. до Р.Х. они закончили Второзаконие и прочли его народу в Иерусалимском храме. До составления Второзакония существовала только “устная традиция” о словах Бога, обращенных к Моисею. Левиты объявили себя священными хранителями этой традиции, а простые люди их племени должны были верить им на слово».

171.

Эта «научная» теория происхождения жизни так и привилась со времён античности и её до сих пор пропагандируют достаточно «серьёзные» научные светила и целые научные инстиуты. В то же время подобную теорию появления мира их хаоса мы видим в некоторых направления восточных религий. В частности она широко представлена в китайском даосизме.

172.

От этого Тартара до сих пот существует “летучее” выражение «лететь в тартарары». И таких “летучих” выражений, исходящих от античности и ставших штампами во многих западных языках — множество.

173.

Понятие «эротика» в современности приравнено к понятию «секс» и всё это (эрос и секс) стало принято называть «любовью».

Это смешение понятий от секса через греческую эротику к любви извратило в психике и мировоззрении людей смысл Любви, с которой Бог создал всё — до смысла получения наслаждений от совокупления полов.

174.

Нечто похожее на дуалистическую теорию поддержки Мирозданья, которая нашла своё логическое выражение в иранском зороастризме. И это не случайно: ведь многие греки “благоговели” перед мудрецами-звездочётами из Персии…

175.

Всё это основа мифологизации психики людей, тяготеющих к материалистическому атеизму (также как и происхождение мира из Хаоса). В отличие от античного “сотворения”, Библия, являясь основой идеалистического атеизма, признаёт творение за Богом.

Коран же ясно говорит о сотворении мира Богом и только Богом:

Коран 13.

2 Бог — тот, кто воздвиг небеса без опор, которые бы видели, потом утвердился на троне и подчинил солнце и луну: все течёт до определенного предела. Он управляет. (Своим) делом, устанавливает ясно знамения, — может быть, вы уверитесь во встрече с вашим Господом!

3 Он — тот, кто распростёр землю и устроил на ней прочно стоящие. (горы) и реки и из всяких плодов устроил там пары по двое. Он закрывает ночью день. Поистине, в этом — знамения для людей, которые думают!

176.

Выстрел крейсера «Аврора» в Петрограде возвестил “зарю” эпохи материалистического атеизма.

177.

Крон — всепоглощающее время (хронос).

178.

Нетрудно заметить, что всем богам приписываются взаимоотношения людей эпохи рабовладения…

179.

Так во время пиров «власть имущие» в период рабовладельческих отношений определяли судьбы подвластных им рабов. Чего удивляться, если эти же качества получили и боги — «что внизу, то и наверху». Так и формировался совокупный эгрегор древнегреческой духовной культуры.

180.

Всего этого предостаточно в эгрегорах-богах, под управлением которых ходят люди, восхищаясь и подражая богам.

181.

Возобновление Олимпийских игр — знаковое событие — знаменующее попытку восстановить главенство системы ценностей древней Греции в современности. Олимпийский комитет — периферия глобальных кукловодов. При этом через судейство, через неравное отношение к разным олимпийским командам и делегациям могут подаваться вполне открытые знаки посвящённым всего мира: кого “мочить”, а кого миловать и поддерживать.

182.

Здесь мы видим всё ту же основу прижизненного воздаяния (в которой всё «зло» и «добро» списывается на волю богов и их взаимоотношения), которая доминировала в древнем мире во времена открытого рабовладения. Эту основу попытались возродить во времена материалистического атеизма. Но, как мы увидим далее — доктрина посмертного воздаяния оказалась куда действенней для сохранения рабовладения в его скрытых формах.

183.

Но за “элитными” полубогами всегда стоят “жреческие” корпорации, манипулирующие мнением полубогов.

184.

Всё это дошло до наших дней. Только самые крупные мистерии творит сейчас кино и телевидение — аналог вынесенных их храма на толпу древних мистерий. А полубогами считают режиссёров, драматургов, актёров, певцов, вообще звёзд эстрады. В честь ежегодных кинопремий главные призы даже символически названы «Ника», «Орфей»… — греческие боги.

185.

Герои и люди предыдущих железному веков погибли по разным причинам: можно понять, что речь идёт о предыдущих этапах развития людей. Под «золотым веком» понимаются скорее всего времена Атлантиды — предыдущей цивилизации когда «золотой век на земле кончился, и никого не осталось из людей этого поколения… после смерти люди золотого века стали духами, покровителями людей новых поколений».

Следующие века возможно соответствуют принятой периодизации нашей цивилизации: медный век — IV–III вв. до н. э. и так далее. Хотя в мифе о потопе (Девкалион и Пирра) люди медного века погибают от всемирного потопа, что продливает мифический медный век назад до последнего потопа (13 тыс. лет до н. э.).

186.

Подобную хронологию мировых периодов мы увидим в религиозных системах ведического Востока.

187.

Этот вопрос мы подробнее рассмотрим в следующей подглаве «Происхождение античной мифологии».

188.

Исходный тезис мифологии о происхождении мира из Хаоса по умолчанию предполагает, что всем управляют боги и полубоги, которые ведут себя не лучше людей, а значит — в любой момент мир может погрузиться в катастрофу, если боги сильно передерутся между собой: ведь война порождает Хаос.

189.

В действительности Бог Всемогущ и власть Его — безгранична. То есть Божья власть не ограничивается ничем и ни от чего не зависит. Бог следит за гармонией и ничто не может эту гармонию нарушить.

190.

Инфернальная замкнутость под красивой вывеской. И это — основная черта всего Востока, и древнего и современного.

191.

Психика людей — своеобразная мировоззренческая “призма”, «оптические свойства» (алгоримика) которой преломляет реальность согласно настрою психики и замкнутости психики на те или иные эгрегоры.

192.

Философию и основы наук древней Греции мы вкратце рассмотрим чуть позже.

193.

А.Ф.Лосев «Диалектика мифа».

194.

Сфинкс (Сфинга) — (буквально «душительница»), дочь мифических Ехидны и Тифона (вариант: Химеры и Орфа), чудовище с головой и грудью женщины и телом крылатого льва.

Ехидна — титанида (дочь одного из титанов), змеедева: в одних версиях она — страшилище, в других красавица, но всяко — нелюдь, поскольку у неё в районе таза тело человеческое переходило в тело змеиное и согласно мифам родила она нескольких монстров — ни в себя, ни в отцов (в частности, кроме Сфинги — многоглавую лернейскую гидру, которую убил Геракл в одном из своих подвигов, трёхглавого пса Цербера, со змеёй вместо хвоста — стража Аида). Тифон — сын Геи (Земли) и Тартара (Подземного), у него сотня драконьих голов вместо пальцев на руках, тело до бёдер — человеческое, ниже бёдер вместо ног — извивающиеся змеиные хвосты. Туловище покрыто перьями. Наряду с этим он бородат и волосат. Каждая из глоток драконьих голов Тифона издаёт своеобразные вопли: быков, львов, псов.

195.

Иными словами воля вовсе не обязательно выражается в подчинении себе, хотя «подчинение себе» тоже может быть целью приложения личностной воли.

196.

Сознание человека можно определить как область, в которой человеком достигается отождествление себя с Мирозданием.

197.

Бессознательные уровни психики включены в алгоримику эгрегоров, под которыми живёт индивид. Эти эгрегоры вполне могут быть связаны с эгрегорами древних богов и героев античности — особенно если индивид верит и “западает” на мифы.

198.

Если соответствующих мифу нравственных предпосылок нет, то информационно-алгоритмическое содержание мифа становится просто информацией «для сведения». По этой же причине — отсутствия нравственных предпосылок в психике людей — добрые пожелания в их адрес оказываются пустыми словами.

199.

Греческим представительством высшей иерархии древнеегипетского “жречества”.

200.

9 мая 1985 года — в 40-ю годовщину Победы СССР на фашистской Германией — на первой странице газеты «Труд» появилось полголовы только что избранного Генерального секретаря ЦК КПСС М.С.Горбачёва, чем М.С.Горбачёв уподобился отцу Данаи — Акрисию, которому диск внука действительно снёс полголовы. А спустя 37 дней после появления в газете «Труд» странной фотографии, все отечественные СМИ сообщили о нападении 16 июня 1985 года в Эрмитаже некоего «маньяка» на шедевр Рембрандта — известную во всём мире картину «Даная», написанную по мотивам мифа о Данае, Зевсе и их сыне Персее.

201.

А.Акаев, бывший президент независимого Кыргызстана положил начало этому процессу: сидит в Москве как политический беженец — истинная жертва собственного политического ослепления, вследствие чего ему пришлось стать “жертвой” очередной “демократической” революции на постсоветском пространстве.

202.

«Дети вдовы» — условное название масонов. В мифе об Эдипе вдовой является мать Эдипа — Иокаста, поскольку в соответствии с предсказанием дельфийского оракула Эдип убил собственного отца — Лая и женился на своей матери.

203.

В одной из версий мифа вместо того, чтобы править Фивами в мире и согласии, братья устроили междоусобную войну за власть, в результате которой оба и погибли. Сёстры нарушили запрет на погребение брата Полиника, и одна из них — Антигона была заживо замурована в гробницу, где покончила с собой, а другая — Исмена — была казнена за соучастие в этом преступлении.

204.

Кроме понимания в осознании могут участвовать потоки образных представлений и мелодий, не соотносимых с языковыми средствами культуры.

205.

В древней Греции — родине Олимпийских игр — спортсмены соревновались не столько ради того, чтобы себя показать людям и быть запечатлёнными в мраморе на аллее олимпиоников, а действительно искренне посвящали спортивные игры и свои достижения в них олимпийским богам, в жизненном бытии которых нисколько не сомневались. А сейчас — всё в спорт-шоу-бизнесе посвящено обретению социального статуса и доли от призового фонда. Но мистика спорта хотя и ушла из осознания спортсменов и их спонсоров, но не ушла из жизни, изменив однако своё качество.

206.

Олимпийская тема античности — часть мифов с их катастрофичной алгоримтикой.

207.

А именно синхронизировать три потока разноплановых и по сути не обуславливающих друг друга действий:

· подготовка и организация взрывов в Лондоне;

· организация саммита лидеров государств «восьмёрки»;

· заседание МОК и выдача Лондону права на проведение Олимпиады-2012 вопреки всем предшествовавшим публичным прогнозам спортивных аналитиков именно тогда, когда Великобритания председательствует в большой «восьмёрке» и саммит лидеров «восьмёрки», как это принято, должен проходить на её территории.

Чтобы всё это подогнать к одной дате — надо много знать и много уметь.

208.

О том, что глобального управления не существует и что глобальный исторический процесс не управляем.

209.

Под именем «Никто» скрылась в еврейском колене «Левия» верхушка древнеегипетского “жречества”, ушедшая из Египта вместе с Моисеем. Для всех остальных ОНИ — «Никто». Но по отношению к выбранному Ими объекту глобального управления (то есть — всеми остальными) Они — субъект глобального управления. И если все думают, что Никто не управляет глобальной политикой, Их это устраивает: толпа и “элиты” спокойны в своём самомнении.

210.

Метафора (от греческого metaphora — перенесение) — перенесение свойств одного предмета (явления) на другой на основании признака, общего или сходного для обоих сопоставляемых членов.

211.

И.Сталин «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников».

212.

Напомним, что в 20–30 годы мифы были особо популярны в СССР.

213.

Высказанная метафора преломилась через психику партийной “элиты”, слушавшей заключительное слово на пленуме ЦК ВКП(б) 5 марта 1937 года таким образом, что И.В.Сталину как носителю концептуальной власти СССР оставалось жить ровно 16 лет. Короче говоря, партактив не выдержал проверки на властность и добронравие и мысленно похоронил вождя — согласно ИХ алгоритмике мифов и легенд. Но вождь оставался ещё концептуально властным — сильнее не только мифов, но и предательства “элит” — 16 лет, за которые много успел сделать. Но много и не успел… А партактив оказался вписанным в алгоримику мифологии Древней Греции и алгоритмика мифологии выразилась в этом знамении как граница между концептуально властным вождём и безвольной “элитой”. Именно поэтому сразу после смерти вождя высшая партийная “элита” перегрызлась за власть (как и положено у богов и героев — в общем у «расы господ») и грызлась аж до брежневских времён. В брежневские времена её “развели” (чтобы больше не грызлась) ОНИ из за рубежа, поскольку СССР уже был под внешним управлением. И начался “застой”, который закончился опять грызнёй “элит” (андроповско-горбачёвский конфликт): начинался новый этап глобального сценария в отношении СССР.

214.

Зная это ОНИ разыграли карту «борьбы с привилегиями», которую дали Б.Н.Ельцину как приманку для дураков.

215.

Правда партийный “Антей” успел вывезти «золото партии» и спрятать в банках «братских стран» до «лучших времён»…

216.

Ссудный процент, который поддерживается уже более десятка лет ЦБ РФ — средство паразитизма “элитного” меньшинства на труде большинства. Геращенко стоял стеной на пути снижения ссудного процента. Если сюда ещё добавить и соответствующую всему антинародному курсу ЦБ РФ инвестиционную политику: «куда хочу — туда и ворочу» денежки, плюс к этому валютную политику, то получится полный отрыв от Объективной реальности.

217.

Все законы, касающиеся кредитно-финансовой системы России, приватизации, вкладов и пр. принимали в ГД РФ — главном законодательном органе России.

218.

Ясно разделено: сыны Божии и дочери человеческие.

219.

Не тех ли полубогов (в античности это дети от богов и дочерей человеческих), которые упоминаются в книге «Бытие» Второзакония?

220.

Миф о воскресении полубогов.

221.

Так и мифы: живут как эгрегориальные наваждения, покуда существует атеизм в психике беспечно внимающих им людей.

222.

“Элита” любит ездить отдыхать на острова. Этп любовь — оттуда…

223.

Какое бы местонахождение «Столпов» не имел в виду Платон.

224.

В.В.Курляндский утверждает, что большинство приводимых им астрологических и хронологических таблиц составлено жрецами Древнего Египта.

225.

Около 600 лет до н. э. — после чего последовал огромный период распространение индусско-буддийской культуры на юго-восток.

226.

Вселенский собор в Никее состоялся в 325 году при поддержке императора. Собор принял решение о том, что «Иисус есть Бог» прямым голосованием (около трёхсот «за» и два «против»). А уже менее чем через год — в 326 году — Константин I выпускает указ о ликвидации всех других культов и их атрибутов и назначает церкви постоянное содержание. До этого христианство в Римской империи было на одном уровне с остальными культами — Осириса, Митры, Адониса и пр. Культа Христа стоял на одном уровне с культами этих древних богов.

227.

С 331 года римское государство уже финансирует изготовление новых экземпляров Библии. Прошло время и — ни одного полного текста христианской Библии, датируемого ранее 325–350 гг., неизвестно.

228.

Одно из значений имени «Владимир» — «владеющий миром» — символика глобального назначения, выражающаяся в курируемом субъекте.

229.

Государственность Руси в то время была ярче всего представлена Новгородом.

230.

Ездил на два года в Скандинавию, собирая отряд профессиональных войнов-наёмников. Владимир Креститель, также как и его марксистский тёзка Владимир Ленин — полукровки. У обоих деды — евреи. И оба являлись на Русь с наёмным войском после эмиграции.

231.

Такая же история произошла с апостолом Павлом, бывшим главным иудейским миссионером, а затем — основателем первых псевдохристианских церквей. Она известна из Нового Завета.

232.

Так это звучит в преданиях. Но возможно, не обошлось без бесед со “жрецами”, либо их периферией, курировавшими константинопольскую епархию.

233.

До псевдохристианского монотеизма на Руси было нечто среднее между многобожием и Божиим язычеством.

234.

Многократность изложения одних и тех же вопросов в разных их аспектах предопределяет неэффективность цензурных изъятий отдельных фрагментов, поскольку то же самое сказано в другом месте в ином контексте. Кроме того, арабы утверждают, что коранический стих не поддаётся сколь-нибудь удовлетворительной по содержанию и форме имитации и пародированию.

235.

Есть свидетельства того, что Борис Годунов начал подготовку к строительству в Кремле «Храма Соломона». Но в смуту всё было разграблено.

236.

Связано это всё было и с именем апостола Андрея и его якобы миссией христианизации Руси.

237.

Масонство уже существовало.

238.

Поставил Синод на один уровень с Сенатом.

239.

И в период марксизма для толпы был предназначен марксизм, а интеллигенция тащилась от античности.

240.

Отчасти противостояние библейской Москвы и масонского Санкт-Петербурга выразилось в семейной катастрофе Петра I: его сын Алексей отдал предпочтение московской воцерковленной “элите”, предав отца.

241.

Существует множество фактологии по египетской и античным темам Санкт-Петербурга. В частности, об этом книга Ю.А.Ракова «Античные стражи Петербурга» — СПб.: «Химия», 1997 г.

242.

Сфинкс — символ египетского могущества. Лев — символ левитов — египетских стражей библейского закона, внедрённых в еврейскую среду.

243.

Для толпы и непосвящённой “элиты”. Самые посвящённые в “элитах” давно уже восторгались античностью, многие были масонами… но при этом многие не хотели терять возможность паразитировать на народе без внешнего кураторства.

244.

Не случайно Коптская египетская церковь называет Санкт-Петербург своим городом.

245.

Этот вопрос подробно будет изложен в четвёртой книге учебного пособия в теме «Масонство и марксизм».

246.

Сталин умер в 1953 году. Потом был период межвластия и борьбы за власть в СССР. Брежнев воцарился в 1964, когда уже было ясно, что первая удачно начавшаяся попытка всемирной масонско-марксистской революции обречена.

247.

Символом этого служит до сих пор мавзолей Ленина: усечённая пирамида с мумией внутри. Скорее всего мумию не убирают, поскольку столица ещё не возвращена в Санкт-Петербург.

248.

РПЦ во многом серьёзно взялась за борьбу с масонством, желая продлить своё «владычество».

249.

В то же время “перестроечные” финансовые завязки на Запад несколько мешают…

250.

В нескольких интервью он подчёркивал, что его любимый исторический персонаж — Пётр I.

Но не только: ещё и А.С.Пушкин…

251.

Восстановление Константиновского дворца в Стрельне — дань преемственности дела доверенного Александру Македонскому и Константину I.

Дворец назван в честь сына Павла I Константина. Сам Павел I поддерживал в России мальтийский орден, который представляет в Санкт-Петербурге коптская египетская церковь. Вполне возможно, что и сына своего Павел I назвал в честь Константина I.

252.

Возможно даже временное возвышение культа Изиды над Осирисом. Ведь Изида согласно египетским мифам, исцелила Осириса: собрала его тело из кусочков…

253.

Поэтому часто можно наблюдать, как «партия власти» в Государственной Думе РФ проводит взаимно противоречивые решения: одни — в целях укрепления “элит” и российских мафий; другие — с целью ещё большего замыкания России на Запад; а третьи — в пользу независимости России и от тех и от других.

254.

С ней можно ознакомиться в Интернете на сайте www.vodaspb.ru.

255.

Сейчас можно “посвятиться” чему угодно, например, в Интернете. Было бы желание.

256.

Высшее Предопределение многовариантно и все имеющиеся в нём варианты развития глобальной цивилизации допустимы Свыше. Своими действиями древнеегипетское “жречество”, превратившееся в «мировую закулису» после исхода евреев из Египта — лишь выбрало для себя и других один из вариантов Предопределения, не самый лучший, конечно.

257.

Это пытается доказать В.В.Курляндский в книге «Тайна Санкт-Петербурга».

258.

После прихода таких знаковых людей изменялась религиозная картина мира.

259.

Кифара (от греческого kithara) — древнегреческий струнный щипковый музыкальный инструмент. Количество струн 7; позднее до 12. От слова «кифара» происходят названия китаррон, цитра, гитара и другие.

260.

Бык — одно из основных божеств в Египте 21–25 династий. А Европой названа основная часть западной цивилизации. Вот и выходит миф о том, кто кого похитил.

261.

На Крите в своё время была одна из резиденций «мировой закулисы».

262.

Гомер, будучи слепым, видимо, оказался особо одарён памятью и воображением. Он создал свои поэмы на основе сбора и обработки изустных легенд и сказаний, будучи неграмотным. Представьте себе, что все блоки взаимодействий богов, героев и людей нужно было держать в памяти и логически правдоподобно сопоставлять друг с другом.

Слепота скорее всего явилась для Гомера «роком», который избавил его от многих жизненных хлопот, свойственных людям и усадил его за составление первых крупных поэм, из которых впоследствии составили нечто вроде «священного писания».

С этого момента (самое позднее) угроза ослепления входит чуть ли не в обязательную духовно-эгрегориальную методику инициации-посвящения знаковых исторических фигур — в том случае, если они хоть как-то сопротивляются сценарию «мировой закулисы». Согласно Новому Завету был ослеплён апостол Павел (иудей Савл), прежде чем он начал распространять “христианство”. Согласно преданию был ослеплён Владимир Креститель, прежде чем согласился принять “христианство” на Русь.

Ослепление (даже временное) заставляет индивида вываливаться из суеты повседневных дел и относительно спокойно думать о своём будущем — остаться наедине со своими мыслями. Вот в этот момент самое время заменить его мысли на мысли тех, кто его инициирует на определённые действия. Это можно сделать как эгрегориально (на расстоянии), так и в личном контакте…

О сути и примере методики эгрегориального ослепления мы поговорим позже, когда будем разбирать библейскую христианскую систему.

263.

Эпоха расцвета всемирного масонства.

264.

Государства, где были первые крупные масонские ложи.

265.

Фамилия за себя говорит: индивид, которого античный рок свёл с ума.

266.

Только А.С.Пушкин подходил к древнегреческой мифологии не восхищённо бессмысленно, а критически. В некоторых своих произведениях он вкладывал свой смысл в уже известные античные эпизоды.

А его поэма «Египетские ночи» как раз о том, как древнеегипетское “жречество” (представлено образом последней египетской царицы Клеопатры) последовательно вписало в свой глобальный сценарий местные “жречества”, в том числе и греческое.

267.

Но вовсе не обязательно морского судна: именами античных богов и героев называли и называют многочисленные сухопутные объекты.

268.

Только телевизионная мистерия выносится не на площади из древних храмов богов, а в квартиры их многочисленных студий. Каждый сериал, каждая передача — отдельный культовый эгрегор. Пока идёт телевизионная мистерия «посвящённым» глобализаторам нечего бояться, что в толпе, замкнутой на эгрегор передачи, появится интерес к глобальной политике. Именно поэтому на масскультуру тратятся колоссальные средства, а “труд” деятелей культуры щедро оплачивается из карманов тех, кого они помогают глобализировать на древнегреческий манер…

Причём заметьте, что теле- и кино- продукция становится всё более и более эсхатологичной (несущей алгоритмику безысходности и катастроф), что присуще всей алгоритмики древнегреческой мифологии.

То есть, современная электронная масскультура — вторична по отношению к культуре древней античности.

269.

Этим объясняется особая забота современных властей о безмерном преумножении праздников: никогда не было столько праздников, как во времена “перестройки”.

270.

Напомним, что например в Афинах, граждане считали своей покровительницей Афину Палладу. В честь её были установлены Великие Панафинеи — грандиозные празднества, отмечавшиеся раз в четыре года в июле-августе и длившиеся пять дней. Их содержание мало чем отличается от многих современных праздников для российской толпы.

После ночных представлений при свете факелов (сейчас ночью ходят «священники» со свечками вокруг храмов, что называется «крёстным ходом», после чего днём толпа гуляет) афиняне собирались днём для участия в ритуальном шествии к Акрополю, к святилищу Афины Паллады. Вместе с толпой к храму богини шли жертвенные быки и двигался поставленный на колёса корабль. После приношения жертвы (закалывали сто быков) следовал ритуальный пир, праздничные состязания атлетов, обрядовые танцы и прочие развлечения.

271.

А негативная энергетика выпускалась в ходе мистерии жертвоприношения.

272.

В этом случае негативная энергетика выпускается тоже с помощью особого вида «жертвоприношения»: только оно (это жертвоприношение) — частично персональное.

Часть негативной энергетики топы в ходе мистерии расходуется на поддержку организаторов исполнителей мистерии ( постановщики и артисты — своего рода “вампиры”, питающиеся несвойственной вообще человеческой природе духовной “пищей”: в основном это извращения, которые присущи опущенному типу строя психики — такую подпитку и получают от полупьяной взвинченной толпы эстрадные артисты и их обслуга). К тому же нечеловеческая природа присуща и постановщикам с периферии «мировой закулисы».

Персональность же современных жертвоприношений заключается в следующем. За неправедный и вредный «отдых» надо платить (жертвой чего-либо полезного): это в большинстве своём здоровье участвующих в мистерии, которому вредит не только пиршество (где алкоголь льётся рекою), но и его личное неправедное увлечение в жизни, приведшее его на мистерию (выпивка, тусовка, музыка, увлечение “звёздами” эстрады, футболом…) — которое неизменно приведёт к личностной катастрофе (чем-то придётся жертвовать, если не пересмотреть свои увлечения). Дело в том, что в ходе мистерии все личностные вредоносные увлечения эгрегориально увязываются в единую духовную систему-иерархию. А на вершине этой духовной иерархии — её менеджеры, которые могут управлять всей иерархией в пределах их возможностей. Поэтому в ходе мистерии индивид, участвующий в ней, становится ещё дальше от Истинного Бога, который лишь один даёт надёжную персональную защиту людям по их праведности. В общем, включение в мистерию лишь усугубляет личностную неправедность, чем сам индивид приближает себя к моменту “само-жертвоприношения”.

Но самое главное для посвящённых, что эта личностная катастрофа и жертва — никак не будут связываться в психике потерпевшего убыток (после мистерии) с неправедностью властей. А последним только это и надо: им плевать на здоровье и благополучие людей, задействованных в мистерии — они выполняют роль “жрецов”, следящих за культовой мистерией. Но над ними есть и другие “жрецы” — выполняющие роль древних храмовых иерофантов…

273.

Так было в августе 1991 года. Так было в октябре 1993 года. Так было на Украине в ходе “оранжевой революции”.

Политическое управление толпой на современном этапе выстроено по «сетевому» принципу: сигнал от посвящённых проходит по «сети», в которой друг друга последовательно знают только руководители «пятёрок» либо «троек» (как у кого принято). И если спросить у конечного исполнительного звена «кто отдал приказ», то ответа руководитель этого звена не знает. По принципу «пятёрок» в своё время была выстроена “работа” подпольно-революционных команд в начале XX века в России.

274.

Современные «демократические» выборы и их подготовка — тоже мистерии для толпы.

275.

«Семь мудрецов» — выдающиеся мыслители ранней античности. Согласно Платону, это — Фалес из Милета, Клеобул из Линдоса, Хилон из Лакедемона, Солон из Афин, Питгак из Митилен, Периандр из Коринфа и Биас из Приены.

276.

Которая, к сожалению, доминирует на Западе до сих пор.

277.

Афины — крупнейший древнегреческий культурный центр. Город-государство (полис) в Аттике, игравший ведущую роль в экономической, политической и культурной жизни Древней Греции; классический образец рабовладельческой «демократии», достигшей расцвета при Перикле (2-я половина V в. до н. э.).

278.

На подобных рассуждениях выстроены основные религиозные доктрины ведического Востока.

279.

Гилозоизм (от греческого hyle — материя и zoe — жизнь), философское учение о всеобщей одушевлённости материи; термин введён в 17 в. Р. Кедвортом. Гилозоизм характерен для ранней древнегреческой философии (ионийская школа, Эмпедокл), отчасти стоицизма, для натурфилософии эпохи Возрождения (Б. Телезио, Дж. Бруно, Т. Парацельс), ряда французских материалистов 18 в., в т. ч. Д. Дидро, натурфилософской школы Ф. Шеллинга и др.

280.

Такое же мировоззрение в разных исполнениях является основой многих религиозных систем ведического Востока.

281.

Разум — ум, интеллект — способность понимания и осмысления информации с выдачей творческого результата. В древнегреческой философии тождественно греческому понятию «нус» (ум). А последнее тождественно латинскому intellectus — «интеллект» способность творчества, способность производства нового знания, творения. В ряде философских течений — высшее начало и сущность (панлогизм), основа познания и поведения людей (рационализм). Своеобразный культ разума характерен для эпохи Просвещения.

Эпоха Просвещения — идейное течение XVIII — середины XIX вв., основанное на убеждении в решающей роли разума и науки в познании «естественного порядка», соответствующего подлинной природе человека и общества. «Невежество, мракобесие, религиозный фанатизм» “просветители” считали причинами человеческих бедствий; выступали против феодально-абсолютистского режима, за политическую свободу, гражданское равенство. Главные представители Просвещения в Англии (где оно возникло); во Франции (период наибольшего распространения здесь Просвещения, между 1715 и 1789 гг., называют «веком Просвещения»). Идеи Просвещения оказали значительное влияние на развитие общественной мысли. Вместе с тем в XIX–XX вв. идеология Просвещения нередко подвергалась критике за идеализацию человеческой природы, оптимистическое толкование прогресса как неуклонного развития общества на основе совершенствования разума. В широком смысле просветителями называли выдающихся распространителей научных знаний.

282.

Это — отголоски древних восточных учений о «реинкарнации» и пр.

283.

Так, например, часть образно-языковой системы Платона — это «душа в виде колесницы, запряжённой парой коней»…

284.

Это сокровенный удел Бога.

285.

Это — идеал рабовладельческого порядка погибшей Атлантиды.

286.

Этим рекомендациям Платона строго последовали масоны, занявшие высшие посты в России-СССР после 1917 года. Именно такого рода атеизм, автоматически приводящий к “философии” демонизма, мол всё возможно и достижимо в пределах разумного и до срока, вынес из Египта первый древнегреческий философ Фалес.

Тему масонства мы подробно рассмотрим позже.

287.

“Диалектическую” основу под это подвёл уже Гераклит. Рассматривая диалектику жизни, Гераклит уподобил человеческую жизнь лестнице. Человек то взлетает высоко в небо на гребне успеха, то падает вниз под тяжестью неудач. В этом круговороте жизни Гераклит советовал не потерять себя, спасать свою душу. Ведь в погоне за радостями жизни человек растрачивает себя.

Что можно понять: спасая свою душу, не стремитесь обогнать других по «лестнице жизни» а довольствуйтесь тем положением, которое вам предназначено в социальной иерархии — согласно вашему типу “души”. Это очень стыкуется с церковно-христианским «спасением души» ради будущей жизни.

288.

Конь во многих системах кодирования эпических символов — означает толпу.

289.

В частности этим занималось гитлеровское “политбюро”.

290.

Рядом с Древними Афинами — центром рабовладельческой «демократии» находился другой полис — государство Спарта, которое не выдержало конкуренции с афинской «демократией». Спарта была военно-полицейским рабовладельческим государством. Граждане Спарты по национальности тоже были греками, однако режим в этой стране был военно-полицейским. И Спарта не оставила после себя в истории ни одного замечательного имени (кроме 300 спартанцев, которые безымянны, но остались в истории как пример стойкости и верности долгу), ничего, кроме мрачных воспоминаний. В спартанских гимназиях обучали только военному делу, а выпускные экзамены (агоны) проходили в виде бичевания: юношей привязывали к столбам и хлестали кнутом. Выдержавший удары считался настоящим воином, который не выдаст тайны врагу, если попадёт в плен.

Исторический эксперимент сравнения режимов Спарты и Афин показал, что гораздо предпочтительней и устойчивей — скрытое под «демократической» вывеской рабовладение — нежели такое, какое было в Спарте. Для надёжной стратификации общества вовсе не обязательно показательное выбраковывание людей, которые не вписываются в систему рабовладения. Куда лучше (для древних глобализаторов) оказался опыт с рационализацией познания, в котором уготовлено место высшим иерархам незаметно в процессе образования и воспитания людей заниматься целенаправленным творчеством «человеческих душ» (как они себе это видели) и стратификацией “душ” якобы по их способностям.

Поэтому когда римляне позже завоевали Афины и Спарту, то они разрушили последнюю как опасного соседа «с маленькой головой и большими мышцами», однако сохранили нетронутой культуру Афин, взяв из неё многое для себя. Римляне преклонялись перед древнегреческой философией — что и нужно было для создания очередной рабовладельческой региональной цивилизации.

291.

Числа это частные мhры; идеи это образы (информация); форма — ближе к мhре. Как видно, никто из греческих философов не был посвящён в триединую основу мироздания «материя — информация — мhра», несмотря на то, что основоположники древнегреческой философии проходили обучение в Египте. Египетским кураторам древнегреческих философов была удобна такая однобокая и неопределённая (в общем: греческая наука оставила после себя множество школ, учения которых зачастую были противоречивы) позиция своих подопечных, которые постоянно спорили о частностях, в которые были посвящены, называя свои споры «диалектикой».

292.

Который вышел на ряд неопределённостей в науке.

293.

Источником движения, изменения является борьба. «Всё происходит через распрю» — постоянно подчеркивает философ. Он удивляется, почему Гомер призывал к прекращению вражды между людьми. Ведь это так противоестественно. Борьба — логос бытия. Человек постоянно борется за своё существование, чего-то хочет, к чему-то стремится, преодолевает препятствия. Представим себе, что человеку всё дается легко, нигде он не встречает препятствий. Тогда всё замирает, жизни нет. Поэтому людям лучше не станет, если все их желания исполнятся. Человеку важен процесс, а не результат. Согласно этой логике, где имеется борьба, преодоление трудностей — там жизнь. Выделенный жирным курсивом принцип — принцип одержимых, которых стали называть троцкистами в XX веке.

294.

А тем более был закрыт и доступ к диалогу с Богом (высшая диалектика, которая неразрывно связана с религией) в силу атеизма всей древнегреческой религиозной системы. Ведь в этой системе места человечному типу строя психики не было оставлено, а значит и пробиться через эгрегориальную “завесу” к Богу было практически невозможно.

295.

Сократ (около 470–399 гг. до н. э.), древнегреческий философ, один из родоначальников диалектики как метода отыскания истины путем постановки наводящих вопросов. Излагал свое учение устно; главный источник — сочинения его учеников Ксенофонта и Платона. Цель философии — самопознание как путь к постижению истинного блага; добродетель есть знание, или мудрость. Для последующих эпох Сократ стал воплощением идеала мудреца.

296.

Поэтому всё записанное знаменитыми учениками Сократа, возможно, несколько не то, что говорил сам Сократ…

297.

Дошедший до нас миф о жизни и смерти Сократа напоминает новозаветный рассказ о жизни и смерти Иисуса Христа…

298.

Логика как «наука» развивалась и существует во всех западных школах в наше время.

299.

Террамары — археологическая культура бронзового века (II тыс. до н. э.) в Северной Италии. Укреплённые поселения, иногда на сваях, погребения в урнах. Хозяйство: земледелие, скотоводство, охота.

300.

Латины — италийские племена, заселявшие Лаций (современный Лацио). В начале I-го тыс. до н. э. объединились в Латинский союз. Согласно традиции, латины и сабины (италийские племена между реками Тибр, Атернус и Анио) основали Рим (754/753 гг. до н. э.).

Оски (опики) — италийские племена, населявшие с кон. II тыс. до н. э. Южную и часть Средней Италии и говорившие на различных диалектах оскско-умбрской языковой ветви (язык осков, относится к италийским языкам, входящим в индоевропейскую семью языков. Письменность на этрусском, греческом и латинском алфавитах (5 в. до н. э. — 1 в. н. э.).

Умбры — италийское племя. Согласно античным авторам, умбры — исконные обитатели территории Северной и Средней Италии. В 3–2 вв. до н. э. покорены римлянами.

301.

Лигуры — собирательное наименование древних племён, населявших в середине I тыс. до н. э. северо-западную Италию и юго-восточную Галлию (после того, как были вытеснены италиками с большей части территории Италии). С 3 в. до н. э. лигуры оказывали римлянам упорное сопротивление, покорены ими во 2 в. до н. э.

302.

Италики — древние индоевропейские племена Италии, говорившие на италийских языках. Подразделялись на две ветви: фалискско-латинскую и умбро-оскско-сабелльскую.

303.

Кельты — древние индоевропейские племена, обитавшие во 2-й половине I тыс. до н. э. на территории современной Франции, Бельгии, Швейцарии, южной части Германии, Австрии, северной Италии, северной и западной Испании, Британских о-вов, Чехии, частично Венгрии и Болгарии.

Венеты — возможно предки руссов, однако официально венетами считается кельтское племя, покорённое Цезарем во время галльских походов 58–51 до н. э.

Иллирийцы — древние индоевропейские племена на северо-западе Балканского п-ова и на юго-востоке Апеннинского п-ова. С конца 3 в. по конец 1 в. до н. э. иллирийцы были покорены римлянами и романизованы.

304.

Этруски — древние племена, населявшие в I тыс. до н. э. северо-запад Апеннинского п-ова (обл. древняя Этрурия, современная Тоскана), создавшие развитую цивилизацию, предшествовавшую римской и оказавшую на неё большое влияние. В конце 7 в. объединились в союз 12 городов-государств, около середины 6 в. овладели Кампанией (административная область на юге Италии). В 5–3 вв. до н. э. покорены Римом.

305.

Сабины — италийские племена между реками Тибр, Атернус и Анио. Часть сабинов, обитавшая на холмах Рима, сыграла огромную роль в образовании римского этноса.

306.

Этатизм (от франццзского etat — государство) — направление общественной мысли, рассматривающее государство как высший результат и цель общественного развития.

307.

Тацит (Tacitus — около 58 — 117 гг. н. э.) — римский историк. Главные его труды посвящены истории Рима и Римской империи (в 14–68 гг. «Анналы» и в 69–96 гг. «История» в 14 книгах, от которых дошли первые четыре и начало пятой), а также религии, общественному устройству и быту древних германцев (очерк «Германия»).

308.

Примерно тем же стал марксизм для советской толпы и “элиты” во времена государственности СССР.

309.

Напомним, что в Древней Греции впервые был успешно опробован опыт республики в начале VI века до н. э. — после реформ Солона. Не прошло и века, а этот опыт первых западных «демократий» кем-то уже внедряется в Риме. Конечно, это можно списать на опыт общения римлян с греческими переселенцами, живущими метрополиями. Но не слишком ли много смогли передать переселенцы? Скорее всего оформившаяся «мировая закулиса» — наследники “жречества” Египта — решила употреблять в своих целях все зарождающиеся региональные цивилизации, которые попадали в их сферу влияния. ОНИ и распространяли самый передовой опыт из Греции в Рим — «именем народа» (демоса).

310.

Плебс (от латинского plebeii, plebs) — в Древнем Риме первоначально свободное население, не входившее в родовую общину и не имевшее прав на пользование общинной землей. В результате упорной борьбы с патрициями (начало 5 — начало 3 вв. до н. э.) добились включения в состав римского народа, уравнения в правах с патрициями. В переносном смысле плебс — простолюдины.

311.

Патриции (от латинского patricii, от pater — отец) — в Древнем Риме первоначально всё коренное население, входившее в родовую общину, составлявшее римский народ и противостоявшее плебеям; затем — родовая аристократия.

312.

Карфаген — древний город-государство в Северной Африке (в районе современного г. Тунис). Основан в 825 г. до н. э. финикийцами. К началу 3 в. до н. э., завоевав Сев. Африку, Сицилию (кроме Сиракуз), Сардинию, Южную Испанию, превратился в могущественную державу Средиземноморья, что привело к столкновению между ним и Римом. После поражения в Пунических войнах (264–146 г. до н. э.) Карфаген был разрушен римлянами (146 г. до н. э.), основная карфагенская территория вошла в римскую провинцию Африка, остальная — передана Нумидии (провинция Рима, область Северной Африки — современная восточная часть Алжира).

313.

Гунны, остготы, вестготы, франки, вандалы, аланы, бургунды, англы, саксы, юты, бритты, пикты, скотты и другие.

314.

Практически одновременно с началом республиканского периода.

315.

Ахемениды — династия древнеперсидских царей в 558–330 до н. э. Основатель — Кир II. Государство Ахеменидов, включавшее большинство стран Ближнего и Среднего Востока, достигло наибольшего расцвета при Дарии I. Государство Ахеменидов прекратило существование в результате завоевания его Александром Македонским. Важнейшие представители Ахеменидов: Кир II, Дарий I, Ксеркс I, Артаксеркс III. Религия — зороастризм.

316.

О существе иранского зороастризма и его роковом влиянии на западные религиозные системы речь пойдёт в пятой книге курса.

317.

Ставка на личность в истории — опасна — и эти уроки «мировая закулиса» учла к концу второго тысячелетия новой эры, создав сеть всемирного масонства.

318.

Возможно это оказалось решающим. И Александр умер очень рано. А “эстафету” культуры Древней Греции решили передать Риму. Но возможно внезапная смерть Александра нарушила планы «мировой закулисы» по продвижению культуры эллинизма на Восток. И ОНИ решили пока ограничиться Римом, начав помогать Риму и усиленно курировать его императоров.

Если же следовать «року» движения мировой столицы по тридцатому меридиану, то по ИХ планам следующим должен быть Рим (если на русском читать Рим наоборот, то получается слово «мир» мистический — намёк на мировое господство). Тогда внезапная смерть совсем молодого Александра (умер в 32 года) вполне вписывается в алгоритм начала передачи “полномочий” от одной империи к другой…

319.

Анхис (Анхиз) — в греческой мифологии и у Вергилия царь дарданов, внук троянского царя Ила, возлюбленный Афродиты, родившей ему сына Энея. Разгласил смертным о любви богини, за что был наказан Зевсом слепотой (или стал расслабленным). Во время падения Трои Эней вынес отца из горящего города на своих плечах. Анхиз умер на о. Сицилия во время скитаний Энея.

320.

Афродита — в греческой мифологии богиня любви и красоты, возникшая из морской пены. Ей соответствует римская Венера.

321.

Так что помимо греческой наследственности, Рим получил и мифический повод для ведения захватнических войн. Чем занимался до римского расцвета Александр Македонский.

322.

Сенат (от латинского senatus, от senex — старик) — в Древнем Риме республиканского периода — верховный орган государственной власти.

323.

Выше мы разбирали примеры таких связей, рассматривая деятельность Александра Македонского и Константина Великого.

324.

Хранители и толкователи римских Сивиллиных книг (древних пророческих текстов) в начале IV века до н. э. образовали первую открытую плебеям жреческую коллегию: вначале — дуумвиров, двух жрецов, затем, с 367 г до н. э. — децемвиров, десяти жрецов. А с 82 г. до н. э. — квиндецемвиров, пятнадцати жрецов.

325.

Напомним, что такую же религиозную политику — политику духовно-эгрегориального вписания населения завоёванных территорий в духовно-эгрегориальную иерархию римских богов — проводил Александр Македонский в ходе своих многочисленных походов.

326.

Даже в Новый Завет попал “отголосок” одного из самых распространённых ритуалов, который применялся во время некоторых крупных греко-римских храмовых мистерий для толпы. Это — ритуал очищения огнём. Так, согласно Библии, Иоанн Креститель «пророчествовал», что Христос будет крестить «Духом Святым и огнём» — в то время как в библейском христианстве принято крестить водой:

От Матфея 3.

11 Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнём;

327.

Стоицизм (от греческого stoa — портик — галерея с колоннами в Афинах, где учил философ Зенон, основатель стоицизма, 3–2 вв. до н. э.) — направление античной философии. Стоицизм возродил учение Гераклита об огне-логосе; мир — живой организм, пронизанный творческим первоогнем, пневмой, создающей космическую “симпатию” всех вещей; все существующее телесно и различается степенью грубости или тонкости материи; вещи и события повторяются после каждого периодического воспламенения и очищения космоса. Все люди — граждане космоса как мирового государства; стоический космополитизм уравнивал (в теории) перед лицом мирового закона всех людей — свободных и рабов, греков и варваров, мужчин и женщин. Но при этом рабы так и оставались рабами перед земным законом. Этика стоицизма пользовалась большим влиянием в средние века и эпоху Возрождения.

328.

Эпикурейство — учения, исходившие из идей Эпикура. Школа в Афинах — «Сад» Эпикура; крупнейший представитель эпикуреизма в Риме — Лукреций. В новое время развивался в эпоху Возрождения, затем — в течениях 17–18 вв.

Как этический принцип родствен эвдемонизму — этическое направление, считающее счастье, блаженство (от греческого eudaimonia) высшей целью человеческой жизни; один из основных принципов древнегреческой этики основанной на сократовской идее внутренней свободы личности, её независимости от внешнего мира, и, конечно же — от Бога (поэтому и эв-демонизм). Впоследствии вульгарно толковался в духе гедонизма (жизнь ради наслаждений).

329.

Проходит через всю дальнейшую историю от Древней Греции до наших дней. В наши дни — характерная черта западной “интеллигенции”.

330.

Однако была хороша тем, что обеспечивала максимальную внутрисоциальную ненапряжённость.

331.

Распад империи Александра произошёл вследствие того, что не нашлось достойного преемника, который смог бы удержать централизованную власть. В условиях римской «демократии» с расширяющимся римским государством могло произойти то же самое. Поэтому целесообразным было ввести имперскую преемственность — которую было легче контролировать извне (через опеку первого лица), чем более разветвлённые “жреческие” корпорации и сенаторов.

332.

Римляне гордились своей «pietas» (благочестием), и полагали, что в своём благочестии они превосходят все другие народы. Так, когда в Римскую Империю вторглись «варвары», то многие полководцы были удивлены высокой культурой некоторых вторгшихся племён: дело в том, что римская пропаганда (образование, наука, воспитание…) всегда преподносили римлян как «самую благочестную» и «продвинутую» нацию.

Примерно также относился до недавнего времени и известный нам современный Запад (в том числе и США) к окружающим его региональным цивилизациям — как к «варварам». Такую же политику можно увидеть и в отношении к покоряемым странам со стороны гитлеровцев.

Видимо римскому «благочестия» сродни библейско-российское «благородие». Последнее понятие возникло в эпоху Романовых — тогда, когда российская интеллигенция болела мифом от том, что Россия — «третий Рим» и по этому поводу даже склонили фамилию Романовы как «Рим Новый». Все эти самовозвышения — признаки незаслуженной «элитарности», возводимой “элитой” к самим себе в периоды подъёма толпо-“элитарных” цивилизаций-империй — под контролем верхушки «мировой закулисы».

333.

Гораздо позднее — во времена СССР — стал “обожествляться” генсек КПСС, наследующий другому “божеству” — первому генсеку союза Ленину. Последний же до сих пор похоронен как фараон — в мавзолее (усечённая пирамида: усечённая потому что верхушка пирамиды — высшая иерархия «мировой закулисы» — находится за пределами СССР-России) на Красной площади.

Подробный разговор про марксизм и масонство будет в следующей книге.

334.

Которые были самого разного характера: жертвоприношения, “молитвы”, заклятия, клятвенные ритуалы, культовые мистерии, храмовые мистерии, культы погребения, праздников, дефикации людей, птицегадания (ауспиции), лупекалии (очищения), и так далее.

335.

Религиозно-философские идеи римской религии мало чем содержательно отличались от своих греческих истоков.

336.

Последняя такая попытка закончилась неудачей в 2005 году, когда несколько государств Европы (Франция, Голландия) отказались подписать «Европейскую конституцию».

337.

Иллирийцы — древние индоевропейские племена на северо-западе Балканского п-ова (далматы, ардиеи, паннонцы и другие) и на юго-востоке Апеннинского п-ова (япиги, мессапы и другие). С конца 3 в. по кон. 1 в. до н. э. иллирийцы были покорены римлянами и романизованы.

338.

Фракийцы — группа древних индоевропейских племен (даки, одрисы, геты и другие), населявших северо-восток Балканского п-ова и северо-запад Малой Азии. В ходе Великого переселения народов (в Европе IV–VII вв. н. э.) смешались с другими племенами, став одним из этнических элементов при формировании болгар, румын и др.

339.

Иначе говоря, европейские рыцарские ордена пронесли через всё средневековье некую тайну (сакральную религию для внутреннего употребления), в то время когда экзотерически (то есть для внешнего употребления) эти и другие ордена действовали именем Христа.

340.

Эти качества древних кельтов зачастую граничили с одержимостью…, замешанной на религиозном эгрегориальном фанатизме.

341.

От кельтской культуры пошло понятие «инаковости» (боги и герои — иные, чем люди) — возможно и в онтологическом понимании этого слова. Естественно, что эгрегоры «легко пересекают границы миров», а люди, умеющие управлять эгрегорами — иные — не такие как все обыватили.

342.

Которая свойственна многим протокультурам праиндоевропейского наследия — а не только восточного и египетского.

343.

Первопричины такого заимствования мы будем рассматривать в пятой книге курса.

344.

Вкратце его смысл в том, что нравственную деградацию людей современного общества списывают на некую мифическую предопределённость, связанную с космическими циклами, а не на издержки культуры, которая постоянно воспроизводится в обществе глобализаторами, пытающимися восстановить культуру аналогичную атлантическому толпо-“элитаризму”. Но именно в последнем — причины, открывающие возможности для не прекращающейся и постоянно воспроизводящейся на новых этапах истории нравственной и духовной деградации людей.

Чтобы сохранить духовную власть богоподобных “жрецов”-глобализаторов и пасомых ими “элит”-исполнителей «воли богов-“жрецов”», необходимо постоянно опускать толпу ниже уровня развития, естественно заданного всем людям Свыше. Для этого издревле и применяются разные психо- и генетические технологии в рамках поддержки духовно-религиозных культур, в которых люди делятся на толпу, “элиту” и посвящённых. А система образования в воспитания «штампует» холопов либо просто дураков, набитых знаниями прикладного характера (в лучшем случае и только в последние века: раньше просто поддерживали всеобщее невежество и неграмотность).

Для такого течения глобального исторического процесса в прошлых цивилизациях, застрявших в развитии безнадёжного толпо-“элитаризма” — характерны были глобальные катастрофы, в которых могли уцелеть лишь «избранные», которые потом представлялись для людей следующих цивилизаций как боги либо герои, пришедшие из-за океана с высокой культурой глобализации.

345.

Как это реально происходит в ходе занятия эгрегориальной магией подробно описано в первой книге учебника в главе «Духовная культура как основа религий».

346.

Видимо в воображении кельтам не откажешь. Трёхголовость — достаточно точный образ эгрегора: три головы — материя информация и м hра. А антропоморфность — образ человека — признак человеческого творения этого бога.

В случае козлоногости и рогатости — эгрегоры, под которыми управляются люди с животным типом психики либо демоны (демона-сатаниста часто рисуют с козлиными копытами и рогами).

347.

В общем — инициации (как у шаманов) по полной программе: с преображением психики инициируемого в «нужное русло».

348.

В Орденах эта древняя социальная «выделенность» соответствует высоким степеням посвящения.

349.

Мантика (мантейя, мантия, от греческого mantike — искусство прорицания) — распространённое в Древней Греции и Риме искусство гадания с целью познания воли богов. Узнать волю богов можно было через вещего прорицателя (Сивиллы, Бакид, пифии), по полёту птиц (ауспиции), через сны (ониромантия), по внутренностям животных, по расположению светил и небесным явлениям (астрология). В Древнем Риме жрецы-гадатели объединялись в коллегии (авгуры, гаруспики).

350.

Это возможно только в человечном типе строя психики, в противном случае различить информацию, откуда она получена (а не то что уметь входить в диалог с Богом и правильно строить вопросы, осознавая на них ответы) — невозможно без ошибок.

351.

Пророчествами следует считать информацию, полученную от Бога (возможно даже с помощью людских эгрегоров — через их посредничество). Прогнозы могут быть с разных уровней духовной иерархии: они обычно хоть как-то осмысляются людьми, но как правило не разделяются на информацию от Бога и эгрегориальную информацию. А эгрегориальное программирование — получение информации с эгрегоров, которую туда когда-то кто-то “заложил” умышленно (с целью управлять другими) либо люди её “заложили” сами своими мыслями и устремлениями, и бездумное следование в жизни полученной информации.

352.

Через века древние шаманские, затем воинские, потом рыцарские инициации формально трансформировались в масонские инициации — последний “писк” моды инициаций «мировой закулисы». Суть всех инициаций одна: включение психики инициируемого в алгоритмику эгрегора — будь то «тотемный» эгрегор, либо «воинский орден» эгрегор, либо «рыцарский орден» эгрегор, либо «масонский орден» эгрегор. Все они основаны на эзотеризме и иерархии по посвящению. Вдобавок к эгрегориальной зависимости инициируемый попадал и во вполне земную зависимость: выход из ордена зачастую мог быть лишь через смерть.

353.

То есть — сила зверя. Чуть позже мы рассмотрим другие примеры особой кровожадности и звероподобности многих аспектов древнегерманской религии.

354.

Элиаде Мирча. «Тайные общества. Обряды инициации и посвящения». М., 1999 г.

355.

Топорова Т.В. «Древнегерманские представления о судьбе» М., 1994 г.

356.

Подробно об этом мы будем говорить в шестой книге курса.

357.

При этом их психика ещё больше отдаляется от человечности, доходя до крайних степеней шизофрении.

358.

Подробно об этом смотри в книге «Оружие геноцида: средства самоубийства людей и его механизмы», сайт в Интернете www.vodaspb.ru.

359.

Тяжёлый рок — разновидность наркомании: в процессе восприятия такой музыки вырабатываются наркосодержащие ферменты и поступают в кровь. Разрядка стрессов в ходе просмотра любимых сериалов либо телевизионных шутов — мало чем отличается от слабой формы наркомании…

360.

Женщина хорошо интуитивно чувствует, когда грозит опасность её семье, её роду, её клану, её государственному управляющему “элитарному” клану. Но не далее… Дело в том, что хронологическая длительность процессов, в которые включена «безопасность» всех перечисленных социальных образований — от семьи до государственного толпо-“элитарного” клана — растёт от первого к последнему. И дееспособность женщин-прорицательниц заканчивается длительностью процесса, который соответствует «безопасности» государственного толпо-“элитарного” клана.

361.

Имеются в виду прорицания, касающиеся будущего многих людей, а не чего-то частного, типа любовных историй.

362.

Происхождение нашего мира из инея — скандинавская разновидность атлантического мифа. Можно конечно объяснить его происхождение северным географическим положением скандинавов, где культура льда, тающего весной производит эффект рождения природы, но в природе можно было найти миф и посерьёзнее инея, от которого произошло всё.

Но всё же это — своеобразная параллель тому, что у греков названо «путём их Фив к столпам Геркулесовым». Только в скандинавском исполнении Атлантида, породившая первого великана — превратилась в лёд и иней. И действительно, современная Антарктида так и выглядит после глобальной катастрофы. А первый великан, давший жизнь вполне человечным богам и людям — именно оттуда, но сгинул после “родов”, как бы расчленённый в существующем мире.

Так любимая в советские времена сказка «Снежная королева» (скандинавские предания собранные в сказку) про то, как концепция Атлантиды в образе Королевы опять пытается застудить сердца людей, превратив их в ледышки. И только человеческая любовь спасает от жестокосердия и душевного обледенения…

363.

Это весьма распространённый индоевропейский миф возникновения мира от космического «первочеловека», с которым мы будем встречаться, когда начнём изучать ведический Восток.

364.

Эту враждебность, которую видели за «своей оградой» практически все скандинавские народы до сих пор, последние перенесли на всеобщую враждебность других народов по отношению к себе. А отсюда и — презрение к другим народам.

365.

Не отсюда ли сказка про доверчивого дурака-Буратино, который борется за всеобщее счастье?

366.

Боги-эгрегоры возрождались вновь в результате цивилизаторской деятельности спасшихся иерархов предыдущих цивилизаций, которые начинали воспроизводить её аналог по памяти — такие эгрегоры естественно были «богами второго поколения» или “воскресшие” боги: у кого как в мифах.

367.

Звучание голосов — один из признаков «надёжности» включения психики воинов в боевой эгрегор-бог, который управляет битвой каждого воина и всеми ими вместе, координируя их усилия в общей алгоритмике боя.

368.

Так древнегреческие мифы занимают очень высокое место в мировой толпо-“элитарной” иерархии. Там же и кельтские друиды.

369.

Но по всему похоже, что в этом процессе “стравливания” и “разнимания” где-то от эпохи Возрождения и Просвещения сама «мировая закулиса», когда-то единая в своих мнениях, распалась на две части: одна поддерживает материалистический атеизм, который ближе к мифическим орденам, а вторая — идеалистический атеизм, который ближе к церковным орденам.

370.

Лужицкая культура (археологический термин) — культура позднего бронзового и раннего железного веков (около 13-4 вв. до н. э.) в Средней Европе. Названа по обл. Лужица в Германии. Городища, селища, могильники с трупосожжениями. Хозяйство: земледелие и скотоводство.

371.

Книга С.Ершова «Великая Русь. Народонаселение и войны I–XX вв.» Санкт-Петербург, «Феникс-Плюс» 1997 г.

372.

Полянами считаются восточнославянские и западнославянские общности (часто называемые племенами), которые в VI–IX вв. были одними из основных, вошедших в состав Руси. Считается что от имени западных полян произошло название Польша.

373.

Норманская теория — направление в российской и зарубежной историографии, сторонники которого считали норманнов (варягов) основателями государства в Древней Руси. Сформулирована во 2-й четверти 18 в. Г. З. Байером, Г. Ф. Миллером и др. Норманскую теорию отвергали М.В. Ломоносов, Д.И. Иловайский, С.А. Гедеонов и другие.

374.

Собственно государств Германии и Польши в IX–X вв. ещё не существовало.

375.

Конфедерация — (от позднелатинского confoederatio — союз, объединение) — форма государственного устройства, при которой государства, образующие конфедерацию, полностью сохраняют свою независимость, имеют собственные органы государственной власти и управления; специально объединенные органы создаются только для координации действий в определенных целях (военных, внешнеполитических и т. п.).

376.

Исторические упоминания о русах встречаются с IV века н. э. Из этого можно предположить, что имя русы появилось минимум одно-два столетия ранее его попадания в летописи.

377.

Другое дело с такими названиями как эсты, мордва, мари, чуваши, татары: эти народности изначально имели племенные названия, от которых пошли названия народов. И язык у них всегда был разный, как и внешний вид.

378.

Известные змиевы валы — народное название древних оборонительных валов по берегам притоков Днепра, южнее Киева, время сооружения предположительно 1-е тыс. до н. э. или 1-е тыс. н. э. невозможно было соорудить без такой консолидации огромного народа.

379.

Литва.

380.

Византийцы русских путали со скифами — древними племенами северного Причерноморья.

381.

Крейсер «Варяг» — символ лживой легенды о происхождении древней Руси от княжения варягов.

382.

I век новой эры.

383.

Сарматы — объединение кочевых скотоводческих племен (аланы, роксоланы, языги и др.). В 6–4 вв. до н. э. жили на территории от р. Тобол до р. Волги. В 3 в. до н. э. вытеснили из Сев. Причерноморья скифов. Вели войны с государствами Закавказья и Римом. В 4 в. н. э. разгромлены гуннами.

384.

Певкины — общность, жившая в дунайских гирлах и входивший в состав Римской империи.

385.

Фенны — племена северо-востока Европы.

386.

Фратрия (от греческого phratria — братство) — подразделение племени, экзогамная (запрет браков в пределах одного коллектива) совокупность нескольких родов.

387.

А могут и выходить за пределы государственного управления в случае слабого государства.

[388].

Это к ответу на вопрос: Почему мусульмане и русские в одном государстве жили мирно и слажено на протяжении веков?

Также полезно обратить внимание на то обстоятельство, что ниспослание Корана (VII в. н. э.) имело место именного тогда, когда Русь изначальная подходила в своём культурном развитии к началу кризисной эпохи, либо кризисная эпоха только-только начиналась.

О главных причинах кризиса государственности Великой Руси мы будем говорить позже.

389.

В смысле наличия хотя бы позднейших текстов, повествующих о жизни в прежние времена на основе не сохранившихся оригинальных письменных хроник, написанных по свидетельствам очевидцев событий и самими участниками событий.

390.

Этимология (от греческого etymon — истина, истинное значение слова) — происхождение слова или морфемы; раздел языкознания, занимающийся изучением первоначальной словообразовательной структуры слова и выявлением элементов его древнего значения.

391.

Русь не оправданно назвали Россией, внеся инверсию в цели развития русской цивилизации и её объективность. Обоснования этому весьма расплывчатые. Они сводятся к тому, что централизация власти и укрепление государства к середине II тысячелетия после выхода из кризиса, вызванного татаро-монгольским игом — явилось предпосылкой переименования Руси в Российское государство, с целью отмежевания от якобы древнерусской раздробленности и слабости.

В середине XVI века Россией стали называть совокупность земель, которые вошли на то время в Московское централизованное государство. На протяжении XVI–XVII вв. появились прилагательные «росский», «российский». В самой Московии термин «Росiя» для обозначения страны начал употребляться с XVI в: название Россия впервые засвидетельствовано в московской грамоте от 1517 года, а в напечатанном в 1577 году в «московской слободе» (псалтыре) употреблено «Великiя Росiи». Само название введено древними греками, а затем латинянами. Они Русь называли «Russia» и таким оно получило распространение в западном мире. Но в русском языке правильно говорить Русь, а не латиноязычное Россия.

В действительности это объяснение перечёркивает всю древнюю историю и былую мощь Великой Руси, что и является основной идеей нормандской версии происхождения Руси. Но не случайно название «Россия» впервые появляется накануне «польской смуты», которая закончилась сменой династии с Рюриковичей на Романовых. Именно Романовы и их Россия — Российская империя (с 1721 года) являются греческой вывеской на Руси периода библейского христианства: самый расцвет библейского христианства приходится на начало XVII века — момент выхода России из смуты. До начала XVI века проблемы с “христианизацией” Руси ещё продолжались (а начались они в конце X века).

392.

Правда верхушка советских “элит” приняла для употребления даже не русские мифы и легенды, а древнегреческие — параллельно марксизму. И то и другое — продукт западноевропейской мысли.

393.

Дравиды — группа этносов (телугу, тамилы, малаяли, каннара, гонды, ораоны и др.) в Индии, главным образом на юге, а также Пакистане и соседних районах Ирана и Афганистана (брагуи). Относятся к южно-индийской расе. Языки дравидийские. Коренное население — Индостана.

394.

Те, кто в настоящее время помогает распродавать исконно русские земли, называясь при этом русским — лицемеры и жиды.

395.

«Повесть временных лет», 1071 г.

396.

Древнейшая индоарийская традиция, о которой мы будем говорить в пятой книге курса.

397.

И.Срезневский «Святилища и обряды языческого богослужения древних славян по свидетельствам современным и преданиям». Харьков, 1846 г.

398.

Прокопий Кесарийский (около 500–565 гг.) — византийский писатель-историк.

399.

Подобную сакрализацию полного, завершённого жизненного цикла можно видеть и в хорошо сохранившемся у всех славян обычае сочетать в обряде похорон незамужних и неженатых молодых людей — ритуал погребения с ритуалом свадьбы. А также восполнять пропущенные звенья жизненной цепи.

400.

Правда зачатую человек и сам не замечает своей судьбы и не желает следовать её наилучшим путём. Но это уже — другой случай.

401.

Понятие ирийчасто путают с индоевропейским и библейским понятием рай. Но в дальнейщем, рассматривая русское богословие в четвёртой книге курса, мы увидим, что ирий и рай — разные вещи. Ирий означает иной мир.

402.

Чего стали избегать в период библейского христианства.

403.

Д.О.Прозоровский «О Славяно-Русском дохристианском счислении времени. Труды II археологического съезда в Санкт-Петербурге», 1881 г.

404.

Кроме этого интересный фактологический и исследовательский материал имеется в трудах Ю.Д.Петухова «Русы древнего Востока», «История Русов» и других, в которых излагается несколько иная версия происхождения Древней Руси.

405.

Мир духов.

406.

По сути это триединство — эгрегоры, в которых предки накапливали управленческую информацию — в Нави, полученную от Прави на Языке Жизни (в Яви).

407.

Эгрегоров, в которых накапливается информация о тех или иных сторонах жизни.

408.

А значит это — эгрегоры (в Нави), к которым обращались наши предки за помощью в управлении.

409.

В современном атеистическом обществе и этого нет: как говорится большинству «всё по барабану».

410.

Подавляющее большинство русских (по происхождению, а не по духу) действительно живут как в тюрьме: работа на «пахана» — дом — выпивка по выходным — опять работа на пахана» — чем не лагерь? Только современное либерально-капиталистическое общество отличается от лагерного режима тем, что в лагере русским (по происхождению) всё понятно, а современное общество их пугает непонятностью “лагерного” режима: как так происходит, что нас «имеют», а мы молчим? Но вместо того чтобы разобраться в этом вопросе глобально (а не на местном уровне) и решить его раз и навсегда — большинство русских (по происхождению) выбирают позицию «моя хата с краю…», а некоторые, отчаявшись, лезут «на зону» или на тот свет.

Книга 3.

Часть III. Религиозные и идеологические системы (Продолжение).

3.3. «Мировые» религиозные системы: ведически-знахарская культура.

Мы в целом закончили краткий анализ крупнейших древних национально-государственных систем и переходим к религиозным и идеологическим системам, большая часть которых сохраняется в современности как действующие (а не отмершие). Многие из религиозных систем, которые будут предметом разговора следующих книг курса, возникли также как и древние национально-государственные системы — в глубокой древности. Однако, множество людей в разных частях мира исповедуют эти религии до сих пор, поэтому их относят к современным, согласно общепринятой классификации. В третьей и следующих книгах курса мы будем рассматривать религиозные системы, считающиеся по принятой классификациимировыми (буддизм, христианство, ислам), религиозные системы, считающиеся по принятой классификации этническими и национально-государственными (индуизм, зороастризм) и более современные идеологические системы типа марксизма, масонства, саентологии.

Напомним, что отнесение той или иной религиозной или идеологической системы к мировой, либо национально-государственной (этнической) достаточно условное. Так, мировой считается религиозная система, которая широко распространена во многих регионах мировой цивилизации, не локализована границами государства и/или народа. Этнической (национальной) считается религиозная система, которая распространена в границах определённого государства и/или у определённых народов.

Согласно такой классификации, индуизм и зороастризм и относят к этническим национально-государственным религиозным системам. Но вот иудаизм, который многие религиоведы настойчиво относят к этническим религиозным системам, не признавая за иудаизмом мировой статус — всё же правильнее относить к мировым религиозным системам, даже несмотря на условность такого рода классификации. Это так, поскольку иудаизм, хоть и является явно выраженной религией иудейской общности людей, называемой «этносом», и в общем-то локализован этой «этнической» общностью от народов мира, но в то же время — иудаизм не национальная религия[1] и он распространён настолько широко географически в мире и настолько влиятелен в народах мира, что его религиозную систему нельзя не назвать мировой. А по характеру взаимодействия иудейских диаспор с народами, среди которых диаспоры существуют, её можно назвать интернациональной (межнациональной).

В то же время такие религиозные системы, например, как зороастризм и индуизм (также синтоизм и даосизм) действительно локализованы сейчас (либо когда-то были локализованы, как зороастризм) этнически и по государственному признаку, и главное — не имеют такого влияния на другие народы мира и такого географического охвата, как иудаизм.

Поэтому мы будем считать иудаизм самой древней мировой религиозной системой, по какой причине и рассматриваем её первой в третьей книге. Хронологически после иудаизма зародилась следующая мировая религиозная система — буддизм (с VI века до н. э.). Однако, мы её рассмотрим позже христианства, поскольку буддизм, как мировая религия, оказал на становление и развитие западной цивилизации несравненно меньшее влияние, чем христианство и следующая за христианством религиозная система ислама (VII в.н. э.).

Все эти мировые религиозные системы (иудаизм, буддизм, христианство, ислам) согласно общепринятой классификации объединяют несколько признаков: все они являются религиями монотеизма и религиями откровения.[2] Напомним, что религии откровения отличаются следующим: религии откровения всегда связаны с личностью основателя и фактом «сверхъестественного откровения, либо озарения». Говоря об основателях религии имеют в виду, что один человек (именем которого часто называют религию), сыграл решающую роль в консолидации людей на предложенную им веру. Напомним, что в становлении практически всех религий откровения (озарения) можно выделить схожие этапы:

Появление вдохновленного с высших духовных иерархий Мирозданья основоположника.

Его устные проповеди в разных местах скопления людей.

Формирование вокруг учителя (как обычно называют основоположника) группы учеников, поверивших его проповедям и рассказам.

Совместная жизнь группы учеников и учителя, связанных простыми взаимоотношениями и религиозными практиками.

Уход учителя в мир иной и реорганизация группы учеников, поскольку никто из них не смог подняться до уровня учителя, и тем более превзойти его.

После реорганизации и ухода учителя в мир иной группа учеников становится первой религиозной общиной.

Установление религиозного культа, основанного на том, что запомнили члены общины, бывшие ученики — до начала формирования вероучительной доктрины.

Понимание необходимости установления организационной дисциплины для дальнейшего распространения религии во избежании расколов и разногласий — формирование церкви.

Развитие, письменное оформление и канонизация вероучительной доктрины; формулировка основных положений веры и культа.

Создание и внедрение эффективных средств защита канонов, веры и культа для дальнейшего распространения вероучения.

К сожалению так исторически сложилось (не без вмешательства «мировой закулисы» — глобальных знахарей), что все вышеназванные мировые религиозные системы несмотря на их древние богооткровенные истоки представляют собой разновидности религиозных систем ведически-знахарской культуры. Ведически-знахарской культуре соответствуют в целом[3] каноны (писания) иудаизма и библейского христианства. Но вот каноны ислама, записанные в Коране — не соответствуют той религиозной системе исторического ислама, которая сложилась и функционирует в настоящее время.

По причине соответствия исторически сложившихся религиозных систем иудаизма, христианства и ислама — ведически-знахарской культуре — мы рассматриваем их все под этой вывеской. Однако, при их рассмотрении будем особо выделять культуру Корана, а также особо будем выделять фрагменты откровений, которые, на наш взгляд могли попасть в библейские каноны от Бога через «пророков».

3.3.1. Религиозная система иудаизма.

Иудаизм — религиозная система, возникшая на рубеже I–II тысячелетий до н. э. в Палестине (Ханаан — древнее название территории Палестины, Сирии и Финикии). Термин иудаизм (на иврите «яаадут») скорее всего происходит от названия племенного объединения Иуды, которое, согласно библейскому повествованию было — самое многочисленное среди двенадцати племён — колен израилевых (Ветхий Завет, Числа 1:19–44). Кроме самой большой численности, из рода-племени Иуды, в истории иудеев был ещё и царь Давид (конец XI в. до н. э — около 977 г. до н. э.). Именно при царе Давиде объединённое Израильско-Иудейское царство в конце XI в. до н. э. достигло наивысшего могущества. Это обстоятельство обусловило привилегированное положение рода Иуды в первом древнееврейском государстве. Этот исторический факт положил основу назвать религиозную систему древних племён на рубеже II–I тысячелетий до н. э. — иудаизмом. В целом иудаизм — религиозная система, представляющая собой комплекс правовых, морально-этических, философских и религиозных представлений, определяющих на протяжении более трёх тысячелетий мировоззрение и уклад жизни евреев, исповедующих иудаизм.

Библейский миф о происхождении.

Иудаизм появился в среде древнейших цивилизаций Ближнего Востока, в первую очередь — Месопотамии, Египта и Ханаана. Концентрация населения и уровень социальной напряжённости в этом регионе были самыми высокими в мире, поскольку именно здесь — на Ближнем Востоке древние крупнейшие цивилизации-государства вырвались вперёд других по степени своего научно-технического развития. Поскольку этот регион был местом, где сходилось множество торговых, финансовых и информационных путей, борьба за власть над землями и людьми этого региона велась уже давно и была наиболее ожесточённой и изощрённой.

В предыдущей книге учебника мы рассмотрели религиозные системы этих древних государств-цивилизаций и сделали общий вывод о религиозной кровожадности этих систем. Особо кровожадными были боги Ханаана.

Особенность древних религиозных систем Сирии, Финикии, Палестины и некоторых других государств Древнего Востока — это особая жестокость и грубость, доходящая до садизма, при проведении религиозных культов. Изображения богов показывают, что финикяне, например, представляли их страшно свирепыми и уродливыми чудовищами. Боги посылали засуху, болезни, мух, чтобы мучить людей, мышей, которые истребляли посевы. Поэтому богов необходимо было задабривать жертвами. Жертвы приносились везде: на горах, холмах, в долинах, в ручьях и озёрах. В жертву приносилось всё: от еды и животных — до людей. Главный дар богу — кровь. Часто люди обстригали себе голову в честь бога, поскольку волосы символизировали кровь. В Библе во время жертвоприношений богу Адонису река становилась кровавой.

Особая жестокость и кровавость жертвоприношений, совершавшихся в таких древних городах как Библ, интересна ещё и тем, что грядущая в не таком далёком будущем (в первую очередь в районе Ханаана) культура Библии[4] (особенно Торы), изобилует разнообразным злом и жаждой жертвоприношений исходящими от кровожадного еврейского бога. То есть, составители первых редакций Торы взяли и скопировали стереотипы взаимоотношений с богами, которые были у народов в основном семитских племён в этих местах (Сирия, Финикия, Палестина) — просто перенеся старые стереотипы на нового еврейского бога.

Библейский миф о происхождении «земли обетованной» повествует о договоре родоначальника семитских племён Авраама с Богом о том, что Ханаан (позднее Палестина) будет отдана потомкам Авраама. Авраам согласно Бытию (6 — 11 главы) — внук Сима — первого сына Ноя, спасшегося после потопа. Семья Ноя, согласно Библии, единственная человеческая община, уцелевшая после потопа.

В дальнейшем Аврааму было предложено Богом[5] выйти из своей земли в Ханаан:

Бытие 11.

31 И взял Фарра Аврама, сына своего, и Лота, сына Аранова, внука своего, и Сару, невестку свою, жену Аврама, сына своего, и вышел с ними из Ура Халдейского, чтобы идти в землю Ханаанскую; но, дойдя до Харрана, они остановились там.

32 И было дней жизни Фарры [в Харранской земле] двести пять лет, и умер Фарра в Харране.

Бытие 12.

1 И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего [и иди] в землю, которую Я укажу тебе;

2 и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение;

Библия (книга Бытие) повествует о длительном переходе Авраама с остановкой в Харранской земле (Северная Месопотамия), где, согласно Библии, Авраам заключил Завет с Богом в обмен на обещание Бога отдать ему Ханаан и обеспечить лучшую жизнь его многочисленному потомству (некоторые историки относят этот момент к XX веку до н. э.). В это же время Бог предрёк Аврааму, что его потомки будут рабами «в земле не своей» 400 лет (имеется в виду Египет):

Бытие 15.

13 И сказал Господь Авраму: знай, что потомки твои будут пришельцами в земле не своей, и поработят их, и будут угнетать их четыреста лет,

14 но Я произведу суд над народом, у которого они будут в порабощении; после сего они выйдут [сюда] с большим имуществом,

15 а ты отойдешь к отцам твоим в мире и будешь погребен в старости доброй;

16 в четвертом роде возвратятся они сюда: ибо мера беззаконий Аморреев доселе еще не наполнилась.

Первый Завет с Богом, о котором говорится в Библии, согласно ей — подтверждается вторым Заветом Бога с Моисеем (отсюда — Второзаконие Моисея) — освободителем евреев из Египетского плена. Египетский плен и был предсказан, согласно Библии, Аврааму для его потомков. Около XIII века до н. э. Моисей вывел евреев из египетского плена.

Договор с Богом в отношении пребывания евреев в Египте и предыстория этого договора описана в книге Бытие (главы 44–46), где указано на «гарантии» от Бога, что Он обязательно выведет евреев из Египта:

Бытие 46.

2 И сказал Бог Израилю[6] в видении ночном: Иаков! Иаков! Он сказал: вот я.

3 Бог сказал: Я Бог, Бог отца твоего; не бойся идти в Египет, ибо там произведу от тебя народ великий;

4 Я пойду с тобою в Египет, Я и выведу тебя обратно. Иосиф своею рукою закроет глаза твои.

5 Иаков отправился из Вирсавии; и повезли сыны Израилевы[7] Иакова отца своего, и детей своих, и жен своих на колесницах, которые послал фараон, чтобы привезти его.

Если рассматривать основные содержательные стороны этого библейского мифа, лишь те, которые касаются главных событий в части заключений Заветов с Богом отдельных знаковых исторических фигур, таких как Авраам, Исаак, Иаков, Моисей и других до Моисея включительно — то в общем послепотопная история, происходящая как диалог Бога с вышеперечисленными людьми — во многом подтверждается и в Коране. Дело в том, что Коран (хронологически позднее откровение: VII век новой эры) обширно комментирует многие из тех же событий, что и в Библии. Цитаты из Корана мы приводим по переводу И.Ю.Крачковского с изменениями слов Аллах на Бог и приведением имён в соответствие с обычным их звучанием (выделения жирным и сноски наши):

Коран 2.

124 И вот, Господь испытал Авраама словесами и потом завершил их. Он сказал: «Поистине, Я сделаю тебя для людей имамом».[8] Он сказал: «И из моего потомства?» Он сказал: «Не объемлет завет Мой неправедных».

125 И вот, сделали Мы этот дом сборищем для людей и надежным местом: «И возьмите себе место Авраама местом моления». И Мы заповедали Аврааму и Исмаилу: «Очистите Мой дом для совершающих обход, и пребывающих, и преклоняющихся, и падающих ниц!».

130 А кто отвратится от толка Авраама, кроме того, кто оглупил свою душу? Мы избрали его уже в ближнем мире, а в будущем, он, конечно, среди праведников.

132 И завещал это Авраам своим сынам и Иаков: «О сыны мои! Поистине, Бог избрал для вас религию; не умирайте же без того, чтобы не быть вам предавшимся!»[9].

133 Разве вы были свидетелями, когда предстала к Иакову смерть? Вот он сказал своим сынам: «Чему вы будете поклоняться после меня?» Они сказали: «Мы будем поклоняться твоему богу и богу твоих отцов, — Авраама и Исмаила, и Исаака, — единому Богу, и Ему мы предаемся».

134 Это — народ, который уже прошел; ему — то, что он приобрел, и вам — то, что вы приобрели, и вас не спросят о том, что делали они.

135 Они говорят: «Будьте иудеями или христианами — найдёте прямой путь». Скажи: «Нет, — общиной Авраама, ханифа,[10] ведь он не был из многобожников».

136 Скажите: «Мы уверовали в Бога и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их. Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся».

Коран указывает на то, что Бог, испытав Авраама, выбрал его учителем-наставником для других людей («Я сделаю тебя для людей имамом»). Одновременно с этим в том же стихе (2: 124) Бог как бы «поправляет» Авраама, когда тот спрашивает по отношению к кому он будет учителем-наставником (имамом): из потомства Авраама?: Он (Авраам — наше пояснение) сказал: «И из моего потомства?».

На что Бог отвечает:

Он (Бог — наше пояснение) сказал: «Не объемлет завет Мой неправедных».

Коран появился более чем через 1000 лет после Второзакония и поэтому Бог в Коране вполне мог «поправить» не только Авраама, но и тех, кто составлял Второзаконие (Тору). История евреев к моменту появления Корана уже свершилась в части, описанной в Торе и показала, что то потомство, которое имел в виду Авраам (то есть — евреи) — неправедно — на что и указывает Коран: «Не объемлет завет Мой неправедных».

В Коране ясно сказано (2: 133, 134), что народ Авраама, Исмаила и Исаака, которые поклонялись единому Богу — уже прошёл (свой путь). Сами Авраам, Исмаил, Исаак и другие люди, выделенные в писаниях как «пророки», были праведниками, что подтверждается в 136 стихе: «Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся». Иначе говоря, «пророки» из писаний признаются праведниками, а «народ Авраама» — нет: ему (народу — наше пояснение) — то, что он приобрел, и вам (пророкам — наше пояснение) — то, что вы приобрели, и вас не спросят о том, что делали они.

Религия Авраама, Исмаила и Исаака, Иакова, а также то, что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их (которые, согласно Корану, «уверовали в Бога» единого) — сравнивается Кораном с религией иудеев и христиан (Они говорят: «Будьте иудеями или христианами — найдёте прямой путь»). И в Коране от имени Бога между религией Авраама (и других «пророков») и религией иудеев и христианНЕ ставится знак равенства: Скажи: «Нет, — общиной Авраама, ханифа, ведь он не был из многобожников». Мало того: религия иудеев и христиан приравнивается к религии многобожников.

Вывод, сделанный нами в предыдущем абзаце, предворяет разговор о двух крупнейших религиозных системах, объединённых в одной книге, которая называется Библия. Коран указывает, что в определённый период становления иудаизма после Моисея, который поставлен в один ряд с «пророками», исповедующими религию от Бога единого, произошла подмена религии от Бога на некое подобие древнего многобожества.[11] Кроме того Коран многократно указывает на внеконфессиональное (не иудейское) происхождение Авраама, от которого иудеи строят свою еврейскую родословную, монополизировав «право» на якобы своего еврейского первопредка-праведника.[12] В действительности Авраам вполне мог быть (а мог и не быть) предком евреев (также как и многих семитов), но не по иудейскому духу, а по родовым линиям. На это и указывает Коран:

Коран 3.

65 О обладатели писания! Почему вы препираетесь об Аврааме? Тора и Евангелие были ниспосланы только после него. Разве вы не уразумеете?

67 Авраам не был ни иудеем, ни христианином, а был он ханифом предавшимся и не был из многобожников.

68 Самые близкие к Аврааму люди, конечно, те, которые за ним последовали, и этот пророк и те, которые уверовали. А Бог — друг верующих.

Коран утверждает, что Аврааму по духу и вере гораздо ближе «не иудеи и христиане», а последователи его веры.[13] И намекает, что та Тора (иудейское писание) и Евангелие («христианское» писание) были «ниспосланы только после него», из чего можно понять, что их содержание не соответствует вере Авраама, также как не соответствует и вере Исмаила и Исаака, Иакова, Моисея и Иисуса. Но прежде чем стать избранником Бога для того чтобы нести единобожие людям, Авраам сам проявил мудрость и добронравие, которые заметил Бог — что тоже можно понять не только из Торы, но и из Корана:

Коран 6.

74 Вот сказал Авраам отцу своему Азару: «Неужели ты идолов превращаешь в богов? Я вижу, что ты и твой народ — в явном заблуждении».

75 И так Мы показываем Аврааму власть над небесами и землёй, чтобы он был из имеющих уверенность.

При этом Коран повествует о том, что Авраам в вере Богу разошёлся со своим отцом после того, как тот предался многобожничеству:

Коран 9.

113 Не следует пророку и тем, которые уверовали, просить прощения для многобожников, хотя бы они были родственниками, после того как стало ясно для них, что они — обитатели огня.

114 И просьба Авраама о прощении отцу была только согласно обещанию, которое он ему обещал. Когда же ему стало ясно, что он — враг Бога, он отказался от него. Поистине, Авраам — сострадателен, кроток!

Мало того, Коран именем Бога прямо противопоставляет некоторых «пророков» во главе с Авраамом — народу Авраама («его народу»), который, как можно понять, узурпировал «права» не только на праведность первопредка Авраама, но, главное — на «богоизбранность» (которую Авраам действительно может и имел в силу своей праведности):

Коран 6.

82 Те, которые уверовали и не облекли свои веры в несправедливость, для них — безопасность, и они — на верной дороге.

83 Это — Наш довод, который Мы даровали Аврааму против его народа. Мы возвышаем степенями тех, кого желаем. Поистине, Господь твой — мудрый, знающий!

84 И даровали Мы ему (Аврааму — наше замечание) Исаака и Иакова; всех Мы вели прямым путём; И Ноя вели раньше,[14] а из его потомства — Давида, Соломона, и Иову и Иосифа, и Моисея, и Аарона. Так воздаем Мы делающим добро!

Таким образом до Моисея были люди, исповедующие единобожие и признанные Богом праведниками, несущими религию единобожия к другим людям. Они перечислены в Коране. К ним вполне можно добавить имя фараона Эхнатона, который провёл религиозную реформу в Египте (мы её рассматривали во второй книге). Но, как повествует Коран во многих местах, люди постоянно сбивались на многобожие и идолопоклонничество, не слушая праведников и даже вредя им. Так продолжалось и во времена Моисея.

В период хронологически от времён Моисея, который сам исповедовал единобожие и был верен Богу (согласно Корану) до становления иудаизма, который тем же Кораном приравнен по смыслу к многобожию — произошла подмена учения Моисея и тех, кто был праведниками до него, на учение, имитирующее веру в Бога единого. С хронологией и основными этапами этой подмены и нужно разобраться.

Доегипетская история.

Если придерживаться линии Корана, то древняя вера Авраама и других «пророков» (до Моисея и его брата Аарона — включительно) и «земля обетованная» (Палестина), которую Бог обещал Аврааму и в которую Авраам, согласно Торе, вошёл со скотоводческими племенами (которые стали называться евреи) и жил с ними — это вера Авраама, которую он соблюдал, пребывая в «земле обетованной» до своей смерти. Через несколько поколений после смерти Авраама скотоводческие племена (либо одно большое племя) откочевали в Египет.

Тора повествует о том, как внук Авраама Иаков (сын Исаака) получил второе имя Израиль. Именно от Иакова-Израиля пошли двенадцать сыновей: Рувим, Симон, Леви, Иуда, Иссахар, Зебулон, Дан, Нафтали, Гад, Ашер, Иосиф и Вениамин — именами которых названы 12-ть израилевых колен. То есть, Тора безусловно возводит родословную всех евреев и их колен к Аврааму и называет их «родоначальниками еврейского народа».

В первой же книге Торы (Бытие), которая заканчивается историей младшего сына Иакова Иосифа и переселением всего семейства в Египет, можно найти места, которые никак не могли быть откровением от Бога Аврааму:

Бытие 17.

1 Аврам был девяноста девяти лет, и Господь явился Авраму и сказал ему: Я Бог Всемогущий; ходи предо Мною и будь непорочен;

2 и поставлю завет Мой между Мною и тобою, и весьма, весьма размножу тебя.

3 И пал Аврам на лице свое. Бог продолжал говорить с ним и сказал:

4 Я — вот завет Мой с тобою: ты будешь отцом множества народов,

5 и не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя: Авраам,[15] ибо Я сделаю тебя отцом множества народов;

6 и весьма, весьма распложу тебя, и произведу от тебя народы, и цари произойдут от тебя;

10 Сей есть завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя [в роды их]: да будет у вас обрезан весь мужеский пол;

11 обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами.

12 Восьми дней от рождения да будет обрезан у вас в роды ваши всякий младенец мужеского пола, рожденный в доме и купленный за серебро у какого-нибудь иноплеменника, который не от твоего семени.

Зачем понадобилось якобы Богу переименовывать Аврама (с одной «а») в Авраама (с двумя «а») с последующим за этим обязательством обрезать всех младенцев мужского пола на восьмой день от роду?

— Скорее всего с этого момента большая часть «родословной» будущих евреев просто приписана Торой библейскому мифическому Аврааму: так разъединили и пометили исторический период, от которого библейская история мифологизирована под определённые нужды. А настоящий исторически существовавший Авраам (Аврам — через одно «а») и не рожал столько детей. Мы именовали Авраама через два «а», поскольку «пророк» общеизвестен именно под этим именем. Однако, скорее всего особая субкультура древнего семитского скотоводческого племени и его особая «генетика» стала формироваться ещё до момента «египетского плена» после смерти Авраама. Этому же времени приписана и особая родословная будущих евреев от Авраама — хотя помимо всеобщего обязательного обрезания для людей этого племени никаких других «документов» у этих будущих евреев о своей родословной быть не могло. Тем более, что «завет» с якобы Богом предписывал Аврааму обрезать всякого «младенца мужескогопола, рожденного в доме и купленного за серебро у какого-нибудь иноплеменника, который не от твоего семени». То есть племя могло прирастать и иноплеменниками, которых делали «своими» через обрезание и приобщение к особой субкультуре, которая могла поддерживаться в нём до «египетского плена».

Обрезание крайней плоти как «знамение завета» между Богом и будущими евреями — можно назвать началом эпохи становления древнейшего социального расизма. Зачем Богу помечать с младенчества часть своих же созданий, калеча их обрезанием? Разве Бог не различает людей иначе — по духу? Разве можно обрести в обрезании богоизбранность?

— Ясно что это надо было не Богу, а это — вполне земное «клеймение» людей с вполне определёнными целями. Так что в Египет вполне могло войти не сколько потомство Авраама, а семитское[16] скотоводческое племя, либо несколько племён (которых было множество вокруг Египта), за жизнью которых уже давно наблюдали египетские «жрецы» и сотрудничали с предводителями этих племён.[17] О контактах предводителей племени с Египтом в книге Бытие[18] сказано немало. Всему этому племени и приписали обширную богооткровенную родословную. Хотя в нём, возможно и было некоторое количество прямых потомков Авраама, которые в конечном итоге (возможно и перед «египетским пленом») распределились как-то по «коленам» согласно библейской легенде.

Во всяком случае Коран подтверждает версию существования «колен», которым тоже когда-то давалось Свыше Откровение:

Коран 2.

136 Скажите: «Мы уверовали в Бога и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их. Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся».

Значит борьба за веру, которую должны были принять «колена» (племена) и понести народам, началась ещё до «египетского плена» между Богом и иерархией древнеегипетского «жречества».[19] Бог действовал через патриархов-праведников, находящихся в среде «колен», давая племенам-«коленам» через этих «пророков» информацию. Пророки, начиная от Иосифа — переселились в Египет и попали во дворец фараона. Последнее слово в этой борьбе оставалось за людьми, входящими в «колена»-племена: какую веру они предпочтут: от Бога, либо от «жрецов».

Египетский плен и исход.

О египетском плене и исходе сказано во второй книге Торы — Исход (по еврейски — Шемот). В следующих трёх книгах Пятикнижия Моисеева — Левит (Вайикра), Числа (Бемидбар), и Второзаконие (Дварим) — повествуется о походе евреев по Синайской пустыне до вторжения в Палестину.

Коран многократно указывает на то, что «колена израилевы» уклонились от миссии нести знания от Бога людям:

Коран 62.

5 Те, кому было дано нести Тору, а они ее не понесли, подобен ослу, который несёт книги. Скверно подобие людей, которые считали ложью знамения Бога! Бог не ведёт людей неправедных!

6 Скажи:[20]«О вы, которые стали иудеями! Если вы утверждаете, что вы — близкие к Богу, помимо прочих людей, то пожелайте смерти, если вы правдивы!».

Египетская история евреев начинается с Иосифа. Как можно проследить по текстам Библии и Корана, некое посягательство на свободное историческое развитие евреев началось уже задолго до Моисея: Иосиф Иаковлевич (Прекрасный), поднявшись в социальной иерархии Египта из положения купленного невольника до уровня ближайшего советника фараона, был женат на Асенефе — «дочери Потифера жреца Илиополийского» (Солнцеградского — Гелиополийского в более привычной транслитерации, Бытие 41:50).

Это означает, что потомки Иосифа принадлежали к кланам иерархии «жречества» Египта. А будучи евреями, они вместе с Моисеем ушли в Синайскую пустыню, не перестав при этом быть служителями культа египетского Амона.

Библия повествует о всеобщей любви к Иосифу в Египте и естественной смерти его в возрасте 110 лет (Бытие 50:22–26). Коран же (сура 40:34) сообщает о гибели Иосифа, поскольку его вероучение было неприемлемо для иерархии Амона и её руководители надеялись, что Бог не поддержит следующего праведника, который может появиться в Египте:

Коран 40.

34 Пришел к вам Иосиф раньше с ясными знамениями, но вы не преставали быть в сомнении о том, с чем он пришел; а когда он погиб, вы сказали: «Не пошлёт Бог после него посланника!» Так Бог сбивает того, кто чрезмерен, сомневающийся!

Сообщение о гибели Иосифа в кораническом повествовании связано уже с появлением при дворе фараона Моисея в качестве праведника, поддержанного Богом, и исходит оно от одного из членов рода (семьи, клана) фараона, осведомлённого о реальной правде прошлого:

Коран 40.

27 И сказал Моисей: «Я прибегаю к Господу моему и Господу вашему от всякого превозносящегося, который не верит в день расчета!».

28 И сказал человек верующий из рода Фараона, который скрывал свою веру: «Неужели вы убьете человека за то, что он говорит: «Господь мой — Бог!» — и перешел к вам с ясными знамениями от вашего Господа? Если он лжец, то на него обратится его ложь; если он правдив, то вас постигнет нечто, что он обещает. Поистине, Бог не ведет тех, кто чрезмерен и лжив!

То есть в бытность Моисея (около XIII в. до н. э.) в Египте конфликт между Богом и всей иерархией «жречества» Египта, возникший во времена Иосифа (самое позднее), продолжался.[21] Как можно понять из сообщений Библии, конфликт возник вследствие расхождения во взглядах о сути реформ общественных отношений в Египте. Если пользоваться современной терминологией в пересказе библейских сообщений (Бытие, гл. 41–47), то в результате первого этапа реформ, осуществленных под руководством Иосифа, следовавшего водительству Свыше, в Египте возникла государственная собственность на основные средства производства — землю прежде всего. Но как можно понять из книги Бытие, гл. 47:22, государственная собственность по существу была клановой собственностью «жречества» Египта, устроившего для себя «коммунизм» («каждому по потребности его») на труде всего общества; всё остальное население Египта юридически оказалось на положении рабов, хотя продолжало жить там, где жило и заниматься тем, чем занималось до этого.

Трудно представить себе, что Иосиф, человек, поднявшийся к вершинам государственной власти из положения купленного невольника и изведавший в этом качестве не мало несправедливого, видел целью своей деятельности построение кланово-«элитарного» рабовладельческого государства, разрастающегося до глобальных масштабов. Коран, многократно порицая рабовладение, в том числе и египетское времен Иосифа и Моисея, однако не высказывает в адрес Иосифа никаких обвинений в насаждении рабовладения в ходе его государственной деятельности в Египте. Разумно предположить, что на втором этапе реформ, должно было произойти преображение государственной собственности, узурпированной «жреческими» кланами, в общенародную, но иерархия отказалась признать равное с собой человеческое достоинство всех прочих жителей Египта и пошла на устранение Иосифа, как о том сообщает Коран. Библия об этом умалчивает, поскольку иерархия знахарей, до уровня которых деградировало жречество Египта, держащая канон библейских текстов на протяжении веков, заинтересована в том, чтобы скрыть от паствы свой конфликт с Богом и Его «посланниками».

Библейская история Моисея следующая. Моисей был сыном родоначальника евреев Авраама и родоначальника арабов Иохаведы. Во времена, когда Моисей появился на свет, фараоном был отдан приказ — всех еврейских новорождённых мужского пола топить в Ниле. Мать Моисея через три месяца от рождения положила младенца в засмолёную корзину и оставила последнюю в тростниках на берегу Нила. Корзину нашла дочь фараона. Так Моисей попал к фараону во дворец:[22].

Исход 2.

9 Дочь фараонова сказала ей: возьми младенца сего и вскорми его мне; я дам тебе плату. Женщина взяла младенца и кормила его.

10 И вырос младенец, и она привела его к дочери фараоновой, и он был у неё вместо сына, и нарекла имя ему: Моисей, потому что, говорила она, я из воды вынула его.

Некоторое время спустя (когда Моисею было около 80-ти лет, согласно Торе) Моисей был призван Богом вывести из Египта угнетаемых властью фараона евреев. Моисей, как повествуют Библия и Коран, при помощи Бога пугает фараона 10-ю проклятиями и фараон оказывается вынужден отпустить Моисея и евреев. На третий месяц исхода из Египта Бог избрал для заключения союза с Израилем место горы Синай. Во время вторичного восхождения на гору Синай Моисей получает от Бога заповеди. Всего основных заповедей — 10, к которым добавлено множество предписаний религиозного, социального, юридического, ритуального значений.

Во времена Моисея конфликт между иерархией египетского знахарства и посланниками Бога Истинного продолжался. И не следует думать, что еврейская периферия египетского псевдожречества, ушедшая вместе с евреями, признала Моисея в качестве легитимного первоиерарха с началом исхода из Египта: затаились и ждали удобного момента, чтобы избавиться от Моисея,[23] как ранее избавились от Иосифа, дабы извратить после его смерти и переданное через него вероучение. Под мудрым управлением, а иным не может быть управление праведника, поддерживаемого Богом, толпа не бунтует сама по себе: чтобы в таких условиях возник бунт, в толпе должна быть организация подстрекателей, владеющих навыками взятия контроля над толпой и управления ею. Библия же повествует не об одном, а о многих бунтах при Моисее, но мало чего говорит о подстрекателях.

Этот конфликт нашёл своё выражение и в Торе и в Коране. Согласно этим источникам, после того, как к Моисею обратился Бог (когда он пас овец своего тестя), он был призван вернуться к фараону,[24] чтобы вывести евреев из Египта:

Исход 3.

11 Моисей сказал Богу: кто я, чтобы мне идти к фараону [царю Египетскому] и вывести из Египта сынов Израилевых?

12 И сказал [Бог]: Я буду с тобою, и вот тебе знамение, что Я послал тебя: когда ты выведешь народ [Мой] из Египта, вы совершите служение Богу на этой горе.

15 И сказал ещё Бог Моисею: так скажи сынам Израилевым: Господь, Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова послал меня к вам. Вот имя Моё на веки, и памятование о Мне из рода в род.

После этого Бог, согласно Торе, дал Моисею магические возможности (символ — жезл) и наделил его красноречием (до этого Моисей был «косноязычным», как он сам признаётся в Торе), после чего Моисей отправился в Египет с семьёй (Исход, гл. 4):

Исход 4.

21 И сказал Господь Моисею: когда пойдешь и возвратишься в Египет, смотри, все чудеса, которые Я поручил тебе, сделай пред лицем фараона, а Я ожесточу сердце его, и он не отпустит народа.[25].

Конфликт между Моисеем и фараоном начался сразу же по прибытии Моисея и его брата Аарона:

Исход 5.

1 После сего Моисей и Аарон пришли к фараону и сказали [ему]: так говорит Господь, Бог Израилев: отпусти народ Мой, чтоб он совершил Мне праздник в пустыне.

2 Но фараон сказал: кто такой Господь, чтоб я послушался голоса Его и отпустил [сынов] Израиля? я не знаю Господа и Израиля не отпущу.

После этого от имени Бога Моисей вынудил фараона отпустить евреев:

Исход 7.

1 Но Господь сказал Моисею: смотри, Я поставил тебя Богом фараону, а Аарон, брат твой, будет твоим пророком:

2 ты будешь говорить [ему] всё, что Я повелю тебе, а Аарон, брат твой, будет говорить фараону, чтобы он отпустил сынов Израилевых из земли своей;

В принципе эту же версию подтверждает и Коран:

Коран 7.

103 Потом послали Мы после них Моисея с Нашими знамениями к Фараону и его знати, но они неправедно поступили с ними. Посмотри же, каков был конец распутников!

104 И сказал Моисей: «О Фараон! Я — посланник Господа миров.

105 Должно говорить мне об Боге только истину. Я пришел к вам с ясным знамением от вашего Господа. Отправь же со мной сынов Израиля!».

Подтверждает Коран (7: 107–123) и магические приёмы Моисея[26] в отношении фараона и его знати, чтобы вынудить фараона отпустить евреев из Египта. После чего часть приближённых фараону магов и знахарей поверили Моисею и Богу:

Коран 7.

120 И пали колдуны, кланяясь ниц.

121 Сказали Они: " Мы уверовали в Господа миров,

122 Господа Моисея и Аарона!».

123 Сказал Фараон: «Вы уверовали в Него раньше, чем я позволил вам. Поистине, это — хитрость, которую вы замыслили в этом городе, чтобы вывести из него обитателей, Но вы узнаете!

124 Я отрублю вам руки и ноги накрест, потом распну вас всех!».

125 Они сказали: «Поистине, мы к нашему Господу обращаемся!

126 Ты мстишь нам только за то, что мы уверовали в знамения Господа нашего, когда они к нам пришли. Господи наш! Пролей на нас терпение и упокой нас предавшимися!».

В результате в иерархии Египта возник конфликт: «сторонники Моисея и Бога» по одну сторону и «сторонники фараона» — по другую сторону. Видимо в ходе этого конфликта фараон и поддерживающие его древнеегипетские знахари приняли решение пойти на свою хитрость: показать как бы лояльность Богу и Моисею, а самим при первой же возможности Моисея устранить. Не случайно Коран (7:123) указывает на то как фараон, обращается к своим подчинённым с укором, что они «уверовали в Него раньше, чем я позволил вам» — то есть, опередили план фараона. После чего фараон согласился на исход евреев из Египта. В библейской версии Бог наслал на Египет «пасхальную жертву Господу» (Исход, глава 12), после чего напуганный фараон отпустил евреев с Моисеем:

Исход 12.

31 И призвал [фараон] Моисея и Аарона ночью и сказал [им]: встаньте, выйдите из среды народа моего, как вы, так и сыны Израилевы, и пойдите, совершите служение Господу [Богу вашему], как говорили вы;

32 и мелкий и крупный скот ваш возьмите, как вы говорили; и пойдите и благословите меня.

33 И понуждали Египтяне народ, чтобы скорее выслать его из земли той; ибо говорили они: мы все помрем.

37 И отправились сыны Израилевы из Раамсеса в Сокхоф до шестисот тысяч пеших мужчин, кроме детей;

38 и множество разноплеменных людей вышли с ними, и мелкий и крупный скот, стадо весьма большое.

39 И испекли они из теста, которое вынесли из Египта, пресные лепешки, ибо оно еще не вскисло,[27] потому что они выгнаны были из Египта и не могли медлить, и даже пищи не приготовили себе на дорогу.

40 Времени же, в которое сыны Израилевы [и отцы их] обитали в Египте [и в земле Ханаанской], было четыреста тридцать лет.

42 Это — ночь бдения Господу за изведение их из земли Египетской; эта самая ночь — бдение Господу у всех сынов Израилевых в роды их.

Поход по Синайской пустыне.

Как протекали в древности события после исхода из Египта евреев, большинство людей может судить только по их описанию в Библии. Чему в ней верить, а что подвергать сомнению и как умозрительно реконструировать истинный ход событий — каждый в этом случае решает сам по своему нравственно обусловленному произволу в пределах возможностей своей культуры мировосприятия и мышления.

Начнём с того, что заглянем на первую страницу Библии в издании Московской патриархии. Там сразу же можно найти прямое и недвусмысленное указание на имевшие место уже в глубоком прошлом цензурные изъятия из ещё более древних текстов. На первой же странице книги Бытие в примечании читаем: «Слова, поставленные в скобках, заимствованы из греческого перевода 70-ти толковников (III в. до Р.Х.)…».

Последнее требует пояснения. В следующих разделах главы мы рассмотрим основные моменты истории распространения («рассеяния») евреев после разрушения их первых государственностей. Здесь же скажем, что на определённом историческом этапе в середине III века до н. э. в Египетской Александрии, как исторически сложилось — столице эллинистического Востока — был сделан перевод Ветхого Завета на греческий язык — самый распространённый и доступный в «высокоорганизованном» эллинистическом мире.[28] Этот перевод назвали «Септуагинта» — перевод семидесяти толковников — переводчиков.

Пояснение «Слова, поставленные в скобках,[29] заимствованы из греческого перевода 70-ти толковников (III в. до Р.Х.)…» говорит о том, что в далеком прошлом [слова, поставленные в скобках] были устранены из дошедшего до нас общебиблейского канона, по неугодности (неудобности) смысла части изъятий, но возвращены в общедоступный текст при подготовке в XIX в. синодального перевода Библии на современный русский язык. При этом для дальнейшего понимания надо помнить, что «слова, поставленные в скобках» были частью канонов во времена рассеяния евреев, во времена перевода, под названием Септуагинта (III в до н. э.), а затем они были изъяты на определённом этапе и восстановлены в XIX веке.

В библейской книге Числа, гл. 14, находим пример такого рода утаивания неудобных мест, указывающих на дела давно минувших дней. Именно в книге Числа, гл. 14, сообщается о том, как началось сорокалетнее хождение по пустыне. Пошёл уже второй год пребывания Моисея с его подопечными вне Египта. К этому времени Моисей уже получил в Откровении вероучение и организовывал жизнь евреев в соответствии с ним. То есть по существу все главные религиозные события уже свершились. Многолетнего хождения по Синайскому полуострову к этому времени не предполагалось. Были посланы разведчики в земли Палестины, по возвращении которых, согласно обетованию Палестины Богом Аврааму, планировалось начать переселение в этот край, заселённый в те времена Амаликетянами и Хананеянами.

Было бы предполагавшееся переселение мирным, или же оно носило бы характер военного вторжения, судить трудно, поскольку именно после возвращения разведчиков среди подопечных Моисея вспыхнул бунт. Не пожелавшие следовать в Палестину вышли из повиновения Моисея и его сподвижников и призывали народ побить их камнями (Числа, 14:10). О последовавших событиях Библия повествует так:

«20 И сказал Господь [Моисею]: прощаю по слову твоему; 21 но жив Я, [и всегда живет имя Мое, ] и славы Господа полна вся земля: 22 все, которые видели славу Мою и знамения Мои, сделанные Мною в Египте и в пустыне, и искушали Меня уже десять раз, и не слушали гласа Моего, 23 не увидят земли, которую Я с клятвой обещал отцам их; [только детям их, которые здесь со Мною, которые не знают, что добро, что зло, всем малолетним, ничего не смыслящим, им дам землю, а] все, раздражавшие Меня, не увидят её».

Известно, что в Синайскую пустыню из Египта древние евреи вышли под водительством Моисея. В этом Библия и Коран едины. Как известно из географии, Синайский полуостров относительно невелик (по размерам примерно как Крымский), и неторопливый караван способен пересечь его вовсе не за общеизвестные библейские 40 лет, а примерно за две — три недели. Это обстоятельство приводит к вопросам:

· Что же на самом деле произошло в Синайской пустыне в течение тех сорока лет?

· Кто в неё вошел и кто из неё вышел?

· И как же так произошло, что те, кому «было дано нести Тору» с целью просвещения всех без исключения народов, по выходе из пустыни, вопреки просветительской миссии, занялись истреблением обитателей доиудейской Палестины, а обосновавшись в Палестине, сами впали в ещё худшее идолопоклонство и многобожие,[30] чем истреблённые ими коренные её обитатели?

Традиционно считается, что Моисей водил сорок лет по пустыне кругами своих подопечных якобы для того, чтобы естественным образом умерли все, рожденные в египетском рабстве, чья психика с детства была извращена и подавлена египетским рабством; и чтобы в пустыне выросло поколение не знающих рабства, действительно свободных людей. Так ли это?

Не следует забывать, что Моисей из пустыни живым не вышел; где его могила — неизвестно (Второзаконие, 34:6): он ушел из жизни до того, как из пустыни в Палестину вторглись древнееврейские кочевники, уничтожавшие всё и всех на своём пути без жалости и сострадания. Так что мнение Моисея о причинах сорокалетнего «турпохода» и о выросших в пустыне новых поколениях «свободных», чья психика не угнетена рабством с детства — осталось неизвестным.

Но из Библии ясно, что те, кто вышел из пустыни «освобожденными» от психологического комплекса раба, были заодно кем-то некоторым образомосвобождены и от миссии просвещения других народов Торой — теми знаниями, которые они получили через Откровение Моисею. Все библейские тексты, описывая дела «освобожденных» по выходе их из пустыни, говорят, что в ней выросло не поколение просветителей, несущих Истину и Свободу всем угнетенным во всех землях, а поколение расистов-рабовладельцев, которые вынесли из пустыни единственную в мировой истории миссию безоглядного порабощения других в угоду себе и беспощадного истребления несогласных с их тиранией, однако осуществляемую уже не на основе обнаженной идеи своекорыстия, а якобы от Божьего имени, со ссылками на Откровение Свыше Моисею. И Коран говорит о том же: «Те, кому было дано нести Тору, а они её не понесли, подобен ослу, который несёт книги. Скверно подобие людей, которые считали ложью знамения Бога! Бог не ведёт людей неправедных!» (Коран 62:5).

Поскольку Моисей из пустыни живым не вышел, то он не смог засвидетельствовать другим народам истинную Боговдохновенность того, что творили и творят «освобождённые» и их потомки со ссылками на «закон Моисея»[31] и факт Откровения ему Свыше. С той поры эта исторически уникальная система расового безоглядного рабовладения целенаправленно распространяется на все страны мира.

Исторический момент, описанный в книге Числа 14: 20–23 (второй год пребывания Моисея в Синайской пустыне) — делит по смыслу всю историю евреев на два периода, которые можно условно обозначить хронологически «до этого момента» и «после этого момента».

Изъятие из стиха 14:23 [только детям их, которые здесь со Мною, которые не знают, что добро, что зло, всем малолетним, ничего не смыслящим, им дам землю] сообщает о том, что из пустыни выйдут только те, кто на момент описываемых событий не знает, что есть добро, а что зло, и ничего не смыслит в жизни; а также и те, кому ещё предстоит родиться в течение предстоящего срока вымирания взрослых, имеющих свойственное им представление о том, что есть добро и зло и видящих в жизни смысл, обусловленный их реальной нравственностью. По существу подразумевается воспитание в дальнейшем ныне малолетних и тех, кому предстоит ещё родиться, так чтобы культура и многие жизненные навыки их родителей стали им чуждыми. Если культура родителей объективно порочна, то отрицание её в последующих поколениях может породить как ещё одну иным образом порочную культуру, так и праведную культуру.

Эпохе рабовладения соответствует и тип нравственности — «общечеловеческой» в том смысле, что сходственные общественные классы в разных национальных культурах несут из поколения в поколения сходственные нравственные качества и этику: «рабы» — везде рабы; «свободная чернь» — везде свободная чернь; «патриции» — везде «партийцы» (т. е. числено малая и властная часть общества) и т. п.

Из сравнения обоих вариантов стиха 14:23 книги Числа можно сделать вывод, что цензорам общебиблейского канона, по известным им причинам, желательно было не привлекать внимания читателя к проблематике становления в синайском сорокалетнем походе — отличных от «общечеловеческих» — нравственности и культуры мировосприятия и осмысления происходящего, свойственных рождённым и выросшим в пустыне поколениям.

· Если в течении этих сорока лет в Синайской пустыне шло становление объективно праведной нравственности и культуры, соответствующих миссии «нести Тору» для просвещения всех других народов, то такое стремление цензоров общебиблейского канона скрыть уникальный педагогический опыт вызывает изумление.

· Если же одна порочная нравственность в течение тех сорока лет замещалась в новых поколениях иной, в каких-то отношениях еще более порочной нравственностью и выражающей нравственность в преемственности поколений культурой, то стремление цензоров общебиблейского канона (знающих, что есть добро, и что есть зло, и кое-что смыслящих в жизни) спрятать начала в воду вполне объяснимо: Ведь, СОРОКАЛЕТНИЙ поход по Синайской пустыне последовал именно за этим эпизодом, поворотным в судьбе древних евреев, описанным в кн. Числа, гл. 14, и подвергшимся в последствии цензуре.

Если посмотреть по текстам Библии в их нынешней редакции на те события, которые произошли ДО и ПОСЛЕ обсуждаемого эпизода (Числа, гл. 14), то можно увидеть следующее.

ДО него имели место следующие принципиально важные события:

· Моисей получил в Откровении вероучение и заложил основы организации общественной жизни евреев в соответствии с ним: Положения десяти заповедей, без оговорок об адресации их исключительно евреям, приведены в гл. 20 книги Исход.

· Среди этих заповедей и запрет творить «богов» для поклонения (Исход, 20:23).

· Манна небесная появляется в гл. 16 книги Исход, и ничего не говорится о её плохом качестве (об этом далее).

· Моисею переданы скрижали Завета (Исход, 31:18).

· Эпизод с поклонением золотому тельцу, имевшим место вопреки известному всем запрету на идолопоклонство (Исход, гл. 32).

· Левит, 19:4 требует: «Не обращайтесь к идолам, богов литых не делайте себе»;

· Левит, 24:28 требует: «Один суд должен быть у вас, как для пришельца, так и для туземца», что предполагает единство нравственных и этических стандартов по отношению как к себе, так и по отношению к иноплеменникам, что и должно быть в просветительской миссии «Нести Тору всем народам», как о существе богоизбранности евреев сообщает Коран.

Тем не менее есть здесь и странный эпизод с разрушением первых скрижалей, полученных Моисеем непосредственно от Бога: оригинальные скрижали от Бога разрушаются якобы самим Моисеем во гневе, и Моисей удаляется от народа вторично, а возвратившись приносит новый, уже рукотворный экземпляр скрижалей.

ПОСЛЕ эпизода, описанного в книге Числа, гл. 14, поток «странностей», которые явно или опосредованно отрицают основы того, чему учил и что делал Моисей ДО него, нарастает:

· Числа, гл. 21, повествуют об очередном недовольстве среди кочующих по пустыне евреев: «И говорил народ против Бога и Моисея: зачем вывели вы нас из Египта, чтобы умереть нам в пустыне, ибо здесь нет ни хлеба, ни воды, и душе нашей опротивела эта негодная пища». Это очень странное по смыслу сообщение, поскольку ранее начала сорокалетнего хождения по пустыне перебоев с пищевым довольствием манной небесной не было, а её вкусовые качества были превосходны: «она была как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом», и надо полагать, что Дар Небес был идеально адаптирован к физиологии человеческого организма и не надоедал также, как не надоедают воздух и вода из заветного ключа в родных местах.

· Если Моисей по-прежнему осуществляет миссию в полном согласии с Божьим промыслом, то перебои со снабжением и качеством манны вызывают удивление. Или же по каким-то причинам манна уже не небесная, а её земной суррогат? — то ропот на качество и перебои со снабжением вполне понятны.

· Вслед за этим ропотом на качество «манны» следует наказание: нашествие змиев, которые жалят множество людей и те скоропостижно мрут. Спасение от змеев известно многим, если не по текстам Библии, то по картине «Медный Змий» в Русском музее и её репродукциям. И выражается оно, как поклонение рукотворному идолу — отлитому из меди змию. Это происходит вопреки всем предшествующим запретам на производство идолов для поклонения. То есть спасение от змей осуществляется не по молитве Моисея или кого-либо из его верных последователей, как этоестественно в религии единобожия, а средствами магии, замыкающими психику множества людей через медный рукотворный истукан на змийский эгрегор.

· Кто предстал Еве в образе змия искусителя — в этом вопросе все околобиблейские толкователи едины. В рассматриваемом же эпизоде образ, воплощённый в меди, и к которому взывают поражаемые змиями — тот же самый. Однако комментариев о сущности пустынных змиев и медного змия толкователи традиционалисты не дают никаких, а отождествление их сущности с первым библейским змием для них есть вероломство и кощунство.

· И особый вопрос, по каким причинам канон Ветхого Завета, наряду с прямыми указаниями на то, что Богу Истинному нет нужды в жертвоприношениях, всё же содержит тщательно разработанный ритуал жертвоприношений, обративший впоследствии Иерусалимский храм в скотобойню? Что это: дань Свыше мировоззрению той эпохи, либо же наваждения и отсебятина извратителей Откровения Моисею, внедривших в религию, провозглашенную от имени Бога Истинного, Милостивого, Милосердного, по существу первобытную магию крови?

Возвращаясь к тем событиям, что описаны, как предшествующие обсуждаемой главе 14 книги Числа, очень трудно представить, что «пророк», в гневе разбил скрижали, полученные им непосредственно от Бога, поскольку «пророк», в отличие от опекаемых им, знает их предназначение и осознанно работает, чтобы всё свершилось наилучшим образом ко благу опекаемых им соплеменников, которые мало что понимают и пребывают в крайнем заблуждении. А скрижали — святыня, предназначенная для того, чтобы вывести их (и не только соплеменников, т. е. скрижали были адресованы не только провинившимся соплеменникам) на путь истинный.

Кроме того Числа, стих 12:3 характеризует его: «Моисей был человек кротчайший из всех людей на всей Земле», что тоже плохо вяжется со многочисленными карательными акциями в отношении мало что понимающих его соплеменников, которые ему приписывает традиционная редакция Библии. Приведённые слова Библии о Моисее, как о кротком человеке, согласуются с его образом, который встает из коранических сообщений о его деятельности. Кроме того Коран не выдвигает против Моисея никаких обвинений в связи с высказанным в нём же обвинением в адрес евреев: «Те кому было дано нести Тору, а они не понесли её, подобны ослу, который навьючен книгами». Из этого можно понять, что в кораническом описании событий Моисей не причастен к извращению миссии «нести Тору» для просвещения всех народов: это сделали другие.[32].

В частности об эпизоде, описанном в гл. 14 кн. Числа, повествует и Коран:

Коран 5.

23 (20). Вот сказал Моисей своему народу: «О народ мой! Вспомните милость Бога к вам, когда Он установил среди вас пророков, и сделал вас царями, и даровал вам то, чего не даровал никому из миров.

24 (21). О народ мой! Войдите же в землю священную, которую Бог предначертал вам, и не обращайтесь вспять, чтоб не оказаться вам потерпевшими убыток.».

25 (22). Они сказали: «О Моисей! Ведь в ней люди-великаны, и мы никогда не войдём в неё, пока они не выйдут оттуда. А если они выйдут оттуда, мы войдём.».

26 (23). Сказали два человека из тех, что боятся ‹прогневить Бога›, которым Бог даровал милость: «Войдите к ним воротами. А когда вы войдете, то вы будете одерживающими верх. На Бога полагайтесь, если вы верующие!».

27 (24). Они сказали: «О Моисей! Мы никогда не войдём туда, пока они там остаются. Ступай же ты и твой Господь и сражайтесь вдвоём, а мы здесь будем сидеть.».

28 (25). Сказал он ‹Моисей›: «Господи! Я властен только над самим собой и моим братом: отдели же нас от этого распутного народа.»

29 (26) Сказал Он: «Вот она запрещена им на сорок лет, они будут скитаться по земле; не скорби же о народе распутном!»

Из выделенного нами в предыдущей коранической цитате можно понять, что после молитвы Моисея Богу о том, он властен только над самим собой, Бог принял решение — больше не возлагать на Моисея миссию вразумления «народа распутного» — ПОСЛЕ чего земная миссия Моисея могла быть окончена в полной мере.[33] А «народ распутный» попал под руководство древнеегипетской знахарской периферии, обрекшей его на сорокалетнее скитание по пустыне — уже с другой миссией — противоположной миссии Моисея.

До рассматриваемого эпизода в главе 14 книги Числа древних евреев Моисей готовил к одной миссии, а когда подготовка их к её исполнению была в основном завершена, но они не пожелали приступить к её практическому исполнению, произошло вмешательство, в результате которого евреи и вышли из Синайской пустыни такими, как о них повествует Библия, и какими они известны в Истории.

Изъятие стиха 14:23 «только детям их, которые здесь со Мною, которые не знают, что добро, что зло, всем малолетним, ничего не смыслящим, им дам землю» прямо указывает на создание общности людей, которые бы отличались от остальных тем, что они «не знают, что добро, что зло», причём такая «нравственность» у них должна быть устойчиво закреплена из поколения в поколение.

Дело в том, что рецидивы общечеловеческой нравственности и доброты (отражение в жизни людей объективных Добра и благонравия) — большая внутренняя помеха для всякой орды оглоедов, которая следует за вождями, устремившимися к установлению безраздельной глобальной тирании над другими. Именно рецидивы общечеловечности приводили в прошлом к тому, что исторически известные военные экспансии с целью установления мирового господства гасли в течение жизни, если не одного, то двух-трёх поколений, даже достигнув неоспоримых военных успехов. Поэтому всякий политик, видящий течение длительных общественных процессов, охватывающих жизнь нескольких поколений, и устремляющийся к мировому господству, приходит к необходимости «освобождения» своего воинства в преемственности поколений от общечеловеческих нравственных качеств.[34].

Поэтому очень важно обратить внимание на некоторые из библейских сообщений, которые значимы в анализе темы порождения не общечеловеческой, а противочеловечной нравственности, мировосприятия и образа мыслей и поведения. Надо понять, как возникли исторически уникальные мировосприятие и нравственность еврейства, поскольку только на их основе и могла около трёх тысяч лет устойчиво осуществляться выдуманная и навязанная им миссия в мировой истории по порабощению всех, приведшая планету к глобальному биосферно-экологическому и социальному кризису. Именно в этих кризисах глобального масштаба и выражается противоестественность мировосприятия, нравственности и мировоззрения еврейства, господствующего в сфере управления Западной региональной цивилизации, в основе культуры которой лежит Библия. Это так, поскольку все названные глобальные кризисы порождены западным образом жизни.

Вместе с Моисеем и евреями в Синайскую пустыню ушли представители древнеегипетского «жречества»-знахарства, скрывшиеся в среде евреев (в колене Леви, из которого был сам Моисей) и наблюдавших за событиями первых лет. Они же, скорее всего, занимались подстрекательством в среде евреев на неповиновение Моисею и остались сопровождать евреев после Моисея. Подтверждением этому служит тот факт, что в иудаизме родословные ведутся по материнской линии, в том смысле, что критерий кровной принадлежности к еврейству — принадлежность к еврейству матери,[35] а не отца.

Это обязательное введение для иудеев обусловлено кровным родством некоторой части иудеев с древними иерархиями знахарей Египта, которые в древности делали всю геополитику в Европе и Западной Азии. Такое сохранение матриархата закрывало чужакам возможность вхождения в кухню, по существу глобальной, политики тех лет. С другой стороны, в обществах, в которые входили евреи, господствовал патриархат. По этой причине в случае брака еврейки и нееврея их дети на протяжении столетий воспринимались национальными обществами диаспоры в качестве своих кровных, а не чужаков-евреев, и имели возможность продвигаться по службе в общем-то без особых ограничений со стороны традиционного общества с психологией патриархата.

Частичное замыкание генетики древних знахарей самих на себя, а частичное — евреев самих на себя — обеспечивало герметизацию управленческой информации в первую очередь на уровне родовых и клановых эгрегоров. Защиту её от чужаков и наследственную передачу навыков «автоматического» вхождения в «нужные» эгрегоры от рождения. Эта защита помимо всего и несколько отражала распределение евреев по «коленам»: левитам — один уровень доступа; а евреям из других колен — другой.

Соответственно этому принципу также в квадратные скобки восстановленных по Септуагинте изъятий из современного нам библейского канона попала и целая колонка текста во второй главе 3-й книги Царств:

3-я Царств 2.

35 И поставил царь Соломон Ванею, сына Иодаева, вместо его над войском; [управление же царством было в Иерусалиме], а Садока священника поставил царь [первосвященником] вместо Авиафара. [И дал Господь Соломону разум и мудрость весьма великую и обширный ум, как песок при море. И Соломон имел разум выше разума всех сынов востока и всех мудрых Египтян. И взял за себя дочь фараона и ввел её в город Давидов…].

Устранение её позволило не привлекать излишнего внимания к факту родственных связей между династией египетских фараонов, также принадлежавших к системе посвящений древнеегипетского «жречества»-знахарства, и иерусалимской династией царей, начиная от Соломона. Вследствие этого родства потомки Соломона от египетской принцессы,[36] если они были, также кровно принадлежали к «жреческим» кланам египетских знахарей.

Но и сама древнееврейская первооснова грекоязычной Септуагинты складывалась под контролем египетского знахарства, не говоря уж о том, что и перевод на греческий был выполнен на острове (по существу в изоляции от посторонних глаз) в новой египетской столице Александрии под присмотром начальника книгохранилища египетских Птолемеев,[37] который по своему должностному положению не мог не принадлежать к иерархии тогдашнего «жречества» Египта. То есть Септуагинта и её древнееврейская первооснова — выражение воззрений на Откровение Моисею тогдашнего знахарства египетского Амона, ранее конфликтовавшего и с Иосифом, и с Моисеем, чьё вероучение о едином Боге, запрет на идолопоклонство и отсебятину магии и подрыв основ удобного для иерархии рабовладения были неприемлемы для знахарей.

Переход к «холодной войне» от имени Бога.

В Синайской пустыне древнеегипетские знахари решили «убить сразу двух зайцев»: устранить Моисея и употребить его авторитет для создания своей боевой периферии, которая именем Бога и Моисея и данными ей социальными механизмами — будет помогать вершить глобальную политику. Наблюдая длительное время за еврейскими рабами, их обычаями и нравами, и учитывая особую жестокость исторически сложившихся в то время религиозных систем Ханаана, египетские знахари решили на основе старой религиозно-нравственной системы стереотипов древних протоеврейских племён создать новую религиозную систему, в которую вошли многие старые принципы — жестокость богов, кровавые жертвоприношения, зверства по отношению к иноплеменникам. Поменять мировоззренческую политеистическую основу древних евреев Моисею не удалось. Лишь через много лет после Моисея древнее знахарство Египта именем Моисея и Бога смогло в среде евреев устойчиво сменить религиозную вывеску с многобожничества на монотеизм — предупреждая этим следующее возможное вторжение в их дело построения глобального толпо-«элитарного» общества следующего «пророка»-единобожника.

Из анализа смысла изъятий, в результате которых сложился нынешний канон Библии, можно понять, что длительное время после исхода из Египта и обоснования в Палестине — главном транзитном узле тогдашних караванных и морских торговых, а главное информационных, путей в Средиземноморье — древний Иерусалим был внешним представительством иерархии служителей Амона, имевшей исторически традиционным центром древнеегипетские Фивы (Гелиополь). Фивы, стоявшие на мировой окраине в стороне от торговых путей и связанных с ними информационных потоков, стали неудобными для осуществления управления Средиземноморско-Западноазиатской цивилизацией в целом, на что в ходе своего исторического развития посягнула иерархия египетского Амона. Именно на основе тогдашней Средиземноморско-Западноазиатской цивилизации, управленческими усилиями наследников «жрецов» Амона, выросла современная нам Евро-Американская, Библейская цивилизация.

Для иерархии знахарства Амона, посягнувшей на мировое господство, было целесообразно завладеть главным информационным узлом древнего мира. Но памятуя о военных неудачах многих войн Египта с Ханааном, иерархия знахарства Амона первой в истории разработала концепцию холодной войны за мировое господство методом культурного сотрудничества, в которой психологическая обработка и противника и социальной группы, употребляемой в качестве инструмента агрессии, выходящая за пределы их миропонимания,[38] первенствует над понятными большинству ведением войны оружием в обычном понимании этого слова, как средств разрушения вещественной[39] основы жизни общества и уничтожения людей. Переход к войне не вещественными средствами, сделал агрессию невидимой для её жертв на многие века.

Многое, обладающее значимостью в связи с проблематикой организации общественного самоуправления в Библейской цивилизации, попало в разного рода изъятия из канона Библии, но сохранено в отвергаемых официальными церквями и синагогами апокрифах и более древних редакциях текстов, а также и в изустных традициях толкования канона для высоко посвященных. То, что не попало в цензурные изъятия, цензоры утопили в преисполненном их отсебятины усыпляющем разум и завораживающем веру многословии библейских текстов. Тема анализа смысла изъятий из библейских текстов и дополнения их отсебятиной редакторов ещё в далеком прошлом — на заре становления современных нам иудейского и христианского культов — не самая приятная тема не только для иерархий официальных церквей, синагог и всевозможных оккультистов, но и для многих политиков и политологов, считающих себя «светскими» и свободными от давления на их интеллект[40] библейской традиции.

Никто в нынешней глобальной цивилизации не свободен от гнёта выдуманной в древности для евреев миссии в мировой истории, которую из синайского похода вынесли иудеи, и которую их потомки и примкнувшие к иудаизму прозелиты[41] несут по свету вместо того, чтобы нести истинную Тору, в том виде, в каком её получил и огласил Моисей.

С учётом выявленных фактов изъятий, следует понимать, что Библия, уже НАЧИНАЯ С ЕЁ ДРЕВНЕЙШИХ РЕДАКЦИЙ — на основе реальных фактов прошлого — излагает заказную версию имевших место событий, которая отвечает интересам наследников тех египетских рабовладельцев, кто некогда предложенную Свыше древнему народу одну миссию в мировой истории, подменил другой, выдуманной по своекорыстной отсебятине миссией.

Обе миссии предполагают объединение враждующего многонационального человечества в глобальную цивилизацию, в которой не будет войн, построенную на основе объединяющей все народы культурой.

· Миссия от Бога предполагает таковое объединение на принципе осуществления каждым из людей Богом данной ему свободной воли и соответственно не предполагает рабовладения ни в явных, ни в изощренно скрытных формах. То есть это объединение на основе признания равного человечного достоинства[42] всех, КТО ЭТОМУ НЕ ПРОТИВИТСЯ.

· Но и миссия от знахарства также предполагает объединение человечества, однако предопределяет расово-«элитарную» систему глобального рабовладения во внутрисоциальной иерархии подавления свободы воли; рабовладения — «бархатного» по отношению к лояльным невольникам, и беспощадного как по отношению к ленивым невольникам, так и по отношению к непокорным ей свободновольным людям.

Как бы и когда ни умер Моисей, но Божьим промыслом «пророк» не мог уйти из жизни (или быть отстраненным от власти), ни при каких обстоятельствах, ранее того, как через него его спутникам и подопечным был передан достаточный объем информации для успешного осуществления предложенной Богом людям их праведной миссии в мировой истории. Бог не насилует даже Истиной вопреки данной Им же свободной воле. И, получив Откровение через Моисея в первый год пребывания в пустыне под его руководством, древние евреи имели возможность выбора своей миссии в истории, дабы непреклонно следовать единственной из них вне зависимости от того, с ними Моисей или он ушёл из жизни.

В ходе бунта, описанного в главе 14 книги Числа, евреи сами отказались от предложенного им Свыше, тем самым приняв на себя по умолчанию иную миссию, не провозглашенную открыто и противную Промыслу. И только по причине предоставления людям Свыше свободной воли была возможна и реально свершилась подмена Истинной миссии — ложной миссией, выдуманной египетским знахарством.

Психотехника синайского эксперимента.

Важную роль в событиях синайского похода играет манна небесная:

Исход 16.

31 И нарек дом Израилев хлебу тому имя: манна; она была, как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом.

35 Сыны Израилевы ели манну сорок лет, доколе не пришли в землю обитаемую; манну ели они, доколе не пришли к пределам земли Ханаанской.

Кто желает, может не верить в её историческую реальность, и полагать библейские сообщения о ней выдумкой. Но пусть и он тоже представит, как:

· изрядной численности социальную группу лишают возможности свободного, т. е. бесконтрольного и бесцензурного общения с иными культурами;

· создают условия, в которых она не имеет необходимости заниматься производством материальных благ для обеспечения своего существования;

· на этом фоне изоляции и обеспечения всем готовым — целеустремленные наставники, которые контролируют жизнь этой группы, осуществляют пропаганду вполне определённых идей;

· эти условия поддерживаются неизменными в течение времени, за которое вымирает первое поколение, помнящее по своему личному опыту начало этого эксперимента и предшествующую ему жизнь в труде;

· а у второго поколения, которое трудового опыта уже не имеет, но ещё отчасти помнит рассказы первого поколения о прошлой трудовой жизни, успевают вырасти взрослые дети;

· это уже третье поколение, которое выросло в искусственной культуре кочевого концентрационного лагеря, и его представители не знают ничего, кроме того, чему научили их наставники, чью пропаганду они только и слышали с самого рождения.[43].

Всё перечисленное выше по своей социальной сути полностью соответствует синайскому походу, в том виде, как он описан в Библии. Если манну небесную от Бога сменила манна земная из житниц египетских храмов, доставляемая в зону похода[44] по заранее согласованному маршруту и распределяемая под наркозом или гипнозом.

Если, даже манна небесная выдумка, то за прошедшие тысячи лет многие поколения иудеев, читая Пятикнижие, осознанно и бессознательно отождествляли себя с участниками описанных в Библии событий. И так они входили в роль носителей миссии, выдуманной для них цензорами и редакторами Библии. Манна небесная и все события, в том виде, как они описаны в Библии, стали объективной исторической реальностью для психического мира большинства из них, вне зависимости от того, как протекали события — первооснова текстов — в вещественной реальности прошлого. Созданный мощнейший и древнейший эгрегор иудаизма, управляемый извне иудейской религиозной системы — древнеегипетским знахарством («мировой закулисой») — под именем «Господь», «Яхве» (и так далее — другие имена еврейского бога-эгрегора) предписывал и предписывает иудеям мира реальность событий, как бы произошедших с их предками в синайской пустыне. А веря этому, сами иудеи поддерживают свой бог-эгрегор и свою древнейшую мифологию, ставшую для них прошлой реальностью, которая зачастую для них важнее, чем объективная реальность настоящая и грядущее будущее. Верующие иудеи бессознательно замкнуты преимущественно на прошлое — как мифическое прошлое, свершившееся для них с их предками, так и на мифическое прошлое, предсказанное им на будущее, которое тоже взято из их писания. В этом большая проблема обращения к психике многих верующих иудеев с уровня их сознания. Информация, поступающая с уровня сознания сталкивается с множеством древнейших бессознательных психических и эгрегориальных «барьеров» — «неусомнительных» для иудеев догм ортодоксального иудаизма.

Из всех двенадцати колен израилевых Библия сразу (в книге Числа) особо выделяет колено Леви, членов племени которого якобы Бог даже запретил «исчислять»:

Числа 1.

44 Вот вошедшие в исчисление, которых исчислил Моисей и Аарон и начальники Израиля — двенадцать человек, по одному человеку из каждого племени.

45 И было всех, вошедших в исчисление, сынов Израилевых, по семействам их, от двадцати лет и выше, всех годных для войны у Израиля,

46 и было всех вошедших в исчисление шестьсот три тысячи пятьсот пятьдесят.

47 А левиты по поколениям отцов их не были исчислены между ними.

48 И сказал Господь Моисею, говоря:

49 только колена Левиина не вноси в перепись, и не исчисляй их вместе с сынами Израиля;

50 но поручи левитам скинию откровения и все принадлежности её и всё, что при ней; пусть они носят скинию и все принадлежности её, и служат при ней, и около скинии пусть ставят стан свой;

Запрет на учёт левитов был удобен для древнеегипетского знахарства, скрывшегося в этом колене от начала синайского похода. Короче говоря, левиты сами «считывали» и считали всех остальных евреев, а себя «считывать» запретили. При этом они стали в иудейской среде древним подобием политработников, поскольку именно им было «назначено» хранить и носить «скинию откровения» и следить за религиозными обрядами и ритуалами. Так что учётом левитов (можно считать — кадровой политикой в среде иудейских священников-надсмотрщиков) издревле занимается непосредственно «мировая закулиса».

Дармовая манна в течение сорока лет и пропаганда идей расовой исключительности в условиях отсутствия от рождения необходимости трудиться для поддержания жизни — это психический аналог наркотизации-опьянению «свободой» от производительного труда. Тем не менее сказанному неотъемлемо сопутствует вопрос: Но ведь манна была и в первый год, до этого эпизода, когда по утверждению настоящего обзора всё шло под водительством Божьим, осуществлявшемся через Моисея? В чём разница воздействия манны ДО и ПОСЛЕ рассматриваемого эпизода в книге Числа?

Разница действительно имеет место. И это каждый, при желании и определенной подготовке, может проверить на личном опыте. Повседневная житейская суета, работа утомляет подавляющее большинство людей. Мысли их полны житейских проблем, на фоне которых подавляющее большинство людей просто психологически не в состоянии освоить новое знание, переосмыслить прошлое и свои задумки и надежды в отношении будущего. Если гнёт житейской суеты с человека снять, то тем самым ему предоставляется свободное время, в течение которого он может (если действительно того хочет) освоить новое знание, переосмыслить на его основе свои прежние представления о жизни вообще и своё личное прошлое, в частности; пересмотреть свои задумки и пожелания в отношении будущего. Пересмотреть на этой основе свои нравственно-мировоззренческие установки (что «хорошо», а что «плохо») и изменить их в соответствии с новыми установками.

Выход в пустыню и Дар Небесный — манна — и были такого рода снятием груза житейских проблем с психики целого племени. Год и один месяц (Числа 1:1) — срок вполне достаточный, чтобы воспринять основы нового знания о Мироздании и роли человека в нём, о предназначении каждого человека в жизни всего человечества, и чтобы переосмыслить свои собственные прошлое и намерения на будущее. Без бремени житейской суеты за срок около года вполне можно целенаправленно свершить своё нравственное и этическое преображение. Бог не возлагает на людей невозможного, и определённо по истечении этого срока евреям был предложен Исход из пустыни для осуществления миссии распространения Торы, но они сами пошли на поводу у подстрекателей и отказались от предложенного им Свыше. И только после этого их отказа жизнь в пустыне превратилась для них в кочевой концлагерь:

· полная изоляция от общения с другими культурами;

· одуряющее воздействие безделья;

· одуряющее воздействие пропаганды от рождения идей расовой исключительности и вседозволенности по отношению к другим народам.

* * *

В настоящее время большинство современной молодёжи также, как когда-то древние евреи, освобождены от необходимости производительного труда. Если в бытность СССР (до 1991 года) труд был обязанностью граждан союза, то после 1991 года наступила пора, когда на «халяву» стала жить большая часть молодого населения страны — уже не СССР, а России. Та самая «халява», о которой идёт речь, достигается самыми разнообразными способами: существование за счёт «богатых»[45] родителей; обворовывание людей наёмного труда за счёт своих якобы талантливых способностей организатора труда «на себя»; работа в сфере непроизводительного «бизнеса» (торговля, финансы, махинации…), когда на работе интеллект и руки в общем-то свободны; отсутствие трудовой деятельности вообще и так далее. Короче говоря, большинство современной молодёжи имеют время подумать о своём прошлом, о настоящем и о будущем: им в период с 1991 года и по настоящее время (2006 год: уже 15 лет) выделен Свыше срок на изменение нравственности и мировоззрения (они освобождены от давления государственных идеологий), чтобы те стали отличными от их предков в лучшую сторону. После чего Бог в очередной раз ждёт от подросших молодых людей изменений в земной жизни в соответствии с Промыслом (в части не касающейся попущения). Однако, как и в древности в синайской пустыне, инициативы по воспитанию молодёжи в этом отношении (вместо государственных идеологий) перехватили современные подстрекатели от «мировой закулисы», которые орудуют в основном через сферу масскультуры и образования. И в первую очередь это многочисленные СМИ, насаждающие безнравственность и злонравие в молодёжной среде на современном этапе.[46] Конечно, промывка мозгов началась не с 1991 года, а самое позднее — с 1964 года, с которого официально считается период «застоя» в СССР. То есть, периоду от «бархатного» начала промывки мозгов советскому населению до сегодняшнего времени уже около 40 лет (сменилось два поколения): дальше ждать нельзя! Результаты могут быть очень неутешительные. В то же время, наглому натиску западной безнравственности и злонравия, свалившихся на молодые головы того поколения, которое только входит в продуктивную жизнь — около 20 лет (с начала объявления «перестройки» прошло одно и входит в жизнь другое поколение, которые не знают что было до 1991 года, но пока живо предыдущее поколение).[47] И большая часть «перестроечного» поколения уже воспитана паразитами с извращёнными нравственно-мировоззренческими стандартами Добра и Зла. То есть, древние глобализаторы на современном этапе уже сумели породить немало проблем на будущее. Но, конечно же, не вся российская молодёжь «легла» под западную культуру и время, выделенное Свыше у многих потрачено правильно. К тому же паразитизму современной молодёжи в настоящее время сопутствует тип психики «демонический», а не «зомби» (как во времена «воспитания» первых евреев) — употреблять молодых «демонов» в целях глобального демонизма проблематично. Вседозволенность молодых «демонов» будет направлена в том числе и против демонизма и вседозволенности глобальной мировой мафии,[48] творящей беззаконие в странах, куда она вторгается со своим глобальным планом.

* * *

По завершении психобработки в кочевом концлагере, на выходе из него получилось — племя-«биоробот» (тип психики «зомби») — инструмент агрессии, с запрограммированной нравственностью и библейским пониманием Добра и Зла, отличающими его во всех своих классовых группах от остального человечества. Сказанное ярко иллюстрирует стихотворение Владимира Леви, автора таких популярных в своё время книг по вопросам психологии и аутотренинга, как «Искусство быть собой», «Разговор в письмах», «Нестандартный ребенок», «Везёт же людям…»:

Sapiens[49].

Я есмь не знающий последствий слепорожденный инструмент, машина безымянных бедствий, фантом бессовестных легенд. Поступок — бешеная птица, Слова — отравленная снедь.[50] Нельзя, нельзя остановиться, а пробудиться — это смерть. Я есмь сознание. Как только уразумею, что творю, взлечу в хохочущих осколках и в адском пламени сгорю. Я есмь огонь вселенской муки, пожар последнего стыда. Мои обугленные руки построят ваши города.

Исторически зафиксированный и документированный в Библии поучительный пример массовой зомбификации[51] уклоняющихся от исполнения их объективной миссии в Истории. В сравнении с тем, что произошло в Синайском кочевом концлагере, нынешние стенания интеллигенции об угрозе применения психотронного оружия и зомбирования населения, заставляют напомнить пословицу: «Снявши голову, по волосам не плачут», после чего многим следует пристально вглядеться в зеркало. И этот же пример указует на способ обретения как личной, так и общенародной абсолютной защиты от зомбирования:

Ни при каких обстоятельствах не уклоняться от объективной миссии в жизни общества, которая есть предложенная Свыше наилучшая из множества возможных миссий.

Помимо психологической и идеологической обработки в синайском походе, очень похоже имело место применение некоторых известных с древности в Египте генетических технологий. На это указывает предписание обрезания евреев, которое мы уже упоминали выше.

Мы придерживаемся высказанной в учебнике версии, что древнее «жречество» Египта было пришлым. По одной версии, это уцелевшие выходцы из Атлантиды, чья цивилизация была самоуничтожена за угнетение одних людей другими и биороботизацию людей как основу толпо-«элитарного» общественного устройства, в котором невозможно свободное развитие душ всех, ибо утесняется свобода воли, Богом данная. В нашей цивилизации именно Египет выделился из всего древнего мира «жреческими» иерархиями, хранящими в себе разного рода знания на протяжении многих тысячелетий. По отношению к основной массе населения (и невольников-рабов) обрезание было обязательным.

Обрезание искажает нормальный (данный Свыше как норма для человека) информационный фон работы головного мозга, а при смене поколений неизбежно приводит к соответствующим генетическим изменениям. Скорее всего и Атлантида до Египта была единственная, исторически устойчивая цивилизация, в которой было нормой извращать обрезанием (и не только им) процессы нервно-психической деятельности в организме человека по сравнению с их изначальной, предопределённой Богом настройкой.

Тезис о том, что номинальный глава египетского государства — бог (так же, как и высшее жречество), в древнем мире — заурядное явление. Но только в Древнем Египте он произрастал на почве извращённой индивидуальной нервно-психической деятельности в сочетании с общесоциальными «жреческими» структурами-накопителями и хранителями знаний. Земная отсебятина египетского «жречества» и «элиты», проводимая в жизнь «именем божьим» в условиях владения высочайшими для древнего мира знаниями и извращённой нервно-психической деятельности большинства населения, превозносившегося в самомнении (как отмечают историки древности) над людьми других стран, представляла в перспективе наибольшую опасность для человечества по сравнению с отсебятиной других цивилизаций древности. Именно поэтому вокруг Египта и его высшего руководства и разворачиваются первые крупные конфликты с Богом: Бог предлагает своим праведникам миссию (как «пророкам»), посылая их в Египет — прежде всего туда, где было хуже всего (в смысле соответствия Промыслу), но где были сконцентрированы самые опасные знания о психотехниках и генетике.

Люди, знакомые с восточными учениями о чакрах — энерго-информационных центрах человеческого организма, местах условной концентрации управления работой организма и полями — говорят, что чакры вступают в действие в определённой последовательности в течение первых двух недель после рождения ребёнка. Обрезание на восьмой день, по их словам, нарушает вступление в деятельность сердечной и более высоких чакр в теле человека, по восточным учениям, отвечающих за Любовь и высшую духовную и интеллектуальную деятельность. Обрезание в более позднём возрасте, как в исторически реальном исламе, менее вредоносно, но всё равно нарушает информационный фон работы головного мозга, поскольку часть его многофункциональных зон забита обработкой информации, поступающей с постоянно открытой, что ненормально, головки полового члена: то есть разум подавляется сексуально-инстинктивной информацией.

Нарушение нормального ощущения Любви Божией, с которой Бог обращается к каждому человеку[52] — серьёзная (и видимо необходимая) предпосылка для замещения в психике лишённых Любви в ощущениях объективно даруемого Свыше в определённых образах различения Добра и Зла и замены этого различения на библейские канонические суррогаты. В этом угнетающем воздействии обрезания отчасти лежит одна из причин мягко говоря не вполне человеческого поведения еврейства.

К тому же Ветхий Завет гласит: «Сынов же Израилевых Соломон не делал работниками, но они были его воинами, его слугами, его вельможами, его военачальниками и вождями его колесниц и его всадников». Есть и другие указания на нежелательность или недопустимость для законопослушного иудея заниматься теми или иными видами трудовой деятельности. Но в трудовой деятельности развиваются творческие способности человека, связанные с восприятием им гармонии Мироздания и культурой образного мышления. Так иудаизм подавляет образное мышление законопослушного иудея. Поскольку культура — фактор давления среды на популяцию вида, под который подстраивается генотип при смене поколений, то такая «культура» деформировала генетическую матрицу потенциальных возможностей и предрасположенностей еврейства в сторону нарушений образного мышления и ещё каких-то дефектов. Дело ускорялось замкнутостью относительно «гойской»[53] среды и близкородственными браками. Нарушения образного мышления иудеев отразились в сознании «гойских» обществ на большом статистическом материале как особая предрасположенность иудеев ко лжи и как исключительная непрактичность и ранимость евреев, не желающих следовать законам иудаизма. В биологии ущерб в одном компенсируется преимуществом в другом: шахматы, физика, музыка и ряд других видов деятельности, требующих развитого абстрактно-логического мышления, являются отражением этой компенсации.

Нарушение образного мышления упрощает управление законопослушной массой иудеев. Оно порождает очень высокую вероятность того, что, если этой массе дать круг догматических понятий, то образное мышление этой массы[54] не сможет вывести её за пределы данного ей извне круга, а абстрактно-логическое будет водить только в пределах его.[55].

По отношению к себе высшие иерархи знахарских кланов Египта обрезание скорее всего не применяли. В печати проскальзывали сообщения, что не все египтяне делали обрезание, но высшие, весьма узкие социальные группы его избегали.

Библия в её современной редакции одобряет обрезание, однако существует непризнанные Евангелия (не вошедшие в каноны — называемые апокрифами).[56] Один из таких апокрифов Евангелие от Фомы — апокриф из рукописей Наг-Хаммади, относимый к гностицизму,[57] сообщает о вопросе, заданном Христу:[58].

58. Ученики его сказали ему: Обрезание полезно или нет? Он сказал им: Если бы оно было полезно, их отец зачал бы их в матери обрезанными. Но истинное обрезание в духе обнаружило полную пользу.

Может возникнуть вопрос: «но ведь мусульмане тоже обрезаются». Ответ на него прост: ислам возник в результате прихода очередного праведника («пророка») — Мухаммада (VII век). После Мухаммада остался Коран, признанный основным документом для мусульман. Однако нигде в Коране ни разу прямо и вразумительно не высказано предписание обрезания,[59] и есть стихи, которые можно понимать, как неугодность обрезания, например, глава 4:

Коран 4.

117 Они призывают помимо Него только женский пол; они призывают только сатану, отступника.

118 Проклял его Бог. И сказал он: «Я непременно захвачу от Твоих рабов долю назначенную,

119 и собью их с пути, и возбужу в них мечты, и прикажу им, и пусть они будут обрезывать уши у скота, и прикажу им, и пусть они будут изменять творение Бога!» Кто берет сатану заступником помимо Бога, тот потерпел явный убыток!

Коран от имени Бога проклинает тех, кто будут изменять творение Бога. В контексте рассматриваемого вопроса об обрезании — Бог сотворил людей не обрезанными — и изменять творение Бога (то есть обрезать людей) равносильно тому, как помогать сатане.[60] То есть, если смотреть на обрезание в исторически реальных исламе и иудаизме, обрезание обретает смысл и является пожизненным символом завета совсем не с теми силами, о которых говорит Библия, повествуя об обрезании.

Некоторые вопросы идеологии иудаизма.

Чтобы не быть голословным в утверждении о подмене в истории евреев миссии нести Тору в её истинном виде всем народам — миссией порабощения всех народов без исключения и истребления несогласных с нею (даже не в своих интересах, а в интересах анонимного знахарства библейской концепции организации жизни цивилизации), приведём общебиблейскую доктрину построения глобальной расово-«элитарной» рабовладельческой цивилизации. Условное название[61] её по цитируемым основным библейским источникам — Доктрина «Второзакония-Исаии»:

«Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу отдавай в рост, чтобы Господь Бог твой благословили тебя во всем, что делается руками твоими, на земле, в которую ты идешь, чтобы овладеть ею». — Второзаконие, 23:19, 20, в библейской орфографии.

Слова «чтобы овладеть ею» относятся не к тогдашнему обетованию Палестины, поскольку в древности она была захвачена военной силой, а не ростовщичеством; они относятся ко всем прочим землям, в которые входят иудеи и сохраняют себя в качестве еврейства, несущего культуру ростовщического паразитизма по этикету и церемониалу, вне зависимости от сохранения ими вероисповедания или его утраты. Речь идёт не о том, является ли паразитом тот или иной еврей конкретно, речь идёт о статистике, во множественности которой есть место и паразитам, и созидателям вне зависимости от их происхождения, и о распределении этой статистики между еврейством и народами Земли: т. е. среди кого паразиты встречаются чаще и живётся им вольготнее.

Со времён заточения в пустыне во времена фараонов до наших дней иудаизм проповедует кланово-племенную (но не национальную) замкнутость для его носителей: «и не отдавать дочерей своих иноземным народам, и их дочерей не брать за сыновей своих». — Неемия, 10:30; «земля, в которую вы входите, чтобы наследовать её, осквернена сквернами иноплеменных земли, и они наполнили её нечистотами своими. И теперь не отдавайте дочерей ваших в замужество за сыновей их, и их дочерей не берите за сыновей ваших, и не ищите мира с ними ВО ВСЕ ВРЕМЕНА (выделено нами), чтобы укрепиться вам и вкушать блага сей земли и оставить её в наследие детям вашим навек». — 2 кн. Ездры, 8:80–82. «И будешь господствовать над многими народами, а они над тобою не будут господствовать». — Второзаконие, 28:12, текст восстановлен по переводу 70 толковников после цензурного изъятия из канона иерархиями посвященных. «Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои и цари их — служить тебе; ибо во гневе Моём Я поражал тебя, но в благоволении Моём буду милостив к тебе. И будут всегда отверзты врата твои, не будут затворяться ни днём, ни ночью, чтобы приносимы были к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народ и царства, которые не захотят служить тебе, — погибнут, и такие народы совершенно истребятся». — Исаия, 60:10–12, все цитаты в традиционной библейской орфографии.

Талмуд разъясняет всё это более откровенно и определённо:[62].

«Лучший из гоев достоин смерти.» — Абода зара, 26, в, Тосафот.

И.Б.Пранайтис, ксендз, в прошлом профессор еврейского языка в Императорской Римско-Католической академии в СПб, комментирует: «Эта фраза очень часто повторяется в различных еврейских книгах, правда не одними и теми же словами.»

«Кто тщится оказывать добро акуму (не-иудею), тот по смерти не воскреснет!» — Зогар, 1, 25, б.

«Нельзя еврею учить акума чему-нибудь.» — Иоре деа, 154, 2.

«Обмануть гоя дозволительно.» — Баба кама, 113, в.

«Имущество гоя — это незаселённый уголок: кто первый им завладеет, тот и хозяин.» — Баба батра, 54, 16.

«Если будет доказано, что такой-то трижды изменил Израилю или был виновником того, что капитал из рук еврея перешел в руки акума, ищи способа и случая стереть его с лица земли.» — Гошен гаммишпат, 388, 15.

Если называть исторические явления их сущностными именами, то это расовая доктрина, несущая:

· всеобщее зомбирование идеологией паразитизма расовой «элиты» на труде «иноплеменного» рабочего «быдла»;

· геноцид в отношении всех без исключения не согласных с нею.

И существо этой доктрины не менялось со времён канонизации Ветхого Завета до последних редакций Талмуда; хотя цензурные изъятия и имели место, но они также не устраняли её существа, а только скрывали от непосвященных — тех кому ею уготован геноцид или участь рабочего быдла — наиболее откровенные декларации об устремленности её хозяев к построению расовой глобальной системы рабовладения.

Большинство историков, религиоведов, философов и учёных западной библейской цивилизации психологически раздавлены иудаизмом и поэтому излагают версию его происхождения — близкую к библейской. Эта версия выводит происхождение слова «еврей» от глагола авар (пересекать, переходить) — «перешедший реку». А под рекой, которую перешли евреи подразумевается река Евфрат, которую пересекали западно-семитские племена в начала II тысячелетия до н. э. Откуда бы не произошло название «еврей», с появлением иудаизма эта «этническая» принадлежность одновременно указывает и на вероисповедание. Хотя еврей по происхождению вовсе не обязательно является иудеем, то есть — исповедует иудаизм.

Становление религиозных принципов иудаизма началось ещё в Синайской пустыне. Эту версию излагают практически все религиоведы и сводится она к следующему. После того, как евреи не послушались Моисея, подняв бунт, Яхве наказал всех евреев тем, что достигнуть Палестины смогут лишь их потомки- именно этим обычно объясняют такую длительность пребывания евреев в Синайской пустыне (40 лет). Сам же Моисей тоже был наказан Яхве за неумение уберечь свой народ от вероотступничества тем, что умер совсем незадолго до вторжения в Палестину. Яхве показал Моисею «землю обетованную» с вершины горы Нево, после чего Моисей умер в последний год синайского похода, а повёл евреев в эту землю Иисус Навин.

Согласно этой версии Моисей на вершине горы Синай получил от Яхве заповеди на двух каменных пластинах (скрижалях). На них записаны десять основных требований к верующим, которые те должны исполнять, чтобы Яхве был к ним милостив. Одновременно с этим Яхве повелел Моисею создать Ковчег Завета — символ священного трона, на котором всегда незримо пребывает Господь. Во время ритуалов «богослужения» Ковчег Завета должен был находиться в самом сокровенном месте походного храма[63] (скинии). Скиния считалась местом, где Яхве являлся людям и для закрепления договора с Яхве. Хотя богоявление могло быть и где угодно. Скиния делилась на две части: Святое Место, где находился семисвечник, алтарь и стол для «хлебов предложения»[64] (Числа 4:7) и Святая Святых, отделённая занавесом, где находился только Ковчег Завета и пребывал Яхве. Символом его присутствия, как утверждают позднейшие иудейские предания, были появление огня ночью и облака дыма — днём. Перед скинией стоял жертвенник и чаша для ритуальных омовений, называвшаяся «сосуд очищений». Скинию окружала ограда из занавесей, висевших на медных столбах. Вход в святилище был только один, с восточной стороны.

Поскольку официальная версия о судьбе Моисея не согласуется с тем, что мы высказали выше, а также и с версией, изложенной в Коране, можно уверенно предположить, что всё связанное с религиозными ритуалами, положившими начало становления иудаизма в пустыне — происходило уже после Моисея и его брата Аарона. Ведь именно Аарону и его родне (по Торе) было поручено «богослужение» в первом походном храме (Числа глава 4). Допущенными к «богослужению» были лишь левиты — из колена Леви.

Коран неоднократно подчёркивает отсутствие даже малейшей вины на Моисее за вероотступничество евреев, о чём мы говорили выше. Поэтому Моисей никак не мог быть наказан Богом якобы лишением его сопровождения евреев в Палестину по окончании срока синайского похода.

Все события, касающиеся становления идеологии иудаизма особенно хронологически после эпизода, описанного в Числах 14: 20–23 — излагают в Торе заказную версию имевших место событий, которая отвечает интересам наследников тех египетских рабовладельцев, кто некогда предложенную Свыше древнему народу одну миссию в мировой истории, подменил другой, выдуманной по своекорыстной отсебятине миссией — на основе множества реальных фактов прошлого. Создание первого походного храма-скинии и поручение богослужений в нём лишь левитам, способным показывать еврейской толпе разные чудеса от имени Яхве — положило начало древнейшему эгрегориальному «монотеизму» с культовым центром в походном храме.

Так впервые еврейство было духовно-идеологически замкнуто на эгрегор иудаизма, которым управляли те из левитов — кто принадлежал к посвящённым древнеегипетским знахарям. При жизни Моисея ничего подобного произойти не могло: Моисей не был лишён Свыше Различения, он мог отличить своих сторонников от подстрекателей в толпе, и не согласился бы на то, чтобы «богослужение» осуществляли вышедшие вместе с ним в пустыню подстрекатели от фараона и знахарства. Коран утверждает, что Моисей получил Свыше не только скрижали, но и Различение:

Коран 2.

53 И вот Мы даровали Моисею писание и различение, — может быть, вы пойдете прямым путем!

Какими были первые и вторые скрижали в действительности, и были ли вторые (каменные) скрижали от Бога — неизвестно. Однако, в скинии вполне мог оказаться рукотворный вариант — предтеча будущих канонов Торы — от древнеегипетского знахарства. Ведь если духовное рабство евреев начинается с создания эгрегора иудаизма под названием Яхве, то идеология иудаизма начинается со скрижалий. И лишь после скрижалий, согласно библейскому преданию, появляются первые книги Торы.

Согласно иудейскому преданию, содержание основных религиозных положений в том виде, в каком их якобы высказал Моисей, несмотря на влияние различных религиозных сект во II в. до н. э. — I в. н. э. — оставалось практически неизменным до разрушения римлянами Иерусалима в 132–135 гг. н. э. Согласно этому же преданию, Моисей записал всё, что ему рассказал Яхве на Синае и это всё составило основу первых пяти книг Библии: «Бытия», «Исхода», «Левита», «Чисел» и «Второзакония» — под общим названием Тора.

Объём якобы записанного Моисеем при помощи своего брата Аарона и его сыновей (якобы ставших первыми служителями-священниками Яхве) в книжном варианте составляет около 250 страниц, что было достаточно тяжело записать в первые год-полтора в пустыне — до бунта, описанного в главе 14 книги Числа. Однако, предание гласит, что записанная основа Торы мало изменялась в дальнейшем и позднейшие изменения касались лишь формы текста, без изменения сути. Исторически же упоминания о самыхпервых текстах Торы появились гораздо позже. Конечно же Тору написали позже, не в кочевых условиях и по заказу — от имени Бога, Моисея и Авраама.

Библейское предание гласит, что на двух каменных скрижалях Яхве повелел записать десять основных заповедей, вошедших в Тору как духовная основа верующих иудеев. В числе 10-ти заповедей приняты следующие ветхозаветные заповеди (Исход 20:1-17 и Второзаконие 5:6-21) — с несколькими разночтениями:

Исход 20.

1 И изрек Бог [к Моисею] все слова сии, говоря:

2 Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства;

3 да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.

4 Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли;

5 не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня,

6 и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.

7 Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.

8 Помни день субботний, чтобы святить его;

9 шесть дней работай и делай [в них] всякие дела твои,

10 а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни [вол твой, ни осёл твой, ни всякий] скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих;

11 ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и всё, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его.

12 Почитай отца твоего и мать твою, [чтобы тебе было хорошо и] чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, даёт тебе.

13 Не убивай.

14 Не прелюбодействуй.

15 Не кради.

16 Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

17 Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его, ] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его, ] ничего, что у ближнего твоего.

Первые две группы стихов (Исход 20: 2–6 и 8-11 — объединены в две заповеди) посвящены отношениям Яхве с людьми, а остальные шесть — отношениям людей между собой. Для невежественного большинства эти десять заповедей вышли далеко за пределы религиозного мира иудеев, а Моисей благодаря этим заповедям считается одним из учителей человечества, что возвышает духовность евреев в глазах простых толпарей.

Однако, главная особенность вышеприведённых заповедей (возможно что их изрёк и сам Моисей) и сопряжённых с ними предписаний религиозного, социального, юридического, ритуального и прочих значений, в том, что это «Десятисловие» (так называют десять основных заповедей Моисея) — в контексте всей Торы предназначенылишь как основной свод законов, ограниченный «Израилем» — иудейской общностью — из земли которого еврейский Яхве обещал к приходу евреев выгнать все местные народы. Те же не евреи, кто принял для себя эти же заповеди как самые гуманные, в основном не знают, что в отношении своего окружения (не евреев) «Израилю» и евреям заповедовано совсем другое.

Так, во взаимоотношениях с народами не евреями законы Моисея предписывают или их подчинение или, когда речь идёт о народах, населяющих «обетованную землю», и не подчинившихся вообще — полное уничтожение. Поэтому, если взять известное всем «Десятисловие» в контексте продолжения хотя бы главы Исход, то получим истоки расовой идеологии, направленной на покорение и уничтожение всех, от лица Бога, кто встаёт на пути «богоизбранного народа» (выделено жирным — нами):

Исход 23.

22 [Если будешь слушать гласа Моего, и будешь исполнять всё, что скажу тебе, и сохранишь завет Мой, то вы будете у Меня народом избранным из всех племён, ибо вся земля Моя; вы будете у Меня царственным священством и народом святым. Сии слова скажи сынам Израилевым. ] Если ты будешь слушать гласа Его и исполнять всё, что скажу [тебе], то врагом буду врагов твоих и противником противников твоих.

23 Когда пойдёт пред тобою Ангел Мой и поведёт тебя к Аморреям, Хеттеям, Ферезеям, Хананеям, [Гергесеям, ] Евеям и Иевусеям, и истреблю их [от лица вашего],

27 Ужас Мой пошлю пред тобою, и в смущение приведу всякий народ, к которому ты придёшь[65], и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих;

28 пошлю пред тобою шершней, и они погонят от лица твоего [Аморреев, ] Евеев, [Иевусеев, ] Хананеев и Хеттеев;

29 не выгоню их от лица твоего в один год, чтобы земля не сделалась пуста и не умножились против тебя звери полевые:

30 мало-помалу буду прогонять их от тебя, доколе ты не размножишься и не возьмёшь во владение земли сей.

31 Проведу пределы твои от моря Чермного до моря Филистимского и от пустыни до реки [великой Евфрата], ибо предам в руки ваши жителей сей земли, и прогонишь их от лица твоего;

32 [не смешивайся и] не заключай союза ни с ними, ни с богами их;

33 не должны они жить в земле твоей, чтобы они не ввели тебя в грех против Меня; ибо если ты будешь служить богам их, то это будет тебе сетью.

И так далее и во многих местах Торы — такая вот расистская доктрина порабощения. Это заметил ещё в середине XX века известный писатель Дуглас Рид[66] в книге «Спор о Сионе»[67] (выделено жирным нами):

«Древние израильтяне жили идеями своего времени и явно были близки к принятию универсальной религии, когда их поглотила история.

К этому времени левиты обратили этот процесс вспять, подобно показу фильма в обратном направлении, с конца к началу. Господствуя в Иудее и создавая свой закон, левиты тоже использовали предания других народов, но они придали им подходящую для их целей форму. Начав с единого справедливого Бога для всех людей, голос которого, как гласило устное предание, был услышан из горящего куста, они превратили Его, в процессе создания пяти книг писанного закона, в расово-племенного, торгующегося Иегову,[68] сулившего земли, богатства, кровь и власть над другими людьми в обмен на жертвенный ритуал, который должен был совершаться в якобы указанном им месте, в определенной стране. Так левиты породили постоянную противоположность всем универсальным религиям, отождествив иудейство с доктриной самоотделения, расовой ненависти, кровопролития под религиозным флагом, и мести.

Изучая Ветхий Завет, можно проследить, когда именно произошло это извращение его содержания. Вначале Моисей является, как носитель моральных заповедей и добрососедских отношений, но кончает как массовый убийца и расист. Нравственные заповеди превращаются в свою противоположность между Книгой Исхода и Книгой Чисел. Меняется и характер самого Бога, который сначала завещает «не убий» и «не пожелай жены ближнего твоего», ни его добра[69], а заканчивает приказом истреблять соседний народ, оставляя в живых только дев, не познавших мужа.

Так кочующие жрецы, правившие столь давно иудейским племенем, смогли отвратить маленький плененный народ от зарождавшейся веры в единого Бога, восстановив культ кровожадного племенного божества и расовой исключительности, чтобы послать принявших эту веру в грядущие столетия, возложив на них миссию разрушения.

Эта вера соответственно оформила и само Божественное Откровение, поскольку все исторические события должны были быть согласованы с ней и тем самым ее подтверждать. Новая версия истории восходила к сотворению мира, однако левиты воображали, что им известно и будущее. Так создалась законченная теория и история вселенной, концом которой должен был стать триумф Иерусалима и его господство над другими народами на обломках их царств.

Тема массового пленения, заканчивающаяся отмщением Иеговы («все перворожденные Египта»), приноравливается, согласно новой версии человеческой истории, к египетской эпохе, приводя к массовому исходу и завоеванию «земли обетованной». Эта выдумка нужна была, чтобы превратить иудеев в постоянный элемент разрушения других народов[70]».

Управление эгрегором иудаизма и иудеями извне облегчалось и облегчается тем, что предписаниями иудаизма было строжайше запрещено представлять и воображать Яхве (то есть — вольнодумствовать о Боге). Конечно формы богопроявления допускались, но строжайшие запреты евреям на любое самостоятельное «боготворчество» реально выразились как во-первых, произвол священников-левитов от имени Бога (лишь они имели «право» на толкования богопроявлений), и во-вторых, обязывали верующих иудеев при возникновении любой житейской проблемы обращаться либо к священникам-левитам, либо к многочисленным писаниям. Ни в одной монотеистической религиозной системе нет такого жёсткого запрета на самостоятельное своеобразное толкование жизненных богопроявлений простыми верующими. К тому же ни в одной монотеистической религиозной системе нет такого жёсткого и безусловного замыкания психики верующих на религиозный эгрегор-бог: то есть «богопроявления», которые могут замечать лишённые Различения иудеи (искусственно поддерживаемая в иудейской среде особая нравственность не позволяет обрести Свыше Различение) — тоже в основном оттуда, с эгрегора.

Первое и второе — обеспечивает достаточно надёжное «дистанционное» и в большинстве случаев бесструктурное управление иудейской общностью из «центра управления» как коллективным биороботом-«зомби» в той социальной среде, куда он внедрён.

Уникальный прецедент с кочующим переносным храмом и кочующими еврейскими племенами, не имеющими своей собственной территории после ухода из Египта, но уже получившими от имени Бога статус «особого народа»,[71] выделенного из народов мира «богоизбранностью» — продолжился попыткой насильственного создания государственности на территории современной Палестины, как и завещал этому «народу» их Яхве.

При этом последующие многократные отступничества иудеев и их царей от «договора с Яхве» (идолопоклонничество и многобожие), зафиксированные Библией, и известные всем иудеям, никак не смогли поколебать веру самих иудеев в свою богоизбранность. И даже приход Христа, которого ожидали ветхозаветные пророки и который многократно указывал на неправедность иудаизма — не смог убедить иудеев в том, что они вовсе не являются богоизбранным народом. То есть никакие события в жизни, никакие вмешательства «пророков» не смогли в уже свершившейся истории — духовно и идеологически отстроить носителей иудаизма от его древнейших хозяев.

Чтобы ни у кого не вызвать ощущения, что вышеизложенное написано «антисемитами» и для расширения кругозора по идеологическим основам ветхозаветно-талмудической морали — приведём интересный эпизод столкновения сторонников православной патриотической идеологии России с приверженцами иудаизма. Этот эпизод интересен как минимум тремя особенностями: во-первых, он произошёл совсем недавно, уже в текущем тысячелетии, в чём выразилась российская попытка в очередной раз разобраться в пресловутом «еврейском вопросе», во-вторых, авторы публикуемого ниже письма потрудились собрать интересный материал по идеологии иудаизма, и в-третьих, интересна современная реакция официальных властей на публикуемое ниже послание.[72].

При чтении нижеприведённого письма-обращения следует иметь в виду, что его автор М.В.Назаров и люди, поддержавшие и подписавшие обращение (около 5000 чел.),[73] выступают с позиции библейского христианства и поэтому всё, что касается Библии в её иудейской части — Ветхого Завета — автором обойдено молчанием, поскольку Ветхий Завет признан «христианскими» иерархами как неотъемлемая часть всего «Священного писания» (Библии). В сязи с этим разговор о талмудической идеологии евреев (иудаизма) вне упоминания ветхозаветной концепции концентрации управления народами мира, как неотъемлемой части Библии — мелкотемье. По сути это увод интереса и внимания людей от главного вопроса предназначения мирового еврейства и иудаизма — на вопрос о том, как «нехорошо» себя ведёт еврейство в среде народов. Но вопрос как? и вопрос почему? — разные уровни понимания: первый касается идеологии иудаизма (третий приоритет обобщённых средств управления), а второй — касается глобального сценария, концепции (первый-второй приоритеты обобщённых средств управления). Группа людей во главе с М.Назаровым, направившая письмо официальным властям таким образом опустила суть «еврейского вопроса» с концептуального уровня на идеологический. Но такова мера понимания всех патриотов, которые мировоззренчески раздавлены Библией — будь то приверженцы западных ветвей «христианства», либо православия.

Но всё же нижеприведённая специальная подборка материалов из талмудических трактатов и их комментарии весьма интересны и поучительны с позиции идеологии иудаизма. Интересна и реакция официальных властей. Предлагаем эту подборку в орфографии авторов.

* * *

Первая редакция Обращения к Генеральному прокурору была составлена М.В.Назаровым — одним из лидеров движения «Жить без страха иудейска!».[74] Первая редакция обращения православных патриотов была написана и опубликована 15 декабря 2004 года. После чего начался сбор подписей под ним:

«15 декабря 2004 г. начался сбор подписей под Обращением. В январе 2005 г. в числе первых 500 подписавших оно было поддержано 19 депутатами Госдумы (А.Н. Крутов, Н.С. Леонов, А.Н. Савельев и др.), подавшими 13.01.2005 соответствующий депутатский запрос в Генпрокуратуру».[75].

В ходе сбора подписей появилась вторая редакция Обращения, которая была отправлена в Генеральную прокуратуру 21 марта 2005 года. На том же сайте «Жить без страха иудейска!» авторы подводят итог «правового» противостояния, которое закончилось 24 июня 2005 года:[76].

«24 июня 2005 г. Басманная прокуратура Москвы вынесла постановление по Обращению 5000: признала иудейский кодекс поведения «Шулхан арух» оскорбительным для неевреев и отвергла требования еврейской стороны судить авторов Обращения за «антисемитизм», не установив такового. 31 августа 2005 г. Черемушкинская прокуратура Москвы и затем 14 марта 2006 г. Басманная прокуратура дважды вновь отвергли требование возбудить уголовное дело по ст. 282 УК против составителя Обращения Назарова на основании его книг «Тайна России» и «Жить без страха иудейска!»: экспертиза нашла их их строго православными, — а следовательно, предъявлять обвинение следует не автору, а самому Православию.

Наш годичный опыт всей «антисемитской» юриспруденции, связанной с «Обращением 5000», позволяет сделать вывод, что правоохранительные органы РФ (и прокуратура, и суд) пока что примерно одинаково отказывают в требованиях и русской стороне против еврейского нацизма, и еврейской стороне против русского «антисемитизма». Вспомним всю цепочку решений правоохранительных органов, связанных с движением «Жить без страха иудейска!».

С одной стороны, в 2005 г. Басманный районный суд с вопиющими подтасовками в документации отказал в нашем требовании к прокуратуре продолжить проверку «Кицур Шульхан аруха», отказы последовали и в вышестоящих инстанциях (26.10.2005 отказала судебная коллегия Мосгорсуда; 8.2.2006 была отвергнута наша надзорная жалоба в президиум Мосгорсуда).

С другой стороны, и атаки еврейских нацистов против нас в связи с «Письмом 5000» были до сих пор безуспешны».

Ниже мы приводим без комменттариев текст последней редакции Обращения и некоторые другие материалы, связанные с нашумевшим делом.

ОБРАЩЕНИЕ к Генеральному прокурору РФ В. В. Устинову.

В связи с усилившимся применением к русским патриотам.

Ст. 282 УК РФ о «возбуждении национальной розни» по отношению к евреям.

103793 Москва, ул. Б. Дмитровка, д. 15 А,

Генеральная прокуратура РФ Устинову В. В.

Уважаемый господин Генеральный прокурор!

Обратиться к Вам с данным заявлением нас побуждает очень неблагоприятное положение в нашей стране, имеющее признаки маскируемого геноцида по отношению к русскому народу и его традиционной культуре. Конкретная юридическая часть Обращения, предлагаемая к исполнению, изложена в его последних абзацах (пп. 1–4). Но поскольку вопрос, затрагиваемый нами, очень сильно табуирован, мы считаем необходимым не ограничиваться сухими, чисто юридическими формулировками, а предварить их разъяснительным описанием сути данного вопроса и показать оправданные причины нашей обеспокоенности.

18 декабря 2003 года президент РФ В.В. Путин во время телевизионного общения с народом привёл такие цифры, иллюстрирующие государственную «борьбу с экстремизмом»: в 1999 году по ст. 282 УК РФ о «возбуждении национальной розни» было осуждено четыре человека, в 2000 году — десять, а в 2003 году «возбуждено более 60, дел двадцать доведено до суда. И примерно 17–20 вынесено обвинительных приговоров» (В. Путин: разговор с Россией 18 декабря 2003 года. М., 2003. С. 53). У нас есть основания полагать, что заданная тенденция продолжилась и в дальнейшем.

Подавляющее большинство этих дел инициируется еврейскими деятелями или организациями, обвиняющими своих ответчиков в «антисемитизме». А подавляющее большинство обвиняемых и осуждённых относит себя к русским патриотам. Ныне в их числе оказался известный независимый политик и публицист, бывший глава Госкомпечати Б. С. Миронов.

Мы признаём, что высказывания русских патриотов в адрес еврейства нередко носят резко отрицательный характер, излишне эмоциональный, неприемлемый в публичной дискуссии, что судом трактуется как экстремизм. Однако на отмеченных выше судебных процессах ни разу не рассматривалась причина такой резкости и первоисточника экстремизма в данном межнациональном конфликте.

Ведь главный вопрос, который надлежит выяснить следствию и суду: соответствуют ли истине или нет резко отрицательные оценки еврейства русскими патриотами по сути, на которую направлено отрицание? Если не соответствуют — тогда речь может идти об унижении евреев и о возбуждении религиозной и национальной розни. Если соответствуют — то подобные оценки оправданны и, независимо от их эмоциональности, они не могут квалифицироваться как унизительные, возбуждающие рознь и т. п. (Например, назвать порядочного человека преступником — унизительно для него; но назвать преступником уличённого преступника — это правдивая констатация факта.).

Кроме того, поскольку в данном межнациональном конфликте присутствуют две стороны (обвиняющая и обвиняемая), следует выяснить: какая из сторон начала данный конфликт первой и ответственна за него, и не являются ли действия обвиняемых самообороной от агрессивных действий обвиняющей стороны?

Смеем Вас заверить, господин Генеральный прокурор, что по этим вопросам во всём мире существует большое количество общепризнанных фактов и источников, на основании которых можно сделать бесспорный вывод: отрицательные оценки русскими патриотами типичных для еврейства действий против неевреев соответствуют истине, причём эти действия не случайны, а предписаны в талмудическом иудаизме и практикуются два тысячелетия. Таким образом, инкриминируемые патриотам высказывания и публикации против евреев в большинстве случаев являются самообороной, которая бывает не всегда стилистически правильна, но оправдана по сути.

В подтверждение обращаем Ваше внимание на официально изданную в Москве Конгрессом Еврейских Религиозных Организаций и Объединений в России (КЕРООР) книгу «Кицур Шульхан Арух», напечатанную уже не одним тиражом. Это сокращённое издание иудейского свода законов «Шулхан арух», составленного несколько столетий назад на основе «Талмуда» и обязательного к исполнению по сей день. Во вступлении к книге в изданиях 1999 и 2001 гг. глава исполкома КЕРООР раввин Зиновий Коган делает откровенное признание (курсив наш):

«Редакционный Совет КЕРООР счел необходимым опустить в этом переводе некоторые галахические указания…, помещение которых в издании на русском языке было бы воспринято населением России, не придерживающимся иудаизма, как неспровоцированное оскорбление. Читатель, который захочет прочесть «Кицур Шульхан Арух» в идеально полном объёме, приглашается в ешиву, чтобы изучить эту и многие другие святые книги в оригинале».

То есть, один из лидеров российского еврейства признаёт оскорбительными для нееврейского населения России некоторые положения данного иудейского кодекса поведения, но считает возможным приглашать своих соплеменников для изучения этих оскорблений в ешивах — еврейских школах, финансируемых с привлечением средств из государственного и местных бюджетов. Впрочем, даже в данном отцензурированном издании мы находим следующие положения:

— В «Законах об идолопоклонстве» говорится, что «фигура из двух перекрещенных палок, которой поклоняются, запрещена к использованию» — то есть христианство причисляется к идолопоклонству и все предписания об отношении к идолопоклонникам («акумам») подразумевают в России (стране с преобладающим православным вероисповеданием) прежде всего православных христиан (с. 389).

— Предписание при виде «идолопоклонского дома» (то есть храма) произносить ему проклятие: «Дом гордых выкорчует Б-г», а при виде разрушенного храма восклицать: «Б-г возмездия проявился!». Мало того, далее предлагается такой вариант этого предписания: «некоторые полагают, что речь идёт о домах неевреев, живущих в мире, спокойствии и богатстве» (сс. 389–390).

— Приравнивание нееврея к экскрементам (сс. 47 и 48).

— Запрещение обучать неевреев ремеслу (с. 390).

— «Еврейке не следует помогать нееврейке при родах», кроме как в случае, «чтобы не вызывать вражды к нам… но только за плату» (с. 390).

— «Если человек взял в долг у нееврея, а тот умер, он имеет право отказаться платить его сыну, который не знает точно, брал ли этот еврей в долг у его отца» (с. 405).

— При денежных расчётах «если нееврей ошибся сам, разрешается воспользоваться его ошибкой» (с. 406).

— «Запрещено предавать еврея в руки нееврея, идёт ли речь о жизни еврея или о его имуществе; и неважно, делается ли это посредством какого-либо действия или словами; и запрещено доносить на него или указывать места, где спрятано его имущество» (с. 408) — настоятельно просим заметить: это касается предписанного евреям поведения на следствии и суде.

Разумеется, в числе 13 главных принципов иудаизма требуется ожидание еврейского всемирного правителя, который поставит евреев господствовать над прочими народами мира: «Безоговорочно верю в приход Машиаха, и, хотя он задерживается, я всё же каждый день буду ждать его» (с. 485). — В учении Православной Церкви этот ожидаемый правитель мира отождествляется с антихристом, о котором предупреждали Иисус Христос (Ин. 5:43), апостол Павел (2 Фес. 2:8), святые отцы Церкви. Это важная и неотъемлемая часть православного учения о завершении истории.

Во вступлении к этой книге глава исполкома КЕРООР Коган пишет, что «Талмуд — непревзойденный памятник еврейского гения», а данная выжимка его морали, «Кицур Шульхан Арух» — «хрестоматия еврейской цивилизации нашего времени… Эта книга вам совершенно необходима. Вы можете поступать так, как в ней написано, и быть уверенными, что выполнили волю Вс-вышнего».

А главный раввин России А. Шаевич отмечает в предисловии: «Интерес к этой книге превзошёл самые смелые наши ожидания. Громадное количество благодарственных откликов от самых разных людей на протяжении всего этого времени приходит в наш адрес. Ещё большее количество писем содержит настоятельные просьбы помочь в приобретении этого издания».

Таким образом, это не исторический памятник, а руководство к действию.

Мы полагаем, что уже на основании одного этого официального еврейского издания правоохранительные органы должны были бы согласно ст. 282 УК РФ пресечь распространение религии, возбуждающей у еврейства ненависть к прочему «населению России». Тем более, если заглянуть в «идеально полный объем непревзойденного памятника иудейской морали» — «Шулхан аруха», изучаемого в ешивах.

Воспользуемся его переводами из иудейского амстердамского издания, сделанными судебным экспертом, учёным-гебраистом доктором К. Эккером для судебного процесса в Германии в 1883 г. (Dr. K. Ecker. Der «Judenspiegel» im Lichte der Wahrheit, — eine wissentschaftliche Untersuchung. Paderborn. 1884; русский перевод: д-р К. Эккер. «Еврейское зерцало» в свете истины. Научное исследование. М., 1906). Этот суд евреи возбудили в связи с тем, что один из их соплеменников (Юстус-Бриман), перешедший в христианство, опубликовал античеловечные законы «Шулхан аруха» и Талмуда, но суд оправдал публикатора, найдя перевод соответствующим первоисточнику. Д-р Эккер лишь исправил мелкие неточности — исправленный им текст приведём ниже в характерных отрывках с указанием точных еврейских источников (основываясь на доверии к квалификации немецкого эксперта-гебраиста и немецкого суда).

— «Его [нееврея] семя рассматривается как семя скотины» (Тосефта — дополнение к талмуду Кетубот, 3 б). «Ради [умерших] слуг и служанок… не говорят слов утешения оставшимся после них, а надо сказать ему [еврею-хозяину]: «Да возместит тебе Бог твой убыток», совершенно так же, как говорят человеку, когда у него околеет бык либо осёл» (Иоре де’а 377-1).

— «Запрещается спасать их [неевреев-акумов], когда они близки к смерти. Например, когда увидишь, что один из них упал в море, то не выручай его, даже если он хочет заплатить… Дозволено испытывать на акуме лекарство, — полезно ли оно?» (Иоре де’а 158-1).

— «Деньги акумов суть как бы добро бесхозное и каждый, кто пришёл первым, завладеет им». «По отношению к акуму не существует обмана» (Хошен га-мишпат 156-5, Хага; 227-26; 348-2, Хага).

— «Когда еврей обокрал акума и его [еврея] принуждают к присяге…, тогда он должен в сердце своем объявить присягу недействительною, потому что он принуждается к ней» (Иоре де’а 329-1, Хага). — Внимание: это вновь касается поведения иудеев во время следствия и суда!

— «Когда о ком-нибудь установлено, что он трижды предавал еврея или его деньги акуму, тогда надо подыскивать пути и способы сжить его со света». «В расходах, сделанных для того, чтобы сжить предателя со света, повинны участвовать все жители местности» (Хошен га-мишпат 388-15 и -16).

— «Предателя дозволяется убивать на всяком месте, даже и в наше время. Убить его дозволено раньше, чем он успевает сделать донос [могущий принести убыток «либо на теле, либо в деньгах, хотя бы их было немного»]… и каждый, кто первый убьёт, приобретает заслугу» (Хошен га-мишпат 388-10).

— «Еврей-вольнодумец, то есть тот, который совершает богослужение акумов… убивать всех таких — доброе дело. Когда есть власть убить их всенародно мечом, тогда пусть это совершится; если же нет, то их надо опутывать всячески, дабы причинить им смерть. Например, когда увидишь, что один из них упал в колодец и в колодце стоит лестница, тогда спеши вытащить её, говоря: «Вот у меня забота, — надо снять моего сына с крыши, и я тебе сейчас принесу её обратно» и т. п.» (Хошен га-мишпат 425-5).

Все эти тексты, идентичность которых уже доказана (что важно!) в немецком суде, подтверждаются и группой современных молодых раввинов и «семинаристов»-ешиботников, выступающих против данной расистской морали. Например израильским писателем И. Шамиром в журнале «Наш современник» (2004, № 11) опубликованы следующие действующие предписания, против которых протестуют эти совестливые евреи, в том числе на сайте и ЗДЕСЬ (по-английски):

— «Евреи — полноценные, совершенные существа; неевреи, со своей стороны, хотя и люди, однако неполноценные и несовершенные. Различие между евреями и другими народами подобно различию между душой и телом или между людьми и животными… Различие между душой еврея и душой нееврея больше, глубже и значительнее, чем различие между душой животного и человеческой душой».

— «Запрещение ненавидеть (другого человека) относится исключительно к евреям… Еврейский закон разрешает мстительность и злопамятность по отношению к нееврею… Еврей не должен скорбеть… даже по своим ближайшим родственникам-неевреям».

— «Всякий идолопоклонник (как еврей, так и нееврей) должен быть приговорен к смертной казни… когда не существует соответствующего полномочного суда, всякий еврей имеет право и даже обязан убить еврея, бесспорно являющегося идолопоклонником… Относительно христианства существуют разногласия между авторитетами, однако подавляющее большинство их также считает христианство идолопоклонством».

Ко всему этому можно добавить и слова из молитвы Шефох, в которой евреи накануне своей пасхи призывают своего «бога» «истребить из поднебесной» все прочие народы.

Мы очень ценим тот факт, что в неприятии этого иудейского человеконенавистничества с нами вполне единомысленны наиболее честные представители еврейского народа, такие граждане Израиля, как Исраэль Шахак из Иерусалимского университета и Исраэль Шамир, осуждающие мораль «Шулхан аруха» и в талмудической теории, и в государственной практике еврейских властей по отношению к палестинцам (см. также публикации И. Шамира в журнале «Наш современник», 2003, № 10).

Следует отметить, что даже приведенные выше убийственные предписания — это по сей день не только теория, но и практика. Так, бывший председатель харьковской еврейской общины Э. Ходос опубликовал доказательства («Топор над православием, или Кто убил отца Меня». Харьков, 1999) с обвинением членов еврейского движения Хабад в убийстве в 1990 г. священника-еврея о. Александра Меня (который «совершал богослужение акумов» и мечтал о создании «еврейской православной церкви», что считается уголовным преступлением по законам государства Израиль), но этими показаниями власти РФ не заинтересовались. Преступников положено искать только в среде «русских антисемитов».

Для носителей морали «Шулхан аруха» неудивительно и то, что множество антиеврейских акций во всем мире постоянно устраиваются самими евреями с провокационной целью, — чтобы дать повод для применения карательных мер против патриотов. В России наиболее известно дело Норинского, который в 1988 г. рассылал угрозы евреям от имени организации «Память», чтобы побудить власти к репрессиям против нее; этому помог его соплеменник главный редактор журнала «Знамя» Г. Бакланов, опубликовавший листовку полумиллионным тиражом, — лишь после этого провокация была раскрыта («Знамя» № 10, 1988; «Правда», 19.11.88; «Комсомольская правда», 24.11.88; «Огонек» № 9, 1989). Из недавних случаев можно упомянуть странную серию актов вандализма в 1998–1999 гг.: 13 мая 1998 г. в Москве произошёл ночной взрыв синагоги в Марьиной роще (повреждена стена), в тот же день неподалеку от синагоги в Отрадном «подложена горящая канистра с бензином», а в Иркутске «осквернено еврейское кладбище» — разумеется, шум в мировых СМИ был громкий и всё бездоказательно приписали неким «русским нацистам» («Независимая газета», 15.5.98). Но когда вскоре после этого, в 1999 году, была разгромлена синагога в Биробиджане и судом было установлено, что сами же евреи наняли человека для этого («Радонеж», 1999, № 15–16), — демократические СМИ это замолчали.

На основании процитированных правил и практики еврейского поведения нетрудно понять, почему постоянным спутником еврейства во всех народах был пресловутый «антисемитизм», — то есть неприятие данной иудейской морали. Именно поэтому евреи не имели равноправия в христианских государствах и добились его лишь в результате буржуазных революций путём свержения традиционной власти. Так же и в Российской империи евреи, после безуспешных попыток царского правительства сделать их «такими как все», лишились в XIX в. равноправия: не потому, что были евреями по крови (империя была многонациональной); не потому, что были нехристианами (таковыми были и мусульмане, буддисты и пр.); а потому, что еврейская религия — антихристианская и человеконенавистническая, доходящая до ритуальных убийств в среде своих особо рьяных приверженцев. Многие случаи этого ритуального экстремизма тоже были доказаны в суде (см., например, исследование, проведенное в дореволюционном министерстве внутренних дел: В.И. Даль. «Розыскание о убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их», СПб., 1844).

Духовную причину этого человеконенавистничества разъясняет Евангелие словами Христа о еврейских духовных вождях, отказавшихся от Бога Отца и потому отвергнувших и распявших Сына Божия: «Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был человекоубийца от начала» (Ин. 8:19,44). Это общепринятое в Православии объяснение иудейской агрессивности как формы сатанизма. Его высказывали известные философы-интеллигенты, которых невозможно заподозрить в антисемитизме. Например, А. Ф. Лосев («Источник». М., 1996, № 4. С. 117–122), о. Павел Флоренский (см. в книге: В. В. Розанов. «Сахарна», М., издательство «Республика», 1998, с. 360) и о. Сергий Булгаков: отвергнувшее Христа еврейство стало «лабораторией всяких духовных пороков, отравляющих мир и в особенности христианское человечество» («Вестник РХД». Париж. 1973, № 108–110, с. 72). Даже иудео-христианин о. Александр Мень, боровшийся против «антисемитизма», утверждал, что еврей, отвергающий христианство, «предает себя и легко оказывается во власти тёмных сил» (журнал «Евреи в СССР», 1975, № 11).

Это, к сожалению, и произошло с большей частью еврейского народа (в отличие от его малой части, принявшей христианство). Но он в своей массе этого не хочет осознать и считает, что такая констатация истины Христом и вслед за Ним православными христианами является «оскорбительной» для евреев. Еврейские истцы часто направляют свое обвинение в «антисемитизме» против этой существенной части самого православного вероучения, требуя его фактического запрета (как в случае с учебником «Основ православной культуры»).

Однако мы не можем согласиться с запретом на православное знание о смысле истории как борьбы сил добра (на стороне Церкви) и сил зла (на стороне противоположной религии, готовящей царство антихриста).

Следуя заветам православных Отцов Церкви, мы не можем следовать и насаждаемому ложному пониманию терпимости как смирению перед грехом, злом, ложью и в данном случае богоборчеством. Христианин должен именно из уважения образа Божия, заложенного в каждом человеке, и ради спасения его души откровенно указывать евреям на их опасное уклонение от истины. В этом с христианской точки зрения заключается проявление подлинной любви к людям, ибо только обращение в истинную христианскую веру может спасти еврея. «Толерантное» же потакание ересям и сатанизму лишь способствует их духовной гибели. А под их натиском — и многих их жертв.

Следует сразу ответить и на возможное возражение, что русские патриоты, обвиняющие евреев, не всегда проводят различие между религиозными и нерелигиозными евреями, тогда как большинство из них не считают себя верующими иудеями и не изучают «Шулхан арух». Однако многие поколения обособленной жизни еврейства среди других народов (в этом был смысл еврейского кагала как «государства в государстве» — см. книги еврейских авторов: «Антисемитизм в древнем мире» С. Лурье и «Книгу кагала» Я. Брафмана) привели к тому, что мораль «Шулхан аруха» стала частью еврейского национального самосознания даже в его секулярном виде. Такой вывод сделала известная еврейская писательница-социолог Х. Арендт:

«Именно в процессе секуляризации родился вполне реальный еврейский шовинизм… Представление об избранности евреев превратилось… в представление, что евреи будто бы соль земли. С этого момента старая религиозная концепция избранности перестаёт быть сущностью иудаизма и становится сущностью еврейства» («Антисемитизм» // «Синтаксис». Париж, № 26, 1989).

Этот «реальный еврейский шовинизм» и бесцеремонность в духе «Шулхан аруха» наглядно проявились как во время страшного геноцида над русским православным народом в 1920-1930-е годы (после чего евреям надо быть особенно сдержанными в обвинениях против русских патриотов), так и в ходе разрушения СССР и посткоммунистических реформ в нашей стране, что выразилось и в незаконном присвоении государственной собственности как «бесхозной», и в составе нового правящего слоя: «в правительстве полно евреев», — гордится раввин А. Шаевич («НГ-Фигуры и лица», 1998, № 16). Таким образом, их соответствующее влияние на жизнь страны оказалось совершенно непропорционально их численности (0,16 % по данным последней переписи) в ущерб интересам всех прочих народов страны и особенно державообразующего русского народа.

Известный еврейский публицист Л. Радзиховский называет это «демократически-капиталистической революцией… Еврейская и околоеврейская интеллигенция являлась в России одним из главных носителей западно-либеральной идеологии, стала идеологом этой революции». Поэтому «евреи имеют больший удельный вес в русской политике и бизнесе, чем в политике и бизнесе любой другой христианской страны». Это Радзиховский называет «еврейским счастьем», так названа и его статья («Новое русское слово», 17.1.96).

Сами еврейские олигархи откровенно рассказали по израильскому телевидению (2-я программа, 3.10.96) об истоках своего «счастья» в совершённой ими революции (курсив наш):

«Степень коррупции в России полностью соответствует степени преобразований в России. Я не думаю, что в руках чиновников Израиля… есть возможность перераспределять богатства стоимостью в десятки, сотни миллионов и миллиардов… это было — ничье, это было — государства, это было всех! Так вот, чиновник имел возможность одной росписью определить: тебе это принадлежит или другому… Хороший бой, который привёл к результату, который мы сегодня имеем» (Березовский). «Таких доходов и таких прибылей, которые можно было заработать в России, нельзя было заработать нигде… Большая часть капитала там, 50 процентов, принадлежат еврейскому бизнесу» (Малкин, ныне член президиума Российского еврейского конгресса). Гусинский, первый председатель Российского еврейского конгресса (РЕК), в той передаче назвал в числе причин еврейской удачливости — «жесткость», «меньше правил, больше правила силы, больше правила агрессии».

Не забудем также, что Гусинский, будучи главой РЕК, был обвинён в финансовых преступлениях, после чего скрылся с награбленными капиталами в Израиле. Его преемник на этом посту Невзлин укрылся там же от обвинения ещё и в причастности к убийствам конкурентов. И эти люди были избраны еврейством в качестве своих руководителей, а международное еврейство всячески их защищало от суда криками о «государственном антисемитизме»! А сколько подобных им преступников продолжают свой безнаказанный «хороший бой» — в конечном счёте за власть над Россией!

«Впервые за тысячу лет с момента поселения евреев в России мы получили реальную власть в этой стране», — констатирует другой еврейский литератор, Э. Тополь, в «Открытом письме Березовскому, Гусинскому, Смоленскому, Ходорковскому и остальным олигархам» («Аргументы и факты», 1998, № 38). При этом Тополь и другие чуткие евреи (например, Ю. Нудельман — см. «Советскую Россию», 20.6.2002) подчёркивают, что разрушительная и своекорыстная политика еврейских олигархов, унижающая русский народ, провоцирует враждебность русского народа к евреям.

Мы просим Генеральную прокуратуру учесть это мнение Тополя и Нудельмана как признание ответственности еврейской стороны за современное обострение русско-еврейского конфликта.

Тем более, что для удержания незаконно захваченной «бесхозной» госсобственности и своей власти этот правящий слой ведёт целенаправленную политику разложения народной нравственности и вытравлению духовных ценностей, стремясь превратить народ в животную массу без веры и традиций — так проще управлять им и легче подавлять его сопротивление. В этом можно видеть явные признаки духовного геноцида нашего народа.

В частности, именно евреи оказали яростное сопротивление преподаванию в школах «Основ православной культуры» и именно по инициативе евреев нам, державообразующему русскому народу, запрещено указывать в паспорте свою национальность. Главный раввин РФ Шаевич в интервью «Лос-Анджелес Таймс» подтвердил, что именно евреи настаивали на отмене графы национальность, а причину этого объяснил тем, что «евреи заняли высокие посты в администрации». То есть, даже они сами сознают, какое представление об их национальности сложилось у неевреев, и потому стремятся скрыть свою национальную принадлежность — это тоже о многом говорит.

Из других многочисленных примеров вытравления духовных ценностей не можем не обратить Вашего внимания, господин Генеральный прокурор, на политику министра культуры Швыдкого (он теперь руководит правительственным агентством по делам культуры) и особенно на его телепрограмму «Культурная революция», в которой регулярно унижается русский патриотизм и православные традиции, пропагандируется матерщина и идея, что «Секс — двигатель культуры» (7.3.2002). Все протесты русской общественности против возмутительной, а по сути провокационной, деятельности этого «главного культурного человека страны» оказались безрезультатны.

Причём у Швыдкого и его коллег для их атак имеются в распоряжении центральные каналы российского телевидения, а у обороняющихся православных патриотов крохотные тиражи, за которые их преследуют и судят — такое неравенство возможностей тоже может невольно вести их к излишней эмоциональности, особенно при отпоре кощунственным и наглым антирусским действиям лиц еврейского происхождения. Но такую эмоциональность загнанной в угол обороняющейся стороны не следует смешивать с агрессивной атакующей эмоциональностью. Для православного человека недопустима агрессия, но он призван защищать свой народ и свои святыни — пример этому подал Сам Христос, бичом изгонявший из храма торговцев, непочтительно относившихся к святыне.

В сравнении с высказываниями обвиняемых русских патриотов гораздо более агрессивные высказывания евреев по отношению к неевреям печатаются в выходящих в РФ еврейских газетах. Например, в органе Российского еврейского конгресса «Еврейские новости» (2002, № 16, с. 9) депутат кнессета А. Либерман призвал к насильственной высылке палестинцев из Израиля. При этом палестинцев — вопреки резолюциям Совета Безопасности ООН! — не просто изгоняют с родной земли (4 миллиона беженцев), но и убивают их активистов вместе с семьями, разрушают дома их родственников, — так выглядит «Шулхан арух» в государственной политике Израиля. И еврейство РФ поддерживает её: Российский еврейский конгресс в числе своих целей заявляет, что «проводит акции солидарности с народом Израиля, политическое лоббирование интересов Израиля» («Еврейские новости», 2002, № 15, с. 5). Эту цель преследует и государственный Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, руководитель которого Сатановский одновременно возглавил Российский еврейский конгресс.

Еврейские общины во всех странах проводят подобное «политическое лоббирование» интересов международного еврейства в ущерб интересам страны проживания, и особенно в США — это государство стало инструментом по достижению глобальных целей еврейства, что открыто признал А. Шарон в кнессете в 2001 г. Евреям удалось даже использовать армию США в израильских интересах для разгрома целой страны — Ирака. А расизм своего «Шулхан аруха» они стараются замаскировать упреждающими обвинениями в «антисемитизме» (то есть якобы расовой ненависти) всех тех, кто не соглашается с их моралью, их действиями, их войнами. Но такая подмена понятий — грубый подлог, который должен быть очевиден любому беспристрастному судье. Например, «Московское бюро прав человека» под руководством А. Брода завалило прокуратуру подобными «антисемитскими» жалобами, фактически блокируя работу правоохранительных органов и показывая, между прочим, что понимает под «правами человека» главным образом права евреев. Можно сказать, что весь демократический мир сегодня находится под денежным и политическим контролем международного еврейства, чем ныне открыто гордятся видные банкиры (Ж. Аттали и др.). И нам не хочется, чтобы наша Россия, против возрождения которой ведётся превентивная перманентная война без правил, оказалась бы в числе таких несвободных стран.

Поэтому мы, как в целях защиты нашего Отечества, так и личной самообороны, вынуждены обратиться к Вам, господин Генеральный прокурор, со следующими конкретными (пп.1–4), основанными на законодательстве РФ, требованиями по пресечению теории и практики данного вида экстремизма:

1. Провести проверку по факту официального издания и распространения в Москве на русском языке Конгрессом Еврейских Религиозных Организаций и Объединений в России (официальный адрес: 101000 Москва, Б.Спасоглинищевский пер., д. 10, стр. 1) иудейского кодекса поведения «Кицур Шульхан арух», содержащего в изданиях 1999 и 2001 гг. приведенные выше предписания ненависти к неевреям. Просим учесть, что это не просто древний исторический текст, а предписанный к выполнению в наше время, что подчёркивает руководитель исполкома КЕРООР раввин З.Коган в предисловии к книге, а главный раввин России А. Шаевич свидетельствует там же о большой популярности этой книги в среде современного российского еврейства. В Москве эта книга распространялась во многих еврейских книготорговых точках (например, на факультете журналистики МГУ) и, разумеется, в синагогах. Совсем недавно, в 2004 году, она продавалась в книжном киоске синагоги по указанному выше адресу КЕРООР.

Если данная книга будет признана экстремистской, это послужит выявлению и изоляции одного из главных истоков первичного экстремизма в России, вызывающего порою ответный экстремизм. Однако это должно быть лишь первым шагом. Для искоренения данного вида экстремизма необходимо устранить его более глубокую основу.

2. Для этого мы просим провести проверку по факту печатного признания раввином З. Коганом в предисловии к книге, что её более экстремистские предписания, изъятые в виде конспирации и характеризуемые самим Коганом как оскорбительные для неевреев, преподаются в еврейских образовательных учреждениях — ешивах. Раввин Коган прямо приглашает туда своих соплеменников для изучения этих оскорблений. Для проверки достаточно ограничиться анализом учебного материала в известных ешивах г. Москвы, в том числе в относящихся к структуре ФЕОР раввина Берла Лазара, которую даже сами раввины Коган и Шаевич вместе с десятком других считают экстремистской, «копирующей акции криминальных структур» («Международная еврейская газета». 2005, № 7–8, с. 1). Проверку учебного материала в ешивах просим провести с привлечением к экспертизе независимых переводчиков-гебраистов (неевреев), ориентируясь на отрывки из указанных мест «Талмуда» и «Шулхан аруха», цитированные выше в судебном переводе д-ра К. Эккера.

Если проверка подтвердит признание раввина Когана и подобный учебный материал будет запрещён к использованию — это будет вторым важным шагом в преодолении первоисточника экстремизма. Однако следует учесть, что данные тексты составляют основу и суть самого иудаизма, от которого иудеи отказываться не станут, даже если и сделают дополнительные сокращения в данных книгах, лишь переведя своё культивирование ненависти в устную форму (как они давно практиковали это в христианских государствах). Поэтому для искоренения данного истока экстремизма мы считаем необходимым и следующий шаг — очевидные меры по столь же твёрдому соблюдению российского законодательства, которые предпринимаются по отношению к ряду других экстремистских объединений.

3. А именно: на основании статьи 282 УК РФ, закона «О противодействии экстремистской деятельности» (2002) и ст. 13-5 конституции РФ («запрещаются создание и деятельность общественных объединений, цели которых направлены на разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни») мы требуем официально возбудить дело о запрете в нашей стране всех религиозных и национальных объединений, основанных на морали «Шулхан аруха», как экстремистских. Лиц, ответственных за предоставление этим объединениям государственного и муниципального имущества, привилегий и государственного финансирования, просим также привлечь к ответственности, невзирая на занимаемые ими должности. Просим также рассмотреть вопрос, допустимо ли носителям такой морали, когда причастность их к подобным экстремистским объединениям доказана, занимать влиятельные должности на государственной службе и в СМИ («четвертой власти»).

4. Результаты проведенных проверок просим учесть не только в текущих судебных делах по обвинению русских патриотов в «антисемитизме», но и на этом основании внимательно пересмотреть все предыдущие подобные обвинительные приговоры, инициированные еврейской стороной — насколько они оправданы в свете вышеизложенного.

Если Вы, господин Генеральный прокурор, сочтёте, что наше Обращение не может быть принято к рассмотрению, поскольку нами не соблюдены какие-то неизвестные нам на данный момент формальные предписания или допущены формальные погрешности — мы готовы эти препятствия немедленно устранить. Все подписавшие Обращение предоставляют такое право его подателям. Но это не должно быть поводом для отклонения нашего требования по его сути.

Просим дать нам ответ по адресу подателей Обращения.

Копию направляем в Государственную Думу с просьбой направить в Генпрокуратуру депутатский запрос по изложенным выше пунктам 1–4.

7/20 марта 2005 г.

Праздник Торжества Православия.

Добавление 14 июля 2006 г.

Одновременно с этим Обращением в Генеральную прокуратуру РФ поступило заявление от еврейских организаций с требованием возбудить уголовное дело по ст. 282 УК РФ («возбуждение национальной розни») против автора и подписавших Обращение 5000. Оба заявления Генеральная прокуратура передала для проверки в Басманную межрайонную прокуратуру г. Москвы, которая вынесла постановление от 24.06.2005:

1. В Обращении 5000 признана отсутствующей как объективная, так и субъективная сторона преступления. В возбуждении уголовного дела против подписавших — отказать.

2. В отношении же еврейского кодекса поведения «Кицур Шульхан арух», против которого направлено Обращение 5000, прокуратура приводит следующее заключение того же эксперта (курсив ниже наш):

«Используемые в книге «Кицур Шульхан Арух» словесные средства выражают негативные установки в отношении любого — без конкретизации — иноплеменника (нееврея, гоя) и любого — без конкретизации — иноверца (неиудея, акума). Все иноверцы без исключения — идолопоклонники…. В тексте книги «Кицур Шульхан Арух» использованы специальные языковые средства для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик,… и побуждений к действиям против какой-либо нации или отдельных лиц как ее представителей, поскольку книга «Кицур Шульхан Арух» — это свод Законов, предписывающий еврею (иудею) определенные действия, определенное отношение, определенное поведение среди неевреев (неиудеев), которое может быть интерпретировано последними как негативное и оскорбительное отношение к ним».

Тем не менее, под огромным давлением международных еврейских организаций, правительства Израиля и Госдепартамента США, премьер-министр Фрадков (еврей) распорядился о прекращении проверки «Кицур Шульхан аруха» и об отказе от возбуждения уголовного дела против его издателей. Прокуратура была вынуждена обосновать это отсутствием «умысла» в действиях издателей, хотя они в предисловии к книге утверждают прямо противоположное, призывая евреев соблюдать сегодня эти законы (см. выше в тексте Обращения 5000). Тем не менее оскорбительная суть данного еврейского кодекса очевидна и установлена экспертизой — и это важное достижение русского патриотического движения.

В дальнейшем еврейские лидеры дважды подавали заявления в прокуратуру с требованием возбудить дело против автора Обращения 5000 М.В. Назарова как «антисемита», и оба раза (постановления от 31.8.2005 и 14.3.2006) прокуратура отвергала эти требования: «Претензии в адрес М.В. Назарова лишены оснований, так как автор лишь придерживается православно-христианского учения — признанной мировой духовно-нравственной традиции… Высказывания Назарова являются проявлением православной религиозно-философской концепции мировой истории, а не проявлением антисемитизма и фашизма».

Письменные источники иудаизма.

Мы уже неоднократно ссылались на иудейское Священное Писание (будем называть его так, как официально принято — с больших букв, поскольку это просто название, хотя свящённого в нём ничего нет) — Тору или Моисеево Пятикнижие. Становление иудаизма, такого, каким мы его знаем, шло достаточно долго — от гибели Моисея до оглашения первой редакции Торы. Уже известный нам Дуглас Рид так комментирует хронологию возникновения Торы в книге «Спор о Сионе» (выделения жирным и сноски наши):

«На протяжении ста лет после завоевания Израиля Ассирией[77] левиты составляли свой писанный закон. В 621 г. до Р.Х. они закончили Второзаконие и прочли его народу в Иерусалимском храме. Это и был тот «Моисеев Закон», о котором сам Моисей, если он и жил когда-либо, ничего не знал. Он приписывается Моисею, но историки считают, что весь «закон» — создание левитов, которые и тогда, и впоследствии заставляли Моисея (другими словами Иегову) говорить то, что им было нужно. Настоящее название этого сборника должно быть «Закон Левитов» или «Иудейский закон».

Для формального иудаизма и сионизма Второзаконие то же, что Коммунистический Манифест для разрушительных революций нашего века. Оно положено в основу Торы («Закона»), составляющей Пятикнижие, как сырой материал для Талмуда, сам же Талмуд породил множество комментариев и разъяснений к комментариям, что все вместе составляет иудейский «закон».

Второзаконие является поэтому одновременно и политической программой мирового господства над ограбленными и порабощенными народами, в значительной мере осуществленной в ходе двадцатого столетия. Второзаконие стоит в непосредственной связи с событиями наших дней, и многое, что в них непонятно, становится ясным в свете этого учения. В 621 г. до Р.Х. оно было объявлено кучке людей в маленьком селении: тем поразительнее его последствия для всего мира в ходе дальнейших столетий вплоть до наших дней.

До составления Второзакония существовала только «устная традиция» о словах Бога, обращенных к Моисею. Левиты объявили себя священными хранителями этой традиции, а простые люди их племени должны были верить им на слово (именно эти претензии левитов вызывали гнев израильских «пророков»). Если и существовали какие-либо записи «устных преданий» до 621 г. до Р. Х., когда Второзаконие было объявлено народу, то они были в руках священства и столь же мало знакомы простым соплеменникам, как греческие классики жителям нынешнего Кентукки. То, что Второзаконие было чем-то совершенно иным, чем все до него, явствует из его названия «Второй Закон». Фактически оно было первым обнародованием левитского иудаизма, в то время, как израилиты, как было указано выше, вообще «не были евреями» и никогда этого «Закона» не знали.[78] Заслуживает внимания, что Второзаконие подается как пятая книга Библии, якобы вытекающая из четырех предыдущих; в действительности же это была первая, полностью законченная книга. Бытие и Исход, хотя они и создают исторический фон и как бы подготавливают Второзаконие, были написаны левитами после него, а остальные книги Торы — Левит и Числа появились еще позднее.

Кастейн так описывает происхождение Второзакония: «В 621 г. до Р. X. были найдены в архивах покрытые вековой пылью рукописи. Это были любопытные версии законов, как бы свод законов того времени со множеством повторений и вариантов, в большинстве своем предписания об обязанностях человека по отношению к Богу и своим ближним. Они были изложены в виде речей, предположительно произнесенных Моисеем незадолго до его смерти на дальнем берегу Иордана. Кто был их автором, сказать невозможно».

Другими словами, сам доктор Кастейн, еврейский фанатик, ожидающий полного осуществления «Моисеева Закона» во всех его деталях, не верит сказкам об авторстве Иеговы или Моисея. Ему достаточно, что их писало священство, олицетворяющее в его глазах божественный авторитет.

Никто не знает, насколько теперешнее Второзаконие сходится с тем, которое было обнародовано в 621 г. до Р. X. Книги Ветхого Завета подвергались повторным переделкам, до самого перевода их на другие языки, когда ряд текстов был снова изменен, вероятно, чтобы не раздражать чрезмерно не-евреев. Несомненно, что многое там было исключено, первоначальное же Второзаконие явно было еще более свирепо, чем известное нам».

При этом важно помнить, что несмотря на сомнительность источника Торы, иудаизм основан именно на той редакции Ветхого Завета, которую мы имеем сегодня. Поэтому её и следует признавать как первоисточник иудейской веры: даже если она родилась гораздо позже и того срока, который указал Д.Рид. Ведь вера и культы создаются как правило на базе исторических мифов, которые принимаются за истину религиозными фанатами.

Уже на ранней стадии своего становления — в первой половине I тысячелетия до н. э. — иудаизм перешагнул рамки духовной сферы и активно вторгся в общественно-политическую практику. Уже тогда его структура приняла достаточно разветвлённый характер и включала в себя по меньшей мере семь основных элементов:

1. Учение о Яхве, сущности Вселенной и людей.

2. Священное Писание.

3. Свод религиозных законов, охватывающий также область светского права.

Ш Порядок отправления ритуалов.

Ш Систему религиозных институтов.

Ш Кодекс морально-нравственных отношений.

4. Концепцию богоизбранности еврейского народа и его мессианского предназначения.

Священное Писание (Сфарим) в древнееврейской аббревиатуре известно как Танах. Танах в общем и целом по содержанию почти соответствует Ветхому Завету — с некоторыми расхождениями. Слово «ТаНаХ» происходит от первых букв трёх частей иудейского Священного Писания: Торы, Неебим и Хетувим. Танах включает в себя:

· Пятикнижие Моисеево (Тора в узком смысле), книги — Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие.

· Книги пророков (по-еврейски Неебим). Ранние книги — Иисуса Навина, Судей, две книги Самуила, две книги Царей. Поздние книги — Исаии, Иеремии, Иезеркиль, Осии, Иоэль, Амос, Обадия, Ионы, Михея, Нахум, Хаббакук, Софония, Аггей, Захария, Малахия.

· Книги Писаний (по-еврейски Хетувим), книги — Псалмы, Притчи, Иов, Песнь Песней, Руфь, Плачь Иеремии, Экклезиаст, Эсфирь, Даниил, Эзра, Неемия, две книги Хроник (Паралипоменон).

Следующей книгой, согласно которой живут иудеи, является Талмуд. История создания Талмуда, согласно известным источникам, хронологически начинается с разгрома римлянами Иерусалима, первого (70 г. н. э.) и второго (135 г. н. э.) восстаний иудеев против Рима, массовым уничтожением иудеев, продажи оставшихся в рабство, уничтожения младенцев и выселения из Палестины.

В результате этого иудейского поражения должна была быть серьёзно нарушена преемственность иудейской веры по признаку происхождения от предков. Поэтому кровное родство от древних семитов современных иудеев находится под большим вопросом (мягко говоря).

С этого момента в среде левитов и вообще хозяев иудейского проекта принимается решение о дополнительных мерах по «сплочению еврейского народа». Духовные лидеры иудеев — раввины — считали что нужно создать «новый храм» вместо разрушенного Иерусалимского, но уже не в камне, а «в сердцах людей». Вот как пишет об этом Дуглас Рид в «Споре о Сионе»:

«Зачем вообще понадобился Талмуд? Ответ на этот вопрос представляется очевидным. Иудеи были окончательно рассеяны по всему миру, по крайней мере до той поры, пока этих «изгнанников» не удастся снова собрать воедино вокруг их храма. В странах рассеяния им противостоял новый «враг», та религия, рождение которой обличало учение фарисеев как ересь: «Горе вам книжники и фарисеи, лицемеры!»[79] Мало того, благодаря переводу, иудейский закон стал известен «языческому миру», который к тому же нашел в нем кое-что полезное для себя самого. Чтобы сохранить избранный народ в изоляции, нужен был, следовательно, новый закон, свой собственный, скрытый от нееврейских глаз. Тора нуждалась в защитной «ограде» вокруг нее, достаточно сильной, чтобы охранить «изгнанников» от ассимиляции другими народами и не допустить их «поклонения иным богам»».

Для выработки новых религиозных правил (жизни в рассеянии) для всех еврейских общин в палестинском городе Ямнии (Яффе) была создана своеобразная «академия» — училище, где самые известные уцелевшие после Иудейской войны «богословы» под руководством левитов работали над записью и систематизацией якобы всех устных приданий и комментариев к Торе, неписанных обрядов, существовавших в иудейском обществе. Сборник таких преданий был назван Талмудом (Наставлениями).

Здесь же была открыта школа раввинов (раввин в переводе с иврита — «великий») — имеющих «право» толковать и проповедовать Тору. На них с этого момента возлагалось духовное руководство общинами в рассеянии. Первоначальный вариант Талмуда был составлен в Палестине в начале III века н. э. Окончательный вариант Талмуда возник в V в. н. э. Окончательно было составлено два типа Талмуда — Иерусалимский (возник в Палестине) и Вавилонский (подготовленный в диаспоре и получивший наибольшее распространение). Оба Талмуда состоят из двух частей: Мишны и Гемары. Постановления и наставления Талмуда объединили разрозненные еврейские диаспоры в одно духовное целое, после чего евреем стал считаться тот, кто выполняет все рекомендации, записанные в талмудических трактатах[80] — законодательной основе иудаизма. Вот как пишет об этих расовых законодательных основах Дуглас Рид в «Споре о Сионе» (выделения жирным и сноски наши):

«Коллективное чтение законов оказалось эффективной заменой ритуальных богослужений, которые по Закону, могли иметь место только в Иерусалимском храме (так возникла синагога). Общины в рассеянии также стали уединяться в гетто и практиковать службы в синагогах, что давало диаспоре чувство единства как с рассеянными, так и с «возвратившимися» иудеями. Так религиозная секта, «вернувшаяся» в незнакомый ей Иерусалим, стала ядром нации в нациях и государства в государствах. Священство умудрилось сохранить теократический строй, даже не имея собственной территории и под властью чужеземного царя.[81] Они правили своими последователями по собственным законам, распространив их и на иудеев, живших в рассеянии, о чем Кастейн пишет следующее: «Взамен конституции умершего государства была создана общинная автономия, а власть государства была заменена другой, более надежной и стойкой: твердым и безжалостным режимом но основе беспрекословного выполнения всех ритуальных предписаний». Эти слова еврейского историка заслуживают пристального внимания: многие из «ритуальных предписаний» описаны в этой книге. Левиты сумели в «плену» и на чужой земле установить свой «твердый и безжалостный режим». Это было исключительным и удивительно стойким достижением: установленное в древности, оно продолжается до наших дней.

«Чужестранцы» обычно не в состоянии понять, какими методами правящая секта смогла так крепко держать в своих руках нацию, рассеянную по всему свету. В конечном счете, эта власть держится на терроре и страхе; ее тайны ревниво охраняются от «чужих», но старательный исследователь может порой добраться до истины. В руках левитов есть страшное оружие — отлучение, а страх перед ним в значительной степени объясняется тем, что правоверный иудей действительно верит в физическую реальность и эффективность перечисленных во Второзаконии и других книгах проклятий; «Еврейская Энциклопедия» подтверждает, что эта вера держится до сих пор.[82] В этом отношении евреи сходны с африканскими дикарями, верящими в то, что заклинания могут привести к смерти, и с американскими неграми, дрожащими перед шаманами Ву-Ду. Изгнание из племени — страшное наказание (в прошлом нередко смертельное), примеров которого можно много найти в литературе нашего времени.

Для благочестивых (вернее, суеверных) иудеев Тора-Талмуд является единственным законом, так что если они и подчиняются законам страны их поселения, то лишь формально и с внутренними оговорками. Этот «единственный» Закон дает священству полную судебную и административную власть, что нередко даже формально подтверждалось нееврейскими правительствами стран рассеяния. По букве этого «Закона» за многие проступки полагалась смертная казнь, и на практике, в закрытых иудейских общинах, раввины нередко приводили смертные приговоры в исполнение».

Конечно Талмуд выполнял ещё одну немаловажную роль: он противопоставлял иудейскую общность первым христианским общинам. Поскольку христиане тоже претендовали на некоторую «богоизбранность», дабы не смешивать с ними иудеев (а такая «опасность» была) быстренько состряпали Талмуд — одновременно с этим Рим принял «христианскую» веру (VI век н. э.). Талмуд окончательно идейно-мировоззренчески отделил иудеев от «христиан» — несмотря на то, что в «христианстве» изначально признавался Ветхий Завет. В начале новой эры появился «богоизбранный народ» как бы «второй волны» — «христиане». Но для иудеев «христиане» так и оставались «гоями» (во многом вследствие появления Талмуда), как и другие народы, куда эта общность входила в рассеянии. Ведь Талмуд снимал последние сомнения иудеев в их расовом превосходстве над народами — несмотря на многочисленные отступления от веры и проклятия Яхве, описанные в Ветхом Завете. И этот момент заметил в «Споре о Сиона» Дуглас Рид:[83].

«Талмуд, составленный в христианскую эпоху, является по своему содержанию глубоко антихристианским. Ему приписывается такое же происхождение, как и Торе. Его составители, священнослужители-книжники, по-прежнему претендовали на право пересматривать и расширять иудейский закон, якобы данное им «устно» на горе Синай.

В христианских Библиях записано, что «церкви всех вероисповеданий принимают и признают» Ветхий Завет, «как данный божественным вдохновением, видя в нем указания Бога к вере и праведной жизни», как было указано в решениях Трентского Собора. Здесь уместно задать вопрос, чем содержание Талмуда отличается от Торы, а если различия между ними нет, то не следует ли включить в состав христианской Библии и весь антихристианский Талмуд?[84] В этом случае книжные полки библиотек оказались бы заполненными множеством томов этого произведения, а Новый Завет остался бы маленькой брошюрой, затерявшейся в массе талмудизма к тому же совершенно отвергнутой и отринутой его содержанием, которое ученый-талмудист Драх (Drach) характеризует следующим образом: «Понятия справедливости, равенства и милосердия по отношению к ближним неприменимы к христианам; нарушение этого правила является преступлением… Талмуд категорически запрещает спасать нееврея от смерти… возвращать ему потерянное имущество…, сочувствовать ему и т. д.».

Богословские решения о «равном божественном авторитете» Торы внесли такую путаницу в христианскую доктрину, что христианству трудно будет избавиться от нее в будущем».

Иудейская философия зародилась под влиянием греческой философии в Александрии Египетской во II в до н. э. Главной целью, которую преследовала иудейская философия было доказательство того, что доводы разума и опыта не противоречат иудейскому Закону. Это необходимо было для «мирного» уживания культуры эллинизма с культурой иудаизма: первая была предназначена для толпы и «элиты» — будущей европейской системы; вторая — для «расы господ». Важнейшим представителем иудейской философии был Филон Александрийский (около 25–40 гг. н. э.). Он старался найти в Священном Писании подтверждение идеям философии эллинов, прежде всего Платона. С этой целью он аллегорически толковал события, описанные в Торе. Впоследствии иудейская философия неоднократно развивалась с этими же целями.

Каббала считается мистическим учением в иудаизме, доступным лишь посвящённым. Термин «Каббала» означает «предание», «восприятие» и истолковывается как сокровеннейшая часть еврейской религии, открываемая только для посвящённых. Традиционно Каббала подразделяется на умозрительную (теоретическую) и практическую. Ясно, что Каббала предназначена для поддержки во-первых, особой сакральности и святости иудаизма в глазах как иудеев, так и их «гойского» окружения, и, во-вторых, для поддержки «нужной» иерархии в среде самих иудеев.

По преданию Каббала восходит авторством чуть ли не к Аврааму, по крайней мере к началу I тысячелетия н. э. Хотя впервые увидеть её смогли лишь в 1300 году в Испании с появлением основной книги Каббалы — Зогара (Зоара). Каббалистические посвящения основаны во многом на «тайнах» еврейского алфавита, который состоит из 22 букв (метка «жрецов» Египта: 22 иерофанта), делящихся на разные группы. Основной идеей Каббалы, привлекающей не только иудеев, которым обещана власть над миром, но и вообще всех властолюбцев, желающих легко (посвятившись во что-то «крутое») получить «ключи от магии» над людьми и явлениями — является идея заключения в ней основных закономерностей устройства Вселенной. Эти закономерности якобы выражены в Каббале через алфавит, числа, символику, геометрию, математику…

Действительно, будучи порождением наследников древнеегипетского знахарства, и предназначенная для внутреннего употребления в среде посвящённых иудеев, Каббала несёт в себе некоторые закономерности устройства Вселенной — но в таком запутанном и неудобопонимаемом виде, что и сами иудеи вряд ли смогут их объяснить друг другу вразумительно. Но некоторую магию они творят с помощью Каббалы. Во всяком случае Каббала укрепляет иудеев в том, что Яхве доверил им самое сокровенное знание и возможности: надо лишь получить все «ключи» к знанию и мир у них в руках. Даже сама уверенность это уже немало для эгрегориально-магических манипуляций.

Определённым буквам еврейского алфавита[85] каббалисты соотносят три состояния вещества, семь планет, три времени года, семь дней недели, двенадцать месяцев и так далее. Автор одного каббалистического трактата утверждает, что «Яхве позволил буквам раствориться в воде. Он сжёг их в огне, развеял по ветру. Он распределил их среди семи планет и отдал двенадцати знакам Зодиака». Конечно кабалистика — разновидность эгрегориалной магии, в которой принята своя система кодирования управленческой информации и своя иерархия. Причём эта эгрегориальная магия во многом основана на магии букв, слов и чисел и некоторых объективных закономерностях устройства Вселенной.

Однако, в Каббалу, как и в иудейское мировоззрение, заложена ложные основы Мироздания. Сущность еврейского бога открывается каббалистам в его имени, состоящем из четырёх букв (Яхве). Именно поэтому сам еврейский «творец Вселенной» называется «Тетраграмматоном» (Четырёхбуквенным). В действительности же Бог владеет триединством (материя-информация-мhра). Триединство тоже представлено еврейской наукой,[86] но в таком запутанном виде, что до понимания Бога, его Замысла докопаться невозможно, но для творения некоторой магии — есть «научные» основания.

Основные исторические этапы.

Традиционные религиоведческие и исторические источники делят историю «еврейского народа» на несколько крупных этапов. Мы будем рассматривать эту историю согласно принятому делению, однако понимать её будем — со своих мировоззренческих позиций.

Первый этап — до X века до н. э. называют дохрамовым периодом. Мы его уже достаточно подробно рассмотрели в предыдущих главах, поэтому останавливаться на нём особо не будем. Считается, что в этот период произошли основные доегипетские события, египетский плен, исход в Синайскую пустыню и вторжение в Ханаан. Библейская версия о том, что эти события в некотором роде имели место — подтверждается Кораном. Кораном подтверждается и роль Моисея, как посланника Бога, призванного направить евреев на «прямой путь» — чего сами евреи не пожелали. И лишь после этого инициативу по их «воспитанию» перехватили египетские знахари, скрывшиеся в колене Леви. Поэтому мы придерживаемся версии, что исход из Египта был.

В то же время уже известный нам Дуглас Рид в своём «Споре о Сионе» сомневается в правдивости истории евреев до середины I тысячелетия до н. э. Он придерживается несколько иной версии о хронологии становления иудаизма. Однако, если не обращать на это особого внимания, то многие выводы Дугласа Рида — очень и очень интересны. То есть смысловая (а не хронологическая) часть его книги, касающаяся периода «до новой эры» весьма интересна. В отношении истории иудеев до момента появления Священного Писания Дуглас пишет следующее (выделения и сноски наши):

«Все события ранее 458 года до Р.Х.[87] — в значительной степени сказания, легенды и мифы, тогда как главные события более поздних времен хорошо известны. До 458 года существовали, главным образом, устные предания, документация же началась примерно за два столетия до того, в период, когда иудеи уже были отвергнуты израильтянами. Именно в это время устные предания превратились в Священное Писание, но истина в нем подверглась извращению. Дошедшие до нас слова ранних израильтян ясно говорят об их стремлении к единому Богу и к дружбе с соседними народами. Все это было изменено и превращено в свою противоположность кочующими жрецами, обособившими иудеев и утвердившими культ Иеговы, как бога расизма, ненависти и мести.

Эпоху Моисея отделяют от 458 года до Р.Х. (года провозглашения нового «Закона») многие столетия, за которые также много изменилось. Кочевники Хабиру вытеснили коренное население Ханаана путем вторжения, поселения и смешанных браков, выделив из своей среды племя Бен Израиль («Дети Израиля»), которое в свою очередь распалось на ряд новых племен, слабо связанных одно с другим и часто воевавших между собой.

Главное из этих племен, израильтяне, заселило северную часть Ханаана. На юге образовалось племя иудеев, изолированное и окруженное коренным населением. Здесь в ходе столетий, выросла расовая доктрина и появились слова «иудаизм» и «еврей».

Странные черты отличали иудейское племя с первого дня его появления. Оно всегда было изолировано и никогда не уживалось со своими соседями. Его происхождение окутано тайной, а в его зловещем имени слышится некое предзнаменование, как будто с самого начала это племя было скорее отделено, нежели «избрано». Писания левитов причисляют его к израильским племенам, однако, поскольку эти последние смешались позже с другими народами, то это, казалось бы, оставляет иудеев последними претендентами на дары, обещанные Иеговой «избранному народу». Ложность, однако, и этой претензии обличает беспристрастное свидетельство «Еврейской Энциклопедии» об иудеях: «По всей видимости это было не-израильское племя»».

То, о чём пишет Дуглас Рид — зафиксированный многими источниками исторический факт существования «двойного царства» — Израильско-Иудейского объединённого царства, образованного при царе Давиде в 1004 году до н. э. К этому интереснейшему историческому факту мы ещё вернёмся. До образования первого объединённого царства был период «межплеменной раздробленности», многобожия и идолопоклонничества, возникший сразу после вторжения в Ханаан. В годы так называемых «завоеваний» еврейскими племенами Ханаана (считается XIII–XII вв. до н. э.) и в последующий период «межплеменной раздробленности», известный как «эпоха Судей» (1200–1025 гг. до н. э.) иудеи не имели постоянного культового центра. Продолжался период походного храма-скинии, в которой находился Ковчег Завета. При этом одновременно с отправлением в храмовом центре основных иудейских культов (жертвоприношения Яхве, соблюдение заповедей, обрезание младенцев мужского пола и прочих), многобожие и идолопоклонничество прочно существовали ещё в еврейской среде вплоть до конца 7 столетия до н. э. И лишь после указа царя Иосии (639–608 гг. до н. э.) от 622 года до н. э. были законодательно строго отменены культы всех богов кроме единого.[88] Устойчивые пережитки многобожия у еврейских племён свидетельствуют о крайне низкой культуре мышления и полной религиозной безнравственности — в том смысле, что евреям было «всё равно кому поклоняться», а посему религиозные культы для них были не жизненной необходимостью, а больше формальностью, обслуживающей достаточно примитивную социальную организацию. Именно поэтому государственный указ «сверху» от царя Иосии они восприняли как должную замену одной «надобности» на другую. И лишь после этого им огласили Тору: видимо раньше подавать вероучение в письменном виде племенам, находившимся на примитивной стадии многобожия — было бессмысленно. И предание распространялось устно — с переменным успехом «зомбируя» еврейские племена из поколения в поколение, постепенно готовя их психику к восприятию письменных источников.

Дуглас Рид заметил эту отсталость древних еврейских племён:

«Секта фанатиков создала учение, сумевшее подчинить себе умы целого народа на протяжении двадцати пяти столетий; отсюда его разрушительные последствия. Никто не в состоянии объяснить, почему именно в то время или как вообще появилась эта доктрина.[89] Это — одна из тайн нашего мира. Можно пытаться как-то постигнуть ее, допустив, что тезис «каждое действие вызывает равное ему противодействие» столь же действителен и в сфере религиозного мышления, и что в то время, когда человечество искало единого, общего для всех, любящего Бога, родилась и эта жестокая и противоречивая догма о племенном мстительном божестве.

Иудаизм был отсталым явлением даже в 458 году до Р.Х., ибо уже тогда люди начали отворачиваться от идолов и племенных богов, в поисках единого общего Бога, Бога справедливости и любви. Конфуций и Будда в свое время указали путь в этом направлении, и идея единого Бога была знакома также и соседним с Иудеей народам».

Второй этап — с Х века до н. э. до конца VII века до н. э. (621 г. до н. э.) — период «первого Храма». Период «первого Храма» очень интересен двумя событиями: падением Израиля (722 г. до н. э.) и тем, что он закончился (через сто лет после падения Израиля) установлением единого для всех иудеев Закона (622 г. до н. э.).

При царе Давиде (1004 г. до н. э.) Ковчег Завета был перенесён в Иерусалим[90] — одновременно с образованием объединённого Израильско-Иудейского царства. С этого момента начался период первой государственной централизации евреев, созданный волей «жрецов» Египта и находящейся под контролем периферии древнеегипетского знахарства. Через это палестинское государство тогдашняя «мировая закулиса», как можно понять, решала две основные задачи:

· Первая (ближняя: задача-«минимум») — захватить под свой контроль через еврейскую периферию главный форпост мировых информационных, торговых и финансовых путей. Через объединённую Израильско-Иудейскую государственность методом «культурного сотрудничества» с окружающими племенами и цивилизациями — был поставлен первый в истории эксперимент: как воспримут иудаизм другие народы и племена.

· Вторая (дальняя: задача-«максимум») — сплотить разрозненные еврейские племена единой религиозной верой, «богатством» под контролем государственности, и храмовой опеки. Дать почувствовать евреям их духовное единство не только верой, но и «богатствами», общей землёй, сильной государственностью то есть, создать у них иллюзию народа, на базе чего впоследствии развивать дальше мифологию «богоизбранности».

Согласно вышесказанному, сыном царя Давида царём Соломоном (царствовал с 965 по 945 гг. до н. э.) были возведены царский дворец и Иерусалимский Храм в честь Яхве (945 г. до н. э.). Библия подробно повествует (3 кн. Царств, 2 кн. Паралипоменон) о строительстве этого культового сооружения, его огромных размерах и роскоши, что непременно должно было поражать и подавлять (в нужную сторону) воображение древних евреев. Тем более, что храмовые эгрегориальные культы — непременное приложение практически ко всем религиозным системам ведически-знахарской культуры древности.

Первые цари Иерусалима были баснословно «богатыми»: древнеегипетское сопровождение будущей «расы господ» действовало в этом ближневосточном регионе. На внутреннюю отделку и храмовую утварь ушло несколько тонн золота. В «Святая Святых» храма под охраной двух пятиметровой высоты херувимов[91] находился ковчег со Скрижалиями Заповедей. В главном зале находились десять огромных семисвечников, жертвенник и стол для хлебных даров. Вокруг храма Яхве строились не только религиозно-культовая жизнь, но и вся система социальных и моральных норм поведения в древнееврейском обществе. Однако, одновременно с этим продолжало существовать многобожие, а культ Яхве отправлялся лишь около храма.[92].

Почти сразу после окончания периода «первого Храма» и можно сказать принудительным преодолением многобожия[93] с помощью мощного давление на евреев «богатых» государственных институтов и храмовых культов Яхве (621 год до н. э. принимается указ о запрете на все остальные культы кроме Яхве) — начинается как по заказу следующий период во время которого произошла первая волна рассеяния евреев.

Можно смело предположить, что в период «первого Храма» в Иерусалиме был если не первосоздан, то возрождён в новом качестве мощнейший эгрегор бога Яхве — эгрегор иудаизма — которому до сих пор поклоняются все иудеи мира.

Однако далеко не всё гладко шло у «мировой закулисы» в период «первого Храма» не только в вопросе преодоления многобожия евреев, но и в вопросе размежевания с наследием Моисея, Аарона и других посланников Бога, которое могло остаться в среде некоторых (а то и многих) еврейских племён. Многие исторические источники указывают на религиозно-нравственный конфликт между Израилем и Иудеей во времена «первого Храма», который обострился отделением в конце X века до н. э. Израильского (северного) царства от объединённого Израильско-Иудейского царства.

То есть, объединённое царство просуществовало всего-навсего около 100 лет. За это время был выстроен храм. Храм обслуживался сословием священников-левитов, которые вместе с царской знатью составили «господствующую» верхушку утвердившегося в Израильско-Иудейском царстве рабовладельческого строя. Тогда же зарождается миф о вечной и нерушимой связи Яхве, династии Давида и богоизбранничества священного Иерусалима.

Почти сразу после начала функционирования храма израильские племена отказались исповедовать храмовые культы левитов. Возможно сохранялась какая-то память, оставшаяся от Моисея, возможно были в то время иные посланники Бога, которые вошли в конфликт с храмовыми служителями и за ними пошли многие еврейские племена, возможно сохранилась память о египетском рабстве как о плохом деле.[94].

Во всяком случае с этого момента в ближайшую задачу хозяев еврейства вошла выбраковка всех, кто отделился от Иудеи и не стал исповедовать храмовые культы Яхве. С этого момента Израилю был уже подписан левитами «приговор». Как его исторически было осуществить — это уже второе дело. Израиль пал под ударами Ассирии (в 722 г. до н. э.) — почти на полторы сотни лет раньше Иерусалима (культового центра иудейского государства и иудеев после их религиозного размежевания с израильтянами) — в 586 г. до н. э. Иерусалим был захвачен царём Вавилонии Навуходоносором. Эти почти полторы сотни лет верноподданным Яхве евреям промывали мозги иудаизмом на уровне государственных культов — после чего впервые опробовали их рассеяние. К этому времени израильской оппозиции иудеям уже не существовало, а из верноподданных иудеев опять состряпали «единый народ» (приписав ему и все заслуги династии Давида и могущества Иерусалима), предав забвению религиозный конфликт X века до н. э.

Таким образом, в конце X века до н. э. от Иудейского царства с его культовым храмом отделилось Израильское царство. Большая часть израильских племён стала отправлять религиозные культы в новых местах, отделившись от иерусалимского храма — в Бийт-Эле и в Дане, размежевавшись таким образом на религиозном уровне с Иудеей и с иудаизмом.

Этой же версии придерживается Дуглас Рид. В «Споре о Сионе» тема падения Израиля — одна из главных:

«Почти 3000 лет тому назад, настал конец краткой и непрочной связи между Иудеей и Израилем (детьми Израиля). Израиль отвергнул иудейскую доктрину избранного народа и пошел своим собственным путем.

История неудачного объединения этих двух племен относится к предыдущим столетиям. За мифологической и легендарной эрой Моисея последовал Ханаанский период, когда «Израиль» был сильной и сплоченной страной с ясными границами: северной конфедерацией десяти племен. Иудея, к которой присоединилось и малочисленное племя Вениамина, была лишь небольшим поселением на юге. Эта Иудея, породившая нынешний сионизм, всегда пользовалась дурной славой. Иуда продал Израильтянам своего брата Иосифа, любимого сына Иакова, за двадцать сребреников (как много позже другой Иуда, единственный иудей среди учеников, продал Иисуса Христа за тридцать). Путем кровосмешения он положил потом начало иудейскому племени (Бытие, 37–38). Через много веков после описанных событий левитские книжники стали господами Иудеи и, записывая устные предания, они не стеснялись искажать их в нужном им смысле. Встает вопрос, для чего они так бережно сохранили, а может быть даже и вставили эпизод зачатия племени путем кровосмешения и почему они так подробно описывают вероломный характер народа, по их словам избранного Богом? Это, как и многое другое в писаниях левитов, окутано тайной, ключи которой хранит правящая секта. Во всяком случае, современные ученые согласны с древними писаниями в том, что «Израиль» и «Иудея» были совершенно отдельными племенными образованиями. В Ветхом Завете Израиль часто называют «домом Иосифа», а Иудею — «домом Иуды», подчеркивая этим их взаимную обособленность. «Еврейская Энциклопедия» пишет: «Иосиф и Иуда принадлежат к разным потомственным линиям», добавляя, как уже было упомянуто, что иудеи «по всей вероятности не были израильским племенем». В Британской Энциклопедии стоит, что иудаизм образовался много позже того, как израильтяне слились с другими народностями, и что о взаимоотношении этих двух народов можно только сказать: «Израильтяне не были евреями». История Израиля была весьма краткой, после чего он сошел с мировой сцены. Иудея просуществовала несколько дольше, породив иудаизм, из которого впоследствии возник сионизм. При этом, маленькое южное племя иудеев стало отожествляться с безземельным племенем потомственных жрецов-левитов, утверждавших, будто священство было поручено им и их потомкам самим Иеговой на горе Синай. Это они были отцами иудаизма: кочуя среди племен они проповедовали войну во имя Иеговы. Стремясь к власти, они видели ее в форме теократии, где Бог — царь, а религия — закон».

Дуглас Рид выдвигает очень интересную версию размежевания израильтян с иудеями. Эта версия содержательно почти никак не противоречит высказанному нами выше:

«В период Книги Судей левиты почти достигли своей цели, и поскольку судьями были они сами, больше всего им и изолированному иудейскому племени нужно было слияние с Израилем. Однако израильтяне не желали быть под началом сектантского священства, соглашаясь на объединение только под властью царя; все народы вокруг них управлялись царями.

Левиты ухватились за эту возможность, так как было ясно, что царь выйдет из среды правящего класса, правящим же классом стали они сами. Монархию основал их старший жрец Самуил, посадив марионеточного царя, за спиной которого властвовало священство. Царю разрешалось править только пожизненно. Чтобы он не мог основать династии. В цари Самуил выбрал Саула, молодого крестьянина из племени Вениамина, отличившегося в военных походах, от которого ожидали послушания в будущем. То, что Саул был избран из племени Вениамина, показывает, что израильтяне не желали иметь царя-иудея. Объединенное царство Израиль просуществовало только во время правления Саула, его первого и последнего царя.[95].

Саул был отлучен Самуилом, тайно избравшим ему в преемники Давида из Иудеи. Саул пытался вернуть себе благосклонность левитов, усердствуя в «полном истреблении», затем пробовал убить Давида и этим спасти свой трон, но тоже безуспешно. В конце концов он покончил с собой. Вполне возможно, что ничего этого в действительности не было, и что это только рассказ из книги Самуила, написанной левитами сотни лет спустя.

Со смертью Саула 3000 лет тому назад перестало существовать и объединенное государство; Израиль не хотел иметь царем иудея Давида. Как пишет Кастейн, «остальной Израиль игнорировал его» и провозгласил царем сына Саула, Иевосфея, в результате чего произошло окончательное разделение на Израиль и Иудею. Согласно Книге Самуила, Иевосфей был убит и его голова послана Давиду, который восстановил номинальное единство страны и сделал ее столицей Иерусалим. В действительности, однако, Давиду не удалось объединить ни царство, ни племена: он лишь основал династию, продержавшуюся еще одно правление.

Израиль не слился с Иудеей по собственному решению и по тем же причинам, по которым Иудаизм всегда вызывал недоверие и осуждение и у других народов. Не забудем, что израильтяне «не были евреями», иудеи же «по всей вероятности не были израильтянами».

Для чего Израиль должен был «исчезнуть», сказано в позднейшем Талмуде: «Десять, колен не будут иметь своей доли в будущем мире». «Дети Израиля» не будут допущены правящей сектой на небо за то, что они отказались исключить себя из остального человечества.

Главный раввин Британской Империи Герц (J. N. Hertz) в 1918 г. осветил этот вопрос достаточно ясно: «Нынешний еврейский народ представляет собой потомков племен Иуды и Вениамина с небольшим числом потомков племени Левия». Это еще раз показывает, что древний Израиль не имеет ничего общего с тем, что позже стало иудейством. (Ни один источник, иудейский или любой иной, не в состоянии поддержать претензию нынешних евреев на происхождение по крови от иудеев, но это в данном случае несущественно)».

Как можно понять, такой расизм внутри самих «колен израилевых» был вынужденной мерой периода «первого Храма» чтобы разделить еврейские племена на верноподданных и вероотступников с последующим устранением вероотступников. Когда это произошло, левиты стали опять восстанавливать как бы единство «колен» для продления живучести мифа о едином израильском народе — возможно что и уже на новом «этнографическом материале», внеся необходимые поправки в Закон, чтобы больше евреи не смешивались и не ассимилировались. Это, видимо, имел в виду Дуглас Рид:

«Расовые догмы стали хотя еще и неписаным, но действующим законом. Почитатели Иеговы, не бывшие в состоянии доказать персидским чиновникам и левитским старейшинам свое происхождение из племен Иуды, Вениамина или Левия, отвергались «с отвращением» (Кастейн). Каждый должен был доказать «бесспорную чистоту расового происхождения» по метрическим записям (гитлеровский закон об арийских бабушках в двадцатом веке таких крайностей от немцев не требовал). Затем, в 444 г. до Р.Х. Неемия надоумил Ездру внести в Тору запрещение смешанных браков, т. е. новая практика отныне стала «законом» (а Давид с Соломоном, надо думать, были посмертно исключены из числа правоверных). Были собраны главы всех кланов и семейств, и их заставили подписать обязательство, что впредь и они сами, и их люди будут соблюдать все установления и предписания Торы, в особенности же упомянутые новые. В книгу Левит внесли необходимую поправку: «Я отделил вас от всех народов, чтобы вы были Мои». Теперь ни один иудей, под страхом смерти не смел вступать в брак вне своего клана; мужчина, бравший в жены чужеземку, совершал грех перед Богом (Неемия 13:27. Это же — закон и в нынешнем сионистском государстве), «чужим» был запрещен вход в город, «чтобы очистить иудеев от всего иноземного»».

Третий этап — VI век до н. э. называется периодом «вавилонского плена».

В 586 году Иудея была захвачена войсками царя Вавилонии Навуходоносора.[96] Иерусалимский храм был разрушен, а большинство иудеев захвачено в плен. Именно с периода вавилонского плена можно считать начало активизации еврейских диаспор и рассеяния. Именно с этого периода началось расширение географии охвата стран и народов влиянием иудаизма. Именно с этого периода заканчивается история иудаизма — как история первого еврейского государства, образованного агрессией ряда семитских племён, вторгшихся на территорию Ханаана (Палестины) именем Бога. Именно с вавилонского плена иудаизм становится идейной основой борьбы евреев за восстановление собственной государственности, принявшей у большой части евреев форму движения за возвращение «на землю предков».

Однако хозяевам иудаизма по-видимому больше не нужно было создания мощной еврейской государственности. С определённого момента истории (хронологически в период от XIX египетской династии до момента размежевания с израильтянами и отделения Израиля от Иудеи[97]) «мировая закулиса» решила, что эксперимент удался и передовой отряд «зомби»-фанатиков, «размноженный» на многочисленные диаспоры в результате вавилонского плена начал своё «революционное» шествие по миру. Реально же самая древняя и «богатая» политическая и финансовая мафия начала проводить библейскую концепцию концентрации управления миром (в её ветхозаветной части) — в жизнь народов и стран, куда эта мафия вторгалась. Основным средством этой концепции было ростовщичество — скупка имущества «гоев» на проценты при политической и экономической поддержке мафиозных диаспор из единого мирового центра «мировой закулисы». Хотя последняя и могла базироваться в нескольких точках мировой цивилизации, а не в одном географическом центре. Политическая поддержка иудеев выражалась в их влиянии на царей и местное «жречество» тех региональных цивилизаций, куда распространялось еврейство, с целью культивации во властных верхушках «толерантности» в отношении еврейства — представленного как «один из древних народов». А в случае надобности те же правящие верхушки употреблялись для дальнейшего рассеяния евреев[98] с помощью различных политических и дворцовых интриг. Экономическая поддержка основывалась на концентрации части награбленного золота в центре управления иудаизмом с последующим распределением «богатств» через руководство диаспор по воле «мировой закулисы»: одни диаспоры (кто «хорошо себя вёл») могли поддержать, а другие — «выбраковать»[99] с помощью организации геноцида «бедных евреев» местными властями.[100].

Дуглас Рид указывает в «Споре о Сионе» на двойную цель, которую преследовала «мировая закулиса», воспользовавшись вавилонским пленом: во-первых, начать рассеяние евреев, и во-вторых, промоделировать качественное внешнее управления властной верхушкой Вавилонии:

«Второзаконие породило иудаизм. Он был бы мертворожденным, а Второзаконие осталось бы никому неизвестным, если бы дело шло только о левитах и подчиненных им иудеях. Их было немного, и даже в сто раз более многочисленный народ не смог бы навязать миру собственными силами эту варварскую доктрину. Для Моисеева закона существовала только одна возможность развиться, выжить и стать мощным фактором, нарушающим жизнь народов всех последующих столетий. Нужен был могущественный «иноземец» (из числа подлежащих в будущем «заклятию»), великий царь из язычников, что потом будут уничтожены, который помог бы оружием и деньгами. Именно это и произошло после того, как Осия объявил народу Второй Закон в 621 г. До Р.Х., и то же мы наблюдаем на протяжении многих столетий, вплоть до наших дней: что казалось абсолютно невероятным, превращается в неоспоримый факт! Правители «других народов», заведомо подлежащих ограблению и уничтожению, неоднократно в истории поддерживали губительную для них веру, и, за счет собственных народов, способствовали разрушительным поползновениям левитской секты.

Примерно через двадцать лет после обнародования в Иерусалиме Второзакония, Иудея была в 596 году до Р.Х. завоевана вавилонским царем. Похоже было, что пришел конец, а на фоне крупных событий той эпохи завоевание Иудеи было лишь незначительным эпизодом. С тех пор Иудея никогда больше не была независимым государством и, если бы не левиты с их Второзаконием, и не помощь иноземцев. Иудея, подобно Израилю, пошла бы по общему для всего человечества историческому пути.

Вместо этого, вавилонская победа стала отправной точкой в деле, оказавшем огромное влияние на жизнь человечества. В Вавилоне, впервые в истории, иноземный царь взял левитский «Закон» под свое покровительство и, вместо того, чтобы умереть, этот «закон» стал укрепляться и расти. Появились государство в государстве, нация внутри нации, — новые явления в жизни народов; был приобретен первый успешный опыт узурпации власти, и в будущем это принесло другим народам много горя и бедствий.

Что касается иудеев и порожденных ими евреев, то их доля оказалась, пожалуй, самой незавидной. Как бы там ни было, не очень счастлив должен был быть еврейский писатель Морис Самуель, живший в наше время, через 2500 лет после описанных событий, когда он писал: «Мы евреи-разрушители, и навсегда останемся разрушителями… Чтобы ни делали другие народы для нашего блага, мы никогда не будем довольны».

В этих словах можно при желании усмотреть насмешку, злорадство или бесстыдство. Но внимательно изучающий вековой «спор о Сионе» увидит в них вопль отчаяния человека, не могущего своими силами спастись от безжалостной доктрины разрушения, наложенной в сочиненном иудейскими жрецами «Моисеевом Законе»».

Дуглас Рид исследовал иудаизм с «христианских» позиций, благонамеренно считая библейское христианство доброй альтернативой злобному иудаизму. Эти аспекты книги Дугласа — ошибочные. Почему? — На этот вопрос мы ответим в главе про религиозную систему христианства. Однако, то, что касается сути самого иудаизма, исторических моментов его становления и причин живучести — Дугласу Риду удалось очень многое. Изучив Ветхий Завет, он выделил двуличие иудейской веры и указал на причину искусственно сконструированной бездомности еврейства:[101].

«Правоверный иудаизм построен на терроре и страхе, и держится ими. Глава 28-ая Второзакония дает длинный перечень проклятий, свидетельствуя, какое огромное значение придавало им иудейское священство (даже в наше время правоверные иудеи верят в силу этих проклятий). Не забудем, что людей здесь проклинали не за моральные проступки, а только за несоблюдение предписаний Второзакония: «Если же не будешь слушать гласа Господа, Бога твоего, и не будешь стараться исполнять все заповеди Его и постановления Его…то придут на тебя все проклятие сии и постигнут тебя». Города и селения, дети, поля и скот — все будут прокляты: «…все проклятия сии постигнут тебя, доколе не будешь истреблен». Обещаются ни более, ни менее, как моровая язва, чахлость, воспаление, ржавчина, «несчастье во всяком деле рук твоих», почечуй, короста, чесотка, сумасшествие, слепота, голод, людоедство и засуха; «С женою обручишься и другой будет спать с нею»; «Сыновья твои и дочери будут отданы другому народу», но и тех, кто останется дома, ожидает не лучшее: «Будешь есть плоть сыновей твоих и дочерей твоих…и жена твоя тайно будет есть их» и так далее, в том же духе (Втор., 28, 20–57).

До самого недавнего времени все эти проклятия провозглашались при публичном отлучении «отступников», в закрытых же цитаделях талмудизма они вероятно употребляются и сейчас.

В этом догмате Второзакония ясно видна та роль, которую оно уделяет «язычникам». В конечном счете, они при этом Законе не имеют права на легальное существование и не могут его иметь, поскольку Иегова «знает» только свой «святой народ». Если их фактическое существование допускается, то только для целей, высказанных в стихе 65-ом главы 28-ой и стихе 7-ом главы 30-ой. Сначала они должны принять в себя иудеев, наказанных за свои проступки рассеянием, а затем, когда их гости раскаются и получат прошение, на них перейдут все проклятия с иудеев, вновь обретших милость Иеговы. Стих 7-ой главы 30-ой, объясняет, что «все эти проклятия» переносятся на язычников потому, что они якобы «ненавидели» и «преследовали» иудеев, но как можно считать язычников виновными, если само присутствие в их среде иудеев явилось предписанным свыше наказанием, «проклятием» Иеговы за проступки последних.[102] Ведь согласно стиху 24-му главы 28-ой, никто другой, как сам Иегова предал иудеев проклятию изгнания: «И рассеет тебя Господь по всем народам от края земли до края земли… но и между этими народами не успокоишься и не будет места покоя для ноги твоей».

Двуличие Второзакония бросается в глаза: за несоблюдение закона Господь рассеивает свой народ среди язычников;[103] язычники же, неповинные ни в этом рассеянии, ни в проступках иудеев, объявляются «угнетателями» и должны быть уничтожены. Чтобы осмыслить это странное отношение иудейства к остальному человечеству, к Божьему творению и ко всей вселенной нужно призадуматься над этими и другими отрывками из всей еврейской литературы, в особенности над непрерывно повторяемой жалобой на постоянное и повсеместное преследование евреев. Для тех, кто признает правомочность Второзакония, само существование других народов равнозначно оскорблению и преследованию евреев. Как фанатики-националисты, так и наиболее просвещенные евреи согласны в одном: они видят мир и все, что в нем происходит, исключительно с еврейской точки зрения, с которой все, касающееся «иноземцев», фактически не имеет никакого значения. Это — наследие двадцати пяти столетий специфически еврейского образа мышления; этот кошмар столь крепко запечатлен в их душах и умах, что даже видя ложность этой ереси, они не в состоянии от нее освободиться.

Из цитированного выше отрывка Второзакония видно, что правящая секта трактует бездомность еврейства одновременно как акт Иеговы, бога «избранного народа», и как результат преследования евреев их врагами, которые поэтому заслуживают «все эти проклятия». При столь крайнем самовозвеличении, любое политическое насилие, приводящее к потере жизни или имущества пятью евреями и девяносто пятью неевреями, оценивается еврейством исключительно, как еврейское несчастье, причем они делают это даже без тени притворства. В нашем двадцатом веке подобные нравственные нормы открыто прилагаются ими ко всем другим народам и событиям мировой истории. Другими словами, мы живем в век левитской ереси».

Чтобы закончить разговор про вавилонский период еврейской истории приведём ещё несколько интереснейших выводов исследований из книги Дугласа Рида:

«Вавилонский эпизод имел решающие последствия не только для (ничтожного в ту эпоху) племени иудеев, но впоследствии и для всего современного нам мира.

За период «вавилонского пленения» левиты сумели создать систему, которая с тех пор оказывает непрерывное воздействие на жизнь всех народов. Второзаконие было уже написано, но левиты добавили к нему еще четыре книги, установив закон расово-религиозной нетерпимости, который будучи осуществлен, навсегда должен был оторвать иудеев от всего остального человечества. В Вавилоне левиты приобрели опыт подчинения иудеев этому закону и отделили их тем самым от коренного населения страны. Значение левитов росло и они стали все более влиять на своих завоевателей, а в конце концов снесли и «полностью разрушили» дом их хозяев. Даже если все это в действительности происходило вовсе не так, то именно такая версия была введена в историю, а последующие поколения, приняв ее, привыкли видеть в иудеях непреодолимую разрушительную силу.

…Первопричиной всего этого был опыт, накопленный левитами во время вавилонского плена,тогда они впервые проверили действие своей доктрины в обстановке чужой страны. Доброе отношение вавилонских победителей к своим иудейским пленникам было прямой противоположностью Второзакония, навязанного иудеям накануне их поражения. Если бы победителями были иудеи, они должны были бы «не оставить в живых ничего, что дышит». Как пишет Кастейн, однако, пленные иудеи «пользовались полной свободой» в выборе местожительства, религии, занятий и самоуправления. Это позволило левитам закабалить фактически свободных людей. Подчиняясь настойчивым требованиям священства, иудеи селились тесными, сплоченными группами: так возникло гетто и власть левитов в нем. Из этого первого опыта самообособления в Вавилоне возник впоследствии, уже в христианскую эру, закон Талмуда, требовавший отлучения еврея, продавшего без разрешения землю своего «ближнего» так называемому «иноземцу».

Загнать изгнанников в ограды гетто было без помощи иноземного владыки трудным делом, и эта помощь была оказана, как тогда, так и еще много раз в будущем. Взяв соплеменников крепко в свои руки, левиты занялись завершением своего «Закона».

С окончанием Торы была воздвигнута стена,[104] отделявшая приверженцев Торы от всего остального человечества, хотя еще и неполная, но единственная в своем роде. Она не допускала различий между законом Иеговы и законами людей, иначе говоря — между религиозной догмой и гражданским правом. Законы «чужестранцев» не признавались ни в богословском, ни в юридическом смысле, а всякая попытка внедрить их толковалась, как «преследование», ибо истинным законом был один лишь закон Иеговы.

Согласно священству, буквально вся повседневная жизнь, вплоть до мельчайших ее отправлений, регламентировалась предписаниями Торы.[105] Возражения, что Иегова не мог дать Моисею на горе Синай подробных указаний насчет всех человеческих действий, какие только можно было придумать, отвергалось ссылкой на «устное предание», тайна которого якобы была раскрыта Иеговой Моисею, а право его бесконечного и ничем не ограниченного толкования передавалась левитами, как эстафета на бегах, от поколения к поколению. Заметим, что возражения были не частыми, поскольку Закон требовал для сомневавшихся смертной казни».

Четвёртый этап — с середины VI века до н. э. (538 г.) до 70 г. н. э. — период «второго Храма».

После гибели Вавилона и присоединения его земель к Персии, евреям разрешили отстроить на «родине» в Палестине храм (освящён в 515 г.). Этот длительный период характеризуется одновременным существованием диаспор в рассеянии и центра иудейской теократии в Иерусалиме. При этом «центр иудейской теократии» (иудейский Иерусалим) был в первую очередь «эталоном» иудейской веры и религиозного порядка. Поэтому можно сказать, что в период «второго Храма» шли одновременно два процесса:

· во-первых, шло становление многочисленных иудейских диаспор вне Иудеи и,

· во-вторых, совершенствовалась сама иудейская вера, для чего на этом этапе был пока необходим единый духовный центр — как средство укрепления и поддержки (как духовной, «правовой», так и финансовой) многочисленных диаспор, представители которых, видимо, ещё вызывали некоторые сомнения (в смысле безусловного подчинения вере в условиях жизни среди других народов) у хозяев иудаизма. Во главе собирания евреев вокруг иерусалимской святыни находилось сословие левитов. Восстановление иерусалимского храма разрешил персидский царь Кир в V в. до н. э.

Далеко не все иудеи вернулись на «родину». Иудейские диаспоры возникли в первую очередь в пределах персидского царства — от Африки до Индии. Иудейские диаспоры крепли в частности за счёт прозелитов (людей, принимавших иудаизм не из числа евреев). Таким образом в иудейскую веру посвящались вовсе и не «дети Авраама», а совершенно посторонние (далёкие от «кровного родства» — по писанию) люди. В иудейских общинах вне Иерусалима, вне почитания и культа вокруг Иерусалимского храма — существовали только синагоги, особые дома для собрания членов общины, чтения вслух Торы или воспроизведения проповедей. Управление иудаизмом (дополнения и нововведения, изменения культов и т. п.) возможно было лишь в Иерусалиме — во всяком случае для иудеев оно велось оттуда. Так что период «второго Храма» можно уверенно считать ещё периодом становления мирового иудаизма — в его законодательно-религиозной базе — и адаптации иудаизма ко всем религиозным системам народов.

Дуглас Рид провёл обширные исследования в области периода «второго Храма» и составил интереснейшие исторические параллели — от Вавилонского плена до итогов последних мировых войн:

«Падение Вавилона и события наших дней после двух мировых войн столь разительно схожи между собой, что это сходство невозможно объяснить простой случайностью и, наоборот, нетрудно показать, что эти события были сознательно направлены. В двадцатом веке народы Запада, сознательно или бессознательно, подчинялись не своему закону, а иудейскому, управляясь силой, которая руководила их правительствами.

Расстановка действующих лиц и окончательные результаты во всех трех случаях совершенно одни и те же. На одной стороне — иноземный владыка, якобы оскорбитель и угнетатель иудеев (или, в наше время, евреев): в Вавилоне это был царь Валтасар,[106] во время первой мировой войны — русский царь, во время второй — Гитлер. Противник этого «преследователя» — другой иноземный владыка, «освободитель». В Вавилоне это был персидский царь Кир, во втором случае — лорд Бальфур[107] и K°., в третьем — президент Труман,[108] или любой другой, номинальный правитель США.

Между обоими противниками стоит всепобеждающий пророк Иеговы, великий муж и мудрый советник царя, предсказывающий бедствие,[109] которое постигнет «преследователя» и его страну, в то время как сам он благополучно избежит неприятных последствий. В Вавилоне это был Даниил, во время первой и второй мировых войн — Хаим Вейцман, сионистский пророк при чужеземных правительствах. Таковы действующие лица. Развязка наступает в форме мести Иеговы «язычникам» и еврейского триумфа в виде символического «восстановления». Царь Валтасар узнал от Даниила о грозившей ему судьбе и был убит «в ту же ночь», а его царство досталось врагам. В конце первой мировой войны еврейские чекисты убили русского царя и всю его семью, запечатлев свое деяние строками, «начертанными на стене» подвала, где произошло убийство. После второй мировой войны вожди нацизма были повешены 16 октября 1946 г. в еврейский «день искупления». Другими словами исход двух мировых войн нашего столетия точно следовал левитскому описанию Вавилоно-Персидской войны в Ветхом Завете».

Как видно, крупные политические эксперименты связанные с пребыванием еврейских диаспор в среде народов и их влиянием (под контролем левитов) на верхушки власти (с целью смены политических декораций и обновления кадровой базы властей) периодически повторялись после «вавилонского плена». Однако, с 70 г. н. э. вплоть до 1948 года у иудеев было отнято «право» собираться вокруг иерусалимского храма, и они были обязаны жить в диаспорах.

Смешанная (иерусалимско-диаспорная) система поддержки иудаизма необходима была в преддверии столкновения иудаизма с другими мощнейшими древними религиозными системами — для того, чтобы иудеи ни в коем случае не попали под идейно-религиозное влияние последних, одновременно пребывая в среде исповедующих их народов и племён. Естественно, что обязательно должны были иметь место далеко не единичные случаи отступничества от иудаизма. Наряду с политическими потрясениями (переход Палестины из-под власти одного царства к другому) иудаизм (как иерусалимский, так и в диаспорах) столкнулся с мощнейшими культурно-идейными воздействиями со стороны в первую очередь персидского зороастризма, греческой философии и искусства,[110] а также римской государственно-политической системы. Однако даже в условиях такого неусыпного иерусалимского централизованного контроля — в I веке до н. э. иудаизм впал в острый кризис, выразившийся в расколе иерусалимской иудейской общности во многом на базе неравенства самих иудеев и рабовладения в Иудее.

Лишь после этого начинается длительный «период диаспоры».

В этот период «мировой закулисой» были сняты все главные основания для внутренних (внутриеврейских) распрей (имевших место в период «второго Храма» в Иерусалиме): нет государственной теократии (не в смысле государственности, а в смысле централизации духовной жизни во главе с высшими иерархами, хотя иудейское государство сохраняло весьма широкую автономию) — некого и винить за притеснения и «несправедливость» кроме народов и властей, в среде которых живут сами иудеи. В «период диаспоры» каждая иудейская диаспора оставалась в первую очередь на одних и тех же «правах» по отношению к народам-«гоям». А затем уже отмечались некоторые различия в положении разных диаспор, которыми пренебрегали ради общей цели — «господства над миром» и «возвращения земли». То есть, всех иудеев диаспоры «уравняли» в «правах» друг по отношению к другу. Этого не было в период «второго Храма» в самом центре иудейской духовности и закона. По какой причине центр был упразднён за ненадобностью.[111] Это пришлось сделать вследствие двуличия иудаизма, которое заметил Дуглас Рид (цитату мы привели чуть выше).[112] Дело в том, что двуличие иудаизма работает на глобальный сценарий лишь тогда, когда иудеи находятся в «чужой среде». Если же иудеи являются единой общностью со своей государственностью и жёсткой замкнутой (в определённой мере) теократией (как это было в Иерусалиме и его окрестностях) — двуличие иудаизма начинает действовать в отношении них же самих, то есть, внутрь общности.[113] И принципы двуличия вполне могут применяться исходя из происхождения, социального положения и т. п. как «закон»: наиболее «знатные» иудеи притесняют «бедных», а последние объявляют первых «угнетателями». Что и произошло в Иерусалиме в I веке до н. э.

Дуглас Рид анализирует всю последующую историю Европы через призму прецедента, положившего начало периоду «второго Храма»:

«Читателю придется однако заглянуть в самого себя, чтобы понять, если он сможет, почему эти марионетки, т. е. его собственные политические вожди, столь покорно подчиняются чужой воле. Первым из них был царь Кир. Без его помощи правившая евреями секта никогда не смогла бы вновь обосноваться в Иерусалиме, убедив рассеянные по просторам тогдашнего мира недоверчивые иудейские массы, что расовый закон силен и будет выполнен до последней буквы. Прямая и ясная линия причин и следствий тянется от падения Вавилона к событиям нашего века; после ряда последовательных катастроф, пришедший в упадок Запад может винить во всем этом первую не-еврейскую марионетку, Кира, даже больше, чем направлявших его хитрых и изобретательных жрецов-левитов. Эдуард Мейер (см. библиографию) пишет: «Иудаизм возник по воле персидского царя и с помощью его империи, в результате чего империя Ахеменидов[114] простирает свое влияние с большей силой, чем любая другая, непосредственно до нашего времени».[115] Правильность вывода этого неоспоримого авторитета трудно отрицать.

За 500 лет до того, как появилось само понятие Европы, левиты установили свой «Закон», а царь Кир создал прецедент,[116] показав, как пойдет разрушение и гибель этого, тогда еще неведомого континента. Ко времени завоевания Киром Вавилона, пять книг Закона еще не были закончены. Секта левитов все еще усердно трудилась в Вавилоне, сочиняя историю, которая на таких примерах, как эпизод с «царем Валтасаром», должна была придать правдоподобность невероятному и установить прецедент варварских действий двадцать пять веков спустя. Массы иудеев хотя и были уже приучены к религиозной нетерпимости, но не знали еще ничего о законе расовой нетерпимости, который готовился для них. Левитской секте предстояло завершить «Закон» и применить его к собственному народу. Это произошло в 458 году до Р.Х. во время правления другого персидского царя, и с тех пор «спор о Сионе» неумолимо противопоставляет иудейский народ остальному человечеству. Пуповина, связывавшая его с окружающим миром, была окончательно порвана[117]. Этот обособленный от всех народ, перед которым его жрецы, как знамя, несли легенду о падении Вавилона, был послан в будущее, как компактная сила среди чужих народов, уничтожение которых диктовалось его Законом».

Прошло всего 100 лет после окончания написания всего иудейского «закона» и начался период новой волны рассеяния и вербовки новых прозелитов. После захвата Иудеи (с этого времени территорию называют часто Палестиной) в 322 г. до н. э. Александром Македонским (356–326 гг. до н. э.) и усилению эллинистического влияния оказалось, что большая часть евреев, расселившихся в странах Восточного Средиземноморья, не знает иврита — языка Торы. Это послужило поводом для перевода Танаха на греческий язык.

Исторический момент был выбран «подходящий». Во второй книге учебного пособия мы уделили много внимания религиозной системе Древней Греции и распространению древнегреческой мифологизированной религии на территорию будущей Европы. Мы сделали следующий вывод.

Рассмотрев более внимательно содержание древнегреческой мифологии, можно увидеть — когда, кому и зачем понадобилась такого рода религиозная надстройка над только формирующейся общеевропейской культурой. Хронологически в это время (V–IV вв. до н. э.) Древний Египет давно был уже не самостоятелен, но при этом у греков всегда поддерживались тесные связи с Египтом: греки даже строили в Египте свои храмы в VI в до н. э. По всему видно, что древнегреческая культура формировалась под особым влиянием высшего египетского «жречества». А самой Греции готовилась особая миссия: служить социально-культурным, философским и религиозным дохристианским эталоном организации жизни в европейских полисах. При этом не надо забывать, что иудаизм, как религия монотеизма, уже существовал несколько веков, а про христианство ещё никто нигде не слышал. Поэтому древнегреческую культуру надо рассматривать в совокупности (и даже — в историческом «контексте») с процессом распространения иудаизма и иудеев в Европу.

То есть, для «гоев» самой лучшей религиозной системой была избрана древнегреческая система мифологического многобожия, которая должна была быть вписана (вместе с царями, императорами и воеводами) в систему иудаизма.

И первая (деревнегреческая мифология) и вторая (иудаизм) религиозные системы разной адресации (для «гоев» и для иудеев) но единого предназначения (завоёвывать мир) были «удивительно» синхронно готовы к употреблению в V–IV вв. до н. э. — после чего также «удачно» началась эпоха завоеваний Александра Македонского (ученика Аристотеля, «сына бога», благословенного «жрецами» Амона Ра и т. п.), распространявшего через завоевания территорий древнегреческую культуру и способствовавшего дальнейшему рассеянию иудеев.

Именно в это время в середине III века до н. э. в Египетской Александрии, как тогда сложилось — столице эллинистического Востока — был сделан перевод Ветхого Завета на греческий язык — самый распространённый и доступный в «высокоорганизованном» эллинистическом мире. Этот перевод назвали «Септуагинта» — перевод семидесяти «толковников» — переводчиков. Перед хозяевами иудеев стояла нелёгкая задача: не дать смешаться иудаизму с высокоорганизованной и авторитетной эллинистической культурой, сохранив при этом еврейство диаспоры. Наступил трёхсотлетний период состязания иудаизма на местах с древнегреческим религиозным наследием, в период которого сохранялся иерусалимский храм, как поддержка иудаизма из центра. Как уже говорилось, этот период закончился глубоким кризисом иудаизма в I веке до н. э. — в самом духовном центре, Иерусалиме. В то же время, хозяева иудеев убедились в неэффективности централизации иудеев, поскольку сам иудаизм — идеология революций, «подполья» и паразитизма в чужой для иудеев среде. Она не годится для поддержки государственности.

Эллинизация особенно глубоко проникла в среду «элитарных» слоёв иудейского общества, включая и храмовых священников (Бейт-Аарон), стоявших во главе еврейского управления сначала в составе Иудеи в рамках Птоломеевского Египта (301–200 гг. до н. э.), а затем — Селевкидского[118] царства (200–142 гг. до н. э.). Этим еврейским сословиям противостояла группировка левитов Софрим (Писцы), которые, признавая важность «письменного закона» стали разрабатывать «устный закон», представляющий собой разветвлённую систему толкований и пояснений Торы. Хозяевам иудеев требовалась дополнительная система «законов», чтобы держать свою «паству» в подчинении.

Непосредственно перед подчинением Иудеи Риму началась «освободительная» война иудеев против притеснений селевкидского царя Антихона IV Эпифана (175–164 гг. до н. э.), отменившего некоторые основные культы иудеев в Иерусалиме. К тому времени иудеи разделились на хасидеев («правоверные» иудеи) и митявним (эллинизированные жители Иудеи). Восстание против власти Антихона IV возглавили Маккавеи — представители древнего рода. Восстание Маккавеев закончилось полным освобождением Иудеи от греческого влияния. Храм был очищен от греческих богов (165 г. до н. э.). Однако, короткий период политической независимости (142 г. до н. э. — 6 г. н. э.) сменился подчинением Иудеи власти римских прокураторов.

По итогам восстания Маккавеев видно, что хозяева иудеев и левиты стремились очистить иудаизм от влияния чужих культур и прежде всего — эллинизма. Как только им это удалось в самом духовном центре иудаизма, появился Иисус Христос. Приход Иисуса Христа сделал бессмысленными многовековые усилия хозяев иудаизма по нейтрализации эллинистической составляющей в иудейской среде.

То есть, оказалось, что все последние по меньшей мере триста лет (от появления Христа в Иерусалиме) хозяева иудеев зря боролись за чистоту иудаизма от эллинизма. С эллинизмом в скором времени пришлось надолго попрощаться. Конечно, Христа ждали и готовились, помня уроки прихода в Египет всех предыдущих посланников Свыше. «Пророчества» о приходе «мессии» вошли в Танах. Но никто из посвящённых не мог точно знать, чем закончится приход очередного посланника Свыше и главное — когда точно он придёт и что будет говорить.

Лишь после прихода Христа и его ухода в мир иной, римляне поставили жирную точку в государственности Иудеи, разрушив Иерусалимский храм и начав массовые гонения на иудеев. Однако, два неудачных восстания против римской власти, которые вошли в историю как Иудейская война (66–70 гг. н. э.) и восстание Бар-Кохбы (132–136 гг. н. э.), приведшие к полной потери государственности иудеев — надо было ещё спровоцировать изнутри из среды иудеев. Эту роль выполнили самые посвящённые левиты — поскольку в верхушке хозяев иудеев было окончательно принято решение что пора полного рассеяния настала и ничто этому уже не мешает.

Как это ни парадоксально, но выходу из кризиса иудаизму как бы помог появившийся всеобщий «духовный враг» иудеев — начало жизни которому положил приход Иисуса Христа. Дело в том, что эллинистическая культура не была столь враждебна для иудеев, как учение Христа. Эллинизм проповедовал многобожие, от чего сами иудеи отказались под страхом «закона» совсем недавно. Эллинизм имел под собой стройную философскую науку, чего тогда ещё не было в иудаизме. Эллинизм привлекал свободой, первыми «демократическими» институтами, научными идеями, «богатством» царей. А Христос проповедовал монотеизм и обличал иудеев в отступничестве от веры предков, в стяжательстве и в других грехах. За «христианство» после Христа и ухватились хозяева иудеев, легко натравив последних на правоверных «христиан» — тем более что новозаветное писание здорово уступало ветхозаветному, как по своей мистико-эзотерической составляющей, так и по объёму текстов. Таким образом, от культуры эллинизма (и более поздней её модификации — древнеримской мифологии) пришлось отказаться. А всем «гоям» было предписано крещение в новую веру, которая уже однозначно воспринималась иудеями как «чужая». Тем более что кровавую казнь Христа искусственно разыграли — руками иудеев, надёжно разделив иудеев и «гоев» кровью будущего «бога» «гоев». Ясно что после убийства «бога» путь в «христианскую» веру для большинства иудеев был духовно закрыт. Зато «гои», принявшие «христианство», для иудеев становились единой системой, куда можно идти и завоёвывать их территории.

Также как и в во времена Моисея, перед евреями встал выбор: с кем идти. Они могли поддержать Христа, но иудейская нравственность взяла верх над нравственностью Христа в психике евреев.

Но всё же приход Христа спутал многие планы «мировой закулисы». В частности, перевод Танаха, известный под названием «Септуагинта» стал достоянием грамотных «гоев». Перевод нужен был для преодоления в первую очередь эллинизма в психике иудеев. А пришлось включать его в общую с «христианами» Библию, как Ветхий Завет и формировать миф о богоизбранности обоих «народов» — иудеев и «христиан», чтобы вписать «христиан» в иудаизм. И это в то время когда с эллинизм уже был почти вписан в иудаизм. Вот что об этом пишет Дуглас Рид:

«Перевод позволил, и позволяет до сих пор, «язычникам» частично ознакомиться с Законом, сулящим им уничтожение, порабощение и господство над ними иудеев. Без него, истинную природу иудаизма можно было бы только подозревать; перевод доставил документальное свидетельство правильности подозрений.

Если иудейские писания были переведены евреями на греческий язык, то, разумеется, вовсе не с благой целью оказать грекам услугу (сам Кастейн писал преимущественно для нееврейских читателей, что делает понятными многие его формулировки). В переводе нуждались, в первую очередь, сами евреи, давно забывшие в Вавилоне свой древнееврейский язык и пользовавшиеся арамейским.[119] Впоследствии древнееврейский язык стал левитским секретом, «одной из тайных духовных связей между иудаистами диаспоры», как пишет Кастейн. Самая большая община тогдашних евреев проживала в Александрии, где их обиходным языком стал греческий. Многие из них древнееврейского вообще не понимали, и греческий перевод Закона нужен был, как основа для толкований его раввинами. Но, прежде всего, еврейские старейшины не могли предвидеть того, что несколько столетий спустя в мире появится новая религия, которая сделает их писания частью своей Библии, а «Моисеев Закон» достоянием всего человечества. Если бы это могло быть ими предвидено, греческий перевод, вероятно, никогда не был бы сделан».[120].

Однако, после этого за почти 2000 лет история не зафиксировала ни одного человека, кто смог бы разобраться в Ветхом Завете так как Дуглас Рид. Это вполне можно объяснить следующим: во-первых, неимущее население было неграмотным (вплоть до начала-середины XX века) и не могло читать еврейскую историю; во-вторых, переводы долгое время сохранялись лишь на нескольких языках (греческий, латинский), что осложняло восприятие информации людьми, говорившими на других языках.

Но главное: «элиты» большинства государств, куда попадали переводы, были грамотны, однако, они были настолько раздавлены и запуганы иудаизмом, что, видимо, даже и не думали анализировать тексты Танаха с позиций, отличных от иудейского толкования. В данных рассуждениях не берётся в учёт «антисемитизм» некоторых царей, который умело направлялся самими же левитами. Практически все иерархические верхушки европейских режимов (также как и древних доевропейских государств), а также и большинство российских верхушек начиная с XI века, особенно после Ивана Грозного[121] — были надёжно опутаны иудейскими кадрами и не делали «неаккуратных шагов» без воли хозяев иудаизма. Это и определило ход истории: иудаизм был описан и включен в книгу «христиан», а понять роль иудеев на глубину понимания Дугласа Рида никто так и не смог.[122].

Официально считается что в процессе трёх римских восстаний (период назван Великой Катастрофой) Римом было уничтожено не менее миллиона евреев. Также считается, и вошло в иудейскую историю сразу после поражений «Великой Катастрофы», что страшнее этого периода был только фашистский холокост.[123] Численность всей еврейской диаспоры называется около 4–4,5 млн. Из этого числа на территории Палестины проживало по разным данным от 500 тыс. до 1 млн. евреев, а в Иерусалиме — от 50 до 200 тыс.

После этого становится просто очевидным, что в результате спланированного поражения иудеев в период «Великой Катастрофы» и кровавого первого «холокоста» для закрепления иудаизма в рассеянии, произошло следующее:

· Ненависть иудеев к римской государственности (и к любой государственности «гоев» вообще) неизмеримо возросла.

· Иудаизм был подкреплён на уровне исторических преданий этим поражением как стремление отомстить всем, кто потенциально против иудаизма: а такими являются практически все иноверцы.

· Учитывая, что «христианство» начало распространяться именно в пределах Римской империи, и впервые стало государственной религией в Римской империи, скрытая ненависть и жажда мести иудеев в отношении римлян — автоматически перешла и на всех «христиан», что и надо было «мировой закулисе».

С этого момента (с периода «Великой Катастрофы») можно уже было не особо опасаться за «ассимиляцию» иудеев в «христианской» среде. Начался самый длительный период диаспоры — период бездомного еврейства.

Последнее, что следует ещё раз подчеркнуть в данном разделе: никакой «расовой чистоты» якобы от легендарных «первопредков» у евреев не могло быть самое позднее — со времени завершения римских восстаний. «Расовая чистота» и идеология иудаизма исторически воспроизводилась на «этнографическом» материале, который выбирала вновь и вновь «мировая закулиса» — зачастую в замен «выбракованному» и «ассимилированному». Иудаизм воспроизводится на базе учения, преданий и мифов — а не по признаку кровного происхождения «в таком-то колене, в таком-то поколении». Эти легенды «о происхождении» зачастую дописывались кем-либо: либо хозяевами, либо самими евреями.

За историю иудаизма широко известны три целые царства, принявшие иудаизм: царство Адиабена в Месопотамии (около I в до н. э. — I в н. э.); Химьяритское царство в Южной Аравии (517–525 гг. н. э.) и Хазарский каганат (VIII в н. э.). Такое чисто культурно-идеологическое воспроизводство иудаизма заметил Дуглас Рид:

«Пока иудейские писания, по их завершении и переводе александрийскими евреями, становились достоянием сначала греков, а затем и других «язычников», в маленькой Иудее сменилось владычество над ней персов, греков и, наконец, римлян.

За время этих хаотических столетий произошло еще одно важное событие: насильственное обращение Идумеев в иудаизм.

В истории известно еще одно только массовое обращение в иудаизм, имевшее место 8–9 столетий спустя, и оказавшее, как будет показано ниже, непосредственное влияние на судьбы также и нашего поколения. Однако, в те древние времена отдельные переходы в другую веру происходили довольно часто, а переход в иудейство часто даже поощрялся раввинами. В Евангелии от Матфея упоминается, что сам Иисус Христос упрекал фарисеев: «вы обходите море и сушу, дабы обратить хоть одного».

Другими словами, расовый запрет, предписывавшийся Вторым Законом и Новым Договором, по неизвестным нам причинам в те времена не всегда соблюдался. Объяснение, по-видимому, можно найти чисто численное: иудейское племя было столь малочисленным, что при строгом соблюдении расового закона оно просто бы вымерло, а левиты с их доктриной остались в положении генералов с планом сражения, но без армии.

Также по самым различным причинам, расовое смешение было в ту эпоху обычным явлением. Как пишет «Еврейская Энциклопедия»: «И до того, и впоследствии Иудея росла и усиливалась за счет обращения в свою веру чужестранцев». Другие авторитетные источники вполне с этим согласны, так что чистокровное иудейское племя явно перестало существовать, самое позднее за несколько столетий до Р.Х. Тем не менее расовый Закон полностью сохранил всю свою силу, не пострадав от этих исключений, так что в христианскую эру всякие попытки прозелитизма прекратились, и иудаисты во всем мире, хотя они давно уже перестали быть по крови потомками иудеев, вновь стали общиной, огражденной жесткими расовыми запретами от всего остального человечества. Расовая исключительность сохранилась, вернее, снова стала основным догматом формального сионизма, а в позднейшем Талмуде стояло, что «новообращенные столь же вредят иудаизму, как язвы здоровому телу[124]»».

Мы уже говорили, что острый кризис иудаизма к концу I тысячелетия до н. э. — следствие его двуликости, начавшей действовать внутрь самой иудейской общности. В I в. до н. э. иудаизм фактически раскололся на три религиозных течения, выполнявшие одни и те же обряды, предписанные Торой, но понимавшие по-разному суть Завета.

Самой многочисленной группой в иудаизме были фарисеи — «отделившиеся». Они были названы так вследствие своего стремления к буквальному, точному выполнению всех обрядов, ритуалов и требований Торы. Но главное — им было присуще презрение к обычным верующим, не соблюдающим в силу разных обстоятельств все тонкости и обряды иудаизма. Естественно, что к этим обычным иудеям фарисеи испытывали чувства немногим лучшие, чем к «гоям»: а к последним их Тора как раз предписывала расовую ненависть. Однако это приводило к некоему подобию расизма внутри самих иудеев. К началу I в. фарисеями были многие священники Иерусалимского храма и образованные иудееи. То есть, фарисеи представляли собойдуховную верхушку иудаизма — творческую «элиту».

Менее распространёнными были взгляды на иудаизм саддукеев (от имени Саддока, жившего в III веке до н. э.). Саддукеи утверждали, что не существует потустороннего мира, ангелов и демонов, что души умирают одновременно с телом, и надеяться на посмертное воздаяние — бессмысленно. Некоторые исследователи высказывают мысль, что Саддукеи не признавали весь Танах, а почитали только Тору. Понимание иудаизма саддукеями — ярко выражает ещё одну сторону-суть самого иудаизма — его нескрываемый книжно-талмудический атеизм.

В связи с этим хотим обратить особое внимание, что в конце I тысячелетия до н. э. в среде иудеев не было единства в вопросах посмертного воздаяния — существования рая и ада и сопряжённых с ними религиозных правил. Несмотря на то, что Тора была одна на всех — по-видимому в её тогдашней редакции доктрина посмертного воздаяния либо отсутствовала, либо была настолько слабо выражена, что часть иудеев её не учитывали в своей религиозной направленности. Возможно, что религиозные акценты, связанные с выделением доктрины посмертного воздаяния были расставлены позже, либо в последние века до н. э. и к ним в то время ещё не привыкла часть иудеев (шли религиозные споры). Таким образом получается, что в первых редакциях Тора являлась в основном доктриной медленного захвата чужих земель, главным стимулом к чему было не посмертное воздаяние, а многочисленные «социальные» обещания от Яхве — живущим иудеям и их потомкам всяческих земных «благ».[125] И лишь в поздних редакциях и остальных книгах Танаха стал всё чётче и чётче обозначаться стимул посмертного воздаяния, доктрина которого впервые была привлекательно сформулирована в персидском зороастризме. Поэтому религиозный опыт вавилонского плена вполне мог попасть в иудейские каноны, но гораздо позже, чем иудеи пробыли частью империи Ахеменидов — как своеобразная «находка» для дополнительного духовного стимулирования деяний иудеев.[126].

Саддукеи почитали Закон лишь в той части, которая им подходила для обустройства «богатого» земного существования, а на остальные религиозные стороны и на Бога им было наплевать. Именно поэтому саддукеи пользовались огромным влиянием среди иудейской «богатой» аристократии и были представителями «класса имущих». То есть, саддукеи представляли знатную часть еврейской «элиты». Саддукеями были также и несколько первосвященников Иерусалимского храма:[127]«богатство» обеспечивало места в «святая святых».

В среде «простых евреев» наибольшей популярностью пользовались проповеди зелотов («ревнителей»), разделявших самые радикальные высказывания еврейских «пророков»: об избранничестве Израиля «для господства над другими народами», и «о приходе Мессии — Царя-освободителя», который уничтожит всех врагов евреев. Зелоты предлагали соблюдать не форму иудаизма (обряды и ритуалы), а воплотить в жизнь её суть — исполнить миссию, возложенную на иудеев. Результатом зелотских проповедей стало восстание иудеев против Рима, закончившееся их полным поражением и разрушением храма. Зелоты были самым «революционным» фактором, представлявшим бедноту в среде самих иудеев.[128] Этот «революционный» фактор и употребили хозяева иудаизма для решения проблемы иудейского раскола «раз и навсегда»: рассеять иудеев в среде их «врагов», чтобы любой «революционный» потенциал направлять на дело «мировой закулисы». Средством первого кровавого рассеяния стала римская верхушка власти.

Пятый этап — с I–II вв. н. э. до 1948 года — «период диаспоры». В этот период, начавшийся с «Великой Катастрофы», евреи расселяются, как говорится, «по всему миру». Видимо к началу новой эры у хозяев еврейства уже не было серьёзных опасений за возможную религиозную (либо этническую) «ассимиляцию» иудеев в среде народов, куда они расселялись. Этот период характеризуется «удивительным» (для многих людей до сих пор) единством духовного и религиозного факторов евреев всех диаспор мира.

Надо отдать должное: злобный замысел хозяев иудаизма воплотился в жизнь многих и многих стран и народов мира — после длительного периода адаптации (проб и ошибок, поправок и коррекций, доводок и выбраковок…) за почти 1000 лет исторической практики был найден «оптимальный» вариант практики «культурного сотрудничества» и его канонического сопровождения. Для хозяев иудаизма настал период их полной невидимости: с народами мира и верхушками властей стран и государств взаимодействовал с этого момента лишь инструмент-«зомби». Программу же для этого биоробота-«зомби» корректировали всякий раз, когда это требовалось. Иногда меняли часть «элементной базы» биоробота, «выбраковывая» не соответствующие программе блоки и заменяя их другими.

Как утверждает официальная историческая наука, в Палестине после «Великой Катастрофы» жило менее четверти всех евреев мира. Особенно много евреев поселилось в Испании, позднее — в Германии и странах Арабского халифата. Практически все европейские государства и режимы были надёжно взяты под контроль через кадровую базу иудеев. С момента начала «рассеяния» без них не обходился ни один серьёзный политический эпизод в жизни европейских (в первую очередь) и многих других государств.

Хозяева иудеев — последователи дела глобализации древнеегипетского знахарства («мировая закулиса») — имели представление о таком явлении как эффект автосинхронизации. Слово «синхронизм» происходит от греческого synchronismos — одновременность — совпадение во времени двух или нескольких явлений или процессов; приведение двух или нескольких процессов к такому их протеканию, когда одинаковые или соответствующие элементы процессов совершаются с неизменным сдвигом во времени либо одновременно. Авто-синхронизация — синхронизация процессов без выявления наличия факторов, приведших к синхронизации.

Для запуска процесса автосинхронизации — вне зависимости выявлен либо не выявлен фактор, в результате которого произошла синхронизация процессов — всегданеобходим внутренний либо внешний (по отношению к системе, в которой запускается процесс) фактор: иначе просто не будет никакой синхронизации. То есть, при автосинхронизации фактор всегда есть, но выявить его не всегда представляется возможным.

Таким фактором, который невидим для непосвящённых в социальной среде народов, куда распространилась еврейская диаспора, всегда является фактор существования глобального управления и его целесообразность, устанавливаемая «мировой закулисой». Механизмом (средством) запуска эффекта автосинхронизации согласно выбранному фактору является еврейская диаспора в рассеянии. Именно евреи, находясь в среде народов, как правило начинали «своей инициативой» (которая может принимать и принимала самые разнообразные деяния) какие-либо изменения (политические, экономические, законодательные, диверсионные, подпольные…),[129] воздействуя как фактор давления на всё остальное общество по команде из «центра управления биороботом» — через скрытую систему посвящений-оповещений. Для запуска процесса автосинхронизации в некой среде толпо-«элитарного» общества достаточно от 0,5 % до 1 % носителей первичного фактора. Известно, что численность еврейства в среде народов поддерживается примерно в таком соотношении (около 1 %). Для поддержки еврейства в режиме «всегда готовы к запуску нужного процесса» автосинхронизации в среде народов, их психика должна быть надёжно замкнута на духовные и материальные контуры управления в обход сознания иудеев.

Ещё раз подчеркнём, что не случайно Талмуд появился практически одновременно с первой крупнейшей волной рассеяния в период диаспоры (III–V вв. н. э.). Укреплённые ненавистью ко всем «христианам» и Риму иудеи были накрепко повязаны верой и замкнуты на «центр управления». Не надо забывать, что иудаизм это не только Закон: сильнее и эффективнее всякого закона — общее духовное наследие всех иудеев — совокупный эгрегор иудаизма, который можно условно назвать «Яхве».

Речь идёт от том, что не надо забывать: «правоверный иудей» это прежде всего уникальный искусственно созданный и поддерживаемый склад психики (типа «зомби») — с уровня не только духовности иудеев, но и с применением элементов генетики (евгеники).[130] На уровне подсознания религиозный иудей прочно замкнут на эгрегор бога иудеев «Яхве». А с уровня сознания иудею предписано изучение Торы, Талмуда и прочих наставлений, дабы укреплять свои бессознательные уровни и удерживать их в подчинении «Яхве». То есть, сознание религиозных иудеев «работает» на укрепление бессознательных уровней психики в их вере «Яхве». Такая вот взаимная замкнутость на веру и эгрегор соответственно сознания и подсознания.

Другое дело сознание иудеев, не следующих Закону: оно может через Жизнь в среде народов начать перепрограммировать бессознательные уровни психики, выключая последние из сферы влияния эгрегора-«Яхве». В последнем случае еврей может начать «ассимилироваться» в среде народа, куда он попал в рассеянии. Такие евреи как правило проклинаются «Яхве» и подлежат «выбраковке». Именно на предотвращение «ассимиляции» и направлены все усилия «мировой закулисы» в период диаспоры. Именно на замыкание сознания как можно большего числа евреев на их веру (и соответственно — эгрегор «Яхве») направлены публикации сначала Талмуда, а затем и Каббалы.

Психика «правоверных иудеев» на бессознательных уровнях прочно замкнута на эгрегор «Яхве» — включена в алгоритмику его управления. А «менеджерами» этого эгрегора являются конечно же хозяева иудаизма. То есть, «центр управления» в первую очередь эгрегором, а затем уже иерархией посвящения (с её разветвлённой религиозной агентурой, финансовыми институтами и ростовщичеством) — вынесен за пределы стран и народов, куда рассеиваются диаспоры, и окружён завесой невидимости (несуществования). Это подобно тому, как управляются множество компьютеров, включённых в единую сеть — с «пульта» главного компьютера. Особенность в том, что доступ к информации и возможность управления «рядовыми» компьютерами есть лишь в центре главного компьютера. А каждому «рядовому» компьютеру в сети дана лишь типовая программа, которую можно корректировать лишь из центра. При этом «рядовая» программа предопределяет отсутствие возможности из «рядового» компьютера влезать в информацию, находящуюся в центре. Мало того, программа «рядового» компьютера построена таким образом, что у его владельца не возникает даже интереса к «центру». Ясно, что под «рядовым» компьютером понимается психика «правоверного иудея».

Сознание «правоверного иудея» занято обработкой информации, содержащейся в многочисленных разделах Талмуда и прочих книг Закона. Ведь иудеи в своей массе имеют больше свободного времени, чем «гои» — в силу специфики распределения профессий иудеи-евреи в своём большинстве заняты не в сфере материального производства, а в сфере финансов, культуры, образования, медицины, услуг и пр. Проблему занятости свободного времени иудеев их хозяева стали решать сразу же как начался период диаспоры. Они добавили к основному Закону — Талмуд и Каббалу. Эти две Книги иудеи «жуют» в свободное время как наивысшие знания, якобы позволяющие им сохранять свою веру, пребывая в среде «гоев». В действительности же любое проявление интереса к управленческим вопросам надёжно ограничено для иудея объёмами информации Талмуда и Каббалы[131] (к чему ещё можно добавить опеку раввинов). Это и есть основное ограничение на случай появления интереса к информации из «центрального компьютера».

Начиная со Средних веков и до наших дней большинство верующих евреев соблюдают разделы талмудического «права», которые регламентируют религиозную, семейную и гражданскую жизнь. Талмуд является основой законодательства, судопроизводства и морально этическим кодексом верующих евреев. Интенсивное распространение галахических положений происходило с 650 по 1040 гг. и было связано с активной деятельностью гаонов (так называли глав самых влиятельных талмудических школ в Вавилонии). Вавилонский Талмуд приобрёл преобладающее значение в еврейских общинах Европы, Азии и Северной Африки. Постановления вавилонских гаонов до середины XI века считалось обязательным для исполнения. Так происходило управление иудейской иерархией через Закон — параллельно эгрегориальному управлению.

После 1040 года началась раввинистическая эпоха, которая длится и поныне. Теоретическая и практическая деятельность раввинов замыкала психику иудеев (в первую очередь уровень сознания) на внешнее управление и духовность. Однако, с развитием и ускорением научно-технического прогресса и изменяющимся с конца средневековья миром — большинство евреев перестали соблюдать все ортодоксальные законы. Но к этому времени духовность иудеев-евреев уже прочно оседлала их психику: эгрегор «Яхве» завладел еврейством на бессознательных уровнях и это вошло в их генетику за множество поколений: генетика подстраивается под культурную среду.

Древняя Русь, конечно же не была обойдена «культурным сотрудничеством». Немногочисленные очаги иудаизма известны уже в середине первого тысячелетия н. э. Они появлялись около крупных торговых центров, вдоль транспортных путей. Однако, именно около Руси возник один из немногих крупных исторических прецедентов, когда под влиянием иудаизма целый народ принял эту веру. В конце VIII — середине IX вв. иудаизм становится государственной религией соседствовавшего с Киевской Русью Хазарского каганата. Рассмотрим вкратце историю создания Хазарского каганата.

Рахдониты — так называли еврейских купцов, захвативших в свои руки монополию караванной торговли между Китаем и Европой. То, что путешествующие евреи VIII в. названы персидским словом рахдониты, показывает, что основу этой торговой компании составили выходцы из Вавилонской, т. е. иранской общины, бежавшие от халифа Абд ал-Мелика в 690 г. Потом к ним добавились евреи из Византии, но до тех пор, пока на границах Согда и халифата, Китая и Тюркютского каганата шли постоянные войны, торговля встречала препятствия. Когда же эти войны прекратились, а Китай после восстания Ань Лушаня (756–763 гг.) лежал в развалинах и продавал шёлк дешево, радхониты развернулись. Они освоили не только восточный путь, по которому шел шёлк в обмен на золото, но и северный — от Ирана на Каму, по которому текло серебро в обмен на меха. Хазария лежала как раз на перекрёстке этих путей. Основным предметом вывоза из Хазарии в VIII–IX вв. были рабы. Поэтому сюда устремились работорговцы-евреи из Ирана и Византии. Тюркютские ханы из династии Ашина в силу свойственных степнякам религиозной терпимости и благодушия считали, что их держава приобретает работающих и интеллигентных подданных, которых можно использовать для дипломатических и экономических поручений. «Богатые» евреи подносили хазарским ханам и бекам роскошные подарки, а красавицы еврейки пополняли ханские гаремы. Так сложилась еврейско-хазарская химера.[132].

По одной из версий в Хазарском каганате некий влиятельный иудей Обадия взял власть в свои руки, превратил хана из династии Ашина (по отцу) в марионетку и сделал раввинистский иудаизм государственной религией Хазарии. Все государственные должности были распределены между евреями, причем сам Обадия принял титул «пех» (бек), переведённое на арабский язык как «малик», т. е. царь. Это значит, что он возглавил правительство при номинальном хане (кагане), находившемся с этого времени под стражей и выпускаемом напоказ народу раз в год. А для народа хазарского значение переворота определил царь Иосиф, глава иудейской общины Итиля.

Переворот, жертвой которого стала родовая аристократия всех этносов, входивших в Хазарский каганат и уживавшихся с тюркской династией, вызвал гражданскую войну, где на стороне повстанцев выступили мадьяры, а на стороне иудеев — нанятые за деньги печенеги. Когда у них произошло отделение от их власти, и возгорелась междоусобная война, первая власть одержала верх, и одни из восставших были перебиты, другие убежали и поселились с турками. После этой войны, начало и конец которой не поддаются точной датировке, Хазария изменила свой облик. Из системной целостности она превратилась в противоестественное сочетание аморфной массы подданных с «господствующим» классом, чуждым народу по крови и религии.

После многочисленных захватнических войн с употреблением наёмников из печенегов а затем гузов и каспийских мусульман к середине IX века хазарская еврейская верхушка уже претендовала на раздел с норманнами Восточной Европы, после чего к началу X века большая часть Восточной Европы была под властью Каганата. В состав Хазарии вошли: буртасы (на Средней Волге), болгары на Нижней Каме), сувазы (чуваши на Верхней Волге), арису (мордва эрзя), черемисы (мари, в Заволжье), вятичи (на Оке), северяне (на Десне) и некоторые славянские объединения.

Закончилось это тем, что в 965 году князь Святослав разгромил Хазарский Каганат, нанеся поражение его центру управления. Хазарский каганат исчез не только как государство, но и как важный элемент системы международных иудейских связей: политических, экономических, религиозных и даже этнических. Все партии, опиравшиеся на поддержку агрессивного иудаизма, утратили опору, крайне для них ценную.

Хазарские евреи, уцелевшие в 965 г., рассеялись по окраинам своей бывшей державы. Некоторые из них осели в Дагестане (горские евреи), другие в Крыму (караимы). Часть хазарских евреев осело в Киеве.[133] Потеряв связь с ведущей общиной, эти маленькие «этносы» превратились в обшины, уживавшиеся с многочисленными соседями. Распад иудео-хазарской химеры принес им, как и хазарам, покой. Но помимо них остались евреи, не потерявшие воли к борьбе и победе и нашедшие приют как в Западной Европе, так и в Киеве.

В итоге мы видим на этом примере-моделе, какая участь может ждать государства в случае захвата, удержания и употребления государственной власти иудеями. Хазарский Каганат несколько напоминает Иерусалим с его окрестностями, служивший длительное время (периоды «первого» и «второго» Храмов) центром иудейской духовности — для поддержки становления иудаизма в ближнее- и средне-восточном регионе до «периода диаспоры». Нечто подобное устроили под боком у Древней Руси непосредственно перед её крещением.[134].

Но надо принять во внимание и следующий факт. Святослав разгромил Каганат военной силой, попутно сыграв в некотором роде роль уже известных нам из истории иудаизма царей-гонителей иудеев (таких как Навуходоносор, римские императоры), выполнявших роль «рассеивателей» евреев после того, как духовный центр сослуживал свою службу. После Святослава на Руси-России начинается период еврейских диаспор — период «культурного сотрудничества», в которое было частично вписано русское жречество. Хазарский каганат дал немало еврейских кадров, поселившихся в разных уголках Руси-России, образовав там новые диаспоры. Это была первая крупная волна евреев на Русь.

Дуглас Рид придерживается этой же версии:

«Задолго до обращения в иудаизм, хазары враждовали с наступающей с севера Русью, впоследствии их покорившей, основавшей Киевское княжество и принявшей христианскую веру. Ко времени обращения хазар составление Талмуда было уже закончено. После крушения их царства около 1000 г. по Р.Х., хазары остались в политическом подчинении у талмудистского правительства, а их борьба с Россией шла под знаком талмудистского, антихристианского «закона». В дальнейшем они мигрировали в Россию, в частности в Киев, в Малороссию, но, по-видимому, главным образом в Польшу и Литву.

Несмотря на полное отсутствие в них еврейской крови,[135] под талмудистским руководством они превратились в Польше, а затем в России в типичное «государство в государстве». Там, где они скопились, образовались впоследствии под тем же талмудистским руководством, центры анти-русской революции, со временем превратившейся в «мировую революцию». В этих областях и с помощью именно этих людей готовились новые орудия разрушения для уничтожения христианской Европы».

Святослав, разгромив Хазарский каганат и будучи противником внедрения библейского культа в России, создал условия для самобытного развития народов России-цивилизации. Он отрицал мерзостную доктрину, порожденную осатанелым «жречеством» древнего Египта, за что и был убит. Вместо того, чтобы предотвратить с государственного уровня «культурное сотрудничество» «рассеянных» евреев, после убийства Святослава его сын от порочной связи русского князя с дочерью хазарского раввина из города Любеч (институт любовниц влияния в действии) — «святой» «равноапостольный князь Владимир-креститель» 1000 лет назад ввел Русь в плен древнеегипетского знахарства, разрушив Святославово наследие. Поэтому после крещения говорить о серьёзности гонений русско-российских властей на евреев — значит «наводить тень на плетень» еврейского вопроса по принципу «снявши голову[136] — по волосам не плачут».

Вторая волна евреев в Россию связывается обычно с присоединением к ней Речи Посполитой во второй половине XVII века. До этого русские-российские цари придерживались общепринятой и в «христианской» Европе политики аккуратного «преследования» евреев и также аккуратного запрета на ростовщичество в «христианской» среде. Тонкость этих запретов заключается в том, что самим «христианством» ростовщичество порицалось и неиудеи ростовщики при «господстве» библейской церкви не могли заниматься ростовщичеством. Однако иудейские диаспоры в рассеянии ростовщичеством занимались (иудейский закон позволял) а «христианам» нужны были деньги и они шли к ростовщикам-иудеям. При этом, конечно, периодически возникали «стихийно-регулируемые» «антисемитские» бунты (преимущественно в некоторых странах Европы), в ходе которых именем Христа громили ростовщиков-иудеев. Ясно что после этого иудеи становились ещё более сплочёнными.

Закончилось это «гонение» на иудеев в Европе с началом эпохи Возрождения а в России в 1804 году — с принятием Положения «Об устройстве иудеев», которое не распространялось на крещёных евреев.[137] Согласно этому Положению официально признавалось иудейское вероисповедание, права иудеев на самоуправление в пределах религиозной общины — кагала, но только в пределах «черты оседлости».

Официальная численность иудеев в мире — 18 млн. в 80 государствах мира. Из них 95 % живёт в США (до 6 млн.), Израиле (до 5 млн.), Странах СНГ, Канаде, Аргентине, Бразилии, Великобритании, Южной Африке, Франции.

В период после 1917 года в связи с преследованием марксистами всех вероисповеданий, евреев стали переводить на легальное светское положение, в результате чего иудаизм как религия ушёл формально в «подполье» вместе с другими религиозными системами. Иудеи впервые за всю историю России заняли ключевые посты в руководящих органах страны и были включены в единую иерархию управления СССР извне — наряду с масонами (о роли последних будет сказано в следующей книге). Если бы не перехват власти в СССР И.В.Сталиным, то на этом этап диаспоры иудеев в СССР мог бы быть закончен. Однако, И.В.Сталин иначе попытался закончить этап диаспоры в СССР: он поддержал создание Израиля. Следует особо заметить: не Иудеи, а Израиля — а между этими двумя древними царствами огромная сущностная разница, которую мы уже знаем.

Опять, как и 3000 лет назад (в X веке до н. э.) перед евреями открылся (руками И.В.Сталина: кстати последний выступил как Мессия, которого иудеи ждали так долго — именно Сталин дал им «землю обетованную»)[138] выбор: с кем им по пути — с Израилем или с Иудеей? Концепция Израиля представлена сталинизмом. Но психический иудаизм побеждает всякий раз, когда очередной посланник Свыше обращается к сознанию верующего иудея.[139] В таком случае очередной конец Израиля (не праведного Израиля) не за горами. Но вместе с концом Израиля на сей раз настанет и конец иудейской диаспоры: она засветилась, вляпавшись в структуры власти,[140] и лицо иудаизма больше уже не спрячется за многословием Танаха, Талмуда и Каббалы. Теперь только очень глупые люди могут говорить о том, что иудаизм это всего лишь «национальная религия»: из опыта XX века видно, что иудаизм это средство достижения власти межнациональной верхушкой, претендующей на управление миром.

Заключение.

Первое полное определение нации дал И.В.Сталин:

«Нация есть исторически сложившаяся, устойчивая общность людей, возникшая на базе общностиязыка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. ‹…› Только наличие всех признаков, взятых вместе, даёт нам нацию».

Это классическое определение нации вошло в работу Сталина «Марксизм и национальный вопрос». В него вписываются все крупные народы, кроме мирового еврейства. В настоящее время к выделенным жирным курсивом пяти сталинским признакам нации следует добавить ещё два: наличие всего спектра основных профессий и отсутствие «этнического» разделения людей по профессиям (непропорциональное представительство какой-либо национальности в тех или иных видах профессий).

Но есть и другое «определение нации», которое является одновременно попыткой скрыть сущность еврейства и самоидентификацией еврейства:

«Нация — это группа людей общего исторического прошлого и общепризнанной принадлежности в настоящем, сплочённая из-за существования общего врага».

По существу это — определение мафии-банды. Поскольку, согласно нему — если нет вражды между нациями, то нации вместе с их отличными культурами «исчезают» и «появляются» вновь с возобновлением вражды. Только мафия-банда видит в обществе раба, когда оно покорно; и врага, когда оно сопротивляется банде. Это определение нации как мафии-банды дал основоположник современного сионизма Т.Герцль. В него не вписывается ни одна нация, кроме мирового еврейства, экономическая общность которого — общность паразитов-гешефтмахеров, поскольку везде еврейство предпочитает исключительно «престижные» профессии, избегая равномерного распределения по всему спектру профессий в общественном объединении труда пропорционально своей численности в составе национальных обществ, объясняя это то своей особой гениальностью, то гонимостью за гениальность.

Несколько слов о «холокосте». Поскольку мировая революция по марксистско-троцкистской доктрине перманентной революции с целью завершения глобальной экспансии была сорвана деятельностью В.И.Ленина (заключил Брестский мир и разрядил тем самым нагнетание революционной ситуации в Европе) и преемственной деятельностью И.В.Сталина: с 1907 г. утверждал «творческий марксизм», т. е. развивающийся, а не догматический, по какой причине, отойдя от зомбирующих догм Библии и её светской модификации — марксизма — выдвинул доктрину построения социализма и коммунизма сначала в одной отдельно взятой стране — то глобальные знахари социальной магии («мировая закулиса») запустили в действие аварийный сценарий. Им надо было сохранить еврейство для продолжения перманентной революции на следующем этапе, а еврейство начало быстро «ассимилировать».[141] Особую угрозу процессу мировой революции представлял лично И.В.Сталин и созданная им система-среда в СССР, которая способствовала не только быстрой «ассимиляции» евреев, но и размыванию их замкнутости на определённый спектр профессий и стимулированию творчества в сфере материального производства.

В качестве инструмента приведения еврейства в прежнее состояние (вражды ко всем «гоям»), в XX веке был выбран фашизм.[142] Известно, что евреям под страхом смерти запрещена «ассимиляция»:

«Игнорирующий слово раввина подлежит смерти» (трактат Эрубин, 21:2), ибо у раввината есть претензии на то, что «слова раввина суть слова Яхве живого» (трактат Беррахот, 44:201:4).

Дедушка А.Гитлера носил фамилию Шикльгрубер, которая и определяет существо «гитлеризма». Шекельгрубер — в переводе на русский — сборщик шекля-налога, взимаемого с иудеев раввинатом и его хозяевами с целью общакового мафиозного перераспределению в пользу тех, кто занят в малодоходных но значимых для еврейства отраслях и для оплаты «шабес-гоев».[143] Шекельгрубер это — должность в еврейской общине. Когда, с началом кризиса в ХIХ веке традиционных религиозных культов, среди еврейского населения Европы стала проявляться устойчивая тенденция к необратимой «ассимиляции» с нееврейским населением, то это было массовым игнорированием слов раввинов, за которое хозяевами иудаизма установлено наказание — смерть.

А.Гитлер выполнял двойную (по меньшей мере) задачу:

· Возглавить военную оппозицию И.В.Сталину с целью устранения его лично от власти в СССР — после чего процесс «перманентной революции» на базе СССР без Сталина[144] должен был продолжиться.

· Восстановить иудейскую дисциплину в еврейских диаспорах — под страхом «холокоста».

Полуправда о еврействе и его миссии в мировой истории, оглашаемая Гитлером, создала ему массовку, а сопутствующие ей лживые по существу умолчания обрекли бездумную массовку «расы господ» на поражение, разочарование и на подневольность по завершении аварийного режима анонимным знахарям и программистам глобального сценария. Агрессия Гитлера против СССР, в наилучшем с точки зрения глобальных знахарей варианте осуществления, позволяла отстранить от государственной власти в СССР Сталинское крыло партии и передать власть недобитой троцкистской оппозиции. После этого возможно было бы возобновить в новых условиях процесс перманентной революции, прерванный Брестским миром. Но Сталинизм в СССР устоял, по какой причине реставрацию «социализма» по-троцкистски в СССР пришлось отложить до начала «перестройки», знаменательно начатой в год сорокалетия[145] совместной победы Сталинизма, троцкизма и западной демократии над гитлеризмом.

А.Гитлер, как и должно исполнительному шекельгруберу, организовал сбор шекля с непослушных — в полном соответствии с предписаниями высших в иерархии. По всей Европе еврейство платило этот шекль своими жизнями.[146] Никаких преступлений перед узурпаторами внутрисоциальной власти в библейской цивилизации А.Гитлер не совершал. Именно по этой причине его имени не было в списке обвиняемых в Нюрнбергском процессе над военными преступниками ни заочно, ни «посмертно». И это отсутствие имени А.Гитлера среди обвиняемых в Нюрнбергском процессе символично и знаменательно.

В исторически недостоверном фильме-символе «Падение Берлина», сценарий которого редактировал И.В.Сталин лично, сам он, в белых одеждах, говорит прямо: Гитлер сбежал от суда народов. Хотите верьте И.В.Сталину, знаменательности фамилии Шекельгрубер и отсутствию её в списке нюрнбергских обвиняемых; хотите верьте официальной версии об убийстве А.Гитлера и опознании его обожженного черепа: это — право читателя.[147] Шекельгруберовщина — «гитлеризм» — осознанное порождение политики хозяев надгосударственных банковских кругов, которые употребили Гитлера в осуществлении их геополитической программы именно такими методами, поскольку с момента публикации «Майн кампф» они оказывали ему щедрую финансовую поддержку, естественно не афишируя её. То есть в банковских кругах на Гитлера смотрели как на «своего человека».

Глобальный биосферно-экологический кризис и множество сопутствующих ему внутрисоциальных проблем (реальная угроза безопасности глобальной цивилизации) — следствие технико-технологического «прогресса» за последние две тысячи лет. Технико-технологический «прогресс» под кнутом ростовщического ссудного процента, которым управляют евреи, опережает нравственное развитие людей глобальной земной цивилизации, существующей в ростовщической удавке. Но коли библейская миссия выдумана и навязана, и подменила собой истинную миссию, объективно предложенную Свыше, то тем самым выдуманная миссия, при её осуществлении, объективно порождает необходимость миссии сдерживания и искоренения из жизни мерзостной отсебятины древнего жречества Египта, деградировавшего до безоглядности и безответственности знахарства. Эта альтернативная миссия, объективно необходимая человечеству для жизни, и её нет причин выдумывать: Её суть необходимо просто понять и осуществить ко благу всех народов, угнетаемых на протяжении тысячелетий общебиблейским паразитизмом.

3.3.2. Религиозная система библейского христианства.

Религиозная система библейского христианства[148] сформировалась в начале I века н. э. в Палестине — исторической области Западной Азии, на территории которой располагаются современные государства Израиль, Сирия и Иордания. Библейское христианство — одна из самых распространённых мировых религиозных систем. По официальным данным его исповедуют в мире около 2 млрд. человек.

«Христианство», как наднациональная «вселенская» (мировая) религиозная система, возникло в условиях, когда почти весь ближневосточно-средиземноморский мир был объединен в рамках наднациональной Римской империи. Но первоначальные очаги этой религии возникли отнюдь не в центре этой могущественной империи: они появились на её периферии, причем на восточной и юго-восточной периферии, в тех издревле освоенных человечеством очагах цивилизации, где пласты культурной традиции были особенно мощными и где всегда сосредоточивались центры пересечения различных идейных и культурных влияний. Это было влияние и иудейских сект, и греко-римской философии, и религий Востока.

В рассматриваемый период становления территория Палестины представляла собой объединение нескольких государственных образований, самыми крупными из которых были Галилея, Самария и Иудея. Эти государства были связаны общностью религии, отчасти языка и культуры. Управлялись они назначенными римской властью местными царьками. А реальные властные полномочия были отданы римскому наместнику — прокуратору.

Небольшая часть Палестины — Иудея с центром в Иерусалиме — была официально признанным центром иудаизма. И, как мы уже знаем, религиозная система иудаизма была единственной в мире, в которой формально признавалось единобожие и проповедовалась вера в единого Бога. Все остальные религиозные системы, если и упоминали единого Бога, то в гораздо менее выраженной, чем в иудаизме форме. То есть, иудаизм претендовал на наилучшее понимание Бога, Его Промысла и к тому же ещё проповедовал «богоизбранность» для евреев. Кроме того Палестина в это время занимала промежуточное положение между классическим древним Востоком и только оформляющимся Западом.

Место и время появления очередного праведника, поддержанного Богом (а поэтому его можно по праву назвать и посланником Божиим; Божиим помощником) было обусловлено несколькими основными факторами:

· Оформление контуров будущей Западной цивилизации было в общем завершено и связано со становлением Римской империи (на смену империи Александра Македонского), верхушкой управления которой манипулировала «мировая закулиса».

· Подобно временам Моисея в рабовладельческом Древнем Египте, в рабовладельческом Риме существовала реальная опасность употребления хозяевами глобального рабовладельческого проекта мощи Римской империи в качестве плацдарма распространения взаимно вложенной системы духовного рабовладения: греко-римский пантеон богов для толпы и «элиты» и иудаизм для «расы господ» — при возвышении иудаизма как средства удержания в подчинении «элит» и концентрации управления в центре глобализации.

· Опасность продолжения и активизации дальнейшего рассеяния иудеев (как на Запад, так и на Восток), уже во многом к этому времени безнадёжно замкнутых на их Писание (на уровне сознания) и эгрегор «Яхве» (на бессознательных уровнях) — в преддверии крушения Иерусалима.[149].

· Поскольку Палестина с её Иудеей и Иерусалимом была центром, объединяющим Восток и Запад, то посланник Свыше обязательно должен был указать иудеям и римской «элите» на пагубность распространения иудаизма и предложить альтернативу ему. Поэтому Христос появился в самом центре географического очага напряжённости, от которого во многом зависело будущее обоих цивилизаций (Запада и Востока).

· Поскольку Иерусалим был центром иудаизма, праведник появился в том месте, где более всего произошло отклонение от пути, ожидаемого от людей Богом, от религии веры Богу.

Каноны Нового Завета («христианские» каноны) представляют собой:

· Выборку из религиозных трактатов людей, которые были с Христом во время его жизни и записывающих высказывания Иисуса Христа — апостолов.

· Разнообразные послания тех, кто не был даже знаком с Христом, но считается «пророком», либо апостолом[150] (например, апостол Павел), вошедшие в канон и принятые цензурой.

· Поздние дополнения авторов-составителей канонов Нового Завета — «мировой закулисы», которая и занималась цензурой.

Выделить из канонов Нового Завета слова Христа среди нагромождений других источников — не просто, но можно. Единственный способ не ошибиться в этом — подход к «христианскому» письменному источнику с позиций веры Богу и логики праведника, которого поддерживал Бог. В Новом Завете можно сразу увидеть, что Иисус Христос обращался с многочисленными упрёками в первую очередь к иудеям, которые буквально следовали Танаху, являлись священниками, поддерживающими иудейский дух — «Яхве» (выделения жирным — наши):

От Матфея 15.

1 Тогда приходят к Иисусу Иерусалимские книжники и фарисеи и говорят:

2 зачем ученики Твои преступают предание старцев? ибо не умывают рук своих, когда едят хлеб.

3 Он же сказал им в ответ: зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего?

От Матфея 23.

1 Тогда Иисус начал говорить народу и ученикам Своим.

2 и сказал: на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи;

От Матфея 23.

13 Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете.

Несмотря на то, что число иудеев, по подсчетам современных специалистов, исчислялось в ту пору несколькими миллионами (цифра весьма заметная для той эпохи) и что солидные иудейские колонии распространились уже по всему Средиземноморью, включая Египет и Малую Азию, конкретная историческая ситуация и реальное соотношение сил — всё более очевидно вели иудейское общество к кризису. Кризис усилился после подчинения Иудеи Риму. Светская власть династии Ирода не пользовалась авторитетом. Священники Иерусалимского храма, близкие к ним партии и группировки (фарисеи, саддукеи, зелоты) также теряли власть и влияние, чему способствовала и их явная зависимость от наместников Рима в Иудее.

Неудивительно, что это состояние постоянного политического и социально-религиозного кризиса вело к оживлению эсхатологических «пророчеств», активизации деятельности различного рода сект с их ожиданием мессии, который вот-вот придет и от имени великого Яхве спасёт запутавшийся в противоречиях, но все же «богоизбранный народ». Мессию-Помазанника (греческий эквивалент этого иудейского термина «Машиах» — Христос) ждали почти все со дня на день.

И в этом отношении (в условиях религиозного кризиса иудаизма) тактически очень правильным было появление именно в Иудее не очередного еврейского «пророка», которые периодически (всё чаще и чаще по мере развития кризиса) появлялись в иудейской среде — а праведника, поддерживаемого Богом. Острый кризис иудаизма был тем слабым местом, благодаря которому иудеи должны были поверить и последовать за ясными призывами Иисуса, преодолев сопротивление властей как римских, так и своих царско-духовных. Это было последнее предложение-предупреждение Свыше иудейской общности (которая пока ещё имела свою землю и воздействие на духовный центр в Иерусалиме могло изменить историю): отказавшись от лучшего под кураторством своих хозяев (уже не в первый раз), евреи были сразу наказаны первым «холокостом» и последующим почти двухтысячелетним бездомным существованием в качестве мировых холопов- «мироедов».

Предыстория появления Христа.

В условиях невиданного кризиса иудаизма, обострившегося на рубеже старой и новой эр, то в одном, то в другом районе Иудеи, а то и вне её, на периферии, среди евреев диаспоры — руководители отдельных сект, бродячие проповедники или экстравагантные странники объявляли себя мессиями, призванными спасти заплутавших иудеев. Обычно власти болезненно реагировали на проповеди подобных деятелей. Все самозванцы сразу объявлялись лжемессиями, и их деятельность пресекалась. Это, однако, не могло остановить процесс. На смену неудачникам приходили новые, и всё повторялось снова. Иногда главы влиятельных сект оказывались достаточно могущественными, чтобы бросить вызов всесильному Риму.

Постоянные гонения на регулярно появлявшихся харизматических лидеров и «пророков», чьи деятельность и проповеди в условиях кризиса становились всё более заметными и созвучными общим ожиданиям, и привели, в конечном счёте, к укреплению в умах нескольких поколений иудеев идеи о великом мессии, Христе, который пришёл, не был узнан и понят, погиб (приняв на себя грехи людей) и, чудесным образом воскреснув, стал божественным спасителем человечества. Эта идея и была взята на вооружение в тех ранних иудео-христианских сектах, которые стали появляться как в самой Иудее, так и в ближайших к ней районах расселения евреев диаспоры (Египет, Малая Азия и др.) на рубеже нашей эры.

Мы уже неоднократно указывали на принятые во многих древних религиозных системах культивируемые мифы о смерти и воскресении богов. Такие мифы поддерживались в древних Вавилоне, Месопотамии, Египте и многих других древних государствах-цивилизациях, культуры которых тесно взаимодействовали с иудаизмом и предшествовали последнему. Кроме того, в Римской империи были общеприняты культы богов — Осириса, Митры, Адониса и пр. Как известно, культ Христа долгое время (с I до IV вв.) стоял на одном уровне с культами этих древних богов — пока Христос не был объявлен «Богом» (либо «сыном Бога»), а остальные культы оказались под запретом. Сказанное означает, что иудеи (а вслед за ними и многие граждане Римской империи) психически и на уровне стереотипов «взаимоотношений» с богами были готовы к принятию легенды об искупительной смерти бога-пророка и его чудесном воскресении. Проще говоря, древнейшая культурно-религиозная среда в том регионе, где разворачивались события, после которых «христианство» стало распространяться дальше, способствовала созданию мифа о величии, смерти и воскресении человека-бога.

Составители текстов библейских «пророчеств» для иудеев — древнеегипетское знахарство, скрывшееся в колене Левия и превратившееся в «мировую закулису» — прекрасно знало и владело всеми тонкостями религиозных систем древности, исторически попадавших в сферу его интересов. Практически все древние культы крупнейших древних цивилизаций, «культурно» сотрудничавших с Египтом (а после крушения Египта — с периферией «мировой закулисы»), контролировались самой «закулисой» на духовном уровне. Поэтому хозяева евреев и пастухи вождей региональных цивилизаций постарались заранее вписать[151] в «пророческие» каноны стандартный мистический план-алгоритм на случай появления какого-нибудь «Мессии» — будь то очередной иудейский бродячий проповедник (самозванец, не учтённый сценарием), либо посланник Свыше.

В последнем случае у продолжателей дела древнеегипетских знахарей уже был огромный опыт по социальной (земной) нейтрализации посланника, его ближайшего окружения и употребления его наследия и авторитета для продолжения откорректированного глобального религиозного сценария. Со времён фараона Эхнатона (самое позднее) и Моисея — за более 1000 лет практики извращений откровений Свыше и преодоления влияния посланников на людей и историю цивилизаций — «мировая закулиса» выработала предупреждающий сценарий «встречи посланника Свыше» и включила его в иудейский Танах как «пророчество» о приходе Мессии. Это «пророчество» содержит алгоритм жизненного пути Мессии, который соответствует подогнанному впоследствии рассказу о жизни и смерти Иисуса Христа — но уже из Нового Завета. Таким образом психика принявших «христианство» все 2000 лет воспринимает ветхозаветные рассказы о приходе Мессии как чудесное пророчество, свершившееся «точь в точь» как и «пророчествовали» ветхозаветные иудейские рассказы. После чего целостный (для непосвящённых) единый библейский миф (ветхозаветное «пророчество» + новозаветный рассказ) об Иисусе Христе стал достоянием веры миллионов и миллионов верующих.

В главе про иудаизм говорилось, что еврейский Танах состоит из трёх частей: Пятикнижие моисеево (Тора), книги пророков и книги Писаний. Кроме того, помимо книг, вошедших в иудейский ветхозаветный канон, известно большое количество произведений древнееврейского наследия ветхозаветного цикла, считающихся апокрифами (утаёнными) и псевдоэпиграфами (ложно написанными).

Еврейское предание гласит, что каждый раз в кризисные для иудеев времена появлялись пророки с призывами вернуться к вере «Авраама, Иссака, Иакова», возобновить Моисеев Закон. Считается, что эти «пророки» оставили после себя полтора десятка пророческих книг Ветхого Завета (Танаха).

Книги пророков, вошедшие в каноны делятся на первые (ранние) и последние (поздние). К циклу первых относятся книги Иисуса Навина, Судей, две книги Самуила, две книги Царей. Цикл первых книг повествует мифы о становлении иудаизма в основном до первого падения Иерусалима. К поздним книгам пророков три «больших»: Исайя, Иеремия и Иезеркиль и несколько «малых». Официально считается, что первые (ранние) книги появились в XIII веке до н. э. и позже, а последние (поздние) — вплоть до III–II вв. до н. э.

«Пророчество» о приходе Мессии можно прочесть в поздней канонической книге Ветхого Завета, признаваемой боговдохновенной до такой степени, что её автора, пророка Исаию, даже иногда называют «ветхозаветным евангелистом» (выделения жирным и сноски — наши):

Исаия 53.

1 [Господи!] кто поверил слышанному от нас, и кому открылась мышца Господня?

2 Ибо Он взошел пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему.

3 Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его.

4 Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом.

5 Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились.

6 Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас.

7 Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих.

8 От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь.

9 Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его.

10 Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его принесет жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное, и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его.[152].

11 На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез познание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих и грехи их на Себе понесет.

12 Посему Я дам Ему часть между великими, и с сильными будет делить добычу,[153] за то, что предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтен был, тогда как Он понес на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем.

Был ли пророк Исайя в действительности, либо именем «Исайя» просто озаглавили одну из гнуснейших книг поздних «пророчеств» — особого значения не имеет. Внесоциальные и внутрисоциальные силы (представители «мировой закулисы»), которые проводят в жизнь эту доктрину, действуя в пределах Божиего попущения, тогда решали:

· кого именно из тех людей, что высказывают какие-либо мнения по богословско-социологическим вопросам[154] возвести при жизни в ранг «пророков», вещающих «истину от бога»;

· кого уничтожить, постаравшись предать забвению их слова и дела;

· кого возвести в ранг «пророков» посмертно или прижизненно, но отредактировать всё высказанное ими соответственно своим целям, добавив к сказанному ими что-то своё (в порядке осуществления разъяснения для «невежественной толпы» деталей сказанного), а что-то из сказанного ими изъять (под предлогом «несвоевременности» или «неудобопонимаемости» для «невежественного» большинства).

Они же решали, когда им необходимо инициировать «пророка» с нуля, оказав на подысканного кандидата экстрасенсорное[155] воздействие, в результате которого он сам искренне — как своё — изложит всё то, что требуется им; либо под их экстрасенсорным воздействием он исказит воспринимаемое им по совести от Бога, который есть.[156] Эти же силы решали, кого и как опекать из числа выявленных ими действительно праведников, а также и из числа фабрикуемых ими «пророков». Кроме того есть и ряд общественных обстоятельств, в которых действует личность того, кого называют «пророком», придающих специфический облик тому, что «пророки» передают в общую всем культуру из своего внутреннего мира.

Как бы ни попало «пророчество» Исаии в ветхозаветные каноны, но люди, исповедующие библейское христианство знают (конечно те, кто интересуется канонами), что «пророчество» Исаии — полностью подтверждается историей жизни Иисуса Христа, вошедшей в Новый Завет и на основе этой истории строится основная морально-этическая линия библейского христианства.

Таким образом древнейшая магия слова задолго до прихода Иисуса Христа упреждающе замкнула через ветхозаветное «пророчество» и последующий рассказ о жизни Христа психику людей на веру в богооткровенность библейской доктрины, объединив в иерархию иудейский эгрегор «Яхве» с «христианским» эгрегором (назовём его «Господь»).

На протяжении всей истории нынешней цивилизации «мировая закулиса» управляла обществами на основе дозированного распространения в его социальных слоях знаний и субкультур, позволяющих освоить те или иные (с точки зрения толпы) сверхвозможности человека. Вследствие этого менее знающие и малоумеющие оказывались в зависимости от знающих и умеющих больше чем они, а те злоупотребляли этой разницей.

На протяжении тысячелетий для распространения и поддержания такого порядка «мировая закулиса» выстраивала проникающие во все сферы жизни общества системы посвящений, опираясь на которые она собирала и распространяла в обществе различную информацию, и тем самым осуществляла управление обществом. Эта глобальная система управления дожила до наших дней, и наши соотечественники видят её обнажённую и для многих привлекательную часть в виде системы учёных степеней и званий (бакалавры, магистры, кандидаты и доктора наук, членкоры и академики), творческих союзов, политических партий, церковных иерархий и т. п. внутриобщественных корпораций, в которых есть множество рядовых членов, многие из которых желают из рядовых подняться по иерархической лестнице посвящений. А кроме того есть и системы посвящений, о которых общества мало что знают, поскольку они заняты таимой от общества деятельностью, вследствие чего как минимум не афишируют свою деятельность, а как максимум — распространяют о ней заведомую ложь.

Во всех такого рода корпорациях, культивируемых «мировой закулисой», высшие иерархи становятся между всяким человеком и Богом, поскольку требование соблюдения корпоративной этики и дисциплины (мягко говоря, далеко не во всех случаях праведной), требует от человека заглушить голос совести, отказаться от свободы выбора, подчинить свою волю вышестоящим иерархам, а не собственному искреннему пониманию путей и дел праведности. Поэтому все религиозные и светские иерархии без исключения в культуре человечества творят не Божие дело. Действуют они не Божией милостью, а в пределах Божиего попущения.

Закулисные заправилы и хозяева иерархий это всегда знали, поэтому такое историческое и религиозное событие как издавна ожидаемое пришествие Мессии — освободителя человечества от их гнёта (в первую очередь от иудаизма) — они не могли пустить на самотёк, а по существу — предоставить воле Божией, осуществлению которой на Земле они противостоят.[157].

Как показывает анализ жизни Кумранской общины (II век до н. э.),[158] о жизни которой известно по рукописям, найденным в пещерах вблизи Мёртвого моря в 1947 г.,[159] она представляла собой «полигонные учения» на тему «Отражение «вторжения» посланника Всевышнего в дела «мировой закулисы» и мероприятия по компенсации нанесённого им ей ущерба». Это был целенаправленно поставленный социальный эксперимент, моделирующий функционирование нового эгрегориального культа — системы социальной магии — в условиях, которые должны были возникнуть:

· после того, как общество — под водительством иерархий «мировой закулисы» — отвергнет Христа-Мессию и не освоит передаваемого им вероучения;

· после того, как «мировая закулиса», извратив оставленное Христом учение, развернёт его культ и тем самым воспрепятствует освоению оставленной Христом-Мессией Правды-Истины в последующих поколениях.

На протяжении всей истории «мировая закулиса» культивировала разнородные экстрасенсорику и магию как средство власти над толпой и обеспечения превосходства её представителей над простыми людьми. Но кроме того, она сталкивалась в своей деятельности и с самочинными пророками и магами, которые в силу разных причин обладали знаниями и навыками употребления сверхвозможностей человека, в ряде случаев превосходя в этом легитимных посвящённых иерархов. Антисистемная — с точки зрения «мировой закулисы» — деятельность таких «народных умельцев» вынуждала её разрабатывать практики обуздания самочинных пророков и магов для употребления их самих и их способностей в своих целях.

Вне зависимости от того, как к этому относились самочинные милостью Божией пророки, литература «мировой закулисы», доступная в наши дни широкой читательской аудитории, утверждает что все истинные пророки, включая и Христа, сотрудничали с иерархиями посвящения, были им лояльны, а если кто из них и пал жертвой, то только в результате буйства «стихии» толпы или какой-то нелегитимной «чёрной ложи», противящейся Божиему Промыслу, но никак не в результате деятельности легитимных систем посвящения: в частности, масонства в библейской цивилизации.

Одним из таких самочинных милостью Божией пророков был исторически реальный (а не библейский) Иисус Христос. Иисус, согласно Новому Завету, отверг предложение принять административную власть над всеми царствами земными, предложенную ему дьяволом:

От Луки 4.

6 и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее;

7 итак, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое.

8 Иисус сказал ему в ответ: отойди от Меня, сатана;[160] написано: Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи.

Вследствие этого легитимное сотрудничество «мировой закулисы» с Христом оказалось невозможным, и поэтому «мировой закулисе» оставалось либо избавиться от него, либо постараться употребить в своих целях вопреки его намерениям и воле. В действительности заправилы «мировой закулисы» не стремились к тому, чтобы убить Христа. Убить неугодного самочинного пророка — с точки зрения «мировой закулисы» — всегда успеется в полностью контролируемом ею обществе, а вот употребить в своих целях вопреки его намерениям и воле — это может дать куда больший гешефт. Но для этого надо не только владеть ситуацией и развитой культурой управления толпой административными средствами и средствами социальной магии, но кроме того иметь и демоническую фантазию, необходимую для разработки соответствующего сценария, позволяющего скрытно осуществить его руками самой же пасомой толпы.

Был сценарий «мировой закулисы» и по обузданию Иисуса Христа и вовлечению его в осуществление планов «мировой закулисы» в отношении глобальной цивилизации. Целью было не предание Христа смерти, как это представляют толпе библейские повествования, а посягательство на употребление его жизни в своих интересах, для чего «мировой закулисе» желательно было преобразить Христа в Антихриста, постаравшись превратить его по возможности в подчинённого себе биоробота-зомби (такого рода процедуры-инициации известны издревле).

Для этого было решено показать толпе очевидную якобы казнь Мессии: т. е. было решено вынести в толпу из храма одну из практик посвящения — мистерию «гибели — воскресения бога», известную, в частности, в практике посвящений культа Осириса в Египте, либо Митры в зороастризме. «Воскреснув» после якобы казни, Христос должен был бы обрести в восприятии толпы неповторимо чудесную репутацию воскресшего богочеловека. Толпу, завороженную «чудом», легко можно завести на что угодно, после чего она сама понесёт данного ей в цари-священники Мессию «богочеловека» к назначенным «мировой закулисой» для неё целям. И в этой алгоритмике раскрутки стихийных процессов в толпе Христу было уготовано принять на себя роль вождя, царя земного, т. е. по существу Антихриста, возможно управляемого[161] биоробота-зомби.

Христа намеревались пленить созданными вокруг него обстоятельствами, запятнать невольным соучастием во лжи, дабы обратить его в царя-Антихриста, а возможно и в управляемого биоробота-зомби. Но культовый миф исторически реального христианства только повторяет в своих основных чертах культовый миф Кумранской общины, в которой разрабатывалось будущее вероучение о казни и предстоящем втором пришествии «учителя справедливости», убитого «злобным жрецом».

Обратимся к книге: И.Жерневская, Л.Ласкина «Куда ведёт аллея сфинксов», которая выдержала два издания: первое — Москва, «Детская литература», 1968 г., тир. 75 000 экз.; второе — переработанное и дополненное, «Лениздат», 1990 г., тир. 100 000 экз. Выделения жирным — наши:

«В пещере (…) обнаружили редкостное богатство — целую библиотеку из остатков старинных рукописей на пергаменте, папирусе, на черепках и медных листах. Текст был написан на восьми языках. Было найдено 40 000 фрагментов, остатков около 600 древнейших книг.

Книги принадлежали одной религиозной общине. Ученые прочитали «Устав общины» и другие документы, которые подробно рассказывали о жизни, религиозном учении, об обрядах, обязательных для её членов.

Основателем своей общины они называли некоего «учителя справедливости». Они считали его избранником божьим (второе издание дополняет: мессией — стр. 50), который проповедовал людям то, что услышал от бога. «Учителя» преследовал жестокий жрец (второе издание дополняет: «Решив погубить «учителя справедливости», нечистый жрец своего добился» — стр. 50), но после смерти он воскреснет и непременно вернётся на землю, чтобы судить всех. Спасутся только те, кто верит в него.

Знакомое условие, не правда ли?

Христианские богословы были довольны. Наконец-то открыт самый древний памятник христианства, составленный современниками и очевидцами земной жизни Христа. Христос — это и есть «учитель справедливости»!..

Но радоваться было рано. Дальнейшие раскопки и изучение рукописей, монет, керамики, найденных в пещере, показали, что большинство документов написано в I веке до нашей эры».

И.Д.Амусин в книге «Находки у Мёртвого моря» (Москва, «Наука», 1965 г.) сообщает о датировании деятельности кумранского учителя праведности концом II в. — первой половиной I в. до новой эры. (стр. 37 со ссылкой на Миликома, Кросса и др.), т. е. временем ранее 63 г. до н. э., когда Помпей взял Иерусалим, что в Кумранской общине рассматривалось как воздаяние за убийство учителя праведности («Куда ведёт Аллея сфинксов», 2 изд., стр. 50, со ссылкой на одного из кумранских современников событий). И.Д.Амусин приводит самоназвание Кумранской общины, переводимое на русский язык двояко: либо как «Новый союз», либо как «Новый завет».

Во 2-м издании «Аллеи сфинксов» сообщается также, что после ухода «учителя справедливости» из мира сего через верховную коллегию из 12 человек действовала связь с небесным главой общины (стр. 49), что функционально предвосхищает притязания «Наместника Сына Божия» (официальное титулование папы римского) и конклава его кардиналов. Далее сообщается: «Человека готовили к «страшному суду», за которым ожидалось бесконечное царство «духа правды»» (стр. 49, 50).

Кумранская находка знаменательна тем, что сюжет, лежащий в основе писаний евангелистов (пришествие мессии, его убийство, предстоящее второе пришествие, суд и вечное царство правды), ставший стержнем учения христианских церквей — был известен за столетие до Христа и апостолов. Знаменательно то, что на нём, уже в то время, было построено вероучение и ритуальный культ некой общины единоверцев, живших уединённо. Знаменательно её самоназвание — «Новый завет». Значимо то, что без обиняков названы противостоящие стороны: «жрец», т. е. в те времена — человек, принадлежащий легитимной иерархии личностных посвящений в нечто на основе специального систематического обучения, а, с другой стороны — избранник Божий, прямо названный Мессией, самочинный посланник Всевышнего, стоящий вне иерархий. Знаменательно, что после ухода «учителя справедливости» в мир иной в общине скоро появился свой миниконклав «кардиналов» — зародыш иерархии, стоящей «мистическим» посредником между толпой «общинников» и основателем религиозного движения, явно отсутствующим в этом мире. Знаменательна и социальная ориентация членов общины: все получите после «судного дня»,[162] а до того времени — живите по Уставу и слушайтесь команду посредников между вами и основателем, который ждёт на небесах, когда ему явиться вторично, дабы установить на Земле окончательную справедливость.

То есть Кумранская община — после-Никейские церкви в миниатюре, «рассада» для их массового последующего взращивания, загодя посеянная в уединённом «парнике». И коли речь в кумранских документах недвусмысленно идёт о противостоянии на Земле некой иерархии посвящённых и самочинного посланника Всевышнего, а деятельность уединённой общины завершилась[163] до начала проповеди Христа, то всё это по существу — «полигонные учения», проведённые «мировой закулисой» на тему: Отражение «вторжения» посланника Всевышнего в её дела и мероприятия по компенсации нанесённого им ей ущерба — если смотреть на кумранские события и последующую историю христианства с точки зрения Благовестия Царствия Божиего на Земле.

Рим накануне прихода Иисуса Христа.

В начале нашего разговора мы упомянули о некоторых аспектах объективности появления самочинного посланника Свыше (праведника) на рубеже тысячелетий в Римской империи. В это время политическое устройство Рима уже сменилось с республиканского на имперский. Рим переживал кризис общественного управления, особенно — в религиозной сфере. Поглотив в себя множество племён и народов с их разнообразными религиозными культами, империя впала в духовный кризис. Вера в традиционных богов, сохранявшаяся ещё в республиканский период, была подорвана многообразием и пёстрым составом народов, входящих в римскую Империю.

Среди образованных римлян распространялись учения, основанные на греческой философии, скептическое отношения к традиционным культам. В то же время, широкое распространение получили восточные мистические культы, такие как — Исиды и Кибелы. Для укрепления государственной централизации необходимо было хоть какое-то единство веры (третий приоритет обобщённых средств управления). Для возвышения государственных религиозных культов над остальными культами и науками, уже император Август (27 г. до н. э.) ввёл обязательное для всех жителей империи почитание императора, которое переросло в культ самого императора, что сопровождалось повсеместной установкой статуй[164] и совершением перед ними жертвоприношений.[165] Однако всё это не уменьшало напряжения в духовно-идеологической сфере Римской империи. Традиционные для Рима духовные ценности становились достоянием лишь верхушки общества, а среди низов всё более активизировался поиск новых норм религиозной жизни. Широкое распространение получили оккультизм и магия.

В провинциальных частях империи кризис стал проявляться как борьба за суверинитет метрополии, сопровождавшаяся грабежами и упадком хозяйственной деятельности. Власть прокураторов была далеко не абсолютной во многих областях. Несмотря на то, что повсеместно внедрялось римское законодательство, латынь не получила широкого распространения. На Востоке империи местные языки были вытеснены ещё во времена Александра Македонского, и распространение получил своеобразный вариант греческого языка (название койне), ставший обиходным языком в империи. В условиях духовного кризиса широкое распространение получили культы эсхатологической (от греческого eschatos — последний, крайний) направленности — на которых основаны учения о конце света, о конце мира.

История знает множество подобных кризисов, общим для которых является эсхатология религиозной духовной жизни. Религиозный кризис, кризис веры, является верным признаком критичного отставания общества от заданной Свыше Мhры развития — отставания развития духа (информации) от материального (вещественного) «прогресса». В силу высшей предопределённости, человек, его психика устроены таким образом, что в случае критичного несоответствия (несогласованности в Мhре) материально-вещественного и духовно-информационного прогрессов — возникает ощущение надвигающейся мировой катастрофы — эсхатологии. Это ощущение как правило появляется не у всех членов общества, а в первую очередь у людей, обладающих чувством Божией Мhры — хоть в небольшой степени. Бессознательное соотнесение степени материального и духовного развития с чувством Мhры порождает сначала беспокойство,[166] которое впоследствии часто перерастает в массовый психоз. В то же время, озабоченные этим нехорошим чувством люди, пытаются искать выход из духовного кризиса, естественно обращаясь к «наукам» и религиозным обрядам, которые наиболее глубоко пронизаны религиозной мистикой. Этим люди пытаются получить ответ от высших сил (с тех уровней Мироздания, с какими они, либо их более «цивилизованные» соседи традиционно привыкли «общаться»), интуитивно ловя магически приходящую информацию и одновременно активизируя свой интеллект на поиск выхода из кризиса. Тем же, кто не обладает чувством Мhры, остаётся либо поддаваться эсхатологическим настроениям, либо им всё «по барабану» и они живут чисто животной жизнью. Но высшая знахарская надгосударственная надстройка («мировая закулиса») в этих случаях всегда старается выделить из общего результата поисков будущей духовности — подходящее для себя, для своего дела — и/или завернуть поиск в «нужном» направлении. Интегрируя под свои нужды и подстраивая под свою концепцию глобализации всё новое что появляется в обществе в периоды острых духовных кризисов, «мировая закулиса» оказывается вынужденной не только извращать, но и принимать часть прогрессивного — того, что появляется в обществе в эти периоды. Тем самым исторически следующая духовно-религиозная надстройка над обществом всегда оказывалась в некоторых аспектах более прогрессивной (в отношении соблюдения Божией Мhры), чем предыдущая. И духовный прогресс всё же сдвигался вперёд по сравнению с прошлыми историческими этапами. Если этого вообще не происходило бы, то эсхатология (конец света) мог бы действительно произойти. Но в силу некоторой позитивной духовной динамики, современная цивилизация ограничивалась лишь локальными катастрофами (стихийными бедствиями, эпидемиями, войнами на взаимоуничтожение выпавших из Мhры народов и региональных цивилизаций). Мы уже знаем, что периодически в моменты общих духовных кризисов могут появляться праведники — самочинные посланники Свыше, которые прелагают людям реальный выход из духовного тупика.

В Римской империи было немало примеров мистического поиска выхода из кризиса, который предшествовал приходу Иисуса Христа. Таким примером оживления старых верований было возрождение орфических культов, начало которых восходит ко временам расцвета греческой культуры. По учению орфиков, душа человека находится в процессе постоянных перевоплощений, но через презрение к плоти и аскетизм[167] может вырваться из него и вступить в мир вечного блаженства.[168] Другим примером, но уже религиозных представлений более нового типа, служит учение митраистов.[169] Персидский бог Митра, культ которого стал распространяться в греко-римском мире с I в. до н. э., считался добрым создателем мира, борцом против зла, богом-спасителем, обещавшим людям, если они будут соблюдать весьма строгие эстетические требования — посмертное блаженство. Хоть общины митраистов и были весьма замкнуты (не распространялись на женщин), но их и им подобных считают даже — «соперниками христианства».

Реально же доминирующие в I веке до н. э. «новые» (либо возобновлённые) учения о необходимости ограничивать свои материальные потребности для посмертного блаженства — вполне устраивали «мировую закулису», как основа будущей религиозной философии для толпы и «элиты» (исключая лишь высшую «элиту») в Римской империи. Проблема у хозяев мировой толпо-«элитарной» пирамиды была двоякой.

Во-первых, вследствие могущества и огромных территорий, усвоенных империей, к I веку до н. э. культура эллинизма с древнегреческим пантеоном и красивой мифологией «размылась» другими культами и так и не стала связующей для всей империи; а наряду с этим второе детище «мировой закулисы» — иудаизм — также впал в глубокий кризис, о чём мы говорили выше. То есть, оба религиозных детища хозяев толпо-«элитарной» пирамиды находились в остром кризисе в это время.

Во-вторых, нарастала социальная напряжённость в Римской империи, связанная с сохранением открытого рабовладения и крайним расслоением населения. В среде «мировой закулисы» не мог не идти активный поиск подходящей альтернативы открытому рабству — либо идеологии, которая могла бы длительное время служить религиозной «смирительной рубашкой» для толпы рабов и низшей «элиты», обеспечивающей покорность господам.

Нужна была альтернатива жестокому подавлению силой государства различного рода восстаний и войн, начиная с восстания Спартака, которые сотрясали на рубеже новой эры мощную Римскую империю. И в качестве такого рода «умиротворяющей» альтернативы, направляющей энергию угнетённых в русло религиозных иллюзий, вера рабов в посмертное воздаяние было вполне приемлемым и даже выгодным для власть имущих. Учение Христа было извращено и приспособлено после его ухода в мир иной — в качестве «господствующей» идеологической доктрины, в основу которой легло давно известное и культивируемое в Римской империи учение о посмертном воздаянии за аскетизм и послушание в «этой жизни». Но это вовсе не значит, что такому учил сам Иисус. Римские философы и мистики, благонамеренно ищущие выход из кризиса (также как и благонамеренные иудеи) в основном поддержали (но не сразу) извращённое учение якобы Христа, чем самым как бы избавили себя от эсхатологических предчувствий, но не Правдой-Истиной — а очередной иллюзией-мистификацией первого (и второго) тысячелетий новой эры. Для того, чтобы совесть некоторых благонамеренных людей (как проявление у людей чувства Божией Мhры) больше не мешала деяниям «мировой закулисы», в общехристианскую библейскую доктрину включили стержневой миф о том, что Христос своим земным подвигом искупил все грехи, а эсхатологию людей загнали в другой миф — об Апокалипсисе. Последний (Откровение Иоанна Богослова) — достаточно жёстокое (в отношении психологических практик, касающихся нейро-лингвистического программирования и запугивания за непослушание) замыкание духовности веропослушных «христиан» и веропослушных («правоверных») иудеев на одну «спасающуюся» — в случае Апокалипсиса — иерархию, во главе которой иудеи.[170] Если иудаизм был религиозной системой для «расы господ», то «христианство» стало религиозной системой для рабов. Но и иудеи оставались рабами по отношению к своим древним хозяевам. После этого все эсхатологические и мистические изыскания в «христианской» цивилизации, не вписывающиеся в общебиблейскую доктрину были названы «колдовством» — что открыло эпоху «святой» инквизиции.

Конечно ограничения библейского христианства, к которым добавились многочисленные исторические и политические извращения духовных и властных верхушек государств, куда распространялось «христианство» — были направлены в первую очередь на канализацию и пресечение свободного поиска Правды-Истины у людей, на которую им указал самочинный пророк Иисус. В то же время, библейское христианство более чем на десять веков приостановило технический прогресс, «правовой» и законодательный прогресс, активизация которого приходится на V–III вв. до н. э. в древней Греции и республиканском Риме. Видимо «мировая закулиса» испугалась слишком большой законодательной и «правовой» свободы (даже при открытом рабовладении), что в общем-то и привело к религиозному кризису конца II — начала I веков до н. э. Дело в том, что некоторая свобода обеспечивала активизацию религиозных изысканий в не слишком занятых средних благонамеренных слоях сначала греческого, а затем римского обществ. Вследствие «христианских» ограничений технический прогресс был приостановлен,[171] а вместе с ним и духовная поступательная динамика общества. Отказавшись от предложенной Христом праведной альтернативы римской эсхатологии, западное общество было обречено на крах империи и впоследствии Европа (западный распадок Римской империи) погрузилась во мрак средневековья — до того момента, пока опять не появилась некоторая социальная свобода поиска[172] Правды-Истины в эпоху Возрождения.

Христос принёс в мир религию всеобщего равенства и благополучия, отрицающую любые земные иерархии. И действительно, раннее «христианство» в первые два-три века своего существования, было сперва опробовано на рабах и малоимущих и только после этого были составлены каноны и узаконены церкви и приходы. Будучи изначально религией бесправных и гонимых, оно не только стояло в оппозиции к властям, подвергаясь жестоким гонениям с их стороны, но и не было лишено радикальных элементов, даже революционного пафоса. Пафос этот сводился, прежде всего, к резкому неприятию сложившихся норм жизни.

С огромной силой звучало осуждение Рима, сравненного с «великой блудницей», с новым развратным Вавилоном со всеми его «мерзостями».[173] Революционный пафос раннего «христианства» нашёл своё отражение в акцентировании внимания на двух важнейших сторонах новой религии. Во-первых, на проповеди ею всеобщего равенства. Хотя это было равенство в первую очередь лишь «во грехе», равенство «рабов божиих», даже в этом своём качестве лозунг всеобщего равенства не мог не привлечь к себе внимания. Провозглашение принципа всеобщего равенства в эпоху расцвета Римской империи стоило многого. Во-вторых, на осуждении «богатства» и стяжательства, на подчёркивании всеобщей обязанности трудиться.

Одновременно с этим — в некоторых евангелических текстах оправдывается рабство и рабам внушается повиновение их господам. С началом эпохи библейского христианства начинается эпоха невиданных доныне двойных стандартов преподнесённых от имени праведника Христа (несмотря на то, что Христос учил справедливости): рабам — покорность, «господам» — вседозволенность. Но всё же декларативно было всеобщее равенство (со многими оговорками) впервые объявлено — лучшим.

Идейные первоосновы библейского христианства.

Как мы уже говорили, в I веке до н. э. вокруг Иерусалима существовало множество сект (типа ессеев), исповедующих черты аскетизма, самоотречения, благочестия с элементами древних религий с обрядами причащения митраизма и многое другое, включая торжественный акт крещения в качестве символа веры.[174].

Выше мы уже отмечали, во многих древних религиозных системах были культивируемые мифы о смерти и воскресении богов. Такие мифы поддерживались в древних Вавилоне, Месопотамии, Египте и многих других древних государствах-цивилизациях, культуры которых тесно взаимодействовали с иудаизмом и предшествовали последнему. Так в Египте одним из главных был миф об умирающем и воскресающем боге Осирисе и его супруге богине Исиде. Осирис и Исида испытали немалые приключения, связанные с гибелью бога, отмщением его врагам и воскрешением умершего при помощи жены, что символизировало идею плодородия, весеннего возрождения природы.

В более поздних мифах Осирис приобрел также и функции повелителя подземного царства мёртвых, определявшего грехи и заслуги покойников. Этот миф был распространён на Христа, как «спасителя» (повелителя) душ людей после их смерти и искупителя их грехов на Земле.

В митраизме (главной религиозно-культовой составляющей иранского зороастризма) есть культ причащения. Считается, что зороастризм оказал огромное влияние на формирование доктрины некоторых ранних иудейских и «христианских» сект, в частности ессеев с их упором на идеи добра и справедливости. Проблема происхождения библейского христианства не может быть полностью решена без учета влияния со стороны иранских религий. Известно, что культ Митры, распространившийся в восточных провинциях Рима незадолго до начала нашей эры, оказал огромное воздействие на римских легионеров после восточных походов I в. до н. э. Воитель Митра, патрон воинов, отождествлялся в рамках митраизма то с Ахура-Маздой и божеством солнца, то с Юпитером, то с тем мессией-спасителем, который упоминался в эсхатологических пророчествах иудеев. В честь Митры устраивались мистерии, строились ритуальные сооружения — митрейоны, создавались изображения и скульптуры.

Веровавшие в Митру имели обыкновение причащаться хлебом и вином, символизировавшими его тело и кровь. Впоследствии эти ритуалы распространили на Христа, как Господа, чьё тело стала символизировать церковь.

Церковь надолго монополизировала «право» на Истину, приняв на себя через каноны и ритуал причащения роль наместника Христа с ссылками на Евангелие:[175].

От Иоанна 14.

6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.

Ритуал причащения, восходящий к митраизму, был приписан Христу и канонизирован Новым Заветом как закон для послушных «христиан» и считается одним из самых обязательных (выделено жирным нами):

От Матфея 26.

26 И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое.

27 И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все,

28 ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов.

Все эти детали, как и сам культ мессии-спасителя, не оставляют сомнений в том, что митраизм сильно повлиял на некоторые стороны сформированного в первые века новой эры «христианства», а лёгкость, с которой это оказалось возможным, объясняется тем, что зороастризм с его чётко выраженной и понятной толпе доктриной посмертной «справедливости» — влиял и на иудаизм, и на «христианские» секты ещё задолго до того, как в Римской империи широко распространился и стал популярен митраизм.

Иудейские секты были достаточно замкнутыми. Во главе их стояли харизматические лидеры — проповедники, «учителя», осененные «благодатью» «пророки», которые обычно прислушивались к своему «внутреннему голосу», имели «видения», слышали «глас божий» и потому считались имевшими бесспорное право на лидерство. Естественно, что вначале каждый из этих харизматических лидеров руководствовался своим пониманием основ новой «справедливой» религии. А если учесть, что эти лидеры чаще всего были личностями в психическом отношении неуравновешенными, легко возбудимыми (именно такие и считались осененными «благодатью божией»), то несложно понять, что в их проповедях реальные факты прошлого смешивались с основанными на «видениях»[176] фантастическими рассказами. Всё это было более или менее гармонично увязано с мифопоэтическим наследием, с наследием Христа, куда было добавлено «нужное», и постепенно укладывалось, обретая модифицированные формы, в основу «христианской» доктрины — канонов.

Одним из харизматических иудейских «пророков», занимавшихся агитацией за приход Мессии, как можно узнать из Нового Завета, был Иоанн Креститель. Как уже сказано, торжественный акт крещения был известен до прихода Христа и являлся одним из древнейших дохристианских обрядов «язычников» и зороастрийцев.[177] Обратимся к новозаветным свидетельствам о деятельности Иоанна Крестителя (выделения жирным — наши):

От Матфея 3.

1 В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской.

2 и говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное.

3 Ибо он[178] тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему.[179].

4 Сам же Иоанн имел одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, а пищею его были акриды и дикий мед.

5 Тогда Иерусалим и вся Иудея и вся окрестность Иорданская выходили к нему.

6 и крестились от него в Иордане, исповедуя грехи свои.

От Иоанна 1.

19 И вот свидетельство Иоанна, когда Иудеи прислали из Иерусалима священников и левитов спросить его: кто ты?

20 Он объявил, и не отрекся, и объявил, что я не Христос.

21 И спросили его: что же? ты Илия? Он сказал: нет. Пророк? Он отвечал: нет.

22 Сказали ему: кто же ты? чтобы нам дать ответ пославшим нас: что ты скажешь о себе самом?

23 Он сказал: я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу, как сказал пророк Исаия.

24 А посланные были из фарисеев;

25 И они спросили его: что же ты крестишь, если ты ни Христос, ни Илия, ни пророк?

26 Иоанн сказал им в ответ: я крещу в воде; но стоит среди вас Некто, Которого вы не знаете.

27 Он-то Идущий за мною, но Который стал впереди меня. Я недостоин развязать ремень у обуви Его.

28 Это происходило в Вифаваре при Иордане, где крестил Иоанн.

В приведённых цитатах выделенные нами места показывают: будучи воспринимаем учениками, какой-то частью иудейского общества в качестве пророка Бога Всевышнего, Иоанн ещё до прихода Христа программировал коллективную психику общества — алгоритмику его эгрегоров — в соответствии с «пророчествами» Исаии на уничтожение Мессии-Христа, нисколько не сомневаясь в том, что в этих «пророчествах» и выразился Божий Промысел. Эти «пророчества» (Исаия, гл. 53) приводились нами ранее.

Иоанн Креститель (Предтеча) и Иисус Христос — родственники по материнским линиям. Его появлению на свет в семье священника Захарии, как сообщает Евангелие от Луки (гл. 1) и Коран (глава 19:1 — 15), также, как и Христу, предшествовало благовещение Свыше о его предстоящем рождении. Жена Захарии — Елисавета была родственницей Марии, родительницы Христа. Знаменательно и то, что Коран (глава 19:16–21) подтверждает библейскую версию зачатия Христа от Духа (выделения жирным наши):

Коран 19.

1 [Сура 19. Мария] Во имя Бога милостивого, милосердного! Каф ха йа айн сад.

2 Воспоминание о милости Господа твоего рабу Его Захарии.

3 Вот воззвал он к Господу своему зовом тайным.

4 Сказал он: «Господи! У меня ослабели мои кости, и голова запылала сединой, а я не был в воззваниях к Тебе, Господи, несчастным.

5 И я боюсь близких после меня, а жена моя бесплодна; дай же мне от Тебя наследника!

6 Он наследует мне и наследует роду Иакова, и сделай его, Господи, угодным». -

7 «О Захария, Мы радуем тебя вестью про мальчика, имя которого Иоанн! Мы не делали ему раньше одноименного».

8 Он сказал: «Господи, как будет у меня мальчик: и жена моя бесплодна, и дошел я в старости до предела?».

9 Сказал Он: «Так сказал твой Господь: «Это для Меня — легко. Я ведь сотворил тебя раньше, а был ты ничем».

10 Он сказал: «Господи! Дай мне знамение!» Сказал Он: «Знамение для тебя в том, что ты не будешь говорить с людьми три ночи, будучи здоровым».

11 И вышел он к своему народу из алтаря и внушил им: «Возносите хвалу утром и вечером».

12 «О Иоанн, держись писания сильно!» И даровали Мы ему мудрость, когда он был мальчиком,

13 и милосердие от Нас и чистоту. И был он богобоязненным.

14 и благим своим родителям, и не был он тираном, ослушником.

15 Мир ему в день, когда он родился, и в день, когда умрет, и в день, когда будет воскрешен живым!

16 И вспомни в писании от Марии. Вот она удалилась от своей семьи в место восточное.

17 и устроила себе пред ними завесу. Мы отправили к ней Нашего духа, и принял он пред ней обличие совершенного человека.

18 Она сказала: «Я ищу защиты от тебя у Милосердного, если ты богобоязнен».

19 Он сказал: «Я только посланник Господа твоего, чтобы даровать тебе мальчика чистого».

20 Она сказала: «Как может быть у меня мальчик? Меня не касался человек, и не была я распутницей».

21 Он сказал: «Так сказал твой Господь: «Это для Меня — легко. И сделаем Мы его знамением для людей и Нашим милосердием». Дело это решено».

Как сообщает Лука (гл. 1:67–80), после рождения Иоанна на Захарию снизошёл Дух Святой, и тот пророчествовал о том, что его сын будет пророком Всевышнего и приготовит пути Христу-Мессии. Для прояснения истинной роли Предтечи обратимся к одному из новозаветных эпизодов (Лука, гл. 7):

«11. После сего Иисус пошёл в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа. 12. Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города. 13. Увидев её, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь. 14. И, подойдя, прикоснулся к одру; нёсшие остановились, и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань! 15. Мёртвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его. 16. И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой. 17. Такое мнение о Нём распространилось по всей Иудее и по всей окрестности.

18. И возвестили Иоанну ученики его о всём том. 19. Иоанн, призвав двоих из учеников своих, послал к Иисусу спросить: Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого? 20. Они, придя к Иисусу, сказали: Иоанн Креститель послал нас к Тебе спросить: Ты ли Тот, Которому должно придти, или другого ожидать нам? 21. А в это время Он многих исцелил от болезней и недугов и от злых духов, и многим слепым даровал зрение. 22. И сказал им Иисус в ответ: пойдите, скажите Иоанну, что вы видели и слышали: слепые прозревают, хромые ходят, прокажённые очищаются, глухие слышат, мёртвые воскресают, нищие благовествуют; 23. и блажен, кто не соблазнится о Мне!

24. По отшествии же посланных Иоанном, начал говорить к народу об Иоанне: что смотреть ходили вы в пустыню? трость ли, ветром колеблемую? 25. Что же смотреть ходили вы? человека ли, одетого в мягкие одежды? Но одевающиеся пышно и роскошно живущие находятся при дворах царских. 26. Что же смотреть ходили вы? пророка ли? Да, говорю вам, и больше пророка. 27. Сей есть, о котором написано: вот, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою. 28. Ибо говорю вам: из рождённых жёнами нет ни одного пророка больше Иоанна Крестителя; но меньший в Царствии Божием больше его. 29. И весь народ, слушавший Его, и мытари воздали славу Богу, крестившись крещением Иоанновым; 30. а фарисеи и законники отвергли волю Божию о себе, не крестившись от него 31. Тогда Господь сказал: с кем сравню людей рода сего? и кому они подобны? 32. Они подобны детям, которые сидят на улице, кличут друг друга и говорят: мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам плачевные песни, и вы не плакали. 33. Ибо пришёл Иоанн Креститель: ни хлеба не ест, ни вина не пьёт; и говорите: в нём бес. 34. Пришёл Сын Человеческий: ест и пьёт; и говорите: вот человек, который любит есть и пить вино,[180] друг мытарям и грешникам. 35. И оправдана премудрость всеми чадами её».

Этот эпизод включает в себя три тематически различных фрагмента: стихи 11–17 повествуют о деятельности Иисуса; стихи 18–23 о реакции на неё Иоанна Крестителя и ответах Христа посланным ученикам Крестителя; стихи 24–35 о вопросах, поставленных Христом народу, слушавшему его, а также содержат комментарии авторов и редакторов текста новозаветного канона.

Мы начнём рассмотрение этого эпизода с сообщаемого в стихах 18–23. Приводя своё сообщение об этой же посылке Иоанном двух учеников ко Христу с вопросами о нём, Матфей уточняет (гл. 11:2), что в это время сам Иоанн уже находился в заключении, в котором впоследствии и погиб. То есть Иоанн задал через своих учеников вопросы Христу уже после того, как сам же крестил Иисуса и провозгласил людям, что Иисус и есть ожидаемый всеми Мессия-Христос. Эта последовательность событий: сначала провозглашение Иисуса Мессией-Христом, а потом вопросы к нему в смысле «Ты ли Христос? либо нам ожидать другого?» — знаменательна и обличительна.

Если человек верует Богу, и Бог Духом Святым, посыланием ангела или как-то иначе открывает ему некую истину, то верующий не имеет причин к тому, чтобы задавать какие-либо ещё вопросы по этому предмету, поскольку вся необходимая информация ему уже дана в Откровении, сокровенным от других людей способом. Если же он задаёт окружающим вопросы: истинно либо ложно то, что он знает по предмету, о котором его проинформировал сам Бог — то тем самым он обличает либо своё (возможно не осознаваемое им) неверие Богу, либо по существу признаётся в порочности своей нравственности, вследствие чего он и не может отличить наваждение от Откровения и сомневается во всём. Иными словами, у такого человека имеются какие-то зависшие, не разрешённые им своевременно проблемы с совестью и нравственными мерилами. Но при всём при этом он может быть ритуально безупречным и представать истинно святым подвижником во мнении окружающих.

И своим ответом ученикам Иоанна (стихи 22, 23) Иисус по существу предлагает Иоанну обратиться к его же совести, поскольку не даёт однозначного ответа в смысле «да» либо «нет». И как сообщает Новый Завет, и в других эпизодах, когда Иисуса спрашивали о чём-либо, он не давал формально однозначных ответов «да» либо «нет», а его ответы были всегда таковы, чтобы ответ в смысле «да» либо «нет» дала совесть вопрошавшего.

То есть задавая вопросы Иисусу о нём и его миссии, после того как сам же провозгласил Иисуса Христом-Мессией, Иоанн предстаёт не как истинный пророк по совести Всевышнего Бога, а как один из многих людей мира сего, вполне способных соблазниться об Иисусе. Соответственно, после ухода учеников Иоанновых Иисус обращается к совести всех свидетелей происшедшего, задавая им вопросы уже об Иоанне.

Но вот стихи с 26 по 30-й включительно, если их признать истинными, обесценивают и делают бессмысленными все многократные предложения Христа обратиться каждому, включая и Иоанна-«пророка, и больше пророка», к их собственной совести.

Тем самым стихи 26–30 вероломны по отношению к вере по совести непосредственно Богу, проповедуемой Христом, и потому являются подлогом, предназначенным для того, чтобы подавить голос совести человека авторитетом Христа, возведённого в ранг культовой личности «Богочеловека»; а также и авторитетом Иоанна, пророческая миссия которого якобы подтверждена «Богочеловеком». Эти слова проистекают от редакторов канона Нового Завета: обращая Иоанна к необходимости разрешить какие-то его личностные проблемы с нравственными мерилами и совестью, Иисус не мог провозгласить его «бульшим, чем пророк», хотя и мог признать, что «из рождённых жёнами нет ни одного пророка больше Иоанна Крестителя; но меньший в Царствии Божием больше его». Это всё в совокупности означает, а последние слова цитированной фразы прямо говорят, что Иоанн, будучи одним из лучших людей за всю историю земного человечества, всё же не дорос до Царствия Божиего.

Поэтому Иоанн Креститель вполне мог руководствоваться при встрече и сопровождении Христа не Святым Духом от Бога, а быть эгрегориально запрограммированным пророчеством Исаии, которому и следовал в жизни. Как бы то ни было, но эти идейные первоосновы — искупление Мессией грехов за всех якобы предопределённой «пророчеством» казнью и чудесным воскресеньем — прочно вошли в новозаветные каноны и стали основой библейского христианства.

Библейский рассказ про Иисуса Христа.

Изучить и осмыслить Новый Завет, конечно, легче чем понять Ветхий Завет. Но всё же для того, чтобы разобраться в написанном — нужно много потрудиться. Поскольку Русская цивилизация существует уже около 1000 лет под идейной вывеской «христианства» (православия), все, кто хоть немного небезучастен к своей истории, к истории своих предков, должен в определённой мере иметь представление о содержании основного идеологического «документа», которым в той или иной мере руководствовались несколько десятков поколений наших предков.

Кроме того, есть причина и посерьёзнее, чем историческая память. Поскольку, люди Русской цивилизации, даже будучи убеждёнными противниками «религиозного мракобесия», не появились на свет «первозданно» (как библейские Адам и Ева), а являются закономерным продолжением своих родов (по генеалогическим линиям), то, проследив эти генеалогические линии «назад» хотя бы на три-пять поколений (кто имеет такую возможность), большинство обязательно обнаружит у себя в роду не только верующих православных предков, но и даже, возможно, священников. Таким образом, прямое духовное наследие — то, что уверенно передаётся не через духовный мир, общий для всего народа, а по родовым линиям от предков к потомкам содержит библейскую алгоритмику самоуправления, передающуюся в обход сознания как наследие родовых эгрегоров (по меньшей мере). К этому добавляется общий для народа духовный и вещественный мир — вся культура, наследуемая народом от предыдущих поколений. В её алгоритмике — тоже преобладает библейская составляющая.

Именно поэтому — замечает в себе человек Русской[181] цивилизации наличие библейских стереотипов самоуправления, либо не замечает — библейские стереотипы поведения обязательно присутствуют как духовное наследие жизнедеятельности и веры большинства предыдущих поколений от крещения Руси. Для того, чтобы не быть заложником библейских стереотипов поведения (а они крайне катастрофичны и пагубны для людей) есть лишь один действенный способ сделать их безопасными: их надо знать, понимать и распознавать что в них хорошо, а что плохо с позиции верующего Богу человека.

Поскольку повествование Нового Завета в своей первой части замкнуто на жизнь Иисуса Христа, кратко остановимся на изложении библейской версии, являющейся первоосновой последующей «христианской» веры. Это необходимо для наилучшей ориентации в библейских якобы деяниях Христа, на которые мы будем неоднократно ссылаться в дальнейшем — чтобы не плутать «в трёх соснах» широко известного библейского рассказа о жизни Иисуса Христа. Впоследствии, принимая во внимание этот рассказ, легче будет рассуждать о том, что в действительности могло быть, а что выдумано для создания библейского мифа о Христе, на основе алгоритмики которого большинство людей Русской и Западной цивилизаций продолжают самоуправляться в настоящем, даже не подозревая этого. Всё дело в том, что библейский миф-история жизни и смерти Иисуса Христа сопровождается множеством нравоучений, а сам миф является стержнем-ядром библейской веры.

Историческая наука не располагает достоверными однозначно воспринимаемыми всеми учёными сведениями об Иисусе Христе. Евангелия Нового Завета были окончательно приняты и отредактированы лишь в IV веке н. э. Их текстологический анализ свидетельствует, что они были записаны не в Палестине. Некоторые учёные считают, что Евангелия были записаны «в определённых кругах еврейской диаспоры».[182] Кроме того, евангельские рассказы полны противоречий, разночтений и неточностей. Античные авторы I века, среди которых знаменитые Светоний, Тацит, Иосиф Флавий[183] не могли не заметить такого знаменательного события как евангельская проповедь Иисуса и мученическая смерть, описанная в Евангелиях, однако об этом они практически ничего не сообщают.

Для учёных разнообразных направленностей исследования (мифологических, исторических, богословских) важно одно: насколько правдив совокупный евангельский рассказ, представляющий фрагменты жизни и образ Иисуса Христа. До нашего времени дошло около 9 тысяч фрагментов Нового Завета — больше чем от всей античной литературы. А из нескольких сотен Евангелий были выбраны лишь четыре, которые и составили «христианскую» основу (первую часть — около половины по объёму) Нового Завета. Считается, что первые записи Евангелий были сделаны ещё в I веке. Кроме того, известно что из четырёх авторов канонических Евангелий — Матфея, Марка, Луки и Иоанна — только Марк и Иоанн были апостолами Христа — его непосредственными учениками. Матфей же был учеником апостола Петра, а Лука — спутником «апостола» Павла.[184].

Согласно сведениям, взятым в основном из Евангелий и составленных на их основе, Иисус (греческое произношение еврейского имени — Иегошуа)стал широко известен как Христос (Мессия, Помазанник), и сочетание Иисус Христос — наиболее привычно для библейского общества. Родился Иисус, как утверждают исследователи, между 7/6 — 4/3 гг. до н. э. в Галилее (официально — в Вифлееме, в нескольких километрах от Иерусалима, где позднее был воздвигнут храм Рождества Господня). При жизни Иисуса также называли Назареянин или Назарей. Во-первых, Иисус был родом их маленького городка Назарет (несколько тысяч жителей) и во-вторых, он дал обет «назарейства» — чистоты служения Богу: библейские источники Марк 10:47; Лука 18:37; Иоанн 19:19; Деяния апостолов 6:14, 22:8; о назареях — книга Числа 6:2–4.

Новая эра берёт начало от времени рождения Иисуса Христа. Новый порядок летоисчисления был положен в IV веке н. э. вместе с принятием библейского христианства государственной религией Рима. До этого все страны Средиземноморья вели отсчёт времени от основания Рима. По их летоисчислению рождение Иисуса Христа произошло в 752/753 году от основания Рима.

Библейская история начинается с рождения Иисуса в Вифлееме, куда его семья переехала, когда по приказу римского императора Октавиана Августа проводилась всеимперская перепись населения. Мы уже указывали на совпадение версий Нового Завета и Корана — зачатия Христа от Духа Святого Марией, весть о чём принёс архангел Гавриил. Возможно, что выбрать чистого человека, которому Бог дал возможность творить чудеса исцеления и проповедовать Истину — в среде «грехорождённых»[185] было невозможно. Но это — всего лишь рассуждения на базе библейской и коранической версий о рождении Иисуса Христа. Если же посмотреть на вопрос отвлечённо от писаний, то такая помощь Свыше (непорочное зачатие) является в некоторой мере навязыванием людям своей воли, вместо данной свободы самим разбираться в жизни и выбирать путь по своей нравственности… Тем более, что Бог не мог не предусмотреть большую вероятность обожествления людьми, легко впадающими в искушение, «непорочно зачатого» посланника… Зачем же Богу создавать повод для искушений?

Как бы то ни было, но возведение в ранг непорочного исключительно[186] зачатия Христа Марией Девой от Духа Святого — действительно одно из кощунственных, сатанинских положений церковного вероучения, богохульно в умолчании предполагающее, что все остальные зачатия людей обречены самим Богом быть порочными. Зачатие Христа от Духа Святого действительно, как и восприниматся верующими — чудесно и действительно непорочно. Но также непорочно (хотя и лишено ореола сверхъестественного чуда) всякое зачатие естественным образом[187] человека супругами, которым Бог даровал Свою Любовь. И такое зачатие должно стать нормой в жизни общества. Порочно же всякое зачатие, осуществившееся без дарованной Богом Любви, происшедшее всего лишь на основе отработки алгоритмики совокупления мужчины и женщины под водительством исключительно животных инстинктов или переизбытка энергии со скуки вне зависимости от того, произошло такое зачатие в ритуально освящённом церковью браке либо же произошло оно в блуде супругов или холостяков.

* * *

Существует и отличная от Нового Завета и Корана версия рождения Иисуса Христа. Она оглашена русским богословом М.А.Булгаковым в романе «Мастер и Маргарита». На вопрос Пилата о происхождении Иешуа отвечает (пояснения в угловых скобках и выделение жирным наши):

«— Имя?

— Моё? — торопливо отозвался арестованный ‹Иешуа›, всем существом выражая готовность отвечать толково, не вызывая более гнева ‹Перед этим кентурион[188] Марк Крысобой вывел Иешуа из колоннады, где Пилат проводил допрос, ударил его бичом, и объяснил, как требуется держать себя перед прокуратором›.

Прокуратор сказал негромко:

— Моё — мне известно. Не притворяйся более глупым, чем ты есть. Твоё.

— Иешуа, — поспешно ответил арестант.

— Прозвище есть?

— Га-Ноцри.[189].

— Откуда ты родом?

— Из города Гамалы, — ответил арестант, головой показывая, что там, где-то далеко, направо от него, на севере, есть город Гамала.

— Кто ты по крови?

— Я точно не знаю, — живо ответил арестованный, — я не помню моих родителей. Мне говорили, что мой отец был сириец…».

Ответ Иешуа на вопрос одинаково отрицает как библейские, так и коранические свидетельства о рождении и детстве Христа, согласно которым он знал своих родителей, знал о его зачатии праведной девственницей от Духа Святого, что противоестественно по понятиям обыденности.

В версии событий «Мастера и Маргариты» Иешуа — обычный человек, каких много, но который отличается от подавляющего большинства тем, что целенаправленно активно, радостно и бесстрашно познаёт и осмысляет Жизнь с верой и доверием Богу, как показывают его дальнейшие ответы Пилату в романе, и щедро делится своими познаниями и пониманием происходящего и перспектив со всеми окружающими, кто готов его слушать, не делая исключений ни для кого.

* * *

Новый Завет сообщает что рождение Иисуса сопровождалось чудесами. По переезду в Вифлеем с рождением Иисуса сонмы ангелов стали возвещать о рождении «Сына Божиего». К месту рождения Иисуса пришли три мага-«волхва» из Персии,[190] чтобы поклониться Спасителю. Через восемь дней младенцу сделали обрезание и дали имя Иегошуа. А через сорок дней маленького Иисуса родители отнесли в Иерусалимский храм для обязательного для всех иудейских первенцев ритуала «посвящения Яхве». Здесь свершилось очередное чудо: старец Симеон, всю жизнь ожидавший пришествия Мессии, узнал его в Иисусе. Узнала Иисуса и Анна пророчица (Лука 2: 21–32).

Но в Евангелие от Матфея (2: 13–19) сказано совсем иное. Слухи о рождении Мессии вскоре достигли правителя Иудеи Ирода Великого. Царь Ирод с маниакальной яростью реагировал на любую угрозу своей власти — реальную и мнимую. Предупреждённый ангелом, Иосиф вместе с семьёй бежал в Египет и прожил там до смерти царя Ирода. После чего вернулся в Назарет.

Кроме этих эпизодов жизни Иисуса Христа (когда ему было 12 лет) до начала его проповеди уже взрослого человека есть ещё один, вошедший в Евангелие от Луки:

От Луки 2.

39 И когда они совершили все по закону Господню, возвратились в Галилею, в город свой Назарет.

40 Младенец же возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на Нем.

41 Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи.

42 И когда Он был двенадцати лет, пришли они также по обычаю в Иерусалим на праздник.

43 Когда же, по окончании дней праздника, возвращались, остался Отрок Иисус в Иерусалиме; и не заметили того Иосиф и Матерь Его,

44 но думали, что Он идет с другими. Пройдя же дневной путь, стали искать Его между родственниками и знакомыми.

45 и, не найдя Его, возвратились в Иерусалим, ища Его.

46 Через три дня нашли Его в храме, сидящего посреди учителей, слушающего их и спрашивающего их;

47 все слушавшие Его дивились разуму и ответам Его.

48 И, увидев Его, удивились; и Матерь Его сказала Ему: Чадо! что Ты сделал с нами? Вот, отец Твой и Я с великою скорбью искали Тебя.

49 Он сказал им: зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?

Составители канонов Нового Завета странным образом ограничили жизнь Иисуса Христа первыми днями после рождения и эпизодом, когда ему было 12 лет. Как будто всё остальное время он ничего замечательного не делал, нигде не был и никто о нём не знал. При сопоставлении историй Иисуса Христа до начала его проповеди из двух Евангелий (Матфея и Луки) возникает масса вопросов.

Как с приношением младенца во храм на восьмой и сороковой день соотносится сообщение о том, что сразу же по рождении Христа святое семейство удалилось в Египет на несколько лет, как то рекомендовал Ангел Божий, упреждая посягательство на жизнь Христа со стороны царя Ирода? Появление младенца в столичном Храме для посвящения Богу и обрезания на восьмой день в то время, как Иродовы спецслужбы ищут младенца, а ангел Божий прямо повелел Иосифу скрыться с семьей от Иродовой злобы в Египте и пребывать там, доколе он же не скажет, что можно возвращаться (Матфей, 2:13) — невозможно для верующих Богу Иосифа и Марии, а не то что «вызывает сомнения». Не в течение же восьми дней от рождения Иисуса до дня обрезания (либо сорока дней) святое семейство успело добраться до Египта, царь Ирод успел умереть,[191] после чего семейство, снова уведомлённое ангелом (Матфей, 2:19), вернулось на родину, а младенец был принесён во Храм, где Симеон «богоприимец» и Анна-пророчица его увидели, опознали и провозгласили Христом-Мессией?

Кроме того, родословные Иисуса Христа, приводимые в Новом Завете: у Матфея (гл. 1:1 — 17) и у Луки (гл. 3:23–38) — не совпадают. Есть и другие взаимно исключающие друг друга сообщения разных новозаветных Евангелий.

Уверовать в то, что вся эта разноголосица взаимоисключающих друг друга мнений об одних и тех же событиях — истина, возможно, но только отказавшись от собственного разума. А если точнее — то уверовать в истинность всего этого возможно, только сдав разум в аренду тем, кто поддерживает эгрегориальный культ на основе опровергаемого Языком Жизни постулата «Библия — слово Божие».

Но есть и вопросы на основе того, что написано в Новом Завете о детстве и юношестве Христа. После всего того, что сообщает новозаветный канон, плюс к тому, что сообщает о рождении и детстве Иисуса Коран,[192] священническая верхушка Иерусалима внезапно «впала в забытьё», и когда взрослый Иисус приступил к исполнению своей миссии, то она якобы не знала, с кем имеет дело.

Даже, если истинна версия, высказываемая многими эзотерическими школами, о том, что с юности до начала проповеднической миссии в Иудее Иисус странствовал по свету, побывав во многих землях, воочию ознакомившись с жизнью других народов, а не жил непрестанно в Иудее, то и в этом случае после его возвращения на родину такое беспамятство священнической верхушки вызывает удивление, поскольку они не могли не знать сказанного в Храме Симеоном и Анной, не могли не наблюдать, как растёт Христос, не могли не знать, что он же приходил к ним в Храм 12-летним подростком, и ещё много чего они не могли не знать, но когда Христос, став взрослым, приступил к своей миссии, первосвященники, которые записывали и хранили в Храме родословные всех иудеев, вели себя так, будто им ничего неведомо.

После встречи с Иоанном Крестителем и крещения, о чём мы говорили выше, Иисус удалился в пустыню (согласно Новому Завету), где сорок дней размышлял о жизни, соблюдая строгий пост. Здесь его ждало испытание — когда пост заканчивался, ему явился Сатана со своими искушениями, которые Иисус все отверг (Матфей 4: 1- 11). В процессе трёх лет странствований, проповедей и чудесных исцелений в различных областях Палестины, его сопровождали двенадцать учеников (апостолов): Пётр (Симон), Андрей, Иаков, Иоанн, Филипп, Варфоломей, Матфей, Фома, Иаков Алфеев, Иуда-Фаддей, Симон Зелот и Иуда Искариот. Лишь Петру, Иоанну и Иакову Иисус открылся в эпизоде «преображения» (Матфей гл. 17; Марк, гл. 9).

Проповеди Иисуса вызывали гнев со стороны иудейских священников и книжников. Гнев порождали его необычные и неприемлемые для ортодоксов и верхушки синедриона проповеди и притчи, в которых он аккуратно призывал нарушать некоторые запреты иудаизма в пользу здравого смысла. К таким нарушениям, например, относятся исцеления людей в субботу, запретную иудеям для всякого труда. Иисус показывал притчами и своим примером, что для настоящего Добра и Справедливости нет никаких ограничений, даже если эти ограничения записаны в иудейский закон:

От Матфея 12.

10 И вот, там был человек, имеющий сухую руку. И спросили Иисуса, чтобы обвинить Его: можно ли исцелять в субботы?

11 Он же сказал им: кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит?

12 Сколько же лучше человек овцы! Итак можно в субботы делать добро.

Конечно приписок к проповеди Иисуса — множество. Но рекомендации делать конкретное Добро всегда — конечно же исходят от самого Иисуса. Это логика здравомыслящего человека, а не книжника-буквоеда-«зомби», коими были практически все ортодоксы, которых пасла верхушка посвящённых храма.

Но, следуя дальше этой логике Иисуса Христа, которой он некоторое время учил своих учеников-апостолов, нужно признать, что сам Иисус никак не мог помогать его опекунам программировать психику учеников на очевидное зло — на свою казнь — не казнь праведника. Однако именно это программирование вошло в Новый Завет и работает по сей день:

От Матфея 26.

55 В тот час сказал Иисус народу: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня.

56 Сие же все было, да сбудутся писания пророков. Тогда все ученики[193], оставив Его, бежали.

Иудейская логика такая: овцу надо спасать даже в субботу (Матфей 12:11–12), а когда праведнику грозит опасность можно бежать — лишь бы сбылось писание, которое сам Иисус не всегда признавал… Как мог человек, призывающий нарушать земной иудейский закон в случае если животному (овце) грозит смертельная опасность, призывая вытащить эту овцу из ямы — одновременно учить апостолов способствовать скорому уничтожению самого себя (лучшего из человеков, у кого они должны были учиться и кто был в их понимании «Божиим воплощением»), программируя их психику, что «так и должно быть согласно пророчеству» (о чём учит Новый Завет)?

Из логики-контекста Нового Завета вытекает, что жизнь человека была для Иисуса менее важна, чем жизнь овцы.[194] Не поэтому ли тот же Новый Завет сравнивает Иисуса с Агнцем, добровольно идущим на заклание:

От Иоанна 1.

29 На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.

Это сравнение — дело рук составителей Нового Завета, для которых нету разницы между жертвенным животным и человеческой жертвой «необходимой» для продолжения многовековой мистерии с разнообразными жертвоприношениями во исполнение глобального сценария. В библейском сценарии праведника-человека всегда рекомендуется убить (если невозможно употребить для своих целей)[195] — даже вперёд жертвенного животного: животное убить всегда успеется (оно социально не опасно), а вот праведник-человек при жизни может наделать «мировой закулисе» неприятностей.

Коварный библейский алгоритм прочно вошёл в коллективное бессознательное народов библейской цивилизации: евро-американский Запад + Россия. Заключается он в следующем. Библейское общество всячески противостоит праведности людей, извращённо реагируя на её проявления пока эти люди живы.[196] Как только праведники уходят в мир иной, в библейском обществе принято скорбить об их праведных деяниях, посыпая «пеплом» головы, о том, что живущие якобы не поняли этих людей и их доброты. Однако, при этом скорбящие даже не пытаются следовать рекомендациям живых и усопших праведников, понять и переосмыслить их призывы, бессмысленно переживая свою непонятливость и возвеличивая покойников (часто даже до уровня полубогов и святых). Таким образом при жизни праведников преследуют, а по смерти бессмысленно возвеличивают, ничего не принимая от их наследия. Такое общество работает на подавление всякой праведности и живёт по писанным «законам» для паствы: иудейским, римским, «христианским» и прочим. А бессмысленные переживания позволяют на некоторое время (до очередного переживания)[197] освободиться от негативных эмоций, чем создаётся ощущение-иллюзия, что праведник действительно искупает за переживающих их грехи.

Гнев книжников и их хозяев вызывали и многочисленные общения Иисуса с язычниками и закоренелыми грешниками — блудницами и мытарями, прощение им грехов и добрая помощь простым людям и «изгоям общества», как считалось у иудеев. Особенно злило «законников» то, что Иисус уделял «изгоям» не меньше времени, чем им самим и общался с «изгоями» в более добром тоне, чем с книжниками и фарисеями (духовной иудейской «элите»), которых он постоянно обличал в двуличии и лицемерии. Также законников злил и дар Иисусу Свыше чудесного исцеления (как сказано в Новом Завете), благодаря которому многие люди следовали за Иисусом, обретали веру через чудеса.[198] В общем, Иисус вызывал такую ненависть у ортодоксальных иудеев, что те только искали удобного случая его погубить.[199].

Христос учил людей новой религии — религии веры Богу. Он проповедовал всеобщее равенство, призывал людей жить по совести, а не по иерархическому статусу в обществе. В первую очередь своим ученикам, ближнему окружению он давал стереотипы общинного образа жизни и веры Богу своим примером. Но даже из Нового Завета можно увидеть, что его проповеди и некоторые возможные чудеса, представленные людям, воспринимались как сверхъестественный дар «богочеловека», а не как результат диалога человека с Богом, доступный людям по их вере. Вместо постижения новой религии большинство учеников просто восхищались, соблазнялись сверхвозможностями Иисуса и поклонялись его личности, авторитету учителя, следуя за ним как за высшим магом. Это апостольское восприятие Иисуса очень хорошо видно в эпизоде «Преображения Господня» (Матфей 17: 1–6) и многих других эпизодах.

Иисус ждал от своих учеников появления у них пророческих, жреческих навыков и способностей, какие были у него. И призывал учеников следовать его религии — распространять жреческие навыки на всё общество человеков. История почти не знает реального Иисуса Христа, но знает библейского Иисуса Христа. Большинство людей знает лишь библейского Иисуса, даже не имея возможности представить его каким-либо другим.[200].

Иисус не первый, кто призывал людей к новой вере. Самый известный до него праведник Моисей — учил тому же самому. И также как в случае Иисуса история знает двух Моисеев. Как в Библии представлено два взаимно исключающих образа Бога[201] точно так же в ней представлено и два взаимно исключающих друг друга образа Моисея. Один «Моисей» положил начало доктрине порабощения человечества на основе ветхозаветно-талмудического расизма и иудейской монополии на знание и ростовщичество. Другой Моисей, пребывая среди евреев, противостоял этой доктрине и действовал в русле веры Богу. И в библейском тексте сохранилось описание следующего эпизода, который показывает, что сам исторически реальный Моисей понимал смысл пророческой миссии человека совершенно не так, как это представляют служители библейских культов (выделения при цитировании наши):

«24. Моисей вышел и сказал народу слова Господни, и собрал семьдесят мужей из старейшин народа и поставил их около скинии. 25. И сошёл Господь в облаке, и говорил с ним, и взял от Духа, Который на нём, и дал семидесяти мужам старейшинам. И когда почил на них Дух, они стали пророчествовать, но потом перестали. 26. Двое из мужей оставались в стане, одному имя Елдад, а другому имя Модад; но и на них почил Дух [они были из числа записанных, только не выходили к скинии], и они пророчествовали в стане. 27. И прибежал отрок и донёс Моисею, и сказал: Елдад и Модад пророчествуют в стане. 28. В ответ на это Иисус, сын Навин, служитель Моисея, один из избранных его, сказал: господин мой Моисей! запрети им. 29. Но Моисей сказал ему: не ревнуешь ли ты за меня? о, если бы все в народе Господнем были пророками, когда бы Господь послал Духа Своего на них!» (Числа, гл. 11). Ответ Моисея Иисусу Навину[202] в приведённом эпизоде хотя и сохранился, но всё же подвергся искажению. Было сказано: «Не ревнуешь ли ты за меня? О если бы все люди были пророками, когда Бог послал Духа Своего на них!» Иного смысла не могли нести слова одного из истинных жрецов. Каким бы ни был исторически реальный Моисей, но библейский персонаж «Моисей» — основоположник доктрины Второзакония-Исаии — своего рода эгрегориальная кукла Моисея, целенаправленно сконструированная на потребу хозяевам глобального библейского проекта порабощения человечества.

Из авторитета Иисуса (создания своего авторитета сам Иисус всячески избегал — что можно увидеть из ряда эпизодов Нового Завета) тоже сотворили библейскую эгрегориальную куклу. Как можно понять из новозаветной истории, никто из учеников так и не поднялся до уровня близкого к пониманию религии веры Богу Иисусом. И, поскольку самого Иисуса «мировая закулиса» не смогла склонить на свою сторону и употребить, то ей ничего не оставалось, как употребить авторитет Иисуса и некоторых его учеников — на которых было проще воздействовать обманом, поскольку они и сами психически были готовы обманываться. Евангельские рассказы — не всё сплошная выдумка злобствующей «мировой закулисы». Во многом это плод понимания жизни и миссии Иисуса самими евангелистами. Их психика восприняла Иисуса таким, каким он описан в четырёх Евангелиях. Конечно, к этому много чего добавили, дописали, исказили.

Дело в том, что психика апостолов и других людей, находящихся вокруг Иисуса при его жизни, формировалась в системе стереотипов ведически-знахарской культуры, где к тому же доминировал злобный иудаизм. Поэтому информация, которую нёс Иисус, ложилась в психику слушателей не в «пустоту», а на сформированные столетиями в преемственности поколений стереотипы-алгоритмы взаимоотношений «учитель-ученик» и систем посвящения. Даже если ученики и не были непосредственно связаны с какой-либо знахарской иерархией, то всё равно духовно-книжное доминирование иудаизма, который был возвышен в знаниях — эгрегориально обеспечивало знахарское восприятие учителя, кем бы он ни был. То есть, эгрегор иудаизма-«Яхве», эгрегоры эллинистической культуры и прочие прочно сидели на психике людей, управляя её алгоритмикой. А вся информация, поступающая в психику с уровня сознания, преломлялась через эти ведически-знахарские бессознательные стереотипы.

Новый Завет указывает на стремление некоторых (основных) апостолов Христа к обособлению с ним в некую корпорацию, которая очень похожа (по описаниям) на знахарскую. Скорее всего многочисленные эпизоды с притчами, которыми говорил Иисус, искажены,[203] а многие обстоятельства при которых он выдавал ту или иную притчу — надуманы. В то же время, как мы говорили выше, ученики и сами стремились к обособлению в некую корпорацию во главе с Иисусом. И понятое ими впоследствии легло в основу канонов Нового Завета. Всё это (цензура составителей и понимание учеников) создало почву для последующего обожествления и канонизации самих учеников-апостолов — за то, что они были рядом с Иисусом Христом.

Причиной желания учеников обособиться могла быть неосознаваемая самими апостолами, но психически обусловленная замкнутость их на ведически-знахарскую культуру, в которой принято скрывать новые знания, оставляя их «для себя». А Иисуса они бессознательно отождествляли с иерархом своего клана — самого крутого «эзотерического» клана новых «посвящённых». Что в принципе, как видно из Нового Завета, было тогда возможным для людей, поскольку Иисус говорил на толпу притчами,[204] а апостолам якобы говорил — прямо (выделено жирным нами):

От Матфея 13.

9 Кто имеет уши слышать, да слышит!

10 И, приступив, ученики сказали Ему: для чего притчами говоришь им?

11 Он сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано,

12 ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет;

13 потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют;

14 и сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: слухом услышите — и не уразумеете, и глазами смотреть будете — и не увидите,

15 ибо огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их.

16 Ваши же блаженны очи, что видят, и уши ваши, что слышат,

17 ибо истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали.

Не мог праведник поддерживать до него сложившуюся знахарскую систему по принципу: вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано — даже если он и ощущал полную безнадёжность многих людей[205] (они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют), Иисус лечил безнадёжных и воскрешал покойников… и вдруг тот же Иисус ставит «крест» на многих заблудших и отделяет их от кучки учеников. Скорее всего это интерпретация «закулисы» слов Иисуса, либо апостолы сами таким образом видели алгоритм общения с ними Иисуса, превознесясь в самомнении после его ухода в мир иной, поскольку сам Иисус был им более доступен, чем толпе.

Эту версию подтверждает историческая истина, которая касается сбывчивости «пророчества Исаии над ними» (имеется в виду — над непосвящённой толпой): это «пророчество» сбылось и над толпой и над апостолами — и нет по отношению к «пророчеству» Исаии разницы между посвящёнными апостолами и толпой: и те и другие в него верили и были им запрограммированы до смерти. А значит слова Иисуса «огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем» — относятся и к его близким ученикам.[206].

Новый Завет повествует, что на третий год своих странствий по Иудее, накануне праздника Пасхи, Иисус торжественно въехал в Иерусалим верхом на ослице, сопровождаемый не только учениками, но и толпами простого народа, восклицающего «Осанна!» (как и должны были приветствовать по еврейскому преданию Мессию). Разгневанные блюстители иудейского закона — первосвященники — решили предать Иисуса их религиозному суду (синедриону). Вот как это выглядит в Новом Завете:

От Матфея 21.

10 И когда вошел Он в Иерусалим, весь город пришел в движение и говорил: кто Сей?

11 Народ же говорил: Сей есть Иисус, Пророк из Назарета Галилейского.

12 И вошел Иисус в храм Божий и выгнал всех продающих и покупающих в храме, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей,

13 и говорил им: написано, — дом Мой домом молитвы наречется; а вы сделали его вертепом разбойников.

14 И приступили к Нему в храме слепые и хромые, и Он исцелил их.

15 Видев же первосвященники и книжники чудеса, которые Он сотворил, и детей, восклицающих в храме и говорящих: осанна Сыну Давидову! — вознегодовали.

В дальнейшем библейская история Христа продолжается охотой за ним синедриона, желающего ввязать в аферу ареста и казни римские власти. Синедрион прибегает к предательству в среде учеников: предателем становится Иуда Искариот, который за деньги (30 серебряных монет) берётся указать на учителя властям. После Тайной Вечери (Матфей 26: 18–35) была молитва в Гефсиманском саду, которую апостолы проспали. Утром после молитвы стражники по наводке Иуды Искариота схватили Иисуса и тот предстал перед римским прокуратором Понтием Пилатом.

Подготовка и кризис первоначального сценария.

Задача «мировой закулисы» в связи с подготовкой отражения прихода посланника Свыше (самочинного пророка, поддержанного Богом согласно его праведности) была многоплановой:

· Нужно было запятнать кровью Мессии иудеев с целью последующего противопоставления библейского христианства иудаизму — дабы не дать смешаться двум иерархически организованным составляющим будущей веры, иудаизму и «христианству». Парадокс состоял в том, что Мессию ждали иудеи, как Спасителя, зная из «пророчества» Исаии, что он должен добровольно стать жертвенным Агнцем. Но в «пророчестве» не было сказано, про инициацию казни Спасителя самими иудеями. Новый Завет же повязал кровью не только верхушку синедриона,[207] но простых иудеев из толпы.[208] Возможно что имя предателя Иуды Искариота — тоже выбрано специально, чтобы ассоциативно у всех «христиан» возникала ненависть к иудаизму. А у иудеев всегда была «памятка» о «подвиге» своего соплеменника, совершившего самое крупное в истории иудаизма жертвоприношение.

· Одновременно с этим нужно было запятнать кровью праведника римскую власть, чтобы последняя была накрепко повязана с «мировой закулисой» единым сценарием в отношении употребления в своих целях прихода праведника. Такая кровавая завязка позволяла ещё крепче установить контроль за иерархами римской власти и манипулировать ею как в отношении судьбы иудеев, так и в отношении дальнейшей религиозной вывески для толпы. Что и произошло после ухода Иисуса в мир иной: иудеи были жестоко наказаны, после чего рассеяны в «вечные» диаспоры, а в Римской империи началась эпоха библейского христианства. При этом иудеям после неудачных восстаний в период первого «холокоста» (66 — 132 гг.) добавили много ненависти к римским «гоям», а вина за неудачи «несчастных евреев» легла в том числе и на непризнанного ими же Мессию, ставшего «Богом» всех «христиан» в Римской империи. Как можно понять из истории Рима, римские власти не сильно сопротивлялись «христианизации» империи, поскольку им было выгодно единобожие, укрощавшее рабов.

Короче говоря, «мировая закулиса» решила пройти между «Сциллой и Харибдой». Им надо было сохранить иудаизм для евреев: несмотря на приход еврейского Мессии, не смешивать «христианство» с иудаизмом и одновременно с этим создать послушную церкви общность людей, которая, признавая богоизбранность иудеев и их писание (Ветхий Завет), даже несмотря на предательство иудеями Христа — жила бы по законам Нового Завета. Для определённого оправдания в глазах «христиан» иудеев и сохранения за ними статуса «богоизбранного народа» № 1, части иудеев была, задолго до прихода Христа, уготовлена миссия подготовки к его приходу, сопровождения Христа и главное — последующего за уходом Христа в мир иной распространения «христианства» в среду «языческих» народов.

Всё это настолько запутало большинство исследователей истории Ветхого и Нового Заветов, что они до сих пор не могут понять историческую роль иудеев («богоизбранного народа» № 1) и «христиан» («богоизбранного народа» № 2). А о простых людях, не вникающих в Библию и историю — и говорить нечего: всё так изначально запутано, что в среде «христиан» доминируют два противоположных мнения. Первое: иудеи — «богоизбранный народ», как и «христиане»; второе: иудеи — обрекли «Сына Бога» на казнь и нет им прощения.

Роль подготовки к приходу Мессии выполняла Кумранская община, о которой мы уже говорили. Духовная роль Кумранской общины заключалась в воссоздании и активизации («оживлении») эгрегора, начало которому положило «пророчество» Исаии — описание алгоритма прихода и казни праведника. Моделирование на практике «Отражения «вторжения» посланника Всевышнего в дела «мировой закулисы» и мероприятия по компенсации нанесённого Им ей ущерба» согласно «пророчеству» Исаии и под контролем иерархов, управляющих священнической верхушкой иудаизма, предопределяло устойчивую бессознательную уверенность большинства иудеев в момент когда «Мессия» действительно пришёл, что он должен принести себя в жертву как говорил «пророк» Исаия. Эту уверенность к тому времени уже обеспечивал управляемый глобальными «менеджерами» эгрегор, поддерживаемый Кумранскими событиями (алгоритмика была заранее опробована и содержательно накачена вплоть до мелочей). Поэтому психика иудеев была прочно замкнута на эгрегор-«пророчество» Исаии — даже если и Иисус опровергал это «пророчество» в среде учеников. Члены Кумранской общины (предположительно ессеи в большинстве) были благонамеренными блюстителями чистоты Закона, живущими аскетической жизнью. Но среди них были и посвящённые в сценарий. Община являлась духовным связующим звеном между иудаизмом и «христианством» — как это надо было в сценарии «закулисы» на этапе «разветвления» библейской концепции на два учения. После ухода Иисуса в мир иной, сыграв роль духовной поддержки встречи и проводов Мессии, община ещё некоторое время являлась держателем «чистоты» добиблейскогопсевдохристианства, развивая в своей среде учение якобы Христа о его смерти и чудесном воскресении и противостоя всяческим другим версиям о Христе, отличным от «пророчества» Исаии.

Ещё раз повторим, что был сценарий «мировой закулисы» и по обузданию Христа и вовлечению его в осуществление планов «мировой закулисы» в отношении глобальной цивилизации. Целью было не предание Христа смерти, как это представляют толпе библейские повествования, а посягательство на употребление его жизни в своих интересах, для чего «мировой закулисе» желательно было преобразить Христа в Антихриста, постаравшись превратить его по возможности в подчинённого себе биоробота-зомби.[209] Для этого было решено показать толпе очевидную якобы казнь Мессии: т. е. было решено вынести в толпу из храма одну из известнейших практик посвящения — мистерию «гибели — воскресения бога».

Но для гарантии успеха этого сценария планируемая якобы казнь должна была быть заведомо не убийственной. Для этого «мировой закулисе» и её инструменту — первосвященнической верхушке — и потребовалось уйти от предусмотренной иудейским законом казни побитием камнями, которое оставляет после себя размозженный, обезображенный труп, вернуть который к жизни, тем более в полном здравии, средствами медицины и магии весьма проблематично. Для осуществления имитации смертной казни более подходило распятие, не оставляющее тяжких телесных повреждений, особенно если казнимого не прибивали к кресту гвоздями, а привязывали верёвками.

Гвозди при распятии употреблялись как один из видов «милости» к казнимому, сокращающей срок мучений, поскольку потеря и общее заражение крови от наносимых гвоздями ран быстрее вводило казнимого в бессознательность и ускоряло смерть; привязанные же казнимые мучились долго, умирая от обезвоживания организма и тепловых ударов на солнцепёке, всё это время пребывая в противоестественной для человеческого тела позе, в которой его мускулатура понапрасну теряла силы, своими бесполезными конвульсиями доставляя дополнительные страдания. Кроме того железо в те времена было относительно дорого, а распятие в Римской империи было массовым видом казни: соответственно железу можно было найти более полезное употребление. Поэтому обычно при распятии употреблялись верёвки, а не гвозди, вопреки тому, как это изображает церковная традиция: тело, с пронзёнными гвоздями ладонями и ступнями, невесомо и прислонено к кресту.[210].

Распятие посредством верёвок не оставляет тяжких телесных повреждений, и потому представляет собой наиболее предпочтительный вид казни для осуществления имитации «смерти — воскресения бога». При оказании медицинской помощи своевременно снятый с креста распятый и якобы умерший — гарантировано остаётся жив.

Такая возможность подтверждается свидетельством Иосифа Флавия. Он в «Иудейской войне» сообщает, что, после подавления иудейского восстания (начало в 65 г. н. э.), многие его участники были преданы реальному — убийственному — распятию. Обходя казнённых, Иосиф Флавий, уже прижившийся при подавлявшем восстание римском военачальнике Веспасиане Флавии,[211] опознал на крестах трёх своих прежних знакомых. По его просьбе они были помилованы: их, уже провисевших на убийственных крестах длительное время, сняли с крестов, после чего им была оказана квалифицированная медицинская помощь и предоставлен хороший уход; хотя двое умерли, но третий выжил. Тем более шансы выжить в не-убийственной имитации казни распятием — близки к 100 %. Эффект воздействия распятия на психику толпы и психику якобы казнимого, на употребление дальнейшей жизни которого в своих целях посягают, может быть усилен за счёт применения снадобий-дурманов, функционально аналогичных тем, что употребляются при превращении неугодных в зомби в обществах, где поддерживается культ Вуду.

Но распятие было римской казнью, и для его осуществления необходимо было вовлечь в сценарий римского прокуратора Иудеи,[212] а для этого необходимо было обвинять Христа не в отступничестве от традиционного вероучения (поскольку Римская империя расширяла свои границы на основе веротерпимости), а в подрыве её государственных основ.

Изменение состава преступления при предъявлении обвинения зафиксировано и в каноническом тексте Нового Завета: в синедрионе — «богохульство» (Матфей, 26:65; Марк, 14:64; Лука, 22:71); «Царь Иудейский», т. е. противник римского цезаря — перед римским прокуратором (Матфей, 27:11; Марк, 15:2; Лука, 23:1–3; Иоанн,[213]18:33). Кроме того вовлечение римской власти в дело придало бы показанной толпе инсценировке «казни — воскресения бога» общеимперскую значимость, что в последствии и подтвердилось в реальности распространением исторически реального христианства. Отсюда проистекает настырность синедриона по вовлечению в дело римского прокуратора и требование именно распятия, что известно по текстам Нового Завета. И, особенно, это бросается в глаза в неканоническом повествовании «Евангелия от Никодима».

«Евангелие от Никодима» — апокриф, не принятый церквями в библейский канон и дошедший до нас в редакции, датируемой не ранее, чем концом IV в. В нём обстоятельно описывается рассмотрение дела у римского прокуратора. Его авторы приводят диалог представителей синедриона и римского прокуратора.

Прокуратор, услышав, что Иисус обвиняется в хуле на Бога, выслушав объяснение Иисуса: «Моисей и пророки писали об этом страдании и воскресении Моём» — дважды предлагает иудеям: «Если эти слова хула, возьмите Его и по закону вашему судите». После первого римского предложения судить по их закону, иудеи объясняют Пилату: «Того, кто хулит Бога, побивают камнями» — но намёк не принят, и вторичный отказ римской власти принять дело о «богохульстве» к рассмотрению, приводит к тому, что кто-то из иудеев проболтался: «Мы хотим распять Его на кресте» («Евангелие от Никодима» цитировано по сборнику «Апокрифы древних христиан». СПб, «Общество Ведической культуры», 1994 г., стр. 50).

Дошли ли эти слова из каких-то текстов на основе воспоминаний очевидцев, либо же они — позднейший плод умозрительной реконструкции прошлой исторической реальности авторами «Евангелия от Никодима», но они говорят, что, несмотря ни на какое промывание мозгов, у многих людей на протяжении последних двух тысячелетий было ясное ощущение злоумышленного втягивания Рима в дело, в котором надиудейская оккультная верхушка исходила из некой, ей известной целесообразности, соответственно которой побитие Иисуса камнями было для неё просто неприемлемо.

Так или иначе, историческая правда (или ощущение истинной подоплёки дела, но без её понимания) в «Евангелии от Никодима» выражена, и она не сгинула в веках: хозяева и заправилы синедриона желали определённо распятия и подстрекали толпу требовать распятия Иисуса от Рима. Забить камнями в обстановке политической нестабильности тех лет иудейская сторона могла кого угодно, не опасаясь римских репрессий, что видно из канонических текстов Нового Завета: неоднократные посягательства на то, чтобы забить камнями Христа (Иоанн, 7:32; 8:59; 10:31), предложение Христу дать санкцию на побитие камнями женщины, взятой в прелюбодеянии (Иоанн, гл. 8), побитие камнями христианского первомученика Стефана (Деяния апостолов, 7:54–60) в присутствии будущего апостола Павла (при этом возбуждённая толпа выволокла Стефана из города через ворота, при которых всегда была стража) — всё это не беспокоило римскую оккупационную власть. Но такая казнь гарантировано сорвала бы осуществление сценария по обузданию Мессии и преобразованию Христа в Антихриста, искусственным созданием вокруг него специфических обстоятельств и возможно применением в отношении него какой-то из уже существовавших в те времена технологии зомбирования.

Отсюда и возникло изменение состава преступления в обвинении Христа перед Пилатом. Обвинение в «богохульстве» снято и выдвигается новое: «Царь Иудейский» — обвинение в посягательстве на разрушение территориальной целостности Римской империи и подрыв её государственности, автоматически вовлекавшее Рим в сценарий закулисной глобальной политики, далеко выходившей (и выходящей поныне) за пределы представлений большинства.

Косвенный признак наличия некоего скрытого сценария и хорошо налаженной системы его осуществления в отношении Христа нашёл своё выражение и в Библии. Но чтобы его увидеть — надо быть внимательным к Жизни; ощущать внутрисоциальное управление, не согласное с совестью, в глобальном историческом процессе; знать литературу, порождённую масонской системой «public relations». Тогда в библейских сообщениях откроется странность: как только где-либо в Библии заходит речь о жречестве Египта или священнической верхушке Иудеи, то все их участники предстают как самостоятельные в своих действиях лица — члены «гражданского общества», в то время как все они в действительности — члены корпораций, действуют в русле объединяющей их социальной доктрины и связаны жесточайшей партийной дисциплиной иерархической системы посвящений (в том числе и тайных). В силу этого обстоятельства между ними не возникают противоречия, а то, что воспринимается сторонними наблюдателями в качестве противоречий и разногласий — представляет собой либо разные ветви одного и того же процесса, либо маскирует что-то ещё в их действиях, что остаётся в умолчаниях.

Сказанное касается и синедриона, возглавляемого Каиафой, который осудил Христа. В данном случае Библия выпячивает на показ патологическую ненависть священнической верхушки к Христу. Да, была искренняя тупая и недалёкая ненависть ко Христу вследствие обеспокоенности за судьбу традиции и её приверженцев. Но это был процесс предназначенный для демонстрации, который должен был сокрыть куда более изощрённый и далеко идущий сценарий вынесенной в толпу храмовой мистерии «убийства — воскресения бога».

Если бы эту имитацию «убийства — воскресения бога» удалось осуществить, то Христос, даже сохрани он психическое здоровье и не превратись в зомби, оказался бы помимо своей воли запятнанным ложью организаторов этой инсценировки. И это — как казалось разработчикам сценария — открывало бы возможности к шантажу его и употреблению его личности и его авторитета в своих целях. Окажись он повязанным с «мировой закулисой» невольным соучастием во лжи имитации казни и последующего своего якобы воскресения, Христос должен был бы служить вождём в походе «мировой закулисы» за установление безраздельного мирового господства в соответствии с доктриной Второзакония-Исаии.[214].

Сценарий был запущен в действие. Христос был взят под стражу, осуждён и предан на казнь. Потом…все воочию видели видение, что казнь свершилась, и сын человеческий умер на кресте. Он должен был быть погребён в специально предназначенной для него пещере-склепе, но… когда наступило утро (либо раньше), выяснилось, что тела в склепе нет, «воскресать» — некому; быть вождём-богочеловеком и царём-Антихриистом — некому. Для посвящённых обнажился крах сценария, возникла необходимость, делать умное лицо, оказавшись в дураках… Все забегали, засуетились.

Соответственно открывшейся крайне малочисленной группе особо доверенных «товарищей» Правде-Истине пришлось на скорую руку, в темпе самопроизвольного развития ситуации, лепить миф о воскресении и вознесении Христа, подкрепляя его чередой экстрасенсорных и эгрегориальных наваждений «явлений воскресшего Христа» среди опекаемых его учеников.

После того, как выяснилось, что могила пуста (либо тело исчезло раньше…), и воскресать для того, чтобы стать богочеловеком царём-Антихристом некому, пошёл процесс управляемого «мировой закулисой» коллективного мифотворчества на основе кумранских разработок, забытых толпой (память у толпы в диапазоне от прямо сейчас до начала осознанной жизни каждого из поколений), но памятных заправилам «мировой закулисы» и их подручным.

Становление нового культа под такой опёкой происходило не только беспрепятственно, но и при поддержке эгрегора доктрины Второзакония-Исаии, «оживлённого» опытом моделирования доктрины в ходе кумранского эксперимента, который его заправилы переводили в новый режим функционирования после первого пришествия Христа-Мессии. Вследствие поддержки со стороны эгрегора доктрины Второзакония-Исаии — попытки противодействия становлению нового культа со стороны отдельных, подконтрольных тому же эгрегору лидеров традиционного иудаизма были обречены на крах. Одной из иллюстраций такого рода краха попытки пресечь становление исторически реального христианства также является судьба апостола Савла-Павла (о чём будет сказано далее).

Истинно свершилось не по Исаии.

Могила — «гроб господень» — в действительности была не востребована по назначению не потому, что Христос воскрес из мёртвых в «третий день по писанием»,[215] а потому, что Бог вознёс Христа к себе, упреждая инсценировку его казни.[216] Бог не только не желал, не предопределял подвергать Христа крестным мукам, как тому учат церкви, но так же не желал, чтобы увенчалась успехом затея вовлечь Христа в грязную инсценировку «казни — воскресения бога» с далеко идущими глобальными целями, о чём паствы церквей не имеют ни малейшего понятия,[217] потому что составляющие их люди уклоняются от того, чтобы принять каждому из них долю в наместничестве Божием на Земле.

Возникает вопрос, почему тогда Бог не позволил ученикам-апостолам защитить Иисуса от римской стражи, как о том повествует Новый завет. Ведь ученики хотели оставаться с учителем и дальше и готовы были пожертвовать собой ради свободы и жизни учителя. Почему Бог не дал такую возможность ученикам? Новый Завет отвечает на этот вопрос следующим образом (выделено жирным нами):

От Матфея 26.

51 И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо.

52 Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут;

53 или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?

54 как же сбудутся Писания, что так должно быть?

В этом коротком отрывке очень многое сказано: сказано самим Иисусом, добавлено «за него» и умолчено.

· Церковники утверждают, что Иисус отказался от помощи, дабы «сбылись Писания» — «пророчество» Исаии, которое распространял Иоанн Креститель.

· Сам Иисус скорее всего говорил «взявшие меч, мечом погибнут». Силовое противодействие сценарию «закулисы» со стороны Христа в тогдашних общественных условиях сделало бы его неотличимым — с точки зрения толпы — в средствах достижения от «мировой закулисы» и её периферии. Все вожди, призывая к применению силы и применяя её, ссылаются на то, что они защищают Правду-Истину. И собирают под свои знамёна многочисленные толпы тех, кто сам не может отличить Правду ото Лжи и потому несут зло и проливают моря крови даже во имя действительно провозглашённых кем-то состоятельных идеалов Правды-Истины. Поэтому оказание Христом силового противодействия сценарию пленения Мессии и употребления его по своему усмотрению не противоречило целям «мировой закулисы», вписывалось в её глобальную стратегическую сценаристику, но не отвечало Промыслу и противоречило его целям: чтобы все люди состоялись к качестве наместников Божиих.

· В умолчаниях осталось, что накануне силового захвата Иисуса все его самые близкие ученики проспали молитву, а значит так и не научились самостоятельно отличать Правду от Лжи и не обрели Различения, дарующегося Богом по нравственности. Поэтому доверять тем, кто не состоялся в качестве наместников Бога силовую оборону Иисуса, которого они считали главой своего клана — было не праведно. Кроме того, если же ученики состоялись бы в качестве наместников Бога, то Бог нашёл бы способ, чтобы они вместе с Иисусом избежали силовых столкновений с римскими властями. А так реально помощи Бога был достоин лишь сам Иисус — остальные же прожили остатки своей жизни в соответствие с тем, что они усвоили: над ними якобы «сбылись Писания» («пророчество» Исаии), во что они и верили до конца своей жизни.

Рассмотрим подробнее эпизод молитвы в Гефсиманском саду накануне ночью. Этот эпизод, вошедший в Новый Завет в разных редакциях, противоречит высказыванию, приписываемому Христу (из только цитируемого отрывка), что он якобы может повелевать Богом: «…думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?». Обратимся к описанию событий, предшествовавших взятию Христа под стражу в Гефсиманском саду (выделено жирным нами):

«36. Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. 37. И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых,[218] начал скорбеть и тосковать. 38. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. 39. И, отойдя немного, пал на лице Своё, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты.[219]40. И приходит к ученикам и находит их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? 41. бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. 42. Ещё, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить её, да будет воля Твоя. 43. И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. 44. И, оставив их, отошёл опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. 45. Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы всё ещё спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предаётся в руки грешников; 46. встаньте, пойдём: вот, приблизился предающий Меня». (Матфей, гл.26).

Все евангелия, Матфей, Марк, Лука — передают, хотя и несколько разными словами один и тот же смысл: Иисус, призывая к молитве, предупредил избранных им апостолов о том, что, не молясь совместно с ним, они неизбежно впадут в искушение: «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна» (Марк, 14:38).

Но и после этого прямого и недвусмысленного предостережения, после двукратной просьбы хотя бы бодрствовать в то время, как сам он молится, возвращаясь к ним, Иисус застал апостолов спящими. После этого он, по сообщению Матфея, оставил их — по существу в сонных грёзах, в полудрёме[220] — и отошёл в сторону, чтобы помолиться в третий раз.

Не участвуя в молитве, избранные Христом апостолы, не перешли совместно с ним некий рубеж, который в молитве перешёл он; они остались по своему мировоззрению частью общества, в котором выросли, отстав от Христа на его пути и потеряв его.

Их свидетельства о казни и воскресении Христа невозможно было бы оспорить единственно в том случае, если бы они соучаствовали в молитве Христа, когда он их к ней призвал.

Принятие их свидетельства, после того как они уклонились от молитвы с Христом, означало бы, что Христос, призывая их к молитве, предупредив, что в противном случае они впадут в искушение — пустословил и лгал. Если бы апостолы участвовали в молитве, к которой призвал их Христос, то они пребывали бы в ином настрое психики и органов чувств, вследствие чего увидели бы мир другими глазами, а их свидетельство о последующих событиях было бы содержательно иным, отличным от известного нам по текстам канона Нового Завета.

Если кто-то из верующих новонаветным церквям настаивает, что не имеет ни малейшего значения для отношения к свидетельствам апостолов о событиях после взятия Христа под стражу, молились они совместно со Христом, либо же не молились — пусть утрудится объяснить: зачем он молится сам? ощущает ли он в себе какую-нибудь разницу настроений и дел, во-первых, после совершения несуетной искренней молитвы и, во-вторых, когда он по забывчивости, лени или иным причинам уклонился от молитвы или суетливо исполнил ритуал? А если с его точки зрения нет никакой разницы для течения жизни человека молиться либо нет, то в чём тогда неправы откровенные атеисты, прямо отрицающие необходимость для человека молитвенного обращения к Богу для того, чтобы в жизни всякого индивида и общества в целом всё было бы по Правде-Истине? И почему для апостолов необходимо сделать исключение, и настаивать, что их немолитва осталась без каких-либо последствий, что они не впали в искушение, вследствие чего их свидетельства истинны так же, как если бы они молились?

Есть ещё одно обстоятельство и оно прямо связано со смыслом молитвы Христа, который передан Матфеем, Марком, Лукой в основном однозначно: «Авва Отче! всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу ‹пусть будет: добавлено нами при цитировании для пояснения общего контекста›, а чего Ты» (Марк, 14:36).

Из этих слов можно понять, что:

· Иисус нисколько не сомневался, что Всевышнему, Всеблагому Творцу и Вседержителю — Богу, который есть, всё возможно осуществить праведно в сотворённом Им по Его благому Предопределению Мироздании;

· Иисус был готов искренне исполнить принятую им на себя миссию в Промысле Божием, каковы бы ни были сопутствующие и возникающие вследствие её исполнения обстоятельства, и не пытался уклониться своеволием от исполнения Промысла; и у него не было в намерениях отказаться от христианской этики и действовать по способностям (намного превосходящим самые буйные фантазии любого военно-силового ведомства) в пределах Божиего попущения в отношении своих оппонентов. По существу он, как всегда (и этого не достаёт подавляющему большинству из людей), был и в Гефсиманском саду в ладу с Богом и верил Ему, хотя всеми чувствами своими и сверхчувственно ощущал: алгоритмика коллективной психики общества, в которое он пришёл, уже работает на пресечение его миссии, что в этом обществе в своём прежнем качестве- праведника во всей полноте достоинства человека — он — не жилец.

Возникает вопрос: а дано ли знание о том, чего в действительности хочет Всевышний — всеобъемлющая личность во всей Своей полноте и совершенстве? Однозначный ответ на этот вопрос известен, как минимум, бессознательно, каждому, кто прочитал Новый Завет хотя бы раз:

«Если бы вы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных» (Матфей, 12:7). «Пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы» (Матфей, 9:13).

Вопреки этому, однозначно доведённому до сведения всех из уст самого Христа, новонаветные церкви имени его, настаивают, что Бог избрал Себе «жертву умилостивления»,[221] осудил в Своём Предопределении бытия Мироздания невиновного праведника на казнь в угоду неправоумствующим, порешившим искушать Бога, который есть, позволив всем грешным искупить свои грехи кровью праведника[222] вместо того, чтобы взрастить праведность в себе. И после этой напраслины церкви поучают людей, что Бог есть Любовь.

Если Бог Всевышний есть Любовь, то Он — Любовь и к Иисусу. И нет в Мироздании ничего и никого, что не позволило бы Всевышнему Богу, который есть, любовно ответить на молитву Христа в Гефсиманском саду в полном соответствии с её общеизвестным смыслом, не лишив при этом человечество спасения в истинном смысле этого слова. И ничто в мире не свидетельствует о том, что Всевышний поступил иначе, поддержав Своим Промыслом неправоумствующих, посягнувших на искушение Бога и жизнь Христа.

Но о факте ответа Всевышнего на обращённую к Нему молитву Христа, верующего Ему беззаветно, засвидетельствовать было некому потому, что: те апостолы, которые могли бы это сделать; которые были призваны к молитве для того, чтобы это сделать — вместо того, чтобы бодрствовать и молиться, пребывали в сонных грёзах. И потому они — как и все прочие «очевидцы» — бессовестно пали жертвой своего неверия непосредственно Богу, который есть, пали жертвой искушения своей верой в ветхонаветные писания и в учение об истинности пророчества Исаии.

Но всё могло бы быть иначе. Если бы кто-нибудь из апостолов (лучше — хотя бы двое — тандем) поднялся на уровень мировоззрения Иисуса (а значит он не продремал бы молитву в Гефсиманском саду) и примкнул в молитве к Иисусу в решающий момент Истории, то:

· либо сама История могла бы пойти иначе, если бы Бог решил дать возможность Иисусу и тем апостолам, что поднялись до его уровня мировоззрения проповедовать и дальше христианство (по смыслу их молитвы в Гефсимании); тогда возможная победа учения Христа 2000 лет назад, либо чуть позже, обеспечила бы царство Божье на Земле (рай для людей на Земле)[223] уже к сегодняшнему дню;

· либо души тех апостолов, что вошли с Иисусом в Человечность были бы вместе с душой Иисуса забраны Богом к Себе до мистерии казни, что избавило бы этих апостолов помогать глобальному библейскому проекту «мировой закулисы» (как это произошло с ними).

· либо Иисус вместе с верными христианству апостолами, выполнив свою миссию в Палестине, ушли в другие земли, где их не стали бы преследовать за христианские принципы.

Однако, согласно библейским рассказам, ни одного бодрствующего и молящегося вместе с Иисусом не было на тот момент. Что касается апостола Иуды Искариота, который согласно библейскому рассказу предал Иисуса, то это — малозначительный эпизод, возможно и бывший во время пребывания Иисуса в миру, но раздутый до неимоверных размеров значимости среди верующих «христиан» (в том числе и чтобы имя Иуды прочно вошло в библейскую культуру):

От Марка 14.

43 И тотчас, как Он ещё говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин.

44 Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите осторожно.

45 И, придя, тотчас подошел к Нему и говорит: Равви! Равви! и поцеловал Его.

Дело в том, что легенда про предательство Иисуса Иудой Искариотом — увод в сторону от основного предательства, совершённого в ходе становления библейского проекта. Новый Завет говорит об упрощённом для толпы до «тридцати серебренников» предательстве не дела Иисуса, а личности Иисуса. А дело и личность — разные по значимости величины для Бога. Иисуса Христа, как сделавшего всё в миру от него зависящее, Бог, согласно смысла молитвы Иисуса, взял к Себе с упреждением (либо вывел из-под замысла «мировой закулисы» иным образом в безопасное для жизни место), избавив от мук казни и унижения со стороны римской и иудейской толп. А вот дело Иисуса «зависло» на почти что два тысячелетия.

Увод мыслей будущих «христиан» от подмены дела Христа на предательство личности Христа — одна из крупнейших провокаций Нового Завета.

Действительно, после ухода в мир иной Иисуса (либо его ухода из Иерусалима), «мировая закулисы» успешно развернула псевдохристианский проект с помощью деяний апостолов, проспавших Царство Божие. Их «развели» (и они сами «разводились») на «пророчестве» Исаии как по их же благонамеренности и доверчивости, так и по их злонравию и психической подконтрольности библейскому (ветхозаветно-иудейскому — на то время) эгрегору.

Поэтому весь период «христианства» можно условно разделить на три крупных периода:

· Христианство Иисуса Христа: то учение (Идеи), которое имел в виду сам Иисус Христос при его жизни в миру.

· «Христианство» апостолов: то, что имели в виду апостолы, несущие в мир вторичные толкования учения Христа.

· «Христианство» «мировой закулисы» после принятия канонов Нового Завета в Римской империи.

Возникает ещё один вопрос: если Бог вознёс Христа к себе (либо увёл Христа из Иерусалима в безопасное место), упреждая инсценировку его казни, Бог не только не желал, не предопределял подвергать Христа крестным мукам, как тому учат церкви, но так же не желал, чтобы увенчалась успехом затея вовлечь Христа в грязную инсценировку «казни — воскресения бога» с далеко идущими глобальными целями, то почему казнь все присутствующие видели как будто она была?

Прямой ответ на этот вопрос даёт Коран, в котором есть повествование о судьбе Иисуса, отличное от Библии (приводим в двух разных переводах: Крачковского и Саблукова в сравнении):

«Они не убили его (Иисуса) и не распяли, но это только представилось им; и, поистине, те, которые разногласят об этом (т. е. не согласные с кораническим свидетельством), — в сомнении о нём; нет у них об этом никакого знания, кроме следования за предположением (Саблуков: «они водятся только мнением»). Они не убили его (Христа), — наверное (Саблуков: «это верно известно»), нет, Бог вознёс его к Себе: ведь Бог могущественен (Крачковский: «велик»), мудр! И поистине, из людей писания нет никого, кто бы не уверовал в него прежде своей смерти, а в день воскресения он будет свидетелем против них!» (сура 4:156, 157, все выделения сделаны нами).

В общем мистерия «смерти и воскрешения» была выношена и свершилась на площадях и окрестностях Иерусалима — в соответствии с эгрегориально-«театральной» постановкой заправил спектакля, а толпа ничего другого и не ждала увидеть. Так в Кораническом откровении проливается свет на таины Божии от неправоумствующих злочестивых, ослеплённых своею злобой и не увидевших главного чуда их дней, о чём предвещал царь Соломон, названый народом Премудрым.

Пророчество Соломона.

Для ещё бульшего утверждения о невозможности свершения казни Иисуса Христа, как то утверждает Коран, обратимся к пророчеству Ветхого Завета, которое мало кто знает, и которое не считается каноническим. Но именно пророчество Соломона указывает на недопустимость казни праведника.

Синодальный перевод Библии на литературный русский язык был подготовлен к изданию в период с 1816 по 1876 г. и выпущен в свет к празднованию «1000-летия России».[224] Понятно, что книгу менее чем в 1500 страниц можно перевести с языка на язык и отредактировать быстрее, чем за 60 лет. Но бульшая часть времени ушла не на перевод, а на келейное согласование синодального канона библейского текста внутри иерархии. И были варианты редакции текста Библии на современном литературном русском языке, не совпадающие с тем, который стал синодальным переводом (один из них, так называемая «Библия Макария», переизданная уже в 1990-е гг. небольшим тиражом для специалистов и коллекционеров). Примерно в то же время на одного из профессоров С-Петербургской духовной академии поступил донос, что он самостоятельно переводит библейские тексты на русский: как говорится, «факты подтвердились», и он был отстранён от занимаемой должности, поскольку с точки зрения всякой иерархии формирование и уточнение редакции канона «священного писания» не может быть предоставлено общественной инициативе, действующей вне дисциплины сложившейся иерархии.

С той поры текст, известный как синодальный перевод, неоднократно переиздавался и распространяется среди паствы «россиянской» «православной» церковью по благословению сначала её синода, а потом и патриархов. Но это не единственный русскоязычный текст Библии, общедоступный в наше время. Кроме него есть так называемый «канонический» текст Библии, распространяемый в России миссионерами разнородных евангелических (баптисты) и прочих библейских (свидетели Иеговы и др.) церквей. Многие «канонические» издания Библии на русском языке слово в слово повторяют соответствующие места синодального перевода, поскольку производятся на его основе. Однако между всеми без исключения «каноническими» и синодальным переводами есть разночтения не только стилистического характера, но и содержательные.

В синодальный перевод включены добавления к каноническому тексту на основе перевода древнееврейского текста на греческий в III в. до н. э. 70-ю толковниками (этот перевод называется «Септуагинта»). Вставки из Септуагинты отмечены в синодальном переводе как [текст в квадратных скобках], а текст, добавленный редакторами перевода для связности речи, выделен курсивом.[225] Кроме того в синодальный перевод включён ряд текстов, которые не входят в библейский канон и почитаются просто «поучительными», но не «священными». Это — основные разночтения между канонической редакцией Библии большинства христианских церквей и синодальной редакцией Библии, распространяемой «россиянской» «православной» церковью.

Библейские тексты «христианских» церквей разделены на две группы: Ветхий (в значении «старый») Завет, описывающий события до первого пришествия Христа; и Новый Завет, описывающий события «первого пришествия» и начальный период становления христианских церквей в эпоху проповеднической деятельности апостолов. Иудаизм, не признавая Иисуса Христа обетованным в Ветхом Завете Мессией, не признаёт и священности Нового Завета.[226] Соответственно канонический свод текстов Ветхого Завета христианских церквей это — Библия иудаизма (Танах) в переложении с иврита на другие языки. При этом следует знать, что все переводы хуже оригинала на иврите в том смысле, что в переводах утрачена многозначность понимания одних и тех же текстов вследствие различия корневой базы и грамматики языка оригинала и языков переводов, что исключает единообразие ассоциативного мышления в лексике разных языков. Но главное состоит в том, что:

Разделение книг Ветхого Завета на канонические и неканонические «христианскими» церквями унаследовано от иудаизма в том виде, в каком оно существовало к моменту событий, лёгших в основу Нового Завета.

Главное преступление Русской православной церкви перед неким «вселенским» и более определённым экуменическим[227]"христианством» состоит в том, что неканонические тексты Ветхого Завета она перетащила из Библии в редакции на мёртвом церковнославянском языке,[228] который перестало понимать большинство населения, в синодальный перевод на современный русский язык и тем самым сделала их практически всеобщим достоянием к 1876 году. Правда, сделала она это не по умыслу — злому либо доброму — а не понимая того, что творит: смысл пропагандируемого ими писания иерархии на Руси всегда понимали как-то не отчётливо.

На Западе, чтобы ознакомиться с неканоническими текстами Ветхого Завета, необходимо приложить целенаправленные усилия к тому, чтобы найти их в библиотеках. А чтобы их найти — прежде того надо знать, что именно искать. А чтобы знать, что искать, надо знать, что они существуют. А кто об этом на Западе знает, те, если и проболтаются, то не будут подогревать к ним интереса, подчиняясь орденской дисциплине систем посвящений.

Соответственно на Западе риск оглашения в широкой аудитории неугодной закулисным заправилам информации сведён к минимуму изъятием из массово издаваемых редакций Библии неканонических ветхозаветных текстов. Кроме того, на Западе почитающие себя «христианами» считают для себя вполне достаточным Нового Завета, не подозревая того, что если бы канон Ветхого Завета был сформирован по совести, т. е. иначе, то Нового Завета в известном нам виде не было бы.

Среди неканонических книг Ветхого Завета есть книга, именуемая Премудрость Соломона. Соломон в ней пророчествует об устремлениях помыслов злочестивцев (выделено жирным нами):

«1. Неправо умствующие говорили сами в себе: «коротка и прискорбна наша жизнь, и нет человеку спасения от смерти, и не знают, чтобы кто освободил из ада. 2.Случайно мы рождены и после будем как небывшие; дыхание в ноздрях ваших — дым, и слово — искра в движении нашего сердца. 3.Когда она угаснет, тело обратится в прах, и дух рассеется, как жидкий воздух; 4.и имя наше забудется со временем, и никто не вспомнит о делах наших; и жизнь наша пройдёт, как след облака, и рассеется, как туман, разогнанный лучами солнца и отягчённый теплотою его. 5.Ибо жизнь наша — порождение тени, и нет нам возврата от смерти: ибо положена печать, и никто не возвращается. 6.Будем же наслаждаться настоящими благами и спешить пользоваться миром, как юностью; 7.преисполнимся дорогим вином и благовониями, и да не пройдёт мимо нас весенний цвет жизни; 8.увенчаемся цветами роз прежде, нежели они увяли; 9.никто из нас не лишай себя участия в нашем наслаждении; везде оставим следы веселья, ибо эта наша доля и наш жребий. 10.Будем притеснять бедняка праведника, не пощадим вдовы и не постыдимся многолетних седин старца. 11.Сила наша будет законом правды, ибо бессилие оказывается бесполезным.[229]12.Устроим ковы праведнику, ибо он в тягость нам и противится делам нашим, укоряет нас в грехах против закона[230] и поносит нас за грехи нашего воспитания; 13.объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя сыном Господа; 14.он перед нами — обличение помыслов наших. 15.Тяжело нам смотреть на него, ибо жизнь его не похожа на жизнь других, и отличны пути его: 16.он считает нас мерзостью и удаляется от путей наших, как от нечистот, ублажает кончину праведных и тщеславно называет отцом своим Бога. 17.Увидим, истинны ли слова его, и испытаем, какой будет исход его;[231]18.ибо если этот праведник есть сын Божий, то Бог защитит его и избавит его от руки врагов. 19.Испытаем его оскорблением и мучением, дабы узнать смирение его и видеть незлобие его; 20.осудим его на бесчестную смерть, ибо, по словам его, о нём попечение будет»» (Премудрость Соломона, гл. 2).

После приведённых слов неправо умствующих злочестивцев Соломон заблаговременно сообщает о последствиях их посягательства на жизнь Христа:

«21. Так они умствовали и ошиблись; ибо злоба их ослепила их,[232]22.и они не познали таин Божиих, не ожидали воздаяния за святость и не считали достойными награды душ непорочных. 23.Бог создал человека не для тления и сделал его образом вечного бытия Своего; 24.но завистью диавола вошла в мир смерть, и испытывают её принадлежащие к уделу его» (Премудрость Соломона, гл. 2).

Хотя Соломон прямо употребляет термин «сын Божий»,[233] но христианские церкви, их вероучителя не относят это пророчество к первому пришествию Христа. Вследствие этого в орфографии русскоязычной православной Библии в этом фрагменте слова «сын Божий» и соответствующие им местоимения в тексте начаты со строчных, а не с заглавных букв, как то принято делать в Новом Завете. Если же придерживаться тех же орфографических принципов, что и в Новом Завете, то остаётся сделать вывод:

Это пророчество о Христе. Соломон предвещает о Божией тайне от неправо умствующих, посягнувших на казнь Христа.

Это означает, что если исходить из Премудрости Соломона, признавая истинным данное Соломону Откровение о грядущем пришествии Мессии, то жизненный путь Христа в первое пришествие и его уход в мир иной следует видеть и понимать совершенно иначе, вопреки всему описанному в Новом Завете, ибо ничто в жизни не опровергает слов пророчества Соломона о первом пришествии Христа и завершении его земного пути в то время. Однако книга Премудрость Соломона в канон не допущена, боговдохновенной не признана.[234].

Сравним пророчество Соломона с уже приводимым «пророчеством» Исаии, помещённым в к канонической книге Ветхого Завета «Исаия» (выделения жирным наши):

«1. [Господи!] кто поверил слышанному от нас, и кому открылась мышца Господня? 2.Ибо Он взошёл пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нём ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нём вида, который привлекал бы нас к Нему. 3.Он был презрен и умалён пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице своё; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. 4.Но Он взял на Себя наши немощи и понёс наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижён Богом. 5.Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нём, и ранами Его мы исцелились. 6.Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. 7.Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, ведён был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. 8.От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь. 9.Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребён у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его. 10.Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его принесёт жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное, и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его. 11.На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез познание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих и грехи их на Себе понесёт. 12.Посему Я дам Ему часть между великими, и с сильными будет делить добычу, за то, что предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтён был, тогда как Он понёс на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем» (Исаия, гл. 53).

Ясно, что это «пророчество» о том же самом приходе Мессии, но по смыслу оно отрицает то, что было предвещено через Соломона примерно двумя столетиями ранее, чем «пророчествовал» Исаия.

Спрашивается: что Бог за эти двести лет передумал и решил удовлетворить похоти неправоумствующих и позволить им оклеветать праведника и придать его позорной смерти, о чём и уведомляет их через Исаию? Либо всё же одно из пророчеств не от Бога, который есть, и потому ложно?

Церкви имени Христа первый вопрос обошли молчанием, а на второй дали ответ в пользу истинности «пророчества» Исаии, не признав в отношении книги Премудрости Соломона ни боговдохновенности смысла этой книги, ни авторства Соломона.[235].

Православная иерархия (в отличие от Западной) в своей Библии несёт через века оба текста, не смея ни прямо назвать Премудрость Соломона подлогом, ни прокомментировать по существу взаимоисключающий смысл пророчеств Соломона и Исаии в отношении одного и того же первого пришествия Христа.

Объяснение причин такой недееспособности церковников[236] находим в той же Премудрости Соломона:

«1. Любите справедливость, судьи земли, право мыслите о Господе, и в простоте сердца ищите Его, 2.ибо Он обретается неискушающими Его и является не неверующим Ему. 3.Ибо неправые умствования отдаляют от Бога, и испытание силы Его обличит безумных. 4.В лукавую душу не войдёт премудрость и не будет обитать в теле, порабощённом греху, 5.ибо святый Дух премудрости удалится от лукавства и уклонится от неразумных умствований, и устыдится приближающейся неправды. 6.Человеколюбивый дух — премудрость, но не оставит безнаказанным богохульствующего устами, потому что Бог есть свидетель внутренних чувств его и истинный зритель сердца его, и слышатель языка его. 7.Дух Господа наполняет вселенную и, как всё объемлющий, знает всякое слово. 8.Посему никто, говорящий неправду, не утаится, и не минет его обличающий суд. 9.Ибо будет испытание помыслов нечестивого, и слова его взойдут к Господу в обличение беззаконий его; 10.потому что ухо ревности слышит всё, и ропот не скроется. 11.Итак хранитесь от бесполезного ропота и берегитесь от злоречия языка, ибо и тайное слово не пройдёт даром, а клевещущие уста убивают душу. 12.Не ускоряйте смерти заблуждениями вашей жизни и не привлекайте к себе погибели делами рук ваших. 13.Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих,[237]14.ибо Он создал всё для бытия, и всё в мире спасительно, и нет пагубного яда, нет и царства ада на земле. 15.Праведность бессмертна, а неправда причиняет смерть: 16. нечестивые привлекли её и руками, и словами, сочли её другом и исчахли, и заключили союз с нею, ибо они достойны быть её жребием» (Премудрость Соломона, гл. 1).

Поскольку для иерархов «христианских» церквей и покорной им паствы Премудрость Соломона не «боговдохновенное» писание, то придётся обратиться к признаваемому ими «боговдохновенному» авторитету:

«Когда же придёт Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину: ибо не от себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам» (Иоанн, 16:13).

Дух Святой — наставник от Бога на всякую истину. Разъяснение тому даёт апостол Павел: 1-е послание Коринфянам, 14:26–33; Ефесянам, 4:7 — 16.

То есть, если за 2000 лет иерархии православных церквей не смогли прокомментировать взаимоисключающую разносмыслицу в пророчествах Соломона и Исаии в отношении одного и того же явления Христа среди людей, то это — явное знамение того, что Дух Святой — им не наставник на всякую истину, а обходит их стороной по причинам, названным в Премудрости Соломона. Вне зависимости от того, кто есть её первописатель, Премудрость Соломона выражает праведное мышление, порицая тем самым ветхонаветный канон, в который она не допущена, и с наветами которого на Бога не сочетается.

Но и слова Христа о его предпочтении пророчеству Соломона попали в Новый Завет: не всё такого рода оказалось вычищено цензорами. О знамениях роду человеческому, лукавому и прелюбодейному, как передаёт Лука, Христос сказал однозначно, ссылаясь не на Исаию, а на Соломона (выделено жирным нами):

«Род сей лукав, он ищет знамения, и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка; ибо как Иона был знамением для Ниневитян,[238] так будет и Сын Человеческий для рода сего. Царица южная восстанет на суд с людьми рода сего и осудит их, ибо она приходила от пределов земли послушать мудрости Соломоновой; и вот здесь больше Соломона. Ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его, ибо они покаялись от проповеди Иониной, и вот, здесь больше Ионы» (Лука, 11:29–32).

Утверждать после этого, мол Иисус следовал пророчеству Исаии, сам себя программируя на Голгофу — по меньшей мере глупо. Иисус прекрасно знал про пророчество Соломона и полагался на Бога, который есть, а не на «Бога» Исаии. По Соломону и по-Божески всё и произошло.

Иерархи Запада, читая Премудрость Соломона и ясно осознавая, что сообщаемое Соломоном способно разрушить культивируемое ими вероучение, подошли к проблеме просто: «С глаз долой — из сердца вон» — согласившись с Исаией, они вывели из общедоступности Премудрость Соломона. Масонство, прикрывшись именем Соломона, в легендах о своём происхождении от мастеров, строивших храм под его руководством, бросило грязную тень своих дел на его имя. И вопрос для паствы был закрыт.

Православие же сохранило текст, чуждый вероучению, проистекающему из пророчества Исаии. Поэтому почитающим себя православными верующим всё же придётся определиться в вопросе о том, истинно ли пророчество Соломона, либо истинно отрицающее его пророчество Исаии, из которого проистекают все без исключения новозаветные вероучительные традиции.

Мы признаём истинность пророчества Соломона, а «пророчество» Исаии расцениваем как наваждение[239] и программирование поведения неправоумствующих, которые решили произвести эксперимент над Богом и праведником, с намерением испытать силу Божию, но были посрамлены, хотя и остались в неведении об этом.

Бог Соломона и «Бог» Исаии — разные боги одной Библии.

Бог, который есть, через книгу Премудрости Соломона уведомил, что поощрять неправедных Ему не свойственно и Он не допустит казни праведника, но тайны Божии покроют его избавление от рук нечестивых и неправоумствующих.

Соответственно этому Соломон, который не возводил на Бога наветов, умер от старости. За навет, возводимый на Бога Праведного, Милостивого, Милосердного, жизнь Исаии была пресечена в соответствии с его же злопыхательством:

«Величается ли секира пред тем, кто рубит ею? Пила ли гордится перед тем, кто двигает ею?» (Исаия, 10:15).

Как сообщает Талмуд, Исаия был распилен деревянною пилой по приказу царя Манассии. Бог не признал его даже в качестве Своего орудия: орудием Божьего воздаяния стал царь Манассия, а Исаия стал жертвой Божиего попущения за распространение в обществе лжи от имени Бога, который есть и наветов на Него. Также (казнён) закончил жизнь и Иоанн Креститель, направлявший путь «Господа» по «пророчеству» Исаии. Об этом сообщает Новый Завет (Матфей 14: 1-11). Также закончили многие из учеников Иисуса и апостолов, распространявших после Иисуса отсебятину, основанную на «пророчестве» Исаии.

Раннее «христианство».

Мы уже говорили, что не все признанные в библейском христианстве апостолами, были непосредственными учениками Иисуса Христа. А те, которые и были с Иисусом — проспали молитву и не стали сопричастными таинствам Бога, который есть. Иисус не основывал свою проповедь, обращаясь к какой-либо существующей земной, либо предлагаемой им особо структурной организации людей, как к «эталону».[240] Он просто предлагал людям жить общинами (Матфей 20: 25–27), в которых необходимо поддерживать справедливость — как её понимал Соломон, как её предлагает Бог.

Практически все апостолы и прочие ученики, считающиеся наследниками дела Иисуса Христа, поверили (а некоторые и присутствовали при «спектакле»-мистерии казни) в казнь и воскресение «Господа». Они были запрограммированы «пророчеством» Исаии и следовали логике «Бога» Исаии, а не Бога, который есть — Бога Соломона. Поэтому их творчество после ухода Христа в мир иной нужно рассматривать как трансляцию наваждения с библейского ветхозаветного эгрегора Исаии, который впоследствии трансформировался (с помощью веры и деяний учеников-апостолов) в «христианский» эгрегор «Господь», начало чему было положено в Кумранской общине.

Переняв от Христа многое, что касается его прямых рекомендаций: жить общинами, соблюдать справедливость между собой, сторониться вещественного богатства, которое развращает дух и прочие легко понимаемые вещи — ученики (и вообще лидеры-сторонники новой религии) стали создавать первые (после Кумранской) «христианские» общины. Будучи до этого иудеями в своём большинстве ученики и другие сочувствующие привыкли к тому, что в иудаизме нужно следовать рекомендациям учителя-«жреца»-священника буквально, не утруждая себя размышлениями на тему рекомендаций: если учитель-авторитет сказал, значит так оно и есть. Первые иудеи-«зомби» (как их «выводили» не одну сотню лет в системе иудаизма: к тому же «Бог» иудаизма очень жесток, а потому иудаизм культивирует систему взаимоотношений в соответствии с его стереотипами) составили начальный костяк первых духовных «христианских» общин. Они восприняли формы новой религии, но не въехали в её содержание: именно поэтому содержание им было легко подсунуть то, которое нужно было заправилам глобального библейского проекта: формы оставили, а содержание — подменили. Это было сделано после управляемых наблюдений (почти три сотни лет) за «самостоятельным» становлением добиблейского «христианства». При этом многие руководители первых «христианских» общин были благонамеренными людьми и считали что следуют учению Христа. Но как раз благонамеренными отступниками от иудейской веры легче управлять (чем политическими наймитами): они твёрдо убеждены в своей вере.

Как гласит библейское предание, ближайших сподвижников Христа было семьдесят, самых близких учеников из которых было двенадцать (место Иуды занял Матфей — Деяния 1:26), которые и стали во главе первых «христианских» организаций. Новый Завет так повествует о первых учениках (жирным выделено нами):

От Луки 10.

1 После сего избрал Господь и других семьдесят учеников, и послал их по два пред лицем Своим во всякий город и место, куда Сам хотел идти,

2 и сказал им: жатвы много, а делателей мало; итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою.

3 Идите! Я посылаю вас, как агнцев среди волков.

4 Не берите ни мешка, ни сумы, ни обуви, и никого на дороге не приветствуйте.

5 В какой дом войдете, сперва говорите: мир дому сему;

6 и если будет там сын мира, то почиет на нем мир ваш, а если нет, то к вам возвратится.

7 В доме же том оставайтесь, ешьте и пейте, что у них есть, ибо трудящийся достоин награды за труды свои; не переходите из дома в дом.

8 И если придете в какой город и примут вас, ешьте, что вам предложат,

9 и исцеляйте находящихся в нем больных, и говорите им: приблизилось к вам Царствие Божие.

10 Если же придете в какой город и не примут вас, то, выйдя на улицу, скажите:

11 и прах, прилипший к нам от вашего города, отрясаем вам; однако же знайте, что приблизилось к вам Царствие Божие.

12 Сказываю вам, что Содому в день оный будет отраднее, нежели городу тому.

Выделенные нами жирным места указывают на злобу, которую взялись распространять первые ученики якобы Христа от имени Господа. Будучи уверенными в своей правоте и укреплёнными эгрегориальным сопровождением от «Господа», они пугали всех, кто не согласен с ними карой Господней (иудейское мировоззрение доминировало в их психике: брезгливое отношение к сопротивляющимся людям присуще иудеям). Впоследствии эту роль стала выполнять церковная инквизиция. Но всё же становление первых «христианских» общин было, конечно, неоднородным: что-то они взяли и от Христа, а что-то делали так, как понимали сами.

Новый Завет сообщает о весьма странном явлении «Господа», с которого и начались «деяния» учеников (Деяния глава 2). После явления от «Господа» якобы Святого Духа в виде огненных языков, все ученики заговорили на разных языках,[241] чем удивили окружающих. После такого странного привлечения к себе окружающих (как в представлении на храмовой площади), апостол Пётр стал запугивать людей от имени Господа,[242] после чего около трёх тысяч присоединились к первым «христианам» (выделено жирным нами):

Деяния 2.

41 Итак охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось в тот день душ около трех тысяч.

42 И они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах.

43 Был же страх на всякой душе[243]; и много чудес и знамений совершилось через Апостолов в Иерусалиме.

47 хваля Бога и находясь в любви у всего народа. Господь же ежедневно прилагал спасаемых к Церкви.

Число «христианских» общин росло и географически распространялось от Иерусалима на всю Палестину. Для управления общинами уже в 34 г. апостолы избрали семь первых диаконов (служителей), а несколькими общинами стали управлять епископы (блюстители), первым из которых, по преданию, стал апостол Иаков.

Отразив приход посланника Свыше, «мировая закулиса» столкнулась с явлением первых «христианских» общин, которые возникли вокруг Иерусалима в Римской империи на основе мифа о казни и воскресении Господа, а также под духовно-мистическим водительством эгрегора «Господь», которого и породила «закулиса» своими антихристовыми действиями и деяниями Кумранской общины. Как и было принято у заправил глобального библейского проекта, управление всякими эгрегорами богов (особенно крупных), они брали на себя. Кроме этого на себя они брали и контроль за любым новым движением — особенно связанным с религиозной верой. Ясно, что развитие «христианства» «закулиса» не могла пустить на самотёк, тем более — она не могла не иметь виды на новую религиозную систему.

Можно выделить несколько этапов развития раннего «христианского» движения после Христа:

· Первый этап (примерно до 60-х годов) от ухода Христа до первых крупных репрессий в отношении «христиан». Первые крупные репрессии начал император Нерон (37–68 гг., император с 54 г., последний из династии Юлиев-Клавдиев). При нём были схвачены и казнены первые знаменитые апостолы Пётр и Павел (про миссию Павла речь пойдёт дальше; предание относит начало «христианской проповеди Павла к 37 г.). Сам Нерон восстановил против себя непрекращающимися репрессиями Римскую знать и средние слои и в результате покончил с собой. Казнь первых апостолов сделала их в глазах толпы верующих «подобными казнённому Христу», что только добавило авторитета «христианской» вере. В этот же период был опробован текст первого Евангелия, по библейскому преданию принадлежащего апостолу Матфею (41 г.). С него начинает оформляться «христианский» вариант Библии. Первая неиудейская «христианская» община по преданию была образована в Антиохии. Объединения общин стали называть поместными церквами. Закончился этот период важным историческим событием: в 57 году состоялся первый апостольский собор в Иерусалиме, решение которого окончательно разделило иудеев и «христиан». Видимо после этого события, закреплённого первым собором, «закулиса», убедившись что иудаизм не смешался с «христианством», не стала мешать римским властям проверять «христиан» на твёрдость их веры.

· Последующий период (с 60-х годов до 311 года) — период становления «христианства» в условиях оппозиции римской власти. Прежде чем стать легитимной в Римской империи, а уж тем более, государственной религией, «христианство» провели через испытания, длившиеся около трёхсот лет. За это время «мировая закулиса» убедилась в эффективности монотеизма «христианства» по отношению к римскому политеизму и нашла оптимальный (для своего дела) вариант «христианского» писания — на базе всего наследия учеников-апостолов. Основным предназначением «христианства» стало обуздание стремления рабов и низших слоёв римского общества к свободе от рабовладельцев. Библейские каноны в общем предписывают покорность и нестяжательский образ жизни (доходящий до аскетизма) взамен на «блага» в будущей жизни. Такие «христианские» ограничения вовсе не обязывают знать и «богатую» прослойку делиться с малоимущими, а малоимущие удовлетворяются тем, что они «истинно христиане», поскольку по отношению к нарушающей «христовы обеты» «элите», малоимущие считали себя «страдающими во Христе» ради «будущей жизни». Этим и гордятся «христиане», покоряясь разноликому рабству. В общем, с помощью «христианства», принятого «низами» множества областей Римской империи и «отвоёванного» у властей «права» существовать — «мировая закулиса» решала проблему, чтобы и «волки[244] были сыты и овцы[245] целы».[246].

Первые «христианские» общины выдержали проверку на нескольких этапах крупных гонений римских властей. После Нерона сильнейшие гонения, во время которых были истреблены тысячи «христиан»[247] прошли в царствование императора Домициана (81–96 гг.), Траяна (98-117 гг.), Марка Аврелия (161–180 гг.), Декия Траяна (249–251 гг.), Диоклетиана (284–305 гг.). В то же время, в самый разгар репрессий в Риме продолжала существовать «христианская» община, а римский епископ (как наследник апостола Петра) стал признаваться одним из самых авторитетных церковных иерархов. Жестокость поздней римской власти, вырождение традиционных римских религиозных институтов, деградация римской знати и прочие обстоятельства периода до 311 года — делали всё более влиятельной «революционную» веру, название которой было взято от имени Христа. Усложнилось внутреннее устройство общин. Из них выделились «сословия»: клир[248] (священничество, занимавшееся профессиональным служением «Господу», или духовенство) и миряне (простые верующие, которые только молились и помогали во время служб). Во II–III вв. начало развиваться «христианское» богословие, велись споры с философами, опровергавшими «христианство» как религию, имеющую право на существование. В III веке возник институт монашества (от понятия «одинокий»),[249] основателем которого в «христианстве» считается Антоний Великий из города Комы в Египте.

· Третий период (с 311 года примерно по 337 год). Этот период хронологически охватывает начало легализации «христианства» в Римской империи и объединение новой религиозной системы в союз с верхушкой светской власти. В 311 году императоры-соправители Константин и Галерий издали эдикт, согласно которому «христианство» признавалось законным и гония на «христиан» запрещались. Эдикт предписывал «Позволяем христианам оставаться христианами и строить дома для своих обычных собраний. За такое наше снисхождение христиане должны молить Бога о нашем здравии, о благосостоянии общественном и о своём собственном». А в 313 году был подписан «Миланский эдикт», согласно которому в империи разрешалось исповедание любой веры, в том числе и свободный переход от многобожия в «христианство». То есть, до поддержки государственной властью «христианства» (произошло около 337 года) Христос был официально признан одним из богов римского пантеона. Но с этого момента запреты на переход в новую веру были сняты. Мало того, в 324 году эдикт императора Константина провозгласил преимущественное положение «христиан» перед другими религиями. Сразу после чего произошло одно важнейшее политико-религиозное событие — первый всеобщий собор «христианских» церквей был созван в Никее по инициативе императора Константина в 325 году. «Мировая закулиса» окончательно приняла решение гнать римскую толпу в «христианство» силой убеждения светских властей. К этому времени «единство христианского мировоззрения» было канонически выработано и закреплено Никейским собором. Все исповедующие «христианство» признавались «единым по духу народом» (вне зависимости от происхождения и национальности),[250] объединённым верой в Христа — что естественно было очень удобно: выпасаемая многонациональная римская толпа обретала единообразие, от чего и мировоззрение этой толпы было легче контролировать.

В 330 году Константин I (Великий) отстроил на месте Византия новую столицу и назвал её Константинополь — по традиции именем императора. А перед своей смертью (в 337 году) он принял «христианство» и с этого момента римские власти стали оказывать поддержку «христианским» церквям. Началась эпоха союза церкви и светской власти, которая являлась основой идейно-политической жизни Запада и длилась до 70-х годов XX века.

Никейский собор обожествил Христа, наделив его титулом «Господь», и утвердил его в качестве сына Бога, приняв «христианский» Символ веры (окончательно утверждён в 381 году Константинопольским собором).

Никейский Символ Веры:

1. Верую во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым.

2. И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, Иже от Отца рожденного прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша.

3. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася.

4. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша и погребенна.

5. И воскресшаго в третий день по Писанием.

6. И восшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца.

7. И паки грядущаго со славою судите живым и мертвым, Его же Царствию не будет конца.

8. И в Духа Святаго, Господа, Животворящаго, Иже от Отца исходящего, Иже с Отцем и Сыном споклоняема и сславима, глаголавшаго пророки.

9. Во едину Святую, Соборную и Апостольскуо Церковь.

10. Исповедую едино крещение во оставление грехов.

11. Чаю воскресения мертвых,

12. и жизни будущаго века.

Аминь.

Первый Вселенский собор в Никее, собранный, если не по инициативе, то при поддержке императора-«жреца» «Непобедимого Солнца» Константина, проголосовал, что Иисус есть сын Бога (218[251] — «за», 2 — «против»), а не смертный пророк, пусть даже и зачатый Девой от Духа Святого. Только после этого Константин в 326 г. повелел уничтожить и конфисковать все «языческие» и «еретические» (т. е. апокрифические) произведения, неугодные для нового культа, основанного на Никейском вероуставе; назначил церкви твёрдый доход; а епископ Римский поселился в Латранском дворце. В 331 г. государство уже стало финансировать изготовление новых экземпляров Библии. Хотя ещё не было окончательного варианта канонов. На Лаодокийском соборе (в 363 году) было принято решение разослать всем церквям списки канонических произведений числом 26. Окончательный же вариант канонов Нового Завета был утверждён лишь в 419 году на Карфагенском соборе.

Библейский новозаветный текст нигде не содержит «христианского» Символа веры в его сформулированном Никейским собором виде. Никейский собор состоялся спустя почти три века после проповеди Христа и фактически завершил собой период цензуры, редактирования и канонизации как бы Христова учения. И всё это происходило под целенаправленным воздействием «мировой закулисы», всегда стремящейся каждую проповедь праведников превратить в земное средство управления толпами верующих бездумно и неусомнительно в то, что им навяжут. При этом надо помнить, что уже во втором веке не было единого христианского учения. Этому свидетельство «Книга против ересей» Иринея, епископа Лионского (примерно 180 г.). К Никейскому собору уже была поросль множества молодых вероучений, отрицающих друг друга, но каждая из них именовала себя «истинным христианством». Таким образом «мировая закулиса», ознакомившись с каждым росточком новой веры, имела возможность избрать росток, наиболее удобный для дальнейшего культивирования, а остальные искоренить, обратясь к авторитету и силе римской власти.

Раннее «христианство» и деятельность Павла.

В предыдущих рассуждениях мы убедились, что все ученики Христа уверовали, что свершилось «пророчество» Исаии, они верили «Богу» Исаии (были руководимы и одержимы библейским эгрегором «Господь», в котором алгоритмика «пророчества» Исаии была главным связующим звеном с эгрегором иудейского Танаха). Богу, который есть, непосредственно по совести они не веровали,[252] поэтому они становились жертвами наваждений и искренне — по вере своей, обусловленной их нравственными мерилами — свидетельствовали об эгрегориальных наваждениях людям.

Из писания хорошо известен самый плодовитый апостол раннего «христианства» — апостол Павел. Считается, что в 37 году произошло «чудо», пополнившее ряды «христиан» таким «новообращённым», который не только встал в один ряд с апостолами Христа, и даже выделился из них своим красноречием и небывалой активностью. Апостол Павел при жизни Христа последнего не знал. Наоборот, он, будучи иудеем, слыл ярым противником христианства и злобно подавлял все «христианские» инициативы. Но «чудо», свершившееся и ним перевернуло его взгляды на христиан и он стал главным проповедником библейского христианства — до такой степени, что вторая часть канонов Нового Завета занята в большей мере его проповедями-посланиями. То есть, он наговорил в каноны больше самого Христа (если сравнивать сами каноны, а не слова Христа, который вовсе не призывал никого записывать за собой).

Самое яркое и сильное, наиболее тягостное и значимое по своим последствиям наваждение пережил гонитель первых «христиан» иудей Савл по дороге в Дамаск. Приведём его описание из Нового Завета (выделения жирным наши):

«1. Савл же, ещё дыша угрозами и убийством на учеников Господа, пришёл к первосвященнику 2. и выпросил у него письма в Дамаск к синагогам, чтобы, кого найдёт последующих сему учению, и мужчин и женщин, связав, приводить в Иерусалим. 3. Когда же он шёл и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба. 4. Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: Савл, Савл! что ты гонишь Меня? 5. Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна. 6. Он в трепете и ужасе сказал: Господи! что повелишь мне делать? и Господь сказал ему: встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать. 7. Люди же, шедшие с ним, стояли в оцепенении, слыша голос, а никого не видя. 8. Савл встал с земли, и с открытыми глазами никого не видел. И повели его за руки, и привели в Дамаск. 9. И три дня он не видел, и не ел, и не пил.

10. В Дамаске был один ученик, именем Анания; и Господь в видении сказал ему: Анания! Он сказал: я, Господи. 11. Господь же сказал ему: встань и пойди на улицу, так называемую Прямую, и спроси в Иудином доме Тарсянина, по имени Савла; он теперь молится, 12. и видел в видении мужа, именем Ананию, пришедшего к нему и возложившего на него руку, чтобы он прозрел. 13. Анания отвечал: Господи! я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме; 14. и здесь имеет от первосвященников власть вязать всех, призывающих имя Твоё. 15. Но Господь сказал ему: иди, ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Моё перед народами и царями и сынами Израилевыми. 16. И Я покажу ему, сколько он должен пострадать за имя Моё. 17. Анания пошёл и вошёл в дом и, возложив на него руки, сказал: брат Савл! Господь Иисус, явившийся тебе на пути, которым ты шёл, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святого Духа. 18. И тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, и вдруг он прозрел; и, встав, крестился, 19. и, приняв пищи, укрепился. И был Савл несколько дней с учениками в Дамаске. 20. И тотчас стал проповедывать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий. 21. И все слышавшие дивились и говорили: не тот ли это самый, который гнал в Иерусалиме призывающих имя сие? да и сюда за тем пришёл, чтобы вязать их и вести к первосвященникам. 22. А Савл более и более укреплялся и приводил в замешательство Иудеев, живущих в Дамаске, доказывая, что Сей есть Христос» (Деяния апостолов, гл. 9).

Обратите внимание, что иудей Савл был инициирован «Господом» в «христиане» методом ослепления:[253] он «три дня он не видел,[254] и не ел, и не пил». Очень похожая история произошла гораздо позже с Владимиром Крестителем, прежде чем он принял решение о принятии библейского христианства как веры для Руси.

Над иудеем Савлом свершилась магия эгрегориальной инициации, управление которой мог осуществить сам эгрегор «Господь», выбрав наиболее походящую по религиозному фанатизму и злобе фигуру иудея. Савл был фанатом иудаизма — он был одержим иудейским эгрегором Танаха, которого мы условно назвали «Яхве». Но, поскольку заправилы общебиблейского эгрегора (ветхозаветный + нарождающийся «христианский»: «Яхве» + «Господь») уже запустили алгоритмику их объединения на базе «пророчества» Исаии, то обязательно должна была появиться исполнительная фигура такого порядка, как Павел. Если сам эгрегор выбрал наиболее подходящую фигуру, то посвящённые её заметили и поддержали. Но возможна и управляемая «экстрасенсами» инициация Савла-Павла. Такого рода инициация содержательно-алгоритмически (по принципу) мало отличается от инициации шаманизма (болезнь «шаманка», которая сопровождается сильнейшими психическими и физиологическими «переживаниями»),[255] которая происходит под контролем опытного шамана. Но цели шаманской эгрегориальной инициации и инициации таких знаковых фигур — разные.

Так Савл стал апостолом Павлом. А его вклад в становление исторически реального христианства столь велик, что многие исследователи вопроса приходили к тому, чтобы исторически реальное христианство называть паулианством (от латинского «Paul» — «Павел»).[256] Но далеко не все они оценивали вклад Павла в становление исторически реального христианства как положительный (выделение жирным нами):

«Знаю, что то, что я имею высказать теперь, именно то, что та церковная вера, которую веками исповедуют миллионы людей под именем христианства, есть не что иное как очень грубая еврейская секта, не имеющая ничего общего с истинным христианством, — покажется людям, исповедующим на словах учение этой секты, не только невероятным, но верхом ужаснейшего кощунства.

Но я не могу не сказать этого. Не могу не сказать этого потому, что для того, чтобы люди могли воспользоваться великим благом, которое даёт нам истинное христианское учение, нам необходимо прежде всего освободиться от того бессвязного, ложного и, главное, глубокобезнравственного учения, которое скрыло от нас истинное христианское учение. Учение это, скрывшее от нас учение Христа, есть то учение Павла, изложенное в его посланиях и ставшее в основу церковного учения. Учение это не только не есть учение Христа, но есть учение прямо противоположное ему» (Л.Н.Толстой. «Почему христианские народы вообще и в особенности русский находятся теперь в бедственном положении»).

Почему мы относим эпизод, происшедший с Савлом по пути в Дамаск, к наваждениям и тем самым отрицаем факт явления ему истинного Христа?

— Потому, что этот эпизод взаимоотношений называемого «Христом» и Савла-Павла и некоторые другие, выделяются из множества приводимых в канонических текстах Нового Завета тем, что называемый Христом ведёт себя не так, как вёл себя Христос во всех других не оспариваемых нами новозаветных свидетельствах о его деятельности.

Называемый «Христом» в эпизоде с Савлом на пути в Дамаск ведёт себя не по-христиански:

· Истинный Христос исцелял больных и калек — а тут Савл был ослеплён, пусть и на время (Бог и поддерживаемые Им праведники обходятся без сопутствующих «побочных» эффектов такого рода).

· Истинный Христос никогда и никого не принуждал последовать за ним ни силой, ни страхом, ни шантажом — Савл же был в трепете и ужасе, когда подчинился[257] тому, кто его призвал служить себе.

· Даже если обратиться к эпизоду изгнания торговцев из храма, когда Христос якобы применил грубую силу,[258] то и в этом случае никто не стал калекой, никто не был охвачен ужасом, ничья воля не была подменена в его психике чуждой ему волей.

Истинный же Христос никогда и никого не вгонял в страх, никогда и никого не делал ущербным даже на время, никогда и никого не шантажировал (тем более изощрённо шантажируя в умолчаниях, а не на словах), не подавлял и не извращал чью-либо волю,[259] не порождал двусмысленных ситуаций, позволявших обвинить его и Бога в чём-либо подобном.

В деятельности истинного Христа и в деятельности явившего в духе себя Савлу на пути в Дамаск выразились две разные и несовместимые друг с другом нравственности.

И такого обращения в «христианство», какое претерпел Савл, не могло быть, если бы он действительно был призван к служению истинным Христом. Истинный Христос открывал перед всеми, к кому он обращался, истину, либо излагая её прямо и ясно так, чтобы быть однозначно понятым; либо — будучи истинным диалектиком — задавал однозначно понимаемые наводящие вопросы, искренне по совести[260] отвечая на которые, вопрошаемый своим умом отходил от «мудрости» мира сего, которая есть безумие перед Богом,[261] и приходил к постижению истины. И каждый был волен отвергнуть так или иначе открытую ему Христом истину, либо принять истину в основу своей жизни.

Савл же стал «христианином» и апостолом Павлом не своею доброй осознанной волей, переосмыслив, находясь в умиротворённом и жизнерадостном настроении, свои прежние убеждения-заблуждения, почёрпнутые им из «мудрости» мира сего в течение всей его прежней жизни, и их обусловленность его реальной нравственностью — а подчинившись в трепете и ужасе призвавшему его духу, сохранив свойственную ему прежде нравственность (как иерархически упорядоченную совокупность нравственных мерил)[262] и не изменив при этом в себе ничего, кроме рассудочного отношения к и без того известным ему фактам:

· ранее он истово отрицал, что Иисус есть Христос (Мессия, помазанник Божий — Божий избранник для осуществления определённой миссии в Промысле),

· после этого стал истово проповедовать, что именно Иисус и есть Христос.

И особый вопрос:

Потребно ли истинному Христу и истинному Богу, чтобы истинное христианство люди принимали в трепете и ужасе, будучи неспособными понять что-либо; чтобы принимали так, как нечто принял Савл-Павел?

Если человека охватывает трепет и ужас, то следует простообращаться непосредственно к Богу за защитой и помощью.[263].

А Савл Бога даже и не вспомнил, поскольку потерял самообладание. Прежде же того, как его вогнали в трепет и ужас, эксплуатируя Божие попущение в отношении него, Савл был далёк от Бога и упорствовал в этом самоотчуждении от Него. Жертвой наваждения в Божьем попущении Савл стал потому, что и перед выходом в Дамаск, и на пути к нему был одержим злобой (как сказано в Новом Завете), и в таком настроении (эмоционально-смысловом строе его души) ему было не до мыслей о Боге; не до его личностных ВЗАИМОотношений с Ним; не до мыслей о том, чему и как учил Иисус, и истинно ли это.

То есть, слепо и безумно веруя в фарисейскую традицию исповедания иудаизма, он жил вне религии Бога истинного, сам отгородившись от Него безумной верой в «мудрость» мира сего, злобно и бессмысленно отрицая всё, что доходило до него хотя бы окольными путями[264] из вразумлений Божиих, передаваемых людям Иисусом, пока тот жил среди них во плоти. И это было так, хотя была и для Савла открытая возможность к тому, чтобы подумать о том, что доходило до него окольными путями из проповедей Иисуса; возможность к тому, чтобы, предварительно помолившись Богу о защите от наваждений, если уж не было у него веры человеку во плоти — Иисусу, прийти к Иисусу и поговорить с ним, будучи убеждённым, что Бог ответил его молитве, и он защищён от наваждений самим Богом, как о том просил в молитве. Но Савл не считал это для себя лично жизненно необходимым; жизненно необходимым он считал репрессии в отношении инаковерующих и инакомыслящих. Такова была нравственность Савла до эпизода на пути в Дамаск.

И соответственно его нравам, как только некто явил силу в отношении него и назвался Иисусом (в эгрегориальном видении), то Савл сразу же согласился, что этот некто и есть истинный Иисус Христос, не задумываясь о том, что в отношении него был применён этически тот же самый подход, что ранее был применён синедрионом в отношении Иисуса Христа, пока тот жил во плоти среди людей; что в этом подходе в обоих случаях выразилась одна и та же нравственность:

«Сила наша будет законом правды, ибо бессилие оказывается бесполезным»[265] (Премудрость Соломона, гл. 2:11, изложение нравственной позиции неправоумствующих, искушающих Бога своим посягательством на казнь обличающего их праведника)» «Трудно тебе идти против рожна[266]» (Деяния апостолов, гл. 9:5, слова явившего себя Савлу в духе).

Разница только в том, что:

· в случае Иисуса Христа этот подход был овеществлён в виде членов синедриона, его стражи, римской власти, толпы злопыхателей и зевак в их персональном составе;

· а в случае Савла этот же подход выразился исключительно в духе, вещественно не затронув никого, разве что самого Савла, который был внезапно ослеплён.

Бог никого не вводит Своею волей в область действия Божиего попущения.

Все входят в область действия Божиего попущения в отношении нихсвоею волею сами,[267] уклоняясь от присущей Жизни праведности, под воздействием их же извращённых или ущербных нравов по невнимательности и настырности упорно игнорируя все предостерегающие знамения и наставления на путь истинный, даваемые Свыше так или иначе каждому прежде, чем он окажется в области Божиего попущения в отношении него. Это относится и к Савлу на пути в Дамаск.

Кроме того, истинный Христос, как явствует из свидетельств о нём даже в канонических текстах Нового Завета, не отказал никому в просьбах освобождения от бесовщины, исцеления от скорбей и недугов;[268] тем более не отказал никому из веровавших, а также никому из тех, которые уверовали, будучи прежде неверующими. Но, уже будучи признанным апостолом-учителем, Павел свидетельствует о противном:

«7. И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился. 8. Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня. 9. Но Господь сказал мне: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи». И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова» (2-е послание Коринфянам, гл. 12).

И встаёт вопрос:

· либо «Сила Моя свершается в немощи», как это заявил некто Савлу?

· либо Сила Божия свершается в праведности безотносительно к «немощи» и к «мощи» человека?

И эти две возможности далеко не всегда одно и то же Божие дело.

Также следует обратить внимание на то, что истинный Христос всегда выводил людей из области Божиего попущения в отношении них, а Павла оставил с жалом во плоти — с ангелом сатаны, сопроводив это благообразными «вразумлениями»: «чтобы не превозносился»?

— Так не было. Истинный Христос помог бы переосмыслить и изменить Павлу его нравы, и тем самым проблема превознесения была бы изжита: Бог не меняет того, что происходит с людьми, покуда люди не изменят самих себя сами.[269] Но если проблема Павлова превознесения существовала по-прежнему и в период его служения, то это означает, что Павел по-прежнему нёс в себе демонический строй психики и соответствующую ему нравственность, будучи по-прежнему в отвращении от Бога истинного, и служил большей частью своих дел не Богу, продолжая начатое Иисусом, хотя искренне был убеждён в противном здесь нами сказанному.

Ответ на вопрос: «Что делал ангел сатаны?» — состоит в том, что сей посланец, непрестанно сопровождая Павла, ретранслировал отчёты о его намерениях и действиях своему — не обладающему всеведением — шефу, что было необходимо для поддержания устойчивости процесса управления ситуацией вокруг Павла средствами эгрегориальной магии в пределах Божиего попущения.

А передаваемые Павлом «вразумления» якобы Христа по поводу отказа избавить его от ангела сатаны — беса, выполнявшего функцию сопровождения, освещения обстановки и целеуказания, к тому же удручавшего объект своей опёки, но не сдерживавшего его похвальбу в превознесении — отрицают обетования Нагорной проповеди:

«7. Просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам; 8. ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. 9. Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? 10. и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? 11. Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него» (Матфей, гл. 7).

Но Павел у Него — у Бога Всевышнего — не просил избавления от ангела сатаны. Он просил у того, кого почитал истинным Христом.

Что: отказав Павлу в исцелении, Иисус сам пошёл против того, что именуемый в «христианстве» «Богом Отцом» Всевышний Бог заповедал Иисусу передать людям и что известно всем из текста Нагорной проповеди?

— Так не было.

Истинный Христос не мог бы так отнестись к Савлу, как то приписывает Христу новозаветный навет в рассказе об обращения Савла в Павла и так, как свидетельствует о том сам апостол Павел во 2-м послании Коринфянам (12:7–9), потому, что истинному Христу, истинному христианству свойственно не только не эксплуатировать в своих целях Божие попущение в каких бы то ни было формах в отношении кого бы то ни было, но свойственно непреклонно выводить людей на свободу из области попущения, если они в ней оказались.

И если мы грешные люди, даже понимая это, всё же способны сорваться (по слабости воли или по ошибочности своих нравственных мерил или ошибочности их иерархической упорядоченности) и своекорыстно эксплуатировать Божие попущение в отношении окружающих, выражая в этом свой демонизм, то сам Христос — не был способен к этому отступничеству от сути самого себя, иначе бы он перестал быть Христом: свершилось бы грехопадение Христа.

Так, как о том повествует Новый Завет, в эпизодах, связанных с Павлом, вести себя мог только псевдо-Христос — Антихрист или некто иной от лукавого.

И соответственно в деятельности Павла выразилось то, от чего предостерегал сам Иисус:

«5. И когда некоторые говорили о храме, что он украшен дорогими камнями и вкладами, Он ‹Иисус: наше пояснение при цитировании› сказал: 6. придут дни, в которые из того, что вы здесь видите, не останется камня на камне; всё будет разрушено. 7. И спросили Его: Учитель! когда же это будет? и какой признак, когда это должно произойти? 8. Он сказал: берегитесь, чтобы вас не ввели в заблуждение, ибо многие придут под именем Моим, говоря, что это Я; и это время близко: не ходите вслед их» (Лука, гл. 21).

А к именуемому в «Деяниях апостолов» «Христом» в описании происшествия с Савлом на пути в Дамаск вполне относимы слова Христа, дважды выделенные нами в далее приводимой цитате:

«15. Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. 16. По плодам их узнаете их (выделено нами при цитировании). Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? 17. Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. 18. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. 19. (…) 20. Итак по плодам их узнаете их (выделено нами при цитировании)» (Матфей, гл. 7).

Сам Павел действовал именно так, как в отношении него действовал Антихрист, и как никогда не действовал среди людей сам истинный Христос. Пресекая пропаганду оппонента, Павел изрёк (выделено нами):

«8. А Елима волхв (ибо то значит имя его) противился им, стараясь отвратить проконсула от веры. 9. Но Савл, он же и Павел, исполнившись Духа Святого и устремив на него взор, 10. сказал: о, исполненный всякого коварства и всякого злодейства, сын диавола, враг всякой правды! перестанешь ли ты совращать с прямых путей Господних? 11. И ныне вот, рука Господня на тебя: ты будешь слеп и не увидишь солнца до времени.[270] И вдруг напал на него мрак и тьма, и он, обращаясь туда и сюда, искал вожатого. 12. Тогда проконсул, увидев происшедшее, уверовал, дивясь учению Господню» (Деяния апостолов, гл. 13).

Слов, обличающих неправду Елима понятным тому образом, не нашлось, и пошло: «сила наша да будет законом правды!» — со ссылками на Духа Святого, хотя Дух Святой — наставник на всякую истину, и будь он с Павлом — слова нашлись бы точно также, как они всегда находились у истинного Христа. Соответственно снова остаётся вспомнить слова Христа: «По плодам их узнаете их».

То есть нравственность апостола Павла не изменилась и оставалась той же самой фанатично-полицейской, репрессивной, какова она была у Савла — гонителя первохристиан. Разница только в том, что, став апостолом, Савл-Павел действовал теперь не от имени первосвященников ветхозаветного иудаизма, а от имени Иисуса Христа.

Конечно, на пути в Дамаск Савл мог не знать всего того, что мы привели из канона Нового Завета, обличающего явившегося Савлу по крайней мере как мелкого антихриста, если не как самогу ожидаемого церквями Антихриста. Но после этого эпизода Павел прожил ещё многие годы, встречался с другими апостолами, которые общались с истинным Иисусом Христом в период его жизни во плоти среди людей.

Невозможно, чтобы Павел не говорил с ними и другими первохристианами о многом. И они не могли не рассказывать ему того, что знали из бесед с ними самого Иисуса, и чему были свидетелями из жизни его в общении с другими людьми. И как показывают тексты «Деяний апостолов» и посланий апостолов, включая и послания самогу Павла, Павел был проповедником много знающим как в ветхозаветной традиции, так и в том вероучении, которое выражало субъективное нравственно обусловленное понимание апостолами того, что они называли учением Христа и положили в основу исторически реального христианства.

Однако и на протяжении всей своей последующей жизни, уже многое узнав от других об образе жизни и деятельности истинного Иисуса Христа, Павел не усомнился в том, что на пути в Дамаск он был призван к служению не Иисусом, хотя сам же писал: «сам Сатана принимает вид Ангела Света» (2-е послание Коринфянам, 11:14). Но не усомнились в этом и признали Павла избранным Иисусом также и апостолы, сопровождавшие истинного Иисуса Христа при его жизни во плоти и бывшие в его систематическом обучении, хотя они-то уж точно знали всё то, что нам известно по канону Нового Завета, и знали более того.

Это характеризует и их реальную нравственность и означает, что все они к учению, оставленному Христом, отнеслись бессмысленно, как к учению, предназначенному не для вразумления каждого из них, прежде чем других — а как к учению, предназначенному исключительно для других, поскольку сами они избраны и, побыв около Христа, тем самым якобы набрались его духа (вместе с информацией) и якобы таким путём уже освоили и несут в себе ту же истину, что нёс Иисус, пребывая во плоти среди людей.

И это приводит к вопросу о той нравственности, которую они приписывали Богу в их вероучении, порождая очередного выдуманного бога-эгрегора, и об отличии её от истинной нравственности Бога Всевышнего, который есть.

Причём особо отметим, что речь идёт не о порицании апостолов и Павла и не о возложении на них всей полноты ответственности за те беды, которые повлекла связка исторически реального христианства с ветхозаветно-талмудическим иудаизмом в истории человечества в эпоху после первого пришествия Христа. Эти беды действительно были бы невозможны, если бы восторжествовало то вероучение, которое нёс в себе и распространял Иисус, а не вероучение апостолов, которое подменило собой истинно Христово вероучение.

Когда люди принимали веру от апостолов, они обязаны были думать сами, они могли обратиться непосредственно к Богу, как тому учил Иисус (оставленная им молитва «Отче наш» об этом), им была открыта возможность сделать выбор иной веры, показав апостолам их заблуждения и неправоту, и Бог — без сомнения — их в этом поддержал бы.

Историю же надо принять такой, какая она есть: всё свершилось наилучшим возможным образом — при нравственности, свойственной каждому из людей; если бы хотя бы один человек изменил свою реальную нравственность и выразил бы её в своих намерениях, в мечтах, во внешне видимом поведении, то история свершилась бы иначе;[271] она была бы менее бедственна, если бы люди сами искали праведности и лада с Богом. Но если соотноситься с реальными нравами людей, то остаётся сделать вывод, что всё свершается несколько лучше, чем могло бы быть, если бы Бог не сдерживал злонравие людей неподвластными каждому из них и всем вместе обстоятельствами. Апостолы же сделали, что могли, и они как и все люди, воспитанные и живущие в толпо-«элитарной» культуре не могли не ошибаться.

Но становление «христианства» в том виде, в каком оно исторически реально сложилось, став одной из многих разновидностей идеалистического атеизма, оказалось возможным вследствие нравственно обусловленного принципа, свойственного почти всем первохристианам.[272] Хотя он так или иначе был свойственен почти всем первохристианам, но чётко выразил его сам апостол Павел (выделено жирным нами):

«Если кто из вас думает быть мудрым в веке сём, тот будь безумным, чтоб быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие перед Богом» (1-е послание Коринфянам апостола Павла, гл. 3:18, 19).

В жизненном диалоге с Богом разум (ум) индивида, пребывающего в «мире сём», только осмысляет и переосмысляет даваемое Свыше в Различение, вводя даваемое в систему миропонимания индивида, обнажая перед его сознанием возможности изменить нравственность и мировоззрение в направлении объективной праведности либо в направлении дальнейшего уклонения от неё. И каждый, даже если не чует и не понимает этого, вносит свой вклад либо в то, чтобы безумная перед Богом «мудрость» мира сего и впредь упрочивала своё господство в обществе, всё более изощрённо порабощая людей; либо в то, чтобы мудрость Всевышнего стала достоянием мира сего, воплощаясь в каждом его обитателе, в его намерениях и делах, утверждая лад в обществе, в биосфере Земли, в Космосе.

И если действительно отвергнуть свой разум, возжелав последовать совету Павла и стать безумным, что сам Павел неизменно и совершал в течение своей жизни, то этот жизненный диалог человека и Бога — иначе именуемый «религия» — будет разорван самим человеком, у которого останется только слепая, безумная, фанатичная вера в нечто, эгрегориально-магический ритуал и тому подобный «опиум» для народа.[273].

Диалог будет разорван потому, что именно разум сопоставляет «мудрость» мира сего с мудростью Боговдохновенной, а нравственные мерила — такие какие они есть — определяют, что выбрать из каждой и принять в качестве субъективной истины, после чего Бог, вводя человека в жизненные обстоятельства, позволяет человеку (а также и обществу, человечеству) убедиться в правильности либо ошибочности сделанного ими выбора и, соответственно, в праведности либо порочности их нравственности.

Согласиться же с Павлом — означает настаивать, как минимум в умолчаниях, на принципиальной бессмысленности и принципиальной непознаваемости Жизни, а также на абсолютной неисповедимости Промысла Божиего. В терминологии «научной философии» это означает впасть в агностицизм — в заблуждение, влекущее новые и усугубляющее прежние заблуждения. Это так, поскольку даже истина, став слепой и безумной верой, вводит в самообман и заблуждения. Но и разум таких людей при этом не окажется бесхозным, а будет вовлечён в эгрегор, управляемый вовсе не ими.

К сожалению, многие в исторически реальном христианстве последовали и следуют ныне совету Павла буквально и абсолютно:

«Надо просто верить в то, чему учит апостольская церковь» = «Если кто из вас думает быть мудрым в веке сём, тот будь безумным, чтоб быть мудрым».

Такая нравственно обусловленная позиция якобы избавляет от необходимости задумываться о том, что Иисус, пребывая среди людей во плоти, учил совершенно иному Христианству. И тем самым такие последователи Павла отгораживаются от Жизни и от Бога стеной безумия: агрессивно-паразитического или напуганного Жизнью и истерично-нигилистичного — не имеет значения. Это безумие и свойственные ему две названные крайности проявлений определили суть исторически реального христианства во всех его модификациях, построенных на признании факта казни, погребения и воскресения Иисуса Христа.

Так исторически реальное христианство вероучением об искуплении человечества[274] в самопожертвовании Христа, якобы избранного Богом в «жертву умилостивления» себе же, затмевает учение о Царствии Божием на Земле, в которое каждый человек входит своими усилиями, что и было Иисусовым благовестием всем людям без исключения.

Деяния агента посвящения.

Деятельность Павла оказалась настолько решающей как в распространении «христианства», так и в его содержательных изменениях, что некоторые исследователи считают его даже «римским агентом». Так британские исследователи Майкл Бейджент и Ричард Ли, авторы знаменитой книги «Святая кровь и святой Грааль»[275] в своей книге «Свитки Мёртвого моря» (1991 год)[276] утверждают, что Павел был агентом Рима. Книга интересна тем, что в ней приводится взгляд авторов на деятельность Кумранской общины в совокупности с деятельностью Павла и других «христиан», а также и скрытая сторона возможных результатов деятельности Павла, которая кажется авторам проявлениями его прямой подконтрольности Риму, а значит и «мировой закулисе».

Авторы не рассматривают глобального аспекта геополитики. Они либо скрывают роль иудаизма, либо благонамеренно считают что «иерусалимский первосвященник был всего лишь марионеткой в руках римлян».[277] Поэтому, не акцентируя внимание на многочисленных рассуждениях авторов, сделанных на базе информации свитков Мёртвого моря, укажем лишь некоторые интересные моменты. Наши выводы будут основываться на некоторых фактах из книги «Свитки Мёртвого моря», но могут не совпадать с выводами авторов (тем более, что авторы в подавляющем большинстве рассуждений лишь напускают «туман», а не делают окончательных выводов — хотя выводы в книге есть, но их предоставляется сделать самим читателям: такой способ «самооозарения», когда к нужному выводу мягко подводят…).

Одновременно с таким способом подачи информации, авторы книги «Свитки Мёртвого моря» всем её основным контекстом протаскивают версию, что Кумранская община могла существовать и в период рождения и проповеди Христа и после него, поэтому события, описанные в свитках могут относится к ранним «христианам», а не к предшественникам Христа. Раз уж эта версия имеет место, то её появление следует получше понять.

В отношении хронологии существования Кумранской общины Бейджент и Ли пишут: «Либо члены «ранней церкви» нашли приют в Кумранской общине, либо «ранняя церковь» и Кумранская община представляли собой одно и то же». Что касается Дамаска, в который направлялся Савл, то они делают предположение, что Кумран и Дамаск — одно и то же место. Обоснования этому они приводят следующие. Дамаск был территорией Сирии, на которую не распространялась власть иерусалимских первосвященников. А «священники Иерусалимского храма были коллаборационистами, сотрудничавшими с оккупантами-римлянами, и Савл выполнял роль одного из агентов. В Иерусалиме он, по слухам, уже принимал активное участие в гонениях против «ранней церкви»… Движимый фанатичным усердием гонителя, Савл поспешил в Дамаск, чтобы выследить членов «ранней церкви», обосновавшихся там. Его сопровождала группа единомышленников, по всей видимости — вооружённых. Кроме того, Савл имел при себе ордера на арест, выданные первосвященником Иерусалимского Храма.

В те времена Сирия не была частью Израиля, а являлась отдельной римской провинцией, которая управлялась римским легатом и не имела ни административных, ни политических связей с Палестиной. Но в таком случае какую силу могли иметь там приказы, подписанные иерусалимским первосвященником?

Если же под Дамаском имеется в виду Кумран, то экспедиция Павла приобретает вполне реальный исторический смысл. В отличие от Сирийского Дамаска, Кумран действительно расположен на территории, на которую распространялась законная юрисдикция иерусалимского первосвященника».

В книге «Свитки Мёртвого моря» приводятся некоторые факты, что Кумранская община могла существовать и до прихода Христа и после его прихода (от конца II века до н. э по конец I века н. э.). Действительно, нет оснований полагать, что община полностью прекратила своё существование после того, как выполнила роль лишь учений на тему «Отражения «вторжения» посланника Всевышнего в дела «мировой закулисы» и мероприятий по компенсации нанесённого посланником ей ущерба». Община могла быть задействована (как самая подготовленная) как во время прихода Христа, так и после него (возможно с изменением кадровой базы руководства: особо посвящённых и много знающих убрали, а «полигонные учения» и свитки остались на уровне преданий).

Но возможно и возрождение (на рубеже старой и новой эр) некой общины, которая получила преемственное название Кумранской (либо другое название, но сохранила преемственность) — но уже на обновленном людском «материале» с привлечением старых кадров и на базе преданий-свитков о предшествующей Кумранской общине. Об этом тоже рассуждают авторы книги, исследуя доставшееся наследие.

Изучение монет, найденных на месте раскопок и прочих археологических ценностей указывает на катастрофу, постигшую Кумран около 31 г. до н. э. во время правления царя Ирода. Возник пожар, заставивший обитателей общины покинуть её.[278] Возрождена же община была сразу после смерти царя Ирода во время правления сына Ирода, Архелая с 4 по 6 г. н. э. Та ли это была община или нет, но предания и эгрегор должны были сохраниться в преемственности — даже если это была и другая община, поддерживающая «чистоту» иудаизма и «христианства» по Исаии.

Версию о возрождении общины подтверждает датировка 450-ти бронзовых монет, найденных во время кумранских раскопок. Из них большинство монет приходятся на период после катастрофы 31 г до н. э. до 136 г. н.э (восстание Симона бар Кохбы), после чего община была окончательно уничтожена вместе с многими иудеями. Таблица периодизации монет показывает два наиболее активных периода существования Кумранской общины: 103 — 76 гг. до н. э. и 6 — 67 гг. н. э.

Вторая половина миссии Кумранской общины могла состоять в духовном лидерстве общины во время Христа и некоторое время после ухода Христа для упреждения всех мероприятий по духовному сопровождению земного пути Христа и компенсации нанесённого им ущерба «мировой закулисе» — вплоть до момента, когда ущерб был полностью компенсирован. Что это значит?

— Это значит, что община должна была своей деятельностью практически утверждать в среде иудеев и первых «христиан», что Иисус прошёл свой жизненный путь так, как написано в «пророчестве» Исаии[279] — что она и делала до прихода Христа, моделируя его приход. Одновременно с этим «Кумранская община» № 2 могла быть крупнейшим лидером по поддержке эгрегориальной алгоритмики общего библейского эгрегора в непростом (для «мировой закулисы») переходе от управления через иудейский эгрегор к смешанному управлению через совокупный иудео-«христианский» эгрегор. Наилучшим средством, в котором вся духовность «пророчества» Исаии была отработана до мельчайших подробностей и якобы подтверждена свершившейся в Иерусалиме казнью Христа — была Кумранская община.

Скорее всего это и имеют в виду авторы книги «Свитки Мёртвого моря», утверждая, что члены Кумранской общины были хранителями «истинного христианства» (Нового Завета): надо понимать — «христианства», выросшего из «пророчества» Исаии.[280].

Авторы книги «Свитки Мёртвого моря» указывают на множественные совпадения повествования свитков и истории деяний апостолов после Христа, предполагая, что в свитках могла найти отражение история не дохристовой эпохи, а история послехристовой (раннехристианской) эпохи. Но могло быть и так, что история Кумранской общины до Христа, свершившаяся как моделирование будущих событий «Отражения «вторжения» посланника Всевышнего в дела «мировой закулисы» и мероприятий по компенсации нанесённого посланником ей ущерба» — повторилась вновь в совпадении множества одинаковых эпизодов во времена Христа и после него, в основном во второй части поставленной перед общиной задачи.

Также возможно, что Кумранская община, будучи благонамеренным инструментом в руках «мировой закулисы», имела прямое отношение к инициации Савла в Павла — как эгрегориально (будучи «христианским» лидером среди первых общин), так и через окружение Савла — методом прямого экстрасенсорного воздействия. Но после инициации через некоторое время Павел начал следовать своим путём, отколовшись от общины, что и зафиксировано, как предположение, у авторов книги «Свитки Мёртвого моря».

Что касается традиционного противостояния в общине «Праведного учителя» и «Недостойного священника», которое авторы книги «Свитки Мёртвого моря» ассоциируют в предположении — с противостоянием Иакова (якобы последователя, а то и родственника Христа) и Павла («первого христианского еретика»), то эта история постоянных противостояний лидеров в общине могла вновь и вновь воспроизводиться как до Христа, так и после него, и окончилась крупнейшим противостоянием Павла и Иакова, зафиксированным в Новом Завете. Но противостояние Павла и Иакова вовсе не обязательно было в Кумранской общине и должно относиться к её истории. Само же это противостояние очень интересно, поэтому-то мы и остановились на книге «Свитки Мёртвого моря».

Как бы то ни было, но инициация Сала в Павла (37 г. н. э.) ознаменовала собой новый этап становления антихристианства — когда мораль и образ жизни Кумранской общины (как будущий «христианский» эталон) могли уже не совсем устраивать хозяев её проекта.[281] Рассмотрим эту версию подробнее. Вначале процитируем авторов книги «Свитки Мёртвого моря» (речь идёт об инициации Савла на пути в Дамаск якобы Иисусом):

«Когда видение кончилось и сознание понемногу вернулось к Савлу, он обнаружил, что ослеп. В Дамаске один из членов «первоначальной церкви» вернул ему зрение, и Савл принял крещение.

Современный психолог не усмотрел бы в приключении с Савлом ничего необычного… Савл, однако, воспринял это как реальное явление самого Иисуса, которого он, кстати сказать, прежде никогда не видел и который заставил его уверовать в Него. Савл даже отрёкся от своего прежнего имени и принял новое имя — Павел.[282] Впоследствии он сделался столь же ревностным распространителем учения «ранней церкви», сколь рьяным гонителем его был ещё недавно. Павел вступил в их общину и стал кем-то вроде послушника или ученика. Как он сам рассказывает в своём послании к галатам (Гал. 1: 17–18),[283] от находился в послушании около трёх лет, проведя большую часть этого времени в Дамаске. По свидетельству текстов свитков Мёртвого моря, период обучения и, так сказать, «испытательный срок» для новичков в Кумранской общине также составлял три года.

После трёхлетнего испытательного срока Павел возвратился в Иерусалим и встретился с лидерами тамошней общины. Не удивительно, что многие из них относились к нему с подозрением, не вполне доверяя обращению недавнего свирепого гонителя… Лишь со временем у Павла появились приверженцы, и он смог начать свою проповедь. Однако, его доводы казались некоторым недостаточными, и, по свидетельству Книги Деяний (Деяния 9:29),[284] некоторые из числа Иерусалимской общины даже угрожали ему. Стремясь разрядить потенциально опасную ситуацию, приверженцы Павла увезли его в Тарс, его родной город (ныне территория Турции). Там, оказавшись у себя дома, он продолжил проповедь».

Скорее всего «закулисные» заправители заметили деятельность Павла не сразу и не сразу её поддержали. Сначала его поддерживала какая-то «родная» община, в которой он провёл три года послушничества. Однако, эгрегориально и управленчески «закулисе» и нужно было нечто вроде проповедей Павла, а раз нужно было, оно и свершилось через его эгрегориальную инициацию (в процессе ослепления). По мере нарастания его проповедей, наблюдая за его деятельностью, «закулиса» решила, что он «годен» для дальнейшего извращения учения Христа. Сама же община, из которой вышел Павел, вздохнула с облегчением, избавившись от нерадивого ученика:

«Важно понимать, что подобная ситуация была равнозначна изгнанию. Иерусалимскую общину, как, впрочем, и Кумранскую, по большей части занимали политические события, происходившие тогда в Палестине. Остальной мир, и прежде всего Римская империя, волновал их лишь в той мере, в какой он мог повлиять на развитие событий в ограниченном мирке Палестины…

Так[285] началось первое из трёх (согласно свидетельству Деяний) миссионерских путешествий Павла за границу. В числе прочих мест он побывал в Антиохи, и именно там, в Антиохи, «ученики… в первый раз стали называться христианами» (Деяния 11: 26). Комментаторы обычно относят первое путешествие Павла к 43 г. н. э. К тому времени община «первоначальной церкви» успела уже несколько утвердиться, и роль лидера «секты» в Иерусалиме перешла к Иакову».

Как видно, авторы книги «Свитки Мёртвого моря» не уверены, что Кумранская община и «секта» в Иерусалиме — единая система «ревнителей закона»:[286]«Иерусалимскую общину, как, впрочем, и Кумранскую, по большей части занимали политические события, происходившие тогда в Палестине». Они разделяют Иерусалимскую и Кумранскую общины.

Скорее всего наше предположение верно, что после пожара 31 г. до н. э. Кумранская община — какой она была до пожара — престала существовать. Осталось название и письменное предание — свитки. И была во времена Христа и после него другая община, которая считала себя преемницей ессеев, либо даже назывались ессеями. Эти члены Кумранской общины № 2 и были близки «ревнителям закона», которые по духу были изначально близки верхушке Иерусалимской общины, но не были такими как их предшественники ессеи. Об этом пишут авторы книги (выделено жирным нами):

«По утверждению Роберта Эйзенмана, Кумранская община возникла на основе учения свитков Мёртвого моря, будучи движением совершенно иной природы, чем ессеи, согласно популярным представлениям о них. Центрами этого движения являлись не только Кумран, но и целый ряд других мест в Иудее, в том числе и Иерусалим. Движение это пользовалось значительным влиянием и служило серьёзной поддержкой для тех, кто на него опирался. Оно могло направить за границу Павла,[287] а также многих других миссионеров с миссионерской целью для вербовки новых сторонников. Наконец, это движение могло организовывать покушения и убийства (такие, например, как покушение на Павла, упоминаемое в конце Книги Деяний апостолов,[288] а впоследствии и убийство первосвященника Анании). Более того, оно могло выдвинуть своего собственного легитимного альтернативного кандидата на пост первосвященника Иерусалимского Храма. Оно было в состоянии захватить и удерживать в своих руках стратегически важные крепости — такие, как Масада. И, что самое главное, оно было способно собрать вокруг себя практически всё население Иудеи и организовать всеобщее восстание против римского владычества — восстание, которое привело к крупномасштабной войне, продолжавшейся семь лет и потребовавшей вмешательства не отдельных небольших отрядов, а целой римской армии. Принимая во внимание размах и масштабы всех этих событий, становится совершенно ясным, что традиционные образы ессеев и «ранней церкви»[289] являются вопиюще неадекватными. Столь же очевидно, что движение, заявившее о себе через деятельность Кумранской общины и «ранней церкви», выразилось и в деятельности других группировок, обычно считающихся независимыми друг от друга: саддукеев, например, зилотов и сикариев».

Авторы книги «Свитки Мёртвого моря» уделили много внимание синхронизации нескольких событий: убийства Анания (представителя саддукеев, которые были в оппозиции к «ревнителям закона», представленных Иаковым[290]), убийства Иакова в 66 году и последовавшего за этим первого восстания иудеев против римской власти. Практически сразу после убийства первосвященника Иакова в Иудее вспыхнуло восстание, в результате которого был убит Анания, как «соглашатель римскими оккупантами». После чего иудейская война уже не останавливалась до начала осады Иерусалима Веспасианом[291] в 69 году. Если принять во внимание, что церковь датирует казнь Павла 67 годом, то и это событие тоже синхронизировано в свершившейся истории.

Получается, что под руководством «закулисных» «разводок» к 66–69 годам все «нужные» события вокруг Иерусалима, связанные с «христианством», уже произошли. В результате очередной «разводки» в среде враждующих иудейских личностей и движений[292] (одних натравили на других) «закулиса» спровоцировала иудейскую войну. С этого момента история дальнейшего становления как «христианства», так и дальнейшая история иудаизма (двух главных составляющих единой библейской концепции) — продолжаются уже совсем иначе: иудаизм лишается государственности и начинается эпоха рассеяния (диаспоры), а «христианство» постепенно обретает содержание учения Павла. В общем, все главные «Мавры» сделали своё дело — и больше их услуги были не нужны. Сам же Павел оставил в истории глубокий след, которым «воспользовались» после него. После Христа прошло всего около 35 лет — за которые сменились около двух поколений: как в Синайской пустыне.

Что следует ещё отметить из книги «Свитки Мёртвого моря», то — как авторы представляют деятельность Павла (выделено жирным нами):

«В «ранней церкви», как сказано в Книге Деяний, возник настоящий раскол, инициатором которого был апостол Павел. Главным оппонентом Павла выступала загадочная фигура — Иаков, брат Господен. Нет сомнений, что именно Иаков был признанным лидером Иерусалимской общины, которая в позднейшей традиции стала называться «ранней церковью»…

Как бы то ни было, «подтекст» Книги Деяний по сути сводится к противоречиям между двумя наиболее влиятельными личностями Иаковым и Павлом… Иисус у Павла — это самый настоящий бог,[293] биография и чудеса которого слово в слово совпадают с чудесами и эпизодами из культов других божеств-соперников,[294] с которыми он боролся за аудиторию адептов…Если бы основное русло его развития[295] совпало с учением Иакова, христианства как такового вообще не было бы, а возникло бы очередное ответвление иудаизма, которое могло стать доминирующим, а могло и угаснуть.[296].

Спустя примерно пять лет после того, как Павел начал свою проповедь в Антиохии, возник вопрос о содержании его миссионерской деятельности. Как сказано в 15 главе Книги Деяний, в Антиохию прибыл целый ряд представителей от Иерусалимской общины — вероятно, как предполагает Эйзенман, с весьма специфической целью — проконтролировать действия Павла. Посланники настойчиво подчёркивали важность строгого соблюдения Закона[297] и обвиняли Павла в пренебрежительном отношении к нему. В итоге Павлу и его сподвижнику Варнаве было приказано явиться в Иерусалим для консультаций с руководством общины. С этого времени в отношениях между Павлом и Иаковым появляется широкая трещина, и автор Деяний, рассказывая о конфликте между ними, выступает в роли апологета Павла.

При всех последовавших за этим разногласиях необходимо подчеркнуть, что Павел, по сути дела, стал первым «христианским» еретиком и что его учение, ставшее впоследствии богословским фундаментом для позднейшего христианства, представляет собой явное и несомненное уклонение от «первоначального» или «чистого», учения, которого придерживались лидеры общины».

Здесь авторы книги «Свитки Мёртвого моря» не правы в одном. Мы уже знаем, что за христовым учением не последовал никто из учеников. Если и соблюдали члены Иерусалимской общины какую-то «чистоту», то это была чистота иудаизма, к которой добавилось некое мессианство Христа — как свершившееся «пророчество» Исаии. Павел же действительно выполнял эгрегориальный (либо ещё и структурный) «заказ»: «сделать из явления Христа новую подходящую веру». «Заказ» был запущен, наблюдения за деяниями Павла прошли, павлово «христианство» подошло, как нельзя кстати. Возможно, что авторы книги правы в том, что если бы Павел этот «заказ» не выполнил как надо было «закулисе», то толпе пришлось бы ещё долго довольствоваться многобожием. А четыре Евангелия и прочее содержание Нового Завета скорее всего подобрали и подогнали к наследию Павла, а не наоборот.

История не подтвердила праведность Иакова: он был убит почти одновременно с «еретиком» Павлом.[298] А вот Иисус распят не был — как единственный праведник и истинный христианин.

Скорее всего опыт обожествления Иисуса, который накопил Павел, подошел «закулисе» и Евангелия были составлены уже с учётом этого опыта. Авторы книги «Свитки Мёртвого моря» пишут об опыте Павла (выделено жирным нами):

«Павел же как бы отодвигает Бога на второй план и впервые устанавливает почитание самого Иисуса,[299] причём Иисус становится иудейским аналогом Адониса, Аттиса, Таммуза[300] и прочих умирающих и воскресающих божеств,[301] которые были столь популярны на Среднем Востоке в ту эпоху.[302].

Павел знал, что делал.[303] Он прекрасно разбирался, причём на удивительно высоком даже по современным меркам уровне, в технике религиозной пропаганды. Он понимал, что необходимо для того, чтобы превратить человека в бога,[304] и осуществлял это куда более умело и последовательно, чем римляне, насаждавшие культы своих императоров. Павел, как он сам признавал, не претендовал на то, что повествует о реальном Иисусе — человеке, которого и Иаков, и Пётр, и Андрей знали лично. Напротив, во втором послании к коринфянам (2 Кор. 11: 3–4) Павел прямо заявляет, что члены Иерусалимской общины проповедуют «другого Иисуса».[305] Их посланники, говорит он, называют себя «служителями правды»[306] — характерно кумранское выражение. Отныне они стали и по делам своим, и по учению открытыми соперниками Павла.

В соответствии с данными ему инструкциями Павел, по мнению большинства исследователей, около 48–49 гг.н. э. возвращается из Антиохи в Иерусалим и встречается с лидерами тамошней общины. Неудивительно, что вспыхивают новые споры. По свидетельству Книги Деяний, Иаков, стремясь сохранить мир в церкви, соглашается пойти на компромисс, чтобы облегчить «язычникам» возможность вступления в общину[307]. Трудно поверить, но он соглашается закрыть глаза на нарушение некоторых положений Закона, оставаясь непреклонным в отношении других.

Павел тоже вынужден идти на уступки лидерам общины. На этом этапе он также нуждается в её поддержке — не с тем, чтобы придать легитимный характер его проповеди, а с тем, чтобы легитимизировать и тем самым обеспечить выживание общин (церквей), основанных им за пределами Палестины. Он предпринимает новое миссионерское путешествие, уча и проповедуя, а затем, по свидетельству Книги Деяний (Деян. 18: 21), вновь возвращается в Иерусалим. Большинство его посланий относятся именно к этому периоду — между 50 и 48 гг.н. э. Из его посланий со всей очевидностью следует, что к тому времени он практически полностью устранился от связей с лидерами Иерусалимской общины, и от их строгостей в соблюдении Закона…

В другом послании, послании к филиппийцам (Флп. 3:9), он высказывается вполне определённо: «И надейтесь в Нём не своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере».[308].

В 58 г.н. э. Павел вновь отправляется в Иерусалим вопреки просьбам его сторонников, которые из опасений перед иерархами Иерусалимской общины буквально умоляли его не ходить и не рисковать собой…Когда Павел находился в Храме, он был атакован толпой поборников благочестия. Они восклицали: «Мужи Израилевы, помогите! Этот человек всех повсюду учит против народа и Закона и места сего» (Деян. 21:28). Вспыхнули волнения; Павла выволокли из Храма, и его жизнь была в опасности. В решающий момент его невольно спас римский офицер,[309] который, услышав о беспорядках, явился к Храму с отрядом солдат. Павел был арестован и закован в цепи по первоначальному подозрению, будто он является лидером сикариев — террористов-боевиков из числа зилотов.

В этом месте повествование становится запутанным, так, что можно заподозрить, что какая-то часть его была отредактирована или даже опущена… Не обращая внимания на эти призывы,[310] римляне привели Павла в «крепость» (Деян. 22: 24), по всей вероятности — крепость Антония, служившую военной и административной резиденцией римских оккупантов. Там они намеревались устроить ему допрос и приказали бичевать его (Деян. 22:24), чтобы выпытать правду…Как бы то ни было, по римским законам было запрещено подвергать бичеванию человека, имевшего официальные права римского гражданства. Павел же, как уроженец Тарса и выходец из богатой семьи, такие права, безусловно, имел. Таким образом, он сумел избежать телесного наказания, однако остался в темнице.[311].

Тем временем группа воинственно настроенных евреев, числом около сорока человек или даже более, вступила в тайный сговор. Они условились, что не будут ни пить, ни есть, пока им не удастся убить Павла (Деян.23:12–13)…

Родственник апостола, о котором мы больше ничего не знаем, предупредил о заговоре и Павла и римлян. В тот вечер Павел по соображениям безопасности был переведён из Иерусалима. Его сопровождал более чем внушительный эскорт — 470 воинов, в том числе 200 легионеров, 200 копьеносцев и 70 всадников![312] Павел был отправлен в Кесарию, римскую столицу Иудеи, где предстал перед царём Агриппой — правителем и римским ставленником… В результате он был отправлен в Рим, предположительно — для суда.[313] Однако нет никаких указаний на то, что именно он пытался предпринять.

Поведав о путешествиях Павла и даже о кораблекрушении, которое он потерпел, Книга Деяний кончается.[314] Или лучше сказать, обрывается на полуслове, словно автораший его финал книги, заменив его более удобным для него окончанием.[315] Разумеется существует целый ряд преданий, повествующих о том, что Павел был заключён в темницу, что ему удалось добиться личной аудиенции у императора, что он был освобождён и отправлен в Испанию, что Нерон лично приказал казнить его, что он встретился в Риме (или даже в темнице) с Петром и, наконец, что он был казнён вместе с Петром. Однако ни текст Деяний, ни какой-либо иной документ не дают оснований для подобных историй».

Деятельность апостола Павла (иудея по происхождению), его конфликт с «ревнителями закона Моисея»,[316] которые исповедовали в общем-то иудаизм — была на руку «мировой закулисе». Ей необходимо было найти эффективные расхождения между учением якобы Моисея (для иудеев) и учением якобы Христа (для «язычников») — чтобы в будущем надолго развести на два конфликтующих лагеря иудеев и «христиан». Эти расхождения наиболее ярко выразил апостол Павел, ввязавшийся в затяжной конфликт с Иерусалимской общиной. Конфликт между Павлом (автором большой части учения для «язычников») и «ревнителями закона» поддерживался некой «третьей силой»: иначе зачем было Павлу лезть на рожон, возвращаясь в Иерусалим, когда он уже не нуждался в поддержке Иерусалимской общины (58 г.). Так Павел стал героем у «христиан» и врагом для иудеев. А на основе его реально существовавшей миссионерской деятельности написать можно было много чего от его имени. После окончания миссии Павла (как считала «мировая закулиса»), его казнили (67 г.), либо инсценировали казнь.

«Закулиса» была удовлетворена извращениями Павла, поскольку он ко всему прочему ещё оставлял «христианам» возможность поддерживать в их среде иерархии от имени Бога: «элита» + «господа»,[317] что строго порицал Христос. Об этом можно найти даже в тех Евангелиях, которые были избраны каноническими. То есть, Павел ввёл в библейское христианство свои законы веры, в корне отличные даже от того, что поняли многие апостолы. И получился завет Антихриста, поддерживающего рабство в среде «христиан» (выделено нами):

К Ефесянам 6.

5 Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу,

6 не с видимою только услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души,

7 служа с усердием, как Господу, а не как человекам,

8 зная, что каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал, раб ли, или свободный.

Впрочем и второй «первоверховный апостол» Пётр учил тому же:

1-е Петра 2.

17 Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите.

18 Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым.

19 Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо.

20 Ибо что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу.

21 Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его.

Новый Завет и окончательное становление канонов.

К концу I века н. э. опасность для «мировой закулисы», что иудаизм «ассимилируется» с «христианством» — миновала. Как видно из предыдущих рассуждений свой вклад в «несливаемость» иудаизма и «христианства» внёс апостол Павел. К тому же иудеев рассеяли на диаспоры, а договориться о неком единстве веры с «христианами» в условиях, когда нету такого центра как Иерусалим — трудно. Так иудеи остались «богоизбранным народом» № 1, а «христиане» стали «богоизбранным народом» № 2 и оба «народа» были гонимы римскими властями.

Несмотря на то, что Иисус Христос обращался ко всем людям (и к иудеям и к «язычникам») с предложениями принять его веру, иудеи остались при своей вере, а «христианство» стало «набирать обороты». Была выдвинута на первый план[318] основная мораль «христианства» после Христа:

Глубинное повреждение человеческого естества вследствие первородного греха (от нарушения первой заповеди Ветхого Завета про неупотребление плодов с Древа познания)[319] — вследствие чего «христианам» предписан не поиск земных благ (материальных, физических, бытовых, интеллектуальных[320] и тому подобных),[321] а радикальное исцеление загубленной души.[322] Утопающий, заблудший не должен искать наслаждения, он должен искать спасения души для будущей жизни — это есть нематериальное блаженство для «христиан».

На основе этой «христианской» морали был составлен Новый Завет. В учении Иисуса не было строгих догматов: он не долбил в головы учеников готовые формулировки, да ещё под запись. Христос был хороший психолог и разговаривал в разных собраниях людей на языке, который был им доступен и понятен. Многие, кто его слушал, достаточно адекватно понимали его в тот момент, когда он говорил. Но когда психологические практики-выступления заканчивались, мировоззрение, которому становились сопричастны ученики, пропадало в их воображении вместе с уходом Христа. И обыденное мировоззрение брало верх — особенно по истечении времени от момента общения. Конечно многие ученики могли слышать одно и тоже от Христа, пребывая на одних и тех же собраниях, где он выступал. Поэтому в четыре канонизированных Евангелия вошло много удивительно схожих эпизодов. Но выражения мировоззрения Христа в Новом Завете почти не осталось — если не учитывать некоторые высказывания, которые ученики могли просто запомнить и транслировать, а цензура их пропустила, сочтя не опасными.

В III веке начался процесс унификации «христианства» — придания ему единства вероучения и культов. Уже во времена апостола Павла действовали многочисленные общины, которые концентрировались вокруг патриархатов.[323] Самыми первыми были Иерусалимский, Антиохийский, Александрийский, Римский и Константинопольский патриархаты. Ожесточённые споры о христианском учении шли вплоть до принятия «христианства» Римской империей в конце IV века. Несмотря на официальное провозглашение его императором Константином в 337 году, до конца IV столетия постоянно воспроизводились протесты с откатом в олимпийский пантеон в Римской империи. Самый крупный конфликт государственного уровня был во времена Юлиана, который получил прозвище «Отступник».[324].

Как мы уже говорили, Символ веры был принят на Никейском соборе в 325 году. Основные моменты содержания библейского христианства вошли в 12 пунктов этого символа. В это же время были одобрены семь основных таинств церкви (о таинствах речь пойдёт позже). Однако, этому предшествовал период ожесточённых споров в среде самих «христиан»: о том, кто такой Христос, какая истинная вера Христа и можно ли его считать Богом.

Так, александрийский священник Арийотвергал божественность Христа, утверждая, что он лишь «высшее творение Бога». Другой константинопольский епископ Несторий пытался научно разъяснить вопросы о соединении в Христе божественной и человеческой природы и их взаимном отношении. Он учил, будто Мария родила простого человека Христа, отчего Христос представлялся простым человеком, лишь носившим в себе божество. Эти учения не устраивали «закулису», которой нужен был новый бог-авторитет, чтобы держать толпу в повиновении.

Были и противоположные суждения. Некоторые священники отдавали перевес божественной природе Христа, представляя его только Богом.[325] Такое учение называется монофизитсвтом. На учении монофизитов основана догматика Армянской, Коптской и Эфиопской церквей.

Однако, после выработки положений, основанных на Никейском Символе веры, все остальные учения были признаны ересями. Но, несмотря на преследования, эти и другие «ереси» сопровождают всю историю «христианства» вплоть до наших дней. Последнее является отражением того, что ни в одной из ветвей послехристового христианства не найдена истина — иначе либо ересей не было бы (если была бы истинно права церковь), либо церковь самоупразднилась бы за несколько сотен лет (если бы хоть одна их «ересей» представляла бы истинное совершенное учение).

Утверждение канонического Нового Завета, определение состава его книг, их окончательное редактирование и цензура затянулись до VII века.

Согласно канону Новый Завет состоит из 27 книг, которые обычно делят на четыре части:

· 4 Евангелия (от греческого благая весть) — от Матфея, от Марка, от Луки и от Иоанна, два из которых приписываются непосредственным ученикам Христа.

· Деяния апостолов, названных «святыми», авторство которых приписывается евангелисту Луке, предполагаемому ученику апостола Павла.

· Послания апостолов различным общинам первых «христиан», рассеянных по огромным просторам Римской империи. Число этих посланий — 21, большинство из них (14) принадлежит апостолу Павлу.

· Апокалипсис (от греческого откровение) — Откровение Иоанна Богослова. Вокруг происхождения этого Откровения ходят легенды. Однако лишь в нём есть прямая «подпись» «мировой закулисы» — Аминь[326] — не как окончание какого-либо текста (чего много в Новом Завете), а как высшего духа-«свидетеля» всего свершившегося и ещё не свершённого (Откровение 3: 14–16).[327] Апокалипсис является последней главой Нового Завета, своеобразным пугалом для «христиан», в котором явно можно выделить первоприоритетность при спасении тех, кто лоялен к иудеям.[328] Этим Новый Завет прочно замкнут на авторитет Ветхого Завета (конец всей библейской канонической писанины замкнут на начало библейской концепции: евреям было обещано возвращение на «святую землю» и это возвращение записано в Новом Завете в последней главе) и на «богоизбранность» евреев, как «богоизбранного народа» № 1. После того как «правоверные христиане» приняли весь Новый Завет с такой запутанной апологетикой и даже предпочтением иудаизму — грех говорить о том, что христиане следуют учению Христа.[329].

Существовали и другие бесчисленные тексты — Евангелия, Деяния, Послания и Откровения, которые приписываются легендарным фигурам раннехристианской эпохи. Поэтому «закулисе» во-первых, было из чего выбирать и во-вторых, в большом количестве источников легче было скрыть отсебятину, дописав, например, несколько Посланий, либо Евангелий поздним числом, следуя особенностям письма первых «христиан».

Считается, что в IV веке оба Завета (Ветхий и Новый) перевёл на латынь блаженный Иероним. Этот перевод послужил основой для дальнейшей работы и получил название «Вульгаты». Перевод Библии на славянские языки относится к IX веку. Официальный — Синоидальный (то есть, одобренный Синодом, высшим органом управления Русской Православной Церкви — РПЦ) — перевод на русский язык был сделан только в конце XIX века.[330] На сегодня Библия переведена на все известные языки (как же: ведь Библия это — концепция, предназначенная для мирового «господства») земного шара (более 2100) и с момента изобретения книгопечатания в XV веке вышла рекордным тиражом — более 4 млрд. экземпляров.

Эволюция библейского христианства.

После I (Никейского) и II (Константинопольского) Вселенских соборов до раскола «единой» псевдохристианской церкви на западную и восточную было множество Вселенских соборов, крупные из которых: III Эфесский, 431 год; IV Халкидонский, 451 год; V Второй Константинопольский, 553 год; VI Третий Константинопольский, 680 год; VII Второй Никейский, 787 год. Все эти соборы не обходили стороной продолжающиеся споры по двум вопросам: божественное происхождение Христа и так называемое «иконоборчество» (споры о том, как изображать Христа и других «святых»).[331].

В то же время, ещё в V веке от только что сформировавшейся вроде бы единой «христианской» церкви стали отделяться разные «национальные» церкви. Единство до раскола на восточную и западную церкви поддерживали не прекращающиеся надолго Вселенские соборы и власти сначала Римской империи, а затем, когда империя распалась на Восточную и Западную (конец IV века) — власти ряда западных государств.

Заметьте, что практически сразу после принятия Римской империей новозаветных канонов — представляющих собой крупнейший подлог от имени Бога — Римская империя распалась. Так выразился Божий Промысел: не будет дальше существовать самая крупная империя под идейно-религиозной концепцией лжи. «Мировой закулисе» пришлось довольствоваться собиранием осколков завоёванной «варварами» западной части империи[332] в единое целое под вывеской католичества, сумев сохранить ещё на тысячу лет единство восточной части (Византии) под вывеской православия — до «триумфального шествия» исторического ислама.

На протяжении нескольких сотен лет (до VIII века) шёл спор между церковными иерархами двух духовно-религиозных столиц — западной (Рима) и восточной (Константинополя) — кто их них главнее в «христианской» иерархии. Разница между двумя ветвями библейского христианства, начало которой положил распад империи, всё больше.

И больше проявлялась в период IV–VIII вв. Поместные церкви на Востоке находились под покровительством императора, у их глав не было необходимости вмешиваться в политику и межгосударственные отношения, тогда как на Западе церковь играла роль единственного островка стабильности в политическом хаосе, охватившем бывшие имперские земли после падения в них власти императора.

С этого момента библейское христианство (позже — католичество) было главнейшим средством поддержания единой дисциплины в среде разрозненных западных царств. Управление западным конгломератом следующие более 1000 лет (вплоть до эпохи Возрождения) осуществлялось практически всецело через посвящённые (каждая в своё) верхушки поместных церквей, связанные единой орденской «католической» дисциплиной и через кадровую базу иудаизма. Церковь была почти повсеместно сильнее государственной власти и, если надо, то и глава государства мог быть объявлен еретиком и подвергнут процедурам «святой» инквизиции.

Римский епископ, получивший почётный титул «папы» (отца), постоянно играл роль третейского судьи в спорах между государями «варварских» королевств. Нужно ли говорить, что папа был высоко посвящённый и выполнял роль наместника вовсе не Бога (как провозглашали для толпы), а «мировой закулисы». Западная церковь превратилась в жёсткую иерархическую структуру, подобную государственной, однако, это была надгосударственная структура, а римский епископ играл роль абсолютного монарха. В 756 году духовная власть настолько взяла верх над светской, что римский папа стал к тому же ещё и главой целого государства — Папской области в центре Италии, которую франкийский король Пипин Короткий подарил папе Стефану II. Авторитет Римской (западной) церкви поддерживался тем, что основателем её считался сам апостол Пётр, чей авторитет возвышал Рим над другими поместными церквями. Поэтому в Западной церкви стали возникать идеи (естественно эти идеи принадлежали «закулисе») организации всей «христианской» церкви по одному образцу, как церковной монархии во главе с первосвященником. Папа же получил право изменять даже догматы, принятые Вселенским собором. То есть, папа становился чем-то вроде аналога императора[333] в распавшейся Римской империи: до принятия Римом «христианства» император был и верховный монарх и бог — одновременно (напомним, что обожествление царя-фараона идёт от времён древнеегипетских династий). Видимо «закулиса» пробовала собрать новую мощную империю на базе «христианской» монархии, подмяв под себя и Византию. Но это не получилось.

Скорее всего «мировая закулиса» отдавала предпочтение более жёсткому католичеству и его кадровой базе, однако, понимая что раскол — историческая данность — и умея хорошо справляться с управлением в условиях вражды двух (или нескольких) систем (вражду она зачастую сама и инициировала — в том случае, если видела проблемы для себя в управлении единым целым: в моменты кризисов управления), «закулиса» поддерживала и Западную и Восточную церкви, не желая «класть все яйца в одну корзину». Тем более, что в духовном и в каноническом плане серьёзных расхождений не было почти никаких — а значит общий эгрегор позволял манипулировать не только людьми, но и крупнейшими обстоятельствами вокруг государств и людей, приводя обе системы (и Западную и Восточную) к единству текущего глобального сценария.

Но не религиозные догматы, а животный эгоизм местных монархов, шаткость орденской дисциплины и несогласованность кадровых вопросов сыграли важную роль в первом крупном столкновении между Западной и Восточной церквями. В 857 году византийский император Михаил III низложил Константинопольского патриарха Игнатия и возвёл на патриарший престол восточной церкви нового главу — Фотия. Это решение утвердил собор 861 года. Но с избранием нового патриарха не согласился римский папа Николай I, требовавшей вернуть Игнатия и предложивший императору Византии передать Римской церкви Иллирию, Македонию, Дакию, Фессалию, Эпир и некоторые другие греческие земли.[334] Византийский император ответил отказом. Тогда римский папа созвал собор, низложивший Фотия.[335] Положение осложнял спор о том, в чьём подчинении — Рима или Константинополя — должна находиться только что крещёная Болгария. Лишь после этого возник вопрос об изменениях в Символе веры. Фотий признал изменения еретическими и к нему присоединились главы других поместных церквей Восточной церкви и в 867 году на соборе в Константинополе римский папа был отлучён от церкви (предан анафеме — проклятию). В свою очередь, Николай I на соборе 869 г. в Риме анафемировал Фотия и его сторонников.

Сразу возникает вопрос, который обходят молчанием почти все «христиане»: может ли истинная совершенная вера Богу разделять? А разделены были не то что люди, а целые церкви имени Христа (за которыми судьбы миллионов поверивших людей), да ещё до такой степени, что они в злобе и борьбе за власть над землями и народами (желая отвоевать друг у друга подконтрольные территории) — прокляли друг друга на века от имени одного и того же Христа.

С этого момента, хоть и случались временные улучшения в отношениях между Восточной и Западной церквями имени Христа, примирения — не было никогда. Папы ссылались на так называемый Константинов дар — подложную грамоту, составленную якобы по приказу римского императора Константина. По этой грамоте Римская церковь объявлялась высшей по сравнению с другими поместными церквями, а римский епископ — главой всех иерархов библейского христианства.

Усилились и догматические различия в учении и обрядах Западной и Восточной церквей. В Римской церкви был введён обычай причащать верующих пресным хлебом, установлен пост в субботу и, главное — полное безбрачие (целибат) для духовенства. Все эти положения отвергали поместные церкви на Востоке.

В середине XI века при Константинопольском патриархе Михаиле Керулларии произошёл окончательный разрыв. По приказу патриарха в 1053 году все церкви и монастыри в Константинополе, придерживающиеся римского обряда, были закрыты. Римский папа Лев IX послал к Михаилу Керулларию делегацию во главе с кардиналом Гумбртом, но не для решения спора между церквями, а для передачи папского указа об отлучении патриарха. В ответ на это в 1054 году был созван собор, анафемировавший римского папу. С этого момента церкви окончательно разделились.[336] Изменились даже их общеупотребительные названия: Западная стала называться католической, а Восточная — православной.

Особенности католицизма.

Католицизм — Западная или «Римско-католическая христианская церковь» — самая массовая разновидность библейского христианства. Приверженцами католицизма являются свыше 1 млрд. чел. в мире. Население, крещёное по католическому обряду, составляет большинство в 50 странах мира. Географически католицизм наиболее распространён в Америке (США, Мексика, Латинская Америка) и в странах Европы (Испания, Италия, Португалия, Франция, Бельгия, Австрия, Германия, Венгрия, Польша, Чехия, Литва, часть Украины, и часть Беларуси). Большие католические общины существуют во многих странах Африки и Азии (Филиппины).

Основные догматические различия между Восточным (православием) и Западным (католицизмом) учениями библейского христианства следующие:

· Догмат о «филиокве» (от латинского filioque — и от Сына) — об источнике исхождения Святого Духа. В католицизме принято, что Святой Дух исходит и от Бога-Отца, и от Бога-Сына, тогда как в православии он исходит лишь от Бога-Отца.[337] Православные иерархи оставили за собой первоначальный Символ веры (окончательно утверждён на II Вселенском Константинопольском соборе в 381 году), а католические иерархи прибавили к Никейско-Константинопольскому Символу Веры в 589 году положение о втором источнике Святого Духа — исходящего от Бога-Сына.[338] В таком виде Символ веры получил своё распространение начиная с IX века в империи Карла Великого, охватывавшей территории современных Франции, Германии и Италии.

· Учение о чистилище. В соответствии с православным вероучением о загробной жизни, души людей в зависимости от того, как они прожили свою земную жизнь, обязательно попадают в рай или ад.[339] Католическая же церковь отстаивает представление о чистилище — как о промежуточном месте между раем и адом, где находятся не отягчённые смертными грехами души грешников. Догмат о чистилище был принят на Вселенском Флорентийском соборе в 1439 году. Собором было также определено, что «молитвы живых верных, т. е. жертвы, молитвы и милостыня, равно как и другие дела благочестия, кои верные имеют обыкновение совершать для других верных, — служат этим душам к уменьшению их страдания». Ясно, что такой подход ещё больше укрощает паству в земной жизни и служении церкви. Как принято считать, в чистилище души также, как и в аду, подвергаются пытками огнём, подобным адскому — но в меньшей мере.

· Учение о «сверхдолжных заслугах», то есть — о добрых делах. Эти «добрые дела» относятся к разряду тех, которые не необходимы для спасения самих совершителей, а тех — которые совершены сверх религиозного долга. Например, «сверхдолжными заслугами» считается обет добровольной бедности, либо обет девства. Ясно, что это — тоже добавляет покорности выпасаемой толпе и уменьшает потребление в целом в обществе. Это — в католицизме. Католическая церковь считает, что за счёт деятельности святых и праведников у неё накапливается запас добрых дел. И, как «мистическое тело Христа, его Наместник на земле»,[340] церковь призвана распоряжаться этим запасом «добрых дел». Хитро: святые и праведники, как говорится, «вкалывают», а церковь собирает их «заслуги» и употребляет по своему усмотрению — на лишь ей известные «добрые дела». Самая большая выгода церкви от этого, конечно — употребление авторитета «праведников и святых» (коих она сама и назначает, как правило: но есть и исключения) для укрепления своего авторитета в глазах выпасаемой толпы (своеобразный «пиар»). Так первым авторитетом церковь сделала личность Христа.

· Теория и практика индульгенций (от латинского indulgentio — милость). Только в католичестве в развитие учения о «сверхдолжных заслугах» считалось возможным выдавать особые папские грамоты — индульгенции — об отпущении грехов.[341] Индульгенция обычно приобреталась за деньги. Были даже разработаны специальные таблицы, в которых каждая форма греха имела свой денежный эквивалент.[342] Откровенные злоупотребления, связанные с предоставлением индульгенций, вынудили католическую церковь в XVI веке категорически запретить их продажу, как противоречащую нормам церковного права.

· Возвышенное почитание Богородицы — Матери Иисуса Христа Девы Марии (Мадонны). Оно начало оформляться уже в IV веке на Третьем Вселенском соборе в Эфесе в 431 году. Дева Мария была признана Богородицей и Царицей Небесной — в противовес в общем-то здравым (в отношении этого вопроса) мыслям епископа Нестория, что Иисус Христос родился простым человеком, а божественное соединилось с ним впоследствии: на этом основании Несторий называл Марию — Христородицей.

В 1950 году римский папа Пий XII ввёл догмат «о телесном вознесении Богоматери после окончания её земного пути»,[343] что демонстрировало почти божественную сущность «Богородицы», поскольку все другие души (обычных людей), согласно учению церкви, ждала встреча с телом[344] только на страшном суде. В 1964 году римский папа Павел VI провозгласил Пресвятую Деву Марию «матерью Церкви»,[345] чем поднял авторитет церкви ещё одним рукотворным кумиром для толпы.

· Учение о верховенстве Папы Римского над всеми христианами и его непогрешимости. Догмат о непогрешимости[346] папы был принят на I Ватиканском соборе (1869–1870 гг.) и подтверждён II Ватиканским собором (1962–1965 гг.).[347] Он гласит: «Когда Римский Первосвященник говорит ex cathedra, то есть выполняя служение пастыря и учителя всех христиан, своей верховной апостольской властью определяет учение в области веры и нравов, обязательное для всей Церкви, тогда в силу Божией помощи, обещанной ему в лице блаженного Петра, он имеет ту безошибочность, которой Божественный Искупитель хотел, чтобы его церковь была одарена в определениях, которые касаются учения о вере и нравственности». Это учение связано с претензиями католицизма (католицизм — от греческого «общий», «всемирный») на власть над всем «христианским» миром.

· Принцип догматического развития. Католицизм продолжал развивать свои догматы после 1054 года (раскол церквей), руководствуясь принципом догматического развития. В его основе лежит положение о том, что Собор имеет право приводить традиционное положение в соответствие с «живым голосом» (то есть — изменять некоторые догматы в соответствии с динамикой церковной практики). Поэтому верхушка католической церкви продолжала собирать новые Вселенские соборы (всего 21) после 1054 года. Последний такой собор состоялся в 1962–1965 гг. Православная иерархия после Седьмого Вселенского собора больше Вселенских соборов на созывала. А посему и догматы кардинально почти не менялись.

Кроме догматических различий между западной и восточной церквями существует ряд канонических отличий — касающихся обрядово-культовой стороны библейского христианства. Самые существенные из них следующие:

· Принцип целибата католического духовенства. Целибат (от латинского caelebs — неженатый) — обязательное безбрачие. Кодекс был утверждён папой Григорием VII (1073–1085 гг.) якобы в качестве предупредительной меры против создания «духовных династий». Специальной энцикликой подтверждён папой Павлом VI в 1967 году. В действительности безбрачие духовенства нужно было не только в целях пресечения «духовных династий»,[348] но и в целях сохранения церковного «Духа», о чём речь пойдёт далее, когда мы будем разбирать роль монашества.

В православии этот вопрос решён несколько иначе. Там духовенство делится на чёрное (придерживающееся целибата) и белое (священники, состоящие в браке).

· Незыблемость таинства брака. Католичество исповедует принцип: «Одобренный и завершённый брак не может быть расторгнут никакой человеческой властью и ни по какой причине, кроме смерти». Православие допускает возможность развода и повторного бракосочетания.

· Различия в обряде крещения. Таинство крещения в католицизме осуществляется над детьми чаще всего через троекратное окропление, а в православии — посредством обливания или троекратного погружения в купель.

· Ряд отличий в таинстве причастия и крёстном знамении. Католики крестятся пятью пальцами сверху вниз и слева направо, а православные — тремя пальцами.

Католическое монашество имеет собственные организации — ордена,[349] которых официально насчитывается на сегодня более 150. Монашеские ордена имеют свои уставы, выполняют свои функции и считается, что они подчиняются папе римскому. Православное монашество официальных орденов, как считается, не имеет.[350] Самые известные из них следующие:

· Самый крупный и древний монашеский орден — бенедиктинцы (VI век). Их устав требует постоянного пребывания в монастыре и обязательного труда. Следуя девизу «молись и трудись», они заложили основу экзотерической культуры западно-библейской европейской цивилизации (в том числе ввели в употребление кофе, изобрели шампанское, создали нотную грамоту). Бенедиктинцы — творческие личности, занимающиеся литературой, искусством. Они с начала становления «христианства» своим творчеством в изоляции от общества создавали вторичные (по отношению к «христианству») основы библейской культуры и долгое время (вплоть до эпохи Возрождения) поддерживали через монашество эти основы в их «чистоте», развивая соответственно требованиям католицизма. Это своеобразный «эталон» первозданной европейской библейской культуры, плоды духовной деятельности которого напяливали на всё западное общество не одну сотню лет.

· Францисканцы (XII век) — нищенствующий орден. Основное их требование — бедность. Францисканцы жили не в монастырях, а в миру, проповедовали, занимались благотворительностью и уходом за больными. Если бенедиктинцы выдавали «эталон» культуры для средних и «богатых», то францисканцы были примером для беднейших и рабов. Это же касается и фрагментов духовности библейского христианства, которые поддерживал каждый из церковных орденов.

· Орден иезуитов (от латинского «Общество Иисуса») — основан в XVI веке. Характеризуется жёсткой дисциплиной, беспрекословным подчинением начальству ордена и папе. С самого начала иезуиты старались дать своим членам всестороннее образование, поэтому иезуитские школы считаются самыми лучшими в Европе. В XVI веке произошли первые буржуазно-демократические революции и церковь, стремясь не отставать от времени, «родила» такого рода орден, кующий современные грамотные кадры, верные делу церкви[351] и, конечно же — делу «мировой закулисы». Но параллельно церковным орденам всё же пришлось создавать и дополнительные светские ордена, получившие название масонских. Почему? — об этом мы поговорим, когда будем разбирать роль масонства.

· Орден доминиканцев возник в XII веке и ставил своей целью борьбу с ересями. Главный церковный орден, который поддерживал и направлял инквизицию, занимался миссионерством. Получил название «псы Господни».

Вершиной могущества католической церкви стало время правления папы Иннокентия III (1198–1216 гг.). В отношении Европы этого периода можно уверенно сказать, что «мировая закулиса» твёрдо намеревалась собрать воедино все государства Европы под жесточайшей тиранией римской католической церкви. И ей это почти удалось. Также можно предположить, что, утвердив духовное единовластие в Европе, «закулиса» пыталась подмять под себя и Восточную церковь — в том числе, не гнушаясь и Крестовыми походами и инквизицией для максимальной централизации власти. Но последнее не получилось: из-за «триумфального шествия» исторического ислама церковное католическое единство удалось установить лишь в Европе и то не повсеместно.

До Иннокентия III в Европе был столетний период борьбы за власть между крупными европейскими императорами (в основном германскими), носившими титул государей Священной Римской империи и также как и римский папа претендовавшими на абсолютную власть в Европе, утверждая себя наследниками римских императоров, владык государства, объединяющего все европейские земли — и папой. Таким образом, «мировая закулиса» столкнулась с проблемой неподчинения единой дисциплине со стороны ряда императоров Европы.

Конфликт был временно разрешён после ряда Крестовых походов (воинственный «пар» германских императоров выпустили через захватнические походы), в ходе которых враждующие стороны были отчасти примирены, а отчасти произошли кадровые изменения в составе императорского корпуса. В частности был «освобождён» от мусульман Иерусалим и «Гроб Господен», в результате чего в Палестине возникло католическое Иерусалимское королевство. Католичество через необходимость Крестовых походов стало не только духовной организацией, но и военизированной. В Палестине возникли два крупных военизированных церковных рыцарских ордена — иоаннитов (госпитальеров) и тамплиеров. Ясно, что суть деятельности этих орденов (а также и доминиканцев) больше соответствовала полицейско-карательным функциям именем Христа, а не духовным — на что претендовали некоторые другие ордена. А кадровая база этих орденов вполне могла пополняться и особыми лицами, тайно исповедующими иудаизм и следующими Талмуду и Каббале (несколько позже).

Небывалое возвышение католичества к концу XI века после победы папства над местечковым властвованием императоров при Иннокентии III обеспечило кроме Крестовых походов следующее. Вассальскую зависимость от папы признали английский король Иоанн Безземельный, португальский король Санчо I, леонский (область Франции) король Альфонс IX, арагонский король Педро II, и болгарский царь Калоиоанн.

В то же время, папе противостояли ряд германских императоров, конфликт с которыми с XII века превратился в борьбу двух партий гвельфов (сторонников пап) и гиббелинов (сторонников императора). Папе особо противостоял император Фридрих II Гогенштауфен, слывший атеистом и богохульником. Ни Иннокентию III, ни его преемникам не удалось его одолеть (а значит германцы нарушили мировой порядок в Европе, насаждаемый «закулисой»).[352] С этого времени начался закат папского могущества, завершившийся в начале XIV века «Авиньонским пленением пап». В общем-то извечное германское стремление быть «круче» всех, невзирая даже на животное вероломство, возможно было решающим в сломе сценария установления всеевропейского единства под центральным руководством римского папы.

«Закулиса», дождавшись удобного случая, когда германцы избавились от «христианской» идеологии (чтобы её не замарать: вдруг ещё пригодится — и пригодилась) и вляпались в свою древнюю «арийскую» систему пантеона богов, решила проучить германцев «фашизмом» — за то, что они не позволили установить в Европе библейский фашизм[353] покруче германского — папский всеобщий фашизм под общим контролем католической церкви. Этот германский «парниковый» «фашизм» столкнули с масонско-марксистским фашизмом[354] ещё и за то, что в XX веке установлению всемирного (в первую очередь всеевропейского) единства на базе светской модификации библейской концепции (марксизма) помешали уже не германцы, а русские.[355] Вот и столкнули германцев и русских в середине XX века — как две[356] системы, не вписывающиеся в единый библейский порядок: одна не вписалась в католическое единство, а вторая — в марксистское.

Серьёзный удар по авторитету церкви нанёс французский король Филипп IV Красивый, который сверг в 1303 году папу Бонифация VIII и назначил своего папу, получившего имя Климента V. Покорный Филиппу, Климент перенёс резиденцию пап из Рима в провинциальный Авиньон в Южной Франции. Так началось «Авиньонское пленение пап».[357] Папам, оказавшимся на французской земле, пришлось поддерживать политику королей Франции. Претензии пап, оказавшихся в плену, вызывали лишь усмешки и раздражения у других европейских государей. Несмотря на то, что в 1377 году папа Григорий IX сумел вернуться в Рим, былого могущества римская церковь не достигла уже никогда. А после смерти Григория IX католичество поразил «Великий раскол».

В Риме новым папой был избран в 1378 году Барталомео Приньяно, назвавшегося Урбаном VI. А в Авиньоне конклав кардиналов по приказу французского короля Карла V назначил папой графа Роберта Женевского — под именем Клемента VII. Одновременно существовало двое пап (или даже трое). Почти за 40 лет католический мир распался на две части. Спор решился на Констанцском поместном соборе в 1414–1418 гг., когда трое (тогда уже трое) соперничавших пап[358] были низложены, и новым папой стал Мартин V. Католическая церковь пыталась консолидироваться перед лицом новой угрозы — раскола. Протестантизм стал крайним выражением центробежного движения, раздиравшего «духовную империю». Для борьбы с протестантизмом, в защиту пап в Париже в 1534 году испанцем Игнатием Лойолой был создан новый монашеский орден — «Общество Иисуса», членов которого стали называть иезуитами.

Однако, отныне католицизм претендовал на всеобщность лишь в религиозной сфере: в светской сфере он не был всевластен. Католичество всегда опиралось и на светские институты власти, а последние далеко не всегда поддерживали папскую власть.

К концу XIV века католическая церковь, возложившая на себя функции имперского управления раздробленным западно-европейским обществом, столкнулась с непреодолимым противодействием централизации власти под папой со стороны светских верхушек многих государственных режимов. Европейские цари и короли (и народившаяся прослойка «элит» с огромными награбленными «богатствами») хотели сами быть себе хозяевами, послав пап подальше в этом смысле. Дисциплину установить так и не удалось до конца, а уже приближалось время буржуазных революций — время власти не церковных орденов и династий, а время власти денег, капиталов. Спровоцировав когда-то двойную систему библейской концепции «иудаизм-христианство», «закулиса» сама запустила двоякий процесс, который церковь лишь сдерживала около 1000 лет: накопление знатными иудеями капиталов за счёт ростовщичества позволяло им обретать власть через деньги, чем самым они ещё и провоцировали технический прогресс (проценты от кредита надо было отдавать, что стимулировало научную и техническую мысль: как бы организовать производство дешевле и эффективнее). А технико-технологический прогресс — основной двигатель политических формаций в нашей цивилизации, и, к сожалению, он являлся причиной изменения нравственности людей (естественным для человека образом, без внешнего принуждения,[359] нравственность не менялась) в соответствие с изменением логики социального поведения. Подходило время капитализма на смену церковному феодализму.

В середине XV века неудачей закончилась попытка достичь воссоединения Западной и Восточной церквей. К этому времени Турецкая империя смогла подчинить себе большинство балканских стран и стала угрожать Византийской империи. Часть иерархов православной церкви во главе с Константинопольским патриархом Иосифом II надеялась на помощь Римской церкви и предложила решить все спорные вопросы догматики и обрядности на общем соборе. Такой собор открылся в 1438 году в г. Ферраре и получил название Ферраро-Флорентийского, поскольку он продолжился во Флоренции, а завершился в Риме. Римский папа Евгений IV по сути предложил православной церкви полностью подчиниться католической. После долгих споров представители православных церквей подписали 5 июня 1439 года договор об объединении с католиками — Флорентийскую унию. Но это формальное объединение ни к чему не привело: ни самая могущественная Русская православная церковь, ни большинство иерархов других поместных церквей — унию не приняли. В 1453 году турки взяли Константинополь.

XVIII век ознаменовался глобальным кризисом в католицизме. В этот век Просвещения образованная Европа отшатнулась от церкви. Отвращение к библейскому христианству во многих странах выливалось в убийства священников и возвращение политеистических культов. Венцом антикатолического движения стало уничтожение церковного государства в Италии (Папской области) В 1870 году войска итальянского короля Виктора-Эммануила II захватили Рим и присоединили папские земли к Италии. Папа Пий IX был лишён светской власти.

Первая мировая война XX века разрушила сформировавшийся к концу XIX века духовный мир западного обывателя. Вызванный войной кризис заставил многих вернуться к католической религии, поскольку кроме неё они ничего «духовного» не знали. Началось возрождение католической философии. В 1929 году была восстановлена власть римских пап на части территории Итальянской республики. В Риме возникло карликовое государство Ватикан, где вся светская власть принадлежала папе.

Реформация, протестантизм.

Протестантизм — религиозное направление, которое оформилось в Западной Европе в XVI веке. Многие взгляды протестантизма, однако, неоднократно формулировались отдельными «сектантами» ещё в раннем «христианстве». Это учение о спасении верой, о «всеобщем священстве» и отказе от «Священного Предания». Протестантские взгляды, в первую очередь направленные против монополии на власть (как духовную, так и светскую) папской иерархии и церкви, входили в крайние противоречия с католицизмом. Согласно протестантским взглядам, ни исполнение таинств, ни праведная жизнь не обеспечивает спасение. Лишь только вмешательство Бога, дарующего благодать, может спасти верующего. Получение благодати не зависит от церкви. Каждый человек может получить благодать и поэтому все люди должны быть священниками. Эти во многом верные высказывания протестантизма были основаны на всё том же общем «христианском» фундаменте, который в протестантизме выражался так: «Главным делом спасения души являются не дела или обряды, а лишь искренняя вера в Иисуса Христа». Последнее действительно восходит к морали первых «христианских» общин, которые верили в свершение над Христом «пророчества» Исаии. Протестанты считают Новый Завет — единым источником веры в Бога.

Однако, лишь к началу эпохи бурного перехода от феодализма к капитализму протестантизм сумел оформиться в отдельные церкви — поскольку сам протестантизм, как учение, появившееся в Западной Европе в XVI веке — дань времени, следствие нарастания технико-технологического прогресса, усиления наук, начала эпохи Возрождения и ослабления католицизма. Скорее всего протестантизм не был так управляем, как католицизм со стороны «мировой закулисы». Последняя уже видела крах эпохи религиозного единства и вынашивала новую идею всеобщего единства, под давлением которой намеревалась очистить мир от старых отживших идей — всех видов «христианства», и протестантизма, в том числе. Поэтому с момента начала буржуазно-демократических революций «закулисе» серьёзно курировать любые направления «христианства» было не к чему: она сориентировалась на светский тип новейшей идеологии (который оформился в XIX веке в марксизм) для сохранения толпо-«элитаризма» под своим контролем.

Начало Реформации обычно связывают с деятельностью немецкого монаха, члена ордена августинцев Мартина Лютера. Однако, приписывать одиночке инициативу раскола было бы не правильно. Если бы в Европе не получили уже широкое распространение так называемые «гуманистические» идеи, возникшие ещё в эпоху Возрождения (XIV — начало XVI вв.) — вряд ли действия Мартина Лютера имели бы отзыв в обществе. «Гуманизм» этого времени явился началом эпохи «освобождения» (около трёх столетий — закончившейся «освободительными» революциями XIX–XX веков), выражающейся в повторении отдельных постулатов античной философии — о превосходстве человеческой свободы над любыми духовными авторитетами.

Первоначально Реформация начиналась как движение за обновление и очищение католической церкви, но время брало своё и, слившись вскоре с «гуманистическим» движением, превратилось в борьбу за отказ от традиций католичества.

Вот «гуманистические» идеи, возникшие в западном обществе на базе возрождения интереса к античным «свободам» и их «правами человека», правовыми статусами социальных институтов и главенством «права» вообще — и оседлала «мировая закулиса», как самое перспективное направление, обещающее в будущем выстроиться в некую систему взглядов светского характера, имитирующих свободу личности от всяких духовных иерархий, но в то же время, позволяющую сохранить толпо-«элитарное» устройство общества. Но даже античное извращение человеческого гуманизма — всего лишь следствие естественного стремления людей к Свободе (связи с Богом). Естественно, что «закулиса» не могла допустить такой Свободы и со времён начала кризиса католицизма начала искать её новейший имитатор.

Важной причиной, обеспечившей успех реформаторского движения, стало развитие капиталистических отношений в Европе. Многие запреты «христианства» мешали росту капиталистических отношений. Даже многие заповеди Нового Завета были отодвинуты на второй план, поскольку не «благословляли» на «обогащение».

Исторический процесс под решающим давлением технико-технологического прогресса, раскручиваемого «приводным ремнём» ростовщичества[360] захватывал религиозных реформаторов таким образом, что они приходили к решениям, иногда даже противоречащим их первоначальным взглядам. Практически все направления протестантизма представляют собой совсем иные учения, нежели первоначальная основа протестантизма, а тем более — учения первых «христианских» церквей, на базе которых начал развиваться ранний протестантизм католичеству и папству.

Так в католицизме греховным делом считалось ростовщичество. Но в силу развития капиталистических отношений, протестантизм, претендуя на освобождение людей, одновременно разрешил в «христианской» среде ростовщичество. Так монополия иудеев на этот вид антисоциальной деятельности была нарушена и в эту сферу хлынул поток жидов нееврейских происхождений. Ясно, что «закулиса» имела реальную возможность потерять контроль за основными европейскими капиталами, а через это — и контроль за верхушками европейских «элит». А значит и вообще могла потерять управляемость в Европе.[361] Упрощённый протестантизм, особенно кальвинизм, «благославлял» новые капиталистические отношения, утверждая их единственными и «богоустановленными». Протестантизм выродился в дань «животной» европейской толпе, которая тяготилась запретами католицизма и ненавидела (боясь) папскую инквизицию, а посему поддержала «свободы» Реформации. В то же время протестантизм явился самым примитивным видом библейского христианства, который нарушал даже ряд основных заповедей Нового Завета. А посему его можно было бы легко критиковать (если надо будет) и этот вид библейского христианства первый не выдержит никакой критики с позиции догматической теологии.

Три процесса шли одновременно: распространение «гуманистических» идей, эволюция протестантской веры и рост капиталистических отношений. После выступлений Мартина Лютера с тезисами против католической церкви (31 октября 1517 года) его поддержали светские правители Германии,[362] давно желающие избавиться от зависимости от папского престола. Воспользовавшись подъёмом крестьянского движения в Германии, его направили на поддержку протестантских настроений. Одновременно Мартин Лютер стал готовить реформы церкви, объясняя это необходимостью возврата к вере апостольских времён. Спустя полвека (1555 год) в Германии победило лютеранство.

Протестантизм распространился на несколько крупных государств и имеет ряд основных направлений:

· Англиканская церковь — направление протестантизма, отделившееся от католичества с 1534 г. Имеет наибольшее из всех направлений протестантизма сходство с католичеством. Но глава церкви не римский папа, а английский король, назначающий епископов. Служба переведена на английский язык. Приверженцы — около 70 млн. верующих, проживающих в основном в Англии, Шотландии, Ирландии, Уэльсе.

· Лютеранство — отступник от католицизма. Упрощённая обрядность, служба на латыни, таинства лишь — крещение и евхаристия. Общее число около 75 млн. верующих. Распространено в Германии, и Скандинавских государствах — Норвегии, Дании, Швеции и Финляндии.

· Кальвинизм — учение выдвинутое параллельно лютеранству в Швейцарии проповедниками Жаном Кальвином и Ульрихом Цвингли (убит католиками). Кальвин захватил духовную и светскую власть в Женеве, откуда и стал распространяться кальвинизм. В кальвинизме просматриваются идеи расизма, присущего иудаизму. Не случайно он начал своё движение из Швейцарии. Все люди кальвинистами делятся на «предназначенных либо для рая, либо для ада». Изменить это предназначение, согласно Кальвину — невозможно.

Не исключено, что, зародившись в логове «мировой закулисы», кальвинизм был предназначен для перехвата протестантского движения через посвящённую иудействующую верхушку церкви и для расширения сферы влияния и кадровой базы иудаизма в условиях кризиса католицизма. Именно поэтому мораль иудаизма прочно вошла в кальвинизм. Эта мораль высказывалась кальвинистами так: «Зачем заботиться о большинстве окружающих, если они всё равно обречены на ад? Их можно обманывать или нещадно эксплуатировать, а успех в собственных делах докажет превосходство кальвинизма над этими отверженными». Ясно, что все кальвинисты считались обитателями рая в будущем, а значит — «расой господ» в настоящей жизни.

Кальвинизм насчитывает около 40–50 млн. приверженцев в основном в Европе (Голлландия, Шотландия: вместе со Швейцарией страны-центры масонских лож — наместных резиденций «мировой закулисы») и США. Штатовская мораль американской «расы господ» во многом держится на морали кальвинизма: «успех в собственных делах докажет превосходство над другими — поэтому надо делать свой успех, невзирая на интересы окружающих…». Именно поэтому США легко приняли на себя роль «сверхдержавы» во второй половине XX века, когда «закулисе» надо было кого-то мощного противопоставить победившему во Второй Мировой войне сталинизму.

Существует ещё несколько более мелких направлений протестантизма: меннонизм, баптизм, методизм, пятидесятники, мормоны, адвентисты, «Свидетели Иеговы» и некоторые другие. В развитии современного протестантского движения просматриваются две главные тенденции: дробление крупных направлений на более мелкие секты и выделение всё новых религиозных догм, отличающихся от ортодоксального «христианства» (в двух его главных разновидностях: католицизма и православия). Поэтому единого ближайшего будущего нет прежде всего у протестантизма: он погряз в своих внутренних противоречиях — как только счёл, что освободился от центральной папской власти. В действительности протестантизм обрёл такой «плюрализм» в отношении догматов библейского христианства, что приверженцы его разных направлений могут даже начать друг с другом войну. Библейский принцип «разделяй и властвуй» — в действии — а протестантизм лишь средство в руках «демонов» — руководителей протестантских сект.

Вера Иисуса Христа и Русская вера.

Один из представителей объединения «Всеясветная грамота»[363] в период празднования 7 500-летия её обретения поведал мимоходом, что в одной из древних книг, хранимых носителями этой традиции, сообщается следующее: «Иисусе Христе, сын Хелийский[364] приидоша учитися мудрости у сынов Даждьбожьих».

Поскольку это сообщение не соответствует культивируемому историческому мифу о дикости и идолопоклонстве при отсутствии письменности во времена ранее крещения, то от него проще всего отмахнуться, как от вздорного вымысла, не придавая ему какого-либо значения. Но при том обилии вздора, с которым приходится сталкиваться в произведениях историков, поддерживающих и творящих культовый исторический миф, лучше этого не делать, а подумать над этим свидетельством представителя объединения «Всеясветная грамота».

Если его принять, то оно не противоречит молчанию Нового Завета о том, что делал и где был Иисус до того, как, уже став зрелым мужем, начал свою проповедь в Палестине. Иисус вполне мог путешествовать. Он мог провести некоторое время и на Руси.

Причём, в данном случае речь идёт о человеке, который с детства (по свидетельству Нового Завета — Лука, гл. 2:40–51), а то и с первых дней младенчества (по кораническому свидетельству — Коран, 19:27–34) осознавал свою миссию — просветителя на основе доверенного ему Откровения Всевышнего Бога. Это означает, что если он посетил Русь и увидел бы здесь дикость, многобожие и идолопоклонство, то формулировка из древнерусской эзотерической хроники: «приидоша учитися мудрости» — была бы невозможна потому, что Иисус сам бы учил их Правде-Истине и им пришлось бы с ним либо согласиться и отметить этот факт в своей хронике, описав происшедшее иными словами; либо отвергнуть его вероучение, придав забвению сам факт его пребывания на Руси.

Эта формулировка жизненно состоятельна только в том случае, если у Иисуса и у жречества древней Руси не было сколь-нибудь значимых для Иисуса расхождений во мнениях по богословским вопросам. Соответственно, не могли на Руси учить Христа и богословской мудрости, но могли показать ему, как живут люди в Русской цивилизации. И если Иисус пришёл на Русь, то для того, чтобы видеть это воочию въяве, а не духом, не умозрительно.

Бог привёл его на Русь, чтобы показать реальные зачатки жизни цивилизации на основе принципов, отличных от тех, которые были знакомы Христу с детства по жизни в регионе восточного Средиземноморья; а если более определённо — то, чтобы показать зачатки Царствия Божиего на Земле.

Иными словами, скорее всего разногласий по богословским вопросам между Христом и жречеством Руси не было, а посещение Руси Христом в период до начала его миссии в Палестине — было.

Русь была единой, но она шла не технико-технологическим путём развития своей культуры,[365] что и отличало её и от Запада, и от Востока.

Язычество её в тот период было Язычеством единобожия: т. е. все были убеждены в том, что:

· Бог — один,

· Он — Творец и Вседержитель,

· течение событий в жизни — это выражение Божией воли на языке жизненных обстоятельств,

· человеку Богом дана способность осмысленно относиться к жизни и понимать волю Божию как личностно религиозно-мистически, так и в её выражении в течении множества событий[366] в жизни, вследствие чего, в зависимости от его нравственности:

Человек может жить в русле Промысла Божиего, осмысленно соучаствуя в его исполнении по своей доброй воле;

Может деятельно противиться Промыслу как по недомыслию, так и злою волей — своею либо своего хозяина;

Может отчасти следовать Промыслу, а отчасти противиться ему, как осознавая это, так и не осознавая.

Язычество Руси в тот период в его доминирующей ветви не было ни идолопоклонством, ни многобожием, хотя какие-то его течения могли нести в себе тенденцию к идолопоклонству[367] и многобожию.

Именно вследствие этого сколь-нибудь существенных разногласий между жречеством Руси и Иисусом в богословских вопросах не было.

В пользу этого говорит и апокриф «Евангелие Мира Иисуса Христа от ученика Иоанна». Он вернулся в Русскую культуру через посредничество француза Э.Шекли, который ещё до второй мировой войны ХХ века разыскал его старославянский (древнерусский) текст в библиотеке Габсбургов в Австрии, а арамейский текст в архивах Ватикана. Он издал его на нескольких языках.

Находка этого апокрифа даёт ответ на вопрос: Почему в Новом Завете нет текста под названием «Евангелие Иисуса Христа», а есть только четыре биографических справки о его жизни и деятельности в период первого пришествия?

Обратимся к этому апокрифу:

«… И тогда множество больных и парализованных пришло к Иисусу, и сказали ему: Если Ты знаешь всё, Ты можешь сказать нам, почему мы должны страдать от стольких болезней. Почему мы лишены здоровья, как другие люди? Учитель, исцели нас, чтобы мы вновь обрели силы и чтобы несчастья наши оставили нас надолго. Мы знаем, что Ты обладаешь силой исцелять все болезни. Освободи нас от Сатаны и от всех страшных бед, которые он причиняет нам. Учитель, пожалей нас!

Иисус ответил им: Блаженны вы, ищущие истину, ибо я помогу вам и дам хлеб мудрости.

Блаженны вы, захотевшие вырваться из власти Сатаны, ибо я приведу вас в царство ангелов Нашей Матери, туда, куда власть Сатаны не может проникнуть.

И с великим удивлением спросили они: Где наша Мать, и кто Её ангелы? Где находится царство Её?

Наша Мать находится в вас, а вы находитесь в Ней. Это Она нас породила и дала нам жизнь.

Это от Неё вы получили тело своё и придёт день, когда будете должны вернуть его. Блаженны будете вы, когда сможете познать Её. Её и царствие Её, когда последуете законам Её.

Поистине говорю я вам: тот, кто достигнет этого, никогда не увидит болезни, ибо власть вашей Матери господствует надо всем.

И власть эта уничтожает Сатану и царство его, и закон вашей Матери господствует над всем и управляет вашими телами, также как и всеми живущими на Земле.

Кровь, которая течет по вашим венам, берет начало от Матери вашей, из Земли. Её кровь падает из облаков, бьёт ключом из лона Земли, журчит в горных ручьях, шелестит сквозь листву деревьев, поднимается, как пыль, над полями пшеницы, дремлет в глубоких долинах, знойно обжигает в пустыне.

Крепость костей наших происходит от Матери нашей, Земли, от скал и камней Её. Тела их обнажены и смотрят в небо с горных вершин: они, как гиганты, которые спят на склонах холмов, и как идолы, расположенные в пустыне: скрываются они также в самых глубоких недрах Земли.

Эластичность мускулов наших породила плоть Матери нашей, Земли: эта плоть, желтая и красная, даёт жизнь плодам наших деревьев: она даёт также пищу, бьющую ключом из каждой борозды наших полей.

Утробу нашу дало нам чрево Матери нашей, Земли: она спрятана от глаз наших так же, как и невидимы нам глубины Земли.

Свет наших глаз, способность слышать ушей, — родились от разнообразия цвета и звуков Матери нашей, Земли: они омывают нас, как волны моря омывают рыб, а струи воздуха — птиц.

Истинно говорю я вам: человек — это сын Матери-Земли; от Неё сын человеческий получает тело своё, подобно тому, как тело новорождённого растёт, питаясь грудью своей матери. Поистине говорю вам: вы — одно целое с Матерью-Землей: Она находится в вас, а вы — в Ней. От Неё вы родились, вы живёте благодаря Ей, и в Неё вы, в конце концов, вернётесь. Поэтому следуйте Её законам, ибо никто не проживёт долгих лет, не будет радоваться каждому мгновению, если не будет почитать Матери своей и уважать Её законов.

Ибо ваше дыхание — Её дыхание, ваша кровь — Её кровь, ваши кости — Её кости, ваша плоть — Её плоть, ваше чрево — Её чрево, ваши уши и глаза — Её уши и глаза.

Поистине говорю я вам, если хоть раз вы нарушите хоть один закон из Её законов; если вы хоть раз повредите один из членов вашего тела, то неизбежно будете поражены сильно, и будет плач и скрежет зубов. Говорю я вам: Пока не будете следовать законам вашей Матери, вы не сможете никак избежать смерти. Но тот, кто решит уважать законы Матери своей, получит взамен привязанность Её.

Она излечит все его болезни и никогда он не станет больным. Она подарит ему долгую жизнь и защитит ото всех печалей, охранит от огня, воды и укусов ядовитых змей. Ибо ваша Мать породила вас, и Она поддерживает в вас жизнь. Она дала вам тело ваше, и никто, кроме Неё, не излечит вас. Блажен тот, кто любит свою Мать и кто покоится на груди Её!

Ибо даже, если вы удалитесь от Неё, ваша Мать любит вас. А насколько больше полюбит Она вас, если вы вернётесь к Ней. Поистине говорю Я вам: Велика любовь Её, больше, чем высокие горы, глубже, чем самые глубокие моря. И тот, кто любит свою Мать, никогда не будет покинут Ею.

Подобно тому, как курица охраняет своих цыплят, и львица — своих детенышей, любая мать — новорождённого, — также ваша Мать-Земля сохранит сына человеческого от всех напастей и всех бед. Ибо поистине говорю я вам: бесчисленные беды и опасности поджидают сынов человеческих: Вельзевул, князь всех демонов, источник всего зла, находится в ожидании в теле всех сынов человеческих. Он источник смерти, он порождает все несчастья, и под пленительной маской он искушает и соблазняет всех сынов человеческих. Он обещает им богатство и власть, великолепные дворцы, золотые и серебряные одежды, множество слуг, и всего, чего они захотят; он обещает ещё славу и почёт, чувственные радости и роскошь, прекрасные яства и обильные вина, шумные оргии и дни, проводимые в праздности и лености.

Так соблазняет он каждого, призывая к тому, к чему более склонно его сердце. И в тот день, когда сыновья человеческие становятся полностью рабами всей этой суетности и всех этих мерзостей, тогда он, как оплату за наслаждение, отнимает у сынов человеческих все благости, которые Мать-Земля дала нам в таком изобилии. Он лишает их дыхания, крови, костей, плоти, внутренностей, глаз и ушей. Дыхание сына человеческого становится коротким, прерывистым и болезненным, оно становится зловонным, как дыхание нечистых животных.

Его кровь загустевает, распространяя такой же тошнотворный запах, как вода в болоте, она сворачивается и чернеет, подобно смертной ночи. Его кости уродуются, делаются хрупкими, они покрываются узлами снаружи, и разлагаются изнутри, а потом лопаются пополам, как камень, падающий со скалы. Кожа его становится жирной и пухлой от воды в ней, и на ней образуется корка и безобразные нарывы.

Его внутренности наполняются отвратительными нечистотами, образующими гниющие зловонные потоки, в которых гнездится бесчисленное множество поганых червей. Глаза его меркнут, пока не воцарится в них глубокая ночь: ушами его овладевает глухота и царит в них гробовая тишина.

Итак, в конце концов, теряет сын человеческий жизнь из-за собственных ошибок, и из-за того, что он не смог научиться уважать законы своей Матери, а лишь совершал ошибки, одну за другой.

Поэтому все дары его Матери-Земли были отняты у него: дыхание, кровь, кости, кожа, внутренности, глаза и уши, и, в конце концов, — сама жизнь, которой Мать-Земля наградила его тело.

Но, если сын человеческий признает свои ошибки, если пожалеет о своих грехах и отречётся от них, если он возвратится к своей Матери-Земле, освободится от когтей Сатаны и устоит перед его искушениями, тогда Мать-Земля примет своего сына, который пребывал в заблуждениях и ошибках: она подарит ему свою любовь и пошлет к нему ангелов своих, которые будут служить ему. Поистине говорю я вам: Как только сын человеческий воспротивится Сатане, обитающем в нём, и перестанет подчиняться воле его, в то же мгновенье ангелы Матери его учередятся в нём, чтобы служить ему властью своей, освобождая сына человеческого из-под власти Сатаны.

Ибо никто не служит двум господам. Поистине, или служат Вельзевулу и его дьяволам, или нашей Матери-Земле и Её жизни. Поистине говорю я вам: Блаженны те, которые следуют законам жизни и которые не следуют по тропам смерти. Ибо в них жизненные силы будут расти, всё более укрепляясь, и они избегнут влияния смерти.

И все, кто находились около Него, слушали Его слова с удивлением: Ибо Его слова были полны Силы, и Он учил не так, как учили священнослужители и книжники.

Между тем, хотя солнце уже закатилось, они не возвращались в свои дома. Они сели около Иисуса и спросили Его: Учитель, каковы законы жизни? Останься подольше с нами и научи нас. Мы хотим послушать Твоё учение и запомнить его, чтобы идти прямым путём.

Тогда Иисус сел среди них и сказал: Поистине я скажу вам: Никто не может быть счастлив, если не следует Закону. А другие ответили Ему: Мы все следуем законам Моисея: это он дал нам закон таким, каким написан он в Священном Писании.

И ответил им Иисус: Не ищите Закона в вашем писании. Ибо Закон — это Жизнь, а в писании мертво. Поистине говорю я вам: Моисей не получал свои законы от Бога написанными, а от Живого Слова.

Закон — это Слово Жизни, переданное живым пророком для живых людей. Во всём сущем записан Закон. Вы найдете его в траве, в дереве, в реке, в горах, в птицах, в небе, в рыбах, в озерах и в морях, но особенно ищите его в самих себе.

Ибо поистине говорю я вам: Всё сущее, в котором есть жизнь, ближе к Богу, чем писание, лишённое жизни. Бог создал жизнь и всё сущее таковым, что они являются Словом вечной жизни и служат Учением человеку о Законах истинного Бога. Бог написал Свои Законы не на страницах книг, но в вашем сердце, и в вашем духе.

Они проявляются в вашем дыхании, в вашей крови, в ваших костях, в вашей коже, в ваших внутренностях, в ваших глазах, в ваших ушах и в любой самой незначительной части вашего тела.

Они присутствуют в воздухе, в воде, в земле, в растениях, в лучах солнца, в глубинах и высотах. Все они обращены к вам, чтобы вы могли понять Слово и Волю живого Бога. К несчастью вы закрыли глаза, чтобы ничего не видеть, и заткнули уши, чтобы ничего не слышать. Поистине говорю вам: Писание — дело рук человека, в то время как жизнь и все её воплощения — дело Божие. Почему же вы не слушаете Слов Бога, записанных в творениях Его? И почему изучаете вы писания, буквы которых мертвы, будучи деянием рук человеческих?

— Как же можем мы читать Законы Божии, если не в писаниях? Где же они написаны? Прочитай же нам их, там, где Ты их видишь, ибо мы не знаем других писаний, кроме тех, что унаследовали мы от предков наших. Объясни нам Законы, о которых Ты говоришь, что нам, услышав их, можно вылечиться и исправиться.

Иисус сказал им: Вы не можете понимать Слова жизни, потому что пребываете в смерти. Темнота закрывает глаза ваши, а уши ваши глухи. Однако я говорю вам: Не надо устремлять взор свой на писание, буква которого мертва, если действиями своими отвергаете вы Того, Кто дал вам писания. Поистине говорю вам я: В делах ваших нет ни Бога, ни Законов Его; не присутствуют они ни в обжорстве, ни в пьянстве вашем, ни в образе жизни вашей, которую вы растрачиваете в излишествах и роскоши; а ещё менее — в поисках богатства, а в особенности в ненависти к врагам своим. Это всё очень далеко от истинного Бога и ангелов Его. Но всё это ведёт к царству темноты и владыке всего зла. Ибо все эти вожделения вы носите в себе; а потому Слово Божие и Могущество Его не могут войти в вас, оттого, что вы вынашиваете в себе много плохих мыслей, а также мерзости гнездятся в теле вашем и в сознании вашем. Если вы хотите, чтобы Слово Живого Бога и Могущество Его смогли проникнуть в вас, не оскверняйте ни тела вашего, ни сознания вашего, ибо тело есть Храм Духа, а Дух — Храм Бога. Поэтому должны вы очистить этот Храм, чтобы Владыка Храма смог поселиться в нём и занять место, достойное Его. Чтобы избежать всех искушений тела своего и сознания своего, которые исходят от Сатаны, удалитесь под сень Неба Господнего.

‹…›

Ибо, поистине, никто не может достигнуть Небесного Отца, не пройдя через Землю-Мать. И, подобно новорождённому, не могущему понять наставления отца своего, пока мать не приложит его к своей груди, не искупает его, не приласкает его, не положит в колыбель, чтобы он уснул, после того, как покормит его. Ибо место ребёнка, пока он ещё мал, около матери своей, ей он должен подчиняться. Но когда подрастёт он, отец возьмет его с собой, чтобы он мог работать с ним в поле, и ребёнок вернётся к матери своей лишь в час обеда или ужина. И тогда отец даст ему свои наставления, чтобы он мог с лёгкостью помогать отцу во всех делах его.

И когда отец увидит, что сын понял все наставления его и выполняет умело свою работу, отдаст он сыну всё своё добро, чтобы сын мог продолжать дело отца своего. Поистине говорю я вам: Блажен тот сын, который следует советам матери и ведёт себя соответственно с ними. Но во сто крат более блажен тот сын, который принимает советы отца своего и следует им, ибо сказано было вам: «Чти отца своего и матерь свою, чтобы дни твои продлились на этой земле.» И я говорю вам, сыны человеческие: Чтите Мать вашу — Землю, следуйте всем законам Её, чтобы дни ваши продолжились на этой земле; и чтите Отца вашего Небесного, чтобы унаследовали вы жизнь вечную на небесах. Ибо Отец Небесный во сто крат более велик, чем все отцы по поколению и по крови, подобно тому, как Мать-Земля — более всех матерей по плоти. А в глазах Отца Небесного и Матери-Земли сын человеческий ещё дороже, чем в глазах отца своего по крови и матери своей по плоти.

И иной мудростью исполнены Слова и Законы Отца Небесного и Матери-Земли, чем слова и воля всех отцов ваших по крови и всех матерей ваших по плоти. И бесконечно больше будет наследие Отца вашего Небесного и Матери-Земли: Царство Жизни, как земной, так и небесной: наследие, предпочитаемое всему тому, что могут оставить вам отцы ваши по крови и матери по плоти.

Истинные братья ваши — те, кто выполняет Волю Отца Небесного и Матери-Земли, а не братья по крови. Поистине говорю я вам: Ваши истинные братья по Воле Отца Небесного и Матери Земли полюбят вас в тысячу крат больше, чем братья по крови. Ибо со времён Каина и Авеля, с тех пор как братья по крови нарушили Волю Бога, нет больше истинного братства по крови. И братья относятся к братьям своим, как к чужим людям. Поэтому говорю я вам: Любите истинных братьев своих, Волею Божией в тысячу крат более чем братьев своих по крови.

Ибо ваш Отец Небесный есть Любовь!

Ибо ваша Мать Земля есть Любовь!

Ибо сын человеческий есть Любовь!

И благодаря Любви Небесный Отец, Мать-Земля и сын человеческий едины. Ибо дух сына человеческого происходит от Духа Отца Небесного и Тела Матери-Земли. Потому будьте совершенны, как Дух Отца Небесного и Тело Матери-Земли.

Любите Отца вашего Небесного, как Он любит ваш дух.

Любите также вашу Мать-Землю, как Она любит ваше тело.

Любите братьев ваших истинных, как ваш Отец Небесный и Мать-Земля любят их. И тогда ваш Отец Небесный даст вам свой Святой Дух, а ваша Мать-Земля — своё Святое Тело. И тогда сыновья человеческие, как истинные братья, будут любить друг друга такой Любовью, которую дарят им их Отец Небесный и Мать Земля: и тогда станут они друг для друга истинными утешителями. И тогда только исчезнут с Лица Земли все беды и вся печаль, и воцарится на ней Любовь и Радость. И станет тогда Земля подобна Небесам и придёт Царствие Божие. И сын человеческий придёт во всей Славе своей, чтобы овладеть своим наследством — Царствием Божиим. Ибо сыны человеческие живут в Отце Небесном и Матери-Земле, и Небесный Отец и Мать-Земля живут в них.

И тогда вместе с Царством Божиим придёт конец временам. Ибо Любовь Отца Небесного даёт всем вечную жизнь в Царстве Божием. Ибо Любовь — вечна. Любовь сильнее смерти.

И хотя я говорю на языке людей и ангелов, если нет Любви у меня — подобен я издающему звуки колокольному металлу или гремящим цимбалам. И хотя предсказываю я будущее и знаю все секреты и всю мудрость и имею сильную веру, подобную буре, двигающей горы, если нет Любви у меня, я — ничто.

И даже, если я раздам всё богатство мое бедным, чтобы накормить их, и отдам огонь, который получил от Отца Моего, если нет Любви у меня, не будет мне ни блага, ни мудрости.

Любовь терпелива, Любовь нежна, Любовь не завистлива. Она не делает зла, не радуется несправедливости, а находит радость свою в справедливости.

Любовь объясняет всё, верит всему, Любовь надеется всегда, Любовь переносит всё, никогда не уставая: что же касается языков, — они исчезнут, что касается знания, — оно пройдёт.

И сейчас располагаем частицами заблуждения и истины, но придёт полнота совершенства, и всё частное — сотрётся.

Когда ребёнок был ребёнком, разговаривал, как ребёнок, но достигнув зрелости, расстаётся он с детскими взглядами своими.

Так вот, сейчас мы видим всё через темное стекло и с помощью сомнительных истин. Знания наши сегодня отрывочны, но когда предстанем перед Ликом Божиим, мы не будем знать более частично, но познаем всё, познав Его учение. И сейчас существует Вера, Надежда, Любовь, но самая великая из трёх — Любовь.[368].

А сейчас благодаря присутствию Духа Святого нашего Небесного Отца, говорю я с вами языком Жизни Бога Живого. И нет ещё среди вас никого, кто смог бы понять всё, что я вам говорю. А те, кто объясняет вам писания, говорят с вами мёртвым языком людей, ищущих через людей их больные и смертные тела.

Поэтому все люди смогут понять их, ибо все люди больны, и все находятся в смерти. Никто не видит Света Жизни. Слепые ведут за собой слепых по черным стопам греха, болезни и смерти, и в конце концов, все попадают в смертную бездну.

Я послан Отцом, чтобы зажечь перед вами Свет Жизни. Свет загорается сам и развеивает сумерки, в то время, как сумерки знают лишь себя и не знают Света. Я должен многое сказать вам, но вы не сможете понять этого, ибо глаза ваши ослаблены сумерками, и полный Свет Отца Небесного ослепил бы вас. Поэтому не можете вы понять всего, что я говорю вам об Отце Небесном, который послал меня к вам».

Наличие текста этого апокрифа на арамейском языке, делает несостоятельным предположение о том, что волхвы Руси в период крещения пытались примазаться к христианству и тем самым найти место для себя в новой культуре.

Текст этого апокрифа — свидетельство о том, что никейский символ веры и основанное на нём вероучение — подлог, сконструированный политтехнологами древности. Об этом говорит не только этот апокриф, отвергнутый и преданный забвению и католицизмом, и православием. Об этом говорит сам Христос, своими словами, если его поучения собрать воедино из фрагментов, разрозненно рассыпанных по тексту канона Нового Завета. Получится следующее:

Закон и пророки[369] до Иоанна;[370] С сего времени Царствие Божие благовествуется и всякий усилием входит в него (Лука, 16:16). Ищите прежде Царствия Божия и Правды Его, и это всё (по контексту благоденствие земное для всех людей) приложится вам (Матфей, 6:33). Ибо говорю вам, если праведность ваша не превзойдёт праведности книжников и фарисеев, то вы не войдёте в Царство Божие[371] (Матфей, 5:20). «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Матфей, 20:25–28).

Господь Бог наш есть Господь единый (Марк, 12:29). Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею, и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя (Матфей, 22:37, 38). Не всякий говорящий Мне «Господи! Господи!» войдёт в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного (Матфей, 7:21). Просите, и дано будет вам; ищите и найдёте; стучите и отворят вам; ибо всякий просящий получает, ищущий находит, и стучащему отворят. Какой из вас отец, когда сын попросит у него хлеба, подаст ему камень? или, когда попросит рыбы, подаст ему змею вместо рыбы? Или, если попросит яйца, подаст ему скорпиона? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него (Лука, 11:9 — 13). Когда же пръдет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину… (Иоанн, 16:13).

Имейте веру Божию, ибо истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: подымись и ввергнись в море, и не усомниться в сердце своём, но поверит, что сбудется по словам его — будет ему, что ни скажет. Потому говорю вам: всё, чего ни будете просить в молитве, верьте, что получите, — и будет вам (Марк, 11:23, 24). Молитесь же так:

«Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да придет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила, и слава во веки!» (Матфей, 5:9 — 13). Не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот оно здесь, вот оно там. Ибо вот Царствие Божие внутри вас есть (Лука, 17:20, 21).

Как видите, это прямо и однозначно понимаемо и в аспекте строгого единобожия без конструирования догмата «о Троице», и в аспекте принципов социологической доктрины, исключающих господство одних людей над другими. Вследствие этого вероучение Христа не может быть в конфликте вероучениями Моисея и Мухаммада, поскольку все они учили своих современников и соотечественников одному и тому же Единому Завету от Бога людям.

И это — Христианство. Оно совершенно отличается по смыслу от вырванного из общего исторического контекста поучения официальных церквей, продавшихся «кесарю»:

«Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу, не с видимою только услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души, служа с усердием, как Господу, а не как человекам, зная, что каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал, раб ли, или свободный» (К Ефесянам послание апостола Павла, 6:5–8).

Следование этому поучению Павла имеет смысл только в том случае, если люди сами строят Царствие Божие на Земле: тогда временные неурядицы лучше перетерпеть, чтобы не ввергнуть общество в бедствия гражданской войны. Но если задачу строительства Царствия Божиего на земле предают забвению и порочат её как несбыточную химеру, то поучения типа приведённых выше способствуют распространению и совершенствованию рабовладения, богохульно возводя его в заповедь от Бога.

Однако вопреки тому, что Иисус в первое пришествие учил людей становлению Царствия Божиего на Земле их усилиями под Божьим водительством, хилиастические[372] идеи от момента их зарождения в среде трудящегосябольшинства и подтверждения Богом через Его посланников рассматриваются господствующими христианскими церквями как ересь, т. е. ложное, ошибочное учение. Ныне хилиастические течения в христианских церквях искоренены, а иерархи церквей не только терпимо относятся к власти сильных мира сего, но и ищут долю себе во всякой власти, толкуя Писание исключительно в том смысле, что общество должно поддерживать всякую власть, поскольку нет власти, кроме как от Бога. Забывая при этом уточнить, что власть от Бога может быть выражением милости Божией, а может быть самочинной в пределах Его попущения.

И если последнее имеет место, то ответственность за деятельность этой власти Коран возлагает на подвластных:

«… Приходите к слову, равному для нас (по контексту: мусульман) и для вас (по контексту: всех прочих), чтобы нам не поклоняться никому, кроме Бога, и никого не придавать Ему в соучастники, и чтобы одним из нас не обращать других в господ, помимо Бога (выделено нами при цитировании)» (Коран, 3:57).

Так что язычество Руси в период первого пришествия Христа было куда ближе к Богу, нежели пришедшее из Византии в Х веке вероучение во славу власти больших и мелких кесарей…

Таким образом, в начале I тысячелетия н. э. Иисусу Христу было явлено Свыше русское общество — огромная региональная цивилизация и сильная государственность — которая единственная в то время несла в своей культуре зачатки Царствия Божиего на Земле. Но и перед русским жречеством встал вопрос о том, чтобы возглавить глобализацию по-Русски во имя распространения праведности на другие регионы планеты. Русская цивилизация начала I тысячелетия н. э. была в силах начать такую миссию. Русское жречество отказалось от этого предложения Свыше в силу некоторых неразрешённых психологических проблем в его среде (мы их вкратце коснулись в главе второй книги «Религиозная система древних славян»).

Этим отказом призыву Свыше русское жречество определило дальнейшую судьбу Руси, введя Русь в попущение, которое можно выразить следующим образом. Если вы — Русь, притязающая называться святой и всеясветной — не берёте на себя ПО СВОЕЙ ДОБРОЙ ВОЛЕ глобальную ответственность, не видите того, что именно ваша миссия сейчас — принять на себя функцию субъекта глобальной политики в русле Промысла Божиего — то вы сами станете объектом глобальной политики, противоборствующей Промыслу и будете объектом этой политики до тех пор, пока эта политика вас не проймёт настолько, что вы не одумаетесь, не возмутитесь ей и не примите на себя предписанную вам в Промысле миссию под ужесточающимся давлением обстоятельств, если вы не пожелали принять её заблаговременно.

Вне зависимости от того, был ли Христос на Руси, либо нет; было ли языческое жречество Руси приверженцами единобожия либо уже тогда пребывало под властью многобожия и идолопоклонства — это утверждение исторически состоятельно по отношению к «вызовам времени», т. е. к призыву Свыше в адрес жречества Руси эпохи I–IV веков нашей эры, когда происходило становление исторически реального христианства на основе учения, вытеснившего учение Христа.

После такого отказа русского жречества до крещения Руси оставалось несколько сотен лет. Поскольку генетически на бессознательных уровнях психики Русских людей (и, возможно, что больше никого в мире!) есть «память» о тысячелетнем (либо более) общинном справедливом жизнестрое — то ещё до момента первой «элитаризации» Руси под библейской вывеской (конец I тысячелетия до н. э.) началась затяжная смута (через некоторое время после отказа следовать предложению Свыше). Смута — чисто Русское явления, которое отражает бессознательное сопротивление Русской цивилизации любым видам рабовладения.

Смута имеет две фазы своего полного цикла развития. Первая и вторая фазы полного цикла развития смуты как процесса отличаются ориентацией власти в обществе на различные цели:

· в первой фазе власть решает задачи общецивилизационного характера, соответствующие развитию Руси и человечества в целом в русле Божиего Промысла;

· во второй фазе «элитаризовавшаяся» власть, обособившаяся от народа и противопоставляющая себя ему, пытается осуществить корпоративное рабовладение меньшинства в отношении большинства в формах, соответствующих уровню исторического развития мировой цивилизации.

· переход от первой фазы ко второй может сопровождаться социальным хаосом и гражданской войной.

Таких полных циклов развития смуты в известной нам истории цивилизации Руси можно насчитать три:

Первый — пришёлся на начало первого тысячелетия и его первая фаза завершилась крещением Руси, а вторая — установлением «монголо-татарского ига» либо «вассальной зависимости Руси от Золотой орды» — в зависимости от трактовки периода истории, начиная с 1238 г.

Второй — начался княжением в Москве великого князя Даниила Московского и завершился в 1917 г. крахом Российской империи. Смутное время рубежа XVI–XVII веков разделило в нём первую и вторую фазы полного цикла развития смуты.

Третий — начался установлением Советской власти. Его первая фаза завершилась крахом СССР в 1991 г. Сейчас мы живём во второй фазе полного цикла развития смуты.[373].

Во всех процессах перехода смуты на Руси из первой фазы во вторую принимали участие внешнеполитические силы, поддерживавшие западнически ориентированную часть «элиты» самой Руси, которая отказывалась от самобытного пути развития.

Православие и Русь.

Датой принятия языческой Русью библейского христианства считается 988 год. Русь крестили «сверху» через «элиту» — с уровня первого лица государства — вопреки желанию большинства простых русских людей, приняв новую веру. В отличие от Римской империи, где «христианство» насаждалось аккуратно в течение четырёх веков можно сказать «снизу» от рабов и неимущих, через первые общины и гонения на них с уровня римской власти — на Руси «христианством» буквально «оглушили» народ. После чего началась длительная эпоха его насильственного внедрения «огнём и мечом». Эта эпоха продолжалась вплоть до конца династии Рюриковичей (XVI век), то есть — около 500 лет Русь сопротивлялась библейскому «христианству» как могла. А через небольшое время после крещения Русь постигло «татаро-монгольское иго», как дань-расплата за насаждение церковного сатанизма. В то же время власть ханов около трёхсот лет не позволяла восторжествовать церковному единству на Руси, а после окончания «объединения земель» (XIV–XV вв.) ещё около сотни лет церковное единство было отодвинуто известной «польской смутой» (разделившей две фазы второго этапа общей смуты), начавшейся при Иване IV (Грозном).

Сам Владимир Креститель, обожествлённый до ранга «святого», был, мягко говоря, не совсем легитимен как глава русской государственности. Владимир Креститель, новгородский князь,[374] вернулся на Русь с наёмным войском,[375] после чего завоевал Киев в 980 году. В семью Владимира Крестителя представители «закулисы» зашли через женскую линию со стороны Византии. Бабка Владимира, равноапостольная княгиня Ольга, крестилась в 957 году в Константинополе, и стала первой «христианкой» в княжеском роде Рюриковичей. Сам Владимир женился на сестре византийского императора Анне: последнюю пожертвовали ради крещения Руси в православие. Анну отдали за Владимира при условии, что он крестится. Его крещение было совершено в Корсуни 15 июня 988 года. Этот же год считается годом основания православной киевской Руси.

Давно подбирались к Руси библейские эмиссары «мировой закулисы», чтобы крестить Русь, как и сказано в Новом Завете «духом и огнём» (Матфей 3:11). В принципе так оно и было: Русь крестили «огнём и мечом» после проникновения в верхушку государственной власти церковного «Духа» по женской линии великих князей.

Интересно, что с князем Владимиром перед крещением произошла примерно та же история-инициация, что и с каноническим апостолом Савлом-Павлом. Мы уже знаем, из Нового Завета, что иудей Савл ослеп на пути в Дамаск якобы от разговора с Христом (Деяния, Гл. 9). После этого новонаречённый апостол Павел стал ярым «христианином» — главным персонажем, с которым связана «христианизация» Европы. Знаем мы и что на пути в Дамаск Савлу-Павлу «встретился» не Христос, а библейский «Дух»-эгрегор «Господь».

Одно из древних средств хозяев глобального толпо-«элитаризма», которое всегда применялось для покорения-инициации слабовольных личностей — всякого рода ультиматумы, смысл которых в общем-то один: «если не покоришься, то будет плохо». Глаза, как известно, называют — «зеркало души». Угроза остаться слепым в случае отказа от требований эгрегориально-корпоративного характера в данном случае является образным выражением приказа — как бы отдать свою душу на служение тем, кто выдвигает ультиматум. Учитывая, что душа даётся Богом, и возвращается к Нему по смерти (уходу в мир иной), то отдать свою душу при земной жизни в такого рода ультимативной обстановке — можно лишь Сатане в церковной символике (которого и представляет на Земле персонально «мировая закулиса», поскольку именно она в первую очередь осознанно, на уровне концептуальной власти, противостоит Божией праведности).

Если с какой-либо исторически значимой личностью случается внезапное и не объяснимое ничем, кроме чудес, ослепление, то в отношении такой личности может быть применено таинство древней библейской эгрегориальной магии, которое в применении к нашему случаю можно условно назвать — захват-инициация души этой личности «христианским» церковным «Духом»-эгрегором в земной жизни. В этом случае личности как бы меняют содержимое её души (в реальности — психики) — «шоковой терапией». В процессе «смены» содержимого «души»-психики личность находится в «ослеплённом» состоянии — то есть её «душа» как бы опустошена (слепой не видит мир) и готова для принятия иного содержания.[376].

С великим князем Владимиром[377] произошла та же история, что и с апостолом Павлом. Оба крестили: один — Европу; другой — Русь. Видимо древнерусская высшая, развращённая земными «благами», «элита» достаточно долго готовилась, согласовывая свои выгоды с зарубежьем, к принятию крещения. А персональная магия ослепления первого лица — лишь последний «штрих» в ультимативном эгрегориальном «уговаривании» отдать свою душу Сатане,[378] а вслед за своей душой начать сдавать туда же (в библейский плен) души русских людей. История, произошедшая с князем Владимиром, во всех красках рассказана игуменом Исаией, одним из священников РПЦ (выделено жирным — нами):

«Духовное рождение нашего отечества произошло в 988 году, когда святой равноапостольный князь Владимир совершил великое и славное дело — Крещение Руси. Что побудило его сделать столь решительный шаг — навсегда и бесповоротно порвать с заблуждениями язычества? Наверно, в первую очередь — влияние его бабки, равноапостольной княгини Ольги, которая, крестившись в 957 году в Константинополе, стала первой христианкой в княжеском роде Рюриковичей. «Она предшествовала христианству в земле нашей, как утренняя заря пред светом полуденным», — пишет преподобный Нестор Летописец. В благотворном влиянии, которое оказала богомудрая княгиня на своего великого внука, нельзя не видеть трогательного символа, вполне раскрывшегося лишь в нашем, маловерном, почти безбожном XX веке. В условиях небывалого прежде нравственного одичания, в глубочайшей тьме религиозного невежества, когда и взрослые, и дети лишены знания самых элементарных основ исконно русской веры — Православия, именно благочестивые бабушки, приводящие своих внуков в Церковь и научающие их вере в Христа, первоначальным молитвам, заповедям Божиим, именно они, эти бабушки, примером жизни и словом назидания духовно питая своих внуков, продолжают великое спасительное дело просвещения Руси, начатое святой Ольгой, посеявшей зерно веры в сердце равноапостольного Владимира.

И ещё одна черта сходства с современностью обнаруживается в событиях, связанных с Крещением Руси. Не секрет, что многие обращаются к вере тогда, когда находят спутника жизни — христианина или христианку. Подобное произошло и с князем Владимиром. В 987 году он со своей дружиной идёт в поход на Корсунь (Херсонес), чтобы помочь византийским императорам Василию II и Константину. Условием помощи русские поставили женитьбу Владимира на сестре императоров принцессе Анне. Византийцы согласились, но при условии, что Владимир станет христианином. И князь решается, хотя и не без колебаний, принять Православие. Его Крещение было совершено в Корсуни 15 июня 988 года. Перед самым этим событием произошло весьма знаменательное явление. Владимир так сильно заболел глазами, что ослеп. Прибывшая в Корсунь невеста принцесса Анна уговаривала его скорее креститься, обещая выздоровление. И действительно, в купели Крещения, когда греческий епископ возложил руку ему на голову, Владимир почувствовал, что исцелился. «Теперь узнал я истинного Бога!»[379] — в радости воскликнул он. Итак, князь Владимир принял святое Крещение и был наречен Василием во имя святого Василия Великого. Увидев чудо исцеления князя, начала креститься и его дружина. Крещение князя Владимира с боярами и дружиной было началом Крещения всей Русской земли.

Придя в Киев, князь Владимир-Василий прежде всего крестил двенадцать своих сыновей в источнике, получившем навсегда название Крещатик.

Массовое Крещение киевлян было назначено на 1(14) августа.[380].

Первой задачей Владимира и присланного патриархом митрополита Михаила I, кроме распространения веры и постройки храмов, стало просвещение. Греки привезли с собой богослужебные книги и Священное Писание, переведённое с греческого святыми Кириллом и Мефодием, и по ним стали учиться в открытых для всех школах, под руководством преподавателей-священников».[381].

Князь Владимир отдал свою душу сатане-эгрегору (в земное употребление) — под названием церковь. После Владимира его руками и Русь (русские люди) постепенно стала принимать в свою душу (точнее — в психики) библейский «Дух»: Русский Дух стал чахнуть. Страдания и немощи стали расти.

Главой Русской православной церкви был Киевский митрополит, но до падения Византии церковь находилась под юрисдикцией Константинопольского патриархата. То есть, с начала второго тысячелетия до 1453 года (почти 500 лет) духовная власть на Руси была замкнута на Византию. В то же время этот же период характеризуется слабой церковной властью на Руси — вследствие «татаро-монгольского ига» и «польской смуты», пришедшихся как раз на эти 500 лет. Так что, как говорится «нет худа без добра». Когда же церковное единство всё же установилось (конец XVI — начало XVII вв.), влияния Византии уже не было, а в России установилось концептуальное двоевластие: власть доморощенных библейских иерархов с их церковным «Духом» и власть русского Духа (что нашло своё отражение в двух головах византийского орла — герба России).

Русская православная церковь всегда стремилась к самостоятельности — не только от римско-католической церкви (что само собой разумелось: православие было оппозиционно католичеству), но и от византийских патриархов. Русско-российская «элита», поддерживающая библейскую церковь, старалась эксплуатировать народ, как говорится «в одну харю», не делясь с заморскими хозяевами. Жадность светских и церковных иерархов и «элит» Руси-России явилась если не основной, то одной из главных причин того, что прочного союза РПЦ с зарубежными церквями так и не получилось до сих пор. Это крайне не нравилось «мировой закулисе», которая неоднократно пыталась вписать РПЦ в общую библейскую систему — не только по «Духу» («Дух» и так был общий — библейско-церковный), но и по внутренней иерархической кадровой и дисциплинарной взаимной подчинённости. Постоянное стремление РПЦ к самостоятельности позволило сохранить некую самобытность библейской культуры, которую называют русское православие. Подчеркнём ещё раз: это не заслуга РПЦ, а, скорее сопутствующий эффект, вызванный желанием замкнуть все доходы и власть на себя. Конечно в среде церковных людей были патриоты, многие из которых признаны «святыми», и они внесли свой вклад в независимость Руси-России от иноземной власти — не руководствуясь какими-либо корпоративно-эгоистическими соображениями. Но общий результат определённой независимости исходит от желания церкви и «элит» взять на себя побольше власти над народом.

Уже в XV–XVI вв. в среде русской знати стал выдвигаться на первый план тезис «Москва — третий Рим».[382] К концу XV века стало ясно, что Византийской империи пришёл конец. И встал вопрос о преемнице-империи, которая будет нести православную веру. Эту роль «русская интеллигенция» с помощью церкви напялила на Русь. Вместе с этим Русь усвоила и герб, привезённый из Византии — двуглавого орла.[383] После смуты XVI века Русь стала империей (на манер Рима и Византии), а престол возглавила династия Романовых: их фамилия удивительным образом стала символом Рима Нового (Roma Nova — по-латински). С этого момента дурость высших «элит» России возрастала (за некоторыми исключениями), Россия постепенно замыкалась на Запад (особенно со времён Петра I). Кульминацией романизации Руси на библейский манер стало «крепостное право», взятое из опыта рабства феодальной Европы.

«Крепостное право» — это одна из первых удачных попыток легализации массового рабства на Руси-России приведшее к приравниванию людей к скоту (как и рекомендовано в иудаизме — первой книге Библии), являющийся несмываемым позором как для церкви, так и для высших «элит». Хронологически указ о «крепостном праве» вышел на границе первой и второй фаз второго полного цикла развития смуты на Руси.[384].

В России в общегосударственном масштабе крепостное право оформлялось Судебником 1497 г., указами о заповедных летах и урочных летах и окончательно — Соборным уложением 1649 г. (уже при Романовых). В XVII–XVIII вв. всё несвободное население слили в крепостное крестьянство. Крепостное «право» отменено под давлением разнообразных «социалистических» движений крестьянской реформой 1861 года[385] — после того, как в Европе оно тоже было отменено вследствие небывалой капитализации Европы.

Одним из крупнейших шагов на пути к самостоятельности РПЦ стала канонизация большого числа (39) местных русских «святых» при митрополите Макарии на соборах 1547 и 1549 гг. К этому времени митрополиты уже сделали своей резиденцией Москву. По указанию Макария был составлен огромный свод религиозных произведений, которые, по мнению «русских богословов», входили в Священное Предание. В 1551 году был созван так называемый «Стоглавый» собор, где официально были закреплены обрядовые отличия РПЦ от остальных православных церквей, в том числе и требование креститься двумя сложенными пальцами (двоеперстие). Этим «Стоглавом» церковь и «элита» стремились окончательно отделиться от других церквей.

Решениями собора, записанными в особую книгу, разделённую на 100 глав и получившее от этого название «Стоглав», устанавливался церковный суд для духовных лиц, церковное имущество объявлялось неприкосновенным, подтверждались решения предыдущих соборов о канонизации русских «святых». Не хватало лишь собственного патриарха. Первым русским патриархом стал ростовский архиепископ Иов, избранный в 1589 году с благословления Константинопольского патриарха Иеремии.

В условиях «польской смуты» (середина XVI — начало XVII вв.) РПЦ поддержала и отчасти возглавила освободительное движение от польских «иноверцев». По выходу из смуты Россия, которую возглавили Романовы, обрела православное единство. Народ сплотился вокруг новой династии и церкви, испытав на себе угрозу со стороны иноземного «иноверного» врага с Запада. Как никогда в начала XVII века православие усилило свои позиции как в духовной, так и в светской сфере. Михаил Романов, первый российский государь из новой династии был той фигурой, которая сплотила народ, светскую и духовную власти. Но недолго длилось всевластие церкви.

Западные эмиссары, естественно, не могли мириться с автокефальностью (от греческого kephale — голова[386] — административная самостоятельность) РПЦ. Им мало было «самобытного» замыкания России лишь на библейский «Дух»: нужно было подчинить власть патриарха и царей себе структурно. Для этого был придуман манёвр с «обменом опытом». Некоторые иерархи РПЦ (церковная периферия «закулисы») стали искать союзников и единоверцев за рубежом. Закончилось это реформой патриарха Никона в 1652–1653 гг. Московский патриарх «вдруг» запросил совета у Иерусалимского и Антиохийского патриархов по поводу исправления русских «богослужебных» книг по греческому образцу. Сближение с иноземными православными церквями, и изменение некоторых обрядов по образцу Греческой церкви, затеянное Никоном и его сторонниками, вызвало волнения в среде верующих и духовенства. Был введён ряд новшеств (крещение тремя перстами, четырёхконечный крест вместо восьмиконечного и пр.).

Никон, следуя замыслу «мировой закулисы», вдалбливал верующим, что РПЦ уклонилась от истинного православия и должна согласовывать свои действия с другими поместными церквями. Сам Никон, возможно, и был благонамеренным, однако он внёс в единую (к тому времени) церковную среду серьёзный раскол, ослабив автокефальность РПЦ. К тому же Никон был властолюбив и желал подмять под себя сначала все православные церкви, затем стать своего рода «папой Восточной церкви», опираясь на власть российского царя. Это властолюбие Никона и употребила «мировая закулиса»,[387] нанеся единству РПЦ такой удар, от которого она уже не оправилась. Второй удар по власти РПЦ нанёс Пётр I.

Царь Алексей Михайлович опасался усиления патриарха, а главы многих поместных церквей России не поддерживали Никона. В 1658 году Никон был отрешён от патриаршества и сослан в Ново-Иерусалимский монастырь. На поместном соборе 1666–1667 гг. его лишили патриаршеского сана и приговорили к ссылке в Ферапонтов монастырь. Но это не остановило раскола. Церковный собор, руководимый патриархами Александрийской и Антиохийской православных церквей утвердил решения Никона (в 1667 г.) и отменил почти все постановления Стоглава. Началась волна протестов, верующие разделились на «старообрядцев» и «никонианцев». Старообрядцы угрожали светской власти и последняя ответила репрессиями, встав по сути дела на сторону никонианцев и реформ и этим — присягнув заморскому сценарию. Началось длительное преследование старообрядцев (длилось до начала XX века) — казни и репрессии. Старообрядческая церковь ушла в «подполье», а РПЦ приняла никонианские греческие поправки.

Так через полсотни лет после установления в России власти церкви в согласии с светской властью сама же «мировая закулиса», вмешавшись в доморощенный библейский порядок разрушила библейское единство на Руси. И это — правильно. Одно зло (никейское «христианство») схлестнулось в другим злом (старообрядческим библейским «христианством») и они месили друг друга вплоть до революции. С этого момента библейского единства в России больше практически не было. В Европе начиналась эпоха капитализма с его непременной атрибутикой — масонством. Первым царём, усвоившим масонские обряды и поставившим РПЦ ниже светской власти стал Пётр I. С него начинается эпоха отката церковного единства в России и медленное замещение его масонским влиянием — в его светском исполнении. «Мировая закулиса» определилась к началу XVIII века, что через «христианство» уже власть над миром не удержать.

После ослабления церковным расколом в начале XVIII века царь Пётр Алексеевич решил окончательно подчинить церковь государству. Пётр отменил патриаршество с 1700 года.[388] А с 1721 года РПЦ вместо патриарха возглавил постоянно действующий Собор — Святейший правительствующий Синод. Во главе Синода находился Президент,[389] деятельность которого контролировалось назначаемым императором обер-прокурором. Так при Петре I государство стало управлять РПЦ. А поскольку государство попало под контроль масонов, то и РПЦ — тоже попало под управление масонов (новейшего изобретения «мировой закулисы»). Так церковь, не обретя полновластия в России, поплатилась за весь духовный разврат, который она чинила все семь веков с момента крещения.

Наследники Петра I, подчиняясь масонской европейской дисциплине (верхушки подавляющего большинства российских режимов после Петра I были под контролем «закулисы» через масонов и иудеев, курировавших действия властей), продолжали ту же политику — церковь контролировалась самым жёстким образом со стороны светской власти.[390] В 1763 году по указу императрицы Екатерины II ликвидировалось церковное землевладение. А русское духовенство приравнивалось к государственным чиновникам.

В конце XIX века, как считается, в России началась эпоха «религиозного возрождения», возлавляемого не церковниками, а больше светскими философами — Соловьёвым, Леонтьевым, Розановым, Бердяевым и пр. Но это была лишь малоинтересная и не опасная для «закулисы» агония библейского православия накануне реванша светского масонствующего революционного движения.

23 января 1918 года, после революции, Совет народных комиссаров СССР издал декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Так церковь обрела полную «самостоятельность» от государства, которой её начал лишать Пётр I. Но после этого масонствующая власть начала гонения на церковь: «закулиса», получившая власть в СССР через масонов и иудеев, занявших государственные посты в результате революции, считала её «отработавшим своё идеологическим материалом». Политику прикрывали марксизмом-ленинизмом и атеизмом.

Гонения на церковь продолжались до начала Великой Отечественной войны, пока И.В.Сталин не обрёл достаточной власти над масонами. Гонения — дело рук масонов и троцкистов, а не И.В.Сталина.

Сталин, поднявшись как над библейским «христианством», так и над историческим исламом, был по умалчиваемому статусу чем-то вроде патриарха для православных и имама для мусульман, являясь одновременно и секретарём ЦК (вождём) для атеистов: ему не было смысла воевать как с самими верующими, настраивая несознательных граждан против себя, так и ополчать против себя крупнейшие эгрегоры (библейского христианства и исторического ислама). Сталин, будучи стратегом, старался не воевать с вышеперечисленными системами и людьми, их представляющими, а вписывать их с перспективой преображения в человечность. Одновременно с вершины светской власти он проводил политику, провозглашавшую определённую свободу наций «на самоопределение» — но при главенстве общей линии государства, которую он мудро и определял. Это обеспечивало максимально возможную ненапряжённость всей советской системы идейно-религиозных отношений (от религиозных — до светских) в тех сложных исторических условиях. Если бы Сталин продолжил политику троцкистов на гонение церкви, то напряжённость от этого бы возросла, что ни в коей мере ни пошло бы на пользу единению народов СССР под объемлющим все религиозные системы русским эгрегором, который Сталин достаточно умело возглавил.

В то же время события первых лет войны показали, что в деревнях большая часть населения не избавилась от гнёта на её психику церковного Духа, вселившегося около 1000 лет назад на Русь. А прокатившиеся за предыдущие десятилетия репрессии в отношении иерархов церкви дали в этом отношении отрицательный эффект. Всё это поставило под угрозу веру большого количества крестьян советским властям во время войны, чем «пользовались» фашистские власти на местах.

Видя это, верхушка власти СССР решила либерализовать церковные институты. По указу И.В.Сталина в сентябре 1943 года сбор епископов избрал нового патриарха (до этого патриарха не выбирали со времён патриарха Тихона — 1925 г.) — митрополита Сергия. В то же время церковь была взята под особый контроль государства — подобно тому, как это было сделано при Петре I. Был создан Совет по делам РПЦ при правительстве СССР.

Усиление «гонений» на церковь совпало с началом эпохи Хрущёва. С началом «перестройки» выпады против церкви вроде бы опять усилились, но потом церковь стали рассматривать как альтернативу марксизму. Празднование 1000-летия крещения Руси в 1988 году было совмещено с гарантиями, данными Горбачёвым церкви — на свободу миссионерской и прочей церковной деятельности. С началом 90-х годов началось бурное возрождение РПЦ. За пятнадцать лет церковь захватила не только множество земель и храмов, но главное — она стала духовным лидером в среде российских «элит». «Элитаризация» современной России, как и прежде не раз бывало — опять пошла под вывеской библейского христианства.

Учитывая, что «мировая закулиса», скорее всего, вовсе не предполагала такого усиления РПЦ в России, а проводила через «перестройку» совсем другой сценарий,[391] в современной России опять столкнулись две силы: западная (представлена масонством, меньшинством «элит» и посвящёнными иудеями) и доморощенная «элитная» (представлена церковью и большинством «элит»). Эти силы схлестнулись в настоящее время «не на жизнь, а насмерть»: Запад не хочет отдавать инициативу по употреблению потенциала России РПЦ, а последняя не хочет делиться с Западом. Опять, как и во времена Петра I, «закулиса» пробует подчинить себе церковь и «элиту» через свою кадровую базу и первые лица государства…

Церковный «Дух» и политика.

Библия в целом представляет собой взаимно вложенную систему двух религий: новозаветная доктрина направлена на подчинение всех, кто в неё «Духовно» включен — ветхозаветной доктрине. Последняя издревле — удел иудеев, рассеянных в среде «христианских» народов.[392].

Иисус Христос появился в среде иудеев тогда, когда иудеи погрязли в грехе, живя — согласно ветхозаветной доктрине, которая якобы от Бога. Все церковные обоснования передачи якобы Богом «богоизбранности» от иудеев «христианам» (один из тезисов «христианства») — не могут быть объективно приняты по следующим причинам:

· Не может быть богоизбранности вообще какого-либо народа, поскольку Бог не мог выделить из других, как лучшее, одно из своих творений, признав тем самым в других творениях — свой же брак. Просто у каждого народа — своя миссия (судьба), свой путь в деле построения Царства Божиего на Земле.[393].

· Иллюзия богоизбранности — следствие появления в среде народа человека-праведника, который выполнял миссию посланника Свыше. Но самочинный посланник Свыше всегда появлялся там, где было плохо в отношении исполнения Божиего Промысла.

· Если «христиане» переняли авраамическую «эстафету» от иудеев,[394] то почему у «христиан» не тот «Бог», что у иудеев: если взять хотя бы и сравнить заповеди из Ветхого Завета и Нового Завета, то они как будто от разных «Богов». Бог пересмотрел свои взгляды на мир, либо Бог ошибся? Но тогда в каком случае ошибся?

— Нет, Бог не ошибся и не пересмотрел свои взгляды; просто авторы Библии — «мировая надбиблейская надиудейская закулиса» — подкорректировали своё творение: Ветхий Завет был и остаётся для иудеев; Новый Завет — для «христиан». РПЦ более других церквей постоянно освящает оба Завета с обоими противоречивыми «Богами», не замечая при этом неканонического Бога Соломона.

Сторонники православия разделены на три категории:

· Первые ругают и не признают Ветхий Завет, относя его к иудейскому преданию.

· Вторые, признавая Ветхий Завет за откровение Свыше, признают передачу Богом «богоизбранности» «христианам», не утруждая себе анализом разногласий высказываний, вошедших в оба Завета от имени одного и того же Бога.

· Третьи признают богоизбранность иудеев и богооткровенность обоих Заветов, живя иудеовосхищением и пребывая в своих «христианских» немощах.

Причём последних — большинство. Церковь (в общем: а не в конкретных проявлениях отдельных её «духовных» лиц и представительств) же поддерживает достаточно абстрактную позицию в миру по отношению к вопросу о богоизбранности «христиан» и иудеев:

· Для «патриотов» России в основном годится первый вариант.

· Для достаточно «зазомбированных» церковью послушников и тех, кто пытается разобраться в канонах, но не в силах подняться над всей библейской системой — второй вариант.

· Для большинства людей, кто мало знаком с канонами, церковными порядками, церковными законами и «концепциями» — в православном обществе поддерживается последняя иллюзия.

«Патриоты», конечно, во многом правы: иудейская агрессия в народы была и есть. Покуда существует прежняя кредитно-финансовая система порабощения, замкнутая на «мировую закулису» через иудеев, ни одно государство, попавшее под прессинг такой «экономики» не сможет быть самодержавным, суверенным. К этому ещё добавляется более современный масонский прессинг властей, которому «патриоты» противопоставляют реанимированный из прошлого озунг «Москва — третий Рим». Но «патриоты» не видят другого: церковный православный «Дух» способствует покорности «христиан», а последние представляют социально пассивное большинство из воцерковленных и сочувствующих РПЦ в российском обществе. Меньшинство же «патриотов» — которые социально-политически активны — строят свою «борьбу» с «жидомасонским заговором» на принципе, который можно выразить во фразе «бей жидов — спасай Россию». Если ещё точнее выразить чаяния «патриотов», то последнюю фразу можно дополнить: «бей жидов — спасай Россию и занимай место жидов под патриотически-православным знаменем».

К сожалению, социально-политическая активность российских «патриотов» (это максимум 1–3 % населения) — направлена не на преображение культуры мышления российской воцерковленной и лояльной церкви толпы (что только и может стать прочной основой самодержавия и самовластья России), а на перехват у «жидомасонов» безвольной толпы — под покровом православия.

Если бы это было не так, то «патриоты» уже давно бы разобрались во взаимной вложенности «христианства» в иудаизм и поняли бы, что даже если полностью проигнорировать Ветхий Завет (как будто его и нет и не было), всё равно в Новый Завет столько перешло из Ветхого Завета для «христиан», что жить под покровом его социологии — опасно для жизни народа.

Это — так, поскольку новозаветная доктрина — доктрина послушания церкви, которая в обществе формирует у людей духовную немощность, покорность любой силе (в том числе и «духовной» — и не обязательно «жидомасонской»), порождает и закрепощает безволие, поддерживает застойные явления и препятствует жизненно необходимой динамике развития культуры мышления (переходу от цитатно-догматических церковных стереотипов к методологическим).

К сожалению православные «патриоты» России (те, кто себя так называет) вместе с «зазомбированными» церковью послушниками и подавляющим большинством церковных служителей, в том числе и тех, кто пытается разобраться в канонах, но не в силах подняться над всей библейской системой — её «Духовными» целями (то есть — её глобальным не прописанным внятно сценарием) — по своему объективному злонравию и одержимости одним из современных вариантов глобального сценария в отношении России (в который включена «Духовность» РПЦ) своей деятельностью поддерживают российскую толпу в иллюзии боговодохновенности ВСЕЙ библейской доктрины. Думая что они работают на самодержавие и суверенитет России, обещая осчастливить всех своим будущих приходом к власти под скрытым лозунгом «бей жидов — спасай Россию и занимай место жидов под патриотическим знаменем»,[395] они продолжают дело «мировой закулисы», губя души россиян, а вслед за ними и самих людей.

Это — так, поскольку поддерживая российскую толпу в библейской покорности, они готовят её на сдачу тому, кто из хозяев «элит» окажется сильнее. Ясно что для успеха такой сдачи толпа должна быть легко управляема, духовно немощна и безвольна. Остальное — легитимизация передачи власти (допустим от РПЦ к масонам, иудеям, другой периферии «мировой закулисы»…) — дело времени и хитрости дворцовых сценариев. При этом, даже если верхушка российской власти будет сверхпонятливой и волевой, против безволия толпы, которая будет управляться чужой волей, она ничего не сможет поделать.

Самое плохое в деятельности РПЦ, православных «патриотов» и тех, кто «научно» обосновывает, что лишь православная Россия может быть сильной и суверенной — то, что они своей деятельностью продолжают поддерживать в российской толпе невежество, безволие, духовную немощность, методологическую безграмотность — рубя «сук» остатков российского самовластья, на котором они сами пока и сидят.

Все эти объективно нечеловеческие пороки (невежество, безволие, духовную немощность, методологическую безграмотность) поддерживает в обществе новозаветная доктрина и церковь, открывая такое общество любому агрессору — на всех приоритетах обобщённых средств управления — не обязательно иудеям и масонам. В современной России вполне можно найти множество «наместников» из этнически русских, украинцев, белорусов и пр. «славян», кто по принципу «бей жидов — спасай Россию и занимай место жидов под патриотическим знаменем» готов присягать кому угодно, лишь бы остаться (либо стать) «элитой». А «мировой закулисе» всё равно (в этом отношении) через кого покорять Россию: пока в России толпо-«элитаризм» — она открыта для деяний «закулисы». Этому есть масса свидетельств: от распродажи российских недр и земель — до вывоза за рубеж так называемого «капитала». В процессе сдачи России на Запад порой нельзя уже разделить евреев, масонов и этнических «славян». После распада (расчленения) СССР в среде таких всё смешалось в покорности единому библейскому «Духу».

Будучи системой покорения людей себе, новозаветная доктрина ставит всех покорившихся в одно и то же примерно равное положение по отношению к покорителям. И неважно кто будет покорителем: «христианский» «Дух» — «Дух» покорности и кротости по отношению ко всем, кто явится покорителем (это могут быть не «христиане», либо те, кто лишь прикрывается своим «христианством»).[396] Причём в любой социальной системе в условиях господства нечеловеческих типов строя психики и толпо-«элитарной» организации общества всегда найдутся личности (либо корпорации), которые по своему злонравию поднялись над новозаветной «христианской» доктриной покорности. Такие как правило, рождаясь и воспитываясь в библейской среде, попадают в вышестоящую над новозаветной системой — систему покорения — иудейскую ветхозаветную систему и действуют в её «Духе». Именно поэтому в любом библейском толпо-«элитарном» обществе всегда найдётся кому покорять себе покоряющихся. Но именно на такую роль сейчас претендует верхушка РПЦ, якобы отнимая эту возможность у масонов и иудеев.

Ясно, что единственный выход из библейского тупика в народное самовластье (чтобы не попасть к любым покорителям) — состоит в первую очередь в необходимости избавиться от библейского «Духа» покорности. Одновременно осваивая Дух покорности Богу в диалектике живого Языка Жизни — религию веры Богу.

Поскольку библейский «Дух» покорности и покорения — един (но иерархически организован так, что нижестоящие в иерархии покоряются вышестоящим) для всех, считающих себя «христианами», для тех, кто просто поддерживает православную иерархию и для сочувствующих, то независимо от происхождения древние «Духовные» заповеди Ветхого Завета в общем алгоритме всего ветхозаветно-талмудического подчинения действуют от лица покорителей и от имени Бога; а древние «Духовные» заповеди Нового Завета действуют в отношении покоряющихся — тоже от имени Бога. А кто будет следующим покорителем России — второй вопрос. Первый вопрос: покорится ли русский народ, либо выберется из доктрины покорения раз и навсегда.

Ниже мы проведём некоторый сравнительный анализ общей библейской доктрины покорения, сравнивая ветхозаветные заповеди для покорителей и новозаветные заповеди — для покоряющихся.

Покорность и политика.

В «христианском» мире (и не только в «христианском» мире) десять заповедей Моисея вышли далеко за пределы религиозного мира, а Моисей считается одним из учителей человечества. В числе 10-ти заповедей («Десятисловие» Моисея) приняты следующие ветхозаветные заповеди Исход (20:1-17) и Второзаконие (5:6-21) — с несколькими разночтениями. Текст этих заповедей мы приводили в главе «Религиозная система иудаизма». Для наилучшего понимания дальнейшего изложения нужно вернуться и перечитать эти рассуждения.

Самое главное то, что известная основной массе покоряемых безвольных, нищих Святым Духом и немощных «христиан"ветхозаветная мораль, якобы выраженная в «Десятисловии» Моисея, позволяет хорошо судить о Ветхом Завете, как о первой части библейского богооткровения, только данного евреям — якобы богоизбранному народу № 1. Дело в том, что взятое отдельно (вырванное из контекста Ветхого Завета) «Десятисловие» не противоречит «Духу» Нового Завета. Мало того, ветхозаветная мораль, основанная на предельно общих высказываниях моисеева «Десятисловия», позволяет логично перейти к новозаветной морали. И при этом скрыть от невежественной толпы весь остальной контекст Ветхого Завета (в котором для иудеев реально предписана доктрина покорения всех остальных народов).[397] В контексте же Нового Завета все «христиане» как бы богоизбранный народ(церковная община) № 2, которая придерживается вроде бы почти того же, что заповедано через моисеево «Десятисловие». То есть получается что якобы и «христианам» и иудеям было дано от Бога почти одно и то же в основных моралях Библии. А значит, они должны друг друга любить (как два «богоизбранных народа»: один в древности, другой — позже) и доверять друг другу. По мнению «христиан», иудеи просто в определённый момент несколько отклонились от ветхозаветной морали и право первенства с приходом Христа перешло «христианской» воцерковленной общине. Но при этом уважение к «богоизбранному народу» № 1 сохраняется — согласно их историческому избранию якобы Богом изначально.

Ветхозаветная доктрина начинается с запрета именем Бога стремления к познанию (и даже более того — с запрета к познанию добра и зла). Якобы после нарушения этого запрета и начались неприятности на Земле (выделено жирным — нами):

Бытие 2.

9 И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла.

16 И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть,

17 а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь.

Это — начало Ветхого Завета, в котором культивируется то самое невежество, которое и приводит к поверхностному и догматическому суждению обо всём, что и — свойственно толпе, которую идут покорять. Иудеи же были искусственно лишены естественного различения добра и зла изначально в ходе 42-х летнего нахождения в пустыне. Они вторглись в земли Палестины уже будучи передовым отрядом «зомби» в руках «мировой закулисы», призванные не только не соблюдать законы «Десятисловия» в отношении других народов, но при этом их агрессивность и миссия покорения по отношению к народам, в среде которых они в дальнейшем «рассеивались» — была закреплена культурно и генетически.

Библейские общества разделены на «сословия» по нравственному признаку (нижеприведённое деление не включает иудейскую прослойку):

· Те, кто безусловно покоряется общей библейской культуре, «плывя по течению» жизни — толпа.

· Те, кто, покоряясь библейской культуре, ищет для себя преимуществ с целью начать паразитировать на толпе и находит, что у иудеев это получается лучше всех. Такие либо:

Ш идут в обслугу к иудейской общности, посмеиваясь из-за спин иудеев над простотой «христиан»;

Ш перенимают опыт иудеев и соответственно встают на «Духовную» платформу ветхозаветной морали сами (сознательно, либо неосознанно — перенимая некоторые принципы порабощения и подчинения ради паразитизма), создавая свои системы паразитизма на толпе параллельно иудеям;

Ш перенимают опыт иудеев и соответственно встают на платформу ветхозаветной морали сами (сознательно, либо неосознанно — перенимая некоторые принципы порабощения и подчинения ради паразитизма), создавая свои системы паразитизма на толпе при этом — оттесняя иудеев и списывая на последних все грехи общества.[398].

· Те, кто вроде бы не покоряется библейской культуре, принимая для себя морали иных культур (ислам, буддизм, атеизм). Но они вписаны в библейскую культуру, поскольку, не разобравшись в её агрессивности, пользуются её институтами власти.

· Те, кто разобрался в основных механизмах агрессии библейской системы и своей деятельностью старается преобразить общество от покорения чужому «Духу» к самодержавию (и дальше — к Богодержавию).

Веками православная иерархия старалась держать свою паству в покорности, невежестве и безволии, строго соблюдая иерархическую взаимоподчинённость в своей среде. За малейшие отклонения в среде церковной иерархии от положенной дисциплины на виновных накладывались «взыскания» — вплоть до отлучения от церкви. В общем внутрицерковная дисциплина мало чем отличается от масонской дисциплины. Поэтому попытка «мировой закулисы» передать власть в России от церкви масонам в конце XIX — начале XX веков встретила жёсткое сопротивление церкви: особенно из среды непосвящённых в сценарий. Но посвящённая верхушка, пользуясь церковной дисциплиной, отдала власть. От церкви в начале ХХ в. отняли власть (прежде всего идеологическую) и передали её представителям нового светского общества. И масонство и церковная иерархия обе — порождения «мировой закулисы». Только вторую «мировая закулиса» создала почти на 1500 лет раньше, чем масонство.[399] История России-СССР показывает, что воля «мировой закулисы» по передаче власти всегда выполнялась, вплоть до середины XX века. Это говорит о том, что и масонство и церковная иерархия — включая и РПЦ — подконтрольны управлению извне России. Как бы не сопротивлялась церковь в начале XX века, призывая своей «Духовной» властью власть царя и «элиты» на борьбу с масонами (то есть административный ресурс у церкви был), масоны оказались сильнее. А церковь просто раскололи на три части (РПЦ, РПЦ Заграницей и Катакомбная церковь), после чего «слили» каждую часть отдельно. Конечно, были и внутрицерковные предательства и агентура: всё как всегда.

Реванш РПЦ в постперестроечной России стал возможен лишь потому, что обуздание гонки потребления и производства в условиях капиталистического способа хозяйствования в большинстве стран Европы, Америки и СССР с помощью передачи власти от церкви масонам, а от масонов — светской организации государственности на масонских принципах («эталоном» чего должен был стать СССР после 1917 года) не состоялся благодаря И.В.Сталину и русскому народу. Вторая попытка передачи власти масонам через «перестроечный» манёвр «мировой закулисы» — тоже оказалась обречённой на территории России и на территориях некоторых постперестроечных «обломков» СССР, поскольку в России предпочли либеральную «свободу» — одному из видов тоталитаризма. Лишь поэтому старая форма библейского тоталитаризма[400] автоматически вылезла на верх идеологической власти в России по принципу ««свято» место пусто не бывает» в условиях толпо-«элитаризма». А «мировая закулиса» вынуждена была промолчать на этот раз, допустив попытку церковного «ренессанса» в России и руководствуясь принципом: «на безрыбье[401] и сам раком станешь».[402].

В настоящее время церковь, оказавшись на «гребне» волны везения, вынесшей её на околовластную вершину в России, стала заигрывать с «патриотами» в борьбу со всемирным масонством. Как заканчивается такая борьба между двумя равными силами, контролируемыми из одного «Духовного» центра, мы уже знаем по опыту революций 1905–1917 годов в России. Просто «мировая закулиса», скорее всего, ещё не сориентировалась согласно глобальному раскладу сил на начало XXI века, кому и каким образом надёжнее передать власть в России:

· Церкви (под косвенным контролем масонства), у которой не всё в порядке с внутренней дисциплиной и со взаимоотношениями с толпой (далеко не вся толпа лояльна церкви в России[403]).

· Светской революционно-социалистической власти (под прямым контролем масонства), которая никак не складывается в России.

· Либо оставить обе свои ветви (древнюю церковную и новую масонскую «социалистическую») на саморазвитие и пока контролировать обе через масонов и иудеев.

Третья же сила, которую правильно назвать Русская, всегда опирается на народную составляющую русского самосознания. Именно к ней обратился и И.В.Сталин, после чего, победив масонов, СССР выиграл войну и присоединил к Русской цивилизации множество новых земель. Но русское самосознание не имеет ничего общего с невежеством в основных вопросах философии и богословия, с библейскими немощами, с методологической нищетой и безволием. Поскольку обе иерархии — и церковная и масонская — держатся до тех пор, пока продолжается культивирование в российской толпе вышеуказанных пороков, ни одна из них не является лидером реальной независимости России. В настоящее время последнее относится в первую очередь к церкви.

Дело в том, что поддержка в толпе вышеуказанных библейских пороков продлевает возможности деления общества на «сословия», которые мы обобщённо перечислили выше. В условиях доминирования библейского мировоззрения — «Духа» — в толпо-«элитарном» обществе всегда найдётся доморощенная «сословная» прослойка, которая будет вести себя по отношению к толпе не лучше, чем иудеи, вторгавшиеся на протяжении всей своей истории в чужие земли. Даже если представить себе, что всех иудеев в России выгонят или «вырежут» (крайний вариант, который рассматривается в некоторых кругах через создание «эскадронов смерти» и «скинхедов»), то их место сразу же займут те доморощенные «демонические» личности (среди которых будет очень много православных «патриотов»), которые, поднявшись над новозаветной доктриной покорности, и посмеиваясь над невежественной, безвольной и немощной толпой, станут на ней паразитировать — покруче иудеев.

При этом такие «демоны» будут применять для паразитизма уже не прежние устаревшие методы, а новейшие методы оболванивания, «идя в ногу» с научно-техническим прогрессом. Ростовщичество будет «детским лепетом» по сравнению с новыми методами паразитизма. Но принципы останутся старые — расистские: «Ужас Мой пошлю пред тобою, и в смущение приведу всякий народ, к которому ты придёшь, и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих; мало-помалу буду прогонять их от тебя, доколе ты не размножишься и не возьмёшь во владение земли сей; [не смешивайся и] не заключай союза ни с ними, ни с богами их» (Исход 23:27, 30, 32). Любая церковь, как известно, наводит ужас на послушную толпу за непослушание ей.

Церковь, находясь в «Духе» прошлого, видит свою миссию в том, чтобы завернуть капиталистическую вседозволенность и разврат в российском обществе в некое ограниченное церковное русло удержания и умеренности, которое якобы будет регулироваться с уровня церковной иерархии. Этим церковь планирует победить экологические, этические, и другие проблемы якобы современного сатанизма. То есть, церковь взяла на себя ту роль (во всяком случае в современных декларациях это просматривается), которая была отведена «закулисой» масонам. И делает вид, что борется с масонами. Но при этом церковь, находясь в «Духе» прошлого, и стараясь сохранить как незыблемость самой церковной иерархии (которая держится на особом подборе кадров и дисциплине подобной масонской), так и власть церковной иерархии над обществом, которая держится лишь на невежестве, безволии и немощах толпы — сама потворствует этим постоянному воспроизводству в обществе «сословия» паразитов, которые по своему «Духу» ничем не лучше иудеев и капиталистических «элит». Поэтому ни о каком обуздании гонки потребления и производства речи идти не может: деятельность этого «сословия» может остановить только Русский народ — если толпу освободить от давления на неё церковного «Духа» немощи и невежества, предоставив всеобщий массовый доступ к методологическим знаниям. А длительное самовластие церкви в России «мировой закулисой» скорее всего не рассматривается.

Некоторые канонические новозаветные основы покорности «христиан».

В отличие от Ветхого Завета, новозаветная доктрина призывает к общей покорности, в том числе и врагам. Библейская мировоззренческая (философская) система тезисно представлена в Новом Завете заповедями. Как мы уже говорили, известное многим ветхозаветное «Десятисловие» является благообразной ширмой на доктрине порабощения, которую несёт весь Ветхий Завет. При этом «Десятисловие» позволяет легко перейти от ветхозаветной доктрины к новозаветной, не касаясь «неприятных» вопросов первой. Однако, не надо забывать, что Новый Завет всего лишь — продолжение Ветхого Завета; первый взаимно вложен во второй; а оба представляют собой мощнейшую мировоззренческую систему порабощения обществ, куда она имеет возможность распространяться. В Новом Завете «христианская» философия представлена заповедями (приводим их не полностью, самые основные, из Евангелия от Луки, гл. 6; выделения — наши):

· 20…блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие.

· 21 Блаженны алчущие ныне, ибо насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь.[404].

· 24 Напротив, горе вам, богатые! ибо вы уже получили своё утешение.[405].

· 25 Горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете.[406].

· 27 Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас,

· 28 благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас.

· 29 Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку.

· 30 Всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твоё не требуй назад.

· 31 И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними.

· 32 И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их любят.

· 33 И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? ибо и грешники то же делают.

· 34 И если взаймы даёте тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же.

· 35 Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая[407], и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым.

· 37 Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете;

· 38 давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам.

· 43 Нет доброго дерева, которое приносило бы худой плод; и нет худого дерева, которое приносило бы плод добрый,

· 44 ибо всякое дерево познается по плоду своему, потому что не собирают смокв с терновника и не снимают винограда с кустарника.

Ещё раз скажем, что это только часть «христианской» философии, которая тезисно выражена в Новом Завете прямо и ясно для всех. Помимо тезисного изложения новозаветной философии, часть которой мы привели, существует ещё «контекстовая» часть философии Нового Завета. Из этой «контекстовой» части самое главное:

· Казнь человека (Иисуса Христа), который до сих пор считается всемирным эталоном праведности.

· Возведение этого человека в ранг «сына Божиего».

· Утверждение о том, что своей смертью и мучениями Иисус Христос искупил грехи «всех нас» и явится спасителем мира, когда мир погрязнет в грехе — после чего он возглавит страшный суд.

К последнему можно ещё добавить, что в современной «христианской» культуре сохранился один из самых вредных (в нашем понимании) церковных ритуалов (таинств) — отпущение людям грехов церковными иерархами, заменившими своими персонами Бога. В совокупности с утверждением Библии об искуплении грехов Иисусом Христом, этот магический ритуал по умолчанию разрешает «христианам» грешить, поскольку грехи им будут отпущены церковными иерархами именем Иисуса Христа. Этим церковные иерархи — разрывают обратные связи Свыше на людей, позволяя тем грешить дальше, а не задумываться, почему их грехи друг в отношении друга приносят друг другу обоюдные несчастия и порождают злодеев. В совокупности с заповедями, основные из которых мы выделили подчёркиванием выше из Евангелия от Луки,[408] к попущению порочности «христианской» толпы людей и «контекстовой» части добавляется ещё:

· Поддержка от имени Бога «нищих духом» людей (Лука 6:20). Это — призыв не совершенствоваться «духовно» и не прилагать свою волю для поиска Правды-Истины, а «жить» как все, пассивно и безвольно ожидая прихода Мессии.[409] Напомним, что апостол Павел пошёл в этом отношении ещё дальше:

2-е Послание Коринфянам 12.

7 И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился.

8 Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня.

9 Но Господь сказал мне: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи». И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова.

· Поддержка у людей бессмысленных переживаний о неустроенности мира при сохранении режима духовного бездействия и бессилия воли (Лука 6:21).

· Поддержка порицания в толпе людей стремления к материальному «обогащению» (Лука 6:24;25), что в совокупности с рекомендациями обогащаться для иудеев и «сословия» паразитов (Ветхий Завет) облегчает последним материальное «обогащение» в среде «христиан», устраняя конкуренцию в сфере паразитизма.

· Поддержка благотворением людьми — врагов, ненавидящих и проклинающих людей (Лука 6:27;28). Это — прямой призыв творить блага врагам, и в первую очередь — врагам своего отечества. В совокупности с доктриной Ветхого Завета, предписывающего иудеям (и тем, кто попал в «сословие» паразитов) скупать чужие земли, это — призыв помогать продавать своё отечество в угоду хозяевам библейской концепции. В нашем миропонимании Человек может Любить врагов, как и весь обыденный мир, такой, какой он есть. Однако творить блага врагам и поддерживать их деятельность, это — наглый призыв к саморазрушению или самоубийству.

· Поддержка непротивления любой агрессии и поддержка бессмысленной расточительности (Лука 6:29;30). Вдобавок к духовной нищете и бессмысленным переживаниям и сопереживаниям вне поиска Правды-Истины, непротивление агрессии и расточительность (в том числе и в поддержку этой агрессии) делает общество людей, следующих такого рода заповедям, безвольными и благонамеренными проводниками чужого злого умысла. Духовная нищета и расточительная благонамеренность большинства людей, не желающих познавать мир по Правде-Истине, и не желающих познавать своих врагов (а не только Любить своих врагов, что в общем-то — верно), открывает возможность манипуляции этими людьми со стороны тех, кто не живёт заповедями Нового Завета, и имеет виды на территорию людей и на их рабский труд во имя собственного паразитизма. Для закрепления невозможности противления такого рода агрессии со стороны людей, существует следующая заповедь, предупреждающая и запугивающая:

· «И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Лука 6:31). А также «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете» (Лука 6:37). Примерно то же и Лука 6:38. Это понимается и практикуется двояко:

Ш для толпы людей предписано не сопротивляться агрессии, дабы с ними же не поступили также агрессивно, что пугает людей карой за любой «недобрый» поступок — от имени Бога; в «контексте» Нового Завета это подкреплено уверением «великой награды» Свыше в будущем и, главное, посмертно;

Ш для «врагов» этих людей (тех, кто поступает с людьми не по-«христиански») это может означать указание на то, что если люди поступают с «врагами» не по-«христиански» то последние получают «право» поступать с людьми — тоже не по-«христиански», заставляя этих людей соблюдать заповеди Нового Завета; то есть это — часть «христианского» обоснования «святой» инквизиции.

В совокупности эта двоякость понимания заповеди (Лука 6:31;37;38) позволяет замкнуть невидимый людям контур управления толпой людей на некое высшее звено невидимых «врагов» (с их не-«христианской» системой «поступков» и «судейства».[410] Сами же невидимые «враги» при этом могут не являться безвольными сторонниками поддержки новозаветной философии.

· Призыв любить не только «любящих вас»; делать добро не только «тем, которые вам делают добро»; давать взаймы не только тем, «от кого надеетесь получить обратно» (Лука 6:32–34) в совокупности с вышеизложенными призывами к подчинению врагам и любви к врагам, а также следующим стихом (Лука 6:35)[411] утверждают в обществе психологию рабской покорности, что безусловно необходимо в первую очередь кураторам библейского проекта.

· Закрепление разделения общества людей на «хороших» и «плохих»; «добрых» и «злых»,… (другие варианты названий библейского дуализма[412]) — Лука 6:43. Это, в совокупности со всем вышеизложенным в заповедях, позволяет легко производить «селекцию» (разделение), судя как бы «по плодам их», кого в какой лагерь записать в угоду библейскому порядку. Поскольку же «судить» простым людям не рекомендовано,[413] то судебным «трибуналом» высшего порядка по «контексту» всего Нового Завета могут быть лишь приобщённые к таинству работы всей библейской системы и её целесообразности. Остальные должны оставаться «нищими духом» согласно своему положению в толпо-«элитарной» иерархии и не «поступать» с другими так, как они не хотят, чтобы с ними «поступили» хозяева толпо-«элитарной» иерархии и их «святая» инквизиция. В противном случае люди, нарушившие заповеди Библии, могут попасть в преступники, подлежащие инквизиции. Но для большинства безвольных в толпе и пугала ада — достаточно.

· Также интересно высказывание Лука 6:40: «Ученик не бывает выше своего учителя; но, и усовершенствовавшись, будет всякий, как учитель его». Это библейское высказывание программирует психику адептов «христианства» на ограничения самостоятельного познания и духовного роста. Во-первых, оно предполагает обязательность духовного «учителя», тем самым в умолчаниях отрицая Язык Жизни, на котором Бог учит людей зачастую лучше любых земных учителей. Во-вторых, это высказывание программирует психику людей на подчинение авторитетам, которые назовутся «учителями». И, в-третьих, это высказывание означает непреодолимость учениками уровня «учителей» — что очень важно кураторам библейского проекта и их подручным-пастырям: ведь если ученик поднимется выше «учителя», то он может выйти из библейской системы, став по отношению к ней «антисистемным фактором». Поэтому библейские кураторы всегда строго следили, чтобы духовное «развитие» людей не было «стихийным» и не выходило за рамки библейских ограничений. Поэтому ограничение ученику о том, что можно стать лишь «как учитель его», но не выше — заведомая психологическая преграда на пути совершенствования вне библейских правил (сами же «учителя» подбирались соответственно их лояльности библейской системе). Это психологический барьер, который выставлен на пути следующих за «учителями» поколений, чтобы последние его не переступали, совершенствуясь лишь «как учитель», но не более. Только при этом условии библейский «Дух» мог так успешно столетиями «консервировать» своей алгоритмикой души следующих за «учителями» поколений.

Ещё раз повторим, что канонические основы покорения и покорности мы рассмотрели лишь на некоторых эпизодах, взятых из Библии, предоставив таким образом «ключи» к пониманию данного вопроса. Поскольку таких эпизодов в Библии множество, каждый, въехав в нашу логику рассуждений, может проделать то же самое самостоятельно в отношении других эпизодов библейских повествований.

Церковь поддерживает от имени Христа ложный «Духовный» ориентир — спасение души «для будущей жизни» в процессе земной жизни — чем самым она разрывает связь между необходимостью благоустройства этого мира согласно Божиему Промыслу и якобы «спасением души». В то время как основная цель пребывания каждой души в земном мире — помощь Богу в благоустройстве земного мира: в этом же и «спасение души» (если так можно выразиться). То есть «спасение души» — по сути выполнение её судьбы в этом мире — вовсе не в особой «Духовной» преданности церкви и Христу, а в реализации индивидуального «задания» Свыше (судьбы) в этом мире по преображению его в Царство Божие на Земле в общем совокупном плане всех индивидуальных «заданий» душам. Если объединить учение материалистических атеистов о построении коммунизма с верой Богу (вне конфессий, церквей и посредников), то люди (все вместе и каждый в отдельности) получат Свыше Мhру: когда, что и как надо строить на Земле собственными силами. Это и будет общее «спасение» всех душ на Земле.

Церковный же принцип первоприоритетности спасения своей души в земной жизни народов проявляется как закон, имеющий двоякое свойство. Это порождает в психике шизофрению, переходящую в апатию. Мысли двоятся: как можно прожить «духовно» достойно в греховном мире и спасти свою душу? И что ожидает будущие поколения, которые обречены жить в греховном мире, который нам всё равно не дано сделать праведным: надо учить детей спасать свои души, либо спасать этот мир, а может лучше в таком случае жить настоящим…?

Поэтому, предупреждая расщепление психики от библейской логики, мы не рекомендуем ни «властям» ни обществу «Духовно» «обогащаться», следуя такой пораженческой программе церкви.

Церковная программа Нового Завета для всех поверивших в неё, разрывает живую связь личностной души с чувством её собственной судьбы — с чувством Мhры, с Богом — обрекая душу на земные мучения в несовершенном мире, на болезни и преждевременную смерть. Церковная программа замыкает на себя и на церковь множество личностных судеб,[414] грубо вмешиваясь этим в личную жизнь людей.[415] Общая апокалиптичность всего «христианского» мира не есть следствие грехопадения людей вопреки «христианскому» мировоззрению. Общая апокалиптичность всего «христианского» мира — следствие длительного воспитания людей в псевдохристианской среде в преемственности поколений, в результате чего большинство людей одержимы сатанизмом и/или безвольны. Бог не предопределял апокалипсиса и разделения общества на сатанистов и воцерковленных. Тем более Бог не предопределял уничтожения части своего творения в якобы втором пришествии Христа. Через личностную судьбу Бог предопределяет каждой душе земное благополучие. Церковь же уводит личностные души с Божиего пути — от этого и проистекает неустроенность и греховность земного мира. От этого и личностные страдания.

Древняя программа искоренения праведности на Земле.

Для лучшего понимания заявленного в заглавии вопроса мы проведём сравнение «судьбы» праведника Иисуса Христа, которую ему программировала Библия, и судеб миллионов людей, попавших под влияние церковного «Духа». Начнём с того, что общеизвестно из канонов. Прихода праведника хозяева библейского проекта ждали задолго до рождества, и готовились к приходу. Повторим цитату из «пророчества» Исаии (выделено жирным — нами):

Исаия 53.

1 [Господи!] кто поверил слышанному от нас, и кому открылась мышца Господня?

2 Ибо Он взошёл пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нём ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нём вида, который привлекал бы нас к Нему.

3 Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его.

4 Но Он взял на Себя наши немощи и понёс наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом.

5 Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нём, и ранами Его мы исцелились.

6 Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас.

7 Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, ведён был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих.

8 От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь.

9 Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его.

10 Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его принесёт жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное, и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его.

11 На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез познание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих и грехи их на Себе понесёт.

12 Посему Я дам Ему часть между великими, и с сильными будет делить добычу, за то, что предал душу Свою на смерть,[416] и к злодеям причтен был, тогда как Он понёс на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем.

Слова «кто поверил слышанному от нас» относятся ко всем, кто верит библейской программе, помещённой в обоих Заветах. При этом те, кто верит, подвергаются программированию своей психики от имени Бога на то, что Бог не препятствует искоренению праведности из этого мира. Такие люди рассуждают (либо бессознательно полагают) примерно следующим образом:

Раз уж Бог дал пророку Исаии заблаговременно знать о приходе самого из праведных в «христианстве», которого называют Господом, а потом всё, что предсказал Исаия сбылось, как нам известно из Нового Завета (в отношении Иисуса Христа), значит — так оно и есть на самом деле. Если даже праведник, призывавший к изменению жизни, не смог избежать суровой участи страданий, то куда уж нам пытаться. Надо смириться с нелёгкой судьбой и отдаться во власть церкви.

А что можно узнать из этого ветхозаветного отрывка «пророчеств» Исаии? — Можно узнать следующее:

· Пришествие в «этот мир» праведника должно быть встречено презрением окружающих(Исаия 53:3).

· Праведник должен брать на себя все немощи и болезни «этого мира» (Исаия 53:4). В то время как остальные (неправедники) будут бездействовать в немощи (даже если он их призывает к праведности) и продолть его презирать, пока он не закончит земной путь. И лишь по смерти (когда в «этом миру» его не будет и он не сможет влиять на этот мир) люди «прозреют» и увидят в нём святого.[417].

· Праведник должен брать на себя все грехи «этого мира»; наказания и мучения за грехи должны быть направлены на него (Исаия 53: 5,6). В то время как окружающие (неправедники) будут продолжать «блуждать как овцы» (а ещё лучше сказать — блудить от своего злонравия), ссылаясь на свои немощи, которые якобы «совращают каждого на свою дорогу».

Это — отвод от неправедного общества обратных связей Свыше (которые неминуемы при отклонении общества от праведного пути: в терминологии Библии — «каждого на свою дорогу») и призыв к попытке замыкания этих неприятных обратных связей (наказание и мучение за грехи, которые люди сами себе устраивают) на праведника. Ясно, что все остальные при этом не будут стараться менять себя в сторону праведности, а будут лишь пенять самому дееспособному, что он с такими возможностями не может за всех изменить этот мир, чтобы всем было хорошо.

· Все неправедные, немощные, заблудшие должны исцелиться «ранами» праведника (Исаия 53:5). По-современному, все паразиты (и поддерживающие последних в «Духе» библейского закона) должны здравствовать за счёт возможностей и страданий праведника (той части общества, которая поддерживает праведность). Это имеет прямое отношение к церкви, которая буквально несёт на себе «Дух» исцеления «ранами» людей «этого мира». И сама существует лишь потому, что люди в «этом мире» верят в то, что Иисус Христос взял за всех грехи на себя. То есть, если бы люди в это не верили, церковный «Дух» не поддерживался бы верой людей «этого мира», которые сами постоянно страдают от своих немощей. Это одна из причин того, что церковь с одной стороны, сама постоянно «исцеляется» в своём «Духе» всё новыми и новыми «ранами» людей, не желающих ничего менять в этом мире, поскольку им говорят, что они немощные. С другой стороны, церковь, взяв на себя роль праведника (точнее, имитируя праведность), учит общество доверяться ей, отпуская грехи немощных, подобно тому как Иисус якобы взял грехи на себя — такой вот замкнутый «Духовный» круг. Такие двойные стандарты. А общество в целом истекает кровью якобы праведности: вместо того чтобы «перевязать» «раны» и перестать их наносить друг другу. На этих духовных «ранах» (в первую очередь это — невежество общества, его библейская культура мышления и соответствующая нравственность) делают разнообразный «гешефт» все злочестивые, и церковь — в первую очередь.

· Праведник не должен сопротивляться, когда с ним будут бороться (Исаия 53:7). Это вошло в Новый Завет как непротивление злу насилием, якобы во имя «христианского» спасения. Ясно, что покорная злочестивым благонамеренность (даже если она и выглядит праведной) в «этом мире» ничего не сможет сделать. И мир в лучшем случае останется прежним греховным, в худшем — самоуничтожится от греха. Так, покорность церкви не приводит к улучшению «этого мира»: наоборот. Нетрудно догадаться, что церковь неправедна.

· Уничтожение праведника (праведности) должно быть оправдано прошлыми преступлениями злочестивых (Исаия 53:8) и ходатайством за будущих преступников (Исаия 53:12). После этого прошлые преступления и грехи в сознании людей уже как бы и не являются грехами, а будущие грехи не страшны, поскольку они отпущены наперёд всем вместе, кто «христианин» — страданиями праведника и будут отпущены персонально церковью, «страдающей» за всех «христиан» после праведника. Стоит ли говорить, что в результате в «этом мире» грешников и преступников станет больше: ведь им уже все грехи отпущены наперёд. Но вот в этой логике дееспособными праведниками не многие захотят становиться: зачем брать на себя чужие страдания и мучиться, когда можно жить «духовным» и «мирским» паразитом, ссылаясь на свои немощи и проблемы.

· Праведник приносит пользу (то есть «ему» доверено управление: по сути — можно управлять его именем, когда его уже нет в живых) в «этом мире» лишь после смерти (Исаия 53: 9-12). Если ещё точнее: «хороший праведник — мёртвый праведник».

В общем это — стандартный алгоритм (программа) искоренения праведности, которую несёт в общества Библия и церковь. В Новом Завете всё то же самое. Новый Завет и церковь только подтверждают текстами и деятельностью (соответственно), что пророчество Исаии якобы сбылось по отношению к Иисусу Христу, распространяя алгоритм искоренения праведности на «этот мир» — на мир «христиан». Ясно, что алгоритму искоренению праведности сопутствует алгоритм поражения, поскольку Бог не поддерживает неправедность, Бог — в правде.

В каноны Нового Завета вошла масса ссылок на пророка Исаию, когда речь заходит о судьбе праведника Иисуса Христа (выделено жирным — нами):

От Матфея 3.

1 В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской.

2 и говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное.

3 Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему.

От Иоанна 12.

37 Столько чудес сотворил Он пред ними, и они не веровали в Него,

38 да сбудется слово Исаии пророка: Господи! кто поверил слышанному от нас? и кому открылась мышца Господня?

В Евангелии от Луки есть очень интересный момент, в котором можно увидеть эпизод программирования праведника Иисуса Христа на путь Исаии:

От Луки 4.

17 Ему подали книгу пророка Исаии; и Он, раскрыв книгу, нашёл место, где было написано:

18 Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу,

19 проповедывать лето Господне благоприятное.

20 И, закрыв книгу и отдав служителю, сел; и глаза всех в синагоге были устремлены на Него.

21 И Он начал говорить им: ныне исполнилось писание сие, слышанное вами.

Подобно этому церковь программирует всех людей на путь Исаии, показывая «эталон» якобы прохождения этого пути Иисусом Христом. Сама же церковь этим путём не идёт: её иерархия вмешивается в дела людей и государства от имени Христа, называясь «не от мира сего». Спрашивается: чего же сам Христос (а не церковь) тогда не вмешивается из «того мира» напрямую?

— На это у церкви тоже готов ответ: ждём «второго пришествия» согласно Писанию. Только эти ожидания «второго пришествия» длятся уже почти 2000 лет. И каждый век находится свой церковный «пророк», вещающий: «вот-вот!», «уже скоро!» и так далее. Но проходит время, Иисус с того света не является. И это время уже почти 2000 лет церковь употребляет чтобы морочить людям головы «вторым пришествием», оттягивая его срок и соответственно получая ещё срок для себя.

Есть и ещё одно средство уподобления церкви Иисусу. Это — церковные чудеса, которые совсем уж доверчивым заменяют чудесное воздействие Иисуса из «того мира». Но чудеса можно показывать и вне церковного «Духа». То есть, церковь ничем в этом не отличается от других «магических» корпораций.

Легендой о свершении в земной жизни Иисуса Христа пророчества Исаии церковь искореняет праведность (всё, что не лезет в каноны и церковный «Дух») из «этого мира» ради иллюзий спасения «того мира», называясь «не от мира сего». Этим церковь является — удерживающей НЕправедность в «этом миру». После чего, именами праведников церковь вершит своё дело — всё, что дозволено в церковном «Духе».

Подобно тому, как авторы Библии подменили судьбу Иисуса Христа, внедрив ложь в каноны и в сознание людей, церковь уже много веков подменяет судьбы народов своим церковным «Духовным путём», искореняя таким образом из общества ростки праведности и обрекая этим общество на поражение в борьбе с силами зла. Древний алгоритм искоренения праведности действует в библейском обществе. Поскольку полных праведников (таких как Иисус) не имеется, то по этой причине борьба с ростками праведности облегчается: кроме праведности кому-то не хватает воли, кому-то здоровья, кому-то грамотности, кому-то культуры мышления. А поскольку общество индивидуализировано библейской концепцией, объединить усилия всем, у кого есть зачатки праведности — в Единении Русского Духа — очень и очень трудно. Но можно. В искреннем доверии Богу и следовании по жизни Его Промыслу — для человека нет невозможного.

Душа и судьба.

Судьба и душа понятия неразрывные. Судьба личности это — суд Бога (то, что суждено, предопределено человеку от Бога в жизни на Земле), который предложен каждой душе персонально, как её наилучший и многовариантный жизненный путь — от рождения и до смерти. В словаре В.И.Даля понятие «судьба» определяется в статье «Судить» следующим образом: «Участь, жребий, рок, часть, счастье, предопределение, неминучее в быту земном, пути провидения, что суждено, чему суждено сбыться или быть». Выделенное нами жирным курсивом — подходит под определение судьбы.

О душе из «Толкового словаря живого великорусского языка» В.И.Даля можно узнать следующее (цитируем с сохранением оригинальной орфографии; выделено жирным — нами):

«Душа безсмертное духовное существо, одаренное разумом и волею; в общем значении человек с духом и телом… жизненное существо человека, воображаемое отдельно от тела и от духа, и в этом смысле говорится, что и у животных есть душа… Душа есть безплотное тело духа; в этом значении дух выше души …[418] Горожане — жители, а селяне души… Отдать Богу душу, умереть… Искать чужой души, хотеть погубить ближнего… Душа мhру знает… Жив Бог — жива душа моя… Душа Божья, голова царская, спина барская…Своя душа не холоп… Душа с Богом беседует… Это мне на душу легло…».

В общем, понятием «душа» в русском языке обозначается то, что даётся в этом мире личности Богом и возвращается к Богу — отдельно от тела и от духа. Иными словами, душа это не тело и не дух. Личность в этом мире узнаваема по её телесному воплощению. Причём некоторые важные свойства души даются Богом и представляют собой:

· Обязанность души общаться с Богом (Душа с Богом беседует).

· Душа не должна холопствовать перед другими душами, поскольку перед Богом все души равны, являясь Божиими творениями (Своя душа не холоп).

· Душа не должна домогаться подчинения себе других душ (Искать чужой души).

· Душа должна обладать разумом и волей (соответствие Божией душе своей (а не царской — «элитарной») головы.

· Душа жива, покуда общается с Богом, поскольку Бог всегда Жив (Жив Бог — жива душа моя).

· Душе даётся Божия мhра — мhра от Бога (Душа мhру знает) — что предопределено судьбой.

· Ложиться на душу должно лишь то, что исходит от Бога (Это мне на душу легло).

· Необходимость общения с другими душами на равных можно понять даже из поговорки про чужую голову и спину (Душа Божья, голова царская, спина барская). В то же время эта поговорка характеризует личностные противоречия людей в условии толпо-«элитаризма» при нечеловечных типах психики. Это противоречия между: душой от Бога, головой (психикой) от государственной политики (от царя) и трудом на барина. Можно однозначно понять, что Богу и душе (речь идёт о Русской душе в первую очередь) противно не иметь своей головы и холопствовать перед барами.

· Опасность отпадения души от Бога можно понять даже на примере сравнения селян, общающихся с Богом через природные явления и горожан, которые, отпав от природы, ищут общения с Богом в церквях (Горожане — жители, а селяне души. Что город, то вера, что деревня, то мера).

В том же словаре В.И.Даля про понятие «дух» написано следующее (выделено жирным — нами):

«Дух безтелесное существо; обитатель невещественного, а существенного мира; безплотный житель недоступного нам духовного мира.[419] Относя слово это к человеку, иные разумеют душу его, иные же видят в душе только то, что даёт жизнь плоти, а в духе высшую искру Божества, ум и волю, или же стремление к небесному… Дух веры христианской… Здесь русским духом пахнет…».[420].

Дух это не душа. Причём далеко не всегда в «духе» объединены «высшая искра Божества» с умом и волею личности. Ум и воля личности могут быть как свойственны личности и приобретены в жизни, так и обусловлены поселением в душе личности какого-нибудь «духа». В последнем случае ум и воля будут принадлежать этому «духу», а личность по своей сути останется безвольной и глупой. Согласно данному нами определению души, личность, которой Свыше даётся душа, призывается Богом быть волевой и умной — в соответствии с «высшей искрой Божества». Но далеко не каждый «дух», входящий в душу, привносит туда эти качества.

Большинство «дэхов» в современной толпо-«элитарной» цивилизации привносят в душу «дух» покорности им самим, для чего эти «духи» в первую очередь программируют личность на непослушание Богу, поскольку Бог от души (от личности на Земле) не ждёт поддержки любых земных «духовных» иерархий. В то же время большинство «дэхов» — по сути являются искусственным порождением какой-либо древней (и не очень) толпо-«элитарной» земной иерархии (эгрегоры): как по «духовному» взаимоподчинению личностей и их душ, так и по структурному (материальному) взаимоподчинению. Дух это полевая (безтелесная) сущность, имеющая тесные связи с душой. Коллективный дух это — эгрегоры.

Самое плохое для души это — поддержка ею в процессе жизненного пути одной или нескольких земных «духовных» иерархий; это плохо вне зависимости от того, понимает это личность, или не понимает. Именно в этом заключается основная греховность души по отношению к тому, что от этой души ждёт Бог, давая ей жизнь в миру (воплощая её в миру, приводя её в мир). Поэтому ещё одним из самых греховных перед Богом пороков церкви является пресечение церковью предопределённого Богом жизненного пути Божиих душ методом искусственной накачки многих безвольных и глупых с детства психик церковным «Духом» и удержание душ, которым принадлежат эти психики, по их жизни в лоне подчинения церкви через обещание спасения их душ таким способом. В реальности, в результате контакта с церковным «Духом», души не спасаются, а уводятся иерархией церкви от жизненного пути, предопределённого Богом каждой душе — персонально. В этом — самый крупный церковный обман.

Понятие «личность» является более определённым в сознании большинства людей. В словаре В.И.Даля это понятие определено в статье «Лице», где в частности говорится: «Личность, лицо, самостоятельное, отдельное существо». То есть понятие «личность» неразрывно связано с понятием «душа», поскольку душа в земной жизни представлена личностью — ликом, образом, индивидуальностью, узнаваемою по лицу. И, как мы знаем, одинаковых личностей не существует: сколько личностей — столько и лиц, отпечатков пальцев, узоров радужной оболочки глаз…

Что ещё касается разницы между душой и психикой, то душа — от Бога — даётся вместе с судьбой (душа связана с судьбой) скорее всего с учётом особенностей психики новорождённого и известных Богу возможных тенденций изменения психики в жизни (то есть, через судьбу-мhру психика-мhра связана с душой-мhрой). И в Божием Предопределении для людей эти три частных мhры должны быть близки, соотносясь друг с другом через «зеркало» судьбы (это уже зависит от самих людей). Психика изначально у новорождённого не так чиста, как душа, поскольку она замкнута на эгрегоры («духи») предков, рода, народа… А по жизни психика ещё замыкается на многие другие эгрегоры («духи»-«духовность») доминирующей культуры.

Никто из людей не может знать судьбу другого (даже родители). В этом — Божие таинство для вновь входящей в жизнь души. Не могут это знать и церковники. Никому не дозволено вмешиваться в чужую судьбу. Однако церковники пытаются нащупать фрагменты чужих судеб с помощью своих таинств (в частности это таинство исповеди-покаяния, которое мы разберём дальше). Вмешиваясь таким образом в судьбы миллионов людей, церковь через свой «Дух» «подстригает» все судьбы, а значит и душевные жизненные выражения, под один многовариантный церковный шаблон, основанный на библейских догматах.

В этой связи церковникам и их хозяевам необходимо знать и помнить пожизненный опыт тех «святых», кто особо усердствовал в становлении и внедрении в общество древнего алгоритма искоренения праведности. В «этой жизни» таким самим не удалось пройти свою судьбу до конца. Их жизненный путь пресекался руками таких же как они — раньше, чем Бог призывал их души к себе по старости. Церковники объясняют «подвиги» «великомучеников» и их преждевременную насильственную смерть тем же, чем и страдания Иисуса: они якобы взяли за других грехи на себя и пострадали, став святыми «в том мире».

Но если эта байка о страданиях ради святости с одновременным искуплением грехов всех безвольных, нищих духом, невежественных и даже злонравных оказывается липой, то вся церковная доктрина имитации праведности — автоматически становится идейной основой древнего алгоритма искоренения праведности из этого мира. Обретающие статус «святых» своими мучениями как бы берут (в воображении прихожан и верующих) на себя всю праведность из этого мира, обрекая общество на продолжение грехов и пороков.

Именно поэтому Бог, не поддерживая церковный алгоритм пресечения праведности, не препятствует пресечению жизни таких «святых» в «этом мире» — чтобы на их примере показать другим, что праведность вовсе не в принятии на себя грехов других людей и в якобы искуплении своими страданиями грехов за всех. Праведность заключается в преображении «земной жизни» всего общества в соответствии с Божиим Промыслом — по мере сил в соответствие с судьбой и своим примером. Но свой пример не должен заключаться в ответе перед Богом за всех других людей. Каждый (каждая душа) должен нести ответ перед Богом и людьми персонально и уже в «этой жизни». А считающим себя особо «святыми» не следует как бы брать на себя всю праведность из этого мира, оставляя другим лишь надежду на спасение их души в «том мире».

Надо прежде всего создавать условия для праведного образа жизни всех в «этой жизни», а не отнимать право на праведность, ссылаясь на греховность «этого мира».

За то, что многие из тех, кто особо усердствовал в становлении и внедрении в общество древнего алгоритма искоренения праведности, пребывая в злонравии и в одержимости библейским «Духом», помогали уводить общество от праведного пути, они понесли ответ перед людьми и Богом уже в «этой жизни», не дожив до старости:

· Пророк Исаия, который первый сформулировал и озвучил древний алгоритм пресечения праведности в «этом мире»,[421] был казнён. Как сообщает Талмуд, Исаия был распилен деревянною пилой по приказу царя Манассии.

· Иоанн Креститель, направлял Иисуса на путь Исаии и заявлял прилюдно (выделено жирным — нами):

От Матфея 3.

10 Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь.

11 Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнём.

Первый креститель самого известного праведника — сам кончил «эту жизнь» так, как «пророчествовал» относительно «дерева, не приносящего доброго плода»:

От Матфея 14.

6 Во время же празднования дня рождения Ирода дочь Иродиады плясала перед собранием и угодила Ироду,

7 посему он с клятвою обещал ей дать, чего она ни попросит.

8 Она же, по наущению матери своей, сказала: дай мне здесь на блюде голову Иоанна Крестителя.

9 И опечалился царь, но, ради клятвы и возлежащих с ним, повелел дать ей,

10 и послал отсечь Иоанну голову в темнице.

11 И принесли голову его на блюде и дали девице, а она отнесла матери своей.

· Апостола Павла казнили.

· Апостола Петра казнили.

А вот праведника Иисуса Христа не казнили. Об этом ясно говорится в Коране. В Коране история Иисуса Христа записана совсем иначе, чем в Новом Завете. Ниже приведён фрагмент обращения Бога к Мухаммаду (выделено жирным — нами; в ‹угловых скобках› — наши пояснения и другие варианты перевода у Саблукова):

Коран, сура 4.

153 Просят тебя обладатели писания, чтобы ты низвёл им писание с неба. Просили они уже Моисея о большем, чем это, и сказали: «Покажи нам Бога открыто!» и их поразила молния за их несправедливость. Потом они взяли себе тельца после того, как пришли к ним ясные знамения, и Мы простили это и дали Моисею явную власть.

154 И воздвигли Мы над ними гору при завете с ними и сказали им: «Входите в дверь, преклонясь ниц!» И сказали им: «Не нарушайте субботы!» И взяли Мы с них суровый завет.

155 И за то, что они нарушили их завет, и не веровали в знамения Бога и избивали пророков без права, и говорили: «Сердца наши не обрезаны». (Нет! Бог наложил печать на них за их неверие, и веруют они только мало),

156 и за их неверие, и за то, что они изрекли на Марию великую ложь,

157 и за их слова: «Мы ведь убили Мессию, Иисуса, сына Марии, посланника Бога». А они не убили его‹Иисуса› и не распяли, но это только представилось им; и, поистине, те, которые разногласят об этом‹т. е. не согласные с кораническим свидетельством›, - в сомнении о нём; нет у них об этом никакого знания, кроме следования за предложением ‹Саблуков: «они водятся только мнением»›. Они не убивали его ‹Христа›, - наверное ‹Саблуков: «это верно известно»›,

158 нет, Бог вознёс его к Себе: ведь Бог велик, мудр!

В Ветхом Завете о том же самом (что казни праведника не будет) пророчествовал Соломон — раньше Исаии — о чём мы говорили выше.

Если казни Иисуса Христа не было (согласно Корану, Бог забрал его к себе ранее: спас его душу от предначертанных ему неправедниками земных страданий),[422] а казни большинства из тех, кто искоренял праведность из «земной жизни», помогая становлению церкви именем праведника Иисуса Христа — реальность, то эти последние (Исаия, Иоанн Креститель, апостолы) согласно церковным условиям «спасения душ» не спасли свои души для продолжения земной жизни.

В реальности души Иисуса (согласно коранической версии), Исаии, Иоанна Крестителя, Павла, Петра… были отозваны с Земли Богом — но по разным причинам, а потому и разными средствами:

· Душа Иисуса (согласно коранической версии) была отозвана Богом из «этого мира» для того, чтобы неправедники не смогли убить Иисуса, который сделал всё от него зависящее в «этой жизни» — то есть Иисус полностью прошёл свою судьбу, как положил (предопределил) ему Бог (в соответствии со сложившимися обстоятельствами) к моменту возвращения его души обратно к Богу (в мир иной). Учитывая праведность Иисуса в «этом мире», Бог пресёк Своей волей казнь праведника. Это так, если следовать версии Корана. Но Бог вполне мог помочь жизнерадостному Иисусу продолжить свою жизнь (и жизнь его семьи) в среде людей, которые были более терпимы и отзывчивы к его проповедям, нежели иудейская толпа…

· Души Исаии, Иоанна Крестителя, Павла, Пётра… были отозваны Богом из «этого мира» для того, чтобы их деятельность в «этом мире» больше не мешала становлению праведности. Души этих личностей не полностью прошли свою земную судьбу, поскольку земная жизнь этих личностей была пресечена казнями — до наступления естественной старости. Бог не препятствовал Своей волей пресечению казни неправедников, поэтому они не прошли полностью свои земные судьбы.

Как видите, Бог отозвал с Земли не только душу Иисуса Христа (либо увёл Иисуса в другую социальную среду), но и эти души (Исаии, Иоанна Крестителя, Павла, Петра…), взяв их к себе — подальше от людей. И в случае Иисуса Христа, и в случае этих других Бог заботился об одном и том же: чтобы праведность на Земле восторжествовала, а искоренение праведности — пресекалось. Но во всех случаях Бог заботился в первую очередь о земной праведности, а потом уже о «спасении душ». Возвращая к Себе душу Иисуса (если это действительно так), Бог давал понять, что праведность будет Им защищена на Земле — в любой ситуации. Забирая души других (Исаии, Иоанна Крестителя, Павла, Петра…) к себе раньше положенного им срока, Бог освобождал «этот мир» от проводимого через эти личности алгоритма пресечения праведности в «этом миру».

Душа бессмертна, чего её спасать! А вот спасение мира от заблудших душ и забота о безопасности в миру праведников — удел Бога в любом случае. Всё равно душа из «этого мира» попадает обратно к Богу. После чего Бог решает её дальнейшую судьбу (перераспределение душ по личностям — Его удел). Но главная задача любой души, попавшей в мир — способствовать становлению праведности на Земле — в «этом мире»: спасать не свою душу, а спасать «этот мир».[423] О душе позаботится Бог в любом случае: в случае праведности личности — по исчерпании судьбы; в случае неправедности и социальной опасности личности — до окончания срока, определённого судьбой. Последнее — плохо. Церковь, претендуя на статус спасителя душ, встаёт на место Бога, который распоряжается душами по Своему усмотрению. Этим церковь способствует пресечению праведности в «этом мире». Вывод каждый может сделать сам: пройдут ли свою земную судьбу те, кто поддерживает неправедность и, в частности — функционирование церкви?

Мы пришли к выводу, что церковная доктрина о спасении душ для будущей жизни — липа. Душа из этого мира в любом случае попадает к Богу (ада в нашем понимании не существует): Бог даёт жизнь душе в этом мире, Бог и забирает душу из этого мира. Время земной жизни — соответствует качеству прохождения душой её судьбы.

· Если качество высокое, душа проходит весь жизненный путь: от рождения до естественной смерти.

· Если качество низкое — душа забирается Богом раньше времени, как правило вследствие какой-то личностной жизненной катастрофы.

В отдельном случае (как было с Иисусом Христом, если верить версии Корана), если праведнику угрожает опасность и его миссии больше не остаётся места в толпо-«элитарном»[424] мире, то его судьба в связи с этим является исчерпанной — Бог забирает душу праведника к Себе без насилия над личностью праведника. Последний случай — редкое исключение из массовой статистики, поскольку полные праведники редкое явление, также как и смертельная угроза в «этом мире» полным праведникам.

Поэтому качество и зачастую длительность пребывания в «этой жизни» напрямую зависит от праведности в жизни личности на Земле. В этом суть «спасения» своей души: степень «спасения» своей души — степень праведности «этой жизни». Душу надо спасать для «этой жизни» (чтобы душа выполнила свою судьбу), а не для иллюзий будущей жизни. Церковь сбивает души с данного им Богом пути — с личных судеб, чем резко снижает качество и зачастую длительность пребывания души в «этой жизни». В массовой статистике такого церковного вмешательства не только снижается «качество» праведности, но и ухудшаются многие демографические показатели, такие как рождаемость и смертность: рождаемость снижается, ранняя смертность растёт. Множатся болезни и немощи, снижается уровень культуры мышления и благонравия. Поскольку библейский «Дух» — «дух» поражения.

Что будет если «духовная» «судьба» личности, души войдёт в серьёзное противоречие с Божией судьбой? — Такая личность рискует своей «земной жизнью», а душа такой личности рискует не спастись от преждевременного пресечения её пребывания на Земле.

Поскольку каждая душа входит в мир с уже существующей культурой, она сразу же воспринимает в себя эту культуру: как вещественную, так и «духовную». Душа наполняется «Духом» этой культуры. Судьба (многовариантный алгоритм — программа, данная Свыше каждой душе) входит во взаимодействие со внешней по отношению к душе культурно-религиозной «Духовностью» — тоже многовариантной программой для множества душ. При этом получается, что душа зачастую как бы «ломается» под натиском культурно-религиозной «Духовности». Поскольку судьба от Бога не может быть «слабее» культурно-религиозной «Духовности», то слабее зачастую оказывается личность, её психика. Учитывая, что Бог изначально сильнее всякой земной «духовности», вновь приходящая здоровая душа и соответствующая ей психика изначально сильнее любого земного «Духа». Но личность, которой даётся душа, входит в жизнь не сразу. И изначально эта личность безвольна, слаба и как бы «немощна», зависима от родителей, воспитателей и окружения.

Земные толпо-«элитарные» «Духовные» иерархии (самая мощная из которых — псевдохристианская церковь) знают (либо чуют; либо у них это издревле выполняется «на автомате»), что если упустить момент становления личности (взросление, воспитание, образование…) и не задавить данный Свыше душе потенциал (пока личность безвольна и немощна), который сильнее любого земного «Духа», то такая личность будет направлять потенциал своей судьбы вовсе не на поддержку деятельности земной «Духовной» корпорации, а так — как ей предложено Свыше от рождения.

Каждая земная «Духовная» корпорация поэтому начинает битву за души и судьбы НА ЗЕМЛЕ, а не для «того мира», воздейсвтуя на психику личности с того момента, как душа только появляется на свет (и даже ранее этого). Если же какая-либо личностная душа не попала в плен корпоративного «Духа», то она всячески преследуется хозяевами «Духовной» корпорации (как опасная для их дальнейшей деятельности: согласно алгоритму искоренения праведности) — как своими силами, так и силами светских властей и мафий. Именно поэтому самая крупная «Духовная» корпорация в России — РПЦ — постоянно рвётся во власть со своими инквизиторскими предложениями.

Большинство индивидуальных психик, входящих в жизнь в условиях доминирующего давления культурно-«Духовной» среды общества и невежества взрослых (родителей, воспитателей, учителей) в вопросах философии, сравнительного богословия, диалектики и прочих необходимых душам наук — ко взрослости наполняются «Духом» доминирующей культуры (в России это — библейский «Дух»). После чего выделить полезный сигнал своей судьбы в общей смешавшейся в психике алгоритмике «судьба + «Духовные» наваждения», практически невозможно для большинства людей. Для этого надо иметь сильную волю, разбираться в богословии и философии, устремить свой тип строя психики — к человечному. Тем более, что «Духовные» наваждения для личностей с нечеловечными типами строя психики — ближе и приятнее, чем призывы совести (как чувства Мhры — чувства связи души с судьбой от Бога). Церковь же, наоборот, учит безволию, немощам и невежеству при абсолютной вере себе. Поэтому церковь закрепощает психику личности в одном из нечеловечных типов: в зависимости от положения личности в её «Духовной» иерархии. Так через психику церковный «Дух» старается взять в свой оборот все вновь пришедшие души и замкнуть их на свою «Духовную» «судьбу».

Поскольку при этом церковь извращает и даже пресекает земной путь душ, данных им в судьбе Свыше, взамен придумана байка о спасении душ после смерти — «в том мире». А вместо настоящей судьбы предлагается искусственная «судьба» — якобы исполняя которую можно спасти свою душу «для будущей жизни». Согласитесь, что всё это очень ловко «Духовно» обставлено. Многие покупаются по простоте душевной, по доверчивости и духовному безволию, а также и по эгоизму (в надежде на собственное благополучие под окормлением и «духовной» защитой церкви).

Нет никакого смысла взращивать на Земле праведность лишь ради не вполне ясного большинству спасения отдельных душ. Другое дело — взращивать на Земле праведность ради спасения всего общества людей на Земле и продолжения жизни на Земле. Только в этом случае общественное творение — человек — может своим общественным явлением, которое названо соборность, пребывая на Земле в устойчивой соборности, показать своим жизнестроем новые качества праведности, которые будут полезны и людям и Богу для дальнейшего развития Мироздания. Отдельная же личностная душа в процессе Земной жизни, конечно может выдать нечто новое — полезное для будущего. Но то личностное полезное и новое, что может выдать отдельная душа в процессе жизни на Земле — ни в какое сравнение не может идти с тем, что может получиться полезного от длительного функционирования устойчивой земной соборности человеков,[425] к которой наша цивилизация только-только подходит.

Стройная система церковных таинств — основное средство надёжного включения личностных душ в общую церковно-библейскую «судьбу» от рождения (и даже ранее: со времени планирования семьи родителями) и поддержки этих личностных душ в такой общей корпоративной «судьбе» до смерти. Остаётся рассмотреть механизм всеобщего земного «крещения» — замыкания душ людей на «Дух»-эгрегор искоренения праведности.

Церковные таинства.

Рассмотрим кратко некоторые конкретные механизмы включения людей и их душ в общий коллективный «Дух» церкви (своеобразная инициация душ[426] в свою иерархию), чтобы показать необходимые для понимания грани этой древней церковной магии. Мы уже назвали коллективный «Дух» церкви — эгрегором, имя которого «Христос» либо «Господь». С помощью этого эгрегора и изощрённой магии церковь творит многие примитивные чудеса, на которые попадаются люди, в их числе и множество доверчивых русских людей.

Как известно, основных таинств православной церкви всего семь. В книге протоиерея Василия Изюмского «Зачем нам нужна Церковь» (Лествица, 1997 г.) в главе «Семь Таинств Православной Церкви» о таинствах сказано следующее:

«Может возникнуть вопрос: а что такое Таинство? Это священное действие, через которое подаются благодатные дары Святого Духа, которое совершается священнослужителем по установленному чину. В православной Церкви таких Таинств семь: Крещение, Миропомазание, Покаяние, Причащение, Брак, Священство, Елеосвящение».

Таинство[427] это то, что сопутствует магии обряда. То есть, это — «Духовное» сопровождение (в терминах церкви — «благодатные дары Святого Духа») и последствия магии, которые либо не известны, либо известны лишь определённому кругу лиц. Понятно, что слово «таинство» происходит от слова «тайна». Спрашивается: зачем Богу скрывать (утаивать) от части людей то, что с ними происходит на Земле и что знают другие?

— В нашем понимании, если Бог предопределил людям построение на Земле Своего Царства общими усилиями, то сокрытие чего-то особо важного и особо «духовного» от части людей может лишь замедлить всеобщее понимание, того, что надо делать в этом направлении. Если Бог счёл необходимым дать важнейшую информацию людям и кто-то из людей ей обладает, то последние должны делиться информацией, как это делали «пророки», праведники, в том числе и Иисус Христос, а не скрывать фрагменты информации от людей. Кстати, возможные слова самого Иисуса про разного рода таинства неоднократно повторяются в канонах Нового Завета (выделено жирным — нами):

От Матфея 10.

26 Итак не бойтесь их, ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано.

27 Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях.

От Луки 8.

16 Никто, зажегши свечу, не покрывает её сосудом, или не ставит под кровать, а ставит на подсвечник, чтобы входящие видели свет.

17 Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы.

18 Итак, наблюдайте, как вы слушаете: ибо, кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что он думает иметь.

От Луки 12.

2 Нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, чего не узнали бы.

3 Посему, что вы сказали в темноте, то услышится во свете; и что говорили на ухо внутри дома, то будет провозглашено на кровлях.

От Иоанна 18.

19 Первосвященник же спросил Иисуса об учениках Его и об учении Его.

20 Иисус отвечал ему: Я говорил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего.

Скрывать часть жизненно важной информации может лишь какая-либо земная толпо-«элитарная» система-корпорация по двум основным управленческим причинам:

· С помощью сокрытой информации делается совсем не то дело, которое оглашается при работе с объектом управления.[428] Скрываемая информация употребляется субъектом[429] для тайных махинаций в отношении объекта,[430] а вывеской на тайных махинациях являются красивые оглашения и обещания «благодатных даров».

· Система, участвующая в махинациях объектом управления, сама не всё знает, что творит, будучи сама субъектом управления вышестоящей над ней системы.

Псевдохристианская церковь (в том числе и РПЦ), осуществляя церковные таинства, частично посвящена в то, что творит, частично в её среде действуют древние автоматизмы, часть «таинств» (то есть, механизмов: что конкретно происходит, если сделать так) скорее всего не может объяснить внятно никто из иерархов РПЦ. Возможно что и современные наследники древних хозяев всех псевдохристианских церквей (в том числе и РПЦ) не могут точно объяснить, что следует за каждым из церковных таинств, потому что:

· Многие церковные ритуалы и обряды, которым сопутствуют таинства, изначально устанавливались древним восточным методом последовательных проб и корректировок того, что получается. К тому же в среду языческих народов (особенно на Русь) «христианство» внедрялось как бы «поверх» языческих ритуалов и обрядов. Многие из последних остались трансформированными «христианством» лишь по содержанию: смысл обрядов был подменён церковью в соответствии с монотеизмом и основами библейской концепции и направлен в основном якобы на спасение душ. Если языческие обряды Руси (хоть они и были во многом примитивными) содержательно предназначались для духовного благоустройства общества и его безопасности[431] (как от стихии, так и от врагов), то церковь завернула содержание прежних обрядов (и добавила новые) от благоустройства общества — к благоустройству своей иерархии в первую очередь. Что касается благоустройства общества, то от прежней заботы о нём (то что отражалось в языческих обрядах и традициях) осталось то, что вписывается в интересы церковной иерархии и её хозяев.

· Если первые хозяева всей библейской системы, и православия в частности, и знали многое из того, что стоит за обрядами таинств, то со временем многие из знаний могли быть утрачены, поскольку:

Передача знаний происходила вне чётких лексических определений, сохранившихся в едином «эталоне», а — методом устных пересказов, посвящений, символики и прочих средств передачи информации при употреблении которых потери неизбежны.

Учитывая множество «христианских» направлений (несколько крупных и множество мелких), а также и неоднородность в среде последних (ордена, местечковые разнообразия), смыслы одних и тех же обрядов и традиций всегда немного отличались; к чему можно прибавить ещё продолжающиеся споры между церквями по поводу некоторых частностей, в том числе и в обрядах.

Личностный фактор, вмешивающийся в содержание каждого из обрядов каждый раз, когда меняется не только глава церкви (на которого как правило замкнута видимая часть иерархической пирамиды с её кадровой базой, вершина которой в ведении хозяев всего «христианства»), но и низшие чины, отвечающие за «чистоту» таинств.

Как бы то ни было, но вышеуказанные семь таинств — самые устойчивые и распространённые в православии. Их мы и рассмотрим в качестве достаточного примера для понимания и иллюстрации того, что за «духовную» магию творит церковь и что происходит при осуществлении каждого из этих обрядов с личностью, её душой и её духом.

Церковное планирование семьи.

Первое таинство — таинство крещения — совершается зачастую уже после того, как «духовник» либо кто-нибудь другой из церковной иерархии вмешался в процесс планирования семьи. Вникая во все дальнейшие наши рассуждения, читатель должен помнить, что главная цель нерусского библейско-церковного «Духа» — покорить личностные души на служение себе и церкви в земной жизни. Но эта цель вписана в глобальную цель хозяев всей библейской концепции, обратной стороной которой является — извести население непокорных территорий.

Каждый, кто родился на Русской территории, а также кто имеет духовно-генетическую связь с русскими корнями, в той или иной мере от рождения несёт в своей душе Русский Дух. Издревле, с языческих времён, Русскому Духу присуща одна из главных особенностей (постоянных целей) — Покорность Богу и анти-толпо»-элитарная» направленность. Эта внутренняя особенность, преломляясь через простоту и доверчивость, невежество, неразвитость нормальной культуры мышления и другие особенности русских людей, трансформируется — в бессмысленную непокорность всему, что объективно несправедливо. Причём выражения последней особенности могут иметь в миру очень большой спектр направлений: от неоправданной русской лени (нежелания работать на чужую несправедливую идею) до прямого и осознанного саботажа, бунтов, насилия над властью, роста преступности и даже поддержки инициированных западом революций. Последнее со стороны людей Русской цивилизации преследует цель практического неосознаваемого поиска устройства общества всеобщей справедливости — Царства Божиего.

В этом отношении для хозяев библейской концепции все Русские (в вышеприведённом духовном смысле: по Духу, а не по паспорту) представляют потенциальную опасность: они в любой момент могут отказаться от покорности и изменить библейскому «Духу» покорения. В отношении таких неустойчивых (по отношению к экспансии библейской концепции) «этносов» издревле действовал и действует глобальный механизм освобождения территорий от этих «этносов» — для заселения «освобождённых» территорий «предсказуемыми» толпами[432] — система изощрённого геноцида.

Мы специально подробно рассмотрели вопросы канонического обеспечения покорения и покорности для народов мира — как одни из главных фрагментов алгоритмики всей библейской концепции. И православие (несмотря на красивое русское название), к сожалению — не исключение. Православие — часть библейской системы покорения народов мира, в которую встроен скрытый алгоритм изведения непокорных народов. Рассмотрим некоторые магические аспекты этого смертельно опасного алгоритма.

Начиная от момента планирования семьи, церковь, подменяя своими советами Бога, и будучи одним из инструментов изведения непокорного «генетического» потенциала — в лице «духовника» может рекомендовать будущим родителям, которые «по обоюдному согласию прибегают к совету духовника», следующее:

· Если супруги чем-то не понравятся «духовнику», последний, ссылаясь на конкретные условия жизни супружеской пары и «гуманно» предупреждая супружескую пару о последствиях решения о рождении ребёнка может дать совет отложить рождение ребёнка из-за:

Раннего возраста супругов;

Преклонного возраста супругов;

Не очень хорошего здоровья одного из супругов;

Материальной неустроенности семьи;

Недостаточной степени «Духовной» зрелости семьи;

…и так далее, ссылаясь на «многие другие обстоятельства».

· Если степень «Духовной» зрелости супругов «духовнику» пришлась по нраву, то, учитывая степень «крещённости» супругов (кто из них крещён и когда), степень воцерковленности, степень покорности («духовник» умеет это если не определять, то ощущать, как неплохой психолог), другие перспективы супружеской пары и её потомства для церкви (вплоть до изучения родословной: когда и кто из рода обоих родителей имел какое отношение к церковной иерархии, либо — не имел) и другие «плюсы» и «минусы», «духовник» может дать совет о продолжении рода:

Невзирая на ранний возраст супругов;

Невзирая на преклонный возраст супругов;

Невзирая на не совсем хорошее здоровье одного или обоих супругов;

Невзирая на материальную неустроенность семьи;

Даже если в семье уже есть несколько детей, вследствие особой церковной «Одухотворённости» всей семьи и родителей — в первую очередь;

…и так далее, ссылаясь на «многие другие обстоятельства».

Это лишь один — но достаточно наглядный — пример, как церковь своим «Духом» вмешивается в демографию народа ещё на уровне планирования семьи. Такого рода вмешательство направлено на стремление церкви к обнулению перспектив появления в обществе в будущем непокорных церкви личностей — тех, кто будет опасен своими мыслями и Духом библейскому эгрегору. Ясно, что Русского Духа от такого планирования семьи станет меньше, а церковного «Духа» — больше. Но, учитывая общую направленность Русского Духа (о которой мы сказали выше), который в той или иной степени присутствует у людей, родившихся на русской территории (либо имеющих родовые русские корни) — общая демографическая картина в России такая, какая она и есть: русские пока постепенно вымирают, как опасные и непредсказуемые для успеха мирового глобального проекта. Церковь же объясняет это по-своему: мол многие русские одержимы сатанизмом, отпали от веры: всё равно грядёт «Страшный Суд», поэтому не важно сколько русских останется «в этом мире», важно сколько спасут свои души; и если русские больше чем другие отпали от веры, то их место займут другие «этносы», которые примут православие и спасут свои души — это главное; главное не «этот мир», а «тот мир».

Если говорить на языке «Духовной» магии — эгрегориальной магии — то ещё на уровне планирования семьи «духовник», консультируя будущих родителей, тестирует их на устойчивость вписания-инициации их душ в библейский «Дух»-эгрегор. Если родители к моменту принятия решения о продолжении своего рода устойчиво включены в эгрегор-«Дух» православия и на уровне веры «зомбированы» этим эгрегором, то вероятность включения души их будущего ребёнка в этот эгрегор-«Дух» будет гораздо выше, чем в противном случае.

Это — так, поскольку будущее зачатие, беременность и роды пройдут под контролем библейского «Духа»-эгрегора (под его опекой). Однако, учитывая что в зачатии принимает участие и Бог (Святой Дух, который и определяет судьбу личности на стадии дозачаточного принятия решения родителями и зачатия — учитывая все обстоятельства: и воцерковленность родителей, тоже), за каждую вновь входящую в жизнь душу, ещё до зачатия церковь (библейский «Дух») начинает бороться (за власть над новой душой). Но по сути церковь оказывается борющейся с Богом (Святым Духом). И в этой борьбе всегда побеждает Бог, определяя в конечном итоге наилучшую судьбу личности. Но церковный «Дух» всё же вносит в эту судьбу свою предопределённость — немощи, болезни, страдания, большие и малые катастрофы. Последние церковные предопределённости проявляются в жизни личности в миру тем более трагично, чем более личность и её душа под воздействием церковного «Духа» (мhры библейского эгрегора) отклоняется от своей судьбы (мhры-предопределённости Бога).

Причём следует повторить, что Бог учитывает все слабости будущей души, которые обусловлены объективными пороками родителей (их церковной «одухотворённостью», генетическим здоровьем, родовыми эгрегорами…) при формировании личностной судьбы каждой души. Однако, при этом Бог возлагает на каждую душу некоторую «нагрузку», которая как правило (за исключением каких-либо крайних вариантов) представляет собой обязанность души в земной жизни — личностнопреодолеть хотя бы часть объективных пороков «этого мира»(в первую очередь — духовных), к которым в первую очередь относится пагубность библейского «Духа».

Вот если душа эту «нагрузку» — которая для каждой души своя — не несёт (отказывается от этой своей личной миссии), тогда катастрофичность «этой жизни» для таких личностей резко возрастает. В общей статистике совокупная «нагрузка» на вновь входящие в жизнь души должна вести к преображению жизни на Земле в Царство Божие. Церковь эту динамику может только замедлить в русском обществе, либо — способствовать уничтожению потенциала воспроизводства русских душ — населения России. Последнее совсем плохо и в настоящее время представляет одну из самых больших опасностей не только для России, но и в глобальных масштабах, поскольку, как показывает опыт, лишь Русский Дух в ходе глобального исторического процесса оказался ближе всего к Святому Духу. Поэтому уничтожение носителей Русского Духа — в «Духе» библейской концепции — чревато очередной глобальной катастрофой цивилизации. Но в нашем понимании в действительности будет не библейский Апокалипсис (в алгоритмике которого якобы уничтожаются непокорные библейскому «Духу» от имени Бога), а наоборот: все покорные библейской концепции самоуничтожатся некоторым образом…

Таинство крещения.

Таинство крещения в библейской культуре — первый церковный ритуал, ритуал эгрегориальной магии-инициации церкви, который осуществляется над новорождёнными с согласия родителей. То есть, таинство крещения это как правило церковный ритуал (магия) насильственного (но как бы гуманно-добровольного) подключения вновь вошедших в жизнь душ с их психиками к библейскому «Духу» — эгрегору. Этим церковный «Дух» претендует на то, чтобы первым заполнить собой духовный мир появившейся на свет души. И как правило над душой и психикой младенца сразу же надвисает библейский эгрегор, диктуя душе младенца свои автоматизмы. Церковники о необходимости крещения во младенчестве заявляют весьма грубо: ««У тебя есть младенец? — Не дай времени усилиться повреждению;[433] пусть освящен будет в младенчестве и с юных ногтей посвящен Духу»[434] (Св. Григорий Богослов († 389),[435] Слово на Крещение)».

С этого момента родители не должны удивляться следующим неожиданностям от своего воцерковленного чада:

· Жизненный путь такого ребёнка будет уже не в их власти и не в безопасности (только Бог может обеспечить полную безопасность): он будет во многом во власти церковного эгрегора-«Духа», который может поступать с ребёнком согласно всему спектру возможностей эгрегориальной магии.

· Неожиданности, которые будет преподносить ребёнок после крещения — в том числе и «необъяснимые» неприятности — будут во многом соответствовать целям библейского эгрегора в отношении как ребёнка, так и семьи в целом (поскольку через ребёнка очень удобно оказывать влияние на родителей).

· Церковный эгрегор будет имитировать обеспечение безопасности жизнедеятельности семьи и ребёнка (через ребёнка: его здоровье, успехи, послушание…) в случае общей покорности целям библейского «Духа»; в то же время при непокорности, церковный библейский эгрегор будет стимулировать неприятности, связанные с воспитанием ребёнка, влияя таким образом на родителей с целью ещё большей привязки их и ребёнка к библейскому эгрегору.

· Родители будут думать при этом, что только церковь обеспечивает безопасность как их самих, так и их чада, всё больше доверяя церкви, которая действует через мощный эгрегор от имени Бога. Этим родители попадут в ещё большую зависимость от библейского эгрегора. А последний, управляемый иерархией церкви, восходящей к «мировой закулисе», методом «Духовных» ультиматумов (имитацией безопасности), сможет в его идеале делать с такой семьёй всё, что ему угодно.

· Устойчивое подключение к церковному эгрегору подобно подсадке на наркотическую иглу: без очередной дозы обеспечена «ломка» и возможна смерть, если не оказать наркоману помощь в отключении от наркотической зависимости. Но в период действия наркотика для наркомана наступает — неземной «рай». Примерно это и обещает церковь, заманивая к себе в зависимость с детства непорочные души. Опасность эгрегориального подключения к «Духовной» «игле» в том, что в отличие от химической зависимости наркомана, её нельзя «замерить» существующими в обществе способами. Но конец у зависимых как правило один: болезни и преждевременная смерть. Любая неестественная зависимость (естественная связь-религия может быть только в вере Богу) ведёт к разным нежелательным побочным эффектам.

Мистика (по-русски — таинство) крещения вообще-то всем, кто знаком с церковными ритуалами, должна быть известна. Но всё, что лежит на поверхности, зачастую нелегко увидеть. Тем более, что библейская логика (эгрегор — прежде всего логика — алгоритм) не позволяет понять пагубность крещения, а наоборот, трактует её как самую что ни на есть необходимость, без которой якобы невозможна святость.

Библейские каноны (на основе которых формировался библейский эгрегор-«Дух») предлагают в своих описаниях следующий алгоритм жизненного пути самого известного в «христианстве» праведника Иисуса Христа, почитаемого Богом (рассмотрим на этом примере пагубность крещения):

Крещение в водах Иордана[436] (осуществлённое Иоанном Крестителем согласно «пророчеству» Исаии); после признания его преступником, мучение на кресте и смерть. Так закончилась земная жизнь Иисуса Христа согласно библейским канонам. После этого якобы началась его небесная жизнь и святость.

В принципе, то же самое предлагает и церковь на земле каждому — своими услугами «Духовного» воцерковления после крещения. Если вас устраивает проходить на Земле всё, что якобы прошёл библейский Иисус (либо что-то подобное),[437] тогда можете отдавать свои души и души ваших детей в земное употребление церкви.[438] Однако надо понимать, что Бог никак не мог потворствовать низведению из этой жизни праведности и издевательствам над праведником. Механизму библейского низведения праведности на Земле мы посвятили раздел, где высказали своё мнение по поводу судьбы Иисуса Христа. И начинается эта программа (также как и программа уничтожения Иисуса Христа) — с крещения.

Таинство крещения мы коротко рассмотрим по одноимённой книге игумена Исаии (Свято-Троицкая Сергиева Лавра), Москва: 1991 г. Книга начинается со следующих абзацев (выделено жирным — нами):

«Святая Церковь преподаёт нам силы, «яже к животу и благочестию» (2 Петр. 1, 3). Без благодатных сил не может жить ни один член Церкви, и они подаются нам по мере нашей веры и любви к Богу. Действия же, через которые подаются нам эти силы, называются таинствами.

Что же такое таинство? Таинство есть священное действие, в котором, через какой-либо видимый внешний знак, невидимо, непостижимым для нас образом, подаётся нам благодать Святого Духа, или спасительная сила Божия».

Если это перевести на язык эгрегориальной магии, то получится: без силы, дающейся церковным эгрегором, не может «жить» ни один надёжно подключенный к нему член «Церкви» — как наркоман не может без постоянной дозы наркотика. Но мы уже знаем, что энергию (силы) эгрегор получает от людей, подключенных к нему: чем больше людей подключено, тем больше сил в эгрегоре. Этим и живёт «Духовно» церковная иерархия, в которой многие убеждены, что делают благое дело для людей, поскольку всё происходит «невидимо, непостижимым для нас образом».

С другой стороны церковная иерархия живёт и материальными силами, которые ей предоставляют почти все подключенные к церковному эгрегору — якобы по доброй воле. Этим церковь безбедно существует в миру. То есть, «этот мир» (его материальная сторона) для церкви замкнут на «тот мир» — мир церковного эгрегора-«Духа». Причём «этот мир» для церкви замкнут на «тот мир» с точностью до «наоборот», чем для простых воцерковленных людей: для последних в «этом миру» они бедствуют и спасают души чтобы в «том миру» спастись. Церковь же реально спасается в «этом миру» материально — за счёт якобы предоставления «Духовной» «святости» поверивших в библейскую веру людей, которые «отстёгивают» от себя церкви материальные средства разными способами.

Эгрегориальные силы (мощная энергетика) могут творить чудеса, и даже поддерживать целыми днями и неделями некоторых личностей без пищи — в эгрегориальной иерархии, если есть откуда брать энергию. Вот эту задачу (откуда брать эгрегориальные и материальные силы) и решает церковь, «Духовно» отнимая новорождённых у родителей с помощью таинства крещения — желая иметь в своём распоряжении их силы и средства на протяжении всей будущей земной жизни новорождённых, действуя как вампир.[439] Об этом и пишет игумен Исаия (выделено жирным — нами):

«Это седмеричное число (семь таинств — наше пояснение), с одной стороны, соответствует семи дарам Святого Духа, исчисляемым у святого пророка Исаии (11, 2, 3), с другой — обнимает все важнейшие моменты жизни человека от колыбели до могилы и удовлетворяет главнейшим потребностям духовной жизни нашей.[440].

Из всех таинств Крещение является самым необходимым. Оно служит дверью в Церковь Христову: только принявший Крещение человек может стать членом Церкви, и потому Крещение называется еще «духовным рождением»».

Стать «членом Церкви» — означает оказаться включенным в иерархию библейского «Духа» — эгрегориальную корпорацию подчинения людей церкви. В случае, если таинство крещения производится не в отношении только пришедшей в жизнь души, а личности, которая решила креститься в определённом (не младенческом) возрасте — такой личности предлагается покаяние как бы «за свои грехи», прежде чем душа (нужно понимать — психика) этой личности будет готова к принятию крещения, а, следовательно, и церковного «Духа».

Покаяние — это в некотором роде попытка «вычищения» из психики личности всего того, что мешает подключению её к эгрегору церкви.[441] То есть в процессе предыдущего жизненного пути личность обязательно приобретает некий «духовный» набор качеств, часть из которых могут входить в противоречие с алгоритмикой церковной системы-эгрегора. Во избежание неприятностей, которые могут быть сходны по воздействию попаданию «вируса» в компьютерную систему — перед обрядом крещения предлагается в вере «очиститься от грехов прошлого» (от «вирусов»). То есть, очистить свою психику от прошлого «духовного» опыта.

Если «духовный» опыт прошлого (содержание души, которое приобретено до крещения) обеспечивал личности некоторую степень безопасности (начиная от эгрегориальной опеки отличными от церковных эгрегоров и — вплоть до полной безопасности, в случае, если личность была водима Свыше Святым Духом), то после искреннего «покаяния» перед церковными представителями безопасность личности и её души может быть нарушена вследствие автоматической отключки души и личности (через манипуляции с психикой) от прежней системы безопасности.

Игумен Исаия об этом говорит следующим образом: «И нужен трудный подвиг, нужна долгая борьба с грехом, чтобы духовный младенец, родившийся в купели Крещения, возрос в мужа совершенного».

Возможны несколько вариантов утраты безопасности, в зависимости от качества содержания психики до крещения, степени веры церкви и прочих условий:

· Личность сразу же подключается к системе «безопасности» библейского эгрегора-«Духа» уже на стадии покаяния. Это случай не самый распространённый.

· Безопасность личности «повисает» на некоторое время между прежней системой и новой, что чревато большими неприятностями. Этот случай самый распространённый. Именно при нём могут случиться болезни, катастрофы и даже смерть.[442] Церкви на это в общем-то плевать — она делает своё дело. Но, отключив личность от прежней системы безопасности, которая сложилась в жизни личности во многом согласно её судьбе (а значит в безопасности личности принимает участие и Бог), церковь зачастую обрекает такую личность на страдания и преждевременную смерть.[443].

· Безопасность личности не может восстановиться в прежнем качестве (том, что было до покаяния и крещения), и такая личность обрекается церковью по своей доверчивости и невежеству на пожизненные мучения и преждевременную смерть.

Церковники ссылаются на необходимость покаяния, аргументируя это опытом канонического оправдания крещения (высказывание того же игумена Исаии):

«Иоанн Креститель призывал людей к покаянию и вере. Именно эти условия требуются и от всякого желающего принять таинство святого Крещения. Почему нужно покаяние? Потому что когда человек осознает свои грехи, тогда он понимает, какую великую милость оказывает ему Бог в таинстве Крещения, прощая все его беззакония».

Далее игумен Исаия предлагает церковные условия для крещёных верующих, чтобы те в жизни ни в коем случае не уклонялись от библейского «Духа» («сосредоточения всей жизни»), который называется «Христос»:

«Для всякого христианина Христос должен быть центром, средоточием всей его жизни, и любое уклонение от этого центра — это грех, измена Христу, нарушение обета верности Ему, данного при Крещении».

Понимая, что такого рода призывов о «не уклонении» недостаточно для удержания душ и психик в церковном «Духе», церковь своими таинствами, осуществляемыми над верующими после крещения, постоянно пытается вернуть «заблудшие» души обратно в церковное русло.

Таинству крещения предшествуют следующие приготовления:

· Ознакомление с верой (оглашение) — на этой стадии предлагается верующим «познать умом» то новое, что они принимают в свою душу (нужно понимать — в психику), вступая в «новые отношения с миром». Мы уже упоминали ранее, что в «христианстве» есть потаённое учение о неком превосходстве всех верующих крещёных «христиан» над иноверцами.[444] Такого рода умолчания и предлагаются в частности как «новые отношения с миром». Вся библейская культура пронизана «Духом» двойных стандартов взаимоотношений. За внешней вежливостью, опрятностью и «гуманностью» православных воцерковленных личностей в их отношениях с мирянами прячется «Духовный» «расизм» и скрытая неприязнь к инакомыслящим и людям других вер. Это — «Духовная» основа для толпо-«элитаризма», а также и всегда открытая возможность призвать верующих к борьбе за чистоту веры, что может служить хозяевам всей иерархии в качестве механизма «разделяй и властвуй». Таким образом ознакомление с верой — разновидность торжественного посвящения в низшую степень самой крупной «Духовной» корпорации.

· Приготовительные обряды — это действия, направленные на «вычищение» из души оглашённого (то есть — готовящегося креститься) всего прошлого, что не соответствует библейскому «Духу». У младенцев такого практически не имеется, а у взрослых — много. Мы об этом достаточно подробно рассказали чуть выше.

Подготовительные обряды содержат:

Ш Молитвы в первый день от рождения. Обряд состоит в чтении священником трёх молитв в первый день по рождении младенца у постели матери. Как говорится, русский ребёночек родился — священник (посланник «Духа» Сатаны) тут как тут.

Ш Молитвы на восьмой день от рождения. Обряды направлены на наречение имени. Имя обычно берётся церковное, что некоторым образом замыкает психику ребёнка на матрицу (личную судьбу) того «святого», имя которого даётся. Как правило большинство библейских «святых» закончили свою земную жизнь раньше положенного срока (насильственной либо мученической смертью). Ясно, что алгоритмика (матрица) таких «великомучеников» вполне может перейти к ребёнку, соответственно завернув его судьбу. Надо ли это вам, родители?

Ш Молитвы на сороковой день от рождения. Сущность этих молитв состоит в том, чтобы отлученную от храма на время очищения родильницу снова ввести, по истечении сорокадневного срока, в храм, почему и совершать этот обряд нужно в самом храме. То есть, мать ребёнка возвращают в лоно церковного «Духа» — потеснее подключая её к библейскому эгрегору. Поскольку ребёнок очень длительное время зависит от матери (через биополя и родовые эгрегоры), то это — надёжное средство держать новорожденную душу в библейском плену, пока соответствующая душе психика ещё сама не заполнилась библейским «Духом».

· Последование чина оглашения — продолжение подготовительных обрядов. Возможны поручения нескольких членов церкви за вновь оглашённого (что несколько напоминает процедуру поручительств в КПСС). Последование чина оглашения включает в себя несколько молитв и обрядов (в том числе испытание своей веры на серьёзность). Это — изучение символа веры, обучение крещению и прочая псевдохристианская «бижутерия»; церковное тестирование оглашённых на «нечистых духов» и серьёзность намерений. Как сказано у игумена Исаии, церковь имеет огромный опыт в определении и изгнании нечистых духов.[445] Это сопровождается следующим таинством, суть которого мы уже высказывали (разновидность обряда «вычищения души» от вредных с «точки зрения» церковного эгрегора приобретённых «духов», которые названы соответствующими пугающими именами):

«В крещальном обряде прежде всего совершается запрещение «сатаны и всех ангелов его». Святой Кирилл Иерусалимский в огласительном поучении говорит: «Содержание сих запрещений следующее: первое — отрезает и гонит диавола и всякое его действие страшными для него Божественными именами[446] и таинствами; изгоняя диавола, повелевает и демонам его бежать от человека и не творить ему напастей. Подобным же образом и второе запрещение изгоняет демонов Божественным Именем. Третье запрещение есть вместе и молитва, возносимая Богу, умоляющая всесовершенно изгнать лукавого духа от создания Божия и утвердить его в вере»».

· После обряда «изгнания сатаны» начинается обряд «на верность Христу». Как видите, последовательность обычная: сначала вычищение прошлых «духов», а затем — клятва на верность библейскому «Духу». После чего начинается таинство «вдувания» библейского «Духа» в психику оглашённого. Также, как и «изгнание сатаны», этот обряд проходит в виде клятвы в трёхкратном диалоге-заклинании со священником. Игумен Исаия про этот обряд говорит следующее: Это — исповедание личной верности Христу[447] при вступлении в ряды Его воинов, потому и звучит эта клятва подобно воинской присяге.

· После этого даётся присяга крещаемого на символ веры: Крещаемый или его восприемник читает Никео-Цареградский Символ веры, принятый на I Вселенском Соборе в Никее (325 г.) и дополненный на II Вселенском Соборе в Константинополе (381 г.), который служит общим выражением веры Православной Церкви. Символ веры и клятвы читаются три раза и сопровождаются земными поклонами.

Только после этого начинается непосредственно крещение. Игумен Исаия о необходимости крещения пишет так (выделено жирным — нами):

«В таинстве Крещения верующей душе явно и реально открывается основная истина христианства: приняв Крещение, «вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе» (Кол. 3, 3–4). Эта крещенская смерть возвещает разрушение смерти Христом, а крещенское воскресение наше ещё раз являет образ Воскресения Христова. Совершается глубочайшая тайна: единение человеческого и Божественного в «обновленной жизни». Благодать, подаваемая человеку в Крещении, как и в остальных таинствах, — это плод жертвенной смерти Христа и Его Воскресения. Она сообщает человеку волю к спасению и силы, чтобы идти по жизни, неся свой крест. И потому Крещение может и должно определяться — не образно, не символически, а по существу — как смерть и воскресение».

В общем-то все «ключи» к нашему пониманию этого таинства мы уже дали. Упорядочим их согласно вышеприведённому тексту:

· В процессе таинства крещения над душой производится обряд смерти, который называется «крещенская смерть». Практически, церковь признаётся, что она «убивает» душу (в кавычках, поскольку душу убить невозможно) — на другую жизнь. Кто может распоряжаться жизнью и смертью личности кроме Бога?

— Оказывается на эту роль претендует церковь. Мистерия обряда — штука серьёзная. Это — моделирование процесса, который может свершиться. И что тогда? — Приходящая в жизнь от Бога душа наделена в судьбе стремлением к жизни. Поэтому выбрать смерть, которая моделируется в обряде, никакая душа не захочет: она выберет жизнь. Понимая это, церковь через таинство крещения предлагает свою жизнь — отличную от той, что предложена Свыше судьбой. То есть, церковь через обряд крещения образно в мистерии «убивает» душу, «воскрешая» её на другую жизнь и другую «судьбу», пытаясь подменить данную Богом личностную судьбу на свою эгрегориальную программу, похожую на судьбу. У душ с искусственной судьбой стремление к жизни уже гораздо меньшее, либо вообще отсутствует. Последнее можно наблюдать у многих людей в России. Стремление жить заменяется земными удовольствиями, пьянством, упадничеством…

· В процессе таинства крещения происходит частичная (в той или иной мере) подмена судьбы (предложения душе Свыше от Бога при вхождении души в жизнь) на «судьбу» — многовариантную, но крайне ограниченную и вредную эгрегориальную программу церкви (библейского эгрегора). Степень подмены зависит от очень многих факторов, одним из которых (одним из основных) является вера личности, подвергаемой крещению. Полная безопасность личности в жизни (в том числе от болезней, неприятностей, катастроф и прочих опасностей) может быть обеспечена только в судьбе. Судьба предлагается Богом и Бог берёт на себя ответственность за безопасность личности, если та будет следовать в «земной жизни» предложенной судьбе. Если личность принимает в свою душу другую «судьбу» (либо уклоняется от судьбы), то тем самым личность сама снимает с Бога ответственность за свою безопасность в земной жизни тем больше, чем больше искусственная «судьба» отличается от Божией судьбы.

Церковь имитирует безопасность с помощью ограниченного в возможностях (по отношению к Божией безопасности) эгрегориального водительства личности, в том случае, если личность будет слушаться церковь. В противном случае эгрегор церкви может сам инициировать неприятности для личности, чтобы, запугав последнюю, ввести опять под свой контроль. Ясно, что мhра вмешательства Бога будет соответствовать мере следования душой её судьбе, данной от Бога. В самом грубом выражении: чем больше душа отклоняется от судьбы, данной Богом, в «судьбу» церкви, тем меньше опека личности Свыше.

· В процессе таинства крещения душе предлагается (а душа принимает — в той или иной мере) «судьба», которая называется «плод жертвенной смерти Христа». Следует напомнить читателю, что смерть Иисуса Христа и его «чудесное» воскресенье, о котором повествуется в Евангелиях — выдумки древних составителей канонов. Ничего подобного не было и мы про это сказали в одной из предыдущих глав этой части. Поэтому содержание предлагаемой «судьбы» — ИЛЛЮЗИЯ — древняя легенда, не имеющая под собой реальной исторической основы. Но эта иллюзия опасна для жизни, которую даёт душе Бог, а не церковь, по причинам, изложенным нами выше. Плодом смерти может быть лишь возвращение души к Богу, но это происходит невидимо. Другого плода смерти пока ещё никто не видел. В свою очередь Бог желает не жертв, а милости.[448] Всякая жертвенность — следствие отклонения душ от их судьбы.

Учитывая что происходящее с душой по смерти увидеть невозможно, церковь употребляет иллюзию воскресения Христа в обряде крещения в своих целях. Церковь обещает крещенское воскресение (в моделировании таинства) как благо, соизмеримое с воскресением Христа. Поскольку последнее — иллюзия, то и церковные «Духовные» «блага» — тоже иллюзия. Однако, создать у новокрещённого уверенность в себе, дать иллюзию «Духовной» воли — церковь может.

· В процессе таинства крещения церковь «сообщает человеку волю к спасению и силы, чтобы идти по жизни, неся свой крест», как говорится в вышеприведённой цитате. Бог предлагает человеку в судьбе идти по жизни без катастроф и неприятностей. Церковь, частично заменяя судьбу эгрегориальным водительством своего «Духа», предлагает идти по жизни, «неся свой крест» — то есть мучаясь и страдая подобно библейскому Христу: Христа согласно преданию Нового Завета заставили нести свой крест до места казни. Тем, кому это нравится и кто в это верит, эгрегор-«Дух» церкви может «сообщить волю к спасению и силы, чтобы идти по жизни, неся свой крест» — дать иллюзию уверенности согласно месту, определённому личности и её душе в церковно-эгрегориальной иерархии. Но всё же, чем покорно идти на «Голгофу», лучше скинуть с себя её крест и разогнать палачей. А затем — помочь это сделать другим.

Со слов Игумена Исаии: «В христианском понимании смерть — это прежде всего духовное явление. Можно быть мёртвым, ещё живя на земле, и быть непричастным смерти, лежа в могиле. Смерть — это отделённость человека от жизни, то есть от Бога. Господь — единственный Податель жизни и Сама Жизнь». На какой только бред не пускается церковь, лишь бы заменить собой Бога. Если смерть это отделённость человека от Бога, то куда девается душа после смерти? Она что, тоже отделяется от Бога?

— Нет, душа возвращается к Богу. В отношении церкви же всё наоборот: смерть это действительно то средство, которое надёжно отделяет душу от библейского эгрегора, возвращая душу Богу.

Церковь же через обряд крещения как бы сама «возвращает» душу своему лже-«Господу» (передаёт душу сатане-«Духу»-эгрегору), ссылаясь на необходимость жизни. Вот и получается, что церковь с её «Духом» по сути — промежуточное звено-паразит. Если его выкинуть, то всё может встать на свои естественные места в земном мире. Для того, чтобы втиснуться между людьми и Богом (от самого рождения новой личности) придуман церковный обряд крещения, согласно которому жизнь («новую» жизнь) душе даёт уже не Бог, а «Господь» — то есть, церковь.

Изощрённый «Духовный» паразитизм церкви имени Христа (как и любой другой «духовной» корпорации) на людских душах и их судьбах гораздо хуже, чем паразитизм на чём-то вещественном. Но в толпо-«элитарном» обществе любой вещественный паразитизм обязательно должен быть облачён в Идею, иначе разводить множество лохов будет очень сложно: в противном случае, чтобы сохранить толпо-«элитаризм», надо выстраивать концлагеря или возвращаться к открытому рабовладению. Однако, за решётками и колючей проволокой все рабы уж точно знают, что в их судьбы вмешалась такая-то иерархия рабовладельцев и угнетает их. В случае «Духовного» рабства такое увидеть могут лишь единицы.

Таинство крещения непосредственно начинается с освещения воды, поскольку после этого крещаемый трижды погружается[449] в освящённую воду. Как говорит игумен Исаия: «Вода является древнейшим религиозным символом. С христианской точки зрения, представляются важными три основные стороны этой символики. Во-первых, вода — первичная космическая стихия. В начале творения «…Дух Божий носился над водой» (Быт. 1, 2). Одновременно она — символ разрушения и смерти. Основа жизни, животворящая сила — и основа смерти, разрушительная сила: таков двойственный образ воды в христианском богословии. И наконец, вода — символ очищения, возрождения и обновления. Эта символика пронизывает всё Священное Писание, входит в повествование о творении, грехопадении и спасении».

С наших позиций, тройное погружение в освящённую воду (с одновременной магией слова: священник читает заклинания над новокрещённым) с нашей точки зрения означает трёхступенчатую магию:

· вычищение «души»-психики,

· наполнение «Духом» библейского эгрегора,

· вписание «обновлённой» души в эгрегориальную иерархию на «своё место» (своеобразное посвящение через обновление эгрегориального содержания психики: священнику доверено иерархией подключать психики крещаемых к библейскому эгрегору и он это умеет).

В эзотеризме вода — символ информации. Освящение воды священником означает магию моделирования алгоритмического структуирования информации (среды)[450] — согласно библейскому «Духу». После этого новокрещённый опускается уже как бы в среду библейского «Духа». Таким образом через магию водных процедур в новокрещённые личностные психики и биополя «закачивают» первичную церковную программную информацию.

Это подобно тому, как на вычищенный винчестер компьютера после удаления всех ранее стоявших там программ ставят новое программное обеспечение. После чего вся последующая информация, которая записывается на винчестер извне, располагается согласно этим программам: каждая на «своё место». Разница между психикой (и душой) и компьютером только в том, что компьютер послушен хорошему программисту, а душа всё-таки послушна Богу, прежде всего, а затем уже может доверяться какой-либо земной иерархии. Поэтому церковники могут быть обречены на неудачи, сбои, не полную установку программ в психику и другие неприятности. Бороться с этими сбоями церковь пытается с помощью следующих таинств, которые мы разберём далее.

Вода и новокрещённый мажутся освящённым елеем (оливковым маслом) — как знак примирения с «Господом», чтобы всё «шло как по маслу». Это в нашем понимании означает закрепление «достижений» третьей стадии окунания в воду — магия согласования для души её места в церковной земной иерархии (эгрегоре «Господь»).

Сразу же после троекратного погружения в воду новокрещённый облачается в белую одежду. Обряд называется облачение новокрещённого. В настоящее время это новая белая рубашечка для младенцев и белая сорочка для взрослого новокрещённого. Эта магия обряда сравнивается церковью с эпизодом преображения Христа, вошедшим в Новый Завет. О каком преображении в душах и психиках личностей идёт речь в действительности, мы подробно сказали выше. Здесь кратко напомним, что душа крещённой личности облачается в библейский «Дух», чему и соответствует такой обряд «пеленания». «Спеленованная» личность, как известно, имеет меньше степеней движения (а спеленованный ребёнок вообще почти не имеет степени движения и вынужден заявлять о себе криком) — чем и показана обратная (тайная) сторона облачения новокрещённого — лишение души свободы (связи с Богом), данной изначально Богом.

Бог даёт каждому младенцу двух определённых родителей. Церковь добавляет к этим родителям (с которыми у младенца есть родовые духовные связи) ещё двух восприемников — крёстных отца и мать. Для чего это надо?

— Влияние на судьбу своего ребёнка, особенно в первые годы жизни, оказывают в большей мере родители. Так положено Свыше. Церковь, разрывая связь личности с судьбой, ещё и частично разрывает контур поддержки данной Свыше судьбы младенца со стороны родителей, внося в процесс контроля за новорождённой душой ещё и вектор поддержки церковной «судьбы», который для надёжности доверяется крёстным. Ведь даже если родители в чём-то ошибаются, доверившись церкви, то чуя отцовский и материнский долг (через родовую эгрегориальную связь со своим ребёнком),[451] родители могут быть непредсказуемы для церкви в критические моменты (и опасности) борьбы за душу младенца. Другое дело — крёстные родители. Родовой связи с младенцем, его судьбой у последних практически не существует. Этим ослабляется механизм естественного оберега младенца, даваемого нормальным родителям Свыше, даже на уровне ощущений и родительского чутья опасности.

Крёстные родители- родители не по Святому Духу, а по библейскому «Духу». Церковь для себя «справедливо» считает крёстных более надёжными в деле сотрудничества по уводу души новокрещённого от её Божией судьбы к церковной «судьбе». То есть, грубо говоря, крёстные зачастую — прямые засланцы библейского «Духа» в семью.

Монахам запрещается быть крёстными скорее всего в силу обратных обстоятельств: чтобы Святой Дух, данный Свыше каждой душе, пришедшей в «этот мир», не передался душе монаха. Душа (нужно понимать — психика) монаха — хранитель «чистоты» библейского «Духа».[452] А Святой Дух от младенца может послужить «вирусом» по отношению к библейскому «Духу» и у самого монаха могут проснуться родительские чувства, «спящие» в его душе под спудом библейского «Духа». То есть, магическая привязка души монаха к душе младенца может послужить причиной ослабления «Духовной» «цензуры» за содержимым психики монаха: Святой Дух сильнее библейского «Духа». Поэтому церковь аккуратно относится ко всему, что исходит от новорождённого, боясь «вирусов» для своей системы. К тому же монах своим застойным церковным «Духом» может сильно напугать ребёнка, так, что тот окажется психически ненормальным в общепринятой системе психологических «координат». При частом повторении таких явно видимых случаев церковь «засветится» и ей будут бояться доверять младенцев. Поэтому и выбраны как бы «нейтральные» крёстные, чем исключаются некоторые неприятные для церкви крайности. В то же время, крёстные должны быть, согласно церковным правилам, достаточно воцерковлены, иначе они не допускаются к таинству.

О монашестве.

Несколько слов о монашестве. Спрашивается: зачем церкви особая «каста» монашествующих и безбрачных священников — которым запрещён брак?

— Ответ может быть такой: чтобы воспроизводить из поколения в поколение особый тип строя психики, с помощью которого поддерживается и консервируется особая церковная «Духовность».

Значит таковой устойчивый тип строя психики церковной «Духовности» невозможно поддержать с помощью людей («христиан»), которые вступили в брак. Остаётся рассмотреть некоторые различия между психикой людей, вступивших в брак, и психикой тех, кому положен обет безбрачия.

Основным фактором, который обеспечивает воспроизводство поколений, без которого была бы немыслима жизнь любого народа, является семейная жизнь, рождение и воспитание детей. Именно таким образом Бог Предопределил жизнь народов, разделив людей на полы. Церковь совершенно справедливо признаёт, что уклонение от обязанности нормального воспроизводства поколений, вследствие появления греховного пристрастия, приводит к вырождению рода человеческого, что очень опасно для продолжения жизни общества. Однако, не ведёт ли к ещё более объективно греховному пристрастию отсутствие опыта семейной жизни и опыта общения со своими детьми тех, кто «добровольно» (а не по стечению жизненных обстоятельств)[453] отказывается от семейной жизни ради иллюзорного стремления к «чистоте» во имя «Христа и Евангелия».

Разрешение церкви, данное ей самой себе именем Христа, определять тех, кто может принять обет безбрачия, и тех, кто якобы «гнушается браком» ради своекорыстия — открытая возможность особого церковного отбора монашествующих кадров с соответствующим устойчивым типом психики по принципу особой древней «Духовной» их лояльности церковной иерархии.

Именно эта «чистая» прослойка в церковной иерархии призвана «под клятвою» выполнять роль держателя церковного «Духа» — эгрегориального «эталона» — в его постоянстве и «чистоте».

Вернёмся к рассмотрению поставленных нами выше вопросов: зачем нужна особая прослойка «чистых» в церковной иерархии? И связанного с ним вопроса: не ведёт ли к какому-нибудь объективно греховному пристрастиюотсутствие опыта семейной жизни и опыта общения со своими детьми тех, кто «добровольно» (а не по стечению жизненных обстоятельств) отказывается от семейной жизни ради иллюзорного стремления к «чистоте» во имя «Христа и Евангелия»? В связи с этим зададим ещё один вопрос: чего лишается человек, отказавшийся от семейной жизни, какого жизненного опыта?

Ответ на эти вопросы очень многогранен. Мы здесь пока рассмотрим лишь одну его грань, которая касается взаимоотношений родителей и детей. Одно из главных предназначений человека, данное ему Свыше — рождение и воспитание новых поколений. Спрашивается: во имя чего церковь «добровольно» отнимает у части людей, входящих в её иерархию, право данное человеку Свыше на семейную жизнь?

Если вдаться во внутренний смысл слова «семья», то это «семь я»: «7» «я». Но если это так, то неизбежно встаёт вопрос о персональном составе этих «7-ми я». В нашем понимании это:

Взрослые, вступившие в брак, и родители каждого из них, плюс ребёнок — минимум один, которого зачали, родили и воспитывают вступившие в брак. Т. е. семья — это ребёнок, его папа и мама, два дедушки и две бабушки в каждой из его родовых линий предков.

И каждый из членов семьи для других её членов — зеркало, в котором каждый другой может увидеть «со стороны» какие-то черты себя, и которое отражает (как бы со стороны) ему же то, что он несёт другим. Но главное качество «зеркала» имеют для родителей — дети.

Поэтому, кроме того, семья — это качество, а не только некоторое множество. И это качество возникает, начиная с указанного минимального её персонального состава; и это качество сохраняется, если детей больше, чем один, поскольку в такого рода множестве, с количеством элементов, большем, чем семь — семёрка в указанном персональном составе всегда присутствует. При этом каждый ребёнок в семье — представитель будущего в настоящем, вследствие чего от тех, кто его воспитывает, зависит и характер этого будущего.

Эти обстоятельства указывают ещё на один смысл слова семья при раскрытии внутреннего умолчания в нём «семь [таких, как] я»: поскольку людей — 7 и все они — разные, то встаёт вопрос и об объективно эталонном «я», какого качества должны достичь шестеро других в семье.

И хотя далеко не всегда все члены семьи (в смысле «7 я») живут вместе под одной крышей, но для жизни общества значимо именно это сочетание, поскольку, хотя ребёнок получает набор хромосом непосредственно от своих родителей, но работа хромосомного аппарата такова, что характерные признаки дедушек и бабушек в ребёнке выражаются более ярко, чем характерные признаки родителей. И это имеет место вне зависимости от того, проживают ли все члены семьи (в указанном смысле «7 я») совместно либо живут в бытовом разобщении.

Но и при бытовом разобщении (когда дедушка и бабушка по одной или по обеим родовым линиями живут самостоятельно или с кем-то из других своих детей), биополевое единство семьи объективно существует в силу того, что настройка всякой личности на её родовые эгрегоры[454] — врождённая, обусловленная всем механизмом наследственности и изменчивости биологического вида «Человек разумный»; и разобщить членов семьи в биополевых процессах — это не самое простое дело, хотя в порочном обществе это действительно может быть необходимо для того, чтобы в жизни новых поколений не воспроизводились автоматически пороки, наработанные поколениями предков в прошлом.

И именно на семью в указанном составе («7 я», «7 [таких как] я») в её коллективном духе ложится миссия зачать, родить и воспитывать ребёнка так, как это предопределил Бог людям. Это тоже заложено в понятие «семья» в русском языке. Дело в том, что приходящая в мир, воплощающаяся в нём душа, изначально праведна, безгрешна и открыта Жизни. То есть, от рождения Бог даёт ребёнку непорочность и открывает возможности развития по праведному пути, во имя исполнения его судьбы в наилучшем объективно возможном варианте — так, чтобы были изжиты ошибки и греховность прошлых поколений. И именно в этом смысле новорождённый ребёнок — эталон для подражания всем взрослым членам семьи.

Соответственно слово «семья» в русском языке при его конкретно жизненном понимании предлагает именно от лица новорождённого остальным членам семьи быть такими же как он, праведными (семь таких же как «я»); они обязаны сохранить и обеспечить праведность не только новорождённого, но обязаны и самих себя изменить в нравственно-этическом отношении так, чтобы стать праведными подобно новорождённому ребёнку, внося тем самым свой вклад в становление культуры праведного будущего. Если это в поведении взрослых имеет место в жизни, то и государственность — по существу незаметно, сама собой (как бы «автоматически») должна войти в праведность, поскольку общество состоит из множества семей, каждая из которых вносит свой вклад в порождение и функционирование государства.

Таким образом каждый новорождённый ребёнок, как бы предлагая от своего лица родителям и другим членам семьи быть такими же объективно праведными, в случае отклонения родителей и других членов семьи от принятия и исполнения этого предложения — объективными грехами своей жизни (как последствиями неправедного воспитания) наглядно демонстрирует неправедность и духовную ущербность всех членов семьи в отношении Промысла. При этом чем взрослее становится ребёнок, тем ярче проявляется в жизни его объективная греховность. В этом случае:

· Родители и другие члены семьи могут не замечать объективную (и субъективную)[455] греховность своих детей, игнорируя их, поскольку чувствительность к этому у них утеряна вовсе.

· Родители и другие члены семьи могут не замечать объективную греховность своих детей, поскольку в доминирующей культуре субъективная «Духовность» их детей соответствует общепринятой «норме».

· Родители и другие члены семьи могут ощущать неправедность (объективную греховность) свою и своих детей, глядя на последних, и воспринимая их поступки, мысли, быт, понимая при этом, что живут не так, но не зная как надо жить.

· Родители и другие члены семьи могут не только ощущать неправедность свою и своих детей, но и, осмысленно относясь к жизни, прилагать усилия для понимания путей и методов выхода всех членов семьи, а за ними и общества — на праведный путь.

В соответствии с доминированием каждого из этих четырёх вариантов, могут быть четыре варианта движения общества:

· В первом случае общество движется к объективной примитивной духовной деградации и обещает погибнуть в бесчувствии людей друг другу и к призывам Свыше.

· Во втором случае общество скатывается ко всевластию искусственной «Духовности» доминирующей культуры, которая, исчерпав попущение Свыше (время исчерпания зависит от степени субъективизма «Духовности»), потянет общество туда же, куда и в первом случае, но гибель общества будет изощрённее и «ярче», чем от примитивной духовной деградации.

· В третьем случае общество получает шанс выхода из кризиса духовности, порождённого всевластием (либо доминированием) субъективной «Духовности», и этот шанс может использоваться «вслепую» методом «проб и ошибок», при котором обычно бывает очень много потерь.

· Четвёртый случай — самый бескровный и перспективный, когда прежде чем что-либо предпринять, это осмысливается, просматриваются все варианты будущего и выбирается наилучший из всех осмысленных, после чего шанс выхода из кризиса может быть осознанно использован для вхождение общества на путь праведности.

В церковной среде «подвиг добровольного целомудренного безбрачия, принимаемого ради Христа и Евангелия, и особая роль монашества в истории и современной жизни» обрекает всех, кто принял для себя такой жизненный удел, на «добровольный» отказ воспринимать в свою душу (психику) обратные связи от своих детей, возникающие при их взрослении в кругу семьи и данные всем людям Свыше как зеркало своей объективной греховности. Этим самым монашество разрывает живые обратные связи Свыше на свою общность, замыкаясь «само в себе», что и необходимо церковной иерархии для поддержания «Духовного» застоя в церковной среде. В этом суть церковной «чистоты», которую монашествующие несут через века, являясь держателем и хранителем древней церковной «Духовности» — удерживающими[456] — одной из высших её «инстанций» в «Духовной» иерархии.

В реальности данной Свыше через семью, родители и другие члены семьи в идеале должны видеть в детях свои недостатки, как в зеркале, стараясь немедленно исправить эти недостатки, согласуя свои действия с Богом (в диалоге с Богом по жизни). Если в церковной «Духовной» иерархии, которая заменяет церковной пастве Бога, хранителями древней церковной «Духовности» являются люди, отлучённые от семьи, и, ссылаясь на жизнь этих людей, иерархи церкви выдают пастве «истину в последней инстанции» — в том числе и по семейной социологии — то разрыв общества с Богом налицо. В этом случае общество (если паствы становится много) движется по второму варианту — к погибели, поскольку «Дух» монашествующих — церковный «Дух» — удерживает общество от позитивной духовной динамики, заданной Богом в Его Предопределении.

Если говорить о типе строя психики монашествующих, то в основном это — устойчивые «зомби». Этому способствует особый режим, безбрачие, замкнутость на «чистоту» Евангелия и прочих церковных догматов.

Таинство миропомазания.

Родителям, принявшим решение отдать своего ребёнка на крещение, следует знать, что с этого момента они не будут уже являться единственными родителями по «духу», а разделят родительство не только с крёстными, но и с церковью. После этого даже очень праведным в миру родителям не стоит удивляться, что ребёнок может всё больше удаляться от их «духовного» идеала. Ведь у него теперь два личностных отца, две личностных матери и одна надличностная «Духовная» мать — церковь. Как видите, от Бога чисто формально почти ничего не остаётся:

«Приобретая через Крещение нового сына, заботливая мать наша — святая Церковь — без всякого отлагательства начинает прилагать к нему своё попечение. Как в телесной жизни для укрепления сил младенца нужен воздух и пища, так и для родившегося духовно через Крещение нужна особенная, духовная пища. Такую пищу преподаёт святая Церковь в таинстве Миропомазания, через которое происходит сошествие Святого Духа на нашу душу, подобное сошествию Его на Господа Иисуса Христа при Крещении в виде голубя» (цитата из церковного пояснения).

Обряд миропомазания закрепляет «достижения» крещения. Безвольным и немощным родителям, конечно, зачастую проще «духовно» спихнуть своё дитя в лоно церкви, избавившись от забот его духовного воспитания. Но им надо знать, что церковное «Духовное» материнство — это даже не попечение плохой мачехи. Это даже не «Духовный» детский дом. Церковное «Духовное» материнство — это средство, калечащее судьбу ребёнка; но ведь именно ради осуществления этой судьбы Бог и дал возможность родителям произвести ребёнка на свет Божий.

Следующие стадии таинства крещения мы перечислим кратко. Это:

· Обряды восьмого дня. Согласно описанию обрядов, данных игуменом Исаией: «В настоящее время завершающие обряды чинопоследования Крещения и Миропомазания — омывание святого Мира и пострижение волос — совершаются в тот же день, сразу же после чтения Евангелия. Однако, согласно Требнику, они входят в исследование восьмого дня, потому что в ранней Церкви эти обряды действительно совершались на восьмой день, а семь дней крещаемый ходил в белой одежде». Далее объясняется, что восьмой день выбран не случайно: «В библейском Откровении число семь является символом мира, сотворённого Богом, совершенного и законченного, «хорошего весьма»». То есть, на новокрещённого младенца ставится клеймо «хороший весьма», либо — годен к служению церковной «Духовной» иерархии после ПЕРЕ-сотворения личности в церковном «Духе» и испытания семидневным «пеленанием».

Омывание святого мира — первый обряд восьмого дня. Это омывание с тела новокрещённого святого Мира — как бы «шлифовка» (устранение неровностей и шероховатостей) после предыдущих обрядов с водой и елеем.

Пострижение власов. Как объясняет игумен Исаия: «Пострижение с древнейших времён было символом послушания и жертвы. Люди чувствовали в волосах сосредоточение силы и энергии. Примером может служить ветхозаветное повествование о Самсоне (Суд. 16 гл.). Этот обряд встречается и в чине посвящения в монашество и в посвящении чтецов». Этот последний обряд таинства крещения — мистерия полного разрыва души личности с прошлым во имя полного послушания церковному эгрегору. Отстригаемый клок волос — символ прошлого.

На этом таинство крещения можно считать исчерпанным. Церковь через игумена Исаию напоминает: «Человек принял Крещение. Таинство совершено, и многие на этом успокаиваются, считая, что они выполнили необходимые обряды и больше от них ничего не требуется. Глубокое заблуждение! Крещение — это только начало спасительного пути». То есть, крещения мало для поддержки души в подчинении у церковного «Духа». Существуют ещё несколько крупных таинств церкви, совершаемых по жизни над душами людей.

Таинство миропомазания — обряд, совершаемый сразу после крещения. Не столь обширен, значим и интересен как само крещение, поэтому мы лишь кратко остановимся на нём. Вот что про этот обряд говорится на сайте «Проект «Основы Православия»» в статье «Миропомазание» (выделено жирным — нами):

«Одно из имён Спасителя — Христос — в переводе с греческого означает «помазанник». Помазание человека елеем (оливковым маслом) в древние времена свидетельствовало о его избрании на служение Богу, о причастности дарам Святого Духа.

Крещальное помазание лба, груди, ушей, рук и ног имеет несколько смыслов. Во-первых, оно знаменует соединение со Христом,[457] подобно соединению дикой ветви с плодоносной маслиной, во-вторых, говорит об умирании для греха, ибо раньше усопших намащали елеем; в-третьих, придаёт силы для дальнейшей борьбы с грехом[458] по подобию античных борцов, перед схваткой мазавших тело. При этом действии священник произносит: «Помазуется раб Божий (имя) елеем радования, во имя Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков, аминь».

Святое Миро — благовонный состав из множества веществ (елея, алоэ, смирны, розового масла, толчёного мрамора и др.). Обилие составляющих — символ многоразличности христианских добродетелей. Его приготовляли и освящали апостолы Христовы, а затем епископы древней Церкви. От них Миро получали священники, которые стали использовать его при совершении таинства Духа Святого, с тех пор называемого Миропомазанием.

Таинство миропомазания в Православной Церкви совершается сразу за крещением. Как за рождением следует жизнь, так и за крещением, таинством нового рождения, следует миропомазание — таинство новой жизни.

После этого новокрещенные и их восприемники с зажжёнными свечами в руках трижды по кругу обходят вслед за священником вокруг купели и аналоя (Аналой — наклонный столик, на который обычно кладётся Евангелие, Крест[459] или икона), на котором лежат Крест и Евангелие. Образ круга — образ вечности, ведь круг не имеет ни начала, ни конца. В это время поётся стих «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся», что значит: «Те, кто во Христа крестились, во Христа облеклись»».

По сути таинство миропомазания мистически открывает жизненный путь как бы «перерождённой» крещением душе (а по сути наполненной церковной эгрегориальной алгоритмикой — мhрой — психике). Таинство новой жизни, правда, связано со смертью, поскольку «раньше усопших намащали елеем». А чего больше будет душе в «этом мире» — жизни или смерти — во многом зависит от степени подчинения личности церковной иерархии, её «Духу». Так и оставляет для себя эта «Духовная» иерархия как бы «право» решать за других и за Бога вопросы жизни и смерти. Опять от Бога ничего нет в этом таинстве: сплошная церковная атрибутика — «Евангелие, Крест или икона».

Таинство покаяния.

Интересно, что таинство покаяния начинается церковью с вопросов: Что делать тому, кого мучает совесть? Как быть, когда томится душа? Этими вопросами начинается статья «Покаяние» на сайте «Проект «Основы Православия»». Напомним, что в нашем понимании:

Совесть — чувство Мhры (Божиего Предопределения бытия) как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью.

Поэтому, если мучает совесть (чувство, оставшееся в душе после крещения и миропомазания: то есть связь с Богом — не вычищенная из души в процессе крещения), то и надо следовать зову совести. Зов совести — это призыв Бога изменить свою жизнь в соответствии с Его зовом — в сторону праведности. Обратная связь от такого рода изменений должна выражаться в прекращении томления души, в хорошем настроении — если зов совести понят правильно.

На практике же оказывается не всё так просто, поскольку мы живём в толпо-«элитарном» обществе, где доминирует библейский «Дух». Эгрегор-библейский «Дух», заменяя собой для многих Бога (особенно после крещения) как бы предлагает свои «услуги» по успокоению «душ» (психик) от излишнего (с позиции церкви) томления, когда вдруг с душой начинает взаимодействовать совесть. Церковь не может допустить длительного взаимодействия воцерковленной души с совестью, поскольку через призыв Свыше и в следовании этому призыву душа может нащупать и усвоить методологию жизни и ощутить животворящий Святой Дух от Бога.

Церковное покаяние — имитация совести, имитация диалога с Богом через совесть. А так как через совесть человеку дано получать обратную связь от Бога, то церковное покаяние и выступает в качестве имитации совести на случай если с личностной душой начинает разговаривать Бог через совесть, либо через жизненные обстоятельства: личность грешит, нарушая земные и библейские законы, либо появляются «грешные» мысли. Но есть известная пословица «Богу не грешен — царю невиновен». Как разобраться, что есть грех перед Богом, а что есть «грех» перед какой-либо земной иерархией, который вполне может оказаться проявлением объективной праведности Божией — как неосознанный протест души на Земле против несправедливости.[460] Церковь «помогает» разобраться, исходя из интересов своей «Духовной» иерархии.

Церковь имеет свою систему «распознавания», «что грех, а что не грех» (свою философско-мировоззренческую систему). Она учит догматам — ограниченным канонами и околоканонным объяснениям и стереотипам, как надо жить, которые в конечном итоге сводятся:

· к Десятисловию (Исход 20:2-17), которое церковь называет «Десять заповедей закона» и,

· к десяти новозаветным заповедям (Матфей 5:3-12), которые церковь называет «Десять заповедей блаженства»:

«Готовится к исповеди надо заранее, лучше всего перечитать Заповеди и таким образом вспомнить свои грехи против них (и записать). Надо помнить, что забытые неисповеданные грехи тяготят душу, являясь причиной плохого настроения, душевного недомогания».

Поэтому церковь устроила таинство постоянного (регулярного) перехвата души на случай, если та вдруг станет томиться тоской по Богу через совесть. В библейском эгрегоре предусмотрена имитация успокоения души, несколько сходная с тем, что происходит с душой, если она действительно следует своей совести. Нормально когда душа (и психика) умиротворяется и на неё исходит благодать спокойствия и уверенности, что является обратной связью Свыше на правильное принятие решения личностью на Земле. На уровне психики это — поддержка нормального эмоционального фона и хорошее настроение. Но всё это может имитировать и библейский эгрегор — в пределах доступных его влиянию на душу. Вот такая крупная имитация и происходит в процессе церковного покаяния.

Церковь таинством покаяния продолжает разрывать естественно остающуюся после крещения и миропомазания связь души с Богом через совесть, имитируя «разговор» души с Богом через мистерию таинства. Чем больше личностей подключены таким образом к церковным таинствам, тем слабее связь с Богом у такого общества и тем надёжнее общество подчинено церковной корпорации. Ошибка самоуправления такого общества будет накапливаться, приближая этим большую или малую катастрофу. Самой большой катастрофой может быть конец цивилизации, оторвавшейся (отвернувшейся с «помощью» церкви) от Бога. Но церковь как раз это и пророчит в виде Апокалипсиса. В действительности же нечто вроде Апокалипсиса готовит (программирует) сама церковь, при этом ещё и рассуждая, что Царство Божие на Земле построить невозможно. Как же его построить, если сама же церковь и отключает души людей через свои таинства и каноны от связи с Богом: откуда после этого людям знать как, когда и что строить на Земле?

Учитывая, что личностная душа уже включена в эргегор-«Дух» через крещение и миропомазание, различить такой душе благодать от Бога и «благодать» от церкви в большинстве случаев практически невозможно (либо весьма сложно): накладываются психические стереотипы, транслирующие эгрегориальные «благодати». В первом случае кроме благодати от Бога нужно ещё и немало потрудиться над собой, над своей психикой, чтобы томление души от неправедности происходило всё реже и реже (для этого нужно преодолеть неправедность в жизни).

Церковь же предлагает лёгкий и быстрый путь. Безвольные, немощные и злонравные люди выбирают именно его, рискуя многим как в своей жизни, так и подставляя других людей под общую опасность библейского идеалистического атеизма. Церковь учит (выделено жирным — нами):

«Покаяние — это такое таинство, в котором искренне исповедующийся в своих грехах получает прощение от Самого Бога и благодать и силу не грешить вновь.[461].

Исповедь в Православной Церкви совершается у аналоя — высокого столика с наклонно расположенной столешницей, на котором лежат крест и Евангелие как знак присутствия Христа,[462] невидимого, но всё слышащего и знающего,[463] насколько глубоко наше раскаяние и не утаили ли мы что-нибудь из ложного стыда или специально. Если священник видит чистосердечное раскаяние, он покрывает преклоненную голову исповедующегося концом епитрахили (широкая лента, которую носит священник на шее) и читает разрешительную молитву, прощая грехи от имени Иисуса Христа.[464] Затем исповедующийся целует крест и Евангелие в знак благодарности и верности Христу.

Священник ждёт от пришедшего на исповедь осознания его греха и раскаяния: он должен назвать этот грех, не ища ему оправдания. Подробности проступка редко нужны на исповеди. Их выяснение бывает необходимо лишь иногда, чтобы помочь исповедующемуся увидеть корни своей духовной болезни, глубже понять значение и последствия содеянного им.

В некоторых случаях священник назначает кающемуся питимию («запрещение») — своего рода духовное лекарство,[465] направленное на искоренение порока. Это могут быть поклоны, чтение канонов или акафистов, усиленный пост, паломничество ко святому месту — в зависимости от сил и возможностей кающегося.[466] Епитимию надлежит выполнять неукоснительно, и отменить её может только тот священник, который её наложил».

После крещения и миропомазания периодическое покаяние позволяет церковному эгрегору (субъекту управления — мощной программе управления личностями и распоряжения их душами в земной жизни) постоянно получать добровольные корректировки от самих же объектов управления (людей). Кающиеся отдают информацию о своих самых плохих (с точки зрения доминирующей культуры) поступках и мыслях.

Теперь представьте себе, что кающиеся — члены одной из множества больших мафиозных корпораций. Что будет делать руководство этой корпорации с информацией, любезно предоставленной ему самими подопечными? Причём эта информация по сути — компромат на самих себя. Догадались?

— Правильно. Руководство корпорации повяжет компроматом своих подопечных так, что они всю оставшуюся жизнь будут пахать на первых почти бесплатно, лишь бы не стать преступниками[467] и не сесть в тюрьму.[468].

Примерно то же самое и в церковной «Духовной» иерархии. Только тамошнее руководство не скажет ничего открыто: это эгрегориальная программа, работающая по сути почти на автомате. Если есть опасность для корпорации (информацию о которой сам же объект управления и предоставит), то церковный эгрегориальный алгоритм работает так: предупредить опасный объект (иногда в грубо-ультимативной форме) и в случае неподчинения — уничтожить. Если опасности нет и объект служит корпорации верно, его можно поощрить, подключив к благообразному модулю, предоставляющему психике объекта иллюзию умиротворения и положительных эмоций. Но как только появляется опасность от объекта — всё умиротворение убирается и объект опять идёт исповедоваться. Так что исповедуясь, вы отдаёте фрагменты своей личной матрицы безопасности в лапы крупной, древней и мощной «Духовной» корпорации — эгрегору «Христос» и его управленцам.

Сразу возникает вопрос: если, как утверждают церковники, «Христос всё слышит и знает», но в этот эгрегор отдавать информацию опасно, то с кем же советоваться? Во-первых, все, кто подключен к библейскому «Духу»-эгрегору в той или иной мере и так доступны для информационного обмена с этим эгрегором. Таинство исповеди лишь корректирует этот обмен и активизирует его в нужное эгрегору время. Поэтому лучше не быть подключенным (подневольным по психическому складу) к «Духу»-эгрегору вообще, но уметь в него входить по необходимости работы с ним. Для безопасности такого вхождения необходимо одно условие: психика личности должна принадлежать вышестоящей над всем библейским «Духом» эгрегориальной системе, а лучше — соборности человеков. Последствия воздействия на душу таинств церкви изживаются по мере того, как личность начинает чётко понимать, что за каждым таинством стоит. То есть, в лучшем случае психика должна быть человечной: человечной психике любые толпо-«элитарные» эгрегоры не страшны.

Во-вторых, Бог всё видит и слышит гораздо лучше любого людского эгрегора. Но между алгоритмикой любого людского эгрегора и общим подходом к душам Бога есть существенная разница: Бог никогда не навредит душе — какую бы информацию от неё Он не получил. Бог всегда поможет душе выбраться из нехорошей ситуации. Вся беда только в том: услышит ли душа, что Бог хочет ей помочь, либо утонет в эгрегориальном шуме разнообразных имитаторов Бога.

А эгрегоры типа «Христос» помогают лишь в том случае, когда их цели совпадают с просьбами кающегося. Если же цели эгрегора и кающегося не совпадают, то эгрегор постарается привести в соответствие цели кающегося своим целям (при этом на благополучие в «земной жизни» самого кающегося эгрегору наплевать), в которых от следования Божиему Промыслу ничего не осталось.

Таинство причастия.

Следующее таинство, которое, как мы понимаем, тоже закрепляет «достижения» церкви в покорении себе личности после крещения и миропомазания — причастие (причащение). Механизм всех таинств сводится к захвату души и удержанию души пожизненно во власти библейского эгрегора-«Духа» для того, чтобы личность, которая является земным обладателем души, вела себя соответственно невидимым требованиям церковно-библейской иерархии. Что будет требоваться от этой личности в процессе земной жизни, определили хозяева библейского псевдохристианства — «мировая закулиса». Таким образом, устойчивая, сложившаяся веками стройная система основных церковных таинств (их, как мы знаем — семь), предназначенных для всех «оглашённых» и «христиан», и вторичных таинств (в число которых входит множество закрытых церковных посвящений для членов церковного «аппарата»: мы их рассматривать не будем, поскольку наша работа направлена широкому кругу мирян, а не церковникам), предназначенных для мирян и для «работников»-служителей церкви, имеет основное назначение — держать души людей в библейском плену: чем теснее «Духовный» плен, тем легче церкви невидимо паразитировать на мире, стремясь к полному «господству».

Самое плохое то, что душа, исполненная библейским церковным «Духом», становится одержимой им, думая что она имеет дело со Святым Духом.

Во имя этого ложного «Святого Духа» церковь может активизировать такую личность на разнообразные «Духовные» и мирские «подвиги» — в соответствии с целесообразностью библейского эгрегора. Так, церковь может «благословить» на войну руководство государства, верящего церковному «Богу». Либо подвигнуть какие-то активные в «Духе» прослойки населения на гражданские неповиновения, бунты, беспорядки и даже на силовые акции во имя «сохранения последнего оплота православия», например. Личности же, души (и психики)[469] которых одержимы библейским «Духом», невосприимчивы, если другие люди обращаются к их интеллекту с вразумлением. То есть, интеллектуальный разговор, в котором логически безупречно можно показать их подконтрольность «Духовной» иерархии с позиции здравого смысла (как это проделано в нашей книге), обычно заканчивается со стороны одержимых обвинениями в сатанизме, в «нечистом» (либо «не таком как надо») духе, в отступничестве от веры и прочими «обвинениями». Дело в том, что в любом толпо-«элитарном» эгрегоре (особенно в таком древнем и большом как библейский) существует специальная система «безопасности». Действует она следующим образом:

· Если с каким-либо объектом (личностью), считающимся «своим» по отношению к эгрегору, ведётся работа (разговор, магия, психотехники и другие средства «перевербовки» и отключения) по выведению объекта из-под контроля эгрегора, то через психику объекта эгрегор получает внешнюю информациюо том что хотят от объекта.

· Эта информация, попадая в специальную подсистему безопасности эгрегора (доступ в которую предельно ограничен, чтобы не создавать сомнений в среде широкого круга приближённых в иерархии),[470] обрабатывается там и психике объекта даётся эгрегориальный ответ на все поставленные перед его интеллектом вопросы. То есть, отвечает не интеллект объекта (личности), а эгрегор — через психику личности.

· В случае, если с объектом беседу ведёт система, которая в чём-то объемлет эгрегор, который отражает «атаки» на личностный интеллект объекта, и в системе безопасности эгрегора нет стандартных ответов на внешнее возмущение, то:

Объекту управления (личности) с уровня безопасности эгрегора-«Духа» даётся команда на истерику (либо другую близкую форму окончания процедуры взаимодействия с внешним возмущением), дабы прекратить опасную для эгрегора беседу, после чего объект вызывается на «профилактику». Это такие виды «профилактики», как покаяние и то, что разбираем здесь — причастие. Поскольку, как считается в церковной иерархии, объект находясь большую часть жизни в земном мире («в миру»), может получать в психику опасную информацию, то периодическая «профилактика» необходима. Все эти таинства направлены в том числе на обнуление накапливающихся у личности опасных для эгрегора вопросов и для успокоения личности и её души в библейском «Духе».

Если внешнее возмущающее воздействие через душу и психику личности всё же возымело для эгрегора необратимые негативные последствия, которые могут привести к нарастанию опасности в эгрегориальной системе, то даётся команда на подавление воли объекта (личности) или даже — на его уничтожение. Как будут осуществляться попытки подавления воли (вплоть до полного безволия по отношению к эгрегору, то есть вплоть до полного подчинения воле эгрегора) или уничтожения личности — это дело техники, (наработанной в алгоритмике толпо-«элитарного» эгрегора веками). То есть, могут быть варианты от самоуничтожения до физического устранения через других лиц, лояльных эгрегору, согласно его иерархии — в том числе и иерархии исполнения приговоров.

Последнее, конечно — крайняя мера. Чтобы не доводить до этого, высвечивая своих же с негативных граней[471] (ведь объект был воцерковлен и все это знают), церковь применяет постоянные таинства для удержания (поддержания с определённой частотой — причащения) личности и её души (точнее — психики) в режиме подконтрольности эгрегору. В этом основная цель такого таинства как причащение — чтобы объект оставался частью системы (последующие цитаты — из статьи «Причастие» сайта «Проект «Основы Православия»»; выделено жирным — нами):

«Жизнь[472] требует питания для своего поддержания. Господь дарует это питание в таинстве причащения или по-гречески евхаристии, что значит «благодарение». В причащении мы вкушаем под видом хлеба и вина Тело и Кровь Самого Господа Иисуса Христа[473] и так Бог становится частью нас,[474] а мы — частью Его[475] (причащаемся, одним целым с Ним, ближе чем самые родные люди, а через Него — одним телом и одной семьёй со всеми членами Церкви, теперь нашими братьями и сестрами)».

Конечно, это магия — моделирование в церковной реальности того, что должно происходить в «Духе», преображаться через «Дух» в психику личностей, а через психику личностей — в реальные дела «этого мира». Церковь об этом говорит следующее (выделено жирным — нами):

«О причащении по отношению к богослужению христианскому следует заметить то, что это таинство составляет главную и существенную часть христианского богослужения. Согласно заповеди Христовой, данное таинство постоянно совершается в Церкви Христовой и будет совершаться до скончания века за богослужением, называемым литургией, во время которой хлеб и вино, силою и действием Духа Святого, прелагаются, или пресуществляются, в истинное тело и в истинную кровь Христову».

Но всё же у нормального человека должно вызывать отвращение даже моделирование людоедства и вампиризма. Церкви же этого мало и она настаивает на «пресуществлении (превращении в магии обряда — наше замечание) в истинное тело и истинную кровь Христову». Последнее — явный перебор: зачем это надо, если согласно Новому Завету Христос воскрес не в «истинном теле» (тело Христа пока ещё никому не удалось обрести: правда из не совсем нормальных личностей есть некоторые, кто выдаёт себя за Христа периодически в разные эпохи…), а в «Духе». Вообще же не нормально есть тело человека (даже Христа) и пить его кровь.

Но нет ничего тайного, что бы ни лежало на поверхности также просто и доступно, как общение с Богом Живым, когда нет злонравия, жажды корысти и славы, для всех людей (кто этого очень хочет) — вне церкви с её таинствами и ритуалами. Действительно Иисус Христос учил совсем другому, нежели тому, чему учит церковь и каноны. Иисус предупреждал об опасности подмены его учения (Матфей 24:1–5). Поэтому в нашей логике церковь магией (таинством) причастия в своём «Духе» сама показывает, что она уже около 2000 лет учит многомиллионную паству откусывать от тела праведника Христа кусочки,[476] в результате чего уже давно не должно было бы остаться и Духа последнего на Земле (поскольку за магией «духа» следуют дела земные) — если бы церковь была всевластна. Но планета Земля действительно обглодана в основном «христианами» под тысячелетним воздействием библейского «Духа». А ведь праведник Иисус учил строить Царство Божие на Земле, а не обгладывать Землю, что происходит как результат моделирования в церкви обгладывания его самого — его Духа.

Ещё хуже дела обстоят с многоликим вампиризмом. Церковь моделирует питие крови самого известного в библейском мире праведника.[477] Мы уже неоднократно указывали на библейский алгоритм изведения праведности на Земле. Здесь же к этому добавляется ещё поощрение паразитизма (вампиры — паразиты, вынужденные для поддержания своей «жизни» употреблять имеющиеся ресурсы других) на всём, что праведно. Причём иерархию паразитизма определяет церковная иерархия и её хозяева, а простые «христиане» лишь причащаются (становятся частью) этой иерархии, в основном оставаясь на положении тех, на ком паразитируют (правда, возможны и движения вверх по иерархии).

Таким образом, таинство причастия предназначено для решения двух проблем:

· Поддержание личностей и их душ в лоне библейского эгрегора-«Духа» методом частого периодического причастия — магии «напоминания» душе-личности о том, что вселившийся в неё «Дух» является частью библейского эгрегора, где только и должно быть душе хорошо и спокойно (как у Христа «за пазухой»).

· Требовательное напоминание личностям — в обращении ко вселившемуся в их души (и захватившему их психики) библейскому «Духу» — полностью в обход их сознания об их обязанности способствовать изведению объективной праведности на Земле (праведность это самое опасное для «благополучия» церковной иерархии). В обмен на деятельное следование этому требованию личности (по сути продавшей душу Сатане в земное употребление) обещается соучастия в одном (или нескольких) видах паразитизма[478] в одной из земных иерархий.

Но есть и ещё один крайне важный порок, который тоже лежит на поверхности этого таинства. Это — причащение миллионов людей к алкоголю с первых дней жизни и до смерти (смерть зачастую является результатом употребления алкоголя, начало которому было положено с младенчества в церкви) именем Христа (выделено жирным — нами):

«К Причащению Святых Христовых Тайн в семье готовятся заранее. В эту подготовку входят усиленная молитва, посещение богослужений, пост, добрые дела, примирение со всеми, а затем — исповедь, то есть очищение своей совести[479] в таинстве покаяния.

Таинство причащения совершается каждый день, кроме некоторых дней Великого поста, поэтому возможность причаститься есть всегда. Мнение о том, как часто нужно причащаться, изменялось со временем. Первые христиане причащались почти ежедневно, а человек, пропустивший без особой причины три воскресных евхаристии, считался отпавшим от Церкви. Позднее стали причащаться реже. До революции в России считалось нормой причащаться каждый пост (Великий, Петровский, Успенский и Рождественский) и в день своих именин. Сейчас всё больше распространяется практика частого причащения, не реже одного раза в месяц.

После положенных священнодействий, вознесения молитв священником, совершающим таинство, и всей церковью, причастники приближаются к ступеням алтаря. Детей пропускают вперёд, они причащаются первыми. Дети в Православной Церкви причащаются сразу после крещения. Самые маленькие, которые ещё не могут есть твердую пищу, причащаются Кровью Христовой. После возгласа диакона: «Со страхом Божиим и верою приступите!» — причастники, крестообразно сложив руки на груди, по очереди подходят к чаше — потиру. Священник особой ложечкой на длинной ручке (лжицей)[480] достаёт частицу Святых Даров из чаши и вкладывает в рот причащающемуся.

Приняв частицу, причащающиеся целуют нижнюю часть чаши и отходят к столику, где служители дают им запить причастие освященным теплым питьём — вином с водой — и съесть кусочек освященного хлеба».

Дети от рождения пробуют алкоголь: «Дети в Православной Церкви причащаются сразу после крещения». И это не шутки: главная проблема борьбы с пьянством и алкоголизмом не химическая зависимость от алкоголя, а «Духовная» зависимость. Как видите, церковь на Руси уже 1000 лет проповедает употребление алкоголя в «Духе» (в алгоритмике церковного эгрегора, которым водительствуются миллионы людей) под благовидным предлогом причащения к крови Христа. То есть, доминирующий в России библейский «Дух» одобряет принятие алкоголя. А раз так, то эту вредную «привычку» (по сути — часть библейской культуры — стереотип) можно искоренить раз и навсегда лишь вместе с библейским «Духом».

Если младенец, даже ещё ничего не понимающий и не умеющий слушать и говорить, вкусил алкоголь под торжественную литургию церкви, в его психике (и в душе) остаётся трудноизгладимый след «Духовного» разрешения (и даже благости) употребления алкоголя на всю жизнь — как стереотип «нормальности» и даже «святости» этого действа. Церковь же применяет алкоголь при причащении, поскольку алкоголь (даже в небольших количества — а у детей в особо малых) раскрывает некоторые уровни психикидля бесконтрольного принятия нужной церкви информации. То есть, под действием алкоголя гораздо легче «духовно» внушать то, что нужно — особенно детям. В этом — основная опасность таинства причащения.

Древнейшая диверсия уровня 5-го приоритета обобщённых средств управления — в наше время в России стала одной из самых основных проблем, не решив которую Русскую государственность будет не спасти. А значит церковь, если она желает сильного государства (как она заявляет), должна прекратить алкогольную диверсию в отношении населения России и в первую очередь — прекратить приучать младенцев с грудных лет к алкоголю. А родителям пора разобраться в том, кому они отдают своих младенцев.

Учитывая, что церковь является самой первой из тех, кто даёт «христианам» вино, алкогольный эгрегор — огромный эгрегор низшего порядка по отношению к церковно-библейскому «Духу» — подконтролен библейскому эгрегору. И через пьяниц (и вообще людей, употребляющих алкоголь), которые портят себе интеллект и угнетают свою психику (а поэтому являются не только безвольными, но и слабо соображающими), библейский эгрегор может делать почти всё, что нужно хозяевам библейского «Духа».

Поэтому одним из условий вхождения в почти любую земную корпорацию в библейской культуре является обязательное употребление алкоголя всеми, входящими в неё.[481] В противном случае верхушки корпораций-паразитов, замкнутые в той или иной мере на церковную иерархию (либо на другую библейскую «Духовность» — разновидность библейской концепции), боятся потерять контроль за подчинёнными, управление которыми ведётся с помощью примитивных приёмов, которые легче проходят в отношении пьющих людей с подпорченным или ограниченным интеллектом и угнетённой алкоголем психикой.

В общем, таинство, означающее употребление крови праведника, приводит к тому, что льётся много крови в земной жизни, а праведности становится меньше — во многом вследствие повального пьянства на Руси. На Руси множество безвольных, слабых Святым духом людей призывы своей совести к праведности заливают водкой и вином, успокаивая на короткое время этим свою двоящуюся душу — разрывающуюся между Святым Духом (к которому призывает Бог) и библейским «Духом», уводящим от Бога в церковь. Но алкоголь — церковное средство,[482] уводящее на короткий срок от призыва совести и разрушающее нормальную генетику и нормальное биополевое восприятие жизни личностной душой. Не случайно предметы для причащения священник подаёт орудием, являющимся культовым символом древнего оружия «контрольного укола» праведника на кресте — «копья судьбы»,[483] как его называют в библейской культуре (выделено жирным — нами):

«Евангелие наполнило новым смыслом ветхозаветные образы. Христа на кресте воин ударил копьём, чтобы подтвердить Его кончину, — и из раны хлынули вода и кровь. Поэтому с водой, которая является условием жизни, смешивается вино, претворяемое в Кровь Христову. Копием называется предмет, которым священнослужитель вынимает частицы из просфор — хлебов для причащения. Эти и множество других образов Ветхого и Нового Заветов составляют единую ткань богослужения. В неё вплетаются переживания верующих, связывая происходящее со всей Священной историей человечества. Тело и Кровь Христа — «духовная пища», огонь, сжигающий зло, но и способный «попалить» тех, кто причащается «недостойно», т. е. неискренне, без благоговения,[484] не подготовившись к причащению постом и молитвой, имея на совести утаенные грехи. Вместо «исцеления души и тела» такие люди, по мнению Церкви, готовят себе наказание. «Причастился во осуждение», — говорят о таких случаях в Церкви».

Связывая своё настоящее и будущее с церковной историей про Христа — «связывая происходящее со всей Священной историей человечества» — как говорит церковь, люди обрекают себя на тот же конец в «этой жизни», какой церковь приписывает Христу. Такой церковной мерзости внимают миллионы личностей, приобщаясь к древней неправедной мистерии убийства Христа, убийства — которого не было. В действительности же таким образом люди убивают себя, калеча (а не спасая) библейским «Духом» свои психики, вредя своим душам и близким и ограничивая свою земную жизнь.

Таинство соборования.

Таинство соборования — ещё одна церковно-библейская ловушка для доверчивых душ. Мы уже упоминали выше, что с помощью эгрегора (а тем более такого древнего и мощного как библейский, к которому подключены миллионы людей — подобно тому, как множество разных по назначению компьютеров включены в единую сеть) можно творить чудеса напоказ. Одним из церковных чудес является чудо исцеления больных людей. Это таинство по своему происхождению восходит к евангельским рассказам о чудесном исцелении людей Иисусом Христом. Церковь справедливо связывает физические болезни с болезнями духовными и с греховностью людей. В то же время, уводя души людей от Бога к церковному эгрегору-«Духу» и прибегая к мощи последнего в так называемом «врачевании» людей, церковь закрывает людям возможность ощутить на себе настоящее (а не церковно-чудесное) врачевание и самоврачевание.

Настоящее самоврачевание (когда человек сам себе врач с Божией помощью) заключается в поддержке людьми способности в темпе жизненных обстоятельств заблаговременно выявлять у себя самим (либо прибегая к помощи других людей и Богу по мере необходимости) душевные болезни — раньше, чем эти душевные болезни перейдут в серьёзные физиологические и психологические недуги. Дело это непростое, особенно в нашей библейской цивилизации, в которой большинство людей обучены и воспитаны в культуре бесчувственности и атеизма. Вообще, для полного здоровья необходим человечный тип строя психики. Только пребывая в нём, или хотя бы иногда его ощущая, то есть, имея возможность пребывать в нём периодически (чтобы было с чем сравнивать своё текущее духовное состояние) — можно с уверенностью встать на путь самоврачевания. И в первую очередь — духовного самоврачевания.

Сейчас уже даже официальная медицина, как «наука» утверждает, что подавляющее большинство болезней имеют под собой психологическую основу. Это выявлено опытным путём, в том числе и на базе сопоставлении статистики так называемых «психосоматических» заболеваний и их последствий — физиологических недугов. Избавиться от всех духовных (а значит и физических) недугов можно лишь, перестав быть духовно зависимым от искусственно созданных людьми «Богов»-эгрегоров (самый крупный из которых — библейский). Врачеваться нужно непосредственно поддерживая связь с Богом. Смысл такого врачевания сводится к простой «формуле»: понимай и ощущай чего Бог от тебя хочет согласно твоей судьбе, ищи справедливость вместе с Богом и делай на Земле то, что понял и ощутил — здоровье приложится.

К сожалению в наше время для большинства людей последнее — лишь ничего не значащие слова. Гораздо удобнее и быстрее обратиться за врачебной помощью либо к церкви, либо к существующим средствам медицины. Что касается церкви, то в Библии существует ограниченный свод нормативов-рекомендаций, как нужно себя вести, чтобы быть здоровым. Особенно много такого рода информации содержит Ветхий Завет. Иудеям вообще даны рекомендации на все случаи жизни, в том числе и по поводу здоровья. Правда в среде иудеев здоровых меньше, чем в среде народов: по этому поводу есть достаточная статистика заболеваний. И об этом следует задуматься.

Короче говоря, догматизация врачевания ни к чему хорошему не приводила и не приведёт. Если же когда-то Бог кому-то из так называемых «пророков» и давал готовые рекомендации (буквально наставления: в таком-то случае делай так) по поддержанию здорового образа жизни, то это делалось, как говорится «не от хорошей жизни» того общества, куда посылались пророки. К тому же рекомендации кому-то из «пророков» давались лично и согласно той ситуации, в которую они попадали. И ещё: в то время спасти шибко заблудших можно было лишь конкретными рекомендациями типа «делай так, иначе смерть». Согласитесь, что недостойно человеку, которому дан Свыше развитый интеллект и воля, а также огромный потенциал здоровья и развития, веками бездумно продолжать своё существование следуя законам «врачевания» на базе устаревших и сомнительных догматов. Но именно это и предлагает церковь, употребляя канонический опыт и эгрегориальную магию. Уж если и пользоваться рекомендациями канонов, то надо подходить творчески, осмысливая что и почему Бог мог предложить, и как это скажется в современности на духовном и физическом здоровье людей.

Если же сравнивать догматические рекомендации «врачевания», вошедшие в Библию, с возможностями «врачевания» с помощью магии церковно-библейского эгрегора, то конечно последний обладает бульшими возможностями, чем если прибегать к готовым рекомендациям канонов. Поэтому церковь, ссылаясь на некоторые места Библии, сохраняет за собой таинство соборования, понимая и демонстрируя доверчивым людям его преимущества перед «самоврачеванием» с помощью библейских канонов. Церковь навязчиво выпячивает перед доверчивой толпой свои возможности, демонстрируя всякий раз случаи чудесных исцелений больных в совокупности с другими чудесами типа мироточений икон и крёстных видйний.

Этим церковь как бы доказывает свою божественность: ведь если её возможности выглядят по отношению к догматическому «самоврачеванию» безусловно гораздо более могущественными, а личность, пришедшая за помощью в церковь, никакого более эффективного средства «духовного» врачевания в жизни даже представить себе не может, то такая личность делает вывод «церковь лечит данными от Бога возможностями». В действительности же любая эгрегориальная магия — и магия «врачевания» в том числе — всегда выглядит несомненно преимущественнее и гораздо мощнее, чем индивидуальная врачебная помощь. Как правило эгрегориальная магия для большинства людей — не различающих громкие эгрегориальные чудеса и тихо свершающуюся Божию Волю — кажется чудесами, которые творит Бог. Это — так, поскольку масштаб личностных возможностей и эгрегориальных возможностей зачастую кажутся как соотношение единицы к бесконечности. Но эгрегориальные возможности только кажутся бесконечными — для тех, чья душа находится в плену иллюзий, а психика ограничена «Духом» эгрегориальной системы. И эти «Духовные» ограничения в основном накладываются хозяевами иерархии как бы «сверху», чтобы такая пленённая душа не могла пробиться выше системных эгрегориальных ограничений. Именно поэтому кажущиеся недосягаемыми системные ограничения путаются людьми: вместо границы эгрегора люди воспринимают их как бесконечность. И думают, что врачуются самим Богом.

В то же время эгрегориально-церковная иерархия издревле искусственно поддерживает иллюзию бесконечности своих возможностей (в том числе и врачевания) тем, что держит людей в неведении «вершин» своей «Духовной» иерархии. В действительности же эти вершины (верхний предел возможностей эгрегора) знают лишь хозяева всей библейской системы — надъиудейское знахарство («мировая закулиса») и те, кто поднялся до её уровня в миропонимании и выше. Сама же верхушка церковной иерархии (в том числе и православной), если о чём и догадывается, то никогда не скажет: очень удобно эксплуатировать занятое ею — как бы место Бога в отношении паствы. Но для такой эксплуатации, как мы уже говорили, нужно поддерживать в толпе невежество, низкую культуру мышления, методологическую нищету, бесчувствие к жизни, немощи, безволие… Только в этом случае в толпе не взрастёт достаточного количества людей, которые были бы чуткими и чувствительными не к громким церковным чудесам, а к тихому чуду, которое всегда доступно вне церкви — от Бога.

Про тихое чудо от Бога хорошо сказано в Ветхом Завете во фрагменте про Илию. Там чудо от Бога образно сравнили с веянием тихого ветра (выделено жирным — нами):

3-я книга Царств 19.

9 И вошёл он там в пещеру и ночевал в ней. И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: что ты здесь, Илия?

10 Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять её.

11 И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдёт, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь;

12 после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, [и там Господь].

Настоящий Бог не делает чудес напоказ. Показательные чудеса — удел эгрегориальной магии: по этому признаку их можно отличать. Показательные публичные чудеса — разновидность принуждения. Только от грубого принуждения, которое приписывают Богу, в основном «Богу» Ветхого Завета по «формуле» «если будете делать это, то получите милость, если не будете — то уничтожу вас и весь ваш род», православное принуждение «мягкое», вписывающее, со множеством нависающих над людьми умолчаний. Но все библейские принуждения и принуждения церкви объединяют показательные чудеса: не может без этого церковь — ей не поверят. Экзальтированная толпа, видя чудо, готова на всё для тех, кто его олицетворяет и показывает; а последнее раскручиваются этим и укрепляют свою иерархию. Не может Бог Истинный поощрять и поддерживать средства укрепления земных толпо-«элитарных» иерархий-корпораций. Не от Бога это.

Что касается чудес врачевания, которые вошли в Новый Завет и возносятся к Иисусу Христу, то и там можно понять, что Христос вовсе не желал публичности своих исцеляющих деяний, просто, оказывая милость больным (выделено жирным — нами).

От Матфея 12.

15 И последовало за Ним множество народа, и Он исцелил их всех.

16 и запретил им объявлять о Нём.

Можно условно выделить три уровня врачевания, существующие одновременно в западной цивилизации:

· Первый, самый примитивный уровень — это догматическое врачевание, куда входит и вся современная медицина. Оно заключается в постановке диагноза, определении лекарства либо отыскании рекомендации чего делать, и так называемом «лечении».

· Второй уровень — уровень эгрегориальной магии, который можно также условно разделить на два подуровня:

Ш Внебиблейские средства эгрегориального врачевания, куда входят некоторые древние элементы языческого знахарства, восходящие своими корнями в знания, сохранившиеся от эпохи прямого контакта людей с Богом без посреднической роли церкви. Поэтому эгрегориальная внебиблейская магия часто во многом превосходит библейскую: в ней сохранились магические навыки, обращения к фрагментам Мироздания, которые максимально приближены к Богу.

Ш Библейские средства эгрегориального врачевания — ограниченные возможностями и интересами библейского эгрегора, который представлен своей иммунной системой и её «интересами». Интересы «иммунной» системы библейского эгрегора прежде всего это — интересы сохранения и укрепления его «Духовной» иерархии. Следовательно и врачевание с помощью библейского эгрегора подчинено его интересам: лечить лишь послушных; а непослушных приводить к покорности методом принуждения болезнями, демонстрацией чудес, и даже прямым запугиванием.

[485] — вызванными самой же «иммунной» системой эгрегора, поскольку души и психики подключенных к нему «христиан» автоматически попадают под влияние (в той или иной степени) «иммунной» системы эгергора. Неприятности со здоровьем, вызванные «ослушанием», выдаются за грехи. В действительности в психике людей всё мешается в одну кучу: и объективная неправедность и сопротивление библейской системе.

· Третий уровень — уровень самоврачевания без применения эгрегориальной магии. Лишь Бог представляет высшую иммунную систему и способность регенерации с действительно бесконечными возможностями. К тому же только Бог знает точно, что приобрела каждая душа в жизни в конкретный момент времени и поэтому только Он может выдать этой душе (на Языке жизни, понятном душе) правильный конкретный «рецепт» Духовного (а следовательно и физического) оздоровления, который будет правильно понят и не будет «противопоказан» к применению в данный момент.

Церковь же, как мы знаем, старается подменить судьбу каждой попавшей к ней душе ещё с момента крещения, наполняя душу своим церковным «Духом» — духом покорности и эгрегориальной ограниченности. Вот в этом — выставляемом самой же церковью каждой душе церковном «Духовно»-эгрегориальном пределе (который принимается людьми за Божию бесконечность) — и «врачует» церковь. То есть, сначала церковь наполняет психику личности своим содержанием, а потом, обращаясь к этому содержанию (которое плоть от плоти — часть общего церковного «Духа»), манипулирует с ним с помощью всей «Духовно»-эгрегориальной системы, куда включена не личностная душа (душа просто попадает в плен к «Духу»), а лишь искусственно «накаченная» в психику личности персональная частица церковного «Духа».

Поэтому спасти душу (и даже вылечить, как нам говорят церковники) церковь не может, как говорится «по определению» (можно считать написанное здесь — доказательством самой крупной церковной имитации, восходящей к легенде о спасении всех душ Иисусом своей смертью): церковь имитирует спасение души (душа в вйдении только Бога) тем, что люди ощущают на себе церковные чудеса как бы в душе и думают, что церковь работает с их душами. В действительности же церковь работает с персонифицированной частицей своего же «Духа»-эгрегора, закачанного от рождения в личностные «души» (лучше — в психики) и распределённого по ним — а до души ей не добраться никогда в этом смысле.[486].

Соборование — одна из самых показательных магий, в которой людям демонстрируется как бы исцеление их душ (что и подтверждается некоторыми физическими исцелениями) методом манипуляции с персонифицированной частицей церковного «Духа», живущего в этих «душах» (в психиках)[487] — мощью церковного эгрегора. В определённой мере церковники с помощью эгрегориальной магии могут «знать» (либо чуять) с какой частичкой церковного «Духа» они имеют дело, сталкиваясь с конкретной личностью.[488] В этом заключается суть церковной имитации взаимодействия Бога с личностной душой каждого. Примерно такая же магия имитации работы с душами (ещё раз напомним: церковь работает с психикой и биополями, а душу она может лишь пленить на время земной жизни) — но по другим поводам (в этой главе мы рассматриваем врачевание) производится церковниками в ходе других таинств. Но в них просто меньше показных чудес: другие таинства предназначены больше для включения психик в эгрегориальную иерархию через «закачку» в них библейского «Духа». А соборование — это больше как бы последствия «закачки» «Духа», к которым обращаются в церкви для демонстрации чудес работы как бы с душами. Поэтому в таинстве соборования лучше можно увидеть церковную имитацию работы с душами людей.

В то же время соборование это ещё один повод удерживать людей в лоне церкви с помощью магии врачевания.

Для простоты понимания, и, учитывая вышесказанное, церковное «врачевание» (а также и работу по имитации с душами людей) можно условно сравнить с современной медициной. Многие уже догадываются, а некоторые уже поняли, что нарастающий в настоящее время лекарственно-аптекарский бум так называемого «здравоохранения» вызван в основном не проблемами здравоохранения, а обыкновенным и наглым бизнесом. То есть, деньги «делают» на доверчивости граждан все, кто понаглее себя чувствует в сфере медицины, фармакологии и аптекарства. Алгоритм обмана очень прост:

· На первом этапе доведённое до недугов немощное библейское общество приучается обращаться за врачеванием к помощи сферы «здравоохранения» (так было при «социализме», так осталось и сейчас). Как параллель: церковь приучает обращаться за «Духовной» помощью только к себе — там же и врачуются «христиане».

· На втором этапе к существующему спектру болезней и недугов придумывается ещё множество субъективно выдуманных, к которым добавляются разнообразные вредные привычки. Последние две категории (субъективные недуги и вредные привычки) — это пороки самого библейского общества безмерного потребления и получения удовольствий, а за удовольствия и нездоровый образ жизни люди платят недугами. Причём вместо избавления от культуры гедонизма (смысла жизни в постоянном получении физических и эмоциональных удовольствий), как причины недугов, предлагается система «врачевания», а гедонизм признаётся «нормальным». Как параллель: церковь позволяет своей волей многие отклонения от объективной праведности, чем держит души людей в своём «Духовном» подчинении. Причём церковно-библейские «Духовные» разрешения для мирян можно сравнить с «Духовным» гедонизмом: церковные морально-нравственные ограничения для мирян не требуют неприятной для многих работы над собой (над своей психикой), над своей нравственностью, подменяют собой зов совести, являются вежливо предложенными «Духовными» «протезами», позволяющими идти по жизни как бы с Богом. При этом в церковной системе к объективным недугам людей (которые являются следствием «Духовного» гедонизма церкви) добавляется ещё множество придуманных «недугов», которые в основном относятся к ведомству «иммунной» системы библейского эгрегора. Последнее по сути — церковные наваждения и суеверия, которыми церковь пугает мирян и самих себя.

· На третьем этапе предлагаются многочисленные средства лечения-врачевания от всех недугов подряд и «на все случаи жизненных недугов». При этом естественная иммунная система у людей всё больше и больше выводится из строя — воздействием на организм искусственных средств «на все случаи жизненных недугов». То есть, вместо естественного запуска предусмотренной программы самоврачевания, которую должна отработать иммунная система здорового организма, в организм вводится искусственный имитатор этой программы, который даёт кратковременный легко получаемый эффект[489] (что и принято в культуре гедонизма) с большими негативными последствиями для здоровья. Здоровье становится ещё хуже и всё повторяется сначала, только уже с большей интенсивностью: лекарств надо больше, поскольку здоровья становится меньше. Зато аптекарско-медицинская мафия развивает свою корпорацию на всеобщем обмане «врачевания». Как параллель: церковь «Духовно» врачует с помощью библейского эгрегора и его магии, уводя души людей от естественного самоврачевания с Божией помощью. Этим люди вводятся в сферу объективно Духовной нищеты и их естественный Духовный иммунитет ослабляется. «Душевно больных» становится больше. Постоянно «врачуясь» церковным «Духом», люди ещё больше загоняют себя под «иммунную» систему библейского эгрегора и на некотором этапе (когда зависимость здоровья будет почти полностью в его власти) может наступить необратимая зависимость: когда «иммунная» система эгрегора становится убийцей для личности, если та постарается вырваться из под её опеки. После этого душа уже не стремится сделать что-либо полезное на Земле: больная «душа» (психика) стремиться спастись, а церковь, магически воздействуя на закаченный в эту психику «Дух», имитирует таким образом некоторое облегчение, что воспринимается личностью как доказательство дееспособности церкви спасать души.

Последнее — не наши выдумки. Есть даже масса случаев эгрегориального убийства, после чего в отношении отпетых душ нагло и уверенно заявляется, что они спасены. Многое из сказанного относится не только к библейскому эгрегору, а ко всем земным корпоративным толпо-«элитарным» эгрегорам.

Теперь перейдём непосредственно к процедуре таинства соборования (дальнейшие цитаты в этой главе — из статьи «Соборование» сайта «Проект «Основы Православия»»):

«Таинство соборования, или елеосвящения, как оно называется в богослужебных книгах, есть таинство, в котором, при помазании больного освященным елеем (оливковым маслом), призывается на больного благодать Божия для исцеления его от телесных и душевных болезней. Оно называется соборованием, потому что для совершения его собирается несколько (семь) священников, хотя по нужде может совершить его и один священник.

Таинство елеоосвящения восходит к апостолам, которые, получив от Иисуса Христа «власть исцелять болезни», «многих больных мазали маслом и исцеляли» (Мк. 6.13). Наиболее полно сущность этого таинства раскрыта апостолом Иаковом в его Соборном послании: «Болен ли кто из вас, пусть призовёт пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак. 5, 14–15)».

То есть, таинство соборования тесно связано с таинством покаяния. Последнее мы разбирали выше. Параллель с покаянием в том, что, в таинстве соборования соборующийся называет свои немощи и недуги (в том числе и духовные); то же самое происходит и при покаянии: кающийся называет свои духовные и мирские грехи. В описании таинства соборования сказано:

«Кроме исцеления от болезней, елеосвящение дарует нам прощение забытых грехов (но не сокрытых сознательно). По немощи памяти человек может исповедать не все свои согрешения, поэтому не стоит и говорить, как велика ценность соборования. Через прощение грехов приходит и очищение, и часто исцеление или терпеливое перенесение недуга ради Господа».

Мы уже говорили, что церковь, будучи одной из самых крупных корпораций, употребляет полученную информацию согласно своей эгрегориальной целесообразности. Информация о здоровье людей (также как и о греховности) через эгрегориальные «структуры» вполне может попасть хозяевам эгрегора — надъиудейскому знахарству («мировой закулисе»). Какую установку даст «мировая закулиса», узнав об общей картине-«диагнозе» непокорного общества (и конкретно людей, отдавших информацию о своих недугах)?

— Это очевидно. «Мировая закулиса» даст команду «добить лежачего!». А церковники как «зомби» будут выполнять эту команду, будучи на 99 % благонамеренно уверены, что «Духовно» спасают людей. Механизм «добивания лежачего» может быть самый изощрённый и с употреблением самых современных технологий. И виден он лишь тем, кто поднялся над всей библейской системой.

Процедура магии обильно сопровождается песнопениями (выделено жирным — нами):

«Как происходит соборование? В центре храма ставится аналой с Евангелием. Рядом столик, на котором стоит сосуд с елеем на блюде с пшеницей. В пшеницу ставится семь зажжённых свечей и семь кисточек для помазания — по числу читаемых отрывков из Священного Писания.

Все соборующиеся держат в руках зажжённые свечи.[490] Это наше свидетельство, что Христос — свет в нашей жизни.

Возгласом «Благословен Бог наш ныне, и присно, и во веки веков» начинается молитвословие с перечислением имён соборующихся. Затем священник вливает в сосуд с маслом вино и молится об освящении елея, ради исцеления и очищения плоти и духа тех, кто будет им помазан. Вино в масло вливается в память о милосердном самарянине, о котором рассказал Господь в Своей притче: как некий самарянин сжалился над человеком, избитым и ограбленным разбойниками, и «перевязал ему раны, возливая масло и вино» (Лк. 10:34).

Звучат песнопения, это молитвы, обращённые к Господу и святым, которые прославились чудесными исцелениями. Затем следует чтение семи отрывков из посланий апостолов и Евангелий. После каждого евангельского чтения священники помазуют освященным елеем лоб, ноздри, щеки, губы, грудь и кисти рук с двух сторон. Это делается в знак очищения всех наших пяти чувств, мыслей, сердца и дел рук наших — всего того, чем мы могли согрешить.[491].

При каждом помазании читается молитва: «Отче Святый, врачу душ и телес, пославый единородного Твоего Сына, Господа нашего Иисуса Христа, всякий недуг исцеляющего и от смерти избавляющего, исцели и раба Твоего (или рабу Твою) от обдержащие (охватившие) его (или её) телесные и душевные немощи[492] и оживотвори его (или её) благодатию Христа Твоего»… Далее следует молитвенное призывание Пресвятой Богородицы, Животворящего Креста, Иоанна Крестителя, апостолов и всех святых».

Особо интересны следующие замечания о таинстве соборования (выделено жирным — нами):

«Соборование не совершается над младенцами, потому что у младенца не может быть сознательно совершённых грехов. Физически здоровые люди не могут прибегать к этому таинству без благословения священника».

То есть, к таинству не допускаются те, кому не в чем каяться и кто не считает себя больным. Если над этим подумать, почему так принято в церкви, то логика размышлений возвращает к названию обряда-таинства — соборование. Ведь церковь это иначе — собор. То есть, церковь издревле «приватизировала» под крышу своего корпоративного эгрегора понятие «соборность». Последнее же, согласно нашему пониманию, означает не корпоративность, а является сборкой человеков — людей с человечным типом строя психики, не повязанных корпоративной порукой и не замкнутых на корпоративные цели. Получается очень интересный вывод:

Церковно-эгрегориальная «соборность»-корпоративность не принимает безгрешные и здоровые души: это — главное условие вступления в «Духовную» корпорацию церкви.[493] И это действительно так: мы уже знаем, что здоровых и безгрешных младенцев вводят в лоно церкви таинством крещения — после чего они начинают грешить, становятся грешниками. То есть, получается, что после подключки к библейскому эгрегору люди начинают грешить, чем и допускаются (получают «пропуск») в церковную «соборность». То же самое и со здоровыми людьми: они допускаются в церковную «соборность» лишь после разговора со священником (по умолчанию получается, что священник придумывает либо назначает им болезни и соответсвтующие болезням грехи) — если тот найдёт «зацепку» за какой-либо «Духовный» или физический изъян в психике. Если объективно ничего подобного нет, то его обязательно придумают.

Опять получается уже известный нам вывод: если соборность здоровых человеков — главная цель, соответствующая Царству Божиему на Земле, то у церкви скрытая (а не декларируемая) цель совсем другая — порабощение людей на базе уже имеющихся у них и искусственно создаваемых и внедряемых в общество самой же церковью духовных и физических пороков.

Таинство венчания.

Приведём цитату описания таинства венчания из статьи «Венчание» сайта «Проект «Основы Православия»». Нижеприведённое высказывание ценно тем, что его смысл касается всех таинств церкви, а не только венчания:

«Каждое таинство — это обновление человека, как бы новое его рождение. И в таинстве венчания человек тоже рождается заново, но уже не один, а в семье. Ведь в христианском браке двое становятся одной душой и одной плотью во Христе».

Напомним ещё раз, что рождение, которому непременно сопутствует появление души в земном мире, всегда от Бога. Бог планирует для души многовариантный наилучший и безопасный земной путь. Бог не предопределяет личности нового рождения после её естественного рождения: «как бы новое рождение», совершаемое в ходе церковных таинств — очень опасная церковная отсебятина, предназначенная для грубого вмешательства в судьбу личности, предопределённую Свыше.

Подробно эту тему мы разобрали в главе «Таинство крещения», сделав вывод, что через таинства, означающие «как бы новое рождение», церковь ослабляет естественную защиту личности, даваемую Свыше, предлагая своё ограниченное эгрегориальное покровительство.

В то же время, Бог знает всё. Знает Он и все возможности души, посылаемой Им в земной мир. Поэтому в предопределении-судьбе не может не присутствовать вариант, когда душа будет захвачена в плен церковным «Духом». Ведь культура-то у нас библейская и вероятность захвата души (через психику) библейским «Духом» (можно сказать — «Духовная» оккупация) — явление массовое и очень даже реальное. В таком случае каждая душа получает возможность принятия решения о доверии: Богу либо церковному эгрегору.

Этот выбор каждый должен сделать сам: и чем быстрее, тем лучше. То есть, сделать это надо раньше, чем на него будет жёсткий ответ через жизненные обстоятельства. Библейский эгрегор, под всё увеличивающейся интенсивностью воздействия на психику людей информационно-технологических процессов общества, разрушается (следсвтие «Закона Времени». Поэтому он, будучи продуктом древних канонов и легенд, не в силах подстроить свою алгоритмику под изменившийся внешний мир. И это активное разрушение длится уже более трёх поколений людей — более 70-ти лет. Ясно, что и прежнюю пожизненную безопасность библейский «Дух»-эгрегор уже не может предоставить личностям, души которых он захватил в земной плен. Последнее связано с увеличивающейся непредсказуемостью мыследеятельности даже тех личностей, чьи души находятся в глубоком плену у библейского эгрегора. Одна из крайних форм такой непредсказуемости это — глубокая шизофрения, которая становится видна людям, как говорится, «невооружённым глазом».

Что касается непосредственно таинства венчания, то при его рассмотрении нельзя не вспомнить главу «Церковное планирование семьи», в которой мы высказали следующее: Первое таинство — таинство крещения — совершается зачастую уже после того, как «духовник» либо кто-нибудь другой из церковной иерархии вмешался в процесс планирования семьи.

Ясно, что таинство венчания это прямое вмешательство церкви в процесс планирования новой семьи. Казалось бы, зачем церкви совершать свою магию со взрослыми людьми, вступающими в брак. Вот с младенцев начать — вроде бы было бы куда эффективнее. Но не так всё просто. Как раз с бракосочетания, можно сказать, и начинается совместная духовная жизнь будущих родителей, результатом чего должна стать первичная «духовность» новорождённого, чья душа в первую очередь принимает для себя эту общую для обоих родителей «духовность». Общая для обоих родителей «духовность» представляет собой иерархически организованный набор общеприродных, культурных и родовых эгрегоров-«духов», объединённых в их неком общем «духе». Вот этот-то «дух» и получает от родителей младенец естественным образом.

Если супружеская пара удачная — с позиции Божией судьбы — то коллективный «дух» обоих родителей будет достаточно гармонично взаимно согласован, сливаясь и притираясь при образовании супружеской четы.

Последнее надо пояснить. В нашем понимании каждой душе Свыше судьбой предопределён большой, но ограниченный выбор супруга. Данная процедура настолько естественна для души, что не поддаётся никакому теоретизированию. Последним пытались и пытаются заниматься многие «психологи», экстрасенсы, астрологи, гадалки, сводни и прочие в своём большинстве шарлатаны, которые просто делают деньги, употребляя бесчувственность и невежество людей в вопросах образования семьи. В действительности же определение оптимального супруга — в основном прерогатива нормальной чувственности, даваемой каждой душе от рождения, но утрачиваемой в современной атеистичной и огрублённой культуре. Если говорить ещё точнее, то при знакомстве в первую очередь бросается в глаза облик (образ личности) — то, как выглядит личность. После этого делается вывод «нравится — не очень нравится — не нравится». Первые впечатления бывают, конечно, обманчивы, но облик как правило — достаточно точно отражает личностную душу и тот «дух», который эта душа приобрела в жизни. Причём по облику можно даже различить личностную душу (её целеустремлённость) и «дух», который в этой душе существует, сопровождает её по жизни. Первое по целеустремлённости может быть достаточно далеко от второго и наоборот.

Если «дух» по целеустремлённости «приземлённее», чем душа (то есть душа не может раскрыть свой потенциал, данную ей судьбу), то личность может выглядеть печальной. Если наоборот («дух» затмил собою целеустремлённость души), то личность может выглядеть не в меру осчастливленной, излишне эмоциональной. И так далее… Короче говоря, если личность не утратила к моменту поиска супруга истинно душевной (от Бога) чувственности, то она имеет все шансы сделать правильный выбор. И этот выбор будет соответствовать выбору судьбы. В результате, как мы уже говорили выше, и «дух» супружеской четы будет гармоничным (не противоречивым) для души их будущего младенца. Это «духовно»-душевное согласование получило название любовь.

Если идти далее в рассуждениях о поиске супруга после этапа: «понравился либо не понравился облик», то следующий этап — взаимное согласование биополей при приближении друг к другу. Биополя и есть «духи», которые как бы живут в душах от рождения. И здесь опять-таки нужен некоторый минимальный порог чувствительности, без которого, хоть в постель ложись, всё равно ничего не почувствуешь. На Руси издревле до вступления в брак до постели доводить запрещалось, а тесный контакт потенциальных жениха и невесты приветствовался — в нём будущие потенциальные супруги согласовывали свои биополя, что называлось «ночеванием». Наши предки понимали, что это особо важно для духовного и физического здоровья их будущего потомства.

После этих рассуждений становится ясно, что может быть несколько вариантов супружеских сочетаний:

· Идеальный вариант, когда совпадают целеустремлённости душ (согласно судьбе обоих супругов) и эта целеустремлённость согласована в общем для супружеской четы «духе».

· Лучший, но конфликтный вариант, когда целеустремлённости душ (согласно судьбе обоих супругов) совпадают, а целеустремлённости «духов» одного и другого супруга находятся в конфликте.

· Более худший конфликтный вариант, когда не совпадают целеустремлённости душ (согласно их частным судьбам:[494] такое может быть лишь в толпо-«элитарной» культуре, когда двум душам, грубо говоря, даны Свыше разные частные «задания» в земной жизни), но совпадает в общем и целом целеустремлённость «духов».

· Наихудший конфликтный вариант, когда не совпадает ни то и ни другое.

Возможны частные множественные разновидности всех этих вариантов. Но, как бы то ни было, современное русское общество сегодня (2005 г.) выдаёт на выходе после бракосочетаний — до 75 % разводов. Значит имеет место один из последних трёх вариантов. И общество бесчувственно до самоуничтожения, поскольку при этом демографические показатели у русских соответствуют демографической катастрофе.

Теперь можно перейти к церковному таинству венчания. Зачем это церкви?

— Мы уже высказали своё мнение, что таинство венчания это в основном церковная упреждающая подготовка к будущему рождению ребёнка — ко вхождению новой души в земной мир. То есть, это — важный элемент церковного планирования семьи (далее — цитата из той же статьи «Венчание»):

«Венчание или брак[495] есть таинство, в котором при свободном (пред священником и Церковью) обещании женихом и невестою взаимной верности друг другу, благословляется их супружеский союз, во образ духовного союза Христа с Церковью, и испрашивается и подаётся благодать Божия для взаимной помощи и единодушия, и для благословенного рождения и христианского воспитания детей».

Жирным в этой цитате мы выделили главное: супружеский союз после венчания должен быть исполнен «Духом» церкви имени Христа. Хоть и значится в церковной иерархии таинство венчания шестым, но его можно вполне ставить первым — перед крещением младенца. Поскольку в процессе этого таинства психики супругов объединяются в едином библейском «Духе». И таким образом этот библейский «Дух» как бы согласовывает все шероховатости и несовместимости «духов» и душевных свойств сочетающихся супругов, претендуя на доминирование над этими «дэхами» и душами.

Таким образом в библейской культуре, которая поддерживает в обществе методологическое невежество и бесчувственность (что и так приводит к катастрофическим ошибкам при выборе супругов друг другом) практикуется некая «лакировка» «духовных» несогласованностей супругов, которые просто вписываются в единый библейский «Дух», повисающий над душами и «дэхами» людей своей мощью и достаточно строгой логикой (чего, как правило, нет при взаимодействии «духов» обоих супругов между собой). После этого, поскольку согласованности «дэхов» (а тем более как правило и душ), супругов так и нет, при малейшем выпадении кого-либо из супругов из под довлеющего и «цементирующего» семью церковного «Духа», семье как правило грозит распад. Куда могут пойти в этом случае воцерковленные супруги, вдвоём или поодиночке?

— Кроме как к священнику им пойти некуда. И просить у него сохранения семьи. Священник с удовольствием окажет им эту услугу. Чем супружеская чета в благодарности церкви ещё глубже подсядет на «иглу» церковного «Духа». Возможен даже вариант, что без регулярных посещений священника семья уже или не сможет обходиться вообще или не сможет самостоятельно сохраниться. Но это — не нормально для людей.

Это — алгоритм вписания семьи в церковную иерархию. Но в первую очередь это — подготовка будущего младенца к наилучшему (для церкви) восприятию его душой церковного «Духа». Это так, поскольку психики его родителей ко времени рождения младенца уже будут соединены в едином церковном «Духе», а души попадут в церковное «заточение» как будто они естественным образом согласовали свои «духи» и души как бы по любви. И это конечно же повлияет на судьбу младенца: Бог учтёт духовный плен обоих супругов, ведь возможности этого ребёнка в жизни будут потенциально ограничены родовым наследием, которое обуславливает нравственность родителей. Так супруги оказывают негативное влияние на судьбу своего будущего ребёнка.

Заметим, что в современности у церкви поддерживать благообразие семейного благополучия получается из ряда вон плохо: практика разводов (до 75 %) говорит сама за себя. Но вообще-то, пребывая в системе двойных стандартов, церковь никогда не справлялась с задачей поддержания дсже имитации здоровой семьи нормально. Не надо забывать, что библейская концепция — концепция изведения праведности и уничтожения непокорных. В современности же семейный «дух» загнать в рамки библейского «Духа» вообще невозможно по причине изменения информационного состояния общества. В этом церковь может только откровенно нагадить супругам, но сохранить семью, как это происходило прежде, ей уже гораздо сложнее.

Читатель может заметить, что супруги приходят к священнику венчаться уже после сделанного ими свободного выбора. Ответим, что в действительности выбор не совсем свободный, поскольку он происходит под общим доминированием над людьми библейской культуры, а библейская культура отучает от естественной чувствительности, после чего души легко могут ошибиться в выборе друг друга. Но даже если выбор и свободный — таинство венчания закрепощает семейный «дух» своим эгрегориальным сопровождением.

Для конкретности можно рассмотреть, что происходит с душами и «дэхами» будущих родителей после таинства венчания на базе нашей классификации вариантов возможных супружеских сочетаний:

· Идеальный вариант, когда совпадают целеустремлённости душ (согласно судьбе обоих супругов) и эта целеустремлённость согласована в общем для супружеской четы «духе». — Этот согласованный «дух» вводится таинством венчания в общую библейскую «Духовность», чем совершается попытка подмены естественного идеально согласованного «духа» семьи церковным «Духом» покорности. После этого младенец рождается уже не под идеально согласованным «духом» родителей, а под «Духом» церкви — со всеми вытекающими последствиями. Таким образом душа младенца ещё до рождения (а значит и до крещения) готовится к порабощению библейским «Духом». Целеустремлённость душ супругов подменяется целеустремлённостью библейского «Духа». Если души и «духи» родителей слабее, то они не различают свои целеустремлённости и целеустремлённость «Духа», попадая таким образом в кабалу к церковной иерархии.

· Лучший, но конфликтный вариант, когда целеустремлённости душ (согласно судьбе обоих супругов) совпадают, а целеустремлённости «духов» одного и другого супруга находятся в конфликте. — То же самое, что и в предыдущем варианте, только здесь ещё происходит как бы благостная имитация согласования несовместимых «духов» родителей, о чём мы рассуждали выше. Если души родителей слабее библейского «Духа», то они «ложатся» под последний, что скажется на судьбе младенца.

· Более худший конфликтный вариант, когда не совпадают целеустремлённости душ (согласно их частным судьбам: такое может быть лишь в толпо-«элитарной» культуре, когда двум душам, грубо говоря, даны Свыше разные частные «задания» в земной жизни), но совпадает в общем и целом целеустремлённость «духов». — То же самое, что и в предыдущем варианте, только здесь ещё происходит как бы благостная имитация согласования несовместимых душ родителей. Если души родителей слабее библейского «Духа», то они «ложатся» под последний.

· Наихудший конфликтный вариант, когда не совпадает ни то и ни другое. — То же самое, что и в предыдущем варианте, только здесь ещё происходит как бы благостная имитация согласования несовместимых «духов» и душ родителей.

Есть ещё одна серьёзная опасность венчания, на которую мы вскользь уже указали. Будущим родителям, вступающим в брак, следует знать, что Бог учитывает при предопределении судьбы их будущего ребёнка соотношения, кратко и условно описанные нами в перечислениях вариантов возможных супружеских сочетаний. Своим решением принятия таинства венчания будущие супруги однозначно обрекают душу своего ребёнка на иную судьбу (Бог даёт иную судьбу ребёнку, родители которого легли под библейский «Дух», более примитивную судьбу — как правило), чем она могла бы быть, если бы супруги не связывали свои души с церковным «Духом». То есть, судьба будущего ребёнка складывается Богом с учётом «духовных» и душевных особенностей родителей. В большинстве случаев таинством венчания родители обрекают своего ребёнка на худшую судьбу (отнимают у него потенциал в земной жизни), чем он был бы наделён Свыше без этого. Но церкви как раз это и надо: она готовит будущего младенца, чтобы он менее сопротивлялся её «Духу»: чем «приземлённее» судьба — тем церкви легче закрепостить новорожденную душу.

В предыдущей главе мы рассмотрели вопрос соборования и сделали вывод, что церковная корпоративность подменяет собой соборность человеков и что церковно-эгрегориальная «соборность»-корпоративность не принимает безгрешные и здоровые души: это — главное условие «вступления» в «Духовную» корпорацию церкви.

Поэтому ещё на стадии венчания эгрегор церкви будет воздействовать на психики будущих родителей таким образом, чтобы их будущий ребёнок не был безгрешен (через какое-то время после рождения) и не был физически и психически здоров (от рождения).

Бракосочетание прежде всего должно быть образованием супружеского тандема-соборности. Церковный «Дух» псевдособорности своим вмешательством на стадии венчания в подавляющем большинстве случаев пресекает образование даже зачатков нормальной соборности. Это — так, поскольку церковный «Дух» — «дух» покорения и покорности, а нормальная соборность — это «дух» равноправия, человеческих отношений и Любви.

Описание ритуала таинств венчания следующее:

«Священник берёт венцы и возлагает их — один на голову жениха, другой на голову невесты,[496] произнося при этом: «Венчается раб Божий (имя жениха) рабе Божией (имя невесты) во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.» И — «Венчается раба Божия (имя невесты) рабу Божию (имя жениха) во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь». После этого, благословляя новобрачных, священник трижды возглашает: «Господи Боже наш, славою и честью венчай их».

«Венчай» — значит: «соедини их в плоть едину», то есть создай из этих двоих, до сих пор живших порознь, новое единство, несущее в себе (подобно Богу-Троице)[497] верность и любовь друг к другу в любых испытаниях, болезнях и скорби.

Следует чтение из Послания апостола Павла к Ефесянам и из Евангелия от Иоанна. Апостол Павел призывает мужа любить свою жену, как Христос — Церковь,[498] не жалея своей жизни, а жене — любить, чтить и слушаться мужа, как Церковь — Христа.

Отрывок евангельский рассказывает о браке в Кане Галилейской, где Господь совершил Своё первое чудо, претворив обычную воду в прекрасное вино. Для жениха и невесты, ставших уже мужем и женой, здесь немалый смысл. Теперь в совместной жизни им предстоит преобразить свои, ещё не окрепшие чувства (подобные пресной воде) в подлинную любовь (подобную прекрасному вину)».

Последний абзац — очередной образец «Духовного» обоснования для спаивания населения — в первую очередь России. Причём алкоголь мягко притягивается к таинству венчания, после которого, как правило, бывает первая супружеская ночь и может произойти зачатие ребёнка. Пропагандируя святость «прекрасного вина», церковь обрекает доверчивых супругов на нетрезвую первую супружескую ночь: после пьяного зачатия конечно же будет и «духовно» нездоровый ребёнок.[499] Но для церковной псевдособорности это как раз подходит.

Таинство священства.

Мы разобрали шесть основных таинств православия, касающихся всех, кто поверил в святость библейски-православной церкви и отдал свои души ей в земное употребление, оставаясь жить и работать в «этом мире». Таинство священства касается тех «избранных», кого православная иерархия «делегирует» для работы с душами прихожан и для церковной работы. На сайте «Проект «Основы Православия»» в статье «Священство» говорится следующее (выделено жирным — нами):

«Священство есть таинство, в котором правильно избранный человек получает благодать Святого Духа, для священного служения Церкви Христовой. Посвящение в священнический сан называется рукоположением, или хиротонией. В Православной Церкви существуют три степени священства: низшая — диакон, затем — пресвитер (священник, иерей) и епископ (архиерей)».

Чем отличаются все предыдущие таинства от таинства священства?

— Тем, что согласно магии предыдущих шести таинств, душу вводят в лоно церковного «Духа» согласно личностной вере тех, кто проходит таинства, после чего все прошедшие таинства постоянно связаны с церковью лишь через церковный «Дух»-эгрегор, посещая церковь периодически по праздникам и для совершения таинств. Личности, отобранные для священства, работают в церкви, будучи привязаны к ней не только «Духом» (они также как и прихожане прошли таинства), но и профессионально (работой, с которой получают постоянный доход). Понятно, что последняя привязка, с одной стороны, сильнее, чем у прихожан, но с другой стороны, служители церкви, как говорится, «много знают» и много видят, пребывая в структурах иерархии не только во время таинств, праздников и служб, но и в повседневности. Поэтому в церковные структуры отбираются особо надёжные («правильно избранные» — как сказано в цитате), кто не должен подвести корпорацию, даже если увидит двойные стандарты в церковной иерархии среди служителей, в том числе и из высших санов.

Наилучшими («правильно избранными») с позиции церкви в этом отношении могут являться безусловные библейские «зомби» — люди, одержимые библейским «Духом» и «буквой» писания, те, кто не вылезает за пределы канонических и церковных догм по своему безволию и слепой вере в «Христа». Другая категория, которая менее предпочтительна церкви, но всё же допустима, это — так называемые «Духовные» стяжатели. Это те личности, которые пришли на работу в церковь вроде бы и по вере своей, но, видя разврат, стяжательство и коммерческую деятельность вокруг церковных структур, сами решили «подработать» на прихожанах и вообще на обществе «этого мира». Поэтому, пройдя таинство священства и, безусловно работая на церковную иерархию для укрепления её «Духа», они ещё и материально обогащаются, помогая материально обогащаться вышестоящим в церковной иерархии. Такие могут вполне быть лицемерами, для которых вера, каноны и церковь — лишь средство материального обогащения и форма их безбедного и беззаботного существования.

Для дела размывания древней «Духовной» иерархии и вскрытия перед людьми всей её лжи — последние лучше, чем безусловные «зомби». Безусловные «зомби» выглядят как православные «патриоты»-бессеребренники, что привлекает простых прихожан. Церковные стяжатели отталкивают большинство простых верующих людей не только от церкви, но и от церковного «Духа»: видя в священниках явные проявления Сатаны, прихожане автоматически переносят это и на церковный «Дух». Зато стяжатели очень удобны небольшой прослойке воцерковленной «элиты»: последняя за деньги и административные «услуги» покупает их расположение и приобщается ближе к церковному «Духу», не прилагая вообще никаких «духовных» усилий. Современной «элите» только это и остаётся: она деградировала не только духовно, но и интеллектуально, утратив вообще какое-либо чувство реальности. Поэтому стяжатели берут верх над церковными «зомби»-«патриотами». Церковная иерархия «Духовно» деградирует, «пользуясь» вседозволенностью, предоставленной ей со стороны государства после 1985 года.

Примерно такая же картина была и в СССР, только вместо православной веры на знамени была вера в марксизм. А атеизм был материалистический, а не идеалистический, как сейчас. Слова материалистический и идеалистический атеизм — условности, взятые для условного разделения двух идеологий. В идеологии идеалистического атеизма существование Бога признаётся, но вера Богу заменяется верой церкви и церковными порядками, церковному «Духу». В идеологии материалистического атеизма существование Бога не признаётся, а признаётся вера в дело КПСС, партийным порядкам, «Духу» марксизма или вера в самого человека.

Во времена идеологического произвола под вывеской власти КПСС также, как и сейчас в «Духовной» и церковной иерархии, были как «зомби»-«патриоты», так и хитрые стяжатели. Когда доля последних в иерархии КПСС к 1985 году стала огромной, через несколько лет государство рухнуло, похоронив под своими обломками и всю идеологическую и политическую верхушку иерархии КПСС. Нечто подобное может произойти и сейчас в пределах Российской Федерации под «Духовным» кураторством РПЦ.

Во избежании повторения современной Россией опыта краха СССР под руководством иерархии КПСС и идеологии марксизма(последнее — светская разновидность библейской концепции) — но уже под вывеской РПЦ и «Духовным» «благословлением» православной иерархии, деградировавшей к настоящему времени в стяжательстве и паразитизме до уровня верхушки КПСС 1985 года — государству и верующим гражданам не следует доверять церкви свои души и управление собой и делами общества. В противном случае церковь окажется «не при чём» (как и верхушка КПСС, которая никак не пострадала после 1991 года), а Российской Федерации, как целостного государства, может не быть.

Вообще же таинство священства — это посвящение, после которого посвящённое лицо занимает определённую ступень «Духовной» и структурно-церковной иерархии. Ненавидимое церковью масонство со времён первых «русских» революций — устроено по тому же принципу (системы посвящений), что и церковная иерархия. Просто масонство — светская система поддержки в земном мире толпо-«элитаризма», а церковь — религиозная система для того же самого. Борьба же церкви с масонством, длящаяся уже более двухсот лет, по сути — имитация борьбы двух рук одного тела между собой. Масонская иерархия впитала в себя всё, что было задолго до её образования (ХVII век) в церковной иерархии — в том числе и магию посвящений.

Посвящения в толпо-«элитарном» обществе предназначены для поддержки незыблемости текущей формы библейского толпо-«элитаризма». Иерархия посвящений, принятая в церкви (и в масонстве), предназначена для её «Духовного» копирования в земной мир — в земные иерархии. И церкви это удавалось на протяжении около полутора тысяч лет. Низшая степень церковного посвящения — посвящения «Духу» и покорности — предназначена для мирян. Это — крещение и другие таинства. Причём здесь можно выделить и стадию «кандидатского срока», когда будущий «христианин» проходит период «оглашения» перед крещением. В масонстве эти стадии можно сравнить с градацией — кандидат и ученик. Лишь в третьей стадии церковного посвящения личность может быть включена в церковную структуру. В масонстве это подмастерье и мастер. В православии иерархические титулы даются по результатам таинства священства (цитата из статьи «Священство», выделено жирным — нами):

«Посвящаемый во диакона получает благодать служить (помогать) при совершении таинств. Посвящаемый во священника (пресвитера) получает благодать совершать таинства. Посвящаемый во епископа (архиерея) получает благодать не только совершать таинства, но и посвящать других для совершения таинств.[500].

Рукоположение иерея и диакона может совершать лишь архиерей. Это таинство совершается во время литургии. Ставленника (т. е. принимающего сан) трижды обводят вокруг престола, а затем архиерей, возложив на его голову руки и омофор (Омофор — знак епископского сана в виде широкой полосы ткани на плечах), что означает возложение рук Христа, читает особую молитву. При незримом присутствии Господа епископ молится об избрании данного человека священником, помощником епископа.

Вручая рукоположенному необходимые для его служения предметы, архиерей возглашает: «Аксиос!» (греч. «достоин»), на что хор и весь народ отвечает троекратным «Аксиос!». Так церковное собрание свидетельствует о своём согласии на рукоположение достойного своего члена.[501].

Отныне, став священником, рукоположенный принимает на себя обязанность служить Богу и людям, как служил в Своей земной жизни Сам Господь Иисус Христос и Его апостолы. Он проповедует Евангелие и совершает таинства Крещения и Миропомазания, от имени Господа прощает грехи раскаявшимся грешникам, совершает Евхаристию и причащает, а также совершает таинства Брака и Соборования. Ведь именно через таинства Господь продолжает Своё служение в нашем мире — ведёт нас к вечной жизни в Царстве Божием».

В действительности через церковные таинства совершается самая гнусная и древняя подмена для души человека веры Богу на веру церковному «Духу», чем поддерживается многоликий толпо-«элитаризм» и атеизм.

Заключение.

Мы рассматривали деятельность церкви практически вне «контекста» тех изменений, которые произошли в нашем обществе за последние 50-100 лет. В упомянутый период произошло изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени, что в корне изменило перспективы церковного реванша в постперестроечном обществе.[502].

В настоящее время в жизнь уже вошло третье поколение людей, психика которых развивалась и развивается под интенсивным давлением новой информационной среды (что вызвано небывалой интенсификацией обновления прикладных технологий и информационных процессов). Поэтому, даже совершая все таинства, веря в святость церкви, молодые люди (именно таких не так и много), возвращаясь в мирскую жизнь, попадают под мощнейшее давление окружающей технократической среды, которое гораздо сильнее практически не меняющегося церковного «Духа». Церковный «Дух» таким образом будет и дальше интенсивно разрушаться при взрослении вошедших в жизнь поколений и вхождении в жизнь новых поколений, так как церковный «Дух» не в силах заместить собой души и психики людей новых поколений в современных условиях, поскольку удерживающий «Дух» церковного атеизма стал слабее динамики «духа» жизни технократического общества, который вторгается в психику новых поколений, замещая собой церковный «Дух».

Эту проблему видели из глубины веков наследники дела древнего надъиудейского знахарства («мировой закулисы») и пытались создать светскую форму библейской концепции к середине XX века, в которой удалось бы (по их предположениям) обуздать и прекратить гонку потребления, остановить бесконтрольное развитие технологий и взять под цензуру информационный бум. Но им это не удалось.

Поскольку церковь опять оказалась «на высоте», то вопросы, встающие перед душами входящих в жизнь поколений, о несправедливости «этого мира», о будущем технократической цивилизации, о Боге, о жизни и смысле жизни… — остаются, и адресованы они церкви, как высшей идеологической власти. Но ответы на эти вопросы церковь даёт как и прежде в своей старой логике — канонов, догматов, таинств. Эти «ответы» ни в коем случае не устроят молодые поколения людей. Новейшая попытка восстановить своё былое непрерывное влияние на психику людей (непрерывность обеспечивалась тем, что частота церковных таинств была выше, чем частота контактирования людей из толпы с иной информацией, такой же значимой как таинства: теперь всё наоборот) это — консультации церкви с властями (и давление церкви на власть) с целью выхода на экраны телевизоров. Ведь именно через электронные СМИ большинство людей получает то, что раньше давалось лишь в храмах — идеологическое обеспечение своей жизни. Этим церковь хочет быть опять всегда рядом, так часто, как велит время — в вашем доме, в вашей душе.

Так всё тайное скоро станет явным и неинтересным, как наскучившие телевизионные программы.[503] И в скором времени церковная иерархия сгинет под грузом своей же лжи и жизненной недееспособности быть хоть каким-либо «одухотворителем» в современном обществе. Вместе с церковью сгинет и «элита», которая лишь почти в одиночестве и поддерживает церковную иерархию, будучи такой же корыстной, как и первая. Но вопросы со стороны входящих в жизнь поколений останутся и решать их надо, не оттягивая всё дальше в будущее момент смены концепции управления с библейской на человечную.

28 апреля 2006 г. Уточнения до 5 мая 2006 г.

Примечания.

1.

Одним из главных признаков нации является общность территории, на которой проживает нация (или народ, по-русски). Последний хронологически огромный период иудеи не имели своей территории — со II века н. э. по XX век н. э. — они выживли диаспорами в среде народов. Образование же первой иудейской государственности на территории Ханаана (древняя Палестина) было скорее противоестественным для формирования нации: военное вторжение в чужие земли с истреблением местного населения от имени Бога. Такая государственность, поэтому, и просуществала недолго. Но мифов после неё осталось предостаточно. Главный миф это — овладение территорией и государственностью базе канонических рассказов о «земле обетованной».

Единым языком иудеи всего мира не владеют. Иврит знают лишь немногие, а в общении употребляется язык народа, в котором существует диаспора. Кроме того за всю огромную историю иудаизма кровная преемственность родов нарушалась внешними факторами: хотя бы в ходе подавления Римом восстаний I–II веков н. э. Обширные миграции и вовлечение в иудейскую веру «иноэтнических» народностей и племён (хотя бы взять хазар) — ещё один фактор мирового масштаба иудаизма.

2.

Если считать Будду «пророком», равным основателям других религиозных систем и закрыть глаза на то, что буддизм не признаёт Бога.

3.

Каноны библейского христианства и иудаизма в целом соответствуют ведически-знахарской культуре, хотя отдельные фрагменты канонов могут являться высказываниями, не соответствующими ведически-знахарской культуре. Но весь контекст этих писаний работает на сохранение этого типа культуры.

4.

Библия (от греческого biblia — буквально — книги), собрание древних текстов, канонизированное в иудаизме и «христианстве» в качестве Священного Писания. Часть Библии, первая по времени создания, получила у «христиан» название Ветхий Завет, другая часть, прибавленная «христианами» и признаваемая только ими, называется Новый Завет.

5.

Иудаизм — религия монотеизма. Ветхий Завет представляет собой канонический свод разнообразных книг (содержания которых мы коснёмся позже), в которых персонажи действуют от имени Бога Единого.

6.

Имя одного из еврейских патриархов, от которого, скорее всего, пошло название древнего государства.

7.

Выражение «сыны Израилевы» прижилось и стало аналогом выражения иудеи. Оно происходит скорее всего от имени общего легендарного ветхозаветного предка Иакова-Израиля.

8.

Духовным лидером общины.

9.

Имеется в виду: верными религии, которую избрал Бог.

10.

Лидера.

11.

И это не только период, после вторжения иудеев в Палестину из Синайской пустыне. Если бы это был лишь тот период, Коран указал бы на него. Здесь же Коран даёт сравнение на ВЕСЬ библейский период.

12.

«Христианство» и ислам — тоже считаются авраамическими религиями. Однако, всю «праведность Авраама» забрали себе иудеи по принципу хронологической первоосновы иудаизма.

13.

Но при этом Коран не монополизирует праведность лишь для мусульман, утверждая принцип Бога Единого для всех людей.

14.

Коран признаёт Ноя — праведником.

15.

С двумя «а».

16.

Семиты (от греческого Sem, древнееврейского Шем — Сим — имя одного из сыновей Ноя), термин, применяемый по отношению к народам, говорящим на семитских языках.

Группа родственных племён, включающих арабов, древних евреев, финикийцев, арамеев, вавилонян ассирийцев. С древних времён заселяли обширную территорию от Средиземноморского побережья до Ирана и Армении.

17.

В отличие от других рабов, древние еврейские племена были храмовыми рабами, то есть обслуживали жизнь и быт обитателей храма.

18.

Еврейское название — Берешит.

19.

Бог предвидел наперёд, что египетские «жрецы» затеяли эксперимент, связанный с распространением своей религии через иудаизм и упредил уведомление иудеев через их патриархов о возможной подмене их миссии в будущем.

20.

Обращение «скажи» — призыв Бога к Мухаммаду сказать людям то, что Бог ему предлагает (заключено в кавычки). То есть, это прямое обращение Бога, как принято считать в Коране.

21.

А начался этот конфликт в период правления фараона Эхнатона.

22.

Поскольку этого хотел Бог, а Бог — Всемогущий.

23.

З.Фрейд в своей работе «Человек Моисей и монотеистическая религия», опубликованной на русском языке в сборнике «Психоанализ. Религия. Культура» (Москва «Ренессанс», 1992), написанной с позиций «элитарного» материалистического атеизма, что во многом предопределило его выводы, анализирует сообщения Библии об исходе из Египта и предпринимает попытку умозрительной реконструкции становления иудаизма.

Среди всего прочего он высказывает предположение об убийстве Моисея в ходе одного из бунтов против него, известных по сообщениям Библии: «… робкие египтяне дождались, когда судьба устранит священную личность фараона (Фрейд говорит об Эхнатоне — первом исторически зафиксированном вероучителе о Едином и Единственном Боге), тогда как дикие семиты взяли судьбу в свои руки и смели тирана со своего пути. ‹…› Потом пришло время, когда об убийстве Моисея пожалели и пожелали забыть».

Возможно, что не пожалели, но пожелали придать забвению, дабы приспособить к делу его авторитет.

Так же З.Фрейд, рассматривая сообщения о событиях сорокалетнего хождения евреев по пустыне, высказывает предположение о том, что реально имели место «два основания религии, первое вытеснено вторым и однако же позднее победоносно выступило на передний план».

«Еврейский народ оставил принесенную Моисеем религию Атона и обратился к почитанию другого бога, который мало отличался от Ваалов соседних народов. Никакими усилиями позднейших тенденций не удалось завуалировать это позорное обстоятельство. Но Моисеева религия не погибла бесследно, сохранилось некое воспоминание о ней, род туманного и искаженного (выделено при цитировании нами) предания». Далее Фрейд пишет: «… у евреев именно предание о Моисее видоизменило культ Ягве в направлении старой Моисеевой религии».

Последнее утверждение З.Фрейда исторически не подтверждается. Исторически подтверждается то, что в формах библейского единобожия более 2000 лет продолжает существовать культ Амона. З.Фрейд по существу признает это и сам, но у него есть некая раздвоенность мнений в отношении иудейского и христианских культов, обусловленная еврейским «элитарным» самоосознанием и атеизмом: «Триумф христианства был новой победой жрецов Амона над богом Эхнатона, после полуторатысячелетнего перерыва и на расширившейся исторической арене».. Хотя З.Фрейд относит триумф знахарей Амона только к христианству, но и исторически реальный иудаизм, довлеющий в сфере управления в системе общебиблейских культов цивилизации Запада, не смог выбраться из под диктата амононовцев, а образовал совместно с исторически реальным христианством искусственную культуру, отвечающую целям иерархии Амона.

Анализ глобальных долговременных внутрисоциальных целей иерархии Амона в качестве цели исследования З.Фрейд перед собой не ставил. По этой причине он и не увидел систему общебиблейских искусственно построенных культов и культур в качестве инструмента холодной войны иерархии знахарства Амона за свое безраздельное мировое господство.

24.

До этого Моисей бежал от фараона не в силах наблюдать рабские отношения в Египте при дворе.

25.

Что это за Бог, который «ожесточает сердца»? То есть, делает людей жестокими. Это — отдельный вопрос.

26.

Также Коран 10: 75–90; 20: 20–91 и другие многочисленные места Корана.

27.

Традиция печь мацу на пасху, как символ пасхального освобождения, сохраняется у иудеев по сей день.

28.

Что в очередной раз только подтверждает наш взгляд на кураторство «мировой закулисой» всех крупных религиозных проектов Запада, среди которых иудаизму была отведена главная роль.

29.

Квадратные скобки — […].

30.

Смотри об этом, в частности: Иеремия, 7:31; Иезекииль, 16:20, 21.

31.

Известный писатель Дуглас Рид выдвигает свою версию, согласно которой древнеегипетские знахари составили Тору и прочие основные книги евреев гораздо позже времени Моисея (выделено жирным нами):

«По свидетельству другого ученого раввина, Эльмера Бергера, в те времена, когда некто по имени Моисей мог вывести маленькую группу соплеменников из египетского рабства, никаких определенных израильских племен еще не существовало. Так называемые «Хабиру» («евреи») давно уже проживали в Ханаане, придя сюда много ранее из далекого Вавилона. Их имя «Хабиру» означает «кочевники», не обозначая ни расы, ни племени, и они наводнили просторы Ханаана задолго до того, как Моисей мог появиться там с небольшой группой переселенцев. Иерусалимский губернатор доносил египетскому фараону: «Никакой земли у царя здесь больше нет, Хабиру всю ее опустошили»».

Согласно Торе, Моисей до Ханаана не дожил. Видимо Дуглас имеет в виду подопечных Моисея — которых могло быть гораздо меньше, чем сказано в Торе. Тогда массовой иудаизации подверглись местные племена, уже обитавшие в Ханаане. Однако, суть самого иудаизма от этого не меняется. И эта суть записана в Торе.

32.

Скорее всего первые скрижали содержали послание Свыше, которое не устраивало египетское знахарство, ушедшее вместе с Моисеем либо оно стало им недоступно после смерти Моисея.

33.

То есть, Моисей ушёл в мир иной в течении двух первых лет синайского похода — а не в конце его, как повествует Тора.

34.

Этой проблемой в ХХ веке занимался А.Гитлер. Хотя он общеизвестен в этом качестве, но он не был основоположником в области конструирования психологии людей под определенные заранее цели.

35.

Возможно, что древние знахари знали в некоторой форме и то, что знает нынешняя генетика: интеллектуальные способности наследуются по женской линии, ответственные за них гены сосредоточены в женской хромосоме «X».

36.

Кроме того полезно помнить, что с древних времен одним из эффективнейших средств оказывать влияние на государственную политику, осуществляемую мужчиной — дать ему женщину, от которой он оказывается в сексуальной и эмоциональной зависимости. В частности так политику многих государств на протяжении многих веков извращал институт еврейских жён и любовниц, которых специально воспитывали для роли возлюбленных, способных оказывать влияние на деятельность государственных и общественных мужей в необходимом хозяевам еврейства направлении. Библейская Эсфирь — гордость многих еврейских женщин — один из многих примеров. Но не исключено, что на египетскую принцессу, рождённую в клане посвященных знахарей Амона, возлагалась такая же миссия влияния, но в отношении древнееврейского государства, по какой причине одно из сообщений о ней и задвинули в изъятия, чтобы не привлекать внимание к этой проблеме осуществления политики через иноплеменных возлюбленных.

37.

Формальную сторону возникновения Септуагинты излагает в «Иудейской войне» Иосиф Флавий, в прошлом сам первосвященник.

38.

Это оказалось справедливым и в холодной войне НАТО против СССР, сражения которой прошли мимо осознанного восприятия большинства в качестве осуществления военной стратегии.

39.

«Вещественной» — более точно, чем «материальной», поскольку «материя», это не только вещество, но и общеприродные поля и физический вакуум.

40.

Как многие ни удивятся, взвиваются от неё под потолок, не находя возражений, и многие ортодоксальные марксисты-материалисты, которые за 70 лет Советской власти не утрудились переосмыслить библейские сообщения о древней истории той цивилизации, в которой возник марксизм. Это указует на внелексическое единство смысла Библии и Марксизма и единство несущих их иерархий.

41.

Прозелит — принявший новую веру. Наиболее известные и многочисленные прозелиты — древние хазары, ставшие ведущей группой современного нам еврейства.

42.

Оно вовсе не выражается в профессии и квалификационном уровне: как известно робот прекрасно может справляться с исполнением профессиональных обязанностей, но не обладает человечным достоинством.

43.

К слову сказать, после объявления М.Горбачёвым курса на «перестройку» (1985 год), прошло уже 22 года: одно-два поколения выросли в американизированной культуре, которую поддерживают российские СМИ и Министерство культуры.

44.

Происхождение легенды о манне небесной на основе естественных природных явлений, то есть при непричастности к ней непосредственно как Бога, так и иерархии знахарства Египта, объясняется следующим образом:

«Оказывается бог тут совсем не причем. Сказка о боге, дарующем «манну небесную», родилась на вполне реальной основе. И сегодня в Малой Азии растет лишайник леканора съедобная. Когда леканора созревает, она растрескивается и в виде небольших, очень маленьких шариков — «манных шариков» — рассыпается по земле. В голодные годы люди их собирают, толкут и из полученной таким образом муки пекут хлеб.

Ветер часто переносит зерна леканоры на далекие расстояния. Но главным переносчиком «манны» служат потоки дождевой воды — они смывают её с больших площадей и сносят в низины и овраги, где она оседает. Поэтому «манна» особенно обильно «выпадает» в дождливые месяцы. В тех же местах известен другой вид «манны небесной», по вкусу напоминающей мед. Этот питательный продукт дает вечнозеленое растение тамариск. Ветер разносит облако тамарисковой «манны» по земле, поднимает высоко в воздух — вот вам и пища, даруемая небесами!» — В.М.Кандыба «Чудеса и тайны всех времен. Самые удивительные загадки и феномены разных стран и эпох» (СПб, «Лань», 1997).

В.М.Кандыба сам, как он пишет, принадлежит к клану древнерусских знахарей, от которых по его версии отпочковались древнеегипетские знахари. Возможно, что в силу своего происхождения и принадлежности к глобальной знахарской корпорации, рассказав эту историю, он покрыл молчанием все стороны социальной магии, связанные с манной.

К сожалению мы не видели живьем ни «леканоры съедобной», ни «тамариска», поэтому ничего не можем сказать об их урожайности и пригодности для всесезонного многолетнего питания ими целого племени. Если они пригодны, то это только упрощало знахарству Египта его опекунскую деятельность в отношении евреев: не надо гонять из Египта караваны с крупой в пустыню — все меньше огласки среди непричастных, а следовательно и выше скрытность глобальной стратегической операции.

Там же В.М.Кандыба сообщает: «Тысячи змей длиной до полутора метров выпали вместе с ливнем на два квартала в гор. Мемфис (США) 15 января 1877 года», что напоминает события, приведшие к поклонению медному змию в Синайской пустыне.

45.

Слово «богатых» взять в кавычки, поскольку излишки материального достатка — не богатство, а груз проблем — в первую очередь духовно-нравственного характера. Настоящее богатство то, что дарует Бог.

46.

В современности СМИ для многих людей являются «богами», которым они молятся ежедневно и ждут общения с ними. Эти «боги» действительно «ожесточают сердца» людей — также как в древности это якобы делал библейский Яхве.

47.

То есть: ещё 20 лет духовного разврата и «россияне» по духу могут повторить синайский эксперимент.

48.

А на определённом этапе недалёкого будущего демонизм молодых людей начнёт сметать масскультуру вместе с её носителями и даже с государственностью (если последняя не предпримет шагов по изменению культуры) — как надоевшую и паразитическую саму по себе.

49.

По латыни — разумный.

50.

Один из талмудических трактатов называется «Шулхан арух», что означает «Накрытый стол».

51.

Которая началась в Синайской пустыне, длившимся 40 лет безделием и особым воспитанием и продолжалась в последствии зомбированием Торой, Талмудом, Каббалой и прочими наставлениями как и чего делать в конкретных обстоятельствах — расписанных для иудеев как говорится «на все случаи жизни». То есть, иудаизм — самая «надёжная» религиозная система уводящая от Бога Живого в книжно-религиозный талмудизм.

52.

Дело в том, что информацию Свыше без искажений можно получить лишь, имея психический настрой, который можно условно назвать состояние «всеобъемлющей Любви» — когда нет ощущений злобы и враждебности, страха, а есть всеобъемлющее ощущение Любви в все люди кажутся добрыми. Это — один из признаков человечного типа психики.

53.

Гои — талмудический термин, означающий «не евреи».

54.

Информация из внешней среды, в том числе и от Бога в большей мере поступает через образный ряд явлений, а затем уже переосмысляется интеллектом. Образное мышление отвечает за соответствие полученных образов-информации — Объективной реальности. Абстрактно-логическое мышление — обрабатывает полученные образы и выводит из этой обработки чего-то новое. После чего это «новое» опять поступает на «оценку» образному мышлению и так далее.

55.

Поэтому существующая в «патриотических» кругах версия о «жидомасонском заговоре» (мол евреи и масоны сами себе хозяева и работают на свой собственный заговор) также несостоятельна. Чтобы плести заговор, необходимо анализировать общий ход процессов в Мироздании. Участники «заговора» этого делать не могут: одни по причине нарушения образного мышления и психической ущербности в результате обрезания; другие потому, что согласно наставлениям высших иерархов заняты обработкой «дикого камня», а не непредвзятым созерцанием общего хода процессов в Мироздании. Частный ход процессов средним братьям по секрету от низших объясняют высшие по «чертежу», полученному от ещё более высших.

56.

Апокриф (от греческого apokryphos — тайный, сокровенный) — произведения иудейской и раннехристианской литературы, не включенные в библейский канон.

57.

Гностицизм (от греческого gnostikos — знающий) — религиозное дуалистическое учение поздней античности (1–5 вв.), воспринявшее некоторые моменты «христианского» вероучения (т. н. иудеохристианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм строго эзотеричен; притязал на истинное знание о боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства (3 в.). Оказал влияние на средневековые ереси и неортодоксальную мистику Нового времени.

58.

Следующая цитата из книги «Апокрифы древних христиан», М., «Мысль», 1989 г.

59.

Обрезание предписывается хадисами (преданиями) — изречениями Мухаммада. Хадисы — главы Сунны («Священное предание»). Сунна — не канонизированные высказывания Мухаммада.

60.

Ясно что в Коране под помощниками сатаны (а может даже и его древнейшим воплощением) понимается высшая иерархия знахарей Древнего Египта.

61.

«Пророки» Божии не могли заповедать такой мерзости людям. Это мерзостно, для того чтобы выражать благой Высший Промысел Бога, Милостивого, Милосердного.

62.

Выдержки из Талмуда цитированы по книге И.Б.Пранайтиса «Христианин в Талмуде еврейском или тайны раввинского учения о христианах», Ташкент, 1911 г., изданной на русском языке в связи с «делом Бейлиса».

63.

То есть в иудаизме духовные опекуны евреев продолжили древнюю традицию замыкания духовности верующих в земной жизни на храмы — культовые сооружения. За неимением своей земли храм решили сделать походным. И это — вершина древних знахарских извращений. Зато проблем со сбором для мистерий после этого, видимо, не возникало.

64.

Иудейский историк Иосиф Флавий отмечает, что скиния была символом Вселенной. Её разделение на две части соответствовало разделению мира на земной и небесный. Двенадцать «хлебов предложения» символизировали двенадцать месяцев, а семисвечник — семь планет. Нагрудная пластинка священника скинии с 12 драгоценными камнями символизировала 12 иудейских колен (племён), произошедших от Иакова-Израиля.

65.

Сказано не только про обитателей Ханаана, но про всякий народ.

66.

Имя Дугласа Рида было широко известно во всей Европе непосредственно перед Второй мировой войной и в первые годы после неё. Его книги расходились во многих тысячах экземпляров, и во всех странах говоривших по-английски, он был широко известен целой армии читателей и почитателей. В качестве бывшего корреспондента лондонского «Таймса» в странах центральной Европы перед войной, он приобрел всеобщую известность своими книгами «Ярмарка безумия», «Великий позор», «Чтобы нам не пришлось пожалеть…», «Где-то к югу от Суэцкого канала», «Далеко и широко» и многими другими. Каждая из которых свидетельствовала о громадном поле деятельности автора, как одного из ведущих корреспондентов мировой печати.

Неожиданно, как сам Дуглас Рид, так и его книги стали жертвой полного забвения, и этому способствовало далеко не одно только время; наоборот, можно только сказать, что судьба, постигшая его в годы наибольшей славы, лишь свидетельствует о безошибочности его анализа современной истории.

67.

Книга весьма интересна и со многими выводами можно согласиться, но есть и спорные выводы: надо не забывать, что написана она была около 50 лет назад.

68.

Иначе — Яхве.

69.

Возможно что Моисеево «Десятисловие» обросло поздней отсебятиной от знахарей, добавивших в Тору расистскую теорию в отношении всех неевреев.

70.

В действительности иудеи являются средством концентрации управления миром по библейской концепции, а разрушение других народов происходило тогда, когда последние не соглашались с древнейшим иудейским расизмом.

71.

Мы уже знаем, что признаков народа у евреев как не было изначально, так и нету до сих пор.

72.

Послание было направлено в Генеральную прокуратуру, что поставило современного «Понтия Пилата» перед нелёгким выбором спустя 2000 лет после Христа.

Правда перед современный «Пилатом» предстал вовсе не преемник Христа, а представители библейского христианства в его православной форме. Но всё же вопрос о роли и месте еврейства опять встал перед официальными властями империи…

73.

После отсылки в Генеральную прокуратуру количество подписей продолжало расти и достигло нескольких десятков тысяч.

74.

В комментарии к названию движения сказано следующее:

«В названии отражен известный эпизод из Евангелия, когда воскресший после распятия Христос явился Своим удрученным ученикам и освободил их от страха перед иудеями (Ин. 20:19–20). Началом движения можно считать митинг в защиту Б.С. Миронова, проходивший 13 ноября 2004 г. на Пушкинской площади в Москве, когда было объявлено о готовящемся Обращении в Генеральную прокуратуру».

75.

Цитата с сайта «Жить без страха иудейска!» http://www.rusidea.org/.

76.

24 июня — день «Иоаннова масонства» (о том, что он значит для дела «мировой закулисы», мы будем говорить в четвёртой книге). Так «мировая закулиса» оставила свою хронологическую метку в «деле пятисот», мол «пошумели и хватит»: ведь библейская концепция осталась не тронутой в ходе жаркой дискуссии между «христианами» и иудеями. И ни одна из сторон ничего не потеряла и не приобрела…

77.

Хронологию становления иудаизма мы рассмотрим чуть позже.

78.

Вопрос об отношениях Израиля и Иудеи будет рассмотрен чуть позже.

79.

Цитата из Нового Завета.

80.

Таким образом, с начала новой эры (начало периода диаспоры) — самое позднее — еврейство ведёт свои родословные не от знаменитых первопредков, а от общностей людей, принявших свод законов иудаизма. Иными словами еврей по происхождению это в первую очередь — религиозная принадлежность к иудаизму в преемственности нескольких поколений.

81.

Что указывает на почти полное несоответствие признаков иудейских религиозных общин — признакам нации: нет единой территории, единого хозяйства, единого языка, всего спектра основных профессий… То, что описал Дуглас Рид — соответствует по назначению и по признакам — мафии, действующей в тылу народов и государств со своими целями.

82.

Иными словами, дисциплина держится на глубоком «зомбировании» верой и эгрегориальном управлении диаспорами, находящимися в рассеянии.

83.

Книга «Спор о Сионе» хороша ещё и тем, что в ней Дуглас приводит свою подробнейшую версию событий глубокой древности, версии происхождения основных книг иудаизма, становления иудаизма и управления иудаизмом извне этой религиозной общности. Поэтому труд Дугласа Рида можно считать «бестселлером» XX века в области исследования этого вопроса.

84.

Весьма интересный вопрос…

85.

Еврейский алфавит представляет собой выхолощенный до абстрактного (оторванного от жизни) талмудизма набор согласных букв. Его можно сравнить разве что с набором цифр, которые связываются между собой по своей внутренней математической логике, а объективное внесено в эти связки людьми (а не Богом) так, как они его понимают и в ограниченным такой специальной «наукой» (подобной математической логике) спектре состояний. Кабалистика и представляет собой лженауку для специального назначения: знания есть, но не все, которые нужны людям, а — специальные.

Разные слова иудейской письменности передаются одними и теми же сочетаниями согласных и каждой букве соответствует своё числовое значение. Поэтому для извлечения требуемого смысла из одинаковых слов, из сочетаний согласных, нужно дополнительное толкование, на чём и основана Каббала. Именно толкованием через систему запутанных «ключей огласовок» и занимаются иудеи, извлекая «истину» из слов, чисел и символики с помощью своего искусственно сконструированного алфавита. А их хозяева спокойны за своё «дитя»: Чем бы «дитя» не тешилось — лишь бы не совалось в исторические истоки иудаизма и не смешивалось с «гоями».

86.

«Тридцатью двумя путями — чудными, мудрыми, начертал IA, IEBE, Саваоф, Бог Израиля, Бог Живой и Царь Вечный, Эль Шаддай, Милосердный и Прощающий, Возвышенный и Пребывающий в вечности, — возвышенно и свято Имя Его, — создал мир Свой тремя сеферим: сефар, сипур и сефер.

Первый из этих трех терминов (Sephar) должен означать числа, которые одни доставляют нам возможность определить необходимые назначения и отношения каждого (по контексту, возможно: человека) и вещи для того, чтобы понять цель, для которой она была создана; и МЕРА длины, и МЕРА вместимости, и МЕРА веса, движение и гармония — ВСЕ ЭТИ ВЕЩИ УПРАВЛЯЕМЫ ЧИСЛАМИ.

Второй термин (Sipur) выражает слово и голос, потому что это Божественное слово и голос, потому что это Божественное Слово, это Глас Бога Живого, Кто породил существа под их различными ФОРМАМИ, будь они внешними, будь они внутренними; это его надо подразумевать в этих словах: «Бог сказал: «Да будет Свет» и «стал Свет».

Наконец, третий термин (Sipher) означает писание. Писание Бога есть ПЛОД ТВОРЕНИЯ. Слова Бога есть Его Писание, Мысль Бога есть Слово.

Так мысль, слово и писание суть в Боге лишь одно, тогда как в человеке они суть три». — «Cuzary», 4, § 25, цит. по кн. В.Шмаков «Священная книга Тота».

87.

Согласно Дугласу, в 458 году в Иудее была провозглашена вера иудаизма — как обязательный и повседневный закон для всех евреев.

88.

Поэтому Дуглас Рид во многом прав: если не было единобожия, то о каком раннем иудаизме можно говорить? Все попытки создать единую государственную религию, которая охватывала бы большие массы, до 622 года до н. э. наталкивались на старые стереотипы взаимоотношений с богами древних еврейских племён.

89.

Дуглас Рид мыслит понятиями «мирового заговора» левитов. В действительности же объяснить появление иудаизма можно и мы это уже проделали: на определённом этапе истории древнеегипетское знахарство решило начать концентрацию управления народами и государствами мира методом ведения «холодной» войны, для чего нужен был передовой отряд солдатов-«зомби» (наместников самозваных глобализаторов), которые вторгались бы в страны и народы и захватывали бы их методом «культурного сотрудничества» с упором на ростовщичество (скупка имущества «гоев»). Этот передовой отряд «воспитывался» и иудаизировался более 500 лет. В отношении создания глобальной концепции «мировая закулиса» не были фанатами и планомерно двигались к выставленной цели своими методами и средствами.

90.

Иерусалим — город в современном Израиле. Первые упоминания об Иерусалиме появляются в середине II тысячелетия до н. э. Позднее он находился в составе различных государств, в частности: Иудейского царства, Др. Рима, Византии, Арабского халифата и др.

91.

Херувим (от древнееврейского «керубим») — одна из категорий ангелов.

92.

То есть, «о Боге» вспоминали, видя храм. Но зато первый храм Соломона дал пищу для множества мифов, которые обросли преданиями и сказаниями.

93.

Что считалось, видимо необходимым в среде «мировой закулисы» того времени для опережающего вписания в монотеизм иудаизма всех остальных грядущих и более естественно организованных монотеизмов других народов.

94.

Общепринята версия, что цари Иудеи и Израиля нарушили договор с Яхве и стали противостоять иудейской вере, ударившись в многобожие и опираясь на «жрецов» других религиозных систем. Несмотря на призывы к царям левитов, они были непреклонны следовать многобожию. Якобы за это «божья кара» поразила первое еврейское государство.

95.

Это несколько расходится с общепринятой версией, но не меняет сути вопроса.

96.

НавуходоносорII — царь Вавилонии в 605–562 до н. э. В 605 захватил территорию Сирии и Палестины, в 598 совершил поход в Сев. Аравию. В 597, затем в 587 (по другим данным, 586) разрушил восставший Иерусалим, ликвидировал Иудейское царство и увел в плен большое число жителей Иудеи. При нем сооружены т. н. Вавилонская башня и висячие сады.

97.

А может даже и несколько позднее: когда иудаизм удалось закрепить законодательно — после указа царя Иосии (639–608 гг. до н. э.).

98.

Сама же необходимость рассеяния объясняется иудеям как плата за отступничество от Закона (от иудаизма): до тех пор, пока Закон не будут соблюдать все иудеи — им якобы не вернуться на «землю обетованную».

99.

Как отступников от Закона.

100.

Также как «выбраковали» в X веке до н. э. израильтян, которые не захотели исповедовать иудаизм левитов.

101.

Дуглас указал на факт отсутствия признаков народа у евреев.

102.

Подобную шизофрению может тысячелетиями нести лишь мафия генетически и психически ненормальных людей.

103.

Реально это не Господь, а «мировая закулиса», т. е. Сатана.

104.

Это более реальная иудейская духовная стена — чем та «стена плача», что осталась от Иерусалимского храма, напоминающего про государственность евреев до рассеяния.

105.

То есть, Божиему Язычеству места в жизни «правоверного» иудея не оставалось.

106.

Роль царя Валтасара Дуглас Рид объясняет следующим образом:

«Книга, повествующая о падении Вавилона, была составлена несколькими столетиями позже самого события и приписана некоему «Даниилу». Он якобы был иудейским пленником в Вавилоне, достигшим высокого положения при дворе Навуходоносора, благодаря своему умению толковать сны; он же разъяснил царю Валтасару «надпись на стене». «Валтасар, сын Навуходоносора» описывается, как оскорбитель иудеев, употреблявший на пиршестве со своими князьями, женами и наложницами «золотые и серебряные сосуды», взятые его отцом из Иерусалимского храма. На стене появляется человеческая рука, пишущая слова; «мене, мене, текел, упарсин». Даниил, призванный для разъяснения, говорит: «Вот и значение слов: исчислил Бог царство твое и положил конец ему; ты взвешен на весах и найден очень легким; разделено царство твое и дано Мидянам и Персам». Царя Валтасара убивают «в ту же ночь», и на сцену выходит персидский завоеватель, которому суждено «восстановить» иудеев. Так гибель царя и целого царства прямо производится из оскорбления Иудеи и подается, как возмездие Иеговы и еврейская месть».

107.

Бальфур (Balfour) Артур Джеймс (1848–1930) лорд, премьер-министр Великобритании в 1902-05 гг.; консерватор. В 1904 правительство Бальфура заключило с Францией договор, ставший основой Антанты. Неоднократно входил в состав правительства, в 1916-19 министр иностранных дел. Автор Декларации (1917) о создании еврейского национального очага в Палестине.

Видимо после кажущейся «мировой закулисе» победы марксизма-троцкизма в России, возглавляемой как всегда самым передовым отрядом «всегда готовых» революционеров-евреев, было принято решение о завершении миссии рассеяния дабы «свершились библейские пророчества» в отношении «земли обетованной». После распада османской империи и оккупации Палестины английскими войсками — с 1917 по 1947 гг. территория Палестины — мандатная территория Великобритании. Великобритания — один из центров «мировой закулисы», поэтому лорд Бальфур мог благонамеренно «дёрнуться» со своей инициативой. Но, видимо ОНИ решили немного подождать…

После успехов И.В.Сталина эта затея, видимо, уже не так стала нравиться хозяевам иудеев: ведь как революционеры евреи могли пригодиться ещё хотя бы один раз…

108.

Трумен (Truman) Гарри (1884–1972), 33-й президент США (1945-53), от Демократической партии; вице-президент с января — апрель 1945. Отдал приказ об атомной бомбардировке Хиросимы и Нагасаки. Один из инициаторов создания НАТО (National Atlantic Treaty Organization, NATO).

НАТО — военный блок во главе с США, противостоящий сталинскому и послесталинскому СССР.

109.

Местная периферия глобального знахарства, программирующая психику высших «элит» на нужный «закулисе» вариант развития событий.

110.

Талмуд появился во многом как следствие эксперимента по выживанию иудаизма в чуждых ему культурно-религиозных системах с мощными (как у эллинов) философско-мистическими учениями. Позднее по этой же причине появилась Каббала — поставившая «крест» на интересе иудеев к «чужим» религиозно-мистическим системам. «Жувать» кабалистику (толстенная запутанная книга) иудеям предстояло вплоть до нашего времени.

111.

То же самое сейчас пытаются сделать по заказу «мировой закулисы», разрушая всеми доступными средствами государственность современного Израиля: евреи хороши для «закулисы» в рассеянии. Этим во многом объясняются крайние выпады против Израиля палестинского Хамаса (пришёл к власти в 2006 году) и президента Ирана.

112.

Двуличие Второзакония бросается в глаза: за несоблюдение закона Господь рассеивает свой народ среди язычников; язычники же, неповинные ни в этом рассеянии, ни в проступках иудеев, объявляются «угнетателями» и должны быть уничтожены.

113.

Видимо это заметил И.В.Сталин, согласившись на создание Израиля в 1948 году. Он мог преследовать две цели: во-первых, показать двуличие иудаизма на практике сосуществования иудеев наедине с самими собой и, во-вторых, попытался сделать из них народ. Практика показала, что народа из иудеев пока не получается, а внутренние противоречия пока умело отводили на ближнего врага (палестинцев) и замазывали американским спонсорством (а также спонсорством множества диаспор), что создавало иллюзию благополучия в сфере экономики Израиля и обеспечивало средний достаточно высокий уровень материальной жизни евреев Израиля. Последнее — также создавало иллюзию у народов других государств, что евреи умеют жить и хозяйствовать.

114.

Ахемениды — династия древнеперсидских царей в 558–330 гг. до н. э. Основатель — Кир II. Государство Ахеменидов, включавшее большинство стран Ближнего и Ср. Востока, достигло наибольшего расцвета при Дарии I. Государство Ахеменидов прекратило существование в результате завоевания его Александром Македонским. Важнейшие представители Ахеменидов: Кир II, Дарий I, Ксеркс I, Артаксеркс III.

115.

В дальнейшем при рассмотрении религиозной системы Древнего Ирана мы убедимся в правильности этого вывода Д.Рида. Забегая вперёд, скажем, что древнеперсидский зороастризм оказал огромное влияние как на иудейскую веру, так и на библейское христианство. То есть, Библия дописывалась и формировалась под влиянием религиозной доктрины зороастризма.

116.

Вполне возможно, что именно этот прецедент вавилонского пленения окончательно вдохновил «закулису» на рассеяние евреев и проведение через них промоделированной при царе Кире антигосударственной политики в отношении тех государств, куда направлялась диаспора.

117.

В том смысле, что иудейский закон был в общем и целом завершён крупнейшим библейским мифом, а окончательный разрыв с духовным центром состоялся в 70 г. н. э.

118.

Селевкиды — царская династия, правившая в 312-64 до н. э. на Ближнем и Ср. Востоке (основная территория — Сирия). Основана Селевком I — полководцем Александра Македонского, диадохом. Наивысшего расцвета государство Селевкидов достигло в 3 в. при Антиохе III; в 64 г. завоевано Римом.

119.

Поэтому даже во времена последних веков до н. э. главного признака нации — единого языка — не было и в помине. Потом не стало и единой территории проживания.

120.

Так приход Христа своевременно открыл человечеству тайны древнейшего расизма.

121.

От Бориса Годунова.

122.

Исключением было творчество А.С.Пушкина. Но оно было символично и недоступно пониманию большинства людей. Но всё же с А.С.Пушкина начинается новая эпоха в России — эпоха освобождения от библейского рабства. Чего стоят только «Египетские ночи», «Медный всадник» и «Гаврилиада»…

123.

Холокост преследовал те же цели, что и римский «погром». Иудеи (вместе с масонами) не справились с поставленной им задачей завершить мировую «перманентную революцию», чем их скрытая мировая миссия могла бы и завершиться (согласно замыслу «мировой закулисы»). И.В.Сталин перехватил инициативу у хозяев иудаизма и остановил мировую революцию. В целях предотвращения «ассимиляции» иудеев в связи с изменившимся раскладом мировых сил — был предпринят «холокост» — для сплочения иудеев в рассеянии против общего врага: им предстояла ещё одна миссия «работы над ошибками» их хозяев. В процессе войны СССР с Германией из И.В.Сталина тоже пытались сделать «антисемита», чтобы в случае победы СССР натравить на него евреев, прошедших гитлеровский «холокост». Ведь самая опасная страна, где могла произойти самая непредсказуемая «ассимиляция» был — СССР сталинского периода. И частично натравить евреев на Сталина удалось: евреи в СССР боялись и не любили И.В.Сталина — даже после того, как он победил исполнителя «холокоста». В ответ на «холокост» истинным хозяевам — И.В Сталин дал «добро» на создание Израиля.

124.

Что касается «тела» — идентичности облика многих иудеев, то генетика и образ людей в преемственности поколений подстраиваются под духовность. Иудаизм — он везде иудаизм — он и объединяет облик. Мало того, иудаизм, будучи идеологией жёсткого талмудизма (одни и те же рекомендации всем и на все случаи жизни) — тем более объединяет всех иудеев в «одно лицо» (схожие черты) — поскольку наиболее всего прочего он исключает человеческое своеобразие, закладываемое людям Свыше от рождения.

125.

В Торе действительно очень мало мест, где говорится о посмертном воздаянии.

126.

Подробно этот вопрос мы рассмотрим в пятой книге курса в главе про зороастризм.

127.

А в некоторые времена саддукеи захватывали почти все должности «жрецов» в Иерусалимском храме.

128.

К зелотам примкнули сикарии (объединяли самые бедные и маргинальные слои иудеев и боролись за «права угнетённых») и ессеи (жили уединённо и также как фарисеи соблюдали Закон, относясь враждебно к Риму).

129.

Исторических примеров этому — множество. Самые свежие примеры это все «русские» революции, «перестройка». Так начало процессу «автосинхронизации» по разрушению политического оплота СССР — КПСС — положили евреи. В период особенно после 1985–1987 гг. они показали пример массового выхода из КПСС, что транслировалось на телевидении всё более активно по мере приближения «путча» 1991 года. Кульминацией этого глумления над своим же прошлым детищем был показ сжигания партбилетов по телевидению, который возглавлялся известным евреем-режиссёром М. Захаровым.

Этим евреи «перестройки» сняли у основной российской толпы, членов КПСС и просто тружеников, страх перед могуществом политпартии, на чьей политической воле держался авторитет руководства страной. После чего крах СССР был лишь делом времени. Начался массовый выход из КПСС рядовых членов партии: процесс автосинхронизации разрушения КПСС, а за ней и СССР пошёл…

130.

Евгеника (от греческого eugenes — хорошего рода) — теория «о наследственном здоровье человека и путях его улучшения». Принципы евгеники были впервые сформулированы Ф. Гальтоном (1869 г.), предложившим изучать влияния, которые могут улучшить наследственные качества (здоровье, умственные способности, одаренность) будущих поколений. Прогрессивные ученые ставили перед евгеникой гуманные цели. Однако её идеи нередко употреблялись для оправдания расизма (например фашистская расовая теория). В современной науке многие проблемы евгеники, особенно борьба с наследственными заболеваниями, решаются в рамках генетики человека, в т. ч. медицинской генетики. Правомерность употребления термина «евгеника» остаётся спорной.

131.

Многие евреи до сих пор копаются в 22-х буквах еврейского алфавита, извлекая из их комбинаций с помощью «ключей огласовок» некую обещанную Каббалой «божественную информацию» о сотворении мира и основных закономерностях бытия. Это занятие евреев ничуть не пугает их хозяев. Наоборот: они и являются составителями Каббалы, на что оставлена метка-матрица её рукотворного авторства — 22 древнеегипетских иерофанта. То есть, смотреть на Жизнь через призму Каббалы евреям разрешено и это поощряется.

132.

Эту особенность вхождения евреев в доверие к народам отметил В.В.Розанов в трактате «Опавшие листья»:

«Еврей всегда начинает с услуг и услужливости, а кончает властью и господством. Оттого в первой фазе он неуловим и неустраним. Что вы сделаете, когда вам просто ‘‘оказывают услугу’’? А во второй фазе никто уже не может с ними справиться. ‘‘Вода затопляет всё’’. И гибнут страны и народы.

‘‘Услуги’’ еврейские, как гвозди в руки мои, ‘‘ласковость’’ еврейская как пламя обжигает меня, ибо, пользуясь этими ‘‘услугами’’, погибнет народ мой, ибо овеянный этой ‘‘ласковостью’’, задохнется и сгинет народ мой».

133.

В древнем Киеве существовали два особых еврейских квартала, возле которых находились так называемые Жидовские ворота. Дело в том, что через Русь пролегали важные торговые пути, которые привлекали купцов-евреев. Так еврейство и проникало на Русь.

134.

Дуглас Рид в «Споре о Сионе» уделяет много внимания миграции мирового еврейского центра в первом-втором тысячелетиях новой эры (Испания, Хазария, Польша и так далее). Для того, чтобы иметь об этом лучшее представление следует ознакомиться с книгой «Спор о Сионе», учитывая при чтении, что Дуглас Рид стоял на позициях правоверности библейского христианства.

135.

Подробно этот вопрос описан в «Споре о Сионе». Ещё раз укажем, что Дуглас Рид описывает исторические события, приведшие к почти полной потере кровных корней древних семитов современными евреями. Он разделяет евреев на марранов (принявшие «христианство» евреи), сефардов, ашкенази (представители Хазарского Каганата) и других:

«Римские императоры, преследуя «языческие религии», никогда не подвергали иудаизм общему запрету, в результате чего многие почитатели Изиды, Ваала и Адониса, если они не переходили в христианство, вступали в синагогу. Вдалеке от Вавилона беспощадные законы племенной обособленности не могли применяться со всей строгостью. Другими словами евреи, пришедшие в Испанию вслед за маврами, уже были людьми смешанной крови. В течение восьмисот лет в самой Испании, под надзором переселившегося туда «правительства», расовые законы соблюдались более строго: появился сефардский еврей, как определенный национальный тип.

«Еврейская Энциклопедия» пишет вполне определенно: «Сефардим — потомки евреев, которые были изгнаны из Испании и Португалии, и поселились в Южной Франции, Италии, Северной Африке, Малой Азии, Голландии, Англии, Северной и Южной Америке, Германии, Дании, Австрии и Венгрии». Польша не упоминается; туда переехало талмудистское правительство, но массы сефардских евреев рассеялись по Западной Европе, двигаясь не на восток, а на запад. «Правительство» отделилось от своего народа, и еврейские массы начали рассеиваться.

Согласно «Еврейской Энциклопедии… впервые встречается слово «ашкенази» в применении к ясно обозначенной, до того неизвестной группе «восточных евреев», и их славянским связям. Эти тюркско-монгольские «ашкенази» не имели таким образом, кроме веры, абсолютно ничего общего с евреями, известными до тех пор западному миру — сефардами.

Власть талмудистского правительства над разбросанными по Европе еврейскими общинами в последующие столетия все более слабела, однако тесно спаянной общиной евреев Востока оно правило поистине железной рукой. Евреи семитского вида становились в Европе все большей редкостью, а в наше время среди евреев все сильнее преобладает тюркский тип, в чем нет ничего удивительного».

136.

Русскую голову. Если точнее, то имеется в виду раздвоение Русской головы на две головы двуглавого орла, одна из которых — византийская Библия, в которую включено еврейское предание Танах.

137.

Евреям было разрешено в отдельных случаях креститься — когда делу иудеев угрожала опасность. При этом иудей не переставал оставаться иудеем по духу…

138.

Это говорит о том, что И.В.Сталин поднялся в мере понимания выше хозяев еврейства с их «Яхве», именем которого они постоянно соблазняли евреев «землёй обетованной». Сталин перехватил во время своего правления роль хозяев еврейства в СССР, умело управляя ими вопреки воли «мировой закулисы». Но после его смерти управление еврейством извне СССР было восстановлено. И заметьте, что Израиль стал мешать хозяевам иудеев…

139.

Так все обращения Иисуса Христа к еврейским общинам Иерусалима оказались тщетны. Лишь немногие иудеи пошли за Христом (как повествует Новый Завет), но и те, кто за ним пошли, не все удержались от предательства…

140.

До революции 1917 года иудеям было запрещено влезать во власть народов, куда они рассеяны. Их задачей была — подпольно-подрывная деятельность и проживание в кагалах.

141.

Удельный вес евреев (согласно официальным данным) в процентном отношении к общему количеству населения Земли за XX век уменьшился в 2,5 раза. Это падение связано с низким уровнем рождаемости в среде евреев (как и в других библейских системах) по сравнению со многими странами Востока и усиленной ассимиляцией.

Хозяева еврейства могли предполагать такое сокращение его удельного «веса» в мире и торопились закончить концентрацию управления с помощью евреев и масонов до середины XX века. Но фактор Сталина, русский фактор, и некоторые другие объективные обстоятельства им это сделать не позволили.

142.

Заодно фашизмом проучили давно мешавшую глобализации по-библейски — Германию.

143.

Прислуги в деле еврейской мафии.

144.

Менять политический режим в СССР в случае победы фашистов не собирались: войну нужно было довести до устранения сталинского режима, а затем в покорённом СССР и других странах заменить власть нацистов и националистов на власть интернацистов — свернув отработавший своё гитлеровский режим.

145.

Столько же лет левиты водили евреев по Синайской пустыне после устранения Моисея.

146.

Кроме этого были массовые приписки.

147.

Кроме того, в 1989 г. в прессе США проскользнуло сообщение, со ссылками на очевидцев, что Гитлер, Ева, адъютант Гитлера своевременно покинули Германию, обосновались в Чили и жили среди индейцев. Ева и адъютант умерли в середине 1950-х в ходе эпидемии, а Гитлер был жив еще в 1989 г., и индейцы о нем заботились и оберегали; звали они его доктор Адольфо, а он лечил их детей, которых очень любил. Повторное сообщение об этом же было опубликовано в России в журнале «Всемирные новости», № 4/5, 1995 г. На основе сопоставления с этим сообщением других публикаций на тему исчезновения живого Гитлера из рук союзников можно придти к выводу, что оно действительно имело место под покровом глобальной операции прикрытия: от общеизвестного обгорелого трупа до нескольких псевдогитлеров с ближайшим окружением, которых видели в разное время в Чили, Аргентине, Бразилии.

148.

В учебном пособии мы употребляем слово «христианство» в верхних кавычках либо в сочетании двух слов — библейское христианство — поскольку название религии «христианство» происходит от принятого в современной культуре имени якобы её основателя Иисуса (Христа). Однако, содержание библейского христианства не соответствует учению Христа, поскольку на раннем этапе становления религии под названием «христианство» произошла подмена его содержания. В то же время, имя Христос было дано Иисусу согласно тому, что его сочли Мессией (что по-гречески звучит «христос»).

149.

Естественно, что Бог знает все даже самые скрытые и сокровенные замыслы глобализаторов.

150.

Апостол (от греческого apostolos — посол) — в раннехристианской литературе бродячие проповедники христианства.

151.

Либо этот план появился с эгрегориального уровня через «пророка», выполнившего заказ «мировой закулисы».

152.

Как видите, трагическое завершение жизненного пути Христа — запрограммировано ветхозаветным «пророчеством» от имени Бога.

153.

Невозможно вообразить Христа соучастником среди делящих добычу: это что-то из пиратской жизни, а не из праведной. Это жидовское стремление записать на Христа весь гешефт в глобальной афёре.

154.

Чисто «богословских» вопросов в обществе не бывает.

155.

Эгрегориально-магическое либо личностное персональное инициирование под пристальной опекой мага-экстрасенса в сочетании с нейро-лингвистическим программированием (магией слова). Либо сочетание того и другого и третьего.

156.

Последнее возможно, если вторжение в психику фабрикуемого или обуздываемого самочинного «пророка» осуществляется через бессознательные уровни его психики, а его реальная нравственность, объединяющая все уровни психики, такова, что он не различает наваждения от действительно ниспосланного ему Откровения и от своих собственных мыслей. Тогда в его сознании различные по своей нравственно-этической обусловленности информационные потоки (откровений, наваждений и собственных мыслей), проистекающие из различных источников — отождествляются в единый поток.

157.

Вследствие этого они и довели предшествующую глобальную цивилизацию до уничтожившей её катастрофы.

158.

То есть, принимая во внимание факт скорого перехода к новой эпохе (эпохе «Рыб») и предчувствуя проблемы от весьма вероятного прихода праведника, поддержанного Свыше, «мировая закулиса» решила не ограничиваться лишь ветхозаветным «пророчеством», а заняться ещё и практикой моделирования будущих взаимоотношений её и её периферии с праведником.

Многие исследователи ограничивают срок действия Кумранской общины периодом от II века до н. э. по I век новой эры и отождествляют кумраитов с ессеями. В следующих разделах мы ещё раз вернёмся к разговору об этой секте-общине, но уже в связи с событиями новой эры.

159.

В 1945 году в одну из пещер пустынного берега района Вади-Кумран на берегу Мёртвого моря провалился мальчик-пастух. В пещере оказалось множество сосудов с текстами. Учёным находки стали известны в 1947 году.

160.

Но и в приведённом фрагменте не всё чисто. Как утверждают некоторые, греческие тексты Нового Завета приводят иной ответ Христа «князю»: «Иди за мной…» — отличный от известного по «господствующим» русскоязычным текстам: «Отойди от Меня, сатана…» Аналогичный по смыслу ответ: «Иди за мной, сатана…» — содержится в церковно-славянском тексте Нового завета (Матфей, 4:10) в «Острожской Библии» первопечатника Ивана Федорова, что явно указует на отношение Христа к «князю» как к аферисту, которому Иисус предоставляет своим ответом возможность исправиться.

Это разночтение также подрывает церковную доктрину о реальной власти «князя мира сего», подтверждая Кораническое утверждение о предназначении человека быть наместником Божьим на Земле.

161.

Поскольку сам Христос учил совершенно иному:

«Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Матфей, 20:25–28).

162.

Это — подготовка к внедрению в будущую религиозную систему для толпы (которой стало «христианство») широко известной в конце I тысячелетия до н. э. доктрины посмертного воздаяния.

163.

В основной части поставленной задачи, однако, могла существовать и после, как утверждают учёные.

164.

Культы вождей, поддерживаемые установкой многочисленных статуй — можно проследить от древнего Египта до наших дней.

165.

Жертвоприношения перед статуями вождей в поздние времена (XX век) превратились в массовые митинги перед статуями вождей: эмоциональная разрядка людей в процессе митингов — аналог древних жертвоприношений богам-эгрегорам, которые подпитываются энергетикой эмоций масс.

166.

Доходящее до страха за будущее, до постоянного ощущения надвигающейся катастрофы и тому подобного — что объективно обусловлено, как сигнал с высших уровней Мироздания людям о том, что они живут не правильно и что надо менять принципы своей жизни.

167.

Аскетезм (от греческого asketes — упражняющийся в чем-либо) — ограничение или подавление чувственных желаний, добровольное перенесение физической боли, одиночества и т. п., присущие практике философских школ и особенно различных религий (монашество и т. п.). Целью аскетизма может быть достижение свободы от излишних потребностей, сосредоточенности духа, подготовка к экстатическим состояниям, достижение «сверхъестественных способностей» (йога), в «христианстве» — соучастие в «страданиях» Христа. Нередкий мотив аскетизма — отказ от пользования привилегиями в условиях общественного неравенства.

168.

Что было скопировано греками из древневосточных религиозных систем (индуизм, буддизм).

169.

Подробно причинно-следственную связь «христианства» и митраизма (зороастризма) мы рассмотрим в пятой книге курса.

170.

Это хорошо видно по текстам Откровения Иоанна Богослова.

171.

Духовность и режим, сопутствующий эпохе библейского христианства сдерживали развитие новых технологий, не позволяя производителям рассчитываться с ростовщиками-иудеями с помощью интенсификации и модернизации своих производств. Вследствие этого ростовщики потенциально имели ещё большее влияние на финансово-хозяйственную политику государств Европы, а через это и на политику и кадры: единственным способом избавиться от ростовщической удавки у правящих режимов было соглашательство с курсом «мировой закулисы», которая определяла величину ссудного процента для того или иного государства. Это — так, если конечно не брать в расчёт «антисемитские» выступления и подпольно-подрывную деятельность иудеев в среде народов, которых они пришли грабить.

172.

Речь идёт о социальной свободе: когда политический режим не преследует за инакомыслие. Свобода же быть праведником и постигать Промысел существует всегда, при любых режимах. И такой свободе нет социальных преград.

173.

Эти сравнения попали в новозаветное Откровение Иоанна Богослова.

Действительно, проблемой не только для властей Рима, но и для «мировой закулисы» был разврат римской «элиты» и знати, охвативший империю как эпидемия и контрастирующий с нищетой и бесправием рабов. Разврат несовместим с корпоративной дисциплиной, которую требовала «мировая закулиса» от высшей «элиты» для качественного управления империей. А контраст между неимущими и «богатыми» всегда провоцирует революционные действия низов.

174.

Есть версия, что первоосновой ещё дохристианского символа (креста) был якорь — непременный атрибут рыбака. Одновременно с якорем существовал другой символ — рыба.

175.

Евангелие (от греческого euangelion — благая весть) — раннехристианские сочинения, повествующие о земной жизни Иисуса Христа. Разделяются на канонические — Марка, Матфея, Луки, Иоанна (включенные церковью в состав Нового Завета) — и апокрифические. Церковь приписывает авторство Евангелий апостолам либо их ученикам.

176.

Здесь нельзя забывать о способностях представителей глобального знахарства к экстрасенсорке и эгрегориальному управлению, упомянутому нами в рассуждениях про сопровождение Иисуса Христа.

177.

Здесь символика креста восходит к культу огня: для добывания огня брали две связанные посередине перекрещивающиеся палки и привязывали к ним третью — перпендикулярно плоскости первых двух. За две перекрещенные палки крутили, а третья, перпендикулярная, служила источником выработки огня путем трения о дерево.

178.

Речь идёт о Мессии.

179.

Это цитата из Ветхого Завета, Исаия, 40:3: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделай в степи стези Богу нашему».

180.

Здесь Иисус повторяет слова возводимой на него напраслины. Будучи назореем (Марк, 10:47; Лука, 18:37; Иоанн, 19:19; Деяния апостолов, 6:14, 22:8), он не только не пил вина, но был не в праве есть виноград и все продукты, приготовленные из виноградных ягод (о назореях — книга Числа, 6:2–4). Поэтому и слова его: «говорите… любит… пить вино», а не «я люблю пить вино».

Также не мог Иисус начать свою миссию с превращения воды в вино на брачном пире в Кане Галилейской (Иоанн, 2:1 — 11), вводя этим примером чудотворения множество поколений в грех пития алкогольного дурмана. Описание этого чуда — возведение на Христа напраслины.

То же касается и якобы распития вина в качестве символа крови, за людей Христом проливаемой, в ходе тайной вечери (Матфей, 26:26–28; Марк, 14:22–24; Иоанн, 6:51–56), что положило начало пьяному дурманящему причастию во всех христианских церквях. Иисус, будучи назореем, не мог отказаться от назорейства сам и не мог открыть ворота магии крови на основе разрушения мозга винопитием, поскольку открывал людям путь к Свету. Пьяное причастие идёт не от Христа, а введено вопреки его заветам.

Могут быть возражения в том смысле, что иудейский закон допускал не пожизненное назорейство, а назорейство на какой-то срок, по истечении которого человек был свободен от назорейских ограничений. Но как свидетельствует Иоанн (18:4–8), Иисус подтвердил факт своего назорейства при взятии его под стражу в гефсиманском саду сразу же после тайной вечери.

Соответственно, новонаветным церквям следует признать Христа лицемером, если они настаивают, что, будучи назореем, он положил начало пьяному причастию; либо признать факт самочинного введения отцами церкви пьяного причастия, с целью увести людей от ясной трезвости истинного Христианства.

181.

А если у человека, живущего в Русской цивилизации есть ещё и генетические корни в Западной европейской цивилизации (а то и иудейские корни), уходящие в прошлое — ему тем более надо знать и понимать библейскую концепцию.

182.

Куда, конечно же, входила и «мировая закулиса».

183.

Иосиф Флавий — иудей, перешедший на сторону римлян в время восстания в Палестине в 66–73 гг. В его «Иудейских древностях» (первая редакция) есть рассказ об Иисусе Христе, но нет упоминания о казни. В то же время позже в X веке был обнаружен текст «христианского» епископа Агапия, «Всемирная история», который включал отличный от первой редакции вариант текста Иосифа Флавия с рассказом об Иисусе Христе, где есть упоминания о казни и воскресении на третий день.

Такие разночтения в очередной раз доказывают наличие цензуры не только в канонах, но и в других исторических источниках, касающихся жизни Христа: для римлян — свой вариант; для «христиан» — свой.

184.

По отношению к Павлу нельзя утверждать его учеником Иисуса, поскольку он «познакомился» с Иисусом при очень странных обстоятельствах — якобы уже после казни.

185.

Как бы не происходило зачатие Христа, но церковь извратила понимание чистоты рождения человека и употребила под свои цели непорочное зачатие, которое возможно и было в отношении Христа. Церковь внедрила в умы людей понятие «первородного греха» или «зачатия во грехе», распространив этот «грех» на всех, кроме Христа. При этом церковь как-то «забыла», что Бог предопределил людям продолжение рода никак иначе, чем через то, что она считает «первородным грехом».

Во времена же Христа возможно, что дело было в том, что ни один человек, «нормально» (для того времени) рождённый под сложившимся к тому времени духовным наследием (иудаизм + греко-римская культура) — не смог бы хорошо и до конца выполнить важную для Бога роль посланника Свыше в мир, который встал на путь глобализации, которой управляла «мировая закулиса». Для этого Бог мог помочь «очистить» родовые эгрегоры посланника от всяческого иудейско-римского атеизма с помощью Святого Духа. А «первородный грех» здесь вовсе ни причём.

Однако, церковь стоит на своём, объясняя «первородный грех» ветхозаветной историей про грехопадение первых людей — Адама и Евы — вкусивших от запретного древа познания Добра и Зла. Этим церковь связывает «первородный грех» с процессом познания Истины: что логически обосновывается мифами — будете следовать Адаму и Еве, родитесь во грехе. Из этой логики сразу вытекает и церковный запрет на познание Истины вне церковного духовного («чистого») кураторства.

Мало того, церковная версия замыкает появление Иисуса с преодолением «проклятия от Бога» первым людям (Адаму и Еве), распространившимся на всех остальных — и это преодоление якобы «проклятия» якобы возможно лишь через «божественное самопожертвование», во имя чего якобы «Бог Сын» и воплотился на Земле.

То есть, вместо процесса свободного от влияния цензоров и экстрасенсов познания церковь предложила всем «хоть сколько» следовать якобы примеру Иисуса — заниматься самопожертвованием (под руководством церкви: жертва это когда ведут на убой как барана, не случайно прихожан назвали паствой) ради «будущей жизни» — поскольку «первородный грех» (и всё, что от него происходит с грешными людьми в земной жизни) может быть прощено лишь на том свете. А что на том свете бывает никто ещё не может рассказать…

186.

Ещё раз обратим внимание, что в этом церковном контексте все остальные зачатия людей считаются заведомо «порочными».

187.

Вопрос о «зачатии» в пробирке и прочих технологических подходах к воспроизводству живых существ, включая и людей — вопрос особый, поскольку такие действия принадлежат области Божьего попущения. Промысел в общем случае способен обойтись и без пробирки и «биотехнологий» прямым воплощением души по животворящему слову Бога от родителей.

188.

При транслитерации с латыни ныне допускаются два варианта: латинская «С» огласовывается более часто как «Ц», а реже как «К». Центурия, — сотня, низшая структурная единица в составе легиона; две центурии образовывали собой манипулу. Численность и организация легиона в разные периоды истории Рима была разной.

189.

Иешуа Ганоцри — Иисус Назарянин по-еврейски. То есть М.А.Булгаков не придумал какого-то своего персонажа, а воспользовался еврейским именованием исторически реального Иисуса Христа, введя только написание «Га-Ноцри» через дефис (в произведениях Н.С.Лескова «Ганоцри» пишется слитно).

190.

Персидское (древнеиранское) влияние на процесс становления и содержание библейского христианства — самое сильное. Подробно об этом мы поговорим в пятой книге курса.

191.

Ирод Великий, царь Иудеи с 37 по 4 гг. до н. э. На престол вступил при поддержке римского оружия, т. е. был ставленником иноземцев и узурпатором. Дата его смерти общепризнанно — 4 г. до н. э. Соответственно: в каком году родился Иисус? — в период с 37 по 4 гг. до «нашей эры», отсчитываемой от Рождества Христова?

192.

Кроме повествования о зачатии Христа от Духа Святого и первом его явлении людям (Коран, 19:16–37), Коран сообщает, что играя с другими детьми, Иисус лепил из глины птиц, и они оживали и улетали по повелению Божиему (Коран, 5:110).

193.

Нищие духом, но «блаженные» (Матфей 5:3), поскольку многие из них вошли «героями» в Новый Завет.

194.

Вся дальнейшая история библейских цивилизаций показала, что такая логика воплощалась в жизнь народов, попавших под гнёт библейского христианства.

Как один из современных тому примеров мы можем видеть среди людей западной цивилизации «необъяснимую» любовь к домашним животным, которых они превозносят в ухаживаниях даже перед своими детьми.

195.

То же самое и в иудаизме: одной из талмудических рекомендаций является «лучший из гоев достоин смерти».

196.

Иисус учил противоположному. Он прямо указывал людям на их бессмысленные стенания и прижизненное бездействие:

От Луки 6.

46 Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?

197.

Особенно эти «душевные» переживания (часто со слезами) распространены среди пьяниц. Алкоголь способствует отключке части головного мозга от внешнего мира, что создаёт иллюзию эмоциональной разрядки на время действия алкоголя. В этом отношении алкоголизм — тоже библейская болезнь (последствие воздействия на людей библейской концепции), которой поражены множество безвольных и нищих духом (Матфей 5:3) индивидов.

198.

Несмотря на то, что Новый Завет приводит просьбы Иисуса не говорить о его даре исцеления (например, Марк 1: 44).

199.

Как мы уже знаем, смерть Иисуса не входила в ближайшие планы «мировой закулисы»: она хотела сделать его своим помощником — по сути завербовать на свою сторону как живого Антихриста. Но ортодоксы в это вряд ли были посвящены.

200.

Этот труд проделал М.А.Булгаков, вложив в образ Иешуа стереотипы и религиозность Иисуса, не совпадающие с библейскими и с кораническими.

201.

Подробнее про это речь пойдёт чуть позже.

202.

Согласно ветхозаветной легенде, именно Иисус Навин повёл евреев из Синайской пустыни на Палестину, в результате чего с живущими там племенами поступили вовсе не по-Божески… С мировоззренческими разногласиями Моисея и Иисуса Навина мы столкнулись в цитируемом эпизоде.

203.

В то же время, именно оригинальные иисусовы притчи могли меньше всего подвергнуться цензуре, поскольку они представляют собой символическую систему подачи информации, а символику можно толковать по-разному: нету строгой определённости смыслов. Именно по этой причине притчи цензоры могли оставить без серьёзных изменений — надеясь что они придадут правдоподобность всему новозаветному рассказу.

204.

Притчевая форма подачи информации наиболее эффективна для обращения одновременно к сознанию и к бессознательным уровням психики людей. Этим достигается некоторый эффект прямой замены в бессознательных уровнях одних стереотипов — другими, которые несут притчи. В то же время, притчи хороши когда их рассказ слушают с выражением, интонацией — в общем из первых уст. В пересказе теряется часть информации, которая передаётся вне лексики притч. Говоря притчами простому народу, Иисус буквально преследовал цель наискорейшего и безопасного излечения их психики (чем он неоднократно занимался, согласно рассказам Нового Завета, например: Матфей 8: 28–34) от пороков, заложенных культурой. Он говорил на доступном языке жизненных обстоятельств, которые рассматривались в каждой притче. Так и Бог общается с людьми на Языке Жизни. Но в отличие от Бога, Иисус показывал людям в притчах некоторые модели конкретных жизненных обстоятельств, вплетая в них мораль новой религии, в то время, как Бог разговаривает с людьми не моделями, а самими обстоятельствами жизни.

205.

Но точно знать про возможности каждого человека мог лишь Бог, поэтому Иисус не мог брать на себя ответственность за постановку пожизненного клейма «безнадёжен» на ком-либо из людей. Да он и не делал этого: согласно новозаветным историям, он исцелял грешников, мытарей, проституток…

206.

И этот вывод будет подтверждён новозаветным эпизодом, когда самые близкие ученики не смогли сдержать свой сон во время молитвы Иисуса в Гефсиманском саду (Матфей 26: 37–43).

207.

От Марка 14.

61 Но Он молчал и не отвечал ничего. Опять первосвященник спросил Его и сказал Ему: Ты ли Христос, Сын Благословенного?

62 Иисус сказал: Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.

63 Тогда первосвященник, разодрав одежды свои, сказал: на что еще нам свидетелей?

64 Вы слышали богохульство; как вам кажется? Они же все признали Его повинным смерти.

208.

От Марка 15.

8 И народ начал кричать и просить Пилата о том, что он всегда делал для них.

9 Он сказал им в ответ: хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского?

10 Ибо знал, что первосвященники предали Его из зависти.

11 Но первосвященники возбудили народ просить, чтобы отпустил им лучше Варавву.

12 Пилат, отвечая, опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царем Иудейским?

13 Они опять закричали: распни Его.

14 Пилат сказал им: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее закричали: распни Его.

15 Тогда Пилат, желая сделать угодное народу, отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие.

209.

О посягательстве дьявола на производство зомби на основе тел праведников есть один намёк в Новом Завете:

«Михаил Архангел, когда говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда, но сказал: «Да запретит тебе Господь»» (Послание апостола Иуды, 1:9).

Зачем потребовалось тело покойного Моисея? — наиболее эффективное его употребление в сатанизме — дать команду в магической формуле: «Исполнись волею моей, и обходя моря и земли делай моё дело в образе своём». В описываемом апостолом Иудой случае авторитет Моисея в обществе сложился при жизни; жизненные навыки, память во многом записаны в структурах тела, сохранились какие-то связи с эгрегорами человечества, но нет души, отлетевшей к Богу с её нравственными мерилами, свободой выбора и волей. Соответственно, завладев телом, открывается возможность подпитывать его энергией и возобновить в нём какую-то «физиологию», после чего употреблять его по своему усмотрению. Но Михаил Архангел изрёк: «Да не позволит тебе Господь» — пришлось отказаться от намерения употребить тело Моисея и готовиться к пленению обстоятельствами и зомбированию.

210.

Скульптурные и «живописные» изображения распятия в церковной культуре, в своём большинстве действительно показывают тело не висящее на гвоздях, а прислонённое к кресту. Кроме того, если гвозди вбиты в ладони, как это показано на большинстве изображений, тело неизбежно сорвётся с креста, под собственным весом разорвав мягкие ткани ладоней. Этот доминирующий противоестественный характер в изображении распятия во всех новонаветных церквях — ещё одно знамение того, что Дух Святой не вдохновляет художников на такого рода изображения, возводящие напраслину на Бога.

В тех же изображениях, где тело обвисает на кресте под собственным весом, как это имеет место в скульптурной композиции на посохе папы Римского, просто выразилось смакование зрелища казни праведника.

211.

Император с 69 г., основатель династии Флавиев, что ему предсказал Иосиф, взявший в римском плену фамилию своего покровителя. До пленения Иосиф из рода первосвященников был одним из руководителей восстания.

212.

А ещё — для привлечения римской власти к казни, чтобы повязать её и «мировую закулису» единым сценарием: для «отмывки» римских властей от крови Христа в глазах толпы — Рим первый принял библейское христианство с уровня императора, но по сценарию «мировой закулисы», а не христово учение.

213.

Лукавый Иоанн вывел из рассмотрения и изменение характера обвинения, умолчав об обвинениях в синедрионе.

214.

Именно вследствие того, что этот сценарий в определённых кругах не был тайной (не все глупы: опекунскую сущность непосредственного окружения Христа могли распознать некоторые наблюдательные и думающие участники событий) возникла секта, в которой истинным Мессией почитают Иоанна Крестителя, а Христа считают подставной фигурой, марионеткой, предназначение которой — извратить истину, о чём упоминалось в предыдущем разделе.

215.

Никейский символ веры, стих 5.

216.

Либо Бог освободил Христа от ареста (либо из-под ареста) ещё до казни и увёл Христа в безопасное место. Этой версии придерживаются некоторые современные исследователи вопроса, утверждающие, что Христос и его семья заблаговременно перебрались из Иерусалима в другое место. Но в этом случае «мировая закулиса», согласно своему сценарию вынуждена была распять не Иисуса. Мистерия казни проходила на достаточно большом расстоянии от наблюдающей толпы и возможность подмены распинаемого была «делом техники».

217.

Это даёт основания к тому, чтобы утверждать, что воцарение Антихриста, о котором пророчествуют новонаветные церкви, лежит вне русла Божиего Промысла, вследствие чего не состоится по независящим от сторонников этой идеи причинам, хотя попытки возвести тех или иных людей в ранг Антихриста возможны и впредь.

218.

Апостолы Иоанн и Иаков (Матфей, 4:21; Марк, 14:33).

219.

Здесь Иисус не хвастается, что он может попросить у Бога всё и тот выполнит, а обращается к Богу с молитвой в надежде на Его милость.

220.

Если бы сон апостолов бы глубоким, полноценным забытьём, а не полудрёмой (полузабытьём), то некому было бы свидетельствовать о том, что произошло; и возможно, что мимо сознания апостолов прошла бы не только молитва Христа, но и его взятие под стражу, после чего они по утру проснулись бы в саду одни. Но если апостолы были только в полудрёме, то сквозь сонные грёзы в полузабытье они не могли не слышать, что происходило вокруг, а потому об этом они могли рассказать адекватно тому, что было в действительности. Поэтому утверждение канона Нового Завета о том, что апостолы в действительности спали, а не дремали — это либо злоупотребление печально-ироничной гиперболой Христа (Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы всё ещё спите и почиваете?), обращённой исключительно к апостолам, либо ещё одно последующее искажение цензоров и редакторов Нового Завета с целью скрыть суть вопроса о молитве Христа, немолитве апостолов и последствиях того и другого.

221.

«Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его принесёт жертву умилостивления» (Исаия, 53:10). «Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира» (1-е послание Иоанна, 2:2). «В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши» (1-е послание Иоанна, 4:10). «23. потому что все согрешили и лишены славы Божией, 24. получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, 25. Которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его через веру, для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде…» (Послание Павла Римлянам, гл. 3).

Здесь следует заметить, что о «жертве умилостивления» сам Христос нигде не говорит: этот термин употребляют другие люди по отношению к нему, а их нравственные мерила — отличны от нравственных мерил Христа и Всевышнего Бога, который есть, и потому образ Бога в их душах искажён доктриной Второзакония-Исаии, которой противостоял Христос.

222.

«18… не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, 19. но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, 20. предназначенного ещё прежде создания мира, но явившегося в последние времена для вас, 21. уверовавших чрез Него в Бога, Который воскресил Его из мёртвых и дал Ему славу, чтобы вы имели веру и упование на Бога» (1-е послание апостола Петра, гл. 1).

223.

Не следует искать рай на небесах: его надо устраивать на Земле для всех без исключения. Пока же люди устраивают на Земле лишь подобие ада, который тоже не стоит искать на небесах — достаточно оглянуться вокруг на свои деяния и их вещественное воплощение в жизни. Свалки мусора вокруг больших городов сжимаются в кольцо, способное уничтожить всё живое, а Чернобыльская авария 1986 года — чем не ад?

224.

Русь древнее, и за «обрезание» нашей истории несёт ответственность вторгшаяся на Русь при поддержке местных соглашателей византийская иерархия. Социальный механизм крещения был примерно такой же, как и социальный механизм «перестройки»: «элите» захотелось сладкой жизни, подобной жизни «элиты» убиваемой антихристианством Византии. Местная и византийские «элиты», преследуя каждая свои цели, объединились и совершили идеологический переворот в 988 г. — крещение Руси. Всё прошлое объявили порочным и подлежащим забвению как кошмарный сон. Историю начали писать заново от крещения, тщательно и не по одному разу отфильтровывая факты и уничтожая более древние письменные памятники. Предысторию сократили до одного столетия, начав её от «призвания варягов», давших начало правящей династии (862 г.). Именно отсюда и возникла дата «1000-летия России», примерно на столетие упреждающая дату «1000-летия крещения Руси».

225.

Уже приводившаяся цитата: «…Бог не есть бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах у святых» (1-е Послание Коринфянам апостола Павла, 14:33) — содержит курсивные вставки для связности и удобопонимаемости речи.

226.

За исключением одной из сект, именующих себя «Мессианскими евреями», которые признают истинность всех новозаветных свидетельств, но отрицающих никейскую догматику (догмат о Троице), на которой построены с некоторыми вариациями все «христианские» культы.

227.

Экуменизм (от греческого oikumene — освоенная кем-то обитаемая часть суши) — движение «христианских» (первоначально протестантских) церквей за объединение всех «христианских» церквей. Руководящий орган — Всемирный совет церквей (с 1948 г.).

228.

Неканонические книги содержатся в «Острожской Библии» 1581 г. первопечатника Ивана Федорова.

229.

Всё наоборот: Не в силе Бог, а в Правде.

230.

Наивысший закон — Предопределение бытия Божие.

231.

Подход, типичный для современного научного мышления: поставить эксперимент, в данном случае над Богом и праведником, и после этого писать трактаты «об истине».

232.

Мы уже сталкивались с явлениями ослепления знаковых фигур, от которых «мировая закулиса» ждала подчинения себе. Так Владимир Великий (Креститель) тоже был лишён зрения ради воцарения библейского христианства на Руси. Но могут быть эгрегориально «ослеплены» не только отдельные личности, но и целые толпы злочестивцев.

233.

Иисус не был сыном Божиим, но в каноны Нового Завета для церкви он вошёл в таком понимании соответственно «христианскому» символу веры. Сам же Соломон употребляет слова «сын Божий» — когда как бы цитирует, пророчествуя от имени злочестивых, а не от себя.

234.

Католицизм относит её к числу канонических книг, но католицизм не поощряет мирян к чтению Библии: в том, что «священное писание» не доступно мирянам, и церковь скрывает от людей «слово божие», состояло одно из обвинений Лютера против католической церкви.

Кроме того, Библия католической церкви — латиноязычная. Вследствие чего в странах с господством католического вероисповедания Премудрость Соломона, хотя и признаётся канонической, но по существу закрыта от мирян, её содержание мирянам неизвестно, а иерархи, поддерживая традицию, не проболтаются.

235.

Многие апологеты библейского христианства утверждают, что Премудрости Соломона писал не Соломон. Однако не могут вразумительно объяснить, почему. Однако, такие деятели церкви как Климент Александрийский, Тертуаллиан, Св. Киприан были убеждены в авторстве Соломона. Однако, признавая авторство Соломона, они по своей нравственности и принадлежности клану посвящённых остались верны традиции, проистекающей из «пророчества» Исаии.

236.

К современным церковникам также, как и к иудейским иерархам древности, относятся слова Христа:

От Матфея 23.

13 Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете.

237.

Согласуется со словами Христа:

«Если бы вы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных» (Матфей, 12:7). «Пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы» (Матфей, 9:13).

238.

Жителей Ниневии, столицы Ассирии (разрушена в 612 г. до н. э. войсками вавилонян и мидян).

239.

Всё, что бывает явлено в Откровениях или наваждениях, предстаёт перед бодрствующим сознанием или в памятном сновидении индивида в образах и в языковых средствах его внутреннего мира. Это обще и Откровениям, и наваждениям. Различие между Откровениями и наваждениями в том, что Откровения открывают путь в Царствие Божие, если человек утруждает себя тем, чтобы понять их смысл и перестроить соответственно ему свои нравственные мерила, психическую деятельность, миропонимание и этику как внутреннюю, так и внешнюю; а наваждения — поддерживают и усугубляют заблуждения и извращённость нравственных мерил, всей психической деятельности, миропонимания и этики как внутренней, так и внешней. Возможно и наложение Откровений и наваждений друг на друга, их смешение, причиной чему могут быть единственно какие-то пороки нравственных мерил самого человека, во внутреннем мире которого происходит такого рода наложение или смешение.

Вследствие такого рода одинакового характера возникновения во внутреннем мире человека Откровений и наваждений оказывается, что человек сам решает, с чем именно он имеет дело: с Откровением, с наваждением, со смешением Откровения с наваждением; он сам решает, как отнестись к тому, к другому и третьему. И чтобы ни говорилось ему лично в такого рода прямых обращениях к нему через его внутренний мир, суждение о том, с чем именно он имеет дело, выносит совесть самого человека, обличающая его неправедность.

240.

Скорее наоборот, он пророчествовал о разрушении храма, созданного людьми, откуда распространяется несправедливость:

От Матфея 24.

1 И выйдя, Иисус шел от храма; и приступили ученики Его, чтобы показать Ему здания храма.

2 Иисус же сказал им: видите ли все это? Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне; все будет разрушено.

3 Когда же сидел Он на горе Елеонской, то приступили к Нему ученики наедине и спросили: скажи нам, когда это будет? и какой признак Твоего пришествия и кончины века?

4 Иисус сказал им в ответ: берегитесь, чтобы кто не прельстил вас,

5 ибо многие придут под именем Моим, и будут говорить: `Я Христос', и многих прельстят.

Это в первую очередь относится к церквям, называющим себя «телом Христовым» и от имени Христа творящим беззаконие (в смысле нарушения Божиего Закона).

241.

Действительно «мировая закулиса» вполне могла формировать передовой отряд разноязычных людей для распространения библейского христианства на неоднородную Римскую империю и за её пределы. Но это, если и было, то — позже обозначенного в Новом Завете срока. Поэтому не исключена поздняя приписка чуда, воскресшего «Господа» ради обоснования вселенского статуса новой религиозной системе.

242.

Что не удивительно для мировоззрения иудея.

243.

Что свидетельствует о том, что превые псевдохристианские общинники имели дело не с Богом, который есть, а с эгрегором-«Господом», управление которым было в руках посвящённых иерархов глобального проекта.

Бог, который есть не подвигает людей на угодные Ему дела через страх.

244.

Иудеи-ростовщики и «элиты».

245.

Паства.

246.

Один из аспектов «культурного сотрудничества», когда усмирять взбунтовавшихся рабов не требуется силой обычного оружия: рабы обмануты, как кажется, «раз и навсегда».

247.

Кто сомневается в том, что «мировая закулиса» рассматривает всех людей как скот, который можно резать «сколько нужно» (употреблять как «пушечное мясо») в ходе глобальных экспериментов-практик во имя дела «мировой закулисы», пусть обратится к Талмуду, где все «гои» приравнены к скоту. Сам же Талмуд — произведение той самой «закулисы» для иудеев. Но и сами иудеи — тоже «пушечное мясо», перед расходованием которого по необходимости «закулиса» некогда не останавливалась. Одновременно с преследованием первых «христианских» общин началась первая волна «холокоста». И всё это ради одного глобального дела.

248.

Клир (от греческого kleros — жребий), в христианской церкви совокупность священнослужителей (священников, епископов) и церковнослужителей (псаломщиков, пономарей и др.); то же, что духовенство.

249.

Монашество (от греческого monachos — отшельник, монах), социальная религиозная группа, члены которой берут на себя обязательства: «ухода из мира»; как правило, отказ от имущества; воздержание (обязательно безбрачие); разрыв старых родственных и социальных связей; прикрепление к монастырю, подчинение его уставу. Монашество зародилось в буддизме в сер. 1-го тыс. до н. э.; в 3–4 вв. н. э. появилось в «христианстве» (отсутствует в протестантизме).

250.

Идеологом этого общепримирительного движения был апостол Павел, который провозгласил широко известный клич в своём послании:

К Колоссянам 3.

8 А теперь вы отложите все: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших;

9 не говорите лжи друг другу, совлекшись ветхого человека с делами его.

10 и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его,

11 где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос.

251.

Либо 318 — по другому источнику.

252.

Это подтверждено словами самого Христа в Новом Завете: «по неверию вашему» (Матфей, 17:20); «маловерные» (Матфей, 16:8); «маловерный» — в адрес Петра (Матфей, 14:31) и др.

253.

В церковной практике известны случаи появления особого дара у слепых людей. К таким относится «блаженная Матрёна» — один из кумиров православия. Она была слепой от рождения и могла творить чудеса. Этот эгрегориальный дар ей был предназначен во-первых, поскольку хозяева церковной иерархии были уверены, что пожизненная слепота не позволит авторитету Матрёны быть используемым против иерархии, поскольку она не сможет внимать Языку Жизни вследствие потери зрения; и во-вторых, она была воплощением библейских немощей, что утверждало общецерковный принцип блаженства немощных.

254.

Лишение зрения на «три дня» — знак, что за время слепоты у индивида происходят серьёзные изменения в мировоз-зрении. Одна из версий, почему надо лишать зрения — чтобы процессу инициации не мешала информация, которую индивид получает из внешнего мира через сознание (95 % информации люди получают через зрение: эта информация может не соответствовать информации с эгрегора), а его психика была бы полностью под контролем эгрегора через бессознательные уровни. К тому же лишение зрения — один из мощных стрессов, подавляющих волю и пугающих инициируемого — после чего безвольного уже легче психически «сломать» на нужную эгрегориальную программу. Савл-Павл был безвольным (в чём он сам признаётся в Новом Завете: (2-е послание Коринфянам, гл. 12: 9).

255.

См. одну из глав второй книги учебника.

256.

Но, поскольку Павел на титул «Бога» не тянул, решили оставить имя Христа на библейской вывеске.

257.

Осмысленного решения о том, чтобы последовать Христу, он не принимал, что является ещё одним подтверждением того, что Савл стал жертвой наваждения.

258.

Хотя мы придерживаемся мнения, что этот эпизод придуман задним числом, во-первых, с целью подмены религии человека и Бога, который есть, храмовой обрядностью порождения эгрегора, в практике культа социальной эгрегориальной магии затмевающего явления и образ Бога в душах людей; а во-вторых, — с целью отождествления в сознании людей демонической активности во вседозволенности и Божьего Промысла.

259.

Воля человека всегда действует с уровня сознания, воля всегда осознаваемо целесообразна.

260.

Обмануть себя, как и обмануть Бога — дело невозможное, хотя долго можно тешить себя иллюзиями якобы удавшегося самообмана. И отвечая искренне на поставленные Иисусом наводящие вопросы, люди обретали истинное понимание тех или иных сторон Жизни.

261.

«Если кто из вас думает быть мудрым в веке сём, тот будь безумным, чтоб быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие перед Богом» (1-е послание Коринфянам апостола Павла, гл. 3:18, 19).

262.

Обратим ещё раз внимание: это — определение понятия «нравственность». Соответственно — безнравственность — разного рода неопределённости, включая и принципиальное отрицание всего и вся, в нравственных мерилах и в их иерархической упорядоченности. Злонравие — нравственная приемлемость неправедности, всего того, что порицает Бог.

263.

«А если нисходит на тебя какое-нибудь наваждение от сатаны, то проси защиты у Бога — ведь Он — слышащий, мудрый!» (Коран, 41:36).

264.

Хотя бы отражение объективной реальности через зрение: то, что он истинно видит, а не ощущает в эгрегориальных наваждениях. Савл, видимо даже «не верил своим глазам», в результате чего и ослеп: информация из объективной реальности для него была гораздо менее значима, чем эгрегориальные наваждения.

265.

«Не в силе Бог, а в Правде!» — слова возводимые на Руси к Александру Невскому.

266.

Современный нам эквивалент: «против лома нет приёма», в истинности которого многие не сомневаются вопреки смыслу предшествующей сноски. Рожун в древности в общем-то общедоступный аналог лома: заострённый кол, предназначенный для употребления в качестве копья, но без металлического наконечника.

267.

Либо по безволию.

268.

Поясним кратко наше мнение по поводу новозаветного эпизода с хананеянкой. В каноне Нового Завета имевший место реальный эпизод разорван на два сюжета и тем самым извращён. Иисус не отказывал хананеянке в помощи, а сам пошёл назад — ей навстречу, оставив в стороне ушедших по дороге вперёд апостолов. Поговорив с хананеянкой и вернувшись к апостолам, он застал их спорящими: им — спорящим — принадлежат приписываемые Христу у Матфея (15:26) человеконенавистнические слова о равенстве достоинства хананеянки достоинству пса и якобы выраженное хананеянкой согласие с этим унижением её достоинства (15:27). Застав апостолов в споре о праве иудеев на этику расизма в отношении неиудеев и о праве Мессии — по их мнению «первоиерарха», стоящего вне критики — на отступничество в каких-то известных ему случаях от ветхозаветного закона и политики насаждения расизма, Иисус, дабы вразумить их и освободить от власти над ними расистских бредней, рассказал им притчу о ближнем, которая в каноне Нового Завета приводится у Луки (10:30–37).

Дабы извратить истину и заблокировать разум слепой верой, «святые» отцы-основатели «христианских церквей», разорвали сюжет на два и противопоставили два обрывка сюжета друг другу, переработав их соответственно своим целям. Это пример того, как злонамеренно и целенаправленно создаётся искусственно «единство и борьба противоположностей» там, где её реально нет.

Это — применение диалектики по умолчанию к решению задачи управления процессом становления нового вероучения и эгрегориально-магического культа.

269.

Коран, 13:12(11).

270.

То есть, уже через Павла эгрегориальная магия, которой сопутствует запугивание оппонентов, вершилась над другими. Деятельность Павла стала поддерживаться с вершины «закулисной» иерархии до такой степени, что некоторые историки считают его прямым агентом высших «элит» Рима. Об этом мы поговорим в следующей подглаве.

271.

Это к ответу на вопрос, задаваемый многими: «А что я один могу поделать?» — прежде всего, каждый может выявить, переосмыслить и изменить свою нравственность.

В рассматриваемой тематике становления исторически реального христианства воздействие одного простого человека на последующую многовековую историю человечества ярче всего показывает эпизод призвания Христом апостолов к молитве в Гефсиманском саду: если бы хотя бы один из призванных удержал бы себя хотя бы в бодрствовании, а ещё лучше бы молился совместно с Христом, то всё последующее предстало бы перед ними иначе; исторически реальное христианство могло бы стать истинной религией людей и Бога, а не эгрегориально-магическим культом, каковым оно сложилось исторически реально.

272.

Возможно, что за единичными исключениями, которые впоследствии были забыты людьми или причислены к лику еретиков.

273.

Не признавая существования духа и несомого им смысла жизни, В.И.Ленин ошибся и в том, что есть «опиум», т. е. дурман для народа. Его афоризм: «религия — «опиум» для народа» — тоже печальное следствие антидиалектичности материализма.

Тем не менее этот же афоризм будет справедлив с одним уточнением:

ЭГРЕГОРИАЛЬНАЯ религия — «опиум» для народа.

В эгрегориальных религиях диалог идёт не с Богом, а с эгрегором, порождённым самими же людьми. Это подобно попытке научаться мудрости и черпать силу от эха собственного голоса — занятие для безумцев и бессмысленная трата времени и сил. Но кроме того, это — идолопоклонство, но не в овеществлённых формах, а в духе.

274.

У кого? кто в силах торговаться с Богом Всемогущим, Вседержителем?

275.

Мы более подробно вернёмся к вопросам, освящённым в этой книге в четвёртой книге курса при рассмотрении темы масонства.

276.

Цитируется нами по изданию М., «Эскмо», 2005 год.

277.

Это утверждение опровергается хотя бы тем, что Пилат пошёл на поводу у первосвященника Иерусалима, дав «добро» на распятие Христа — вопреки своему желанию. Есть версия, что супруга Пилата рекомендовала ему не связываться с синедрионом…

278.

Бейджент и Ли указывают, что некоторые авторы склоняются к версии умышленного поджога с целью прекращения деятельности общины.

279.

Своему ближайшему окружению Христос мог прямо сказать, что он на голгофу не собирается: как Бог решит, так и будет, а «пророчество» Исаии — для него не указ. Но остальное окружение Христа в такое его мнение могла быть не посвящена и этим оставалось руководствоваться эгрегориальным наваждением, поддерживаемым Кумранской (либо другой?) общиной.

Как мы уже знаем это эгрегориальное наваждение в конце концов взяло верх и в среде близких учеников Христа.

280.

Этому свидетельствует один из выводов книги «Свитки Мёртвого моря»:

«Что касается свитков, то всё говорит о том, что свитки Мёртового моря предназначались не просто для передачи информации. Всё свидетельствует о том, что они выполняли ритуальные (или по крайней мере ритуальные) функции и переписывались с особой любовью и тщательностью, что также являлось элементом традиции. Таким образом, весьма вероятно, что писцы позднейшего времени сознательно копировали стиль своих предшественников».

281.

Приход Христа был уже «отражён» и всё окружение убедилось, что он был распят: нужно было начинать следующий этап. Именно в это время и появляется эгрегориальный выдвиженец Павел.

282.

В этом месте переводчик поясняет, что Павел (древннееврейский) — «малый, меньший». Показательно, что сам Павел неоднократно называл себя меньшим из апостолов. Между тем в церковной традиции Павел наряду с Петром именуется «первоверховным апостолом»… Любопытно, что апостола Павла можно назвать основателем монашеской традиции перемены имени при принятии пострига… Кстати, учитель св. Антония Великого (III–IV вв.), египетского аскета, признанного основателя христианского монашеского пустынножительства, тоже носит имя Павел — св. преподобный Павел.

283.

К Галатам 1.

17 и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию, и опять возвратился в Дамаск.

18 Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать.

19 Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня.

284.

Деяния 9.

27 Варнава же, взяв его, пришел к Апостолам и рассказал им, как на пути он видел Господа, и что говорил ему Господь, и как он в Дамаске смело проповедывал во имя Иисуса.

28 И пребывал он с ними, входя и исходя, в Иерусалиме, и смело проповедывал во имя Господа Иисуса.

29 Говорил также и состязался с Еллинистами; а они покушались убить его.

30 Братия, узнав о сем, отправили его в Кесарию и препроводили в Тарс.

285.

Высылкой Павла в Тарс — наше пояснение.

286.

Авторы поясняют: «… читателю вполне ясно, что ревнитель закона — это не просто случайная фраза… она использована весьма уместно, подобно тому, как в масонстве могут употребляться такие метафорические обороты, как «братья-каменьщики». То есть, вывеска «ревнители закона» скорее всего означает достаточно посвящённую верхушку некой общины, раз авторы их сравнивают с масонами.

287.

Действительно: ведь чтобы поехать в увлекательное путешествие на корабле — нужны большие средства. И ещё: на надо забывать, что через верхушки иудейских первосвященников «мировая закулиса» управляла потоком событий на местах. А Иаков, как известно, был из числа первосвященников Иерусалимского храма и имел доступ в его «святая святых».

288.

При этом надо понимать, что покушение это не убийство. И покушение вполне может быть инспирировано ради поднятия авторитета того, на кого покушаются. Если хотят убить, то как правило — убивают. Этот приём, видимо, известен давно. Павлу делали авторитет пока он действовал, распространяя своё «христианство», поддерживали и не убивали — пока он не сделал своё дело. Хотели бы убить — убили бы.

Так, например, через инсценировку покушения сделали мировой авторитет ныне покойному римскому папе Иоанну Павлу II.

289.

Ессеи могли существовать после Христа как отдельная тихая община — тоже на базе свитков. Но «ранняя церковь», как она описана здесь — отдельная мафия, замкнутая на руководство «закулисы».

290.

А Иакова авторы книги причисляют к последователям Кумранской общины. По свидетельству Гегесиппа, Иаков вёл образ жизни, который проповедовали ессеи:

«Он никогда не пил вина…не ел животной пищи; бритва никогда не касалась бороды его… По причине его непревзойдённой праведности его прозвали праведным и…»защитником народа»».

291.

Римский император с 69 года.

292.

Одним из зачинщиков раскола в иудейской среде, как написано в Новом Завете, был Павел.

293.

Что и было принято голосованием в 325 году на первом Вселенском соборе.

294.

Имеется в виду культы верховных богов на местах, где бывал Павел в Римской империи.

295.

Развития христианства.

296.

В общем эта мысль стыкуется с хронологией событий: если деятельность Павла была решающей и «закулиса» лишь после Павла решила, что «христианство» на базе веры Павла достойно для толпы — то Павел был убран с политической арены в результате принятия этого решения. Он, видимо, подобно своему последователю Л.Д.Троцкому (убит своими же в Мексике), создав «нужную» веру, стал опасен одержимостью, выходящей за пределы представлений «закулисы» о будущем становлении «христианства».

297.

По контексту это — иудейский закон — Танах.

298.

По свидетельству церковных преданий.

299.

Что и поддерживает церковь.

300.

Верховные божества разных стран Среднего Востока.

301.

Чем Павел утверждал верность казни и воскресения Христа, что позднее вошло в Символ Веры.

302.

Позже, со II–III веков, на окраинах Римской империи стал весьма популарным культ персидского Митры, который был главным в образовавшейся к тому времени империи Сасанидов. О роли культа Митры в становлении библейского христианства (как его культовой стороне, так и его содержания) — мы поговорим в пятой книге курса.

Но Павел подготовил почву для обожествления Иисуса Христа в среде ранних «христианских» общин — гораздо ранее, нежели «закулиса» приняла окончательное решение скопировать культ «смерти-воскресения» одного из богов огромной Римской империи, для переноса его на единственного «сына бога».

303.

Можно добавить: в отношении технологий внедрения нового учения. А в его содержательной части Павел был одержим эгрегором «Господь», который явился ему и инициировал (не без помощи какой-то общины…).

304.

Мы цитируем из книги «Свитки Мёртвого моря» лишь те места, которые, считаем, отражают в большей степени разные аспекты деятельности Павла, малоизвестные современным «христианам». В то же время многое из выводов авторов не состоятельно. Бейджент и Ли, во многом адекватно судя о деятельности Павла, относятся с теми же стереотипами-подходами и к деятельности Христа — что неверно. В частности они приписывают Павлу, что якобы тот создал миф о чудесном воскресении Христа. Но Павел — лишь поддерживал миф о воскресении и развивал его.

305.

И Павел и члены Иерусалимской общины Иисуса не поняли. Они все верили, что свершилось «пророчество» Исаии. К тому же члены «иерусалимской общины» жили по Танаху и считали Иисуса Мессией, о котором говорил Исайя. Однако, Павел создал обширные трактования об учении Иисуса — которое как нельзя лучше подошло «мировой закулисе».

306.

2 Коринфянам 11: 15.

307.

То есть, «ревнители закона Моисея» (Танаха) согласились на часть лжи (как они сами понимали) которую нёс Павел в отношении учения Христа — лишь бы «язычники» (так называли всех неиудеев, кто исповедовал многобожие) быстрее приняли «христианство».

308.

Это одно из немногих высказываний Павла, которое близко к правильным рекомендациям. В нём он призывает искать праведность не в писанном законе — а через веру согласовывать свою праведность с праведностью Бога. Естественно, законников это никак не устраивало.

Что имел в виду Павел, какого Бога и какую праведность — можно узнать, ознакомившись со всем его новозаветным наследием. И получится, что та праведность по вере, которую имел в виду Павел — тоже не от Бога. Но приведённое высказывание само по себе (вырванное из контекста всех речей Павла) почти верно, и такие моменты в его деятельности бывали. То есть, Павел был не только одержимым и не всегда одержимым: он искренне искал себя в вере.

309.

Ясно что после этого римские власти ещё больше стали ненавистны иудеям (напряжённость росла и разрядилась рядом восстаний), а для будущих «христиан» римские власти стали символом спасения одного из главных «апостолов Христа». Так Павел, как до него Иисус, стал в роли жертвы иудеев требовавших его казни, но которым не хотели подчиняться римские власти (как не хотел казнить Христа Понтий Пилат).

310.

Толпа иудеев призывала убить Павла: «Истреби от земли такого! Ибо ему не должно жить!» (Деян. 22: 24).

311.

Распространённый приём для того чтобы уберечь кого-либо от самосуда.

312.

Это может значить только одно: Павла очень ценили за его деятельность и, видимо, пока нуждались в нём. А римские власти всегда были под контролем «мировой закулисы» через римскую «жреческую» периферию — также как и посвящённые иудеи Иерусалимского Храма были под контролем «закулисы» через священников-левитов. Поэтому, как и утверждают авторы книги, конфликт Павла с Иаковым и другими иудеями — это в первую очередь конфликт в среде иудеев. Но управляемый конфликт, в котором римские власти выполняли роль исполнительного органа.

Именно из-за этого эпизода некоторые Павла относят к римским агентам.

313.

Или для выяснения посвящёнными промеж себя: что с ним делать дальше.

314.

Бейджент и Ли придерживаются общего мнения что автором Деяний мог быть евангельский Лука, посвящённый в часть общего сценария.

315.

Павла надо было казнить, чтобы он стал «воистину святым, сопричастным Христу».

316.

«Ревнители закона Моисея» были иудеи, соблюдающие законы Танаха, а в среде «христиан» поддерживали принцип, провозглашённый в Новом Завете уже позже (но принятый, видимо сразу после ухода Христа), который не отрицал «Моисеев Закон», а утверждал его вместе с «новым законом» якобы Христа. (выделено нами):

От Матфея 5.

17 Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить.

18 Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все.

317.

Что не приветствовалось у ессеев.

318.

Особенно в ходе непрерывной прижизненной пропаганде апостола Павла, оставившего за собой несколько впечатляющих посланий, вошедших в Новый Завет.

319.

Мы уже комментировали вздорность «первородного греха». А запрет на самостоятельное познание (да ещё от имени Бога) — это обратная сторона библейско-египетского герметизма.

320.

От Матфея 5.

3 Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.

321.

Очень удобно, чтобы холопы-рабы не стремились к стяжательству. Тогда «господа» смогут беспрепятственно концентрировать у себя материальные «богатства», а рабы будут «чаять спасение будущего века», ведя скромный образ жизни «христианина». Мы уже знаем, что на роль господ претендует «закулиса», а на роль надсмотрщиков за холопами она назначила иудеев, которым «христианские» заповеди противопоказаны. Такая вот толпо-«элитарная» пирамида.

322.

Зачем Богу губить души, которые он сам посылает в Жизнь?

Но если не Бог губит души на Земле, то встаёт вопрос: кто этим занимается, списывая загубленные души на первородный грех, за который Бог якобы всех наказал…

323.

Патриархат — название прихода автокефальной церкви «христиан». В церковной иерархии патриарх высшее звание, присваивавшееся у евреев главе синедриона. В «христианской» церкви звание патриарх принадлежало сначала всем епископам, затем римскому, константинопольскому, александрийскому, антиохийскому, иерусалимскому. В современном православии патриарх — высший духовный сан, обычно глава самостоятельной (автокефальной) церкви. Избирается церковным собором.

324.

Поскольку римская толпа была безразлична в своей массе к «христианству», «мировая закулиса» решила её проучить практической профилактикой (сделать прививку против «язычества»): император Юлиан вдруг отказался от «христианства» ввёл жесточайший режим гонения на «христиан» и показал толпе все «прелести» многобожия, вернувшись к пантеону в условиях жестокостей рабовладения. Но через три года правления-профилактики он также внезапно погиб.

После чего толпа сочла «христианство» «лучшим» по отношению к олимпийскому пантеону. И в конце IV века при Феодосии I Великом (379–395) «христианство» утвердилось окончательно.

325.

Наихудший вариант библейской символики, исключающий Бога вообще и передающий «права» «Богу-Христу» в облике человека.

326.

Откровение состоит из 22-х глав, что тоже является числовой мерой древнеегипетских «жрецов», управлявших по схеме «11+11» (всего 22 иерофанта). А число 22 в западном эзотеризме считается «священным».

327.

Откровение 3.

14 И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия:

15 знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч!

16 Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих.

Этот призыв к поддержке того, кто «ни холоден, ни горяч» можно понимать как поддержка древнеегипетским Аминем-Амоном (в Египте, где культ Амона был главным, положено начало «создания Божия» — по концепции «мировой закулисы») безволия чуть «тёплой» толпы (всё «по барабану»), в библейском «христианстве».

С другой стороны (по отношению к лидеру, а не к толпе), позиция «ни холоден ни горяч» могла означать — отсутствие эгрегориальной одержимости (горяч) и отсутствие безразличия к религиозно-политическим вопросам (холоден). Это свойственно как «демонам» (демонический тип строя психики), так и человекам (человечный тип строя психики). Но вряд ли Амон стал бы поддерживать человечность… тем более что к человеку понятие «тепл» как-то не подходит.

328.

Хотя бы это: Откровение 21: 9-12.

329.

Достаточно вспомнить хотя бы следующие слова Христа:

От Матфея 23.

1 Тогда Иисус начал говорить народу и ученикам Своим.

2 и сказал: на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи;

330.

То есть, русские не могли читать Библию на родном языке до 1876 года. Однако, православие на Русь внедрили на восемь веков раньше — в обход воли и сознания русских людей. И все эти века для русских Библия была «вещью в себе», которую невозможно понять хотя бы по причине её лексической недоступности в целостности повествования. Отчасти поэтому сопротивление в русской цивилизации библейской агрессии было в основном стихийно-бессознательным.

Справедливость требует отметить, что перевод Библии на церковнославянский сделал её более доступной для изучения русскими по сравнению с латинским вариантом для европейцев. Тем более если учесть, что церковнославянский пусть и не очень близок современному русскому языку, но очевидно практически идентичен старославянскому, на котором говорили в IX веке.

331.

До V собора Христа часто изображали в виде «агнца» (ягнёнка).

332.

«Мировая закулиса» с помощью библейской концепции проводит в жизнь издревле принцип «разделяй и властвуй». Как только этот принцип вошёл в культуру Римской империи, он сработал «вовнутрь» империи: хотела этого «закулиса», или нет. Духовные и властные иерархи осколков западной Римской империи, получившие библейское христианство как самое эффективное средство в условиях толпо-«элитаризма» для управления толпой (средство третьего приоритета) — одновременно получили и иллюзию своей властности в тех государствах, иерархами которых они стали. Делиться же своей властью они не хотели ни с кем. Так и существует до сих пор конгломерат западноевропейских государств, которые не смогла объединить «мировая закулиса» на основе библейского христианства в единую империю (типа Римской) — даже после написания единой Европейской конституции.

В этом выразилась единственная (наверное) польза библейского христианства: его лживость и внутренняя алгоритмика «разделяй и властвуй» не позволила объединить в новый союз за почти 1500 лет осколки неправедной Римской империи.

333.

Первая попытка отождествить главу церкви с Богом была предпринята не в Риме, а в Толедо, на соборе Испанской церкви в 589 году. Там было предложено изменить под возвеличивание церкви и папы Символ веры, добавив туда исхождение Духа Святого не только от Бога Отца, но и от Бога Сына (так называемый «филиокв») — что давало возможность церкви имени Христа на неограниченную (ничем кроме Божиего Промысла) вседозволенность от имени Святого Духа и Бога. Ведь церковь считается наместницей Христа до следующего прихода. Постепенно эта инициатива была одобрена большинством поместных католических церквей.

334.

Что подтверждает стремление к централизации мировой власти вокруг римской католической церкви.

335.

Типично «закулисная» разводка с применением властных полномочий. Другое дело, остаётся открытым вопрос: чего добивалась «закулиса»: укрепления Рима, либо окончательного раскола, опасаясь потери контроля за ею же создаваемым новым имперским монстром (в условиях постоянной войны двух систем этого она не опасалась). А может действовала «как получится», поскольку в любом случае она оставалась хозяином положения.

336.

По церковному закону восстановление единства «христианской» церкви возможно лишь на новом Вселенском соборе. Такую попытку предпринял римский папа Иоанн XXIII в 1962 году. Видимо кризис сценария «мировой революции» заставил «закулису» думать о возвращении к былому церковному единству. Но воссоединения не произошло: время было уже совсем не церковное…

337.

В действительности никакого Святого Духа в псевдохристианских церквях нету вообще. А есть единый библейский «Дух», разделивший когда-то паству на два крупных лагеря.

338.

Появившийся в VII веке Коран справедливо указывает на то, что Бог не имел и не имеет детей — в главе, которая называется «Очищение веры» (веру Богу загадили отсебятиной — церкви имени Христа):

Коран 112.

1 [Сура 112. Очищение (веры)] Во имя Бога милостивого, милосердного! Скажи: «Он — Бог — един,

2 Бог, вечный;

3 не родил и не был рожден,

4 и не был Ему равным ни один!»

Выделенная нами жирным фраза — о том, что Бог не размножается своими сыновьями, Ему это незачем — предназначена всем, кто присягнул либо просто поверил библейскому Символу веры про Бога-Сына.

339.

Наш взгляд на этот вопрос будет изложен в дальнейшем.

340.

Как преподносит себя саму церковь.

341.

Если не самая, то одна из самых «вершин падения» церкви библейского христианства. Об отпущении грехов душе говорить в среде людей вообще не совсем этично. Церковь же не только «отпускает грехи душам», но католическая — ещё и «расписки» за это выдаёт.

Лишь Бог точно знает об истинной нагрузке на душу в этой жизни и лишь Он может говорить с душой о её грехах: где душа чего-то не выполнила, а где перешла грань допустимого для неё. Конечно люди тоже являются в некотором роде посланниками Свыше друг к другу. Поэтому они могут высказать своё мнение о жизни других — но прощать от имени Бога чужие грехи — не входит в компетенцию никого из людей.

342.

Хоть в православии этого не было, но в наше время церковь в некоторых приходах устанавливает нечто подобное католическому прейскуранту: но не в отношении отпущения грехов, а — цены на ритуальные услуги церкви. Верхушка Московского патриархата старается с этим бороться, либо делает вид, что борется — но всё тщетно: жидовство церковников и близость лёгкой наживы берут верх над церковной дисциплиной.

343.

Так церковь в середине XX века стала возвеличивать культ женского божества — наравне с мужским (Христом), а может и возвышать над Христом. Что это? Начало обнажения скрытого матриархата в библейском обществе?

Во всяком случае западный обыватель почитает «Богородицу» не меньше чем самого Христа.

344.

Сразу возникает вопрос: зачем нужна встреча с телом? Тело своё отслужило на Земле и в другом мире душе должно предоставляться совсем иное вместилище. Какой смысл встречи с телом, символом земного воплощения?

345.

В православии нет столь явно прописанного культа Девы Марии, но её также очень чтут как Богоматерь.

346.

Приняв на себя непогрешимость, глава католической церкви самоустановился на уровень Бога.

347.

Интересно, что период между первым и вторым соборами — был период небывалой активизации (в 1870 г. родился В.И.Ленин) и увядания всемирного «социалистического» движения, начавшегося на Западе. Как будто в 1870 году церковь судорожно цеплялась за власть, дав папе римскому полномочия Бога, потом у неё «опустились руки» (либо ей сказали «цыц!»), а когда мировая революция зачахла (это стало ясно начале 60-х годов XX века) — церкви сказали «фас!» И полномочия подтвердили ещё раз.

348.

«Духовные династии» действительно не могли устраивать «мировую закулису»: ей было достаточно проблем с царскими династиями многочисленных западных королевств и царств (наследование престола ограничивало возможности манипуляций высшими кадрами власти извне династий — с надгосударственного уровня; приходилось банально убивать неподходящих наследников и ждать что принесёт следующий наследник, если и он не подходил, его тоже убирали и так далее). Поэтому для свободной (выборной) манипуляции высшими духовными кадрами церкви «закулиса» законодательно отменила «духовные династии».

349.

От них продолжают свою преемственность масонские ордена, появившиеся в XVI веке. Через систему разнообразных по назначению орденов «мировая закулиса» осуществляла дополнительное (по отношению к папскому) управление на местах.

350.

Хотя неофициально в православии полно всяческих организаций орденского типа. Тем более, что монополии на власть нет ни у одной православной патриархии, а значит нет и такой централизации власти во главе с папой, как в католичестве. Можно считать, верхушки иерархий поместных православных церквей и соответствующее им монашество — разновидностью православных орденов. Но есть и помельче ордена, которые считаются эзотерическими (скрытыми).

351.

Видимо это была последняя крупная попытка поддержать власть церкви накануне эпохи Возрождения.

352.

За что и были наказаны фашизмом…

353.

И за более позднее отступничество в лютеранство и руководство Реформацией.

354.

Светский фашизм, не уступающий своей жестокостью папскому фашизму времён инквизиции.

355.

Ленин начал, а Сталин продолжил и ограничил эксперимент с «мировой революцией» географической территорией СССР.

356.

А первая мировая война XX века была развязана в том числе и для ослабления обоих имперских режимов: «закулиса» чуяла большие проблемы от русских и германцев.

357.

С Францией, также как и с Германией у «закулисы» проблемы воспроизводятся до сих пор: именно Франция (вместе с Голландией) не поддержали Европейскую конституцию, сведя «на нет» многолетние потуги «закулисы» по объединению Европы в XXI веке.

358.

Библейский принцип «разделяй и властвуй» в действии.

359.

Именно таким образом — добровольно и без воздействия внешних социальных факторов — призывали людей менять свою нравственность праведники, среди которых был Иисус.

360.

Католицизм запрещал «христианам» заниматься ростовщичеством, но иудеи в диаспоре им занимались в среде «христиан».

361.

Что всё-таки произошло в начале XXI века.

362.

И за это тоже Германия была наказана фашизмом.

363.

Всеясветная грамота — рабочая азбука жречества Руси времён языческой древности. В её состав для описания земного плана восприятия входят 64 строчных буковы, и 83 над- и подстрочных символа и 1234 — для Вселенского. Грамота построена так, что, не научившись чувствовать жизнь, соображать и мыслить, освоить её было невозможно.

Как сообщают представители этого объединения, Кирилл начал освоение этой грамоты, но она ему не далась — в полном объёме он её освоить не смог. Тем не менее, на её основе он построил алфавит, известный ныне как «кириллица». Главное «достоинство» кириллицы в сопоставлении её со Всеясветной грамотой состоит в том, что на основе кириллицы можно научиться читать и писать, не научившись при этом чувствовать жизнь, мыслить и соображать. Многие отрасли современной науки, включая экономическая науку и социологию в целом, культивируемые на Западе и РАН в России, а также произведения иерархов РПЦ — прекрасное тому подтверждение.

В интернете Всеясветная грамота представлена на некоторых сайтах, в частности: http://gramota.org.ru/

364.

В переводе на современный язык сын Хелийский — сын Солнца, Геклиос — греческое имя бога Солнца.

365.

Об этом говорят представители «Всеясветной грамоты».

366.

Со+Бытий.

367.

Если общество с преимущественно биологического пути развития цивилизации сворачивает на преимущественно технико-технологический путь, то люди в нём утрачивают и какие-то навыки мироощущения, миропонимания и воздействия на Мир, которые были естественны для их предков, живших в иной культуре. В этом процессе смены культур некогда работавшие процедуры, в которых выражались практики непосредственно психического воздействия на Мир, становятся пустыми ритуалами, результат воспроизведения которых не гарантирован; это, в свою очередь, ведёт к обожествлению в новой культуре предметов прежней культуры, с которыми связаны переставшие быть понятными процедуры. Соответственно то, что в последствии стало восприниматься как идольские капища, изначально могло быть устройствами для усиления и ретрансляции биополевого воздействия людей на течение процессов в окружающем мире: это их назначение было всем понятно и потому они — как произведения самих людей — не могли быть объектами обожествления и поклонения. Потом, в процессе деградации языческой культуры и дезорганизации личностной психики в последующих поколениях, они утратили эту функцию, но обрядность продолжала сохраняться, а «оборудование капищ» стали обожествлять, в результате чего и возникло идолопоклонство.

Этот процесс возникновения идолопоклонства можно пояснить на всем известных примерах. После Великой Отечественной войны, во многих городах СССР на постаменты были водружены танки и пушки. В дни памятных дат войны мы возлагаем к подножиям их пьедесталов и на их броню цветы. Чтобы возникло идолопоклонство в отношении «бога» Т-34, - надо продолжать сохранять ритуал отдания воинских почестей, но забыть, что Т-34 — порождение самих людей. В результате Т-34 со временем способен превратится в «ипостась бога войны» либо идол, его олицетворяющий. Не дай Бог такого «развития».

Как сообщает Э. фон Дэникен, на одном из островов Тихого океана, где в годы второй мировой войны ХХ века был аэродром ВВС США, местное население, жившее до этого в каменном веке, понаделало из соломы макетов самолётов, аэродромного оборудования, соломенных же наручных «часов», живёт воспоминаниями о том, что их посетили «боги», разыгрывает церемониал службы на аэродроме и т. п. Но только соломенные «самолёты» не летают (фото см. в книге «По следам всемогущих», «ЭКСМО», 2003 г., стр. 123).

368.

Текст, выделенный жирным, попал в канон Нового Завета в пересказе апостола Павла: 1 послание Павла Коринфянам, гл. 13.

369.

«Закон и пророки» во времена Христа это то, что ныне называется Ветхий Завет.

370.

Иоанн Креститель иначе Иоанн Предтеча.

371.

В каноне Нового завета вместо «Царство Божие» стоят слова «Царство Небесное» — цензоры и редакторы постарались.

372.

«Хилиазм (от греч. сhi1iбs — тысяча), миллинаризм (от лат. mille — тысяча), религиозное учение, согласно которому концу мира (т. е. Судному дню — наше пояснение при цитировании) будет предшествовать тысячелетнее «царство божье» на земле» (Большая Советская Энциклопедия, изд. 3, т. 28, стр. 252).

373.

Близость окончания которого была ознаменована смертью Б.Ельцина 23 апреля (в эту же дату умер Борис Годунов: есть мистические параллели) 2007 года.

374.

Государственность Руси в то время была ярче всего представлена Новгородом.

375.

Он ездил на два года в Скандинавию, собирая отряд профессиональных войнов-наёмников. Владимир Креститель, также как и его марксистский тёзка Владимир Ленин — полукровки. У обоих деды — евреи. И оба являлись на Русь с наёмным войском после эмиграции.

376.

Подобного рода эгрегориальная инициация происходила в шаманизме с новичками, о чём мы уже говорили.

Интересно, что эта древняя магия «опустошения «душ»» для подготовки к принятию чего-то нового — широко известна на Востоке. Так, например, всем кто хочет попасть в Шамбалу, рекомендуют многоуровневый тренинг (в разных исполнениях), суть которого — освободить свои души от прежнего содержания, которое якобы душа получила в процессе жизненного пути. Вместе с прошлым содержанием, которое во многом предопределено судьбой, личность может вычистить из своей «души» и остатки совести…

Подобное же очищение-опустошение психики проводится и в саентологии под названием клирование. Известно, что саентология это — попытка перенести восточные принципы работы с психикой на Запад.

377.

Годы жизни: 948 — 1015, годы княжения: 980 — 1015 гг.

378.

Значит и нравственность Владимира Крестителя соответствовала тому, да и женщины его сыграли в этом не последнюю роль…

379.

То же самое почувствовал и апостол Павел при встрече с Антихристом на пути в Дамаск.

380.

Что странным образом совпадает с датой начала первой мировой войны XX века — войны, ставшей для российской государственности роковой.

381.

С этого момента церковный «Дух»-эгрегор стал подпитываться через церковную систему образования, которая действует до сих пор. Эта система «зомбирует» учащихся, в добавок к церковным магическим таинствам — открыто и нагло.

382.

При этом учёная интеллигенция должна была прекрасно знать, что Рим был рабовладельческой империей, которая распалась в первую очередь вследствие крайнего разделения на «элиту» и рабов и деградацию всех слоёв населения — после чего империя стала лёгкой наживой разного рода «малокультурных» «варваров».

Несмотря на это, движимая престижем стать преемницей Византии, русская образованная «элита» повела Россию по тому же пути, что и Римская и Византийская империи (последняя пала под натиском турецких «варваров»). Закончилось это тем же: в 1917 году Российской империи не стало, тогда же пресеклась и династия Романовых.

После этого из России стали «лепить» советскую империю во главе с Л.Д.Троцким, другими троцкистами. И.В.Сталин этот сценарий погасил и при нём СССР не был рабовладельческой империей, а народы СССР медленно двигались к избавлению от скрытого рабства. После гибели И.В.Сталина хрущёвско-брежневская команда, замкнувшись на «закулисное» управление, повела народы СССР к усугублению скрытого рабства под вывеской марксизма-ленинизма. В ЦК КПСС — вершине власти при советах — опять появилась фамилия Романов. Григорий Васильевич Романов, политический деятель, Герой Социалистического Труда (1983 г.). В 1970-83 гг. 1-й секретарь Ленинградского обкома КПСС. Член Политбюро ЦК КПСС в 1976-85 гг. Секретарь ЦК КПСС в 1983-85 гг. То есть, в «культурной столице», как и перед революцией 1917 года — последний глава был Романов в Петрограде — перед отступником Горбачёвым (секретарь ЦК КПСС с 1985 года), с которого начался крах империи.

Конец у советской империи оказался тем же, что и у Российской империи. Она распалась (1991 г.) — как распался когда-то рабовладельческий Рим.

383.

Смысл этого двуглавого урода: концептуальная неопределённость Руси-России (двоевластие). Одна голова библейская (византийская), а другая — русская.

384.

Третий полный цикл был разделён падением СССР и введением всеобщей капитализации в России — с началом процесса невиданного со времён России Романовых имущественного расслоения людей.

385.

То есть, этот позор законно существовал более 200 лет.

386.

Библейская голова двуглавого орла.

387.

Но возможно, что он был ещё и посвящён в некий сценарий по лишению РПЦ её автокефальности а вместе с этим и лишению российского престола его самостоятельности.

388.

При этом следует помнить, что по древнему плану «мировой закулисы» столица империи, на которую она делала основную ставку в своём глобальном сценарии к этому времени должна была сместиться в Санкт-Петербург, который через три года и основал Пётр I. Лозунг «Москва — Третий Рим» стал меняться содержательно в сторону «С-Петербург — Масонский Мир».

389.

Президент — от латинского praesidens, буквально — сидящий впереди.

390.

Спрашивается: если в церкви обитал Святой Дух, а верхушка государства была одержима западным сатанизмом (был введён обязательный французский язык и прочие западные обряды) — почему же тогда этот Святой Дух не помог церкви справиться с сатанизмом государства?

Ответ может быть только один: и те и другие были одержимы сатанизмом и никакого Святого Духа у церкви никогда не было.

391.

На базе России (и ряда стран СНГ, отколовшихся от СССР) «закулиса» планировала возобновить попытку «мировой «социалистической» революции», кадровой базой которой должны были стать опять, как и в 1917 году масоны и иудеи. Поэтому власть либералов в России должна была уже к середине-концу 90-х годов XX века смениться (революционно либо в стиле «дворцового переворота») властью нового «пролетариата», который возглавят масоны, как это и было в 1917 году. Но «элиты», попав вод власть РПЦ, стремящейся как всегда к самостоятельности от масонов и Запада (чтобы эксплуатировать толпу «в одну харю» с «элитой») — не «легли» под сценарий «мировой закулисы». К тому же «элиты» побоялись, что новые «пролетарии» отнимут у них часть награбленного за «перестройку». В этом РПЦ и «элиты» сошлись в едином «заговоре», перейдя дорогу «мировой закулисе».

392.

Здесь мы не рассматриваем степень подчинения не «христианских» народов иудеям, внедрённым в среду первых.

393.

Но кому больше всех дано было Свыше приблизиться к Царствию Божиему на Земле по объективным обстоятельствам жизни — с того и больше спрос Свыше, и этот спрос обусловлен постоянно поступающими оттуда же предложениями и напоминаниями о невыполненной миссии. Речь идёт о Русской цивилизации.

394.

Один из церковных тезисов.

395.

В противном случае православные «патриоты» будут работать на размывание библейского толпо-«элитаризма». Но тогда покорность толпы, образно говоря — никому не достанется. И сами «патриоты» не смогут подчинить себе толпу — обращаясь к православным идеям.

396.

Так иудеи исторически всегда легко принимали «христианство», если это им надо было для продолжения господства над народами, которое им предписано Ветхим Заветом. Такие назвались «выкрестами».

397.

А ведь есть ещё Талмуд и более поздние своды законов для иудеев, о чём тоже не надо забывать.

398.

Учитывая, что библейский «Дух» наиболее «плотно» присутствует в церкви, церковная иерархия и поддерживающие её «патриоты» первыми встают на этот путь.

399.

Как известно, франкмасонство зародилось в XVI–XVII веках в Европе как светский аналог церковных орденов. Вопрос масонства будет рассмотрен в одной из следующих глав учебника.

400.

Церковная форма — старая форма библейского тоталитаризма. Масонская форма светского государства (можно — гражданского общества) — новая форма старого библейского тоталитаризма. Библейский тоталитаризм управляет по принципу поддержки в толпе безволия, невежества, методологической нищеты, немощности и пр. пороков — при вседозволенности образованной и посвящённой «элиты» в рамках, заданных «мировой закулисой».

401.

Рыба — символ библейского христианства: эра рыб уже отдала эстафету эре водолея.

402.

То есть, пойдёшь вспять истории.

403.

По данным «Института комплексных социологических исследований РАН» церкви доверяет около 65 % населения России.

404.

По контексту — после страшного суда.

405.

По контексту — после страшного суда вы получите за то, что занимались стяжательством в земной жизни.

406.

Тоже самое, по контексту умолчаний — после смерти. Это выражение доктрины посмертного воздаяния: каждый получит лишь после смерти за то, что делал в жизни «хорошего» или «плохого».

407.

Опять по общему контексту Нового Завета — после смерти.

408.

В редакциях других библейских Евангелий то же самое написано немного иначе.

409.

Вопиющее противоречие этого призыва со здравомыслием и с существом человека толкает некоторых на поиски более приемлемых трактовок приведённого выражения. Существует, в частности, толкование, что, мол, «нищие духом» означает «нищие сознательно», т. е. сознательно отказавшиеся от материальных благ.

410.

В реальности это — иудейская иерархия, представленная в Библии Ветхим Заветом, а также более поздняя система масонства (создана в первой половине XVII в.), на вершине иерархии которых — «мировая закулиса».

411.

Лука 6:35: «Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым».

412.

Деление на противоположности в целом — неправильно. Об этом разговор пойдёт в следующей книге курса.

413.

Призыв не судить можно понимать и иначе (что многие и делают в жизни) даже в рамках библейского учения: не рассуждайте — и не будете призваны на последний Суд, подобно траве, червям и подобным им тварям несмыслящим, в то время как люди-праведники предстанут пред ним обязательно. То есть, избежать Суда, обещанного библейской доктриной якобы можно — прожив как «трава на поле боя»: вокруг дерутся одинокие праведники, а «люди простые» (коих толпы) ропщут и боятся самостоятельно мыслить в духовной немощи. Такая «растительная» жизнь переностится и на «загробную»: мол «мне в этой жизни не пришлось никого судить — и в той жизни меня, может быть, не осудят».

Но в этом случае «простым людям» нечего пенять на «судьбу»: траву топчут все, кому не лень мыслить и судить…

414.

Судьба — многовариантная программа Бога для души, следуя которой личность живёт в безопасности и безбедности.

415.

И призывает к тому же государство, которое если последует этому — будет по настоящему фашистско-тоталитарным.

416.

Вообще-то душа бессмертна. Тогда что это: неточности перевода или сатанизм редакторов Библии?

417.

Есть примерно такая поговорка: «у нас начинают видеть в людях всё хорошее, только когда они умрут». После смерти скорбь о том, что ушёл человек «с такими возможностями» — безутешная. А сколько ещё бы мог сделать, если бы мы его вовремя поняли и оценили…

418.

Если с первой частью этой фразы ещё как-то можно согласиться, в том смысле, что входящая в жизнь душа является вместилищем для приобретаемого в земной жизни духа, то вторая часть этой фразы по меньшей мере спорна. Здесь пока скажем лишь одно: библейски-церковный дух в подавляющем большинстве случаев по праведности не возносится над душами, в которые он входит.

419.

В русском языке, в русской культуре точно и однозначно признаётся существование невещественного духовного мира — коллективного бессознательного — невещественного существенного недоступного нам духовного мира.

420.

«Дух веры христианской» и «Русский дух» — разные вещи.

421.

Правда его опередил Соломон, высказав точку зрения праведника на грядущую попытку пресечения праведности…

422.

Либо Бог заблаговременно вывел Христа из области опасности для его жизни другим способом.

423.

Поэтому человеку не должно быть свойственно плохое настроение, желание поскорее умереть, а также страх смерти. Эти признаки могут означать отклонение личности от судьбы, а значит и от своей миссии на Земле. Желание побыстрее покинуть «этот мир» — признак душевной и психической болезни — признак уклонения от судьбы.

424.

Что вызывает всё-таки сомнения: Иисус мог бы жить после иерусалимского периода в среде единомышленников хотя бы на Руси (куда Бог помог бы ему добраться), либо он мог бы найти применение своим проповедям в других регионах мира. Возможно, что так и было, но история до нас не донесла подобного рода факты.

425.

Приведём здесь определение соборности.

Носители человечного типа строя психики порождают коллективную психику — эгрегор, отличающийся по своим качествам (взаимодействия как со всякой личностью в её составе, так и с внешней по отношению к эгрегору средой) от коллективной психики (эгрегоров), порождаемых носителями других типов строя психики личности.

Коллективная психика, в которой выражается человечный тип строя психики множества личностей, именуется словом «соборность». Соборность же в структуре коллективного духа человечества и его народов занимает иерархически наивысшее положение в смысле способности оказывать воздействие на течение событий, блокировать и поддерживать деятельность других эгрегоров и быть свободной от подчинённости её другим эгрегорам, поскольку представители соборности, пропуская при человечном типе строя психики через свою психику информационно-алгоритмическое наполнение прочих эгрегоров, таким образом входят в них, обладая наивысшим иерархическим статусом, либо по отношению к ним выступают в качестве управленцев — «менеджеров» и «программистов».

426.

Эта эгрегориальная инициация была известна самое позднее со времён шаманизма. И механизм её всё тот же, что и инициация шаманов — лишь более скрытый и «гуманный».

427.

Таинство — русское название греческого «мистика». Мистика (от греческого mystikos — таинственный) — религиозная практика, имеющая целью переживание (иногда даже в экстазе) непосредственного единения с потусторонними силами (или даже с богами), а также совокупность теологических и философских доктрин, осмысляющих эту практику.

428.

Образно говоря «Святой Дух» церкви — не Святой — а протухший «Дух» древнего толпо-«элитаризма», воздействующий на людей, которые не понимают совсем, либо до конца не понимают, что с ними происходит.

429.

В данном случае иерархией церкви и её хозяевами.

430.

Верующих людей, паствы, сочувствующих и всех, кто хоть как-то включён в алгоритмику таинств или даже просто находится в среде верующего общества.

431.

То есть древние языческие обряды несли в себе алгоритм управления обществом и даже биосферой — такой, чтобы стараться не выпасть из Божиего Промысла (из Царства Божиего).

432.

В настоящее время, убедившись в очередной раз, что Россию целиком не покорить с помощью глобального сценария (последняя разработка такого рода — вторая попытка «социализации» России в период «перестройки»), «мировая закулиса» запустила алгоритм её «освобождения» от русских — в основном методом массового применения оружия геноцида: алкоголь, табак, наркотики, сексуальный беспредел и прочее.

433.

Имеется в виду церковная байка про «первородный грех».

434.

Посвящение — удел масонских лож и корпораций. Бог не посвящает в Святой Дух: Он его предоставляет согласно нравственности.

435.

Это означает, что был причислен церковью к лику «святых» в 389 г. Григорий Богослов (329–389 гг.) — архиепископ Константинопольский; в церкви за свои сочинения получил наименование богослова и вселенского учителя.

436.

Правда, в канонах Нового Завета Иоанн Креститель обещал, что «следующий за ним» — Иисус — будет крестить всех «Духом Святым и огнём» (Мф. 3:11). Что в общем-то и происходит под церковным эгрегором, где вода — всего лишь внешне видимая часть ритуала «Духовного» крещения, после которого зачастую горят целые города в непрекращающихся земных войнах.

437.

Церковь учит, что в земной жизни «христианину» постоянно страдать «как Христос» это — нормально. В обществе даже появилась поговорка «нести свой крест». Но этот «крест» не от Бога: он появляется у тех, кто отдаётся во власть какой-либо духовной корпорации. В восточных религиозных системах (индуизм, буддизм) этому явлению несколько соответствует понятие «карма».

438.

Но нужно помнить, что исторически реальный Иисус Христос отказался отдавать свою душу Сатане.

439.

Широко известно, что Сатана и его слуги — вампиры. Но они опасны только для тех, кто их боится, кто им служит и верит в их могущество.

440.

То есть — иерархии.

441.

То же самое происходило при инициации новичка-шамана:

Течение шаманской болезни как правило полностью совпадало с циклом инициации, этапы которой получили название: страдание, смерть и последующее воскресение. Только культура шаманизма наглядно и подробно демонстрирует нам весь важнейший механизм инициации будущего шамана, заключающийся в последовательности «страдание, смерть и последующее воскресение». Мало того, эта культура сохранилась у некоторых народов до сих пор и в определённой мере можно посмотреть что происходит с инициируемым и в наше время. Инициируемый (будущий шаман) в процессе шаманской болезни становится в большей мере невольником-«зомби» того эгрегора, через который проходит инициация его психики. После чего большая часть психики шамана управляется тем эгрегором, который его инициировал. В этом «ключ» к пониманию всех субкультур разноликой ведически-знахарской культуры, которая исторически сменила древний шаманизм.

442.

Болезни, катастрофы и смерть — разновидности обратных связей на принятие решения о замене содержания психики. Если содержание психики перед этим больше соответствовало судьбе (душевному настрою) — катастрофичность может быть прямым знаком Свыше. В крайнем случае, при полном несовпадении судьбы с принятием в психику нового «Духа», может быть смерть, как пресечение пребывания души, полностью отвернувшейся от своей судьбы и значит исчерпавшей все возможности её прохождения (исполнения) в этом мире.

443.

Примеров, когда люди крестятся целыми семьями в далеко не младенческом возрасте много. Но также много примеров, когда с этими людьми и целыми семьями «вдруг» начинают происходить всякие неприятности.

444.

Это выражается в миру презрительно унижительным обзывательством в адрес некрещёных людей «ах ты, нехристь!».

445.

По примеру изгнания бесов, которые, согласно Новому Завету, производил Христос. Однако содержательная сторона эгрегоров, от которых избавлял психику сам Иисус Христос и тех, от которых старается избавить людей церковь — разная. Церковь сама стала самым крупным Сатаной (Антихристом) после ухода Христа.

446.

Имя Бога и имена истинно святых (праведников) не могут быть страшными ни для кого. Чего устраивать пугала?

447.

Читай — «Духовной» корпорации церкви.

448.

Слова Иисуса из Нового Завета:

«Если бы вы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных (Матфей, 12:7). «Пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы» (Матфей, 9:13).

449.

Слово «крещение» — славянский эквивалент греческого «баптисма» («погружение»).

450.

В наше время широко известно (благодаря исследованиям), что вода структуируется вследствие произнесённых над ней заклинаний либо других информационных воздействий, произведённых над водой.

Поэтому предварительное (перед опусканием крещаемого) структуирование воды согласно библейскому «Духу» — облегчает магию подключения психики и биополей крещаемого к эгрегору церкви, поскольку структуированная вода входит в тесное взаимодействие с биополем опускаемого в купель.

451.

Это не пустые слова. Примеров когда эта связь проявлялась в жизни множество: так мать чувствует неприятности, происходящие со своим ребёнком, даже если последний находится на большом расстоянии от неё и, если это чувство сильное, то она может предпринять «духовные» и другие меры по предотвращению трагедии. То же самое и отец. И наоборот: ребёнок чувствует через родовые эгрегоры, если с родителями что-то происходит.

452.

Обет безбрачия для монахов отбирает у последних возможности видеть свои ошибки в своих детях. Это обеспечивает «Духовный» «застой» в церковной среде, что и требуется для соблюдения дисциплины в древнейшей «Духовной» иерархии.

453.

Хотя жизненные обстоятельства — последствия ошибок, предшествующих их появлению…

454.

Дух рода, его коллективное биополе.

455.

Под субъективной греховностью в данном случае мы понимаем преступность в отношении доминирующей общественной «Духовности», не являющуюся грехом по отношению к Промыслу по принципу «Богу безгрешен, царю (либо церкви) — не виновен».

456.

Вершина «чистоты» «Духа», которым управляют извне системы. По сути, церковных «удерживающих» можно уподобить аккумуляторам «Духовности» (в смысле сохранения и поддержания церковного порядка и церковной иерархии на века).

457.

Читай — с библейским эгрегором.

458.

Читай — со всем, что противоречит церковному «Духу».

459.

Заметьте, что слово «Крест» пишется церковниками с заглавной буквы, также, как и «Евангелие». То есть «крест» как символ, по значимости для церкви на одном уровне с писанием.

В связи с этим приведём фразу Л.Н.Толстого о кресте:

«Крест, который несёт человек, состоит из большой отвесной части, представляющей волю Бога, и малой поперечной части, представляющей волю человека. Приведи свою волю в одно направление с волею Бога, и не будет креста» («Круг чтения 1904–1908», 12 августа).

460.

В качестве примера достаточно напомнить, что даже Иисус оказался преступником перед существовавшей тогда неправедной земной иерархией из иудеев и их пастухов.

461.

Можно добавить — ничего не меняя в своей жизни на Земле.

И потом, что значит «вновь»? Если бы сила не грешить действительно давалась бы таким образом, не возникала бы необходимость в повторных покаяниях.

462.

Читай — эгрегора «Христос». То есть, исповедующийся приобщается к эгрегору, знакомится с его воздействием на психику.

463.

Информация проходит особым образом через психику кающегося — в определённом настрое покаяния — и попадает в те фрагменты общего эгрегориального алгоритма, которые запускают процесс умиротворения в психике кающегося. Эти же фрагменты эгрегориального алгоритма отдают информацию в память эгрегора о кающейся личности, чтобы в любой момент эту информацию можно было привлечь для воздействия на личность. Священник же в данном случае — тоже получает информацию от кающегося и отдаёт её туда же и для того же согласно своему месту в «Духовной» иерархии. То есть, священник в данном случае — лишь свидетель, корректировщик и передатчик информации в свою систему.

464.

Читай — от имени эгрегора, а не от Бога.

465.

Запрещение применяется тогда, когда для возвращения в нужное церкви русло отклонившейся личности и её души от заданного эгрегором-«Духом» для неё режима одной лишь исповеди не достаточно и священник чувствует, что надо вмешаться в личную жизнь, иначе душа может уклониться от покорности. Либо исповедуемый совершит преступление в миру, которое ляжет пятном на церковь: ведь преступник крещён и предан церкви.

466.

То есть, кающегося надо чем-то занять, чтобы он не утруждал себя глубокими раздумьями…

467.

В случае церкви закон, нарушение которого может повлечь неприятности, это — библейский закон.

468.

Единственный способ избежать этого — выйти из подчинения корпорации.

469.

Напомним, что душа — от Бога — даётся вместе с судьбой, скорее всего с учётом психики новорождённого; психика изначально у новорождённого не так чиста, как душа, поскольку она замкнута на эгрегоры предков, рода, народа… А по жизни психика ещё замыкается на многие другие эгрегоры («духи»-«духовность») доминирующей культуры.

470.

В этом отношении Интернет нарушил монополию на такого рода цензуру. Даже если в «Духе» нельзя пробиться к широкому кругу посвящённых либо просто воцерковленных, то всё, что надо довести до них в спокойной обстановке — можно сделать через Интернет.

471.

Так засветилась «святая» инквизиция в католичестве до такой степени, что уже в наше «гуманное» время главе католической церкви пришлось извиняться за прошлые зверства своих единоверцев.

472.

Читай — «жизнь» библейской эгрегориально-«Духовной» и вещественно-земной системы.

473.

Церковь обосновывает это таинство канонами: Матфей 26: 26–28; Марк 14: 22–24; Лука 22: 19–24; 1 Кор. 11: 23–25.

474.

Читай: эгрегор-«Дух» становится частью нашей психики или по-церковному — «наполняет нашу душу».

475.

Читай: наша психика становятся частью эгрегора и им же закрепощается наша душа.

476.

Это прямая логика библейского людоедства, а не изощрённая церковная логика таинства причастия к «Духу».

477.

Это тоже прямая логика.

478.

Духовно-нравственный паразитизм не лучше (и даже хуже) материально-вещественного. Церковь обеспечивает лояльным ей гражданам духовно-нравственный паразитизм, решая за этих граждан все соответствующие жизненные вопросы по библейским стандартам и предоставляя этим гражданам возможность получить психологическое удовлетворение в лоне церкви.

479.

Читай — очищение психики от остатков совести.

480.

Очень интересное название предмета, которым дают «Святые Дары» в церкви…

481.

То же самое последние века доминирует и в отношении табакокурения.

482.

Действительно, употребление алкоголя узаконил Владимир Креститель, высказав мысль, что русские якобы не могут без пьяного веселья.

483.

Напомним, что судьба это суд Бога: Бог не мог убить праведника на радость злобной толпе.

484.

Это прямая эгрегориальная угроза: кто маловерующий библейскому «Духу»-эгрегору, тому могут быть неприятности, поэтому церковники советуют «лучше верить, чем мучиться».

485.

Известны случаи, когда легкомысленное отношение к церковным ритуалам и церковной атрибутике вызывало болезни и даже смерти (в назидание другим) тех, кто как бы «глумился» (в церковном понимании) над упомянутыми выше вещами.

486.

Душу можно только взять временно в земной плен с помощью «Духа», обманув личность, соблазнившуюся последним. Поэтому выражение «отдать душу Сатане» — верное.

487.

Психика управляет физиологией организма. Поэтому манипуляции с психикой могут приводить к изменениям в физиологии (вплоть до лечения рака; либо наоборот — до возникновения серьёзных болезней) в пределах возможностей библейского эгрегора. Последние же ограничены Божиим Промыслом.

488.

Это может тестироваться как в процессе предыдущих таинств, таких как покаяние, например, так и накануне таинства соборования. Тем более, что соборование и покаяние — близкие по «Духу» таинства.

489.

В настоящее время можно даже и эффекта не получить: имеет место просто наглое надувательство.

490.

Чем церковная магия отличается от магии разного рода сект, которые тоже пользуются огнём свечей, блюдцами и другими предметами магии?

491.

Это и есть тайная мистерия якобы врачевания, которая ничем не лучше, чем предложения современных аптечных препаратов для легковерующих в их целительное свойство людей. Ведь никаких выводов о причинах греховности и их искоренении из жизни не делается. Это так, поскольку в ходе этого таинства верующий испытывает лишь сильные бессмысленные переживания. К тому же церковный свод грехов и настоящая греховность перед Богом и людьми — разные вещи.

Аптечные препараты даже лучше в том смысле, что с их помощью не создаётся иллюзия избавления от грехов: они только создают иллюзию избавления от болезней.

492.

Но в то же время церковь учит, что в немощах проявляется святость: надо всё-таки быть последовательной…

493.

Тот же принцип и у мафий: члены мафии обязательно повязываются криминалом и слабостями.

494.

Глобальная судьба у всех душ одна и та же — соучаствуя во всеобъемлющем Божием управлении строить Царство Божие на Земле.

495.

Интересно, откуда пошло выражение «брак»?

496.

Венцы — символ библейского единства.

497.

Бог-Троица — церковная отсебятина, напраслина на Бога Единого.

498.

Христос церковь не любил: за что любить церковь? Христос любил Бога и людей: об этом сказано во многих местах Евангелия. Но чтобы Христос любил церковь, это только апостол Павел мог придумать.

499.

Даже если у выпивших родителей зачатия в первую брачную ночь не произойдёт, то в их семейном «Духе» будет присутствовать алгоритмика чуть ли не святости алкоголя. И это передастся потомству в том же «Духе». После этого родителям не следует удивляться тому, что их дети склонны к употреблению алкоголя с малолетства — даже если родители будут при этом вести трезвый образ жизни (что весьма сомнительно).

500.

У масонов тоже посвящать других может только тот, кто имеет достаточно высокую степень посвящения.

501.

Заметьте, что достоинство определяет церковное собрание, а не Бог.

502.

Так например, такого насыщенного и продолжительного обряда как таинство крещения сегодня уже нет. Быстрый темп жизни, задаваемый технократией, привёл к тому, что то, что раньше совершалось в течение аж 40 дней и было действительно мощнейшим актом подключки к церковному эгрегору, сегодня совершается в пределах 1–2 часов. А значит и не имеет такого эффекта как раньше (до смены соотношения эталонных частот), когда акт крещения надёжно для церкви подключал к библейскому «Духу» не только саму личность, но, видимо, потенциально и все её последующие поколения через родовой эгрегор.

Поэтому главный враг для церкви — технократия. Таким образом библейская концепция, как змея «укусила себя за хвост», так как сама же эту технократию и породила в стремлении завоевать весь мир.

По описанию церковных обрядов и таинств можно увидеть, что подключение к церковному «Духу»-эгрегору всегда было медленным и требовало много времени. А значит оно было эффективным только в период медленного течения жизни (медленной смены информационной обстановки в обществе, и смены информационного состояния самого общества). Сегодня обряды, созданные в далёком прошлом и рассчитанные на осуществление их полного цикла в течение продолжительного времени (от целого дня до 40 дней) — оказываются неэффективными. А менять обряды церковь не в состоянии, так как неизменность обрядов, культов, догматов, это то, на чём церковь всегда и держалась.

503.

Либо как просмотр одного и того же телевизионного сериала многократно…

Впрочем, беспрерывное циклическое прокручивание телеканалом «СТС» сериала «Моя прекрасная няня» пользуется успехом у значительной части телезрителей… Они выбирают библейский путь.

Книга 4.

Часть III. Религиозные и идеологические системы (Продолжение).

3.3. «Мировые» религиозные системы: ведически-знахарская культура (Продолжение).

В 4 книге мы продолжаем рассмотрение мировых религиозных систем. Следующая по хронологии за библейским христианством — религия исторически сложившегося ислама. Религиозная система исторического ислама,[1] также как и две предыдущих крупнейших религиозных системы (иудаизм и библейское христианство), образовалась вследствие появления так называемого «посланника-пророка» и является религией монотеизма-единобожия. Однако, существует множество серьёзных отличий как в алгоритмике становления исторического ислама, так и в содержании ислама — от двух предыдущих (по хронологии) мировых религиозных систем.

Также как и его мировые предшественники,[2] ислам появился в момент острого кризиса предыдущей (по хронологии) религиозной системы библейского христианства. Как уже известно из предыдущей книги, следующая за империей Александра Македонского (356–323 гг. до н. э.) — Римская империя — распалась почти сразу после принятия на общегосударственном уровне библейско-псевдохристианского вероучения в конце IV — начале V вв. Если на Западе (в основном в Европе) библейский порядок в государствах-осколках Римской империи после её распада держался во многом на власти римских пап, то на Востоке (в Византии) библейский (православный) порядок продолжал поддерживаться покровительством императора. И то и другое — плохо. Как мы уже знаем, кризис общего библейского христианства выразился в постоянной борьбе за власть между иерархами Рима и Константинополя в период от начала V века до середины XV века (захват турками Константинополя и падение власти византийского императора; почти одновременно с этим и католическая церковь потеряла остатки власти над многими государствами Европы, а «христианство» продолжало делиться).

Именно в тот момент, когда стала очевидной окончательная безвозвратная подмена для толпы учения Христа на учение Антихриста (библейское христианство) и принятие последнего всеми ветвями псевдохристианских церквей — появляется очередной «посланник» Свыше с очередными ясными знамениями[3] (VII век). Также в это время уже завершилось становление основных канонов иудаизма (сформирован Талмуд) и произошло обширное рассеяние иудеев. То есть, перспектив самостоятельного (без помощи очередного посланника) возрождения очагов учения истиной веры Богу, которую несли людям все пророки (в первую очередь Моисей и Иисус) — на многликом Востоке не осталось к этому времени вовсе. Учение, обретённое через очередного пророка (Мухаммада), получившее название ислам — в первую очередь возвращает людей к вопросу о чистоте их веры с позиции Всевышнего, как сказано в Коране.[4].

Какими бы мощными не были древние цивилизации-империи, основанные на неправедной вере (религии), все они пали (распались) так, как сказано в Коране (цитаты из Корана приводим по переводу И.Ю. Крачковского с заменой слова «Аллах» на «Бог»):

Коран 30 («Римляне»).

8 Разве они[5] не размыслили о самих себе: не создавал Бог небес и земли и того, что между ними, иначе как во истине и на определенный срок. Но ведь много людей не веруют во встречу с их Господом!

9 Разве не ходили по земле и не видели, каков был конец тех, кто был до них? Они были мощнее их силой, и взрыли землю, и заселили ее больше, чем заселили они. Пришли к ним их посланники с ясными знамениями. Бог не был таков, чтобы их тиранить, но они сами себя тиранили!

Но участь распада не обошла и первую крупнейшую империю исторического ислама. Последнее сразу заставляет задуматься о чистоте (праведности) веры (религии) исторического ислама и, в первую очередь, соответствия этой веры учению Корана, в котором есть предупреждение о распаде крупнейших империй, основанных на неправедной вере.

В то же время, как всегда и бывало в истории современной цивилизации, всякий приход посланника-пророка коренным образом изменял глобальную расстановку сил, вмешивался в планы «мировой закулисы» с помощью появления как бы на базе того, что говорил посланник — новой религиозной системы, которая искажалась, но всё же порождала очередную крупнейшую цивилизацию-империю. Это — историческое свидетельство того, что первый приоритет обобщённых средств управления (религиозно-мировоззренческий) являлся и является определяющим всё остальное. И поэтому от объективной чистоты (праведности) религиозной системы полностью зависит безопасность и судьба той или иной региональной цивилизации-империи. А распад неправедной цивилизации — дело времени, отпущенного ей Свыше в пределах Божиего попущения.

В результате прихода пророка Мухаммада в глобальной цивилизации появилась очередная крупнейшая империя, сформированная на базе исторического ислама. Эта империя ( альтернативный центр глобализации) стала как бы немым упрёком для всей неправедной библейской цивилизации. Почему немым упрёком? — Потому что Коран содержит в себе вполне достаточно информации, чтобы не только подняться над библейской культурой, но и выйти на внеконфессиональную веру Богу — Творцу и Вседержителю — без посредников. Однако до сих пор в среде исторического ислама эти возможности Корана не использованы. И поэтому вся цивилизация исторического ислама оказалась вписана по умолчанию (вопреки учению Корана) в общебиблейскую культуру (иудаизм + «христианство»). И если «христиане» просто считали и считают ислам — «религией иноверцев» — отстаивая своё религиозное превосходство, то иудеи (особенно посвящённые иудеи и их хозяева) чуют беду для своей веры и своего дела, которая может наступить, если кто-то осмыслит даже некоторые важнейшие положения Корана.

Эту тоскливую опаску хозяев иудеев и одновременно констатацию того факта, что Коран существует, что его несёт на себе цивилизация исторического ислама, но сам Коран пока не понят мусульманами в той мере, чтобы подняться над библейской концепцией — выразил Давид Маркиш, один из «сионистов», уехавших из СССР в Израиль[6] (сноски наши):

Щербат и сер луны ущербный серп.[7] Ещё что?[8] Скажем мреть и мор на море…[9] Мы дали Вам[10] Христа — себе в ущерб, Мы дали Маркса Вам — себе на горе.[11]

Последние строки как раз являются самопризнанием (бессознательным, скорее всего) того, что объективно ущербной является вся библейская культура. А узнать и осмыслить такую объективную ущербность (которую люди сами себе создают «на горе» и «в ущерб») как раз-то можно благодаря Корану (если говорить о существующих канонах): «Пришли к ним их посланники с ясными знамениями. Бог не был таков, чтобы их тиранить, но они сами себя тиранили!» (Сура 30:9, которую мы цитировали выше). Но если всё, что создаётся в неком глобальном центре и подбрасывается «гоям», приносит в результате лишь «себе ущерб» (то есть, ущерб для глобализаторов) — значит эти «гои» живут гораздо ближе к Богу, чем предписывают им подбрасываемые со стороны религиозные системы.[12].

В четвёртой книге мы рассмотрим помимо религиозной системы исторического ислама ещё идеологию марксизма и масонскую систему. Последние две являются неотъемлемой частью библейского глобального проекта. А исторический ислам, к сожалению, оказался вписан в этот глобальный проект, хотя и несёт на себе потенциал Корана, который раскрывается благодаря русскому духу. После чего можно будет лишь обозначить основные положения Русского богословия, поскольку расписывать по этому поводу какое-либо «писание» (типа «Русских Вед», например) — значит пытаться догматизировать живую религию веры Богу согласно традициям ведически знахарской культуры. Но Русское богословие не имеет ничего общего с ведически знахарской культурой.

3.3.3. Религиозная система исторического ислама и культура Корана.

Менее чем за одно столетие после смерти пророка Мухаммада цивилизация исторического ислама охватила больше земель, чем Римская империя времён её наибольшего расцвета. Держава обитателей Аравийской пустыни вытянулась на 4,5 тыс. миль через три континента — от границ с Китаем на востоке, до Испании и Южной Франции на западе. Завоевания исторического ислама объединили древние цивилизации Ближнего Востока, а также Северной Африки и Испании под единым управлением — впервые со времён Александра Македонского.

Так появилась ещё одна крупнейшая цивилизация Востока — цивилизация исторического ислама. Если Римская империя сумела охватить лишь небольшую часть восточных владений Александра Македонского, то империя исторического ислама в этом отношении — следующая за империей Александра Македонского, которая охватила гораздо больше территорий классического Востока, которые не вошли в Римскую империю и не подверглись «христианизации». Так с приходом очередного пророка на евроазиатском континенте образовались уже три типа крупнейших цивилизаций — на базе трёх религиозных систем: библейского христианства, ведического Востока и исламского Востока. В состав первого Исламского государства вошли греки, берберы,[13] копты, армяне, арабы, персы, тюрки, согдийцы,[14] индийцы и китайцы. Ислам распространился и поныне охватывает территории от Марокко до Индонезии.

После того, как в Багдаде в 830 г. был основан Дом мудрости (прообраз египетского Дома жизни или позднее — академического университета), греческий язык уступил место арабскому[15] в цивилизации исторического ислама. Арабский язык был признан языком научных и философских изысканий на международном уровне. Помимо столицы первого государства исторического ислама, Багдада, многие провинциальные центры — такие, как Бухара, Самарканд, Шираз, Дамаск, Алеппо, Каир, Тунис, Фес, Кордова и другие — соревновались друг с другом в интеллектуальных познаниях. Естественно, что греческое влияние в это время было сильно в регионе исторического ислама, тем более, что библейское христианство проникло сюда совсем не так широко и определяюще, как в европейские государства, образовавшиеся после распада западной части Римской империи и, конечно же, не так основательно, как в восточной Визаниии (со столицей в Византиуме-Константинополе — включала в себя «богатейшие цивилизованные провинции»: Грецию, Египет, Сирию, и Малую Азию и пышно расцветала после распада Римской империи в V веке).

Поскольку высшим достижением интеллектуальной и научной деятельности считалась греческая наука и философия, классические греческие работы были переведены на арабский язык. Мусульмане объясняли свою тягу к знаниям — следованием известному приказу пророка Мухаммада (преданием) «ищите знания, даже если придётся отправиться в Китай». По всей видимости важнейшие знания, которые были плотно упакованы в самом Коране, представлялись в своей основной содержательной части недоступными большинству мусульман и они стали искать знания на стороне, сохранив тем самым многие культурные письменные источники времён античности.

Важно, что практически одновременно с погружением Европы в средневековый период духовно-интеллектуального застоя (так называемую «тёмную эпоху», когда наука замерла а её место заняла выхолощенная апологетическая теология псевдохристианства), интеллектуальная и познавательная активность мусульманского мира росла. И когда в средневековой Европе начался период Возрождения, её учёные обратились на Восток, откуда они и получили сохранённую и переведённую на арабский язык большую часть эллинистического культурного письменного наследия[16] — в форме арабских переводов и с комментариями арабских учёных. То есть, исламская цивилизация выполнила роль хранителя античной культуры в период «тёмной эпохи» европейского средневековья — и это говорит о том, что цивилизация исторического ислама не поднялась не только над библейской цивилизацией (она просто воевала с последней на уровне оружия шестого приоритета), но и над античной культурой древнего толпо-«элитаризма». Именно поэтому сама цивилизация исторического ислама с самого начала стала толпо-«элитарной» вопреки многим положениям Корана.

Похоже, что увлечение первых учёных мусульман греческим научно-философским наследием не только не пугало «мировую закулису», но последняя даже помогала поиску знаний именно там — лишь бы не искали глубинных смыслов в Коране и в Жизни. К тому же антично-эллинистическое мировоззрение не могло не сказаться на становлении культуры исторического ислама, в котором до сих пор считается «нормальной» социальная иерархия[17] (вопреки Корану).[18] А за людьми признаётся социальное неравенство, обусловленное разными способностями людей от рождения,[19] что и является основой учения-«философии» Аристотеля и Платона.[20].

В результате возникших противоречий исторического ислама и учения Корана первая мусульманская цивилизация-государство просуществовала недолго. Ясно, что «мировая закулиса» не препятствовала влиянию античной культуры на ислам: ей было выгодно ослабление первого исламского государства, чтобы её эмиссары (древние духовные библейские ордена: про них речб пойдёт далее в главе про масонство) могли проникнуть в среду мусульман и оседлать государственные верхушки своей опекой. С другой стороны, в среде самого исламского мира не нашлось никого, кто смог бы успешно[21] направить мусульманский поиск знаний и науку в русло коранической (а не античной) культуры.

Мусульманская наука развивалась параллельно религии исторического ислама на базе античного наследия. Религия же исторического ислама была основана на многих положениях Корана — но только тех, которые были доступны пониманию мусульман и в этом отношении Коран оказался сильнее античной культуры. Передача знаний античных учёных явилась важным предназначением мусульман для последующего «возрождения» Европы — с одной стороны.

С другой стороны гораздо большая польза (если можно вообще назвать пользой сохранение античного наследия: но оно является исторической данностью) была от творчества самих арабских учёных — они двигали науку в период библейского «мракобесия» в Европе. Многие работы арабских учёных, переведённые на латынь, служили настольным икнигами в Европе в течение столетий. Так, написанный Ибн Синой [22] в 22 года аль-Канун («Канон по медицине») был основным пособием по медицине вплоть до конца XVI в., выдержав 16 изданий в XV веке, 20 изданий — в XVI веке и ещё больше в XVII веке. Философские труды знаменитого учёного мусульманина аль-Кинди больше издавались на латинском, чем на языке оригинала — арабском. Через труды аль-Хорезми Европа познакомилась с «арабскими» цифрами, включая нуль, и важными направлениями математики — алгеброй и алгоризмом (предшественником современной арифметики). Арабское слово аль-джабр, означающее «перенос, перестановку», в названии одной из книг аль-Хорезми стало алгеброй в латинской транслитерации, а его собственное имя было превращено в слово алгоритм.

Вследствие средневекового европейского «застоя», вызванного и поддерживаемого библейскими иерархами и властью католической церкви в первую очередь, в Европе произошла практически остановка развития «передовой» античной мысли и науки. В этот период (чуть менее тысячелетия) исламский Восток вырвался вперёд в научных и философских изысканиях, поскольку исторический ислам не препятствовал развитию ряда творческих направлений. Так у цивилизации исторического ислама оказалась реальная возможность не только на духовное, но и на научное лидерство и — не только в пределах её распространения, но и на территориях библейского христианства. Действительно, к середине второго тысячелетия цивилизация исторического ислама стала распространяться в пределы Византии с перспективой дальнейшего движения. А к XIII веку арабская цивилизация охватила половину мира и по общему уровню образованности превосходила цивилизацию средневекового Запада.[23] Но не все знания, необходимые для опережающего Запад технико-технологического развития, обрела цивилизация исторического ислама: далеко не все секреты древних наук могли быть доступны через античное наследие[24] да и Бог не стал помогать очередной модификации толпо-«элитарной» цивилизации. С возникновением капиталистических отношений в Европе в период «Возрождения» и снятием запретов католицизма, европейский Запад стал быстро обгонять весь Восток в развитии наук и новых философий — вследствие действий ростовщиков-иудеев в среде европейских государств. Подгоняемый ростовщическим крутом, европейский технико-технологический прогресс явился основной причиной последующего периода доминирования Запада над Востоком, в результате чего шествие цивилизации исторического ислама было приостановлено с помощью библейской технократии. А по технологической развитости стали судить о цивилизованности того или иного народа. В принципе философия и наука антично-арабского ислама также как и философия и наука антично-европейского «возрождения» (а позднее идеология капиталистической технократии и власти денег) — оба этих направления развития были тупиковыми и бесперспективными с позиции Промысла. Поэтому можно сказать, что одно тупиковое направление научной и религиозной мысли встретило сопротивление со стороны другого тупикового направления научной и технической мысли .[25] Таким образом к середине XX века установились практически те границы Запада и Востока, которые мы имеем до сих пор.

Если бы арабскую научно-философскую мысль передовые люди цивилизации исторического ислама смогли бы основывать на глубинных смыслах и мировоззрении Корана (данного людям с середины VII века), а не на философии античной Греции и «мудрости» народов ведического Востока, то за почти тысячу лет цивилизация коранического (а не исторически сложившегося) ислама (при поддержке развитых как нигде математики и медицины) могла бы распространиться на гораздо большие территории, не позволив библейской культуре доминировать в мире во второй половине второго тысячелетия. Однако мусульманами из Корана было взято не мировоззрение, а лишь примитивная бытовая «социология» (наставления на жизнь и быт и догматизированные людьми религиозные обряды), что и определило отставание в лидерстве цивилизации исторического ислама от Запада — после середины второго тысячелетия.[26].

Конечно, исламский мир не являлся однородным. Уже в первое столетие существования первого Исламского государства в нём произошло множество расколов, которые во многом предопределили всю дальнейшую мусульманскую историю. В ней существовали периоды раздора и периоды мира и процветания, расколов и преобразований среди различных идеологических фракций и течений, войн с «неверными». Единство огромного мусульманского государства сохранялось до падения династии Омейядов в 750 г., после чего периферийные части державы начали отделяться от центра. Первыми реально независимыми стали Испания в 756 г. и Северная Африка (Ифрикия) в 800 г.

Несмотря на несомненное величие, ни одно из мусульманских государств не смогло когда-либо после X века обеспечить единство ислама. К тому времени процесс дробления стал уже безвозвратным, а мусульманское единство до настоящего времени — лишь мечта некоторых духовных лидеров исторического ислама. Также как и первым «христианам» — первым мусульманам было дано Свыше около трёх веков на осмысление наследия пророков. И в том и другом случае осмысление ушло в сторону от истинного учения пророков. И в том и другом случаях единства цивилизаций на базе учений пророков не получилось. Римская империя мирового масштаба распалась на отдельные государства, а вслед за ней распалась и первая империя мирового масштаба исторического ислама — тоже на отдельные государства и региональные империи, которые после будут возникать и распадаться вплоть до нашего времени.

Аравия и её ближайшие соседи во времена пророка.

Пророк Мухаммад родился в 570 году[27] в Мекке в роде Хашим[28] (хашимиты), относящемся к племени курайш (курайшиты). Его матерью была Амина, дочь Вахба; его отец Абдуллах умер ещё до рождения сына. Мухаммад воспитывался под опекой деда Абдул-Мутталиба. В возрасте шести лет он потерял мать. После смерти деда, когда Мухаммаду было 8 лет, он был вверен на воспитание дяде, Абу Талибу, ставшему новым главой рода Хашим и рос в доме дяди.

В те времена Западно-Римская империя уже распалась, а восточная часть империи, Византия, (Греция, Египет, Сирия, Малая Азия) процветала. Другой великой державой в то время была Персия. Граница между Персией и Византией проходила от Кавказа до Верхнего Ефрата (примерно по линии отделяющей современные Турцию и Сирию от Ирана и Ирака). Обе империи граничили с Аравийским полуостровом по его северному периметру. Сам Аравийский полуостров состоит в основном из пустынных районов и является крупнейшим в мире. Столицей персидской империи (или Сасанидской — по имени правящей династии; или Зороастрийской — по названию основной религиозной системы[29]) был античный город Ктесифон (на арабском языке — Медаин), располагавшийся на реке Тигр, примерно в 30 км. К юго-востоку от Багдада, основанного в 762 году.

Византийская империя продолжала традиции римского права и администрации Рима, греческого языка[30] и цивилизации греков, религии библейского христианства в форме православия.

В результате долгой и упорной борьбы за спорные территории между двумя могущественными конкурирующими империями — Византийской и Персидской — сухопутные торговые пути через Персию ослабли. Альтернативный путь, хоть и не самый главный, проходил через Аравию, соединяя между собой Восток и Средиземноморье. Часть этого пути проходила по морю до йеменского порта Аден, а часть — по суше до Дамаска и Газы, через Мекку, вдоль западного побережья полуострова. Здесь, по караванным путям, велась активная торговля между рынками Иемена, Сирии. При этом Мекка, занимая важную географическую позицию, стала процветающим коммерческим и деловым центром Аравии. Здесь сходились пути в Индию, Иран, Вавилонию, Эфиопию, Сирию, Палестину.

История противостояния двух неправедных толпо-«элитарных» цивилизаций-империй привела к возвеличиванию роли Мекки к моменту рождения пророка Мухаммада. К тому же в Мекке располагалась главная для того региона «святыня» многобожников — Кааба — простое кубическое здание, в один из углов которого вставлен «Чёрный камень».[31] Огромное число паломников в те времена совершали ритуалы поклонения этому фетишу.[32] В нескольких шагах от Каабы располагался знаменитый источник Замзам. Составляя единый комплекс, эти «святыни» играли важную роль в экономической, торговой и деловой сферах Мекки, управляемой небольшой группой торговцев-«богатеев». Таким образом, следующий за Христом пророк[33] появился также в весьма значимом для огромного региона месте — там, где сходились интересы сразу нескольких мировых цивилизаций.

Географически Мекка расположена в узкой засушливой долине, окружённой обрывистыми голыми скалами. Провиант доставлялся туда с изобильных полей Таифа — небольшого города-оазиса в 60 километрах к юго-востоку. Вода была скудной, воздух — застойным и жарким из-за горного окружения. В этом основная причина широко распространённой там традиции отдавать новорождённых детей для вскармливания женщинам из соседних кочевых племён. Мухаммад также провёл своё раннее детство в чужом племени из окрестностей Мекки, после чего был возвращён своей матери, вскоре умершей.[34].

Мекка управлялась в основном членами племени курайш. Это племя состояло из нескольких кланов, главными их которых были Хашим (руководимый Абдул-Мутталибом, дедом пророка) и Умайя (или Омейя).

Роду (клану) Хашим было вверено в обязанности содержание Каабы и руководство паломниками, в то время, как род Умайя традиционно лидерствовал в военных действиях. Два рода были главными соперниками друг другу, и это позднее привело к разделению в вопросе преемника (Мухаммада). Оба клана были заняты в торговле: Умайя успешнее, нежели Хашим. Однако, род Хашим лидерствовал духовно, будучи главным в содержании Каабы и это было важнее для облегчения дальнейшего пути пророка.

Религиозная обстановка в Аравии во времена пророка.

Большинство разрозненных племён Аравийского полуострова времён пророка являлись многобожниками-идолопоклонниками с большой долей фетишистских культов. В то же время, Аравия была представлена разновидностями «христианства» и иудеями. После того, как библейское христианство стало официальной религией Римской империи (IV век), оно медленно и верно стало проникать в Аравию — с явным вызовом арабскому многобожию. Эта опасность распространения библейского анти-христианства на новые территории после крушения Рима — была пресечена деятельностью пророка Мухаммада и дальнейшим распространением цивилизации исторического ислама.

Однако и само библейское христианство с центрами в Риме и Константинополе ещё до его государственного становления страдало раскольническими настроениями, как мы уже знаем. Так «христиане»-несториане [35] были выдворены из Византии в середине V века и радушно приняты в Персии в качестве жертв своего главного врага империи. После чего несториане начали вести активную миссионерскую деятельность в районе Ефрата и северной части Персидского залива, где имели большой успех в обращении многих живущих там арабов. Даже последний правитель арабской династии лахмидов Нуман III (около 580–605 гг.), царствовавший на северо-востоке Аравии, принял несторианское псевдохристианство.

На северо-западной стороне Аравии другое арабское племя — гассаниды, жившие вдоль границ с Сирией, также приняли «христианство» в середине VI в., но они последовали монофизитской [36] церкви, также преследуемой в качестве «еретической» как православной церковью, так и несторианами.

И Персидская и Византийская империи опекали своих сателлитов из числа арабов — лахм и гассан — главным образом для того, чтобы защитить свои открытые южные рубежи от атак бедуинов .[37] Лахмиды и гассаниды были признаны союзниками великих империй где-то между 300 и 500 годами. Эти племена служили не только буферами для своих «хозяев», но и постоянно выясняли отношения между собой в бесконечной пустынной войне, совершая набеги друг на друга.

«Христианские» общины были основаны также в Йемене и Наджране. В Аравии уже давно существовали еврейские колонии — особенно в Йемене и Хайбаре — так что иудаизм тоже активно влиял на жизнь аравийцев наряду с псевдохристианством. Обе ветви библейской концепции закрепились в Аравии и наращивали своё влияние — в первую очередь на верхушки руководства племён и кланов.

Ислам появился в регионе, в котором присутствовали обе основных ветви порочной и неправедной библейской концепции. Поэтому образованные и знатные верхушки аравийских племён имели представление о религиозных системах «христиан» и иудеев — по меньшей мере. В то же время, вероятность принятия новой религии — ислама (от арабского покорность [Богу]) — была в этом регионе наиболее высокой, поскольку населявшие его племена не были «зомбированы» псевдохристианством (большинство из них было на стадии многобожия) и их верхушки не были сильно зависимы от иудейских диаспор, которые не столь широко, как в средиземноморье и в Европе, распространили здесь своё влияние.

Хотя большинство племён полуострова всё ещё являлись многобожниками-идолопоклонниками, иудаизм и «христианство» уже основательно проникли в некоторые сообщества, в основном по периметру Аравийской пустыни. Помимо разновидностей «христианства» и иудаизма в аравийском регионе были распространены также зороастризм («маджусия» — религия магов-огнепоклонников — в Ираке и Бахрейне) и сабеизм (звёздно-астральный культ в Сирии, ныне исчезнувший и религия «последователей» Иоанна Крестителя, сохранившаяся до сих пор на юге Ирака).

Особенности рождения пророка и его возможности.

Сочетание основных мировых религиозных систем, представленных по периметру Аравийской пустыни, с относительной чистотой (не закомплексованностью ими) её обитателей, а также ослабление продолжительными войнами друг друга двух соседних с Аравией неправедных крупных империй — создало к началу VII века возможности для зарождения новой религии с целью очередного возвращения людей к вопросу о чистоте их веры и пресечения географического распространения неправедных религий.

Одной из достаточно редких особенностей того времени в Аравии было то, что среди арабов время от времени встречались люди, ведшие уединённый образ жизни вдали от поселений. Об этих людях говорили, что они последние, соблюдающие заповеди веры Авраама — считающегося праотцом (первопредком) арабов (также как и евреев). Этих людей называли ханифами (благочестивыми). Ханифы верили в единого Бога, но не примыкали ни к иудеям, ни к «христианам», ожидая появления обещанного пророка. Их ожидания сбылись.

Можно предположить, что такая неканоническая, недогматическая, а неосмысленно направленная к поиску Бога альтернатива библейскому единобожию в среде некоторых арабов в VI веке могла эгрегориально активизировать поиск Истины усилиями некоторых ханифов. Этот призыв ханифов не мог не быть услышан и не получить некий отзыв в высших областях духовной иерархии Мироздания (в эгрегорах высшего порядка) — в том числе и у Бога — Творца и Вседержителя. А Бог, в свою очередь, мог открыть людям Истины (как Он посчитал нужным), о которых они бескорыстно Его вопрошали — в том числе и о прошлой истории становления веры Авраама и её искажениях.

Не признавая единобожия иудаизма и «христианства», и, находясь в поиске ответов на многие вопросы религии (что было для них главным делом жизни) — как веры Богу — ханифы могли активизировать процесс поиска Истины. Они ожидали услышать Истину из уст пророка и были готовы её принять — и это произошло: пророк родился в 570 году и стал вещать людям от имени Бога в 610 году. Цель Бога (предоставить людям Истину — соответственно готовности людей её принять)[38] и цели некоторых ханифов максимально совпали на территории Аравийского полуострова.

Не случайно в Коране многократно указывается на религию ханифов и Авраама, которая противопоставляется религии иудеев и «христиан»:

Коран 3.

67 Авраам не был ни иудеем, ни христианином, а был он ханифом предавшимся и не был из многобожников.

Коран 6.

161 Скажи: «Поистине, Господь вывел меня на прямой путь, как прямую веру, в общину Авраама, ханифа. И не был он из многобожников».

Самому пророку Мухаммаду по его вере было дано откровение и Бог вёл его согласно его вере пророка-ханифа и глобальной необходимости, полностью известной лишь самому Богу. О множестве поступков пророка в Коране сказано, что пророк буквально следовал в жизни «внушению»[39] (выделено нами):

Коран 16.

123 Потом внушили мы тебе: «Следуй за общиной Авраама, ханифа, и не был он из числа многобожников.

124 Суббота назначена только для тех, которые разошлись о ней, и, поистине, твой Господь рассудит их в день воскресения, в чем они разногласили!

125 Зови к пути Господа с мудростью и хорошим увещанием и препирайся с ним тем, что лучше! Поистине, Господь твой — Он лучше знает тех, кто сбился с Его дороги, и Он лучше знает идущих прямо!

126 И если вы наказываете, то наказывайте подобным тому, чем вы были наказаны. А если терпите, то это — лучше для терпеливых.

127 Терпи же, ведь твое терпение — только с Богом, и не печалься за них и не будь в стеснении от того, что они ухищряются.

128 Поистине, Бог — с теми, которые боятся, и теми, которые делают добро!».

Многие источники свидетельствуют, что Мухаммад до начала проповеди (610 год) часто искал уединения, в котором ему легче думалось о жизни. То есть, он был одним из ханифов. Так одним из излюбленных мест его уединения была пещера Хира, находящаяся за пределами Мекки.

Мекка, как мы уже говорили, являлась крупнейшим торговым и религиозным центром Аравии. Потеряв мать в возрасте шести лет,[40] Мухаммад два года воспитывался у деда — хранителя Каабы.[41] В раннем возрасте мальчик и юноша был предоставлен самому себе (не было опеки родителей) и после двух лет воспитания у деда, опеку о нём взял на себя дядя Мухаммада, глава рода Абу Талиб. Ранняя смерть родителей и относительная свобода опеки деда и дяди явились, скорее всего, серьёзными предпосылками для максимально возможного (для того времени) высвобождения психики будущего пророка от влияния на неё духовного наследия ближайших предков.[42] Предки Мухамамада принадлежали к знатному, но обедневшему роду Хашим, духовное наследие которого было в общем и целом тождественно многобожию (раннему политеизму) жителей Аравии. Более того, являясь религиозным центром Аравии, Мекка и храм Каабы были как бы сосредоточением всех религиозных верований жителей Аравии — можно сказать — крупнейшим (скорее всего самым крупным) географическим культурным и эгрегориальным центром Аравийского полуострова.

Кроме того, во времена пророка происходило активное разрушение традиционного племенного уклада жизни арабов. И в первую очередь это сказывалось на небывалой активизации религиозного поиска как многими думающими арабами, так и небывалой эгрегориальной перестройки-поиска. Прежний ранний политеизм с сильными пережитками родоплеменных культов себя уже давно изжил во многих региональных цивилизациях вокруг Аравийского полуострова. Это знали религиозные лидеры региона, поскольку иудаизм, зороастризм, «христианство» и прочие религиозные системы, вырвавшиеся далеко вперёд (по сравнению с ранним аравийским политеизмом) активно «стучались» в религиозные «двери» Аравии.

Мухаммад с раннего детства попал в уникальную ситуацию:

· С одной стороны он был в определённой мере избавлен от излишнего давления на психику духовного наследия предков по линиям родовых эгрегоров: что «само собой разумелось» у предков — у него могло подвергаться сомнениям.

· С другой стороны, религиозный кризис, охвативший Аравию, явился для Мухаммада объективной предпосылкой к поиску Истины — как и для многих ханифов.

· В то же время, нахождение в самом центре религиозных традиций и эгрегориальном центре Аравии, а также близость его деда ко всем главным святыням арабов — просто обязывали представителя следующего (за дедом и дядей) поколения «хранителей Каабы» быть в рядах первых религиозных реформаторов, живя в «ногу со временем»; в противном случае Мекка могла потерять статус крупнейшего религиозного центра.

· Кроме того, Мухаммад был ханифом, а ханифы считали себя наследниками веры Авраама и других известных пророков и, как многие Арабы, верили в своего первопредка Авраама; поэтому у ханифов, и, конечно же, у Мухаммада — помимо духовного наследия «аравийского политеизма» было и другое духовное наследие — которое можно условно назвать «авраамическое». Но «авраамическое» духовное наследие не было доступно в «автоматическом режиме» большинству арабов также как примитивное и более близкое наследие «аравийского политеизма». «Авраамическое» духовное наследие было потенциально доступно очень немногим — по их реальной нравственности. Это означает, что к «авраамическому» эгрегориальному наследию недостаточно было только получить «ключи» по родовому и родоплеменному (культурному) наследствам — надо было суметь этими «ключами» воспользоваться, поскольку эгрегор (эгрегоры) Авраама и предков находились на достаточно высоком (а может и очень высоком по отношению к Богу) уровне духовной иерархии Мироздания.

· Активизацию способности овладения «ключами» («паролями доступа») к «авраамическому» наследию у ищущих арабов конечно же вызывал интерес к религиозным системам иудаизма и «христианства», которые были особо широко известны в Мекке и её окрестностях (в главном духовном центре Аравии не могли «по должности» не проявлять особый интерес к крупнейшим системам монотеизма). Но арабы, как и все люди — разные. Одни из окружения деда и дяди Мухаммада проявляли интерес к религиозным системам иудаизма и «христианства» как бы «по должности», а такие как Мухаммад (отдельные представители следующего поколения ханифов) интересовались религиозными вопросами с позиций поиска Истины, а «должность» их предков была лишь уникальным поводом (у других ханифов не было таких поводов для интереса и поиска, как у Мухаммада) для мыслей и разговоров о серьёзном. И при этом у таких как Мухаммад могло возникнуть множество вопросов о вере «христиан» и иудеев — тем более, что ханифы не исповедовали ни иудаизм ни «христианство», а следовали своим духовным путём.

Никто их взрослых на вопросы, встававшие перед молодыми ханифами во времена крупнейших религиозных изменений в Аравии, ответить не мог. Но вопросы оставались, оставалось и желание найти Истину — вернувшись к религии Авраама и пророков — таковы были устремления ханифов.

Мухаммад рано начал трудовую деятельность, несмотря на то, что родился в знатном роде. Чуть повзрослев, он занялся традиционной для курайшитов профессией — караванной торговлей, в качестве приказчика своих имущих родственников. Важно, что за несколько лет этих занятий Мухаммад приобрёл репутацию добросовестного и кристально честного управляющего, но имущества себе он так и не нажил. Это даёт веские основания судить о Мухаммаде как о высоконравственном ханифе, не стяжателе и не обманщике (хоть профессия приказчика и позволяла манипулировать товарами и деньгами — более чем многие другие профессии наёмных работников). Период трудовой деятельности Мухаммада был в некотором роде его проверкой на благонравие, на благонадёжность в общении с другими людьми, которую будущий пророк прошёл с честью.

В то время общественно-политические процессы в Аравии и вокруг Мекки (в том числе) сопровождались социальным расслоением, характерным для периода перехода от ранних форм политеизма к ранней государственности. Вокруг себя в родном городе будущий пророк видел проявления власти и имущественного «богатства» у одних и убогость и бедность — у других, хотя последние и не были в его понимании ущербнее духовно, чем «богатые». Подобная ситуация порождала у людей с высокими духовными потребностями чувство неудовлетворённости, которое, объединяясь с видением (либо ощущением) религиозной альтернативы раннему политеизму (которая могла бы явиться источником наведения справедливости) — заставляла этих людей (многие из которых были ханифами) искать причины неустройства и пути изменений в первую очередь в обращении к Богу и «авраамической» вере, поскольку из людей (и даже старейшин) на накопившиеся вопросы никто ответить не мог.

Это проявлялось особо у жителей Мекки, связанных с самого рождения с обслуживанием религиозных культов. Неудовлетворённость религиозным положением и социальным расслоением активизировала поиски Истины в уединении. Подобные поиски сопровождались как правило длительными постами, молитвами (с призывами к Богу Авраама), добровольным аскетическим самоограничением.

Всё это телесное и духовное самоочищение в совокупности с адресацией просьб о помощи к Богу Авраама и пророков, а также при условии высоконравственного потенциала личности — могло помочь ханифу обрести способность пользоваться «ключами» от «авраамического» духовного наследия, в котором все ответы на интересующие ищущих людей вопросы имелись, поскольку Бог уже неоднократно давал пророкам (задолго до Мухаммада: от Ноя и Авраама) многие ответы на жизненно важные вопросы.

Последнее нашло отражение в Коране. Бог говорит, что всем пророкам давал одно и то же:

Коран 2.

136 Скажите: «Мы уверовали в Бога и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их. Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся».

Ситуация в Мекке и её окрестностях в конце VI века была несколько схожа с тем, что творилось вокруг Иерусалима в I веке до н. э. — накануне прихода Иисуса Христа. Тот же религиозный и политический кризис, тот же поиск выхода из кризиса и множество разных религиозных течений. В Аравии, также как и перед приходом Христа, хватало разных «пророков», вещавших от лица «единого Бога», воля которого им виделась в «откровениях». Но выделился и победил лишь Мухаммад. Естественно, что Бог решил поддержать лишь самого праведного и не страдающего ущербностями психики. А уж способ поддержки, соответствующий мере понимания того времени, Бог выбрал Сам: во всяком случае, похоже, что Мухаммад получил возможность пользоваться «ключами» к «авраамическому» наследию.

Мухаммад шёл путём ханифов до начала публичной проповеди. Однако, его судьба, как человека с высоким благонравным потенциалом, была под особой опекой Свыше от самого рождения. Бог надеялся на Мухаммада и тот оправдал надежды Бога. Надежды Бога, связанные с судьбой Мухаммада, его жизнью совпали с интересами и чаяниями самого пророка.

В истории Мекки есть один эпизод, который является знамением, что жизнь Мухаммада особо опекалась Свыше. Абиссинский (эфиопский) правитель Йемена, Абраха — «христианин» по вероисповеданию — вёл войну с аравийскими арабами с мистически-религиозной целью разрушения Каабы. В год рождения будущего пророка Мухаммада (570 г.) Абраха с 60 тысячами солдат вторгся в Хиджаз, однако вскоре ему пришлось в смятении бежать из места, находящегося всего в нескольких километрах от Мекки, напрочь отказавшись от цели своего похода. Сам Абраха умер, когда возвращался домой в столицу Йемена Сану. Позднее, в 574 году абиссинцы (эфиопы) были выдворены из Йемена персами — после 52 лет оккупации этой страны, и Йемен перешёл под суверенитет Персии.

Кааба была спасена не войском, а чудом. Верующие мусульмане до сих пор рассматривают этот эпизод как ответ Свыше на молитвы деда пророка. Хранитель Каабы, Абдул-Мутталиб (дед Мухаммада) молился о защите «Божьего Святого Дома» (как называли храм Каабы). В действительности же Бог не нуждается в храмах и «Домах», названных Его именем.[43] Дело было в другом: вторжение в Каабу «христиан» и разрушение Каабы могло пресечь рождение и судьбу будущего пророка и Бог упреждающе отвратил это бедствие от Мекки.

Эпизод спасения Мекки от войск Абрахи вошёл в Коран:

Коран 105.

1 [Сура 105. Слон] Во имя Бога милостивого, милосердного! Разве ты не видел, как поступил Господь твой с владельцами слона?

2 Разве Он не обратил их козни в заблуждение?

3 И послал Он на них птиц стаями?

4 Бросали они в них камни из обожженной глины.

5 И сделал Он их точно нива со съеденными зернами.

Сура (глава) 105 Корана названа «Слон», поскольку в войске эфиопов было несколько боевых слонов. Арабы Хиджаза пришли в замешательство и испуг, поскольку никогда прежде не видели слонов. Достигнув предместий Мекки, самый огромный слон, по кличке Махмуд, на котором восседал Абраха, встал на колени и отказался идти дальше. В результате этих событий в некоторых арабских хрониках 570 год назван позднее «Годом Слона».

В возрасте 25 лет Мухаммад женился на 40-летней состоятельной вдове Хадидже, которая была его единственной супругой до её кончины в 619 году. Женитьба позволила Мухаммаду участвовать в торговле, при этом у него появилось больше времени для долгих периодов самооотстранения от активной коммерческой деятельности — для нахождения в уединении. Два сына Мухаммада умерли во младенчестве, а четыре дочери от Хадиджи (Зайнаб, Рукайя, Фатима и Умм-Кульсум), выйдя замуж оставили потомство пророка.

Начало проповеди.

Большинство мусульманских и других исторических источников, повествующих о жизни Мухаммада, сходятся к одной широко известной версии о получении первого Откровения Свыше Мухаммадом. Во время многократных уединённых размышлений (в некоторых источниках названных медитациями)[44] о смысле жизни, о бренности людского бытия, о несправедливости и вере — в маленькой пещере Хира на горе ан-Нур в окрестностях Мекки Мухаммад странным образом получил первое «Откровение».

Как мы уже говорили, долгие посты и уединение, благие бескорыстные мысли о справедливости и смысле жизни, в совокупности с благонравием пророка — вполне могли обеспечить ему открытый доступ к «авраамическому» наследию (так мы назвали эгрегор высшего порядка, в котором издревле записывались мысли пророков, совпадающие с Божьей Волей — в том числе и информация, даваемая им когда-то прямо Свыше). Этот эгрегор (либо несколько взаимовложенных эгрегоров)[45] не имеют практически ничего общего (и по содержанию, а тем более — ни по алгоритмике) с эгрегорами библейского христианства и других разновидностей «христианства», основанных на «пророчестве» Исаии. Тем более этот эгрегор (эгрегоры) почти не имеют ничего общего с эгрегором иудаизма, хоть последний и претендует на истину от самого Авраама (как первопредка евреев) и Яхве.

В конце священного для арабов месяца Рамазан,[46] как принято в мусульманском предании, Мухаммад получил первое откровение от Бога через ангела Джибраила. В Библии Джибраилу соответствует архангел Гавриил.

Летающий «муж Гавриил» впервые упоминается в Библии в ветхозаветной книге Даниила (Даниил 8:16; 9:21), «пророчествующего» царю Валтасару о гибели Вавилона как возмездии за оскорбление иудеев и захват Иерусалима. В Новом Завете (Лука1:19–32) ангел Гавриил приносит Марии весть от Бога о том, что у неё будет ребёнок Иисус.

Какие бы вести ни приносил дух, называющийся «Гавриилом» — до коранического Джибраила — под именем «Гавриил» в Библии всегда имеется в виду добрый ангел. В то же время «Гавриил» у Даниила (который приносит весть о злобной мести за притеснение иудеев от имени Бога) и «Гавриил» у Луки (который приносит радостную весть о рождении пророка — тоже от имени Бога) — могут обозначать разные эгрегоры в духовной иерархии Мироздания.

В общем, под именем Гавриил-Джибраил с древних времён было принято обозначать доброго ангела, приносящего вести от Бога людям, но в большинстве случаев — не просто людям, а пророкам. Однако, это имя (Гавриил) могли употреблять и прикрывая хорошим именем влияние на людей совсем не добрых эгрегоров-демонов — как это имело место в случае с «пророком» Даниилом. Ведь у «мировой закулисы» уже был большой опыт по подмене содержания учения пророков и искажению этих учений. Но имя Гавриила-Джибраила было известно и до Мухаммада в библейской культуре: он существовал и многие «пророки» приписывали ему свои проповеди.

Пророк Мухаммад получил Откровение от настоящего доброго ангела Джибраила (а не от его дублёра-имитатора, которого мы увидели в книге Даниила). Про это сказано в Коране (выделено нами):

Коран 2.

97 Скажи: «Кто был врагом Джибраилу…» — ведь он низвел его на твое сердце с соизволения Бога для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим.

98 Кто бывает врагом Бога, и Его ангелов, и Его посланников, и Джибрила, и Микала…[47] то ведь и Бог — враг неверным!

99 Мы уже ниспослали тебе ясные знамения, и не веруют в них только распутные.

100 И ведь каждый раз, как они заключают договор, часть из них отбрасывает его. Да, большинство их не верует!

Коран ясно указывает на источник получения Откровения: " он (ангел Джибраил — по контексту: наше пояснение) низвел его (Откровение: наше пояснение) на твое сердце с соизволения Бога для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим».

Ещё один раз в Коране упоминается ангел Джибраил в суре 66 «Запрещение» (выделено нами):

Коран 66.

3 И вот Пророк сообщил втайне какой-то из своих жен новость. А когда она передала это и Бог ему открыл, то часть он сообщил, а от части уклонился. А когда он сообщил ей про это, она сказала: «Кто сообщил тебе это?» Он сказал: «Сообщил мне знающий, ведающий».

4 Если вы обе обратитесь к Богу…, ведь склонились ваши сердца. А если открыто будете противиться ему…, то ведь Бог — его защитник, и Джибраил, и праведный из верующих, и ангелы после этого — помощники.

Сказано: Бог — защитник верующих. И для верующих Джибраил и ангелы — помощники в богоугодном деле. Но помимо Джибраила (доброго ангела) в Коране упоминаются и другие ангелы, добрые и не совсем добрые, но нужные для проверок людей на праведность. И эти ангелы для праведников — в помощь, а для не верующих и уклонившихся — им же во вред (выделено нами):

Коран 2.

101 И когда приходил к ним посланник от Бога, подтверждая истинность того, что с ними, часть из тех, кому даровано было писание, отбрасывали писание Бога за свои спины, как будто бы они не знают,

102 и они последовали за тем, что читали шайтаны, в царство Соломона. Соломон не был неверным,[48] но шайтаны были неверными, обучая людей колдовству и тому, что было ниспослано обоим ангелам в Вавилоне, Харуту и Маруту. Но они оба не обучали никого, пока не говорили: «Мы — искушение, не будь же неверным!» И те научались от них, чем разлучать мужа от жены, — но они не вредили этим никому иначе, как с дозволения Бога. И обучались они тому, что им вредило и не приносило пользы, и они знали, что тот, кто приобретал это, — нет ему доли в будущей жизни. Плохо то, что они покупали за свои души, — если бы они это знали!

103 А если бы они уверовали и были богобоязненны, то награда от Бога лучше, — если бы они знали!

В общем ангелы (эгрегоры), представленные в Коране, имеют разные предназначения, не говоря уже об отличиях ангелов от джиннов. Но прежде чем начать разговор о джиннах, приведём большую цитату из Корана (Сура 6 «Скот»), в которой говорится о ниспослании Откровения пророкам до Мухаммада, о безопасности для людей и о сотворении (выделено жирным — нами):

Коран 6.

82 Те, которые уверовали и не облекли свои веры в несправедливость, для них — безопасность, и они — на верной дороге.

83 Это — Наш довод, которые Мы даровали Аврааму против его народа.[49] Мы возвышаем степенями тех, кого желаем. Поистине, Господь твой — мудрый, знающий!

84 И даровали Мы ему Исаака и Иакова; всех Мы вели прямым путем; И Ноя вели раньше, а из его потомства — Давида, Соломона, и Йова, и Иосифа, и Моисея, и Аарона. Так воздаем Мы делающим добро!

85 И Захарию, и Йоанна, и Иисуса, и Илию, — они все из праведных.

86 И Исмаила, и Елисея, и Иону, и Лота — и всех Мы превознесли над мирами.

87 И из отцов их, и потомков их, и братьев их, — Мы избрали их и вели их на прямой путь.

88 Это — путь Бога, которым Он ведет, кого желает, из Своих рабов. А если бы они придали бы Ему сотоварищей, то тщетным для них оказалось бы то, что они делали!

89 Это — те, кому Мы даровали книгу, и мудрость, и пророчество; если не уверуют в них эти, то Мы поручили это людям, которые в это будут веровать.

90 Это — те, которых вел Бог, и их прямому пути следуй! Скажи: «Я не прошу у вас за это платы. Это — только напоминание для миров».

91 Не ценили они Бога должной ценой, когда говорили: «Ничего не низводил Бог человеку». Скажи: «Кто низвел книгу, с которой пришел Моисей, как со светом и руководительством для людей, которую вы помещаете на хартиях, открывая ее и скрывая многое? Ведь вы научены тому, чего не знали ни вы, ни ваши отцы». Скажи: «Бог!» Потом оставь их забавляться в их пустых разговорах.

92 И это — книга, которую Мы ниспослали тебе,[50] благословенная, подтверждающая истинность того, что было ниспослано до нее, и чтобы ты увещал мать городов и тех, кто кругом ее; и тех, которые веруют в последнюю жизнь, веруют в Него, и они соблюдают свою молитву.

93 Кто же несправедливее того, кто измыслил на Бога ложь или говорил: «Ниспослано мне», но не было ему ниспослано ничего; или того, кто говорил: «Я низведу подобное тому, что низвел Бог»? Если бы ты видел, как неправедные пребывают в пучинах смерти, а ангелы простирают руки: «Изведите ваши души сегодня будет вам воздано наказанием унижения за то, что вы говорили на Бога не истину и превозносились над его знамениями!».

94 Вы пришли к нам одинокими, как Мы сотворили вас в первый раз, и оставили то, чем Мы вас наделили, за вашими спинами, и Мы не видим с вами ваших заступников, о которых вы утверждали, что они для вас — товарищи. Уже разорвано между вами и скрылось от вас то, что вы утверждали.

95 Поистине, Бог — дающий путь зерну и косточке; изводит живое из мертвого и выводит мертвое из живого! Это вам — Бог. До чего же вы обольщены!

96 Он выводит утреннюю зарю и ночь делает покоем, а солнце и луну — расчислением. Это — установление великого, мудрого!

97 Он — тот, который устроил для вас звезды, чтобы вы находили по ним путь во мраке суши и моря. Мы распределили знамения для людей, которые знают!

98 Он — тот, который вырастил вас из одной души, а затем — место пребывания и место хранения. Мы распределяем знамения для людей, которые понимают!

99 Он — тот, который низвел с неба воду, и Мы произвели благодаря ей рост всякой вещи; Мы вывели из нее зелень, из которой выведем зерна, сидящие в ряд; и из пальмы, из ее завязей, бывают гроздья, близко спускающиеся; выводим и сады из винограда, и маслину, и гранаты, похожие и не похожие. Посмотрите на плоды этого, когда они приносят плоды и на созревание их! Поистине, в этом — знамение для людей, которые веруют! [51].

После такого подробного увещевания людям о предыдущих Мухаммаду пророках и сотворении, в этой же суре Корана сказано о джиннах и о Боге (выделено нами):

Коран 6.

100 И устроили они Богу сотоварищей из джиннов,[52] в то время как Он их создал, и бессмысленно приписали Ему сынов и дочерей[53] без всякого знания. Хвала Ему, и превыше Он того, что они Ему приписывают!

101 Создатель внове небес и земли! Как будет у Него ребенок,[54] раз не было у Него подруги и когда создал Он всякую вещь и о всякой вещи Он сведущ!

102 Это для вас — Бог, ваш Господь, — нет божества, кроме Него, — творец всякой вещи. Поклоняйтесь же Ему! Поистине, Он — поручитель над каждой вещью!

103 Не постигают Его взоры, а Он постигает взоры;[55] Он — проницателен, сведущ!

104 Пришли к вам наглядные знамения от вашего Господа. Кто узрел, — то для самого себя; а кто слеп, — во вред самому себе. Я для вас — не хранитель!

В Коране ясно сказано, что люди сами устроили Богу сотоварищей из джиннов. Мы многократно обращались как к теории эгрегоров, так и к рассмотрению явлений многочисленных богов в политеизме и в эгрегориальных религиях монотеизма, таких как иудаизм и библейское христианство. Поэтому нетрудно догадаться, что сотоварищи[56] из джиннов, устроенные людьми это — эгрегоры, управляемые людьми-демонами (людьми с демоническим типом строя психики). Коран прямо и неоднократно указывает на людское происхождение эгрегоров-богов, эгрегоров-демонов (джиннов, которыми руководят шайтаны — люди-демоны и откровенные сатанисты).

Люди-демоны либо сами создают (под свои корпоративные потребности) эгрегоры-джинны, либо употребляют уже созданными до них людьми эгрегорами (джиннами) и прибегают к их помощи, желая возвыситься над другими людьми в одной из земных иерархий. В Коране есть сура «Джинны»,[57] в которой прямо говорится про таких людей-демонов и про тех толпарей, которые существуют под управлением эгрегоров-джиннов (выделено нами):

Коран 72.

5 Мы думали, что никогда не будут говорить люди и джинны на Бога ложь.

6 Мужи среди людей прибегали к мужам среди джиннов, и они прибавили им безумия.

Но и ангелы — тоже эгрегоры, но в них вход открыт лишь для праведников и закрыт для людей-демонов (и шайтанов-сатанистов). Джибраил — один из ангелов-эгрегоров, хранитель «авраамического» духовного наследия.

Коран 2.

97 Скажи: «Кто был врагом Джибраилу…» — ведь он (Джибраил: наше пояснение) низвел его (Коран: наше пояснение) на твое сердце с соизволения Бога для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим.

Коран — Откровение пророку, полученное через ангел-эгрегор — с дозволения Бога Мухамамаду вхождению в этот ангел-эгрегор. Нахождение в духовной иерархии ангела-эгрегора «Джибраил» — выше любого их других людских эгрегоров, в том числе и любых демонических эгрегоров высшего порядка (где хранится доступная немногим демонам управленческая информация). Естественно, что Бог, владея всей картиной всех людских эгрегоров, участвует в управлении людьми таким образом, что самая сокровенная информация, доступная лишь Богу, становится достоянием лишь праведников. А людям-толпарям и демонам приходится довольствоваться лишь тем, что они сами себе придумали в течении существования настоящей цивилизации — информацией демонических эгрегоров-джиннов, добавляющих людям безумие, поскольку большинство толпарей, попав под опеку этих джиннов, перестают развиваться как предполагает Бог для людей, и становятся без собственного ума: ум им заменяет эгрегориальное водительство. Об этом сказано в Коране в суре 17 «Перенёс ночью»[58] (выделено нами):

Коран 17.

85 Они спрашивают тебя о духе. Скажи: «Дух от повеления[59] Господа моего. Даровано вам знания только немного».

86 Если бы Мы пожелали, Мы, конечно, унесли бы то, что открыли тебе,[60] а потом ты бы не нашел для себя в этом против Нас покровителя,

87 кроме милости от твоего Господа. Благодеяния Его для тебя велики!

88 Скажи: «Если бы собрались люди и джинны, чтобы сделать подобное этому Корану, они бы не создали подобного, хотя бы одни из них были другим помощниками».

В Коране уделено огромное внимание проблеме эгрегориального водительства людей со стороны джиннов — в терминологии Корана. Мы вернёмся позже к этому важнейшему вопросу. Неправедное эгрегориальное сопровождение людей — одна из серьёзнейших управленческих проблем современной цивилизации, которая к настоящему времени не только не разрешается людьми, но во многом усугубляется атеизмом большинства людей.

Здесь же скажем последнее по поводу получения информации от эгрегоров-джиннов: даже самая засекреченная информация, хранящаяся в этих эгрегорах, а также и мысли хозяев-менеджеров этих джиннов при необходимости становятся достоянием праведников — особенно когда последним угрожает опасность, либо по другой надобности. Ведь чем выше эгрегор в духовной иерархии Мироздания, в который входит человек, тем больше информации из нижестоящих эгрегоров ему становится потенциально доступно. Праведнику разрешено Свыше пользоваться информацией эгрегоров-ангелов, которые выше любых демонических эгрегоров-джиннов. Праведник, получая информацию от джиннов (если надо), оказывается в ситуации, когда джинны тоже работают на праведника (а вместе с джиннами и люди, которых джинны опекают). А у других людей (не праведников) таких возможностей не имеется.

Примерно такая же ситуация создаётся при общении праведника с демоническими личностями: праведнику даётся вся необходимая информация (либо от эгрегора, который представляет демон, либо в Различении от Бога) о демонах и просто злых людях в целях безопасности дела и жизни праведника. Последнее заметил ещё Соломон (который во многих местах Корана упоминается в числе праведников-пророков). Выделено жирным нами.

Премудрость Соломона 2.

12 Устроим ковы праведнику, ибо он в тягость нам и противится делам нашим, укоряет нас в грехах против закона и поносит нас за грехи нашего воспитания;

13 объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя сыном Господа;

14 он пред нами — обличение помыслов наших.

15 Тяжело нам и смотреть на него, ибо жизнь его не похожа на жизнь других, и отличны пути его:

16 он считает нас мерзостью и удаляется от путей наших, как от нечистот, ублажает кончину праведных и тщеславно называет отцом своим Бога.

Пророк Мухаммад получил своё первое Откровение от ангела Джибраила (как сказано в Коране). Но это вовсе не значит, что последующие Откровения он получал только лишь с эгрегора-ангела «Джибраил»:[61] он имел возможность пользоваться информацией «сопряжённых» с этим ангелом-эгрегором других ангелов (эгрегоров — духовного наследия пророков); от Бога непосредственно (в обход всяческих эгрегоров); либо даже информацией от джиннов, которая была необходима для продолжения проповеди:[62] например историческую информацию «знали» не только Бог и ангелы, но и многие джинны (история «пишется» в духовном мире людей во всех подробностях и мелочах, а на вещественных носителях — фиксируется лишь малая часть истории).

Если предыдущий пророк Иисус был, возможно, рождён не совсем обычным образом, как о том повествует и Библия (Новый Завет Лука1:19–32) и Коран (3: 47–51 и другие места Корана) от Духа Святого, то отец и мать Мухаммада известны как простые люди. В нашей неправедной толпо-«элитарной» цивилизации с древнейших времён практически все люди развивались и развиваются с определённым ущербом (по отношению к Божиему идеалу Человека) для своей психики: сказывается неправедное эгрегориальное наследие и генетика предков.[63] Не исключением был и Мухаммад. Поэтому прежде чем стать пророком, Мухаммад должен был немало потрудиться над своей психикой, дабы очистить её от влияния неправедного духовного наследия. Будучи благонравным и искренне честным человеком, он стремился к этому и Бог на определённом этапе помог Мухаммаду.

Многие исследователи-атеисты (разного характера), особенно европейцы, представляют Мухаммада чуть ли не психически больным, поскольку считают начало его пророческой деятельности совпадающим с обострением психических расстройств и до этого склонного к уединению человека. Но это всё лишь удобные объяснения внешней стороны дела, сопровождавшего начало пророчества.

В этот момент пророк болезненно для его психики выходил на высшие уровни эгрегориального сопровождения его будущей жизни — на уровни ангела Джибраила — где находится то, что давалось пророкам до него. Естественно, что многое из прежнего духовного обеспечения пророка должно было отпасть от его психики как мешающее и как прошлые наваждения. В такие моменты серьёзнейшей эгрегориальной перестройки психики с одного духовного наследия на другое (да ещё и высочайшего уровня) может происходить буквально «ломка» у человека — схожая с «шаманской болезнью». И здесь нету ничего удивительного: мы уже знаем, что при инициация шамана происходило тоже подключение к одним эгрегорам и отстройка от всего «ненужного» для дальнейшей миссии шамана.

Только в случае шамана его инициацию контролировал старший шаман-учитель, а в случае пророка очищение от «ненужного» духовного наследия происходило с Божией помощью. Но механизмы и внешняя сторона процесса психической перестройки, которую наблюдали окружающие будущего пророка люди — схожи, что у инициируемого шамана, что в случае начала пророчества у Мухаммада. Уровни же духовной иерархии, с которых происходила «инициация» — разные — разное и предназначение. Однако, у некоторых «исследователей» жизни Мухаммада это вызывает повод для осмеяния пророка как душевно больного человека. Но душевно больными на поверку оказываются сами «исследователи»: такое серьёзное Откровение (Коран) душевно больным не давалось и не будет дано впредь. Но вот вподлечить свою психику с помощью глубоко осмысленного чтения Корана и просьб о помощи к Богу — можно.

Первые мусульманские общины.

Пророк Мухаммад (буквально «Прославленный») — Мухаммад Ахмад б. Абд Аллах — узнал от своего «ангела-покровителя» Джибраила о том, что Бог его избрал для пророчества людям с целью призыва к «старой новой» вере — Исламу — вере Авраама и пророков от Адама до Иисуса. Многие исследователи склоняются к мысли, что пророк, будучи кротким и скромным человеком, вначале даже слегка смутился и даже испугался такого расположения к нему, которое он чётко услышал с высокого уровня духовной иерархи Мироздания при первом Откровении.

Большинство учёных считают первой суру 96 Корана («Сгусток»),[64] в которой Мухаммаду было повелено (даже приказано) читать людям Откровение:

Коран 96.

1 [Сура 96. Сгусток] Во имя Бога милостивого, милосердного! Читай![65] Во имя Господа твоего, который сотворил —

2 сотворил человека из сгустка.

3 Читай! И Господь твой щедрейший,

4 который научил каламом,[66].

5 научил человека тому, чего он не знал.

Имя «ангела-покровителя» Мухаммада, приносящего вести «от Бога» (по преданию) — Джибраила (на арабском ан-Намус) — означает буквально «Совесть». То есть, Мухаммад к сорока годам обрёл можно сказать совершенное водительство своей совестью — если растолковывать буквально то, что с ним произошло.

Как мы уже знаем, совесть это — чувство Божиего Промысла как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность — нравственный закон, который Бог избрал для Себя сам, и предлагает людям. Так что реальному уровню праведности-«совести» Мухаммада соответствовал эгрегориальный уровень «Джибраил» — со всеми его нравственно-религиозными постулатами, в том числе и ошибками понимания Божиего Промысла, допущенными теми, кто являлся создателями этого эгрегора из предыдущих пророков и их единомышленников.

В общем имя Джибраила, также как и Коран, указывает на особый уровень благонравия Мухаммада, благодаря которому он выделился от других людей и получил возможность овладеть духовным наследием пророков, которые были до него: от Адама до Иисуса, как сказано в Коране. Именно в этом наследии как-то отражена цель Божиего Промысла: построение на Земле царства, законы которого соответствовали бы нравственному закону, который Бог избрал для Себя и для людей.

Коран опровергает имеющееся в среде «научных» атеистов мнение, что Мухаммад якобы был напуган и подавлен духом «Джибраилом» и после этого лишь транслировал прогнозы и наставления ,[67] являясь по сути «зомби» (безвольным исполнителем) этого духа-эгрегора. Как мы уже говорили, в этом отношении «учёные» сравнивают пророка с шаманом, намекая на то, что его инициация всего лишь пережитки первобытных форм религий в отсталой Аравии.

В действительности же Мухаммад добровольно принял на себя миссию нести людям Откровение, готовился к этому всю свою жизнь (о чём мы рассуждали выше) и был вознаграждён Свыше этим нужным трудом. А его кажущееся безволие — всего лишь искажённое отображение в психике некоторых людей из окружения его особой скромности и кротости перед Богом, что вовсе не является признаком «зомбированности». В то же время, Мухаммад мог быть несколько подавлен вторжением в его не до конца готовую принять Откровение психику эгрегора, и выглядел напуганным этим вторжением, пока психика не свыклась с новым информационным обеспечением.

Следующей сурой, по преданию, Мухаммаду была дана сура 74, которая тоже начинается призывом к проповеди:

Коран 74.

1 [Сура 74. Завернувшийся] Во имя Бога милостивого, милосердного! О завернувшийся!

2 Встань и увещевай!

3 И Господа твоего возвеличивай!

4 И одежды твои очисть!

5 И скверны беги!

6 И не оказывай милость, стремясь к большему!

7 И ради Господа твоего терпи!

Конечно, Бог помог психически ещё слабому пророку в непростом деле его становления как верующему Богу человеку, укрепив его веру, о чём сказано в Коране (выделено нами):

Коран 17 («Перенёс ночью»).

73 И близки они были к тому, чтобы соблазнить тебя от того, что Мы внушили тебе, чтобы ты измыслил на Нас другое. А тогда они[68] взяли бы тебя своим другом.

74 И если бы Мы тебя не подкрепили, — ты был близок склониться к ним хотя бы немного.

75 Тогда Мы дали бы тебе вкусить вдвойне и в жизни и в смерти. Потом ты не найдешь против Нас помощника!

Подобные укрепления Свыше в вере могут быть лишь при сильном желании самого человека следовать этой вере. Слабости и сомнения, вызванные проблемами воспитания и побочным эгрегориальным давлением всегда могут быть, но целеустремлённость и честность перед Богом и людьми помогают человеку обрести помощь Свыше, после чего сомнения и слабости рассеиваются.

Но многие люди, наблюдавшие за пророком в первые годы после начала пророчества судили по себе: раз пророк не проявляет волю и не показывает свою силу, а ведёт себя подобно инициированному в чужую веру шаману, то значит он «зомбирован» или психически нездоров. Дальнейший процесс становления ислама показал, что такие люди оказались неправы а многие из них даже закончили свою земную жизнь раньше, чем могли бы.

Коран прямо опровергает одержимость-«зомбированность» пророка,[69] показывая тем самым, что Мухаммад действовал по собственной воле в соответствии со своей судьбой (выделено нами):

Коран 7 («Преграды»).

182 А тех, которые считали ложью Наши знамения, Мы низведем так, что они не узнают.

183 И Я даю им отсрочку: ведь Моя хитрость — прочна.

184 Неужели они не размыслили, что у их сотоварища нет одержимости? Он ведь — только ясный увещатель.

Коран неоднократно указывает на то, что пророка называли одержимым («зомби»), пытаясь проверить его на способность творить чудеса с помощью ангелов (видимо привыкли к эгрегориальной магии ведически-знахарской культуры под управлением демонов).[70] Но кораническая культура как раз против такого рода эгрегориальных чудес, перед которыми преклоняются толпы людей. Бог через пророка ответил на это, что ангелы через пророка несут Истину, а показывать чудеса, доказывая эту Истину, пророк не должен: он должен предлагать людям праведность и пробуждать у людей способность к осмысленной религии веры Богу, а не слепого преклонения перед чудесами (выделено нами):

Коран 15.

1 [Сура 15. Ал-Хиджр] Во имя Бога милостивого, милосердного! Алиф лам ра. Это — знамения книги и ясного Корана.

2 Может быть, пожелают те, которые неверны, стать мусульманами.

3 Оставь их, пусть они едят, наслаждаются, и надежда их отвлекает. Потом они узнают.

4 Мы не губили селения без того, чтобы ему не было известного начертания.

5 Ни один народ не опередит своего предела, и не отсрочат они.

6 Сказали они: «О ты, которому ниспослано напоминание! Ты ведь — одержимый!

7 Почему ты не придешь к нам с ангелами, если ты из праведных?».

8 Мы не посылаем ангелов, иначе как с истиной, и тогда не будут они из тех, кому отсрочивается.

9 Ведь Мы — Мы ниспослали напоминание, и ведь Мы его охраняем.

Охрана пророка и его дела прослеживается в отношении Мухаммада от его рождения, о чём мы говорили выше. В Суре 52 «Гора» и в Суре 68 «Письменная трость» указывается на то, что Мухаммад не одержимый (выделено нами):

Коран 52.

29 Напоминай же! Ведь ты по милости твоего Господа не прорицатель[71] и не одержимый.

Коран 68.

1 [Сура 68. Письменная трость] Во имя Бога милостивого, милосердного! Нун. Клянусь письменной тростью и тем, что пишут!

2 Ты по милости Господа твоего не одержимый,

3 и, поистине, для тебя — награда неистощимая,

4 и, поистине, ты — великого нрава.

5 И вот ты увидишь, и они увидят,

6 в ком из вас испытание.

7 Поистине, Господь твой лучше знает тех, кто сбился с Его пути, и Он лучше знает идущих прямо!

8 Не повинуйся же обвиняющим во лжи!

Но таких людей великого нрава, конечно же в Мекке было немного. Мухаммад с самого начала проповеди столкнулся с теми же проблемами, с которыми сталкивались до него практически все пророки.[72] Люди смеялись над ним и не верили ему. Более того, дядя Хадиджи (жены Мухаммада) предупредил Мухаммада о предстоящем изгнании его из родного города, добавив при этом «Не было ещё ни одного человека, с которым не враждовали бы, когда он приходил с тем, с чем пришёл ты». Мухаммад пришёл со «старой новой» верой, суть которой была всё та же, что и смысл учений всех пророков и посланников Божиих и их последователей — призыв е единобожию. «Новой» эта вера считалась лишь потому, что учения предыдущих пророков были искажены людьми, либо забыты вовсе а Книга (Коран),[73] ниспосланный Мухаммаду был оригинальным и уникальным напоминанием (которое назвали Откровением) об истинной вере. Сперва немногие поверили пророку:

Коран 37.

35 Ведь они, когда им говорили: «Нет божества, кроме Бога!» — возносились.

36 и говорили: «Разве мы в самом деле оставим богов наших из-за поэта одержимого?».

37 Нет, он пришел с истиной и оправдал посланников.

Первыми людьми, поверившими проповеди Мухаммада и принявшими ислам ( покорность Богу), то есть, ставшими мусульманами (от арабского муслим — предавшийся Богу) были его жена Хадиджа, его 10-летний двоюродный брат Али ибн Аби Талиб, его вольноотпущенник и приёмный сын Зайд ибн Харриса и его друг Абу Бакр. Первые три года призыв к единобожию осуществлялся почти тайно (число первых мусульман было — около 40 человек).

Проповедь Мухаммада вначале была встречена с Мекке с насмешкой. Впоследствии новая вера вызвала интенсивные враждебные действия со стороны местного общества — идолопоклонников, особенно со стороны мекканской верхушки. В принципе в идее единого Бога для мекканцев не было ничего необыкновенного. Многие жители этого религиозного центра Аравии были готовы согласиться, что среди множества богов есть некое «высшее существо». Но ислам они не хотели принимать по другим причинам:

· Признание Мухаммада в качестве пророка означало бы потерю монополии на Каабу, приносящую политическую выгоду региону. Тем более, что пророк был хоть и из знатного рода, но недостаточно имущего и влиятельного, а по принятии ислама он стал бы главным лицом Мекки (как минимум) — остальные же более влиятельные роды опустились бы в своей иерархической значимости.

· Монополия на Каабу приносила немалые прибыли мекканцам (особенно верхушке), поэтому, пропагандируемая в Коране потенциальная равноприближённость всех людей к Богу — по их вере (а не по монополии на религиозные реликвии, крупнейшей из которых была Кааба) — лишала Мекку и хранителей реликвии халявного дохода от паломников.

· Многих имущих и властных не устраивала и мораль новой веры, согласно которой они должны делиться с неимущими как с людьми одной большой общины.

Постепенно вокруг Мухаммада сложилась группа сподвижников (сахабов или асхабов), частью из знатных родов, частью — из низов мекканского общества. Весь первоначальный период проповеди, вплоть до хиджры — переселения в Медину, мусульмане подвергались преследованиям и гонениям со стороны мекканского большинства. Продолжительное время узы кровного родства с родом Абу Талиба защищали Мухаммада от преследований со стороны городской верхушки — помимо Божией защиты. В 1616 году один из лидеров Мекки и главных оппонентов Мухаммада — Умар ибн аль-Хаттаб — принял ислам.[74] А на три дня раньше ислам принял дядя пророка — Хамза, что тоже сыграло немаловажную роль в становлении ислама и решении Умара.

В 619 году умирает единственная (до этого момента других жён у пророка не было) первая жена Мухаммада — Хадиджа. В течение 25 лет Мухаммад был женат только на своей первой жене Хадидже. Все его последующие браки имели место только после смерти Хадиджи, когда ему было уже за пятьдесят. Все его следующие жёны были вдовами, и в большинстве своём эти браки носили политический характер.

В этот же год умер и дядя пророка — Абу Талиб. Хоть Абу Талиб и не принял ислам, но он выступал защитником пророка, как глава рода Хашим. Другой дядя пророка, Абу Ляхаб, стал главой клана Хашим, но он отказал Мухаммаду в защите. По смерти Абу Талиба Мухаммад был исключён из рода и с многими своими последователями тайно переселился в оазис Ясриб (350 км. севернее Мекки), позднее названный «Городом пророка» — Мединой.

Начало «мусульманской эры».

В возрасте 52 лет (после 12 лет проповеди) в сентябре 622 года Мухаммад переехал в Ясриб. За два года до этого группа жителей Ясриба (около 70 человек), прибывшая на хаджж (паломничество) в Мекку, тайно приняла ислам. Они пригласили Мухаммада в качестве третейского судьи. Переселение мусульман в Ярсиб происходило постепенно. Через какое-то время выехал и Мухаммад в сопровождении своего друга Абу Бакра (дочь которого была второй женой Мухаммада) — переезд пророка и его друга в Ярсиб и называется хиджра. Их преследовали мекканцы и в течении нескольких дней они прятались в пещере на горе Саур (Тавр), расположенной вдоль дороги на Йемен.

Во время нахождения в пещере Мухаммад и его друг много думали о помощи Бога. По преданию накануне предстоящего становления веры из нового центра (Ярсиб) Мухаммад успокаивал своего друга словами: «Что ты думаешь о двоих, где третий — Бог? Не печалься, ибо Бог с нами». Предание гласит, что это событие описано в Коране в суре 40 («Верующий»). В частности в суре «Верующий», помимо многого другого, даётся множество укреплений людей в вере Богу (выделено нами):

Коран 40.

14 Призывайте же Бога, очищая пред Ним веру, хотя бы и ненавидели это неверные!

20 Бог решает во истине, а те, которых они призывают вместо Него, не решают ничего. Поистине, Бог — слушающий, видящий!

51 Мы поможем Нашим посланникам и тем, которые уверовали, в здешней жизни и в тот день, когда предстанут свидетели, —

52 в тот день, когда не поможет несправедливым их извинение — им проклятие, и для них — злое обиталище!

65 Он — живой, нет боженства, кроме Него; взывайте же к Нему, очищая пред Ним веру! Хвала Богу, Господу миров!

67 Он — тот, который сотворил вас из праха, потом из капли, потом из сгустка, потом вывел вас младенцем,[75] потом — чтобы вы достигли крепости, потом — чтобы вы были стариками. Среди вас есть тот, кто упокоивается раньше, и чтобы вы достигли названного предела, — может быть, вы уразумеете!

68 Он — тот, который оживляет и умерщвляет, а когда решит какое-нибудь дело, то только скажет ему: «Будь!» — и оно бывает.

В Медине мусульмане из Мекки (мухаджиры — переселенцы) были тепло встречены местными мусульманами (были представлены мединскими племенами аус и хазрадж), которых пророк назвал ансарами — помощниками. Третьей (небольшой) частью населения Медины были евреи, с которыми пророк Мухаммад заключил договор о ненападении.

Считается, что в Медине закладывались основы исторического ислама. Здесь были сформулированы законы шариата («надлежащий путь» — свод «нормативов ислама»). Здесь пророк построил свой дом и заложил рядом с ними мечеть — Мечеть Пророка в Медине — вторая «святыня» исторического ислама (после Запретной мечети в Мекке).

Первые мусульмане, переселившиеся в Медину, ради веры оставили в Мекке всё своё имущество — дома, деньги, верблюдов, товары и прочее. Всем этим завладели курайшиты. Поскольку мирная проповедь ислама в течении более 10 лет не привела к вразумлению многобожников, к тому же первым мусульманским общинам нужны были средства для развития — Мухаммад принял решение на военные столкновения с «неверными» людьми, не внимающими мирным словам проповеди.

С командой численностью 300 мусульман пророк выступил в середине марта 624 года в поход, целью которого было атаковать караван мекканцев, возглавляемый главой рода Умайя Абу Суфьяном в местечке Бадр (150 км. к юго-западу от Медины). Состоялась битва, закончившаяся полной победой мусульман, вступивших в бой с противником, преобладающим численностью почти в три раза и гораздо более оснащённым вооружением и экипировкой. Вера и помощь Свыше оказались сильнее этого и победа стала одним из значительнейших событий в истории раннего ислама. Молодая мусульманская община стала ощущать свою боевую мощь, подкреплённую сформировавшимся к тому времени духом-эгрегором — предвестником эгрегора исторического ислама. Эта духовно-боевая мощь разрослась в неостанавливаемую лавину побед в течение нескольких лет. Естественно, что и на психику Мухаммада уверенность от побед оказала определённое влияние. Не могло это ни сказаться и на качестве сур, вошедших позднее в Коран, которые прочитаны в мединский период. Одним из последствий битвы при Бадре стало появление большого числа новообращённых в ислам и поднятие престижа мусульман.

Следует заметить, что распространение исторического ислама на начальном этапе происходило в качестве оппозиционной властям политической борьбы с применением грабежей караванов. Мусульмане были «вне закона» («преступниками») — также как и сторонники Иисуса во времена Римской империи, также как и сторонники Моисея в Египте перед фараоном.[76] Учитывая печальный опыт распространения «христианства» после Христа, Мухаммаду было дано около 10 лет мирной проповеди — после чего ему было разрешено Свыше возглавить вооружённую оппозиционную борьбу со всеми, кто встал на пути ислама: не деля при этом людей на родственников[77] и иноплеменников. Люди делились на мусульман и противников новой веры. Необходимость такого вооружённого захвата власти была вполне обоснована. Деградация библейского христианства и крайняя порочность иудаизма (как двух главных религиозных систем, представляющих себя верами Моисея и Христа) требовала очищения веры (сура 112 Корана так и называется «Очищение веры») — в противном случае люди в первую очередь западной цивилизации (иудаизм+«христианство») могли бы совсем безнадёжно деградировать. В общем, ко времени Мухаммада стало ясно, что люди мирно ислам (покорность Богу) не примут и Бог разрешил через пророка войну с неверными за становление ислама.

Главное: такая необходимость распространения «новой веры» к началу VII столетия — не изнутри западной цивилизации (где сложилось уже своё представление о единобожии и система эгрегоров-имитаторов Бога), а с территории Аравии (где был кризис многобожия и множество эгрегоров-богов не были такими мощными как в «христианстве» и иудаизме) могла как бы оправдывать жёсткость некоторых формулировок проповеди, вошедших позднее в Коран, касающихся последствий выбора людей «или — или». Или с мусульманами и их верой — или клеймо «враг Богу» со всеми вытекающими последствиями в «следующей жизни».

Если бы до Мухаммада не было многочисленных мирных попыток становления единобожия ,[78] такая мера — как действий в отношении неверных, так и морально-идеологических запугиваний в проповедях пророка — была бы не оправдана на тот период развития. Но учитывая, что к VII веку вопрос о дальнейшей судьбе всей цивилизации Земли стоял особо остро[79] — мера воздействия ислама на весь мир была оправдана.

В то же время, Коран составлен таким образом, что люди с различными типами психики (животный, зомби, демонический, человечный) найдут там разные смыслы — в одних и тех же частях проповеди (о чём мы поговорим позже). Во времена пророка Мухаммада преобладал тип психики «животный»: это историческая данность. Активизировать людей с «животным» типом психики на борьбу за новую веру совсем без «животных» стимулов («кнут и пряник») было бы, видимо, весьма затруднительно. Поэтому, вполне возможно, что эгрегориальная трансляция проповедей от «Джибраила» и других «ангелов» могла ещё и искажаться «обстоятельствами» через психику пророка — соответственно «велению времени» и состоянию психик большинства людей Аравийского полуострова .[80] Однако, находясь в человечном типе психики, можно разделить в проповедях то, что было сказано как «дань времени» и то, что сказано как неустаревающая Истина от Бога — не вникая в механизм получения пророком смешанной (по назначению) информации.

В самом же Коране многократно говорится о мере его понимания разными людьми, что может означать лишь многоцелевую, многоуровневую функцию коранических откровений. В частности от мере понимания сказано (выделено нами):

Коран 17.

82 И Мы низводим из Корана то, что бывает исцелением и милостью для верующих. А для неправедных только увеличивает потерю.

Бог милостив и не желает для людей потерь, поэтому Он " низводит из Корана» милость людям, которую последние могут там увидеть, отбросив все запугивания, которые являются данью той эпохе от издержек психики людей и пророка. Но кто не может изменить свою психику даже в течении жизни — и тому не закрыт доступ в новую веру:

Коран 73.

20 Поистине, Господь твой знает, что ты простаиваешь меньше, чем две трети ночи, и половину ее и треть; и люди из тех, что с тобою. И Бог размеряет ночь и день. Знает Он, что вы не учтете этого, и обратился Он к вам. Читайте же, что легко вам из Корана. Знает Он, что будут из вас больные и другие, которые ударяют землю, выискивая милости Бога, и другие, которые сражаются на пути Бога. Читайте же, что легко вам из него, и простаивайте молитву, и приносите очистительную подать, и одолжайте Богу хороший заем. Что вы уготоваете вперед из добра для самих себя, найдете это у Бога лучшим и большим по награде, и просите прощения у Бога. Поистине, Бог — прощающ, милостив!

Снисхождение до меры понимания большинства людей в каждую эпоху развития человечества — тоже великая милость Божия. И эта милость могла выразиться в эпоху Мухаммада как отражение в проповеди Корана примитивных «животных» стимулов к вере ислама (помимо всего прочего).

Но горе тем, кто понимает из Корана больше, чем выполняет в жизни по своему пониманию, а тем более горе вдвойне тем, кто, понимая из Корана больше других — употребляет непонимание «животного» большинства ради стяжательства и власти в земных иерархиях. Об этом тоже есть предупреждения Корана:

Коран 10.

61 В каком бы ты ни был состоянии и что бы ты ни читал из Корана, и какое дело вы ни будете делать, Мы будем свидетелями при вас, когда вы погружаетесь в это. Не укроется от Господа твоего вес пылинки ни на земле, ни в небе, и ни то, что меньше этого, и ни то, что больше, иначе как (это —) в книге ясной.

Но есть в Коране и прямое указание на добровольность веры, в котором предлагается мусульманам не считать всех не принявших ислам «врагами Бога»:

Коран 2.

256 Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения.[81] Кто не верует в идолопоклонство и верует в Бога, тот ухватился за надежную опору, для которой нет сокрушения. Поистине, Бог — слышащий, знающий!

Поэтому вооружённое наступление первых мусульман это прежде всего их оправданное и поддержанное Свыше решение, это — зашита новой веры, а уже затем её распространение благодаря тому, что множество людей без принуждения стали принимать ислам. Но этому добровольному принятию способствовала именно такая проповедь, которую осуществлял Мухаммад — иначе желающих добровольно принять ислам было бы гораздо меньше.

К тому же Мухаммад в мединский период предупредил всех верующих о предпочтении активного наступления во имя ислама, а не пассивной веры — без действий (выделено нами):

Коран 57.

10 Почему бы вам не расходовать на пути Бога,[82] когда у Бога — наследство небес и земли? Не равны среди вас те, кто расходовал до победы и сражался… эти — больше степенью, чем те, которые расходовали после и сражались. Всем Бог обещал благо, и Бог сведущ в том, что вы делаете.

Мы ещё вернёмся к вопросу особенностей коранической морали и этики. Здесь же скажем, что Мухаммаду пришлось возглавить ещё много боевых столкновений с противниками становления ислама.

Укрепление позиций ислама при жизни пророка.

В 625 году, движимые желанием отомстить за унижение, нанесённое год назад при Бадре и сделать для себя свои торговые пути безопасными от нападений мусульман, мекканцы, мобилизовали около трёх тысяч человек (в том числе 200 всадников и 800 воинов в кольчугах), и в марте выдвинулись в оазис около Медины. В ответ на это Мухаммад смог собрать только около 700 пеших воинов (из которых только 100 имели кольчуги), расположившихся лагерем около горы Ухуд, что в 5 километрах к северу от Медины.

Во время одной из битв пророк Мухаммад был ранен, что внесло замешательство в рады мусульман, которые и так не побеждали. Мекканцы, возглавляемые Абу Суфьяном, не стали преследовать мусульман и возвратились в Мекку. Возможно, что они хотели доказать свою мощь и проучить мусульман. В то же время, мусульманское войско не было разгромлено и оставалось боеспособным. Битва не принесла ясной победы ни одной из сторон. Но по числу погибших (у мусульман 70 чел.; у мекканцев 19 чел.) военные преимущесвта оказались на стороне мекканцев. Хотя одной из целей похода мекканцев было убийство пророка — этой цели они не достигли: Мухаммад остался жив благодаря помощи Свыше.

Более всего информации о причинах неполного, но всё же поражения мусульман сказано в Коране в суре 3 «Семейство Имрана» 152–175 (выделено нами):

Коран 3.

152 Бог оправдал пред вами Свое обещание, когда вы перебили их по Его дозволению.[83] А когда вы оробели и стали препираться о деле и ослушались, после того как Он показал вам то, что вы любите, среди вас оказались желающие ближнего мира и среди вас были желающие последнего. Потом Он отвернул вас от них, чтобы испытать вас; и Он простил вас, — ведь Бог — обладатель милости к верующим!

Скорее всего после головокружительной победы мусульман во главе с пророком Мухаммадом при Бадре (год назад) многие мусульмане, формально приняв ислам — не соответствовали исламу (который проповедовал пророк) по своему нравственно-психологическому складу. Многие из новообращённых после битвы при Бадре мусульман поверили пророку лишь из-за победы по принципу «победителей не судят» и примкнули, ища для себя покровительства у пророка для своих " ближних дел»: кто хотел «приподняться» из «бедняков», кто хотел отомстить обидчикам, кто хотел самоутвердиться, «прислонясь» к пророку-победоносцу, кто хотел вернуть себе имущество и так далее. Про таких и говорится в суре 3: 152 — они " желали ближнего мира». Но были и истинно верующие, которые воевали за ислам, за установление в мире веры единобожия, веры всех пророков до Мухаммада. Про таких сказано: " среди вас были желающие последнего» (мира).

Мы уже говорили, что Коран («Чтение») хорош тем, что он — универсален. Люди практически всего спектра типов строя психики (и их сочетаний) от животного до человечного находят в Коране для себя очень многое, но понимание смыслов Корана у них — разное. Одни увидят в фразе " среди вас оказались желающие ближнего мира и среди вас были желающие последнего» разделение на «этот мир» (ближний) и «тот мир» (после смерти — последний). И это разделение ничем не лучше библейского понимания рая и ада.

Другие иначе поймут такое разделение: ближний мир — это все желания людей, связанные с доминированием нечеловечных типов психики (существующая культура); а мир последний — царство человека (культура Богодержавия), доминирование и управление земным интеллекта людей, основанного на человечном целеполагании — за что и надо бороться. Ведь действительно: зачем Бог помогал пророку распространять ислам в земном мире, если не для того, чтобы этот земной мир приближался к последнему миру — идеалу ислама.

Победы сплачивают людей, делают всех как бы друзьями. А поражения, неудачи — выявляют колеблющихся, трусов и проходимцев. Этим Бог помог праведникам-мусульманам и пророку лучше разобраться в своём воинстве, чтобы в будущем истинные мусульмане надеялись не только на Бога, а больше — на самих себя. Ведь если Бог будет делать за людей всю работу, предназначенную для них (чтобы приблизить последний мир), то от человека, от данной ему свободы выбора и воли — ничего не останется и люди превратятся в безрассудных «рабов Бога» (что неверно: но в Коране во многих местах выбрано именно это выражение). Сам же Коран, одновременно с этим, опровергает такой путь: нет принуждения в религии. Об этом же говорится в суре 6 «Скот» (выделено нами):

Коран 6.

107 Если бы захотел Бог, они не придавали бы Ему сотоварищей. Мы не делали тебя[84] хранителем их. И ты над ними не надсмотрщик.

Коран 6.

35 А если тягостно для тебя их отвращение,[85] то если бы ты мог отыскать расселину или лестницу на небо и пришел бы к ним со знамением![86] Если бы пожелал Бог, то Он собрал бы их на прямом пути; не будь же невеждой!

36 Поистине, отвечает Он тем, которые слушают, и мертвых воскресит Бог, потом к Нему они будут возвращены.

Примерно то же от имени Бога провозглашено в Суре 10 «Иона» (выделено нами):

Коран 10.

99 А если бы пожелал твой Господь, тогда уверовали бы все, кто на земле, целиком. Разве ж ты вынудишь людей к тому, что они станут верующими?

Испытания трудностями неправедного общества — обычное дело. Такие испытания выпали на долю первых мусульман в 625 году. Бог показал людей друг другу — в ходе битвы при Ухуде. В результате этого люди должны были помочь друг другу преодолеть свои недостатки, ну а уж от злобных предателей и отпетых трусов — избавиться для успеха дальнейшего становления новой веры (чтоб не мешали: но при этом и таким должна была предоставлена свобода выбора, как милость к ним). После такого Урока Жизни и праведникам и негодяям — Бог всех простил: «Потом Он отвернул вас от них, чтобы испытать вас; и Он простил вас, — ведь Бог — обладатель милости к верующим!» (Коран 3:152). Но каждый (и пророк и праведник и негодяй) продолжили свою жизнь в соответствие с тем, что каждый из них понял из Урока Жизни. Но Бог простил всех (выделено нами):

Коран 3.

155 Поистине, те из вас, которые отвернулись, в тот день, когда встретились два отряда,[87] — их заставил споткнуться сатана чем-то, что они приобрели. Бог уже простил их, — ведь Бог — прощающий, кроткий!

Сатанизм отличается от демонизма тем, что сатанисты противостоят праведности в большинстве случаев осознанно — по своей воле — зная, что идут против Божией Воли. В то время, когда демонические личности действуют в первую очередь в своих корпоративных интересах. А сатанизм в действиях и мыслях демонов присутствует как сопутствующая их корпоративной деятельности неправедная составляющая противодействия Божией Воле. То есть, сатанизм всегда осознанно направлен против Божией Воли, а демонизм — не обязательно.

Именно по этим критериям можно различать эгрегоры-«демоны» (или джинны) и эгрегоры «от сатаны», которыми руководят шайтаны (люди-сатанисты). Последние управляются тоже людьми-демонами, но целенаправленно противостоящими Божией Воле. Такие эгрегоры могли целенаправленно создаваться при принятии решений со стороны каких-либо властных иерархий государств (или цивилизаций) под контролем «жреческих» структур с целью искажения наследия пророков — после того, как пророки приходили с ясными знамениями. Так, например, в древнем Египте во времена Моисея было положено начало сатанинского эгрегора современного иудаизма, в котором от имени Бога поддерживается дух ненависти иудеев ко всем людям иного религиозного происхождения.

Коран многократно уведомляет о том, что пророку и вставшим на прямой путь будут противостоять в первую очередь шайтаны-люди и джинны (джинны-эгрегоры, управляемые людьми-шайтанами):

Коран 6.

112 И так Мы всякому пророку устроили врагов[88] — шайтанов из людей и джиннов; одни из них не внушают другим прелесть слов для обольщения. А если бы пожелал Господь твой, они бы этого не делали. Оставь же их и то, что они измышляют!

Ведь духовное наследие во времена пророка было уже достаточно обширным и эгрегоров, которыми управляли сатанисты (шайтаны) и люди-демоны (гении), было предостаточно. В это духовное наследие была включена психика многих новообращённых мусульман — только вследствие того, что все они воспитывались в прошлой культуре (в Аравии это было в основном многобожие и идолопоклонничество, хотя влияние «христианства» и иудаизма, конечно, тоже нельзя отбрасывать). Именно о таком влияние сатанизма на некоторых людей и предупреждает Коран: «их заставил споткнуться сатана чем-то, что они приобрели ‹в процессе своей жизни до того, как столкнулись с исламом›» (Коран 3:155; в угловых скобках наше пояснение).

После подведения итогов битвы при горе Ухуд Бог успокаивает пророка и учит его быть милосердным и прощать людям их пороки: в противном случае, как предупреждает Бог, вера ислама вряд-ли может охватить многих. К людям надо относиться по-Божески, по-человечески, снисходить до их трудностей и проблем и уметь прощать, а не мстить (выделено нами):

Коран 3.

159 По милосердию от Бога ты смягчился к ним; а если бы ты был грубым, с жестоким сердцем, то они бы рассеялись от тебя. Извини же их и попроси им прощения и советуйся с ними о деле. А когда ты разрешился, то положись на Бога, — поистине, Бог любит полагающихся!

Бог это в первую очередь Любовь к своим тварям. И человеку через пророка Бог прелагает Любовь к другим людям — как необходимое условие успеха для руководителя любого богоугодного дела. Люди ощущают Любовь и милосердие и следуют за пророком.

В той же суре «Семейство Имрана» в рассуждениях по поводу исхода битвы при горе Ухуд Бог говорит людям, что Его посланник и пророчество — милость, а бедствия — всегда от самих людей, от их неверия, исходящего от психологических проблем. Бог помогает через посланника решать эти психологические проблемы людям (очищаться). Но и люди должны верить, иначе они не помогут очиститься самим себе (выделено нами):

Коран 3.

164 Оказал Бог милость верующим, когда воздвиг среди них посланника из них самих; он читают им Его знамения, очищает их и учит их писанию и мудрости, хотя они и были раньше в явном заблуждении.

165 Разве же после того, как вас постигло бедствие, — а вы причинили двойное, — вы сказали: «Откуда это? Скажи: «Это от вас самих», — поистине, Бог над всякой вещью мощен!

Так Бог преподал один из первых уроков боевым столкновением двух отрядов первым мусульманам и пророку. По всей видимости и пророк вёл себя не совсем праведно, о чём Бог ему намекнул в той же суре (выделено нами):

Коран 3.

161 Не годится пророку обманывать. А кто обманет — придет с тем, чем обманул, в день воскресения. Потом всякой душе будет воздано сполна, что она приобрела, и они не будут обижены.

О том обманул ли кого пророк или это просто упреждающее пророчество — почти ничего неизвестно. Ясно, что Мухаммад мог обмануть лишь «во имя победы ислама». Но Свыше сказано, что ложь даже во имя праведного дела — недопустима. То есть, ложь недопустима никогда. Бог следил не только за обоими сражающимися отрядами, проверяя каждого в первую очередь мусульманина, но и за поведением пророка в критической обстановке. Возможно, ранение пророка связано с тем, что он солгал, автоматически выйдя тем самым из системы безопасности, обеспеченной ему Богом.

Известно, что во время битвы мусульмане, чтобы подавить превосходящего противника, применяли в его отношении различные способы дезинформации. Возможно, это явилось одной из причин, что войско Абу Суфьяна не стало преследовать отступающих мусульман и отошло в Мекку. Дезинформация, конечно, могла сыграть решающую роль в исходе столкновения двух отрядов. Но помощь Свыше мусульманам и пророку[89] после применения дезинформации (возможно — с ведома пророка) — была уже не того характера, как в предыдущей битве (полная победа над превосходившим противником) при Бадре годом раньше. Пророк был ранен, а его дядя Хамза был убит наёмником: последний тоже действовал ложью и хитростью. В общем, люди проверяются на трудностях и Бог после проверки тоже лучше узнаёт людей для их будущих дел:

Коран 3.

166 И то, что вас постигло, когда встретились два сборища,[90] по дозволению Бога и для того, чтобы Он узнал верующих.

В 627 году Медина была осажена мекканской армией в 10 тысяч воинов — по-видимому, крупнейшей из всех виденных в Аравии. Противостояние Мекки и Медины, вызванное религиозными проповедями Мухаммада и распространением ислама из Медины нарастало. Командовал армией мекканцев Абу Суфьян. Собственно курайшитов в этой армии было около 4 тыс. чел., а остальная часть войска состояла из обитавших вблизи Мекки и Медины бедуинских племён. Многобожники-арабы заключили тайный союз с населявшим Медину еврейским племенем курайза, которое взяло на себя миссию удара по мусульманам с тыла. По совету одного из ближайших сподвижников Мухаммада — Салмана аль-Фариси[91] — мусульмане спешно вырыли оборонительный ров вокруг Медины. После нескольких безуспешных попыток штурма города, в условиях чрезвычайно плохой погоды — курайшиты вынуждены были отступить. Колоссальные ресурсы, вложенные в их армию, были потеряны. Мусульмане не преследовали курайшитов, но наказали отступников-евреев. Так была окончательно одержана победа в битве у рва.

Хотя физического сражения не произошло, курайшиты почувствовали своё моральное поражение от мусульман, ощутили сверхъестественную помощь, которая всякий раз была на стороне войска Мухаммада. Чувство внутреннего сомнения и дискомфорта в отношении совей политики и религии, неуверенность, стали доминировать в Мекке и в последующем это сыграло решающую роль в проигрыше язычников.

Моральная подавленность курайшитов — противников ислама — явилась серьёзной предпосылкой для ослабления (в первую очередь энергетического обеднения) эгрегоров многобожников, которые доминировали в Мекке — религиозном центре Каабы. Так что Бог помог Мухаммаду и сторонникам ислама «обезвредить» множество джиннов-эгрегоров, которые крепко владели психикой многобожников до нескольких крупных поражений курайшитов. Это было необходимо как помощь Свыше — чтобы снять некоторые серьёзные преграды психического плана с людей (очистить людей — в коранической терминологии) и подготовить их к принятию новой веры.

Про очищение людей от ложных религиозных представлений многократно сказано в Коране, в частности (выделено нами):

Коран 4 («Женщины»).

48 Поистине, Бог не прощает, чтобы Ему придавали сотоварищей,[92] но прощает то, что меньше этого, кому пожелает. А кто придает Богу сотоварищей, тот измыслил великий грех.

49 Разве ты не видел тех, которые очищают самих себя? Нет, Бог очищает, кого пожелает, и они не будут обижены, и на финиковую плеву!

Коран в суре 33 «Сонмы» комментирует битву у рва в аятах 9-25. В частности о помощи Бога, участвующего в победе мусульман, говорится (выделено нами):

Коран 33.

9 О вы, которые уверовали! Вспоминайте милость Бога вам, когда пришли к вам войска, и Мы послали на них ветер и войска, которых вы не видели.[93] Бог видит то, что вы делаете!

10 Вот пришли они к вам и сверху и снизу вас, и вот взоры ваши смутились, и сердца дошли до гортани, и стали вы думать об Боге разные мысли.

11 Там испытаны были верующие и потрясены сильным потрясением!

Но одновременно с помощью, Бог продолжал испытание верующих битвами с неверными, о чём тоже сказано в 10 и 11 стихах 33 суры.

В феврале 628 года пророк повёл группу мусульман (около 1600 чел.) на паломничество (хадж) в Мекку. Но ему помешали курайшиты. После переговоров был заключён пакт (перемирие сроком на 10 лет) между мусульманами и курайшитами, согласно которому мусульмане могли три дня в году совершать хадж, а мусульмане обещали не нападать на караваны. Этот пакт знаменателен тем, что официальные власти признали мусульманскую общину. То есть, мусульманская община в 628 году (через 18 лет после начала проповеди) была признана «юридически» — говоря современным языком.

Понятно, что паломничество к остающейся «святыней» Каабе необходимо было для продолжения постепенного перехвата духовной власти в Аравии — для того, чтобы эффективнее распространять ислам не только в её пределах, но и дальше. А «юридическое» признание мусульманской общины с 628 года ставило ислам в один ряд с другими религиозными системами — что облегчало людям возможность добровольного выбора ислама, не опасаясь гонений официальных властей на местах. В дальнейшем пророк не заставит себя ждать и воспользуется такой возможностью, начав переговоры с главами других государств о принятии ислама.

Именно этим можно объяснить терпимость Бога к стремлению первых мусульман — поклоняться главному «фетишу» Аравии, Каабе. Ведь поклонение фетишу — разновидность идолопоклонничества. Но как ещё в тех условиях осуществить перехват духовной власти у идолопоклонников? — Захватить духовный центр Аравии. Мекканский храм мусульмане назвали «Домом Бога», а Кааба так и осталась главным фетишем — теперь уже и у мусульман. Естественно, что Бог надеялся с помощью проповедей Корана, что мусульмане в будущем преодолеют эти пороки идолопоклонничества, вникая в существо Корана и меняя свою психику. Но этого, к сожалению, не произошло. И в наше время, как и во времена пророка толпы людей, считающихся мусульманами, каждый год стремятся поклониться главному фетишу исторического ислама, несмотря на то, что в Коране многократно повторено, что не только поклонение идолам, но даже посещение главных мусульманских храмов и вера Богу — не одно и то же (выделено нами):

Коран 9.

19 Неужели же поение паломника и оживление священной мечети[94] вы считаете таким же, как если кто уверовал в Бога и в последний день и боролся на пути Бога? Не равны они пред Богом: Бог не ведет людей несправедливых!

Помимо этого в Коране сказано прямо, что те, которые буквально соблюдают все основные ритуалы ислама — большинство из них " ударяют землю,[95] выискивая милости Бога» но есть и «другие, которые сражаются на пути Бога» (сура 73:20). И вторые не равны первым.

По поводу «юридической» победы по возвращении домой, по преданию, Мухаммад получил суру 48 «Победа», в которой указывается, что у пророка были и ошибки ,[96] но Бог их простил:

Коран 48.

1 [Сура 48. Победа] Во имя Бога милостивого, милосердного! Мы даровали тебе явную победу,

2 чтобы Бог простил тебе то, что предшествовало из твоих грехов и что было позже, и чтобы завершил Свою милость тебе и повел тебя прямым путем,

3 и чтобы помог тебе Бог великой помощью.

Милость Божия, о которой напоминается практически в каждой суре (Во имя Бога милостивого, милосердного), относится не только к пророку: она одинаково распространяется на всех людей. Именно поэтому в суре «Победа» упомянуты грехи пророка, как одного из наилучших людей того времени. Грехи прощаются: было бы желание человека и вера Богу. После чего Бог ведёт таких людей прямым и безопасным путём. Последнему пророку Мухаммаду трудно приписать «божественное происхождение» — как это приписали Иисусу. Сделав из Иисуса бога, кураторы от «мировой закулисы» буквально «опустили» всех людей по отношению к Иисусу, внушив людям их недосягаемость такой же праведности, как у пророка в этой жизни (и добавили доктрину искупления грехов Иисусом). В отношении Мухаммада такого проделать никому не удалось. Признавая его посланником и человеком, многие мусульмане стремятся достичь его духовного совершенства в этой жизни. Но неполное понимание Корана и традиции исторического ислама являются преградами на таком правильном пути.

Одним из известных признаков веры ислама Коран в суре «Победа» называет внутреннюю умироворённость и внутреннее спокойствие верующих ( снятие груза прошлых психологических проблем — когда человек искренне встаёт на путь Бога и старается с него не свернуть) — что и в наше время является одним из главных условий-признаков реального (а не декларативного) становления человека на путь Бога, на прямой путь (в терминологии Корана):

Коран 48.

4 Он — тот, который низвел сакину в сердца верующих,[97] чтобы они увеличили веру с их верой; Богу принадлежат воинства небес и земли; Бог знающ, мудр! —

Те же люди, которые лишь внешне приняли ислам — они не получают умиротворённость (психическое спокойствие), они зачастую внутренне трусливы, суетливы и противоречивы в целеустремлениях. Таким Бог не помогает, пока они сами не захотят избавиться от своего лицемерия (выделено нами):

Коран 48.

11 Скажут тебе оставшиеся позади из арабов:[98]«Отвлекло нас наше достояние и наши семьи. Проси же прощения для нас!» Говорят они своими языками то, чего нет в их сердцах. Скажи: «А кто властвует для вас чем-нибудь у Бога, если Он захочет вам повредить или захочет вам полезного?» Да, Бог сведущ в том, что вы делаете!

Но настоящих мусульман Бог увидел и поощрил не только спокойствием, но и материально:

Коран 48.

18 Был доволен Бог верующими, когда они присягали тебе под деревом; и Он узнал, что у них в сердцах, и низвел на них Свою сакину и дал им в награду близкую победу.

19 и обильную добычу, которую они возьмут. Бог — великий, мудрый!

Коран 48.

24 Он — тот, который удержал руки их от вас и ваши руки от них[99] в долине Мекки,[100] после того как дал вам победу над ними. Бог видит то, что вы делаете!

Одним из показателей быстрорастущего в это время престижа вероучения Мухаммада стало обращение в ислам двух крупнейших (в будущем) военачальников Халида ибн аль-Валида и Амра ибн аль-Аса. Они внесли огромный вклад в становление и расширение первого исламского государства. В то же самое время наследственный хранитель ключей от Каабы тоже стал мусульманином, что ещё больше укрепило политическую мощь новой веры.

После заключения пакта мусульманская община окрепла как никогда. Хоть в самой Аравии ислам лишь только «вставал на ноги», пророк решил направить послания владыкам соседских государств к правителям Эфиопии, Бахрейна, Персии, Византии, Египта, Омана, Йемамы и Сирии, с призывом принять ислам. Некоторые из правителей вежливо ответили Мухаммаду, другие — разорвали послания. Один из послов пророка был убит в Сирии. Правители Бахрейна и Омана приняли ислам. За два последующих года ислам приняли больше людей, чем за весь период от дня начала проповеди.

В марте 628 года византийский император Ираклий триумфально вошёл в Константинополь. После 26-летней опустошительной войны между Персией и Византией (основных соседей Аравии)[101] был заключён мир. Две державы вернулись к своим прежним границам — не завоевав в итоге новых владений в этом долгом и дорогостоящем конфликте.

Бог и в этом отношении всё предусмотрел. Он не препятствовал длительному выяснению отношений между могущественными соседями Аравии, правители и народы которых исповедовали не праведные вероучения и жили не праведно. Как только ислам трудами пророка, его сподвижников и с Божией помощью стал распространяться на соседние государства — их война была прекращена миром. Мало того, не завоевав в 26-летней войне ничего для себя, каждая сторона находилась в серьёзном военном и финансовом опустошении, которое тяжким бременем легло на население обеих империй-государств. Последнее коренным образом изменило прежнее лояльное отношение населения к своим деспотичным чужеродным правителям. Возмущение населения, вызванное бедствиями войны, чуть позже помогло арабам в их завоеваниях — несмотря на необученность и плохую экипировку (по сравнению с местными армиями) они были полны решимости и побеждали. В 628 году ислам вышел за пределы Аравии и по сути превратился в мировую религию.

В 629 году Мухаммад совершил умру (малое паломничество), о которой договаривались в пакте. В 630 году три тысячи воинов-мусульман были посланы Мухаммадом на север Аравии к границам с Сирией — для наказания убийц посла пророка. Против мусульман было послано 150-тысячное войско византийцев. В местечке Мута (в 10 км. к юго-западу от Мёртвого моря) произошло сражение, в котором многие мусульмане погибли. Войску мусульман пришлось отступить. Но первая проба сил состоялась. Убитые в этом сражении мусульмане — знаменосец пророка Зайд ибн Харрис и многие другие в проповеди Корана были приравнены к живущим.

Тему жизни и смерти, как она представлена в Коране, мы коротко рассмотрим позже. Скажем только, что в Коране многократно говорится о людях, которые погибли, защищая веру, что они живые:

Коран 2.

154 Не говорите о тех, которых убивают на пути Бога: «Мертвые!» Нет, живые! Но вы не чувствуете.

Коран 3.

169 И никак не считай тех, которые убиты на пути Бога, мертвыми. Нет, живые! Они у своего Господа получают удел,

170 радуясь тому, что даровал им Бог из Своей милости, и ликуют они о тех, которые еще не присоединились к ним, следуя за ними, что над ними нет страха и не будут они опечалены!

Во времена распространения ислама, как мировой религиозной системы, с великой целью, вызванной высшей необходимостью спасения людской цивилизации от гнусности и пагубности библейской концепции (в двух иерархически организованных её частях — иудаизме и «христианстве»), а также для преодоления многобожия в среде многочисленных так называемых «языческих» племён — необходимо было морально снять страх первых отрядов мусульман перед противостоящими им противниками веры армии которых были зачастую многочисленнее и лучше экипированы. Пророк обращается к людям с проповедью Свыше после предупреждения о том, что погибшие на пути Бога — живые (Коран 3: 169), разъясняя, что бояться противника не следует, Бог устроит всё наилучшим образом:

Коран 3.

173 Тем, которым говорили люди: «Вот, люди собрались против вас, бойтесь их!» — но это только увеличило веру в них, и они говорили: «Достаточно нам Бога, Он — прекрасный доверенный!».

174 И они вернулись с милостью от Бога и щедростью, не коснулось их дурное, и последовали они за благоволением Бога. Поистине, Бог — обладатель великой милости!

175 Это только сатана, который делает страшными своих близких. Но не бойтесь их, а бойтесь Меня, если вы верующие!

Коран призывает не бояться «страшных» людей, а верить Милосердному. Возможно, что особенности проповеди и некоторые неточности перевода привели к наставлению Корана, что нужно мол бояться Бога: «не бойтесь их ‹людей — наше пояснение›, а бойтесь Меня, если вы верующие!». В то же время в общем контексте всего Корана, почти все суры которого начинаются с благословления Милосердного — Бог предстаёт не садистом, подчиняющим всех лишь Себе, а Прощающим и Понимающим проблемы людей и не принуждающим даже к религии веры Себе (Коран 2:256). Поэтому высказывание «не бойтесь людей, а бойтесь Меня» — во-первых, дань времени (доминирование животного типа строя психики, в котором понимание людей весьма ограничено и специфично) и во-вторых, сам оборот фразы (повторяющейся в Коране во многих местах по разными поводам и в нескольких разных вариантах) можно понимать: «если уж вы, обретя веру ислама, продолжаете бояться людей, то уж лучше бойтесь Меня, а людей перестаньте бояться — иначе ислам не распространиться и не станет мировой религией: как ещё вам об этом сказать?». Но всё же многочисленные коранические призывы бояться Бога — не правильны. А одновременные обращения к Богу как к Милосердному и Любящему несколько противоречат призывам Его бояться. Подробнее этот вопрос мы освятим в главе про Русское богословие.

Задача силового распространения ислама была поставлена Свыше: в этом нет сомнений. Ислам — первая мировая религиозная система, в деле распространения которой пророк, благословленный Свыше, начал войну за установление веры — после 12 лет мирной проповеди. Но решение проблемы распространения ислама требовало самоотверженности верующих и, главное — смелости, убеждённости в своей правоте. Распространение и защита веры предусматривала не только религиозные ритуалы, но и военные действия (выделено нами):

Коран 4.

77 Разве ты не видел тех, которым сказали: «Удержите ваши руки и простаивайте молитву и давайте очищение». - а когда предписано было им сражение, то вот — часть их страшится людей так же, как страшится Бога или еще большим страхом? И сказали они: «Господи наш! Почему предписал Ты нам сражение? Если бы Ты отложил нам до близкого срока?» Скажи: «Пользование здешней жизнью — недолго, а последняя жизнь[102] — лучше для того, кто боялся, и не будете вы обижены[103] ни на финиковую плеву».

К 630 году Мекка была фактически в упадке, без компетентных руководителей. После унизительного поражения в попытке осады Медины три года назад, курайшиты окончательно потеряли волю и силы для продолжения борьбы.

Покинув 8 лет назад свой родной город, Мухаммад проделал огромный духовный и военный путь, приближая людей к вере, приближая победу ислама. Наблюдая за достижениями пророка, люди, не принявшие ислам, теряли веру в своих богов, их эгрегоры беднели и энергетически и информационно. Эгрегор исторически складывающегося при жизни пророка ислама укреплялся и наполнялся не только духовным содержанием от проповедей, но и навыками военных сражений, основанных на крепкой вере и бесстрашии. Всего же от начала проповеди прошло 20 лет (сменилось целое поколение людей) — этот период становления ислама проходил при личном сопровождении пророка, что было гарантом чистоты веры: пророк был эгрегориальным управленцем и лидером одновременно. Те, кто пожизненно отказывался принимать новую веру — умерли и больше уже не являлись «удерживающими» (особенно в смысле эгрегориального лидерства, а не силового противостояния пророку), которые духовно препятствовали становлению ислама через общие для многобожников старые отживающие эгрегоры, удерживающие людей в повиновении себе. Новые поколения родились уже не только под старыми эгрегорами-демонами многобожников (а также и сатанинскими эгрегорами «христианства» и иудаизма), но прежде всего — под молодым эгрегором исторически складывающегося при жизни пророка ислама — который образовался на базе проповедей Корана и деятельности пророка при поддержке последнего Свыше. А эгрегор исторически складывающегося при жизни пророка ислама [104] — выше (ближе к Богу) всех остальных эгрегоров, доминировавших в Аравии. Поскольку молодым потенциал Свыше обычно дан больше, чем предыдущим поколениям — ислам для них становился нормальной религией будущего. Они предпочли ислам отжившим религиозным системам древности.

Во время столкновений между двумя бедуинскими племенами, заключившими союзные договора соответственно с курайшитами и мусульманами, мекканцы открыто поддержали своих союзников, вынудив мусульман заступиться за своих. Мухаммад с войском около 10 тысяч человек совершил поход на Мекку. Город, где он родился и вырос и откуда был вынужден эмигрировать, сдался почти без сопротивления.

Вместо кровавого отмщения своим прежним противникам, Мухаммад, следуя коранической логике Всевышнего, который Милостивый и Милосердный, приказал простить всех воевавших против мусульман и травивших его самого.

Такая духовность пророка, основанная на всепрощении (прежде всего заблуждавшихся бывших противников и просто слабых духом людей) — но лишь после победы (а не в процессе борьбы за веру, когда в прямом столкновении противник может нанести урон делу, что самое главное) — свойственна и Русской культуре, Русскому духу. Духовность всепрощения после победы (но беспощадности к врагам веры во время боя) известна из Русского эпоса и Русской истории.

В Коране многократно показана Милость Всевышнего к заблудшим и бывшим противникам и одновременно непреклонность, которой учит Всевышний людей, в борьбе с упорствующими в становлении веры — после того, как им показаны преимущества ислама (выделено нами):

Коран 2.

190 И сражайтесь на пути Бога с теми, кто сражается с вами, но не преступайте,[105] — поистине, Бог не любит преступающих!

191 И убивайте их, где встретите, и изгоняйте их оттуда, откуда они изгнали вас: ведь соблазн — хуже, чем убиение! [106] И не сражайтесь с ними у запретной мечети, пока они не станут сражаться там с вами. Если же они будут сражаться с вами, то убивайте их: таково воздаяние неверных!

192 Если же они удержатся, то… ведь Бог — прощающий, милосердный!

193 И сражайтесь с ними, пока не будет больше искушения, а (вся) религия будет принадлежать Богу.[107] А если они удержатся, то нет вражды, кроме как к неправедным!

Последнее можно считать рекомендацией: сражаться с неверными, если последние препятствуют распространению ислама (то есть, одержимы сатанизмом) до полной победы, когда " (вся) религия будет принадлежать Богу». При жизни пророка вс общем-то так и происходило. Но для победы нужно одно условие, которое содержится в приведённой фразе: если " (вся) религия будет принадлежать Богу». То есть, названию «ислам» должна соответствовать " религия, принадлежащая Богу», а не её вторичное понимание. Как показал дальнейший исторический опыт, называющие себя мусульманами, стали отклоняться от коранического ислама и зачастую поступали крайне несправедливо с людьми-иноверцами, теми кто не представлял никакой опасности для становления веры. Да и вера-ислам (как " (вся) религия принадлежащая Богу» — то есть Божий ислам) трансформировалась со временем в ислам исторически сложившийся, а отсюда и последующая приостановка его распространения и раскол в самом исторически сложившимся исламе. К тому же сказано: " сражайтесь с ними, пока не будет больше искушения», но извращении коранического ислама, основанного на проповеди пророка — самое крупное извращение по отношению к религии принадлежащей Богу. Поэтому-то с древних времён и до настоящего времени называющие себя мусульманами воюют друг с другом (хотя бы сунниты с шиитами), впав в искушение, о котором предупреждал Бог. Искушаются же они как правило именем Бога, приписывая ему благословение своих же искушений. А поскольку искушение хуже смерти — жертвы в среде враждующих мусульман весьма большие (взять хотя бы пример современного Ирака).

Пророк в 630 году одержал огромную моральную победу над многобожниками-мекканцами. Закончился период изгнания. Он проявил великодушие в день триумфа ислама даже в отношении самых лютых своих врагов (что так несвойственно многим современным мусульманам, родовым кланам и диаспорам, исповедующим исторически сложившийся ислам).

Многие исследователи ислама считают, что с момента завоевания Мекки миссия Мухаммада в пределах Аравии была завершена. Действительно, самый крупный религиозный, политический, торговый и информационный центр оказался под верой ислама. Чего ещё было желать в пределах Аравии? По этому поводу дана сура 110 «Помощь» (выделено нами):

Коран 110.

1 [Сура 110. Помощь] Во имя Бога милостивого, милосердного! Когда пришла помощь Бога и победа,

2 и ты увидел, как люди входят в религию Бога толпами ,[108].

3 то восславь хвалой Господа своего и проси у Него прощения! Поистине, Он — обращающийся!

Вслед за взятием Мекки большее число мекканцев приняли ислам. Мухаммад в сопровождении Абу Бакра совершил семикратное обхождение вокруг Каабы. Этот ритуал, оставшийся от времён аравийского многобожия, так и остался достоянием культуры — но уже исторически сложившегося ислама. И мусульмане всех стран, совершая паломничество в Мекку его слепо соблюдают из века в век, как одну из основных традиций поддержки ислама.

Мухаммад под своим личным контролем приказал разрушить всех идолов, находящихся в Каабе (их число, по некоторым оценкам, достигало 360). Но остались некоторые традиции (в их числе хадж, умра, семикратное обхождение Каабы, сама Кааба, как мусульманская святыня и прочие). Многие традиции доисламской культуры Аравии остались и перешли в культуру исторически сложившегося ислама. Основная задача Мухаммада, его сподвижников была — обращение людей в веру единобожия, в ислам. Методы соответствовали историческому времени и мере понимания людей. К тому же религиозные стереотипы многобожников невозможно было вычистить из культуры и психики людей за одно поколение. Эти стереотипы требовали поклонения разнообразным символам веры, которыми в Аравии были в основном фетиши, главный из которых — Кааба. Бог, снисходя к степени духовного развития аравийцев-арабов, разрешил пророку в попущении на некоторый срок внести в Каабу иное содержание и сделать его «символом могущества Бога», «Божиим Домом».[109] В то время, как раньше Кааба была «языческим» святилищем. После взятия Мекки ислам стали принимать «толпами» (Коран 110:2), коему устремлению людей ни Бог ни пророк, естественно, не препятствовали. Принуждения не было, но не было и «партмаксимума» (проверки на пригодность вере).[110] Поэтому для верующих толп, чтобы поддерживать у них единство веры на начальных этапах, было многое разрешено из пережитков прошлого.

Но одновременно в Коране сказано (выделено нами):

Коран 29.

6 А кто усердствует, тот усердствует для самого себя.[111] Поистине, Бог не нуждается в мирах!

Тем более Бог не нуждается в Домах, названных Его именем. В этом нуждались люди и Бог снизошёл до их степени развития, попустив людям. Поэтому пророку было позволено разрешить хадж (выделено нами):

Коран 3.

95 Скажи: «Правду говорит Бог! Следуйте же за религией Авраама, ‹ханифа›, - ведь он не был многобожником!

96 Поистине, первый дом, который установлен для людей,[112] — тот, который в Бекке, — и в руководство для миров!

97 Там — ясные знамения для людей — место Авраама, и тот, кто вошел в него, безопасен. А у Бога — на людях обязательство хаджа к дому, — для тех, кто в состоянии совершить путь к нему. А кто не верует… то ведь Бог — богат, превыше миров!».

Последняя выделенная фраза пророчества (3:97) — основание для ежегодного хаджа в Мекку. Хадж — ежегодный религиозный праздник — который во времена пророка и позже предназначался для ежегодного единения всех мусульман в вере (другие праздники и обряды — менее значимы).

Если предположить, что в VII веке не осталось бы «святынь», вокруг которых арабы-мусульмане могли бы ежегодно собираться, обсуждать насущные духовные и другие вопросы, делиться впечатлениями от успехов и неудач и прочее — как можно было бы иначе устроить самоуправление в исламе? Подавляющая часть населения была неграмотна. Институтов назначаемого «священства» и иерархически организованной религиозной сети (как в «христианстве») у мусульман не положено. Поэтому ежегодный хадж был чем-то вроде стихийных съездов (какими они известны из партийных мероприятий), в которых участвовали не выборные люди, а те, кто смог приехать — и в общем-то плохое материальное положение приехавших не сильно отражалось на возможности посетить Каабу. Поэтому состав верующих, которые ежегодно собираются в Мекку — изначально и до наших дней наиболее демократичен и освобождён от выборных процедур.

В то же время, Бог, скорее всего, ожидал от людей, что ежегодный хадж в лучшем случае станет чем-то вроде большого совещания (собрания представителей мировой общины) с целью передачи друг другу наилучшего опыта по становлению истинного ислама (единения в вере, процесса познания веры и Корана) — религии принадлежащей Богу — в этом должна быть цель такого рода съездов. Но верующие с первых же лет мусульманского хаджа замкнулись на религиозные ритуалы (мало чем отличающиеся от идолопоклонничества), которые почти не менялись вплоть до наших дней и нашли в этом единение. Духовный потенциал познания «прямого пути» Бога с годами был практически остановлен: вера замкнулась на новые ритуалы, однако при всеобщем формальном провозглашении единобожия и буквальном (как поняли) соблюдении многих рекомендаций Корана и Сунны. Этим объясняется и раскол в историческом исламе по принципу «наследия власти пророка» и кризис цивилизации исторического ислама к XVIII веку — одновременно с кризисом библейского христианства. Лишь с середины XX века исламу было придано «второе дыхание» — но это связано скорее всего не с распространением исторического ислама (которое тоже восстановилось после кризиса) а с необходимостью переосмыслением вероучения Корана, которое стало возможно благодаря всеобщей грамотности.[113].

Многие люди из вступающих в ислам толп, приобщившись к красивой и современной вере единобожия — оставались толпарями с животным типом психики и старыми стереотипами взаимоотношений. Некоторые, кто похитрее, жаждали власти, стремясь стать духовными лидерами в своих племенах для чего знакомство с пророком было им важно. С момента массового принятия, ислам стал для многих соблазнителен — вопреки учению Корана.

Сура 22 Корана называется «Хадж». В ней говорится о людях, которые лишь формально приняли ислам. В этой суре пророк предупреждает людей о всевозможных искушениях и отклонении от веры — показывая пример обсуждений, которые и должны были происходить при ежегодных хаджах (съездах), вместо бессмысленного поклонения главному мусульманскому идолу (выделено нами):

Коран 22.

8 И среди людей есть такой, кто препирается о Боге без знания, и без руководства, и освещающей книги,

11 Среди людей есть такой, кто поклоняется Богу на острие:[114] если его постигает добро, он успокаивается в этом; а если его постигает искушение, он поворачивается своим лицом,[115] утратив и ближайшую жизнь и последнюю. Это — явная потеря!

12 Вместо Бога он призывает то, что ему не приносит ни вреда, ни пользы,[116] это — далекое заблуждение!

13 Он призывает того, от которого вред ближе пользы. Плох господин, и плох сотоварищ!

В этой суре прямо сказано о главном назначении хаджа, которое мы выделили жирным:

Коран 22.

27 И возвести среди людей о хадже: они придут к тебе пешком и на всяких тощих, которые приходят из всякой глубокой расщелины,

28 чтобы свидетельствовать о полезном им и поминать имя Бога в определенные дни над дарованными им животными из скота: ешьте их и накормите несчастного бедняка!

29 Потом[117] пусть они покончат со своею неопрятностью и полностью выполнят свои обеты и пусть обойдут кругом древнего дома.[118].

Становление исторически сложившегося ислама после смерти пророка основывалось на главных рекомендациях проповедей Мухаммада, большинство из которых вошли в Коран. Как мы уже говорили, одним из неотъемлемых и главных предписаний исторически сложившегося ислама является ежегодный хадж в Мекку. Считается, что каждый мусульманин должен хоть один раз в жизни совершить паломничество в Каабу к «символу могущества Бога» — «Чёрному Камню».[119].

Ислам исторический: предназначение и кризис.

Коран — собрание высказываний пророка Мухаммада — представляет собой многослойную (по смыслам) проповедь. Поэтому развитие ислама, как культуры единобожия и покорности Богу, предполагалось Свыше как процесс творческого познания всех смыслов проповеди (а не только того, что вошло в Коран), освоение Языка Жизни — а не только как следование самым примитивным рекомендациям, которые были просто необходимы для первых мусульман и для становления исламской цивилизации. Как новорождённому необходимо молоко матери, поскольку он сам не может себя обслуживать — так и первым мусульманам и даже первым исламским государствам необходим был в первую очередь свод простейших рекомендаций.

Но когда ребёнок вырастает, развивается человек, от него требуется творческий подход к жизни (человеку дан интеллект, свобода воли) — на основе веры Богу (о которой и говорится в Коране). Этому могут помочь коранические откровения, из которых человек должен извлекать смыслы, соответствующие этапу его развития. Также и развитие ислама — должно было проходить по прямому, творческому пути, который ни в коем случае не должен быть основан на догматизации коранических откровений и прочих рассказов о жизни пророка (сунн). Последнее лишь подавляет творческий интеллект и собственную волю, замыкая психику верующих на порой устаревшие канонические догматы.

Проведём несколько показательных параллелей между развитием ребёнка и развитием ислама. По наблюдениям специалистов известно, что психика ребёнка естественным образом должна развиваться от животного типа психики к человечному.

· В своём развитии ребёнок от рождения и примерно до трёх лет пребывает в животном типе психики (этот тип психики доминирует у ребёнка на первом этапе его развития). В этот период алгоритмтика психики новорожденного обслуживает примитивные животные инстинкты с своего целью самосохранения и выживания.

· В дальнейшем примерно от трёх до семи лет ребёнок начинает впитывать в себя традиции культуры, изучать окружающий мир. В это время родители и окружение могут заметить, что ребёнок начинает подражать им, другим людям, задаёт множество вопросов, учится приспосабливаться к окружающей среде. Примерно возрасту от трёх до семи лет можно определить доминирование типа психики «зомби» — ребёнок пытается пропустить через себя окружающую его среду-культуру, подражая людям и её стереотипам.[120].

· Но, как мы уже знаем, каждому новому поколению Свыше даётся больший (по сравнению с предыдущими поколениями) потенциал развития — нравственного, творческого, интеллектуального, сверхъестественного… Поэтому у большинства подростков тяга к преодолению стереотипов доминирующей культуры сильнее, чем «зомбирующая» составляющая этой культуры (во всяком случае так должно быть). После 7-10 лет ребёнок-подросток начинает осваивать окружающую его среду, без оглядки на стереотипы доминирующей культуры (во всяком случае он должен это делать: так заложено Свыше в нормальную природу развития человека). В этот период родители замечают у своего чада симптомы непослушания, своеволие, и даже агрессивность, которые могут переходить в длительную потерю контакта между поколениями. В доминирующей библейской культуре (западной культуре: «христианство»+иудаизм) издревле и по сей день (в некоторых патриархальных семьях)[121] принято жестко наказывать детей за непослушание и отступничество от культурно-семейных традиций, от традиций доминирующей культуры и религии.

В то же время, стремление подрастающего ребёнка вырваться из пут неправедной доминирующей культуры — в той или иной мере (имеется в виду продолжительность такого сопротивления и его эффективность) — характеризуется активизацией в его психике в процессе нормального (для человека) развития в этом возрасте (от 7 до 12–14 лет) «демонической» составляющей. Ребёнок показывает родителям и окружению свою волю, целеустремлённость (в основном бессознательную), которые во многом не совпадают с традициями и устоями доминирующей культуры. В то же время, предыдущие поколения как правило всячески пытаются задавить волю ребёнка, настояв на своём (что надо жить как жили они) и не задумываясь надо тем, что через ребёнка им указывается на неправедность их жизни и на неправедность доминирующей культуры.

Ломая своих детей своим же упорством, родители и окружение как правило останавливали развитие ребёнка на стадии «зомби». Его демонические устремления «канализировались» усилиями родителей и окружения. В случаях, когда ребёнок не ломался окончательно (не «ложился» под неправедную культуру) — он в большинстве случаев становился изгоем общества (уходил в преступный мир либо спивался).[122].

· В идеале к 12–14 годам ребёнок-подросток должен уметь входить в человечный тип психики, обретая в дальнейшем развитии всё больше человечных качеств. Мы уже знаем, что лишь человечный тип психики сопричастен Вечности (отсюда и русское слово «чело»-Вечность) и лишь в нём возможна безошибочность принятия решений и совершенная религия (связь с Богом). К тому же к моменту полового созревания (12–14 лет) подросток должен уметь владеть с уровня сознания своими инстинктами в совершенстве — что избавит его от проблем водительства инстинктивными программами (в первую очередь половыми) вместо того, чтобы следовать своему разуму, интуиции (с лучшем её выражении — как связи с Богом) и свободной от инстинктов и культурных традиций воле. Но такого идеала (выхода в человечный тип психики к 12 гдам) достигнуть в доминирующей повсеместно толпо-«элитарной культуре не может пока никто из людей. Не было абсолютной человечности в этом возрасте и в психике пророка Мухаммада — как можно понять из его жизни. И это было нормально для того времени развития.

Естественно, что Бог через пророка, исповедавшего ислам, желал от людей примерно такой же алгоритмики нормального развития, какая описана нами на базе наблюдений специалистов за стадиями развития ребёнка-подростка.

· Ислам времён пророка и становления первого исламского государства — халифата — можно условно приравнять к раннему детству ислама. Для этого людям-мусульманам, которые принимали ислам целыми " толпами» (Коран 110:2) необходимо было примитивное единение в вере на уровне прямых и однозначных рекомендаций: «как жить, что делать» — которые они получили от пророка, и которые вошли в Коран. Большинство исследователей Корана понимают эти рекомендации однозначно. Они касаются устройства быта, питания, гигиены, ведения хозяйства, женитьбы, взаимоотношений между людьми и прочее. На базе этой примитивной информации создавались первые мусульманские общины (уммы) и государства (в условиях доминирования животного типа психики), большинство из которых были и остаются теократические.

· Теократические (в буквальном переводе «Божья власть») государства, которые образовались в результате «триумфального шествия» ислама по жизни пророка и после его смерти основывались и основываются на законах шариата — комплексе юридических норм и принципов, регулирующих все сферы жизни мусульманина, которые включают также и некоторые элементы обычного права. Естественно, что законы шариата и другие религиозные законы для мусульман были составлены в древности на базе проповедей Корана и Сунн. Традиции первичной исторически сложившейся культуры вошли в жизнь большинства мусульман в VII веке, после чего так и остались, не пересмотренными. Традиционная обрядность всего жизненного цикла — ритуалы, связанные с рождением, взрослением, браком и смертью — приобрели устойчивый характер.

Большинство мусульман, следуя культуре на основе шариата, уверовали, что если они будут соблюдать все нормы исторически сложившегося ислама, то они — праведники и попадут в рай. Такой замкнутый круг, сложившийся в культуре исторического ислама разорвать до сих пор не удалось никому. Люди рождаются, взрослеют и умирают следуя законам шариата — но не становятся человеками. В культуре традиционного ислама доминирует тип психики «зомби», к сожалению, на котором останавливается нравственное, интеллектуальное и религиозное развитие большинства мусульман.

· Остановка в развитии на типе психики «зомби» обусловлена теми самыми однозначными и жёсткими предписаниями шариата — как их поняли первые мусульмане после ухода пророка в мир иной и оставили для себя как закон. В теократических государствах нарушение законов шариата карается зачастую смертью. А старшие поколения учат детей, что культура исторического ислама — единственно верная. Поэтому все, кто в детстве (от 7 лет и более) старается, следуя естественной программе развития человека, вознестись в «демонический» тип психики — немедленно подавляются культурой с двух сторон: предки (кланы и роды) и институты теократического государства. При этом такое подавление свободного (от законов шариата) мышления обосновывается устрашением отступничества от «единственно истинной веры», которая изложена в «Священном Коране».

· Обожествление Корана, возведение в ранг «единственно верной» религиозной системы исторически сложившегося ислама — не позволяет людям-мусульманам проявлять своеволие и свободно мыслить о Боге вопреки устоявшимся нормам сложившихся стереотипов веры. Несмотря на то, что в Коране имеется много «ключей» к выходу в человечность — поскольку Коран многослойное писание (это признают и мусульмане), обращённое сразу к людям, которым свойственны все типы строя психики — цивилизация исторически сложившегося ислама давно остановилась на воспроизводстве типа психики «зомби». И лишь некоторым людям в ней удаётся выйти в демонический тип психики — многие из которых становятся негласными пастухами «зомбированной» толпы. Некоторые же единицы могут ощутить на себе человечность. Но ни «демоны» ни те, кто видит в Коране больший потенциал, чем тот, который был востребован для жизни мусульманских государств — до сих пор не смеют высказываться против существующих в историческом исламе норм жизни.

Нет никаких сомнений, что Коран представляет собой фрагменты Откровения, записанные после ухода пророка в мир иной. В отличие от Библии (в обоих её частях) Коран не смогли исказить так, что он перестал бы быть прямым указанием Свыше на прямой путь для людей. То есть, в Коране много Истины — её гораздо (несравнимо) больше, чем в Библии. Но, как сказано в самом Коране — это только Чтение — после которого Бог ожидает от людей понимания, и обретения ими Различения. Мусульмане же обожествили Коран, не обретя не только Различения, но они даже недопонимают многие его положения.

Но даже если предположить, что Коран весь от начала и до конца — Истина, то:

· Во-первых, Истина, также как и Бог — бесконечны — поэтому невозможно всю жизнь черпать Истину из ограниченной по объёму книги, даже если это и «Священный Коран». Верующие должны это знать, поскольку про бесконечность Истины от Бога сказано в Коране:

Коран 18.

109 Скажи: «Если бы море было чернилами для слов Господа моего, то иссякло бы море раньше, чем иссякли слова Господа моего, даже если бы Мы добавили еще подобное этому».

· Во-вторых, пребывая в нечеловечных типах психики (что показано чуть выше), мусульмане — все от первых халифов [123] и современных имамов [124] — никак не могли и не могут взять из Корана всю заложенную туда Истину, особо пригодную в прошлом, и хотя бы только поэтому[125] в религии исторического ислама неизбежны ошибки. Единственный выход — стремится к человечному типу психики, который только и может позволить черпать Истину из Корана и Жизни неограниченно благодаря мировоззрению Человека.

· В-третьих, Истина всегда исторически конкретна, поскольку Бог разговаривает со всеми людьми (и с пророками — тоже) на языке Жизни, и это нашло своё отражение в Коране: многие положения Корана (который ниспосылался через пророка как правило всвязи с конкретными событиями в Аравии), относящиеся к необходимостям того времени — устарели и требуют творческого переосмысления (по меньшей мере). Но многие фрагменты сур Корана — не только не потеряли свою актуальность, но и не переосмыслены мусульманами правильно до нашего времени (мешают традиции культуры исторического ислама), несмотря на то, что именно там скрыта часть Истины, без которой ислам крайне ущербен. Так, например, понятие «фуркан», которое переведено И.Ю.Крачковским как Различение, понимается многими мусульманами как Коран. Но ограниченная книга Коран и Различение, которое даётся от Бога в неограниченном ничем кроме Его Воли количестве — согласно религиозности и нравственности человека — разные явления.

О различие понятий «писание» и «различение» неоднократно сказано в Кране. В частности, сура 25, которая называется «Различение», содержит в себе информацию, что пророк Мухаммад получил Откровение через открытое ему Свыше Различение (выделено нами):

Коран 25.

1 [Сура 25. Различение] Во имя Бога милостивого, милосердного! Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником,

В суре 3 Корана даётся информация о том, что раньше писания всегда даётся Различение (выделено нами):

Коран 3.

2 Бог- нет божества, кроме Него, — живой, сущий!

3 Ниспослал Он тебе в истине, подтверждая истинность того, что ниспослано до него. И ниспослал Он Тору и Евангелие.

4 раньше в руководство для людей и ниспослал Различение. Поистине, те, которые не веруют в знамения Бога, — для них сильное наказание. Поистине, Бог велик, обладатель мщения!

Но Различение это награда Свыше не только пророкам. Мусульмане должны это знать из Корана (выделено нами):

Коран 8.

29 О те, которые уверовали! Если вы будете бояться[126] Бога, Он даст вам различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Бог — обладатель великой милости!

Последняя фраза, неоднократно повторяемая в Коране " Бог — обладатель великой милости», и одновременные запугивания верующих муками ада — несовместимости, которые, возможно, были обоснованы во времена пророка — как стимулы «крута и пряника» для толпы верующих. Но эти стимулы стали недопустимы позже — они мешали и мешают обретению Различения верующими.

Большинство мусульман, получив писание книгу (Коран) и законы — на этом и успокоились. Действительно, многие законы исторического ислама, которые основаны на чтении Корана — удерживают людей от неправедных поступков на уровне прямых предписаний «когда и как себя вести» и исходя из страха перед Богом (и муками ада), который обильно рассыпан в пугающих местах по всему Корану. Но это и есть основные мотивы культурного «мягкого» «принуждения в религии» (от чего предостерегает Коран),[127] а не добровольной покорности Богу. «Зомбирование» верой большинства мусульман с детства — отнимает у них возможность свободного принятия истинного ислама — того, который не основан на боязни ада и Бога. А поскольку у «зомби» закрыты многие возможности к нравственному совершенствованию, то и Различения для большинства мусульман не существует: оно для них эквивалентно писанию, которое обожествляется почти наравне с Богом.[128].

Есть такая философская поговорка: «Истина, став безрассудной верой — начинает лгать». К сожалению, исторический ислам, воспроизводя тип психики «людей писания» (а не Различения) остановился в развитии на этапе «людей писания», воспроизводя очередную религию «людей Книги». Но истории до появления ислама были уже известны две самые большие религиозные системы, воспроизводящие «людей книги»: иудаизм, который штамповал и штампует людей-«зомби» и библейское христианство, основанное на Новом Завете — как «истине от Бога». В этом отношении исторический ислам лучше лишь тем, что в Коране несомненно больше Истины, чем в Библии.

Но и сам Коран может не являться Истиной (конечно, ограниченной объёмом информации, данной в нём людям) весь от начала и до конца, поскольку психика самого Мухаммада не была идеальной, и он сам ничего не писал, поскольку был неграмотным. В то же время, из всех «Священных Писаний» Коран до сих пор является самым приближённым к Истине и самым совершенным кладезем знаний, зафиксированных в вещественной культуре и исходящих от близкой к Богу иерархии. И на основе мировоззрения Корана можно обрести Различение — если ещё и руководствоваться Языком Жизни и вести праведный образ жизни.

Высшее предназначение ислама несомненно было заложено в Коране с помощью пророка: оказать людям помощь выйти в человечный тип психики, обретя различение с Божией помощью. Но это предназначение не было исполнено в рамках культуры исторически сложившегося ислама. Помимо высшего предназначения появление цивилизации исторически сложившегося ислама (со всеми его позитивными запретами и сдерживающими факторами)[129] было лучшей альтернативой (фактором противостояния) в условиях доминирования библейского «единобожия». Если рассматривать необходимость исторического ислама с этих позиций, то он свою роль выполнил, оттеснив библейскую цивилизацию — тем что лучше[130] — что происходило до XVIII века.

Получилась глобальная целесообразность (по программе-«минимум»), согласованная с Богом — с целью предупреждения скатывания глобальной цивилизации в библейский мировой беспредел. Люди новейшей книги (Корана), в которой очень много Истины от Бога — потеснили людей «Ветхой» и «Новой» книги (библейских апологетов) — и не дали распространиться библейской заразе в период средневековья. После чего в самом исламе наступил кризис по описанным нами выше причинам. Коран так и остался не востребованным в его глубинных сутях, а библейский европейский мир подошёл к черте капитализации, постепенно избавляясь от оков западного «христианства». Как только технический прогресс был выпущен на «свободу» (он сдерживался католической церковью), библейская цивилизация в её светском исполнении стала опережать в развитии цивилизацию исторического ислама. И последняя начала чахнуть (запреты шариата) — вплоть до середины XX века.

С этого момента только Русская цивилизация могла потенциально эффективно противостоять библейской цивилизации в её новейшем марксистском исполнении. Марксизм был предназначен не только для Запада и России: он был предназначен и для исконно исламских государств — о чём свидетельствует история XX века. Многие страны исторического ислама принимали «социализм», чем оказывались вписаны в новейшую модификацию библейской концепции. К этому их подвигал и технико-технологический прогресс: лидеры стран исторического ислама видели, что их могут победить с помощью техники и перед ними стоял выбор: с библейским Западом либо с марксистским СССР?

Марксизм казался ближе к исламу — тем более, что библейцы всегда были врагами мусульман, а Русская цивилизация, первой принявшая марксизм охватывала своими границами и исконно исламские территории, чем показывала свою дружелюбность исламу.

«Второе дыхание» многим государствам ислама дал И.В.Сталин, который во-первых, не позволил вписать цивилизацию исторического ислама в светскую модификацию библейской концепции (марксизм), проводя свой творческий «марксизм»; и во-вторых, остановил эксперимент «мировой революции», после чего исторически сложившийся ислам смог обрести «второе дыхание».

Подъём исторического ислама второй половины XX века — следствие двух факторов:

· Кризисом распространения социализма (как сталинского, вызванного смертью И.В.Сталина, так и марксистско-масонского, который И.В.Сталин остановить успел).

· Наступлением технократии на страны исторического ислама, которая стала активно размывать веками устоявшиеся догматы и законы шариата — что постепенно стало открывать дорогу людям для свободного творчества и переосмысления Корана, что раньше было лишь уделом избранных.

В общем, можно сказать, что И.В.Сталин спас цивилизацию ислама от новейшего сценария «мировой закулисы», после чего мусульманам была предоставлена возможность сбросить устаревшие догматы веры и прейти к творческому исламу — переосмысливая многие положения Корана, обретая Различение по вере и нраву. Но, к сожалению, большинство мусульман так и остались «людьми книги». В то время как некоторая их часть под напором библейской цивилизации и технократии поддалась её соблазнам, перестав соблюдать законы шариата. И то и другое — плохо. Мало того, изощрённые демонические умы представителей «мировой закулисы» решили в конце XX века подправить своё положение, употребив потенциал «зобми», взращенных в культуре исторического ислама для своих целей. Из этих «зомби» стали в спешном порядке лепить новую волну «революционеров» и направлять их потенциал стремления к справедливости (коей немало в Коране) на революционные цели. В общем, основным «пушечным мясом» второй попытки «социализации» мира (первую предотвратил И.В.Сталин) — сделали исламских «зомби». А это — совсем плохо. Вот к чему привела догматизация ислама в настоящее время.

Разговор о догматизации ислама после пророка мы начали с хаджа — самого крупного ежегодного праздника мусульман — высказав мысль, что поклонение Каабе ничем не отличается от идолопоклонничества, которое порицается в Коране. Но при этом мы сказали, что хадж был разрешён Свыше в надежде на последующее переосмысление Корана и развитие ислама от ритуально-догматического к творчески-богоугодному. Но, к сожалению, этого не произошло до сих пор, хотя с середины XX века ничто не мешало мусульманам обретать всеобщую грамотность и самостоятельно изучать Коран — кроме нежелания мусульманских «элит» давать людям образование и норм шариата, не позволяющих толковать Коран простым мусульманам.

В то же время толпы мусульман устремляются каждый год в назначенное время в Мекку, давя друг друга, чтобы бессмысленно обойти вокруг Каабы, покидать камни в «Сатану» и поучаствовать в прочих ритуалах, которые должны были быть давно уже переосмыслены мусульманами.

В общем доминирование типа психики «зомби» в общей картине общей цивилизации исторического ислама в совокупности с вписанностью её в новейший проект «мировой закулисы» создаёт объективную опасность от этой цивилизации, которую граждане внешне могут увидеть в так называемом «исламском терроризме», появившимся на смену революционного террора начала XX века — который шёл с Запада, из Европы, обильно финансируемый мировыми еврейскими кланами. Сейчас (в конце XX — начале XXI вв.) терроризм финансируется оттуда же, но — «исламский».

Если в начале XX века объективная опасность исходила от западной цивилизации, то теперь она исходит также и от цивилизации исторического ислама, не желающей понимать Коран, который она несёт через века, как «святую реликвию», плодя при этом в настоящее время «пушечное мясо» для западной «мировой закулисы». Но в начале 2006 года было крупное знамение во время хаджа (уже не первое, но крупнейшее в истории) для всех мусульман: на Языке Жизни. По возвращении с очередного годичного хаджа 3 февраля 2006 года около 1000 паломников затонули в Красном море. Катастрофа, случившаяся а паромом «Салам-98» многими оценена как соизмеримая катастрофе знаменитого западного «Титаника». Одно из сообщений СМИ так и называется:

«Титаник» в Красном море.

«3 февраля 2006 г. в Красном море затонул паром «Салам-98» (Al Salam 98),[131] следовавший из саудовского порта Дуба в египетский город Сафага. На борту парома находились более 1 тысячи 400 пассажиров и членов команды. Большинство пассажиров — египетские паломники,[132] возвращавшиеся с хаджа. Спасены были только 387 человек. В истории Египта эта самая крупная морская катастрофа.

Как показало расследование, причиной крушения судна стал пожар в гараже,[133] для тушения которого использовалось забортная вода в количестве, примерно, одной тысячи тонн в час, что привело к крену судна, его опрокидыванию и затоплению.[134] Паром накренился на 25 градусов, а затем ушёл под воду на глубину свыше 750 метров в 88 километрах от египетского побережья.

Было установлено, что у парома был поддельный сертификат безопасности, отсутствовали исправные спасательные плоты и огнетушители.

«Паром смерти был обречен», — заявил неназванный эксперт по судостроению египетской газете «Аль-Мысри аль-Йяум». «Судовладельцы надстроили на судне две пассажирские палубы и сделали дополнительный багажный трюм и стоянку для автомобилей, что ухудшило ходовые качества парома и его устойчивость», — сообщил эксперт».

Напомним, что гибели знеменитого «Титаника» предшествовала мистика романа М.Робертсона «Тщета» (1898 год), в котором подробнейшем образом была описывана гибель прообраза Титаника, рекльно произошедшая в 1912 году — через 14 лет после предупреждения Робертсона. «Титаник» у многих ассоциировался как символ Западной цивилизации — библейской цивилизации «людей книги». Если западные «элиты», заботясь лишь о своём земном материальном благополучии, создали грандиозный «Титаник» в самоуверенности, что «Этот корабль не смог бы утопить сам Господь Бог»,[135] то в историческом исламе забота благоустройстве Земли отодвинута на…дцатый план после спасения души. В общем и западная цивилизация не заботится о Земле и будущем людей: загаживает её для своего материального обогащения и исламская — тоже не заботится о Земле, находясь под прессом религиозных догм спасения своих душ для будущей жизни.

И в том и в другом случаях знамения говорят об одном и том же: западная цивилизация и цивилизация исторического ислама — потеряли Различение (дар Бога): первая к началу XX века (самое позднее); вторая — к началу XXI века (тоже самое позднее).

· В первом случае (в случае с гибелью «Титаника») смотрящий был лишён Свыше Различения и не увидел прямо по курсу айсберг.

· В случае с паромом «Салам-98» паломники не заметили, что садятся на паром, который «смерти был обречён» — чем самым тоже были лишены Различения Свыше.

Спрашивается «за что»? — За длительную догматизацию ислама, которая стала опасна не только для самой цивилизации исторического ислама, но и для других стран мира.[136] Но Бог лишает Различения после того, как люди сами отказываются от добронравия. Это и сказано в Коране. Если же такой Язык Жизни не руководство для переосмысления многого мусульманам, то могут быть и другие знамения. Так, роман Робертсона вышел в 1889 году и после него у западного читателя было 14 лет подумать о будущем. Кстати пророк Мухаммад 12 лет мирно проповедовал в среде арабов — прежде чем пойти войной на противников с благословения Бога.

У парома интересное название «Салам-98» — «Приветствие»-98. Роман М.Робертсона вышедший в 98 году — тоже был «приветствием», которому не прислушались. До крушения «Титаника» оставалось 14 лет. Бог, конечно, не повторяется в знамениях. Но «Салам-98» — символ цивилизации исторически сложившегося ислама: мусульманам в писании гораздо больше дано Свыше, чем «христианам» и иудеям и спрос с мусульман — тоже больше.

До тех пор, пока в глобальной цивилизации не нашлось людей, начавших переосмыслять Коран и культуру исторического ислама в направлении, которое задано Богом — исторический ислам, взявший Коран на знамя, был объективно выше библейской культуры (по иерархии эгрегоров, а не по технократическому развитию). Так, скорее всего, продолжалось до конца XX века. Именно поэтому страны исторического ислама и приподнялись после середины XX века над библейской цивилизацией, в которой был кризис. Но теперь обе неправедные цивилизации (исторического ислама и западная) прочно встали на один уровень «людей книги» и конфликт между ними на взаимное уничтожение уже начался. В этот конфликт не будет втянут лишь тот, кто преодолеет большинство неправедных стереотипов обеих культур. Кораническая информация может в этом помочь.

Окончание проповеди.

После взятия Мекки в 630 году самый непримиримый противник Мухаммада и ислама, Абу Суфьян, заключил мир с Мухаммадом и принял ислам. После этого Мухаммад вернулся в Медину, где провёл остаток своей жизни.

Одно из последних сражений под руководством Мухаммада было в 630 году. В ответ на решение племени хавазин идти войной на Мекку, пророк снарядил войско из 12 тысяч воинов в Хунайн, одержав победу. Часть побеждённых противников укрылись в Таифе, вожди которого из племени сакиф ещё со времён посещения этого города пророком — ненавидели ислам. Таиф был осаждён, но вскоре пророк приказал отступить. Особенности победы при Хунайне отмечены Кораном в суре 9 «Покаяние». Аяты 25–29 этой суры многослойные по смыслам. Это — помощь Бога в сражении при Хунайне и наставления Свыше (пророчества о будущем) верующим на будущее. Но наставления интересные: их можно понимать и как прямой итог военного столкновения (аят 25) и как предупреждение и пророчество о будущем, которое грядёт после того, как «низвёл Бог Свой покой на Своего посланника и на верующих…» аяты 25–29, мораль которых начинается с предупреждения, что победа при Хунайне (и «во многих местах» до Хунайна) «ни от чего вас ‹верующих — наше замечание› не избавила» — победы верующих не избавляют от ответственности:[137] после военных побед («когда вас восхитила ваша многочисленность»)[138] нужно ещё много трудиться над собой, вникая во все смыслы Откровения, ощущая Язык Жизни и соответсвтовать названию «мусульманин» (предавшийся Богу — послушный Богу), сохраняя чистоту именно такой веры, а не ритуальной её стороны:

Коран 9.

25 Бог помог вам уже во многих местах и в день Хунайна, когда вас восхитила ваша многочисленность. Но она ни от чего вас не избавила, и стеснилась для вас земля там, где была широка. Потом вы повернулись, обратив тыл.

26 Потом низвел Бог Свой покой на Своего посланника и на верующих, и низвел войска, которых вы не видели, и наказал тех, которые не веровали; это — воздаяние неверным.

27 Потом обратится Бог после этого к тем, к кому пожелает: ведь Бог — прощающий, милостивый!

28 О вы, которые уверовали! Ведь многобожники — нечистота. Пусть же они не приближаются к мечети священной после этого года! А если вы боитесь недостатка, то обогатит вас Бог от Своей щедрости, если пожелает. Поистине, Бог — знающий, мудрый!

29 Сражайтесь с теми, кто не верует в Бога и в последний день, не запрещает того, что запретил Бог и Его посланник, и не подчиняется религии истинной — из тех, которым ниспослано писание, пока они не дадут откупа своей рукой, будучи униженными.

Последнее предложение верующим — остаётся актуальным и в наше время, как и предыдущие — в первую очередь по отношению к самим «мусульманам».

Последний поход пророка состоялся в Табук, в 500 км. к северо-западу от Медины, после получения известия о готовности Византии начать вторжение в Аравию. Из Медины выступило огромное войско численностью в 30 тыс. человек. По дороге мусульмане заключили ряд договоров с местными «христианскими» и иудейскими племенами. Сражения не состоялось и в Табуке они узнали, что византийцы отошли в глубь Сирии. Пророк вернулся в Медину.

К 632 году пророк Мухаммад смог объединить большую часть Аравии, чего никто до него не сделал. Культ идолопоклонничества отмирал, а число приверженцев ислама росло повседневно и устойчиво. Процесс распространения ислама к 632 году вошёл в свою необратимую стадию — с помощью Бога. Земная миссия Мухаммада была выполнена. А судьба его — исчерпана в согласно её наилучшему, прямому пути.

В марте 632 года Мухаммад совершил хадж, названный впоследствии «Прощальным паломничеством», во время которого его сопровождало более 90 тысяч верующих. На горе Арафат пророк прочитал свою знаменитую проповедь, по преданию вошедшую в суру 5 Корана «Трапеза»:

Коран 5.

3 Сегодня отчаялись те, которые не веровали, в вашей религии; не бойтесь же их, а бойтесь Меня. Сегодня Я завершил для вас вашу религию, и закончил для вас Мою милость, и удовлетворился для вас исламом как религией. Кто же вынужден в голоде, не склоняясь в греху, — то ведь Бог — прощающий, милостивый!

Через три месяца после возвращения с хаджа в Медину пророк заболел и 8 июня 632 года скончался. Его тело было погребено в комнате его жены Айши, а чуть позже это помещение стало частью мечети пророка.

До наших дней в предании сохранилась прощальная проповедь, произнесённая им в святилище Каабы,[139] в которой есть такие слова (нами выделены особо интересные места):

«Имя моё Мухаммад ибн Абдаллах ибн Абд ал-Муталлиб ибн Хашим. Я араб, родился в Мекке. После меня никакого пророка больше никогда не будет.[140] О, люди! Знайте! Поистине, мне стало известно о приближении моей смерти. Скоро я расстанусь с этим миром и желаю возвращения к Богу.

Расставаться со своей общиной мне тяжело и печально, после меня вы будете сталкиваться с непростыми делами. О, Бог! Защити мою общину во всех делах настоящей и будущей жизни, защити их от всех видимых и невидимых бед.

О люди! Внимательно слушайте это моё завещание и запомните, что я скажу! Пусть присутствующие передадут мои слова отсутствующим. О, люди! Поистине ниспослано Священное Писание Бога! В этом Коране ясно передано всё дозволенное и запретное, а также то, что возложено на вас к безоговорочному исполнению.[141] Хорошо усвойте и знайте: то, что Бог дозволил, это вам дозволено, а то, что запретил, — то строго вам запрещено. Будьте далеки от запретного! Те аяты Священного Корана, которые неясны вам и содержание которых скрыто от вас — знайте, что они от Бога и не тратьте впустую время для их толкования». Пользуйтесь теми аятами, которые понятны и доступны вам, в которых ясно различимо дозволенное и запретное».

Последний выделенный нами текст требует комментария. Действительно, большинство современных мусульман и даже их духовных лидеров — до сих пор руководствуются, можно сказать, этим фрагментом завещания Мухаммада ( знайте, что они от Бога и не тратьте впустую время для их толкования), когда читают Коран. Они забывают, что пророк говорил это членам своей общины в VII веке. И, скорее всего, призывая не тратить время на толкование (понимание) неясных аятов, пророк имел в виду степень развития людей (если это вообще его завещание, а не приписано позже, поскольку пророк не руководил составлением Корана), ощущая, что Коран (записанные после него проповеди) — многослоен и его информация направлена втом числе и в далёкое будущее, а не только в настоящее и близкие времена. Сам пророк, скорее всего, не все смыслы понимал из своего пророчества — понимал то, что было необходимо в его время.

Всем же его последователям-мусульманам он, возможно, завещал — понимать из Корана то, что необходимо в то время, в которое они живут. Но как поняли это мусульмане? Разве это не призыв пророка совершенствоваться и нравственно и интеллектуально, чтобы в идеале — все смыслы Корана стали доступны людям? Разве может быть информация от Бога (как она названа в завещании) не быть востребована людьми?

Такая информация, названная в завещании " от Бога», на которую якобы не надо " тратить впустую время» сохранилась в Коране для многих мусульман как непонятная, но «святая». Это дало повод для последующего беспричинного обожествления непонятой информации из Корана с приданием её статуса «божества». А как раз последнее и есть основной элемент идолопоклонничества, которое многократно порицается пророком в текстах Корана. Такой повод обожествления многих аятов Корана привёл к обожествлению и самого Корана как книги — с привычными для этого дела (обожествления) запретами на толкование Корана мусульманами, не допущенными к этому делу. В действительности же просто исторически сложившийся ислам (во многих его разновидностях) за время от смерти пророка до наших дней настолько разошёлся со многими рекомендациями Корана (которые мусульмане и их духовные лидеры не удосужились понять), что из Корана в результате сделали «идол» главного мусульманского «фетиша». А Бога вспоминают при молитвах, в которые вложены смыслы, доступные людям, жившим в VII веке. Мало того, большинство верующих бессмысленно повторяют слова «священных» аятов как заклинания стихии, надеясь, что Бог их услышит. Не этого Бог ждал от мусульман.[142].

Но есть и другая крайность, от которой сразу же шарахнулись в первую (описанную выше) практически все мусульмане, обожествив Коран и из боязни Бога, о которой многократно сказано в писании. Другая крайность в подходе к текстам Корана это — излишнее фантазёрство либо даже извлечение из Корана «удобных» смыслов в угоду своим корыстным интересам. Надо отдать должное культуре исторически сложившегося ислама: в эту крайность мусульмане в общем и целом не ударились. Поэтому к настоящему времени Коран является, можно сказать в большей мере — непрочитанной книгой — откровением, которое так до конца и не понято людьми. Так мусульмане сами мало что взяли из Корана (взяли то, что соответствует степени развития общества уровня средних веков) но и другим не дали исказить Коран. Вот и лежит эта Книга не познанной перед верующими людьми. В самом же Коране про излишнее фантазёрство и злой умысел сказано (выделено нами):

Коран 3.

7 Он — тот, кто ниспослал тебе писание; в нем есть стихи, расположенные в порядке, которые — мать книги; и другие — сходные по смыслу.[143] Те же, в сердцах которых уклонение, — они следуют за тем, что в нем сходно, домогаясь смятения и домогаясь толкования этого. Не знает его толкования никто, кроме Бога. И твердые в знаниях говорят: «Мы уверовали в него; все — от нашего Господа». Вспоминают только обладатели разума!

«Сходными по смыслу» могут быть аяты Корана, в которых говорится об одном и том же, но несколько иначе[144] — хронологически в другое время и по другому поводу. Действительно, в этом есть доля иносказания (буквально «сказать о чём-то но — иначе — иначе-сказать»), но если совместить все места в Коране, где сказано об одном и том же, но по-разному, то можно увидеть много граней смыслов рассматриваемого явления и, объединив их в своей психике — получить полную картину явления, которое предстанет совсем иначе, как минимум более полно, чем представлялась до этого. Так вот эта полная картина явления и будет Откровением человеку из книги Корана, которое он получил спустя много столетий после проповеди Мухаммада. А если человеку не совсем удастся создать новый образ в своей психике на базе анализа множества мест повествования Корана по одному и тому же вопросу, то Бог может Своей Волей предоставить такому человеку информацию в Различении по этому вопросу. Но, как известно, Различение даётся верующим по нравственности и стремлению к познанию Истины. А соблюдение ежедневных ритуалов зачатую мало отличается от идолопоклонничества…

Как раз Различения и свободного подхода к «священным текстам» (при обязательном осознаваемом контроле за своей психикой: чтобы не было фантазёрства, вызванного одержимостью, либо другими психическими пороками — следствием нечеловечных типов психики) не хватает большинству мусульман, исповедующих исторически сложившийся ислам.

Во второй части приведённого выше аята даётся предупреждение об опасности предвзятого (возможно с одержимостью) подхода к текстам Корана: «Те же, в сердцах которых уклонение, — они следуют за тем, что в нем сходно, домогаясь смятения и домогаясь толкования этого. Не знает его толкования никто, кроме Бога». Уклонившиеся от Божиего пути (по контексту: психологически не соответствующие исламу) толкуют для себя из Корана то, что для них " в нем сходно» — то есть подходит, по их жизненным понятиям и мировоззрению. Такие притягивают, как говорится «за уши», смыслы аятов Корана, которых там никогда не было и нет «домогаясь смятения и домогаясь толкования этого». Поэтому все люди предупреждены: «Не знает его толкования никто, кроме Бога», что означает: подтверждение правильности вашего понимания Корана можно получить лишь от Бога — будучи в человечном типе психики и через Различение.

Но фраза «Не знает его толкования никто, кроме Бога» — ни в коем случае не означает: «Всё равно не узнаете что Бог этим хотел сказать» (какую «удобную» позицию заняли мусульмане исторически сложившегося ислама). Эта фраза означает одно: нужно стремиться к человечному строю психики, помогая при этом Богу строить на Земле Его царство (бороться на пути Бога, как сказано в Коране) — лишь тогда всё поймёте в своё время. Время обязательного осознанного подхода к информации настало после того, как изменилось соотношение эталонных частот биологического и социального времени (со второй половины XX века) — в это же время цивилизация мусульман получила «второе дыхание», как намёк-указание Свыше на то, что Коран ещё никем не прочитан как надо.

Первые халифы.

Смерть пророка создала в среде мусульман настроение неуверенности и они в некотором роде потеряли религиозную и организационную ориентацию. Пророк учил, что Бога достаточно как наставника на Истину. Но и сам пророк своим авторитетом и организационными способностями помогал незрелой ещё мусульманской толпе.

Скорее всего Бог не желал давать повод для создания после пророка равнозначных (либо близких) пророку авторитетов (пророк всё же стал для мусульман авторитетом помимо воли Бога) в мусульманской среде. Преемника Мухаммад не оставил — прямых потомков по мужской линии у него не было (последний сын умер во младенчестве незадолго до смерти самого пророка). Кроме того, нет прямых свидетелств, что Мухаммад предлагал последователям формировать «Священную Книгу» из записей его откровений и поклоняться ей. Мусульмане сами насоздавали себе после пророка авторитетов из людей (о чём их предупреждал Мухаммад) и «фетишей», что и явилось формальным поводом для первых расколов уммы (общины) и впоследствии — веры.

«Осиротевшей общине Мухаммад оставил три вещи: организацию, созданную на основе универсальных принципов, поддержанных авторитетом Бога; множество откровений (хотя и не собранных воедино), которые служили руководством во всех сферах жизни и язык которых вызывал эстетическое наслаждение, что не могло не усиливать их воздействие; наконец, память о личности, подобные которой ни раньше, ни позже не появлялись в Аравии; о мыслителе и судье, военном руководителе и администраторе, посланнике Бога и учителе, понятном народу своими достоинствами и слабостями, показавшем арабскому миру путь к религиозно-политическому единству, создавшем его внутренним силам простор для развития».[145].

Всё необходимое для самостоятельного развития общины (уммы) и ислама было дано верующим к моменту смерти пророка. Коранические рекомендации имеют такой широкий охват, что и на этот счёт в нём имеется указание:

Коран 3.

144 И Мухаммад — только посланник, до которого были посланники. Разве ж если он умрет или будет убит, вы обратитесь вспять? Кто обращается вспять, тот ни в чем не повредит Богу, и Бог воздаст благодарным.

Первым халифом (арабское «заместитель, наместник») был избран Абу Бакр — ближайший сподвижник и друг пророка, отец Айши, жены пророка, он ещё при жизни Мухаммада был назначен им для руководства коллективной молитвой. Халифат, как и всякий исламский режим был теократическим государством. Халиф не был назначен носителем «Божественного Откровения», но выступал как «хранитель веры», выполняя одновременно функции государственного правителя. В теократическом государстве действуют законы шариата (от арабского «шариа», буквально «надлежащий путь») — свод мусульманских правовых и богословских нормативов, провозглашённых исламом «вечным и неизменным плодом божественных установлений».[146].

Считается, что Абу Бакр был очень скромным и не властолюбивым халифом. Предания приписывают ему слова (выделено нами): «О люди, клянусь Богом, я никогда не домогался этой власти, ни днём, ни ночью, и не имел к ней ни малейшей склонности. Вы возложили на мои плечи огромную тяжесть, которую мне не снести, если только Всемогущий Бог не придёт мне на помощь. Я сделан вашим правителем, хотя вовсе не лучший среди вас. Помогайте же мне, когда я буду поступать правильно; поправляйте меня, когда я ошибусь. Самые слабые среди вас обретут силу во мне, пока не добьются справедливости. Самые сильные среди вас обретут слабость во мне, пока я добьюсь от них того, что справедливо. Повинуйтесь мне, как я повинуюсь Богу и Его посланнику. Если же я перестану повиноваться Богу и Его посланнику, перестаньте и вы повиноваться мне».

Абу Бакр считается первым праведным халифом — помощником до и после смерти Мухаммада[147] в его деле. Также из преданий известно, что далеко не все последующие халифы были близки по нраву Абу Бакру. На его долю выпала нелёгкая задача борьбы с первыми отступниками от веры — лжепророками — людьми, пытавшимися узурпировать власть, употребляя религиозный авторитет, который остался после Мухаммада. После смерти Мухаммада началось движение отступников, возглавляемое лжепророками, под названием ар-Ридда («отступничество»).

С задачей нейтрализации лжепророков Абу Бакр справился. Вопрос борьбы с отступничеством был решён путём организации ряда военных экспедиций под руководством Абу Бакра против племён, возглавляемых лжепророками. Про отступничество от веры в Коране есть предсказание, которое в общем-то «универсально»: оно касается не только эпизода в истории первого халифата (связанного с отступничеством ряда племён, возглавляемым лжепророками) — оно подходит ко всем временам, когда люди уклонялись от веры Богу (выделено нами):

Коран 5.

54 О вы, которые уверовали! Если кто из вас отпадет от своей религии, то… Бог приведет людей, которых Он любит и которые любят Его, смиренных перед верующими, великих над неверными, которые борются на пути Бога и не боятся порицающих. Это — щедрость Бога: дарует Он ее, кому пожелает, — ведь Бог — объемлющий, знающий!

Покончив с отступничеством, Абу Бакр двинул свою армию под руководством опытных полководцев к Ефрату, разгромив армию иранского шаха, занял Хиру — столицу арабского «христианского» княжества Лахмидов. А в Палестине полководец Абу Бакра Халид ибн Валид разгромил византийскую армию при Аджнадайне. Победа в этом сражении открыла мусульманам путь в Сирию. Абу Бакр получил прозвище Покоритель Сирии.

Абу Бакр умер, как и Мухаммад, в 63 года незадолго до победы при Аджнадайне. Накануне смерти Абу Бакр успел назначить преемника — Омара (Умара) ибн Хаттаба. Первым мусульманским общинам халифата повезло. Халифы одерживали победы. За десять лет правления Омара к «землям ислама» были присоединены византийская Палестина, Сирия, Египет и Сасанидский Иран. В 638 году был взят Иерусалим. Халиф Омар собственноручно расчистил на горе Мориа место для закладки мечети ал-Масиджид ал-Акса — в память о Мирадже, ночном путешествии Мухаммада, о котором существует устойчивое предание.

Это были крупнейшие победы не только географического значения, но и духовного распространения исторически складывающегося ислама. В «область власти мусульман» (дар ал-ислам) вошли территории, с которых начинали предшественники Мухаммада (Моисей и Иисус). Именно эти земли известны как историко-географические точки, откуда начинались обе древнейших религиозных системы единобожия — искажённые людьми и «мировой закулисой». Мысли верующих обеих неправедных религиозных систем (иудаизма и библейского христианства) естественно были «привязаны» к «святым местам», откуда начинались их религиозные системы — крупнейшие эгрегоры иудаизма и библейского христианства как бы географически духовно «закреплены» за этими «святыми» землями. Поэтому захват мусульманами «святых» земель неправедных религиозных систем значительно ослабил поддержку эгрегорами верующих самих, поскольку миллионы верующих потеряли уверенность в «святости» этих земель, либо хотя бы у них зародилось сомнение (на бессознательных уровнях психики: что нашло своё отражение в эгрегориальной алгоритмике главных конфессиональных эгрегоров неправедных религий), которое обязательно должно было сказаться на устойчивости функционирования религиозных систем. Кроме того, чисто земная вера в незыблемость двух крупнейших систем единобожия пошатнулась — после того, как «святые места» занял исторически складывающийся ислам.

Это же касается и иерархии эгрегоров, вошедших в активное взаимодейсвтие: эгрегор исторически сложившегося ислама (не говоря уже об эгрегоре, который остался после Мухаммада) занял более высокое место по отношению к эгрегорам иудаизма и библейского христианства. Естественно, что пока такая иерархия сохранялась — мусульманам были обеспечены победы над иноверцами, поскольку война идёт прежде всего на уровне идей в духовном мире. Как только одни идеи побеждают другие (своей большей праведностью) на уровне эгрегоров — военное противостояние в обычных сражениях становится предопределено на эгрегориально-матричном уровне, согласно победе на духовном фронте. Это и было передано Свыше двум друзьям (Мухаммаду и Абу Бакру) в пещере во время перехода из Мекки в Медину — как успокоение первых верующих Богу арабов, что победа достигается на уровне идей: все остальные победы — обязательно приложатся позже (выделено нами):

Коран 9.

40 Если вы не поможете ему, то ведь помог ему Бог. Вот изгнали его те, которые не веровали, когда он был вторым из двух. Вот оба они были в пещере, вот говорит он своему спутнику: «Не печалься, ведь Бог — с нами!» И низвел Бог Свой покой на него и подкрепил его войсками, которых вы не видели, и сделал слово тех, которые не веровали, низшим, в то время как слово Бога — высшее: поистине, Бог — могучий, мудрый!

Последняя выделенная нами фраза — о том, что Бог управляет в Своём Предопределении иерархией эгрегоров (сборкой людских мыслей и слов). После того, как Бог убедился в твёрдости веры Мухаммада — после слов «Не печалься, ведь Бог — с нами!», подкреплённых такими же мыслями-образами (слова совпадали с мыслями) — Бог (в Предопределении) способствовал зарождению такой иерархии эгрегоров, в которой зарождающийся ислам (слова, мысли и вера) мусульман стал выше по иерархии, чем эгрегоры иноверцев ( сделал слово тех, которые не веровали, низшим). Последнее же слово всегда остаётся за Богом: " в то время как слово Бога — высшее: поистине, Бог — могучий, мудрый!» — то есть, за Собой Бог оставил право корректировать духовную иерархию в соответствии с истинной, а не декларативной верой людей.

Бог сдержал своё обещание Мухаммаду и его спутнику, данное в пещере: войска, которых они не видели — идеи ислама (слова и мысли Мухаммада, полученные под Божиим водительством) будут ещё долго обеспечивать на духовном уровне вполне земные победы. Но так не будет вечно.

Во всяком случае во времена халифа Омара исторически сложившийся ислам был намного более справедливее и перспективнее ,[148] чем окружающие халифат религиозные системы,[149] под прикрытием которых творилось беззаконие и несправедливость. Наглядным примером такого сравнения можно считать переписку халифа Омара с персидским (иранским) шахом Йездигердом III. Шах сообщал халифу, что «во всём мире нет двора более многолюдного, чем Наш двор, нет казнохранилища более благоустроенного, чем Наше казнохранилище, нет войска более отважного, чем Наше войско, никто не имеет столько людей и снаряжения, сколько находится у Нас».

На это Омар ответил: «Да, двор ваш многлюден, но жалобщиками, ваше казнохранилище благоустроено, но неправильными налогами, ваше войско отважно, но непослушливо. Когда уходит державность, не приносит пользы снаряжение и многолюдство. И в том доказательство вашей бездержавности.[150] От вашего упадка спасение в том, чтобы ваш султан самолично творил справедливость, чтобы все стали справедливыми и чтобы никто не питал вожделения к недозволенному».

Йездигерд III стал последним правителем династии Сасанидов.[151] В 636 году мусульмане заняли столицу Сасанидского Ирана — Ктесифон. Окончательное поражение иранцы получили в 642 году.[152].

Проблемы халифата и проблема канонизации откровений.

Мусульмане, вдохновлённые победами при первых халифах, не замечали несправедливости, которую они сами начали творить на Земле — будучи изначально более справедливыми, чем правители занимаемых ими земель. Декларация справедливости и истинная справедливость — разные вещи. Выше мы сделали вывод:

Многие люди из вступающих в ислам толп, приобщившись к красивой и современной вере единобожия — оставались толпарями с животным типом психики и старыми стереотипами взаимоотношений. Некоторые, кто похитрее жаждали власти, стремясь стать духовными лидерами в своих племенах для чего знакомство с пророком было им важно. С момента массового принятия, ислам стал для многих соблазнителен — вопреки учению Мухаммада — ханифа, коим он и оставался всю жизнь.

Уже во времена пророка Мухамммада, его «благословлением» зачастую творилась явная несправедливость, обусловленная как минимум двумя объективными факторами:

· Конкретной исторической необходимостью укрепления общины.

· Принятыми в среде арабских племён житейскими и военными традициями, оставшимися во времена пророка, многие из которых противоречили учению, записанному в Коране.

Так, например, во времена пророка Мухаммада было принято делить военную добычу, чем распоряжался сам глава первой мусульманской общины. Например, в 630 году после победы при Хунайне (о чём мы говорили выше) пророк щедро наградил несколько своих бывших самых непримиримых противников (только что принявших ислам по давлением обстоятельств), от рук которых ранее погибло много первых мусульман. Абу Суфьян и его сыновья получили огромную военную добычу (по 100 верблюдов и 40 унций серебра каждому). Мединские мусульмане (ансары) негодовали по поводу этого поступка, но Мухаммад объяснил такую несправедливость необходимостью материального стимулирования для укрепления позиций ислама и его географического распространения.

Кроме того, приближённые Мухаммада, как правило, были его родственниками (у Мухаммада в общей сложности было 11 жён) либо близкими друзьями. Аравия управлялась семейными кланами и это была норма для тех лет. Первые халифы — тоже были друзьями и родственниками Мухаммада, что в воображении подавляющего большинства из мусульманской толпы (но далеко не всех первых мусульман) возвышало их над «простыми» (даже материально имущими) мусульманами. А для халифов и их приближённых это доверие было искушением, которому они поддавались, следуя прошлым традициям кланово-родового строя в условиях становления первой исламской государственности. К тому же проблемы управления разрастающимся халифатом вынуждали его правителей вносить субъективизм в религиозную систему ценностей, оставшуюся после Мухаммада — в сторону догматизации и единообразия веры — что тоже являлось отражением пережитков религиозной и социальной систем Аравии. Единообразную и догматизированную веру, как казалось первым халифам, проще внедрять в мусульманскую толпу и расширять границы государства. В общем, ни халифы, ни толпа психически не доросли до уровня истинного ислама, который олицетворял Мухаммад при жизни, сам управляя общиной. Первый халиф, Абу Бакр, хоть и был «честным и справедливым» (по преданию) и не был властолюбцем, но без своего друга Мухаммада он управлял общиной как мог в тех реальных условия жизни многочисленных аравийских племён. Во времена второго халифа Омана остро встала проблема управления новыми территориями.

Как известно, управление ведётся согласно шести приоритетам обобщённых средств управления.[153] Мухаммад своей жизнью показал пример управления первой общиной с уровня первого (мировоззренческого) приоритета обобщённых средств, успехам на котором следовали успехи на всех остальных приоритетах (хронологическом, религиозно-идеологическом, экономическом, геноцидном, военном). Принцип управления Мухаммада с опорой на концептуально-мировоззренческий (первый) приоритет следующий: Бог помогает всем праведным начинаниям и замыслам человека (людей) — а остальное (победы на низших приоритетах) прилагаются с Божией помощью (что нашло отражение в Коране). Конечно, не вся жизнь Мухаммада — сплошной пример такого рода. Но множество её фрагментов (часть из которых зафиксирована в Коране)[154] является примерами-эпизодами такого управления: когда замысел прежде всего согласуется с Богом, получается «Добро» Свыше в Различении (даже если первоначалтьный замысел плод фантазий или диалога с каким-нибудь ангелом «Джибраилом»), а затем начинаются действия на низших приоритетах — либо инициативой согласующего, либо складывается «стечение обстоятельств», когда всё задуманное получается и даже лучше, чем хотелось изначально. Наследовавшие как бы подобную «власть» после Мухаммада халифы опустились на третий приоритет управления, превратив для себя и толпы концептуальную власть, которой обладал лишь Мухаммад — во власть религиозно-идеологическую — авторитетом пророка и Бога. Однако, концептуальная власть всё равно реализовывалась — помимо их воли — поскольку после Мухаммада остались во-первых, эгрегор истинного ислама (своеобразный управленческий «автомат», вместо концептуальной властности лидера), и во-вторых, оставленными фрагментами откровений, в которых многое ещё предстояло переосмыслить, что концептуально обязывало к постоянному очищению веры.

Мухаммад полностью выполнил свою миссию. Его проповеди и деятельность дали мощнейший толчок распространению ислама (как его поняли люди), последствия которого ещё не исчерпаны до нашего времени. Миссия Мухаммада состояла в уведомлении, указании на истину, но ни в коем случае не в призывах догматизации его наследия, и узурпации власти с помощью его авторитета и авторитета Корана. На миссию Мухамамада многократно указано в Коране (выделено нами):

Коран 2.

272 Не на тебе лежит руководство ими,[155] но Бог ведет прямым путем, кого хочет .[156].

Коран 3.

20 А если они станут препираться с тобой, то скажи: «Я предал свое лицо Богу и те, кто за мной последовали». И скажи тем, кому даровано писание, и простецам: «Предались ли вы?» И если они предались, то пошли по прямому пути; а если они отвернулись, то на тебе — только передача, а Бог видит Своих рабов.

При жизни Мухаммад и его сподвижники увидели наяву лишь небольшую часть обещаний Свыше, услышанных пророком. Остальное они должны были сделать своими руками, следуя жизненному примеру Мухаммада (но не слепо копируя его поведение и обожествляя его слова). После передачи людям уведомлений о вере Богу — люди сами решали для себя как жить, а расчёт их дальнейшей судьбы (как и судьбы цивилизации ислама) зависел от их самих и от Божиего Промысла, но никак не зависел уже от Мухаммада, от родственных связей с ним, от прошлой дружбы.

Коран 13.

40 Или Мы покажем тебе часть того, что обещаем им, или упокоим тебя. На тебе — только передачи, а на Нас — расчет!

Обожествив слова пророка, которые вошли в Коран и Сунны, многие мусульмане и их руководители формально приобщились к пророку (желали они этого или нет), посчитав себя более других праведными, поскольку они мусульмане — выполняя самые примитивные рекомендации сохранившихся фрагментов откровений. Этим люди, считающие себя мусульманами — лишь соблазнились исламом пророка, сами при этом не трудясь жить в ладу с Богом, как это делал пророк при жизни. Так и стал развиваться после пророка исторически сложившийся ислам — на базе многочисленного соблазна о жизни пророка и понятой части его высказываний, вошедших в Коран и Сунны:

Коран 16.

82 А если они отвратятся, то на тебе — только открытая передача.

83 Они узнают милость Бога, а потом отрицают ее, ведь большая часть их — неверующие.

Последнее, к сожалению, относится к большинству мусульман, потому что их мировоззрение формировалось на базе культуры исторически сложившегося ислама, в которой концептуальная властность и вера Богу (что имел в виду Мухаммад, как ислам) была заменена после пророка на ритуальную (и эгрегориальную) религию «людей книги» (по сути — идолопоклонничество). Такие люди — ритуально-верующие, но большая часть их — неверующие Богу, поскольку они сами не различают конкретные ложь и истину и не следуют объективной справедливости:

Коран 42.

48 Если они отвратятся, то Мы ведь не послали тебя над ними хранителем.[157] На тебе только передача. А когда Мы даем человеку вкусить Нашу милость, он радуется ей, а если его постигнет зло за то, что раньше уготовали его руки, то ведь человек неблагодарен.

В общем и Коран — собрание отцензурированных и отобранных фрагментов откровения данного Мухаммаду — и, тем более, культура исторически сложившегося ислама не являются концепцией, которую проводил Мухаммад лично при жизни. Но эта концепция (истинного ислама) всё равно присутствует до сих пор как упрёк всем мусульманам и их правителям. Мало того, концепция Мухаммада сработала как минимум, потеснив другие концепции (прежде всего библейскую) и географически и во времени и духовно, а ханифы и другие правители исторического ислама в этом отношении проводили некоторую часть концепции Мухаммада в жизнь глобальной земной цивилизации, руководствуясь своими соображениями и методами управления.

Интенсивное завоевание земель первыми халифами стало новым делом для мусульман и поставило перед вторым халифом Омаром важные вопросы управления новыми территориями. То, как ему пришлось решать многие фундаментальные задачи — определило впоследствии методы и средства управления его преемниками. Под руководством Омара «нецивилизованные» арабские племена завладели землями двух крупнейших и мощнейших держав того времени: Персии — на востоке и Византии — на западе. Первая была полностью побеждена, в то время как последняя испытывала сокрушительные поражения от арабов, теряя многие свои территории.

Омар основал высокоразвитую административно-финансовую систему, в которой государственная казна пополнялась путём взимания различных налогов, включая личные и земельные, завёл реестры лиц (диваны), имевших право на государственную пенсию. Справедливость понималась в администрации Омара в стереотипах кланово-родовой системы. Первыми государственными пенсионерами стали родственники пророка Мухаммада, которые «работали на дело ислама» и солдаты с их жёнами и детьми, воевавшие за ислам.

Завоёванные территории были сгруппированы в компактные провинции, так что их ресурсы могли развиваться отдельно друг от друга под управлением их наместников, назначавшихся халифом. Старые политические границы сохранялись, превратившись в административные внутри одного государства, сохранялись местные валюты и гражданская администрация. Мусульманский закон отныне превалировал повсеместно, но действовал лишь в отношении мусульман. Не мусульмане были вольны следовать их собственным законам и подчиняться своим религиозным лидерам, нёсшим ответственность за выплату налогов правительству мусульман.[158] Греческий, коптский, персидский и арамейско-сирийский языки были сохранены в качестве административных в различных провинциях. Мусульманская армия практически превратилась в профессиональную.

В результате таких успехов, властвующий около 10 лет второй халиф Омар в среде мусульман получил прозвище «Повелитель правоверных», хотя называть «повелителем» (господином) кого-либо из людей неверно:

Коран 22.

12 Вместо Бога он призывает то, что ему не приносит ни вреда, ни пользы, это — далекое заблуждение!

13 Он призывает того, от которого вред ближе пользы. Плох господин, и плох сотоварищ!

Но халифам, видимо, нравилось преклонение толпы перед их властью. Тем более, что с помощью авторитета «повелителя» проще управлять, как им казалось. Первых четырёх халифов в мусульманском мире называют «праведными». Омар — второй из них. Этим традиционно признаётся, что последующие халифы были не так уж праведны. Но ведь государственность и законы исторически сложившегося ислама оформлялись именно при «праведных» халифах. Значит последние создали такой «ислам», с помощью которого их последователи могли творить несправедливость. А титул «повелителя» не позволял простым мусульманам свободно указывать на ошибки халифа: какая же это община? Да и много ли было мусульман, способных оценить деятельность первых халифов с позиций ислама, который олицетворял пророк Мухаммад.

Халиф Омар был убит по возвращении из паломничества в Мекку, которое он совершал каждый год. После паломничества, 3 ноября, 644 года он был смертельно ранен рабом-иранцем в Мединской мечети. Так убийством в пределах попущения Бога закончилась жизнь второго «правоверного халифа», «Повелителя правоверных», укрепившего первый халифат, но своим примером укрепляющего не только государство, но и ритуально-книжный ислам (вместо покорности Богу, веры Богу). Он умер после паломничества в Мекку — самого крупного мусульманского праздника, проводившегося в рамках ритуально-книжного ислама. Кроме того именно при Омаре было принято решение свести известные высказывания Мухаммада в каноны, получившие название Коран. Работа над канонизацией проповедей Мухаммада была прервана убийством второго «праведного» халифа — рабом. А ведь в Коране рабство порицается.[159] Может быть раб был чем-то лучше халифа?[160].

При третьем «праведном» халифе, Усмане (правил с 644 по 656 гг.), которому успел передать власть Омар (собрав Совет шуру на смертном одре), был составлен и распространён канонический текст Корана. Усман ибн Аффан прозывался как «обладатель двух светочей», поскольку был женат на двух дочерях пророка. Он был изначально из «богатого» и знатного рода, являлся с первых дней пророчества сподвижником и меценатом «на пути ислама». Но, так бывает, что будучи рядом с пророком, люди не познают замысел, который несёт пророк.

Первая часть его 12-летнего правления продолжала политику завоеваний новых территорий, начатых при Омаре. Это был, по преданию, «период процветания и всеобщего благополучия». Однако, к концу правления третьего халифа появились признаки растущего недовольства, вызванные прежде всего социальным неравенством. Появилось отчуждение от низов общества многих мусульманских деятелей, приобретших во время войн огромные «богатства», и живших в несоразмерной роскоши. Многие мусульмане совершенно справедливо посчитали это нарушением ценностей ислама.

Как можно понять, дух (эгрегор) и память в низах общества ислама Мухаммада (истинного ислама) оставались и проявляли себя. Наиболее серьёзными обвинениями в адрес Усмана к концу его правления были семейственность и фаворитизм. Большинство руководящих и доходных постов заняли представители клана Умайя (из которого происходил Усман). Среди обвинителей Усмана были некоторые, кто так считал не из зависти — оставаясь в душе ханифами. В среде таких ханифов были люди, кто не приветствовал канонизацию откровений Мухаммада. Усман был убит в 656 году группой недовольных мятежников в преклонном возрасте (около 80 лет). Кровь убитого Усмана оросила лежащий рядом Коран,[161] выборочное собрание текстов, записанных после Мухаммада, которые были канонизированы и распространены как «Священное Писание» при Усмане в 652–653 гг.

Четвёртый «праведный» халиф был избран мусульманской шурой в 656 году. Сразу по избрании Али ибн Абу Талиба (двоюродного брата Мухаммада и первого после Хадиджи мусульманина)[162] четвёртым халифом произошёл серьёзный религиозно-политический раскол. Халифат к тому времени был очень «богатым» в материальном плане. В казну стекались средства из всех завоёванных провинций: в своей организации халифат ничем не уступал крупнейшим империям, которые были до него (империи Александра Македонского, Римской империи). Как мы уже говорили, организация управления халифатом основывалась на единоначалии и религиозной терпимости в провинциях, плативших налоги в центральную казну. Естественно, соблазн властью был тем больше, чем более материально «богатой» становилась «исламская» империя.

Поэтому с каждым следующим «праведным» халифом (наследующим власть, как «повелитель», по родственной линии, а не по качествам истинного мусульманина, которые прописаны в Коране)[163] халифат всё больше превращался в обычную крупную империю, каких было немало и до него — лишь с той разницей, что основан он был самим пророком, и после ухода которого мусульмане несли на себе Коран (сборник записей откровений Мухаммаду), который ими так и не понят до сих пор и по которому они не живут. От ислама пророка Мухаммада в первые же 10–20 лет мало чего осталось — а в последующие годы и столетия халифат сперва лихорадило от междоусобиц (рвущиеся к власти «родственники и наследники Мухаммада» и не могли поделить её) а затем именем «ислама» и Кораном просто «пользовались»[164] многие великие полководцы, халифы, чтобы организовывать свои большие и малые империи. Им это удавалось покуда исторический ислам, который они олицетворяли, был лучше всех остальных религиозных систем — в сравнении в проверке Божиим Промыслом. Выпавшую на долю арабских лидеров милость Всевышнего, данную через Мухаммада, превратили в источник земной власти, извратив веру, предложенную Свыше через пророка — из веры Богу (пусть даже с некоторыми «перегибами») в обыкновенную ритуальщину, разновидность идеалистического атеизма. Поэтому можно сказать, что и наследие Мухаммада (не писанное, а духовное) — было извращено в психике людей[165] — также как и наследия его предшественников. В то же время писание (собрание откровений Корана) не смогли извратить в той же мере, в какой были извращены библейские рассказы.

Сразу после избрания «праведный» халиф Али сместил ставленников своего предшественника (тоже «праведного» халифа) Усмана с ключевых постов в халифате. Сразу возникает вопрос: если оба халифа были «праведными», то кто же из них ошибался?

Устранение с ключевых постов людей Усмана ещё больше обострило отношения нового халифа с влиятельным родом Омейи, из которого происходил убитый Усман. В Сирию, к претенденту на халифы Муавийи, начали стягиваться обиженные Али и их союзники. Сторонники другого претендента на пост халифа Талхи и аз-Зубайра тоже собрали своих сторонников и двинулись на Басру. На исходе 656 году Али разгромил войско мухаджиров Талхи и аз-Зубайра в «Битве верблюдов» (название связано с тем, что вдова пророка Аиша, союзница мухаджиров, всюду появлялась верхом на верблюде),[166] Аиша провела остаток жизни в затворничестве.

Битва с войсками Муавийи была более интересной — с точки зрения морали. Её исход после третьего дня битвы был ничейным. На третий день Али, на стороне которого сражались семьдесят участников битвы при Бадре, перешёл в решительную атаку, но наместник Египта Амр ибн ал-Ас, воевавший на стороне Муравийи, пошёл на хитрость: зная набожность халифа Али, он приказал своим воинам прикрепить к копьям свитки Корана и призвал Бога в знак того, что готов на справедливый суд.

Хитрость оказалась слишком серьёзной. Халиф Али остановил сражение и согласился на переговоры. Таким образом, ещё в 657 году у руководства халифата была возможность начать решать вопросы власти не методом бессмысленной борьбы «родственных Мухамаду» кланов, а по справедливости, обратясь к текстам Корана — а ещё лучше ко всему сохранившемуся к тому времени наследию Мухаммада — остановив войну кланов для переосмысления этого наследия в пример своим подчинённым. Ведь за 25 лет после смерти пророка «уже ясно отличился прямой путь от заблуждения»:[167] вместо ислама пророка и веры Богу халифы и прочие родственники пророка начали сеять вражду, поклоняясь вполне земным идолам: «богатству», власти над людьми, рукотворным «исламским» «фетишам». В первое время можно было создать хотя бы управленческий совет-общину, в которую вошли бы все «достойные» и рвущиеся во власть представители кланов, а халифа сделать не пожизненного, а чередовать представителей разных кланов в качестве халифов хотя бы через год. Это остановило бы распад империи и бессмысленную войны под вывеской «ислама».

Во всяком случае, многие мусульмане из войска халифа посчитали, что суд Божий (знамение Свыше в отношении исхода военного противостояния) свершился и людям не пристало его оспаривать. Эти люди-воины (12 тыс. чел.) растолковали для себя хитрость Амр ибн ал-Аса, как знак покинуть халифа Али и не участвовать в переговорах. Они получили прозвище хариджитов — «ушедших». Более правильное решение, на наш взгляд, было им присоединиться к переговорам и оказать активное влияние на развитие событий, приняв участие в поиске истины, а не удалиться от ответственности. Поскольку, как можно понять, это было более широкое знамение, нежели — лишь в отношении исхода военного противостояния. Однако, не подчинившись впоследствии Али, хариджиты поступили правильно, не продержав, похоже, самого упрямого лидера их враждующих кланов.

На переговорах третейские судьи никак не могли прийти к единодушному решению. Наконец они постановили, что ни Муавийя, ни Али недостойны быть халифами, поэтому присутствующие должны избрать нового правителя. В общем-то это решение — более мудрое в такой обстановке, нежели если бы судьи отдали предпочтение одному их руководителей враждующих сторон. Но Али не смог пожертвовать своим властным постом и не подчинился решению суда. Он снова двинулся войной на Сирию и призвал хариджитов помочь ему «восстановить справедливость». Хариджиты отказали, поступив более справедливо, чем если бы они встали на сторону Али. При этом они выбрали своего халифа — простого война Абдаллаха ибн Вахба и усиленно вербовали сторонников. Халиф Али начал войну и с ними.

В то же время Муавийя управлял подвластными ему территориями халифата не как наместник, а как полноправный владыка и в 660 году провозгласил себя халифом и принял присягу от сирийцев и египтян. С этого момента начинается закат первого «праведного» халифата. Родственников пророка было много и это явилось поводом для продолжения раскола, длящегося до сих пор, в первую очередь — раскола на шиитов (сторонников последнего халифа Али) и суннитов (считают всех четырёх халифов «праведными» и основывают свою веру не только на Коране, но и на Суннах).

В начале 661 года Али, выходя из мечети в Куфе, был смертельно ранен лазутчиком-хариджитом. На этом многие исследователи завершают второй рубеж классического ислама. Концом первого рубежа считается смерть Мухаммада.

Родственники пророка, видимо, настолько возгордились своим положением, что никто не пожелал отдавать власть в пользу укрепления единого государства, и главное — очищения ислама от новейшего идолопоклонничества. Воистину свершилось пророчество Корана (Коран 2:256) над головами неправедных халифов и других родственников Мухамамада, которым было по сути плевать на подчинённых и на ислам пророка: земная власть для них была превыше государственного лада и мира во имя ислама, во имя Бога.

Не разобравшись «теоретически» и богословски: что же их всё-таки разделяет,[168] ведь они вроде бы одной веры? — они своим поведением подтвердили кораническое пророчество (не случайно свитки Корана несли на копьях противники четвёртого «праведного» халифа Али):

Коран 2.

256 Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения. Кто не верует в идолопоклонство и верует в Бога, тот ухватился за надежную опору, для которой нет сокрушения. Поистине, Бог — слышащий, знающий!

Это была проверка на знание Корана и понимание Корана и проверка Жизнью не только для Али (но для него — в первую очередь, как для главы халифата), но и для всех когда-то приближённых Мухаммаду. Бог дал знамение Жизнью и указал на Коран через воинов Муавийи, но ни до ни после этого Бог не принуждал людей ни к чему: они сами выбрали непрямой путь и стали друг друга тиранить именем новейших идолов, главными из которых стали «Священный Коран», «Ислам» и имя Мухаммада.

Свершилось сказанное в Коране: Нет принуждения в религии. Все ответственные действующие лица конфликта (в первую очередь — «праведный» халиф — кумир шиитов) выбрали путь вражды за власть между собой:[169] никто не пожелал отказаться от власти и вразумить других на иной, прямой, путь. С этого момента цивилизация исторически сложившегося ислама (сложившаяся так не без активного влияния первых «праведных» халифов и многочисленных родственников пророка) стала мало чем отличаться от цивилизации римлян-византийцев. Поэтому и про руководителей мусульман после пророка и про водимые эгрегором исторически сложившегося ислама (а не Богом) толпы мусульман можно сказать словами Корана (что подтвердила последующая история «исламской» цивилизации):

Коран 30.

9 Разве они не ходили по земле и не видели, каков был конец тех, кто был до них? Они были мощнее их силой, и взрыли землю, и заселили ее больше, чем заселили они. Пришли к ним их посланники с ясными знамениями. Бог не был таков, чтобы их тиранить, но они сами себя тиранили!

Есть в Коране и многочисленные намёки на источник поведения зазнавшихся людей, которые дорвались до власти. Этот же источник (сатанизм, живущий в самих людях, в их психике) заставил извратить ислам пророка в течении первых десятков лет после смерти Мухаммада. Это так, поскольку лишь людской сатанизм (как разновидность демонизма) мог привести к тому, что от имени «ислама», пророка, Бога, Корана и всех мусульман до сих пор проводится явная антиисламская политика (выделенные жирным рекомендации Корана и многие другие — нарушаются почти всеми мусульманами исторически сложившегося ислама):

Коран 4.

36 И поклоняйтесь Богу и не придавайте Ему ничего в сотоварищи, — а родителям — делание добра, и близким, и сиротам, и беднякам, и соседу близкому по родству, и соседу чужому, и другу по соседству, и путнику, и тому, чем овладели десницы ваши. Поистине, Бог не любит тех, кто горделиво хвастлив,[170].

37 которые скупятся, и приказывают людям скупость, и скрывают то, что даровал им Бог от Своей щедрости! И приготовили Мы для неверных наказание мучительное,

38 и тех, которые тратят свое имущество из лицемерия пред людьми и не веруют ни в Бога, ни в последний день, и тех, у кого сатана товарищем. И плох он как товарищ!

После этого остаётся лишь сделать вывод, что в культуре исторически сложившегося ислама сатанизма (такого, как он описан в Коране) — предостаточно. А значит сатанизма не меньше — в эгрегоре исторически сложившегося ислама, который принято называть «Бог — Аллах» — чему, к сожалению, и поклоняются, молясь в культуре исторически сложившегося ислама и живут согласно этой культуре: есть «богатые» шейхи, а есть многочисленная беднота — неграмотная, голодная и одержимая эгрегором исторически сложившегося ислама, через который ею управляют и главы современных «исламских» государств и «мировая закулиса», которой на данном этапе не хватает революционного «пушечного мяса». Если в говорить терминологии Корана, то это «пушечное мясо» зачастую делают уже в земном мире «дровами для геенны»[171] (таковы, например, все шахиды-самоубийцы, взрывающие себя в толпе «неверных» с криками «во имя Бога») — в интересах глобальной политики по-библейски:

Коран 21.

98 Поистине, вы и то, чему вы поклоняетесь помимо Бога, это — дрова для геенны, вы в нее войдете! [172].

Составление текста Корана.

Третьего «праведного» халифа Усмана помнят прежде всего за утверждение единого текста Корана. Мухаммад проповедовал устно. Откровения за ним записывали разные люди, в первую очередь — личные писцы пророка Зайд ибн Сабит и Убайй ибн Кааб, Абу Бакр и Али ибн Абу Талиб, наместник Басры и Куфы Абу Мусса ал-Ашари, жёны Мухаммада Аиша и Умм Салама и многие другие.

Практически все исследователи признают, что при этом неизбежно накапливались не только разночтения, но в текстах встречались и прямые противоречия. Именно Усман приказал составить единый список. Но не только Усману принадлежит идея составления письменного сводного текста «Священного писания». При первом халифе, Абу Бакре, когда многие сахабы (сподвижники Мухаммада), знавшие Коран практически наизусть, погибали на полях сражений, была начата работа по составлению письменного сводного текста Корана. Некоторое время эту работу возглавляла одна из жён пророка, дочь халифа Омара — Хафса. Но ключевую роль в этой работе играл Зайд ибн Сабит — «знаток Корана», как его называли.

Ему было поручено возглавить специальную комиссию по записям Корана при Усмане То есть Зайд стал по должности — главным (но не единственным) цензором всех попадавших в его распоряжение записей устных речей Мухаммада. Актуальность такой редакторско-цензорской работы объясняли быстрым расширением халифата, включением в его состав новых земель, нуждавшихся в пропаганде учения Корана.

Действительно, с этого момента исторический ислам, как вторичное понимание людьми ислама Мухаммада, стал пропагандироваться как новейшая передовая религиозная система, в первую очередь альтернативная иудаизму, «христианству» и зороастризму. У существовавших до ислама религиозных систем обязательно были свои «Священные писания», с помощью которых велось управление толпами верующих. Не желая отставать от своих предшественников, первые руководители разросшейся до размера империи мусульманской общины — решили создать своё «Священное писание» — чем самым поставили исторический ислам в примерно равное положение с его крупнейшими предшественниками.

Это так, поскольку в ведически знахарской культуре, которую представляют библейское христианство и иудаизм со всем их «Священным» наследием — принято искать истину в «Священном писании» (прежде всего) а затем уже у пастырей в преданиях. Убери «Священное писание», институт пастырства и авторитет преданий и любая крупнейшая вера (которая к тому же защищает себя разнообразными инквизициями…) развалится, поскольку она больше ни на чём не держится — кроме эгрегора-«Бога», которому нужна вера в «Него» преданной толпы. А поэтому без веры толпы и эгрегор-«Бог» начнёт чахнуть. Как только работа над «исламским» «Священным писанием» была завершена (а может быть и чуть раньше: особого значения это не имеет) — ислам Мухаммада (вера Богу, обоюдосторонняя связь с Богом, получение Истины Свыше в том числе и с помощью Различения, данного Мухаммаду по нравственности) превратился в следующую по хронологии развития глобальной цивилизации разновидность религии идеалистического атеизма ведически-знахарской культуры. Истину стали искать в «Священном писании», предав забвению многие навыки жизни, которыми владел Мухаммад с Божией помощью и пытался научить им людей (прежде всего своих близких и друзей), часть из которых стали халифами. Жизнь же свою те, кто назвали себя мусульманами, стали строить согласно ритуально-обрядовой стороне религии[173] — с опорой на основные понятые ими (так как они поняли) положения, записанные в «Священном писании». Но то же самое делают и иудеи и «христиане» на базе своих писаний. Всё это — разновидности ведически-знахарской культуры, которая отлична не только от культуры пророка Мухаммада, но и от коранической культуры, поскольку последняя (если правильно понять даже прошедшие цензуру записи Корана) не является разновидностью ведически-знахарской культуры.

Коран не следовало «обрезать» и «облагораживать» цензурой. Нужно было собрать все записи и назвать их " культурное наследие пророка Мухаммада», а не «Священный Коран».[174] Мухаммад, будучи проводником истинного ислама[175] (религии предавшихся Богу ханифов),[176] никак не мог завещать людям обожествление своих слов. Тем более он не мог рекомендовать черпать Истину лишь из Корана. Религию предавшихся Богу ханифов Мухаммад не сумел передать своим последователям. Скорее всего психика всех людей, допущенных к канонизации Корана, была замкнута на стереотипы ведически-знахарской культуры (в данном случае стереотипов культуры Аравийского полуострова). К тому же, столкнувшись с проблемами управления огромным халифатом, они во-первых, внутренне испугались менять стереотипы взаимоотношений людей (как сказано в Коране: жить общиной равных): управлять по-старому было удобнее. Поэтому-то «власть имеющие», возможно, и вошли в негласный сговор, поняв друг друга. И во-вторых, их реальная нравственность, скорее всего, сильно отличалась от реальной нравственности Мухаммада — в сторону злонравия. Поэтому, даже пребывая с пророком (когда он был жив), многие из них уже тогда соблазнились лёгкой победой над противниками и властью, которую они получили благодаря близости к Мухаммаду, которому помогал Бог. Но, даже будучи около него, а тем более потом — они понимали его слова и думали свои мысли отлично от того, как это понимал сам пророк. Поэтому ещё при жизни пророка сложился эгрегор исторического ислама — параллельно эгрегору ислама Мухаммада. А последователи Мухаммада почти все решили, что сохранить свою власть им будет гораздо легче с помощью управления халифатом по стереотипам ведически-знахарской культуры. Прежде всего в «исламе» появилось своё «Священное писание», потом началась «борьба с неверными» — даже в пределах самого ислама на основе раскола (чем не инквизиция?), а за сомнения в богооткровенности всего Корана просто убивали как «неверных». Потом появились и государственные религиозные институты, правда с неярко выраженной системой «священнослужителей» и толкователей (как это имеет место в «христианстве» и иудаизме).

Даже на базе таких рассуждений можно сделать вывод, что Коран во-первых, не является полным собранием «культурного наследия Мухаммада», что плохо и во-вторых записи слов Мухаммада разных людей в разные времена могли содержать в себе неточности, связанные с проблемами личностного понимания слов Мухаммада этими людьми. Некоторый анализ содержания Корана мы сделаем чуть позже. Вернёмся ко времени его составления.

Интересно, что основной цензор Корана, личный секретарь пророка, Зайд, будучи коренным мединцем, ещё при жизни пророка записывал аяты. Однако, он также известен тем, что по приказу пророка выучил сирийский (арамейский) язык для того, чтобы общаться с иудеями и «христианами» — носителями этого языка.

Но иудеи и «христиане» были не только носителями языка: они были и носителями культуры (концепции) — вещественной и духовной — в первую очередь духа библейской культуры. Поэтому они не могли не оказывать «ответного» влияния на Зайда при его личном общении с ними.[177] Сам же Мухаммад арамейского не знал, но общался с библейцами через своего личного секретаря. Влияние духа библейской культуры на тексты некоторых аятов Корана по вполне определённым темам, а также на алгоримтику его составления (что оставить, а что убрать, и как расположить) ощущается.

Работа по сведению текстов Корана в каноны (свод положений, имеющих догматический характер и считающихся «Священными») была завершена между 650 и 652 гг. (через 20 лет после смерти пророка). Копии сводного текста были разосланы в различные центры халифата. Мусульмане считают Коран «несотворённым словом Бога, копией предвечной Скрижали, хранящейся на небесах, записанной до сотворения мира, и, следовательно, непреложной ни в своей форме, ни в содержании». Такому догматизированию и возведению в степень святости противоречит хотя бы цензура зайдовско-усмановской администрации, после чего текст канонического Корана никак не мог быть «копией предвечной Скрижали…».

К 651 году главный цензор наследия Мухаммада, Зайд, приказал составить единый список имеющихся текстов. Все имеющиеся рукописи были собраны в Медине и сверены с записями Зайда, после чего на основе этой сверки составили единый текст Корана. Прочие же тексты сожгли ,[178] под предлогом, чтобы не возникало оснований для разночтений и споров. Но, как мы уже знаем, если люди по своему психологическому строю тяготеют к спорам и вражде, то основания всегда найдутся: так зайдовско-османовское «единство» Корана не спасло мусульман от последующих разногласий и вражды, имея один Коран на всех как «Священное писание».

Сожжение всех коранических списков, кроме мединского, вызвало справедливое недовольство таким самоуправством части мусульман: мешали усмановской администрации многие уничтоженные высказывания пророка и люди это чувствовали. Они считали, что Усман совершил самоуправство недостойное преемника пророка. И были правы в этом. Кроме того халиф зачем-то изменил молитвенный ритуал, что часть общины расценила как «возврат к джахилийе» (языческому невежеству). Хоть ритуалы и не имеют такого значения как тексты Корана, но возникает вопрос: зачем было Усману (Осману) лезть на рожон и менять ритуал? Кто его к этому подталкивал и зачем? Рядовые мусульмане чувствовали неладное, видимо бессознательно соотнося в совей психике духовное наследие Мухаммада, которому они успели приобщиться, и деяния третьего «праведного» халифа. В апреле 656 года недовольные мусульмане из Куфы, Басры и Египта численностью около 500 чел. расположились лагерем протеста у ворот Медины. Осман пошёл на некоторые кадровые уступки, одновременно лицемеря, изображая «первого из равных» (так называли халифов, обязанных поддерживать общину). Однако, в руки египтян «случайно»[179] попало письмо халифа, в котором он приказывал египетскому наместнику казнить смутьянов по их возвращении (такие вот двойные стандарты). Начался бунт, в ходе которого дом халифа Усмана был окружён и он был убит. Кровь пролилась на Коран — указывая людям основную причину такого насильственного пресечения его жизни.

Ещё много крови прольётся вследствие усмановско-зейдовского подхода к наследию Мухаммада: они породили ещё один мировой идол «Священного писания» (к уже имеющимся), обращаясь к которому мусульмане, их руководители и подстрекатели прольют реки крови. В то время как руководители других конфессий будут в свою очередь проливать реки крови, обращаясь к своим идолам. Но обладатели Корана виновны более других. Коран, несмотря на искажения и цензуру, содержит достаточно информации от Бога, чтобы остановить бессмысленную мировую резню, нужно только внимательно читать, без одержимости эгрегором исторически сложившегося ислама:

Коран 3.

64 Скажи: «О обладатели писания! Приходите к слову, равному для нас и для вас,[180] чтобы нам не поклоняться никому, кроме Бога, и ничего не придавать Ему в сотоварищи, и чтобы одним из нас не обращать других в господ, помимо Бога.[181] Если же они отвернутся, то скажите: «Засвидетельствуйте, что мы — предавшиеся».

Относительность «чистоты» Корана.

Записи всего того, что изрёк Мухаммад, и что он почитал «ниспосланным ему Свыше» для передачи другим людям осуществлялись при его жизни разными людьми, и их новые экземпляры воспроизводились в инициативном порядке. При этом неизбежно возникали искажения как вследствие ошибок памяти слушателей и ошибок переписчиков, так и вследствие различия разных людей в отдании предпочтения темам, освещение которых в Откровении они хотели зафиксировать для себя.

Чуть выше мы сделали вывод, что текст канонического Корана никак не может быть признан «несотворённым словом Бога, копией предвечной Скрижали, хранящейся на небесах, записанной до сотворения мира, и, следовательно, непреложной ни в своей форме, ни в содержании» — как его принято считать в среде последователей культуры исторически сложившегося ислама.

То есть, в системе понятий сравнительного богословия Коран не является Откровением Бога, данным пророку Мухаммаду, свободным от наваждений, попавших в него через психику самого Мухаммада и тех, кто записывал после него аяты и искажений цензоров, возможно, под контролем периферии «мировой закулисы». Коран является сборником высказываний пророка Мухаммада, отобранных цензурой и частично отредактированных цензорами и переводчиками (если речь идёт не об арабском варианте). Но происхождение большинства этих высказываний несомненно имеет источник, находящийся близко к вершине духовного наследия, а получение информации оттуда пророком, несомненно, контролировалось и поддерживалось Свыше — также как и вся деятельность Мухаммада по распространению ислама. При этом часть информации из той, что попала в Коран и считается Откровением, и что действительно говорил Мухаммад — он получил Свыше в попущении Божиим. Другая часть информации, что попала в Коран и считается Откровением — получена Мухаммадом, можно сказать «в чистоте», то есть — не в попущении.

Напомним что общество людей в современной цивилизации движется согласно Божиему Промыслу (Божией миры развития)[182] по пути исчерпания Божиего попущения. Движение общества по Божией мире развития выбранными самими людьми не всегда праведными средствами (не прямым путём — в терминологии Корана) но всегда к заданной Свыше цели (ближайшая из которых — построение на Земле царства Божиего всеобщей справедливости и благополучия) сопровождается тем, что названная нами часть Божиего Промысла, Божие попущение становится меньше и меньше по мере прохождения этапов исторического развития.

Попущение Божие — часть Божиего Промысла (Божией М hры развития). Попущение Божие — это когда Богом открыта возможность одним субъектам оказать непосредственное или опосредованное воздействие, не укладывающееся в нормы праведных взаимоотношений, на других субъектов, которые сами уклонились от объективной праведности.

К середине VII века цивилизация в религиозном и социальном плане была готова к появлению ислама ( покорности Богу) — прямого пути — альтернативы библейскому пути. Единственный из халифов Аравии, кто раньше других вышел на своеобразное (присущее ему лично) понимание этого прямого пути, правильно названного исламом — был пророк Мухаммад. Ему и помог Бог отразить в проповедях его (Мухаммада) ощущение прямого пути (получившего название ислам), вмешиваясь в содержание проповеди в том числе и по «принципу попущения».

Последнее требует пояснения. Понятие «принцип попущения» введён нами для наилучшей передачи нашего понимания — почему Коран содержит в себе наваждения самого Мухаммада. Как мы уже говорили, в Коран вошла богословская информация, которая никак не может быть признана Откровением Свыше — в системе богословских «координат» сравнительного богословия. Но Бог помогал Мухаммаду и в Коране есть много информации, которую можно признать Откровением Свыше. Причём такого количества богословской информации, которую можно отнести к Откровению — нет ни в одном «Священном писании», составленном до Корана. Поэтому можно считать, что часть информации, вошедшая в Коран, которая была записана со слов Мухаммада — последний (то есть пророк Мухаммад) получил в попущении Божием. То есть, Бог, задавая миру-Предопределение развития цивилизации, как бы постановил: " пусть пророческая проповедь в 7 веке будет именно такой, как её сможет декларировать Мухаммад, до большего люди ещё нравственно не доросли, но Мы заложим в проповедь и то, что даст людям возможность развиваться по прямому пути — если люди смогут извлечь из проповеди эти зёрна Истины — а если не извлекут, то ислам станет лишь красивой вывеской на очередной системе идеалистического атеизма,[183] которая выполнит свою миссию по «программе-минимум»(станет на долгие века альтернативой библейскому беспределу, не дав последнему захватить весь мир)».

В этом — тоже состоит Милость Божия: внимательно снисходить к мере развития и понимания людей в каждый исторический период, чтобы периодически разговаривать с людьми на понятном им языке пророчеств,[184] напоминая о Своей Милости и об обязанностях людей. «Богу принадлежит то, что в небесах, и то, что на земле. Он прощает, кому захочет, и наказывает, кого захочет.[185] Бог — прощающий, милостивый!» (Коран 3:129).

В результате такого решения Свыше Мухаммад в 610 году «встретился» с Джибраилом — ангелом Божиим, но не с Богом (последнее признано всеми мусульманами совершенно справедливо).

Называя Коран «копией предвечной Скрижали, хранящейся на небесах», мусульмане, скорее всего, правы лишь в одном: Мухаммад в своей проповеди действительно руководствовался информацией, хранящейся в эгрегоре, названном «копией предвечной Скрижали, хранящейся на небесах» — а «записи» в этой «Скрижали»-эгрегора соответствуют мере понимания праведников, бывших до Мухаммада одной и той же информации от Бога, которая была когда-то (в начале этой цивилизации либо раньше[186] — особого значения не имеет) Предопределена Промыслом Божиим всем людям для Жизни согласно прямому пути. То есть, на основе мыследеятельности всех, кто и перечислен в Коране как предшествующие «ханифы», сложился общий эгрегор (а может быть и несколько взимиовложенных и взаимодополняющих друг друга), доступ в который был открыт лишь праведникам типа Мухаммада и его предшественников — для периодического напоминания людям о Боге и прямом пути пока цивилизация находилась в «младенческом» возрасте:

Коран 2.

136 Скажите: «Мы уверовали в Бога и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их. Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся».

Но ведь " то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их» — источник этого не сам Бог непосредственно, а информации, к которой допускаются пророки. Но одна и та же информация, проходя через психику каждого последующего пророка, да ещё в конкретное историческое время — преломлялась через психику пророков таким образом, чтобы она была наиболее понятна и востребована людьми в конкретных ситуациях, когда она излагалась: давать общую теорию «абсолютного богословия» было бесполезно в неграмотные массы людей с нечеловечными типами психики.[187] Именно поэтому Бог Своим прямым вмешательством всячески поддерживал и направлял деятельность праведных пророков (возможно не вмешиваясь, либо не сильно вмешиваясь в излагаемую ими трансляцию эгрегориальной информации, доступ в которую Он обеспечил) даже если у них и были некоторые психологические отклонения — вполне соответствующие периоду развития общества, мере понимания людей, стереотипам восприятия богословских вопросов в регионах, где появлялся пророк.

Поэтому в Коране множество информации о Боге типа:

Коран 2.

137 А если они уверовали в подобное тому, во что вы веровали, то они уже нашли прямой путь; если же они отвратились, то они ведь в расколе, и Бог избавит тебя от них: Он ведь — слышащий, знающий.

Но информация о Боге не обязательно ниспослана «прямо сейчас (в момент проповеди) напрямую от Бога»: Как известно (Коран 25:2) Бог всё предусмотрел заранее в Своём Промысле-Предопределении и Он отзывается незамедлительно на мысли и молитвы людей, и это Он тоже предусмотрел в Промысле: Он ведь — слышащий, знающий.

Поэтому приписывать Богу все несообразности информации Корана Мирозданию[188] (на некоторые из которых мы укажем чуть позже), которые попали в него как от праведного пророчества Мухаммада, так и от других людей — не следует. Бог попустил эти несообразности, но не Он их источник.

Первый источник несообразностей, попавших в Коран от имени Бога — «чистота» информации самого эгрегора, условно названного «Джибраил» — то, как поняли и мыслили предшественники Мухаммада, все праведники до него имеющие возможность доступа к одной и той же информации от Бога, которая была когда-то (в начале этой цивилизации либо раньше — особого значения не имеет) Предопределена Промыслом Божиим всем людям для Жизни согласно прямому пути.

Второй источник несообразностей Корана, которые поданы от имени Бога — психические изъяны самого Мухаммада (издержки правильного восприятия информации из эгрегора «Джибраила» и, возможно, от Бога непосредственно). О такого рода попущении Бога ошибкам добрых и благонамеренных людей (к числу которых принадлежал пророк) говорится в Коране:

Коран 42.

24 Или они скажут: «Измыслил он на Бога ложь!» Поистине, если бы пожелал Бог, Он наложил бы печать на твое сердце, и стер бы Бог ложь и утвердил бы истину Своими словесами;[189] ведь Он знает про то, что в груди!

25 Он — тот, кто принимает покаяние Своих рабов, прощает злые деяния и знает то, что вы творите.

26 Он отвечает тем, которые уверовали и творили благое, и умножает им Свою милость. А неверные — для них жестокое наказание!

Но в Коран, естественно, попали несообразности не только от Мухаммада. Мухаммад сам ничего не писал.

Третий источник несообразностей (наветов на Бога и Мухаммада) — преломление информации, услышанной людьми из пророчеств Мухаммада через их психику, после чего они записывали уже свои редакции «пророчества»: то, как они поняли Мухаммада. Могут быть возражения, что несколько людей записали за пророком одно и то же. На это можно ответить: почти все, кто записывал за Мухаммадом по своей праведности ему, скорее всего, уступали. Кроме того, благонамеренные последователи Мухаммада могли находиться примерно на одной степени духовно-нравственного развития и поэтому понимать сказанное пророком могли вполне единообразно. Всё не единообразно понятое (то есть отличное от множества одинаковых записей аятов и даже сур) — могли уничтожить цензоры, как сомнительное, поскольку оно не было растиражировано большинством записчиков. Но как раз-то единичные записи проповедей Мухаммада, отличные от много раз повторяемых разными псицами — могли содержать в себе большее приближение к тем смыслам, которые имел в виду Мухаммад (но могли быть и более ошибочными). Это так, потому что отдельные писцы могли выделяться из общего числа последователей своей более высокой мерой соответствия понимания сказанного и того, что имел в виду Мухаммад (но и в другую сторону они тоже могли выделяться).

Поэтому четвёртый источник несообразностей (наветов на Бога и самого Мухаммада) это, конечно же, цензоры. Выше мы пришли к такому мнению, о Коране, указав на цензуру усмановско-зайдовской редакции. К цензором, которые преследовали свои корытные цели, искажая и обрезая наследие Мухаммада относятся слова, вошедшие в Коран:

Коран 22.

79 Горе же тем, которые пишут писание своими руками, о потом говорят: «Это от Бога», — чтобы купить за это небольшую цену! Горе же им за то, что написали их руки, и горе им за то, что они приобретают!

Но всё же, как мы уже знаем, нашлось немало недовольных после того, как Зайд с Усманом уничтожили все «неугодные» им рукописи Корана. Зачем это было сделано и какой вклад в искажение пророчеств Мухаммада внес Зайд, возможно общавшийся с представителями «мировой закулисы» через иудеев и «христиан», об этом сейчас трудно судить. Но простые мусульмане учуяли неладное, после чего, как мы уже знаем, начался бунт и Усман был убит.

Вот как описывает процесс составления текстов Корана И.Л.Климович в своей монографии «Книга о Коране, его происхождении и мифологии»:[190].

«Выполняя поручение халифа, Зейд, судя по преданию, собрал и сличил разрозненные записи, делавшиеся им и другими лицами на плоских костях, камнях, коже, пальмовых листьях, на всём, что использовалось тогда для письма. Кроме того, он стал записывать рассказы современников Мухаммеда, тех, кто помнил, сохранил в своей памяти «откровения Аллаха». Всё это, заново просмотренное Зейдом и переписанное на отдельных листах — ас-сухуф, составило первую редакцию Корана, которая поступила в распоряжение руководства Халифата при халифах Абу Бекре и Омаре, но не переписывалась, не размножалась.

В условиях проходившей в Халифате политической борьбы слух о составлении Зейдом по поручению халифа Абу-Бекра некоего «чтения», Корана, в основу которых кладутся записи «откровений Аллаха», вызвал, очевидно, появление и других подобных записей и списков. Однако тексты этих записей, как оказалось, не всегда совпадали. Они расходились между собой и с собранными Зейдом как по составу, числу и последовательности глав, так и по существу, по смыслу и полноте входящих в них сообщений. Поскольку распространение среди мусульман, живших на обширной территории, разноречивых списков — «чтений», которым придавалось религиозное и законодательное значение, могло быть чревато не малыми неприятностями, в политических интересах Халифата решено было заменить их одним списком, устраивавшим господствующие круги.

Ему и работавшим под его началом помощникам из числа бывших сохабов — соратников пророка Мухаммеда — было поручено подготовить требовавшийся единый текст. Для этого прежде всего были отобраны все записи «откровений Аллаха», имевшиеся у отдельных лиц. Сличив конфискованные тексты с первой редакцией Корана, подготовленной Зейдом, и приняв или отвергнув ту или другую вновь полученную запись, составители Корана по приказу халифа уничтожили все оригиналы насильно или добровольно собранных текстов.

Полученная в результате этого новая редакция теперь уже зейдовско-османовского текста Корана, переписанная в четырёх экземплярах, была разослана в важнейшие центры Халифата — Мекку, Дамаск, Куфу и Басру. Этот текст стал считаться каноническим.

Зейд ибн Сабит был отмечен ими (Османом и его родственниками, возглавлявшими государственность) весьма щедрым подарком: получил из казны Халифата 100000 дирхемов.

Вскоре, однако, обнаружилось, что утверждённый халифом Османом текст Корана принимался верующими за подлинный текст далеко не везде, не сразу и отнюдь не всеми. Сожжение же по приказу халифа записей также не нашло общей поддержки. Напротив, немалую огласку получили тексты, которые, как оказалось, удалось сохранить нескольким бывшим соратникам пророка. Теперь, после сожжения собранных, многие стали проявлять повышенный интерес к этим текстам. Характерно при этом, что критика разосланной зейдовско-османовской версии шла, если прибегнуть к современной терминологии, снизу, из демократических слоёв.

Заметной фигурой среди подготовивших свой текст Корана и критиковавших зейдовско-османовский список был Абдаллах ибн Мас’уд (ум. ок. 653), человек незаурядной судьбы и несгибаемой воли. В юные годы он был рабом, пасшим стадо курейшитов, затем стал мухаджиром и в битве при Бедре снес саблей голову одному из наиболее ярых противников Мухаммеда — курейшиту Абу Джахлю. Он же ценился как тонкий знаток «откровений Аллаха» и умелый передатчик хадисов,[191] от которого пошло 848 преданий. И не случайно, что этот человек оказался неугодным в Медине, впрочем так же как и его современник, тоже сподвижник пророка, Абу Зарр аль-Гифари, высланный из Сирии, а затем и из Медины за открытое возмущение произволом халифа Османа и его наместника, присвоением ими податей и военной добычи, ростовщичеством,[192] приобретением богатых домов и доходных садов и стад, раздариванием казны Халифата своим родственникам. Обвиняя приспешников халифа, Абу Зарр, ссылаясь на «откровения Аллаха», обещал им как и их господам, вечное пребывание в адском пламени.

Характерно, что не только тексты, расходившиеся с официальной зейдовско-османовской редакцией Корана, сохранялись века, но и потомки тех, кто сделал эти записи, даже спустя столетия приоткрывали социальные язвы, разъедавшие Халифат в первые десятилетия его существования. Так потомок Ибн Мас’уда, арабский историк Абу-ль-Хасан Али аль-Мас’уди (конец IX в. — 956 или 957), которого называют «Геродотом арабов», писал, что в день убийства халифа Османа (656 г.) только в его личной казне насчитали 150 тысяч динаров и миллион дирхемов. И это как мы уже отмечали, при нищете большинства населения столицы, города пророка!».

О необходимости «Священного Писания» вообще.

Конечно, те, кто поддерживает мусульманскую традицию вероучения, снимают все такого рода упрёки в адрес Зайда и первых халифов по Османа включительно, под руководством которых был создан канонический текст Корана. Тем не менее есть одно обстоятельство, которое не находит освещения в мусульманской традиции и которое позволяет взглянуть с точки зрения, не свойственной мусульманской традиции, на канонический текст Корана в его исторически сложившемся виде:

Сам Мухаммад, искренне убеждённый в том, что он — Посланник Всевышнего Бога ко всем людям, проповедовал среди своих соотечественников с 610 по 632 г. Он знал, что то, что он проповедует и характеризует как Откровение, ниспосланное ему от Бога, фиксируется письменно другими людьми, среди которых могут быть как его искренние сподвижники, так и затаившиеся противники нового вероучения. Он знал из ниспосылаемого ему, что прежние Откровения единобожия были изолганы людьми, как вследствие недопонимания их смысла, так и по злому умыслу (Коран многократно настаивает на том, что были изолганы вероучения, унаследованные и от Моисея, и от Христа). Он знал, что настанет день, когда он покинет этот мир, вследствие чего не сможет лично изъяснять людям по Правде-Истине смысл обретённого им Откровения.

Однако за 22 года проповеди Мухаммад сам не предпринял никаких действий к тому, чтобы создать хотя бы один эталонный экземпляр Корана, который бы он перед уходом в мир иной вручил бы людям, чтобы после него этот экземпляр послужил бы неоспоримо авторитетной основой для тиражирования «священного писания» мусульманской цивилизации.

Изначально, будучи не обученным письму и чтению, он не предпринял усилий к тому, чтобы лично записать ниспосланное ему Откровение, хотя срок в 22 года вполне позволял это сделать.

Мухаммад, как явствует из всего, что о нём известно, был добрым и умным человеком, что исключает мнение о том, что он сам не мог догадаться о якобы имеющейся необходимости создания эталонного экземпляра «священного писания». Но даже если и предположить, что Мухаммад всё же сам не догадался, то Ниспославший откровение Мухаммаду, лёгшее в основу Корана, также не посчитал необходимым надоумить «недогадливого» своего посланника к тому, чтобы тот озаботился созданием неоспоримо авторитетных эталонных экземпляров «священного писания».

Более того, слушавшие проповеди Мухаммада домогались, чтобы хартия, содержащая Откровение, была ниспослана с Небес в готовом виде. Удовлетворение их просьбы, казалось бы обеспечивало неоспоримую аутентичность эталонного экземпляра писания, но им в этом было отказано, с объяснением, что и в этом случае они всё равно не уверуют, но объявят «материализацию» книги колдовством.[193].

Всё это говорит о том, что не в «Священном Писании» суть религии как обоюдосторонне направленного осмысленного диалога живого человека и Бога живого.

Если же посмотреть, чем был озабочен Мухаммад при жизни, так это тем, чтобы все люди были в искреннем ладу с Богом по совести, что обеспечило бы и лад между всеми ними в обществе. Он был обеспокоен тем, чтобы каждый поддерживал в себе самом осознанную сокровенную обоюдосторонне направленную связь, диалог с Богом. Он учил своих современников этому так, как это имело место в его собственной жизни.

И поскольку все мы посланники Божии друг к другу, поэтому Вероучение из уст Мухаммада — действительно Откровение, о ниспослании которого он молил Бога прежде, чем начал свою проповедническую миссию. Но оно настолько свободно от наваждений и искажений — насколько свободна была от них нравственно обусловленная психическая деятельность самого Мухаммада, искренне стремившегося быть в ладу с Богом и привести в лад с Богом остальных людей, но остававшегося при этом сыном своей эпохи, и потому бывшего в чём-то ограниченным её спецификой.

И Бог отвечал Мухаммаду в соответствии со смыслом его молитв, как и всякому, кто обращается к Богу. И он был водительствуем Богом сообразно его реальной нравственности и подчинённости помыслов и поведения его совести. Но в свою эпоху, в своём народе Мухаммад оказался единственным, кто смог принять и осуществить миссию наместничества Божиего на Земле и посланничества Божиего ко всем другими людям, дав тем самым начало развитию одной из региональных цивилизаций Земли. И это — сокровенное между Богом и Мухаммадом точно так же, как оно сокровенно между Богом и каждым человеком.

Но эта же возможность к осмысленному диалогу по совести и жизни с Богом открыта перед всеми без исключения людьми: об этом сообщает Коран каждому, кто читает его как послание, обращённое лично к нему.

Однако не все мы готовимся к тому, чтобы быть способными сказать окружающим что-либо полезное для них самих и их потомков: большинству — вследствие того образа жизни, которому они подчинились — сказать нечего; то же, что изрёк Мухаммад, дало начало и определяет судьбу одной из региональных цивилизаций планеты уже более 1300 лет, и если в унаследованном через него есть ошибки, обусловленные тем, что Мухаммад был не свободен от духа его эпохи, то вина за тиражирование и воспроизведение этих ошибок во многих поколениях, лежит на тех, кто почитает себя мусульманами. Мухаммад сделал всё, что было в пределах его возможностей для того, чтоб люди стали человеками.

И если все мы по предопределению Свыше — посланники Божии одни к другими, то человечество не имеет необходимости в «Священных Писаниях», но имеет необходимость в безбоязненной жизни по совести с доверием и верой Богу.

Соответственно этому о «Священных Писаниях» религиозных культов в Коране сообщается: «Для всякого предела — своё Писание. Стирает Бог, что желает, и утверждает; у Него — мать книги»[194] (Коран, 13:38, 39). И сам Коран неоднократно характеризуется как напоминание (в частности, суры 15:9; 38:1; 43:4; 73:19; 74:34, 50, 54; 80:11).

Из чего можно понять, что «Священные Писания», на которых основаны исторически реальные религиозные культы, в истории человечества подобны записной книжке с адресами и телефонами в кармане человека, к которой человек обращается только тогда, когда ему следует вспомнить то, что он забыл. Если его память легкодоступна, то он вполне может обойтись без записной книжки, не превращая её в предмет своей особой заботы. Но для многих потерять записную книжку — значит потерять себя в этом мире, поскольку с её потерей оборвутся многие связи с другими людьми, и многие связи оборвутся необратимо.

Так же и в культуре всякого национального общества и многонационального человечества: живая религия — двустороннее осмысленное общение живых людей и Бога живого по совести. «Священное Писание» в этом общении людей и Бога — далеко не главное, ибо оно, прежде всего, — напоминание о необходимости пребывать в живой религии для тех, кто не вошёл в неё по каким-то их личностным причинам. Но если писания, возведённые в ранг священных, изолганы, как об этом предупреждает Коран многократно, то, приняв и придерживаясь их в качестве неусомнительной основы вероучения, заглушая голос совести в угоду записанному в них, невозможно обрести религию — общение с Богом живым в единстве эмоционального и смыслового строя души человека.

Возглавившие Халифат воспреемники наследия Мухаммада не поняли этого смысла веры и религии, вследствие чего и были обеспокоены созданием эталонного экземпляра «Священного Писания», на основе которого они сами, а потом и их преемники могли бы программировать психику подданных.[195] Им было чуждо и противно дело распространения живой веры людей Богу живому по совести, в которой все люди без исключения — посланники Божии один к другим, а слова каждого к другим должны быть сообразны миропониманию этих «других» и сообразны обстоятельствам.

К тому же создание «эталонного экземпляра» писания, возведённого в ранг священного, не разрешает проблемы единообразного понимания смысла жизни людьми и обществами в целом, поскольку одни и те же слова даже в одно и то же время разные люди понимают по-разному, что обусловлено их нравственностью, знаниями и навыками, личностной культурой психической деятельности (прежде всего, культурой чувств и культурой интеллектуально-рассудочной деятельности); и соответственно один и тот же человек, по мере своего развития (а также и деградации, если он идёт по этому пути) уходит от прежнего своего понимания одних и тех же слов. И об одном и том же один и тот же человек разным людям говорит несколько по-разному, соотносясь с их миропониманием и настроением, и свои мысли для себя самого в разные периоды своей жизни он выражает по-разному, исходя из своей реально меняющихся с течением жизни нравственности, освоенных им знаний и неформализованных навыков. Соответственно этим особенностям выражения смысла в членораздельной речи и извлечения смысла из неё, хадис, гласящий: «Для того, чтобы стать лжецом, человеку достаточно только передать дальше всё то, что он услышит», — обладает более широким и глубоким смыслом, нежели смысл того контекста, в котором он приведён в цитированном источнике.[196].

И если по существу, то создатели канонического текста Корана стали первыми извратителями той веры и религии, которым учил богослов-Мухаммад делами своей жизни искренне, возможно в чём-то и ошибаясь.[197] Это так, даже в том случае, если бы воспроизведённая ими редакция представляла бы собой исключительно полное собрание стенограмм всего того, что было произнесено Мухаммадом и охарактеризовано им как Откровение, без каких-либо изъятий и посторонних добавлений, обусловленных желанием удовлетворить политическим потребностям нарождающейся «элиты» мусульманской цивилизации.

Но в одном аспекте обвинения, выдвигаемые против создателей зайдовско-османовской редакции Корана неоспоримы: суры-главы Корана приведены ими не в той последовательности, в которой они открывались Мухаммаду. Возьмите любую книгу и переставьте местами её главы: вы получите повествование либо с совершенно иным смыслом, либо затрудните читателю, который не знает истинной последовательности глав, постижение её смысла.

Мы считаем необходимым сопроводить сказанное словами Имама Хомейни. Вот, что пишет Хомейни в предисловии к своему завещанию, подводя в истории человечества итог эпохе веры, обусловленной текстуально, а не совестью всех и каждого:

«Себялюбцы и деспотические правители использовали священную книгу (Коран) для антикоранических целей. Под разными предлогами и путём заранее спланированных заговоров они убрали истинных толкователей Корана, тех, кто познакомился с истиной, почерпнутой в Коране от Пророка… (…) Они заложили основы для искажения Книги, Божественной Сунны и религии.[198] И дело дошло до того, что становится стыдно от одного упоминания всего этого. И чем больше ширились эти основы, тем больше становилось всяких извращений и искажений, пока Священный Коран, который был ниспослан Господом Богом Мухаммеду в его полном прозрении для улучшения человечества и объединения не только мусульман, но и всей людской семьи, с тем, чтобы привести человечество в состояние, которое оно должно достичь, спасти этого носителя божественных качеств от сатаны и деспотичных правителей, установить справедливость в мире и передать власть в руки безгрешных духовных правителей, чтобы те передали её достойным людям; был вытеснен из жизни, как будто он и не имел предназначения Наставления.

Дело дошло до того, что в руках продажных властей и порочных ахундов, которые были хуже деспотичных правителей, Священный Коран использовался как инструмент для насаждения насилия, жестокости и коррупции и оправдания угнетателей и врагов Господа.

К сожалению, в руках врагов, готовящих заговоры, и в руках неискушенных друзей, Коран, книга, призванная определять судьбы, не использовалась и не используется нигде, кроме как на кладбищах и поминках. То, что призвано быть средством объединения мусульман и всего человечества и должно стать Книгой нашей жизни, превратилось в орудие раскола или вообще ушло из повседневной жизни».[199].

Это свидетельство одного из наиболее чистосердечных руководителей мусульман о том, что мусульманская цивилизации более чем за 1300 лет не осуществила и того минимума благодетельности, что зафиксирован в каноническом тексте Корана.

Но сверх того, это и признание факта, что под руководством Хомейни в течение срока отпущенной ему жизни мусульманская культура в Иране не смогла сойти с пути деградации и выйти из тупика на путь бескризисного развития в Богодержавии.

И как показало течение событий в жизни Ирана после смерти Хомейни, этот кризис не может быть преодолён на основе попытки утверждения какой-либо одной традиции толкования писания, признаваемого священным, и споров о том, какие его толкователи и толкования являются истинными, а какие ложными.

Дело в том, что в писании более или менее достоверно выражено богословие по совести давней эпохи, с её проблемами и задачами, разрешение которых было начато под руководством Мухаммада на основе беззаветной веры по совести его самого и его ближайших сподвижников. С уходом же Мухаммада в мир иной беззаветную веру Богу утратила сначала правящая верхушка, вследствие чего у неё возникла потребность в «священном тексте», и они породили зайдовско-османовскую редакцию Корана. Потом веру по совести Богу постепенно, по мере того как в ней возобладала вера в писание и ритуал, утратила и мусульманская цивилизация в целом, за исключением немногих личностей.

В завещании Хомейни есть обеспокоенность будущим и надежда на то, что потомки смогут последовать Правде-Истине и преодолеют кризис. И хотя в конце своего завещания Хомейни — один из наиболее достойных доброй памяти людей XX века — пишет: «Мой завет всем: помня о Боге, встаньте на путь самопознания, самообеспеченности и независимости во всём» — но нет у него понимания того, что:

· затяжной многовековой кризис мусульманской региональной цивилизации (частично взаимно вложенной в Русскую региональную цивилизацию) обусловлен принятием в 652 году канонического текста Корана, культ которого более 1300 лет подменяет собой живую веру Богу в осмысленном обоюдосторонне направленном диалоге верующего человека и Бога, которую Мухаммад нёс в себе и которой учил при жизни своих современников;

· что завет самого Хомейни: «помня о Боге, встать на путь самопознания» — означает предложение всем и каждому:

Ш во-первых, обратиться к Богу по совести;

Ш во-вторых, перестать отгораживаться от Бога 114-тью сурами суннитской (зейдовско-османовской) редакции Корана, а равно и 115-тью сурами шиитской редакции;

Ш в-третьих, не делать из Корана своего рода «танк», уединившись за бронёй которого с собственной трусостью, можно «смело» ехать по жизни, подавляя всё вокруг его действительно изумительной мощью, предназначение которой, однако, не подавлять и порабощать, а раскрепощать и преображать.

Последние три утверждения — не предложение вычеркнуть Коран из культуры, уничтожить или предать забвению все его экземпляры; и тем более не предложение отбросить всё то доброе, что призывает воплотить в повседневную жизнь Бог в Откровении Мухаммаду, лёгшем в основу Корана. Это предложение понять смысл сказанного в самом Коране и последовать этому смыслу без страхов по совести:

«Если бы море сделалось чернилами для написания слов Господа моего, то иссякло бы море раньше, чем иссякли бы слова Господа моего, даже если бы Мы добавили ещё одно подобное ему море» (Коран, 18:109, на основе переводов И.Ю.Крачковского и М.-Н.О. Османова).

Иными словами, никакое писание, никакой текст не может вместить в себя буквально всеобъемлюще Жизнь во всей её полноте, детальности и разнообразии. Но восприятие полноты, детальности и разнообразия Жизни доступно человеку непосредственно, если он по совести устремлён к тому, чтобы пребывать в ладу с Богом непрестанно. И в наши дни, как и всегда, преодоление всякого кризиса возможно только на основе обретения свободной от страхов беззаветной веры Богу по совести. Собственно об этом слова Христа, передаваемые новозаветными текстами: «Лицемеры! лице земли и неба распознавать умеете, как же времени сего не узнаете? Зачем же вы и по самим себе не судите, чему быть должно?» (Лука, 12:56, 57). И у него же даётся объяснение: «Ибо Царствие Божие внутрь вас есть» (Лука, 17:21).

Однако следует признать, что несмотря на все сложные перипетии при создании эталонной редакции Корана в период первого двадцатилетия после ухода Мухаммада в мир иной; несмотря на несогласие с канонической редакцией в том числе и сподвижников Мухаммада: в Коране в его исторически сложившемся виде в вопросах вероучения, на котором строится религия как сокровенная связь души человека с Богом, всё определённо и нет взаимно исключающих утверждений и взаимоисключающих двусмысленностей, как это имеет место в Библии.

О некоторых несообразностях, вошедших в Коран.

Несмотря на то, что Коран в вопросах вероучения, на котором строится религия как сокровенная связь души человека с Богом, может служить богословским пособием в помощь людям, старающимся постичь религию веры Богу — в нём есть несообразности, которые никак не могут быть от Бога.

Начнём с несообразности составления самого Корана — с хронологии (последовательности) сур-глав. Как мы уже говорили, суры Корана приведены цензорами не в той последовательности, в которой они открывались Мухаммаду. В самом Коране говорится, что Бог контролировал ниспослание пророку Корана (конечно имеются в виду пророчества Мухаммада, а не сводный и отцензурированный текст), чтобы читать людям «с выдержкой» — что подразумевает и определённую хронологию:

Коран 17.

106 И Коран Мы разделили, чтобы читал ты его людям с выдержкой, и ниспослали Мы его ниспосланием.

Для исправления этого людского порока составления богословского пособия рекомендуем переставить суры в хронологическом порядке и вникать в их смысл в той последовательности, в которой они давались Мухаммаду. Хронологический порядок сур следующий:

A. МЕККАНСКИЕ СУРЫ.

Суры 1 периода (поэтические).

96, 74, 111, 106, 108, 104, 107, 102, 105, 92, 90, 94,

93, 97, 86, 91, 80, 68, 87, 95, 103, 85, 73, 101, 99,

82, 81, 53, 84, 100, 79, 77, 78, 88, 89, 75, 83, 69,

51, 52, 56, 70, 55, 112, 109, 113, 114, 1.

Суры 2 периода (рахманские).

54, 37, 71, 76, 44, 50, 20, 26, 15, 19, 38, 36, 43,

72, 67, 23, 21, 25, 17, 27, 18.

Суры 3 периода (пророческие).

32, 41, 45, 16, 30, 11, 14, 12, 40, 28, 39, 29, 31,

42, 10, 34, 35, 7, 46, 6, 13.

Б. МЕДИНСКИЕ СУРЫ.

2, 98, 64, 62, 8, 47, 3, 61, 57, 4, 65, 59, 33, 63, 24,

58, 22, 48, 66, 60, 110, 49, 9, 5.

Если первая несообразность происходит от составителей Корана, то вторая — скорее всего от наваждений самого Мухаммада и от понимания тех, кто за ним записывал. Второй крупнейшей несообразностью Мирозданию (Божиему Промыслу) информации Корана является жёсткая нацеленность проповедей множества его аятов на подчинение людей Богу — в качестве «рабов Бога»:

Коран 2.

186 А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовет Меня. Пусть же они отвечают Мне и пусть уверуют в Меня, — может быть, они пойдут прямо!

Также Коран 15:38–42; Коран 21:105; Коран 25:63; и другие места Корана.

Конечно, возможно, что такое название людей, уверовавших Богу и предавшихся Ему по Жизни (слово " рабы») — особенности большинства переводов Корана на русский язык. В более художественном (по сравнению с буквальным переводом И.Ю.Крачковского) переводе Г.С.Саблукова часто употребляется понятие поклонники Мои — что не лучше рабов Моих. В саблуковском переводе выходит, что люди из идолопоклонников превратились в богопоклонников: разница небольшая.

Взаимоотношения человека с Богом даются в Коране по меньшей мере в двух основных контекстах.

Первый контекст: зомбирующий людей на подчинение и поклонение Богу в качестве рабов Бога:

Коран 29.

56 О рабы Мои, которые уверовали! Земля Моя обширна, и Мне вы поклоняетесь.

Второй контекст: целеустремлённый в человечность — предложение людям Свыше, напоминание о Божиим Промысле, о Боге и приглашение к добровольному сотрудничеству с Богом с целью построения земного благоденствия с постоянным напоминанием, что путь Бога — лучший. И этот контекст Корана никак нельзя не заметить (текст аятов, относящихся к нему мы выделили жирным):

Коран 6.

34 Лжецами считались посланцы до тебя и терпели то, что их считали лжецами и притесняли, пока не пришла к ним Наша помощь. И нет применяющего слова Бога! И доходили до тебя известия о посланцах.

35 А если тягостно для тебя их отвращение, то если бы ты мог отыскать расселину или лестницу на небо и пришел бы к ним со знамением![200] Если бы пожелал Бог, то Он собрал бы их на прямом пути; не будь же невеждой!

Не будь же невеждой! — Бог хочет, чтобы люди добровольно (по доброй воле, а не из других соображений), то есть — по благонравию осознали, что прямой путь единственно правильный, нашли бы его и встали на этот путь. Насиловать же людей знамениями Божией силы — значит подчинять их Себе: зачем это Всемогущему Богу? Последнее утверждение тоже подтверждается в Коране: Бог не нуждается в людских мирах, которые формально выполняют как бы все Его требования (тем более записанные в «Священных Писаниях»), будучи «зомби» Бога либо из соображений холопских отношений с Богом и боязни Его кары:

Коран 29.

1 [Сура 29. Паук] Во имя Бога милостивого, милосердного! Алиф лам мим.

2 Разве полагают люди, что их оставят, раз они скажут: «Мы уверовали», и они не будут испытаны?

3 Мы испытали тех, кто был до них; ведь знает Бог тех, которые правдивы, и знает лживых!

4 разве полагают те, которые творят злое, что они Нас опередят? Плохо они судят!

5 Кто надеется встретить Бога, — то ведь предел Бога приходит. Он — слышащий, ведающий!

6 А кто усердствует, тот усердствует для самого себя. Поистине, Бог не нуждается в ‹таких — наше уточнение › мирах ‹в которых люди «зомбируют» себя верой, думая что этим они имеют связь с Богом — наше уточнение ›!

Испытания людей на способность обоюдосторонней связи с Богом (веры) и следованию по Жизни того, что они получили от веры — Бог счёл необходимыми для естественного (а не «парникового») взращивания нравственно здорового общества в ходе глобального исторического процесса. Испытания, которые люди сами зачастую превращают в их же страдания и бедствия — то средство, благодаря которому проявляется истинная нравственность людей, идёт воспитание людей и постепенное религиозное взросление народов. Испытания на реальную, а не декларируемую нравственность проходят как пророки, отдельные люди, так и разные народы — и нет у этом у Бога каой-либо особой селекции:

Коран 6.

112 И так Мы всякому пророку устроили врагов — шайтанов из людей и джиннов; одни из них не внушают другим прелесть слов для обольщения. А если бы пожелал Господь твой, они бы этого не делали. Оставь же их и то, что они измышляют!

Коран 5.

48 И Мы низвели тебе писание с истиной для подтверждения истинности того, что ниспослано до него из писания, и для охранения его. Суди же среди них по тому, что низвел Бог, и не следуй за их страстями в сторону от истины, которая пришла к тебе. Всякому из вас Мы устроили дорогу и путь. А если бы пожелал Бог, то Он сделал бы вас единым народом, но… чтобы испытать вас в том, что Он даровал вам. Старайтесь же опередить друг друга в добрых делах! К Богу — возвращение вас всех, и Он сообщит вам то, в чем вы разногласили!

Лишь прошедшим испытание душам можно доверить Землю, поскольку они не будут творить в ней злонравные поступки и будут добровольными помощниками Бога (Бог не собирается быть пастухом безвольных Его же «зомби» — что от них толку?): помощь Богу должна идти от душ людей, освобождённых от всех пороков психики, как следствия многотысячелетнего становления человечной цивилизации:

Коран 19.

41 Поистине, Мы наследуем землю и тех, кто на ней, и к Нам они вернутся.

Коран 21.

16 Мы не создали небо и землю и то, что между ними, забавляясь.

Коран 38.

27 И не создали Мы небо и землю и то, что между ними, понапрасну. Так думают те, кто не верует.

Коран 21.

105 И написали Мы уже в Псалтыри после напоминания, что землю наследуют рабы ‹лучше сказать «добровольные помощники» — наше уточнение › Мои праведные.

К сожалению в религиозной системе исторически сложившегося ислама мусульмане выбрали из Корана первый «зомбирующий» контекст веры — на подчинение Богу и страх пред Ним. Естественно, что второй контекст веры целеустремлённый в человечность — предложение людям Свыше, напоминание о Божиим Промысле, о Боге и приглашение к добровольному сотрудничеству с Богом с целью построения земного благоденствия — большинством мусульман не понят и не учитывается в жизни. Они так и остались невеждами, от чего их предостерегает Коран 6:35 ( Не будь же невеждой!). Отсюда и благоденствия в странах исторически сложившегося ислама зачастую гораздо меньше, чем в странах, где ислам не является государственной религией: информация Корана обязывает избавляться от религиозного невежества и перестать «зомбироваться» разнообразными страхами. Бог Милостивый и Милосердный, а не пугало для верующих. Всё это можно понять из Корана, если вылезти из «зомбирующей» культуры исторически сложившегося ислама.

Богу не нужны Его «зомби»-рабы, которые подобны роботам-автоматам: что в них заложишь — то они и делают. Человеку дана свобода выбора и свобода воли, но при этом человеку показано Свыше лучшее (прямой путь), на который предложено Свыше встать. Скорее всего такая рабская покорность Богу (ислам — покорность Богу: что можно понимать двояко — и как добровольное осознанное сотворчество и как рабство перед Богом) — следствие психических стереотипов взаимоотношений с Богом, унаследованных из крупнейших религиозных систем, которые существовали до ислама. Это в первую очередь библейская система (иудаизм + «христианство), зороастризм и более древние системы политеизма. Во всех них Бог (либо боги) выступают в качестве тиранов, запугивающих людей своим всемогуществом.

В библейском христианстве принято называть верующих «раб Божий» — но то же самое принято и в исторически сложившемся исламе. Так очень распространённое арабское имя Абдаллах означает «раб Бога». Скорее всего первый контекст попал в Коран из проповедей Мухаммада как наваждение (посторонние шумы) от разнообразных эгрегоров «христианства», иудаизма, зороастризма и других (которые влияли на людей, живущих в Аравии) через психику пророка в попущении Божием.

Также нельзя исключать, что эгрегор «авраамическое наследие» под кораническим названием «Джибраил» — не свободен от такого рода наваждений, которые были допущены Богом в разные времена развития цивилизации и которые (наваждения) не смог преодолеть Мухаммад. Но исключать и злого умысла цензоров и неточности записывающих за Мухаммадом — тоже не следует. Однако уж больно много первого контекста попало в Коран, что тяжело выдумать и вставить умышленно.

Но второй контекст вопроса взаимоотношения людей с Богом — доминирует, яснопонимаем из Корана и он, в отличие от наваждений первого — верный:

Коран 10.

99 А если бы пожелал твой Господь, тогда уверовали бы все, кто на земле, целиком. Разве ж ты вынудишь людей к тому, что они станут верующими?

Коран 2.

256 Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения.

Коран 42.

24 Или они скажут: «Измыслил он на Бога ложь!» Поистине, если бы пожелал Бог, Он наложил бы печать на твое сердце, и стер бы Бог ложь и утвердил бы истину Своими словесами; ведь Он знает про то, что в груди!

Следующей крупной несообразностью Мирозданию, попавшей в Коран, видимо тоже по тем же причинам — от наваждений пророка Мухаммада, после которого записали тексты проповедей ещё с большими искажениями в сторону объективной несообразности — является кораническая доктрина рая и ада, которая по сути повторяет библейскую доктрину рая и ада. Конечно, нельзя исключать, что за 20 лет (период от смерти Мухаммада до распространения текста Корана) в Коран искусно вставили библейское и добиблейское пугало раем и адом, а также и многие сопряжённые с библейской историей места. Но всё же алгоритмика первого и второго контекстов Корана, о которых мы только что говорили — едина. А вот сами контексты — разные. Скорее всего, Бог попустил и этот первый контекст Корана (про рай и ад), видя нравственную и психологическую недоразвитость людей, пребывающих в основном в животном типе психики.

Как бы то ни было, но мусульмане исторически сложившегося ислама, приняв этот самый первый контекст про рай и ад, и не выделяя главный контекст Корана, из которого можно понять, что «следующая жизнь», про которую многократно говорится, может быть и на Земле (а не в раю) — «зазомбировались» коранической доктриной рая и ада ещё больше библейских «рабов Бога». И те и другие друг друга стоят. Только с одной лишь разницей: библейские «зомби» приучены кротости и послушанию (даже перед врагами), а «исламские» приучены воинственности «во имя Бога» — за что и тем и другим обещан рай.[201].

Вследствие того, что «исламские» толпы приучены к воинственности — цивилизация исторически сложившегося ислама завоевала огромные территории, большая часть из которых принадлежала библейской цивилизации (до 7 века). Но «исламские» толпы воевали за то, чтобы попасть в рай, руководимые как правило алчными и властолюбивыми «повелителями» (последним нужно было вполне земное «богатство»). А библейские толпы вели на «заклание» как «пушечное мясо»: они вообще не понимали за что воюют, разве что, отстаивая свои территории. Ведь «христианам» рай обещан и без сражений.

Коран действительно требует от верующих «бороться на пути Бога». И это правильно — но «сражаться» можно не только силой обычного оружия (смотри приоритеты обобщённого оружия), а для этого следует прежде всего разобраться во втором контексте вопроса взаимоотношений людей с Богом, который дан в Коране. Если в нём не разобраться и не видеть его, то таких «мусульман» будут употреблять «именем Аллаха» все, кто сможет захватить власть в мусульманских государствах. Большинство же мусульман второго контекста просто не видят, первый контекст (который должен был давно уйти в прошлое — как дань эпохе становления цивилизации ислама) «заслоняет им глаза и затыкает уши»:

Коран 7.

179 Мы сотворили для геенны много джиннов и людей: у них сердца, которыми они не понимают, глаза, которыми они не видят, уши, которыми не слышат. Они — как скоты, даже более заблудшие. Они — находящиеся в невнимательности.

Спрашивается: что делать Богу с такими людьми (Его творениями), которых много во все времена, а не только во времена Мухаммада? Если прочитать смысл этого аята не в обычном понимании: " те, которые находятся в невнимательности — попадут в геенну», а так, как в общем-то и написано: " геенна предназначена для многих невнимательных и невежественных», то последнюю фразу можно продолжить: " а для внимательных к Языку Жизни и Богу — геенны не существует». В общем каждый берёт из Корана то, что ему подходит: невнимательный и грешник старается избежать геенны и попасть в рай, а истинный мусульманин — должен просто не боится геенны, поскольку ему вполне достаточно его земных дел и Бога Милостивого, Милосердного, на Которого он всецело полагается, не боясь ада и не стремясь выслужиться перед Богом как Его холоп, за что попасть в мифический рай.

Есть в Коране первый контекст взаимоотношений людей якобы с Богом («зомбирующий») — но он примитивный и предназначен для невнимательных. Но есть в Коране много места второму контексту понимания взаимоотношений людей с Богом — нацеленному в человечность. Целые фрагменты Корана поясняют: почему невнимательные и недобрые люди выбирают первый контекст (выделенные нами места последующей цитаты об этом):

Коран 41.

49 Не устает человек призывать добро, а если его коснется зло, то он отчаивается, безнадежен.[202].

50 А если Мы дадим ему вкусить милость Нашу после нужды, он, конечно, говорит: «Это — мне, и я не думаю, что наступит час. А если я буду возвращен к своему Господу, то, конечно, для меня у него есть милость». Мы, конечно, сообщим тем, которые не веровали, что они совершили, и дадим им вкусить суровое наказание.

52 Скажи: «Видите ли, если он[203] от Бога, а вы затем не веровали в Него, кто более заблудшийся, чем тот, кто в далеком раздоре?».

53 Мы покажем им Наши знамения по странам и в них самих, пока не станет им ясно, что это — истина.[204] Разве не достаточно для твоего Господа, что Он о всякой вещи свидетель?

54 О! Они ведь в сомнении о встрече с Господом! О, ведь Он объемлет всякую вещь!

Люди, не верующие Богу, разговаривающему с человеком через Язык Жизни — соблазняются кораническими обещаниями рая и боятся ада (в этом слабость людей). Но, если их постигает зло — даже когда они соблюдают все требования исторически сложившегося ислама — они могут стать неверующими, предавшись вымыслу на Бога о том, что Он не помогает «мусульманину», и даже посчитав, что в Коране написана ложь. Но дело в самих людях: невозможно стать верующим Богу следуя первому контексту Корана: Бог не поддерживает соблазнившихся «зомби». Он сотворил человека, чтобы тот мог свободно судить по себе о своих поступках, а не жить под страхом рая и ада, соблюдая ограниченный спектр требований исторического ислама:

Коран 2.

104 О те, которые уверовали! Не говорите: «Упаси нас!»,[205] а говорите: «Посмотри на нас!» — и слушайте. А для неверных — наказание мучительное!

Несмотря на обилие коранических запугиваний адом (геенной) и обещаний рая, второй контекст Корана (про рай и ад) также существует. Начнём с того, что Бог — Милостивый и Милосердный (призыв, с которого начинается почти каждая сура Корана), Он, Который «сотворил много джиннов[206] и людей» (Коран 7:179) никак не может оставаться Милостивым и Милосердным в следующем качестве, которое Ему придано первым контекстом Корана, идущим от наваждений прошлых эпох:

Коран 22.

19 Вот — два врага, которые враждовали об их господе; тем, которые не веровали, выкроены одежды из огня, проливается на их головы кипяток.

20 Растапливается от этого то, что у них в утробах, и (их) кожи.

21 Для них есть железные крючья.

22 Всякий раз, как они захотят выйти оттуда из страданий, их вернут туда и… вкусите мучения огня!

Выделенный нами жирным фрагмент (подобных которому в Коране много) вполне подходит для описания древних восточных пыток, пыток средневековой католической инквизиции, либо в застенках «Гестапо». В Коране есть два контекста понимания Бога, которые можно свести в один правильный контекст (на базе второго контекста понимания — целеустремлённого в человечность) — лишь в том случае, если всё, отнесённое к Кораническим описаниям геенны и рая, перенести их «того мира» в «этот мир». Ведь мы только что убедились, что логика вышеприведённого отрывка — чисто земная, людская — но никак не Милостивого, Милосердного Бога, который якобы наслаждается пыткой сотворённых им же грешников в геенне. А для его поклонников «зомби» (по первому контексту) Милостивый якобы взял да устроил «халяву» — лишь за то, что они как автоматы соблюдали предписания исторически сложившегося ислама. Последнее — тоже чисто людская земная логика: «если покоряешься господину, то он может поощрить» — скорее всего наваждения, идущие от прошлых эпох (особенно на рабовладельческом Востоке), где тысячелетиями воспроизводились холопско-господские стереотипы взаимоотношений, что накрепко вошло в духовную культуру. И пытки для непослушных холопов и поощрения якобы Свыше для послушных бездумных рабов-бездельников — от «элитной» логики (в первую очередь от восточных «элит»), где и были приняты «райские сады», несметные «богатство» и гаремы — всё для индивидуального и корпоративного употребления. Такой корпорацией и стали верхушки первых халифатов (а о последующих халифатах и говорить нечего). Подобной корпорацией «праведников» выглядит и коранический рай: если сравнить стереотипы «жизни» верхушек «элит» и райские описания Корана — получится нечто подобное. Не случайно начиная с династии Аббасидов сами халифы стали себя обожествлять, устроив себе проживание в земном «раю».

С этого момента (династия Аббасидов: 762 г. — по середину X века) алгоритмика религиозного управления цивилизацией исторически сложившегося ислама мало отличается от алгоритмики управления библейской цивилизации: и там и там для верующей покорной толпы «ожидание рая в той жизни при материальной скромности и соблюдении ритуалов и правил веры под страхом ада и наказания уже в этой жизни при отступлении от веры», а для высших «элит» — «рай на земле и допустимость нарушения предписаний веры».

Как известно, и Мухаммад, несмотря на относительную праведность, участвовал в корпоративной делёжке добычи, большая доля которой полагалась родственникам и друзьям (но при этом сам вёл очень скромный образ жизни) — многие из которых просто соблазнились им и прислонились к нему (как показал опыт становления первых халифатов). Это — одно из подтверждений, почему в Кран попало наваждение, что Бог ко своей якобы жестокости ещё и якобы поддерживает бездельников в отдельно отведённом для них месте — после того, как они, не трудясь над собой, а лишь соблазняясь верой ,[207] попадают «в сады»:

Коран 9.

72 Обещал Бог верующим мужчинам и женщинам сады, где внизу текут реки, — для вечного пребывания там, — и благие жилища в садах вечности. А благоволение Бога — больше; это — великая удача!

73 О пророк! Борись с неверными и лицемерами и будь жесток к ним. Их убежище — геенна, и скверно это возвращение!

Выделенная нами фраза (содержащее призыв к жестокости), подобные которой встречаются часто в Коране и которая идёт в контексте обещания рая — никак не может быть от Бога Милостивого, Милосердного. Это наваждение-навет на Бога, попавшее в Коран и явно выделенное в первый контекст его понимания. Тем более, что по поводу обращения с неверными есть другое кораническое слово:

Коран 16.

125 Зови к пути Господа с мудростью и хорошим увещанием и препирайся с ним тем, что лучше! Поистине, Господь твой — Он лучше знает тех, кто сбился с Его дороги, и Он лучше знает идущих прямо!

Коран 23.

96 Отклоняй зло тем, что лучше; Мы вернее знаем, что они описывают.

Это кораническое напоминание лежит во втором контексте понимания Корана — целеустремлённости в человечность. Если сравнить хотя бы сообщения Корана 9: 73 и 23:96 — получится впечатление, что они из совершенно разных источников и этика этих рекомендаций-напоминаний друг другу противоречива. В общем существует некая кораническая закономерность: в тех местах, где присутствуют упоминания рая и ада, настрой-алгоритмика повествования жестокая и не может быть от Бога; а во многих других местах пророк учит людей милости Божией.

Но есть в Коране аяты, из которых можно сделать вывод о том, что будущая жизнь, воспринимаемая большинством верующих как рай или ад — это либо жизнь будущих земных поколений, либо следующие воплощения душ на Земле. А вот какой будет будущая земная жизнь — будет она похожа на геенну (как нынче) либо на рай (в котором царит справедливость Божия — но не для избранных, а для всех людей-праведников) — зависит от самих людей. В общем наше будущее в наших руках и у Бога.

Коран в переводе И.Ю.Крачковского наиболее точно передаёт порядок слов, не искажая перевод художественными добавками переводчика. В суре 2:92–94 аяты речь идёт о иудеях, которые не послушали Моисея и взяли себе золотого тельца кумиром. Им сказано Свыше:

Коран 2.

94 Скажи: «Если будущее жилище у Бога для вас исключительно, помимо людей, то пожелайте смерти, если вы правдивы!»

Но вышеприведённый аят 94 (Коран 94:2) вполне подходит не только к иудеям (тем более, что иудеи, взявшие себе золотого тельца вообще не слушали Моисея, а ударились в примитивное идолопоклонничество в тот исторический момент на который указывают аяты 92 и 93 2 суры Корана)[208] — он является общим призывом всем верующим, которые проводят свою земную жизнь в надежде заслужить лучшую «будущую жизнь». Коран 2:94 можно понимать как призыв Свыше не обольщаться исключительностью якобы праведности своей веры (будь то иудаизм, «христианство», либо «ислам»: все три веры обещают рай и пугают адом) — помимо людей других вер, которые тоже ждут будущего жилища у Бога. Это первый контекст Корана — «зомбирующий». Но может быть и иной смысл 94 аята, если его несколько удалить из контекста предыдущих аятов:

Коран указывает на приоритеты, которые должны быть расставлены верующими, получившими Коран: на первом месте второй контекст Корана (целеустремлённый в человечность) — люди; а будущее жилище у Бога, которого желают верующие помимо людей сравнено с пожеланием смерти. То есть, люди, думающие о своей будущей жизни, но не заботящиеся о человечности всех людей — подобны покойникам, топчущим и портящим землю. И это так по Правде-Истине: если вы правдивы! По большому счёту первый контекст Корана («зомбирующий») поставлен в сравнение со смертью людей: Богу не нужны «зомби» и он предупредил об этом в Коране.

Тем более, что прямые предупреждения Корана о пороках людской одержимости (или по-другому «зомбированию», не совместимому с человеческой освобождённостью от слияния «зомбирующия» программ) существует и мы уже на них указывали:

Коран 34.

7 И говорят те, которые уверовали: «Не указать ли вам на человека, который возвещает вам, что, когда вы разложитесь на куски, вы окажетесь в новом творении?

8 Измыслил он на Бога ложь, или в нем одержимость?» Да, те, которые не веруют в будущую, в муках и далеком заблуждении! [209].

Вера в будущую жизнь и вера в рай и ад — разные вещи. Коран в одних местах указывает лишь на будущую жизнь — вне контекста рая и ада ,[210] а в других — пугает адом и прельщает раем: и это как будто два Корана (пугало ада и прелесть рая могут быть от одержимости источника, который вещал про эти вещи). Но мы уже знаем, что в Коране два контекста понимания — «зомбирующий» с помощью доктрины рая и ада и жестокости Бога к верующим; и — «целеустремлённый в человечность» который предлагает людям вечность и возвещает о бессмертии душ. «Зомбирующие» культурно-эгрегориальные программы Коран приравнивает ко лжи: Измыслил он на Бога ложь, или в нем одержимость?

Про повторные (многократные) воплощения душ на Земле тоже есть намёки, и намёки на срок возвращения (по контексту можно понять, что — нового земного воплощения):

Коран 17.

49 И сказали они: «Разве, когда мы стали костями и обломками, разве же мы будем воскрешены как новое создание?»

5 °Скажи: " Будьте камнями, или железом,

51 или тварью, которая велика в ваших грудях!»[211] И скажут они: «Кто же вернет нас?» Скажи: «Тот, который создал вас в первый раз». И они качнут своими головами к тебе и скажут: «Когда это?» Скажи: «Может быть, будет это близко».

Коран о людях и душах.

Как уже говорилось, коранические аяты, содержащие в себе первый контекст понимания взаимоотношений людей с Богом, учат о том же, что и Библия — спасать свои души в земной жизни для жизни будущей, буквально покупая последнюю:

Коран 4.

74 Пусть же сражаются на пути Бога те, которые покупают за ближайшую жизнь будущую! И если кто сражается на пути Бога и будет убит или победит, Мы дадим ему великую награду.[212].

И, конечно же, этот первый контекст Корана обширный: на него и купились «мусульмане» в культуре исторически сложившегося ислама. Но второй контекст Корана — нацеленный в человечность — учит о Милости Божией, от том, что Бог управляет всем, что Он Сам и создал, что Бог знает, что в душе у каждого и Он же управляет рождением и смертью всех людей без исключения и учит души Своей истине:

Коран 13.

2 Бог — тот, кто воздвиг небеса без опор, которые бы видели, потом утвердился на троне и подчинил солнце и луну: все течет до определенного предела. Он управляет (Своим) делом, устанавливает ясно знамения, — может быть, вы уверитесь во встрече с вашим Господом!

4 На земле есть участки соседние, и сады из лоз, и посевы, и пальмы из одного корня и не из одного корня, которые поят одной водой. И одним из них Мы даем преимущества перед другими для еды. Поистине, в этом — знамения для людей умных!

5 Если ты и удивляешься, то удивительны слова их: «Неужели, когда мы будем прахом, мы окажемся в новом творении?» Это — те, которые не веровали в своего Господа, у них цепи на шеях: это — обитатели огня, в нем они пребудут вечно.

6 Они торопят тебя с дурным прежде хорошего, но до них уже проходили примерные наказания, и, поистине, Господь твой — обладатель прощения к людям даже при их нечестии! И, поистине, Господь твой силен в наказании!

7 И говорят те, которые не веровали: " Если бы ему ниспослано было знамение от его Господа!» Поистине, ты — только увещатель, и у всякого народа есть водитель!

8 Бог знает, что несет всякая самка; насколько сжимаются и насколько увеличиваются утробы. Ведь всякая вещь у Него по мере.

9 Знающий скрытое и явное, великий, превознесенный!

10 Одинаковый[213] среди вас и тот, кто скрывает речь, и тот, кто открывает ее, и тот, кто скрывается ночью и выступает днем.

11 У него есть следующие непосредственно и перед ним и позади, которые охраняют его по велению. Поистине, Бог не меняет того, что с людьми, пока они сами не переменят того, что с ними. А когда Бог пожелает людям зла, то нет возможности отвратить это, нет у них помимо Него заступника!

Бог сотворил людей разными: одинаковых людей нет (разные отпечатки пальцев, узоры радужной оболочки глаз и т. п.) — как по расовым признакам, так и по признакам индивидуальных отличий:

Коран 5.

48 И Мы низвели тебе писание с истиной для подтверждения истинности того, что ниспослано до него из писания,[214] и для охранения его. Суди же среди них по тому, что низвел Бог, и не следуй за их страстями в сторону от истины, которая пришла к тебе. Всякому из вас Мы устроили дорогу и путь. А если бы пожелал Бог, то Он сделал бы вас единым народом, но… чтобы испытать вас в том, что Он даровал вам. Старайтесь же опередить друг друга в добрых делах! К Богу — возвращение вас всех, и Он сообщит вам то, в чем вы разногласили! [215].

При этом Бог дал людям единую общую конечную цель — построение Царства Божиего на Земле. Каждая индивидуальная судьба, из множества которых складываются судьбы семей, родов, народов, рас, региональных цивилизаций, всего людского мира — с приходом души в этот мир изначально направлена Свыше на эту цель. В этом основная задача каждой души на Земле.

Кроме того, Коран многократно указывает на то, что каждой душе дана Свыше своя ноша (судьба):

Коран 6.

164 Скажи: «Разве другого, чем Бог, я буду искать Господом?» Он — Господь всего. Что каждая душа приобретает, то остается на ней, и не понесет носящая ношу другой. А потом к Господу вашему ваше возвращение, и Он сообщит вам про то, в чем вы разногласили.

Это противоречит утверждению, воспринимаемому невнимательными из первого контекста Корана, что все грешники попадут в ад. Как можно в принципе делить людей на грешников и праведников в обществе, не достигшем человечности, если каждой душе Свыше дана своя ноша? Никто кроме Бога, ни праведник, ни грешник не могут возлагать на чужую душу не её ношу. И если Бог даёт воплощённой личности индивидуальную ношу-судьбу — как Он может наказывать адом или поощрять раем за выполнение или невыполнение им же данной ноши-судьбы? Он что будет наказывать сам себя за ошибки?

— Нет: самое крупное наказание личности и души происходит в земной жизни это пресечение жизненного пути души (тот, кто упокоивается раньше названного ‹Богом› предела) — окончательно сбившейся со своей ноши-судьбы, но не более того:

Коран 40.

67 Он — тот, который сотворил вас из праха, потом из капли, потом из сгустка, потом вывел вас младенцем, потом — чтобы вы достигли крепости, потом — чтобы вы были стариками. Среди вас есть тот, кто упокоивается раньше, и чтобы вы достигли названного предела, — может быть, вы уразумеете!

Это так, поскольку сбившаяся со своей судьбы душа становится помехой-препятствием для осуществления людьми Божиего Промысла, в котором учтены все ноши-судьбы людей.

Коран 35.

18 Не понесет носящая ношу другой: если и позовет отягченная понести ее, не понесут у нее ничего, хотя бы и был это родственник. Ты увещаешь тех, которые боятся Господа своего втайне и простаивают молитву. А кто очищается, тот очищается для самого себя, и к Богу возвращение.

Бог распоряжается по Его усмотрению судьбой людей и душ до рождения людей, смертью и после их смерти:

Коран 22.

5 О люди! Если вы в сомнении о воскрешении, то ведь Мы создали вас из праха, потом из капли, потом из сгустка крови, потом из куска мяса, сформованного или бесформенного, чтобы разъяснить вам (это). И помещаем и в утробах, насколько захотим, до определенного срока. Потом выводим вас младенцем, потом — чтобы вы достигли вашей зрелости. Среди вас есть тот, кто упокояется, и среди вас есть тот, кто возвращается к жалчайшей жизни, чтобы не знать после знания ничего. И видишь ты землю бесплодной, а когда Мы низведим на нее воду, она приходит в движение и разбухает и выращивает всякие прекрасные пары.

6 Это потому, что Бог есть истина,[216] и что Он живит мертвых, и что Он над всякой вещью мощен,

7 и что час наступит, — нет сомнения в том! — и что Бог воздвигнет тех, кто в могилах.

Душа бессмертна, поэтому в земной жизни речь может идти не о спасении души (как может смертная личность спасать свою бессмертную душу?) а о предназначении души в этом мире. Постановка вопроса о спасении души — библейская и кораническая (в первом контексте) — имитация вопроса о предназначении души в этом мире. Разница в постановке вопроса огромная. И эта разница состоит в следующем:

· Если свою душу надо спасать, то мир — это «Божий» хаос, а «Священные Писания» — огромный «МЧС», где ищут спасения от очередных катастроф, не в силах их заблаговременно предотвратить и ищут себе и покорным гражданам средства индивидуальной и коллективной защиты; а граждане при этом, напуганные возможностью очередной катастрофы, жмутся к «МЧС» поближе, держа всегда наготове её «телефон» (обожествляя писание помимо Бога).

· Если забота о спасении души возложена на Бога в доверии Ему, и каждый СВОБОДНО трудится на общую цель, руководствуясь своей совестью (в соответствии с нашим определением этого слова), свободно пребывая в религии (связи с Богом) и потому чуя и частично осознавая свою судьбу в общем деле (в общей судьбе) — построения Царства Божиего на Земле — то в согласии со своей судьбой (а значит и с Богом) душа будет принята обратно к Богу после прохождения Земного пути с благодарностью. В чём выражается благодарность — что за блага получит прошедшая праведный земной путь душа — знает только Бог. Но вести речь о спасении отдельного количества душ — по меньшей мере некорректно по отношению к Богу. По крупному это — богохульство, граничащее с приписыванием Богу репрессивных приёмов в отношении слабых и уклонившихся душ.

В связи с последним приведём современный пример. Так, в постперестроечной России отменена смертная казнь. Есть сторонники этого, есть и противники. Среди «патриотов», в том числе и православных, больше противников отмены смертной казни, мол преступников надо уничтожать. Так-то оно так. Но если перейти от личностей к душам, то уничтожать заблудшие души в нашем понимании даже Бог не станет. Скорее всего вернувшаяся к Богу душа уведомляется о своих земных грехах, и не более. Довести до души её ошибки Бог может в любом случае: душа будет Ему внимать. Что с ней дальше делает Бог — мы не берёмся судить. Но, во всяком случае, Бог не уничтожает души и не посылает их в ад. Также и в земной жизни людей: может ли общество ради человеколюбия уничтожать заблудшие личности, даже не пытаясь понять и анализировать основу их поведения? Тем более, что современные российские тюрьмы похуже того, что в «христианстве» называют адом. Короче говоря, уничтожать людей как преступников и ссылать их в земной «ад», не обращая внимания на истоки роста преступности — земное отражение всё той же библейско-коранической темы спасения душ.

Вообще же человек — существо общественное. И поскольку одинаковых людей не имеется, то Бог не мог предложить персональную миссию спасения каждой личности и её душе отдельно. Поэтому либо спасутся все люди вместе с Землёй, либо — опять глобальная катастрофа, в результате которой практически все души будут отозваны с Земли для решения их дальнейшей судьбы.

Если ещё детальнее вникать в суть коранических предложений людям и душам во втором контексте понимания Корана, то нужно несколько вернуться к теме появления Корана. В условиях толпо-«элитарной» логики почти 1300-летней давности сам пророк, находясь в обществе с этой логикой, мог транслировать поступающую к нему Свыше информацию в первую очередь (то есть это было на первом приоритете) как целенаправленный призыв подчинения людей не друг другу, а всех — Богу, что людям было понятно на то время. Таким же образом — для того чтобы до людей дошло, чего от них хотят Бог и пророк — средства наилучшего доведения призыва Свыше людям покоряться Богу были адаптированы к толпо-«элитарной» логике социального поведения того времени двумя допустимыми вариантами:

· Кодирование информации Свыше, проходящей через психику пророка происходило так, чтобы эта информация могла пониматься разными людьми в разное время в определённой духовной динамике, а не однозначно: чем позитивнее динамика, тем более глубокие смыслы закодированного в стихах Корана становятся доступны людям. То есть, информация была закодирована в стихах таким образом, чтобы ещё много веков после оформления Корана можно было бы извлекать из стихов всё новые и новые смыслы. И в этом отношении мусульманская «духовная» храмовая иерархия, узурпировавшая издревле право на толкование смыслов стихов Корана — не многим лучше библейской церковной иерархии.

· Бог не препятствовал прохождению информации через психику пророка так, как это сказано в предыдущем пункте, поскольку психика пророка соответствовала методике подачи информации принятой в попущении Свыше в то время.

Этому есть подтверждение в самом Коране. Приведём его в двух переводах (И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова) для сравнения смыслов. Первый перевод И.Ю.Крачковского; второй — М.-Н.О.Османова (выделено жирным — нами):

Сура 73 Завернувшийся.

20(20). Читайте же, что легко вам из Корана. Знает Он, что будут из вас больные и другие, которые ударяют землю, выискивая милости Бога, и другие, которые сражаются на пути Бога. Читайте же, что легко вам из него, и простаивайте молитву, и приносите очистительную подать, и одолжайте Богу хороший заём. Что вы уготоваете вперёд из добра для самих себя, найдёте это у Бога лучшим и большим по награде, и просите прощения у Бога. Поистине, Бог — прощающ, милостив!

Сура 73 Закутавшийся.

20. Посему читайте из Корана столько, сколько вам доступно. Он ведает о том, что среди вас есть больные, что некоторые из вас странствуют по земле в поисках милостей Бога, а иные сражаются на пути Бога. Так читайте же то, что вам доступно из него (т. е. Корана), совершайте обрядовую молитву, раздавайте закат[217] и давайте в долг Богу добрую ссуду. Что бы вы не предварили для себя добрыми деяниями, вы найдёте его у Бога, вы получите от Бога лучшим и большим вознаграждением. Просите же у Бога прощения, ведь Бог — прощающий, милосердный.

Коран во многих местах указывает на предпочтение Свыше тем людям, которые сражаются на пути Бога[218] перед теми, кто странствуют по земле в поисках милостей Бога.[219] При этом в контексте всего Корана первые признаются здоровыми, а вторые — ближе к больным. Кроме того, особая доступность смыслов Корана признана для здоровых, для тех, кто занял активную жизненную позицию — " сражаются на пути Бога».[220] Таким образом, Коран в отличие от «христианской» доктрины призывает:

· Отдавать предпочтение здоровым, которым в первую очередь доступны смыслы текстов Корана. Занимать активную жизненную позицию на основе глубокого освоения целей развития цивилизации согласно Божиему Промыслу.

· Снисходительно относиться к немощным и больным, которые не в силах понять глубинных смыслов Корана (а значит и не могут постичь Божиего Промысла), бессмысленно странствуя по Земле и молясь о милости, не занимают активной осознаваемой позиции, которая необходима для сражения на пути Бога.

· Не идти на поводу у немощных и больных, соблюдающих лишь обрядовые молитвы, а познавать Бога через Коран и Жизнь, при этом обязательно осознанно сражаясь на пути Бога — на базе того, что люди поняли.

Как мы уже говорили, Коран в первом контексте понимания признаёт существование рая и ада, как неких «духовных» стимулов на Земле, уравновешивающих поведение людей в толпо-«элитаризме», которые веруют в первую очередь в букву писания, а затем уже, возможно и Богу. В то же время, вникая в глубины существа коранических высказываний о судьбах душ после смерти и в жизни земной, можно сделать и иные выводы о том, что издревле принято понимать как рай и ад. Начнём с того, что в Коране называется «Судный день» (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова; выделено жирным — нами):

Сура 82 Раскалывание.

10(10). А ведь над вами есть хранители —

11(11). благородные писцы.

17(17). Что же даст тебе знать, что такое день суда?

18(18). И затем, что же даст тебе знать, что такое день суда? —

19(19). в тот день, когда душа ничего не сможет для души, и вся власть в тот день — Богу.

Сура 82 Разверзнется.

10. Воистину, к вам приставлены наблюдатели -

11. достойные писцы.

17. Откуда тебе знать, что такое Судный день?

18. И ещё раз — откуда тебе знать, что такое Судный день?

19. Это день, когда ни один человек не властен ничем помочь другому, и повеление в тот день принадлежит [только Богу].

В цитатах мы опустили стихи из этой суры про рай и ад и оставили лишь существо Судного дня. Из этого существа можно однозначно понять, что за каждой душой есть наблюдатель, записывающий её деяния в земной жизни. Деяния каждой личностной души представляют собой не только поступки личности, но и мысли, высказывания. Мысли же всегда сопутствуют и предваряют все без исключения высказывания и поступки. Именно мысли, приобретённые душой, и представляют особую ценность для " писцов-наблюдателей». Короче говоря, все мысли всех людей от рождения и до смерти записываются в определённом месте и оказываются доступными Богу в любое время, в том числе и в тот день, который назван Судным. Таким образом перед Богом предстаёт вся земная жизнь души не по рассказам «очевидцев» и не со «слов» самой души — а в чистоте записи самых сокровенных мыслей этой души. Именно поэтому скрыть свои помыслы от Бога в земной жизни невозможно.

Также из Корана можно понять, что на стадии смерти запись всех пожизненных мыслей личностной души останавливается, после чего «душа ничего не сможет для души, и вся власть в тот день — Богу».

О качестве Судного дня можно узнать из другой суры Корана (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова; выделено жирным — нами):

Сура 75 Воскресение.

13(13). Возвещено будет человеку в тот день, что он уготовал вперёд и отложил.

14(14). Ведь человек тогда самого себя наблюдатель.

15(15). И хотя бы он изложил свои извинения…

Сура 75 Воскресение.

13. В тот день человеку возвестят о том, что он совершил и чего не совершал [из добра и зла].

14. Но человек свидетельствует против самого себя,

15. Даже если он пытается оправдаться.

Критерий абсолютной Истины — у Бога. После смерти с каждой души снимается «духовный» гнёт, обусловленный свойствами психики личности — те «духовные» изъяны, которые личностная душа приобрела в процессе жизненного пути. Мы приводили следующее главное различие между душой и психикой:

Что касается разницы между душой и психикой, то душа — от Бога — даётся вместе с судьбой (душа связана с судьбой) скорее всего с учётом особенностей психики новорождённого и известных Богу возможных тенденций изменения психики в жизни (то есть, через судьбу-миру психика-мира связана с душой-мирой). Желательно, чтобы эти три частных миры были близки, соотносясь друг с другом через «зеркало» судьбы. Психика изначально у новорождённого не так чиста, как душа, поскольку она замкнута на эгрегоры («духи») предков, рода, народа… А по жизни замыкается ещё на многие эгрегоры («духи»-«духовность») доминирующей культуры.

Утверждения, высказанные в этом абзаце подтверждаются и в Коране (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова; выделено жирным — нами):

Сура 53 Звезда.

32(31). Богу принадлежит то, что на небесах и что на земле, дабы Он воздал тем, которые сделали дурно, за их поступки и воздал тем, которые совершили добро, благом, —

33(32). тем, которые сторонятся великих прегрешений и мерзостей, кроме мелких проступков: ведь Господь твой объемлющ прощением! Он лучше знал вас, когда Он извел вас из земли и когда вы были зародышами в утробах ваших матерей. Не очищайте же самих себя: Он лучше знает тех, кто богобоязнен!

Сура 53 Звезда.

31. Богу принадлежит то, что на небесах и на земле, и Он может воздавать творившим зло за их деяния и вознаграждать наилучшим образом тех, кто вершил благие дела.

32. тех, которые сторонятся тяжких грехов и постыдных поступков, разве что незначительные поступки [допускают]. Воистину Господь твой велик прощением. Он лучше [, чем кто-либо] знал вас, когда сотворил вас из земли и когда вы были зародышами во чревах матерей ваших. Не выдавайте себя за чистых [помыслами],[221] ибо Он лучше знает, кто богобоязнен.

Последняя фраза лучше переведена у М.-Н.О.Османова: она однозначно понимаема в отличие от перевода И.Ю.Крачковского.

Попадая к Богу, душа избавляется от давления на неё не только личностных психических изъянов, но и от давления эгрегоров-«духов», свойственных лишь земной цивилизации. Поэтому такая душа может как бы посмотреть на себя со стороны не предвзято (предвзятость — от земных психических изъянов) — как бы глазами Бога — " человек тогда самого себя наблюдатель». Так истина о земной жизни предстаёт перед каждой душой по её воскресению. Сура 75 Корана названа одинаково у обоих авторов перевода — «Воскресение».

То есть, такое воскресение — удел не одного Иисуса (как принято считать), либо отдельных личностей, особо отличившихся в земной жизни, а всех душ. При этом души будут допущены ко всей полноте информации об их земных мыслях и поступках и им будет предоставлена возможность испытать стыд от того, как они судили (стыд от того, как они жили на Земле, в смысле отклонения от их судьбы). Как видите, посылать после этого заблудшие в земной жизни души в ад нет никакого смысла: они узнали истину о себе и устыдились содеянному на Земле.

Менее определённо в Коране указан срок Судного дня (перевод И.Ю.Крачковского; выделено жирным — нами):

Сура 80 Нахмурился.

16(17). Убит будь человек, как он неверен!

17(18). Из чего Он его создал?

18(19). — Из капли!

19. Создал его и соразмерил,

20(20). потом дорогу ему облегчил.

21(21). Потом его умертвил и похоронил.

22(22). Потом, когда пожелал, его воскресил.

Более того, в суре 79 говорится, что не следует человеку знать, когда Судный день, это — удел Бога (перевод И.Ю.Крачковского; выделено жирным — нами):

Сура 79 Вырывающие.

42(42). Спрашивают они тебя о часе: «Когда его прибытие?».

43(43). К чему тебе упоминать это?

44(44). К твоему Господу конечный предел его.

45(45). Ты ведь — только увещатель для тех, кто Его боится.

46(4б). Они в тот день, как увидят Его, как будто бы пробыли только один вечер или утро.

Из этого может вполне следовать, что Судный день — по отношению к личностной душе — не обязательно должен быть какой-то общей для всех душ датой. По отношению к личностной душе Судный день вполне может произойти сразу (либо через некоторое время: у Бога время другое, чем у людей — " в тот день, как увидят Его, как будто бы пробыли только один вечер или утро»): после того как душа попадёт к Богу после земной смерти личности.

Совсем другое дело — Судный день для земной цивилизации, которого ждут верующие многих земных конфессий. В нашем понимании эти две даты — Судного дня для личностной души и Судного дня для цивилизации — надо разделять. В традиционных религиях «христианства» и «ислама» эти даты смешаны в одну дату ожидания «Его прибытия».

Что касается пожеланий безопасности для личностной души в земной жизни, то в Коране об этом сказано многократно одно и то же, но в разных местах по-разному (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова):

Сура 74 Завернувшийся.

41(38). Всякая душа — заложница того, что она приобрела.

Сура 74 Завернувшийся.

38. Каждый человек — в ответе за свои деяния.

Это пожелания людям, чтобы они помнили об ответственности перед Богом за жизненные " приобретения», " заложником» которых становится их душа в первую очередь в земной жизни, которой распоряжается Бог. В отношении личностной земной безопасности и о дне возрождения (повторного, возможно, земного рождения-воплощения) для души сказано следующее (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова; выделено жирным — нами):

Сура 86 Идущий ночью.

4(4). Поистине, над всякой душой есть хранитель.

5(5). пусть же посмотрит человек, из чего он создан!

6(6). Создан из воды изливающейся.

7(7). Выходит она из хребта и грудных костей.

8(8). Поистине, Он в силах вернуть его снова,

9(9). в тот день, как будут испытуемы тайны.

10(10). И нет у него ни силы, ни помощника,

11(11). Клянусь небом, обладателем возврата.

12(12). И землёй, обладательницей раскалывания.

L3(l3). Это, поистине, слово решающее,

14(14). и это — не шутка!

Сура 86 Движущаяся ночью.

4. [Клянусь, что] нет человека, при котором не было бы ангела.

5. Пусть подумает человек о том, из чего он создан!

6. Он создан из излившейся влаги,

7. которая вытекает из чресел [мужчины] и тазовых костей [женщины].

8. Воистину, Он в состоянии возродить его (т. е. человека) [после смерти].

9. в тот день, когда будут подвергнуты испытанию сокровенные [мысли],

10. когда нет у него ни мощи ни помощника.

11. Клянусь небом, которое изливает дожди!

12. Клянусь землёй, которую пронизывают [растения]!

13. Что это — слово, различающее[истину от лжи],

14. что это — не суесловие.

Из этого можно понять, что Бог берёт на Себя охрану каждой души в её земном пути до тех пор, пока Он не примет решение об отзыве души из жизни земной. К тому же Бог " в состоянии возродить его (т. е. человека) [после смерти]». Однако, как можно понять из Корана, после смерти — качество возрождения (принятие решения о возрождении и месте пребывания) будет зависеть от итогов земного испытания (прохождения земного пути) персонально для каждой души. О результатах земного испытания для душ можно условно сказать следующее.

Каждой душе персонально (с учётом её психической подоплёки) делается предложение Свыше, которое вполне выполнимо для души, поскольку в Коране сказано: " Мы возлагаем на душу только то, что она может» (Сура 23 «Верующие», стих 64(62)); «Не возлагает Бог на душу ничего, кроме возможного для неё» (Сура 2 «Корова», стих 286). Это предложение можно понимать как многовариантную программу-судьбу, в которой:

· Есть «программа-максимум», в принципе не ограниченная ничем, кроме времени земной жизни личности, которой принадлежит душа.

· Есть «программа-минимум»: не выйти за предел персонального попущения для личностной души. Причём для каждой души попущение своё. При выходе души за предел попущения — происходит её отзыв из земной жизни.

· Есть невидимая граница между программами «максимум» и «минимум», по которой можно судить о качестве прохождения душой земного пути: всё, что выше этой границы может [222] обеспечить душе невозврат на Землю в будущем и персональный выход на следующий уровень развития; всё, что ниже — залог возврата в земной ад, если конечно таковой будет поддерживаться в будущем: ведь можно вернуться и в земной рай, но уже не в качестве повторного испытания. В случае преображения Земли в рай, душ, которые будут опускаться ниже границы между программами «максимум» и «минимум» — будет всё меньше и меньше вплоть до обнуления греховности.

И в этом отношении ад назван в Коране — " засадой» (переводы соответственно И.Ю.Крачковского и М.-Н.О.Османова; выделено жирным — нами):

Сура 78 Весть.

21(21). Поистине, геенна — есть засада,

22(22). для преступивших — место возврата,

23(23). в котором они пробудут века,

24(24). не вкушая там ни прохлады, ни питья,

25(25). кроме кипятку и гною,

2б(26). воздаяние соответственное.

Сура 78 Весть.

21. Воистину, ад — это ловушка [для неверных].

22. и место, куда возвращаются творящие беззаконие,

23. [где] пребудут вечно.

24. Там не вкушают они ни прохлады ни [утоляющего жажду] питья,

25. а только кипяток да гной.

26. [Это] — подобающее им возмездие.

В обоих переводах ад называется «местом возврата» или"местом, куда возвращаются творящие беззаконие». Но мы знаем, что душа посылается на Землю для того, чтобы быть помощницей Богу. На Земле проверяется: кто верен Богу, а кто не верен и творит беззаконие. Именно в результате многовекового беззакония Земля уже почти превратилась в ад. И эта ловушка для «неверных» может в ближайшее время захлопнуться навеки для людей, которые не смогли привести жизнь на Земле в соответствие с Божиим Промыслом.

То есть, для душ, творящих беззаконие в земной жизни, место возврата — всё та же Земля: куда ещё можно вернуть души для повторного испытания? А описание современной земной цивилизации как места где большинство людей современности «не вкушают они ни прохлады ни [утоляющего жажду] питья, а только кипяток да гной» [223] — вполне соответствует тому что мы имеем сейчас. Для немногих же праведных душ скорее всего — другое место — место невозврата, либо возврата в лучшем земном творении. Душа праведника продолжает свой естественный эволюционный путь.

Бог не станет выносить с порочной Земли никакие «духовные» пороки, поскольку Он следит за гармонией Вселенной (в ней самой и за её пределами) и никогда не допустит нарушения этой гармонии. Все пороки остаются в пределах земной Ноосферы, как «духовное» эгрегориальное обеспечение продолжения земного ада, созданное самими же людьми. Именно для преодоления земного ада (как «духовного», так и вещественного) и могут возвращаться на Землю те, кто уклонился от своей судьбы. И таких душ скорее всего — большинство в нашей библейской цивилизации. Немногие же праведные души могут отправляться [224] в иные цивилизации иных миров с более высокой организацией духовного обеспечения деятельности личностей, их заселяющих. Эти цивилизации по сравнению с современной Землёй могут выглядеть как рай по сравнению с адом. В этом может быть итог Судного дня персонально для каждой души. Но в иных цивилизациях душе может быть дана не беззаботная «райская» жизнь вечная, а тоже судьба, как многовариантная программа.

Что касается судьбы всей земной цивилизации, то здесь Судный день имеет иной смысл. Как мы уже знаем из Корана, Бог имеет доступ ко всей информации — мыслям людей — записанных «наблюдателями-писцами». Из теории эгрегоров мы знаем, что все мысли людей записываются в Ноосфере Земли на соответствующие эгрегориальные полевые структуры, которые сами организованы иерархически: самые порочные мысли попадают в нижние эгрегоры, самые праведные и прогрессивные — в вершину эгрегориальной иерархии, которая является совокупностью эгрегоров-соборностей людей настоящей цивилизации.

Эта совокупность эгрегоров-соборностей людей цивилизации и представляет особую ценность как для самих людей, так и для Бога. Остальное эгрегориальное сопровождение — в общем-то «белый шум» по отношению к «полезному сигналу» земной цивилизации, который может оказаться духовно прогрессивным даже по отношению к гармонии космоса. Именно его («полезный сигнал») Бог может допустить к выходу за пределы Земли — как общевселенский интеллектуально-нравственный прогресс. Всё остальное — «белый шум» — издержки «роста» современной цивилизации, которые необходимо изживать, преображая Землю согласно Божиему Промыслу.

Таким образом, согласно объективным законам некоторая совокупность эгрегоров-соборностей в современной цивилизации обязательно должна быть — даже если в этой цивилизации нет ни одного полного праведника, поддерживающего своей психикой одну или несколько соборностей. Это — так, поскольку разные люди в разные моменты времени могут мыслить как неправедно, так и праведно, а праведные мысли в определённом творческом порыве обязательно займут место в самой вершине эгрегориальной иерархии — даже если эти люди и не поймут свои мысли и не продолжат праведное дело, которое начали, «случайно» подумав о чём-то хорошем и духовно прогрессивном. Их дело продолжат другие люди — возможно тоже не осознавая, того, что они мыслят в настоящий момент времени. Но их мысли встанут за мыслями тех предыдущих в той высшей иерархии соборности, если в данный момент времени эти мысли будут результатом доброго настроения и будут представлять из себя нечто прогрессивное для развития не только Земли, но и Вселенной. Плохо, если такой духовный прогресс остановится.

В соответствии со сказанным могут быть несколько вариантов Судного дня цивилизации:

· Духовный прогресс цивилизации в смысле движения всего общества по пути Божиего Промысла остановился и тенденций того, что души, посланные на землю могут чего-то исправить к лучшему нет. В этом случае Богом предусмотрен механизм самоликвидации всей цивилизации в результате безнадёжного выхода всего её духовного продукта из заданной Им гармонии Вселенной. Всё эгрегориальное обеспечение стирается из Ноосферы — как опасная «духовная» основа для построения ада на планете и выхода ада за пределы. После чего Свыше принимается решение о запуске новой цивилизации с внесением корректировки в Промысел.

· Духовный прогресс цивилизации в смысле движения общества по пути Божиего Промысла под угрозой остановки в результате пагубной деятельности не всего общества, а лишь некоторых (особенно заблудших) его региональных цивилизаций. В этом случае Богом может быть предусмотрен механизм самоликвидации отдельных региональных цивилизаций (либо некоторых групп людей) с целью освобождения от их неправедного гнёта тех региональных цивилизаций, у которых есть реальный шанс выйти из «духовного» ада, если им не будут мешать. В результате частичной самоликвидации — ослабляется и часть пагубного «духовного» обеспечения деятельности вместе с психиками («духовным» миром) ликвидируемых. После чего оставшиеся региональные цивилизации будут стремиться к третьему варианту.

· Духовный прогресс цивилизации в целом обещает быть таким, что в предусмотренные Промыслом сроки вся цивилизация выйдет на устойчивую соборность, преодолев самостоятельно пагубную «духовность», и будет жить в соборности до коллективного выхода на следующий уровень (высший по отношению к настоящему) развития. В этом случае Судный день — это время, когда Свыше будет принято решение дать возможность всем землянам развиваться согласно этому следующему уровню, заданному Промыслом.

Современная духовная эгрегориальная земная иерархия — в части мощнейшей толпо-«элитарной» иерархии эгрегоров нечеловеческого типа — представляет собой многоуровневое информационное обеспечение настоящего ада. В этом информационном аду одни грешники (недолюдки-«демоны»-бесы) мысленно «зажаривают» других грешников-недолюдков из покорной толпы на «кострах» бессмысленного и пагубного с точки зрения Бога — подчинения одних недолюдков другим (а затем это мысленное «зажаривание» воплощается в материальную жизнь). Эта мощная эгрегориальная иерархия информационного обеспечения жизнедеятельности через психику подключенных к ней личностей воздействует на души входящих в жизнь людей. В результате чего эти души попадают в настоящий земной ад. И этот ад они должны преодолеть. Зачем ещё где-то искать ад, когда достаточно оглянуться и увидеть, что на сегодня ад — вокруг нас с вами; и его нужно изживать из жизни.

«Исламская» «теократия».

Как мы уже говорили, важнейшей отличительной особенностью исторически сложившегося ислама является неразрывная связь между религиозно-культовой и общественно-политической жизнью в государствах, в которых ислам является государственной или официальной религией. В таких государствах законы шариата обязательны для исполнения не только мусульманами, но и властями. Эти государства называются теократическими.[225]«Зомбирование» населения в таких государствах догматикой части изречений из Корана (коранический стих в его первом контексте действительно может «зомбировать» слабых волей людей), Сунн и ритуально-культовой стороной исторически сложившегося ислама достигает наивысшей формы в современной цивилизации. Именно поэтому после неудачной попытки масонско-марксистской «мировой революции» под вывеской «социализма» — с конца XX века красную вывеску «революционеров» сменили на зелёную: «мировой закулисе» нужны «зомби» в большом количестве как «пушечное мясо» для мировых революций и к этому времени «исламская» «теократия» начала обеспечивать таких «зомби» более, чем другие религиозные системы (после кризиса марксизма). Эту тему мы подробно продолжим в последней главе настоящей книги, когда речь пойдёт о марксизме и масонах.

Конечно, наиболее очевидно «зомбирующее» влияние религиозной системы исторического ислама выражено в арабских странах — что исторически традиционно. «Зомбированию» способствует единообразная одежда мужчин и женщин, строгие минареты мечетей (вообще восточная архитектура религиозной направленности), запрет на употребление спиртного[226] — даже для неверующих иностранцев. Последнее требует пояснения.

Нет сомнения в том, что Коран от Бога — в той части, которую мы назвали его контекстом " целеустремлённым в человечность». Но " зомбирование» догматикой Корана, Сунны и прочих обрядов — конечно же не от Бога, а от людей и джиннов (эгрегоров, руководимых демоническими личностями):

Коран 46.

18 Это — те, на которых оправдалось слово относительно народов, прошедших до них из джиннов и людей; поистине, они остались в убытке.

В Коран вошло предупреждение людей от Бога о вреде алкоголя и некоторых других занятий, что было свойственно западной цивилизации во времена прихода пророка. Это предупреждение (среди прочих многочисленных предупреждений Корана о том, что можно, а что нельзя делать в жизни) вошло в Коран несколько раз:

Коран 2.

219 Они спрашивают тебя о вине и майсире.[227] Скажи: «В них обоих — великий грех и некая польза для людей, но грех их — больше пользы». И спрашивают они тебя: что им расходовать? Скажи: «Остаток». Так разъясняет Бог вам знамения, — может быть, вы подумаете…

Коран 5.

90 О вы, которые уверовали! Вино, майсир, жертвенники, стрелы — мерзость из деяния сатаны. Сторонитесь же этого, — может быть, вы окажетесь счастливыми!

91 Сатана желает заронить среди вас вражду и ненависть вином и майсиром и отклонить вас от поминания Бога и молитвы. Удержитесь ли вы?

Высказывания одного и того же источника (Корана) о вине и жребии — противоречивы. Аят Корана 2:219 не так категоричен, как 5:90 в отношении вредности вина и жребия. Некоторые мусульмане даже ухватились за не вполне определённую фразу «В них обоих — великий грех и некая польза для людей, но грех их — больше пользы», чтобы «оправдать» умеренное употребление вина.[228] Но правильно по Истине высказывание Корана 5:90 для людей, желающих оставаться в здравом рассудке.

Однако, есть ещё одна мало кем замеченная сторона строгого запрета на употребление алкоголя, который в общем-то соблюдается до сих пор большинством мусульман в теократических государствах. Эта сторона касается вопроса, с которого мы начали разговор о «зомбировании» большинства мусульман. Дело в том, что употребление алкоголя и разносторонняя распущенность (всё, что связано с майсиром) в западном обществе, в определённом смысле — хоть и неправедная и неполная, но защита от крайнего «зомбирования» людей с безвольной психикой.

Грубо говоря, алкоголь и разнообразный западный «азарт» создаёт в психике людей калейдоскопичную — близкую к шизофренической — картину мира, вследствие чего эти люди менее предсказуемы, чем абсолютные «зомби». Кроме того алкоголь и азартные занятия не позволяют людям «подняться» по иерархии типов психики выше «животного» (а то и опуская ниже в «опущенный», который вообще не предсказуем) — давая при этом психике определённый «отдых» (иллюзию свободы — за которую люди расплачиваются теряя часть своих мозгов и здоровья), что в общем-то исключает её прочный и однозначный захват крупными религиозными эгрегорами: алкогольная и «азартная» (обе мало предсказуемые) психические шизофрении — полностью не укладываются ни в одну алгоритмику достаточно высоких и логически стройных эгрегоров религиозных систем.[229] В общем, выбравшие путь алкогольного и «азартного» самоубийства мало пригодны как дистанционно управляемый инструмент для «наёмного политического террора» в качестве «пушечного мяса» разнообразных манипуляций и революций.

В теократии исторического ислама с VII века можно сказать абсолютная трезвость — как ни в одной другой цивилизации религиозного монотеизма («христианство», иудаизм) — способствует наиболее «качественному» «зомбированию» по принципу:

Людям с нечеловечными типами психики «неуютно» наедине с самим собой, со своими мыслями, как только они остаются наедине с самими собой — с ними начинает общаться Бог через остатки совести. На Западе остатки совести вместе с обращениями через совесть Свыше, заливают алкоголем, забивают интеллект разнообразными азартными занятиями и технократией (коих к настоящему времени огромный спектр). А что делать восточному («исламскому») недолюдку, если всё запрещено? — Он всецело отдаёт свою психику не Богу (нечеловечная психика Бога как бы «не слышит»: тем более, что «услышать» эгрегор-имитатор Бога куда проще и приятнее — согласно давним культурным традициям, ломать которые очень болезненно), а эгрегору исторически сложившейся религиозной системы — на рабское служение ему.[230] Этим большинство мусульман частично избавлялось от навязчивого голоса совести, заняв свою психику и время религиозными ритуалами и выполняя эгрегориальные программы, в которых есть место имитации свободы — подобно тому как получает эту «свободу» психика выпивающего алкоголь с каждой новой выпивкой.

Что лучше: пить или быть «зомби»? — Лучше не выбирать из двух зол: оба плохо и то и другое — самоубийство (по принципу если не убьёшься сам — то пошлют в качестве «шахида»: последнее не обязательно должно происходить на шестом приоритете обобщённого оружия). Единственный выход — особенно после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени (когда Бог через Язык Жизни разговаривает гораздо «быстрее», чем раньше)[231] — овладевать человечным типом психики: людям для этого потенциально многое дано от рождения.

Но вот тогда, во времена пророка, возможно в попущении, через Мухаммада был дан намёк на то что мы только что описали. Этот намёк касается прогноза-предупреждения о возможности сильного «зомбирования» догматами веры при абсолютной трезвости: «В них обоих — великий грех и некая польза для людей, но грех их — больше пользы». Относительная «польза», о которой есть намёк в Коране (если это вообще не цензорская вставка «закулисы»: мол пейте и разлагайтесь, как все библейцы)[232] — некая неправедная защита от «зомбирования» недолюдков. Не предполагая того в VII веке, «мировая закулиса» получила от цивилизации исторического ислама к концу XX века огромное количество «сухих»[233] «зомби» — наилучший на сегодня[234] для неё «революционный» людской материал.

В настоящее время в 28 странах мира исторический ислам объявлен государственной или официальной религией. Соответствующие теократическому государству положения содержат конституции Иордании, Туниса, Катара, ОАЭ, Египта и других стран. Конечно, особенности такого теократического устройства частично объясняются тем, что первые халифаты, от которых и пошли законы шариата и теократия — образовались сразу после первобытностей раннеклассового общества, в котором не было единого центра и была пёстра смесь политеистических верований. То есть в Аравии не было предшествующей тысячелетней истории, в ходе которой государства создали уже основы политических и государственно-правовых институтов общего (а не теократического) плана. Исторический ислам, законы шариата, стали, можно сказать единственным объединительным началом мусульманских государственностей. А вследствие мощи всей коранической информации первый контекст Корана («зомбирующий») объединял и объединяет (высовываясь из всей коранической информации — как видимая для всех вершина айсберга) до сих пор мусульман многих государств исторического ислама на уровне религиозного законодательства.

В общем, как считают многие исследователи, не склонные к апологетике ислама — цивилизации исторического ислама удалось довести до абсурда принцип монотеизма, на котором основываются другие крупнейшие религиозные системы. И это в общем-то правильно, если добавить, что данную Свыше мусульманам свободу (как связь с Богом), которую можно понять и принять следуя второму контексту Корана, в культуре исторического ислама извратили в массовое «зомбирование» людей, сделав из них рабов повседневных ритуалов, законов шариата и эгрегора исторически сложившегося ислама — каких нету ни в одной другой крупной религиозной системе (разве что в иудаизме: но ведь иудей не пойдёт на самоуничтожение через пояс шахида…).

В то же время, исторический ислам — вторая по числу последователей мировая религиозная система. Сегодня его исповедуют около 1 млрд. 150 млн. в мире и более чем 120 странах. Наибольшее распространение ислам получил в Африке (50 % населения) и Азии (20 %). В географии исторического ислама чётко прослеживается компактность его размещения. Почти половина мусульман проживает в четырёх странах: Индонезии, Пакистане, Бангладеш, Индии. Приблизительно ѕ мусульман живут в 35 странах, где они составляют 95–99 % населения. В других государствах мусульмане живут национально-религиозными общинами.

За относительно короткое время исторический ислам превратился в мировую религию. Цивилизация исторического ислама охватила за крайне небольшое время своего расцвета огромную территорию от Испании до Филиппин. Именно как обозначение «мира ислама» часто употребляется слово «ислам» (дар-ал-ислам) — «территория, где распространилась мусульманская вера».

Мы не будем останавливаться в этой книге курса на описании истории цивилизации исторического ислама после четырёх «праведных» халифов. Эту историю можно найти в разнообразных источниках, она интересна и везде примерно одинаково описывает исторические события. Повторим лишь, что до XVIII века арабская цивилизация захватила половину мира и по общему уровню культуры (интеллектуального развития) превосходила цивилизацию средневекового Запада. Прошедший за этим спад был остановлен лишь в начале XX века, а в середине XX века пошёл очередной подъём. За XX век удельный вес мусульман по отношению к общему населению планеты увеличился с 13 до 19 % и прогнозируемое увеличение до 25–30 % к 2025 году. В сравнении — удельный вес «христиан» последние 100 лет колеблется в пределах 35 %.

Этот рост населения стран исторического ислама обычно объясняют двумя не религиозными факторами. Первый из которых — активное обращение в исторический ислам немусульман (кочевые племена Африки, чернокожее население США и Канады, до 1 млн. европейцев). Второй фактор, дающий подавляющую часть прироста — высокий уровень рождаемости у народов исторически сложившегося ислама, который при современном развитии медицины привёл к демографическому взрыву в этих странах.

Но главный фактор, как всегда, конечно — религиозный. Его не хочет замечать большинство современных исследователей.

Во-первых: цивилизация исторического ислама будет наступать до тех пор, пока людьми на Земле не будет переосмыслен Коран, который мусульмане поняли лишь в первом контексте («зомбирующем») а второй контекст («устремлённый в человечность») несут на себе «подобно ослу несущему книги».[235] То есть, цивилизация исторического ислама будет давить на весь мир как бы «своим телом» — до тех пор пока люди не разберутся в Коране — куда попало множество жизненно важных записей последнего откровения пророку.

Во-вторых: цивилизация исторического ислама будет безмерно (в режиме демографического взрыва) плодить «зомби» до тех пор, пока либо сама не начнёт выходить в человечность, показав тем самым пример другим цивилизациям, либо какая-нибудь другая цивилизация не начнёт выходить в человечность прежде «исламской»: тогда в цивилизации исторического ислама может начаться очередной кризис.[236] Но до этого (пока ни одна из цивилизаций не начнёт выходить в человечность) — современный исторический ислам будет являться тем средством, которое в фильмах ужасов показывают как «нашествие зомби, от которых никуда не спрятаться». Это и есть Язык Жизни для других неправедных цивилизаций — особенно для Запада: не хотите становиться человеками — территории вашего проживания[237] займут «зомби», возможно что и революционным путём под контролем «мировой закулисы».

Единственное средство избежать потери суверенитета от второй волны наступления[238] исторического ислама[239] (конец XX — начало XXI вв.) у множества западных европейских государств и России (в том числе) это — выход в религиозную систему Русского богословия, систему веры Богу о которой будет сказано в конце книги. Это же единственный путь избавления от опасности любых революций раз и навсегда.

Один из понятных некоторым мыслящим людям аспектов правильности вышеприведённых выводов в том, что современный революционный потенциал в не «исламских» странах создаётся путём миграции дешёвой рабочей силы (из стран с высокой рождаемостью) вследствие деградации и паразитизма людей, заражённых западным образом жизни. На первом этапе эта дешёвая рабсила закрепляется на месте, по сути являясь современным аналогом «революционного пролетариата», которому нечего терять кроме своих цепей» конца XIX — начала XX вв. По мере накопления некой «критической массы» (как показал опыт Франции это 20–25 % от общего населения) новый «пролетариат» с «зелёной» вывеской начинает бороться за права трудящихся, и особо угнетённых. «Особо угнетёнными» оказываются люди одной веры (потому что именно они задействованы на почти всех «непрестижных» профессиях) — подобно тому как марксисты (тоже люди одной веры) боролись с государственным режимом царя. Ну а дальше — управляемая извне революция и власть новых масонов: как они будут называться, халифами или эмирами, это уже не важно.

Поэтому единственный способ избавиться от подобного рода ситуаций в будущем это преодоление всех видов паразитизма у себя дома, что невозможно в культуре толпо-«элитаризма» особенно западного типа. Безудержный рост паразитарных потребностей и культура наслаждений (тот самый коранический майсир в самом широком его смысле), насаждаемая сегодня, ведут к лавинообразному росту дефицита дешёвой рабочей силы в сфере «непрестижных» профессий — которых становится всё больше и больше и скоро может оказаться что ими станут все профессии в сфере непосредственно материального производства. Страны исторического ислама готовы поставлять дешёвую рабсилу. Но «бесплатный сыр бывает только в мышеловке». Мышеловка захлопнется революцией: паразитов надо наказывать и Свыше не будет остановлен этот сценарий покуда Запад (и Россия) не встанут на путь преодоления паразитизма. Но это можно сделать только одним-единственным способом: нужно реально разделить спектры потребления. Деградационно-паразитический спектр должен подлежать обнулению.[240] Но это невозможно ни в одной из модификаций библейской культуры.

Так что исторический ислам ещё не исчерпал свой потенциал как минимум по двум направлениям: он несёт Коран и он противостоит библейскому паразитизму (правда будучи сам по себе особым видом паразитизма: исторический ислам не конструктивен и революционен[241] — на его основе не создать праведную культуру, но разрушить неправедную культуру он может). А поскольку в революционеры всегда привлекались разрушители старого порядка (а после них приходили к власти ставленники их хозяев) поэтому множество современных мусульман тоже останутся рабами у ставленников своих хозяев, после того, как выполнят грязную работу «дров для геенны». Есть о чём подумать всем людям обоих неправедных цивилизаций (исторического ислама и библейской). Не лучше ли объединиться мусульманам и западникам (к которым можно отнести и современных россиян) на базе второго контекста Корана.

О некоторых сторонах вероучения.

Коран кроме вероучительных установок регламентирует множество культовых распоряжений, достаточно интересных семейных, имущественных и многих других отношений. Каждый может, прочтя Коран, сам проанализировать эти интересные рекомендации Корана. Как утверждают специалисты, в результате толковательной практики в Коране было выявлено 225 противоречий в 40 сурах (примерно 1/3 объёма всего текста). Противоречия не удивительны: они вполне могли появиться по всем тем причинам, которые указаны нами выше как «нечистота» Корана. Но людям, верующим Богу и не считающим Коран «Священным Писанием» противоречия не помеха, а Коран они рассматривают как напоминание и подтверждение многих своих догадок о Жизни, о Боге, о глобальном историческом и эволюционном процессах, о полезном и вредном в жизни, о хорошем и плохом и прочем. Поэтому Коран представляет собой сборник напоминаний и утверждений правильности догадок для людей внимательных к Жизни. Такие люди, внимательные к Жизни — берут из Корана только то, что они считают уместным и правильным, одновременно избавляясь от наваждений, попавших в Коран.

Другой же подход к Корану — догматический — как к истине в последней инстанции и вдобавок, истине от начала и до конца (до каждой буквы) якобы от Бога. Для таких людей важно считать количество несоответствий в Коране, избавляться от несоответствий, после чего вновь и вновь обожествлять «Священное Писание». Так, некоторые толкователи Корана, пытаясь избавиться от «неудобных» несоответствий (на них же могут указать противники «ислама» и обвинить мусульман в том, что Бог не мог допустить шизофрении: когда в одном месте Корана и в другом про одно и то же говорится в противоположных смыслах) — приняли решение считать некоторые аяты «официально упразднёнными». А обоснование упразднения этих аятов они нашли опять-таки в Коране (это наглядный пример догматического подхода, несмотря на то, что Коран учит людей обретать Различение, а писание считать лишь напоминанием), ссылаясь на следующее его утверждение:

Коран 2.

99 Мы уже ниспослали тебе ясные знамения, и не веруют в них только распутные.

100 И ведь каждый раз, как они заключают договор, часть из них отбрасывает его. Да, большинство их не верует!

Коран, по его же утверждению, написан живым разговорным языком — «языком арабским ясным» (Коран 26:195). Понятный многим простым людям язык Корана обязывает мусульман получать образование, чтобы самим иметь возможность анализировать тексты Корана и становиться на путь Бога. Но исторические ритуалы и традиции довлеют над простыми мусульманами, а принятая схема толкования Корана пока незыблема в системе исторически сложившегося ислама.

Аналогом «христианского» «Священного Предания» в историческом исламе является Сунна (от арабского «обычай», «пример») — сборник преданий (хадисов) о жизни пророка Мухаммада. Сунна была составлена в IX веке мусульманскими богословами. Полный её перевод на русский язык отсутствует. Но отдельные фрагменты интересны и заслуживают внимания.

В исторически сложившемся исламе со времён пророка принято выделять из текстов Корана «пять столпов» культовых практик, на которых мы кратко остановимся ниже.

Но интересно здесь следующее: с точки зрения «исламских» богословов, мусульманином вполне может считаться тот, кто на деле доказывает свою «покорность Творцу» тем, что придерживается основных обрядово-культовых предписаний. Только тот, кто выполняет все «пять столпов» культовой практики исторического ислама из искренней веры в Бога и Его посланников считается верующим. В общем верующий мусульманин тот, кто искренне говорит о своей вере и соблюдает все основные ритуалы: это и есть основные признаки идеалистического атеизма. Есть культ, вера в Бога, но что такое вера Богу (как обоюдосторонняя связь с Ним) мусульмане так и не познают в жизни.

Подтверждение этому можно найти в самом Коране. Дело в том, что новообращённым мусульманам рекомендуется не уверять окружающих, что они уверовали, а говорить только «Мы покорились!»:

Коран 49.

14 Сказали бедуины: «Мы уверовали!» Скажи: «Вы уверовали, но говорите: «Мы покорились», ибо еще не вошла вера в ваши сердца. А если вы будете повиноваться Богу и Его посланнику,[242] Он ни в чем не умалит ваших дел». Поистине, Бог прощающ, милосерд!

Но дальше «покорности», к сожалению, дело не идёт. Всё-таки не случайно один из основных буквальных переводов слова «ислам» — «покорность (Богу)». А исторически сложилось так, что к этому добавилось «людей в качестве Его рабов». Но добровольная свободная помощь Богу правильнее, однако это уже не тот ислам. В общем приоритет религиозного культа покорности как был установлен в первых халифатах — так и продолжается по настоящее время.

Вероучение исторического ислама основывается на следующих основных положениях покоряемости:

· Вера в Бога, доведённая до завершённого монотеизма. Бог один и нет божества кроме Него. Помимо уже высказанных выше проблем преодоления идеалистического атеизма практически у всех мусульман — всё же образ Бога в исламе самый правильный. Бог не похож на человека, Он не материален, Бог это Тот, Кто создал мир, людей и всех тварей и предопределил их бытие:

Коран 2.

255 Бог — нет божества, кроме Него, живого, сущего; не овладевает Им ни дремота, ни сон; Ему принадлежит то, что в небесах и на земле. Кто заступится пред Ним, иначе как с Его позволения? Он знает то, что было до них, и то, что будет после них, а они не постигают ничего из Его знания, кроме того, что Он пожелает. Трон Его объемлет небеса и землю, и не тяготит Его охрана их; поистине, Он — высокий, великий!

Коран 112.

1 [Сура 112. Очищение (веры)] Во имя Бога милостивого, милосердного! Скажи: «Он — Бог — един,

2 Бог, вечный;

3 не родил и не был рожден,

4 и не был Ему равным ни один!».

· Вера в существование ангелов и джиннов. Мы уже разбирали этот вопрос. В нашем понимании это эгрегоры: ангелы — где больше праведности; джинны — где больше зла и сатанизма. Коран представляет некую классификацию ангелов и джиннов, на которой нет смысла подробно останавливаться. Некоторые джинны помогают людям, некоторые «добавляют людям безумия» (Коран 72:6). Джинн, который борется против Бога, мешая людям называется шайтаном (эгрегор сатанинского типа). Глава всех шайтанов — Иблис. По коранической легенде Иблис отказался поклониться человеку, как лучшему созданию Бога, мотивируя свой отказ тем, что он (Иблис) был создан раньше человека и не из глины,[243] а из огня (Коран 7:11–12). Но Бог создал человека лучшим сложением (Коран 95:4) после того, как Иблис уже существовал. Из чего можно предположить, что от предыдущих цивилизаций был каким-то образом (от уцелевших представителей этих цивилизаций) воспроизведён сатанинский эгрегор, в алгоритмике которого Божия всечеловечность не была признана верной. После чего Бог попустил существование Иблиса и даже разрешил ему оказывать влияние на людей, создавая им испытания для людей (эгрегориальное сатанинское давление на психику), которые Бог счёл допустимыми или даже необходимыми (Коран 7:11–18). В общем, с начала нашей цивилизации (самое позднее) сатанинский эгрегор под кораническим названием Иблис был воспроизведён, видимо, группой людей-переселенцев (скорее всего Атлантов), вошедших с самого начала в конфликт с Богом,[244] который был перенесён ими из предыдущих цивилизаций.

· Вера в предвечность Корана, списки которого якобы существовали испокон века на небесах, пока не были перенесены Джибраилом на Землю. Этот вопрос мы подробно разобрали, в частности в главе про «чистоту» Корана. Действительно Божие Слово людям не менялось, как и Его Промысел. Но соответствие Корана Божиему Слову под большим сомнением, которое мы высказали. К тому же ограниченность информации Корана никак не соответствует неограниченности (бесконечности) Божиего Слова (Коран 18:109).

· Вера в пророка Мухаммада, донёсшего правоверным слово и волю Бога. Мухаммад признан праведником, выбранным Богом достойным поручения пророчества. С этим можно только согласиться. Но что касается «чистоты» пророчества — то мы этому вопросу уже посвятили много места в нашем учебном пособии.

· Вера в загробное воздаяние. Человек, проводящий в этом мире только небольшую часть времени, не должен выпадать из общего плана творения, гармонии. Душа бессмертна и возвращается к Богу.

Кроме веры в бессмертие души, которую мы принимаем, Существует догмат о рае и аде, про который мы уже вели речь. В совокупности с догматом Судного дня догмат о рае и аде в контексте обильного повествования Корана про эти дела (рай, ад и Судный день) — уж очень напоминает библейские истории про то же самое, но рассказанные в несколько другом алгоритме. Очень похоже, что коранические догматы о рае, аде и Ссудном дне — наваждения от библейского эгрегора — поскольку круче ничего про эти вопросы в духовной иерархии Мироздания, видимо, не было: а вопрос стоял. Ответ мог быть лишь по Истине: рая и ада не существует. Но психика пророка и остальных людей пропустила библейские наваждения.

· Вера в божественное предопределение. Это одно из самых главных и правильных утверждений Корана (стоящее наравне с единством Бога). Это утверждение вытекает из веры в исключительность и всемогущество Бога, Который предопределил всё сущее на Земле. Коран предлагает людям поверить, что Бог все судьбы людей тоже предопределил:

Коран 36.

12 Ведь Мы оживляем мертвых и записываем, что они уготовали раньше, и их следы, и всякую вещь Мы сочли в ясном оригинале.

Однако, в традиционном исламе божественное предопределение (в том числе и судеб человеческих) сумели довести до абсурда, который в некотором понимании дошёл до фатализма (веру в судьбу, которую нельзя изменить). В действительности же Божие предопределение судьбы каждого предоставляет настолько много свободы выбора согласно всей судьбе (многовариантного плана жизни) индивидуально для каждого человека — что личностная душа никак не может быть скована в земной жизни Божией судьбой как чем-то плохим, что предлагается Свыше.

В контексте же фатализма всё — и плохое и хорошее — воспринимается как «судьба»[245] (и то, что предлагает Бог как лучшее и что неминуемо нужно пройти). Но Бог не предлагает плохого: Он лишь предопределяет плохое (в судьбе) на тот случай, если человек отказывается от хорошего в той же судьбе. Как ещё показать невнимательному к Языку Жизни человеку, что он уклонился: в этом случае начинаются в жизни неприятности.

Но в культуре исторического ислама принято списывать жизненные неприятности на «божественное предопределение» судьбы. Это неверно. Неприятности в судьбе — следствие уклонения от наилучшего («прямого») пути в личностной судьбе. Это напоминание, что надо пересмотреть свои прошлые деяния и намерения на будущее, а не мириться с якобы «божественной судьбой», что делают большинство мусульман. Если эту ошибку повторяет целая мусульманская цивилизация — а из множества личностных судеб складывается совокупная судьба цивилизации — вся цивилизация уклоняется от своей наилучшей судьбы («прямого пути», к которому пытается её вернуть Бог — через неприятности, происходящими с множеством людей в их судьбах).

Коран указывает на то, что Бог очень аккуратно относится к личностной судьбе, не возлагая на душу того, что ей бы повредило (Коран 6:164; Коран 17:15; Коран 35:18; Коран 39:7; Коран 53:38) — никакой фатализм и карма (в восточном понимании) от Бога исходить не могут: от Бога только лучшее в судьбе. Всё худшее — от уклонения самих людей от лучшего, что предлагается Свыше. То же самое и в отношении цивилизации людей, из судеб которых складывается судьба цивилизации.

О главных «столпах» исторического ислама.

Общепринято выделять пять главных «столпов» культовой практики исторического ислама. Лишь один из них касается догматики веры, а четыре других связаны с ритуальной стороной.

Первый «столп» исторического ислама — важнейшее положение символа веры — аш-шахады, которое гласит: «Нет никакого божества кроме Бога, а Мухаммад посланник Бога». Шахада была воинствующим кличем первых мусульман и является неотъемлемой частью большинства молитв.

Вторым «столпом» является ритуальная молитва (арабское ас-салят; персидское намаз) — обязательная пятикратная молитва: на заре, в полдень, днём, на закате, перед сном — совершаемая в индивидуальном порядке, реже коллективно. Она была принята с начала основания ислама, чтобы на уровне новых стереотипов поведения приучить «правоверных» мусульман не забывать о вере, вспоминать о которой рекомендовалось пять раз на дню. Эта мера, естественно, касалась лишь периода становления элементарного исламского порядка на первое время становления ислама. Поэтому целью намаза до сих пор считается «не дать мусульманину забыть, что он принадлежит не себе[246] и даже не своим близким, а Богу, что он — Его раб, покорный Его приказу; поминание и прославление Его в течение короткого промежутка времени в разгар ежедневной деятельности мусульманина сохраняет это осознание ясным и не искажённым».[247].

Сохранение обязательной ритуальной пятикратной молитвы до наших дней свидетельствует только об одном: уровень религиозного сознание мусульман недалеко продвинулся от уровня религиозности времён первых халифатов — поскольку им требуется всё те же принудительные методы «общения с Богом» и напоминания о Нём, что и в древности. Кроме того, «о Боге» вспоминают лишь пять раз на дню, бросая все свои дела и вставая на молитву. В то время как религия это — постоянная обоюдосторонняя связь с Богом, которая должна особо активизироваться по жизненной необходимости как раз-то в процессе повседневной деятельности людей, той деятельности, которую бросают «правоверные» мусульмане, когда приходит время очередной ритуальной молитвы. Тем самым ежедневный пятикратный намаз (рекомендации которого действительно есть в Коране) действительно лишь «напоминает о Боге» — одновременно грубейшим образом разрывая естественно предопределённую Свыше постоянную религиозность человека по Жизни (связь с Богом через Язык Жизни) пятикратным напоминанием о Боге с одновременным чтением одних и тех же молитв и перебором чёток с 99-ю бусинами (по числу «имён Бога»). Поэтому обязательный пятикратный намаз — одно из главных препятствий к переходу от идеалистического атеизма под вывеской ислама к неразрывной связи с Богом по жизни.

Ритуал намаза не помогает мусульманину обрести связь с Богом — а мешает этому, создавая у «правоверных» (тех, кто соблюдает намаз) примитивную иллюзию общения с Богом. В действительности же мусульмане в культуре исторически сложившегося ислама своим пятикратным практически одновременным молитвенным действом подкачивают эгрегор исторически сложившегося ислама — главное содержание которого не меняется из века в век, оставаясь основой для водительства мусульманской толпы ритуально-культового характера. Именно этому «Богу» мусульмане присягают как «его рабы», принадлежа не себе и даже не своим близким, а «Богу»-эгрегору (у которого есть «менеджеры» и хозяева). В результате чего «правоверный» мусульманин становится - «Его» рабом, покорным «Его»(эгрегора) приказу. Это так, поскольку Бог не поддерживает религиозную связь с людьми в качестве Своих рабов, о чём мы говорили выше. А посему мусульмане «общаются» не с Богом, а с Его имитатором — эгрегором исторически сложившегося ислама, который образовался ещё во времена пророка, но не волей пророка.

Безусловная замкнутость множества мусульман на эгрегор-«Бог» исторически сложившегося ислама, которая поддерживается всей системой мусульманских ритуалов — одна из трудно разрешимых проблем перехода мусульман от ритуально-культовой веры (веры идеалистического атеизма) к вере Богу. Следуя в основном рекомендациям первого контекста Корана (который наиболее прост и лежит на поверхности — его легко можно осознать, не трудясь над собой), который был необходим на начальных этапах становления ислама (но который надо было давно преодолеть), мусульмане из века в век продолжают традиции идолопоклонничества (бывшего основой религии до Мухаммада в Аравии) — молитву следует совершать по определённым правилам:

· Прежде чем приступать к молитве, необходимо предварительно сделать омовение (лица, рук, ног) в чистом месте водой или песком (при отсутствии воды); совершать молитву в пристойной одежде, на коврике, сняв обувь с покрытой головой.

Вообще же человек достоин быть всегда чистым и пристойно (то есть не шикарно, но аккуратно) одетым, а не только в моменты, когда он «предстаёт пред «Богом»» во время молитвы. А то можно подумать, что в остальное время мусульманам разрешено ходить в непристойной одежде и неумытыми. Все эти проблемы — проблемы прошлого, когда ислам только становился а уровень сознания населения Аравии соответствовал уровню раннеклассового общества.

Кроме того, сам Мухаммад своей жизнью показывал пример служения Богу (связи с Богом), а ритуальщина для него была лишь необходимым связующим звеном основ элементарной религиозности для первых мусульманских общин. Сам Мухаммад старался быть во всех отношениях чистым всегда и в повседневной жизни и при совершении ритуалов:

«Рассказывают, что речь Святого Пророка всегда была чиста и что он (в отличие от многих своих современников) не имел привычки сквернословить (Тирмиди). Для араба это было что-то исключительное. Мы не хотим сказать, что арабы во времена Святого Пророка имели обыкновение сквернословить, но, без сомнения, за ними водилась привычка щедро сдабривать свою речь ругательствами и привычка божиться сохранилась среди них и по сей день. Однако Святой Пророк настолько почтительно относился к имени Бога, что никогда не произносил его без полного на то оправдания.[248].

Он следил за чистотой тела, был даже педантом в этом отношении. Он чистил зубы несколько раз в день и так любил этим заниматься, что, бывало, говаривал, что, если бы он не боялся, что это окажется обременительным, он сделал бы обязательным для каждого мусульманина чистить зубы перед каждой из пяти ежедневных молитв. Он всегда мыл руки перед едой и после, а также после употребления в пищу чего-нибудь он всегда полоскал рот и считал желательным, чтобы, съев что-нибудь из приготовленного, каждый человек полоскал бы рот перед любой из молитв[249] (Бухари).

Он тщательно следил, чтобы все запасы воды, предназначенные для потребления человеком, содержались в чистоте.

Что касается правил, которых он придерживался в еде, то он ел любую пищу, которая была чиста и допустима, но не как гурман или обжора, и всегда заботился, чтобы у других людей было достаточно пищи. Обычно его еда была очень простой.

Святой Пророк предпочитал в одежде простоту. Его одежда обычно состояла из рубашки и изара (куска ткани, обёрнутого вокруг талии и ниспадающего до лодыжек — прим. автора) или из рубашки и шаровар (Бухари и Муслим).

Таким же простым было и его жилище. В доме его обычно была одна комната и маленький двор (Бухари)».[250].

· Молиться надо, повернувшись лицом в сторону Мекки, так и оставшейся главным мусульманским идолом. Молитва представляет собой несколько повторяемых циклов — ракатов (арабское — становиться на колени) определённой последовательности поз и движений с одновременным произнесением соответствующих «священных» формул. В зависимости от времени молитва включает 2–4 раката. Мусульманин сначала стоит, обратив ладони вперёд на уровень лица. Потом говорит «Аллах акбар!» («Велик Бог»). Прижимая руки к груди, читает первую сура Корана и ещё одну суру на выбор. Кланяется, положив руки на колени, поднимается, простирается ниц, выпрямляется, повторяет земной поклон, касаясь лбом земли, встаёт. Каждое движение сопровождается провозглашением ритуальных фраз.

Выделенное нами курсивом описание мусульманской молитвы — разновидность идолопоклонничества и заклинания стихии бессмысленным чтением сур Корана. Также как и религиозный смысл молитвенного омовения (символизирующий, что с водой сходит всё греховное, что приобрёл мусульманин между молитвами) — поклонение ритуальному коврику, повернувшись в сторону главного «фетиша» тоже не приближает мусульманина к изменению его нравственности. Мало того, иллюзия освобождения от грехов после омовения и молитвы — чем-то сходна с иллюзией отпущения грехов в библейском христианстве. Поскольку омовение и молитва символизируют очищение от грехов, то создаётся впечатление, что между молитвами мусульмане успевают опять стать греховно отягощёнными — и так всю жизнь. Налицо ритуальный разрыв между повседневной жизнью (которая должна становиться всё более праведной) и якобы духовной чистотой во время ритуала.

В то же время Коран, который бессмысленно цитируют мусульмане во время молитв, заблаговременно указывает на возможность серьёзной ошибки веры — если продолжать путать ритуалы и веру Богу:

Коран 73.

20 Поистине, Господь твой знает, что ты простаиваешь меньше, чем две трети ночи, и половину ее и треть; и люди из тех, что с тобою. И Бог размеряет ночь и день. Знает Он, что вы не учтете этого, и обратился Он к вам. Читайте же, что легко вам из Корана. Знает Он, что будут из вас больные и другие, которые ударяют землю, выискивая милости Бога, и другие, которые сражаются на пути Бога. Читайте же, что легко вам из него, и простаивайте молитву, и приносите очистительную подать, и одолжайте Богу хороший заем. Что вы уготоваете вперед из добра для самих себя, найдете это у Бога лучшим и большим по награде, и просите прощения у Бога. Поистине, Бог — прощающ, милостив!

Мы уже разбирали этот аят выше. Повторим, что для Бога есть большая разница в мировоззрении людей, которые " сражаются на пути Бога» — стараясь приблизить свои нравственность и мировоззрение к тому, что ждёт Бог от людей своими мыслями, делами, (а не военной силой, как многие понимают это место аята; военные действия — крайняя мера), преобразить Землю и помочь людям преобразиться. И тех людей, которые " ударяют землю,[251] выискивая милости Бога» — эти приравнены Кораном к " больным» (как правило «зомби» — слабые и безвольные люди, одержимые эгергором исторически сложившегося ислама). Этой болезнью изначально и по сей день страдает цивилизация исторически сложившегося ислама.

Третьим «столпом» исторического ислама является пост (арабское ас-саум; персидское ураза). В отличие от буддизма, где постовой является вся монашеская жизнь, а для мирян нет универсальных требований относительно этого культа, а также и «христианства», в котором посты сведены к системе и с небольшими перерывами охватывают весь год, у мусульман пост один. Длится мусульманский пост целый месяц — девятый по лунному календарю — рамадан. Пост стал обязательным в первые десятилетия становления ислама. Правила и продолжительность поста определены в Коране:

Коран 2.

183 О те, которые уверовали! Предписан вам пост, так же как он предписан тем, кто был до вас, — может быть, вы будете богобоязненны! —

184 на отсчитанные дни; а кто из вас болен или в пути, то — число других дней. А на тех, которые могут это, — выкуп накормлением бедняка. Кто же добровольно возмется за благо, это — лучше для него. А чтобы вы постились, это — лучше для вас, если вы знаете.

185 Месяц рамадан, в который ниспослан был Коран в руководство для людей и как разъяснение прямого пути и различения, — и вот, кто из вас застает этот месяц, пусть проводит его в посту, а кто болен или в пути, то — число других дней. Бог хочет для вас облегчения, а не хочет затруднения для вас, и чтобы вы завершили и возвеличили Бога за то, что Он вывел вас, — может быть, вы будите благодарны!

186 А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовет Меня. Пусть же они отвечают Мне и пусть уверуют в Меня, — может быть, они пойдут прямо!

187 Разрешается вам в ночь поста приближение к вашим женам: они — одеяние для вас, а вы — одеяние для них. Узнал Бог, что вы обманываете самих себя, и обратился к вам и простил вас. А теперь прикасайтесь к ним и ищите того, что предписал Бог. Ешьте и пейте, пока не станет различаться перед вами белая нитка и черная нитка на заре, потом выполняйте пост до ночи. И не прикасайтель к ним, знамения людям, — может быть, они будут богобоязненны!

В течение всего поста от восхода до захода солнца мусульмане не пьют и не едят, не курят и не развлекаются. После захода солнца можно есть и пить, но соблюдать умеренность в еде.[252] Также в дни поста рекомендуется моральное воздержание: не ведутся боевые действия, не следует ссориться, лгать, оговаривать других людей.

Но ведь если пост полезен для людей как средство физиологического (в первую очередь) и духовного очищения, то всё написанное и выделенное жирным в предыдущем абзаце полезно в течении всего года, а не только месяца в году. А в совокупности с пониманием второго контекста Корана и следованию живой религии веры Богу такого рода постоянное очищение вполне может привести к человечной совершенности. В этом отношении буддийские монахи, постящиеся всю жизнь, правы.

Только мусульманам был через Мухаммада дан важнейший «ключ» к жизненному физиологическому очищению[253] — к нормально-очищающему режиму питания распределённого по времени суток. Мало того, со времён первых халифатов до нашего времени всем людям, кому доступен Коран, возможно на себе попробовать такой режим хотя бы в течении месяца. А мусульмане это проделывают регулярно. Однако мусульмане пост воспринимают не как намёк на наилучшую модель режима питания для наилучшего физиологического очищения — обязательной подготовки организма для правильного восприятия религии — а как необходимый ритуал или даже религиозную «повинность», «дань покорности Богу». Раз прописано в Коране — значит надо выполнять. Если бы эта «повинность» не воспринималась бы как необходимый не совсем приятный ритуал — мусульмане, почувствовав себя очищенными за время рамадана, захотели бы такой же очищенности всегда и добровольно приняли бы указанный режим питания (возможно более «щадящий») в течении всего года.

Но есть, видимо, один естественный механизм как бы саморегуляции таких решений. Он касается безопасности, обеспеченной под контролем Свыше — предохранения от полного «зомбирования» людей той или иной верой идеалистического атеизма. Так, в буддизме (тоже разновидность атеизма) постятся лишь монахи. В библейском «христианстве» пост не приводит ко всеобщему физиологическому очищению, поскольку он не постоянный. А у мусульман пост самый правильный, в нашем понимании, но он — тоже не постоянный. Перейти на постоянный круглогодичный пост по правильному мусульманскому распорядку дня не позволяет и не позволит одно обстоятельство, которое Бог не может допустить: если современные мусульмане в своей массе полностью очистятся физиологически — они среднестатистически станут ещё большими «зомби» эгрегора исторически сложившегося ислама (и его модификаций: от полной покорности и безволия до религиозного экстремизма и фанатизма), попав к этому «ангелу» в ещё больший духовный плен. Поэтому существует двоякая прямая и обратная связь: не преодолев стереотипы культов и ритуалов (для чего нужно пересмотреть своё отношение к первому контексту Корана в пользу второго), мусульмане не смогут отказаться от сложившейся системы «столпов» исторического ислама, в которых пост длится лишь один месяц, а значит и не смогут полностью физиологически очиститься, поскольку для полного очищения надо не менее одного календарного года (минимальный годичный цикл). Одновременно с этим доминирование в обыденной жизни (которая гораздо продолжительнее пятикратных намазов и религиозных праздников, во время которых мусульмане максимально объединяются под эгрегором исторического ислама) «животных» стереотипов (хорошо покушать, курить, и прочее) не позволяет мусульманам принять решение о нарушении традиций поститься лишь месяц в году. Поэтому единственным средством чтобы нравственно и мировоззренчески «перешагнуть» через традиции и «животные» потребности (что может снять ограничения для очищения) — может служить переход в тип психики выше «зомби» — а значит и преодоление культуры исторически сложившегося ислама. Это может быть выход в «демонизм»,[254] либо в человечность, последнего и ждёт Бог. Лишь такая возможность динамики задана Свыше, что мы смогли проследить на примере мусульманского поста.

Что касается режима поста, то днём действительно лучше либо не есть, либо есть очень мало. Рано утром желательно больше пить жидкости, а вечером, когда стемнеет можно принимать пищу, как и рекомендует Коран. О качестве пищи в Коране сказано много — но в основном применительно к культуре древней Аравии. К рекомендациям мусульманского поста следует добавить что примерно в таком режиме следует питаться (чтобы быть физиологически здоровым) всегда, а также и рекомендации о полезной пищи, которые мы взяли из «Евангелия мира Иисуса Христа от ученика Иоанна», которое считается в «христианстве» апокрифом (выделено жирным нами):

«… Они спросили Его: Куда идти нам, Учитель, ведь в Тебе Слово Жизни Вечной. Скажи нам, коих грехов мы должны избегать, чтобы больше никогда не видеть болезней?

Он сказал: Питайтесь всем тем, что находится на Божьем столе: плодами деревьев, зерном и полезными травами, молоком животных и пчелиным медом. Вся остальная пища — дело рук Сатаны, ведет к греху, болезни и смерти.[255] Тогда как богатая пища, которую вы находите на столе у Бога, даст вашему телу силу и молодость, и болезнь не коснется вас».

Поедание чьих-либо трупов, что позволительно в исламе (кроме мяса свиньи), приводит к тому, что животная информация вместе с плотью попадает в организм людей, добавляя им «животных» проблем психики. Но покуда мусульмане едят мясо, они не избавятся полностью от «животных» проблем, а посему, не преодолев стереотипы культуры (в том числе и наваждения попущений, вошедших в Коран) — они не станут абсолютными «зомби». Преодолев же наваждения исторического ислама, они тем самым избавятся от «зомбирующих» программ — но только после этого они смогут понять, что поедание трупов мешает дальнейшему психологическому совершенствованию. Получается «замкнутый круг»: либо подняться над историческим исламом, либо остаться между «животными» и «зомби». Пример мусульманского поста очень показателен: на нём видна модель механизма обратных связей на людей, упёртых в религиозную систему идеалистического атеизма.

Четвёртый «столп» исторического ислама — милостыня (арабское закят, очищение) — обязательный ежегодный налог (в среднем от 2,5 % от прибыли или имущесвта). Каждый мусульманин платит определённый доход в пользу малоимущих или неимущих собратьев по вере (Коран 58:13; 22:78; 24:56). Коран указывает не назначение милостыни:

Коран 9.

60 Милостыни — только для бедных, нищих, работающих над этим, — тем, у кого сердца привлечены, на выкуп рабов, должникам, на пути Бога, путникам, — по становлению Бога. Бог — знающий, мудрый!

Но милостыня — всегда признак нездорового общества, где существует сильное социальное расслоение. Если общество порождает из поколения в поколение определённый слой людей, которые имеют избыток для милостыни и тех, которые считаются нищими, бедными и даже рабами — такое общество не здорово само по себе и не может быть образцом для людей.

Обычай милостыни возник из кровно-родственных отношений, которые доминировали у арабов Аравии и требовали постоянной материальной поддержки своих соплеменников (кланов) и родственников. Когда же возникли религиозные отношения исторического ислама, то мусульмане первых общин стали считаться как бы «родственными душами» по вере, и традиции взаимопомощи от внутриродовых родов перешли на уровень поддержки единоверцев на пути становления исторического ислама. Естественно, что пророк одобрил братскую религиозную взаимопомощь, что многократно вошло в Коран. Такая кораническая сторона милостыни была вполне оправдана на этапе становления ещё неокрепших общин и халифатов. Но потом, когда халифаты стали обладать огромными материальными богатствами, а халифы стали концентрировать их у себя — нужно было менять своё отношение к милостыни (и не только к милостыни, а ко многим устаревшим рекомендациям) — согласно коранической морали второго контекста, в которой мусульманам предписывается общинный образ жизни (Коран 3:104; 3:113; 6:38; 7:159). В здоровом обществе, которое действительно поддерживает Бог, не может быть бедных и нищих с одной стороны и накопивших огромные материальные «богатства» — с другой. «Очистительная» милостыня — признак больного общества ( Знает Он, что будут из вас больные и другие, которые ударяют землю, выискивая милости Бога, и другие, которые сражаются на пути Бога - Коран 73:20), в котором сохраняется клановая система управления.

Конечно можно спорить, обращаясь к разнообразным аятам Корана, о том, как должно быть устроено общество по-Божески, поскольку в этом отношении Коран, являясь сборником высказываний Мухаммада, которые были безусловно справедливы в то время и по тому поводу, о котором велась речь — не даёт понятной картины устройства общества справедливости (справедливость всегда от Бога). То есть, в Коране нет ясной социологической доктрины, которая была бы пригодна и во времена пророка и сейчас. А та социология, которая вошла в Коран — не универсальна, вполне понятна, но заметно устарела. В то же время целеустремлённый в человечность контекст Корана позволяет людям достроить в своей психике модель справедливого будущего: будущее и Землю Бог отдаст праведникам, управляя взаимоотношениями людей через Различении, которое даётся по нравственности. Но Различение нельзя выкупить у Бога ни за «богатства», ни за милостыню ни за «подвиги» джихада. В многочисленных умолчаниях и намёках Корана остался вопрос о нравственности: какой её идеал с позиции Бога и это правильно. Невозможно научить нравственности с помощью книги: всё равно, как ни говори пророк, каждый под словами о нравственности понимает своё — после чего, чтобы прийти к единству понимания требуются какие-нибудь общие законы (например, шариата), чтобы можно было управлять государством. При жизни пророка, он мог научить своё окружение нравственным основам, что он и делал — по конкретным поводам в конкретной исторической обстановке. Но в психике у каждого, кто слушал проповедь, всё равно остались свои соответствия (что хорошо, а что плохо),[256] кроме того, что они восприняли от пророка. Поэтому Коран в социально-нравственном плане, обладая высоким потенциалом второго контекста (целеустремлённого в человечность), не даёт прямых рекомендаций — целеустремлённых в будущее по принципу «делай так и будешь всегда прав». И это совершенно справедливо по отношению к людям: ведь Милость Божия в том и состоит, чтобы люди сами определили своё будущее наилучшим образом, поддерживая связь с Богом, а не упираясь в книгу — эти счастливы:

Коран 30.

50 Посмотри же на следы милости Бога: как Он оживляет землю после ее смерти! Поистине, это — оживитель мертвых, и Он над всякой вещью мощен!

51 И если Мы пошлем ветер, и они увидят это пожелтевшим, они и после этого останутся неверующими.

52 Ведь ты не заставишь слышать мертвых и не заставишь глухих слышать зов, когда они обратятся вспять.

53 Ты не можешь направить на прямой путь от заблуждения слепых. Ты заставишь слышать только тех, кто верует в Наши знамения,[257] и они предались.

54 Бог — тот, который создал вас из слабости, потом после слабости дал вам силу, потом после силы даст вам слабость и седину. Он творит, что пожелает. Он — знающий, мощный!

Если же люди между себя допускают нищету и бедность, терпя и поддерживая власть «богатых» халифов и эмиров помимо власти Господа — они не соответствуют нравственности, по которой Милостивый даёт Различение. Коран даёт общие рекомендации, целеустремлённые в человечность, которые каждый понимает по своей нравственности:

Коран 3.

104 и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.

Но одновременно с этим Коран предупреждает от ошибок, однозначно намекая не второй контекст понимания Корана:

Коран 45.

27 Богу принадлежит власть над небесами и землей; и в тот день, когда наступит час, — тогда в убытке покажутся считающие ложью!

28 И ты увидишь всякую общину коленопреклоненной. Всякая община будет призвана к своей книге; в тот день будет воздано вам тем же, что вы творили.

29 Эта Наша книга говорит против вас в истине; Мы записывали то, что вы совершали.

30 А что касается тех, которые уверовали и творили благое, Господь их введет их в Свое милосердие. Это и есть прибыль явная!

Существует в историческом исламе особый вид милостыни — садака — которая подаётся в виде единичного акта благотворительности, либо в виде искупительного действия. Это несколько похоже на библейскую милостыню, которая не регулируется законом, а сами «христиане» призваны «собирать сокровища в своей душе», а не в материальных «богатствах».[258] В то же время, в противовес библейской милостыне, Коран не поощряет раздачу всего бедным, напротив, расточительство осуждается Кораном как дьявольское обольщение, даже если оно и сделано из благих побуждений:

Коран 17.

26 И давай родственнику должное ему, и бедняку, и путнику и не расточай безрассудно, —

27 ведь расточители — братья сатан, а сатана своему Господу неблагодарен.

И это правильно: ведь только Бог знает, почему бедняк или нищий обрели такую судьбу в жизни. А если они просто тунеядцы и не желают трудиться? Зачем же их поощрять милостыней. «Уравниловки» тоже не должно быть, иначе лентяи и тунеядцы сразу купятся на «халяву» и будут разлагать других. Поэтому общество прежде всего должно воспитывать психически и нравственно здоровых людей, лишь при заданности этой целью все умолчания и намёки второго контекста Корана будут поняты правильно, а проблем, связанных с милостыней — не будет вообще. В настоящее же время общество исторически сложившегося ислама так и осталось на уровне понимания вопроса о милостыне во времена пророка.

В общем втором контексте Корана — целеустремлённом в человечность — настоящую милость оказывает лишь Бог, Милостивый, Милосердный, а среди людей общины, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого может быть добровольная взаимопомощь (как материальная, так и духовная), которая ни в коем случае не должна стимулироваться боязнью наказания Свыше, либо жаждой поощрения от Бога (а тем более и корпоративными связями). Всякая другая милостыня, существующая в среде людей — от неправедности «общины», которую они создали и поддерживают своей деятельностью, сделав одних «господами» над другими — поскольку лишь один Господь может правильно разобраться кто достоин милости, а кто живёт так, как он заслужил. От людей же требуется не возводить одних «господами» над другими[259] — в том числе и с помощью поддержки имущественного расслоения и накопления материальных «богатств».

Следующий пятый «столп» исторического ислама, когда мусульманская община объединяется в ходе хаджа — показывает, что религиозная жизнь мусульманской общины и обыденная жизнь мусульман существуют отдельно друг от друга и это следствие культуры исторически сложившегося ислама, несмотря на то, что множество исламских государств считаются теократическими.

Пятый «столп» исторического ислама — паломничество (арабское ал-хадж). Мы уже уделили много внимания теме паломничества в Мекку, поэтому остановимся лишь на одном его контексте, связанном с пониманием, что же такое современная мусульманская община. В ходи паломничества мусульмане проходят последовательно ряд религиозных обрядов, попадая в людскую круговерть во дворе огромного комплекса, названного «Священной Мечетью», вокруг которого люди совершают семикратный обход. Вот как описывает свои впечатления один российский журналист, попавший в круговерть хаджа:

«Человек, который вошёл в неё, становится другим, это ощутил каждый, побывавший в ней. Здесь утверждение, что «все люди — братья», мгновенно теряет свою банальность и пронизывает тебя своей глубокой истинностью. Мусульмане всего мира сливаются здесь в очистительную спираль, которая поднимает их к райской благодати…»[260].

В процессе ритуала хаджа, как ни в каком другом религиозном ритуале исторического ислама, мусульманам дано прочувствовать в эгрегориальной модели, что такое община, в которой «все люди братья». Они впадают в коллективный транс, находясь на кругах обхода Каабы. Но это — лишь примитивная эгрегориальная модель мирового общинного братства, которая действительна замешана на «райской благодати» первого контекста Корана.[261] Но общинное братство, когда никто ни от кого не ждёт милости, и не боится подлостей, когда религиозные чувства наполняют души верующих — заканчиваются по возвращении домой, к обыденной несправедливой жизни. Хадж начался при пророке. Пророк объединял первые мусульманские общины во время ежегодного хаджа, под его руководством первые мусульмане ощутили на себе что такое общинный дух. Но на этом позитивное развитие мусульманской общин, видимо, и закончилось.

Хадж превратился в крупнейшее эгрегориальное действо, когда под общим эгрегором исторического ислама в эгрегориальном экстазе (иллюзии близости рая) объединяются мусульмане разных стран, ощущая единый дух исторически сложившегося неправедного «ислама». Если посмотреть на действо хаджа (его показывают по телевидению), то можно увидеть явление коллективной эгрегориальной одержимости, доходящей до религиозного исступления (в религиозном экстазе люди давят друг друга за лучшее место у «святыни») — несмотря на то, что Коран многократно предупреждает об опасности одержимости. Осознанно " Бороться на пути Бога» (человек получает от молитвы только то, что он понял и чего Бог сочтёт его достойно) за истинно общинный образ жизни — неразрывный с религиозной жизнью — мусульмане в своём большинстве не желают, следуя ритуальной стороне религии. Второй контекст Корана об этом предупреждает верующих:

Коран 9.

19 Неужели же поение паломника и оживление священной мечети вы считаете таким же, как если кто уверовал в Бога и в последний день и боролся на пути Бога? Не равны они пред Богом: Бог не ведет людей несправедливых!

С призывом " Бороться на пути Бога», которого очень много в Коране, связан шестой «столп» ислама, который нередко прибавляют к пяти предыдущим основным. Это «священная война» — джихад (от арабского «борьба за веру»). В классическом историческом исламе джихад делится на несколько разновидностей, где отдаётся безусловное предпочтение самосовершенствованию, «борьбе со своими недостатками», духовной борьбе за веру — и лишь в крайнем случае допускается вооружённая борьба в защиту веры. И это правильно.

Джихад возник от необходимости защиты первых мусульманских общин, продвижения ислама — ещё во времена пророка. Джихад — священная война, если смысл этого арабского слова передать русским языком. По существу это означает, что сторонники осуществления Царствия Божиего на Земле вынуждены защищать себя, своих близких и своих союзников крайними средствами, поскольку убийство человека — грех. Но убийство — меньший грех, нежели неверие Богу, которое насаждают прямо или опосредованно противники тех, кто вынужденно прибегает к джихаду:

Коран 2.

217 Спрашивают они тебя о запретном месяце — сражении в нем. Скажи: «Сражение в нем велико, а отвращение от пути Бога, неверие в него и запретную мечеть и изгнание оттуда ее обитателей — еще больше пред Богом: ведь соблазн — больше, чем убиение!» А они не перестанут сражаться с вами, пока не отвратят вас от вашей религии, если смогут. А если кто из вас отпадает от вашей религии и умрет неверным, у таких — тщетны их деяния в ближайшей и будущей жизни! Эти — обитатели огня, они в нем вечно пребывают!

В то же время участвующие в джихаде следуют кораническим обещаниям быстрого рая в случае вооружённой борьбы за веру. Но эти коранические обещания во-первых наваждения рая и ада, а во-вторых были обусловлены необходимостью того времени. Но вот употребляют религиозные призывы мусульман к джихаду для употребления некоторых «мусульман» как «зомби», посылаемые вместо террористов от имени Бога.

Исторически началу джихада пророком Мухаммадом предшествовали десять лет мирной проповеди. В течение этих десяти лет:

· с одной стороны, все противники Мухаммада и последовавших за ним первых мусульман имели полную возможность ознакомиться с Кораническим Откровением, вникнуть в его смысл и подумать о своём личном отношении к Откровению и о своих личных взаимоотношениях с Богом (в этом и есть суть религии), в результате чего многие из них сами стали мусульманами по своему разумению блага для людей, пониманию отличий того, что есть — Добро, а что — Зло;

· с другой стороны, сами первые мусульмане стойко переносили всё, что обращали против них их противники — заговоры и насилие, доходившие до убийств, в том числе и до покушений на жизнь самого Мухаммада, голод и экономический геноцид вследствие торгового бойкота, организованного клановой верхушкой противников Ислама и т. п.

И только после этого был начат джихад, завершившийся безоговорочной капитуляцией противника. Исторический ислам победил, однако так и не став со временем образцом праведного общежития людей. Исламская цивилизация раскололась и джихад зачатую направлялся одними течениями мусульман против других, а не только против иноверцев.

Дело в том, что обещания наваждений рая и ада, вошедшие в Коран, «зомбируют» на лёгкое попадание в рай. А многочисленным малоимущим мусульманам настолько тяжела их жизнь на Земле, что многие из них готовы побыстрее «попасть в рай» — тем более что вера якобы позволяет это сделать, встав на путь джихада.

Основная психологическая, нравственная и социальная основа неправедного джихада — неправедность всей мусульманской цивилизации, которая своим якобы «общинным» самоуправлением во-первых, не обеспечивает большинству своих граждан-мусульман даже элементарного минимального достойного человека уровня жизни (люди плодятся как животные и никому не нужны от рождения), поддерживая холопско-господские отношения и безработицу. «Лишние» люди в историческом исламе поэтому готовы побыстрее убежать из «ада» на Земле,[262] пользуясь первой возможностью «попасть в рай». Во-вторых, «зомбирование» первым контекстом Корана, воспитывающим действительно бесстрашных воинов-«зомби», одержимых лёгкой возможностью попасть в рай.

Каких только разновидностей джихада не придумано к настоящему времени в историческом исламе: издревле воюют «за Бога» друг с другом сунниты и шииты, Иран с Ираком, мусульмане и иудеями в Палестине, мусульмане с иноверцами, мусульмане с «неверными» в разных странах.

Джихад (как вооружённая борьба за веру) перестал быть действительно священной войной практически сразу после ухода Мухаммада. С этого момента практически все завоевания исторического ислама проходили в пределах попущения Божиего. Возникает вопрос: что больше защищали мусульмане в ходе джихада после пророка — свои корпоративные интересы (либо чужие интересы — в том числе и «мировой закулисы»), или чистоту веры?

Ведь сразу после смерти пророка начался спор о преемственности власти: в первую очередь не поделили власть, заботясь о клановых интересах. Исторический ислам раскололся на две клановых корпорации — суннитов и шиитов. Споры о том, кто возглавит общину привели к первому крупному религиозному расколу, который не преодолён до сегодняшнего дня. Шииты считали, что главой мусульман (имамом) может быть лишь кровный родственник Мухаммада. Шииты составляют меньшинство — около ј от общего количества мусульман (преимущественно в Иране, Ираке, Ливане, Йемене и Бахрейне). Сунниты считают, что светский и духовный глава мусульман должен избираться членами общины — не благодаря происхождению, а по способностям и признанию. Последнее — наиболее справедливо. К тому же сунниты кроме Корана руководствуются Суннами, расширяя свой кругозор.[263] Но все течения исторического ислама руководствуются в основном первым контекстом Корана — «зомбирующим».

Из разнообразных суннитских течений следует выделить ваххабитов. Ваххабизм возник в середине XVIII в. в Аравии на основе учения Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба, проповедующего суровый монотеизм. Это была по-видимому достаточно правильная реакция на вседозволенность халифов и эмиров, объявлявших себя «святыми» помимо Бога и на поклонение мусульман разнообразным идолам исторически сложившегося ислама. Мухаммад ибн Абд аль-Ваххаб призывал возвращение к начальной чистоте веры. Как он понимал чистоту веры, конечно, трудно сказать. Но последователи этого «исламского протестантизма» (как называют ваххабизм) в своё время пытались сокрушить «Чёрный Камень» в Каабе — как языческий пережиток. Но ведь это в действительности и есть вредный исламский фетиш. После смерти Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба английская разведка взяла ваххабизм под свой контроль, извратила его, а в силу своего радикализма вахабизм был употреблён для призыва мусульман «к джихаду» в целях «мировой закулисы».

Общий же принцип настоящего джихада, который соответствует второму контексту Корана, (нацеленному в человечность) но до которого надо нравственно дорасти, следующий:

Коран 41.

34 Не равны доброе и злое. Отклоняй же ‹зло — наше уточнение› тем, что лучше, и вот — тот, с которым у тебя вражда, точно он горячий друг.

35 Но не даровано это никому, кроме тех, которые терпели; не даровано это никому, кроме обладателя великой доли.

36 А если нисходит на тебя какое-нибудь наваждение от сатаны, то проси защиты у Бога, — ведь Он — слышащий, мудрый!

Заключение.

Кораническая информация может как «зомбировать», так и направлять на путь Человечности. Именно поэтому «мировая закулиса» как только столкнулась с проповедями пророка — старалась скрыть всё опасное для неё и одновременно обнажить «зомбирующую» составляющую. Последнему способствовало и само становление цивилизации исторического ислама.

Как только большинство людей стало грамотными, а Коран был переведён на разные языки народов мира — возможность пересмотра его основных смыслов возросла. Со второй половины XX века начался подъём цивилизации исторического ислама, что в совокупности со всеобщей грамотностью грозило «мировой закулисе» появлением очагов культуры коранического ислама — ислама, опирающегося не на первый контекст Корана, а на второй его контекст — с перспективой выхода в Человечность.

Одновременно с этим попытка «мировой «социалистической» революции» под руководством «закулисы» через иудейскую и масонскую «зомбированную» толпу — провалилась благодаря Русскому народу и И.В.Сталину. В это же время (начало второй половины XX века) провалилась «социализация» многих стран исторического ислама — с помощью чего «закулиса» пыталась решить вопрос о забвении Корана. Но обе задачи — «мировая революция» и забвение Корана — остались как первоочередные в глобальном сценарии для «мировой закулисы».

Последняя постаралась начать решать их одновременно и сразу в конце XX века, раздув фактор «исламского фундаментализма» и «исламского терроризма» чтобы:

· Во-первых, привить устойчивое отвращение у немусульманского мира к культуре ислама и к Корану.

· Во-вторых, лучших «зомби», чем из некоторого количества людей, воспитанных в исторически сложившемся исламе, руками которых можно совершить очередную мировую революцию — «закулиса» не нашла. Этих «зомби» и начали сначала ориентировать против русских и европейцев (Афганская война), затем против американцев (первая война против Ирака, Афганская война США, вторая война против Ирака), а затем был объявлен мировой революционный «зелёный» «джихад», управляемый из единого мирового центра и мало чем отличающийся по своей организации от управления «красным» революционным движением в начале XX века.

И если плацдармом «мировой «социалистической» революции» времён Л.Д.Троцкого была Россия (СССР), то в настоящее время попытка создать единый «Исламский Халифат», объединивший бы собой территории некоторых исламских государств (в него даже предполагался к включению юг России — «Ичкерия» и прочие российские республики исторического ислама) может вполне являться попыткой создания очередного мирового плацдарма для экспорта революции на весь мир под флагом исторического ислама и лозунгами «борьбы за справедливость», которых в Коране можно найти немало. Было бы «пушечное мясо» очередных «зомби», а кто ими будет руководить — найдётся.

Однако, Россия отразила атаки «мировой закулисы» ценой двух «Чеченских войн». Так что юга России «Халифату» не видать. Да и сам «Халифат» не сможет состояться. Ведь более чем за тысячу лет мусульмане так и не объединились:[264] мешали амбиции «элит» и невежество толпы, водимой «элитами» и эгрегором исторического ислама — который несёт в своей алгоритмике внутреннюю конфликтность в самой среде мусульман.

3.3.4. Масонство и марксизм.

На первый взгляд тема масонства не относится ни к религиозной ни к идеологической тематике, а посему не должна быть предметом рассмотрения курса «Сравнительное богословие». Другое дело марксизм — это, несомненно, идеология материалистического атеизма. Но рассматривать марксизм в отрыве от истории и назначения масонства — значило бы примитизировать идеи марксизма до уровня простой светской идеологии, выбросив весь исторический контекст возникновения марксизма и не рассматривая глобальную целесообразность его внедрения в психику людей в середине XIX–XX вв.

В учебном пособии мы выстроили тематику глав в хронологическом порядке, опустив пока рассмотрение менее важных для Русской цивилизации религиозных систем классического ведического Востока (индуизм, зороастризм, буддизм, синтоизм, конфуцианство и прочие). Особо сильное влияние на Русь-Россию-СССР всегда оказывали те религиозные системы, которые мы уже рассмотрели. Крупнейшие из них — иудаизм, «христианство» и «ислам» (три «авраамические» религиозные системы). Хронологически следующей за «исламом» идеологической системой, с которой Россия (а также весь Запад и часть «исламского» Востока) столкнулись и испытали на своей «шкуре», была идеология марксизма. Идеи марксизма (материалистического атеизма) ещё прочно сидят в глубинах психики многих людей, чьи предки жили при его идеологическом обеспечении общества. А значит, марксизм (материалистический атеизм) частично вошёл в генетику многих людей Русской цивилизации за несколько поколений его «господства» в обществе.

Но марксизм не возник на пустом месте. Его появлению и внедрению предшествовала многовековая история древних рыцарских церковных орденов, а затем история масонства — основной движущей силы марксизма. Но и это ещё не всё: история и назначение древних рыцарских церковных орденов наследует ещё более древнюю историю своих предшественников — верхушек многочисленных еврейских диаспор, рассеянных по многим государствам после их окончательного рассеяния во II веке н. э. Но и этой датой нельзя ограничивать «родословную» масонства, которое, как известно, существует и действует и в наше время. Первыми самыми древними функционально аналогичными известным многим рыцарским орденам и более поздним масонским ложам межгосударственными образованиями глобального уровня ответственности можно считать внедрённые в общества действующие периферии глобальных «жреческих» (знахарских) корпораций, которые имелись в каждом крупном национально-государственном образовании (большая часть из которых потом стала современным Западом), и которые управляли фараонами, царями, и императорами под общим контролем наследников древнеегипетского «жречества» — «мировой закулисы».

Как мы уже знаем из третьей книги курса — после Синайского эксперимента (конец II тысячелетия до н. э.) «мировая закулиса» скрылась в особо выделенном и посвящённом иудейском колене Леви (остальные 11 колен считаются «простыми» по сравнению с левитиным), создав себе боеспособную периферию — иудеев-евреев и религиозную систему иудаизма.[265] Именно в иудаизме (на базе привлечения разнообразного «этнического материала») от столетия к столетию взращивались и отбирались главные особо посвящённые в некоторые фрагменты глобальной политики кадры, которым был поручен контроль-наместничество за деятельностью «элитных» верхушек многочисленных государств и цивилизаций. Но особо посвящённые среди них, естественно, были левиты (то есть — сама «мировая закулиса», её кланы, рассредоточенные по местным «национальным» резиденциям).

Сделанные выше выводы — не какое-либо открытие. Существует множество литературы самых разнообразных авторов разных эпох, которые сходятся в том, о чём мы сказали в нескольких вышеприведённых абзацах. Эти же выводы сделал уже упомянутый неоднократно в третьей книге курса Дуглас Рид («Спор о Сионе»); к тем же выводам приходит В.Н.Емельянов в книге «Десионизация»;[266] подобные выводы можно найти в книге М.Бейджента и Р.Ли «Храм и ложа. От тамплиеров до масонов» (М. «Эксмо», 2005 год) и в других трудах многих авторов, на которых мы будем ссылаться в дальнейшем.

Предыстория масонства.

Понятие " масонство» происходит от французского franc macon — вольный каменщик. То есть, в буквальном переводе масоны это «каменщики». Возникло это понятие в конце XVII начале XVIII вв. Название каменщики масоны усвоили не случайно. Дело в том, что это название как бы «появилось вновь» от названия английского профсоюза «вольных каменщиков», впоследствии преобразовавшегося в масонскую ложу. Но сами масоны возводят свою родословную к другим каменщикам — строителям Храма Соломона — от времён которого можно смело исторически отсчитывать иудо-еврейскую экспансию в народы. Так что масоны-каменщики лишь продолжают древнее дело, порученное иудеям.

Широко известная в настоящее время масонская структура (которую можно найти в многочисленных имеющихся источниках о масонах с некоторыми незначительными разночтениями) является прямым подтверждением древнего главенства иудеев-левитов в структуре тайных обществ, предназначение которых всегда было — контроль за деятельностью «подшефных» государств, любое (военное, геноцидное, финансовое, идеологическое, структурное, провокационное, ультимативное, террористическое…) вмешательство во внутреннюю и внешнюю политику последних по заказу «мировой закулисы».

Идеология или религиозная система такому вмешательству как правило была не помеха,[267] поскольку религиозная система или идеология сама по себе была плодом творчества «мировой закулисы» (целеустремлённым «сводом законов» для толпы, помогающим движению к мировому «господству») — в той или иной степени, насколько удавалось извратить учение того или иного посланника Свыше, либо придумать что-то своё (типа марксизма), якобы «отражающее чаяния трудящихся масс, рвущихся к свободе».[268] К тому же толпа лишь тогда сможет превратиться в народ (обрести устойчивые признаки Человечности), когда она будет руководствоваться в своей жизни не какой-либо религиозной системой (а тем более светской идеологией),[269] что является средством управления толпой уровня 3 приоритета обобщённых средств — а обретёт концептуальную самостоятельность (каждый человек станет жрецом) и веру Богу.[270] Пока же в какой-либо цивилизации не имеется дееспособного ядра людей, обладающих концептуальной самостоятельностью не меньшего уровня, чем «мировая закулиса» — последняя имеет возможность творить в таких цивилизациях преступное (от известного издревле слова «преступить») самоуправство — внешнее управление — через свою закрытую периферию.

В общем-то по большому счёту до И.В.Сталина никому в государствах-цивилизациях, куда внедрялась иудо-библейско-масонская пирамида (это в основном касается стран современного Запада и библейской России), за 3000 лет её существования не удавалось обрести концептуальную самостоятельность от «мировой закулисы». Получить какую-либо правдивую информацию о деятельности тайных организаций, пронизывающих уже к началу средних веков все страны Запада и медленно продвигающихся на Восток и в Россию — простому человеку было практически невозможно. А на догадках и ощущениях не выстроишь картину глобального исторического процесса и его управления. Это стало возможным лишь после революции, когда лучшие русские простые люди (а не только «элита») смогли получать образование.

Ещё ребёнком Валера Емельянов (впоследствии автор «Десионизации») был Жизнью поставлен перед фактом, который определил всю его дальнейшую судьбу (выделено нами):

«Я, Валерий Николаевич Емельянов, потомственный москвич, родился в Москве 24 мая 1929 года, а 16 октября 1941 года стал свидетелем массового бегства жидов из осаждённой Москвы, так как жил в начале Владимирки — дороги на восток. Семь членов рабочего заслона, остановившего под железнодорожным мостом бегущих для досмотра, обнаружили среди рулонов мануфактуры и прочего дефицитного, по тем временам товара, наворованного у государства, целые кастрюли, набитые золотыми монетами царской чеканки, кольцами и прочими драгоценностями, чемоданы с пачками денег в банковской упаковке. По приказу Сталина любой вооружённый рабочий заслон мог на месте расстрелять подобных лиц по законам военного времени, тем более — осадного положения. Но для рабочих это было настолько необычно и неожиданно, что они сообщили на Лубянку. Оттуда быстро приехали чекисты, тоже из жидов, разоружили всех семерых рабочих, уложили ничком на косогор и расстреляли в затылок, а жидовские беженцы спокойно поехали по шоссе Энтузиастов (Владимирке) дальше со всем награбленным. Потрясённый Валерий дал себе мальчишескую клятву — разобраться: почему рабочих расстреляли, а буржуев отпустили» (Из авторского предисловия к «Десионизации», 1977 г.).

В.Н.Емельянов стал арабистом по образованию, сделал успешную карьеру, и на некоторое время стал советником Н.С.Хрущёва по Ближнему Востоку, в бытность того первым секретарём ЦК КПСС. Благодаря этому он имел по крайней мере неофициальный доступ к очень многим не оглашаемым публично материалам. В результате он издал и разослал всем членам брежневского Политбюро и Секретариата ЦК свою ставшую вскоре знаменитой книгу «Десионизация» — как результат деятельности всей своей жизни.

Прежде чем приступить к рассмотрению структуры масонства, приведём цитату из книги «Десионизация», в которой автор полностью подтверждает нашу версию о хронологии и истоках самого крупного и древнего глобального «мирового заговора» (как мы уже говорили, не стоит обращать внимание на приписывание автором деяний «мировой закулисы» — Моисею, Аарону, Соломону,[271] Иисусу и некоторым другим известным пророкам: всё дело в том, что автор путает исторически реальных пророков и то, что им было приписано «закулисными» деятелями как деяния их самих. Поэтому когда речь идёт о Моисее нужно понимать ветхозаветного, а не исторически реального Моисея — и так в отношении других):

«Едва ли можно считать простым совпадением тот факт, что легендарный поход евреев из Египта под предводительством жреца высоких посвящений Моисея совпадает по времени с началом Троянской войны, а их вступление в Палестину — с её окончанием. Устное предание Каббалы, свято хранимое раввинами, повествует, что похищение сыном троянского царя Приама — Парисом — жены спартанского царя Менелая — Елены — было задумано для того, чтобы, стравив между собою два наиболее перспективных народа арийского корня — греков и хетто-венедов Малой Азии, отвлечь их внимание от Палестины, этого южного фланга Хеттской империи, осуществить захват важнейшего перекрестка международных путей. Естественно, что лучшие силы даже с периферии слабоцентрализованной Хеттской державы были отвлечены на Троянский театр военных действий. Южный фланг державы в течение всего сорокалетнего периода троянской войны был практически открыт перед еврейскими захватчиками. Но война оказалась затяжной, и Моисей ожидал долгие 40 лет в Синайской пустыне[272] победы греков над заранее обречённой Троей: так решили жрецы древнего мира — Египта и Двуречья. М. В. Ломоносов считает, что венеды в борьбе под Троей против греков потеряли своего вождя Пилимена и под руководством нового вождя Антенора пришли во внутренний конец Адриатического моря (Поли. собр. соч., т. 6, стр. 179). Что же касается упомянутых жрецов, то они больше всего на свете боялись великорослого народа Рос или Рус, полагая, что руссов слишком много было в Трое, Малой Азии и в Палестине.[273] Для уничтожения этой угрозы жрецы древности уже давно воспитывали и растили устойчивый преступный генотип гибридного характера, созданный на протяжении многих и многих веков на базе скрещивания древних профессиональных династий преступного мира чёрной, желтой и белой рас. Ещё за 2500 лет до н. э. была создана строго засекреченная многоступенчатая (по жреческому образцу посвящений) и высокодисциплинированная организация преступного мира, получившая от ханнаского выражения «ма фи» — «не имеется», «не существует» названия мафия, т. е. то, чего якобы вовсе и не существует. Она была создана как широкоразветвлённая средиземноморская сеть, грабившая на море и на суше арийские народы моря. Постепенно субподрядчики мафии — финикийские купцы — стали вытеснять арийцев из их опорных пунктов на Средиземном море. Именно с тех пор до наших дней Мальта и Сицилия продолжают оставаться центрами международной мафии.

Свой гибрид жрецы так и назвали «преступниками», «проходимцами» — от корня Евр, означающего «преступать что-либо».

Сорок лет, проведённые евреями во главе с Моисеем (по-еврейски Моще) в Синайской пустыне были использованы Моисеем не только для ожидания исхода Троянской войны, но и для того, чтобы перепрограммировать поведение развращённых дармовыми благами египетской цивилизации соплеменников. Нужно было снабдить обленившихся стяжателей идеологией сверхчеловеков, которым всё позволено по отношению к гоям. Как высокообразованный жрец-психолог, он прекрасно понимал, что тех, кто в сознательном возрасте вышел из Египта, уже не переделаешь. Только полная изолированность нового поколения в гетто Синайской пустыни поможет превратить их в волков в стаде гоев-баранов. Поэтому он предрекает,[274] что ни один из вышедших из Египта не войдёт в Палестину. Оседлые египетские преступники превращаются в дикие кочевые племена — 12 колен израилевых, из коих 11 — светские евреи и одно колено или племя под руководством родного брата Моисея — Арона, левиты, предназначаются для ведения идеологической работы среди остальных 11 колен. Создаётся потомственный наследственный штат наставников-воспитателей, поклоняющихся, подобно египтянам, многим богам, на иврите — «элохим» (элоха — бог плюс «-им» — окончание мн. числа). Арон и Моисей передают через наставников-раввинов устное предание,[275] согласно которому 10 заповедей Моисеевых действительны только в отношениях между самими евреями, при сношениях же евреев с гоями не только можно, но и нужно делать всё наоборот. Закладывается целая система философии с двойным дном. Поколение, которое нарождается уже в Сионе, воспитывается в духе ещё более звериной ненависти к гоям, чем то, которое вышло из Египта. Одно из главных требований синайской идеологии — беспрекословное, слепое подчинение левитам во главе с Ароном и Моисеем. Методика этого программирования поведения[276] с малолетства использовалась потом при воспитании фидаев у ассасинов, мальчиков-мамлюков в Османской империи, масонами в международном бойскаутском движении, созданным ген. Боден-Пауэлом, фашистами в Гитлер-югенде и сейчас успешно применяются в иудейско-сионистской системе воспитания молодёжи.

Моисей отважился вступить в Заиорданье[277] только при получении сообщения о падении Трои. Он захватил восточный берег Иордана и перед смертью в возрасте 120 лет поднялся на гору Небо,[278] названную нашими предками так, видимо, потому, что с её вершины, как на ладони, видна вся Палестина вплоть до Средиземного моря. После смерти Моисея его преемник Иисус Навин[279] в течение семи лет вёл кровопролитную войну по захвату городов-государств Палестины.

Эстафета иудаизма, мафии и масонства тянется через века и тысячелетия в новое время и далее к главарям мафии типа Меира Ланского и израильской разведке».

Что касается названия «сионизм», которое зачастую употребляется в отношении иудейской экспансии, то оно происходит от названия холма в Палестине. В.Н.Емельянов так объясняет историю ещё «досионистского» холма:

«Сильное арийское племя евусеев, вернее, евусов или явусов — древних венедских «материалистов», отдававших предпочтение поклонению Яви (отсюда и их название — явусы или евусы), имели один из самых крупных городов в Палестине — Евус, с холмом высотой 737 м над уровнем моря на своей юго-западной окраине. Холм был увенчан крепостью со святилищем священного огня, ночное свечение которого и дало холму название Сиян-горы. Ни один из семитских языков, в том числе иврит и арабский не дают этимологии топонима Сион. На иврите это — «цион», на арабском — «сыпьюн». Никакого значения у этих слов нет. Наоборот, русские паломники в Палестину — люди зачастую высокообразованные для своего времени, с глубоким знанием уже недоступных нам исторических данных, упорно называли гору Сион — Сиян-горой.

Несмотря на то, что евусы были разбиты Иисусом Навином, сам город Евус и крепость на Сиян-горе ещё долго не сдавались. Только Давиду удалось взять город Евус, который он переименовал в Иерусалим.[280] А крепость на Сиян-горе выдержала беспримерную 40-летнюю осаду и была взята лишь Соломоном.

Моисей не был мечтателем, а практиком: если 50 поколений за 1000 лет пронесут в неприкосновенности идею, как если бы это был один человек, результат будет тот же без сказочного долгожительства. Для хранения идеи мирового господства он поручает своему брату Арону создать институт идеологических комиссаров-левитов; по сей день они через тысячи лет несут в догматической неприкосновенности идею синайской доктрины Моисея, Соломон лишь поставил её на практические рельсы. Хитроумные левиты заставляют гоев менять свои идеи почти как перчатки. Итак: полная преемственность для евреев и отсутствие таковой у гоев! Это краеугольный камень всего здания Сиона.

Теперь уже стало очевидным, что то, что в настоящее время называется перспективным планированием, зародилось по крайней мере в древнем Египте, где строительство одной пирамиды длилось зачастую в течение всей жизни фараона. Однако это было чисто экономическим планированием. Непревзойдённым до сих пор образцом идейно-политического и экономического планирования является перспективный план, составление которого приписывается израильскому царю Соломону,[281] сыну царя Давида. Наиболее вероятными датами правления Соломона являются 1015-975 гг. до н. э. План Соломона[282] был составлен им на перспективу в 3000 лет! Конечной целью этого плана является завоевание иудеями мирным путём мирового господства. Не исключено, что именно по этой причине этот израильский царь и получил своё имя Соломон или Шломо на иврите, что значит: «мирный», «миролюбивый».[283] Безусловно, что при выработке своего плана Соломон воспользовался многотысячелетним опытом лучших жрецов древнего Египта, Двуречья и Финикии».

С этого исторического момента многие исследователи отсчитывают иудейскую мировую экспансию и не совсем правильно называют её сионизмом — соотнося обещание ветхозаветного «Бога» евреям собрать их на «Святой земле» перед «вторым пришествием». В узком понимании сионизм это идеология, направленная на возрождение еврейского самосознания через поощрение иммиграции евреев в Палестину и создание там еврейского государства. Возникла в конце XIX в. После 1948 г. (создание Израиля) ориентирована на всемерную поддержку Израиля. Включает ряд течений — от «социалистических» и либеральных до шовинистических. Сионистские организации действуют более чем в 60 странах, ведущая — Всемирная сионистская организация (создана в 1897 г.). Сионисты — это приверженцы сионизма, а также в ещё более узком смысле — одна из сект пятидесятников, в России появилась в начале XX в. Проповедует скорый конец света и блаженство тем, кто встретит его на горе (холме) Сион.

В.Н.Емельянов возводит «родословную» масонства ко временам Соломона, объясняя глубокие исторические параллели между известными нам масонами и строителями Храма Соломона. Поскольку сами евреи строить не умели, к строительству привлекались каменщики не евреи, многих из которых вербовали в услужение делу «мировой закулисы»:

«Тесная деловая дружба связывала Соломона с царём финикийского города Тира (Сура) Хирамом, который в течение всех 13 лет постройки храма поставлял Соломону строителей разных профессий, во главе которых стоял некий Адонирам из того же города Тира.

Бывшие кочевники евреи — дети Синая сами строить не умели. Само строительное и измерительное дело в рамках существовавшего в древности на Востоке этнического разделения труда ассоциировалось с этнонимом «венед — гинду — хиндус». Поэтому у арабов и у евреев слово «хандаса» значит: «строительное дело», «инженерное дело», «геометрия».

Соломон измыслил хитроумный план идеологической обработки гоев, план превращения гоев в послушное орудие «народа, избранного богом», а вернее, — избравшего себе бога по образу и подобию своему. Он решил превратить древнюю профессиональную цеховую структуру строителей своего храма в постоянно действующий политико-идеологический институт. Другими словами, он решил создать свою пятую колонну среди гоев. Эта пятая колонна получила впоследствии от французского слова — «каменщик» название масонства или франк-масонства (свободных каменщиков), потому что большую часть работ при строительстве храма Соломонова вели каменщики.

Важно также и то, что по замыслу Соломона, гои-масоны должны играть среди непосвящённых гоев или профанов роль незримых идеологических вождей, которые незаметно для прочих гоев должны исподволь формировать их сознание и общественное мнение в нужном для их хозяев-раввинов направлении».

В общем, и до рыцарских орденов, конечно, существовали тайные общества — предшественники орденов — часть кадровой базы которых составляли не иудеи. Но верхушка которых обязательно должна была быть иудейско-левитской. Первые предмасонские «должности» тоже можно считать от времён Соломона:

«…взошёл Адонирам на близ стоящую гранитную глыбу и стал на ней на виду отовсюду и, подняв правую руку, он начертил в воздухе горизонтальную черту и из середины её опустил перпендикуляр, изобразив мистическое «Тау».[284].

И во мгновение со всех сторон стали сбегаться к Адонираму рабочие всех родов мастерства, племён и наречий. И вся эта более чем стотысячная труд-армия[285] мгновенно построилась в ряды, как войско к бою: правое крыло — плотники и все, работающие по дереву, на левом крыле выстроились горнорабочие, плавильщики и все, работающие по металлу, центр заняли каменщики и все, работающие по мрамору.

И протянул властно Адонирам свою руку: и недвижимо замерло на месте всё это бесчисленное рабочее воинство, эта могучая труд-армия.

И, видя эту власть, уразумела царица Южная, что Адонирам выше человека. И понял Соломон, что его могущество и власть ^- бессилие перед могуществом Адонирама.[286].

И пожалела Балкида[287] о поспешном обязательстве, которым она связала себя с Соломоном. Соломон же ревнивым оком уловил взгляд царицы, устремившийся на Великого Мастера.

Но как бы ни были велики могущество и власть Адонирама, и ему приходится испытать, неудачу, и тем тяжелее неудача эта, что она происходит на глазах уже любимой им царицы, явившейся присутствовать на последнем этапе постройки — литье «медного моря», которое должно было стать его триумфом. Причиной этой неудачи было недовольство нескольких рабочих. Дело в том, что Адонирам разделил рабочих на стройке на три степени: учеников, которые называли друг друга «брат»; подмастерьев, обращавшихся друг к другу «товарищ» и мастеров, так и называвших друг друга. Каждой степени он дал символическое «проходное» слово или пароль: ученикам — Иахин, подмастерьям — Боаз, а мастерам — Яхве.

По мере овладения тайнами своего ремесла ученики посвящались в подмастерья, а те — в мастеров, каждый раз получая при посвящении новое «проходное» слово. Адонирам сделал это для удобства в расчёте с рабочими: каждый из них, подходя к нему за получкой, должен был шепнуть ему на ухо своё «проходное» слово, сообразно чему Адонирам выдавал, что следовало. При этом выплата ученикам происходила у колонны Иахин, товарищам — у колонны Боаз, а мастерам — в средней комнате».[288].

Общая структура масонства.

В книге В.Н.Емельянова «легенда об Адонираме» приведена полностью. Она интересна. Но особо интересна сноска, которую сделал сам автор к одному из фрагментов текста легенды:

«Существует вариант легенды, утверждающий, что орден масонов уже существовал в то время и что Соломон был мастером стула Иерусалимской ложи, Хирам-Тирской ложи, а Адонирам — совершеннейшим мастером на всей земле. «Конституция» Андерсона отмечает наряду с этим также, что Великим Мастером был Навуходоносор.[289] По многим масонским источникам масонство якобы существовало в гипотетической Атлантиде. Есть даже ордена вроде «Адептов Атлантиды». Программное масонское произведение Фрэнсиса Бэкона так и называется «Новая Атлантида»».

Вполне возможно, что модель управления через тайные рассеянные структуры (масонского типа) скопирована из модели управления толпо-«элитарным» обществом Атлантиды, сохранённой памятью спасшихся иерархов, которые обосновались в Древнем Египте.[290] Ведь для постоянного целенаправленного внешнего контроля и управления деятельностью национально-государственных верхушек нужна была постоянно действующая скрытая структура мирового масштаба со своей иерархией по посвящению — набранная из среды людей этих же государств. Иудеи (после их создания и рассеяния) всегда стояли особняком (во всяком случае в религиозном плане) от основной массы «гоев» и их государственного руководства. Но вот тайные организации, в которые могли входить не только иудеи (а в первую очередь — «элиты») — были очень удобны для оказания влияния на политику, проводимую верхушками «элит». Как иначе осуществлять контроль и воздействие на верхушки власти? Поэтому вполне не исключено, что первые древнейшие тайные всемирные организации появились ещё до возникновения иудаизма — в то время когда древние цивилизации стали распространить своё влияние на соседние государства и цивилизации. Тогда и возникла первая сеть тайной агентуры влияния созданной с целью организации и поддержки внешнего управления по выбранной в «мировом центре» тайной концепции управления — последняя позже стала называться библейской (иудаизм + «христианство»).

В.Н.Емельянов, признавая за Соломоном право на ошибку[291] которую он осознал «в конце своей жизни»[292] подводит итог:

««Легенда об Адонираме» — поэтическая сатанинская сказка, цель которой на 180° поворачивать нормальную психологию и мировоззрение, но отнюдь не в сторону атеизма и антимонархизма, а в сторону отказа её патриотизма в угоду «богоизбранным» .[293].

Не был забыт при выработке плана-трёхтысячелетки и старый символ еврейского народа змий — символ энергетической (оккультной) мощи иудеев.[294].

На своем пути к мировому владычеству этот змий, выползая из Иерусалима, совершает по земле полный круг, подминая и сглаживая на своём пути все гойские институты: государственные режимы, различные идеологии, культуры, искусство, национальные традиции гоев, их хозяйственную жизнь и даже их национальные языки (для этого уже изобретён космополитический язык эсперанто). Все эти институты гоев изображены в форме гор, которые по мере прохождения через них иудейско-масонского змия нивелируются и превращаются в ровную пустыню. Всё одинаково, всё под одну гребёнку! [295] Вольные каменщики рушат изнутри самые основы очередной для змия гойской иерархической пирамиды.[296] Через три тысячи лет змий возвращается в Иерусалим и находит, что его кончик хвоста всё ещё остается в этом городе. Змий берёт кончик хвоста в рот, что символизирует полное выполнение задачи: кольцо всемирного господства Сиона замкнуто.

Змий, держащий свой хвост во рту, украшает многие иудомасонские эмблемы, например, герб ордена Великий Восток Франции».

Об общем принципе организации толпо-«элитарного» руководства и роли масонства В.Н.Емельянов пишет:

«Исходя из изложенного, мы приходим к выводу, что масонство, как тайная иерархическая организация для гойской элиты, стоящей на службе у мирового Сиона,[297] возникла на базе древних жреческих многоступенчатых союзов с использованием древних цеховых структур в самом начале возникновения древнеизраильского государства за тысячу лет до христианства и более чем за 1600 лет до возникновения ислама. Христианство было организовано масонами на базе иудаизма как низшая ступень посвящения в примитивное иудофильство с тем, чтобы, ежедневно молясь иудейским персонажам Ветхого и Нового Заветов, широкие массы верующих христиан проникались бы благоговением к тем, кто поставил задачу полного их порабощения.[298] Следует сразу констатировать, что искренно верующий христианин не в состоянии поэтому вести подлинно последовательную борьбу с сионизмом. Чего нельзя сказать об исламе, который избежал этого в силу резкой критики иудеев и их сатанинской морали в Коране.[299].

В связи с массовым отходом от христианства миллионов верующих, причём не только в странах социализма, сионисты забили тревогу, пытаясь снова возродить христианские «ценности». Но ведь совершенно ясно, что сионисты дрожат прежде всего за свою шкуру: отход от христианства ^- это отход от иудофильства…

Иудеям и христианам объединяться нечего — они и так уже 2000 лет объединены, и если отцы христианской церкви иногда и устраивали антииудейские гонения, то по большей части это делалось с одобрения и согласия мирового Синедриона для «отсечения высохших ветвей древа иудейского» и для ещё большего сплочения после этого своей паствы. Причём масоны высоких посвящений знали об этом на протяжении веков. Так, например, известная дореволюционная масонка Е. П. Блаватская прямо пишет, что крестная смерть и воскресение Христа выдуманы церковью на основании «Легенды об Адонираме», т. е. не иначе как с одобрения левитов.

Следовательно, христианство необходимо мировому Сиону ещё и как своеобразная плеть, при помощи которой раввины, когда им это нужно, загоняют низшие ступени иудейской иерархической пирамиды в духовное гетто Яхве, за которым на самом деле кроется культ Сатаны-Люцифера».

Характерной особенностью алгоритмики «работы» масонских структур в среде национально-идеологических общество «гоев» В.Н.Емельянов отмечает искусственный раскол идеологии, либо употребление естественного раскола[300] на два (либо более) религиозно-идеологических лагеря (католицизм и православие; шиизм и суннизм; разные виды «социализма»…) для того, чтобы была возможность в «нужный момент» под руководством внедрённых в оба лагеря масонов[301] — столкнуть их между собой в случае если какая-либо (либо обе) сторона не будет подчиняться установлению мирового масонско-иудейского мировому порядка.

Предысторию масонской структуры В.Н.Емельянов заканчивает следующими словами:

«Как мы уже видели из «Легенды об Адонираме», Соломону приписывается создание двух дополнительных степеней — 4-й и 5-й, которые были скрыты от первых трёх, а 5-я, в свою очередь, — от 4-й. Таким образом, уже в самой легенде заложен принцип так называемых невидимых начальников, которым каждый масон даёт клятву беспрекословного подчинения. Если считать, что этими высшими степенями командовал сам Соломон (условно — 6-я степень), действиями Соломона руководил первосвященник-левит Цадок (условно — 7-я степень), а над Цадоком тоже были руководители и не один, то упирались они в жреческую структуру Древнего Египта 99 степеней посвящения. Постепенно, особенно с помощью знаменитой александрийской иудейской школы, египетская жреческая пирамида была полностью оседлана сынами Сиона, а потом произошла и полная кадровая замена египтян на иудеев. Также была подмята и жреческая пирамида Двуречья,[302] взаимосвязанная с египетской. Кстати, если усматривать в пропорциях, размерах и т. д. каменных пирамид Египта какой-то скрытый смысл, то его нужно искать не в связи с предполагаемыми пришельцами из космоса, а именно в связи со структурой жреческой иерархической касты. Однако как раз этого-то и не допускают масоны, уводя исследования в ложные русла».

Масонская пирамида[303] (иерархия) описана в «Десионизации» следующим образом:

Мы видим, что фактически существуют две иерархические пирамиды: одна — чисто иудейская, куда гоям нет доступа. Она состоит из 99 ступеней. Первые 33 ступени посвящения для 11 светских колен израилевых и с 34-й по 99-ю для идеологического колена Левит. Светский иудей, достигший 33-й ступени, может перейти в левиты. На верхней — 99-й ступени стоят три верховных невидимых раввина, которые как бы возвышаются на трёх пьедесталах над площадкой, образующей 100-ю ступень, на которой находится невидимый Царь Иудейский. Царь имеет невидимого для него самого «дублера», подготовленного для этой роли, но не догадывающегося об этом. В случае смерти или смещения Царя Иудейского, дублер автоматически заступает на его место. В упрощённом, но приближенном к этому варианте мы знаем это по системе «президент — вице-президент США», созданной по образу и подобию верхушки невидимой иудейской пирамиды. Упрощение в США в том, что вице-президент знает, что он может стать президентом, а это может создать соблазн для организации тайного убийства. В иудейской пирамиде этот соблазн исключен. Вторая пирамида предназначена для гоев-масонов, но иудеи имеют право в них тоже участвовать. О существовании иудейской пирамиды масоны до 30-й степени не подозревают. Всего же степеней[304] у масонов только 33. Но это по вертикали. По названиям же и по специализации в каждой из 33 степеней может быть по много вариантов. Так известный масон д-р Бёкк насчитывает таковых до 800. Само собой разумеется, что понадобилось бы много томов для их исследования. Но такая работа едва ли имела бы пользу, ибо она создала бы тот ряд деревьев, за которыми леса не видать.

В классическом плане мировой масонский орден имеет 33 степени; пирамидально восходящие от низших к высшим. При колоссальном распространении масонства и его эластичной приспособляемости к национальным, политическим, социально-экономическим, бытовым, культурным и вообще всякого рода локальным условиям, число степеней не везде одинаково. Однако нужно твердо помнить, что, несмотря на видимую пестроту и мнимое многообразие, сопровождающееся иногда даже настоящей враждой между низами отдельных орденов, все верха масонских пирамид всегда пребывают в тесном согласии и взаимодействии, а нити управления этими верхами сходятся к левитам. МАСОНСТВО ЕДИНО ВО ВСЁМ МИРЕ,[305] хотя масонские низы об этом и не подозревают.

Всё многообразие масонской системы в мировом масштабе можно сравнить с многообразием системы образования, начиная с дошкольных заведений и кончая академиями. Большая часть масонских лож во всём мире, подобно начальным школам первой ступени, состоят всего из трёх классических (по Адонирамовой легенде) масонских степеней: ученика, подмастерья и мастера. И подобно тому, как во многих слаборазвитых странах иногда нет даже собственной средней школы, так и по мировой масонской разнарядке в ряде стран мира не разрешено открывать ложи, имеющие степени выше первых трёх. И если учесть, что в отличие от системы народного образования, структура которой всем известна, масонство — сугубо секретная организация, то получается следующая картина: при вступлении в масонство новоиспеченному «брату»-ученику объясняют, что в масонстве всего три степени, а если он вдруг и слышал, что существуют более высокие, то ему объясняют, что это злостная клевета, которая веками приписывает масонству то, чем оно никогда не обладало и не обладает. В связи с тем, что подавляющее большинство мировой армии масонства за свою жизнь не поднимается выше этих трёх степеней, то даже на смертном одре рядовой масон, который всю жизнь состоял в ложе, совершенно искренне будет нас уверять, что больше трёх всем известных степеней в масонстве ничего тайного нет, кроме особого благочестия, внутренней солидарности и взаимопомощи «братьев» и идеалов ордена, выраженных в триединстве — «Свобода, равенство и братство!» Вместе с тем, сам того не осознавая и не понимая, этот благочестивый «брат» всю свою жизнь, в силу данной при вступлении в орден клятвы, подобно роботу-автомату беспрекословно выполнял все внушения-приказы как видимых, так и невидимых начальников ордена, работая в конечном итоге на благо 99-й ступени иудейской пирамиды. Те немногие, которые, будучи в активистах на ступеньке «мастера», приглянулись невидимым начальникам, тайно посвящаются в 4-ю степень, оставаясь для видимости продолжать состоять в III ступени и посещать как и раньше все её заседания. Далее, таким же образом он может перейти в 5-ю степень и т. д., но при этом каждый раз ему говорят, что он достиг наивысшего, что есть в масонстве или по крайней мере — почти наивысшего — там далее ещё может быть ступенька и всё… Даже названия степеней подобраны с расчётом на это.

Подобно системе: начальная школа — средняя школа — высшая школа — академия, иудо-масонская система подразделяется на: Иоанново масонство — Андрееве масонство ^- Шотландское масонство — чисто иудейская масоновидная пирамида. Христианство располагается в этой системе на уровне «детсада» перед Иоанновым масонством, являясь массовой идеологической базой, подготовляющей формирование масонского сознания.[306].

Итак:

По этой цепочке от низших степеней к высшим поступает информация. В обратном направлении спускаются внушения-приказы.

Принципиальная организация иудомасонства выглядит так:

На каждой из 33 ступеней масонской пирамиды существует своя ложа: для учеников, для подмастерья и т. д. со своей иерархией должностных лиц:

Примечания:

«Брат ужаса» непосредственно руководит жуткими испытаниями неофита.

Ритор — в средние века полир или парлир, он же препаратор — провожатый и вожатый неофита.

Казначей, несмотря на 1-й ранг и III ступень — должность очень важная, так как масоны всегда располагают огромными деньгами.

Благотворитель — также очень важная должность, т. к. масоны содержат огромное число благотворительных учреждений. Архивариус — не менее важная должность, ибо доступ к масонским архивам даже отдельных рядовых братьев закрыт. Больничник — выполняет обязанности по заботе за больными братьями.

Декоратор (кровельщик) и двое часовых — охрана ложи от возможного вторжения немасонских элементов, при этом в средние века применялось ничтоже сумнящеся оружие.

Мастер стула — величайшее, чего может достичь масон в конкретном масонстве. Он должен быть точно знакомым с орденом на этом уровне, с его учением, с его тайнами, историей и конституцией ордена и уметь «светозарно мыслить и учить». Он также должен обладать даром красноречия. По масонским статусам мастер стула избирается братьями. Но в большинстве случаев это только маневр. Он просто назначается незримым руководством ордена, а потом проделывается комедия выборов: стоящие за кулисами гарантированы, что пройдёт только нужный человек.

Поэтому в масоны идут сознательно те, кто согласен для достижения земных грубо материальных благ поступиться совестью. Это те, кто сами рвутся в ложи. Другая категория — это те, кто нужен самому масонству в силу их положения в обществе. Именно на таковых и рассчитаны первые ступени масонства, которые встречают неофита в ризах добродетели, жестами благоволения и словесами добра, но скрытую за всем этим маскарадом суть масонства он узнает лишь тогда, когда за ним навеки захлопывается дверь с роковой надписью из Дантова ада: «Надежду всяк оставь сюда входящий». Да, масонство имеет только вход! Уйти из него, даже с первых степеней посвящения, практически почти невозможно. Ренегата отступника, могущего разгласить то немногое из полутайн, что ему доверили, ждёт почти всегда верная и неизбежная смерть. Надо вспомнить только ряд загадочных неожиданных смертей лиц, ставших неугодными ордену…».

Обобщённо глобальная толпо-«элитарная» пирамида взаимной подчинённости — система внтурисоциальных взаимоотношений, проникающая во все её государства и национальные общества, признающие Библию священной или хотя бы к ней относящиеся терпимо по невежеству либо нравственному безразличию к Добру и Злу — выглядит следующим образом:

1. Высший уровень иерархии — заправилы проекта «мировая закулиса», предпочитающие избегать публичности в своей деятельности.

2. Второй уровень иерархии — законопослушные иудеи, на которых возложена миссия непосредственного управления в регионах, где есть диаспоры евреев.

3. Низший уровень — исповедующие традиционное христианство в одной из его модификаций на основе канона Нового завета и традиции истолкования Библии для неиудеев, а также атеисты и представители прочих вероисповеданий, не имеющие за душой альтернативных глобальных проектов.

4. Плюс к этому — «соединительная и нервная ткань» системы, связывающая её компоненты воедино и обеспечивающая их взаимодействие — масонство, действующее на основе принципов:

Ш каждый в меру посвящения работает на то, что понимает, а в меру непонимания — на тех, кто посвящён в высшие, чем он степени, и на тех, кто понимает больше вне зависимости от наличия посвящения или его отсутствия;

Ш неукоснительное подчинение и ответственность носителей низших степеней перед высшими.

При этом степени масонства с 1 по 33 могут получить все, кто желает принять участие в проекте, и кому в этом не отказывают; с 34 по 66 ступени иерархии — только иудеи, с 67 и выше — только раввины. Принадлежность к высшим ступеням в каждом разряде требует в большинстве случаев (хотя могут быть и исключения) наследственной принадлежности претендента к системе. Такая расово-клановая фильтрация и требование наследственной принадлежности являются достаточно надёжным заслоном от продвижения внедрённой в масонство антимасонской агентуры на руководящие посты в системе на протяжении жизни одного поколения.

В своих внешних проявлениях масонство религиозно-идеологически всеядно в буквальном смысле слова: оно поглощает, выжирая их изнутри, все концептуально безвластные общественные движения, и, действуя под прикрытием их идеологий, осуществляет всё тот же библейский проект порабощения всех. Такого рода идеологическая всеядность подаётся им обществу от своего имени и анонимно как веротерпимость, терпимость к чужим убеждениям, «толерантность».

Масонство задействовано в строительстве глобального государства, но делает это не абстрактно — «вообще», а конкретно — в русле определённой ему «мировой закулисой» программы глобальной политики.

Глобальная политика как историческое явление появилась не в XX веке вместе со становлением таких институтов как «Лига наций» и ООН. Это древнее явление, возраст которого как минимум порядка 3000 лет. По крайней мере, таков возраст того потока глобальной политики, который создаёт всем народам большинство проблем на протяжении последних нескольких веков и двух последних тысячелетий. Суть этого потока глобальной политики мы повторим вкратце, обобщив изложенные в третьей книге курса основные библейские принципы:

* * *

«Не давай в рост брату твоему (по контексту единоплеменнику-иудею) ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу (т. е. не иудею) отдавай в рост, чтобы господь бог твой (т. е. дьявол, если по совести смотреть на существо ростовщического паразитизма) благословил тебя во всём, что делается руками твоими на земле, в которую ты идёшь, чтобы владеть ею» (последнее касается не только древности и не только обетованной древним евреям Палестины, поскольку взято не из отчёта о расшифровке единственного свитка истории болезни, найденного на раскопках древней психбольницы, а из современной, массово изданной книги, пропагандируемой всеми Церквями и частью «интеллигенции» в качестве вечной истины, данной якобы Свыше) — Второзаконие, 23:19, 20. «…и будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы [и будешь господствовать над многими народами, а они над тобой господствовать не будут].[307] Сделает тебя господь [бог твой] главою, а не хвостом, и будешь только на высоте, а не будешь внизу, если будешь повиноваться заповедям господа бога твоего, которые заповедую тебе сегодня хранить и исполнять» — Второзаконие, 28:12, 13. «Тогда сыновья иноземцев (т. е. последующие поколения не-иудеев, чьи предки влезли в заведомо неоплатные долги к племени ростовщиков-единоверцев) будут строить стены твои (так ныне многие семьи арабов-палестинцев в их жизни зависят от возможности поездок на работу в Израиль) и цари их будут служить тебе («Я — еврей королей», — возражение одного из Ротшильдов на неудачный комплимент в его адрес: «Вы король евреев») ; ибо во гневе моём я поражал тебя, но в благоволении моём буду милостив к тебе. И будут отверзты врата твои, не будут затворяться ни днём, ни ночью, чтобы было приносимо к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народы и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся» — Исаия, 60:10–12.

Иерархии всех якобы-Христианских Церквей, включая и иерархию «русского» православия, настаивают на священности этой мерзости, а канон Нового Завета, прошедший цензуру и редактирование еще до Никейского собора (325 г. н. э.), провозглашает её от имени Христа, безо всяких к тому оснований, до скончания веков в качестве благого Божьего Промысла:

«Не думайте, что Я пришёл нарушить закон или пророков[308] . Не нарушить пришёл Я, но исполнить. Истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» — Матфей, 5:17, 18.

При признании священности Библии и убеждённости в неизвращённости в ней Откровений Свыше, расово-«элитарная» фашистская доктрина порабощения всех «Второзакония-Исаии» становится главенствующей политической доктриной в культуре библейской цивилизации, а Новый завет программирует психику паствы церквей имени Христа на подчинение заправилам библейского проекта порабощения всех:

«… не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щёку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду» — Матфей, гл. 5:39, 40. «Не судите, да не судимы будете» (т. е. решать, что есть Добро, а что Зло в конкретике жизни вы не в праве, и потому не противьтесь ничему) — Матфей, 7:1.

Это вкратце конкретный смысл Библии, в результате которого возникла и которым управляется вся библейская цивилизация — так называемый «Запад» и отчасти Россия.

Первые рыцарские церковные ордена.

Первый объективный кризис библейского христианства ( глобальной политики «мировой закулисы») знаменовался расколом Римской империи. Практически сразу после принятия Римской империей новозаветных канонов (V век н. э.), представляющих собой крупнейший подлог от имени Бога — Римская империя распалась. Так выразился Божий Промысел: не будет дальше существовать самая крупная империя под идейно-религиозной концепцией лжи. «Мировой закулисе» пришлось довольствоваться собиранием осколков завоёванной «варварами» западной части империи[309] в единое целое под вывеской католичества, сумев сохранить ещё на тысячу лет единство восточной части (Византии) под вывеской православия — до «триумфального шествия» исторического ислама на земли Византии.

С конца IX по середину XI века раскол между двумя церквями нарастал. По приказу византийского патриарха в 1053 году все церкви и монастыри в Константинополе, придерживающиеся римского обряда, были закрыты. Римский папа Лев IX послал к Михаилу Керулларию делегацию во главе с кардиналом Гумбртом, но не для решения спора между церквями, а для передачи папского указа об отлучении патриарха. В ответ на это в 1054 году был созван собор, анафемировавший римского папу. С этого момента церкви окончательно разделились.

Прошло всего немногим более 60 лет и в 1118 году[310] образуется воинствующий орден тамплиеров, предназначенный для поддержки и экспансии католичества под руководством римского папы. С этого исторического момента явно видна тенденция «мировой закулисы» на укрепление католичества, придания католичеству мощи для покорения всех несогласных с библейской глобальной доктриной — в первую очередь в среде верхушек европейских государств, продукта распада Римской империи. Мы ещё вернёмся к рассмотрению роли тамплиеров и к проблеме упразднения этого знаменитого ордена (крупнейшего предшественника современных масонских орденов), а пока повторим кратко историю взлёта и падения могущества римской католической церкви.

Вершиной могущества католической церкви стало время правления папы Иннокентия III (1198–1216 гг.). В отношении Европы этого периода можно уверенно сказать, что «мировая закулиса» твёрдо намеревалась собрать воедино все государства Европы под жесточайшей тиранией римской католической церкви. И ей это почти удалось. Также можно предположить, что, утвердив духовное единовластие в Европе, «закулиса» пыталась подмять под себя и Восточную церковь — в том числе не гнушаясь и Крестовыми походами и инквизицией для максимальной централизации власти. Но последнее не получилось: до триумфального шествия исторического ислама церковное католическое единство удалось установить лишь в Европе и то не повсеместно.

До Иннокентия III в Европе был столетний период борьбы за власть между крупными европейскими императорами (в основном германскими), носившими титул государей Священной Римской империи и также как и римский папа претендовавшими на абсолютную власть в Европе, утверждая себя наследниками римских императоров, владык государства, объединяющего все европейские земли — и папой. Таким образом, «мировая закулиса» столкнулась с проблемой неподчинения единой дисциплине со стороны ряда императоров Европы.

Конфликт был временно разрешён после ряда Крестовых походов[311] (воинственный «пар» германских императоров выпустили через захватнические походы), в ходе которых враждующие стороны были отчасти примирены, а отчасти произошли кадровые изменения в составе императорского корпуса. В частности был «освобождён» от мусульман Иерусалим и «Гроб Господен», в результате чего в Палестине возникло католическое Иерусалимское королевство. Католичество через необходимость Крестовых походов стало не только духовной организацией, но и военизированной. В Палестине возникли два крупных военизированных церковных рыцарских ордена — иоаннитов (госпитальеров) и тамплиеров. Ясно, что суть деятельности этих орденов (а также и доминиканцев) больше соответствовала полицейско-карательным функциям именем Христа, а не духовным — на что претендовали некоторые другие ордена. А кадровая база этих орденов вполне могла пополняться и особыми лицами, тайно исповедующими иудаизм и следующими Талмуду и Каббале (несколько позже).

Небывалое возвышение католичества к концу XI века после победы папства над местечковым властвованием императоров при Иннокентии III обеспечило кроме Крестовых походов следующее. Вассальскую зависимость от папы признали английский король Иоанн Безземельный, португальский король Санчо I, ленский король Альфонс IX, арагонский король Педро II, и болгарский царь Калоиоанн.

В то же время, папе противостояли ряд германских императоров, конфликт с которыми с XII века превратился в борьбу двух партий гвельфов (сторонников пап) и гиббелинов (сторонников императора). Папе особо противостоял император Фридрих II Гогенштауфен, слывший атеистом и богохульником. Ни Иннокентию III, ни его преемникам не удалось его одолеть (а значит германцы нарушили мировой порядок в Европе, насаждаемый «закулисой»).[312] С этого времени начинается закат папского могущества, завершившийся в начале XIV века «Авиньонским пленением пап». В общем-то извечное германское стремление быть «круче» всех, невзирая даже на вероломство, возможно было решающим в сломе сценария установления всеевропейского единства под центральным руководством римского папы. Первый острый необратимый кризис библейского христианства знаменовался «Авиньонским пленением пап» после «блестящей» операции короля Филиппа IV Красивого.

В дальнейших рассуждениях мы будем основываться на том выводе, который сделал сам В.Н.Емельянов: масонство едино во всём мире, хотя масонские низы об этом и не подозревают. Автор «Десионизации», освещая времена образования первых рыцарских церковных орденов, считает, что уничтожение Филиппом IV тамплиеров было неожиданностью для «мировой закулисы» и явилось доброй инициативой для многих королевских верхушек Европы:

«ВПЕРВЫЕ И, К СОЖАЛЕНИЮ, ЕДИНСТВЕННЫЙ РАЗ ЗА 3000 ЛЕТ АДМИНИСТРАТИВНЫЙ АППАРАТ ГОЕВ ОКАЗАЛСЯ НА ВЫСОТЕ и не только во Франции.[313] В этот же день по просьбе дружественного им Филиппа Красивого многие монархи Европы поступили так же».

Это не вяжется с тезисом о единстве масонства и не укладывается в логику дальнейших рассуждений автора, а также не ложится и в историческую целесообразность, которую поддерживала «мировая закулиса», делая «историю» согласно своему глобальному сценарию. Конечно, тамплиеры могли в какой-то мере выйти из-под контроля «закулисы» (и папской церкви), но они не обладали властностью (ни один масонский орден и ложа не обладают самостоятельностью — самовластностью — в силу многих причин, которые мы опишем далее, и первая из причин это несовершенство психики для какой-либо самостоятельности) и не могли свободно диктовать свои условия своим же хозяевам: иерархия по посвящению исключает любое своеволие. Выйти же из толпо-«элитарной» иерархии целым орденом, конечно, можно было (ненадолго) — но существовали и другие ордена, тайные организации, а в силу внутриодренской иерархии достаточно было физически устранить его руководство (которое вледеет секретами), и весь орден «завянет» как растение без воды. Но сделать это может лишь тот, кто сам обладает информацией о структуре верхушки тайного общества. Учитывая строгую иерархическую структуру масонских орденов (где нижестоящие не знают своих вышестоящих хозяев и так далее), кроме высшего надорденского руководства никто не мог дать распоряжение на прикрытие ордена тамплиеров, раскрыв исполнителю (им стал Филипп IV) ключевые фигуры «заговора».

Ещё одним вариантом причины уничтожения тамплеров мог быть раскол в самой «мировой закулисе». Однако, причина раскола должна была быть очень веская — даже глобальная. И она в общем-то имеется: это — кризис католичества, начавшийся после распада Римской империи и раскола церквей.[314] Часть «мировой закулисы» могла ратовать за поддержку католичества, другая часть стала предлагать свёртывание «христианского» проекта идеологического прикрытия толпо-«элитарного» библейского сценария для постепенного перехода к его светскому варианту.

Но всё же первая причина наиболее уместна: «мировая закулиса», ощущая кризис библейского христианства (в первую очередь католичества), решила начать изменять систему тайного управления и взаимоподчинения друг другу своих кадров в Европе. Административный аппарат римских пап себя не оправдал в её глазах. От него отняли часть власти (упразднив и целенаправленно созданный для поддержки папы орден тамплиеров)[315] и передали эту часть власти другим рыцарским орденам, а также и иудейским диаспорам.

Действительно, верхушки ряда европейских государств не хотели подчиняться единому католическому порядку — что и явилось причиной невозможности установления единого католического порядка в Европе после раскола церквей. Но самим католичеством и рыцарскими орденами руководили не короли и императоры поэтому: упразднение тамплиеров — следствие объективного кризиса чисто католического прикрытия общего толпо-«элитарного» сценария, а не одна из причин кризиса католицизма. То есть, сперва католицизм вошёл в кризис, а затем было в «закулисе» принято решение об упразднении одного из главных воинствующих орденов, поддерживающих католическую церковь и папу, чтобы отнять у папы часть полномочий. Исполнителя же на роль инквизитора было нетрудно найти в среде враждующих с папой королей европейских государств.

К тому же алгоритмика подготовки Филиппа IV к решающему ходу операции выглядела весьма странно. Он отпустил всех, кто в иудо-масонской иерархии стоял выше тамплиеров (куда, естественно, попали и посвящённые нерядовые руководители ордена) — как будто желал их вывести в безопасное место от смертельного конфликта:

«Важнейшим подготовительным мероприятием, проведённым Филиппом перед арестом тамплиеров было полное удаление из Франции всей критической массы иудейской пирамиды. Без этого его акция была бы заранее обречена на провал. Он провёл эту хирургическую операцию ещё в 1306 году. Только после этого он принял меры против тамплиеров, в которых видел уже производную после золотой пирамиды опасность. В этом сказалась его величайшая государственная мудрость.[316] Хозяева иудо-масонской пирамиды учли ошибки 1307 года:

А) единоначалие гойских правителей должно быть ограничено широким советом или парламентом (т. е. своими людьми), без которых ни одно решение не может приниматься; б) духовное единоначалие папы римского должно быть уничтожено созданием в каждой стране «национальных» еретических церквей, за главами которых скрывались бы левиты; в) ни одна важная с точки зрения золотой пирамиды страна не может оставаться без наличия в ней её критической массы, пусть даже формально замаскированных под христиан (как, например, мараны в Испании, ловко скрывавшиеся под личиной христиан с 1492 г. до наших дней, когда после восстановления монархии в Испании вся экономика этой страны вдруг оказалась в руках лиц, которые стали посещать вновь открывавшиеся через пять веков синагоги)».

Конечно, кризис католицизма это «заслуга» не подчинившихся папам верхушек ряда европейских государств, одним из представителей которых был Филипп IV. Ему и было разрешено уничтожение ордена тамплиеров. Но ведь и он и многие другие главы (и целые государства),[317] не подчинившиеся папам, были незамедлительно наказаны смертью (после совершения ими всей черновой работы) а «богатства» тамплиеров пропали.[318] А «ошибки» «закулиса» действительно попыталась «исправить» постепенным введением «демократических» основ после 1307 года (выделены жирным в цитате из «Десионизации под буквами а, б, в), ослаблявших «абсолютную» власть монархов и, главное — дававших предшественникам масонов большую «свободу» и скрытость влияния на европейские режимы.[319] Таким образом вначале «закулиса» поменяла «ролями» власть папы и орденские полномочия,[320] а затем постепенно вся власть (в смысле проведения «нужных» серьёзных инициатив) стала переходить к скрытой в «демократизирующемся» европейском мире иудо-масонской пирамиде: «христианским» иерархам же пока оставили роль пастырей для «гоев» и низов «элит». Рассмотрим предысторию создания первых рыцарских орденов и то, как происходила передача власти от римского папы к орденам. Обратимся к «Десионизации»:

«Внимательное рассмотрение того, как христиане-крестоносцы превратились в сатанистов-служителей левитов имеет для нас далеко не чисто исторический интерес.

Основателями ордена были соратники Готфрида Бульонского французские рыцари Гуго де Пайянс и Готфрид де Сент-Омер, которые в 1118 году вступили в Палестине в союз с семью другими рыцарями и во имя Божьей Матери принесли обет целомудрия, послушания и бессребреничества, четвёртым главным обетом этих девяти рыцарей была защита паломников в Св. Землю против сарацин. Существует мнение, что уже при самом основании ордена стояли левиты. Рыцари — основатели ордена не были монахами, ибо монах не носит меча, тем не менее они повторили перед патриархом иерусалимским вышеназванные три монашеских обета, неисполнение которых служило одним из главных предметов обвинения после ареста храмовников в 1307 году. Основан был орден в иерусалимском странноприимном доме. Вскоре король Балдуин II Иерусалимский отвел им именно ту часть своего дворца, которая была построена на том месте, где находился Храм Соломона. Многие исследователи полагают, что иудейские менторы рыцарей особенно заинтересовались ими как раз после этого и подсказали также выбор орденского знамени, состоявшего из сшитых вместе чёрного и белого квадратов, знаменующих главную идею дуализма[321] — равнозначность добра и зла, т. е. бога и сатаны.[322].

Счастье сопутствовало ордену. Положение об ордене было написано самим св. Бернардом,[323] которое папа Гонорий II подтвердил на Тройесском соборе в 1127 году. Пожертвования и наследства потекли в кассу ордена. Папа Александр III подтвердил и умножил в 1172 году привилегии ордена, и папа Иннокентий III, тот самый, который исповедь и предсуществование возвел в догматы, освободил духовенство ордена от присяги на верность и послушание епископам,[324] что особенно было чревато последствиями для тамплиеров. Благодаря привилегиям церковь и государство вскоре потеряли всякий контроль над орденом, его членами и его имуществом и мало-помалу тамплиеры образовали государство в государстве, а также церковь в церкви.[325].

Созданный несколько ранее тамплиеров орден св. Иоанна или иоаннитов, сохранившийся до наших дней,[326] такими привилегиями не пользовался. Скорее всего, его спасло именно отсутствие привилегий, подобных тамплиеровским,[327] а может быть лучшая маскировка и конспирация.

«Ордена св. Иоанна и храмовников служат истинным выражением духа крестовых походов, духа воинственного и религиозного, и они преисполняли славою весь христианский мир, — писал известный апологет масонства историк Г. Мишо, — они были для королевства Иерусалимского как бы живою крепостью, вечно поражающей и никогда не поддающеюся. Какая радость была для бедных безоружных пилигримов, когда где-нибудь, в горах Иудейских или равнинах Саронских, они примечали вдали красное одеяние иоаннитов или белую мантию рыцарей храмовников!».[328].

До самого краха государства крестоносцев[329] храмовники и иоанниты оставались в Палестине, а после разрушения Птолеамаиды иоанниты поселились на о. Родосе,[330] храмовники же — в своих обширных владениях в Европе».

Крестоносцы изначально были служителями левитов (как и пишет В.Н.Емельянов) — таковыми они и остались. Филипп Красивый выполнил роль средства передачи полномочий от одной мафии другой, причём — вместе с материальными ценностями и главными фигурами тамплиеров (и то и другое пропало). Основные тамплиеры «растворились» в предмасонской среде других орденов вместе с «богатствами» и тайнами. С этого момента Европа продолжала управляться через тайные общества иудейско-масонского типа: в каждом европейском государстве особо поддерживалось «государство в государстве», которое и диктовало верхушкам «элит» как управлять толпой и материальной структурой. «Христианство» же оставалось ещё долго главной идейно-религиозной вывеской для «гоев»: но после 1307 года «мировой закулисе» было уже не так важно сохранение единства библейского христианства (под вывеской католичества или под другой вывеской) — с этого момента «мировая закулиса» готовила свои тайные орденские (в будущем масонские) силы к любому развитию событий для того, чтобы ордена и диаспоры могли решать её задачи и в условиях когда религиозно-идеологического единства не будет, а будет библейский «плюрализм» для толпы. «Закулиса» поняла, что католического единства не получится и стала готовить сценарий альтернативного католичеству единства, сохраняя свою дееспособность в условиях европейского «плюрализма» псевдохристианства, а также и всех течений исторического ислама.

Эту версию подтверждает обширная информация, данная в книге М.Бейджента и Р.Ли «Храм и ложа. История ордена от 1307 года до наших дней» — хоть сами авторы считают ордена и масонов самостоятельной силой. Книга вышла в 1989 году, а русское издание — в 2003 году. Книга хороша тем, что на основе её фактологических материалов можно сделать следующий вывод:

Тайные структуры, через которые осуществлялась глобализация по-библейски, существовали задолго до официального появления масонства — они крупно «засветились» за 600 лет до этого как рыцарские ордена, предназначенные «блюсти порядок на местах», отведённых им некой силой, которая в тот момент представлялась верхушкой католичества. Самая крутая и могучая структура — орден рыцарей-храмовников (тамплиеров) — своей деятельностью, которая была широко известна многим королевским режимам Европы, высветила многочисленные стороны деятельности тайных обществ масонского типа, которые, согласно масонской легенде (и общей логике управления со стороны «закулисы») существовали и до тамплиеров (скорее всего от времён Соломона или даже раньше), но не были столь известны до тамплиеров. Орден тамплиеров, которому самим папой были даны особые (более широкие чем другим орденам, например иоаннитам), был формально предназначен в первую очередь для поддержки порядка в «Святой Земле», авторитет возвращения которой позволил в тот период папскому католическому порядку подчинить себе множество европейских режимов: именно в этот период временного успеха католичества тамплиерам были даны почти неограниченные полномочия в отношении всех, кто противился папскому произволу — чем полномочия тамплиеров «продливались» и за пределы «Святой Земли» в обширные европейские владения тамплиеров.[331] Если бы папскому католичеству удалось захватить под свою власть все крупнейшие европейские королевства — то участь тамплиеров скорее всего была бы не столь «трагической». Но этого не получилось и к концу XIII века стало ясно, что данные только тамплиерам неограниченные полномочия (в отношении произвола всякого рода) могут сыграть отрицательную роль — высветить тайные структуры «мировой закулисы» и методы управления через эти структуры. «Мировая закулиса» приняла решение: " с глаз долой — из сердца вон», устроив показательную «порку» одного из самых могучих своих детищ.[332] Этим «закулиса» успокоила некоторые особо спесивые королевские верхушки Европы (мол всё: орденов, которые не подчиняются церкви[333] и диктуют вам свою волю таким наглым образом больше не существует), перейдя к управлению через более скрытые орденские структуры (например, иоаннитов) без особого упора на власть римского папы, как это было в период небывалого расцвета католичества.

Роль и средства орденских структур.

Опыт деятельности и алгоритмика «ликвидации» ордена тамплиеров, дошедшие до нас благодаря небывалой «засветке» этого ордена в период надежд «мировой закулисы» на католическое европейское единство — особо интересен для понимания роли и места тайных орденско-масонских структур в глобальном сценарии. Ведь с тех пор мало что изменилось в их назначении и средствах влияния на властные верхушки государств. Рассмотрим более подробно всё это на примере ордена тамплиеров. Дело в том, что с благословления самой крупной верхушки иерархии «христианской» церкви, в «христианской» среде орден с самого начала своего существования занимался деятельностью, большая часть которой всегда была уделом иудеев.

Но сначала укажем на один интересный исторический факт, подтверждающий курс на изменение идеологического прикрытия общебиблейского проекта (с религиозного на светский) уже с начала XIV века — начала религиозно-идеологического поворота, ознаменовавшего собой постепенный выход Европы из «христианского» средневековья и корректировку вывесок рыцарских орденов того времени. Как известно из книги М.Байджента и Р.Ли, часть тамплиеров скрылась в Шотландии. Но этому предшествовал ряд событий. В 1292 году (сразу после «падения» «Святой Земли») на исторической сцене средневековой Шотландии появляется некий Роберт Брюс — борец за независимость средневековой Шотландии от папского произвола. Наивысшей точкой в его карьере является битва при Баннокберне в 1314 году[334] — произошедшая через три месяца после казни Жака де Моле, великого магистра ордена тамплиеров. Роберта Брюса считают покровителем тамплиеров. Официальный Рим не признавал Р.Брюса, а поэтому законы о преследовании тамплиеров не распространялись на регионы Шотландии, занятые Брюсом. Брюс мечтал о реставрации уникального Кельтского королевства со всеми древними кельтскими институтами власти. Шотландия исторически являлась местом, население которого тяготело к старым религиозным верованиям. Многие из кельтских ритуалов вошли в масонские шотландские ритуалы. Брюс (как лидер эксперимента, локализованнного Шотландией) начал то, что через несколько веков начнётся уже по всей Европе под названием «Эпохи Возрождения» (на базе «ренессанса» древнегреческой культуры и «права»), после чего по всей Европе прокатится волна буржуазных революций. Вот к этому периоду и стали упреждающе адаптировать рыцарские ордена, начав с «разгромленных» тамплиеров.

Тамплиеры были и остаются настолько популярны в масонской среде, что в XVIII–XIX вв. некоторые масоны усердно стремились доказать своё происхождение от тамплиеров, стали возникать неотамплиерские организации. И это не удивительно: ведь тамплиеры — первая мощнейшая «засвеченная» историей тайная орденско-масонская организация. Но этим самым современные масоны показали преемственность полномочий и функциональную идентичность, которую мы и рассматриваем на базе примера тамплиеров. М.Бейджент и Р.Ли пишут:

«Тамплиеры представляли собой абсолютно новое явление: «Впервые в христианской истории воины будут жить как монахи».[335] С 1128 года орден стал стремительно расширяться… Через год тамплиеры владели землями во Франции, Англии, Шотландии, Испании и Португалии. В течение десяти лет их владения распространились на Италию, Австрию, Германию, Венгрию и Константинополь.[336] В 1131 году король Арагона завещал им треть своих земель.[337] К середине двенадцатого столетия орден Храма превратился в самую богатую и влиятельную организацию в христианском мире,[338] за исключением папства.[339].

Официальной основной сферой деятельности ордена Храма считалось Иерусалимское королевство. Европа должна была стать тыловой базой, источником людских и материальных ресурсов, а также каналом их транспортировки на Святую Землю. Поэтому тамплиеры никогда не забывали о «заморских территориях» — именно так они называли Ближний Восток. Их деятельность охватывала территорию от Египта до Константинополя. Ни одно решение руководителей крестоносцев ни одно событие на этих землях не обходилось без участия ордена. В то же время тамплиеры — свидетельство тому их роль в подписании Великой хартии вольностей — принимали активное участие во внутренних делах большинства европейских монархий».

Это то, что касается «географии» распространения тамплиеров и меры их влияния на европейские режимы [340] — а значит и степени экспансии «мировой закулисы». Теперь можно перейти к рассмотрению основных средств масонской экспансии на примере ордена Храма. М.Бейджент и Р.Ли пишут:

«Благодаря своим обширным владениям, многочисленности, дипломатическому и военному искусству орден Храма приобрёл огромное политическое и военное влияние.[341] Однако финансовая мощь тамплиеров была столь же велика, и их деятельность существенно повлияла на основы экономики той эпохи. Обычно историки связывают развитие экономических институтов Западной Европы с еврейскими ростовщиками, а также с крупными итальянскими торговыми домами и союзами. На самом деле доля евреев в ростовщичестве была неизмеримо меньше, чем доля тамплиеров, а орден Храма не только явился предшественником итальянских торговых домов, но выработал механизмы и процедуры, которые затем взяли на вооружение итальянские купцы».

То есть, тамплиерам было поручено в начале XII века ускорение концентрации управления европейским конгломератом с помощью ростовщичества (древнейшего института, «благославленого» только для иудеев) и торговых махинаций (видимо древних аналогов биржевых спекуляций — паразитизма на торговле и недвижимости) для аккумуляции материальных средств (четвёртый приоритет обобщённых средств управления), которые запускались на нужды глобализации по-библейски. Действительно, в католицизме ростовщичество было под запретом: то есть, «христианам» нельзя было заниматься ростовщичеством (самым «прибыльным» деланием денег из «воздуха»): «гоев»-«христиан» приучали к повиновению «господам». Но зато ростовщичество поощрялось для иудеев и… тамплиеров.[342] Но ведь последние были вроде бы «христиане» (орден-то «христианский»). Но это только «вроде бы»: в действительности, как мы уже знаем, ордена и масонство — древнейшая и неотъемлемая часть толпо-«элитарной» пирамиды — средство концентрации управления по-библейски аналогично-параллельное иудеям. Поэтому и полномочия у таких орденов как тамплиеры были аналогичные иудейским. «Мировой закулисе» нет разницы, какие средства в какую эпоху употреблять для её дела: важна эффективность и конечный результат. Далее М.Бейджент и Р.Ли пишут:

«В сущности, основы современного банковского дела были заложены именно тамплиерами. В период своего расцвета орден распоряжался большеё частью свободного капитала — если не всем капиталом Западной Европы.[343] Храмовники впервые ввели понятие источников кредитования, а также выделения кредита для развития и расширения коммерции.[344] Фактически они выполняли все функции торгового банка двадцатого века.

Теоретически церковное право запрещало христианам заниматься ростовщичеством, то есть одалживать деньги под проценты. Вполне логично предположить, что этот запрет должен был примениться ещё более строго к таким сугубо религиозным организациям, как орден Храма. Тем не менее тамплиеры ссужали деньги и взимали проценты в очень широких масштабах.[345] В одном из документально подтверждённых случаев согласованный процент при просрочке долга составлял 60 процентов в год — на 17 процентов больше, чем разрешалось взимать ростовщикам-евреям.[346] Строгие правила церковного права обходились при помощи уклончивых выражений, эвфемизмов[347] и иносказания.[348].

Одной из самых важных сторон в финансовой деятельности ордена была организация платежей в удалённых местах без перевозки наличных денежных средств. В эпоху, когда путешествия являлись сомнительным предприятием, когда дороги никем не охранялись и путник постоянно подвергался опасности грабежа, вполне естественно, что люди крайне неохотно перевозили с собой ценности… Чтобы противостоять этой угрозе, тамплиеры изобрели аккредитив…Воровство и подделка таких аккредитивов пресекались сложной системой кодов, известной только тамплиерам.

Помимо предоставления ссуд и выдачи аккредитивов, орден, благодаря своей сети прецепторий, предлагал услугу по хранению ценностей. Во Франции парижский Храм выполнял роль королевского казначейства. В нём хранились богатства государства, а не только богатства тамплиеров; казначей ордена был также и королевским казначеем.[349] таким образом, все финансы французской короны находились под управлением ордена и зависели от него… Они не только собирали папские налоги, десятину и пожертвование, но были наделены большими полномочиями и внушали больший страх, чем современное Управление налоговых сборов. В 1294 году тамплиеры организовали обмен старых денег на новые. Они часто выполняли доверительные функции по управлению финансами и собственностью, а также выступали в качестве маклеров и уполномоченных по взысканию задолженности. Они брали на себя роль посредников в спорах, связанных с денежными штрафами, приданным, пенсиями и множеством других финансовых операций.[350].

Несмотря на обет целомудрия, рыцари, похоже, распутничали с не меньшим энтузиазмом, чем пили. Однако несмотря на подобную невоздержанность, их репутация точных, честных и неподкупных в финансовых делах оставалась незыблемой. Можно было их не любить, но им можно было доверять. Тамплиеры с особой строгостью относились к членам ордена, совершавшим нечестные поступки.[351].

Подобно современным швейцарским банкам, орден поддерживал несколько долгосрочных трастовых фондов для управления имуществом умерших или разорившихся людей…

«Самым большим достижением «бедных рыцарей…» была экономика. Ни один средневековый институт в такой степени не способствовал развитию капитализма». Однако богатство, которым тамплиеры так эффективно управляли, стало предметом неудержимой зависти монарха,[352] жадность которого была сравнима с его беспардонностью».

Можно сделать вывод: от образования первых рыцарских церковных орденов берёт своё начало небывалая интенсификация концентрации управления по-библейски с упором на средства четвёртого (экономического) приоритета методами, к которым издревле были допущены лишь иудеи.

Как мы уже говорили, легендарное «богатство тамплиеров» не досталось королю Филиппу и о его судьбе ничего не известно. Мало того, есть ряд исторических фактов, которые подтверждают нашу версию о трансформации организации ордена Храма в другие ордена и о том, что этой трансформацией руководила тайная сила, которая во-первых, была статусом выше короля Франции и, во-вторых, сами тамплиеры ей подчинялись — даже если им приходилось жертвовать собой:

«Есть серьёзные основания полагать, что тамплиеры всё же заранее были предупреждены.[353] Известно, например, что незадолго до своего ареста Великий Магистр Жак де Моле собрал все книги и документы, касающиеся его ордена и сжёг их. Один из рыцарей, который покинул орден примерно в это же время вспомнил, что парижский казначей назвал его поступок «очень благоразумным» и сказал, что кризис неминуем. Наконец, в этот же самый момент все командорства Франции обошёл приказ, запрещавший давать какую-либо информацию об обычаях и ритуалах рыцарей… Во-первых, многие рыцари скрылись, а те, кто дал себя арестовать, не оказывали ни малейшего сопротивления, как будто они получили инструкции на этот счёт… Во-вторых, есть основания предполагать организованное исчезновение целой группы рыцарей Храма, практически всех, принадлежавших к ближайшему окружению орденского казначея.[354].

Учитывая такую подготовку, не стоит удивляться, что казна тамплиеров исчезла — вместе с большинством документов и архивов. Один из рыцарей на допросе, устроенном инквизицией, показал, что казна была тайно вывезена из парижской прецептории незадолго до арестов. Тот же свидетель утверждал, что прецептор Франции покинул столицу вместе с пятьюдесятью лошадьми и отплыл — неизвестно, из какого порта — из страны на восемнадцати галерах, которые тоже исчезли без следа. Неизвестно, насколько достоверны слухи, но флот тамплиеров, похоже, ускользнул от короля. Корабли исчезли вместе со своим таинственным грузом, который тоже войдёт в легенду.

Орден Храма был официально распущен папским декретом 22 марта 1312 года, причём не было вынесено никакого окончательного вердикта о его вине или невиновности…В конце концов в марте 1314 года Великий Магистр ордена Жак де Моле и прецептор Нормандии Жоффруа де Шарнэ были сожжены на медленном огне на острове Сите на реке Сене».[355].

Мало того, многочисленные дошедшие до нас свидетельства показывают, что большинство тамплиеров избежали инквизиции (как говорится «мафия бессмертна…»),[356] организованной Филиппом IV с помощью «ручного» папы и растворились в среде других орденов, самым известным из которых был орден иоаннитов (госпитальеров), организованный тем же папством почти одновременно с орденом Храма:

«Решение, с которым Филипп преследовал тамплиеров, выглядело более чем подозрительно… Что касается преданности церкви, то он подчинил себе церковь. Филиппу не нужно было проявлять к ней лояльность. Он имел возможность сам определять границы лояльности.[357].

Как бы то ни было, Филипп уговаривал других монархов Европы присоединиться к нему в этом крестовом походе против тамплиеров. Однако все его усилия имели ограниченный успех. В Лотарингии, которая тогда принадлежала Германии, тамплиеры находились под защитой герцога-губернатора. Некоторых членов ордена судили и объявили невиновными, но большинство из них, по совету своего прецептора, сбривают себе бороды, надевают морское платье и смешиваются с местным населением, которое — что очень важно — не выдало их.

В Германии тамплиеры открыто бросают вызов своим предполагаемым судьям, являясь на суд в полном вооружении и выражая решимость защищать себя. Напуганные судьи объявляют их невиновными. Когда орден был официально ликвидирован, многие немецкие тамплиеры нашли убежище среди госпитальеров св. Иоанна и тевтонских рыцарей.[358] В Испании рыцари Христа тоже оказали сопротивление своим преследователям и растворились вреди членов других орденов, особенно ордена Калатрава. Бвл создан новый монашеский орден, Монтеса, преимущественно в качестве убежища для беглых храмовников.

В Португалии тамплиеров оправдывают, и они просто меняют имя, становясь рыцарями Христа. Под этим именем орден сохранился вплоть до шестнадцатого века, и их морские экспедиции оставили глубокий след в истории. Рыцарем Христа был Васко да Гама, а Генрих Мореплаватель, корабли которого плавали под парусом с большим «лапчатым» красным крестом,[359] был Великим Магистром ордена. Под таким же крестом три каравеллы Христофора Колумба пересекли Атлантику и открыли Новый Свет. Жена самого Колумба была дочерью бывшего Великого Магистра ордена, и великий мореплаватель имел доступ к документам и картам своего тестя.

Английских тамплиеров держали в Тауэре Лондона,[360] а также в замках Йорка, Линкольна и Кентербери. Кампания против храмовников разворачивалась неторопливо…Папа жаловался архиепископу Кентерберийскому и другим прелатам церкви, что большое количество тамплиеров полностью растворилось среди мирского населения, вступив в брак. Это не могло быть сделано без определённой помощи английских властей…

В 1972 году современный историк был ещё более точен в своих оценках: «В Шотландии избежали ареста все братья, за исключением двух. Искушённые политики, они вполне могли найти укрытие в партизанской армии Брюса — король Роберт так никогда официально не признал роспуск ордена». Масонские историки и писатели высказываются ещё более точно и определённо: "…говорят, что, покинув орден, они встали под знамёна Роберта Брюса и аражались вместе с ним в битве при Баннокберне… Легенды утверждают, что после битвы при Баннокберне… Брюс в награду за оказанные услуги сформировал из тамплиеров новую организацию"».[361].

Идейно-религиозная основа первых орденов.

Что касается непосредственно богословия: в то средневековое время, когда в Европе только за донос об отступничестве простых «христиан» пытали и сжигали на кострах инквизиции — посвящённые члены ордена Храма цинично посмеивались над простыми запуганными верующими, между собой, не считая Христа Богом, а воскресение Христа реальностью. Руководство тамплиеров (первого могущественного рыцарского ордена Европы) было посвящено в тайну самой гнусной церковной мистерии первого тысячелетия н. э. и в самую гнуснейшую подмену Бога — ликом и именем Христа. Правда при этом сами тамплиеры поклонялись скорее всего «Богу» иудеев — ветхозаветному «Богу» якобы Соломона (по сути «Богу» Исаии, а не Соломона, от которого масоны ведут свою «династию») — либо чему-то подобному, копируя вседозволенность, данную иудеям от имени этого ветхозаветного «Бога». Отрицание же божественности Христа нужно было хозяевам тамплиеров для того, чтобы вернуть своих подопечных к «единственно правильной» вере в дохристианского единого «Бога» иудеев: раз Христос не Бог, и история Христа выдумки, то значит остаётся старый «Бог» — «Бог» иудеев.

Вот что пишут по этому поводу М.Бейджент и Р.Ли:

«Наконец, в июне 1311 года инквизиция нашла в Англии то, что давно искала… Стефан стал первым тамплиером в Англии, признавшем еретические обычаи ордена. Он сообщил, что во время церемонии посвящения ему показали распятие и приказали отрицать, что «Иисус был одновременно богом и человеком и что Мария была его матерью». Затем его якобы заставили плюнуть на крест.

За откровениями Стефана последовали — подозрительно быстро — признания двух рыцарей. По их словам, бывший магистр Англии Бриан де Джей утверждал, что «Христос был не богом, а простым человеком»… Признания одного из рыцарей, Джона де Стока, имели особое значение, поскольку он являлся казначеем храма в Лондоне… он заявил, что при посещении храма Гарвей в Херефордшире Великий Магистр ордена Жак де Моле заявлял, что Христос был «сыном обычной женщины и его распяли за то, что он назвал себя Сыном Божьим».[362] По словам Джона Стока, Великий Магистр убеждал его на этом основании отречься от Иисуса. Инквизиторы спросили его, во что от него требовалось верить. Джон ответил, что Великий Магистр предписывал верить в «великого всемогущего Бога, который создал небо и землю, но не в Распятие… Эти взгляды могли подразумевать ортодоксальный иудаизм[363] или ислам».[364].

Мифология, вера и ритуальная основа, созданная и опробованная на тамплиерах, стала основой для последующего франкмасонства. От религиозно мистической основы тамплиеров, как от единого ствола большого дерева, последуют разнообразные орденские ответвления, объединённые в единый миф-эгрегор (под которым ходят все масоны), восходящий к тамплиерам ,[365] о чём пишут М.Байджент и Р.Ли:

«Во время существования ордена тамплиеры сами окружают себя завесой легенд и мифов. После исчезновения они порождали новые легенды, новые мифы, которые другими людьми затем превращались в «исторический факт». Впоследствии мы увидим, что одним из самых эффективных превращений подобного рода стало франкмасонство. Но были и другие, более ранние проявления этой закономерности — проявления, ставшие основой самого масонства…[366].

В 1445 году, когда была сформирована регулярная французская армия, численность шотландских гвардейцев в несколько раз увеличилась… С поразительным постоянством офицеры и командиры шотландской гвардии становились членами ордена св. Михаила, отделение которого впоследствии было создано в Шотландии.

В сущности шотландские гвардейцы представляли собой новую тамплиерскую организацию, причём в гораздо большей степени, чем чисто рыцарские ордена Подвязки, Звезды или Золотого Руна. Подобно тамплиерам, гвардия имела цель своего существования, в первую очередь военную, политическую и дипломатическую. Подобно тамплиерам, шотландская гвардия предлагала военную подготовку и имела военную иерархию…От тамплиеров они отличались в первую очередь отсутствием какой-либо религиозной составляющей, а также тем, что давали клятву верности не папе, а французскому королю… На протяжении полутора веков шотландцы занимали уникальное положение во французском государстве. Они действовали не только на поле брани, но и на политической арене, выступая в качестве придворных и советников во внутренних делах, эмиссаров и послов в международных отношениях… Подобно тамплиерам, ряды которых пополнялись их аристократии того времени, шотландская гвардия набирала своих офицеров и командиров среди самых знатных и благородных семей Шотландии, игравших важную роль на протяжении всей истории страны…[367].

…шотландская гвардия, несмотря на то, что её значение со временем ослабевало, была по сути своей новой тамплиерской организацией. Кроме того, она служила важным средством передачи традиций. Дворяне, служившие в гвардии, являлись наследниками оригинальных традиций тамплиеров. Они послужили каналом, при помощи которого эти традиции вернулись во Францию и укоренились там, чтобы через два столетия принести плоды… В результате такого сплава образовалось ядро будущего ордена — франкмасонов».

История становления и развития европейских орденских структур свидетельствует о том, что их мистико-религиозной составляющей постепенно становился древний примитивный эзотеризм, основанный на иудейской мистике и Каббале, некоторые точные науки, что неизменно должно было когда-то привести масонство к откровенному атеизму:

«В 1453 году под ударами Османской империи пал Константинополь, а вместе с ним прекратили существование и остатки Византийской империи. Результатом стал массовый наплыв беженцев в Западную Европу. Они пришли сюда вместе с накопленными за предыдущее тысячелетие богатствами: византийскими библиотеками с текстами герметиков, неоплатоников, гностиков, книгами по каббале, астрологии, алхимии, божественной геометрии сов семи знаниями и традициями, которые зародились ещё в Александрии в первом, втором и третьем веках нашей эры и с тех пор постоянно дополнялись и развивались .[368].

Искусствоведы и историки единодушны во мнении, что прилив идей из Византии и Испании явился чуть ли не решающим фактором в возникновении культурного феномена, который известен нам как Ренессанс».[369].

Краткий обзор некоторых известных орденов.

Понятие орден появилось, скорее всего, не раньше XI–XII вв. в связи с образованием первых военно-монашеских рыцарских союзов во время крестовых походов в Палестину. Слово орден (от немецкого огdеn, от латинского ordo — ряд, разряд) означает знак отличия. В XIII–XIV вв. количество рыцарских орденов в Западной Европе резко возросло, причём некоторые из них насчитывали десятки тысяч рыцарей, имели огромные земельные владения. Эта известная статистика распространения домасонских рыцарских орденов только подтверждает наши выводы о том, что после тамплиеров ордена были предназначены для дезинтегрированного контроля за правящими режимами государств Западной Европы. А идейно-религиозную нагрузку каждый орден нёс свою (соответствующую специфике государства и характеру задуманных «мировой закулисой» преобразований), хотя в период библейского христианства большинство из низ выступало от имени Христа. Практически все первые известные ордена являлись военно-религиозными организациями, действующими в среде простых обывателей-«христиан» и государственных «элит» по своим правилам и формально подчинялись римскому папе, ссылаясь на его полномочия. Несколько позже многие ордена формально утверждали сами монархи своей властью и поддерживали их деятельность в среде своих же государств.

Монархи могли сами возглавлять ордена, либо быть их почётными титулованными членами — что в большинстве случаев являлось признанием власти «мировой закулисы» над верхушкой государства, монарх которого поддерживал орден, а сама монархическая верхушка включалась в систему «устойчивого» (в смысле предсказуемости поведения монарха и его свиты) внешнего управления. Члены орденов как правило носили отличительную одежду, на которую нашивались разнообразные изображения крестов. В целях укрепления дисциплины и поощрения своих подданных монархи устраивали придворные ордена, которые в свою очередь могли быть включены в общую иерархию орденов и посвящений. Так монарх мог иметь более высокую степень посвящения, чем придворные, а могло быть и наоборот.

Монарх мог принадлежать к более высокому ордену, а для придворных создать свой внутригосударственный орден, но могло быть и иначе: внутригосударственный орден, созданный монархом мог быть вписан по посвящению в более высокий в иерархии орден, куда монарх не входил, но входила часть придворных — конечно же тайно. В свою очередь каждый орден имел как правило несколько степеней посвящения, которые во многом носили чисто формальный характер — предназначенный для поощрений, потомственных прав и других привилегий наиболее «надёжным» членам. В то же время, были и ордена с серьёзными степенями посвящений и доверия «сверху», но с членов которых и спрашивалось больше, а отступничество каралось незамедлительно и жестоко.

Помимо первого ордена тамплиеров почти одновременно с ним был создан знаменитый Орден госпитальеров (иоаннитов), существующий и по сей день и известный как Мальтийский орден. Его религиозное прикрытие — библейское христианство, то есть идеалистический церковный атеизм. Любопытно, что красный четырехконечный крест, являвшийся символом тамплиеров, некоторым образом перешёл госпитальерам (Ордену Святого Иоанна Иерусалимского у которых был символом чёрный плащ и белый восьмиконечный крест) и международной организации Красного Креста. То есть, древнейший орден иоаннитов (его современные филиалы) опутали огромное количество стран мира под вывеской гуманизма красного креста, для которого, как известно не существует государственных границ. Это один из самых «демократических» орденов, ведущих и наше время «христианскую» пропаганду — вне зависимости от разновидностей «христианства» (протестантизм, католичество, православие и другие).

После вытеснения крестоносцев с Востока иоанниты в 1291 переселились на Кипр, в начале XIV в. обосновались на о. Родос (отсюда их другое название — родосские рыцари), в 1530 г. — на о. Мальта (стали называться также Мальтийским орденом — символ красный крест). «Великая французская революция» нанесла удар ордену. В 1798 иоанниты лишились Мальты, а затем и других владений, утратив прежнее значение. Декретом 1792 их собственность во Франции была конфискована, а в 1798 Наполеон занял Мальту, вынудив рыцарей искать новое прибежище. Большая часть рыцарей подалась в Россию, где император Павел I был избран великим магистром, чтобы воскресить былое величие ордена, но после убийства императора (1801 г.) орден как бы прекратил существование. В 1879 была предпринята попытка возродить орден, когда папа Лев XIII восстановил должность великого магистра, и в течение последующих лет были организованы три «нации» — в Италии, Германии и Испании. В то время «мировая закулиса» забирала полномочия у «христианских» орденов и передавала их светским.

В 1834 резиденция иоаннитов была перенесена в Рим. В 70-х гг. XX в. организации иоаннитов имеются в ФРГ, Англии, Швейцарии (где находится один из их пропагандистских центров — Рыцарский дом в Бубиконе, основан в 1936 г.), Швеции и ряде других государств. Орден объединяет около 8 тыс. человек, преимущественно представителей аристократии; в целях расширения влияния ордена с 1961 г. в соответствии с новым уставом в него допускаются и лица незнатного происхождения. Деятельность иоаннитов, формально занимающихся религиозной благотворительностью, в действительности носит реакционный политический характер. В России орден возобновил свою активную деятельность во время «перестройки».

Тевтонский орден (латинское полное название Ordo domus Sanctae Mariae Teutonicorum), Немецкий орден (Deutscher Orden), Орден крестоносцев (Kreuzritterorden), немецкий католический духовно-рыцарский орден, осуществлявший в 13 — начале 15 вв. феодальную агрессию в Восточной Европе от имени Христа. Возник в конце 12 в. в Палестине во время крестовых походов, в 1198 утвержден папой Иннокентием III. Имел большие земельные владения в Германии и Южной Европе. Тевтонских орден претендовал на русские земли. Решающее сражение состоялось 5 апреля 1242 на Чудском озере. Оно закончилось сокрушительным поражением рыцарей от войск Александра Невского. Орден вынужден был заключить мир, по которому крестоносцы отказались от притязания на русские земли.

Окончательная потеря могущества произошла, когда главой ордена была произведена секуляризация (превращение в светское государство) Пруссии (главной опорной точки ордена). После этого во время Наполеоновских войн Орден был распущен, и реорганизовать его удалось лишь во времена Первой Мировой войны. В период нацистских гонений на Орден его деятельность была фактически свёрнута. После окончания войны Ордену были возвращены аннексированные нацистами австрийские владения. В 1947 году декрет о ликвидации Ордена был формально аннулирован. Орден не был восстановлен в социалистической Чехословакии, но возродился в Австрии и Германии.

Но в истории тевтонского ордена есть интересный факт, который лишний раз подтверждает «всеядность» орденско-масонских структур — когда «закулиса» задаётся очередным политическим сценарием, давая «элите» поиграться в глобальных руководителей (если цели «элиты» совпадают с целями «закулисы»). Нацисты свернули деятельность «христианского» ордена, при этом нацисты даже преследовали священников настоящего ордена, а также потомков тех прусских семейств, чьи корни восходили к рыцарям ордена. Некоторые из этих потомков даже примкнули к антигитлеровской оппозиции. Однако при этом нацисты взяли его имя для целей Третьего рейха и считали себя продолжателями дела ордена, особенно в области геополитики. Доктрина ордена «натиск на Восток» была полностью усвоена руководством. Нацисты претендовали и на материальное имущество ордена. После аншлюсса Австрии 6 сентября 1938 года сохранившиеся владения ордена были национализированы в пользу Германии. То же самое произошло после захвата Чехословакии в 1939 году. Сохранили независимость только орденские больницы и здания в Югославии и юге Тироля. Была также произведена инспирированная Генрихом Гиммлером попытка создать некий собственный «Тевтонский Орден» в целях возрождения немецкой военной элиты. В этот «орден» вошло десять руководителей во главе с Райнхардом Гейдрихом.

Иезуиты — неофициальное название членов Общества Иисуса (создано в 1534 году), одного из крупнейших мужских монашеских орденов Римско-католической церкви. Деятельность иезуитов не ограничена каким-то определенным поприщем, хотя приоритет отдается педагогической деятельности на всех уровнях. Помимо этого, они проповедуют, осуществляют руководство духовными учреждениями и приходской жизнью, занимаются миссионерской деятельностью у себя в стране и за рубежом, научными изысканиями, изданием газет, обращенных к широким кругам читателей, и специальных религиозных журналов, деятельностью на телевидении и на радио. Общество формально имеет четыре степени членства. Основное назначение — защита католических «ценностей».

К середине XVII в. Общество Иисуса насчитывало около 23 тыс. членов. Возрастающее влияние иезуитов привело орден к конфликту с деятелями эпохи «Просвещения» и сделалось одной из серьезных проблем европейской политики. В 1759 орден был запрещен на всей территории Португальской империи. В 1764 подобный запрет вышел во Франции, а тремя годами позже — в Испании, Неаполитанском королевстве и герцогстве Парма. На папу оказывалось давление с целью добиться запрещение ордена как такового, и 16 августа 1773 папа Климент XIV формально объявил о полном роспуске Общества Иисуса. После частичного его возрождения в начале XIX века иезуиты вновь оказались под ударом — на этот раз из-за волны либеральных и «социалистических» революций, прокатившейся по Европе. Время от времени их изгоняли то из одной, то из другой страны: из Бельгии, России, Франции, Итальянских государств, Испании, Германии, Португалии и Швейцарии.

Политика «мировой закулисы» в отношении прикрытия библейского сценария менялась с «христианской» на светскую, но, как видно из истории, «христианские» ордена не закрывались полностью, а их деятельность либо приостанавливалась, либо они трансформировались в другие — зачатую со сменой вывески.

Что касается масонства, то название, организация (объединение в ложи), многие традиции заимствованы масонами от средневековых цехов (братств) строителей-каменщиков, отчасти от рыцарских и мистических орденов. Масонство существует в форме местных лож — как правило, небольших групп, объединённых территориально. Местные ложи учреждаются Великой Ложей, которая служит для неё материнской. Как правило, в одной стране, существует только одна Великая Ложа. В США, однако, их две — Йоркская ложа и Шотландская Ложа. Первые масонские ложи были основаны в XVII веке в Англии, но многие указывают на значительно более древнее происхождение масонства, берущее начало от орденов крестоносцев и от гильдий каменщиков XIII века. Некоторые ложи допускают членство атеистов, но в общем, идеология масонства основывается на религиозном толковании мира, не ограничивая, однако, своих членов той или иной религией. Философия масонства включает в себя элементы как «христианства», так и других религий. Символика и терминология масонства ведет начало от орудий труда древних каменщиков, которые были первыми братьями движения. Мастерок, циркуль, отвес и др. толкуются масонами в значительно более широком смысле, часто придавая этим символам мистическое значение. Общепринятым символом движения является треугольник, внутри которого изображается открытый глаз. Стилистически, глаз часто заменяется на вписанную в треугольник окружность. Несмотря на близость некоторых лож к «христианству», в 1738 году Папа Римский Клемент XII объявил проклятие масонству, что в дальнейшем повлекло за собой вердикт об автоматическом отрешении романо-католиков от церкви в случае вступления их в масонскую ложу. В 1983 году это положение было частично ослаблено католической церковью.

Кризис библейского христианства и появление масонства.

Мы вкратце рассмотрели основные моменты предыстории современного масонства, такого, каким мы его представляем сегодня, сделав один самый важный вывод: масонство и его предшественники — рыцарские ордена — всегда выполняли роль наместников «мировой закулисы», предназначенных для проведения её глобального сценария. Также мы знаем, что этот глобальный сценарий приходилось всё время корректировать, поскольку старые религиозные вывески обществами отвергались (по разным причинам) и «мировая закулиса» либо придумывала новые, либо брала на вооружение чего-либо уже готовое, что было выдумано кем-то из людей под воздействием изменяющейся эгрегориальной обстановки в мире.

Поскольку предыстория масонства восходит ко временам строителей храма Соломона — древним каменщикам — а первый религиозный сценарий «прикрытия идеалистического атеизма» толпы и «элиты» был успешно опробован ещё в Древней Греции[370] в середине I тысячелетия до н. э. и он ознаменовался эпохой Платона и Аристотеля, эпохой развития точных наук и «эзотерики» — то после объективного кризиса библейского христианства[371] вполне можно было ожидать «ренессанса» платонизма, точных наук, идей герметиков и геометриков с каменщиками. Более всего к этому были готовы те, кто к этому времени стали называться франкмасонами.

Вот что пишут по этому поводу М.Бейджент и Р.Ли в книге «Храм и ложа»:

«Изучение собора в Шартре показало, что в его сооружении принимали участие девять разных мастеров. Большинство таких мастеров были необыкновенно искусными строителями и чертёжниками, чьи знания лежали в основном в технологической области.[372] Однако некоторые из них — считается что двое из девяти строителей собора в Шартре — явно обладали более широким кругозором. Их работа несёт в себе метафизические, духовные, или, как выражаются масоны, «спекулятивные» черты, которые говорят о высокой образованности и утончённости. То есть, эти люди были мыслителями и философами, а не просто строителями. Мы уже упоминали о документе, датируемом 1410 годом, в котором говорится о «науке», возрождённой после Потопа Пифагором и Гермесом.[373] Из такого рода свидетельств становится ясно, что некоторые — по крайней мере — мастера имели доступ к идеям герметиков и неоплатоников задолго до того, как в эпоху Ренессанса они вошли в моду в Западной Европе. Однако до этого подобные воззрения — еретические и опирающиеся на нехристианские источники — были необычайно опасны для своих последователей, которые поэтому вынуждены были исповедовать их тайно. Следовательно, «эзотерические» традиции посвящённых мастеров возродились внутри гильдии «практикующих» каменщиков. Здесь были посеяны семена, из которых впоследствии вырастет так называемое «спекулятивное» масонство».

В общем задолго до начала эпохи «Возрождения», а тем более «Просвещения» предшественники франкмасонов (от тамплиеров и далее), находясь в «христианской» «сдерживающей» среде — как могли (насколько позволяли степени посвящения и соответствующие им знания) двигали научно-технический прогресс, находясь на положении «государства в государстве». Они всегда были «на гребне» научных достижений. До середины II тысячелетия это было строительство — отрасль научно-технического мастерства, не бросающаяся в глаза как «еретическая» (всегда нужно было строить), но которая обязывала мастеров дела владеть точными науками и даже философскими знаниями, мифологией, герметизмом… В этой отрасли очень удобно было сосредоточить все «прогрессивные» тайные силы ещё издревле и поддерживать их в своём подчинении на протяжении не одного тысячелетия.[374] Впоследствии увлечения предшественников франкмасонов алхимией, кораблестроением, распространение математики и геометрии на другие отрасли (помимо строительства), философией и т. п. позволило к началу эпохи капитализма масонству прочно оседлать все научно-технические и академические институты государств Европы.

В первую очередь это относится к таким социальным институтам (разрешённым орденским структурам также как и иудеям), как ростовщичество и другая банковско-финансовая деятельность, успешно опробованные в Западной Европе тамплиерами. Как известно, ростовщичество и другой финансовый паразитизм являются средством активизации научно-технического прогресса, что пресекалось в условиях средневекового «христианства» вплоть до методов инквизиции.

Когда «закулисе» стало ясно, что библейское «христианское» прикрытие даёт критические сбои (после тамплиеров) — она, видимо, сделала ставку на то, что научно-технический прогресс «промодулированный» финансово-хозяйственной деятельностью иудеев и масонов, сможет обеспечить некоторую устойчивость управления европейским конгломератом государств в объективно надвигающийся период так называемого «капитализма», который и был порождён самой библейской концепцией, в которой власть капиталов (золота и других средств накопления) от имени Бога была завещана иудеям и поддерживающим их орденским кланам. То есть, «закулиса» решила через масонов, не дожидаясь наступления эпохи капитализма, взять в свои руки все основные социальные институты, которые станут определяющими в управлении в эту опасную для неё эпоху[375] — взять под свой контроль неминуемо надвигающуюся технократию и употребить её потенциал для укрепления толпо-«элитарной» пирамиды .[376].

Но капитализм, как известно — это такой общественно-политический строй, в котором над психикой большинства доминирует не идеология или религия, а, как говорится, «религия денег» (четвёртый приоритет обобщённых средств управления). Если его «промодулировать» финансово-хозяйственной деятельностью масонов и иудеев[377] — можно какое-то время управлять по библейской концепции. Однако, устойчивости управления, которую всегда дают высшие приоритеты (от третьего «идеологического» до первого «мировоззренческого») не будет, а значит — нужна новая идеология для толпы (взамен «христианской»), которая соответствовала бы «чаяниям народа»: безыдейный народ-толпа быстро почует эксплуатацию и ничто его не сдержит от того, чтобы начать борьбу за свободу. Сдерживающим фактором всегда была какая-либо религиозная система или идеология, подходящая «мировой закулисе» со своей системой инквизиции.

Начиная с конца XV века вплоть эпохи буржуазных революций в Европе основной идейной опорой предшественников масонов и франкмасонов был так называемый «неоплатонизм», а для толпы пока ещё оставались религиозные прикрытия разновидностей библейского «христианства»:

«Распространение неоплатонизма — синкретического мистического учения, которое возникло в ранней Александрии — подняло на новую высоту старые классические взгляды Платона.[378] Именно у Платона учёные эпохи Ренессанса, лихорадочно искавшие необходимые связи, обнаружили принцип, который стал основой для последующего формирования масонства.[379] В «Тимее» Платона появляется самое первое представление создателя как «архитектора Вселенной». В этом труде Платон называет Создателя " tecton», то есть «мастер» или «строитель»[380]. Таким образом «arcbe-tecton» — это «главный мастер», или «главный строитель». По мнению Платона, «arcbe-tecton» создал космос посредством геометрии.

Как мы уже отмечали, «эзотерические» идеи и знания из Византии проникли сначала в Италию.[381] Сорок лет спустя подобный поток из Испании также достиг Италии, однако большая его часть направилась в такие испанские владения как Фландрия и Нидерланды. Здесь возник фламандский Ренессанс, который совпал по времени с итальянским. К началу шестнадцатого столетия течения из Италии и Нидерландов слились вместе под покровительством Лотарингского дома и де Гизов…

Лотарингский дом и де Гизы уже увлекались мистическими теориями. И действительно, своим интересом к «эзотерике» Козимо ди Медичи обязан влиянию своего школьного товарища Рене д’Анджу, который в середине пятнадцатого века был кардиналом Лотарингским, некоторое время провёл в Италии и способствовал переносу итальянского Возрождения в свои собственные владения. Географическое соседство было благоприятно для проникновения на эту территорию идей из Фландрии. К середине шестнадцатого века Лотарингский дом и де Гизы, несмотря на свой показной католицизм, стали ревностными покровителями европейской «эзотерики». От них — через брак Марии де Гиз с Яковом V, через шотландскую гвардию, через семьи Стюардов, Сетонов, Гамильтонов, Монтгомери и Синклеров — эти идеи были занесены в Шотландию. Здесь — где давнее наследие тамплиеров подготовило соответствующий фон, а гильдии «практикующих» каменщиков под покровительством Синклеров развивали собственные тайные обряды — они нашли благодатную почву…

К 1600 году «эзотерические» воззрения начали расцветать и публично высказываться в протестантских государствах. Вскоре в Нидарландах, в Рейнском пфальцграфстве, в Вюртембергском и богемском королевствах они стали использоваться в качестве антиримской пропаганды. Таким образом, лишённые всякой связи с Лотарингским домом и де Гизами, эти идеи могли без риска заявить о себе в Англии.

Более того, в 1603 году, когда Лотарингский дом и де Гизы больше не могли контролировать ситуацию, Яков VI Шотландский — монарх из династии Стюардов, в жилах которого текла кровь де Гизов — стал королём Англии Яковом I. В этот момент наблюдатель из будущего мог бы явственно услышать «шелчок» — все необходимые исторические компоненты заняли своё место. С объединением Англии и Шотландии под властью единого монарха знатные шотландские фамилии стали играть заметную роль в английской политике, а две из них — Гамильтоны и Монтгомери — пересекли Ирландское море, чтобы основать колонию в Ольстере. Через эти семьи[382] старая мистика тамплиеров и шотландской гвардии стала проникать в Англию и Ирландию. Не следует также забывать, что новый король был покровителем и, возможно, членом одной из гильдий «практикующих» каменщиков…

Прежде чем приобрести современные формы, масонство испытало на себе влияние ещё одного фактора. Как отмечалось выше, на континенте — особенно в Германии — «эзотерическое» учение теперь пропагандировалось протестантскими князьями и использовалось в качестве инструмента пропаганды, направленной против двух бастионов: папства и Священной Римской империи. Теперь сторонники этого течения начали называть себя «розенкрейцерами», и Френсис Йейтс назвала этот период его распространения «розенкрейцеровским просвещением». Тогда же начали распространяться анонимные памфлеты, превозносящие «Невидимый колледж», или тайное общество, якобы основанное загадочным Христианом Розенкрейцером. Эти памфлеты содержали яростные нападки на нового императора Священной Римской империи и папу, а также расхваливали различные «эзотерические учения». В них предсказывалось неминуемое наступление Золотого века, когда социальные и политические институты отомрут, и наступит эпоха утопической гармонии, свободной от тирании прошлого, как мирской, так и религиозной» — «Храм и ложа».

«Золотой век», о котором говорится в памфлете — ничто иное как эпоха «социализма». Только каждый социальный слой в ней видел своё содержание: «мировая закулиса» — своё безраздельное господство с помощью масонов и иудеев; масоны — своё полновластие, для чего им нужен был «интернационализм», чтобы беспрепятственно проникать на чужие территории, где не будет «социальных институтов», мешающих всеобщему масонскому братству; иудеям же было обещано возвращение на «Святую Землю» и, как и масонам — господство над народами. Простые же люди в разных странах видели в «социализме» строй, в котором все люди живут равными между собой общинами сохранившими национальные особенности и суверенитет, имеют равный доступ к знаниям и получают материальные блага по своему труду, где нету угнетения и значит толпо-«элитаризма». Такой вот идеал для толпы и поддерживался в масонской и иудейской среде, но при этом сами масоны и иудеи были нацелены на совсем другое.

После так называемой эпохи неоплатонизма с появлением франкмасонства, совпавшим с эпохой первых буржуазных революций, масонские ложи стали проводить принцип «свобода, равенство, братство» (но платонизм и «эзотеризм» остались для внутреннего употребления» — что послужило основой уже первых «социалистических» движений — как бы «освободительной» борьбы народа от эксплуатации капиталистов, которую, конечно же было велено возглавить масонам.

Масонство в период капитализации Европы.

Известное нам масонство зародилось в Англии в XVII в. на основе «профсоюза» вольных каменщиков. Когда кроме мастеровых и архитекторов собрания стали посещать просвещенные и вольнодумные дворяне, была основана Великая ложа Англии. В Россию масонство пришло в начале XVIII в., его завёз Пётр I и сделал достоянием «элиты». Он отодвинул церковь подальше от управления государством и стал внедрять западные стереотипы взаимоотношений в «элите». Что при этом думал сам Пётр I — сказать трудно. Однако, он был патриотом России и желал ей суверенного существования. Но он также понимал, что сохранить суверенитет невозможно при огромном отставании от технико-технологического прогресса, в котором Запад стал обгонять Россию к началу XVIII века и действовал с целью привлечения в Россию новейших западных технологий. Это было правильно. В то же время самым передовым технологиям и наукам невозможно было научиться, на посвятившись в масоны: ведь именно масонство обладало к тому времени всем самым передовым. Одновременно с этим Пётр I совершенно правильно отодвинул церковь от управления, поскольку православная церковь лишь сдерживала процесс просвещения в России, не допуская людей к образованию и наукам.

Поэтому деятельность Петра I была обусловлена не стремлением приобщиться к масонству, а стремлением использовать потенциал масонства для укрепления суверенитета России. Тем более, что он, скорее всего, понимал, что масонство всё равно проникнет в Россию: если не при нём, то уж после него — точно. В то же время если бы он пошёл против масонства — ему было бы не прожить столько сколько он прожил…

Но за время так называемых «петровских реформ» Петру I удалось привить в России не только «элитное» масонство, но и дать возможность активизации научно-технического прогресса, сдерживаемого церковью. После Петра I такую грязную работу (в смысле — связанную с чуждым России масонством) провёл лишь И.В.Сталин — но уже в другую эпоху. И тот и другой благодаря своим связям с масонами смогли создать России нужный военно-технический потенциал, без которого Россия не смогла бы победить противника в недалёком будущем (с наступлением эпохи капитализма исход военных столкновений всё больше стал зависеть от совершенства техники, а не только от мужества людей). Но именно это и сохранило России потенциал суверенитета — пусть не абсолютного, но необходимого для разных эпох, чтобы выжить в период небывалого наступления новейшей модификации глобального сценария. Всё остальное в связях Петра I (также как и И.В.Сталина) с масонами — вторично.

Но вот последующие за Петром I императоры, как представляется, не смогли употребить потенциал масонов так, как это удалось Петру I: скорее наоборот — масоны их «имели» больше чем императоры делали для России руками и знаниями масонов. Так, например, Павел I связался с Мальтийским орденом в то время как ордена, ориентированные на библейское христианство не приветствовались в России и в континентальной Европе: «мировая закулиса» взяла курс на мировую «социалистическую» революцию, отодвинув «христианские» ордена в «загашник» истории (на всякий случай).[383] А Павел I, видимо, был сторонником «христианского» пути и сдуру опёрся не на тот масонский орден вопреки воле «закулисы». Внезапная смерть Павла (1801 год) в неприступном Михайловском замке, охраняемом Семеновским полком, который, по сути, и совершил переворот — наука другим императорам на будущее. «Закулиса» сперва возлагала на Павла большие надежды. Но император их «не оправдал» — связался с конкурирующим светским орденам «христианским» (изначально католическим, претендующим на власть в либеральной России а поэтому неприемлемым православной иерархии) Мальтийским орденом и повелел прекратить деятельность других масонских лож.

Но всё же цели и задачи масонов во всём мире совпадали. Тайное общество создавалось для того, чтобы влиять на власть — «на все случаи жизни» — «христианские» ложи отодвигались тогда, когда надо было проводить светский сценарий (активизирован с начала XVIII века) и наоборот светские ложи «отдыхали», когда нужно было вернуть «христианский» сценарий (начало «перестройки» в России). Вот что пишут о роли современного масонства М.Бейджент и Р.Ли:

«Современное масонство ведёт отсчёт своей истории с семнадцатого века. Фактически это уникальный продукт мышления и обстоятельств семнадцатого века, синтез разнообразных идей и представлений, появившийся в результате потрясений в западной религии, философии, науке, культуре, обществе и политике. Семнадцатое столетие — это период разрушительных перемен, и именно в виде ответа на эти перемены и сформировалось масонство.[384] Оно должно было действовать как связующее вещество, которое соединяло разнородные элементы и составные части распадающегося мира и распадающегося мировоззрения[385] — задача, с которой уже не справлялась католическая церковь…

В годы, предшествующие гражданской войне в Англии и протекторату Кромвеля, масонство был тесно связано с «розенкрейцнерством»… Затем в Англии разразилась гражданская война. Парламент восстал против монарха, король был казнён и в стране наступили суровые времена протектората Кромвеля».

В условиях позднего феодализма такое средство как масонство в Западной Европе было реанимировано в новом качества, чтобы создать работоспособный аналог уходящей в прошлое «сословно-кастовой» дисциплине[386] как системе управления государствами через феодальное дворянство со стороны «мировой закулисы». «Сословно-кастовые» отношения, пребывая в которых городская «знать» (при феодализме — в основном дворяне) управляла государственными режимами, позволяли «мировой закулисе» успешно применять к этим государствам (через покорную городскую «знать», включая и монархов, которые были посвящённее феодалов-землевладельцев) средства управления всех шести приоритетов обобщённых средств управления. Воздействие на верхушки власти в европейских государствах со стороны «мировой закулисы» (которая в некоторой мере и сама являлась невидимой частью этих европейских верхушек) позволяло «мировой закулисе» устойчиво проводить в Европе необходимый курс при поддержке церковно-монастырских и орденских структур, заведующих не только «духовным» фактором влияния на общество (первые три приоритета обобщённых средств управления), но и огромными наделами земли (четвёртый приоритет обобщённых средств управления), которая была основной ценностью времён феодализма.[387] Таким образом, «мировая закулиса» через влияние на дворянство и феодалов успешно держала власть в Западной Европе с помощью иерархов церкви и церковных орденов и, опираясь на инквизицию, проводила нужную ей политику в государствах Европы.

В период перехода от позднего феодализма к капитализму, когда буржуазия экономически окрепла и начала бороться за власть, «мировая закулиса» стала терять средства управления государствами через городскую «знать» и церковную иерархию, а зверства инквизиции обнажились до такой степени, что это грозило нарушением всего библейского толпо-«элитаризма» в Европе в результате не прекращающихся бунтов и восстаний толпы.

Толпа требовала свободы. И «мировая закулиса» вынуждена была поддержать это стремление к свободе, упраздняя постепенно институты инквизиции в государствах Европы. Ясно, что этим был в большей мере снят сдерживающий фактор церковной инквизиции по отношению к технико-технологическому прогрессу. Объективное развитие научно-технического прогресса (вопреки сдерживающему фактору церкви) расширило круг «знати» до границ просвещённого общества (просвещение в прошлом удел лишь орденских структур), в кое вошли крупные феодалы, учёные, а впоследствии обещали войти и зарождающиеся капиталисты. Устойчиво управлять волей такого широкого круга постфеодальной «знати» — «мировой закулисе» было уже не в силах: необходим был дополнительный светский контур (система) управления, который был бы внедрён в среду всей «знати». Тем более, что в будущем роль религии в жизни всех слоёв западного общества обещала ослабевать.

Предвещая именно этот период потери качества управления в подконтрольных ей государствах, «мировая закулиса» реанимировала в новом качестве дополнительную систему управления — которая стала называться масонство. Дабы сохранить для себя кадровый рычаг управления в отношении верхушек власти в нееврейских кругах государств, «мировая закулиса» реанимировала «вольных каменщиков», как подчинённую ей скрытую управленческую прослойку, работающую по программно-адаптивной схеме, заранее готовясь к отражению всех объективных неприятностей буржуазной демократии, грядущей как неизбежный этап в развитии государств (прежде всего — Запада). В среде масонов была предусмотрена и новейшая изощрённейшая система не церковной инквизиции, которую они должны были распространить на те государства, где их власть была бы почти абсолютной.

Как известно, капитализм — это прежде всего товарно-денежные отношения. При них власть как бы переходит от конкретных людей (которыми можно было управлять через их титулы, недвижимое имущество, церковную привязанность и пр.) ко власти денег. А уследить за оборотом финансов гораздо сложнее, поскольку появляется фактор кадровой «виртуальности», который выражается в следующем: «сегодня деньги у одного капиталиста, завтра — у другого». С кем иметь дело «мировой закулисе»? Вот тут-то и стала необходима система-посредник, внедрённая к капиталистам как светский вариант ушедших в прошлое церковно-орденских структур и инквизиции. Недаром к названию у масонов прибавляется либо «ложа», либо «орден», как знак преемственности с прошлым функциональным предназначением церковно-орденских структур. Причём этот светский вариант был изначально разделён «мировой закулисой» на две части:

· масонские ложи не религиозного характера (атеисты-материалисты), и.

· масонские ложи, поддерживающие религиозные ритуалы (церковные ордена — атеисты-идеалисты).

То есть, для нового нарождающегося класса буржуазной «знати» был предоставлен весь спектр выбора: хотите верить в Бога — вам в одну ложу, а если вы материалисты — то в другую. К тому же с помощью как бы противоположных масонских лож «религиозного» и «материалистического» толка «мировая закулиса» облегчила себе возможность на будущее по качанию «маятника» общественного мнения от идеализма к материализму и наоборот.

Принадлежность к масонству обеспечивала капиталистам «успех» в случае, если они выполняли необходимые требования ложи (ордена), которые «мировая закулиса» спускала «сверху» руководителям ложи через иерархию масонских структур. Если они не обеспечивали требования, к ним самим применялась новейшая система внутримасонской инквизиции, которая распространялась и вовне масонской системы в том случае, если самой системе угрожала опасность извне. В этом деле масонам было предписано не брезговать уничтожением даже членов королевских и императорских семей. Требования же к капиталистам, как нетрудно догадаться, носили характер поддержки (либо противостояния) той или иной линии государственной политики страны, в отношении которой «мировая закулиса» имела свои виды.

Вышесказанное проиллюстрируем некоторой хронологией. Как известно, феодализм начал отдавать свои позиции капитализму в Европе к концу XV — началу XVI вв. Именно в это время внутри феодального общества стали появляться капиталистические производства с наёмным трудом,[388] который оказался намного производительнее труда крепостных. Остановить процесс перехода от феодализма к капитализму «мировая закулиса» была не в силах даже с помощью церковной инквизиции: технико-технологический прогресс в нашей цивилизации не заблокирован Свыше и имеет свою Высшую целесообразность. Поэтому «мировая закулиса» могла лишь подстроить (адаптировать) свою систему управления к объективно изменившимся условиям, желая сохранить управление толпо-«элитарной» пирамидой. Но, как мы уже говорили выше, качество управления библейским толпо-«элитаризмом» со стороны «мировой закулисы» могло упасть в условиях перехода к капитализму. Поэтому возникновение масонства и было приурочено к периоду начала первых буржуазных революций.

Испания времён короля Филиппа IV (умер в 1665 году) вынуждена была отдать лидерство в Европе Англии и Франции. Король Англии Карл I — один из первых, кто пытался сохранить абсолютную власть самодержавия,[389] и один из первых, кому это не удалось. В 1649 году Англия была признана республикой, а Карлу I отрубили голову.[390] Масонство зародилось в Англии в XVII в. на основе «профсоюза» вольных каменщиков. Когда кроме «мастеровых» и «архитекторов» «профсоюзные собрания» стали посещать просвещённые и вольнодумные дворяне, была основана Великая ложа Англии (24 июня[391]1717 г.). Таким образом Англия стала лидером распространения на весь западный мир опыта новейшего светского масонства.

Схема управления масонством.

Программно-адаптивная схема, по которой организована работа масонства, предполагает прохождение, выполнение и своевременную корректировку (когда это необходимо) управленческих решений с помощью созданной структуры управления. Масонская дисциплина, будучи призванной заменить собой «сословно-кастовую» дисциплину (а на раннем этапе — действовать параллельно последней) и функционирование церковной инквизиции, обещала быть работоспособной и эффективной только лишь — согласно работоспособности и эффективности программно-адаптивной схемы управления. То есть, для эффективности и работоспособности масонства (как программно-адаптивного модуля «мировой закулисы» в подконтрольных ей государствах) необходимо:

· Сохранение постоянства внутренней алгоритмики работы системы, что в терминах масонства будет звучать как постоянное соблюдение масонской дисциплины в среде самих масонов.

· Возможность прохождения корректировок управленческих сигналов в заданные управлением сроки, что в терминах масонства означает своевременную отработку приказов и распоряжений «сверху».

· Возможность применения центром управления к системе управления всего спектра средств управления, который обеспечивает максимальную и эффективную работоспособность системы, что по отношению к масонам означает применение всего спектра средств воздействия на них самих «сверху» (шесть приоритетов обобщённых средств управления) для поддержки внутренней масонской дисциплины.

· Возможность эффективного отражения внешнего давления на систему как со стороны окружающей среды, так и со стороны аналогичных систем-конкурентов, что по отношению к масонству означает, как сохранение скрытности системы, действующей по отношению к государствам (объектам управления), так и подавление возникающих из недр самих объектов управления (государств) аналогичных систем, претендующих на власть, либо на влияние на власть.

Таким образом, в условиях когда действует объективный по отношению ко всем фактор Закона Времени, выражающийся на социальном уровне как постоянное уменьшение периода смены базовых технологий, обусловленное раскруткой научно-технического прогресса «приводным ремнём» ростовщичества (и других видов паразитизма на труде), программно-адаптивная система масонства должна была в определённый момент стать не эффективной, уступив место другой системе управления государствами со стороны «мировой закулисы». Причём скрытая инквизиция в отношении всех инакомыслящих должна была сохраниться. Это — так, поскольку именно технический прогресс привёл к буржуазным революциям и, как следствие, к возникновению необходимости в современном масонстве. Согласно работе программно-адаптивной схемы управления, она эффективна лишь до того момента, пока давление окружающей среды не превысит внутренние возможности самой системы. Ведь система программно-адаптивного типа не самостоятельна и не может адекватно и своевременно реагировать на внешние возмущения по отношению к ней. По отношению к масонству, также, как и по отношению ко всей социальной системе «человечества», основным социальным фактором давления внешней среды в нашей цивилизации является технократия.

До момента изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени (середина XX века) масонство можно считать более-менее эффективным контуром (системой), встроенным в системы толпо-«элитарного» управления государствами. После изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени программно-адаптивный модуль (система) управления стал давать всё больше и больше сбоев, а совокупная ошибка управления стала накапливаться.

Учитывая, что «мировая закулиса» не глупцы — она естественно готовилась к смене схемы управления с тайной (скрытой) на открытую. Масонство — тайная структура, которая сама представляет собой программно-адаптивную схему, где решения не принимаются. Решения принимаются по схеме, близкой к «предиктор-корректор» — в центре управления «мировой закулисы» и в готовом виде передаются через масонов в государства. Это — долго, поскольку пока управленческий сигнал (решение) пройдёт всю цепочку от «мировой закулисы» к исполнительному органу (высшей государственной власти), решение может устареть, и быть искажено по разным причинам.[392] В этой схеме нет гибкости именно вследствие наличия лишнего (но временно необходимого) звена, представляющего собой тайную структуру — масонство — как это не парадоксально.[393] К тому же, как говорится, масоны — «тоже люди» и на их психику, как и на психику всех в нашей технократической цивилизации, действует фактор давления среды, о котором мы говорили выше. И этот фактор таков, что после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени в среде масонов внутренняя дисциплина должна была упасть.

До кризиса феодализма система церковной инквизиции хоть и несла в себе множество внутренних тайн, но была — открытой для общества. Кризис феодальных отношений и наступление капитализма вынудили «мировую закулису» создать временную, скрытую от общества систему светского масонства со встроенной в неё тайной инквизицией. После чего «мировая закулиса» планировала сделать инквизицию опять открытой для общества, но таким образом, чтобы это общество само поддержало новейшую инквизицию, как часть системы управления новым мировым порядком светского характера.

Предвосхищая неприятности, связанные с масонством и буржуазной демократией в будущем, «мировая закулиса» готовила открытую схему управления интернационализированными государствами по масонскому типу. Имеется в виду — жёсткая схема толпо-«элитаризма», выстроенная по принципу пирамиды «добровольной» взаимной подчинённости и держащаяся на негласной (само собой разумеющейся) дисциплине и новейшем аппарате подавления инакомыслия, апеллирующем в своих действиях к лозунгам всеобщего равенства и благосостояния на базе правдоподобных светских больших Идей о справедливости.

Задача «мировой закулисы» в таких условиях была трудная и опасная: не дать выйти цивилизации на понимание настоящей свободы, а подсунуть правдоподобный имитатор свободы — государственный строй, при котором трудящееся большинство думало бы, что живёт в свободном и справедливом обществе, а реально толпо-«элитаризм» обрёл бы устойчивую на века и привлекательную как бы справедливую форму. И, что самое главное, такого рода общество больше бы не нуждалось в тайных организациях типа масонства: оно само из поколения в поколение воспроизводило бы людей типа «зомби» которые добровольно поддерживали бы нужную «мировой закулисе» дисциплину «масонского» типа (и даже покруче этого). При этом иерархия толпо-«элитаризма» в государствах с таким типом строя была бы некоторым образом схожа с иерархией масонства, которая как известно построена по принципу системы посвящений разного уровня — пирамидального характера. Естественно, что наверху пирамиды должна была остаться «мировая закулиса», а система масонских посвящений должна была трансформироваться в светскую толпо-«элитарную» модель.

После низвержения монархии во Франции на период активизации буржуазно-демократических революций в Европе приходится исторический момент творческой деятельности «великих революционных теоретиков» К.Маркса (1818–1883 гг.) и Ф.Энгельса (1820–1895 гг.). Созданная этими теоретиками[394] идеология, получившая название марксизм, как никогда подошла «мировой закулисе» для светского прикрытия новейшей модификации библейского сценария.

Естественной и первоочередной для «мировой закулисы» была задача найти работоспособный аналог утратившему доверие псевдохристианству таким образом, чтобы процесс «обретения свободы» в народах шёл вне религии веры Богу, с помощью которой только и можно понять настоящую свободу (согласно приводимого нами определения свободы). Поскольку западное общество качнуло в материалистический атеизм (от противного: религия псевдохристианства не давала ответы на многие жизненно важные вопросы и ограничивала свободу в реальной жизни), общество будущей псевдосвободы было назначено «атеистическим», чтобы не вмешиваться в «естественный» поток грядущих событий борьбы за свободу и справедливость. Масоны должны были возглавить этот процесс,[395] конечной целью которого была передача власти легитимным государственным режимам, идеологической основой которых станет марксизм. На этом миссия масонов, должна была быть исчерпана.

Марксизм как идеология псевдосоциализма.

Сам основоположник марксизма К.Маркс утверждал, что он не «марксист», хоть и придумал огромную правдоподобную теорию общества «социализма» и «коммунизма». Отрицание им своей личной принадлежности к «марксизму» можно понимать по-разному:

· и как прямое указание основоположника на то, что марксисты в их большинстве не освоили тех методов выявления научной истины и «методов конспирации»,[396] которыми владел сам К.Маркс (а тем более не превзошли его во владении ими), и потому оказались недостойны жизненных идеалов общества без паразитизма меньшинства на жизни большинства (в марксизме называемого коммунизмом), впервые поставленных якобы «на научную основу их великим и гениальным учителем»;

· и как прямое указание на то, что самому К.Марксу были чужды идеалы искоренения эксплуатации человека человеком, провозглашённые в марксистской доктрине, которая в действительности преследовала и преследует прямо противоположные цели, вследствие чего приверженные ей «марксисты» достойны и самого «марксизма», и презрительного отношения к ним их наставника на путь самообмана.

Опираясь на изучение немецкой классической философии (Гегель, Фейербах и др.), английской политэкономии (Смит, Рикардо и др.), французского утопического социализма (Сен-Симон, Фурье и др.), Маркс и Энгельс разработали так называемый диалектический материализм, теорию прибавочной стоимости и учение о коммунизме.

Общество в марксизме рассматривается как организм, в структуре которого производительные силы определяют производственные отношения, формы собственности, которые в свою очередь обусловливают классовую структуру общества, политику, государство, право, мораль, философию, религию, искусство.[397] Единство и взаимодействие этих сфер образуют определенную общественно-экономическую формацию; их развитие и смена составляют процесс поступательного движения общества. Борьба господствующих и угнетенных классов — движущая сила истории, а ее высшее выражение — социальная революция. Капитализм — последняя эксплуататорская формация, которая создает мощные стимулы развития общества, но постепенно превращается в препятствие его прогресса. В условиях капитализма созревает пролетариат, свергающий господство буржуазии и устанавливающий свою власть, с помощью которой осуществляется переход к коммунизму (уничтожение частной и утверждение общественной собственности, создание бесклассового общества и условий свободного развития личности). Марксизм — глубоко атеистическое учение, открыто отрицающее существование Бога, а посему принадлежащее к категории идеологий материалистического атеизма.

Учение марксизма традиционно делится на три составные части: исторический материализм, диалектический материализм и политэкономия марксизма.

Исторический материализм марксизма заполняет собой нишу второго хронологического приоритета обобщённых средств управления и описывает эволюцию человечества как процесс становления человека «от обезьяны» в результате многовековой трудовой деятельности. Эта историческая теория марксизма опирается на гипотезу Ч.Дарвина,[398] которую сам автор не признавал в качестве правдивой теории и предлагал как гипотезу. Отрицая существование Бога — Творца и Вседержителя — и производя человека «из фауны», марксизм-дарвинизм, как учение «социалистов» отнял у людей веру в связь с Творцом (что только лишь и является основой настоящей свободы — связи с Богом),[399] которая даётся каждому Свыше от рождения. Вместо этого исторический материализм предложил своё понимание «свободы» — как «осознанной необходимости» (по определению Ф.Энгельса) наступающей в исторически грядущий период после свержения эксплуатации буржуазии и наступления коммунизма. Получилось, что такую «свободу» можно обрести лишь всем миром, войдя в коммунизм — но до этого момента каждый индивид может быть свободным лишь в установленных законами «социализма» принципах «осознанной необходимости». То есть эти принципы «осознанной необходимости» и соответствующие законы на период борьбы за царство коммунизма устанавливает верхушка советского государства — куда и засели масоны с иудеями (подобно богам, вершащим судьбы людей) после Октябрьского переворота 1917 года. Учение исторического материализма «обрезало» историю Руси-России, буквально оставив, как самый значимый, период после 1917 года — до этого сделав всю нашу историю сплошной эксплуатацией угнетённых крестьян феодалами и буржуазией.

Диалектический материализм марксизма претендовал на первый приоритет обобщённых средств управления (формирование мировоззрения).[400] Он включает в себя философию марксизма, три основных закона «диалектики» и некоторые другие составляющие. «Основной вопрос философии» поставлен как «вопрос об отношении сознания к бытию, мышления к материи, природе, рассматриваемый с двух сторон: во-первых, что является первичным — дух или природа,[401] материя или сознание — и во-вторых, как относится знание о мире к самому миру, или, иначе, соответствует ли сознание бытию, способно ли оно верно отражать мир».

Действительно, безо всяких интеллектуальных ухищрений и логических доказательств большинству интуитивно ясно следующее:

· вне зависимости от ответа на первую составляющую вопроса: «первичен дух (т. е. Бог), природа — порождение духа (Бога) вторична»; либо «первична природа — сознание человеческое вторично» — изменить объективно имеющуюся данность бытия человек не в силах. А ответ на вопрос, какое из двух мнений соответствует объективной истине? — лежит вне области доказательств средствами какой-либо логики,[402] чему подтверждение тысячелетний нескончаемый спор логических философских школ «научного» материализма и оккультизма — «научного» идеализма.

· по второй составляющей «основного вопроса» марксистско-ленинской философии также безо всяких логических ухищрений большинству интуитивно ясно, что знание о Мире может и соответствовать самому Миру, а может и не соответствовать ему. В тех случаях, когда люди действуют на основе знания, соответствующего Миру, их деятельность успешна;[403] если действуют на основе знаний или лжезнаний (иллюзорных представлений), не соответствующих жизненным обстоятельствам, то их деятельность достигает результатов, худших, чем предполагалось перед её началом, вплоть до того, что терпит полный крах, и это может повлечь за собой большие человеческие жертвы и природные катаклизмы.

И соответственно, только философия, способная давать ответы на вопросы в реальной жизни: будут ли результаты деятельности хуже, чем хочется перед её началом? либо будут не хуже (т. е. будут в точности такими, как предполагается, или даже лучше), чем хочется перед её началом? — обладает действительной практической значимостью в повседневной жизни большинства.

Иными словами, основной вопрос практически полезной мудрости — это вопрос о предсказуемости последствий с детальностью, достаточной для ведения деятельности людьми (включая и управление обстоятельствами) как в одиночку, так и коллективно в реально складывающихся жизненных обстоятельствах.[404].

Аналогичные воззрения на основной вопрос жизненно полезной философии как на вопрос о предсказуемости последствий человеческой деятельности высказывались и при жизни основоположников марксизма. Так английский этнограф XIX в. Э.Б.Тайлор — современник К.Маркса и Ф.Энгельса (1820–1895) — высказался о «философии истории в обширном смысле, как об объяснении прошедших и предсказании будущих явлений в мировой жизни человека на основании общих законов».[405] Известно и ещё более раннее аналогичное по смыслу высказывание Наполеона Бонапарта: «Предвидеть — значит управлять».

И это — единственно здравая постановка основного вопроса философии, которая прослеживается на протяжении всей истории нынешней цивилизации как минимум в форме неувядаемого практического интереса к возможностям предвидеть будущее на уровне от лично бытового до всеобщечеловеческого, с целью избрания наилучшего поведения в настоящем и обозримой перспективе. А соответственно ей:

Методология познания Объективной реальности, позволяющая переработать множество разрозненных частных фактов в единство подтверждаемых Жизнью мнений о течении и перспективах любого из процессов во Вселенной, включая и развитие человеческого общества — единственно полезная философия, ввиду единственности Объективной реальности и многогранности одной и той же Истины, общей для всех обитателей Вселенной. Философия же диалектического материализма марксизма-ленинизма не принадлежит к классу такого рода философий, практически полезных в созидании жизненного лада.

Диалектический материализм впервые в истории сформулировал три основных закона развития. В марксистском исполнении эти законы выглядят так:[406].

Единство и борьба противоположностей, один из основных законов диалектики, раскрывающий источник самодвижения и развития объективного мира и познания. Основу всякого развития составляет противоречие — борьба (взаимодействие) противоположных, взаимоисключающих сторон и тенденций, находящихся вместе с тем во внутреннем единстве и взаимопроникновении. Единство противоположностей относительно, их борьба — абсолютна; единство фиксирует начальную стадию развития противоречия (непосредственное единство противоположностей, их обособление), борьба раскрывает высший этап его развития — предельную заострённость противоположностей, разрешение противоречия, приводящее к качественному преобразованию объекта и возникновению нового противоречия.

Переход количественных изменений в качественные, один из основных законов диалектики, согласно которому изменение качества объекта происходит тогда, когда накопление количественных изменений достигает определённого предела. Закон носит объективный и всеобщий характер; он вскрывает наиболее общий механизм развития. Достигнув определённой пороговой величины (так называемой границы меры), количественные изменения объекта приводят к перестройке его структуры, в результате чего образуется качественно новая система со своими закономерностями развития и структурой. Количественные и качественные изменения обуславливают друг друга; закон устанавливает и обратную зависимость: качественные изменения ведут к количественным изменениям. Процесс перехода одновременно прерывен и непрерывен: прерывность выступает в форме качественного скачка, непрерывность — в форме количественного изменения.

Отрицания отрицания закон, один из основных законов диалектики, характеризующий направление, форму и результат процесса развития, единство в поступательности и преемственности в развитии, возникновение нового и относительной повторяемости некоторых моментов старого. Согласно отрицания отрицания закону, развитие осуществляется циклами, каждый из которых состоит из трёх стадий: исходное состояние объекта, его превращение в свою противоположность (отрицание), превращение этой противоположности в свою противоположность (отрицание отрицания). Форма процесса развития имеет вид спирали: каждый цикл выступает как виток в развитии, а сама спираль — как цепь циклов. Действие закона полностью обнаруживается лишь в целостном, относительно завершённом процессе развития; на каждой отдельной стадии закон выступает обычно как тенденция.

Действительно, за диалектическим материализмом марксизма можно признать роль первой в истории нынешней глобальной цивилизации открытой всем методологической философии,[407] включающей в себя вперемешку со всяким вздором и версию диалектики — пусть ущербную и извращённую, но всё же версию вполне работоспособного метода познания объективной истины и осмысления Жизни; версию, которая сама может быть переосмыслена и которую люди способны развивать по мере необходимости.[408].

Именно вследствие этой опоры на метод познания истины и осмысления Жизни марксизм и смог вытеснить из культуры образованных слоёв общества в область преимущественно семинарского и академического образования новых поколений церковных иерархов цитатно-догматические философии церквей, уклоняющиеся от живого наставничества Духа Святого на всякую истину.

Однако злоумышленно нелепая, никчёмная для практической деятельности постановка основного вопроса философии в марксизме явилась средством, отвращающим на протяжении более чем столетия подавляющее большинство тех, кто сталкивается с марксизмом, от освоения методологии познания, без чего невозможно совершенствование ни культуры осмысленной жизни вообще, ни культуры и методологии познания истины людьми как основы осмысленной жизни.

Кроме того формулировки законов диалектики построены в нём так, что все, кто идут к осмыслению Жизни через марксизм, не осмысляя при этом и сам марксизм как одну из составляющих Жизни — а таких было большинство среди получавших образование в СССР — обретают в своей психике алгоритмику саморазрушения всякой их деятельности, что обрекает на бесплодие все без исключения попытки общества созидать на основе марксизма так называемое «светлое будущее». В этом выразилась имитационно-провокационная суть марксизма. И поэтому на базе учения марксизма легко было создать общество скрытого (корпоративного) рабовладения. Поэтому марксизм явился светской модификацией библейской концепции — в тот момент, когда общество отказалось от библейского «христианства». Библейское «христианство» было таким же бесплодным как и марксизм.

Марксизм также как и «христианство» не стимулировал трудовую деятельность людей на праведное благоустройство Земли, поскольку формулировки его основных законов предполагали «отрицание» всего построенного ранее (возникает вопрос: зачем тогда строить?) и «борьбу противоположностей» вплоть до саморазрушения, а качественный переход на новый уровень развития не был согласован с объективными законами — мирой развития — и поэтому свою субъективную «меру» толпе предлагал тот, кто залез на вершину иерархии государственного управления. Что и предопределяло вседозволенность «элит» и их хозяев.

Если переосмыслить марксистские законы диалектики, то для самостоятельной методологии познания Мира они должны выглядеть следующим образом:

· Закон взаимоотношения разнокачественностей. Множество возможных отношений между объективными разнокачественностями шире, чем двоичный базовый набор марксизма (единство и борьба), вследствие чего притязания холопов диалектического материализма разрешить все проблемы общественного развития на его основе не только безосновательны, но влекут за собой лавину новых и усугубление прежних проблем.

Кроме того, борьба может завершиться и необратимым разрушением исходной системы без выхода её на новый виток спирали развития, на котором проявятся новые её качества. И при этом в марксизме ничего не говорится внятно об управлении как о процессе, о взаимопроникновении друг в друга процессов управления, поддерживаемых разными субъектами. А целенаправленно управляемое разжигание противоречий в системе, определённо избранной в качестве противника (назначенной быть противником), и её якобы «саморазрушение» в результате управляемого доведения их борьбы, возведённой в абсолют, до «победного конца», в марксизме списывается по оглашению на «объективный ход вещей», на «необходимость» и на «роль личности в истории», осуществляющую эту пресловутую якобы единственную необходимость, хотя её осуществлению предшествовала потенциально управляемая многовариантность возможностей, из которых можно было выбрать наиболее предпочтительный вариант и управлять течением событий в соответствии с ним.

· Закон перехода количества в качество и наоборот по мире развития. Формулировка марксистского закона о переходе количественных изменений в качественные и качественных в количественные тоже поверхностна и расплывчата. В действительности:

Имеет место взаимная обусловленность качества количеством и порядком, и соответственно — количественные и порядковые изменения влекут за собой качественные изменения, а качественные изменения выражаются в количественных и порядковых.[409].

· Закон череды преображений на основе внутренней и внешней алгоритмики во взаимодействии разнокачественностей.

Можно название «закон отрицания отрицания» снабдить обширными комментариями на тему, что под отрицанием первого отрицания вторым отрицанием понимается выход на качественно новый уровень развития и т. п., как это трактуется в цитированной словарной статье.

Но отрицание — как первое, так и второе, а также и любое последующее — может состояться и в форме краха. И это тоже укладывается в формулировку закона; причём безо всяких комментариев ясно, что крах — отрицание прежнего состояния, которому предшествовало некое другое состояние.

Кроме того, как явствует из приводимых философами «диалектиками»-материалистами комментариев, «действие закона полностью обнаруживается лишь в целостном, относительно завершённом процессе развития; на каждой отдельной стадии закон выступает обычно как тенденция». Это означает, что формулировка закона «отрицания отрицания» выпячивает обрывок процесса, название которому «череда преображений», и затмевает фрагментом процесса весь процесс, возможно многовариантный.

По сути формулировка закона «отрицания отрицания» подменяет целое частью, открывая возможность к извращённому и ограниченному пониманию объективных возможностей течения процесса и возможностей управления им.

Политэкономия марксизма претендовала на четвёртый (экономический) приоритет обобщённых средств управления. Однако она метрологически несостоятельна, т. е. антинаучна: она оперирует такими абстракциями, как «необходимый продукт» и «прибавочный продукт», «необходимое» и «прибавочное рабочее время». И беда верующих в неё не в том, что это якобы трудно понимаемые абстракции. Беда «марксистов», верующих в марксистскую политэкономию, состоит в том, что её надуманные абстракции невозможно однозначно связать с жизнью, с решением практических задач макро- и микроэкономического управления и регулирования: если зайти на склад готовой продукции любого производства или подойти к конвейеру, то невозможно разграничить, где кончается «необходимый» продукт, а где начинается «прибавочный»; ни одни часы не покажут, когда завершилось «необходимое» рабочее время и началось «прибавочное» рабочее время. Это означает, что реальный бухгалтерский учёт и контроль за ведением хозяйства не могут быть связаны с марксисткой политэкономией ни на микро-, ни на макро- уровнях хозяйства общества.

«Пприбавочная стоимость» возникает в системе бухгалтерского учёта как арифметическая разница между продажной ценой продукции и себестоимостью её производства. Если говорить языком марксизма, то «прибавочная стоимость» в марксистской политэкономии — вторжение в диалектический материализм махрового субъективного идеализма, поскольку в реальной хозяйственной деятельности эти бухгалтерские условности не существуют.

В результате признание марксистской политэкономии в качестве достоверной теории создает препятствие для понимания человеком как процессов в общественном производстве, так и системы бухгалтерского учёта, поскольку та терминология, что заимствована из практической бухгалтерии, связана в марксистской политэкономии с объективно не существующими в хозяйственной деятельности общества измышленными марксизмом категориями. Вследствие этого обратный переход от общеэкономических теорий к бухгалтерской практике на основе марксизма оказывается объективно невозможным.

Ещё один ложный аспект марксистской политэкономии — трудовая теория стоимости. При рассмотрении её с позиций теории подобия многоотраслевых производственно-потребительских систем она представляет собой попытку ввести по умолчанию в качестве инварианта прейскуранта[410]«человеко-час» рабочего времени. Метрологически состоятельным этот инвариант может быть в одном единственном случае: в условиях рабовладения, при котором управленческая и прочая деятельность знахарства и «элиты» обеспечивается по их потребности на основе монопольно высоких и ими же устанавливаемых цен на продукт своей деятельности. Вследствие этого их трудозатраты также по умолчанию не подлежат нормированию и учёту трудозатрат в общественном объединении труда. Вся же прочая деятельность оказывается при таком подходе принадлежащей к сфере материального производства на основе биогенной энергии. Использование больших масс рабов придаёт метрологическую определённость понятию «человеко-час» в каждой из отраслей материального производства на основе среднестатистических показателей производственной деятельности.

«Человеко-часы» в условиях производства на основе техногенной энергии оказываются несопоставимыми друг с другом даже в одной отрасли в одно и то же историческое время, а не то, что во всех отраслях на исторически длительных интервалах времени. В попытке преодолеть метрологическую несостоятельность «человеко-часа» марксизм впадает в маразм, вводя понятие о простом и сложном труде, о машине, как «умножителе» результатов человеческого труда, измеряемого в «человеко-часах» и т. п.

Ещё хуже обстоит дело с «человеко-часом» при попытке ввести его в оценку затрат труда в сфере обработки информации (науки, искусства), включая и сферу управления, поскольку те задачи которые один индивид в состоянии решить мимоходом за несколько секунд, другой не сможет решить и за всю жизнь. Как работники все люди различны и количественно несравнимы друг с другом по результатам их труда тем в большей степени, чем больше в этих результатах выражена душа каждого из них.

Люди более или менее эквивалентны друг другу как потребители по демографическому спектру потребностей, понятия о котором в марксизме нет. Но на основе выявления демографически обусловленного спектра потребностей возможно сопоставление людей и социальных групп, рассматриваемых как потребители продукции.

Также метрологически несостоятельными являются следующие категории марксистской политэкономии: «необходимое» и «прибавочное рабочее время», «необходимый» и «прибавочный продукт».

Вследствие этого марксистская политэкономия (и, соответственно, марксизм в целом) практически никчемна, а по существу вредна в деле построения настоящего социализма и коммунизма («социализм — это учёт и контроль» — одно из афористичных определений, данных В.И.Лениным), поскольку порождает и культивирует у людей вздорные представления о ведении народного хозяйства.

На основе марксизма неосуществим переход к устройству жизни общества, в котором нет места паразитизму меньшинства на труде и жизни большинства и паразитизму всех их вместе на биосфере Земли, какой идеал ещё в домарксистские времена получил названия «коммунизм», «Царствие Божие на Земле».

«Коммунизм» в марксизме является всего лишь приманкой-дурилкой, предназначенной для того, чтобы создать в обществе массовку из числа приверженцев высоких идеалов, которой бы помыкали «марксисты»-эзотеристы. К числу такого рода «эзотеристов» принадлежали если и не сам К.Маркс и Ф.Энгельс, то их опекуны и хозяева, которые реально действовали на основе иной философии и иной политэкономии, более работоспособных, нежели философия и политэкономия публичного марксизма для всех, но формализованных иначе.

Под конец своей жизни И.В.Сталин вынес смертный приговор марксистской доктрине. В его последней массово изданной в своё время работе «Экономические проблемы социализма в СССР» — напутствии большевикам последующих поколений — есть такие слова:

«… наше товарное производство коренным образом отличается от товарного производства при капитализме» («Экономические проблемы социализма в СССР», Москва, «Политиздат», 1952 г., стр. 18).

Это действительно было так, поскольку налогово-дотационный механизм был настроен на снижение цен по мере роста производства. И после приведённой фразы И.В.Сталин продолжает:

«Более того, я думаю, что необходимо откинуть и некоторые другие понятия, взятые из «Капитала» Маркса,… искусственно приклеиваемые к нашим социалистическим отношениям. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как «необходимый» и «прибавочный» труд, «необходимый» и «прибавочный» продукт, «необходимое» и «прибавочное» время. (…).

Я думаю, что наши экономисты должны покончить с этим несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей в нашей социалистической стране, заменив старые понятия новыми, соответствующими новому положению.

Мы могли терпеть это несоответствие до известного времени, но теперь пришло время, когда мы должны, наконец, ликвидировать это несоответствие (выделено при цитировании нами)» (там же, стр. 18, 19).

Если из политэкономии марксизма изъять упомянутые И.В.Сталиным понятия, то от неё ничего не останется, со всеми вытекающими из этого для марксизма последствиями. Вместе с «прибавочным продуктом» и прочим исчезнет мираж «прибавочной стоимости», которая якобы существует и которую эксплуататоры присваивают, но которую Сталин не упомянул явно.

Приведённым фрагментом своей работы И.В.Сталин прямо указал на метрологическую несостоятельность марксистской политэкономии: Все перечисленные им её изначальные категории неразличимы в процессе практической хозяйственной деятельности. Вследствие этого они объективно не поддаются измерению в процессе хозяйственной деятельности. Поэтому они не могут быть введены в практическую бухгалтерию ни на уровне предприятия, ни на уровне Госплана и Госкомстата. Вследствие этого на их основе невозможны ни анализ прошлой хозяйственной деятельности, ни прогнозирование и планирование.

С выходом из печати «Экономических проблем социализма в СССР» хозяева масонства поняли, что И.В.Сталин — не масонская агентура в большевистской партии, а настоящий большевик, нанёсший непоправимый ущерб марксистскому проекту ликвидации капитализма и замещения его интернацистским фашизмом в экономических формах социализма в глобальных масштабах. Но было уже поздно предпринимать какие-либо действия по спасению марксизма,[411] тем не менее вторая часть (продолжение) «Экономических проблем социализма в СССР» после устранения И.В.Сталина не была опубликована и о её содержании до настоящего времени ничего не известно.

Большевизма[412] и отступничества от «общего» дела масонства, подрыва системы власти на основе культа личностей и взаимного соответствия «эзотеризм — экзотеризм» они простить И.В.Сталину не могли, и потому должны были предпринять какие-то действия для спасения или модификации библейского проекта порабощения всех.

Светская «социалистическая» мировая цивилизация.

Каков же был алгоритм передачи «власти» от масонов к государственным верхушкам, которые были бы уже надёжно замкнуты на «мировую закулису». Причём замкнутость эта должна была быть не только замкнутостью людей в верхушках власти, а замкнутостью всей государственной системы на сценарий «мировой закулисы». То есть, речь идёт о создании мировой системы, которая воспроизводила бы себя саму по жёсткому толпо-«элитарному» принципу (масонского типа), совершенствуясь в этом из поколения в поколение. В этом основная суть так называемой «масонской дисциплины» (мы употребляем понятие «масонско-клановая дисциплина», что надо понимать именно в этом смысле).

Её суть не в тайном влиянии масонских лож и орденов на власть в государствах, а в создании и поддержке «на века» особой корпоративно-клановой толпо-«элитарной» иерархии, замкнутой непосредственно на замысел «мировой закулисы» по программно-адаптивной схеме, где предусмотрена встроенная система не слишком скрытой инквизиции для отступников-инакомыслящих.

Только в отличие от программно-адаптивной схемы, применённой «мировой закулисой» в отношении масонства, с его тайной иерархией, здесь управление должно было быть открыто и выстроено на базе благих оглашений с государственного уровня, которым бы сопутствовали недоступные толпе клановые умолчания. Для толпы оглашения должны означать одно; для государственных и прочих управленцев — свои посвящения; для «мировой закулисы» — вся истина. И все как бы довольны, оставаясь в этой иерархии недочеловеков ( в основном «зомби» и «демонов»). Естественно, что сама «мировая закулиса» планировала снимать «гешефт» с работы такого рода системы по мере её запросов — легко и незаметно, оставаясь хозяином всех земных иерархий.

На каких принципах возможно было выстроить самовоспроизводящуюся толпо-«элитарную» систему, где видимость свободы уже была бы, поддерживалась бы дисциплина типа масонской (где все люди — братья), а всякие «отклонения» от заданного толпо-«элитарного» режима (типа поисков истинной свободы, либо просто недовольства системой) пресекались бы не слишком скрытой инквизицией в процессе её самоуправления, что избавляло «мировую закулису» чаще, чем она считала нужным, от необходимости вносить «адаптационный» сигнал, вмешиваясь в работу системы?

— Только на основе самовоспроизводства её «генетического материала» по определённым принципам масонского типа. Такого рода самовоспроизводящаяся система толпо-«элитаризма» была впервые опробована в СССР, как преемнике Российской империи. Поскольку именно в России люди ощущали необходимость справедливости и свободы острее других государств, в которые «мировая закулиса» успела внедрить масонские ордена и ложи — в России и произошла «социалистическая» революция раньше других государств.

Передача «опыта» от масонских братств к товарищам[413] первой страны советов (а затем и во многие другие страны мира)[414] планировалась «мировой закулисой» в течении одного поколения после революции — до того момента, когда должно было измениться соотношение эталонных частот биологического и социального времени (середина XX века). Если сама «мировая закулиса» и не понимала отчётливо это явление, то предчувствие того, что после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени «будет поздно», у неё было. Механизм передачи опыта как бы от масонов ко всему обществу,[415] как видно сейчас, был достаточно хорошо продуман. Главные принципы закрепления на века особой корпоративной дисциплины (режима), подобного масонскому, в государстве были следующие:

· Система воспитания и образования должна была с детства закладывать во вновь пришедшее в жизнь поколение алгоритмику дисциплины типа «масонской», исключающей всякого рода своеволие, выходящее за рамки разрешённого системными ограничениями.[416] Эта же система воспитания и образования призвана была на стадии детства и юности выбраковывать людей с отклонениями от заданных системой «нормальными» параметров, чтобы те уже никогда не смогли попасть в управленческие сферы деятельности государства, а всю жизнь оставались бы в сфере материального производства, либо (в случае определения их «опасными») изолировались от общества. Основой поддержания такого рода системы воспитания и образования явилась школа кодирующей педагогики и схоластики. Схоластическая культура мышления сформировалась в Западной Европе в IX–XII веках задолго до так называемого периода Возрождения, во времена зарождения европейской церковной инквизиции. На основе этой культуры выросла и утвердилась вся существующая система кодирующей педагогики, цель которой — напичкать обучаемых (как попугаев) готовыми мнениями по разным вопросам, не дав им методов выработки навыков самостоятельной интерпретации жизненных явлений, текстов и артефактов прошлого и настоящего. То есть, задача «мировой закулисы» была продлить систему кодирующей педагогики из церковно-монастырской в светскую, закрепить её и на этой основе воспроизводить нужный кадровый потенциал.

· Упреждающее замещение наукообразной ложью на базе марксизма основ методологии и диалектики, чтобы не дать легитимной науке выйти на нормальную для человека методологическую культуру воспитания и образования, чем самым поддерживать научный потенциал в государстве на уровне атеизма и кодирующей педагогики.[417].

· Создание соответствующей политической системы, которая закрепляла бы «достижения» сферы образования и воспитания в духе безусловной подчинённости толпо-«элитарной» иерархии масонского типа. И тут, конечно, «мировая закулиса» также как и в схоластике советской школы, оставила свои масонские метки. Если рассмотреть политическую систему в СССР (и странах социализма), то она во многом копирует масонскую иерархию. Это:

· Дошкольное «зомбирование» разного рода: от ясельной безбожной «муштры» малышей до детсадовских игровых стандартов, определённых системой дошкольного воспитания.

· Октябрятские организации, как первичное звено «посвящения» младших школьников (где первый раз было принято давать клятву на верность)[418] для психологической подготовки ко вхождению будущих кадров в жизнь устойчивого толпо-«элитарного» атеистического общества.

· Пионерские организации, как следующее звено «посвящения» для юношей и девушек,[419]«всегда готовых» отдать свои силы и жизнь — делу «мировой закулисы».[420].

· Комсомол, как последнее (третье снизу) звено «посвящения» перед вхождением в «правящую» партию.[421].

· «Правящая» партия с её многоступенчатой иерархией давала возможность своим членам — прошедшим ритуал поручительства двух членов партии, кандидатского стажа и вступления, если член партии докажет на деле свою безусловную преданность делу партии (что и является сутью поддержки внутренней дисциплины в системе масонского типа на уровне партийных структур) — продвинуться вверх по её иерархии: либо по партийной,[422]«советской», линиям; либо по линии руководства производством; либо сделать научную карьеру…[423].

· Верховные Советы и Советы местных уровней («советская» линия карьеризма) — параллельный партийным органам контур управления, куда тоже как бы выбирали: по принципу лояльности системе и принадлежности «правящей» партии.

Естественно, что и сфера науки, и сфера производства, и партийная деятельность после этого была сверху донизу пронизана той самой дисциплиной, которую в членов общества закладывали с детства и поддерживали всей мощью схоластически-политического аппарата подавления любого вида инакомыслия. Кто был не согласен с системными ограничениями масонско-толпо-«элитарного» принципа управления, выбраковывался на той либо иной стадии «посвящения» в те сферы жизнедеятельности общества, которые были подальше от системы управления. В этом — скрытая суть практически открытой светской инквизиции.

· Закрепление «достижений» политической системы и системы образования тоталитарно-режимным порядком поддержки послушания и дисциплины в обществе методами репрессивного аппарата на ранней стадии вхождения общества в устойчивый режим толпо-«элитарного» самоуправления при минимальном необходимом вмешательстве «мировой закулисы».

· Поддержка системы в такого рода балансировочном режиме после её вхождения в устойчивый режим самоуправления посредством качественно отрегулированной системы воспитания и образования, штампующей кадры, которые потом выстраиваются в иерархию масонского типа с помощью соответствующей политической системы государства по принципу «годен — не годен» для той или иной ступени существующей толпо-«элитарной» иерархии с выбраковкой тех, кто «не годен» для безопасного функционирования всей системы.

Сбой сценария «социалистической» глобализации.

Нужно ли говорить, что на первой стадии, сразу после революции 1917 года и Гражданской войны, советская система вошла именно в этот режим. После завершения гражданской войны марксистская ветвь масонства легализовалась в СССР не просто в рядах правящей партии — ВКП (б), а в составе её партактива; институты государственной власти в СССР тоже были построены в соответствии с канонами архитектуры масонских лож.[424] Но при этом нельзя забывать, что становление Советской власти в 1917 г. и в годы гражданской войны носило двоякий характер:

· С одной стороны — Советы как органы власти учреждались на местах самими людьми, принадлежавшими к разным политическим партиями и беспартийными. Т. е. «снизу» шло становление и формирование государственности Советской власти как общенародной прямой и оперативной демократии — самодержавия народа.

· С другой стороны изначально замасоненное руководство марксистской партии РСДРП (б) — РКП (б) — ВКП (б) формировало Советы высших уровней государственной власти и входило в них, имея целью подчинение марксистскому проекту и себе персонально низовых Советов всеми правдами и неправдами. Т. е. сверху шло формирование государственности Советской власти как масонской диктатуры, реализуемой в формах демократии и осуществляемой опосредованно через единственную правящую партию, представляемую в качестве авангарда всего народа.

Конфликт этих двух процессов был неизбежен. На гребне конфликта укрепилась фигура И.В.Сталина, который по умолчанию принял и развил первую сторону.

Троцкисты, среди которых масонов было достаточно, победившие под знаменем социализма, торжествовали: впервые масоны заняли руководящие посты в первом советском государстве. На переходный период защиты советов от внешнего и внутреннего врага был создан работоспособный аналог фашиствующей «красной» инквизиции (вот так и проявился нацеленный в будущее красный цвет масонского креста — символа католической инквизиции тамплиеров) главе с ЧК — НКВД, уничтожающий всех инакомыслящих так же жестоко, как и католическая инквизиция времён Филиппа III — Филиппа IV в Испании. Его активная работа хронологически укладывается примерно в период смены поколений (1917–1941 гг.).

Создавалось впечатление, что в отношении СССР масоны выполнили свою историческую миссию. Всё бы так, если бы не два основных фактора, направивших в другом направлении мировую историю и обнуливших все основные достижения «мировой закулисы» в отношении не только СССР, но и многих стран Европы:

· И.В.Сталин сумел внести своё содержание в выстроенную троцкистами и масонами советскую иерархию структур власти; он взял под свой контроль культурно-образовательный процесс в СССР; Сталин остановил распространение советско-масонского эксперимента,[425] оставив последний в границах СССР.[426].

· Взявшись бурно строить социализм по масонскому принципу, советский народ поддержал строительство социализма при И.В.Сталине; однако, после его ухода — не поддержал советский режим, поскольку почуял изменение его содержания.

Таким образом, «мировая закулиса» потерпела первое серьёзнейшее поражение, связанное с нежеланием Русской цивилизации (в границах СССР) подчиняться новому мировому порядку. И всё бы ничего (можно было попробовать ещё раз эксперимент с неудавшимся переустройством мира по «социалистическому» принципу, призвать опять масонов…), но время безвозвозвратно ушло, было уже поздно: к тому времени, когда «мировая закулиса» ещё только думала, как бы убрать И.В.Сталина от управления в СССР после Второй Мировой войны[427] с целью восстановить «масонскую» дисциплину в СССР, уже свершилось изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени. И.В.Сталин успешно провёл Русскую цивилизацию через опаснейший период, когда попытка создать из СССР толпо-«элитарного» монстра, предназначенного передать опыт на весь мир, могла окончиться для людей гораздо хуже. И миссию масонов, как тайной организации, на этом можно теоретически считать законченной.

Можно констатировать объективную данность: момент изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени — последний рубеж, после которого масонство автоматически утратило свои качества — служить как эффективная система управления взятия власти, внедрённая в объекты управления (государства). Заметим, что речь идёт об основной функции масонства (конечной цели), на которую мы указали выше — передать (скопировать) свою модель взаимного подчинения одних людей другим на уровень государственных мировых иерархий, создав устойчивую дисциплину «масонского» типа и поддерживая последнюю в «добровольном» режиме функционирования с применением новейшей системы открытой для всех, но не понятной большинству инквизиции в отношении любого инакомыслия.

В конечном итоге глобальный сценарий масонской «социализации» должен был охватить большую часть мировой цивилизации: после СССР — прежде всего страны Европы (где капитализм продвинулся дальше других) и опередить становление капитализма в странах с сохраняющимися феодальными и даже первобытно общинными отношениями.

В противном случае — в случае победы «социализма» в отдельно взятой стране (даже такой большой как СССР) — глобальный сценарий можно было бы считать неудавшимся. Но именно это и произошло: В.И.Ленин, а затем И.В.Сталин смогли ограничить масонский эксперимент рамками СССР, выдвинув лозунг возможности победы «социализма» в отдельно взятой стране взамен «перманентной мировой революции» Троцкого, после чего И.В.Сталин сумел провести эти начинания в жизнь. А вступление СССР в Лигу наций в 1934 году поставило точку на идеях «мировой революции». Окончательно эти идеи «завяли» к концу 60-х годов с началом периода активного разрушения «соцлагеря».

Вначале же СССР рассматривался как плацдарм распространения «мировой революции» дальше. Это так, поскольку идеал заправил библейского проекта (в новейшем «социалистическом» исполнении) и подвластной им верхушки масонства — паразитизм меньшинства на труде и жизни большинства, организованный в социально бесконфликтных и биосферно безопасных формах.

Существование капитализма евро-американского типа на протяжении нескольких веков на основе воплощения в жизнь идей индивидуализма и либерализма этому идеалу не отвечало ни в XIX веке, ни позднее; не отвечает и ныне по трём причинам:

· ПЕРВАЯ. Обделённое социальными благами (главное из которых правильное воспитание и адекватное жизни образование) большинство населения, занятое к середине XIX века в сфере материального производства, было крайне недовольно своей жизнью и потому несло в себе потенциал бунта — бессмысленного и беспощадного, как всякий бунт, а не только русский.

· ВТОРАЯ. Развитие системы социального обеспечения в условиях капитализма и господства либерально-буржуазной культуры, как показывает опыт развитых стран, включая и США, ведёт к нарастанию в структуре общества потенциально криминогенных масс разнородного люмпена, что потенциально опасно для системы;

· ТРЕТЬЯ. Ликвидация сословно-кастового строя, мешавшего глобализации по-библейски вследствие претензий национальной аристократии на самовластье,[428] с установлением капитализма открыла дорогу гонке потребления индивидуалистов по способности, что неизбежно вело и ведёт к тому, что массы индивидуалистов-либералов в слепоте и безответственности «обожрут планету» и уничтожат современную биосферу, положив тем самым конец истории нынешней глобальной цивилизации.

Эти три причины неустранимы при сохранении либерально-буржуазного капитализма, вследствие чего эта система в её исторически сложившемся виде является порочной. В этом и есть суть того объективного явления, которое получило в марксизме название «общий кризис капитализма», который представляет собой фактически не общий кризис капитализма, а одну из главных проблем в жизни нынешней глобальной цивилизации.

Эту проблему в XIX веке предполагалось решить с помощью марксизма и масонства. Посредством пропаганды марксизма через масонскую периферию заправилы библейского проекта во второй половине XIX внедрили в культуру капиталистических и полуфеодальных стран (к числу которых принадлежала и Российская империя) идею социализма как общественного устройства, гарантирующего социальное равноправие всех трудящихся, т. е. большинства, занятого вне сферы управления; а с переходом к высшей стадии социализма — коммунизму — свободу и равноправие всех без исключения членов общества. Естественно, что среди угнетённого и обездоленного большинства, влачившего существование в трущобах городов, и среди деревенской бедноты эти идеи находили сочувствие и отклик.

Локализация И.В.Сталиным глобального библейского проекта рамками СССР — была равносильна провалу всего глобального сценария, поскольку остальные (не попавшие под масонскую «социализацию» страны мира — в первую очередь те, где уже был строй капитализма) страны продолжали идти по пути «обжирания» планеты, а расслоение людей в этих странах создавало неуправляемый потенциал для бессмысленных бунтов,[429] которые в конечном итоге могли смести и верхушки «богатых» режимов вместе с «мировой закулисой», спрятавшейся в них. К тому же провал глобального сценария и частичный перехват управления масонской иерархией в СССР И.В.Сталиным привёл к невиданной «засветке» как самих масонов, так и иудеев, забравшихся во властные институты в СССР. «Засветка» тайной мафии прежде чем она сделала своё дело — равносильна её самоуничтожению — сначала информационному, а затем и материальному.[430].

В СССР основные достижения масонства были аннулированы стараниями И.В.Сталина, русского народа и «мировой закулисы» следующим образом:

· И.В.Сталин сумел наполнить «масонскую» архитектуру структуры иной внутренней алгоритмикой (дисциплиной), и государственная структура СССР с началом «культурной революции» и до ухода И.В.Сталина (1928–1953 гг.) в течении жизни одного поколения (25 лет) воспитала и дала образование широкому слою советских людей, которые никак не вписывались в «масонскую» дисциплину.

· Этот слой образованных советских людей (потенциальная управленческая база нового типа) оказался гораздо шире, чем слой народившихся до этого капиталистов, в среду которых изначально и внедрялось масонство, как система контроля за соблюдением дисциплины масонского типа в период перехода от капитализма к «социализму».

· Появление в сфере технологий элементов науки об управлении, открывало потенциальные возможности моделирования процессов управления в социальной сфере вне компетенции масонства и «мировой закулисы» — каждому образованному советскому человеку.

Правда наше отношение к тогдашней науке об управлении неоднозначно. Здесь надо рассмотреть несколько аспектов этого явления:

Ш Первое издание книги американского математика Н.Винера «Кибернетика или Управление и связь в животном и машине» вышло в США и Франции в 1948 г. В 1958 году книга вышла в СССР на русском языке. В аннотации к русскому изданию «Кибернетики» сказано:

«Книга, написанная своеобразным свободным стилем, затрагивает широкий круг проблем современной науки, от сферы наук технических до сферы наук социальных и гуманитарных. В центре — проблематика поведения и воспроизведения (естественного и искусственного) сложных управляющих и информационных систем в технике, живой природе и обществе. Автор глубоко озабочен судьбой науки и учёных в современном мире и резко осуждает использование научного могущества для эксплуатации и войны».

Кибернетика Н.Винера примитивнее, чем ранняя «Тектология — всеобщая организационная наука» А.Богданова. Обе книги вызвали неприятие И.В.Сталина. Скорее всего именно по этой причине Кибернетика Н.Винера вышла на русском языке после ухода И.В.Сталина в мир иной. Дело в том, что И.В.Сталин искал «чистую» науку об управлении, которую в сегодняшнем исполнении представляет Достаточно общая теория управления (ДОТУ). Но таковой научная «элита» не представила при жизни И.В.Сталина. Обе имеющиеся книги (А.Богданова и Н.Винера) — своеобразная имитация Достаточно общей теории управления, в которой отсутствует замкнутость процессов общественного управления и самоуправления на Иерархически Высшее Объемлющее Управление, которое по отношению к обществу — Бог.

Масонствующие кибернетики СССР на базе книги Н.Винера как бы «крышевали» все дисциплины, где речь заходила о процессах управления. Последние входили в общую кибернетику большей частью как науки прикладного и технического характера, которые и вносили в неё содержание, наполняя почти пустое название. Однако, советские люди могли моделировать процессы управления на базе наук прикладного характера даже под «крышей» официальной кибернетики. Это открывало каждому думающему человеку в СССР потенциал для осознанного выхода в сферу общественного управления и самоуправления (при условии его отказа от атеистического образа мышления) из сферы технического управления, представленной кибернетикой в СССР. То есть, кибернетика с одной стороны легитимизировала исследования в области всех сфер управления, с другой стороны, взяла под свой контроль всех, кто этим хотел заниматься.

Ш В России теория автоматического управления возводит себя к работам Ивана Алексеевича Вышнеградского (профессор Технологического института, министр финансов при Александре III в 1888–1892 гг.; годы жизни 1832–1895). Что касается ДОТУ, то она восходит к А.В.Вышнеградскому и техническим версиям теории автоматического управления просто в силу того, что у Н.Винера много слов о разном (хотя есть и интересные по своему содержанию фрагменты), но нет полноты представления о процессах управления и стройности в подаче читателю материала. А Тектология А.Богданова была практически недоступна широкому читателю и не оказала влияние на создание ДОТУ. То есть, ДОТУ — по своему предназначению — исторически более поздний аналог «всеобщей организационной науки» А.Богданова, не зависимый ни от неё, ни от кибернетики; и по сути своей ДОТУ проистекает из диалектики, точно так же, как и Тектология А.Богданова. Но версия диалектики, лежащая в основе ДОТУ, — иная, более мощная, нежели диамат с какими-то идеалистическими завихрениями, на который опирался Богданов, прошедший марксистскую школу.

· Советское общество в принципе было готово к отказу от марксизма, что необходимо было стимулировать «сверху» для перехода от атеизма к вере Богу; а последнее открывало возможности к пониманию Достаточно общей теории управления (ДОТУ); в работе «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952 г.) И.В.Сталин поставил вопрос о догмах марксизма.

· Не дожидаясь всего описанного выше, «мировая закулиса» стала укреплять лагерь мирового капитализма после победы СССР во Второй Мировой войне XX века. Это — тоже крупный сбой в глобальном сценарии «мировой закулисы»: вместо того, чтобы стимулировать скорейший переход к псевдосоциализму масонского типа во всём мире (а в крупнейших странах капитализма — в первую очередь), она своими же руками вынуждена была укреплять ненавистного монстра ради борьбы с ещё более ненавистным своим же (как было задумано изначально) монстром — неудавшимся режимом в СССР.

· Организуя будущее противостояние лагерей «социализма» и капитализма сразу после Второй Мировой войны XX века, «мировая закулиса» сама поддержала экономическое и военное развитие США, как основного противника в будущем противостоянии СССР и всему лагерю соцстран, который контролировался из Москвы при участии И.В.Сталина: последнего очень боялись.

· После устранения И.В.Сталина остановить рост экономического и военного потенциала капиталистических США «мировая закулиса» была уже не в силах. Это — ещё один крупный сбой в её глобальном сценарии; попытки «опустить» США, которые являются до сих пор (и являлись всю вторую половину XX века) «агитпунктом» ненавистного «мировой закулисе» капитализма, происходят и в наше время.

· После устранения И.В.Сталина советский народ (и прежде всего — русский) не поддержал изменившуюся политику КПСС, руководство которой, употребляя государственную архитектуру структуры «масонского» типа, пыталось восстановить «масонскую» дисциплину; сделать это в полной мере было уже невозможно в силу того, что И.В.Сталин сумел создать поколение людей, воспитанных и получивших образование не по «масонским» принципам.

· Неосознанное (в своём большинстве) сопротивление советского народа попытке восстановления в СССР «масонской» дисциплины выразилось в поддержке частью населения СССР западных ценностей (в том числе и «элитой») вследствие хорошей работы западного «агитпункта» (больше выбирать было нечего); одновременно с этим бульшая часть населения стала неосознанно саботировать любые инициативы партии и правительства; всё это в совокупности с другими негативными факторами привело к краху курса на расширение «социалистического» лагеря к концу 70-х годов, а к концу 90-х — к распаду самого СССР.

· Последнее поставило «мировую закулису» перед необходимостью повторения эксперимента с созданием государств «масонского» типа через почти 100 лет после удачно начавшегося и много обещавшего но потерпевшего крах в России эксперимента с передачей «масонской» дисциплины в вйдение первого советского государства — ничего эффективнее псевдосоциализма она выдумать не смогла.

Роль масонов в современном мире и кризис библейской концепции.

Как мы уже упоминали, капиталистические «свободы» в развитии подконтрольных государств не устраивают «мировую закулису». Распад СССР — во всех его субъективных и объективных причинах — стимулировал «мировую закулису» к повторению эксперимента почти 100-летней давности на территориях бульшей части республик бывшего СССР и большинства государств Европы. Вместо «красных» революционных сил был взят современный подручный революционный материал самых лучших современных «зомби» — «исламский» террористический интернационал. Тем более, что к моменту распада СССР фактор «ислама» был уже испробован на самом СССР в ходе 10-ти летней войны в Афганистане и сделан вывод, что «советы» не сильнее «ислама».

Попытка искусственной стимуляции революционных ситуаций в ряде государств (с капиталистической формой общественного строя, который принято называть демократией), в первую очередь в России, не привела к ожидаемому «мировой закулисой» результату. Основной причиной такого отрицательного результата явился молчаливый отказ населения России поддержать революционный сценарий. То есть, население России после распада СССР не захотело возвращаться в систему псевдосоциализма даже под давлением искусственно созданной открытой либерально-буржуазной инквизиции (материального типа) под благословением РПЦ в отношении большинства людей в России. Суть современной попытки повторения революционного эксперимента почти столетней давности состояла в следующем:

После распада СССР быстро довести российскую «толпу» до такого состояния, чтобы она могла сравнить свою жизнь при «коммунистах» в СССР с буржуазно-либеральным существованием в «перестроечной» России следующим образом:

Ш При «коммунистах» мы жили в общем-то неплохо: была социальная справедливость, даже при некотором подавлении инакомыслия у всех всё было, государство обеспечивало всех «социальными гарантиями»; у всех был доступ к общественным материальным благам: жильё, еда, бесплатное образование, медицина, льготы…

Ш При либералах и капиталистах всё это отняла у нас либерально-буржуазная олигархическая «инквизиция», заставив работать на себя за копейки…

После чего «толпа» под давлением надвигающейся нищеты (а если надо, то и угрозы «исламского» терроризма, что и произошло в период с 1994 по 2000 гг.) должна была сделать вывод: долой капиталистов и олигархов с их инквизицией в отношении материальных благ, пусть опять будут «коммунисты» и сильное государство, спсособное эффективно противостоять террору, пусть даже будет ограничение инакомыслия, но у всех будет возможность пользоваться материальными благами, а не у отдельных олигархов.

· На базе массового недовольства планировалась управляемая «народная» революция,[431] в которой масонам не привыкать брать власть в свои руки. Роль церквей при этом могла оставаться второстепенной при государственном ограничении прав церквей. Для этого была записана в Конституцию статья 13 — о том, что ни одна идеология не должна быть государственной. Основой же для ограничения инакомыслия скорее всего планировалась реанимация идей марксизма в его троцкистском исполнении с некоторыми современными модификациями, касающимися вариантов большой Идеи общества как бы социальной справедливости. Главными форпостами такого сценария на Западе были ряд стран континетнальной Европы, в первую очередь — Франция, Испания, Германия.

Российская «толпа» не пожелала отказываться от свободомыслия в пользу материальных благ. Российская «элита» не захотела отказываться от материальных привилегий, полученных в результате распада СССР. Масонская дисциплина оказалась слабее жажды наживы в среде российской «элиты». Власть перешла к путинской верхушке, которая аккуратно проводит курс «суверенной демократии», в которую вкладывает свой смысл, как И.В.Сталин вкладывал свой смысл в идеи марксизма.

Само же масонство, по-видимому раскололось (а значит нет единства и в стане «мировой закулисы»: это тупик управления по библейской концепции) после крупнейшей неудачи XX века — можно считать, неудачи всего его существования. Расколу способствовали неудачи, обнажившиеся в середине XX века. Рассмотрим их подробнее.

Конечно же роль масонства в современном мире не изменилась: серьёзно изменились объективные возможности манипуляций с помощью масонства. А как с современными возможностями «мировой закулисы» брать «власть» через масонов в государствах с капиталистическим типом политического строя? Для ответа на этот вопрос нужно рассмотреть основы устойчивого функционирования самой масонской системы.

· Во-первых, это иерархически организованная «костная» структура, которая держится на системе посвящений. Это:

· Иерархия по посвящению сверху вниз, где каждому иерархическому уровню положено знать свою часть управленческой информации и руководствоваться последней.

· Переход из одного уровня иерархии в другой возможен лишь по решению вышестоящего уровня иерархии — «смотрящих» за дисциплиной в нижестоящих.

· Своеволие в получении управленческой информации, не соответствующей масонской иерархии, либо нарушение дисциплины, присущей иерархии — карается вплоть до физического уничтожения нарушителя.

· Во-вторых, на каждом уровне иерархии посвящения существует система социальных «льгот» и «привилегий»: чем выше, тем больше такого рода возможностей:

· Одни возможности в социальной сфере (в том числе и финансовые) масоны могут получить согласно иерархическому статусу сами, поскольку им открыт особый доступ в «элиту», а возможности последней (снимать монопольно высокую цену за «право» владения управленческими навыками) сохраняются на уровне внутрисоциального управления.

· Другие возможности в социальной сфере масоны получают согласно их прямому целевому назначению через иерархию масонских структур, внедрённых в государственный аппарат.

То, что перечислено выше как «во-первых», это — основные идейно-информационные рычаги поддержки внутримасонской дисциплины и стимулы (средства) её идейно-политического функционирования. Что перечислено как «во-вторых» — дополнительные материальные стимулы (средства) поддержки масонской дисциплины и своеобразная система «вознаграждений» за проделанную работу.

Учитывая, что «менталитет» самих масонов,[432] как он изначально планировался «мировой закулисой», должен опираться в первую очередь на внутреннюю убеждённость в справедливости масонского дела, тип строя психики рабочей массы масонов должен безусловно соответствовать «зомби». А это возможно лишь при устойчивом функционировании тех идейно-информационных рычагов поддержки внутримасонской дисциплины, которые мы перечислили выше как «во-первых».

После того, как мы разделили информационные и материальные рычаги поддержки внутримасонской дисциплины, легко показать, что от первых к сегодняшнему дню практически ничего не осталось:

· Неудача с построением «Нового Мира» псевдосоциализма на базе СССР явилась крупнейшим пессимистическим ударом по всей масонской системе; после чего вера во всемогущество «мировой закулисы» серьёзно пошатнулась в среде «вольных каменщиков».[433].

· Неудача с опусканием и обузданием системы западного капитализма и прежде всего — США, также отнимает веру у масонов во всемогущество «мировой закулисы».

· Монополия «мировой закулисы» на знания управленческого характера (в том числе Глобального уровня) нарушена, что низводит систему посвящений до обычных «бижутерийных» ритуалов.

Последнее — основное объективное свойство состояния общества второй половины XX — начала XXI вв. Самое позднее, когда монополия «мировой закулисы» (в смысле хоть как-то политически заинтересовать масонов своей «особой» управленческой информацией) была упразднена это — время массового распространения сети Интернет, конец XX века.[434].

Появление в России (СССР) Достаточно общей теории управления в составе Концепции общественной безопасности поставило жирную «точку» на возможностях «мировой закулисы» манипулировать масонами с помощью информационных рычагов (перечисленных выше как «во-первых»). А что же осталось от возможностей масонов, как особой системы, руководимой «мировой закулисой»? — То, что осталось, нами перечислено выше как «во-вторых». Однако, это же может себе позволить и «элита». Чем же теперь масонство отличается от «элиты»? — Только «бижутерией» (ритуалами посвящений, орденами, знаками, клубами…).

Причём то, что перечислено выше как «во-вторых», в условиях капитализма «элита» может получить и сама, не будучи масонами — вне заслуг перед «мировой закулисой». После чего «элита» может купить «власть»: сейчас «всё продаётся и покупается». И после этого творить вседозволенность вне масонской дисциплины.

Раскол в когда-то едином масонстве заметили М.Бейджент и Р.Ли в книге «Храм и ложа»:

«Более важный вопрос — это совместимость или несовместимость масонства с христианством… Франкмасонство и англиканская церковь прекрасно сосуществовали ещё с начала семнадцатого столетия. Более того, это было не простое сосуществование. Они действовали в одной упряжке. Некоторые самые влиятельные англиканские проповедники последних четырёх столетий происходили из масонов, а часть самых ярких и влиятельных масонов вышли из духовного сословия. Церковь никогда, за исключением последних пятнадцати лет, не нападала на масонов и даже не рассматривала вопрос о несовместимости масонства и её собственных теологических принципов. Франкмасонство не изменилось. Церковь утверждает, что она тоже осталась неизменной, по крайней мере, в своих фундаментальных догматах. Почему же теперь возник конфликт, не имевший места в прошлом? Ответ, по всей вероятности, связан с сутью масонства, а не со взглядами и менталитетом современного духовенства».

Книга «Храм и ложа» написана в 1989 году — за два года до августовского «путча» в СССР, после чего Россия и ряд бывших республик СССР стали «капиталистическими». Если от 1989 года отнять указанную в цитате дату начала конфликта (последние пятнадцать лет) — получим 1974 год — дату раскола в едином масонстве, видимо на сторонников капиталистического пути (к которым относится и англиканская церковь с сетью масонских лож «христианской» ориентации — Старого Света) и на сторонников продолжения попытки «социализации» мира, к чему тяготеет континентальное «франкмасонство», бывшее когда-то единым (в отношении сценария), ведь родиной масонства считается Англия. Причину конфликта тоже легко определить по дате: к 1974 году крах системы «социализма» — детища франкмасонов — стал всем очевидным. И «мировая закулиса» заколебалась вместе с когда-то единым масонством: масонские ложи «христианского» типа (задвинутые «в резерв») стали предъявлять претензии в связи с провалом глобального сценария, а масонам «социалистического» типа ответить было нечего: разве что " Бог оказался не стороне большевиков и их крупно «кинули»»…

Поэтому ощущение потери управления глобальной политикой в некоторых её аспектах в масонских ложах Запада возникло после краха системы «социализма» — задолго до провала референдумов во Франции и Нидерландах о ратификации Конституции Евросоюза в конце мая — начале июня 2005 г. — очередной крах объединения Европы.

Внешне это было следствием конфликта британских лож «Шотландского ритуала» с ложами системы «Великий Восток» Франции, после того как последние стали принимать в свои ряды женщин. Кроме того, континентальное масонство более склонно к «социал-демократии» с некоторым набором социальных гарантий как к норме жизни общества, а островное-британское — к индивидуализму либерально-буржуазного толка при минимуме социальных гарантий, отношение к которым — как к вынужденной мере.

Несмотря на то, что масонские ложи США не так жёстко структурированы, как масонские ложи Старого Света, тем не менее в силу военной и экономической мощи своей страны масонство Соединённых Штатов в некоторых аспектах глобальной политики проявляет некоторую самостоятельность и обладает большим влиянием, чем масоны Западной Европы, хотя американское масонство в целом — дочернее предприятие по отношению к масонству Старого Света в целом (вследствие этого в нём присутствуют и либерально-буржуазные, и «социал-демократические» идеи, которые причудливо переплетаются в политике и весомость тех и других изменяется на протяжении всего XX века по настоящее время).

Отсюда вторая сторона конфликта: масоны Старого и Нового света не смогли договориться меж собой в 1991 по поводу «политического фигуранта», олицетворяющего систему управления Россией (Горбачёв либо Ельцин?). И хотя европейское масонство в целом было против фигуры Ельцина (желая сохранить «социализм»), но под давлением масонских лож США — такое решение просто проглотило: тем более, что М.С.Горабчёв при всей своей первоначальной обаятельности просто патологически не мог ни держать государственную власть в своих руках,[435] ни осуществлять руководство деятельностью государства, вследствие чего и победили те, кто поставил на Ельцина.[436].

«Код да Винчи».

Серьёзным «доказательством» (если так можно выразиться) неопределённости в верхушке руководства мировой толпо-«элитарной» пирамиды в вопросе — какую идеологическую вывеску поддерживать в дальнейшем — стало появление сначала всемирно известного романа М.Бейджента, Р.Ли, Г.Линкольна «Священная кровь и священный Грааль» («The Holy Blood and the Holy Grail», Англия, январь 1982 года),[437] а затем (через двадцать лет — 18.03.2003 г.)[438] Дэн Браун выпустил свой скандальный роман «Код да Винчи»,[439] на основе которого был снят одноимённый фильм, вышедший на мировые экраны в мае 2006 года.

В этом художественном произведении (как в зеркале) нашла своё отражение неопределённость идеологического прикрытия дальнейшей глобальной политикию Эту неопределённость породила деятельность И.В.Сталина в СССР, а также за его пределами — там, до куда доставала глобальная политика, проводимая И.В.Сталиным. Поэтому, если рассуждать понятиями романа и фильма (хоть в них есть и серьёзные различия) «Код да Винчи», то И.В.Сталина убила российская периферия «Приората Сиона»,[440] но только после того, как И.В.Сталин погасил попытку мировой «социализации» по-масонски, перевядя её из реальности — в разряд пределов мечтаний «мировой закулисы».

Тема «Священной крови и священного Грааля» и «Кода да Винчи» одна: обличения лжи церкви (в первую очередь католической), а вместе с ней и всего «христианства» о том, что Иисус Христос — «Бог», с по мощью правдоподобной легенды о наличии кровной линии от Христа через его жену Марию Магдалину, которая была якобы бремена, когда Христа взяли под стражу. Затем (после казни) Мария Магдалина якобы всю жизнь скрывалась от преследований и ей в этом помогали некие «рыцари», которым в средневековый период наследовали тамплиеры (но тамплиеры не первые, кто скрывал «тайну Грааля»). Сама же «тайна Грааля» (или Грааль) это тайная гробница Марии Магдалины — единственный древний источник, от которого можно взять пробы ДНК и сравнить их с ДНК предполагаемого наследника по линии Христа, которого тоже сохранили до наших дней от преследований церкви. Ясно, что такое успешное объединение: ДНК наследника и ДНК Марии Магдалины будет приговором для ещё пока мощной «христианской» иерархии в мире, поскольку, если Христос был простым смертным и оставил потомство, то он не Бог, а значит подлог Никейского Собора (325 год), принявшего божественный сан Христа — ложь.

Скорее всего именно такой сценарий был готов через некоторое время после удачной революции в России в 1917 году — на случай если мировая «социализация» пойдёт по плану: церковь должна быть отдана на откуп «новому мировому порядку», а на верхушку мировой иерархии для толпы должны были посадить уже не «богочеловека» Христа, а его кровного наследника, существование которого якобы обеспечило всем людям освобождение от почти двухтысячелетнего рабства, прикрываемого «христианской» церковью, несущей в своей доктрине ложь.[441].

Мало того при этом пресловутый «Приорат Сиона» — восходящий к тамплиерам и ещё более древним «рыцарям»-псам «мировой закулисы» («зомби»-хранителям древних секретов, тайному мировому исполнительному органу на местах, выстроенному по масонскому типу)[442] — не только сохраняют свой статус, но его члены становятся «народными героями», якобы освободившими мир от угнетения церкви и, конечно же, капиталистов. Этот самый орган «Приорат Сиона» (либо другое название одного или нескольких уровней «Золотой пирамиды» обязательно иудейско-левитского происхождения), выпестовавший и сохранивший «наследника Христа»[443] (конечно же тоже из иудеев) легитимизируется из тайного иудейского клана в полуоткрытый в условиях мирового «социализма» и почитается подобно богу-освободителю всем «трудящимся народом», а наследник становится вождём «мирового гегемона» — подобного В.И.Ленину или даже выше.

Таким образом светская толпо-«элитарная» иерархия, частично легитимизировавшись на мировом уровне — сохраняет все свои звенья, теряя лишь некоторую часть церковных орденов и иерархии церквей (что и было проделано в СССР после 1917 года: непосвящённых иерархов церквей уничтожали также, как в средние века инквизиция уничтожала противников церкви), но политический строй при этом меняется в мире. Толпа, получив «свободу» из рук легитимизированной верхушки иудеев, довольна, кроме того, остатки верующих «во Христа» получают не только «доказательство» лживости церковного «христианства», но этой толпе предоставлена возможность поклоняться наследнику Христа,[444] которого предоставил Сион.[445] Последнее должно было решить сразу как минимум пять проблем:

· Переагитировать на сторону «социалистов» религиозную западную толпу; в одном из вариантов «христиане» обретут «второе пришествие», которое они так ждали (по писанию) после чего наступит обещанный «Золотой век» всеобщего псевдоравенства.

· Переключить все частные национальные «социалистические» сценарии (типа немецкого национал-социализма) на единый мировой сценарий интернационал-«социализма»: ведь якобы спасли наследника Христа сами иудеи, значит они самые праведные и справедливые, а церковь плохая.

· Примирить иудеев, «христиан» и мусульман в мировом масштабе в сценарии единой идейно-религиозной системы мировой якобы справедливости: ведь именно иудеи как бы «доказали» ложь о божественности Христа, что и сказано в Коране.

· Удовлетворить религиозные ожидания и честлюбие иудеев[446] (и масонов): они получат иллюзию власти над миром (конечно же оставаясь при этом исполнительным органом «мировой закулисы»).

· Оставить у реальной власти все самые главные мировые иудейские (левитские) кланы, обосновав это близостью древних кланов к «Приорату Сиона» или даже «королевской кровью» — после чего манипуляции иерархией кланов можно осуществлять полуоткрыто, приписывая тому или иному клану близость «королевской крови» или заслуги перед спасённым родом Христа.

Такой мировой сценарий действительно мог на период после 1917 года одно-два поколения идеологически удовлетворить большие массы людей, поскольку не отнимал у трудящихся некоторую долю религиозности (идеалистический атеизм), предоставляя живого потомка Христа, а остальные (кто был более склонен к материалистическим атеистам) довольствовались бы учением Маркса-Ленина, сочувствуя при этом Христу и Сиону. Конечно первое было больше бы востребовано на Западе, а не в России. За это время хозяева иудо-масонской пирамиды планировали создать непобедимый мировой плацдарм для «триумфального шествия» «социализма», что они и начали проделывать на базе СССР.

Теперь вернёмся к сбою в глобальном сценарии. Действительно, чисто теоретически решить в глобальных масштабах три главных перечисленных несколько выше проблемы капиталистического строя, сохранив толпо-«этитарную» организацию мировой цивилизации с центром управления «мировой закулисы», видимо, невозможно для последней ничем кроме «социалистического» сценария. Но рисковать повторять в конце XX века этот сценарий не все хозяева масонов и иудеев согласны: скорее всего некоторые из них существуют по принципу «после нас хоть потоп», либо «мы своё проживём, а за будущее пусть отвечают другие, кто помоложе». Но у ихней молодёжи власти меньше, и поэтому старички её имеют и вершат свой произвол, невзирая на молодёжь. Как бы то ни было, но думающие так «консерваторы» — сторонники сохранения власти церкви над толпой (пусть это даже и не такая сильная власть, как раньше) — они просто боятся что-либо менять, тем более, что один раз уже не получилось.

Другие (и их, видимо больше) — сторонники глобальной «социализации» мира — и они будут пробовать новые и новые попытки проведения своего сценария «до победного конца» с помощью разного подручного «революционного материала».[447] Именно их руководство в стане «мировой закулисы» запустило сначала роман «Священная кровь и священный Грааль» — когда возник конфликт мнений о продолжении глобального сценария (1982 год — за 3 года до «перестройки» в СССР), как бы подталкивая «церковников» к большей сговорчивости и предъявляя им своеобразный ультиматум. Но и после неудачи второй попытки «социализации» мира (опять на базе России) — через двадцать лет после первого «ультиматума» предъявлен второй: «Код да Винчи» про то же, но уже в большем масштабе охвата западной толпы.

Чего говорить, в самом фильме (фильм воздействует на аудиторию шире и мощнее романа) один из главных героев Ли Тибинг, как бы выйдя из подчинения единому центру, рассуждает на темы свободы, равенства и братства, которые принесёт миру обнародование тайны «Священного Грааля»:

«Ли:[448] Две тысячи лет церковь подвергала людей различным гонениям. Душила в них мысль и страсть и всё во имя этого пресловутого бога на Земле. Правда о том, что Иисус был смертным, покончит с этим. Наконец-то повергнет церковь на колени. Живой наследник должен объявиться. Все должны узнать, кем был Иисус: не божество, а просто человек. Давний обман будет раскрыт. Человечество станет свободным, и это сделаем мы, Роберт: мы трое.[449].

Приорат был должен объявить о наследнике в начале нового тысячелетия.[450] Рубеж тысячелетий настал, время прошло, а существование живых потомков так и осталось тайной. Я начал действовать. Обратился к врагам. Я убедил Совет теней, что я их союзник. Я даже потребовал с них денег, чтобы меня не заподозрили. Ректор. Я назвался Учитель».

Самое главное — выделено жирным нами во втором абзаце цитаты: «Приорат был должен объявить о наследнике в начале нового тысячелетия. Рубеж тысячелетий настал, время прошло, а существование живых потомков так и осталось тайной». Это сказано на весь мир через символику фильма от имени сторонников сценария глобальной «социализации». По сути дела роман и фильм «Код да Винчи» явились средством для осуществления целей хозяев масонов-«социалистов». Причём в некотором роде средством, аналогичным раскрытию давнего обмана, если бы о «тайне Грааля» было объявлено официально, а не через художественные произведения. Не надо забывать, что в современном мире такие средства культуры как книги и кино воздействуют на толпу покруче, чем какие-то официальные признания о каких-то давних подлогах. Вот если бы эту «тайну» решили раскрыть с помощью какого-нибудь международного скандала, либо с помощью идеологической власти «первого социалистического государства» (СССР), то средства подачи информации на толпу были бы иные.[451].

Скорее всего рубеж тысячелетий — последняя граница, до наступления которой сам «Приорат Сиона» (по роману и фильму), а в действительности «мировая закулиса» руками иудеев и масонов в своей иерархии, должна была покончить с властью церкви в пользу «мирового «социалистического» правительства». Этого не произошло по причине сбоя глобального сценария, устроенного И.В.Сталиным при поддержке русского народа. Поэтому «Приорат Сиона» и не стал «объявлять о наследнике», молчаливо храня эту «тайну» и после наступления новой эры. А «зрелость» (в смысле лёгкой веры во всё это) западной толпы пока лишь качают показом фильма, не зная, что предпринять в будущем. В то же время согласно книге и фильму Роберт Лэнгдон (профессор религиозной символики Гарвардского университета) — уже почти подобрался к могиле Марии Магдалины…[452] Такой вот ультиматум пересидевшим своё время церковным орденским структурам и их несговорчивым хозяевам.

Раскол же в среде высокопосвящённых «глобалистов» отражён в романе и в фильме как выделение из среды Приората Сиона его непосвящённой периферии — специалиста по истории Грааля, помешанного на легенде о Приорате — который не согласовывал свои действия с Приоратом Сиона и его хозяевами. Сам «Приорат Сиона» — название высокой ступени посвящения в «Золотой пирамиде», возглавляемой «мировой закулисой» и потому в прошлом связанной единой дисциплиной. Сэр Лью Тибинг (в фильме Ли) — «член Королевского исторического общества», что явно должно быть закреплено какой-нибудь ступенью масонства.[453].

Символическим подтверждением этому сценарию, от которого до сих пор не отказались хозяева большинства светских масонских лож, является имя якобы наследницы «королевской крови» (взятое для романа Дэном Брауном),[454] которой в фильме «Код да Винчи» некоторые персонажи уже поклоняются: Софи Невё (по-французски — Sophie Neveu). Невё — новая; Софи — мудрость. Получите «Новую Мудрость»[455] от «мировой закулисы» — для «освобождённой» от капиталистов и церкви толпы.

Заключение: кризис «духовности» светского масонства.

«Мировая закулиса» уже давно поняла, что масонство по-крупному своё отработало. От управления людьми (через людей) она перешла к управлению обстоятельствами (средой) с помощью информационного оружия.[456] Это — так, поскольку со второй половины XX века давление окружающей среды на общество стало в первую очередь определять внутреннюю алгоритмику (дисциплину — логику социального поведения) в государствах. Поэтому на смену управления через людей (будь то масоны или кто другой) пришло время управления через технологии (финансовые, информационные, политические…). А поскольку до момента изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени сформировать устойчивую государственность «зомби» не удалось, то «мировой закулисе» приходится довольствоваться тем что есть. Это — цивилизация, где доминирует «животный» тип строя психики (и в «элите» — тоже).

Управлять же толпой с «животным» типом строя психики можно какое-то время с помощью материальных приоритетов обобщённых средств управления — финансовые технологии, геноцидное оружие, обычное оружие — вроде бы и двигая эту толпу в сторону курса масонов. Но это — иллюзия, поскольку:

· Таким образом можно лишь приостановить (либо замедлить) объективно обусловленные предпосылки движения общества к Богодержавию.

· При этом если в государстве существует здоровое ядро, вышедшее на уровень понимания «мировой закулисы» (и выше) и не входящее в противоречие с Божиим Промыслом, то преодоление процесса деградации общества под подавляющем воздействием оружия материальных приоритетов, применённых «мировой закулисой» — дело ближайшего будущего.

То же касается и роли «элиты», будь она масонской, либо просто с «животным» типом строя психики. Освоение теории управления потенциально может позволить любому (даже масону) подняться в уровне понимания над «мировой закулисой», что объективно избавит его от зависимости, обусловленной «масонско-клановой дисциплиной».

Тем, кто считает себя масонами различных лож, позволено до сих пор играться в тайные клубы и посвящения, в то время как основные средства управления со стороны «мировой закулисы» с целью взятия власти перешли от власти людей — власти социальных технологий.

Если посмотреть на проблему масонства пошире, то примерно до середины XX века быстродействие, внутренняя безопасность, нахождение вне конкуренции (всё, что перечислено нами выше, как условия эффективности работы масонской системы) были работоспособны. С окончательной победой технологий над индивидуальными качествами (возможностями) того или иного члена масонской ложи (и всей ложи в целом, как совокупности индивидуальных качеств входящих в неё), «мировая закулиса», естественно нашла другой (объективно сложившийся помимо её воли) контур (систему) контроля над властью в государствах.

Вместе с вхождением капитализма в стадию пика своего развития (после середины XX века) в крупнейших капиталистических странах мира стали образовываться естественным образом крупные кланы-корпорации, в которых масонская дисциплина была вовсе не главным для сохранения власти «закулисы» и для влияния на власть государственных режимов. Как известно, в СССР (после И.В.Сталина) и в странах «социалистического» лагеря тоже образовались кланы, дисциплина внутри которых вовсе не обязательно держалась на принципах масонства.

Короче говоря, как в СССР, так и в странах капитализма, после середины XX века создались кланово-корпоративные системы, в которых масонство если и присутствовало, то играло больше внешне «декоративную» роль. Основную роль же играли и играют финансово-технологические отношения, как дань времени «после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени». То есть, финансовые технологии взяли верх над «масонской» дисциплиной. «Мировая закулиса» к этому подготовилась, перестроив свои взаимоотношения с масонством с системных на «бижутерийно»-ритуальные. С этого момента масонство стало в большей мере ширмой и имитатором основного средства управления. Именно поэтому про него так много пишут и говорят сейчас.

Основной упор «мировая закулиса» сделала на контроль за корпоративно-клановой дисциплиной объективно (без её целенаправленного вмешательства) сформированных в государствах крупных кланов и корпораций.[457] Причём она прекрасно понимает, что это работа посерьёзнее, чем контроль за масонами, которые в своём составе, можно сказать неизменны по отношению к виртуальным кланам и корпорациям, возникающим и меняющимся в государствах согласно Закону Времени. Их «виртуальность» теперь примерно пропорциональна скорости изменения базовых технологий. А последняя, в свою очередь, постоянно растёт. Огромную роль основного средства первых трёх приоритетов обобщённых средств управления играют сейчас электронные СМИ (функция создания виртуальной реальности и примитивного зомбирования населения), которых во времена первой крупной победы масонов в СССР не было. Борьба за влияние на СМИ ведётся с помощью управления финансами, в чём «мировая закулиса» может обойтись и без масонов — с помощью обычных наёмников из «элит», коих во всех государствах полно.

Если кто думает, что представители «мировой закулисы» отстали от жизни и управляют по старинке лишь через иудеев и масонов, то периферия «мировой закулисы» таких переубеждать не будет: пусть занимаются масонами, изучают историю масонства, примеряют атрибутику лож на того или иного властного лица в государстве — лишь бы не касались глобальных современных механизмов контроля над властью в государствах со стороны «мировой закулисы». Но всё же в конце XX — начале XXI вв. вербовать одних людей и влиять на других людей в крупных кланах и корпорациях подконтрольных стран «мировой закулисе» становится всё сложнее. К этому есть много причин, в том числе и чисто психологического плана.

Главное в том, что эти кланы и корпорации хотят быть «свободными» от всех, и от диктата «мировой закулисы» — тоже. В то же время, в странах, где государственные режимы достигли уровня понимания и владения социально-финансовыми технологиями выше, чем «мировая закулиса», а к тому же такие государства и самодостаточны во многом в сфере экономики и интеллектуального потенциала (большинство уже потенциально годится в глобальную «знать» благодаря развитию информационных технологий), в этих странах образуется некое «супермасонство» (если говорить в масонских терминах из прошлого)[458] национально-суверенного типа, что грозит «мировой закулисе» потерей управления и власти по отношению к таким государствам. Так что у современных российских кланов пока ещё есть добровольный выбор: работать на «закулису», либо на суверенитет России.

«Мировая закулиса» давно перешла от управления воздействием на государственную систему через систему масонства к глобальному управлению воздействием на окружающую среду, в которой находятся государства, для создания в этой глобальной среде (и в государствах — соответственно) приемлемых для неё кланово-корпоративных современных аналогов масонства и поддержания такого рода глобальной среды. В современном мире иначе и нельзя: ведь сейчас среда объективно виртуальна (сначала меняется среда, а потом уже кланы). Раньше напротив, кланы можно было искусственно создавать, не взирая на давление среды. А влиять на объективно виртуальную глобальную среду «мировая закулиса» может лишь в пределах своих возможностей, которые обусловлены попущением ей Свыше. И это попущение заканчивается.

Говорить сейчас о власти масонов (в старом понимании) в современной России — по меньшей мере глупо, а по крупному — помогать делу «мировой закулисы», значит уводить общественное мнение от реально действующих глобальных технологий виртуального управления сознанием толп, кланов и корпораций (и масонов с их устаревшей «бижутерией» — тоже, как части не самой умной и «элитной» толпы) и от реально действующих кредитно-финансовых и информационных механизмов воздействия на власть. А это значит, что говорить о власти масонов — уводить общественное мнение от разговора о власти концепций над жизнью общества, от разговора о концептуальной власти и механизмах и средствах её современного осуществления, о воздействии религиозный и идеологических систем на процесс формирования мировоззрения людей.

Богословие Русской цивилизации.

Данный раздел Учебного пособия не входит в тематику третьей главы и поэтому не пронумерован.

Жизнь это — Бог и тварное Мироздание, представляющее собой объективную данность триединства материи-информации-миры. Соответственно мировоззрение триединства материи-информации-миры (а также и выражающее его миропонимание) — можно назвать Богоначальным, поскольку в нём мысленное древо всегда выстраивается в порядке: 1) образ Божий, как субъективные нравственно обусловленные представления индивида о Боге; 2) Мироздание, как триединство материи-информации-миры; 3) последовательность более или менее детальных переходов по системе мировоззренческих и понятийных взаимосвязей от Мироздания в целом к конкретно рассматриваемому вопросу.

Русская региональная цивилизация.

Объективно носительницей объемлющей альтернативы глобализации на принципах толпо-«элитаризма» является Россия, точнее — Русская региональная цивилизация многих народов и многих диаспор. На протяжении последних нескольких веков эта региональная цивилизация от всех прочих региональных цивилизаций отличается тем, что развивается в исторически подвижных границах общего для её народов и диаспор государства.

Подвижность её государственных границ носит пульсирующе-расширяющийся характер: это исторически долговременная тенденция. В периоды кризисов цивилизационного строительства, государственность нашей цивилизации тоже испытывает кризис. И в такие кризисные периоды относительно молодая периферия Русской многонациональной цивилизации государственно обособляется, как это имело место в период государственного краха СССР. Но по мере того, как исторически очередной кризис цивилизационного строительства преодолевается, происходит становление новой государственности. Когда новая государственность обретает дееспособность, адекватную потребностям эпохи и перспективам общественного развития, недавно отколовшаяся относительно молодая периферия, не сумев разрешить своих проблем в одиночку, возвращается в границы Русской многонациональной цивилизации, а на последующих этапах в её состав начинают вступать народы, до этого жившие обособленно или в составе иных региональных цивилизаций, поскольку качество жизни в пределах Руси в каких-то аспектах, значимых для народов и их перспектив, оказывалось лучшим, нежели в обособлении или в культурах иных государств и региональных цивилизаций. И именно вследствие того, что этот процесс пульсирующего расширения границ государственности Русской многонациональной цивилизации — не выдумка, к началу XX века в границах России была 1/6 часть суши.

Культура, в которой родился изначально русский характер, была культурой компактно-общинного проживания населения на пространной территории если не всей, то изрядной части Восточно-Европейской равнины.

Управление делами в такой компактно проживающей общине, а по существу её самоуправление было основано как на персонально-адресном, так и на циркулярном (для всех) в личном общении распространении информации[459] и могло быть эффективным только на основе взаимного доверия руководителей и руководимых, а равно и при отсутствии:

· во-первых, лживости как способа замазать и скрыть свои ошибки или управлять людьми как орудиями в достижении каких-либо своих или групповых целей,

· и, во-вторых, личностного самодовольства, в жертву какому «идолу» общество допускает приносить всё, вплоть до жизни других людей, биоценозов и планеты Земля.

По существу это означает, что внутри общины может быть более или менее ярко выраженная профессиональная специализация, но иерархичности личностных взаимоотношений быть не может; и каждый человек для общины, не превысившей порога максимальной численности, дорог.

Если же говорить о Русском духе как об определённом культурно обусловленном и поддерживающем воспроизводство культуры эгрегоре, то его алгоритмика включает в себя:

· ту общинную этику, которая была выявлена выше как необходимая для устойчивости общинного уклада жизни в преемственности поколений;

· свойственную этой этике искренность в понимании сути Добра и Зла в их конкретных жизненных проявлениях,

· искреннюю (а не показную) самоотверженность в приверженности Добру в полноте и внутренней непротиворечивости алгоритмики психики личности.

Полная искренность, целостность психики (в смысле согласованности и взаимной связанности составляющих её специализированных по предназначению алгоритмов), самоотверженность вплоть до самопожертвования и общинная этика в целом это — то, что не свойственно людям в их большинстве в толпо-«элитарном» обществе. Поэтому с переходом от общинности к толпо-«элитаризму» — у большинства Русских это осталось лишь на уровне «генетики духа», что далеко не у всех обязательно проявляется в течении жизни, но в общем Русском духе присутствует как бессознательные компоненты его эгрегориальной сборки, соответствующие эпизодическим проявлениям Русского духа у множества людей.

Благодаря древнему союзу Великой Руси — наследовавшему ещё более древнему Великому Венедскому Союзу — русская цивилизация устойчиво самоуправлялась в режиме общинной культуры и форме государственной конфедерации на протяжении почти всего первого тысячелетия новой эры, показывая своим существованием пример работоспособной альтернативы ведически-знахарской культуре древних высокоорганизованных государственных цивилизаций и культуре древнеплеменных союзов. Как показывают исторические факты, в период Великой Руси на всей её территории никогда не было рабства (ни в каких его формах) — в отличие от многих других государств и племенных союзов. Это обеспечивало многовековую настройку генетического аппарата русских (и в духовном и в биологическом смыслах) в условиях свободы от воздействий на него чуждых толпо-«элитарных» культур, что обеспечило русским устойчивый многогранный образ свободы — наиболее близкий к тому, что в это понятие вложил Бог. Именно поэтому Русский дух ближе всего к Божиему Промыслу (в части не касающейся попущения), нежели духовности других региональных цивилизаций Земли.

В то же время, Россия-Русь — одна из региональных цивилизаций на планете, вбирающая в себя на протяжении всей истории окружающие её народы. Русь — самозабвенное зеркало Мира в том смысле, что после гибели предшествующей неправедной глобальной цивилизации человечество почти полностью лишилось осознанной памяти о ней, утратив её культуру, а в становлении культуры новой глобальной цивилизации, которая объединит всё человечество в человечности, Русь вбирает в себя все другие культуры и несущие их народы по мере того, как непредвзято-самозабвенно решает в своей жизни вопрос «что есть истина из всего того, с чем она имеет дело в своей жизни?».

Иными словами мы — Русь — по своей сути цивилизация миры:

· если мы не ошибаемся в ответе на указанный вопрос, то в границы Руси вливаются новые народы, а их культуры, освободившись от какой-то прежде свойственной им порочности, вливаются в культуру самой Руси, обогащая её свойственной им истиной;

· если мы ошибаемся в ответе на указанный вопрос, то к ошибочно решённому в прошлом вопросу Божий Промысел возвращает нас снова и снова до тех пор, пока мы не придём к истинному ответу на него.

При этом земли и народы вливаются в Русскую многонациональную цивилизацию, становясь русскими. И этот процесс лежит, по нашему убеждению, в русле Промысла. Мы — Русь — задаём тот «общий аршин», о котором писал Ф.И.Тютчев,[460] но мы задаём его на будущее; а во всякое настоящее другие пытаются измерить нас полученным от нас же некогда в прошлом[461] и обречённом к отмене стандартом.

Именно по этой причине — являющейся сутью региональной цивилизации Руси на этапе становления человечности после краха предшествующей глобальной цивилизации — мы безрассудно легковерны, доверчивы, и очертя головы бросаемся во всевозможные начинания, скоропостижно уверовав в нечто новое и полностью отрекшись от своего недавнего прошлого. Но скороспелая фанатичная вера во что-либо у нас краткосрочна и возникает только при выходе из кризисов развития, в которых выражаются наши же прошлые уходы от своевременных ответов на вопрос «что есть истина?» и наши же прошлые ошибки в ответах на него. Потом она также быстро, как и пришла, проходит, и мы начинаем сомневаться в том, что прежде успело стать неусомнительной фанатичной верой и начинаем испытывать её на истинность, в убеждённости, что истина устоит во всяком испытании жизнью, а ложь и ошибки рухнут.[462] Это касается всего: как вероучений и богословских доктрин, заведомо не подтверждаемых в искусственно поставленных экспериментах (но истинность которых может подтвердить либо опровергнуть только сама жизнь), так и научных гипотез и теорий, которые могут быть подвергнуты проверке экспериментом.

Единственное в чём большинство никогда на Руси не сомневалось, так это в том, что Всевышний Бог, предопределивший бытие Мироздания, есть и, что с Ним должно человекам жить в ладу. Да и многие из тех, кто в эпоху государственной идеологии материалистического атеизма утверждали, что Бога нет, всё же в жизни вели себя по совести, которая чувствовала, что Бог есть и жить надо, воплощая в реальность ощутимый совестью Промысел.

При этом Русь не помнит в своей истории фактов, когда в ней рождались пророки — восприемники откровений Свыше, которые бы становились основой господствующих на Руси вероучений. Все вероучения, которые заместили собой языческие верования народов, живущих в границах Русской цивилизации — привнесены извне. Они так или иначе были приняты народами, но и после этого русские разных национальностей спорили об образе Божием (т. е. о своде представлений обо всём Божественном как таковом) и о том, что представляет собой лад человеков и Всевышнего Бога по существу и по форме. Мы всегда спорили об этом среди себя, и многие вопреки господствующим традициям прямо оглашали то, что было у них на душе. Вопрос всегда состоял и состоит только в том, Бог ли положил это на душу, либо кто-то был одержим и истово шёл против Промысла, фанатично призывая при этом Бога себе в помощь. И эти споры наши всегда были непонятны иностранцам. Мы же — в стремлении обрести истину и воплотить её в жизнь — были беспощадны и к себе, и к окружающим в этой жизни, уповая на милостивый Суд Божий. И надо полагать, что именно за это неискоренимое стремление к выявлению и воплощению Правды-Истины в повседневную жизнь нам прощалось и прощается Богом многое из того, что не прощалось другим, ныне исчезнувшим культурам.

Так мы преодолели к 1917 г. за 900 лет библейский идеалистический атеизм. По существу так же, но всего за 70 лет, к 1991 г. мы преодолели и материалистический атеизм в форме марксизма. И теперь русская верующая совесть, набравшись исторического опыта, оказалась в такой же ситуации выбора веры, в какой была в эпоху обусловленного многобожием и идолопоклонством кризиса язычества, имевшего место в канун принятия ислама волжскими булгарами (современный Татарстан) в 889 г.[463] и крещения славянской Руси 988 г.

Культурные «памятники» русского богословия.

Поскольку у русских никогда не было никаких «Священных Писаний» и пророков, восприемников откровений Свыше[464] — особый интерес представляют размышления множества русских людей, которые не были удовлетворены «христианским» богословием. Размышления и споры об образе Божием и о том, что представляет собой лад человеков и Всевышнего Бога по существу и по форме вопреки господствующим традициям возобновлялись вновь и вновь среди русских людей на протяжении всего периода после крещения Руси. Обратимся к некоторым высказываниям из разных источников культурного наследия.

Сперва обратимся к книге В.Б.Авдеева «Преодоление христианства (опыт адогматической проповеди)». Хоть по содержанию книга противоречива и взгляды автора по богословским вопросам далеко не всегда совпадают с нашими (а тем более общее представление автора о русском богословии не такое как у нас), не вдаваясь в противоречия, возьмём оттуда лишь цитаты, относящиеся к высказываниям разных русских людей из разных сословий об их отношении к Богу и библейскому христианству (выделения жирным и сноски наши):

«Потомственный дворянин Матвей Семенович Башкин ратовал за отмену холопства, кабальной зависимости и собственноручно порвал кабальные документы на своих крепостных людей. Иконы были для него теми же идолами, троичность Бога — нелепым измышлением, Христос — обыкновенным человеком, рожденным от земной женщины, а церковь в его представлении являлась чисто политической организацией — «собранием верных». Одним из первых на Руси, он направил полемический дар на борьбу с ядом покаяния, проповедуя индивидуальную ответственность.[465].

Заметной фигурой среди еретиков был Феодосий Косой, ибо его «Новое учение» отличалось большим радикализмом и непримиримостью. Наибольшую злобу и ненависть отцов церкви вызывали его утверждения о «самобытности» всего сущего, об «извечности», а не божественной сотворенности неба, земли и всего живого.[466] Крепостной мужик проповедовал постоянную смену форм жизни, самостоятельно толковал Моисеево пятикнижие, великолепно разбирался в широко представленной святоотеческой литературе. Совершенно замечательны его логические рассуждения о символе веры — кресте, ведь Бог должен ненавидеть крест,[467] так как на нем был убит его сын,[468] и, следовательно, поклонение куску дерева изначально противоречит вере, а не укрепляет ее. Народный вольнодумец видел вполне конкретную идеологическую функцию поста, обрядов, чудес и недоумевал, как можно поклоняться мощам и искать защиты у мертвых. Много внимания уделено им лживости института монашества, и даже идеологические противники признавали мужество и разум самостоятельного мудреца.

Поистине изумителен самобытный образ Дмитрия Евдокимовича Тверитинова, ставший неотъемлемой частью его свободолюбивого учения. Этот стрелецкий сын, выучившийся лекарскому делу еще в начале реформ Петра Великого, превратил свою жизнь в религиозный эксперимент. Как и у многих культурных самостоятельно мыслящих людей, неприятие догматических основ христианства началось у него при детальном изучении Библии. Сочетая постоянную медицинскую практику с анализом богооткровенных текстов, чем и снискал всеобщее уважение высших слоев общества, он пришел к парадоксальным, но исключительно правомерным выводам. Ему не составило большого труда понять политическую, а никак не сверхъестественную основу Великих соборов. Все предания отцов церкви он смело именовал «баснями человеческими». Его мнения о кресте, иконах и иной культовой атрибутике — новый этап русского иконоборчества. Новый потому, что создавался он не просто народным правдолюбцем, а человеком прагматического ума, умеющим анализировать последствия своих действий, и, что важно, отвечать за них самолично, как и подобает настоящему врачу. Это уже не сумбурные откровения блаженного старца, это ересь, выросшая до уровня самостоятельной концепции. Не будем забывать, что ересь — это значит по-гречески учение. «Бесполезно стучать лбом об пол перед крашеной доской, ведь легко заметить, что иконы горят и никакими чудесами от огня не спасаются, да и вообще вера в чудеса связана с помрачением народа. Смешно кланяться мощам святых и искать защиты у мертвецов. Да и много ли среди канонизированных в последние столетия подлинно святых, ведь никто из них с Богом-то в беседе не был». В его тетрадях целый отдел посвящен анализу проникновения сущности и духа языческих обрядов в структуру христианского миропонимания, и почитание святых ассоциировалось у Тверитинова с типичным проявлением Многобожия. «Нет ходатаев нам в Царствии Небесном, как и на земле, за все нужно отвечать самому». Теперь уже можно смело сказать: следуя устоявшейся еретической традиции, он отказывался видеть в Христе Божьего сына и направлял энергию своих логических выводов против церкви, ведь лик Господа в ней — обман. «Я сам — Церковь», — вот подлинный апофеоз его учения.

Теперь нужно остановиться, чтобы сменить тон и подготовиться к осмыслению жизни и учения Федора Подшивалова, ибо ничего подобного в нашей духовной словесности нет…

По рождению этот человек был в полном смысле слова вещью, которую хозяева передавали друг другу, повинуясь воле нелепого барского каприза. Его жизнь порождает метафизический трепет, а каждое свободолюбивое высказывание на ее фоне шокирует несказанно. Философия и религия в самых возвышенных тонах его повествования вплетаются в канву адской подневольной жизни, образуя яркий рисунок идейной конструкции, титанической и неповторимой. Крепостной, сын крепостных, ему неоткуда было впитать те благородные и вместе с тем смелые понятия, что он изложил в своем учении…

Голод, побои и унижения были вечным уделом этого человека, а однажды его очередная хозяйка, теперь уже заморская госпожа из просвещенной Европы, била своего слугу столь остервенело, что кровью перепачкала всю комнату. Видя, что от такой жизни он долго не протянет, очередной владелец Федора перевел крепостного на более легкую работу, отдав его учиться кулинарному делу. «Откуда еще глупость взята продавать и покупать тварей, подобных самим себе? Откудова этот манер взяли? Должно быть, от Иосифовых братьев, которые продали брата своего Иосифа в Египет».[469].

Остается только гадать, как Федор Подшивалов мог в подобных условиях, будучи чужой вещью, прочесть и составить собственное мнение о Священном писании и еще множестве серьезных книг, не всегда пригодных даже для ума его хозяев: Мильтон, Вольтер и многие другие. Анализируя его поиск необходимой литературы, можно смело утверждать, говоря современным языком, что он умел правильно работать с первоисточниками, конспектировать. Он работал не как случайно украдкой исхитрившийся раб, а как вдохновенный заинтересованный профессионал. Вот это уже выше понимания просвещенного двадцатого столетия, и можно только поклониться памяти крепостного философа Федора Подшивалова, чей сильный ум был чем-то сродни уму Эзопа — тоже великого философа-раба.

«Черта или Сатаны, который бы мучил в аду народ за грехи, никогда не было. Это было только для того верующим сказано, чтобы они надеялись на будущее. Ибо это для того было еще сказано, чтоб удобнее всякого, во Христа верующего, свободнее привести к повиновению господам и чтоб они без всякого упорства мучились… Для чего, как рассказывает Евангелие, чудесно родился Христос? Для того только, чтобы быть мучиму и распяту на кресте, и чтобы весь род человеческий пострадал, подобно ему. Только он мучился, может быть, 12 часов, а весь род человеческий должен мучим быть 1829 лет и семь месяцев. Хорошо же он над нами подшутил! Мы носим на себе крестное его знамение за то… что вывел нас из одного заблуждения и ввергнул во вторую напасть, не менее ужасную. И велел нам мучиться, то есть: на том свете заплатят! Заплати мне здесь — а на том пущай господину заплатят. Знайте, что теперь аду и раю нету, да никогда его и не бывало, и надеялись мы на них совсем напрасно…»[470].

«Все наши законы взяты от Иисуса Христа,[471] ибо он основаны на мучении… Итак, если бы не надеялись на будущее, а разрешали бы здесь, наверное, лучше бы было. А то все упование наше возлагаем на будущие два мнимые царства — ад и рай — выдуманные Иисусом и на всю его путаницу…»[472].

«Человек родится совсем не для того, чтобы он мучился или кто бы его мучил, а человек единственно для того родился, чтобы он украшал природу и землю, и прославлял бы создателя своего, и был бы в совершенном виде человека для украшения природы»…

«Только прошу вас моим Богам, равно и вашим, не бунтоваться,[473] тот, кто скорее уверует, тот и без бунта почувствует свободу внутреннюю и душевную. Ведь тут тягость, кажется, небольшая, сказать, что не верую больше Христу и его святым, и матерям божиим и исполнить, что сказал»».

В 1907 г. появилась опера Н.А.Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии». Один из главных героев оперы — дева Феврония — олицетворение чистоты и непорочности, несущая сокровенное русское народное мировоззрение, веками непонятное чужеземным мудрецам. Феврония показана как человек, пребывающий выше обрядности официального православия и несущий в себе непосредственную живую религию (обоюдосторонне направленную жизненно осмысленную связь человека и Бога) в неизбывном единстве эмоционального и смыслового строя её души. Она — единственный человек во всей опере, обладающий этим качеством, которое выражается в том, что действия её во всех обстоятельствах безошибочны, т. е. не усугубляют проблем, а разрешают их.

Другой главный герой Всеволод Юрьевич — государственная власть. Всеволод — ВСЕм ВОЛОДеющий. Юрьевич — по имени основателя Москвы Юрия Долгорукого. Ничего не понимает. Охотится на медведя, т. е. на русского мужика, согласно сложившейся во всём мире иносказательной традиции.

Китеж — многоуровневая иносказательная взаимовложенность понятий. С одной стороны, столица державы, несущая полную функцию управления. С другой стороны, Китежей два: Малый и Великий. Малый Китеж захвачен врагом, а Великий врагу не видим. Видимо только отражение его красоты и величия в зеркальной чистоте озера.

Малый Китеж — общественное сознание, замусоренное и испоганенное библейским агрессором; Великий Китеж — идеал уровня русского общественного «подсознания», сохранивший целостность и чистоту. Он скрыт туманом с золотистым блеском от всех, кто утратил целостность мировосприятия, но отражение его объективного присутствия в жизни видимо реально в окружающей действительности.

В конце государственность — Всеволод объединяются с народным мировоззрением — Февронией. Золотой библейский туман рассеивается и открывает Великий Китеж — и столицу, и русское общественное подсознание, воплотившее в жизни свойственные ему идеалы.

На вопрос княжича: «Ты скажи-ка красна девица, — Ходишь ли молиться в церковь Божию?» — Феврония отвечает:

Княжич Всеволод.

<…> Ты скажи-ка, красна девица, — Ходишь ли молиться в церковь Божию? Феврония. Нет, ходить-то мне далёко, милый… А и то: ведь Бог-то не везде ли? Ты вот мыслишь: здесь пустое место, Ан же нет — великая здесь церковь, — Оглянися умными очами (благоговейно, как бы видя себя в церкви). День и ночь у нас служба воскресная, Днём и ночью темьяны да ладаны; Днём сияет нам солнышко (, солнышко)[474] ясное, Ночью звёзды, как свечки, затеплятся. День и ночь у нас пенье умильное, Что на все голоса ликование, — Птицы, звери, дыхание всякое Воспевают прекрасен Господень свет. «Тебе слава во век, небо светлое, Богу Господу чуден высок престол! Та же слава тебе, земля-матушка, Ты для Бога подножие крепкое!»

Княжич Всеволод (смотрит на Февронию с изумлением).

Ай же ты, прекрасная девица! Дивны мне твои простые речи, Всё о радости, весельи красном. Люди старые иначе молвят: «Не зарись на радости земные, На земле-то нам скорбеть, да плакать». И уйти бы мне в пустыню вовсе, — Эх, да удаль-молодость помеха: Просит молодецкого веселья.

Феврония (очень ласково и проникновенно, взяв его за руку и глядя в очи).

Милый, как без радости прожить, Без веселья красного пробыть? Посмотри: играют пташки все, Веселится, скачет зверь рыскучий. Верь, не та спасёная слеза, Что с тоски-кручинушки течёт, Только та спасёная слеза, Что от Божьей радости росится,[475] И греха мой, милый, ты не бойсь: Всякого возлюбим, как он есть, Тяжкий грешник, праведник-ли он; В каждой душеньке краса Господня. Всяк, кто стрелся,[476] того Бог прислал; В скорби он, так нам ещё нужнее. Приласкай, хотя был лиходей, Радостью небесною обрадуй, (уносясь мыслью). А и сбудется небывалое: Красотою всё разукрасится, Словно дивный сад процветёт земля, И распустятся крины райские. Прилетят сюда птицы чудные, — Птицы радости, птицы милости, — Воспоют в древах гласом ангельским, А с небес святых звон малиновый, Из за облаков несказанный свет…

В приведённом диалоге через княжича Веволода выразилось официальное церковное мировоззрение, а через Февронию — живая внеритуальная вера человека Богу по совести.

Благодаря открытому выражению обеих позиций опера обрела особую значимость в Русской культуре и оказалась знаменательной в истории России.[477] Но российский правящий класс — основной потребитель оперного искусства — тогда оказался самонадеянно глуп и счёл оперу после её первых постановок «вялой», «чрезмерно серьёзной по содержанию», «холодно-рассудочной» или «елейно-мистичной», «недостаточно строгой по отношению к предателю Гришке-Кутерьме».[478].

Кратко поясним сказанное Февронией. С точки зрения богословия по совести Русской цивилизации в этом мире все без исключения по их сути — посланники Всевышнего к их окружающим, в чём-то праведные, в чём-то ошибающиеся искренне, а в чём-то, возможно, и лицемерящие либо из алчности, либо из страха. Вследствие этого Бог не избирает никогда и никого для того, чтобы исключительно избранный Им вещал истину всем остальным, кому Бог якобы отказал в Своём непосредственном обращении к ним. Бог не отказывает никому, но не каждый выросший в неправедной культуре способен принять и донести до других Его обращение.

Но не получив праведного воспитания в не вызревшей пока ещё культуре человечности, многие под воздействием гнёта культурной среды, культивирующей в их психике всевозможные страхи, предубеждения и ущербность, под воздействием разнородных привязанностей, сами уклоняются от сокровенных (от других) обращений к ним Бога непосредственно через их совесть; они не внемлют опосредованным обращениям к ним Бога через других людей, через памятники культуры и жизненные обстоятельства. И по этим же причинам они отмахиваются от даваемых Свыше непосредственно им крупиц истины как от назойливо лезущих в глаза мошек, давят их, и не видят необходимости поделиться доставшимися им крупинками с окружающими; либо трусят внятно согласиться с известными им истинами даже во внутреннем мире каждого, а не то что бы огласить их открыто в обществе, когда они противоречат сложившейся традиции, поддерживаемой всеми средствами неправедной культуры, поддерживаемой так или иначе всеми и каждым в обществе: выступить против сложившейся традиции — возможно обречь себя на жестокую смерть или на длительную жизнь отверженного и гонимого всеми. Поэтому в длящуюся историческую эпоху у одних (и таких подавляющее большинство) миссия наместничества Божиего и посланничества Его к другим людям извращается до неузнаваемости, другие смогли её выполнить более или менее успешно, придав направленность течению локальных и глобального исторического процесса на многие века (таких единицы, и о некоторых из них человечество помнит как о пророках — монополистах на оглашение истины; и многие из их числа сами были искренне убеждены в таковом своём исключительном значении).

Но Богу принадлежит вечность, и потому Он может ждать до тех пор, пока культура цивилизации вызреет до человечности, пока все освободятся от страхов, и настанет царство истины вследствие того, что каждый будет без страха с любовью и по совести наместником Божиим на Земле.

М.М. Пришвин в повести «У стен града невидимого. Светлое озеро» (1909 г.) продолжает тему града Китежа и русского богословия. Пришвин приводит русский богословский разговор мужиков на берегу Светлого озера:[479].

«Назади, думал я, Христос-адвокат, русский, простонародно-церковный, а теперь он — слово, перелетевшее девятнадцать веков истории над церковными маковками.

— Чей ты? Какая твоя вера? — теснятся вокруг проповедника.

— Поклоняюсь господу в духе и истине.

— А святых отцов почитаешь?

— Нет, не почитаю.

— Иконам поклоняешься?

— Нет, не поклоняюсь. И вы не кланяйтесь идолам, ни деревянным, ни медным, ни серебряным. Поклоняйтесь в духе и истине и — будете сынами божиими.

…

— Кто же был, по-вашему, Христос? — спрашивают баптисты немоляк.

— Христос — слово, он — дух.

— А как же в духа гвозди вбивали?

— Мысленное ли дело, — смеются немоляки, — в духа гвозди вбить. Это были два завета пригвождены: ветхий и новый. Вот как нужно понимать. У нас духовная мудрость, Христос — дух.».

У историка В.О.Ключевского есть афоризм, в сложившихся обстоятельствах прямо относящийся к выбору веры: «Нравственное богословие цепляется за хвост русской беллетристики». И как показала дальнейшая история XX века, нравственное богословие по совести Русской цивилизации действительно нашло выражение не в трудах философов или богословов, а в художественном произведении — романе М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита», который многие воспринимают в качестве «гимна демонизму». Но это не «гимн демонизму», а Евангелие беззаветной веры Богу по совести, предложенное обществу не в форме иссушающего душу и мысли философско-богословского трактата, а в иносказательно-символической форме романа-притчи.[480].

Пилат: «- А теперь скажи мне, что это ты всё время употребляешь слова «добрые люди»? Ты всех, что ли, так называешь?

— Всех, — ответил арестант, — злых людей нет на свете» («Мастер и Маргарита», гл. 2).

И из этого ответа развивается всё богословие Русской цивилизации: провозглашаемое булгаковским Иешуа и открыто им проповедуемое учение о всеобщей доброте людей не знает исключений как по отношению ко всем людям в совокупности, так и по отношению персонально к каждому. Обоснование утверждения «злых людей нет на свете» также просто: «Эти добрые люди (…) ничему не учились…»

Иными словами, зло — в порочной культуре, где не выработано праведного воспитания и, где люди учатся истине ошибками жизни образуемого ими ВСЕМИ общества, — объективно неизбежно,[481] вследствие чего возлагать за него ответственность на кого бы то ни было из них объективно неуместно, т. е. такого рода обвинения несправедливы и сами неправедны, что бы ни сотворил кто-либо из людей и кто бы его в этом ни обвинял. Но это не соглашательство со злом и не требование быть покорным ему. Понимание факта изначальной доброты всех людей должно обязывать каждого к преображению себя и культуры общества в целом.

И соответственно все вероучения, в которых есть место аду как месту нескончаемого мучения грешников с точки зрения богословия Русской цивилизации — ошибочны или заведомо ложны.

Утверждение «злых людей нет на свете» — просто констатация факта, сокрытого в глубинах бытия Мироздания, осознание которого обязывает каждого, кто понял это, выработать и дать людям истинное учение о жизни, на основе которого неискоренимо проявится свойственная всем им доброта.

Единственному Всевышнему Богу — Русскому Богу всех людей, Всемогущему Творцу всего и вся, Вседержителю — свойственна всеобъемлющая совокупность совершенства — Любовь и выражающая её Милость к Своему творению, исходящая изначально от стадии Предопределения Им бытия всего тварного.

Русское богословие и вопросы Истины.

Выше мы показали, что истинно русскому человеку (по духу, а не по паспорту) свойственен постоянный поиск Истины. Он не успокаивается, пока не на находит ответы на встающие пред ним жизненно важные вопросы. И в первую очередь, конечно же, это вопросы богословия, поскольку отношение к Богу, религия — определяют жизнь людей, определяют возможности людей находить истину по всем частным вопросам. Без богоцентричной мозаичной определённости в психике, основанной на триединстве — правильно находить ответы на вопросы о конкретной истине, встающие перед человеком каждый жизненно важный момент (когда надо выбирать) невозможно. Это соответствует тому, что Бог ожидает от людей:

Бог не признаёт за человеком права уклоняться от вопроса поиска Истины или уходить от него ответом «не могу и не хочу знать».

Бог не признаёт за человеком права упиваться ложными мнениями, одной из разновидностей которых являются откровенно атеистические убеждения (материалистический атеизм), в которых выражается демонизм вообще, а не только сатанизм — как целеустремлённая оппозиция Божьему Промыслу. Но Бог не поддерживает и ложные вероучения о Нём самом (идеалистический атеизм), которые плодят в культуре разноликие системы подавления человека социальной магией, изображающей из себя истинное богослужение.

Однако Бог признаёт за человеком право на ошибку,[482] а признавая за человеком право ошибаться, Он приводит к истине всякого, кто не противится Его водительству на пути освобождения как личности, так и общества от заведомой лжи и ошибок.[483] Но на этом пути людям приходится отказываться от свойственных им прежде ошибочных и заведомо ложных мнений и от ошибочной и ложной этики, в которой повседневно выражаются их нравственно-мировоззренческие ошибки, в том числе и в вопросах веры и религии.

Тем не менее многие — вследствие не осознаваемого ими (а равно и осознаваемого) свойственного им же демонизма — воспринимают необходимость отказа от прежних и нравственно приятных им мнений как посягательство на их свободу, на свободу их самовыражения. И это особенно характерно для представителей интеллигенции как социальной корпорации, сложившейся на основе взаимной поддержки индивидуалистов — большей частью носителей демонического строя психики. Также большинство безвольных «простых людей» просто боятся менять что-либо в жизни и поэтому считают Истину для них «опасной», пребывая в жалком земном существовании рабов своих животных инстинктов и примитивных «окультуренных» привычек. А когда к ним обращаются другие люди с предложением подумать о Боге, об Истине и о других вопросах, без понимания которых праведно прожить невозможно — они говорят примерно следующее «без ваших вопросов мне удобнее и спокойнее жить». Так вот такая постановка вопроса — не свойственна Русскому духу.

Если человек интересуется вопросами отношений Бога и человечества и разрешает вопросы, встающие с Божьей помощью[484] перед ним в русле рассмотрения этой проблематики, искренне, не лукавя перед своей совестью — то с Божией помощью эти проблемы будут разрешены праведно, и человек не может впасть в депрессию, бежать от людей, стать психически больным или одержимым: он будет становиться всё более жизнерадостным, охватывая всё больше сторон жизни своим укрепляющимся в праведности здравомыслием и истинным свободомыслием (а не кажущимся свободомыслием в пределах заданной культурой системы ценностей).

Информация в русле Предопределения милостью Божией объективна, т. е. обладает самодостаточной свойственной ей сутью, и не несёт на себе «печати» ретранслятора. Хотя ретранслятор способен добавить к ней что-то или скрыть из неё что-то, но в результате такого действия возникнет уже иной информационный модуль. Поэтому, что истинно — то истинно, а что ложно — то ложно, вне зависимости от ретранслятора.

Есть только одно исключение: Бог не лжёт ни при каких обстоятельствах, а всегда говорит человеку Правду-Истину на всех языках всеобъемлющего Языка Жизни.

Человек же сам должен искренне отвечать в ладу ума и сердца во всех жизненных обстоятельствах на вопрос конкретно «что есть истина?», исправляя на ошибках свои нравственно-этические стандарты, в чём ему Бог и помогает.

В Русском миропонимании изначально Правда — она же и Истина, и Справедливость, что подразумевает: Истину невозможно обрести вне праведной нравственности и этики, вне лада с Богом, ибо Бог у русских, если упоминается с эпитетами, то прежде всего — Боже правый; все остальные эпитеты — следствия и выражения этого, указующего на всеобъемлющую безукоризненность Правды Божией.

Знак этого единства справедливости, праведности и истины сохранился до наших дней: законоуложение, предназначенное для поддержания в жизни общества норм справедливости (пусть и субъективно понимаемой соответственно нравственности социальных групп в каждую эпоху), издревле на Руси называли «Правдой»: «Русская правда», «Ярославова правда». В более поздние времена, чтобы слово «правда» в значении «справедливость, обусловленная праведностью» не давило на психику неправедных судейских и не мешало им творить государственно организованную несправедливость, законоуложения стали называть иначе: «законоуложениями», «сводами законов», «кодексами».

Но изначально в русском миропонимании Истина не может быть неправедной, а справедливость не может быть обретена вне Правды-Истины, и соответственно — всякая ложь — несправедлива и неправедна. В этом единении Правды-Истины-Справедливости-Праведности — изначальное своеобразие Русского въдения жизни и Русской речи.[485].

Явление Правды-Истины в обществе людей всегда определённо и обусловлено стечением вполне определённых обстоятельств, характерных для исторического времени и места действия. Истина в обществе всегда жизненно конкретна. Стоящих вне жизни конкретно не определённых «истин вообще» не бывает, поэтому их бессмысленно искать, но именно «истину вообще» ищет и спорит о ней большинство «обеспокоенных» этим вопросом. И некоторые из них настаивают на том, что она существует в какой-то абстрактной, непостижимой форме, но никак не в определённой форме бытия Всего во всём его много- и разнообразии.

Правда-Истина многогранна в своих явлениях, но не бывает двух или более взаимоисключающих друг друга «истин» в одних и тех же обстоятельствах. Соответственно повествования, содержащие две взаимоисключающие «истины» по одному и тому же вопросу, обрекают тех, кто с ними сталкивается:

· либо на безумие или шизофрению (расщепление личности и интеллекта), в случае согласия с ними в их полноте,

· либо на обязанность дать определённый ответ на вопрос «что есть истина?» по затронутым в них проблемам, в случае несогласия с ними, хотя бы отчасти.[486].

Такого рода не разрешённые неопределённости во мнениях приобретают особую остроту и значимость в богословии, поскольку в нём, в лучшем случае, уклонения от Правды-Истины представляют собой выражение незрелости человечества, а в худшем случае — возводимый напраслиной навет на Бога. И этот навет включает в себя не только учение о нескончаемом аде для грешников, но и лживое учение о реальных фактах жизни и о нормах жизни глобальной цивилизации, народов и, наконец — персонально каждого из людей.

Мудрость земная для человека состоит в том, чтобы ни при каких обстоятельствах не лгать и не делать неправды (осознанной лжи), а найти ту правду, которую должно сказать и сделать; и найти в себе силы, чтобы в любых обстоятельствах начать творить правду. Если человек не способен вести себя так во всех без исключения обстоятельствах, то он объективно делает не то дело, о приверженности к которому заявляет открыто, а какое-то другое.

Всякая ложь — дань Сатане и прямой путь к одержимости, ибо Бог оставляет в области Своего попущения тех, кто порочит Его тем, что осознанно лжёт, поддерживает заблуждения и вводит в заблуждение других. Людям Свыше от рождения дано чувствовать это.

Русское богословие и вопросы посмертного воздаяния.

Царствие Божие не может быть построено на страхе людей перед Богом или перед нескончаемым адом. И соответственно в Предопределении бытия нет места аду: но это не заведомое отпущение грехов, поощряющее к безнаказанному злодейству на Земле слабых и падших, ибо всем грешным предстоит познать стыд, а не воздаяние адом. Рассмотрим этот вопрос подробнее, опираясь на Русское богословие, отражённое в романе «Мастер и Маргарита».

Внесоциальная сторона провозглашённого булгаковским Иешуа утверждения о всеобщей доброте людей состоит в том, что оно отрицает все без исключения вероучительные традиции, которым свойственно учение об аде, геенне огненной, как о месте, изначально предопределённо предназначенном для нескончаемого заключения и нескончаемых мучений без освобождения когда-либо не прощённых Богом грешников. Если все люди — добрые, то геенна, предназначенная для злых, в Предопределении бытия Мироздания — никчёмна. В частности, слова булгаковского Иешуа Га-Ноцри отрицают все вероучения, основанные на Библии и на Коране, а также и все кастовые социологические толпо-«элитарные» доктрины разнообразных (знахарских) ведических традиций.

Сура 5, хронологически последняя в истории обретения культурой человечества Корана, завершается эпизодом из событий Судного дня:

«116(116). И вот сказал Бог: «О Иса, сын Марйам! Разве ты сказал людям: «Примите меня и мою мать двумя богами кроме Бога?» Он сказал: «Хвала Тебе! Как можно мне говорить, что мне не по праву? Если я говорил, Ты это знаешь. Ты знаешь то, что у меня в душе, а я не знаю того, что у Тебя в душе: ведь Ты — ведающий скрытое».

117(117). Я не говорил им ничего, кроме того, о чём Ты мне приказал: «Поклоняйтесь Богу, Господу моему и Господу вашему!» Я был свидетелем о них, пока пребывал среди них, а когда Ты меня упокоил, Ты был наблюдателем за ними, и Ты — свидетель всякой вещи.

118(118). Если Ты их накажешь, то ведь они — рабы Твои, а если Ты простишь им, то ведь Ты — великий, мудрый!».

119(119). Сказал Бог: «Это — день, когда поможет правдивым их правдивость. Им — сады, где внизу текут реки, — вечно пребывающими они будут там». Бог доволен ими, и они довольны Богом. Это — великая прибыль!

120(120). Богу принадлежит власть над небесами и землёй и тем, что в них, и Он мощен над всякой вещью!» (в переводе И.Ю.Крачковского).

Образ Иешуа из «Мастера и Маргариты» и образ Исы из Корана формируют у читателя взаимно исключающие представления о нравственно-этическом облике Христа.

И всякий читатель обеих книг может вообразить, что Иешуа попал в ситуацию, описанную в приведённом кораническом фрагменте. Ответы и речи его, совпадающие с приведёнными в Коране, невозможны. Вся ситуация развивалась бы совершенно иначе:

И вот сказал Судия: «О Иса, сын Марйам! Разве ты сказал людям: «Примите меня и мою мать двумя богами кроме Бога?».

Он ответил, улыбаясь просто и радостно: «Конечно, нет. Я никому не говорил таких глупостей: эти добрые люди придумали их сами. Но, как я пониманию, ты, добрый Судия, подумываешь о том, не послать ли многих из этих добрых людей в геенну на нескончаемые времена? Так ты бы, добрый Судия, опамятовался и одумался, прежде чем тебя охватит стыд: эти добрые люди учились только жизнью, их разумением на их же ошибках потому, что среди них мало кто может научить обрести истину и жить по ней. Согласись, ведь, если бы ты был Всевышним Всемогущим Богом, Творцом и Вседержителем, то изначально было бы крайне немилостиво с твоей стороны по отношению ко многим предопределить нескончаемые муки в геенне. Неправедно это, чтоб многие, совершив ошибки, неизбежность которых предопределена тобою же, нескончаемо мучились в ней по твоему же предопределению. Милостивый и Всемогущий даже и не помыслил бы так предопределить бытие Мироздания, а не то, что воплотить такое предопределение в жизнь. Согласись, что нельзя добродетельному Творцу быть хотя бы отчасти мстительным по отношению к творению, как бы эту мстительность ни назвали другими именами, чтобы придать ей благообразность и соблюсти приличия».

Возможно, что М.А.Булгаков, если бы он обратился к затронутому нами кораническому описанию Судного дня, описал бы эту ситуацию в каких-то других словах, но никак невозможен в устах Иешуа из «Мастера и Маргариты» канонический коранический ответ:

«Если ты их накажешь, то ведь они — рабы Твои, а если Ты простишь им, то ведь Ты — великий, мудрый!».

Отождествление ниспославшего Коран в его исторически реальном виде, а также и авторов библейских «откровений» (на лживость которых многократно указует Коран), с Богом Истинным для булгаковского Иешуа невозможно.

Но придя к этому выводу, необходимо продолжить рассмотрение сюжета, завершающего хронологически последнюю суру Корана: что последует за такого рода возражением и упрёком в немилостивом для многих предопределении бытия? — основных, предельных вариантов развития ситуации представляется три:

· «Милостивый»: «И даже тебе, Иса, не понять истинной праведности Моего наилучшего предопределения необходимости предусмотреть нескончаемо существующий ад как составную часть поистине благоустроенного Мироздания: но Я всех прощаю, Я, поистине, — великий, мудрый»;

· «Воздаятельный»: ««И ты, Иса?… — и это после всего, чем Я облагодетельствовал тебя в жизни?… ты — такой же раб мой, как и все, о чём Я говорил в Откровениях, однако и ты оказался никчёмным и неблагодарным, как и многие другие, с кем ты будешь пребывать в геенне нескончаемо»;

· РУССКИЙ: Наваждение суда под воздействием Правды-Истины, изречённой праведником, начнёт трепетать подобно воздуху над горячей землёй и развеется как кошмарный сон, потерявший власть над пробуждающимися людьми. Все узрят Бога Истинного, Который действительно не предопределял нескончаемого воздаяния муками в геенне за неправедную жизнь в сотворённом Им по Своему Предопределению Мироздании. Но… одни узрят Бога с окрыляющей радостью, освобождающей их от прежде свойственных им искренних заблуждений, а у других к освобождающей радости добавится ещё и нестерпимый стыд[487] за умышленно совершённое ими разнородное зло, и от охватившего их стыда им будет некуда деться, но Бог сам обратится к ним и поможет выдержать это последнее испытание — очищение стыдом, — после чего свершится преображение всех и вся, не выразимое ныне словами и далеко выходящее за пределы возможного ныне для людей понимания, а бытие Мироздания обретёт новое качество.

Но и это не все разногласия «Мастера и Маргариты» с Кораном, библейскими и ведическими священными писаниями.

Русский ответ на причину отрицания Корана и других вероучений про нескончаемый ад после судного дня требует мотивировки. И она нравственно-этически необходима, прежде всего, по отношению к тому, кто ниспослал Коран, поскольку в самом Коране сказано:

«Если Коран ниспослан Богом, а вы отвергаете его, то понимаете ли, что те, которые отвергают его, в большем заблуждении, нежели те, которые в крайних разногласиях в каких-либо иных мнениях?» — вариация редакции перевода Г.С.Саблукова.

Или ещё один вариант перевода:

«Видите ли, если Коран от Бога, а вы его отвергаете, то как вы оправдаетесь в этом перед его Ниспославшим?» (Коран, сура 41, её название — «Разъяснены», аят 52).

Начнём с практического инженерного подхода к экспертизе всевозможных проектов, понятного ныне, по-видимому, большинству. Предположим, мы рассматриваем два проекта некоего устройства, предназначенного для осуществления некоего процесса. При прочих равных:

· один проект разработан так, что отходов производства и брака нет: 100-процентный выход продукции, отвечающей заданному стандарту в нём гарантирован; методы разработки и сам проект — безошибочны;

· другой проект разработан так, что в нём возникают отходы производства и некоторая доля принципиально неисправимого брака, и эти отходы и некондиционная продукция таковы, что не только представляют опасность для окружающих, но и неуничтожимы, не поддаются дальнейшей переработке, в силу чего возникает необходимость где-то и как-то их содержать нескончаемо долго изолированно ото всего прочего.

Понятно, что с инженерной точки зрения первый проект неоспоримо предпочтительней, а второй в сопоставлении с первым — неоспоримо ущербный, дефективный, возможно потому, что были неграмотно применены методы проектирования такого рода систем; а возможно, и потому, что порочны и сами методологические походы к решению такого рода задач.

По отношению к рассмотрению вариантов Предопределения бытия Мироздания, ад представляется именно как склад, предназначенный для нескончаемого хранения отходов процесса и производственного брака, представляющих реальную опасность для окружающих и не поддающихся переработке. То есть с инженерной точки зрения такое дефективное, порочное, ущербное Предопределение недостойно всемогущества и мудрости Всевышнего. Оно во многом напоминает затею человечества достичь процветания на основе ядерной энергетики: хранение жизненно опасных продуктов распада ядерных топлив и заражённых ими конструкций энергетического оборудования — технически неразрешимая задача, по какой причине подавляющим большинством здраво мыслящих людей ядерная энергетика, оставляющая после себя продукты распада, во всех её видах квалифицируется как сатанинское наваждение, которому отдалась цивилизация.[488].

К тому же выводу о дефективности и порочности Предопределения Мироустройства, в котором есть место нескончаемым мукам в геенне, приводит и нравственно-этическое рассмотрение двух вариантов предопределения Свыше бытия Мироздания, хотя и на основе другой логики.

Безусловно, простить всех грешников в судный день — значит явить великую милость. Но кроме намёка на это, в Коране сказано и другое, но уже о людях, а не о судном дне: «Богу они приписывают то, чем и сами тяготятся» ‹в смысле: те качества, которыми тяготятся в себе самих, они придают Богу› (Коран, 16:64). Чем люди сами тяготятся, и что вызывает их уважение? — Понимание этого доступно всем и каждому, даже если это не свойственно поведению их самих — вот это и необходимо рассмотреть конкретно.

Люди в своём обществе всегда с уважением относились к скромности и порицали честолюбие. Предопределение бытия Мироздания, в котором есть место геенне, но от которой все избавлены всеобщим прощением в судный день, порождает двусмысленность: геенна предопределена для того, чтобы даровав прощение, Бог потом принимал нескончаемую хвалу избавленных от нескончаемых мук грешников и всех прочих, кого Он ещё при жизни вёл так, что вопрос об их помещении в геенну не вставал, и упивался этой хвалой?

Что Бог — честолюбец? — Не напраслина ли это, возводимая на Бога Истинного Его имиджмейкерами, которые лепят Его образ в культуре так же, как лепят на потребу толпе образы эстрадных, спортивных и прочих «Суперзвёзд»?[489] Может всё же Бог не корчит из Себя «Суперзвезду», а деятельность такого рода имиджмейкеров, узурпаторов богословия и заблудших из паствы, протекает в пределах Божьего попущения в отношении них самих?

Но именно эта напраслина или двусмысленность, неотъемлемо свойственны въдению Предопределения бытия Мироздания, в котором есть место геенне, пусть даже и пустой. Что: Бог поддерживает двусмысленность ситуаций, в которых возможно превратное представление о Нём и Его Промысле? — либо Он освобождает людей от такого рода двусмысленностей, раскрывая перед ними многогранность и глубъны Своего Предопределения бытия?

Если же геенна после судного дня остаётся не пустой, то получается не лучше: Бог — честолюбец, упивающийся хвалой праведников и Им прощённых, всех тех, кто удостоен Им рая. Какой смысл существования не пустой геенны при этом? — быть пугалом для всей твари во всём дальнейшем бытии Мироздания, поскольку для удостоенных геенны нескончаемые муки не имеют никакого иного смысла, кроме как помучиться.[490] И в сопоставлении с этим, небытие, в которое отправил Воланд Берлиоза, для грешников предпочтительнее, нежели геенна, конечно, если грешники не обратятся в мазохистов, для которых геенна покажется местом получше рая.

Либо геенна предназначена для осуществления каких-то других неведомых и невообразимых нами целей, но люди сами залезают в неё вследствие уклонения от праведного образа жизни, в результате чего геенна употребляется вопреки её истинному предназначению? — Но тогда творение несовершенно, в том смысле, что геенна не снабжена «защитой от дураков», бытию которых в Предопределении также есть место.

Но так или иначе при наличии геенны в Предопределении бытия Мироздания возникает ещё не одна двусмысленность: имеет место предостережение людей Богом в Откровениях от Самого себя?[491] либо принуждение к добродетельности культом страха перед Богом и наказанием отступников нескончаемой геенной — один из инструментов построения Царствия Божиего во всём Мироздании?[492] Что такое геенна: воздаяние тем, кто действительно избрал для себя злодейство или мстительность неумелого творца по отношению к его же несовершенному творению?

И если людям так или иначе свойственна скромность и люди почитают милосердие от щедрот души, то не знаменуют ли все эти и прочие, не названные нами, двусмысленности:

· что непоказная скромность и щедрость души, свойственные добрым людям, — «слабый отблеск» непоказных скромности и щедрости Божией, и соответственно Богу ни в малейшей степени не свойственно честолюбие и жажда похвал и славословий? — и потому 3-я книга Царств (гл. 19:12) и указывает на явление Себя Богом Илии в веянии тихого ветра.

· что Ему чуждо являть Себя в двусмысленных ситуациях и поддерживать двусмысленные ситуации, в которых кто-то способен ошибиться и бросить Ему напраслиной упрёк в нескромности и честолюбии?

· что Ему не нужны культы славословия и просьб, а тем более и обряды, жертвоприношения «умилостивления» или самоистязания — физического или морального, отождествись Он с которыми, Он бы предстал нескромным честолюбцем, к тому же не всегда и справедливым по отношению к другим (например в ситуации расплаты за свои грехи жертвоприношением праведников)?

· что в душе человека всегда должно быть место явлению Божиему, а нравственные мерила (нравственные стандарты) человека должны быть в ладу с Промыслом?

· что Богу неприемлемы рабское холуйство людей из страха перед Ним так же, как противны и рабское холуйство людей перед другими людьми и иными сотворёнными Им сущностями?

· что Бог просто входит в непосредственное общение с каждым по жизни сообразно обстоятельствам, не забывая никого и не отступаясь ни от кого, как бы тот ни заблудился, как бы ни упорствовал в заблуждениях и ни извратился от безверия Ему, под воздействием страхов и вожделений, недостойных человека?

· что — в конце концов и начале начал — Богу свойственно Предопределение бытия, в котором все без исключения, так или иначе, но неизбежно придут к пониманию Его Правды-Истины и будут пребывать в ладу с Ним свободно и без страха, не унижая в своих представлениях о Боге Его истинное достоинство возводимой на Него напраслиной?

· что, если в Предопределении бытия и есть некий особый день, то это будет никак не «Судный день» в общеизвестном из учений про рай и ад смысле, а Постыдный день для грешников, в который последует преображение Мироздания к новому качеству всеобщего бытия.

Иными словами Единственному Всевышнему Богу — Русскому Богу всех людей, Всемогущему Творцу всего и вся, Вседержителю — свойственна всеобъемлющая совокупность совершенства — Любовь — и Милость к Своему творению, исходящая изначально от стадии Предопределения Им бытия всего сотворённого. И эта Милость распространяется на всех, и особая милость, не предназначенная растлевать общество безнаказанностью — падшим.

И это Высшее Предопределение исключает какие-либо нравственно-этические двусмысленности, которых через край во всех культовых вероучениях без исключения, вследствие того, что всем им свойственно какое-то дефективное и ущербное въдение чего-то, что они называют «Предопределением бытия», в котором якобы есть место пустой (вследствие возможного прощения всех) или заполненной грешниками геенне.

И люди в Предопределении бытия — в его Русском понимании — не рабы даже Богу, они — по Предопределению — свободные добровольные сотрудники и помощники Ему, помогающие не из страха, а по глубокому убеждению, что Бог всегда прав.

Кто-то может настаивать, что искупление себя самого стыдом — слишком лёгкое воздаяние всевозможным злодеям за всё то, что они творили и творят на Земле. Многие жаждут увидеть жестокое воздаяние злодеям, а по существу жаждут — окончательного добивания падших и изгнания их в абсолютное небытие.

Но тема милости к падшим — неотъемлемо свойственна всей памятной Русской культуре:

· Это и пушкинские слова «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я свободу и милость к падшим призывал»;

· душу Тамары в лермонтовском «Демоне», действительно соблазнённой демоном, ангел Божий всё равно не отдаёт демону, а уносит с собою;[493].

· лесковский попик-забулдыга, который — вопреки догматическому запрету — молится о душах самоубийц, и как явствует из рассказа, Бог принимает его молитвы;

· и опера Н.А.Римского-Корсакова и В.И.Бельского «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии», в которой Феврония возится как с несмышлёным малым ребёнком с Гришкой Кутерьмой — средоточием почти всех возможных пороков: пьяницей, похабником, трусом, изменником и предателем — наводчиком завоевателей на город, оклеветавшем и её саму в совершении этого преступления.

Мнение же о лёгкости воздаяния стыдом выражает некую мстительность и по сути своей — ошибочно и ложно. В живом Русском языке понятие стыда связано не с судом, имеющим место после свершения чего-либо, а с предосудительностью недостойного человека поведения. Предосудительность — одна из составляющих Божьего акта Предопределения бытия, и потому упреждает недостойное. Одно из значений слова «стыд», «студ» в Словаре В.И.Даля определяется так:

«Стыд (…) чувство или внутреннее сознание ПРЕДОСУДИТЕЛЬНОГО (выделено нами при цитировании), уничижение, самоосужденье, раскаянье и смиренье, нутреная[494] исповедь перед совестью».

Среди пословиц и народных поговорок, приводимых В.И.Далем в этой статье, есть и такая:

«Людской стыд (т. е. чужой стыд: наше пояснение при цитировании) — смех, а свой — смерть». А по сути свой стыд для многих оказывается страшнее смерти, вследствие чего не вытерпев стыда в жизни, они избирают смерть и кончают собой в безосновательной надежде уйти от стыда по смерти, даже в тех культурах, где вероучение обещает нескончаемый ад в качестве воздаяния за самоубийство. Стыд представляется им более нестерпимым чем ад.

Мнение же о якобы незначительности и лёгкости искупления грехов, тем более совершённых по злому умыслу, познанием стыда — выражение некой мстительности и нравственно-этического беспамятства: те, кто думает так, забыли свои ощущения при первой волне стыда, которая накатила на них (скорее всего) в раннем детстве, когда они впервые почувствовали, что совершили что-то недостойное человека. Потом все мы научились уходить от стыда и подавлять его в себе. Но стыд «судного дня» — Постыдного дня — на который обрекает сам себя каждый злоупотребляющий Божьим милостивым Предопределением — подавить не сможет никто, и деться от него будет некуда. Поэтому, даже зная, что в Божьем Предопределении бытия нет места нескончаемому аду, не следует злоупотреблять милостью Божией даже в попускаемых Им пределах (для каждого своих). Причём следует знать и понимать, соотносить со своею жизнью, что тем, кто совершает недостойное человека по искренней ошибке, — позволено то, что пресекается в отношении тех, кому сообщено, что делаемое ими — ПРЕДОСУЖДЁННОЕ зло; и в пресечении их деятельности в жизни выражается один из видов защиты их же от нестерпимого стыда в Постыдный день.

И название «Постыдный день» — вызывает в душе куда более неприятные ощущения нежели привычные названия «Судный день», «Страшный суд», именно потому, что мы в жизни хотя и не боимся стыда так, как боимся какой-то опасности, но его невыразимого воздействия всегда стараемся избежать. Самый лучший способ избежать стыда — искренне стремиться к праведности, и тогда Бог поможет избежать неприятного, невыразимого, но облагораживающего, преображающего воздействия стыда.

Но ад, геенна всё же может существовать — как эгрегор (коллективный дух определённо-связанных между собою людей), который пленяет души грешников в силу принципов своего построения. Однако создан он и подпитывается энергией и информацией страхов, ужасов и злобных помыслов самих же людей. Рай, как антипод ада — место нескончаемого услаждения чувств всевозможными «приятностями» может существовать на таких же принципах энергоинформационного обеспечения. Полезно знать, что система языческих верований Руси в докрещенские времена не включала в себя учений о вечном аде и рае, и русские были свободны от морального террора и морального подкупа такого рода; террора не анонимного, а осуществляемого духовными полицаями оккупантов — иерархами «православной» церкви.

Культы единобожия, восходящие к «Откровению» Моисею, основанные на Библии и Коране, едины в запугивании нескончаемым адом всех, кто не признаёт их Божественного происхождения или проявляет свою волю, переступая бессознательно, а тем более осознанно целеустремлённо через их заповеди — предписанные ими нормы жизни индивидов и общества.

И все культовые вероучения «единобожия» без исключения, так или иначе, прямо или косвенно ограничивают и подавляют познавательное и творческое начало в человеке как догматами, так и культивируемыми страхами.

И все они отрицают истинность того:

· что все люди, при всём различии в их физическом, интеллектуальном, психическом развитии, в их образовании, знаниях, навыках, всегда и везде по их предназначению в Предопределении Свыше на нынешнем этапе истории, когда происходит становление культуры будущей человечности, — Посланники Всевышнего Бога один к другому и наместники Божии на Земле;

· что люди уклоняются от миссий наместничества и посланничества только под воздействием разнородных страхов, включая и ничем не оправданный страх перед Богом; но не эти наваждения страхов, а собственная трусость глушит в людях совесть и стыд, вследствие чего они и не приемлют Правды-Истины, которую Бог даёт каждому непосредственно в его внутренний мир через совесть, через обращения к ним других людей, через произведения и памятники общей всем культуры;

· что Бог ни от кого не отступился и не отступится, и никого и никогда не обделяет Своим вниманием, заботой и милостью, но из трусости, подчинившись наваждениям страхов,[495] люди предпочитают отказываться от Его внимания и заботы в отношении них.

И тезис о трусости как о худшем пороке многократно провозглашается в романе М.А.Булгакова:

«…и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок».

Как относиться к информации, содержащейся в имитациях «Откровений Свыше», зафиксированных в исторически реальных «священных писаниях», если она хотя бы отчасти проистекает от противников Промысла Божиего?

Ответ на него — самый простой:

Относиться ко всему без трусости по совести, поскольку всё, к чему человека приводит Бог, а равно и всё, что Бог приводит к человеку милостью или попущением — даётся человеку в поучение, и этим не должно пренебрегать.

И это действительно так, поскольку трусость — худший из пороков. Трусость вызывает к жизни безволие; безволие — одержимость; одержимость — отчаяние, которое, в свою очередь усугубляет трусость, всё более и более уводя человека от Бога.

Заключение.

Русская многонациональная региональная цивилизация при понимании особенностей цивилизаций Востока и Запада предстаёт как нечто неподражаемо своеобразное. Будучи географически локализована между названными региональными цивилизациями, многонациональная Русь на Востоке воспринималась и воспринимается многими как часть Запада, а на Западе — как часть Востока. Причины такого отношения к Руси состоят в том, что:

· с точки зрения библейского Запада Русь всегда была оторванной от реальной жизни (в её западном понимании как деятельности по преобразованию и стяжанию вещественных объектов и развитию культуры в этом направлении) и была избыточно сосредоточена на проблемах непонятной Западу какой-то «особенной духовности», которая однако остаётся на протяжении столетий:

— прямо невыразимой (вследствие отсутствия соответствующего теоретического её описания в традиционной экзотерической культуре Руси) и.

— непередаваемой другим путём посвящений в тайны Русского духа (якобы вследствие неразвитости на Руси психологических и педагогических практик, подобных мистическим практикам эзотерических субкультур ведически-буддистского и мусульманского (суфизм) Востока);

· с точки зрения ведически-буддистского Востока Русь, как и Запад, на протяжении всей её истории порабощена деятельностью по преобразованию и стяжанию вещественных объектов, что в русле миропонимания носителей эзотерических субкультур Востока представляет собой опьянение иллюзией и порабощённость ею.

С точки же зрения самих носителей Русского духа в его развитии:

Личностная духовность всех людей должна порождать коллективную духовность общества так, чтобы наш родной дом — планета Земля — был благоустроен. И Бог — Творец и Вседержитель — нам всем в этом деле — в помощь.[496].

Соответственно именно такому подходу — средством разрешения всей проблематики, выявляемой в общем всем «внешнем мире», является преобразование каждым организации его психики к человечному строю на основе его личностного диалога по жизни с Богом — Творцом и Вседержителем.

Последнее требует от каждого не только овладевания[497] теми или иными знаниями и навыками, необходимыми для деятельности в общем всем «внешнем мире», но прежде всего требует внимательности к самому себе, к своему «внутреннему миру», требует работы во «внутреннем мире» по выявлению и разрешению в русле Божиего Промысла своих личностных нравственно-психологических проблем.

Причём преобразование собственной психики к человечному строю — это та работа, которую за самого человека никто другой сделать не сможет и не сделает.

Но и это — не самоцель, а только создание устойчивой основы для дальнейшего личностного и как следствие — общественного развития, поскольку общество не может развиваться иначе, как путём личностного развития людей, это общество составляющих.

23 мая — 3 августа 2006 г.

Примечания.

1.

В дальнейшем мы будем употреблять выражение религиозная система исторического ислама — как понятие, обозначающее тот «ислам», который является религией подавляющего большинства верующих мусульман мира. В то же время, исторический ислам и коранический ислам — разные религиозные системы, о чём речь пойдёт позже.

2.

Ещё раз подчеркнём: предшественники — в смысле хронологии и мировой значимости — а не в смысле равнозначности содержания религиозных учений.

3.

Это часто повторяющееся выражение из Корана (перевод И.Ю. Крачковского, слово «Аллах» повсеместно мы заменили на слово «Бог»). Текст после слов «Скажи» — как гласит предание, рекомендации что надо сказать от лица Бога к пророку Мухаммаду (выделено нами):

Коран 3.

183 Те, которые говорят: «Ведь Бог заповедал нам, чтобы мы не верили посланнику, пока не придет он к нам жертвой, которую пожрет огонь». Скажи: «Приходили к вам уже посланники до меня с ясными знамениями и с тем, о чем вы сказали. Почему же вы их перебили, если вы были правдивы?».

4.

Коран 2.

136 Скажите: «Мы уверовали в Бога и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Аврааму, Исмаилу, Исааку, Иакову и коленам, и что было даровано Моисею и Иисусу, и что было даровано пророками от Господа их. Мы не различаем между кем-либо из них, и Ему предаемся».

5.

В этой главе (суре) 30 Корана «Римляне» речь идёт о «византийцах» и Византийской империи, как преемнице Римской империи — «втором Риме». Эта сура была получена Мухаммадом, когда войска персов победили византийцев, завоевав Сирию в 611 г., Иерусалим — в 614–615 гг., Египет, Триполи и другие провинции Византии в Северной Африке, а к 626 году подступили к Константинополю. В начале суры 30 сказано, что — победа персов не надолго (выделено нами):

Коран 30.

1 [Сура 30. Римляне] Во имя Бога милостивого, милосердного! Алиф лам лим.

2 Побеждены Римляне.

3 в ближайшей земле, но они после победы над ними победят.

4 через несколько лет. Богу принадлежит власть и раньше и позже, а в тот день возрадуются верующие.

5 помощи от Бога. Он дарует помощь, кому желает, — Он велик, милосерд! —

6 по обещанию от Бога. Не меняет Бог своего обещания, но большинство людей не знает.

6.

Цитируем стихи Давида Маркиша «Синий крик» (опубликованы в журнале «Сион» в 1978 году) по книге В.Емельянова «Десионизация», М. «Витязь», 1995 г. Если говорить в терминологии В.Емельянова, то десионизацию (то есть, деиудизацию, но в более узком смысле) но в самом широком смысле вкупе с де-«христианизацией» предлагает учение Корана.

7.

Как известно, наиболее распространённым символом ислама является полумесяц или ущербная луна. Полумесяц в исламе не имеет канонического значения, не упоминается в Коране или в суннах (сборник преданий). Но ущербный серп луны (неполная спадающая луна) — символ исторического ислама.

Молчаливо-осторожная оценка автором стиха ислама с позиций иудаизма — его временные «щербатость и серость», которые могут обернуться в любой момент «ущербностью» для иудеев и их хозяев. А посему для последних желательно подольше оставить ислам «щербатым и серым» — то есть недоступным для понимания людей. Самый наилучший вариант для хозяев иудаизма — вообще похоронить ислам таким, какой он есть («щербатым и серым») исторически сложившимся и невостребованным в его коранической сути. Для этого из исторически сложившегося ислама усиленно лепят пугало «исламского терроризма» — новейшую модель мировых революционеров.

8.

Автор спрашивает (сознательно или не понимая что пишет — не важно): ещё что — есть опасное для дела иудеев и «закулисы» кроме ислама?

9.

В.Емельянов так комментирует эту строчку:

«Слова из Апокалипсиса или Откровения св. Иоанна Богослова 16:3 на церковно-славянском языке. На русском языке это место левита-террориста Иоанна звучит: «… и сделалась кровь, как бы мертвеца и умерло в море всё одушевлённое»».

Мы уже говорили в предыдущей книге, что Откровение Иоанна Богослова (последняя глава Нового Завета) это программирование психики «христиан» на подчинение иудейской иерархии с запугиванием мистикой «последнего дня». Действительно его можно назвать одной из основных библейских программ по насильственому уничтожению через запугивание «всего одушевлённого» не библейским духом.

Короче, если хозяева иудеев «скажут мреть» народам, то так тому и должно быть по-ихнему. Но есть некие помехи, одна из которых — ислам — а о других сказано в стихе ниже.

10.

То есть — не евреям — «гоям».

11.

Последние две строчки — ответ на вопрос " Ещё что?» (по контексту стиха опасно кроме ислама) — и могут в полной мере касаться лишь Руси-России-СССР (русской культуры, русского духа). Лишь у нас дело «мировой закулисы» терпело ущерб подобный появлению ислама (в первой строчке серп-ислам назван ущербным) как в период православного псевдохристианства так и, главное, в период марксизма под руководством И.В.Сталина.

К тому же именно в этот период был сделан успешный дословный перевод Корана на русский язык и он начал преподаваться студентам университета (перевод И.Ю.Крачковского: в общем не окончательный перевод был завершён в 1930 году, а окончательная редакция опубликована в 1963 г.).

Поэтому иудей Маркиш предупреждает о потенциальной опасности от русских, объединяя их духовный потенциал с потенциалом коранического ислама в коротком четверостишии. Но то, чего он так боялся в 1978 году — уже произошло в конце XX века. Коран правильно переосмыслен в России русскими.

12.

А поскольку марксизм (последняя светская модификация библейской концепции) смог обернуться «в ущерб» его создателям лишь в России, значит Русский дух самый близкий к Богу.

13.

Берберы — группа народов (тамазигхт, риф, шильх, туареги, кабилы, шауйя и др.), коренное население Сев. Африки, Центрального и Зап. Судана.

14.

Согдийцы (согды) — древняя восточноиранская народность Ср. Азии и Казахстана, с сер. 1-го тыс. до н. э. населявшая Согд. Согдийцы — одни из предков современных таджиков и узбеков.

15.

Арабское письмо возникло до IV в. в Аравии на основе арамейского письма. Состоит из 28 букв, используемых для обозначения согласных и долгих гласных. Для обозначения кратких гласных могут применяться надстрочные и подстрочные знаки. Читается справа налево.

16.

Значительная часть европейской культуры была безвозвратно разрушена «варварами». Если в Европе в постклассический период знали лишь часть трудов Аристотеля, то на Востоке большинство его работ, переведённых на арабский язык, скурпулёзно изучались мусульманскими философами. Аль-Фараби, умерший в 950 году, говорил, что прочитал «Физику» Аристотеля сорок раз, а его «Риторику» — восемьдесят раз и написал несколько комментариев к этому и другим греческим философам.

Европа получила с исламского Востока большую часть арабских переводов (с комментариями арабских учёных) работ Аристотеля, Евклида, Галена, Птолемея, и других. Эти труды были переведены на латынь — главным образом в Испании и на Сицилии — прежде чем они смогли стать достоянием Европы после «тёмной эпохи».

17.

Это проявилось в среде суфиев (мистическое знахарское течение в исламе, возникшее около VIII в. либо ранее). В среде суфиев не создавалось специальных иерархий по-посвящению (как у масонов), но люди выделялись по способностям к духовным практикам и мистике. То есть, люди выстраивались в иерархию по-умолчанию, выявлялись в ней и за ними закреплялся статус иерарха-учителя в их же среде — одна из типичных для ведического Востока иерархий.

В то же время, сами суфии до сих пор представляют собой достаточно закрытый, порой высокомерный, клан (при этом они ведут весьма умеренный образ жизни), который передаёт свои знания и способности лишь тем, кому захочет, именно поэтому они не стремятся сделать всех людей равными в социальном плане, что дало бы равные стартовые возможности всем (из поколения в поколение) для постижения Истины Жизни (к чему призывает Коран).

18.

В Коране про идеал социального (а не духовного — по способностям) равенства всех людей сказано ясно (выделено нами):

Коран 3.

103 Держитесь за вервь Бога все, и не разделяйтесь, и помните милость Бога вам, когда вы были врагами, а Он сблизил ваши сердца, и вы стали по Его милости братьями! Вы были на краю пропасти огня, и Он спас вас оттуда. Так разъясняет вам Бог Свои знамения, — может быть, вы пойдете прямым путем! —

104 и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.

19.

А зачастую и происхождением, что порицается Кораном.

20.

По этому поводу полезно вернуться ко второй книге курса, где говорится о философии и науке Древней Греции.

21.

Попытки, видимо, были, но не увенчались успехом, поскольку их инициаторы не были поняты толпой.

22.

Ибн Сина (латинизированное Авиценна, Avicenna, около 980-1037 гг.), ученый, философ, врач, музыкант. Жил в Ср. Азии и Иране, был врачом и везиром при разных правителях. В философии продолжал традиции арабского аристотелизма, отчасти неоплатонизма. Основные философские сочинения — «Книга исцеления», «Книга указаний и наставлений» и др. — содержат также естественно-научные воззрения, музыкально-теоретические положения Ибн Сины. Трактаты Ибн Сины были необычайно популярны на Востоке и на Западе; энциклопедия теоретической и клинической медицины «Канон врачебной науки» (в 5 частях) — обобщение взглядов и опыта греческих, римских, индийских и среднеазиатских врачей — была много веков обязательным руководством, в т. ч. в средневековой Европе.

23.

Произошедший вслед за этим спад влияния исторического ислама был остановлен лишь в начале XX века — одновременно с кризисом библейского христианства и также в связи с тем, что тексты Корана в это время смогли стать достоянием обретающего грамотность населения, чем последнее призывалось Свыше к пересмотру многих сложившихся основ исторического ислама и сравнению последнего с культурой Корана.

24.

Оно было предназначено для толпы, а не для посвящённых.

25.

Арабская научная мысль упёрлась в выхолощенную алгебру-алгоритм, создав оторванную от всего живого научную отрасль — математику. Это — одна сторона, указывающая на атеизм науки исторического ислама. Вторая сторона атеизма исторического ислама — идеализация и догматизация в жизни некоторых положений Корана при соблюдении основных обрядов и полной глухоте к языку Жизни.

Примерно в эти же проблемы атеизма упёрлась и западноевропейская цивилизация, учёные которой с удовольствием приняли созданную арабами удобную математику и направили её возможности на технократическое совершенствование в полном отрыве от языка Жизни.

26.

Известно, что расцвет арабской и суфийской культуры приходится на VIII–XIII вв., после чего постепенно начался застой.

27.

Дата спорная. Видный мусульманский учёный Мухаммад Сулейман аль-Мансурпури и астроном Махмуд Паша определяют дату рождения пророка 20–22 апреля 571 года.

28.

Хашим — в переводе с арабского — делящий хлеб. Это прозвище получил один из предков пророка, который первым ввёл традицию кормления паломников и мекканцев хлебом.

29.

Мы ещё не рассматривали зороастризм, но скажем, что это изначально была особая система восточного политеизма (маздеизм), которая с приходом пророка Зороастры (VIII–VII вв до н. э.) вследствие его религиозных реформ стала походить на древний восточный " монотеизм-дуализм» с его космогонической теорией.

Суть нововведений сводилась как к резкому возвеличению Ахура-Мазды (верховный бог добра) за счет всех остальных почитаемых богов и столь же резкому противопоставлению ему злобного Ангро-Майнью (верховный демон), так и к приданию всем древним божественным силам явственного этического акцента, к превращению их в некую абстракцию, символизирующую тот или иной аспект великого блага, абсолютного Добра (или соответственно Зла). Высшая божественная семерка в трактовке Зороастра выглядела не просто как семеро бессмертных святых (Амеша Спента), но как аллегории благих достоинств Ахура-Мазды, его шесть эманации — благая мысль, истина, власть (божия), благочестие, целостность, благосостояние и бессмертие, соответственно связанные с шестью основными первосубстанциями — скот, огонь, металл, земля, вода, растения. Сам Ахура-Мазда возглавлял божественную семерку в качестве святого духа.

Перенос акцента из сферы религии в сферу этики сопровождался настоятельной апелляцией пророка к человеку, стремлением не просто выдвинуть на передний план социальную проблему добра и зла, но соединить этику с космологией и придать упомянутой проблеме божественный, поистине космический смысл. В трактовке Зороастра сама этика была превращена в религию. Мир осмыслялся сквозь призму кардинальных этических категорий, за которыми явственно проглядывала личность самого пророка — человека, мощного духом, признанного вероучителя, одного из первых в истории харизматических лидеров. В этом смысле зороастризм как доктрина принадлежит к принципиально новому типу религий — к религиям основателя, пророка.

Суть зороастризма в самом общем виде, сводится к тому, что все сущее делится на два полярно противоположных лагеря — мир света и добра и царство тьмы и зла, между которыми идет непримиримая борьба, составляющая основу мирового процесса, как на земле, так и вне её, в мире богов. Ахура-Мазде помогают в этой борьбе духи света и чистоты, истины и добра, Ангро-Майнью — силы зла. И далеко не случайно древние маздеистские божества в зороастризме стали олицетворяться высокими понятиями справедливости, благочестия, благомыслия: Зороастр как бы обращался к человеку с призывами помочь благородным небесным силам в их непримиримой борьбе, став с этой целью лучше, честнее, чище и, сосредоточив все свои старания и чаяния на том, чтобы одолеть мир зла, покончить со всякой нечистью. Далеко не случайно в гимнах Авесты люди призывались быть доброжелательными, умеренными в помыслах и страстях, готовыми жить в мире и дружбе, помогать ближнему. Восхвалялись честность и верность, осуждались воровство, злословие, преступление. При этом едва ли не основной идеей этической доктрины зороастризма был тезис о том, что истина и добро, равно как страдание и зло, зависят от самих людей, которые могут и должны быть активными творцами собственной судьбы.

Религиозная система зороастризма была распространёна в древности и в раннем средневековье в Ср. Азии, Иране, Афганистане, Азербайджане и ряде стран Ближнего и Ср. Востока, сохранилась у парсов в Индии и гебров в Иране. Название по имени пророка Зороастра (иранское Заратуштра). Священный канон — «Авеста».

30.

Греческий язык стал официальным языком Византии в правление императора Ираклия. Ираклий (575–641), византийский император с 610 г. Сын карфагенского экзарха. Отразил в 626 г. нашествие авар, славян на Константинополь; в 627–628 гг. вернул отнятые персами земли на востоке империи, но не смог отстоять их от захвата арабами в 630-х гг.

31.

Возможно, что метеоритного происхождения.

32.

В аравийском регионе вдобавок к многобожию был распространён фетишизм, который являлся одним из пережитков ранних религиозных систем.

33.

Мы употребляем термин «пророк» по отношению к Мухаммаду как в смысле «учитель, после которого возникла крупнейшая релегиозная система», так и в смысле человека, который в своих проповедях предлагал лучшее будущее людям — по отношению к той жизни, которой они жили.

34.

Мать пророка Амина умерла на пути из Мекки в Медину, куда ехала навестить могилу своего мужа Абдуллаха, который умер ранее — во время торговой поездки в Сирию и был захоронен в Медине. Имена матери и отца пророка очень интересны…

35.

Напомним, что константинопольский епископ Несторий (428–431 гг.) пытался научно разъяснить вопросы о соединении в Христе божественной и человеческой природы и их взаимном отношении. Он учил, будто Мария родила простого человека Христа, отчего Христос представлялся простым человеком, лишь носившим в себе божество. В то время официальной римской церковью уже был принят Символ веры, где Христос признавался богом наравне с богом-отцом. Несторианство пользовалось значительным влиянием вплоть до XIII в. в Иране и на пространстве от Ср. Азии до Китая. Несториане ныне имеются в Иране, Ираке, Сирии.

36.

Монофизиты — сторонники «христианского» учения, возникшего в Византии в V в. как реакция на несторианство; трактовали Христа как Бога. Учение монофизитов распространилось в восточных провинциях Византии (Египте, Сирии, Армении) и стало знаменем политического сепаратизма; в 451 г. осуждено Халкидонским собором. Господствует в армянской, эфиопской, коптской (египетской) и «яковитской» сирийской церкви.

37.

Бедуины (от арабского бадауин — обитатели пустынь) — кочевые арабы-скотоводы (преимущественно верблюдоводы) Передней Азии и Сев. Африки. В европейской литературе бедуинами называют также полукочевых арабов, совмещающих скотоводство с земледелием.

38.

Готовность людей принять Свыше Истину определяется их психическим развитием. Вопросы к Всевышнему — также соответствуют психическому развитию людей. Но ответы на эти вопросы могут быть получены Свыше даже с неким «авансом» по отношению к психической готовности людей их принять. В то же время, ответы Свыше всегда соответствуют вопросам (их содержанием и устремлениям людей) — даже если люди и не могут сформулировать вопросы в строгих лексических формах, а мыслят образами, в которых тоже содержится вопрос.

39.

Слово «внушение» — особенность перевода И.Ю.Крачковского, ценного тем, что автор буквально переводил смыслы слов с арабского. У Саблукова это же место переведено как «дано в откровении».

40.

Отец Мухаммада умер ещё до его рождения.

41.

В храме Каабы находилось свыше трёхсот божеств и фетишей кочевых и оседлых племён Аравии.

42.

Это могло проявиться хотя бы в том, что подпитка свежей информацией родовых эгрегоров от предыдущего поколения (отец и мать) была ослаблена смертью родителей пророка. В то же время, конечно, сами родовые эгрегоры никуда не делись. И их духовное сопровождение — объективная данность для каждого ребёнка, вступающего в жизнь — проявляется как «само собой разумение» многого из того, что записано в родовых эгрегорах. Однако, как известно, для ребёнка авторитет отца и матери как правило важнее, чем более далёких родственников (особенно в раннем возрасте — до 6-8лет). И этим авторитетом живущих рядом родителей как бы постоянно укрепляется «само собой разумение», доставшееся в наследие ребёнку по родовым эгрегорам. Этим родители поддерживают у ребёнка уверенность в правоте многих его мыслей, обусловленных влиянием родовых эгрегоров и следующих за родовыми эгрегорами вышестоящих эгрогоров культуры рода-племени-народа…

У Мухаммада такая блзкая родительская опека была снята в раннем возрасте, что позволило ему более свободно мыслить и даже, возможно, не сильно руководствоваться влиянием на его психику родовых эгрегоров. Тем более, что дед его был старый, а дядя, под опеку которого он попал, был человек занятой. В общем, грубо говоря, Мухаммад в раннем возрасте был оставлен наедине со своими мыслями.

43.

Тем более, что дед Мухаммада вряд ли молился единому Богу Авраама и всех пророков. «Богов» и фетишей в Мекке было множество, и какого верховного «Бога» их них выбрал Абдул-Мутталиб — неизвестно.

44.

Медитация (от латинского meditatio — размышление) — психологическая практика, цель которого — приведение психики человека в состояние углубленности и сосредоточенности; сопровождается телесной расслабленностью, отсутствием эмоциональных проявлений, отрешенностью от внешних объектов. Методы медитации многообразны.

45.

К «авраамическому» наследию, возможно, не правильно относить лишь один эгрегор: пророков от Бога после Авраама было много (были и до Авраама) и после каждого оставался специфический для его региона и группы последователей свой эгрегор, в котором одна и та же информация Свыше могла быть упорядочена и развита (детализирована) отлично от предыдущих. Поэтому всё «авраамическое» духовное наследие можно охарактеризовать как сборку эгрегоров пророков, в которой каждый эгрегор чем-то дополняет другой, а все они находятся в особой взаимной вложенности не друг в друга, а частей разных эгрегоров друг в друга: у какого-то один фрагмент разработан правильнее, а другой менее детально и наоборот. Но вся сборка «авраамического» наследия эгрегоров находится где-то на одном уровне духовной иерархии Мироздания — близко к Богу.

46.

Наиболее распространённые даты начала пророчества — 17 или 21 Рамазана. Вторая дата признана более точной. 21 Рамазана соответствует 10 августа 610 года. Именно в это время Мухаммаду исполнилось 40 лет. Однако, в мусульманском мире наибольшее распространение получила версия о том, что «Ночь Предопределения», в которую началось ниспослание Корана, приходится на 27 Рамазана.

47.

Михаила.

48.

Это от том самом Соломоне, пророчество которого сбылось в отношении жизни Христа. Соломон тоже руководствовался духовным наследием Авраама.

49.

Имеются в виду евреи.

50.

Коран.

51.

Последние стихи, выделенные жирным — принципы Божиего Язычества, предлагаемые людям в Коране и призывы быть внимательными к Жизни — может быть люди через Язычество Божие тогда смогут познать Божий Промысел.

52.

Эгрегоров, названных именами богов.

53.

Имеются в виду многочисленные боги и богини политеизма, которые рожают детей, а также и «Бог Сын» и «Бог Отец» в библейском христианстве.

54.

В первую очередь это касается Иисуса, представляемого в «христианстве» «Богом Сыном».

55.

То есть, Бога нельзя увидеть, но Он видит и знает всё о людях.

56.

То есть, как бы подобные Богу могущественные создания, которых люди принимают за Бога или богов.

57.

По мусульманскому преданию эта сура была оглашена в 619 году в утешение Мухаммаду после его неудачной поездки из Мекки в Таиф (город в 60 км. к юго-востоку от Мекки), где его осмеяли и подвергли гонениям. По преданию сура 72 о том, что Бог якобы наполнил сердца джиннов верой и, услышав чтение Корана, они стали мусульманами.

В этом объяснении видно непонимание сущности джиннов-эгрегоров — как коллективного творения самих людей с позволения Бога. Коран называет джиннов (в другом переводе — гениев) — творением «чистого огня» (сура 55:15), что лишний раз подтверждает их эгрегориальную сущность: эгрегор это энергетическая субстанция (энергия — основа эгрегора), а во время Мухаммада понятия «энергия» как такового, выделенного из понятия «дух» не было. Чем его заменить? — Огонь это то, что давало энергию людям в то время.

Естественно, что для эгрегориальной иерархии, в которую выстроены джинны, ангелы и прочие духи (как их называют мусульмане) — появление Корана это событие, которое вполне могло изменить иерархию эгрегоров-джиннов, некоторые из которых буквально покорились коранической духовной культуре (преобразовались):

Коран 72.

Скажи: «Открыто мне, что слушал сонм джиннов, и сказали они: «Поистине, слышали мы Коран дивный! Он ведёт к прямому пути. И уверовали мы в него, и никогда не придадим мы Господу нашему никого…».

Действительно это вполне могло быть пророчество Свыше (не обязательно от Бога, а с уровней духовной иерархии «авраамического» наследия, которое находится под прямой «автоматической» духовной опекой Свыше, заданной в Божиим Промысле) о том, что часть джиннов-эгрегоров (и их эгрегориальные лидеры и менеждеры) в скором будущем откажутся от своих вер (многобожия, «христианства» и пр.) и обратятся в ислам. Так и произошло в истории становления исторического ислама.

58.

Эту суру предание относит к 619 году. В мусульманском мире её происхождение объясняют чудесным «ночным путешествием» пророка в Иерусалим в Масджид аль-Акса (удалённая мечеть — место на Храмовой горе Иерусалима), где Мухаммад якобы руководит молитвой пророков, а затем с купола Скалы (Куббат ас-Сахра) возносится на Семь Небес. Из этой суры мусульмане выделили приказание пророку ввести в ритуал исторического ислама пять ежедневных молитв (ас-салят или намаз). Вокруг путешествия и вознесения много споров даже в среде самих мусульман.

Сама же 17 сура очень содержательно важная — если отбросить сказочную мистику вокруг неё, доводящую в преданиях ночное путешествие пророка до абсурда. В суре повествуется библейская история про Моисея с позиции Корана, также много важных рассуждений про жизнь и смерть, про будущую жизнь. Что касается пятикратной молитвы, то её обязательность из этой суры вовсе не следует.

59.

Дух (информация) даётся от повеления Бога: Божиим повелением открывается людям доступ к информации.

60.

То есть, Откровения уровня Корана ниспосылаются через ангелов-эгрегоров лишь с особого позволения Бога. В разрешении на доступ к информации эгрегора-ангела состоит участие Бога в ниспослании Откровения. А содержание самого эгрегора-ангела соответствует тому, что давалось пророкам до этого — но так, как последние поняли и создали свои эгрегоры. Ведь если хоть одному пророку уже давалось Откровение (которое, как говорится в Коране — одно и то же для всех пророков), то после оглашения откровения автоматически создаётся эгрегор пророка и единомышленников пророка. Этот эгрегор и назван «ангел». Бог может вмешаться в информацию этого эгрегора Сам для корректировки, либо через очередного пророка — соответственно психическим особенностям последнего: это лишь предположение. Но образование эгрегора-ангела (либо нескольких эгрегоров-ангелов, о чём говорилось выше) после получения первого Откровения первым пророком — объективная данность.

61.

Суры Корана разделены на несколько хронологических периодов, из которых выделяются три типа сур: ранние (поэтические), затем рахманские и поздние (пророческие). Для разных периодов характерны несколько разная ритмика и продолжительность сур, поэтому возможно, что источником мог быть не только «Джибраил». В то же время весь Коран выдержан в духе Откровения, в котороместь единая внутренняя логика, а значит — Откровение давалось под «общим руководством» единого Духа-ангела.

62.

И это тоже подтверждается Кораном. Обращение «Скажи» предложение от Бога к пророку сказать следующее после слова «Скажи» (выделено нами):

Коран 72.

1 [Сура 72. Джинны] Во имя Бога милостивого, милосердного! Скажи: «Открыто мне, что слушал сонм джиннов, и сказали они: «Поистине, слышали мы Коран дивный!..».

63.

Поэтому вовсе не исключено, что в отношении Иисуса Бог пошёл на «непорочное зачатие», дабы снять с его психики часть эгрегориально-генетического груза.

64.

Дело в том, что Коран составлен не в хронологическом порядке. Почему? — Об этом мы поговорим позже.

65.

По преданию, Мухаммад сперва отказывался слушать Джибраила. Тогда тот повторил просьбу «Читай!».

66.

Калам — богословие (в обычном понимании); здесь — божественное слово.

67.

Состояние транса, которое он часто испытывал в процессе получения информации — напоминало состояние, в котором находятся арабские прорицатели-кахины. Но, как мы уже говорили, получение информации с определённых духовных иерархий Мироздания может происходить в состоянии транса: важно откуда эта информация получена.

68.

По контексту — неверные, совращающие Мухаммада с прямого пути.

69.

В Коране дано различие между осознаваемым злонравием (сатанизмом), приводящим к атеизму и одержимостью демоническими эгрегорами (выделено нами):

Коран 34.

8 Измыслил он на Бога ложь, или в нем одержимость?» Да, те, которые не веруют в будущую, в муках и далеком заблуждении!

70.

«Те, которые неверны» путают ангелов и джиннов: они привыкли к магии, вершащеёся с помощью джиннов. Но им не дано понять, что эгрегоры-ангелы тоже обладают магической силой, но эту силу невозможно употребить для ошарашивания людей чудесами в целях употребления ошарашенной толпы в целях показывающего чудеса. Магия ангелов и пророков не громкая и не показная: она состоит в разносторонней поддержке праведности и низведения злонравия, как о том сказано в Коране:

Коран 7 («Преграды»).

182 А тех, которые считали ложью Наши знамения, Мы низведем так, что они не узнают.

71.

Слово «прорицатель» — русский перевод нарицательного «гадатель» (у Г.С.Саблукова) либо «шарлатан».

72.

В Коране многократно сказано, что и до Мухаммада пророков называли одержимыми, в частности:

Коран 51.

38… И о Моисее. Вот послали Мы его к Фараону с явной властью.

39 Но он отвратился со своей опорой и сказал: «Колдун или одержимый!».

73.

Коран — переводится как книга и как чтение.

74.

Это событие объясняют просьбами пророка к Богу — укрепить ислам.

75.

Стадии появления человека: от подготовки к зачатию до появления младенца на свет.

76.

Коран 3.

10 Поистине, те, которые не уверовали, не избавят их ни от чего пред Богом ни их достояния, ни их дети! Эти — растопка для огня,

11 как и деяние рода Фараона и тех, которые были до них: они считали ложью Наши знамения, и схватил их Бог за их грехи, — ведь Бог силен в наказании!

77.

В частности об этом сказано в Коране:

Коран 9.

113 Не следует пророку и тем, которые уверовали, просить прощения для многобожников, хотя бы они были родственниками, после того как стало ясно для них, что они — обитатели огня.

78.

Коран 17.

15 Кто идет прямым путем, тот идет для самого себя, а кто заблуждается, то заблуждается во вред самому себе; не понесет носящая ношу другой, и Мы не наказывали, пока не посылали посланца.

79.

Библейское христианство распространилось очень широко и захватывало всё новые рубежи; иудаизм — тоже; а в русской цивилизации назревал кризис, который не замедлила употребить «мировая закулиса» в своих целях, внедрив к нам в X веке библейское христианство.

80.

Но может быть и другое объяснение жёсткости наказаний от имени Бога, внесённых во многие места Корана.

81.

Это касается в первую очередь разницы в содержании библейского христианства и учения Христа, учения Моисея и иудаизма. Коранический ислам — указание прямого пути, отличающегося от предыдущих заблуждений.

82.

Имеется в виду — жертвовать своими прошлыми занятиями, имуществом, местом в иерархии и пр.

83.

Имеется в виду битва при Бадре.

84.

Имеется в виду пророк.

85.

Имеются в виду неверные.

86.

Многие сомневающиеся требуют подтверждения существования Бога, ожидая от пророка знамений — вплоть до демонстрации чудес. Это извращение веры и названо отыскать расселину или лестницу на небо и придти к ним со знамением. Если бы Бог пожелал подавить волю людей, Он бы это сделал без помощи пророка. Но Бог не хочет превращать людей в «биороботов» даже Самого Себя.

87.

Мекканцы и мусульмане в битве при горе Ухуд.

88.

Когда говорится «Мы устроили» — надо понимать, что это особенности как дословного перевода, так и подачи информации Корана. Имеется в виду, что Бог не препятствовал людям создавать шайтанов, джиннов и пр., не нарушая свободу выбора и воли людей — но в пределах Промысла. Поскольку все деяния людей — и добрые и злые — не могут выходить за рамки Промысла (а злые всегда находятся в попущении Божием), а Промысел Устроил Бог, то выражение «Мы устроили» вполне допустимо и к тому, что люди делают в попущении Божием.

89.

Помощь Свыше пророку была: ведь курайшиты хотели его убить, а удалось лишь ранить.

90.

Два отряда в битве при горе Ухуд.

91.

Салман аль-Фариси — перс по происхождению, изначально зороастриец по вероисповеданию — первый иранец-мусульманин, сподвижник Мухаммада.

92.

Имеется в виду многобожие.

93.

Имеется в виду, что Бог испортил погоду и силового столкновения не состоялось, после чего мекканцы вынуждены били отступить.

94.

Имеется в виду посещение «священной» мечети — мусульманского храма.

95.

Поклоняются фетишам исторического ислама: молитвенный коврик и прочие.

96.

Но ведь до этого момента пророк уже много проповедовал среди людей, с чего и был записан Коран. Значит ошибки могли быть и они признаются самим Кораном.

97.

Слово сакина переводится как умиротворённость, убеждение, покой.

98.

Те, кто отстал от принятия веры и в частности не захотел помочь мусульманам, оставшись дома.

99.

То есть, Бог не дал пролиться крови обоих сторон.

100.

Имеется в виду «юридическая» победа в 628 году.

101.

Пока шло становление ислама в Аравии её главные могущественные соседи, представлявшие две крупнейших религиозных системы — библейское христианство и зороастризм — были заняты друг другом и не мешали политическим и религиозным изменениям в Аравии. И лишь приграничные с Аравией и между ними области охраняли попеременно некоторые арабские племена, переходившие то на сторону Персии, то — Византии в деле охраны границ, как буфера между двумя враждующими государствами.

102.

Последняя жизнь может быть следующей за той, которая сейчас, и не обязательно её надо понимать, как жизнь после Судного дня. Однако, из Корана в общем однозначно следует, что неизбежно разделение на ад и рай — вопросы чего мы рассмотрим позже.

103.

Безошибочную Справедливость может творить только Бог.

104.

Вторичный по отношению к эгрегору-ангелу (Джибраил и прочие «ангелы»), поскольку в нём была информация, которую вносили туда мысли людей — то как люди понимали веру ислама. А не только то, что имел в виду пророк. И тем более — не то, что «имел в виду» Джибраил и прочие «ангелы».

105.

В другом переводе (Г.С.Саблуков) «не будьте несправедливыми, Бог не любит несправедливых».

106.

Пророк, вернувшись через 8 лет в Мекку так и поступил с изгнавшими его. Но после этого — всех простил.

В коранической культуре один из основных духовных принципов «соблазн — хуже убиения». В переводе Г.С.Саблукова «искушение губительнее убийства».

107.

Этот призыв мусульмане не выполнили, уклонившись в новейшую разновидность идолопоклонничества, которая называется исторический ислам.

108.

Достаточно точное выражение перевода: ислам стали принимать толпами.

109.

У курайшитов одним из племенных богов был аль-Илах, который впоследствии стал наименованием единого Бога у мусульман ( Аллах). Мухаммад выдвинул идею единого Бога, сперва возвысив одного из богов курайшитов, а затем его имя так и осталось наименованием Бога.

110.

Правда известно, что после взятия Мекки началось массовое вступление племён в ислам. И к пророку приходили разные вожди с просьбой обращения их в новую веру. Так появились несколько лжепророков-подражателей Мухаммаду. Один из них, Мусайлима, явился к Мухаммаду с племенем ханифа и предложил поступить под его начало с условием, что Мухаммад назначит его своим преемником (такая карьерная ступенька, а по сути — наглый ультиматум). Мухаммад выгнал лжепророка.

111.

У Г.С.Саблукова это переведено как «Кто будет ревностен в подвигах, тот будет ревностен в подвигах во благо самому себе; потому что Бог богат столько, что не нуждается в этих мирах» (29:6).

112.

Написано " для людей», а не для Бога. Богу не нужны Дома Его имени: Ему от людей нужна " религия, принадлежащая Богу». И такая религия может проводится людьми повсеместно на земле и в любое время. И вовсе не обязательны для этого «Божии Дома» и временные ограничения хаджа.

113.

К тому же и «мировая закулиса» решила употребить потенциал исторического ислама для своих целей…

114.

Смысл понятия «на острие» — те, кто вечно колеблются в вере.

115.

Имеется в виду — совершенно изменяются.

116.

Поклонение Каабе тоже не приносит ни вреда (возможно) ни пользы.

117.

Обряды разрешены «потом», но сначала — свидетельство о полезном.

118.

Имеется в виду Кааба.

119.

Кааба («куб») представляет собой каменное здание высотой 15 метров и с основанием 12х10 метров, расположенное в центре Запретной мечети Мекки. В юго-восточный угол Каабы, около её дверей, на высоте около 1,5 метра, вставлен и обрамлён в серебро «Чёрный Камень» (аль-Хаджар аль-Асвад) — символ могущества Бога, по преданию посланный Им на землю людям (видимо метеоритного происхождения). В историческом исламе Кааба — важнейшая святыня, кибла всех мусульман, в сторону которой совершаются ежедневные молитвы, лицом к которой хоронят покойников, посещение которой хоть раз в жизни есть мечта и обязанность каждого мусульманина.

120.

Затем, в возрасте от 7 до 10 лет, многие дети, впитав в себя пороки культуры, начинают воспроизводить их. Самые частые пороки современной западной культуры, которые дети воспроизводят в раннем возрасте — употребление табака и алкоголя (научились у взрослых и вначале просто подражают взрослым, даже если табак и алкоголь им не нравится) мелкое воровство, обман, двойные стандарты поведения и прочее.

Если со временем подросток все эти пороки примет для себя как «норму жизни», то его развитие практически останавливается, а сам он становится «продуктом культуры».

121.

Особенно в семьях староверов и иудеев.

122.

Это очень характерно для западного общества — особенно для России. У русских ощущение неправедности библейской культуры с детства — наиболее развито. Поэтому российское общество порождает больше всего изгоев и опустившихся людей. Сопротивление не до конца сломленной детской души продолжается во взрослой жизни как неосознанный протест с уходом в криминал либо в опущенные (самое распространённое средство «ухода от неправедного мира» — пьянство). Но это означает, что душа частично преодолела «зомбирование» доминирующей культурой, но зародившийся «демонизм» личности — так и не был направлен на борьбу за становление другой культуры: поскольку " чего-то другого хочется, но чего — неизвестно». Вот здесь-то и нужно обращаться к сравнительному богословия, пытаясь понять Божий Промысел. Но большинство людей всё же ломаются на стадии перехода от «зомби» к зарождению «демонических» позывов в психике. Опуститься в преступный мир, либо в пьянство — всегда легче, чем найти в себе силы встать на прямой путь и начать своими усилиями воли менять культуру, хотя бы в соответствии с тем, что ощущается…

123.

Халиф — верховный правитель общины. В буквальном переводе «идущий по стопам пророка», а поэтому он не властитель, а последователь. Как мы увидим дальше, не один из халифов не стал последователем Мухаммада, но зато стали властителями.

124.

Имам — руководитель богослужения, глава общины.

125.

Не говоря уже о том, что Коран не является истиной в последней инстанции, хотя туда заложено гораздо больше истины, чем в библейские писания.

126.

«Бояться» — нехороший перевод. «Слушаться Бога», «стараться поддерживать связь с Богом» — лучше.

127.

В этом и есть одно из основных противоречий Корана: с одной стороны «нет принуждения в религии»; в другой стороны: «кто не примет ислам — попадёт в ад».

128.

Согласно мусульманской космогонии, небо состоит из сфер, на верхней под престолом Бога находится оригинал Корана. Как будто Богу есть необходимость заглядывать в ограниченную Книгу — в то время, как Он обладает ничем не ограниченной информацией.

Но это, конечно, можно понимать и по-другому: самое совершенное знание в духовной иерархии Мироздания находится в Коране — ближе всего к Богу (под престолом Бога) — а все остальные знания (по нравственности) ниже этого. Если рассматривать иерархию эгрегоров, то эгрегор коранического ислама (то, что давалось пророку от Джибраила и сам Джибраил как эгрегор) вполне может находиться где-то достаточно близко к Богу. Но вот эгрегор исторически сложившегося ислама — гораздо ниже.

Небесные сферы у мусульман включают также рай и ад.

129.

Так, например, в исламе запрещён алкоголь, блуд, азартные игры, воровство, ростовщичество — что совершенно правильно. Все эти пороки особо свойственны западной библейской культуре. Именно в эти сферы уходят многие подростки, не согласные со стереотипами доминирующей культуры Библии, выражая свой бессознательный протест.

В то же время, в историческом исламе путь к отступлению от традиций — практически закрыт: уходить некуда. Тем самым возникающий «демонизм» и даже Человечность (если это возможно) наглухо (в отличие от Запада) загоняются культурой исторического ислама в рамки стереотипов и законов, основанных якобы на базе Корана. И лишь проникновение в культуру исторического ислама запвдной культуры созало предпосылки для некоторого вольномыслия. Правда это вольномыслие приводит всё туда же, куда обычно оно приводит несостоявшихся людей, выраввшехся на «свободу»: к алкоголю, азартным играм, воровству, блуду…

130.

Как и рекомендовано в Коране:

Коран 16.

125 Зови к пути Господа с мудростью и хорошим увещанием и препирайся с ним тем, что лучше! Поистине, Господь твой — Он лучше знает тех, кто сбился с Его дороги, и Он лучше знает идущих прямо!

131.

Salaam 98 сошёл со стапелей в 1978 году. Длина парома — 118,11 м.

132.

Всё-таки без вмешательства египетского наследия «мировой закулисы» — не прошло становление исторического ислама… Знамение это указывает некоторым образом на египетское вмешательство.

133.

Нужно ли после этого искать геенну по смерти? Паломники исполнили роль «дров для геенны» — после поклонения главному идолу исторического ислама.

Желая вечно пребывать в раю, паломники устремились поклониться главному идолу исторического ислама и попали в «ад» уже в земной жизни. И это всё потому, что культура исторического ислама — также как и библейская — направлена на спасение душ по смерти. А поэтому мусульмане при жизни почти не думают об обустройстве Земли-Матушки, на которой они живут. Бог же ждёт от людей — рая на Земле: зачем ему грешники и испорченная Земля?

Вот и о паломниках мало кто стал беспокоиться: посадили на паром, который «смерти был обречён»: им же всё равно в рай… Как люди относятся к своей Земле и другим людям — так и с ними могут поступить, такие же как они беспечные (кому на Землю наплевать).

134.

Кроме огненной геенны пассажиры попали ещё в модел «всемирного потопа».

135.

Фраза, брошенная капитаном «Титаника» перед его отплытием.

136.

Красное море, в котором затонула модель цивилизации исторического ислама может означать в знамении во-первых предупреждение, что цивилизация вписана в новейший «красный» сценарий второй попытки «социализации» всего мира и во-вторых, что в будущем цивилизацию исторического ислама может ожидать море крови, если её люди не перестанут служить библейской в качестве «дров для геенны».

137.

Что перечёркивает верность поговорки «Победителей не судят».

138.

Многочисленность толпы, формально принявшей ислам и победившей в военных столкновениях благодаря помощи Свыше.

139.

Проповедь достаточно большая — составляет около пяти книжных страниц — и её подлинность под большим вопросом.

140.

Действительно, подобного явления человека с прямым и таким ясным и важным прямым пророчеством больше не было.

141.

То есть, Коран содержит в себе — жёсткую программу для людей, выполнять которую нужно в первую очередь.

142.

К духовным руководителям культуры современного исторического ислама вполне можно отнести слова пророка:

Коран 2.

78 Среди них есть простецы, которые не знают писания, а только мечты. Они только думают.

Коран 3.

64 Скажи: «О обладатели писания! Приходите к слову, равному для нас и для вас, чтобы нам не поклоняться никому, кроме Бога, и ничего не придавать Ему в сотоварищи, и чтобы одним из нас не обращать других в господ, помимо Бога. Если же они отвернутся, то скажите: «Засвидетельствуйте, что мы — предавшиеся».

70 О обладатели писания! Почему вы не веруете в знамения Бога, раз вы их свидетели?

71 О обладатели писания! Почему вы облекаете истину ложью и скрываете истину, в то время как вы знаете?».

143.

Другой перевод «сходные по смыслу» — «иносказания» (Г.С.Саблуков). Г.С.Саблуков скорее всего перевёл хуже И.Ю.Крачковского, сузив смысл данного аята. Вообще же иносказания зачастую обладают свойством символики: разные слои иносказательных смыслов раскрываются по мере духовно-нравственного и интеллектуального развития общества.

144.

Это — одна из степеней защиты Корана от цензоров и любителей изымать «неудобные» фрагменты писаний. Если изъять все важные места из Корана, то от него ничего может не остаться…

145.

Г. фон Грюнебаум.

146.

Вечным и неизменным, конечно, является Божий Промысел — для людей. Но свод мусульманских законов всё-таки должен меняться по мере развития людей и хотя бы исходя из переосмысления информации Корана — не говоря уж о Различении, в котором тоже может даваться корректировка устаревших законов.

147.

Напомним, что Абу Бакр сопровождал Мухаммада во всех походах. Это о нём сказано в Коране как о «втором из двух», в тот момент когда они вместе сидели в пещере при переселении из Мекки в Медину:

Коран 9.

40 Если вы не поможете ему, то ведь помог ему Бог. Вот изгнали его те, которые не веровали, когда он был вторым из двух. Вот оба они были в пещере, вот говорит он своему спутнику: «Не печалься, ведь Бог — с нами!» И низвел Бог Свой покой на него и подкрепил его войсками, которых вы не видели, и сделал слово тех, которые не веровали, низшим, в то время как слово Бога — высшее: поистине, Бог — могучий, мудрый!

148.

Но не абсолютно справедливым — очень и очень далёким от идеала ислама, который проповедовал Мухаммад.

149.

Проповедь ислама дала небывалый до тех времён нравственный толчок, который оказал огромное духовное воздействие прежде всего на «отсталое» (по европейским меркам) арабское население Аравийского полуострова. За несколько десятков лет это арабское население, приняв ислам, превратилось в общину, намного превосходящую своих «продвинутых» соседей по перспективам нравственного развития. Воистину, информация, сведённая позже в Коран оказала уникальное (для тех времён «священное») воздействие на весь процесс духовно-нравственного развития людей мировой цивилизации. Обе неправедные мощнейшие религиозные системы (иудаизм и «христианство») вкупе с иранским зороастризмом, были на века отодвинуты «в средневековье» в то время как исторический ислам развивался через расколы и кризисы, но поступательно, до поры.

150.

Державность — от слова «держать», но кто кроме Бога может воистину и надёжно помогать верующим людям держать порядок в государстве. Бог — самая надёжная опора, а то, о чём говорил иранский шах никогда не обеспечивало державность надолго: история тому свидетель. Было много неправедных, но материально «богатых» держав и какая их судьба. Державность определяется верой людей, опорой на Бога в своей деятельности. Поэтому мусульманская державность оказалась крепче других. Сказано в Коране:

Коран 31.

22 А кто обратил свое лицо к Богу и творит добро, тот ухватился за надежную опору. К Богу — завершение дел!

151.

Мусульмане говорят о предсказании «Бог разорвёт царство хорсоя».

152.

После этого Иездигерд III более 10 лет скитался из провинции в провинцию, спасая собственную жизнь и бросив царство на произвол судьбы. В 651 году мусульмане настигли его и он погиб. А Иран перешёл под власть арабов.

153.

Описаны в первой книге курса.

154.

С общей моралью типа (выделено нами):

Коран 3.

173 Тем, которым говорили люди: «Вот, люди собрались против вас, бойтесь их!» — но это только увеличило веру в них, и они говорили: «Достаточно нам Бога, Он — прекрасный доверенный!»

174 И они вернулись с милостью от Бога и щедростью, не коснулось их дурное, и последовали они за благоволением Бога. Поистине, Бог — обладатель великой милости!

155.

При жизни Мухаммада.

156.

Что противоречит самосознанию большинства мусульман после пророка (когда его руководство закончилось), что лишь мусульмане идут прямым путём и водимы Богом.

157.

В то время, как в культуре исторического ислама пророка сделали чем-то вроде хранителя всех мусульман — как в библейском христианстве Иисуса. В библейской культуре Иисус якобы спас всех «христиан» надолго вперёд, после чего «христиане» и вовсе опустили руки: даже свои грехи можно «прощать» в церкви именем Иисуса.

В историческом исламе такой же алгоритм существует, но не оглашается впрямую: просто мусульмане «прислонились» к авторитету пророка и никак не могут жить без него лишь верой Богу, поскольку последнего у них нету.

158.

Чем выполнялось указание Корана «Нет принуждения в религии» (2:256).

Но всё же ислам был соблазнительнее, поскольку государственная администрация состояла из мусульман — со всеми вытекающими из этого привилегиями.

159.

Коран 3.

103 Вы были на краю пропасти огня, и Он спас вас оттуда. Так разъясняет вам Бог Свои знамения, — может быть, вы пойдете прямым путем! —

104 и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.

160.

«Верующий раб лучше многобожника» (Коран 2:221). Ежегодный хадж — разновидность идолопоклонничества с призывами к Богу, что только добавляет атеизма.

161.

Верный знак Свыше для мусульман, о том, что догматизация откровений, высказанных Мухаммадом приведёт к большой крови — прежде всего в среде тех, кто продолжит становление исторического ислама так, как его понимал Усман, третий «праведный» халиф, при котором социальное расслоение людей на завоёванных территориях росло, а вера продолжала загоняться в рамки канонов и ритуалов.

162.

Это ещё один исторический пример, что можно прожить очень близко с пророком, но не обрести необходимое для управления Различение, видимо, не поняв суть пророчеств.

163.

Коран 4.

1 [Сура 4. Женщины] Во имя Бога милостивого, милосердного! О люди! Бойтесь вашего Господа, который сотворил вас из одной души и сотворил из нее пару ей, а от них распространил много мужчин и женщин. И бойтесь Бога, которым вы друг друга упрашиваете, и родственных связей. Поистине Бог — над вами надсмотрщик!

164.

Также как до этого пользовались родственными связями первые халифы, борясь за власть между собой. Такая вот получилась в «исламском» руководстве «община, призывающая к добру…» и показывающая пример такого «добра» своим подчинённым вопреки Корану:

Коран 3.

104 и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.

165.

В Ноосфере эгрегор ислама Мухаммада остался. Но параллельно ему стал развиваться целый спектр эгрегоров, входящих в общий эгрегор исторически сложившегося ислама, которым и захвачена психика большинства мусульман.

166.

Ещё один претендент на власть по родственной линии.

167.

Коран 2.

256 Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения. Кто не верует в идолопоклонство и верует в Бога, тот ухватился за надежную опору, для которой нет сокрушения. Поистине, Бог — слышащий, знающий!

168.

Коран 2.

27 тех, которые нарушают завет Бога после его закрепления и разделяют то, что Бог повелел соединять, и творят нечестие на земле. Это — те, которые окажутся в убытке.

Коран 3.

103 Держитесь за вервь Бога все, и не разделяйтесь, и помните милость Бога вам, когда вы были врагами, а Он сблизил ваши сердца, и вы стали по Его милости братьями! Вы были на краю пропасти огня, и Он спас вас оттуда. Так разъясняет вам Бог Свои знамения, — может быть, вы пойдете прямым путем! —

104 и пусть будет среди вас община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти — счастливы.

105 И не будьте таковы, как те, которые разделились и стали разногласить, после того как пришли к ним ясные знамения; для этих — великое наказание.

Коран 6.

159 Поистине, те, которые разделили свою религию и стали партиями, ты — не из них. Их дело — к Богу; потом Он сообщит им, что они делали.

Коран 42.

14 Они разделились только после того, как пришло к ним ведение, по злобе между собой. А если бы не слово, которое опередило от твоего Господа на определенный срок, то было бы решено между ними. И поистине, те, которые наследовали книгу после них, — они в сомнении и колебании об этом.

169.

Коран 3.

175 Это только сатана, который делает страшными своих близких. Но не бойтесь их, а бойтесь Меня, если вы верующие!

170.

Большинство руководителей исторического ислама обладали этими пороками. Эти же пороки явились психологическим поводом не уступить в споре многих сторон после остановки битвы халифа Али с войсками Муавийи.

171.

Не следует искать геенну в «загробном мире»: её полно в современной глобальной культуре, у которой библейская основа.

172.

Современный Ирак (начало XXI вв.), территория которого со столицей в Багдаде была центром халифата Аббасидов (большой период после 762 года до середины X века, время которое считается «золотым веком ислама») — представляет собой реальную модель геенны, где одни мусульмане, одержимые сатанизмом, убивают других (своих единоверцев), служащих «дровами для геенны», а американские войска, руками которых эту тлеющую геенну раздули, подбрасывают в топку ещё «дров»…

173.

Вопреки предостережениям Корана:

Коран 2.

224 И не делайте Бога предметом ваших клятв, что вы благочестивы и богобоязненны и упорядочиваете среди людей. Поистине, Бог — слышащий, знающий!

225 Бог не взыскивает с вас за пустословие в ваших клятвах, но взыскивает за то, что приобрели ваши сердца. Поистине, Бог — прощающий, кроткий!

174.

Начав с обожествления Корана — со времени начала династии Аббасидов стали обожествлять уже и халифов.

175.

Коран 6.

161 Скажи: «Поистине, Господь вывел меня на прямой путь, как прямую веру, в общину Авраама, ханифа. И не был он из многобожников».

176.

Коран 2:135–136; Коран 3:67; Коран 4:125; и другие места Корана.

177.

Это — по меньшей мере. Нужно ещё учитывать и огромный опыт «мировой закулисы» по незаметной инициации всех перспективных руководителей развивающихся империй для своих целей…

178.

Какое право имел Зайд и другие, кто принимал это решение, уничтожать наследие Мухаммада, руководствуясь лишь своими (либо чужими?) ощущениями?

179.

Таких случайностей не бывает: если нужное письмо, направленное в другое место, попадает для «прояснения позиций» какого-либо лица, то новые обладатели письма это заслужили, им это важно знать.

180.

Это — коранический призыв ко всем обладателям «Священных Писаний». Если они найдут общий язык, то войны, в том числе и мировые, закончатся, поскольку начинаются они как правило с вопросов религии. Для нахождения общего языка по вопросам религии нужно заняться сравнительным богословием.

181.

Этот коранический призыв стали нарушать все халифы — от первого и до последнего.

182.

Про это сказано в Коране:

Коран 25.

1 [Сура 25. Различение] Во имя Бога милостивого, милосердного! Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, —

2 у которого власть над небесами и землей, и не брал Он Себе ребенка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил ее мерой.

В русской редакции это звучит так: Бог сотворил всё сущее в Мироздании и придал ему предопределённую Им миру.

183.

Мусульмане исторически сложившегося ислама нарушают многие коранические предупреждения. Все нарушения сходятся к следующему нарушению:

Коран 2.

224 И не делайте Бога предметом ваших клятв, что вы благочестивы и богобоязненны и упорядочиваете среди людей. Поистине, Бог — слышащий, знающий!

225 Бог не взыскивает с вас за пустословие в ваших клятвах, но взыскивает за то, что приобрели ваши сердца. Поистине, Бог — прощающий, кроткий!

184.

При этом ни в коем случае не игнорируя непрерывный разговор с людьми на Языке Жизни.

185.

Но только после того, как люди сами себя наказывают:

Коран 30.

9 Разве они не ходили по земле и не видели, каков был конец тех, кто был до них? Они были мощнее их силой, и взрыли землю, и заселили ее больше, чем заселили они. Пришли к ним их посланники с ясными знамениями. Бог не был таков, чтобы их тиранить, но они сами себя тиранили!

186.

Что и имеют в виду Мусульмане, называя Коран несотворённым словом Бога, копией предвечной Скрижали, хранящейся на небесах, записанной до сотворения мира, и, следовательно, непреложной ни в своей форме, ни в содержании.

187.

Да и вообще «абсолютное богословие» у каждого человека должно быть своё уникальное — как уникален должен быть опыт общения каждого человека с Богом. Именно из этих частных уникальных опытов и должен слагаться общий опыт религии веры Богу. Е единого шаблона быть никак не может.

188.

Мироздание сообразно Божиему Промыслу по Истине от Бога:

Коран 14.

19 Разве ты не видел, что Бог сотворил небеса и землю во истине; если Он пожелает, то уведет вас и приведет новое творение,

20 и это для Бога — не велико.

Коран 29.

44 Сотворил Бог небеса и землю во истине; поистине, в этом — знамение для верующих!

189.

То есть — сделал бы пророка своим «зомби»-транслятором. Но Милость Божия в том, что Он даже своего пророка не насиловал истиной: что тот понял, то и говорил людям.

190.

Москва, «Политиздат», 1988 г.

191.

Высказывания Мухаммада по разным жизненным обстоятельствам, которые запомнились современникам, но которые не принадлежали к той информации, которую Мухаммад характеризовал как Откровение, ниспосланное через него Свыше всем людям. Собрание хадисов называется «Сунна». Полный перевод Сунны на русский не издавался.

192.

Многократно порицается в Коране и характеризуется как грех, за который виновные подлежат геенне, если они продолжают заниматься ростовщичеством и после уведомления о запрете Богом ростовщичества.

193.

Коран, сура 6:7(7): «А если бы Мы ниспослали тебе книгу в хартии, и они ощупали бы её руками, то те, которые не веровали, сказали бы: «Это — только очевидное колдовство!»».

194.

Соответственно, Коран, как «Священное писание» эпохи после Мухаммада представляет интерес для сравнительного богословия.

195.

В этой связи ещё раз следует обратить внимание на то, что многие из властителей в мусульманском мире титуловали себя «Повелитель правоверных», хотя каждому из них из Корана должно было быть известно, что единственный повелитель правоверных — Всевышний Бог, по-арабски — Аллах.

196.

Цитировано по книге профессора Мухаммада Али аль-Хашими «Личность мусульманина в том виде, который стремится придать ей ислам с помощью Корана и Сунны» (Перевод на русский В.А.Нирша, Москва, 1999, стр. 256).

197.

В нашем понимании учение о геенне и предписания бояться Бога — это не от Бога, а ошибка нравственности (возможно свойственная всем в ту эпоху ошибка), которая выразилась в неспособности отличить истину ниспосылаемого ему Откровения от наваждений напраслины.

198.

Если последовательность упоминаний выражает приоритеты значимости, то религия — на третьем месте. В нашем понимании последовательность приоритетов должна быть иной — в порядке убывания значимости: Религии, Книги (Корана), Сунны, поскольку:

· религиозное чувство (т. е. ощущение бытия Бога и Божиего Предопределения бытия Мира) — врождённое чувство человека, впоследствии подавляемое и извращаемое культурой общества и взаимоотношениями людей;

· Коран (как он характеризуется в себе самом) — только напоминание людям о естественной необходимости для каждого человека жить в религии — в осмысленном диалоге с Богом по жизни, чтобы человек был человеком, а не животным, зомби или демоном;

· Сунна — сборник свидетельств о том, как жил и чему учил людей Мухаммад, будучи носителем религиозного чувства и знания Коранического Откровения.

199.

Завещание. Предисловие, стр. 4, 5. По тексту издания Независимого Информационного Центра «Тавхид», Москва, без года издания.

200.

То есть, продемонстрировал бы неверующим Божью силу и они уверовали бы, испугавшись Бога, удивившись чудесам и соблазнившись посланником.

201.

Однако при этом исламские «зомби» также как и библейские внутренне трусливы — поскольку и те и другие приучены к постоянной боязни (страху наказания якобы Свыше).

202.

Это от безверия Богу (разновидность идеалистического атеизма): если с кем-то происходят неприятности, значит на Языке Жизни с ним может общаться Бог, предупреждая его об отклонении от прямого пути. Нужно пересмотреть свои прошлые поступки, приведшие к проблемам и намерения на будущее на предмет «хорошо-плохо». То есть постараться понять ситуацию, чего хочет Бог и изменить намерения и нравственные стандарты на будущее. После того, как пройдёт определённое время, если ничего не изменится, значит пересмотр нравственных стандартов неверный. То же самое — если станет ещё хуже. А если зло отойдёт — значит есть позитивная нравственная динамика.

Коран 41:49 говорит, о том, что люди не умеют проделывать сами с собой такие практики — они отворачиваются, в том числе и от Бога, сваливая порой все свои беды на Него.

203.

Имеется в виду Коран — который есть напоминание о Боге, а не «Священное Писание»:

Коран 6.

89 Это — те, кому Мы даровали книгу, и мудрость, и пророчество; если не уверуют в них эти, то Мы поручили это людям, которые в это будут веровать.

90 Это — те, которых вел Бог, и их прямому пути следуй! Скажи: «Я не прошу у вас за это платы. Это — только напоминание для миров».

204.

Сказано ясно знамения Бога и истину надо искать в самих себе. Там же надо искать и причины неприятностей и наоборот — успехов.

205.

Выпасывают скот, подобный людям-«зомби»: одно и то же каждый день.

206.

Не следует забывать, что джинны это эгрегоры — от которых и бывают наваждения у людей. Сотворение Богом джиннов и людей — о котором сказано в Коране — нужно понимать как часть Божиего Промысла, в котором есть место попущению Божиему, согласно которому люди творят себе духовных кумиров («джиннов») и сами люди живут как «дрова для геенны».

207.

Но для таких надо напомнить тот же Коран — где написано, что Бог знает истинную нравственность каждого, и про испытания людей верой:

Коран 8.

28 Знайте, что ваши богатства и ваши дети — испытание и что у Бога — награда великая.

Коран 29.

2 Разве полагают люди, что их оставят, раз они скажут: «Мы уверовали», и они не будут испытаны?

208.

Коран 2.

92 К вам пришел Моисей ясными знамениями, потом вы взяли тельца после него, будучи несправедливыми.

93 И вот Мы взяли договор с вас и воздвигли над вами гору: «Возьмите то, что Мы вам даровали, с силой и слушайте!» Они сказали: «Мы услышали и не повинуемся.» Они напоены по своему неверию в сердцах: «Скверно то, что приказывает вам ваша вера, если вы веруете!».

209.

«… те, которые не веруют в будущую, в муках и далеком заблуждении!» — но не сказано, что эти муки в аду. Наоборот из такого контекста понятно, что муки эти земные.

210.

И таких мест в Коране предостаточно.

211.

Намёк на соответствие следующего земного воплощения тому, что усвоила душа в предыдущем: тварью, которая велика в ваших грудях.

212.

Не сказано, что в раю.

213.

Одинаковый для Божиего понимания.

214.

А не для догматизации прописанной истины.

215.

Милостивый Бог сообщит душам людей про их ошибки и только лишь: а пытки в аду и соблазны в раю — не целесообразны. Недолюдков пытки могут лишь сломать, а человекам нет надобности в «элитных» наслаждениях — таких какими они описаны в некоторых местах Корана, где говорится про рай.

216.

Бог есть истина — а не «Священное Писание».

217.

«Закат, закят (араб., буквально — очищение), религиозный «очистительный» налог у мусульман, взимание которого предписано в Коране, а размеры и правила обложения разработаны в шариате. Закат предназначался на содержание Мухаммеда и его семьи, для помощи нищим, путешественникам и участникам «священной войны» (джихада). В феодальных мусульманских государствах закат взимался (только с мусульман) со скота, ремесла, торговых прибылей, наличных денег и драгоценностей. У современных мусульман закат — добровольное даяние мусульманскому духовенству» («Большая советская энциклопедия», 3-е изд. 1969-78 гг.).

218.

Такие люди не должны бояться ада и жаждать рая.

219.

Такие люди могут по своей слабости и немощам пугаться радом и желать рая.

220.

Выражение «сражаться на пути Бога» нужно понимать как сражение на всех приоритетах обобщённых средств управления, и на сегодня в первую очередь на высших приоритетах. А «сражения» на высших приоритетах возможны только через собственное нравственно-психологическое преображение, так как магией слова как самым мощным общедоступным оружием в нашей цивилизации может овладеть только тот, кто сам поднялся до высших приоритетов самоуправления (прежде всего собой, своей психикой) в русле Божиего Промысла.

221.

Это в первую очередь относится к мусульманам.

222.

Только предположительно: а может и всё несколько иначе.

223.

Современная земная цивилизация — цивилизация больных людей, буквально наполненных гноем от своих ран.

224.

А могут и не отправляться с Земли до конца всей Судьбы глобальной цивилизации.

225.

Теократия (от греческого theos — Бог и…кратия) — форма правления, при которой глава государства (обычно монархического) является одновременно его религиозным главой.

226.

И другие ритуально-догматические принципы теократического «исламского» государства.

227.

Жребий, гадание.

228.

А некоторые мусульмане поняли это буквално и говорят: «вино пить нельзя, но про водку ничего не сказано». И то и другое — алкоголь и нет разницы в питье вина либо водки.

Но водку изобрели арабы…

229.

На эту проблему напоролись хозяева западных и российских масонов и «элит» («мировая закулиса»): последние («элиты») разлагаются с помощью алкоголя и «азартов» после 1917 года особенно активно и не выполняют всех требований их хозяев. То есть, масоны и «элиты» не стали абсолютными «зомби» — также как и западная безмозглая от алкоголя и «азартов» толпа.

230.

В библейской системе эту роль берут на себе лишь часть верующих — выделенных в монашество — которое подобно большинству «правоверных» мусульман соблюдает многие обеты религиозной системы и не употребляет алкоголь. В историческом исламе монашество не предусмотрено…

231.

См. Закон Времени в первой книге курса.

232.

Но всё же мусульмане предпочли запрет на алкоголь.

233.

В смысле особо упёртых в догматы веры и эгрегориальное водительство.

234.

По принципу «На безрыбье и сам раком станешь». По отношению к исламу «мировая закулиса» и впрямь «стоит раком»: Коран содержит убийственную для её дела информацию на уровне второго контекста его понимания — «устремлённого в человечность». Поэтому, употребляя «исламских зомби», сама «закулиса» пытается привить отвращение и к исламу вообще и к Корану, чтобы западный обыватель боялся и ненавидел весь ислам вместе со всей информацией Корана.

235.

Коран 62.

5 Те, кому было дано нести Тору, а они её не понесли, подобен ослу, который несет книги. Скверно подобие людей, которые считали ложью знамения Бога! Бог не ведет людей неправедных!

236.

О его приближении возможно указано в знамении катастрофы парома «Салам».

237.

Что касается России, то на её территории почти всегда мирно уживались моноэтнические регионы исторического ислама но в том процентом соотношении к этнически русским (в первую очередь) и другим российским этносам, в котором естественным образом сложилась Русская цивилизация.

Если продолжать нарушать естественный баланс (в чём виноваты прежде всего власти России и представители «русского» большинства, которое безвольно легло под западные ценности), то мирного уживания впредь не получится: Русская цивилизация тем и хороша, что в ней национально-религиозное представительство складывалось веками естественно. А под влиянием паразитизма «русских» и вынужденных миграций рабочей силы этот баланс будет нарушен в сторону революционного перекоса.

238.

Это действительно война цивилизаций но под контролем «мировой закулисы». А над «закулисой» ещё есть и Бог, Который не будет поддерживать неправедность.

239.

Западная библейская цивилизация уже очень много территорий потеряла от первой волны исторического ислама, кульминацией чего был захват Константинополя — столицы Византии.

240.

Тогда и востребованности в рабочей силе со стороны не будет и мусульмане (вместе с китайцами) будут предоставлены самим себе решать — что делать с «лишними людьми» и как их прокормить…

В принципе то же самое касается и китайской цивилизации и индийской…

241.

Способен сам порождать особый вид паразитизма: широкий слой людей, которым все вокруг чего-то должны, а сами они не хотят жить праведно.

242.

Выделенный жирным признак того, что новообращённый стал мусульманином доминирует в исторически сложившемся исламе, поскольку в нём из Корана взят в основном первый контекст — «зомбирующий».

243.

Создание человека из глины многократно описано в Коране, что можно понять как процесс развития плода.

244.

Этот конфликт с Богом, который обращался к людям через многочисленных пророков можно проследить и по кораническим сообщениям. Конфликт неоднократно обнажался в Египте, в Палестине и других местах.

245.

На ведическом Востоке эта фаталистическая «судьба» называется «кармой».

246.

Каждый человек должен принадлежать себе — быть самим собой — в этом случае Бог готов откликаться на его молитвы. Если же кто-то считает, что «себе не принадлежит» — значит он принадлежит кому-нибудь другому, какой-нибудь земной иерархии, корпорации, эгрегору и пр. Милостивый и Милосердный создал человека не для Своего принуждения и Он не будет поддерживать принуждение даже со стороны самого Себя.

Когда же человек не принадлежит себе, говорят «он живёт не своими мыслями» или «он не в себе», то есть, не свободен от наваждений, от постороннего «зомбирующего» влияния. В такие моменты люди разрывают естественную связь с Богом через Язык Жизни (становятся слепыми и глухими — в терминологии Корана; и ещё зачастую ожесточёнными, упёртыми, самоуверенными и злобными) и замыкаются на эгрегоры. «Правоверный» мусульманин, считая, что он «принадлежит Богу», ошибается: он отдал свою душу эгрегору исторического ислама (главному шайтану-джинну, который держит мусульман в своём рабском повиновении), который, также как и библейский (и иудейский) эгрегоры (эгрегоры всех трёх «авраамических» религиозных систем) «исповедует» принцип эгрегориальной принадлежности людей. Алгоритмика же взаимодействия этих эгрегоров с людьми — крайне отличается от общения с людьми Милостивого и Милосердного Бога.

247.

Ханиф С. «Что должен знать каждый об Исламе и мусульманах», К.,1998 г.

248.

К Богу напрямую в сокровенной (а не коллективной) молитве надо обращаться за поддержкой лишь по конкретному поводу, предмет которого хорошо ещё и понимать: человек получает от молитвы то, что он понял… и ещё немного. Обращение якобы к Богу (а по сути к эгрегору) просто так из надобности ритуала по пять раз на дню — разновидность идолопоклонничества, которую старался избегать в своей жизни Мухаммад. Но по «должности» пророка-основателя религии он был вынужден руководить первыми коллективными молитвами-пророчествами — поэтому от ритуалщины во времена пророка было не уйти.

249.

Перед любой молитвой надо быть чистым духовно и физически. А молитва может случиться в жизни человека в любой момент: расписания в этом не должно быть.

250.

Башируддин М. Жизнь Святого Ророка Мухаммада, Исламабад, 1991. Сунна «Личность и характер Пророка».

251.

Мусульмане неоднократно ударяют землю в процессе намаза. Эта традиция поощряется в Коране (в его первом контексте понимания):

Коран 22.

77 О вы, которые уверовали! Кланяйтесь и падайте ниц, поклоняйтесь вашему Господу и творите добро, — может быть, вы будете счастливы!

252.

По мусульманскому преданию, духовное содержание поста заключается «в особом приближении к ангелам в это время, которые вообще не едят и не пьют». Связано это с тем, что в ночь с 26-го на 27-ё день рамадана, по преданию, с помощью Джибраила Мухаммаду начали даваться откровения.

Мы уже говорили, что считаем ангелов (как и джиннов) названием эгрегоров, которые действительно «не едят и не пьют» людскую пищу. Но приблизиться через пост можно к разным ангелам и джиннам: всё дело в том на какой эгрегор будет с помощью поста настроена психика верующего (согласно его нравственности и мировоззрению), а пост действительно способствует вознесению «очищенной от «животного» давления» (от разнообразных «бытовых» и «животных» эгрегоров) психики людей к более «одухотворённым» («аскетическим») эгрегорам религиозных систем. В исламе это — эгрегор исторически сложившегося ислама.

253.

Во всяком случае до нас такого рода информация о режиме питания дошла через Коран.

254.

Как мы знаем, демонизм уступает человечности тем, что «демоны» не получают Свыше Различение как помощь — а поэтому очищение «демонов» чревато конфликтом с Богом, который заканчивается в пользу Бога. Очищенные физиологически «демоны» могут попасть под духовный контроль какого-либо эгрегора вышестоящего над эгрегором исторического ислама, например, либо создать свой эгрегор корпоративного типа. И в некоторой мере они станут «зомби» этих эгрегоров. Здесь мы не рассматриваем отдельные случаи выхода в «демонизм». Если же все мусульмане преодолеют стереотипы ритуалов исторического ислама, то даже массовый выход их в «демонизм» (чисто теоретически) — лучше (как этап развития), чем современный застой.

255.

Никакого мяса, рыбы и прочего, что разрешено Кораном в пределах попущения людям той эпохи.

256.

Нравственность это — совокупность образных представлений и описаний (на внутренних языках личности) каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий с оценками каждого из них «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами», которые кроме того ещё и иерархически упорядочены по их предпочтительности.

257.

Языку Жизни.

258.

Как мы уже знаем, материальные «богатства» призывны собирать для своих хозяев иудеи.

259.

Те, кто в наше время (когда «уже ясно отличился прямой путь от заблуждения» — Коран2:256) даёт милостыню и те, кто её принимает — автоматически признают иерархию «хозяин-господин», нарушая кораническое предупреждение:

Коран 22.

12 Вместо Бога он призывает то, что ему не приносит ни вреда, ни пользы, это — далекое заблуждение!

13 Он призывает того, от которого вред ближе пользы. Плох господин, и плох сотоварищ!

260.

Казиев Ш. «Мой Хадж», «Наука и религия», 1998 г.

261.

Каждый «правоверный» мусульманин стремится хоть раз посетить Каабу, чтобы наверняка попасть в рай.

262.

«Ад», устроенный с помощью американцев и Ираке — не первый образец земного «ада» в цивилизации ислама.

263.

Но общинно-выборный дух суннитов употребили при «социализации» (омасониванию) исламского мира, примером чему может служить опыт Ирака — центра древнейшей шумерской цивилизации…

264.

Также как и библейская Европа.

265.

Общеизвестно, что название «евреи» происходит от корня «евр» — «преступать» (по библейской легенде считается, что евреи преступили реку Иордан). Исторически реально из евреев сделали преступников — кадровую базу закрытых общностей-кланов, в обязанность которым вменялось преступное (по отношению к местным законам — как к светским, так и к религиозным) вмешательство в дела любого государства, куда эта общность направлялась с целью концентрации управления этими государствами по концепции «мировой закулисы».

Европа — несмотря на легендарное происхождение этого названия — тоже получается преступная цивилизация. И действительно, основная дислокация рыцарских орденов и масонских лож была и остаётся в Европе.

266.

В.Н.Емельянов, кандидат экономических наук, писатель, учёный арабист. Родился 24 мая 1929 года, скончался 8 мая 1999 года. Семь лет отсидел он в спецпсихлечебнице Ленинграда за то, что издал и разослал всем членам брежневского Политбюро и Секретариата ЦК свою ставшую вскоре знаменитой книгу «Десионизация». По сути В.Н.Емельянов совершил подвиг. Его труд и по сей день несёт большой объём исследовательской информации о «мировом заговоре» — который анализируется автором на глубину более 2,5 тыс. лет (как и Дугласом Ридом).

Одним из заблуждений автора, как мы себе это представляем, является утверждение, что Моисей и Соломон были заодно с «мировой закулисой», а Иисус был евреем подобным еврею Марксу. Но если опустить эти и другие неточности — обусловленные присущим автору-патриоту некоторым атеизмом (всеобщей болезнью людей эпохи марксизма) — то книга весьма полезная.

Ещё одна особенность книги В.Н.Емельянова в том, что он считает первоосновой, положившей начало «жреческим культам Двуречья и Египта» — «арийскую идеологию» (что весьма спорно):

«…христианство было создано иудеями специально для гоев, а сам иудаизм был создан специально для евреев на базе жреческих культов Двуречья и Египта, а эти культы в свою очередь имели в своей основе всё ту же древнеарийскую идеологию, ствол которой хранила религия древних руссов. Христианство, таким образом, походило на блудного сына, вернувшегося в отчий дом, увы, безвозвратно развращённым, испорченным и несмываемо перепачканным нечистотами той выгребной идеологической ямы, которая называется иудаизмом. История показала, что ни почти тысячелетняя византийская «химчистка», ни последовавшее за этим тысячелетнее омовение православия на Руси, несмотря на все попытки и отдельные удачи по облагораживанию и отмыванию блудного сына от сионского зловония, достигнуть успеха не смогли. Русский народ бросил свои лучшие силы на поприще новой идеологии. Но православная церковь стала в определённой степени национальной лишь в области архитектурной и иконописной формы, сохранив в глубине идеологии иудейское содержание.

Западное христианство-католицизм справилось с этой задачей ещё менее успешно, чем православие. Ислам, как древнебедуинская идеология, пропущенная его основателем меккенцем Мухаммедом через иудейские и христианские поля орошения, также превратился во вспомогательное идеологическое орудие международного Сиона на его пути к мировому господству.

Волна арийцев-венедов, перевалившая за 3000 лет до н. э. через Гиндукун (проход венедов) на Индостанский полуостров, вынесла и туда нашу идеологию, сохранившуюся в основе в индуизме и йоге. Венеды южных степей Восточной Европы в течение многих тысячелетий были главными представителями народов моря в Восточном Средиземноморье, принеся свою светозарную идеологию и в Опаленный Стан (Палестан — Палестину). Сюда выходил один из южных языков ареала расселения носителей преарийского языка, который захватывал и всю Малую Азию и Балканы. Однако здесь был проходной, двор народов. Хранить чистоту языка и идеологии можно было по-настоящему только на просторах от Новгорода до Чёрного моря.» — В.Н.Емельянов «Десионизация».

Но если опустить истоки «жреческих культов», но внимательно относиться к выделенному нами жирным в цитате, то взгляд на «мировой заговор» от времён Моисея и Соломона у В.Н.Емельянова весьма трезвый.

Существует в Интернете полный вариант этой книги.

267.

Покуда эта религиозная система обеспечивала имитацию связи с Богом, то есть — надёжный заслон от Бога для толпы.

268.

Но проглотившие это извращённое учение «трудящиеся массы» — и сами нравственно не доросли до концептуальной самостоятельности.

269.

Телевидение — тоже разновидность идеологической власти.

270.

Поэтому снятие идеологического гнёта после 1991 года — благо для российской толпы, которым она не спешит пользоваться как данным Свыше шансом обрести концептуальную самостоятельность.

271.

В то же время автор отдаёт предпочтение Соломону (анализируя Ветхий Завет), выделяя его из других авторов (мы же уже заем, что Соломон был праведником и свершилось его пророчество в отношении Христа):

«Единственным высокоэстетическим местом Ветхого Завета является так называемая «Песня песней Соломоновых», стоящая загадочным особняком среди грязного человеконенавистничества остальных текстов этой кровавой книги» — «Десионизация».

272.

Это неверно: Моисей пробыл в Синайской пустыне совсем немного и был устранён от воспитания евреев.

273.

В.Н.Емельянов в начале «Десионизации» приводит интересную версию происхождения Русского народа и глобальной миграции наших предков ариев и венедов от Семиречья и Двуречья через Карпаты к Чёрному морю и Днепру. Его версия в общем не противоречит той, которую мы высказали во второй книге курса — о наших первопредках венедах и о роли Русской цивилизации, которая обрела особый расцвет к III веку н. э. Свои рассуждения В.Н.Емельянов выводит во многом из «Влесовой Книги», которая сама не целостна и её происхождение спорно.

274.

Ещё раз напомним, что предрекал не Моисей, а Ветхий Завет — писание, составленное левитами.

275.

Ещё раз напомним, что якобы «устное предание» было записано и оформлено в иудейский Танах после Аарона и Моисея.

276.

Зомбирование.

277.

Согласно Ветхому Завету. В действительности же его отстранили от воспитания гораздо раньше — именно поэтому в Палестину вошёл не Моисей, а Иисус Навин.

278.

В другом звучании «Нево» — «новая вода» — «вода», с которой начинается исток библейской реки времени.

Любопытно, что река «Нева» (тоже «новая вода») Санкт-Петербургская река, протекающая в городе, назначенном «закулисой» современной мировой столицей…

279.

Иисус Навин не был преемником Моисея: он был представителем «мировой закулисы».

280.

Согласно Ветхому Завету, на Сионе была резиденция царя Давида.

281.

Здесь В.Н.Емельянов сам себя поправляет: Соломону, как и Моисею с Аароном многое приписывается.

282.

«Мировая закулиса» любит извращать всё праведное и приписывать добрым людям то, что они не делали. Именем Соломона кто только не «пользовался». Вот и масоны ведут отсчёт своей «родословной» от Соломона, которому приписали 3000-летний план иудейско-масонской экспансии. Но Соломон — лишь древняя правдоподобная вывеска на реальном историческом плане.

283.

Но мы уже знаем, что царь Соломон действительно был миролюбивым. Такая вот историческая подмена понятий, которую отметил автор «Десионизации».

284.

Тау — одна из букв греческого алфавита рассматривается некоторыми исследователями как предтеча христианского символа — Креста. Иногда её называют египетским крестом. Якобы именно такой формы посох был у Моисея в Синайской пустыне, на котором он повесил медного змия. Дореволюционное Теософическое общество в России имело этот же крест с петлей на верху. Одна из 78 карт или Арканов «Таро» подобно ему в системе французского оккультизма: см. Владимира Шмакова «Священная книга Тота», Великие Арканы Таро, Абсолютные начала синтетической философии заотеризма. Опыт комментария. М., 1916 г. и у Георгия Орестовича Мебеса в «Энциклопедии оккультизма».

285.

III кн. Царств (V, 14–16) определяет число рабочих в 163.000, из которых 70.000 были носильщиками, 80.000 каменотесами, 10.000 дровосеками, что должны были работать в лесах гор Ливана и 3.300 надсмотрщиками, а масонская «Конституция» Андерсона добавляет ещё 30.000 горнорабочих из Ливана.

286.

Масонское предание добавляет, что именно в этот момент Соломона озарила идея создания идейно-политического института по Адонирамову образцу.

287.

Южная царица, арабка поклялась верности Соломону (согласно легенде) и изменила с Адонирамом. Чтобы освободиться от клятвы напоила Соломона и в этот момент Адонирам пытался бежать, но был убит своими же рабочими-масонами (тремя «товарищами») за отказ выдать главный пароль («слово мастера»).

288.

Эта цитата — часть «Легенды об Адонираме» (иногда её называют ещё и масонской «Антибиблией»», наиболее полно она приведена в книге Луи Блана — 1811–1882 гг.), которую приводит В.Н.Емельянов в «Десионизации».

289.

Царь Вавилонии (605–562 гг. до н. э.), при котором опробовали рассеяние евреев.

290.

Мы уже знаем из второй книги курса, что древнейшие добиблейские легенды, на основе которых управлялись первые древние национально-государственные цивилизации Востока — дурное наследие Атлантиды, ностальгия по Атлантиде. По этому поводу В.Н.Емельянов пишет:

«Сатанизм «Легенды об Адонираме» отнюдь не является оригинальным сочинением левитов, а, как и многое другое, просто украден, как и сама ветхозаветная книга Бытия, из шумерского эпоса о Гильгамеше: в ней тоже есть схождение в ад. Отражение этих древнеарийских легенд мы находим и в посещении Одиссеем царства Плутона, и во многих других мифах и сказаниях. Однако главное здесь это то, что, в отличие от арийских легенд, у левитов владыка ада и его окружение показаны положительными персонажами: т. е. — расчёт на выворачивание психологии наизнанку».

291.

Но, как мы уже неоднократно говорили, Соломону все грехи «мировой закулисы», которые соответствуют времени Соломона, просто приписали, создав удобную легенду, употребляя имя знаменитого и «богатого» царя. В то же время «Легенда об Адонираме» и другие легенды о происхождении масонства — легли в основу общего мифа о масонстве, они работают тысячелетиями и стали неотъемлемой частью культуры европейского (по меньшей мере) общества. Эти легенды породили огромные эгрегоры масонства, которые заменяют масонам Бога, и которым присягают масоны мира как своим «родителям». В этом реальность когда-то созданных мифов, на базе которых происходило и происходит поныне управление толпами людей.

292.

«В конце своей жизни Соломон, будучи от природы человеком одарённым, видимо, осознал всю антигуманность левитского замысла, названного его именем. Он порвал с левитами и полностью отошёл от первородного иудейского фашизма…

Измена Соломона левитам не прощена ему и поныне. Несмотря на это, вся система иудо-масонства продолжает с завидным фанатизмом выполнять его план. Сам же Соломон, как мы видели в дошедшем до нас варианте «Легенды об Адонираме», представлен в ней как высокомерный и недостойный царь. В этом прослеживается всё та же фанатическая нетерпимость к инакомыслящим, особенно в своих собственных рядах, которая красной нитью проходит через весь иудаизм и через всё масонство. Не мог избежать этой нетерпимости и реформированный иудаизм — христианство, задуманное как массовая масонская ложа низшей ступени. Недаром знаменитая фраза Христа: «Кто не со мною, тот против меня», сказанная «братиям» во Христе, не раз служила законным основанием для массовых репрессий против инакомыслящих.» — «Десионизация».

Соломон был праведником, также как и Иисус, но для очернения имён и дел обоих — обоим приписали многое…

293.

В этом отношении масонство всеядно: они могут «работать» агентами влияния на монархов, на религиозные верхушки любых систем идеалистического атеизма. Но масонство и его хозяева «мировая закулиса» бессильны перед народом, верующим Богу вне догм и канонов.

294.

«На «Легенде об Адонираме» построена основная масса масонских ритуалов и мистерий, особенно при посвящении в различные степени масонства. Равно как и сами степени по своим названиям в значительной мере связаны с легендой. Однако в связи с тем, что наиболее влиятельные масоны и масонские ложи мира находились и находятся по сей день в странах с христианским населением, то у масонов естественно возникала потребность и необходимость сравнения сведений о строительстве храма Соломонова в «Легенде об Адонираме» с тем, что говорится об этом в Ветхом Завете. Наиболее подробные данные об этом имеются в III книге Царств и II книге Паралипоменои русской редакции Ветхого Завета или соответственно: 1 книге Царств и II кн. Хроник на языке оригинала, т. е. на иврите. Сравнения масонов-христиан привели к значительной путанице в имени самого Адонирама.

Как бы то ни было, но вышеуказанные копания в Ветхом Завете масонов-христиан привели к тому, что наряду с именем Великого Мастера Адонирама в некоторых масонских источниках и даже обрядах главный строитель храма Соломонова именуется то Хирам, то Хурам, а то и Хирам-Абиф.» — «Десионизация».

295.

Последняя крупнейшая попытка наведения такого мирового порядка (после провала церковно-орденского мирового единства) — «мировая революция» XX века — о чём речь пойдёт в этой главе позже.

296.

Так была разрушена государственность России при Николае II. Так была разрушена государственность СССР при Горбачёве.

297.

То есть, иудеи высших посвящений (то есть — левиты) главнее масонов и тем более «элит».

298.

В начале «Десионизации» В.Н.Емельянов приводит интересный подробный анализ «христианского богослужения» в храмах (Состоит из следующих частей: полуношница, утреня, чтение частое, литургия, вечерня и повечерие. Совершаются также мелкие службы-требы: крестины, молебны, венчания, панихиды, отпевания покойников и др.) и приходит к выводу, что Ветхого Завета в текстах «богослужения» не меньше, чем Нового Завета.

299.

Но исторический ислам тоже не может эффективно противостоять библейской экспансии, ведя вялотекущую тысячелетнюю войну на шестом приоритете обобщённого оружия (с переменным успехом) и проигрывая на приоритетах выше пятого — в первую очередь из-за того, что мировоззрение и нравственность мусульман не позволяют им познать второй контекст Корана, после чего перейти к творческому исламу, избавившись от традиционного догматического «ислама».

300.

Раскалывать библейское христианство на две части у «мировой закулисы» скорее всего не было надобности: это произошло помимо её воли.

301.

«Главное для нас, что на нужном Сиону этапе он имел возможность осёдлывать незримым образом эту идеологию через посредство своей масонской агентуры.» — «Десионизация».

302.

А затем и другие жречества национально-государственных структур, попавших под влияние распространения интересов «мировой закулисы». Древнегреческое «жречество», духовное и структурное руководство империей Александра Македонского, духовное и структурное руководство Римской империей, затем Византией, европейскими государствами, создание американской цивилизации, руководство Россией (самое позднее от Петра I), многими странами исторического ислама (частично и в разной мере) и многих других стран — осуществлялось посредством уничтожения местного жречества и перехвата управления внешним субъектом через масонов и иудеев.

303.

Как мы уже упоминали во второй книге курса, Мавзолей В.И.Ленина на главной площади российской столицы символизирует российское представительство масонской пирамиды (как наследие древнеегипетских пирамид культа Осириса). Но пирамида усечённая: концептуальная власть, которая в эзотеризме всегда изображается на верхушке пирамиды (как правило в виде «всевидящего ока») — для России-СССР была не положена (как и для многих других государств), нашей цивилизацией собирались управлять извне («внешнее управление») через масонско-иудейскую пирамиду. Зато на долларе (однодолларовая купюра) изображение «всевидящего ока» имеется: США — крупнейшая резиденция множества основных масонских лож мира, тогда как в СССР были лишь их «филиалы». Марксистская же идеология (идеологическая власть) — предназначалась для толпы как вершина власти для СССР и была отдана частично посвящённой масонствующей верхушке ЦК и советским органам.

Но И.В.Сталин на горе «закулисе» обрёл концептуальную властность и стал отстраивать СССР от внешнего управления. Добиться таких грандиозных успехов до него не удавалось ещё никому.

304.

Степени посвящения не путать со ступенями посвящения иерархии.

305.

Как минимум это еденство по конечной цели (разногласия могут быть в средствах достижения конечной цели), которая масонам выставлена «мировой закулисой»: построение на Земле устойчивого во многих поколениях единого толпо-«элитарного» порядка, вершиной которого является сама «закулиса».

306.

Действительно «христианская» мораль формирует у толпы алгоритмику подчинения «хозяевам-господам».

307.

Аналогично: Второзаконие, 15:6.

308.

«Закон и пророки» во времена Христа это — то, что ныне известно под названием «Ветхий завет».

309.

«Мировая закулиса» с помощью библейской концепции проводит в жизнь принцип «разделяй и властвуй». Как только этот принцип вошёл в культуру Римской империи, он сработал «вовнутрь» империи: хотела этого «закулиса», или нет. Духовные и властные иерархи осколков западной Римской империи, получившие библейское христианство как самое эффективное средство в условиях толпо-«элитаризма» для управления толпой (средство третьего приоритета) — одновременно получили и иллюзию своей властности в тех государствах, иерархами которых они стали. Делиться же своей властью они не хотели ни с кем. Так и существует до сих пор конгломерат западноевропейских государств, которые не смогла объединить «мировая закулиса» на основе библейского христианства в единую империю (типа Римской) — даже после написания единой Европейской конституции.

В этом выразилась единственная (наверное) польза библейского христианства: его лживость и внутренняя алгоритмика «разделяй и властвуй» не позволила объединить за почти 1500 лет осколки неправедной Римской империи.

310.

М.Байджент и Р.Ли полагают, что орден был образован четырьмя годами раньше.

311.

Всего крупных крестовых походов насчитывают около 54-х — с 1097 по 1370 гг.

312.

За что и были наказаны фашизмом…

313.

К сожалению это не так: только один маленький «аппарат гоев» оказался во всей истории на высоте, бросив в течении 25 лет реальный вызов масонству это — сталинский аппарат (при молчаливой поддержке большинства трудящихся СССР) благодаря мировоззрению самого И.В.Сталина, который смог не «вырезать» масонов (как это якобы сделал Филипп IV), а «развести» их и «закулису» на настоящий социализм вместо имитации социализма, предложенного масонам.

314.

В.Н.Емельянов стоит на позиции искусственного раскола «христианства» на две части. Действительно методика управления «разделяй и властвуй» присущая «закулисе» предполагает такой сценарий, при котором одновременный контроль осуществляется за обоими половинами через тайные организации и церкви. Но скорее раскол был естественным и его основанием явилась ложь, лёгшая в основу библейского христианства.

В противном случае, если бы «христианский» проект шёл для «закулисы» нормально — зачем же ей идти против своего же сценария, в котором предусмотрен тезис «Всё одинаково, всё под одну гребёнку!».

315.

Сам В.Н.Емельянов пишет о роли тамплиеров следующее:

«Выдавая себя за «защитников христианской веры», орден являлся на деле тайной корпорацией по ниспровержению ставших неугодными мировому Сиону христианских монархий».

То есть, тамплиерам были даны полномочия помощи римскому папе по борьбе с не подчиняющимися ему монархами. Но объяснить всем членам ордена (особо низкого посвящения) что с начала XIV века часть власти от папы нужно забрать для передачи в другие ордена — было невозможно: орден был силён, его «обнулили», выведя из-под удара всю посвящённую верхушку и материальные ценности.

316.

В действительности он был вписан в сценарий «обнуления работы» одного из отработавших и возможно ставших опасным орденов — для передачи их полномочий другим орденам причиной чему стал кризис католицизма.

317.

Такие как Германия.

318.

Точнее попали туда, для чего они и были предназначены: на дальнейшее усмотрение верхушки иудо-масонской пирамиды.

319.

Здесь следует отметить, что свою власть «мировая закулиса» распространяла не только на европейские страны. В сферу распространения исторического ислама предшественники масонских лож (тайные ордена) проникли самое позднее через 100 лет от образования первого халифата. Вот что пишет об этом В.Н.Емельянов:

«…необходимо познакомиться с тем промежуточным звеном, которое связало храмовников с золотой пирамидой. Роль этого связующего звена играли ассасины. Они ведут своё происхождение от считающейся формально мусульманской секты исмаилитов, которые в свою очередь вышли из недр шиитского направления в исламе, т. е. как раз той его «половинки», которая так схожа с католической «половинкой» христианства. Секта исмаилитов образовалась в 760 году первоначально в Иранской провинции Халифата.

Если учесть, что самый «цвет иудейской элиты» после разрушения Титом её осиного гнезда — Иерусалима подался в сторону Двуречья, Ирана и Закавказья, а в Европу — плебейские низы еврейства, то станет ясным, почему эта элита иудеев через несколько веков попыталась оседлать именно представителей мусульманского мира, ведь эта иудейская элита оказалась в самом его центре. В то же время европейские христиане к этому времени не оправдали полностью тех надежд, которые возлагали на них левиты и масоны, создавшие христианство. Мусульмане же были рядом под рукой опытнейших талмудистов Вавилона и Иерусалима. В IX веке каббалистами была создана новая секта — новоисмаилитов. Её создателем был иудейский философ Абдалла бен Маймун. Он нашел приверженца в персидском богаче Зейдане, который дал ему 3 млн. золотых монет на пропаганду. Масоны чтят по сей день Абдаллу бен Маймуна как великолепного организатора, который расширил уже и без того «смелые и широкие» для ислама взгляды исмаилитов. Однако левитам этого было мало. Понадобились боевики и в 1081 году они отделили от исмаилитов особую секту хашшашинов (по-европейски — ассасинов). Название идёт от араб. слова «хашин» — трава, в связи с тем, что члены этой секты употребляли наркотическую травяную смесь, в которую входила, например, индийская конопля.

Исполнителями политических убийств были фидаи (во мн.ч. — фидаин): по-арабски — «жертвующие собой ради достижения высокой цели». Орден рекрутировал своих членов, конечно, из гоев, главным образом из арабов. Фидаями были специально воспитываемые с ранней юности в горных цитаделях молодые люди, которые шли на верную смерть, как на подвиг. «Фидаи», слепо подчинённые воле начальника, были вооружены кинжалами для того, чтобы убивать тех, на кого им будет указано; для них не существовало ни страха, ни препятствий; намеченную жертву они должны были отыскать среди толпы, и во дворцах и на поле битвы; собственной гибели они не опасались, убежденные, что через смерть войдут они в обладание всех радостей рая. Эти радости будущей жизни, эти блаженства представлялись им в грезах и сновидениях, возбуждаемых употреблением хошиша». Попасть в рай можно было, лишь пожертвовав своею жизнью по указанию «старца горы» (как это похоже на идеологию современных «шахидов» — наше замечание).

Идеология исмаилитов-ассасинов уже не имела ничего общего с исламом. Правильно будет назвать её антиисламом, выраженном под одну из мусульманских сект. Учение ассасинов представляло эклектическую смесь учения всё тех же иудейских александрийских гностиков, зороастийцев, манихеев, бардесанитов и примитивного варианта йоги, но в дополнение — над всем этим нависла зловещая тень каббалы с её сложной системой психологической обработки, которую в настоящее время принято называть «модификацией поведения». Короче говоря, это была первая мафиозная масонская ложа, зафиксированная в анналах истории внутри ислама. Не исключено, что были факты и более ранних масонских орденов внутри ислама, которые пока нам неизвестны.

Уже в 1138 году ассасины официально отменяют в анклавных владениях своего ордена законы ислама, провозгласив лозунг «всё дозволено», что произвело неотразимое впечатление на иерусалимских рыцарей храма Соломонова».

320.

Папа был один и управлять через его аппарат стало неэффективно, а масонских орденов множество, они есть в каждой стране и даже если один из них потерпит крах — другой сделает нужную работу. Так в США две крупнейших политических партии и обе под контролем масонских лож. Какая бы ни победила — «закулиса» всегда может проводить свой сценарий. Но в принципе в США процесс «демократических» выборов регулируем и побеждает партия с «нужной» идейной окраской.

321.

Взята скорее всего из зороастризма.

322.

Впоследствии усилиями еврея Маркса этот дуализм вошёл в философию марксизма как «Закон единства и борьбы противоположностей». Марксизм же явился идейной основой прикрытия новейшего масонского глобального сценария, попытка которого была осуществлена в XX веке.

323.

Среди основателей Ордена Храма Господнего в Иерусалиме был знаменитый высокопосвящённый доверенный (видимо из левитов) Бернард Клервосский — по слову которого короли были могли выступить в поход, а римские папы склоняли головы.

Спустя 10 лет после основания Ордена рыцари Храма занимались всем чем угодно, кроме охраны «христианских» святынь. Они по очереди охраняли дорогу от разбойников но, в основном, рылись в подвалах храма, видимо, надеясь что-то там обнаружить. Бернар Клервосский усиленно работал в монастырских библиотеках, не гнушаясь помощью понимающих древнееврейские тексты раввинов. Что искали рыцари в Иерусалиме, так и осталось тайной.

324.

С целью максимальной централизации власти под папу.

325.

Один из признаков мафии — как масонства, так и иудейских диаспор.

326.

Потому что иоанниты (госпитальеры: от которых пошёл всемирный «Красный крест») создавались под более широкие цели, а не только для военной поддержки деяний папского католичества со стороны «мировой закулисы». И, скорее всего, обладали меньшей свободой, чем тамплиеры — в частности они не были освобождены от присяги на верность епископам.

327.

Это действительно так: тамплиеры подчинялись папе римскому, в этом были их привилегии, которые отняли, упразднив орден.

328.

Г. Мишо. История крестовых походов, СПб.-М., 1884 г. стр., 48.

329.

В.Н.Емельянов пишет о том, что «Святую землю» отвоевала «третья сила» — мамлюки (воины-рабы, составлявшие гвардию династии Айюбидов В 1250 командная верхушка мамлюков свергла египетскую ветвь Айюбидов и основала династию мамлюкских султанов, правившую до 1517 в государстве, включавшем Египет и Сирию. Свергнуты турками-османами. В 1711-98 мамлюкские эмиры (беи) фактически снова правили Египтом. Окончательно их власть была ликвидирована Мухаммедом Али в 1811 — наше пояснение):

«…в составе мамлюков, которые вышибли храмовников и прочих крестоносцев с горы Сион и её окрестностей, присутствовал весьма значительный русский по происхождению элемент, сделавший свой весомый вклад в дело спасения мировой цивилизации от надвигавшегося иудейского рабства. Работорговля славянскими рабами обернулась против замыслов хозяев золотой пирамиды.

Весьма символично, что именно потомки тех, кого воспитанные на Синае орды Иисуса Навина в 1250 г. до н. э. вытеснили из Опалённого Стана на север в район станового венедского хребта, в 1250 году — ровно через 2500 лет вернувшись мамлюками в Палестину, наголову разгромили армию Людовика I Святого, взяв в плен самого последнего слепого исполнителя замыслов хозяев золотой пирамиды. Последние остатки крестоносцев мамлюки выбили из Акконы в 1291 году, за 16 лет до ареста тамплиеров.

И кто знает, только ли случайное совпадение или какие-то ещё неисследованные историками тесные связи между Русью и Палестиной скрываются за разгромом псов-рыцарей на льду Чудского озера в 1242 году (за 8 лет до разгрома Людовика Святого), причём при явном благожелательном нейтралитете Александра Невского к Орде — поставщице русских мальчиков в ряды мамлюков?».

Вообще же поражением крестоносцев и падением Иерусалимского королевства (просуществовавшего два столетия — время подъёма католичества) закончилась мечта «закулисы» о «христианском» Ближнем Востоке. Известные «Святые места» от Египта и Палестины до Ливана и Сирии — остались в руках мусульман и были недоступны библейской цивилизации вплоть до эпохи Наполеона. Но ведь и Наполеона разгромили русские — после чего «Святые места» вернулись мусульманам.

330.

А затем на Мальте, откуда в течение трёх веков контролировал Средиземноморье — известен как Мальтийский орден.

331.

То есть, «Святая Земля» была лишь главной базой и действенной «религиозной вывеской» тамплиеров, а в их задачи входил военизированный и финансовый контроль за европейскими верхушками.

332.

В течении периода 1307–1314 гг. орден тамплиеров был официально распущен. Тамплиеры буквально «растворились» в континентальной Европе и Англии, нашли надёжное убежище в Шотландии. Как известно шотландское масонство — самое высокоиерархичное и приняло черный и белый цвета, которые и были на знамени тамплиеров. М.Байджент и Р.Ли утверждают, что натолкнулись на могилы тамплиеров на одном из шотландских островов.

333.

Известно, что тамплиеры, получив особую самостоятельность от самой же церкви, якобы вошли с верхушкой церкви в конфликт после некоторого времени сотрудничества. Но и церковная верхушка и тамплиеры — порождение одной «мамы», которую мы называем «мировая закулиса» или верхушка левитов. Конфликт, если и был, то целенаправленно созданный и управляемый: «надо поссорим, надо помирим». К 1307 году надо было «поссорить».

334.

Эта битва положила конец английским притязаниям на Шотландию, которая на протяжении последующих 289 лет оставалась независимым королевством.

335.

В действительности это явление, видимо, было не ново: просто тайная организация стала официально признанной и поэтому впервые «засветилась» на всю Европу. Ведь иудейские структуры существовали в «христианской» среде и выполняли многие те же функции, что и тамплиеры.

336.

Что полностью укладывается как подтверждение поддержки тамплиерами в этот период католической экспансии даже на территории православных государств.

337.

Достаточно вспомнить доктрину «Второзакония-Исаии» и сравнить её с темпами захвата земель крупнейшей европейской мафии, которую прикрывала католическая церковь в то время, когда эта мафия захватывала земли «христиан»-«гоев»:

«Не давай в рост брату твоему (по контексту единоплеменнику-иудею) ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу (т. е. не иудею) отдавай в рост, чтобы господь бог твой (т. е. дьявол, если по совести смотреть на существо ростовщического паразитизма) благословил тебя во всём, что делается руками твоими на земле, в которую ты идёшь, чтобы владеть ею» — Второзаконие, 23:19, 20.

338.

Но сами храмовники не исповедовали библейское христианство. Они были религиозными фанатами типа иудеев и более поздних каббалистов и алхимиков. Так в книге «Храм и ложа» про ритуальную сторону тамплиеров написано следующее:

«Солдаты Христа, которые сражались с неверными и сотнями отдавали жизнь за веру, обвинялись в том, что они во время своих ритуалов отрицали Христа и отрекались от него, попирали ногами и плевали на крест… тамплиеры, вне всякого сомнения были «заражены» религиозной неортодоксальностью, если не откровенной ересью».

339.

Которое было заодно с тамплиерами, но в функции папства входил «выпас» псевдохристианской толпы и контроль за псевдохристианской дисциплиной. В функции тамплиеров же входил захват земель с целью концентрации власти «закулисы». Отношения тамплиеров с местными монахами были разными, но в основном — мирными.

Однако, этот не в меру быстрый процесс был остановлен нежеланием ряда королей подчиняться и — наступлением мусульман на «Святую Землю».

340.

По сути все масонские ордена призваны оказывать на государственные режимы подобное воздействие но в разной мере.

341.

Иначе говоря — поддерживал глобализацию по-библейски в диапазоне от третьего (политического) до шестого (военного) приоритетов обобщенных средств управления.

342.

Как тут опять не вспомнить ветхозаветную (а не новозаветную, якобы христианскую) ростовщическую доктрину:

«Не давай в рост брату твоему (по контексту единоплеменнику-иудею) ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу (т. е. не иудею) отдавай в рост, чтобы господь бог твой (т. е. дьявол, если по совести смотреть на существо ростовщического паразитизма) благословил тебя во всём, что делается руками твоими на земле, в которую ты идёшь, чтобы владеть ею» — Второзаконие, 23:19, 20.

343.

И в наше время мало что изменилось: капитал Западной Европы в руках еврейских банкиров и масонов.

Просто на тамплиерах опробовали эффективность расширения банковского дела, а когда их бурное развитие было остановлено падением «Святой Земли» (кризис религиозной вывески, под которой действовал орден) от рук мусульман и массовым недовольством королевских верхушек европейских государств — удачный эксперимент свернули, переведя его из открытого эксперимента в постоянное дело иудеев и масонов на базе других орденов и диаспор, в более «щадящем» и менее бросающимся в глаза режиме. Правда закончилось это «успешное» развитие банковского дела наступлением эпохи капитализма, которая принесла «мировой закулисе» больше проблем, чем выгод (об этом мы поговорим чуть позже).

344.

Действительно по выходу из средневековья Западная Европа стала бурно технологически развиваться вследствие снятия католических ограничений на институт кредита и научные изыскания: первой католической организацией, цинично переступившей запрет на ростовщичество стал орден тамплиеров. Видимо, действительно, мощностей иудейских диаспор не хватало и «закулиса» прибегла к циничному нарушению «христианской» морали.

345.

То есть, являлись мафией преступников (для мафий общий закон не преграда), сросшейся с верхушкой церкви, в «христианской» среде.

346.

Известно, что ссудный процент — средство воздействия на экономику государства. Чем больше ссудный процент — тем быстрее можно либо разрушить экономику, либо переподчинить её новым хозяевам, тем, кто сможет перекупить инфраструктуру у обанкроченных бывших хозяев. В случае сопротивления какого-либо европейского режима диктату ростовщиков и торговцев — экономику этого государства опускали, режим свергали методом «народного» недовольства либо с помощью разжигания войны с соседом, которому могли пообещать часть территории и «богатств» противника либо он был таким же несговорчивым и их обоих опускали войной.

Разрешая тамплиерам столь высокий процент — «мировая закулиса» пробовала «эффективность» перекачки средств от старых хозяев к новым (ясно, что новыми хозяевами становились ростовщики-тамплиеры) и одновременно торопилась побыстрее переподчинить европейскую собственность согласно своей толпо-«элитарной» иерархии, на вершине которой она сама.

347.

Эвфемизм (от греческого euphemia — воздержание от неподобающих слов) — непрямое, смягченное выражение, употребление мягкого высказывания вместо резкого или нарушающего нормы приличия высказывания.

348.

По сути тамплиеры были преступниками перед «христианским» законом.

349.

То есть государственная казна была под контролем предмасонского ордена: последний в любой момент мог возможности, связанные с владением этой казной, повернуть против короля.

350.

В общем — почти весь спектр исконно еврейских занятий.

351.

Масонско-орденская дисциплина была превыше всего и почиталась как особая рыцарская честь.

352.

И видимо не одного монарха Европы. Орден отдали им «на откуп», распределив его функции по другим менее заметным орденам. Эксперимент показал небывалую эффективность концентрации власти с помощью институтов, широко опробованных тамплиерами, поэтому одновременно с ликвидацией ордена папский престол лишили «абсолютной» власти в католической Европе, готовясь к «виртуализации» орденско-масонских структур с целью сделать орденско-масонскую систему более гибкой и устойчивой к среде, в которую она попадает:

«В 1309 году Филипп «похитил» сам папский престол, переведя его из Рима на французскую землю, в Авиньон, где папство превратилось в простой придаток французской короны. Результатом этого так называемого «авиньонского сидения» явились шестьдесят восемь лет — в плоть до 1377 года — раскола католической церкви и соперничающих пап» — «Храм и ложа».

Конечно нельзя исключать и некоторую боязнь «мировой закулисы» могущества тамплиеров и папы, которые могли «кинуть» свою «маму». С целью чего «закулиса» проводила акцию «виртуализации»-дезинтеграции масонско-орденских структур и папского раскола. Ведь тамплиеры собирались создать своё государство в центре Европы — в Лангедоке.

353.

По контексту: перед тем как король, разработав тайную операцию, 13 октября 1307 года провёл массовые аресты.

354.

Скорее всего особо посвящённые, многие из которых были скрытые иудеи и даже левиты.

355.

«Действительно ли последний Великий Магистр ордена Жак де Моле перед тем как его сожгли на медленном огне, проклял папу и французского короля, предсказав, что не пройдёт и года, как они последуют за ним и предстанут перед Господом? Правда это или нет, но папа и Филипп Красивый в течение года умерли при подозрительных обстоятельствах… Французская монархия стала считать себя проклятой, и проклятие де Моле висело над ней словно дамоклов меч» — «Храм и ложа».

Другие источники указывают на мучительную смерть папы Климента V 20 апреля 1314 года (через 40 дней после сожжения Жака де Моле). А Филипп Красивый во время охоты упал с лошади и его смертельно парализовало в ноябре 1314 года.

Так и прячут «концы в воду»: сначала «засветившийся» орден, а затем и его ликвидаторов-инквизиторов — пешек в глобальной игре.

356.

В русском эпосе эта чуждая русским мафиозная «бессмертность» материально «богатой» мафии — периферии «мировой закулисы» — отобразилась в образе Кащея Бессмертного, сидящего на «несметных богатствах». Но и на Кащея в русском эпосе всегда находится витязь, который берётся отыскать «кащееву смерть». Эта смерть — на кончике иглы, которая спрятана в яйце. Яйцо — символ «основного вопроса философии», как он поставлен в библейской культуре (что первично?… что было вначале яйцо или курица?), правильный ответ на который: «основной вопрос философии — предсказуемость последствий всякого управления».

Поскольку «закулиса» взяла на себя ответственность управления по библейской концепции, то добраться до «кощеевой иглы» — сути концепции, которую «мировая закулиса» высиживает подобно яйцу около 3000 лет — может лишь тот витязь, который поднимется над библейской концепцией, а последняя одновременно с этим войдёт в период необратимого кризиса управления по ней, поскольку предсказуемость последствий управления согласно ей уже совсем не будет соблюдаться. Именно в XX веке после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени библейская концепция не только потеряла свойства «предсказуемости последствий», но стала опасна миру. А Русский витязь предложил свою концепцию — Человечную — Концепцию общественной безопасности, которую в обход воли масонов проводил И.В.Сталин.

357.

Это говорит о том, что между римским папой и тамплиерами конфликта не было: «сливали» одновременно и папу и орден тамплиеров. Тот «конфликт», который приводят многие историки — это видимость борьбы папы с тамплиерами созданная и управляемая Филиппом из Авиньона.

358.

Как пишут М.Бейджент и Р.Ли, тевтонский орден был — «филиалом» ордена Храма. Государство Тевтонского ордена было признано и получило официальный статус в качестве разновидности крестового похода против варварских племён северо-восточной Европы, против язычников пруссов, балтов и литовцев, против государств на северо-западе православной Руси, Пскова и Новгорода.

359.

В общем, красный крест — самый известный символ тайных орденов, взятый от тамплиеров и перешедший масонам.

360.

Только после получения от «ручного» папы официального приказа об аресте король Англии Эдуард II неохотно арестовал тамплиеров.

361.

Не эта ли организация положила начало самому высокопосвящёному шотландскому масонству. Во всяком случае «…романы о Граале, осуждаемые церковью во всех европейских странах, пользовались особой популярностью в Шотландии. Не следует забывать о том, что Брюс стремился возродить Шотландию как кельтское королевство…На основу из древних кельтских саг — о волшебной чаше, о бесплодной земле и опасном замке — была наложена иудаистско-христианская структура, в результате чего возникли произведения, получившие названия романов о Граале. … Ко времени правления Брюса кельтские традиции, кельтская мистика и ценности тамплиеров слились в единый и нередко странный сплав.» — «Храм и ложа».

362.

Что тоже является ложью: Христос себя не называл «Сыном Божьим» и его не распяли. Но масонам так было удобнее «плевать на Христа», в чём выражался их сатанизм, стоящий примерно на одном уровне с сатанизмом церкви, сделавшей из Христа Бога.

363.

«Через завесу таинственности, окружающую орден Храма, проступают вполне определённые намёки и образы. Это армия Иисуса Навина, Маккиавеи и рыцари Грааля, смешанные с другими историческими и (или) легендарными предшественниками — лордами Шарлеманя, рыцарями «Круглого стола» короля Артура, а на Британских островах и Красной Ветви Ольстера» — «Храм и ложа».

364.

Только не ислам: с исламом крестоносцы боролись за «Святую Землю», остаётся разновидность иудаизма, в котором описано создание мира таким как оно высказано в предложении тамплиерам.

365.

А от тамплиеров к Главному архитектору храма Соломона:

«Легенда о Хираме (Адонираме — наше пояснение) представляет элемент иудаистской традиции в масонстве… Иудаизм запрещает «сотворение кумиров»… Таким образом, только строения, основанные исключительно на геометрии, без отвлекающих украшений, были пригодны для поклонения богу и для присутствия божественного духа…».

366.

Видимо имеется в виду легенда об Адонираме и храме Соломона, от которой масоны ведут свою «родословную».

367.

Орденская сеть охватывала своим влиянием все верхушки европейских государств. Что касается дела Филиппа Красивого, то уже к середине XV века ордена опять прочно сели на королевскую власть Франции — но более аккуратно и более скрытно, нежели «уничтоженные» Филиппом тамплиеры.

368.

Это и явилось идейной основой новейшей волны орденских структур — франкасонства.

369.

А «мировая закулиса» только поддерживала такую идейную основу своих орденов, поскольку с «христианством» она решила покончить в ближайшие века как с обработавшей и не оправдавшей себя моделью идейно-религиозного прикрытия библейского сценария глобализации.

370.

См. вторую книгу Учебного пособия.

371.

«Христианский» сценарий «прикрытия идеалистического атеизма» для толпы и «элиты» — своеобразный «покров» библейской концепции, не позволяющий людям добраться до Бога Истинного — провалился поскольку основной принцип библейской концепции «разделяй и властвуй» сработал внутрь всей библейской цивилизации Запада. А государственные режимы западной цивилизации погрязли во лжи, лицемерии, вседозволенности, алчности и пр. пороках, которые они творили именем Христа.

372.

То есть, кадровая база будущей технократической «элиты» была сосредоточена в среде древних орденов и впоследствии — франкмасонов. Они же начали активно двигать технико-технологический прогресс ещё задолго до снятия католических запретов на всякие технические новшества, поскольку не были связаны «христианской» дисциплиной римских пап так, как этим была связана простая «христианская» паства.

373.

Речь идёт о наследии Атлантиды, которое сохранили в своей памяти переселенцы, спасшиеся после катастрофы. Это древний герметизм знаний (в том числе и точных наук, таких как астрономия, математика, геометрия и пр.), небольшая часть которых стала достоянием древних каменщиков (предшественников масонов), затем руководства военно-монашеских церковных орденов, затем руководства орденов, которые поддерживались монархами, а потом — франкмасонов.

Герметичные знания, даваемые масонам и их предшественникам, облекались в разные формы (это могли быть учения, предлагаемые в древних Домах Жизни, научно-философское наследие первых греческих учёных, облекаемое в эзотерику и переплетённое с древними мифами и иудейским преданием, позднее это был Талмуд, более ориентированный на иудеев, и конечно же Каббала — создание «мировой закулисы» для более широкого круга посвященных) но неизменным оставался лишь принцип подачи знаний: «чем выше по иерархии посвящений — тем больше знаний, которые давались через «ключи огласовок», соответствующие иерархии посвящения». И цель поддержки такой иерархии, конечно, тоже оставалась неизменной: распространение опыта функционирования толпо-«элитарной» иерархии иудо-масонского типа на весь мир для управления миром по библейской концепции.

Конечно же в систему посвящений была умело вплетена система команд — чтобы масоны и иудеи могли когда «нужно» включаться в тот или иной политический сценарий. То есть, масоны и иудеи были и остаются всегда готовыми первыми откликнуться на новейшие изменения, придуманные «мировой закулисой» — как «зомби» её глобального сценария.

374.

Поэтому не случайно франкмасоны — последователи древних каменщиков — а франкмасонство «возродилось» как первый профсоюз «вольных каменщиков».

Вообще же масонам и их предшественникам пришлось много осваивать строительные науки. Этому вопросу в книге М.Бейджента и Р.Ли «Храм и ложа» посвящена целая глава, которая называется «Масонство: геометрия божественного». Но от Бога у масонства взяты лишь некоторые геометрические «гармонии», которые были известны издревле ещё от Атлантиды (начиная от египетских пирамид и заканчивая европейской архитектурой, замешанной египетской символике, библейских и греческих мифах), всё остальное — откровенный атеизм и даже сатанизм. В то же время масоны в Европе создали громаднейшие архитектурные ансамбли согласно той самой «божественной» масонской гармонии — подобных которым пока не создал никто.

В главе «Масонство: геометрия божественного» написано:

«Легенда утверждает, что масонство — по крайней мере, в Англии — происходит от саксонского короля Ательстана. Говорят, что сын Ательстана присоединился к уже существовавшему братству каменщиков, сам увлёкся этим ремеслом и благодаря своему положению добился «свободного» статуса для своих братьев. В результате признания короля в Йорке было организовано сообщество каменщиков и выработан устав, который впоследствии стал основой английского масонства…

В эпоху правления Ательстана явно существовал определённый план строительства, доказательством которому служит город Йорк. Возможно, это была самая амбициозная из всех подобных программ в Европе того времени, и она могла предполагать использование каких-то новых или заново открытых технических или технологических знаний. Более того, были найдены экземпляры Библии, датируемые эпохой саксонской Англии, в которых Господь описывался как архитектор — типично масонское представление.

Есть также свидетельства существования архитектурной школы на острове озера Комо в последние годы Римской империи. Вполне возможно, что знания, накопленные в этой школе, были сохранены и впоследствии распространены по всей Европе.

Однако ни Ательстан ни его сын, ни масоны с озера Комо не могут дать ответа на один из самых главных вопросов: откуда в позднем масонстве появился элемент иудаистской традиции, пропущенный через фильтр ислама? Собрание основных масонских легенд — включая, разумеется, строительство Храма Соломона — основывается исключительно на материале Ветхого Завета, каноническом и апокрифическом, а также на иудаистских и исламских комментариях к нему».

Короче говоря, для масонов высшая иерархия Мироздания — Великий Архитектор — что по умолчанию уводит масонов от Бога Истинного к вершине толпо-«элитарной» пирамиды, где это место занято «мировой закулисой». Это и есть «Бог» для масонов — их господин и распорядитель. То же самое и у иудеев, только их «Бог» более религиозно оформлен «Священным писанием» (чем Главный Архитектор масонов) и религия иудеев ближе к идеалистическому атеизму, а современных масонов — к материалистическому.

375.

Почему «опасную» — скажем дальше.

376.

Вершиной чему стали США в XX веке. США были созданы предшественниками масонов и масонами по масонскому принципу, и все президенты США были членами масонских лож. В книге «Храм и ложа» вопросу создания США уделён целый большой раздел «Масонство и независимость Америки».

377.

Сами же масоны и иудеи давно получили свою религию: иудаизм и прочую кабалистику, замешанную на древнегреческих мифах.

378.

Напомним, что эти взгляды — основа толпо-«элитарного» устройства общества, где нету места человечности. Подробнее см. вторую книгу курса.

379.

Этот принцип — «философское» обоснование как бы объективности людской иерархии по посвящению, обоснованный тем, что все люди от рождения разные и каждый должен занять «своё место» в социальной иерархии и не «рыпаться» пока вышестоящий «Архитектор» не захочет передвинуть кого-либо сам.

380.

Перенесение звание Бога, Который действительно сотворил Вселенную, на вершину людской толпо-«элитарной» иерархии — богохульство хозяев масонства, которые приписали самим себе божественную функцию (им не привыкать занимать место Бога в глазах толпы), встав между Богом и масонами.

381.

И, конечно же, они стали достоянием узкого круга грамотных людей, многие из которых стали масонами, а не простонародной неграмотной толпы.

382.

Иудейского происхождения.

383.

И это себя «оправдало»: Мальтийский орден реанимировали после неудачи «социализации» мира. Особо активен в Санкт-Петербурге, который считает своей «второй родиной» (это связано с сохранением главной реликвии иоаннитов — правой руки Иоанна Крестителя). Сторонники и члены этого ордена не поддерживают ни православие ни атеизм «социалистического» типа (он чужие как «социалистам», так и православным «националистам» и представляют по сути межнациональную международную организацию в России), а поэтому они очень удобны «закулисе» в период «христианского» покрова в России, длящийся по сей день с 1991 года.

384.

Правильнее сказать: сформировали современное масонство на базе всего прошлого опыта существования тайных обществ.

385.

Библейско-«христианское» мировоззрение распадалось под воздействием Закона Времени.

386.

Под выражением «сословно-кастовая» дисциплина здесь понимается устойчивая подчинённость родовой аристократии и дворянства в государствах Западной Европы целям «мировой закулисы».

387.

Так, например, во Франции в XVIII в. пятая часть всех земель принадлежала церквям и монастырям.

388.

В Англии крепостное право было уничтожено уже к XV веку.

389.

В 1629 году Карл I распустил английский парламент и не созывал его 11 лет. Действия Карла I вызвали бурю негодования буржуазии и нового дворянства — помещиков-предпринимателей. Последние подогревали ненависть против короля в английской толпе простонародья. Созванный наконец в конце 1640 года парламент состоял из помещиков-предпринимателей, которые применяли наёмный труд и сбывали продукты в города. Парламент предъявил королю требования: во-первых, чтобы господствующая в государстве церковь подчинялась не королю, а парламенту и, во-вторых, чтобы министры были ответственны перед парламентом, т. е. чтобы они выходили в отставку в тех случаях, когда парламент не согласится с их действиями. Карл I, придерживавшийся теории божественного права на престол, отказался выполнить требования парламента, решив расправиться с ним; но король уже не мог остановить начавшуюся Английскую революцию.

390.

Раньше Англии буржуазная революция прошла лишь в Нидерландах (Голландии) в 1566–1609 гг. Нидерландская революция проходила под знаменем кальвинизма и была направлена на полную ликвидацию испанского господства и феодального произвола. Революция завершилась освобождением от испанского господства северных провинций на территории современного государства Нидерланды и образованием Республики Соединенных провинций. Южные провинции к 1585 г. были отвоёваны Испанией.

391.

День Иоаннова масонства.

392.

Решение через масонские структуры проходит не в прямом виде, а в разного рода символике, намёках и подсказках, что в совокупности с наложением сигнала на тип строя психики людей, задействованных во всей цепочке прохождения сигнала, обязательно даст искажения на выходе.

В толпо-«элитарном» обществе устойчивые типы строя психики по отношению ко времени всей жизни остались в прошлом, так как после середины XX века каждый испытывает давление социальной среды и очень немногие могут оставаться в устойчивом типе строя психики. В перспективе устойчивый тип строя психики останется лишь один — человечный. Но если те, кто составляет масонство, перейдут в человечный тип строя психики, говорить о масонстве больше не придётся.

393.

То же самое относится и к иудеям, которые своё должны были отработать и «исчезнуть» до момента изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени (середина XX века).

394.

К. Маркс — внук двух раввинов.

395.

«Масонство, — гласит конституция «Великой ложи Франции», — есть всемирный союз, покоящийся на солидарности. Цель масонства — нравственное совершенствование человечества. Его девиз — Свобода, Равенство и Братство. В глазах масонов все последователи равноправны, невзирая на различия национальные, расовые, религиозные, на различия в состоянии, звании и положении… Конечное стремление масонов — объединение на основе свободы, равенства и братства всех людей, без различия рас, племен, наций, религий и культур в один всемирный союз для достижения царства всеобщей справедливости и земного Эдема (рая)» — из книги Виктора Брачева «Масоны в России: от Петра I до наших дней».

396.

То есть методов сокрытия истины и представления в качестве таковой заведомого вздора.

397.

В действительности в СССР на базе марксизма-ленинизма было построено общество, в котором все отношения определялись мафиозной интернационализированной верхушкой ЦК партии, замкнутой на международный иудо-масонский интернационал.

Именно этот интернационал со времён декабристов (1825 год — год восстания декабристов: более половины декабристов были масонами) боролся в России с царским самодержавием, которое мешало включению России в систему международного интернационального масонского контроля. Царское самодержавие как могло старалось сохранить суверенитет России, но не смогло это сделать. Придворное окружение последних российских императоров было пронизано масонством. А последний российский император так и не понял чаяний народа, опирался на придворную зажравшуюся «элиту», посему его режим был сметён революцией, которую возглавили масоны и иудеи.

398.

Дарвинизм — теория эволюции (исторического развития) органического мира Земли, основанная на воззрениях Ч. Дарвина. Движущими силами эволюции, по Дарвину, являются наследственная изменчивость и естественный отбор. Изменчивость служит основой образования новых признаков в строении и функциях организмов, а наследственность закрепляет эти признаки. В результате борьбы за существование происходит преимущественно выживание и участие в размножении наиболее приспособленных особей, т. е. естественный отбор, следствием которого является возникновение новых видов.

Однако еще при жизни Дарвина, наряду с широким признанием его теории, в биологии возникли различные течения антидарвинизма, отрицавшие или резко ограничивавшие роль естественного отбора в эволюции и выдвигавшие в качестве главных сил, приводящих к видообразованию, другие факторы.

399.

Отрицая Божие творение, марксизм ввёл людей в конфликт с Богом — Творцом всего сущего:

Коран 10.

3 Поистине, Господь ваш — Бог, который сотворил небеса и землю в шесть дней, потом утвердился на троне, управляя Своим делом. Нет заступника иначе, как после Его позволения. Это для вас — Бог, ваш Господь, поклоняйтесь же Ему! Разве вы не опомнитесь?

Коран 10.

5 Он — тот, который сделал солнце сиянием, а месяц — светом и распределил его по стоянкам, чтобы вы знали число годов и счисление. Бог сотворил это только по истине, распределяя знамения для людей знающих.

Коран 16.

3 Сотворил Он небеса и землю истиной. Превыше Он того, что они придают Ему в соучастники!

4 Он сотворил человека из капли. И вот, он — открыто враждующий.

Коран 24.

45 Бог сотворил всякое животное из воды. Из них есть такие, что ходят на животе, и есть из них такие, что ходят на двух ногах, и есть из них такие, что ходят на четырех. Творит Бог, что пожелает. Ведь Бог над всякой вещью мощен!

400.

В то время как сам марксизм по отношению к толпе — средство управления третьего (идеологического) приоритета.

401.

Иначе говоря, есть ли Бог — Творец Природы, Мироздания? либо Его нет, а есть только вымыслы о Нём?

402.

Если верить тому, что мы только цитировали из Корана в сноске — необходимость всяческих споров по этому вопросу отпадёт сама собой. Но для этого нужно верить Богу.

403.

Полноту знаний о Мире можно получить только от Бога — поэтому любой атеизм искажает правильное видение человеком Мира.

404.

И такая постановка основного вопроса практически полезной философии находит своё выражение в широко известном афоризме: «Знал бы прикуп — жил бы в Сочи». Хотя в нём она извращена своекорыстно-паразитическими наклонностями любителей этого афоризма и лишена формы наукообразия, но она ближе к практическим потребностям большинства людей и честнее во всех отношениях, нежели постановка «основного вопроса» марксистской философии, прикрывающей устремлённость к паразитизму куда большего масштаба, чем опустошение кошельков отдыхающих на сочинском пляже.

405.

См. его книгу «Первобытная культура» (Москва, 1989 г. — Переиздание русского издания 1897 г. с изъятием одной главы, посвященной математическим воззрениям в первобытных обществах).

406.

Взяты из «Советского энциклопедического словаря» М., 1986 год.

407.

Все философские системы и философские культуры можно отнести к одному из двух классов, ничего общего не имеющим с культивировавшимся «диалектиками» материалистами разделением на «идеализм» и «материализм»:

· цитатно-догматические (в марксистской терминологии — метафизические, антидиалектические), действующие в обществе по принципу: «возник вопрос? — ищи подходящие к случаю цитаты у основоположников и легитимных классиков-продолжателей». Таковы все философии церквей. И наиболее развитая и эффективная по отношению к определённым целям из всех цитатно-догматических философий, охватывающих некую общественную группу в целом, — ветхозаветно-талмудическая система иудаизма, под властью которой влачит существование раввинат и его паства. Такой же цитатно-догматической философией стал и марксизм в целом к концу существования в СССР;

· методологические, действующие по иному принципу: «возник вопрос? — осваивай и совершенствуй метод, который позволит тебе самому дать ответ на этот и на другие вопросы по мере возникновения потребности в ответах в течении Жизни».

408.

Но в отношении диалектики марксизма этого не произошло.

409.

Полезно обратить внимание (и это пригодится на будущее), что одно и то же количество может быть по-разному упорядочено, и качество будет определяться не только количеством, но и упорядоченностью.

410.

Инвариант прейскуранта изначально характеризовался тем, что в системе меновой торговли, когда продукты обмениваются друг на друга по двухходовой схеме «Т₁SYMBOL 222 \f «Symbol» \s 10ЮДSУМВОL 222 \f «Symbol» \s 10ЮТ₂» среди товаров денежной группы выделяется один товар, который:

— во-первых, — полноправный участник натурального продуктообмена меновой торговли в силу того, что обладает какими-то иными видами полезности помимо того, что он постоянно выполняет функцию товара посредника в двухходовой схеме «Т₁SYMBOL 222 \f «Symbol» \s 10ЮДSУМВОL 222 \f «Symbol» \s 10ЮТ₂»;

— во-вторых, в его количестве общепризнанно выражаются цены всех остальных продуктов на рынке во всех операциях продуктообмена меновой торговли (вследствие этого обстоятельства цена единицы учёта самого продукта-инварианта, выраженная в количестве инварианта, всегда единица, что и дает название термину «инвариант прейскуранта»; иными словами, инвариант на инвариант всегда обменивается в пропорции 1:1).

В эпоху меновой торговли глубокой древности, как свидетельствуют законы вавилонского царя Хаммурапи, общество, признавая равноправность платежей зерном и золотом, тем самым признавало их в качестве двух инвариантов прейскуранта. Позднее в толпо-«элитарном» обществе правящая «элита», исходя из своих деградационно-паразитических потребностей, отказала зерну в праве быть инвариантом прейскуранта, и цивилизация длительное время жила при золотом инварианте.

411.

Кроме этого у них к И.В.Сталину ещё одна претензия в связи с тем, что ещё в 1913 г. он дал определение термина «нация»:

«Нация есть исторически сложившаяся, устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. (…) Только наличие всех признаков, взятых вместе, даёт нам нацию» (И.В.Сталин, «Марксизм и национальный вопрос»).

Евреи диаспоры — основные носители библейского проекта порабощения всех — этому определению нации не удовлетворяют. И хотя они безусловно являются исторически сложившейся устойчивой общностью людей, однако эта общность по своим характерным признакам представляет собой мафию, маскирующуюся под нацию. Сталинское определение нации выводит еврейский вопрос из области межнациональных отношений, чего И.В.Сталину многие не могут простить: т. е. это «национально — диаспорные» взаимоотношения.

412.

Большевизм, как учит история КПСС, возник в 1903 г. на II съезде РСДРП как одна из партийных фракций. Как утверждали его противники, большевики до 1917 г. никогда не представляли собой действительного большинства членов марксистской партии, и потому оппоненты большевиков в те годы всегда возражали против их самоназвания. Но такое мнение проистекало из непонимания разнородными меньшевиками сути большевизма.

Большевизм — это не русская разновидность марксизма и не партийная принадлежность. Большевизм — явление духа Русской цивилизации. Большевизм существовал до марксизма, существовал в российском марксизме, как-то существует ныне. Будет он существовать и впредь.

Как заявляли сами большевики члены марксистской партии РСДРП (б), именно они выражали в политике стратегические интересы трудового большинства населения многонациональной России, вследствие чего только они и имели право именоваться большевиками. Вне зависимости от того, насколько безошибочны большевики в выражении ими стратегических интересов трудового большинства в теории и практической политике, насколько само это большинство осознаёт свои стратегические интересы и следует им по жизни, суть большевизма не в численном превосходстве приверженцев неких идей над приверженцами других идей и бездумной толпой, а именно в этом:

В искреннем стремлении выразить и воплотить в жизнь долговременные стратегические интересы трудового большинства, желающего, чтобы никто не паразитировал на его труде и жизни. Иными словами, исторически реально в каждую эпоху суть большевизма — в деятельной поддержке переходного процесса к многонациональной человечности Земли будущей эры от исторически сложившегося того или иного толпо-«элитаризма» как способа осуществления паразитического господства меньшинства над трудящимся большинством.

Меньшевизм, соответственно, представляет собой противоположность большевизму, поскольку объективно выражает устремлённость к безответственности и паразитизму на труде и жизни простонародья (т. е. большинства) тех меньшинств, которые обладают «элитарным» статусом либо стараются его обрести.

Большевизм, в отличие от масонства, структурирующего и реализующего властно-паразитические устремления «элитарного» меньшинства, не «элитарен», а общенароден. Марксизм — в силу неадекватности его философии и политэкономии жизни, при его тотальном антинационализме, это — экзотерическая идеология меньшевизма.

При этом также надо понимать, что в ту эпоху подавляющее большинство членов партии, не говоря уж о миллионах беспартийных, даже не подозревало о том, что масонство, марксизм, большевизм — три «разницы», т. е. три разных сути: масонство в сознание большинства либо вовсе не существовало, либо было пустым словом, а большевизм отождествлялся с истинным марксизмом, в том числе и многими членами партии, хотя многие, включая и беспартийных, предпочитали интуитивно именовать себя «большевиками», а не «коммунистами».

413.

Очень странное слово, которым стали называть друг друга советские люди. Оно состоит из двух слов «товар» «ищи». То есть указывает на необходимость «искать товар», что свойственно торгашам — мировым жидам. Мало того, такое обращение людей друг другу говорит о том, что «товар» это люди. То есть нужно искать «подходящих» людей для общемасонского дела.

414.

Это нашло своё отражение в теории Л.Д.Троцкого о «перманентной социалистической революции» до мировой победы социализма. Хотя нужно учитывать, что Л.Д.Троцкий позаимствовал эту теорию у Парвуса.

Гельфанд-Парвус — финансовый аферист глобальных масштабов, который в начале XX века вкладывал полученный в афёрах навар в государственные перевороты во имя воплощения им же озвученной теории перманентной революции.

415.

Этому есть подтверждение в документах самих масонов:

«Целью масонства, — читаем мы в статье о масонах в вышедшем в 1999 году справочном издании «Словарь религий народов современной России» под редакцией М.П.Мчедлова, — является достижение всем человечеством, независимо от расовой, национальной, духовной культуры, принципов свободы, равенства, братства, «царства истины и любви», земного рая. Цель достижима, по мнению масонов, путём нравственного, физического и умственного совершенствования каждого человека. Препятствием на этом пути являются религия и национальные государства, которые должны быть уничтожены. Важное место в деятельности масонов занимает критика исторических религий и церкви. В то же время война с Богом, церковью и духовенством не означает ещё отмену религий, веры вообще, поскольку масоны создают новую религию — религию гуманитаризма, где место Бога занимает человечество, а старую религию они заменяют новой — морального солидаризма.

Вторая задача масонства (наряду с борьбой с религией, религиозной моралью, церковью и духовенством) — это уничтожение национальной государственности.

Конечный идеал масонства — сверхгосударство, основными признаками которого являются свобода, равенство, братство и богом которого является человечество, мораль которого не религиозна и в котором разум человеческий будет мерой всех вещей. Осуществление всех этих идей моделируется в рамках масонских лож и в многочисленных обрядах и сложных символах» (из книги Виктора Брачева «Масоны в России: от Петра I до наших дней», гл. 2).

416.

Ясно, что система, грубо попирая судьбы людей, данные Богом, устанавливала свой предел для всех и каждого на Земле, калеча с малолетства души людей. При этом создавался огромный эгрегор марксизма-ленинизма, которому по сути присягали (в лице основоположников марксизма-ленинизма) все поверившие в «светлое будущее», обещанное масонами. Статуи же вождей пролетариата и портреты лидеров ЦК стояли и висели подобно изображению древних богов: так что мало что изменилось не только содержательном обеспечении толпо-«элитаризма», но и в его внешнем оформлении.

417.

И это сохраняется до сих пор. Так называемая «демократия» в России за 20 лет «перестройки» «почему-то» не изменила систему образования и воспитания. Последние как были, так и остаются схоластическими и кодирующими.

418.

Людские корпоративные клятвы на верность — наследие орденских и доорденских клятв, которые давались нижестоящими в толпо-«элитарной» иерархии посвящений вышестоящим. Но даже Бог не требует от людей никаких клятв: верить клятвам бессмысленно — нужно верить мыслям и делам:

Коран 29.

2 Разве полагают люди, что их оставят, раз они скажут: «Мы уверовали», и они не будут испытаны?

Беря со своих подопечных клятвы, масонская иерархия грубо попирает нормальную этику взаимоотношения людей на Земле… но тут ей не привыкать.

419.

В настоящее время в России и на Западе имеются многочисленные аналоги детских организаций «бой скаутского» направления — масонского типа. Даже от галстуков на шее в них не решились отказаться.

420.

Как известно лозунг «всегда готов» перешёл советским пионерам от масонов, которые должны были быть «всегда готовыми» бездумно исполнять любые приказы вышестоящих в ложе. Галстук же у пионеров — символ подчинённости вышестоящим в иерархии — всегда готовая добровольно одетая верёвка на шее, которой можно как бы задушить ослушавшегося в случае особой надобности.

После пионерской стадии галстук лучше было не снимать: те, кто ходил без галстука, могли быть понятыми старшими по посвящению как отступники от «масонско-клановой дисциплины», что естественно сказалось бы на их дальнейшей карьере.

Иначе мода на галстуки мало объяснима: галстук — предмет «туалета», который не вносит ни комфорта ни тепла, ни чего-либо другого полезного для носящего этот предмет. Однако, из века в век эта «мода» неиссякаема для «элитно»-покорной тусовки в странах, куда достала рука «мировой закулисы». А во многих сферах деятельности государственных и корпоративных кланов эта «мода» — обязательна. Мода на галстуки восходит своим началом во времена церковно-рыцарских орденов.

421.

В этих трёх низших ступенях «посвящения» (либо проверки на преданность системе с клятвами о преданности) есть параллели с тремя низшими ступенями масонства (ученик, подмастерье, мастер — тоже с клятвами), либо их другие вариации.

422.

Есть даже специалисты, которые подсчитали, что в иерархии КПСС было аккурат 33 ступени, что соответствует 33-м низшим степеням масонского посвящения, которые, согласно масонскому реестру — доступны для всех, в то время как выше 33-й степени — только для иудеев.

423.

Академия Наук СССР (теперь Российская Академия Наук) — образец ещё одной иерархической системы посвящений типа масонских. Поскольку наука всегда была под контролем тайных орденов, её так и оставили масонам для контроля.

Так, кандидатская диссертация — награда за послушание системе, которую очень тяжело получить будучи не лояльным последней. Докторская диссертация — ещё одна ступень в научной иерархии. А уж звание академика — знак безусловной преданности системе и многолетнего служения ей. Для убедительности приведём схожее мнение из статьи С.Бородина «Наука под замком» (журнал «Свет. Природа и человек» № 4 за 2004 г.), в которой автор говорит о сохранении масонско-клановой дисциплины в современной РАН:

«Получая постепенное повышение в виде учёных степеней молодой учёный постоянно проверяется на верность этой идее, проходит длительную «обкатку» на режимах механизма внутренней сортировки системы Академии наук, прежде чем он обретёт статус члена научной элиты, то есть станет академиком (читай — знахарем). Именно полные академики получают полномасштабный доступ к системе древних знаний. Именно они получают и полную свободу говорить, рассуждая публично о явлениях, выходящих за рамки научных постулатов сегодняшнего дня. Вполне очевидно, что пройдя изощрённые испытания на научном поприще в течение значительного срока своей жизни, эти адепты сокрытия знаний обучены умению так поворачивать любую дискуссию, так писать и редактировать научные монографии, учебники, научно-популярные книги и статьи, давать такие рецензии и отзывы на научные работы неофитов, что «пионерские» попытки кого бы то ни было из альтернативных учёных прорваться к истинным, а не к специально придуманным для массы обывателей знаниям подвергаются жестокой обструкции. АПЕЛЛИРОВАТЬ К РАЗУМУ этих узурпаторов древнего знания бессмысленно, так как они связаны присягой, нарушение которой карается самым жестоким образом. Поэтому официальная наука, контролируемая и управляемая ими, — это, с одной стороны, всего лишь инструмент обмана людей обыденного сознания, что ортодоксальными представителями касты знахарей свято исполняется по сегодняшний день, а с другой — механизм приобщения кланового меньшинства к тайным знаниям, с помощью которых они управляют событиями в мире. Оболванивание же большинства современного человечества осуществлялось посредством внедрения так называемого научно-технического прогресса во все сферы жизни. На самом же деле человечество, став на путь технотронного развития, вместо широко разрекламированного ускоренного прогресса свалилось в воронку прогрессирующих деградаций и превращения в послушное «стадо двуногих» с угнетённой функцией мышления, выразившейся в утрате критической оценки происходящих событий…».

424.

Отсюда же и система поощрения честолюбия, которая действовала в СССР в форме иерархического свода наград, учёных степеней и почётных званий во всех отраслях деятельности.

425.

Для убедительности приведём выдержку из статьи Виктора Брачева «Тайные масонские общества в СССР» («Молодая гвардия» № 3, 1994 г.):

«Заслуживает внимания, что в фигурирующих в исторической литературе списках видных масонов-большевиков отсутствует фамилия Сталина.

И это не случайно, т. к. репрессии, обрушившиеся в середине второй половины 1930 годов против еврейского окружения В.И.Ленина, были расценены в правых кругах русской эмиграции как борьба И.В.Сталина против масонства, его стремление выйти из-под их опёки.

«Сталин, — отмечал в связи с этим В.Ф. Иванов, — выступает как Бич Божий против мирового масонства, создавшего сатанинскую Вавилонскую башню, именуемую СССР». Уничтожив видных масонов-коммунистов, И.В.Сталин, по его мнению, «рубит столбы, и не за горами то время, когда заборы сами повалятся» (В.Ф.Иванов «Тайная дипломатия» — Харбин, 1937, с. 313–314).

Масонская идеология в начале XX века пустила настолько глубокие корни в среде российской интеллигенции, что даже знаменитый большевистский террор 1920-х гг. оказался не в состоянии сразу уничтожить её быстрорастущую поросль. На сегодняшний день известно, по крайней мере, одиннадцать тайных масонских или полумасонских организаций, действовавших в 1920-е годы в СССР: «Единое трудовое братство», «Орден мартинистов», «Орден Св. Грааля», «Русское автономное масонство», «Воскресенье», «Хильфернак», «Космическая Академия наук», «Братство истинного служения», «Орден Света», «Орден Духа», «Орден тамплиеров и розенкрейцеров». Восемь первых из них располагались в Ленинграде. «Орден Света» объединял в своих рядах московских «братьев и сестер»».

426.

При этом И.В.Сталин прекрасно понимал, что он лишь лично перехватил руководство детищем масонства, руководимого «мировой закулисой», но не передал свой опыт кадровой базе, что было необходимо для будущего устойчивого управления в СССР. Победив в 1945 году на шестом приоритете обобщённого оружия марионетку «мировой закулисы» (нацистскую Германию), И.В.Сталин понимал, что впереди информационная война, к которой СССР был не вполне готов вследствие доминирования марксизма в системе воспитания и образования. Неоднозначность победы на шестом приоритете системы социализма, выстроенной изначально по «масонскому» принципу, для будущего была показана И.В.Сталиным назначением Парада Победы на 24 июня 1945 года — дату ежегодного праздника Иоаннова масонства.

427.

Сама же Вторая Мировая война (с обязательным нападением Германии на СССР) была начата для ликвидации власти сталинской верхушки с целью не свержения «социализма», а замены власти И.В.Сталина на власть масонов, которых И.В.Сталин умело отодвинул к 1937 году. После чего эксперимент с дальнейшей «социализацией» по-масонски должен был быть продолжен. Но Русская цивилизация оказалась сильнее гитлеровской армии и к концу войны «мировая закулиса» поняв, что победа ещё больше укрепит сталинский режим, стала искать другие способы убрать И.В.Сталина от управления. Началась «холодная» война.

428.

Что показал неудавшийся опыт объединения Европы под властью католической церкви с помощью военно-церковных орденов.

429.

После середины XX века роль бунтовщиков взяла на себя цивилизация исторического ислама, где социальное расслоение людей усугубляется непомерно высокой рождаемостью. «Мировая закулиса» обратила свои взоры на будущих потенциальных «революционеров» и попыталась в конце XX века употребить их революционный потенциал против стран капиталистического Запада и капиталистической России — поскольку исторический ислам «шатмпует» людей типа «зомби», их легко организовать на революционную борьбу, нужно только найти «справедливый» повод. Так что масонство в этой второй попытке ликвидации лагеря капитализма послано «разводить» лидеров исторического ислама на революционную борьбу.

430.

Возможно что такого рода самоуничтожение мы наблюдаем на примере очередной агрессии Израиля на территорию Ливана (июль 2006 года) — какие бы цели не преследовали организаторы этой провокации.

431.

Самая крупная попытка котоой была организована извне в октябре 1993 года.

432.

Во всяком случае на низших ступенях посвящения «менталитет» (тип строя психики) должен соответствовать «зомби», после чего по мере поднятия в иерархии за счёт расширения доступа к управленческой информации масону дозволено «освоить» некоторые навыки «демона» в отведённой для него сфере управления.

433.

Сюда же можно включить и неудачу конца XX — начала XXI вв. повторной попытки «мировой закулисы» с помощью того, что сейчас называется масонами, построения на базе осколков государственности СССР (и прежде всего — России) работоспособного аналога толпо-«элитарной» системы масонского типа. Причём такая по-пытка продолжается до сих пор в алгоритме аналогичном тому, что масоны проводили в России в конце XIX — начале XX вв. Это — нагнетание революционной ситуации, после как бы победы капиталистов в России (август 1991 года), как бы во имя социальной справедливости.

434.

А вообще Интернету уже более 35-ти лет.

435.

Решили допустить Ельцина и капитализм, чтобы быстро его свернуть в пользу возвращения «социализма»: но не получается вот уже десять лет.

436.

А поскольку преемник Б.Н.Ельцина у них ассоциируется по-прежнему с «семьёй», то последствия конфликта конца 1980-х гг. лож Старого и Нового света по поводу осуществления ими своей власти в России сказываются и на отношении к режиму, олицетворяемому В.В.Путиным, по обе стороны Атлантического океана.

437.

Спустя десяток лет после того, как стал ясен крах «соцлагеря», а раскол в верхушке толпо-«элитарной» пирамиды обнажился борьбой англиканской церкви и франкмасонов. То есть, выход в свет романа «Священная кровь и священный Грааль» и «Кода да Винчи» — дело рук последователей «социалистического» сценария глобализации, названных в романе «Храм и ложа» франкмасонами.

438.

После второй неудачной попытки «социализировать» мир до рубежа эпох.

439.

В октябре 2005 г. М.Бейджент и Р.Ли подали в суд на Д.Брауна за то, что в основу сюжета его романа легла легенда о Граале, описанная ими в книге «Священная кровь и священный Грааль». Интересно также, что в самом романе «Код да Винчи» книга «Священная кровь и священный Грааль» упоминается среди книг о Граале в домашней библиотеке персонажа сэра Ли Тибинга (Leigh Teabing), чьё имя по мнению СМИ является анаграммой (перестановкой в слове букв, образующих другое слово) фамилий авторов «Священной крови…» Ричарда Ли (Richard Leigh) и Майкла Бейджента (Michael Baigent). Также М.Бейджент и Р.Ли утверждают, что физическое увечье Ли Тибинга списано с третьего автора «Священной крови…» — Генри Линкольна.

«Код да Винчи» стал одним из наиболее популярных романов в мире. Книга Д.Брауна переведена на 44 языка, а её тираж превысил 40 млн экземпляров. Одноимённый фильм посмотрело ещё большее количество людей.

440.

Согласно роману, история Приората Сиона следующая:

«— Братство Приорат Сиона было основано в Иерусалиме в 1099 году французским королем по имени Годфруа де Буйон сразу после того, как его войска захватили город».

То есть, это древний орден, каких «мировая закулиса» насоздавала немало, и который возглавляется посвящёнными иудеями — периферией «мировой закулисы». Поэтому название «Приорат Сиона» — вывеска, выбранная в фильме и романе под которой скрывается одна из множества исполнительных структур «мировой закулисы».

441.

При этом главная ложь, разоблачение которой особо важно людям для выхода в праведное богословие — сокрытие того, что Христос избежал казни, поскольку Бог оберегает праведников в любых обстоятельствах — так и останется для толпы. И лишь в Коране об этом можно прочесть, но Коран предполагалось возвести в ряд религиозных «предрассудков» и предать забвению, поскольку страны исторического ислама тоже подлежали «социализации» по-масонски.

442.

Главный герой фильма «Код да Винчи» профессор Роберт Лэнгтон выполняет роль охранника «святой крови», что в древности якобы делали рыцари, хранившие тайну «Святого Грааля».

443.

Положительный анализ ДНК (даже если наследник липовый) — дело техники и вполне соответствует масштабам внутрисоциальной власти «мировой закулисы».

444.

Таким образом церковное «христианство» плавно перетекает в светский его аналог (одна библейская форма, церковная, сменяет другую — светскую) — «социализм» под руководством наследника Христа «царской крови». И обосновать есть чем: Христос порицал стяжательство и тому подобное. В общем всю Нагорную проповедь Христа можно смело было брать и переделывать под новые условия.

445.

Реплика одного из идейных сторонников-«зомби» (Ли Тибинга), работающего на раскрытие «тайны Грааля» из фильма «Код да Винчи» следующая:

«Роберт, Роберт, как Вы только могли?! Как Вы могли, Роберт?! Уничтожить залог нашей свободы! Лишить всех пилигримов возможности поклониться останкам Магдалины».

446.

Иудеям даже предоставили возможность собраться на земле, которую им давно обещали: созданию Израиля (1948 г.) предшествовала декларация Бальфура (1916 год). Теперь же, в 2006 году «Святая земля» буквально горит под ногами «богоизбранного народа», и всё потому, что сценарий провалился.

447.

В настоящее время это «лишние люди» в странах исторического ислама п другого Востока — униженные капиталистами и угнетённые своими «богатыми» верхушками.

448.

Сэр Лью Тибинг (в фильме Ли) — «член Королевского исторического общества», «специалист по истории Грааля, помешанный на легенде о Приорате; англичанин, но живёт во Франции».

449.

Один из них как бы «сам по себе» — отступник (согласно фильму) как от дисциплины Приората Сиона, так и от замысла католического ордена, которому он лживо присягнул, добиваясь огласки обмана. Второй (Роберт) — «рыцарь», охраняющий современную «царскую кровь» (Софи Невё), то есть, «зомби» исполнитель. Третья — сама «царская кровь».

Фильм заканчивается тем, что отступник «Ли Тибинг» взят под стражу, а остальные двое — подчиняются дисциплине «Приората Сиона», сработав на «Приорат». Но это — лишь сюжетная линия фильма. Важно другое: выход фильма на мировые экраны — равносилен объявлению об обмане, о котором мечтал Ли Тибинг. То есть, фильм сделал дело, о котором мечтали «социалисты»: церковь посрамлена, а «Приорат Сиона» — «на белом коне».

Отступникам же от дисциплины «мировой закулисы» всегда было скорое наказание, что и показано в фильме — как судьба Ли Тибинга, благонамеренно сделавшего всю «черновую работу» за «социалистов».

450.

В фильме это прозвучало из уст персонажа, «помешанного на тайне Грааля». Но в романе нет такого утверждения: этим фильм получился гораздо более откровеннее романа.

451.

В современности основная война идёт на уровне информационного воздействия на толпу в первую очередь, а затем уже — на уровне тайных масонских лож и заговоров. В принципе такой фильм-заказ могла поставить и никому не известная студия, распространив его на весь мир на базе частных исследований (либо подброшенной информации): не надо прибегать к помощи масонства. В частности на это намекает положение по отношению к масонству героя фильма Ли, который всего лишь «специалист по истории Грааля, помешанный на легенде о Приорате». Но именно он и способствовал раскрытию самой древней тайны:

«Тибинг обратился в эту корпорацию с предложением снять документальный сериал об истории чаши Грааля. Он собирался выступить там ведущим и был уверен, что тема вызовет самый широкий интерес у зрителей. Продюсерам Би-би-си понравился проект, они с почтением относились к самому Тибингу, его исследованиям и репутации в научном мире. Однако было одно «но»: они всерьез опасались, что концепция Тибинга носит слишком шокирующий характер, что обычным зрителям воспринимать её будет сложно и всё это негативно отразится на репутации компании, славившейся своими добротными документальными программами» — цитата из романа «Код да Винчи».

452.

Которая по сюжету находится на площади Парижа под пирамидой.

453.

Цитаты из романа:

«— Поверьте, Софи, Лью Тибинг знает о Граале и Приорате Сиона больше, чем любой другой человек в мире.

— Больше, чем мой дед? — недоверчиво спросила Софи.

— Я имел в виду, больше, чем любой человек вне братства.

— А почему вы так уверены, что Тибинг не член братства?

…

— Сэр Тибинг — человек не простой. Был посвящен в рыцари самой королевой за особые заслуги перед двором. Он составил наиболее полное описание дома Йорков.

— Вы шутите? — воскликнула Софи. — Так мы едем в гости к рыцарю?

Лэнгдон улыбнулся краешками губ: Мы едем расследовать историю с Граалем, Софи. Кто в этом деле поможет лучше рыцаря?».

454.

Браун — коричневый или цвет фашизма…

455.

При этом сюжетная линия романа (в большей мере) и фильма (в меньшей мере) выстроена на превознесении женского начала. В этой связи в романе приводится параллель между древним ритуалом «Хиерос гамос», который якобы выполнялся жрецами Египта и «Приоратом Сиона», как периферией древнеегипетского «жречества»:

«Церемония называется Хиерос гамос, — тихо произнес он. — Очень старый ритуал, ему свыше двух тысяч лет. Египетские священнослужители и жрицы регулярно проводили эту церемонию, восславляющую детородную силу женщины. — Он умолк, подался еще ближе к Софи и добавил: — И если вы действительно стали свидетельницей Хиерос гамос, не будучи специально подготовленной, не понимая ее значения, тогда — да, я могу понять, какое это вызвало потрясение».

В действительности та сцена, которая описана в романе — групповой секс, замешанный на масонских ритуалах. Но преподнесено это всё, как «божественное соприкосновение людей во время секса»:

«— И далее он объяснил: то, что показалось Софи сексуальным ритуалом, на самом деле не имело ничего общего с эротикой. Это был духовный акт. Ведь с исторической точки зрения совокупление было тем актом, через который мужчина и женщина познают Бога. Древние считали мужчину созданием духовно несовершенным до тех пор, пока он не прошел через плотское познание священного женского начала. Физическое слияние с женщиной было единственным способом сделать мужчину совершенным с духовной точки зрения, помогало ему овладеть «гносисом», то есть знанием божественного. Со времен Исиды сексуальные ритуалы считались для мужчины единственным мостиком между землей и небесами. — Совокупляясь с женщиной, — сказал Лэнгдон, — мужчина достигал такого состояния, при котором сознание оставляло его. И тогда он мог видеть Бога».

Такая вот подготовка приучать толпу к возведению матриархального начала в ранг «божесвтенного».

Мало того трактовка древних символов (в первую очередь шестиконечной иудейской завезды) преподнесена с точки зрения «гармоничного сочетания мужского и женского начал» — что являестя уводом общественного мнения от опасности иудаизма и «сионизма», а также неоправданным облагораживанием самого «Сиона», якобы издревле сочетающего в себе гармонию мужчин и женщин (в отличие от «гоев»).

456.

Самое позднее с момента начала «холодной войны» между СССР и США.

457.

Именно кланы и мафии, «стихийно» сформировавшиеся на волне «перестройки» мешают государственной верхушке России своей коррупционно-бюрократической оккупацией — строить «суверенную демократию». Поскольку кланы и мафии безразличны к судьбе страны: им важен финансовый «навар» и в этом стремлении они вступают в сговор с международной интернацистской агентурой, если видят выгоду для себя.

458.

Одним из примеров может служить Россия. При этом российская периферия «мировой закулисы» усиленно вербует это национальное «супермасонство» в свою глобальную систему, обещая ему место в «Золотой пирамиде».

459.

Что не свойственно всем разновидностям ведически-знахарской культуры.

460.

«Умом Россию не понять, аршином общим не измерить».

461.

«Маастрихтские соглашения», положившие начало строительству Европы, объединяющей в общей культуре все её народы — конец XX века. Аналогичный процесс в Русской цивилизации, если считать по минимуму от взятия Казани Иваном Грозным, протекает более 500 лет. Но даже в начале XXI века Европа так и не смогла объединиться под общей Европейской конституцией: это объединение провалилось в 2005 году.

462.

И это в общем-то соответствует кораническому: «Да, Мы поражаем истиной ложь, и она её раздробляет, и вот — та исчезает, и вам — горе от того, что вы приписываете» (Коран, 21:18(18)).

463.

Даты по разным источникам разнятся: называются 825 и 922 годы.

464.

Такого рода пророки появлялись в тех региональных цивилизациях, где толпа людей своим свободным от прямых «пророческих» вмешательств Свыше мировосприятием не могла постигать истину Божию и уклонилась до границ Божиего попущения. В таких местах пророк вынужден был вещать на толпу, организуя её первоначально будто стадо, потерявшее всякую ориентацию в пространстве.

На Руси такого прямого вмешательства Свыше не требовалось.

465.

Имеется в виду церковный бред об искуплении грехов Иисусом Христом за всех надолго вперёд и отпущением грехов церковью — что воспитывает в людях безответственность перед своими мыслями и поступками, немощи и нежелание благоустраивать Землю по Божески.

466.

В этом Ф.Косой заблуждался, пребывая отчасти в духе материализма, куда его, видимо, качнуло от неприемлемости библейского «Бога». Но всё же поклонение символу голгофы, на которой согласно библейским рассказам, бал распят праведник (а равно и возведение креста в ранг главных фетишей библейского христианства) — равносильно поклонению Сатане: разве это не так?

467.

Выражение «ненавидеть» к Богу не подходит: Бог может лишь Любить. Ненависть — порождение чисто земных человекообразных.

468.

Здесь тоже Ф.Косой неправ, поскольку следует библейской логике о том, что Иисус — сын Бога. Но в общем его рассуждения очень интересны в контексте понимания русского богословия, отрицающего библейское идолопоклонничество.

469.

Жирным выделено высказывание Ф.Подшивалова.

470.

Этот абзац, выделенный жирным — высказывание Ф.Подшивалова.

471.

Что нужно понимать: «все законы взяты из Библии». Ошибка многих русских свободно мыслящих людей в том, что они вместе с церковью зачастую ругают и Христа: это — следствие эмоционального неразличения исторически существовавшего Христа и его миссии и библейского Христа. Видя в библейском Христе проявления сатанизма, русские мыслители неправильно переносят эти качества на исторического Христа. Эту ошибку не обошёл и Ф.Подшивалов.

472.

Рай и ад и вся библейская путаница выдумана не Иисусом, а «мировой закулисой».

473.

Языческое дохристианское многобожие не пережито до конца Ф.Подшиваловым.

474.

Текст в скобках добавлен по аудиозаписи постановки оперы.

475.

Далее текст выделен курсивом нами при цитировании. Это — концентрированное выражение богословия Русской цивилизации.

476.

«Стрелся» — это диалектное простонародное слово, эквивалентное «встретился».

Кроме того, «стрел м. вост. пострел, нечистый, диавол. Стрел тебя возьми! Стрел всё побери! ‹…› Стрелить, сев. ринуться, кинуться опрометью, побежать» («Словарь живого великорусского языка» В.И.Даля). Это значение в контексте либретто не главное, но допускает возможность того, что тот, «кто стрелся» не только встречный, но и заблудший.

477.

Желательно её переосмыслить каждому целиком, мы же привели только один из самых значимых фрагментов…

478.

Реплики из рецензий того времени (1907 г.).

479.

М.М.Пришвин много путешествовал и общался с так называемыми «сектантами», после чего он составил эту книгу.

480.

Обстоятельное рассмотрение Русского богословия, нашедшего выражение в этом произведении, см. в материалах Концепции общественной безопасности на сайте vodaspb.ru книгу ««Мастер и Маргарита»: гимн демонизму? либо Евангелие беззаветной веры».

481.

Отсюда же и сатанизм, собирающийся в сатанинский эгрегор, который путают с мифическим Сатаной.

482.

«Нет на вас греха, в чём вы ошиблись, а только в том, что замышляли ваши сердца. Бог — прощающий, милосердный!» (Коран, 33:5).

483.

«Да, Мы поражаем истиной ложь, и она её раздробляет, и вот — та исчезает, и вам — горе от того, что вы приписываете ‹ложного к Откровениям: наше пояснение при цитировании›» (Коран, 21:18(18)).

484.

То есть к вопросам человека приводит Бог: задача человека — не испугаться, выявить вопрос и дать ответ на него.

485.

Для сопоставления: в англоязычном описании жизни «truth» — и «истина», и «правда»; «justice» — «справедливость», «правосудие», «оправдание»; «righteousness» — «праведность». То есть грамматически это не однокоренные слова, вследствие чего справедливость, праведность и правда связываются друг с другом дополнительными языковыми средствами, а сам язык допускает возможность некой «справедливости» помимо Правды-Истины.

486.

Собственно этим мы и занимаемся, развивая сравнительное богословие.

487.

В этой связи для справки:

· В переводе Корана И.Ю.Крачковского слово «стыд» и однокоренные с ним встречаются всего три раза, а слово «геенна» встречается более шестидесяти раз (далее мы сбились со счёта).

· В синодальном переводе Библии слово «геенна» встречается около 20 раз, хотя Библия раза в три толще переводов Корана, а слово «стыд» и однокоренные с ним содержатся в гораздо большем количестве, чем в Коране слово «геенна»: мы прервали счёт слова «стыд» в синодальном переводе примерно на 70-ти в Ветхом Завете, а кроме того слово «стыд» и однокоренные с ним встречаются около 20 раз в Новом Завете.

488.

Хотя с этой оценкой не согласятся все те, кто только и умеет, что проектировать и строить различные ядерные установки, и кормится от этого вида злодейства; те, кому слабо порвать с ним, выступить против него и освоить какую-либо иную полезную (или хотя бы менее вредную) для окружающих и потомков профессию.

489.

Рок-опера «Иисус Христос — суперзвезда» — наиболее ошалелое выражение такого рода имиджмейкерства — западная альтернатива «Мастеру и Маргарите».

490.

А что, если в истинном Предопределении есть место и пришествию «товарища Сухова», который возжелает «помучиться», после чего геенне и её обслуживающему персоналу мало не покажется, и вопрос о бытии геенны будет закрыт раз и навсегда?

491.

««Пусть верующие не берут себе близкими неверных помимо верующих. А кто сделает это, у того с Богом нет ничего общего, если вы только не будете опасаться их страхом. Бог предостерегает вас от самого Себя, и к Богу — возвращение». (29). Скажи: «Если вы скроете то, что в душах, или откроете это, узнает Бог: ведь Он знает то, что в небесах и что на земле. Бог над всякой вещью мощен!»» (Коран, сура 3:27(28)).

492.

«17(15). Поклоняйтесь же, чему желаете, помимо Него! Скажи: «Поистине, потерпевшие убыток — те, которые нанесли убыток самим себе и своим семьям в день воскресения. О, вот это — явный убыток! 18(16). Для них над ними навесы из огня и под ними навесы». Этим страшит Бог Своих рабов; о рабы Мои, бойтесь Меня!» (Коран, сура 39).

«Это только Сатана, который делает страшными своих близких. Но не бойтесь их, а бойтесь Меня, если вы верующие!» (Коран, 3: 169(175)), — последнее предложение человеку избрать один из двух видов страха. И спрашивается: есть ли разница в таком подходе к людям между Богом и Сатаной?

«Мы низвели Тору, в которой руководство и свет; судят по ней пророки, которые предались, тех, кто исповедует иудейство, а раввины и книжники — сообразно с тем, что им дано на хранение из писания Бога, и они — об этом исповедники. Не бойтесь же людей, а бойтесь Меня! И не покупайте за Мои знамения малую цену! А кто не судит по тому, что низвел Бог, то это — неверные» (Коран, 3:48(44)).

И подобное в Коране встречается многократно.

493.

Демон столкнулся с отпором своим притязаниям на душу Тамары:

«Исчезни, мрачный дух сомненья! / — Посланник Неба отвечал: — / Довольно ты торжествовал; / Но час суда теперь настал — / И благо Божие решенье! / Дни испытания прошли; / С одеждой бренною земли / Оковы зла с неё ниспали. / Узнай! Давно мы её ждали…».

Но в этом провозглашении милости к падшим нет и тени покорности демоническим притязаниям на власть над людьми, что можно понять из лермонтовской же «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова». Русский человек принимает на себя обязанность пресечь демонизм своею волей вопреки всей практике действующих социальных институтов и отвечать за это только непосредственно перед Богом:

«Как возговорил православный царь: / «Отвечай мне по правде, по совести, / Вольной волею или нехотя / Ты убил насмерть мово верного слугу, / Мово лучшего бойца Кирибеевича?» // «Я скажу тебе, православный царь: / Я убил его вольной волею, / А за что, про что — не скажу тебе, / Скажу только Богу единому…»».

И без принятия на себя такого рода обязанности перед Богом нет места русскости в душе человека.

494.

Слово «нутреная» — производное от «нутро».

«НУТРО ср. нутр м. нутрина, нутреносоть, нутрь ж. внутренность, внутренняя часть чего; внутри либо в глубине находящийся; недро, полость в чём-либо, простор, пространство, в чём-либо заключенное; противоп. наружное, наружность, внешность (…) Нутро человека, душа его, духовный человек, невидимая сущность его. Это дело мне по нутру, нравно, нравится, по вкусу, приятно. Возрожденный нутром своим, обновленный, духовный свет познавший» («Словарь живого великорусского языка» В.И.Даля).

495.

Эгрегориалным наваждениям, комплексам ущербно сформированной нечеловечной психики.

Доктрины рая и ада формируют мировоззрения трусов: боятся сначала Бога, а затем и людей. Поэтому все «христиане» и «мусульмане» потенциальные трусы: они приучены бояться отражения своей неправедности в трудностях земной жизни (поэтому и вооружаются) и именно поэтому самые «зомбированные» из них ждут повода поскорее покончить жизнь при возможности «попасть в рай».

496.

Но с таким отношением к Жизни и всем людям эзотерические субкультуры толпо-«элитарного» общества в целом и их представители персонально (в их большинстве) согласиться не могут.

497.

Слово «овладение» подразумевает завершённость процесса; слово «овладевания» подразумевает незавершённость текущего процесса.

Книга 5.

Часть III. Религиозные и идеологические системы (Продолжение).

3.4. Религиозные системы «ведического» Востока: ведически-магическая культура.

Предыдущей книгой мы закончили анализ крупнейших религиозных и идеологических систем, на основе которых происходит управление обществами, общественными отношениями, самоуправление той части населения земного шара, которую можно назвать «людьми западной концепции». На базе рассмотренных религиозно-идеологических систем тысячелетиями складывалась Западная региональная цивилизация, ставшая к настоящему времени такой, какой мы её знаем. Однако, как мы уже неоднократно говорили, сама Западная региональная цивилизация начала складываться (под контролем «мировой закулисы») на базе ряда национально-государственных религиозных систем, изначально базирующихся в регионах древнего Востока. Когда-то возникли религиозные системы Древнего Междуречья, Древнего Египта, Древних Сирии, Финикии, Палестины, Древней Греции и прочие. А уже на базе религиозной системы Древней Греции была создана религиозная система Древнего Рима — после которой в римской национально-государственной религиозной системе возникло первое библейское христианство, положившее начало современному Западу.

Начиная с античной Греции (V век до н. э.), изначально впитавшей в себя многочисленные религиозные культы классического древнего Востока, в том числе и Ближнего Востока, которые накрепко переплелись с древними мифами, берущими своё начало от Атлантиды — в мире возникли две социально-идейные системы, известные как: Восток (неевропейская система) и Запад (европейская система). Напомним, что возрождение архаичной культуры Древней Греции после эпохи «Великой колонизации» (VIII–VI вв. до н. э.) хронологически совпадает с началом рассеяния евреев и становлением иудейских диаспор. То есть, древнегреческую культуру и иудаизм развивали параллельно — как взаимно вложенные религиозные системы, соответственно для толпы и для мировой «элиты». Во времена Александра Македонского эту двойную культурную среду удалось быстро распространить на ряд стран классического древнего Востока, Азии и Африки. Это Персия, Месопотамия, Египет, Индия. Внезапная смерть Александра Македонского прервала распространение его империи на этапе вторжения в Аравию. После чего эксперимент по созданию следующей толпо-«элитарной» цивилизации под управлением иудеев и их хозяев был ограничен вначале дееспособностью императоров Римской империи, а затем распространением исторического ислама — с территории Аравийского полуострова, завоевание которого и было прервано внезапной смертью Александра Македонского.[1].

В общем устойчивого толпо-«элитарного» единства у «мировой закулисы» так и не получилось за 3000 лет постоянных попыток его воспроизводства из разных мировых центров под разными религиозно-идеологическими вывесками на стартовой базе разных региональных цивилизаций. В результате в ряде регионов мира помимо цивилизации исторически сложившегося ислама, библейской Западной цивилизации (Западная Европа и США), Русской региональной цивилизации — религиозные системы которых мы уже рассмотрели — сохранились очаги древних цивилизаций, которые с глубокой древности до последнего времени (последних ста лет) оставались практически неизменными в религиозном плане (по сравнению с быстро развивающимся Западом и странами исторического ислама). На базе древних культур сложились региональные цивилизации ведического Востока (такие, какими мы их знаем): Индия, Китай, Япония и другие, которые до последнего времени не были серьёзно поражены библейской культурой и оставались самобытными. Религиозные системы, представленные в этих региональных цивилизация, если и влияли на становление современной Западной цивилизации и Русской цивилизации, то — в гораздо меньшей мере, чем культура древнего Египта, древней Греции и древнего Рима, библейское «христианство» и иудаизм. Поэтому мы пренебрегли их рассмотрением, оставив их напоследок — и будем рассматривать их в основном как отдельные религиозные системы ведического Востока.

В то же время пока осталась без рассмотрения религиозная система зороастризма, которая оказала решающее влияние на организацию содержания систем иудаизма, библейского христианства и исторического ислама. Мы ссылались на зороастризм по необходимости в предыдущих книгах курса, но пока не рассматривали эту религиозную систему более подробно, чтобы не нарушать порядок сравнения содержания религиозных систем — с позиции известного о каждой из них отдельно. Но в этой книге мы рассмотрим три «авраамические» религиозные системы (иудаизм, христианство, ислам) с позиции их соответствия древним индоиранским религиозным представлениям.

Мы назвали культуру стран ведического Востока ведически-магической культурой, являющейся разновидностью ведически-знахарской культуры, указав, что на Западе доминирует своекорыстно-мистерическая магическая составляющая ведически знахарской культуры, а на Востоке доминирует ведически-кастовая составляющая.[2].

Ведически-кастовая магия (в основном практиковалась и практикуется в странах ведического Востока) — основана на практическом расширении уровня сознания, с помощью чего отдельными людьми достигается более высокий уровень возможностей выживания в разных условиях (вплоть до разнообразных чудес Востока). Способность к расширению уровня своего сознания передаётся от учителя к ученикам, что изначально ограничивает круг посвящённых в восточные психологические практики. Сформировавшаяся в ведически-кастовой магии и культуре в течение нескольких тысяч лет система упражнений разного назначения позволяет достичь определённых, заранее предсказуемых результатов в расширении поведенческих, «мистических» возможностей человека. Этот тип магии породил иерархическую организованность населения в устойчивых (до последнего времени) цивилизациях Востока и существует, воспроизводя себя в разных формах, сквозь катастрофы — природные и государственные. В такого рода культуре-магии искажается естественная для людей связь с Богом через душу, совесть и судьбу. Вместо последнего люди осваивают психологические навыки, изменяя свой коллективный духовный мир «под себя» — без разбора и осмысления: что объективно хорошо, а что плохо. Таковы религиозные системы Индии, Китая, Японии.

В то же время древнеиранскую религиозную систему (зороастризм) нельзя полностью отнести к ведически-кастовой магии: в ней много того, что присуще своекорыстно-мистерической магии — которой более подвержены религиозные системы более позднего Запада.

Если говорить ещё шире, то ведически-кастовая магия становится своекорыстно-мистерической тогда, когда в религиозной системе выделяется некая корпорация, стремящаяся осознанно сконцентрировать у себя власть с помощью хорошего овладения эгрегориальной магией на базе развития личностных «духовных» навыков с помощью системы посвящений. Если в какой-либо касте выделяется клан людей, обладающих особыми магическими способностями, этот клан может постепенно подмять под себя всех остальных, создав сперва иерархию по умолчанию (на базе своих «духовных» возможностей), а затем со временем превратив её в иерархию по посвящению.

Иерархии по умолчанию наследует ведически-кастовая магия. А иерархии по посвящению — своекорыстно-мистерическая. Древнейшие религиозные культуры ведического Востока изначально были представлены иерархией по умолчанию, которая изначально складывалась не по социальному статусу, а по «духовно»-мистическим способностям. Но по мере образования устойчивых каст, переход из одной касты в другую становился всё более сложным: для людей из низших каст допуск в высшие был закрыт, а значит, была закрыта и система «духовных» посвящений. С этого момента внутри самих каст магию можно называть ведически-кастовой, а в отношении иерархии каст сложилась своекорыстно-мистерическая магия. Запад же представлен гораздо более динамичной (по сравнению с ведическим Востоком) иерархией по посвящению — в первую очередь — где любая иерархия по умолчанию признаётся «опасной» и «неконтролируемой» и подавляется посвящениями (за исключением иерархии по умолчанию, восходящей к «мировой закулисе» и известной лишь узкому международному клану).

Короче говоря, на Западелюбая крупная нелегитимная иерархия по умолчанию признаётся с позиций властных иерархий «преступной», в то время как на ведическом Востоке естественно складывающуюся иерархию по умолчанию другие иерархии как правило не подавляли, а стремились постепенно поставить её на определённое для неё место в сложившейся «духовной» и сословно-кастовой системе Востока (и соответственно в общей эгрегориальной иерархии). В результате чего, даже могла образоваться соответствующая каста, занимающая определённое место в кастовой иерархии по посвящению. Именно поэтому региональные цивилизации ведического Востока со стороны выглядят как «ненапряжённо сложившиеся» — как бы согласно «духовным» способностям людей, в то время как западные региональные цивилизации считаются «государственно-тираническими». В действительности, тирании, пронизывающей все ступени толпо-«элитарной» иерархии хватает как на Западе, так и на Востоке: только на Западе тирания наступательно (агрессивно) — захватническая, а на Востоке наступательно (агрессивно) — вписывающая.

В восточных практиках ведически-кастовой магии считается хорошо то, от чего люди получают максимальное «духовное» удовлетворение, в частности — от медитации. Но при этом они не задумываются над социальными последствиями такого рода удовольствий,[3] поскольку социальные последствия им наглядно не увидеть, как то происходит в Западной цивилизации, где социальные последствия можно «пощупать руками» (ощутить и увидеть явно). Лишь бурное развитие технократии в XX–XXI вв., которое наряду с Западом стал поддерживать и развивать ведический Восток, позволило наглядно показать социальные последствия наложения технократии на «духовность» древних культур ведического Востока — выявив их тираническую, античеловеческую тупиковую сущность. Примерами этому являются такие государства как Северная Корея, Китай, Япония, Индия. «Духовные» удовольствия по мере развития технократии на Востоке стали плавно «перетекать» в «вещественные удобства», что было изначально свойственно культуре Запада. Япония в этом отношении обогнала все древние цивилизации ведического Востока. На базе бурного развития технократии в конце XX века как бы объединились два древнейших толпо-«элитаризма» (западный и восточный), обнажив свою общую тираническую сущность, происходящую в нашей глобальной цивилизации от общего атлантического начала.

3.4.1. Религиозная система древнего Ирана.

Зороастризм — религиозная система древних иранцев. Сложилась в стороне от главных центров ближневосточной цивилизации и по характеру заметно отличалась от религиозных систем Месопотамии и Египта. Зороастризм восходит к древнейшим верованиям индоевропейских народов — тех самых, расселение которых с их гипотетической прародины (районы Причерноморья и Прикаспия) на запад, юг и восток на рубеже III–II и в первой половине II тыс. до н. э. дало толчок возникновению ряда древних цивилизаций (древнегреческой, иранской, индийской) и оказало немалое воздействие на развитие других очагов мировой культуры вплоть до Китая.

Религия древних «индоиранцев» до Заратуштры.

Предками древних иранцев считаются протоиндоиранские (которых некоторые называют арийскими), вероятно, полукочевые племена, обитавшие (по общепринятой гипотезе) в южнорусских степях и к востоку от Волги. Многие исследователи древности считают, что местом первоначального обитания этих племён было пространство от Дуная до Урала.

Также общепринято считать, что предки иранцев и индийцев-индоариев составившие один «народ», который называют протоиндоиранцами, являются ветвью индоевропейской семьи. Они и жили, как полагают, тем, что разводили скот в южнорусских степях и к востоку от Волги. Вероятно, они были полукочевниками и пасли коров, овец и коз с помощью собак на сравнительно небольших участках рядом с поселениями (в то время лошадь ещё не была одомашнена). Их общество делилось на две главные группы (касты): жрецы-священнослужители и пастухи-воины (последние могли быть и охотниками). Условия степной жизни мало способствовали развитию и изменениям жизненного уклада. В течение столетий устойчивого, неизменного образа жизни, начиная, видимо, с IV–III тысячелетий до н. э., протоиндоиранцы сформировали такую стойкую религиозную традицию (религиозную систему), что её основа сохранилась до наших дней у их потомков — брахманов Индии, «жрецов»[4] местных культов в Иране, а позднее — в зороастризме в целом.

При каких исторических обстоятельствах не сложилась бы религиозная система древних протоиндоиранцев, будь то действительно переселение ариев из погибшей Арктиды (по широко известной версии происхождения якобы арийской культуры, которую исповедуют современные «ведисты»), либо как-то иначе — но религиозные системы доисламского Ирана (зороастризм) и практически все разновидности индуизма основаны на этой религиозной системе. Она же являлась изначальной мировоззренческой основой формирования устойчивой кастовой системы в региональных цивилизациях доисламского Ирана и Индии. Причём в Индии кастовая система сохраняется до сих пор.

Напомним, что вполне вероятное происхождение проторусской цивилизации — выделением её на определённом историческом этапе (несколько тысяч лет до н. э.) от ариев (либо протоиндоиранцев) — не означает последующего мировоззренческого единства, представленного религиозными системами ведических индоиранцев и проторусской региональной цивилизации. При внешней похожести некоторых верований и ритуалов проторусская цивилизация ещё в доисторическую эпоху изжила кастовость и перешла к общинному образу жизни (сохранив навыки культуры общинной магии), а «индоиранцы» так и остались жить в кастовой социальной системе. Многие же сторонники «ведических» традиций в России обращаются к возможно общим древнейшим истокам возникновения обеих цивилизаций (Русской и индоиранской) и, сравнивая внешнюю сторону ритуалов и обрядов, не замечают разницы содержаний этих двух религиозных систем — после выделения проторусской религиозной системы из ведической системы протоиндоиранской общности.

Протоиндоиранская религиозная система представляла собой систему религиозного эгрегориального политеизма (многобожия), сложившуюся на рубеже эпохи перехода от культуры общинной магии к ведически-магической культуре, оформившейся в единую стройную религиозную систему пантеона при появлении первых национально-государственных образований. Скорее всего древний политеизм в протоиндоиранской общности племён возник вследствие обожествления людьми множества природных и астрономических явлений — как и в других древних национально-государственных религиозных системах, сложившихся после эпохи общинной магии. При этом на формирование протоиндоиранской религиозной системы по-видимому не оказали решающего влияния атлантические мифы — как то можно увидеть в древних религиозных системах египетского и месопотамского политеизмов.

Предположительно в начале III тысячелетия до н. э. «протоиндоиранцы» (общее название конгломерата[5] племён, представленных протоиндоиранской религиозной системой) разделились на две ветви — «индоарийскую» и «древнеиранскую», как их принято называть. В результате длительных миграций индоарийцы, двигаясь с севера, заселили значительную часть полуострова Индостан, а древние иранцы — территорию Иранского нагорья и некоторые примыкающие к ней районы. Начало распространения «арийских» племён на территорию Средней Азии, Ирана и Афганистана историки датируют по-разному. Большинство из них полагает, что иранцы появились там в первой половине II тысячелетия до н. э. Часть из них двигалась с севера на юг, вероятно, через Кавказ, а часть — восточнее Каспийского моря. Вступая в контакты с местным оседлым населением, иранцы (скотоводы в основном) заимствовали элементы его земледельческой культуры. А местное население усваивало язык пришельцев, который постепенно вытеснил местные языки и наречия. При этом, скорее всего, продвижение протоиранских племён по территории Ирана не носило характера завоеваний, оно было сравнительно мирным. В то же время на рубеже первого и второго тысячелетий до н. э. имелись массовые случаи набегов кочевых племён на оседлое население. С появлением в конце III тысячелетия до н. э. на территории Ирана колесницы, запряжённой лошадьми, прежняя спокойная кочевая жизнь уступила место новой — более беспокойной и опасной. Начался настоящий «героический век», когда вожди и их соратники отправлялись в походы на поиски добычи и славы, готовые совершать набеги на соседние племена и грабить иноземные селения. В это время и появился Заратуштра — который искал смысл беспокойной жизни человека и стремился прекратить вражду и набеги с грабежами.

Вероятно к IX в. до н. э. весьма многочисленное ираноязычное население всё же оказалось в зависимости от государственно-политических образований, созданных старым местным населением как на территории Ирана, так и в соседних странах — Ассирии и Урарту. В общем, можно предположить сравнительно мирное взаимопроникновение культур пришельцев и местного населения (несмотря на эпизодические грабежи кочевников), в результате которого административное устройство оставалось прежним, а религиозная система и язык пришельцев постепенно завоёвывали решающие позиции. В результате древние иранцы наследовали систему политеизма протоиндоиранцев.

Религиозная система по всему была весьма миролюбивой и способствовала единению людей друг с другом, с силами природы, приносила людям внутреннее умиротворение, не способствовала вражде с соседями, но соответствовала обороноспособности и воинственности кочевого населения в случае агрессии против него.[6] На определённом этапе перехода от культуры общинной магии к ведически-магической культуре стала образовываться кастовость (иерархическое деление людей на группы, связанное с их происхождением) — скорее всего исходя из «надобности» изначального распределения обязанностей людей по их способностям (в том числе и магическим: вначале были две касты — жрецы и воины). Последнее со временем могло перерасти в образование «профессиональных» каст (пастухов, ремесленников, воинов, жрецов и пр.) с постепенным запретом перехода из одной касты в другую под предлогом «наилучшей передачи «профессиональных» навыков и знаний по горизонтали внутри каст и для сохранения генетической однородности каст».[7] В результате сложилась и закрепилась на тысячелетия устойчивая система «разделения труда» и социальное расслоение на «жречество», всевозможную «элиту» и стратифицированную рабочую массу — под благовидными предлогами и под покровом умиротворённой, благородной и красиво оформленной религиозной системы.

Древние иранцы, как и их предки протоиндоиранцы, поклонялись двум группам божеств в системе древнего эгрегориального политеизма. Первая группа — ахуры. Это были абстрактные божества, олицетворявшие этические социальные категории — справедливость, порядок и прочие. Вторая группа — даэвы (дэвы) — божества, связанные с силами природы и Космоса. Протоиндоиранцы обожествляли силы природы, например воду в облике богини Ардвисуры Анахиты. Особо важными и персонифицированными этическими категории уже в глубокой древности стали «светлые» божества Мазда (воплощение мудрости, правды) и Митра — воплощение договора, согласия, союза. Эти божества и понятия всё прочнее ассоциировались оседлой мирной жизнью.

Издревле почитался огонь — как огонь очага и как «посредник между людьми и богами в жертвоприношении», и как «животворящая сила солнца», и как «всеочищающее пламя».[8] По-видимому, одним из самых древних и главных индоиранских культов был культ «вечного огня».[9] Приношения огню и воде составляли основу ежедневного ритуала, который назывался «ясна» (у индоарийцев — «яджна») — от «яз»: «приносить жертву, поклоняться». Каждый из обрядов предназначался определённому божеству — огня, воды, неба, земли, Солнца, Луны, ветра и тому подобных. В общем, из явлений природы сотворили множество эгрегориальных культов, назвав эгрегоры «богами» — со всеми соответствующими этому эгрегориальными ритуалами политеизма: мы неоднократно рассматривали их механизмы и поэтому здесь не будем опять возвращаться к этому. Скажем только одно: «мировая закулиса» всегда учитывала и выделяла главные древнейшие эгрегориальные культы местного населения при насаждении в среду этого населения своего религиозного «единства» для толпы — так, чтобы новая религиозная система, подсунутая «закулисой», «естественно» вытекала из «родной» предшествующей религиозной системы. К некоторым главным культам иранского зороастризма это имеет прямое отношение, поскольку в конце I тысячелетия до н. э. из зороастризма, сформировавшегося на базе древних индоиранских религиозных культов, выделился митраизм, сыгравший не последнюю роль в становлении библейских культов.

Богом огня у древних иранцев был Митра, а богом воды — Варуна.[10] Оба они получили звание «ахура» (на санскрите — «асура»), что означает «бог, господин». Как видно, иерархия божеств в древней индоиранской системе сложилась очень давно, и в этой иерархии выделялись «главные боги» и «второстепенные». Существовали культы других божеств, олицетворявших абстрактные этические понятия: дружбу (Аирйаман), справедливость (Арштат), доблесть (Хамварэти), послушание (Сраоша), победу (Вэрэтрагна). Большинство богов пантеона представлялось в антропоморфном[11] облике, что позволяло создавать устойчивый общий образ того или иного «бога» по образу и подобию человека. Это облегчало людям их стремление в жизни подражать тому или иному «богу», достигая некоторых психологических идеалов с помощью эгрегориальной магии. Но был и весьма ограниченный спектр второстепенных божеств не антропоморфного вида — в основном животного. Постепенно среди богов «ахура» выделяется верховный Ахура-Мазда («Господь Мудрости»).

Древние иранцы верили, что мир делится на 7 областей-кругов, самый большой из которых находится в центре и населён людьми. Это представление соответствует семи сферам Земли.

Возвышение культа «очищения огнём» над другими «очищающими» культами являлось своеобразной постоянной борьбой с ритуальным осквернением людей. В ритуале очищения огнём социальные и философские понятия раздваивались: «свой — чужой», «благой — вредоносный», «чистый — скверный», «оседлый — кочевой», «мирный — воинственный» — и этому придавалось особое значение.

Скорее всего это примитивное однозначное определение и последующее деление (раздвоение) людей и явлений (с обязательным магическим социальным закреплением за каждым его эгрегориального статуса с помощью огненной и другой магии: своеобразное пожизненное социальное и духовное личное или даже родовое клеймо) явилось древнейшей основой восточного дуализма,[12] который был развит во времена Заратуштры. Впоследствии это закрепление определений людей и явлений могло настолько закостенеть и войти систему психических стереотипов, что стало работать без разбора, как «автоматические» культовые эгрегориальные тесты. Последнее же стало религиозной основой образования сословно-кастовой системы на ведическом Востоке. Ведические предки прарусов, отмежевавшись на определённом этапе от индоиранской общности племён, не стали догматизировать общие древние культы — но пользовались многими из тех же божеств (также как и культом огня) для обозначения природных и социальных явлений, но не для жёсткой градации людей по принципу восточного дуализма: древние руссы признавали за людьми социальное равенство. Одним из признаков догматизации веры древних иранцев и индийцев явилось более позднее появление в их среде «Священных Писаний», чего не наблюдается у древних руссов.

В ритуалах управлявшие ими «жрецы» — атраваны — часто употребляли (как в Иране, так и в Индии) опьяняющий напиток хаому, что лишний раз убеждает в доминировании бессознательной составляющей культовой эгрегориальной магии, восходящей к ритуалам позднего шаманизма.

В иранском древнем политеизме содержались зачатки нравственно-этических понятий, которые позднее вошли в зороастризм. Существовало понятие о законе естества и гармонии, как воплощении добродетели, «аша». Этому благодетельному началу противостояло зло — «друг»[13] (на санскрите — «друх»). Соответственно все люди делились на праведников («ашаван») и приверженцев зла («другвант»). Впоследствии восточный дуализм вошёл в библейскую концепцию, где тоже все люди разделены на праведников и грешников. Но вот в богословии Русской цивилизации все люди называются добрыми…

Возникновение зороастризма.

Заратуштра (в греческой и общеевропейской традиции — Зороастр, откуда и пошло название религиозной системы «зороастризм») считается древнеиранским «пророком». До реформы Заратуштры религиозная система Ирана была представлена обрядовыми культами, имевшими многие общие черты с ведическими культами Индии. Зороастризм более соответствует ведически-магической разновидности знахарской культуры и в его основе лежат древнеиранские «веды» — Авеста — считающиеся одним из древних восточных «Священных писаний», оставленным основателем религии.

«Пророк и реформатор» древнеиранской религии, как принято называть Заратуштру, жил в восточном Иране ориентировочно между X и первой половиной VI в. до н. э.[14] Основатель зороастризма, как считается в предании, составил древнейшую часть Авесты — Гаты (гимны). Осудив кровавые жертвоприношения и употребление хаомы, он предложил радикальное изменение пантеона богов, который принял монотеистический вид при ещё большем акценте дуалистических традиций. Новая религиозная система, после определённой эволюции, получила название зороастризма.

В отличие от ранних религиозных систем ближневосточного региона зороастризм относится к более позднему типу религий, основные идеи и принципы которых были, по преданию, сформулированы харизматическим пророком. Хронологически после Моисея Заратуштра считается первым «вероучителем-пророком» в религиозной традиции Ближнего Востока, т. е. там, где развитые религиозные системы (в первую очередь монотеизма) появились раньше всего. В дальнейших наших рассуждениях хронология появления зороастризма вслед за иудаизмом (либо даже где-то хронологически параллельно иудаизму) — будет очень важна.

В случае, если всё же зороастризм древнее иудаизма (ведь точных хронологических привязок рождения Заратуштры — в истории не имеется), то зороастризм можно считать самой древней «религией откровения» или религией «Священного Писания», поскольку Авеста для людей, исповедующих зороастризм, является «откровением Свыше», данным через «пророка».

Такой харизматический лидер, как Заратуштра, не мог не опираться на основные элементы религиозных традиций своих народов, а также и на всю информацию, приходившею извне и приносившею определённые сведения о религиозных системах, культах, обрядах и мифах других народов, преимущественно более «развитых и передовых».

О Заратуштре мы знаем по дошедшим до нас переводам древних текстов, Гатам — вдохновенным изречениям, многие из которых обращены непосредственно «к Богу». Практически все древние тексты Авесты восстановлены гораздо позже, чем период жизни «пророка». Известно, что Заратуштра происходил из бедного и незнатного рода Спитама, его отца звали Поурушаспа. Назвали будущего пророка именем, довольно распространённым: «Зар» — «золотой, жёлтый», «Уштра» — «верблюд». Получается «обладающий золотистыми (жёлтыми) верблюдами»,[15] либо другие варианты от сочетаний слов «владеть верблюдом».

О себе Заратуштра упоминает в Гатах как о заотаре — полноправном священнике. Постижение тайн жречества, обучение «священству» (в восточном понимании — учительству, навыкам духовного руководства для людей, чем руководило жречество в древнем Иране) начиналось в семь лет. Иранские племена в то время (рубеж второго-первого тысячелетий до н. э.) не знали письменности. Заратуштра заучивал наизусть основные обряды и положения веры, изречения мудрецов прошлого, а также учился искусству импровизации для создания молитв и обращений к божествам. С наступлением зрелости в пятнадцать лет, он стал «священнослужителем»-жрецом и мантран — сочинителем мантр.

Последующая жизнь Заратуштры, как гласит легенда, была наполнена поисками истины. Он скитался по миру, был свидетелем многих войн и жестокостей. Видя несправедливости мира и чувствуя своё бессилие, Заратуштра преисполнился стремлением установить божественный порядок, одинаковый для всех, как для сильных, так и для слабых. Однажды, во время одного из весенних праздников, когда Заратуштре было уже тридцать лет, он отправился за водой для приготовления хаомы. Заратуштра, пребывая в состоянии ритуальной чистоты, вышел на середину протоки, чтобы зачерпнуть чистой воды. Возвратившись на берег, согласно легенде, он увидел сияющее существо Воху-Мана (благой промысел), которое привело его к Ахура-Мазде и пяти излучающим свет персонам. В их присутствии Заратуштра не отбрасывал тени. Именно в этот момент от семи главных божеств он, согласно мифологии, и получил своё «откровение».

Существует очень интересный миф из Авесты о рождении Заратуштры, в котором его рождение показано не обычным: оно происходило с непременным вмешательством «Благого Духа», который, помимо родителей, тоже «принял участие» в появлении на свет ребёнка. Ниже мы помещаем отрывок из легенды о рождении Заратуштры[16] (заметьте при чтении, что алгоритмика рождения зороастрийского «пророка» очень напоминает алгоритмику рождения Иисуса Христа, вошедшую в Новый Завет; сноски в цитате — наши):

«Итак, фраваши, то есть душа Заратустры, существовала ещё в Эру Творения — за шесть тысяч лет до рождения пророка на земле, в семье Порушаспы и Дукдауб. И все эти шесть тысячелетий злые силы панически боялись появления лучезарного младенца, а потому сделали всё возможное, чтобы предотвратить гибельное для них событие.

…Жил в одном селении человек по имени Фрахимраван. Он женился, и жена его понесла. Однажды беременная женщина подошла помолиться к алтарю, на котором пылал священный огонь, и вдруг почувствовала, будто само пламя проникает в её тело и наполняет его живительным теплом.

А вскоре односельчане заметили, что на их алтарь не надо подкладывать дров: огонь горит сам собою, не угасая ни днём ни ночью.[17].

Жена Фрахимравана родила девочку, которую нарекли Дукдауб. Итак, Фрахимраван — имя деда Заратустры по материнской линии.

Дэвы и сам их покровитель Ангро Майнью задумали сжить Дукдауб со свету до того, как она станет матерью пророка: они знали о её высоком предназначении.[18].

Когда девушке исполнилось пятнадцать лет, они наслали на её родное село одновременно три бедствия: невиданно холодную зиму, страшную болезнь — чуму да ещё разрушительный набег кочевников. А жителям внушили лживую мысль, что Дукдауб колдунья и что все несчастья произошли из-за её злой ворожбы.

Охваченные безумием, соседи, поверив этим измышлениям, изгнали прочь семейство Фрахимравана. Дукдауб горевала и винила себя. Но однажды во время молитвы она услышала Голос:

— Не горюй о том, что потеряла дом и кров, о юная Дукдауб. Вскоре ты обретёшь новую родину и прославишь её навеки.

Наконец, после долгих скитаний бездомное семейство достигло богатых обширных владений Падирагтараспа из рода Спитамы. Молодой сын хозяина, Порушаспа, увидел девушку и сразу влюбился в неё. Вскоре сыграли свадьбу. И Дукдауб родила двоих сыновей — это были обычные мальчики, здоровые и весёлые.

Всё это происходило на земле, среди людей, но легенда гласит, что и на небесах готовились к великому событию. Ведь истекали три тысячи лет, отпущенные Ахура Маздой на Эру Смешения Добра и Зла, и вот-вот должно было начаться их Разделение.

— Заратустра не может родиться точно так же, как остальные, — молвил Благой Дух, призвав к себе Бессмертных Святых, Амеша Спента. — Ведь в нём соединятся две сущности — божественная и человеческая. Его устами я сам буду говорить с людьми, и он станет первым пророком маздаяснийской веры.[19].

Тогда Бессмертные Святые нашли стебель волшебного растения Хаомы длиной в человеческий рост[20] и поместили в него фраваши будущего пророка, а Хаому положили в птичье гнездо на берегу Дареджи. Птицы обрадовались: с этого дня змеи перестали заползать в гнездо и поедать снесённые яйца.

Там, высоко на дереве, и нашёл Порушаспа заветное растение, принёс домой и выжал из него сок — так он стал четвёртым жрецом Хаомы.

Капля за каплей сочилась золотистая жидкость в чашу, а в это время на окрестные луга точно так же, капля за каплей, проливался благодатный, волшебный тёплый дождь.

Растения напитались этой живительной влагой, а шесть молодых белых тёлок с жёлтыми ушами, которые паслись на лугу, насытились сочными травами. И к вечеру у двух коров, не покрытых и не телившихся, вымя наполнилось молоком.

Дукдауб по приказанию мужа подоила коров, и Порушаспа смешал молоко с Хаомой. Получился чудесный пьянящий напиток, любящие супруги вместе выпили его и возжелали друг друга.[21].

Они слились в объятиях, лаская друг друга и мечтая зачать ещё одного, третьего ребенка. И не знали, что светлая сущность Заратустры уже вошла в их тела вместе с волшебным хмельным питьём[22] и что их следующее дитя окажется необычным».

Эта авестийская легенда продолжается тем, что отец Заратуштры Порушаспа лишился на время рассудка,[23] и этим много раз пытался воспользоваться злой дух, колдун Дурасроб, которому злые силы поручили уничтожить «пророка». Но мать Дукдауб всякий раз его спасала с помощью добрых сил. Семь лет после рождения Заратуштры семья жила безбедно. В ней родилось ещё двое сыновей. Так что Заратуштра был средним. В семь лет Заратуштра стал необычайно для своего возраста мудро отвечать приходившим в их семью колдунам от злых сил. Как мы уже знаем, Иисус Христос, согласно Новому Завету, тоже в юношеском возрасте — в 12 лет — поражал своими мудрыми ответами храмовых учителей (на этом возрасте Иисуса его библейская история прерывается надолго). История вразумления мальчиком колдунов, проникших в дом Заратуштры,[24] когда ему было семь лет, выглядит следующим образом (отрывок приводим из книги Дубровина Т.А., Ласкарева Е.Н «Заратустра»):

«Однако вернёмся к старинному преданию. Хлебосольный Порушаспа приказал накрыть стол, и посетители с жадностью съели всё угощение. После еды Дурасроб вознамерился совершить благодарственную службу богам — наивный хозяин дома не подозревал, что гость будет молиться тёмным силам, которые ему покровительствуют.

Но тут, к счастью, вернулся домой Заратустра.

— Отец! Ты не должен поклоняться богам Дурасроба! — воскликнул мальчик, вызвав неудовольствие чересчур доверчивого родителя непочтительным отношением к гостям.

Колдуны же были потрясены недетской зрелостью и прозорливостью ребёнка. Они разъярились. Более умный и выдержанный Брат-ре— Тур промолчал, а Дурасроб, вместо благодарности за гостеприимство, вскочил из-за стола и стал пророчить Заратустре мучительную смерть.

— Жаль только, — кричал он, — что счастье убить тебя выпадет не мне!

Маленький Заратустра не испугался мрачных предсказаний и возразил в ответ только одно:

— Не думаю, что мой убийца будет счастлив…».

Предание гласит, что именно в семилетнем возрасте, то есть как раз в пору столкновения с мифическим Дурасробом, умного и не по годам развитого Заратуштру отдали на обучение священству.[25] Атраваны, или заотары — служители древнеарийских культов (разумеется, дозороастрийских, ведь «пророк» еще не успел провозгласить постигнутого им впоследствии единобожия-дуализма), передавали свои знания ученикам изустно. Они обучали обрядам, заставляли запоминать наизусть гимны и мантры,[26] призывающие богов-покровителей. Далее предание гласит:

«…Но вот наступил срок совершеннолетия Заратустры: ему стукнуло пятнадцать. Историки считают, что в этом возрасте он уже стал полномочным священнослужителем — неизвестно, правда, какого именно божества.

И тогда же Порушаспа, по требованию взрослеющих сыновей, решил разделить между ними своё имущество.

После земель и недвижимости дошёл черёд до множества богатых одежд и дорогих тканей, хранившихся в кладовых, — отец пророка был состоятельным человеком.

Из всего предложенного великолепия лишённый жадности Заратустра выбрал на первый взгляд сущую безделицу — пояс в четыре пальца толщиной. Отрок тут же повязал его поверх одежды.

С тех пор пояс кусту — обязательная принадлежность одеяния зороастрийца. Он сплетается из 72 шерстяных нитей — именно столько глав (ха) насчитывает «Ясна» («Поклонение», «Почитание») — тот раздел Авесты, в который входят и гаты, сочинённые самим Заратустрой и наиболее чтимые последователями маздаяснийского вероисповедания.

Любой совершеннолетний зороастриец обязан ежедневно совершать ритуал развязывания и повязывания пояса. Читая вслух молитвы, он обеими руками протягивает концы кусти перед собой, а при произнесении имени проклятого Духа Зла взмахивает ими, словно отгоняя от себя всякое влияние Ангро Майнью.

И наверное, именно так, взмахнув концами своего плетеного пояса — отцовского наследства, — и ушел Заратустра из отчего дома странствовать по окрестным поселениям, когда ему исполнилось двадцать лет» (Дубровина Т.А., Ласкарева Е.Н «Заратустра»).

Заратуштра, безусловно — выдающийся человек своей эпохи. Получив с детства жреческое образование, он оказался нравственно выше повседневных забот кочевого духовенства. Задумываясь о вопросах жизни и смерти, находясь в поисках истины, справедливости и добра, он столкнулся с нарастающей жестокостью набегов как своих соплеменников, так и других племён единоверцев — как данью того времени. Если предполагать его мессианскую деятельность в период после начала I тысячелетия до н. э., в те времена кочевой конгломерат племён, исповедующих древний индоиранский политеизм, тесно столкнулся с проблемой дальнейшего взаимодействия с местным оседлым населением.[27].

Обратимся к истории. По широко распространённой версии, к северу от зоны древних цивилизаций, севернее Чёрного моря, Кавказа и среднеазиатских пустынь вплоть до Ледовитого океана простиралась, по представлениям античного мира, гигантская Скифия. Её южная граница далее на восток намечается по Тянь-Шаню, Наньшаню и Китайской стене (начало строительства — около 300 г. до н. э.). Южная часть Скифии — это зона степей (включая полупустыни). В эпоху бронзы вплоть до Х-IX вв. до н. э. эту зону от Чёрного моря до Западной Монголии занимало европеоидное население, ведущее комплексное производящее хозяйство с преобладанием скотоводства; на территории от южного Приуралья до Алтая жили (после ухода в Индию индоариев) ираноязычные племена, часть которых именовала себя «аирйа» (арии). Около IX–VIII вв. до н. э. в их среде совершается переход большинства населения к кочевому скотоводческому хозяйству, сопровождающийся возрастанием роли кавалерии, интенсификацией миграций и набегов, усилением роли верховных вождей, угоном и гигантскими жертвоприношениями скота богам и на похоронах вождей. Эти кочевники именуются с VI в. до н. э. в надписях персидских царей «саками». Именно в эту переломную пору, возможно в этой среде кочевников появился Заратуштра.[28] Место рождения Заратуштры, также как и время его проповеди, точно не определены и до сих пор являются предметом споров учёных-востоковедов. Некоторые исследователи полагают, что Заратуштра вышел из скифской среды (как мы уже писали в сноске этого абзаца), но, не встретив поддержки, вынужден был покинуть родину. Нам же не столь важно место рождения, поскольку после обретения им жреческой самостоятельности и первого «откровения» в тридцать лет, он стал странствовать по миру, ища единомышленников — согласно легенде.

Заратуштра, будучи выходцем из среды кочевого жречества, нравственно поднявшись выше своих кастовых «коллег», судя по всему видел будущую жизнь людей гораздо шире обычного благополучия отдельного племени (пусть даже родного) и даже благополучия отдельного государства. Надо ещё раз отметить, что там, где распространился зороастризм, крупная государственность в эпоху начала I тысячелетия до н. э. была лишь на стадии зарождения. То есть, необходимость разрешения кризиса управления как оседлым населением, так и кочевыми племенами упиралась в их единство, которое могло было быть обеспечено лишь появлением единой благообразной и подходящей всем религиозной системы. Лишь такая религиозная система могла примирить кочевников и оседлое население и стать духовной основой крупного государства-цивилизации. В противном случае постоянные набеги и войны могли продолжаться до взаимного истребления и истощения населения. Миссию основателя новой религиозной системы взял на себя Заратуштра и в этом отношении(в необходимости переходак мирной жизни, для чего было необходимо создание региональной цивилизации, религиозная система которой была бы более праведная, чем индоиранский политеизм) Бог вполне его мог поддержать, допустив к информации достаточно высокого уровня, которая эгрегориально преобразилась в психике древнеиранского «пророка» соответственно его мировоззрению и миропониманию — как следствие воспитания в той религиозной среде, в которой он вырос. Процесс концентрации управления сперва разрозненными племенами, затем мелкими государствами, из которых складывались первые региональные государства-цивилизации (у индоиранцев в начале I тысячелетия до н. э.) — объективный процесс нормального развития нашей цивилизации. Религиозные предложения Заратуштры людям, судя по Авесте, были настолько нравственно передовыми в те времена, что принять их иранская цивилизация смогла лишь спустя несколько веков. Именно поэтому Бог, не вмешиваясь в свободные поиски Истины людьми, но направляя людей по пути Истины (согласно их же помыслам и устремлениям) — поддержал Заратуштру (несмотря на множество очевидных ошибок и примитивизма зороастризма — если смотреть на эту религиозную систему с позиции сравнительного богословия), вследствие чего он и стал почитаться в истории «пророком».

Естественно, что с первых же попыток проповедей новых религиозных установок, которые Заратуштра получил с эгрегориального уровня, безусловно находящегося гораздо выше эгрегоров местных жреческих культов индоиранского политеизма — он столкнулся с ожесточённым сопротивлением как жрецов кочевых племён, так и иерархий мелких государственных образований оседлого населения. Это, как мы уже знаем, извечная проблема, встающая перед «пророками», претендующими на изменение общественного порядка и веры.

Религиозное учение, уравнивающее всех перед Богом (пусть даже весьма своеобразно в форме восточного дуализма), было неприемлемо для уже зародившихся основных каст востока — знати, жречества, воинов — особенно в зверски-агрессивном обществе ранних кочевников. Мотив «свободы воли» и личного морального выбора с огромным трудом воспринимался во всех слоях любых древних сообществ.[29] Заратуштра был изгнан из своего рода и племени и 10–12 лет странствовал, бедствовал и проповедовал почти в одиночестве.[30] Показательна молитва Заратуштры после изгнания, вошедшая в Гаты. Из её текста видно, что Заратуштра искренне стремился познать Бога, Истину, и принести людям божественную пользу:

46 [Молитва Заратуштры после изгнания][31].

1. В какую землю мне бежать, куда я направлюсь? Удаляют меня от родни и племенной знати, И община меня вовсе не признаёт, И не приемлют меня лживые повелители страны, Как, о Мазда, служить тебе, о Ахура? 2. Ведаю я, о Мазда, отчего бессилен я: Мало стад у меня и мало людей. К тебе взываю, погляди, о Ахура, Окажи мне помощь, словно друг, поддерживающий друга, Научи меня с помощью Арты обрести Благую Мысль. 3. Когда, о Всеведущий [Мазда], быки полудня Появятся в мире ради Наилучшего Распорядка [Арты] И духи благодетелей стран [Саошьянт] с их мудростью? К кому на подмогу явится Воху-Мана? Тебя избрал я, полагаясь на заветы твои, о Владыка [Ахура]. 8. Тот, кто замышляет совершить злое дому моему и добру моему — Пусть его колдовское действо не повредит мне. Пусть, творимое его злобой, оно против него и обернётся. Пусть обратится оно против плоти его и пусть отстранит его от здоровья, Но не от болезни, о Всеведущий, — со всею злобою.

Молитва немного напоминает обращения «пророка» Мухаммада к Богу после получения им «откровения» от духа Джибраила в самом начале его «пророческой» деятельности. Также эта молитва немного напоминает известную из «Нового завета» молитву Христа в Гефсиманском саду.

Наконец после 10–12 лет странствий и одиночества, Заратуштра нашёл сильного покровителя в лице царя Кави Виштаспы,[32] готового оружием защищать новую религию.[33] В этих условиях Заратуштра принимает как необходимость войну за правильную веру и убийство неправедных врагов во время войны.[34] Локализация страны, где Заратуштра нашёл царя-единомышленника, крайне неопределённа. Некоторый лингвистический анализ раннеавестийских текстов указывает на то, что владение Виштаспы находилось где-то на востоке Ирана.

Обращение Виштаспы в новую веру рассердило соседних правителей, поддерживающих сепаратизм на базе старых религиозных представлений инодоиранцев в угоду своим властным амбициям. Они потребовали от царя возвращения к старой религии (индоиранского политеизма). Когда царь отказался это сделать, началась война, в которой Виштаспа одержал победу.[35] После этой победы Заратуштра прожил ещё много лет под покровительством царя Виштаспы. По преданию, Заратуштра добился признания в государстве Виштаспы в возрасте 42 лет. На протяжении последующих нескольких десятков лет Виштаспа не смог значительно расширить свои владения, в результате чего он был повержен своим противником. А зороастризм стал востребован как государственная религия гораздо позже.[36].

Передать своё учение по восточной «жреческой» традиции можно было лишь по прямому наследству, для чего Заратуштра трижды женился.[37] От двух первых жён у него было три дочери и три сына. Младшая дочь вышла замуж за первого министра царя Виштаспы.

Заратуштра, несмотря на провозглашения всеобщего равенства перед Богом в Авесте, не показал своим примером преодоления традиции кастового разделения древневосточного общества: такая задача для него была нравственно неприемлемой и не рассматривалась вообще. Он даже не смог нарушить древний «жреческий» обычай передачи навыков восточного «священства». Оно так и осталось при его жизни уделом лишь касты «жрецов» и царей. Это говорит о том, что социальное «равенство перед Богом» в зороастризме осталось для каждой касты «своим», что и было «нормально» в среде индоиранских племён задолго до Заратуштры. Но задачу укрепления и укрупнения государства (впоследствии — иранской цивилизации) с введением множества весьма полезных социальных новшеств (передовых для того времени, миролюбивых и жизненно важных ) — Заротуштра выполнил (сработав «пророком» на длительную перспективу). Объективная неправедность (несправедливость разделения людей по социальному признаку), закреплённая Заратуштрой в пропагандируемую им красивую и передовую религиозную систему, явилась причиной дальнейшего употребления многих положений зороастризма, проверенного практикой на устойчивость и привлекательность (а также почти монотеистической религиозной системы) — в целях «мировой закулисы» (что конкретно, мы рассмотрим чуть позже). Но древний индоиранский политеизм Заратуштра в целом преодолел с перспективой на далёкое будущее с помощью царя Виштаспы, родственников и первых сторонников. На объективную неправедность зороастризма (наличие в нём нравственно-мировоззренческих ошибок, в том числе кастовости) и одновременно духовное преодоление Заратуштрой древнего индоиранского политеизма мистически указывает гибель «пророка» Заратуштры от руки старого «жреца» — противника новой веры — отчаявшегося от того, что его положение в обществе и личная карьера были подорваны религиозной реформой Заратуштры.[38] На смену касты «жрецов» (по сути крупных племенных шаманов) древнеиранского политеизма постепенно приходила каста «жрецов» зороастризма — первым из которых был «пророк» Заратуштра.

Авеста.

Согласно преданию, «откровения» Заратуштры были сведены в книгу «Священных Писаний» — Авесту — текстам которой следуют верующие. Слово «Авеста» в переводе на русский язык означает «уложение», «основание», «основа» («основная книга»). Авеста — мифологизированный памятник зороастризма, является многослойными памятными записями того, что сохранилось после эпохи Заратуштры. Она составлялась на протяжении нескольких столетий. Письменный текст Авесты, восстановленный по изустным рассказам, был зафиксирован историей не раньше III века н. э. и не позже IV в. н. э.[39] Учёные видят в нём частично передававшиеся изустно сюжеты II тысячелетия до н. э. Большая часть из 21 книги Авесты не сохранилась. В IV–VI вв. н. э. Авеста редактировалась и кодировалась, снабжалась комментариями (Зенд). В целом сохранившаяся Авеста в 3–4 раза меньше той, которая ещё существовала после её последней кодификации при Сасанидах в III–VII вв. н. э. (резюме этого свода из 21 книги — одной из которых соответствует Видевдат — дошло в среднеперсидском сочинении Денкарт).

Главными в Авесте считаются три части:

1. Ясна (буквально богослужение, жертвоприношение) — гимны и молитвы, разделённые на 72 главы. Ядром Ясны являются 17 Гат — стихотворения гимнов, согласно преданиям, созданных Заратуштрой и его учениками, и примыкающие к ним семь глав, наиболее древние и близкие по языку к Гатам. Учёные читают, что, судя по архаическому языку этих текстов, Гаты действительно могут быть датированы рубежом II–I тысячелетий до н. э.). В остальных главах Ясны было собрано всё то, что старые «жрецы» ещё помнили из древних молитвенных текстов, произносившихся из века в век во время повторяющихся ритуалов. При этом надо учитывать, что к моменту записи Авесты культы зороастризма много раз преследовались и их спасали, скрываясь от властей в «подполье» и эмиграцию.

2. Яшты (буквально почитания, восхваления) — это 22 гимна в честь низших божеств зороастрийского пантеона.

3. Видевдат (буквально закон против демонов) — позднейшая компиляция различных сказаний, ритуальных текстов и молитв. Это единственный целиком сохранившийся ритуально-культовый сборник из двадцати одной книги Авесты, существовавшей при Сасанидах (III–VII вв. н. э.). Эта книга более позднего происхождения, чем многие разделы Ясны и Яштов, и отражает более поздний период развития зороастризма и зороастрийской догматики. Видевдат — это прежде всего свод законов о ритуальной чистоте, о дозволенном и запретном, о правилах религиозного очищения в случае соприкосновения с трупом, соблюдении особой заботы об огне и других стихиях, о разрешении врачевать больных лекарям только тогда, когда последние достигают определённой степени искусства в этом роде деятельности, о необходимости проявления заботы о собаках и полезных животных, о правилах земледелия и т. д. Вместе с тем Видевдат включает сюжеты древнеиранской мифологии, космологические и географические представления зороастрийцев.

.

К Авесте примыкают Зенд — её толкование, записанное авестийским алфавитом на пехлевийском языке (более молодом иранском языке, среднеперсидском) и Бундеге— — изложение истории мироздания и пророчеств. Помимо 17 Гат Заратуштры и примыкающей к ним по времени и языку «Ясны семи глав» («7 глав богослужения Ясны» — наиболее близкая к Гатам по языку и по времени происхождения часть Ясны), остальную часть свода (включая большую часть Ясны) в науке называют Младшей Авестой. Так называемая Малая (Младшая) Авеста — сборник архаических молитв и законов. На европейские языки Авесту начали переводить только с конца XVIII века.

Для изучения истоков зороастризма наибольшее значение имеет часть Авесты, которая называется Ясна, особенно Гаты, которые считаются произведением самого Заратуштры. Но религиозная система зороастризма сложилась на базе всей Авесты (собрания преданий, ритуалов и культов, описания мистерий) которые стали основой религиозных культов первого древнего государства Ирана времён зороастризма.

Религиозная система зороастризма складывалась на протяжении почти тысячелетия, претерпевая кардинальные изменения. Известный нам зороастризм стал государственной религией сасанидского Ирана лишь в III веке н. э. Однако основные культы зороастризма после Виштаспы укрепились ещё в империи Ахеменидов (550–330 гг. до н. э.) — то есть через сравнительно небольшое время после проповедей Заратуштры (историю становления зороастрийской веры мы рассмотрим позже).

Сперва попробуем осмыслить роль самого Заратуштры. Как мы уже знаем, Заратуштра был жрецом, прошедшим все необходимые процедуры инициации и обучения в детско-юношеском возрасте. Уровень развития «жреческих» каст кочевых индоиранских племён рубежа II–I тысячелетий до н. э., как можно понять по описаниям ритуальной стороны — мало чем отличался от позднего шаманизма. Следовательно, племенные жрецы-шаманы ограничивали свою деятельность интересами племени, благосостоянием людей, защитой его от врагов и пр. с помощью известной им племенной эгрегориальной магии. В то же время, на рубеже тысячелетий уже сложилась устойчивая общая религиозно-ритуальная картина для множества племён индоиранского конгломерата, которая обеспечивала некоторую эгрегориальную общность всех входящих в конгломерат племён. Эта эгрегориальная общность в жизни находила своё выражение в общности основных ритуалов и олицетворялась единством основных божеств пантеона для всех племён (при сохранявшихся отличиях на местном уровне).

То есть, кочевое общество, представленное конгломератом разных племён и родов духовно-бессознательно (в общей алгоритмике эгрегоров) вошло в такой этап развития, когда оно было в принципе готово к образованию объединений — более крупных, чем племя. Процесс концентрации управления объективный, также как и процесс укрупнения социальных образований. Этот процесс запущен Свыше как нормальный для развития людей нашей цивилизации. Накопление идентичной информации во множестве племенных эгрегоров (следствие поступательного развития людей) благодаря в общем-то одинаковым темпам развития племён всего конгломерата, взаимодействию племён — что в результате проявилось в общности племенных пантеонов богов — должно было когда-то обеспечить переход в следующую стадию укрупнения социальных ни— на государственно-цивилизационный уровень. Внешним признаком готовности общих для племён основных эгрегоров (общеплеменного духовного наследия) к такому укрупнению явилась общность основных богов пантеона и выделение из них главных и второстепенных — как предварительный этап для возможного перехода к монотеизму.

В общем, эгрегориальный «заказ» на объединение племён к началу I тысячелетия сложился в среде иранского конгломерата кочевников[40] и ощущался на уровне некоторых жреческих племенных каст как вопрос «жизни или смерти». На социальном уровне тупиковость дальнейшего раздельного существования разрозненных племён и даже их ограниченных союзов выразилась в обостряющейся вражде как между самими племенами, так в непрекращающихся жестоких набегах кочевников на оседлые социальные образования этих территорий. Продолжение и усугубление взаимной вражды и набегов могло вылиться в затяжную войну «всех против всех» с истреблением большой части как кочевников, так и оседлого населения. Естественно, что решить проблему концентрации власти можно было лишь с помощью унификации и модернизации религиозной системы большинства племён на базе существующих верований. А сделать это мог лишь жрец (либо каста жрецов), полностью поднявшейся над своекорыстными интересами родов и племён, который всерьёз задумался бы не только о будущем, но и о смысле жизни, о бессмысленности вражды, о способе жить иначе, а значит и о высшей справедливости.

Владея навыками шамана-жреца, Заратуштра, по-видимому, с детства практиковался в эгрегориальных мистериях (в трансовых состояниях входил в эгрегоры рода-племени и выше)[41] — но он работал не столько на племенную толпу, сколько для собственного познания мира. Так он, постепенно умножал свои жреческие знания, а многие детские и юношеские ощущения становились для него истиной, которую он сверял с эгрегориальной информацией, раскодируя последнюю после транса, и впоследствии проверяя жизнью.

При одном из таких занятий, как гласит легенда, ему явился «Добрый Дух», ставший для него источником «откровений». Можно предположить, что Заратуштра продрался через иерархию родоплеменных эгрегоров (назовём их так) в некий надплеменной (общеплеменной) эгрегор высокого порядка — который сложился в результате многовекового взаимодействия разных племенных эгрегоров в «поисках будущего устройства», «смысла жизни» и т. п. То есть он попал в эгрегор, образовавшийся в результате экстраполяции в основном бессознательной мыследеятельности людей (в первую очередь жрецов, которые по «должности» занимались прогнозированием будущего), где в образах уже сложилась ситуация, близкая к получению многих ответов на интересующие его вопросы[42] в системе кодирования соответствующей культуры региона (но местечковые жрецы туда не могли попасть: их устремления были слишком мелкие). Мало того, из этого «надплеменного» эгрегора, скорее всего, было не так трудно попасть и выше — в те области духовной культуры человечества, где содержится информация о Мироздании вообще, когда-то предоставленная Богом людям (по их нравственным запросам). Ведь Бог не препятствует никому в доступе к этой обработанной самими же людьми информации, но предоставляет доступ туда лишь по нравственности. Нравственность Заратуштры была, как можно понять, гораздо благонравнее, чем у племенных жрецов — поэтому он и смог попасть туда, куда он и попал. Из чего впоследствии сложился зороастризм.

Кроме того, предание гласит, что Заратуштра с детства был против употребления опьяняющего напитка хаомы (и сам, скорее всего её не употреблял), правда на этот счёт не всё предание едино. Подавляющее большинство жрецов древнеиранской общности племён употребляло наркотик, называющийся хаома, для вхождения в мистерический транс.[43] Этим древнее иранское жречество ограничивало свои возможности определённым уровнем иерархии эгрегоров (скорее всего родоплеменных или чуть выше), выше которых доступ людям, угнетающим свою психику наркотиками, был закрыт. Кроме того, уровень понимания и раскодировки полученной в ходе мистерий информации (в первую очередь о будущем) для употребляющих наркотики был естественным образом затруднён, а в особо важных фрагментах просто невозможен. Возможно что Заратуштра, будучи с детства благонравнее своих «коллег», самостоятельно отказался от употребления хаомы, но, освоив навыки жреца-шамана, этим самым открыл себе «сверхвозможности», психически закрытые для его «коллег» наркотиками. Не случайно предание гласит, что при первом «откровении» он «пребывал в состоянии ритуальной чистоты» — что для самого Заратуштры лично могло означать абсолютную трезвость. Эти «сверхвозможности» заключались во-первых том, что Заратуштра поднялся над местечковыми эгрегорами куда-то выше, и во-вторых, в том, что он получил возможность мыслить свободно от наркотиков — ясно понимая образы, получаемые в эгрегориальном «откровении».

Не случайно с зороастризмом связано представление о переходе от племенных культов к межгосударственным религиям. Зороастризм был первой религиозной системой древнеиранского региона, сумевшей объединить значительные пространства под единым духовным «флагом». Естественно, что первое монотеистическое (насколько его позволяет так назвать зороастрийский дуализм) религиозное учение сперва было мало кем поддержано. Не случайно первым его поддержал царь — верхушка государства, пусть даже маленького, который по должности обязан был заботиться о прочной основе укрупнения своей власти и могущества. В первой части Авесты прослеживается противостояние кочевнического и оседлого, земледельческого образа жизни; первый осуждается и трактуется как проявление мирового зла, а второй хвалится как проявление доброго начала. То есть, Заратуштра, пытался опереться на царей оседлых государственных образований, чтобы закрепить с их помощью культы новой религиозной системы, которую он считал истинной. Видимо, никто из руководства кочевников его не поддерживал.

Не легко было найти поддержку и среди руководства оседлого населения. Как гласит авестийская легенда, царь Виштаспа скорее всего был инициирован в новую веру с помощью наркотиков и эгрегориальной магии самим Заратуштрой: «Виштаспу была предложена чаша с вином и мангом, после чего царь уснул, а его душа отправилась в потусторонний мир. Там ей были обещаны все радости Рая в случае, если царь примет зороастризм». Такая вот сделка. Так Заратуштра преодолевал трудности сопротивления новой вере.

Такова была основная проблема, которую решал Заратуштра и его сторонники. Именно поэтому его поддерживал Бог в части, касающейся праведной, объединяющей стороны (племена) религии: ведь зороастризм следующая за родоплеменными разрозненными политеистическими культами передовая и во многом полезная для того этапа развития религиозная система, в которой объединились многие жизненно важные предписания — особенно обыденной жизни и быта, чистоты, гигиены, питания, медицины и пр. Заратуштра проповедовал мораль, несущую (правда очень абстрактно) простые и понятные истины о чистоте помыслов, благожелательном отношении к людям, помощи в нужде и опасности, активной борьбе со злом, мире и согласии со всеми, единодушии, долге и справедливости. Это пробуждало отвержение зависти, необузданного гнева, мелких страстей и необдуманных поступков. Человек, согласно учению Заратуштры, должен быть умеренным в своих желаниях и мыслях, удалить от себя корысть и жестокость, тщеславие и беззаконие.

Всё вышеизложенное объясняет и основное содержание Гат (стихотворных гимнов, созданных по преданию самим Заратуштой). Это в первую очередь обличение существующих верований и стоящей за ними жреческой касты. Заратуштра в Гатах призывает к ниспровержению «ложных богов» и их почитателей, включая и тех правителей, что покровительствуют «дурным проповедям». Отвергнув культ древних божеств дэвов, и низведя их в разряд демонов, Заратуштра сам выступил «пророком» верховного бога Ахура-Мазды (в греческом звучании — Ормузд).[44] Заратуштра учил, что Ахура-Мазда — бог добра, олицетворяющий жизнь и правду. Он существовал предвечно и создал мир. Но наряду с Ахура-Маздой изначально существовал и его антипод — дух зла Анхра-Майнью (Ариман), олицетворяющий мрак и смерть. Сам Заратуштра занял бескомпромиссную позицию Ахура-Мазды, и, назвавшись его пророком, вступил в пожизненную борьбу с Анхра-Майнью и его сторонниками.

На этой религиозной «волне», обращаясь всякий раз к пророчествуемой им вере, Заратуштра вводил новый «кодекс» поведения людей, а всё, что в этот «кодекс» не укладывалось — признавалось творением Анхра-Майнью и его демонов. Нет сомнения в том, что сам Заратуштра искренне верил в своё предназначение «пророка», обращаясь всякий раз к инициировавшему его эгрегору, куда доступ другим «жрецам» был закрыт. Мы уже знаем, что культ Ахура-Мазды существовал и до Заратуштры: последний его возвысил, буквально «закачав» в уже существовавший эгрегор Ахура-Мазды информацию, которую он получил от инициировавшего его эгрегора. Таким образом, возможно, и возвысился обновлённый эгрегор Ахура-Мазды.

В дальнейшем культ Ахура-Мазды (дополненный зороастрийским содержанием) постепенно эгрегориально возвышался над другими культами, обеспечивая тем самым централизацию власти земных «владык» с его помощью. Но вряд ли зороастризм стал бы религиозной системой крупнейшей персидской Империи, если бы в него не было заложено Заратуштрой много передового и полезного для того времени и места. Одним из самых передовых было утверждение о свободе воли и свободе выбора человеком линии своего поведения. Привлекала и «доктрина справедливости», тщательно разработанная Заратуштрой и замкнутая на противостояние «добра» и «зла». Многие положения, высказанные Заратуштрой в гимнах развивались и выстроились со временем в стройный жизненный «кодекс», дошедший до нас в виде Малой Авесты.

Как мы уже говорили, Гаты в основном содержат гимны в честь Ахура-Мазды и обличение существующих богов (помимо верховного) и демонов. Вместе с этим проводимая идея борьбы Ахура-Мазды с Анхра-Майнью во времена Заратуштры на религиозном уровне сопровождала реальные общественные процессы — конфликты между кочевниками и оседлым населением, между разным «жречеством», между вождями и царями. Так, в Гатах (помимо очищения веры от культов богов старого пантеона помимо Ахура-Мазды) часто в разных сочетаниях упоминается скотоводство, говорится о домашних животных. Заратуштра призывает заботиться о скоте, беречь его от массовых забоев при принятых жертвоприношениях, и главное — от хищничества и разбоя. Призывая покровительствовать мирному скотоводству, как залогу будущего процветания, Заратуштра указывал на ту силу, которая способна избавить общество от набегов и грабежей, утвердить на земле «порядок и справедливость». Эта сила — хштара — власть земных владык. В 17-ти Гатах Заратуштры это понятие упомянуто более 60-ти раз. По мнению «пророка», добрый правитель несёт смерть и истребление врагам и тем самым созидает мир для благополучных селений. Нельзя не признать, что в те времена такой подход был более чем актуальным. Впоследствии же мораль и «кодекс», высказываемые Заратуштрой применительно к конкретным историческим условиям — были унифицированы в стройную религиозную систему и приняты на государственном уровне как истина. Так в истории бывало неоднократно.

Можно предположить, что проповеди Заратуштры в его время воспринимались окружающими не только, а возможно, и не столько как вероучительные новации — но как злободневные эмоциональные политические манифесты-гимны (такая уж форма подачи информации была в те времена — песенно-символичная форма, свойственная племенным шаманам, местечковым жрецам), призывающие к созданию крупных государственных объединений под властью «праведных царей». Идея об Ахуре-Мазде прямо соотносится с идеей сильной центральной власти. Вероятно этим и объясняется неприятие учения Заратуштры в той среде, в которой он родился, и образ жизни которой он порицал. И напротив, сравнительно быстрое принятие его проповедей в среде знати, стремящейся закрепить приобретённый ею имущественный и социальный статус. Зороастризм изначально был религией «верхов» древнеиранского общества и эта религиозная система «опускалась» «сверху вниз» на остальные уже сложившееся к тому времени общественные касты. Последние же мало задумывались о содержании новой религиозной системы: в своей духовно-религиозной части она представляла собой сплошной «манифест» (собрание гимнов, молитв и славословий), воспринимающийся на эмоциональной (а не содержательной) «волне»; в части же обрядово-культовых норм это был «кодекс» правил поведения, которым должны следовать верующие (принявшие клятву верности) — для поддержки зороастрийского «добра». В общем новая вера ещё более закрепляла кастовую систему авторитетом возвышенного бога Ахура-Мазды.[45].

Для более полного ощущения и понимания, что же из себя представляет Авеста, приведём несколько фрагментов из её текстов (примечания, вошедшие в сноску — переводчика):

28:1 Моление о Слове.

1. С упоением молюсь, Простираю к Мазде руки я, Чтобы Добрый Дух сперва принял всё, что приготовил я. С Артой радуются пусть Воху-Мана[46] и Душа Быка! 6. Воху-Мана! Вразуми, пусть прибавит Арта силы мне! Мазда, Заратуштре дай Слово чудодейственное то, Что поможет наконец одолеть всех злобных недругов! 7. Арта — Правда! За дела дай мне щедрый, Воху-Маны дар! Мать Армайти, укрепи меня и вождя Виштаспу утверди! Мазда, помоги певцу сделать всех послушными тебе!

Гаты состоят из нескольких разделов, включающих в себя в частности «Моление о Слове», «Моление о поддержке скотоводства», «Доктрину дуализма», «Путь праведности», «Проповедь в форме вопросов», «Молитвы Заратуштры» и другие. На содержании некоторых разделов Гат мы остановимся позже, когда будем рассматривать суть религиозной системы зороастризма.

Из Младшей Ясны особо интересен «Символ Веры» зороастризма (XII глава), который мы приводим полностью.[47].

1. Проклинаю дэвов. Исповедую себя поклонником Мазды, зороастрийцем, врагом дэвов, последователем Ахуры, славословящим Амэша-Спэнта, молящимся Амэша-Спэнта.

Доброму, исполненному блага Ахура-Мазде я приписываю всё хорошее, и всё лучшее — ему, носителю Арты, сияющему, наделённому Хварно; его [творение] — скот и Арту, и свет, чьими лучами наполнена обитель блаженных.

2. Я выбираю для себя святую, добрую Армайти; пусть она будет моею. Отрекаюсь от хищения и захвата скота, от причинения ущерба и разорения маздаяснийским селениям.

3. Я обеспечиваю свободное движение и свободную жизнь тем хозяевам, которые содержат на этой земле скот. С поклоном Арте и приношениями я даю обет: отныне я не буду ради своего тела и жизни причинять ущерб и разорение маздаяснийским селениям.

4. Отрекаюсь от сообщества с мерзкими, вредоносными, неартовскими, злокозненными дэвами, самыми лживыми, самыми зловонными, самыми вредными из всех существ, [отрекаюсь] от дэвов и их сообщников; от тех, кто насильничает над живыми существами. Отрекаюсь в мыслях, в словах, в знамениях [делах]. Отрекаюсь от всего друджевского.[48].

5. Именно так, как Ахура-Мазда учил Заратуштру на всех беседах, на всех встречах, на которых Мазда и Заратуштра говорили между собой.

6. Именно так, как Заратуштра отрекался от сообщества с дэвами на всех беседах, на всех встречах, на которых Мазда и Заратуштра говорили между собой, — так и я, поклонник Мазды, зороастриец, отрекаюсь от сообщества с дэвами, как отрекся праведный [артовский] Заратуштра.

7. Согласно тому выбору [между Добром и Злом], какой сделали воды, растения, скот-благодетель, какой сделал Ахура-Мазда, когда он создал скот и артовского человека; какой сделали Заратуштра, Кави-Виштаспа, Фрашаоштра и Джамаспа[49]<…> согласно этому выбору я являюсь маздаяснийцем.

8. Исповедую себя поклонником Мазды, зороастрийцем [настоящей] клятвой и исповеданием. Клятвой обязуюсь вершить добрую мысль, клятвой обязуюсь вершить доброе слово, клятвой обязуюсь вершить доброе деяние.

9. Клятвой обязуюсь быть верным маздаяснийской Вере, [которая учит] прекратить военные набеги, сложить оружие, заключать браки между своими; артовской [Вере], которая из всех существующих и будущих [вер] величайшая, лучшая и светлейшая, которая — ахуровская, заратуштровская. Признаю, что Ахура-Мазде [принадлежит] всякое добро. Сия есть присяга Вере маздаяснийской.

Даже дошедшая до нас неполная Авеста достаточно обширна и составлена из текстов различной давности.

Общие рассуждения о зороастризме.

Большинство историков и религиоведов сходятся в том, что во всех мировых религиях можно встретить следы влияния зороастризма — особенно в иудаизме и исламе. Но следов зороастризма немало и в библейском христианстве. В дальнейших рассуждениях мы будем часто обращаться к таким параллелям между уже описанными нами религиозными системами и зороастризмом. Ведь не надо забывать, что именно зороастризм стал первой религиозной системой монотеизма, под духовностью которой была создана великая Ахеменидская держава[50] (550–330 гг. до н. э.), простиравшуюся от реки Инд на востоке до Эгейского моря на западе и от Армении на севере до первых порогов Нила на юге, куда вошла Персия. Как мы уже знаем, точно не известно время проповеди Заратуштры, но его усилия не прошли впустую. Через несколько веков (а может быть и меньше) зороастризм стал востребован на уровне крупной империи-цивилизации, равных которой по территориальному охвату и могуществу не было до времени Александра Македонского.

Следует сразу заметить, что религиозная система Заратуштры была максимально адаптирована к духовности и быту племён, в среде которых «пророк» родился и вырос. Кроме того, она основывалась на существующих в том регионе религиозных системах и понятиях, но одновременно была крайне реформаторской по отношению к первым. И ещё нужно учитывать, что сам Заратуштра, хоть и был «на голову выше» всех местных племенных и государственных жрецов (поэтому последователи зороастризма его и считают «пророком»), но всё же он был, как и последние — продуктом как своей эпохи, так и всей предыдущей культуры региона. Всё это вместе взятое даёт основания рассматривать зороастризм как крупнейший духовный шаг вперёд по отношению к древнему политеизму, но не даёт оснований называть зороастризм «религией откровения Свыше». Зороастризм можно уверенно назвать «религией эгрегориального «откровения»», и при этом учитывать, что духовный уровень, с которого Заратуштра получал «пророчества» был достаточно высоким по сравнению с эгрегориальным уровнем, с которым «общались» жрецы-шаманы до Заратуштры.

Пророками обычно называют выдающихся личностей, которые могут вещать удивительные и необычные вещи, судить о будущем от имени Бога или богов. Но Бог никого не назначает «пророком». Бог может поддерживать передовые мысли кого-либо из выдающихся личностей; может не поддерживать, не вмешиваться; а может и «вмешаться» из-за вредности «пророчества».[51] Всё зависит от того, насколько высказанное «пророком» ложится в русло Промысла Божиего (в части не касающейся попущения). «Пророки» выделяются новизной и необычностью их деклараций, после чего, если люди принимают на веру всё сказанное «пророком», может начаться длительная проверка веры на жизненную пригодность, в которую естественно «вмешивается» Бог, поскольку идёт сравнение матрицы, в которой люди существуют после «пророка» и Божиего Промысла. При этом не надо забывать, что Промысел Божий является Божией Мирой развития для Его творений, а частной Мирой Божиего Промысла является время. В этом отношении правильно иногда говорят: «для каждого времени свои пророки». Но чтобы лично Бог кого-то назначал Своим «пророком» — такое вряд ли возможно: это противоречит свободе выбора, которую Бог дал людям, ограничив выбор людей Своим Промыслом (назначив кого-то «пророком» Бог выступил бы в качестве хозяина своего «зомби», лишённого свободы выбора). Наследство Заратуштры имеет свои объективно хорошие и плохие стороны: их можно сравнительно точно «классифицировать», пользуясь мировоззренческой системой сравнительного богословия.[52].

Все проповеди Заратуштры отличаются очень высоким эмоциональным уровнем (почти везде оптимистичным, уверенно предписывающим, учащим «истине») — который очевидно ошарашивает читателя, прежде чем последний пытается вникнуть в суть проповедей. Есть немалая доля людей, которые реагируют не на содержание, а на эмоции, ритмику текстов и, тем более, стихов. Бросающийся в глаза эмоциональный оптимизм зороастрийской веры в совокупности с его относительным житейским либерализмом подкупает людей, которые поверхностно судят о сути религиозных систем.

Одним из верных признаков эгрегориального «пророчества» является бросающееся в глаза превышение эмоционального настроя «пророка» над содержательной частью его учения. Мало того, даже внешне неразличимое несоответствие эмоциональной и смысловой составляющей текстов не может быть верным признаком того, что автор «пророчества» глубоко продумывал свои слова (пропускал их смыслы через свою систему миропонимания), и что последние не «лились» из его психики на «автомате» эгрегориального «зомби-пророка».[53] В таком случае умеренные эмоции (либо необусловленное уныние: пониженный эмоциональный фон) могут не соответствовать смыслам (грубо говоря, быть не к месту). Одним из показателей возможной правоты (возможной, но не обязательной правоты) вещающего «пророка» является нормальный для человечного типа психики эмоциональный фон (не взвинченный, но и не пониженный) и соответствующее этому фону содержание.

Всё это свидетельствует о том, что зороастризм изначально рождался как эгрегориальная религиозная система (высшего порядка по отношению к местным традиционным религиозным системам) — естественным образом (то есть без прямого вмешательства кураторов проекта — на уровне сопровождения «пророка» при его жизни) в ходе глобального исторического процесса. зная система)ились» мом подкупает людей, которые поверхностно судят о сути тольку идёт сравне Заратуштра, безусловно, был человеком высокого нрава (по отношению к остальным), который задумывался о человечности, о вечности, о творении, о будущем, о правде-истине…, но вряд ли пребывал в человечном типе строя психики — в противном случае многие положения зороастрийской веры были бы для него неприемлемы. Заратуштра был лучшим из людей своего времени хотя бы тем, что всю жизнь находился в поисках Правды-Истины, старался не для себя, а для людей. Мы уже знаем, что Бог поддерживает ищущих людей и не поддерживает людей, живущих в обществе, но «гребущих» «под себя», безразличных к основным философским вопросам. Религиозная система «ценностей» Заратуштры была выстрадана им всей жизнью, востребована обществом и получила широкое распространение после его смерти.

Зороастризм, как стал изначально религиозной системой некоторых восточных «элит», так и утвердился впервые в эпоху Ахеменидов как государственная религия, опущенная «сверху» для стратифицированной имперской толпы. На базе стройной системы «ценностей» зороастризма было удобно управлять, тем более, что зороастризм являлся религией своеобразного монотеизма, концентрация власти царей при которой наиболее эффективна: множество богов распыляет авторитет царя, а имя одного бога легко связывается с божественностью царя (поэтому часто изображение бога и лик царя были одним и тем же символом в империи), которому, как богу, должна подчиняться толпа согласно религиозной системе духовных и материальных ценностей — как «кодексу» прав и обязанностей.

Заратуштра преодолел в своей психике примитивное племенное идолопоклонничество, выделив одного «Бога» — Ахура-Мазду («божественный» дуализм мы рассмотрим позже). Мало того, он запрещал поклонение старым божествам. Раннему зороастризму действительно было чуждо идолопоклонничество, с которым боролся Заратуштра. В Гатах Ахура-Мазда выступает как существо абстрактное, бестелесное — что подчёркивало стремление Заратуштры избавить людей от поклонения не только идолам второстепенных богов, но и от создания культа идола из верховного единого «Бога»: для того периода развития это было весьма прогрессивно и верно. Но культ идола «Бога» и культ «Бога» — разные вещи, причём обе они плохи. От культа идола «Бога» Заратуштра предупреждал людей, а вот эмоционально взвинченный культ Ахура-Маздры (не воплощённого при нём в конкретном образе) он сам и возглавил. Но такова была эта древняя эпоха: без единообразных культов толпу было мирно не собрать в единой вере и винить Заратуштру в умышленном создании культа Ахура-Мазды не следует.

Уже при Ахеменидах появляется антропоморфный образ Ахура-Мазды, лик которого украшен солнечным диском и распахнутыми крыльями, символом, широко распространённым в Египте. Возможно, что не позднее времён Ахеменидов зороастризм перестал «естественно» развиваться и стал предметом интереса кураторов глобального проекта, выплеснувшегося из Египта времён Моисея.[54] Во всяком случае учение Заратуштры и зороастризм Ахеменидов — уже здорово содержательно и по культам отличаются. Персидская высшая «элита» и персидское «жречество» скорее всего уже попало под непреодолимое влияние последователей древнеегипетского «жречества», а Персия была «сферой интересов» последнего. Можно предположить, что до этого периода (середина VI в. до н. э.), «мировая закулиса» изучала наследие Заратуштры и решала, как его можно употребить для нужд своего проекта. Но, поскольку Персия находилась в раздробленности и не была в прямом подчинении у ставленников «закулисы» (через властные верхушки многочисленных персидских царей), последние старались внедрить свои культы в религиозную систему ахеменидского зороастризма (культурно сотрудничая с её «жречеством»), что им частично и удалось. В религиозной системе ахеменидского зороастризма мы видим «до боли знакомые» культы царей-богов, что издревле были на «знамени» в древнем Египте и Месопотамии.

Жизнелюбивый дух зороастризма сохранился в дошедших до нас преданиях и мифологических образах, в открытости и раскованности мировоззрения, принесённого Заратуштрой. Для привыкших к свободному образу жизни степных кочевников зороастризм стал объединяющей верой, поскольку в нём много свободы (даже в выборе на какую сторону встать: на сторону зороастрийского «добра» или «зла»). В общем, по сравнению с религиозными системами, пришедшими на смену зороастризма — последний дал человеку гораздо большую свободу выбора и признал за человеком право на проявление «свободной» воли.

Зороастризм наследовал от индоиранцев культы огня и воды, тотемизм, многие другие древние мифологические темы: об ответственности человека перед судьбой, об очищении и исцелении, коллективные образы всадника, коня, воинских набегов, верности родному очагу и древнему пониманию справедливости, близость к природе, жизнелюбие и гордость — что зафиксировано во многочисленных мифологических темах. Геродот писал, что от зороастризма остались установки не воздвигать кумиров, храмы и алтари, а приносить умеренные жертвы солнцу, луне, земле, огню, воде и ветрам.

«Космогония» зороастризма.

Как мы уже знаем, дуалистические представления и культ Мазды существовали и развивались у части индоиранских племён задолго до Заратуштры. А сам Заратуштра был лучшим представителем культуры своих древних предков. Он представил религиозную систему, в которой впервые важное первостепенное место отведено человеку, и в которой вместе с социально-этическими положениями большую роль играли абстрактные понятия и образы. Но для этого нужна была убедительная космогоническая[55] доктрина: ведь люди хотели знать откуда они и что их ждёт. История мира, согласно ортодоксальному зороастризму, представляет собой грандиозную драму, охватывающую четыре трёхтысячелетних периода.

В первый трёхтысячелетний период мир еще не имел материального существования; при этом его существование могло мыслиться либо как совершенное, либо как эмбриональное. На этой стадии небесного творения уже существовали прообразы всего, что позднее было создано на Земле. Это состояние мира называется менок («невидимый» или «духовный»).

Ахура-Мазда, согласно этой космогонической легенде, сотворил в бесконечном времени замкнутый отрезок времени продолжительностью 12 тысяч лет. Затем он создал шесть низших божеств — Амешаспента. У каждого из них было собственное имя и всех их называли «Бессмертные Святые». Эти божества, согласно легенде, взывали к жизни другие благие существа. То были добрые боги, почитавшиеся за тысячелетия до Заратуштры, среди которых впоследствии выделился бог Солнца и Луны Митра. Семь высших божеств совместно создали мир, в котором было семь великих творений — четыре стихии (воздух, земля, огонь и вода), растения, животные и человек. Первые три тысячи лет все они были свободны от телесных оболочек, и только затем им был придан «материальный» вид.

Второй трёхтысячелетний период характеризуется материальным творением. Всё сущее было сотворено в своих материальных формах — начиная с неба, солнца, луны и звёзд и заканчивая первочеловеком, именовавшимся «Смертная жизнь», и первобыком, именовавшимся «Единотворным». Материальное бытие было лучше, чем предшествующее нематериальное, потому что совершенные творения Ахура-Мазды получили в нём благо в форме чего-то цельного и ощутимого. Этот период называется «эрой Творения».

Если говорить в современных понятиях, то всё в мире было когда-то размерено Мирой, которую можно «увидеть» и ощутить. Но Восток — есть Восток: его обитатели всегда страдали и страдают ностальгией по «нематериальной» жизни… Именно поэтому первые три тысячи лет до материального творения, которые якобы предшествовали «материальному бытию» — считаются «золотым веком», в котором не было ни холода, ни зноя, ни болезней, ни смерти, ни старости… в общем обитатели «золотого века» жили «как в раю». Космогоническая легенда зороастризма запутана и в разных редакциях выглядит несколько по-разному. В одной из редакций «золотым веком» назван отрезок времени третьего трёхтысячелетнего периода (будет рассмотрен ниже), когда некий царь Йима вместе с добрыми божествами, победив зло, выстроил государство, в котором не было ни жары, ни холода, ни зависти, ни смерти — после того, как «Смертная Жизнь» (почти все люди и животные) была убита злыми демонами. Но смысловое содержание «золотого века», как он представлен в идеале зороастризма — примерно одинаково: как «до материального творения», так и «при царе Йиме», и очень похоже на мифический вожделенный рай.

Материальное творение оказалось уязвимым для сил зла. На него сразу же набросился злой дух Ангра-Майнью. Ворвавшись в мир через нижнюю сферу каменного неба, он погубил всё совершенство мира. Он вынырнул из воды, сделав большую часть её солёной, ринулся к земле, и там, куда он проник, образовались пустыни, иссушил растения, убил животных и набросился на человека, он даже нарушил ход небесных светил, создав кометы и метеоры. В конце концов он напал на огонь и испортил его дымом. В общем Ангра-Майнью ответил на творение антитворением — согласно легенде так продолжается период второй трёхтысячелетки.

Ангра-Майнью вторгся в пределы небосвода, создал планеты и кометы, не подчиняющиеся равномерному движению небесных сфер, загрязнил воду, наслал смерть на первого человека Гайомарта. Но от первого человека родились мужчина и женщина, давшие начало роду человеческому. От столкновения двух противоборствующих начал весь мир пришёл в движение: воды обрели текучесть, возникли горы, задвигались небесные тела. Чтобы нейтрализовать действия «вредных» планет, Ахура-Мазда к каждой планете приставил благих духов. Это стало основой начала «эры Смешения».

Третий трёхтысячелетний период отмечен вмешательством Ангра-Майнью в творение Ахуры-Мазды, в результате которого были убиты как «Смертная жизнь», от которой ведут своё происхождение люди и металлы, так и первобык, от которого произошли животные и растения. В этот период действуют мифологические герои Авесты. Один из них — «царь золотого века Йима Сияющий, в царстве которого нет ни жары, ни холода, ни старости, ни зависти — творений дэвов». Этот царь спасает людей и скот от потопа, построив для них специальное убежище.[56] Наступивший на земле «золотой век» был связан с именем царя Йимы. Ахура-Мазда предложил Йиме провозгласить себя пророком новой религии, но тот отказался… В числе праведных этого времени упоминается и правитель некоей территории Виштаспа; именно он стал покровителем Заратуштры.

Однако, победить Ангра-Майнью и его помощников — дэвов — полностью не удалось. Они продолжали нападать на спасённый Йимой и благими божествами мир, причиняя ущерб материальным творениям и вызывая нравственные пороки и духовное зло в людях. В этой борьбе, согласно космогонической легенде, проходила и проходит вторая эпоха существования мира, в которой живём и мы — эра Смешения (добра и зла).

Начало четвертого, завершающего трёхтысячелетнего периода ознаменовалось приходом на землю зороастрийской религии, то есть — рождением Заратуштры. Согласно легенде считается, что конец каждого тысячелетия в этот период будет отмечен приходом нового спасителя, преемника и чудесного потомка (сына) Заратуштры. Последний из них, «Спаситель Саошьянт», решит судьбу мира и человечества.[57] Он воскресит мёртвых, победит Ангра-Майнью, после чего наступит очищение мира «потоком расплавленного металла»,[58] а всё, что останется после этого, обретёт вечную жизнь. Последнее ознаменует начало эры Разделения.[59].

Эта космогоническая легенда многим кажется безобидной, наивной и даже привлекательной. В действительности именно с неё (содержание легенды может здорово отличаться, но общая этическая основа остаётся единой) и начинается восточный дуализм — со всеми вытекающими из такого дуалистического мировоззрения последствиями для людей, живущих на планете Земля: дело в том, что восточный дуализм вошёл в мировоззренческие системы не только цивилизаций всего Востока, но и библейского Запада. Без легендарной космогонической основы зороастризма восточный дуализм (в его духовной и материальной сферах) было бы нечем обосновать. Можно лишь предполагать, как и когда появилась дуалистическая космогония на Востоке: это духовные последствия-наваждения наследия Атлантиды; либо древнее индоиранское (а может и пошире) естественное порождение людей нашей цивилизации; либо и то и другое… Ясно одно: космогония восточного дуализма появилась задолго до Заратуштры в восточных преданиях и мифах. Зороастрийский «пророк» взял их за основу и развил, выстроив на них передовую религиозно-этическую систему ценностей. После чего дуалистическая легенда, «освящённая» деятельностью «пророка» объясняла людям многое в мире и главное — была нравственно приемлема и очень удобна[60] большинству людей региона, на который распространился зороастризм. Впервые дуалистическая легенда была достаточно однообразно сформулирована и записана уже после Заратуштры, став космогонической основой государственной религиозной системы первой империи Ахеменидов (550–330 гг. до н. э.) древнего Ирана (Персии).

Дуализм зороастрийской космогонии очень логично и красиво переходит к доктрине посмертного воздаяния — объясняя временные «неудобства» эры Смешения для праведников. Космогоническая легенда учит, что до тех пор, пока не наступит эра Разделения, душа человека после его смерти должна покидать мир и возвращаться в нематериальное состояние. При этом душа должна быть судима за то, что она совершала на протяжении всей жизни. Для этого душа должна подойти к подножию Горы Справедливости, откуда к её вершине ведёт особый мост. На вершине Горы восседает Митра и его помощники, взвешивающие мысли, слова и дела каждой души: добрые — на одной чаше, дурные — на другой. Если добрых дел окажется больше, душа считается достойной рая. Мост расширяется, становясь удобным и безопасным для прохода. Ведомая прекрасной девушкой, олицетворяющей собственную совесть каждого человека, душа стремится ввысь. Если же весы склонились в сторону зла, тогда мост отчуждения сужается и становится словно лезвие клинка, а отвратительная ведьма, встречающая душу на мосту, влечёт её вниз в преисподнюю, где грешник должен пережить «долгий век страданий, мрака, дурной пищи и скорбных стонов».

Таким образом, души праведников и грешников, каждая в заслуженном ими месте будут ожидать момента Разделения. Тогда, и только тогда, наступит Последний Суд, когда праведники будут отделены от грешников — как от тех, кто дожил до этого времени, так и от тех, которые были осуждены ранее. С гор потечёт река из расплавленного металла. Все люди пройдут через эту реку, но одним она покажется парным молоком, а другие испарятся с лица земли. Демоны-дэвы и силы тьмы будут уничтожены в последнем великом сражении с добрыми божествами. Река расплавленного металла потечёт вниз в ад: убьёт Ангра-Майнью и сожжёт последние остатки зла в мире.[61].

После этого победивший Ахура-Мазда и добрые божества приготовят мистический напиток «белую хаому», который дарует всем вкусившим его бессмертие. Люди станут как боги — едиными в мыслях, делах и поступках, нестареющими, не знающими болезней, вечно радостными и счастливыми.[62] Горы и долины уступят место равнинам, наполненным разнообразными животными и растениями, возникшими ещё в эру Смешения.[63].

Поскольку Заратуштра прекрасно понимал, что не доживёт до полного торжества эры Разделения (Справедливости), то начатое его проповедью дело должен был завершить «праведный человек благого происхождения». Последователи Заратуштры надеялись, что Спаситель родится от семени пророка, хранящегося, согласно легенде, в глубинах одного горного озера. Когда приблизится «конец времён», в этом озере искупается смертная девушка и зачнёт от пророка. Родившийся таким образом Спаситель и перевесит чашу весов в пользу добра.

Чем не «предтеча» библейской легенды о непорочном зачатии «Спасителя»? Кроме того, такая мифическая миссия «Спасителя» не только закрепляет восточную кастовость, но и даже а какой-то мере является проявлением расизма: «человеку благого происхождения» всегда дано творить на земле «добро» (то есть, он всегда прав), а остальным оставлен удел выбора между добром и злом, которые с момента Творения борются за души людей между собой.

Древнейшие истоки восточного дуализма.

Начнём с того, что в Гатах содержится «Доктрина дуализма». Поскольку Гаты считаются произведением самого Заратуштры — это можно назвать «документом», указывающим на «пророческую» проповедь восточного дуализма. Приведём полностью «Доктрину дуализма» в одном из переводов:[64].

1. Провозглашу, о пришедшие! хвалы тебе, Ахура-Мазда! всеведущему, и песни доброму духу [Воху-Мана]; мудрая Праведность [Аша]! молюсь, чтобы чрез небесные светила вы показали свою милость.

2. Внемлите ушами лучшему, узрите душою явное, чтобы для себя самого каждый выбирал веру. До великого дела, да явятся возбуждающие нас к этому.

3. Те два первобытных Духа [Спэнта-Манью и Анхра-Манью], будучи близнецами, считаются противоположными друг другу в мыслях, словах и делах. Они — Добро и Зло, и между ними верно различали добродетельные, но не грешные.

4. Когда эти два Духа сошлись впервые, они создали жизнь и тленность, и [назначили их], когда будет конец мира. Лукавый — для грешников, а для праведников — Добрейший Дух.

5. Из этих двух Духов выбрал Лукавый худшие дела, праведность же [выбрал] Святейший Дух облаченный в твердейшие небеса, и те, которые удовлетворяют Ахуру правдивыми делами, веруя в Мазду.

6. Между ними не сумели различить поклонники дэвов, так что они, советуясь между собою, попали в обман, выдуманный Лукавым Духом, и помчались к Айшме, чтобы мучить болезнями жизнь человека.

7. И ему достались богатства, и добрые мысли, и праведность, а телу его дала крепость вечная Армайти: из них тебе [одному] досталось, что её дарами ты полон [богат].

8. А когда наступит наказание этих злодеев, — о Мазда! твоё царство достигается добрыми мыслями, приобретается теми, Ахура! которые дают Друдж [Ложь] в руку Аше [Правде], —

10.[65] Тогда, именно вследствие того, наступит поражение пагубной Друджи. Но, сделавшись вечными, соберутся в прекрасное обиталище Доброго Духа, Мазды и Праведности [Аша] те, которые вели себя достойно лучшей славы! чтобы мудрый пребывал там, где обитает премудрость.

9. Итак, да постараемся мы поспешествовать этому миру твоему, о Мазда-Ахура и дающая благодать Праведность [Аша.].

11. Если вы поверите в эти откровения, которые дал Мазда, о люди, во счастие и славу, и которые — долгая беда для грешников, а польза для праведника, то ими вы достигнете блаженства.

В общем, «каноническая» основа зороастрийского дуализма,[66] была сформулирована Заратуштрой — как логическое продолжение культурного наследия индоиранских дуалистических представлений глубокой древности. В зороастрийских «канонах» Авесты и преданиях веры восточный дуализм был развит до красивого «совершенства», которое верующие восприняли как истину. Как видно из текста «Доктрины дуализма», она представляет собой декларативное стихотворно-лозунговое изложение космологии зороастризма, которую мы подробно рассмотрели выше.

Зная наперёд, что доктрина посмертного воздаяния является по меньшей мере наваждением, вошедшим не только в зороастризм, но и в библейскую культуру, и в культуру исторического ислама — рассмотрим возможные истоки восточного дуализма, который является мировоззренческой основой этой доктрины. Важнейшим «ключом» к разрешению этого вопроса является зороастрийская религиозная система: её истоки и исторический путь.

Мы уже говорили, что древняя индоиранская религиозная система политеизма до Заратуштры уже была основана на восточном дуализме. Древние индоиранцы делили божества на две группы — ахуры и дэвы. На определённом историческом этапе, когда перед людьми остро встал вопрос об этических сторонах Творения, ахуры становятся добрыми божествами, а дэвы — злыми. И это разделение божеств согласуется с древними индоиранскими космогоническими мифами о Творении мира и его будущем.

Мы безусловно признаём факт Творения мира Богом — Творцом и Вседержителем. С первых же дней творения первые люди попали не в пустоту, а в определённую экологическую нишу, предоставленную им на Земле Богом. Последняя мировая цивилизация, которую мы рассматриваем с богословских позиций, образовалась после глобальной катастрофы предшествующей ей глобальной цивилизации и, помимо возможной корректировки Свыше Предопределения жизни людей на Земле, на психику её обитателей оказали воздействие по меньшей мере два объективных фактора:

1. Культурное наследие уцелевших представителей предыдущей погибшей цивилизации.

2. Давление природной среды, в которой естественным образом оказались и развивались региональные цивилизации, возникшие после глобальной катастрофы.

Известно, что психика и генетический аппарат биоценозов (в том числе и «человека разумного») способен подстраиваться под давление среды, в которой оказались биоценозы. В противном случае тот вид биоценозов, который не сумел подстроиться под внешнюю среду, обречён на вымирание.

«Человек разумный» отличается от других биоценозов тем, что он Свыше наделён способностью абстрактного мышления (мышления, оторванного от конкретных жизненных обстоятельств), волей, развитым интеллектом и свободой творчества. Именно поэтому «человек разумный» способен не только подстраиваться под окружающую его среду, но и изменять окружающую его среду по своему разумению и воле, чего не дано ни одному другому биологическому виду. Кроме этого в природу «человека разумного» заложена Творцом естественная религиозность — ощущение существования Надмирной Реальности — Бога.

Издревле люди, сталкиваясь с давлением окружающей среды, в первую очередь — заботились о собственном выживании в условиях той экологической ниши, в которой они находились. В то же время, стойкая «генетическая» уверенность в существовании Высших Сил обуславливала обожествлениев первую очередь тех сил природы, в отношении которых люди были беспомощны в те времена, перед которыми поклонялись и даже боялись, а затем уже и других, менее «могущественных» сил природы и Космоса. То есть, люди видели себя объектами управления проявлений тех Высших Сил перед которыми они были бессильны. Одновременно с этим, по мере развития, многие жизненные явления, той окружающей среды (экологической ниши), в которой развивались люди — постепенно становились для последних в разной мере объектами управления, а сами люди в отношении этих объектов управления становились субъектами управления. Так люди учились воздействовать своей волей на часть окружающей их среды и у них это получалось в первую очередь по отношению к некоторым животным и растениям. Также люди учились воздействовать на некоторые неподвластные им в обычной мирской жизни стихии с помощью примитивной эгрегориальной магии — «общения с разнообразными богами» — но при этом «боги» не всегда отвечали людям тем, что они просили и ждали от магического взаимодействия с теми.

В общем люди постоянно учились воздействию на различные объекты управления (в основном из окружающей среды: животные, растения, стихии…) как с помощью непосредственного контакта с последними, так и с помощью эгрегориальной магии. Одновременно с этим люди стали замечать, что некоторые объекты, попавшие в сферу их жизненно важных интересов, сравнительно легко поддаются воздействию (как в непосредственном земном контакте, так и в магическом взаимодействии — через «богов»-эгрегоров), а некоторые другие объекты, в отношении которых люди желали бы осуществлять такое же управление, как и на «поддающиеся» объекты — не «слушаются» их и даже «вредят».

Мало того, обращение к «богам» за помощью для воздействия на эти «непослушные» объекты и стихии — зачастую приводило к противоположным негативным результатам. В то же время, властные запросы и возможности людей росли, они желали всё в большей мере уметь оказывать властные волевые воздействия на окружающий их мир и даже на своих соперников — на людей других «враждебных» племён, с которыми они сталкивались. Действительно, в природу «человека разумного» заложена Свыше возможность своей волей менять окружающий мир, а не только подстраиваться под него,[67] как мы уже сказали выше. Но всё же не на все окружающие людей явления они могли оказывать вожделенное управленческое воздействие, что создавало ощущение в глубоко религиозной и чувствительной психике древних людей, что не все «боги» им помогают, а есть такие «боги», которые мешают им жить.

Скорее всего именно с этого момента известное издревле деление высших сил в индоиранской общности на ахуров и дэвов всё больше приобретает характерные особенности разделения на добрых и злых богов и духов. Добрыми назначаются «боги»-эгрегоры, которые помогают людям выполнять их волевые властные и честолюбивые вожделения по изменению под себя окружающего мира. В противоположность добрым — злыми назначаются те «боги»-эгрегоры, воздействие которых на людей приводило их в недоумение, которое можно было объяснить лишь «злом», поскольку это воздействие было неприятным и недоступным прямому и магическому воздействию людей — так, как бы они хотели, исходя из своей нравственности. Даже уже из этого становится ясно, что разделение на добрых и злых богов (и соответствующее этому разделению — деление явлений и объектов управления) складывалось в основном под воздействием субъективизма самих людей, «Я-центризма», их логики мышления, соответствующей древнему периоду развития.

В определённый момент, когда разделение на восточное «добро-зло» уже произошло естественным образом, оформился космогонический миф о Творении, который по существу является «калькой», снятой с представлений людей о добре и зле и перенесённой на взаимоотношения богов и духов, то есть — из мира людей в высший духовный мир. Богам и духам была приписана людская логика того времени — древнее понимание добра и зла. А для объяснения самим себе, почему одни явления и объекты поддаются волевому управлению, а другие не поддаются, люди объявили поддающиеся объекты сферой владения «добрых» богов, а неподдающиеся — «злых». Но возможно, что космогонический миф о Творении в некоторой «редакции» является духовным наследием Атлантиды.[68] Просто и он в определённый момент был переработан племенными жрецами и лёг в основу концепции восточного дуализма.

Так возник пресловутый «восточный дуализм». Нетрудно догадаться, что разделение явлений, «богов» и других вполне материальных объектов на «добрых — злых» соответствовало уровню мировоззрения общества людей, в котором господствовал животный тип строя психики. Такое первичное разделение с сохранением племенного политеизма, хоть и видоизменялось по форме, но долгое время было неизменным по содержанию[69] — до тех пор, пока общество не созрело до образования из конгломерата племён первых национально-государственных образований. В индоиранской общности это стало происходить на рубеже II–I тысячелетий до н. э., когда и появился Заратуштра.

При этом стоит особо отметить, что индоиранская племенная общность исторически до этого периода оказывалась в стороне от влияния на неё цивилизаторов-глобализаторов — в отличие от регионов Междуречья, Египта, Сирии, Финикии, Палестины и пр. То есть, религиозные процессы в этом регионе шли, можно сказать, естественным образом. А на развитие мировоззрения и изменение психики людей оказывала основополагающее влияние географическая среда и, возможно, атлантическая мифология (в некоторой мере).

В одной из сносок ранее мы уже говорили о возможных истоках восточного дуализма. Повторим здесь это с дополнением.

Скорее всего одними из факторов возникновения дуализма с глубокой древности на степном и пустынном Востоке явились географическая среда, бедная растительностью и водными ресурсами, доминирование скотоводства над земледелием. Отсутствие многообразия растительности, кочевой образ жизни скотоводов, и многие другие географические факторы (факторы давления среды, многие из которых казались древним скотоводам «злыми», поскольку степная и пустынная экологическая ниша выглядит агрессивнее, чем равнинный ландшафт, богатый растительностью, лесами и водоёмами) — могли породить в психике людей первичную дуалистическую картину мира типа «свой-чужой», «хороший-плохой». Дефицит многообразия экосреды породил в психике жителей степей и полупустынь «контрастную» картину мира — как упрощённую до примитивизма древнего понимания нормальную для человека мозаику (нормальная для человека мозаика — мозаичная картина мира — должна включать в себя любое явление в качестве отличного от остальных, но не противоположному чему-то). Такова древняя психологическая проблема древних цивилизаций Востока, откуда раньше других стали распространяться мировые религиозные системы.

Видимо не случайно география древнеиранского региона оставила свой след в «Священном Писании» зороастрийцев — Авесте. В Видевдате есть «Географическая поэма», ограничивающая «сферу творений» Ахура-Мазды регионами распространения зороастрийской религиозной системы[70] на момент записи поэмы (как полагают многие исследователи этой поэмы). Приведём её в редакции И.В.Рака[71] (обширные примечания и комментарии автора):

«Ахура-Мазда последовательно творит шестнадцать «лучших стран и мест обитания»; Анхра-Манью «в противовес этому» создает «контртворения» — различные бедствия и грехи. Таким образом, к каждому благому творению Ахуры примешивается Зло, и у каждой страны есть свой бич.

Локализация стран «Географической поэмы» следующая:

1. Арианам-Вайджа — (Авест. «Арийский простор»; среднеперс. Эранвеж — «Иранский простор») мифическая прародина иранцев. Относительно её отождествления выдвигаются разные гипотезы: Хорезм; одна из долин Памиро-Гиндукушского региона; Ариана (Ария) греков; в «мидийской теории» — долина Аракса. В частности, И.М. Дьяконов считает, что в Авесте понятие «А.-В.» «имеет гораздо более широкое значение, обнимающее не одну какую-нибудь область. Так, «Арийским простором» называется место где обитал как Заратуштра (например, «Яшт» 9.25), так и Кави-Виштаспа (например, «Яшт» 9.29); однако по легенде Заратуштра не был уроженцем царства Кави-Виштаспы, а Кави-Виштаспа, во всяком случае, не жил в Хорезме. Скорее всего этот термин может означать: 1) вообще равнины Средней Азии и Восточного Ирана, заселённые оседлыми ираноязычными племенами; 2) специально Хорезм (?); 3) то же, что «Арьйо-шайана», т. е. объединение, к которому относилось царство Кави-Виштаспы В наиболее широком смысле термин «А.-В.» соответствует «Ариане» греческих авторов времени эллинизма».

«Видевдат»: 1.1–2; 2.20–21. «Ясна»: 9.14. «Яшт»: 1.21; 5.17, 104; 17.45.

2. Гава Согдийская — по господствующему в иранистике мнению, греческая Согдиана; некоторые исследователи, однако, истолковывают авест. гаум как нарицательное обозначение некоей «страны скота» или просто «поселения».

3. Моуру — среднеперс. Мера, греческая Маргиана; совр. оазис Мары в Туркмении;

4. Бахди — Бактрия; территория совр. южного Таджикистана и северного Афганистана;

5. Нисайа — локализация затруднительна. На территории Ирана зафиксированы два сходных топонима: область города Рати в Мидии, к северо-востоку от Экбатан, и Ниса — столица Парфии; оба, однако, не соответствуют указанию «Географической поэмы», что Нисайа находится «между Моуру и Бахди»; если же правильно прочтение Дж. Дармстетера: «Нисайа, между [которой и] Моуру [находится] Бахди», то наоборот — это определение подходит для обоих топонимов. Всё же большинство исследователей отождествляют Нисайу с Нисой — столицей Парфии;

6. Харойва — древнеперс. Харайва, греч. Арея, Ария, Аркана; совр. район Герата в Афганистане;

7. Вэкерта — локализация затруднительна; возможно, область совр. Кабула;

8. Урва — предполагаемые локализации: Туе в Хорасане или одна из областей в Исфахане;

9. Вэхркана (или Хнента) — греч. Гиркания (на юго-востоке Каспийского моря);

10. Харахвати — греческая Арахосия, совр. Кандагар; по другой гипотезе — Гарут (область, связанная с Арахосией);

11. Хаэтумант — область в долине реки Хильмеад в совр. Афганистане, возможно частично и территория греческой Дрангианы;

12. Рага — Рей, город и местность в Мидии близ совр. Тегерана (?);

13. Чахра — локализация затруднительна; возможно, местность в Хорасане;

14. Варна — предполагаемые локализации: юго-западная прикаспийская область или совр. Керман на юге Ирана (греческая Кармания);

15. Хапта-Хинду — букв.: «Семь индийских [областей]» (по устаревшему толкованию: «Семиречье») — область в долине Инда, возможно, Пенджаб;

16. У истоков Ранхи — локализации затруднительна; скорее всего — мифическая страна (сравн. авест. «у истоков Ранхи» — синоним максимальной удалённости)».

Восточный дуализм: что это такое.

Итак, задолго до Заратуштры, «боги», явления и материальные объекты на индоиранском Востоке были разделены на «хорошие» и «плохие», на «добрые» и «злые». На определённом этапе появилась «философия» противоположностей, стали противопоставляться друг другу социальные и философские понятия: «свой — чужой», «благой — вредоносный», «чистый — скверный», «оседлый — кочевой», «мирный — воинственный» и тому подобные. Психологической границей, разделяющей эти понятия явилось субъективное понимание их «полезности» и овладение мерой воздействия на эти явления со стороны самих людей. Ещё раз напомним, что мера воздействия на вожделенные людьми объекты потенциального управления — соответствовала мере нравственно-мировоззренческого развития древнего общества, а последняя соответствовала Божией Мире-Предопределению, тому её этапу развития, который проходило общество.

Нетрудно догадаться, что обществу с господством нечеловечных типов психики (с преобладанием животного, даже можно сказать «звериного» типа психики) и соответствующей этому типу психики нравственности и мировоззрению (с крайне ограниченным миропониманием) — Бог в Своей Мире-Предопределении никак не мог предоставить людям власть (не то что неограниченную власть, но даже и ограниченную) над всеми вожделенными ими явлениями и выбранными ими объектами управления. Люди же, стремясь всё к большей и большей земной власти над всеми выбранными ими объектами, но не получая эту власть от Бога — объявляли всё что им не подчиняется и якобы вредит «плохим» и «злым». А для того, чтобы объяснить самим же себе свои же психические слабости (соответствующие этапу развития) — люди решили, что им вредят «боги» и духи, которые гораздо сильнее самих людей. Конечно последнее объяснение было «философски»-мировоззренчески принято людьми бессознательно — по их слабости признаться самим себе в психической незрелости (для чего нужно было многое понять), и, конечно же, непониманию логики взаимоотношений Бога с Его творениями.

Религиозная система зороастризма — содержание которой дошло до нас по ограниченным историческим источникам — хороша тем, что она является наилучшим наглядным пособием, благодаря которому исследователю можно увидеть границу между «добрыми» и «злыми» явлениями (субъективизм деления на «светлых» и «тёмных») и соотнести их с возможностями древних людей по воздействию на эти явления. Результат такого соотнесения подтверждает наши предыдущие рассуждения о происхождении «философии» восточного дуализма. Рассмотрим это разделение (границу) на базе дошедшего до нас культурного наследия зороастризма.

Космогоническая легенда плавно переходит в зороастрийскую «философию», согласно которой земной мир в своей благой части был сотворён добрым началом; на это злой дух ответил контртворением, создав смерть, зиму, зной, вредных животных и т. п.; постоянная борьба двух начал определяет и всё существование мира. Но еще до его творения два духа-близнеца совершили выбор между добром и злом (что и обусловило их бытие одного как святого, другого как враждебного духа). Затем подобный выбор был сделан Амарта Спантами,[72] вставшими на сторону добра, и избравшими зло дайвами; и скотом («Душой быка»), выбравшим добро, и т. д.

В зороастрийских «канонах» перечисляются «чистые» и «нечистые» предметы, звери, насекомые, растения и даже люди.[73] Ещё Геродот сообщал, что «маги… собственноручно убивают всех животных, кроме собаки и человека.[74] Они даже считают великой заслугой, что уничтожают муравьёв, змей и [вредных] пресмыкающихся и летающих животных».[75] Согласно доктрине зороастризма, к «чистым» относятся человек, звери (особенно собаки, ежи, коровы, овцы), полезные растения. Даже из этого короткого списка можно увидеть, что «чистыми» были объявлены те животные, которые служили (помогали) человеку и являлись объектами его управления в той или иной мере. Были более полезные животные и просто полезные. Но, считалось, что все души «чистых» животных сделали выбор в пользу сил «добра». Культы некоторых «чистых» животных можно проследить в Авесте.

Из всех «чистых» животных особо выделялись бык (корова) и собака, считающиеся «священными». Можно понять древних иранцев: ведь бык приносил им основную пищу, а собака издревле помогала пасти стада. То есть, культы «чистых» животных родились вполне естественным образом: души этих животных считали помощниками, посланными самим Ахура-Маздой («Мудрым Господом») для добрых дел людям. Культы «чистых» и «нечистых» животных, других разделённых на «добрые» и «злые» явлений — обрастали традициями (плодом длительных наблюдений), неизменным сопровождением которых были религиозные ритуалы, сопровождающиеся как повседневной житейской магией, так и коллективными магическим обрядами под руководством жрецов.

Со дня своего рождения до смерти зороастрийцы должны совершать обряд очищения и сами соблюдать абсолютную чистоту. Прикасание к «нечистым» предметам приравнивалось к греху. Особо почитаемыми у зороастрийцев были огонь, вода и земля. Нельзя было налить себе воду, не вымыв руки, нельзя было выходить в дождь на улицу, ибо это означало загрязнение земли и воды. Нельзя есть мясо, если предварительно из него не была удалена кровь.[76] Жёсткие правила соблюдения «чистоты» во время еды не позволяли зороастрийцам есть в присутствии представителей других религий: очень часто в присутствии мусульман они вообще отказывались от еды. В присутствии иноверцев зороастрийцы никогда не купались в бассейне. Сжигание мусора запрещалось, так как для зороастрийцев огонь был всегда священным. Для разведения огня в домашнем очаге употреблялось сухое, чистое дерево; при приготовлении пиши ни одна капля не должна была попасть в огонь. Для нечистот и мусора в каждом доме существовало специальное помещение; когда оно заполнялось до определённого предела, туда наливался специально приготовленный раствор, и нечистоты по специальному желобку сливались в землю. Обычай этот до сих пор сохраняется в районе города Йезд (Иран).

Как видно из более поздних зороастрийских традиций, разделение объектов, с которыми сталкивались верующие на «добрые» и «злые», «чистые» и «нечистые» — с определённого момента стало распространяться и на людей.[77].

Распространение восточного дуализма на людей началось, конечно же, гораздо раньше прихода Заратуштры. Однако, красивая мировоззренческая основа такого разделения была впервые чётко сформулирована «пророком». Миссию «пророка» Заратуштры мы подробно разобрали в предыдущих главах. Его можно понять: необходимость централизации власти требовала определённой религиозной дисциплины, единения людей благообразной и приемлемой верой. А последнее никогда не обходилось без «охоты на ведьм».

Зороастрийская вера оказалась такова, что в ней были грамотно учтены «свободолюбивый», «властолюбивый» и «амбициозный» характер обитателей степных кочевых племён, древнейшая дуалистическая индоиранская основа религиозной системы и одновременно с этим — мягко выставлена религиозная граница якобы свободного людского выбора между зороастрийским «добром» и «злом».

За каждым человеком признавался «свободный» выбор: кому отдать свою душу — Ахура-Мазде или Анхра-Майнью — но при этом все, кто не вписывался в зороастрийскую веру (отступники) объявлялись пособниками «зла» и «нечистыми». После чего, «чистолюбивые» зороастрийцы, как известно, избегали контактов с «нечистыми»,[78] стараясь при этом даже магически (с помощью молитв) воздействовать на «злых» духов. Также по-умолчанию служителями злых духов считались иноверцы.

В религиозных представлениях зороастрийцев нашли отражение и продолжение народные верования, магия и демонология.[79] Так, из поколения в поколение передавался страх перед дэвами (демонами); и чтобы преодолеть его, зороастрийцы произносили особые молитвы с заклинаниями, носили принадлежавшие их предкам амулеты и талисманы, которые должны были оберегать их и их семьи от дэвов, несчастий, болезней.

Самым привлекательным и оригинальным новшеством Заратуштры был религиозный тезис о свободе воли, свободе выбора человеком линии поведения. Выступив решительным и бескомпромиссным поборником зороастрийского «добра», Заратуштра подал своим примером «пророка» образец «добропорядочного» поведения на многие века. При этом вера предполагала, что хотя человек свободен встать в борьбе «добра» и «зла» на любую сторону, однако после возвещения Заратуштрой праведной веры действия ее сторонников будут способствовать победе «доброго» начала, что и является целью самого мирового процесса. Заратуштра предвещал приход нового мира, знаменовавшего собой триумф сил «добра» над силами «зла». После дня страшного суда и испытания огнём те, кто избрал «добро», окажутся в царстве «справедливости», созданном Ахура-Маздой. Окончательная победа «добра» ожидалась в недалёком будущем. Понятно, что продекларированная «свобода» выбора при этом резко ограничивалась во-первых религиозным страхом перед силами «добра» (причём страх перед силами «добра», когда наступал момент выбора — был неизменно больше, чем перед «злыми» духами, от которых можно было отгородиться ритуальной стороной религии); и во-вторых, чисто социальным фактором — общественным порицаниемсо стороны большинства людей, присягнувших зороастрийскому «добру» и его «богам». Свобода воли — тоже ограничивалась традициями и догмами веры — раз и навсегда разделившей мир на зороастрийское «добро» и «зло».

С этого момента все, кто попал под «колпак» духовных ценностей зороастризма «добро-зло», были надёжно «отключены» от большого и важного жизненного «массива» обратных связей от Бога Истинного к людям: зороастрийская вера отгородила людей от «неприятного» воздействия на них Свыше через Язык Жизни, объявив всё «неприятное» и опасное — «злым» и «нечистым», с чем надо бороться, помогая Ахура-Мазде уничтожать это вместе с людьми и животными. Всему «неприятному», не поддающемуся вожделенному воздействию, «опасному» был объявлен «оградительный» бойкот — до «окончательной победы зороастрийского добра». Можно сказать, что с этого момента естественный, заданный в Божием Промысле духовный рост людей зороастрийской цивилизации надолго остановился — поскольку люди отказались внимать Языку Жизни, «законсервировав» догматами веры своё развитие на тот момент, когда зороастризм стал государственной религией. Посчитав, что они нашли ответы на все мировоззренческие и философские вопросы, люди успокоились, оградившись ритуалами и обрядами зороастризма от якобы злых сил. В действительности люди оградили себя от Языка Жизни — будучи слабыми правильно реагировать на «неприятные» его призывы менять себя дальше, чтобы соответствовать Божией Мире развития.

Мы знаем, что все творения — создания Единого Творца (также как и планеты, другие космические тела,[80] земля, вода, горы и пр.).[81] Если Бог посчитал поместить людей в определённую Им среду, в которой есть место разнообразным творениям (как «полезным», так и кажущимся «вредными») — значит Он предусмотрел заранее все Миры необходимого для нормального естественного воздействия на людей со стороны выбранной Им среды.

Плохих и лишних творений (тварей)[82] в природе не существует: такое субъективное деление — признак психической незрелости людей. Для Человека (имеется в виду для того, кто сумел привести свою психику к человечному типу) опасность и вредоносность многих тварей заканчивается раз и навсегда. Ни одна животная тварь (будь то змея, скорпион, хищный зверь или птица…) не тронет Человека — но они будут «опасными» для людей с нечеловечными типами психики. То же касается и разнообразных природных явлений: объективно праведные цивилизации с преобладанием человечного типа психики никогда не постигнет никакое стихийное бедствие. В объективно праведных цивилизациях пустыни и степи будут превращаться в цветущие оазисы — по описанию сходные с мифическим зороастрийским и библейско-кораническим раем. И наоборот: данные Свыше людям цветущие равнинные оазисы[83] могут с помощью деяний людей превратиться в сухие степи и пустыни.[84] Зороастрийская вера лишила людей естественного ощущения обратных связей Свыше на их деятельность. Но лишь, будучи Божиим Язычником (воспринимая по жизни Язык Бога) можно точно знать в каждый исторический момент — что является объективным Добром, а что мешает нормальному развитию и является объективным Злом. Зороастризм догматизировал субъективное «добро» и «зло» (как оно понималось при Заратуштре) на века, лишив людей живой религиозной связи с Богом через Язык Жизни. Зороастризм научил людей уничтожать «вредных» животных — грубо вмешиваясь в предопределённую Свыше Миру развития, в которой учтена экологическая ниша для каждого региона Земли.

Кроме того, заметим, что наибольшее количество особо «вредных» и опасных животных, насекомых тварей, ядовитых растений, болезней, опасных стихий — приходится на регионы ведического Востока. Значит Бог посчитал необходимым усилить и даже «ожесточить» воздействие среды на людей, которые исторически займут именно эти экологические ниши. Но люди на определённом этапе оказались настолько психически слабы, что искусственно (духовно и материально) оградили себя от такого Языка Жизни. Видимо в других регионах люди, попадая в более комфортные географические условия — становились из поколения в поколение чувствительными к малейшим проявлениям разнообразных сил, не разделяя эти проявления на «хорошие» и «плохие».[85] Поэтому в таких регионах крайне вредоносных тварей оказалось меньше: усиление воздействия Свыше через среду на ощущающих жизнь людей не требовалось.

С того момента, как зороастризм охватил психики людей целой древней цивилизации — можно сказать началась первая массовая благообразная «зомбификация» населения,[86] пребывающего до этого момента в «свободном» «животно»-«зверином» состоянии психики. Неправильно будет рассматривать этот исторический этап — как какую-то сознательную агрессию касты местных жрецов против своего народа. Тем более неправильно рассматривать начало массовой «зомбификации» населения ведического Востока как козни «мировой закулисы» — самого крутого «жречества» глобальной ответственности. В данном случае «мировая закулиса» просто явилась свидетелем становления первой государственной религиозной системы такого вот дуалистического характера в иранском регионе. Другое дело, что «закулиса» впоследствии переняла «передовой» опыт «зомбификации» из зороастризма (об этом речь пойдет позже). Становление первого государства-цивилизации в древнем Иране пошло по такому вот объективно неправедному зыбкому пути.

«Жреческую» касту первого зороастрийского государства можно понять: «зомбированной» толпой, в которой преобладает «животно»-«звериный» тип психики, легче управлять, оберегая раннюю государственность от распада, а себя от потери властных «полномочий». Действительно многое, дошедшее до нас в мифах из раннего зороастризма указывает на две крайности веры: неприятие неподчинения своей воле, доходящее до уничтожения неподчиняющихся объектов и необоснованная любовь к особо послушным и полезным объектам, беззаветно служащим и преданным зороастрийцам — вплоть до обожествления отдельных экземпляров. Самым выдающимся экземпляром-объектом такого поклонения в зороастризме является собака.[87] Но именно собака из всех животных лучше всего воспринимает дрессировку «условными рефлексами» — или по-другому, поддаётся «зомбификации». В зороастрийской системе ценностей «добро-зло» собака поставлена на уровень человека, а в некоторых случаях и выше.[88] Зороастрийские правила поведения и обряды, связанные с собаками — проникнуты «ностальгией», которую можно выразить следующим образом: «вот если бы все люди были бы также преданны хозяину — как собака…». И эта проблема решалась зороастрийским «жречеством» по отношению к людям: другого способа организовать единство разрозненных племён «жречество», видимо, не знало.

Собаку любили за беззаветную преданность и верность, её присутствие символизировало «уничтожение всего грязного, порочного, безнравственного»,[89] к тому же она съедала все остатки и отбросы пищи. Ещё в далёкой древности зороастрийцы верили, что пристальный, магнетический взгляд собаки обладает особым свойством. Оно заключалось в том, что взгляд собаки способен был, как полагали верующие, прогонять «насу» («злых духов», «демонов смерти»), осквернявших всё живое.

Последнее — выражение символического бессознательного алгоритма, принятого зороастрийской верой. За его «собачьей» символикой скрыто желание древних верующих и их «жрецов» — отгородиться «зомбирующими» программами («взглядом [на жизнь] собаки» — то есть «зомби») зороастрийской веры, обычаями и сопряжённой с этим магией от «неприятных» воздействий на них Языка Жизни, приписывая при этом «неприятные» воздействия злым духам, а не своему собственному несовершенству. Главный источник такого мировоззренческого подхода к трудностям Жизни — слабость и несовершенство психики древних людей индоиранского Востока (по отношению к идеалу Человечности) и одновременно с этим их амбициозность, честолюбие, связанные с желанием расширить границы властных возможностей, а также, историческая необходимость создания первых государственных образований (чисто социальная проблема). Впоследствии (исторически позже зороастризма) такого рода желание списать все жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы (а в монотеизме — на Бога), или на других людей, на иноверцев… — вошло во многие религиозные системы (библейскую, исторический ислам и другие). В общем извечное желание переложить ответственность за свои мысли и поступки на кого-то другого было и остаётся «естественным» приложением психической незрелости людей с глубокой древности. Только приписывание «неприятностей» богам и духам — возвышало людей в их же глазах: ведь дух считался сильнее любого человека. Но одновременно с этим люди «расписывались» в своей же слабости мировоззренчески одолеть «злые» эгрегоры-духи, которых они же сами и породили, а вера, «консервирующая» людской духовный прогресс (на стадии её религиозного оформления) только «помогала» им оставаться и дальше наедине со своими слабостями. Эта психическая особенность сохраняется и до наших дней у большинства людей и является своеобразным жизненным «тестом» на психическое совершенство (относительно идеала Человечности).

Именно с культом собаки связывался обычай «сагдид» — обязательное присутствие собаки при умирающем.[90] При умирающем присутствовала собака, которая у зороастрийцев является «священным животным». На этот счёт существуют разные предположения: одни ученые связывают этот обычай с мифологическим героем — царём Йимой, у которого были особые собаки с четырьмя глазами. Более рационалистические теории указывают на особый инстинкт собаки, предчувствующей последний вздох и последний удар сердца умирающего. По древнему обычаю, существующему и поныне, вокруг умирающего разбрасывали кусочки хлеба или клали их на его грудь, и собака съедала их. Если для этой цели в древности использовались собаки особой породы, то уже в XIX в. в городе Йезд (Иран), например, обычай «сагдид» выполняли уличные собаки. Только после того как собака съедала кусок хлеба, в помещении умершего, родственникам объявлялось о смерти их близкого.[91].

Но и среди «жрецов» был обряд посвящения, связанный с собачьей преданностью — преданностью вере и иерархии «жрецов». Будущий «священнослужитель» должен был шесть раз совершить омовение особо приготовленным составом, 18 раз натереться песком, 5 раз обмыться водой. Затем он должен был повторять за служителем культа слова клятвенной формулы очищения и дотронуться до собаки, которая вела его к другому священнику, после чего он омывался «священной водой» и его оставляли в храме на 9 дней.

«Справедливость» восточного дуализма.

Важнейшим аспектом восточного дуализма, который мы ещё не рассмотрели — является зороастрийское понимание справедливости. Не удивительно, что доктрина «справедливости» (условно назовём её так) была выражена в тот исторический момент развития индоиранского племенного конгломерата, когда в этой среде возникла жизненная необходимость создания первых крупных национально-государственных образований. Помимо космогонического мифа (красивых и благообразных объяснений источников «восточного дуализма»), помимо выстраивания чётких «канонических» границ между зороастрийским «добром-злом» (и соответствующих этим границам жизненных устоев и обычаев), помимо выверенной системы магических процедур, которыми заведовало «жреческое» сословие — нужна была философская система «справедливости». В противном случае заложенное Свыше в души людей стремление к поиску Истины, к Справедливости, которое естественным образом давало о себе знать по Мире развития людей — не было бы «удовлетворено» в системе «ценностей» новой веры, а продолжение «стихийного» естественного поиска людьми Истины и Справедливости на долгие века отодвинуло бы возможность религиозного (идейного) единения, которое всегда являлось и является главной основой устойчивости любой региональной цивилизации. Вот и пришла пора выразить идеи справедливости — как их понимали психически несовершенные (по отношению к идеалу Человечности) люди на том этапе развития.

Но и выразить то те идеи «справедливости», которые уже созрели в эгрегориальных системах древних восточных обществ (на базе сложившегося мировоззрения людей) — мог далеко не каждый из простых людей и даже «жрецов». Для этого нужен был самый передовой выдвиженец старой духовно-эгрегориальной системы «ценностей», который сформулировал бы не только уже известные её положения о «справедливости», но сумел бы «экстраполировать» имеющееся религиозное мировоззрение людей в будущее с целью надолго удовлетворить естественное стремление людей к поиску Истины, Справедливости, смысла жизни. Эгрегориальной «экстраполяцией» издревле занимались шаманы и жрецы…

Мы уже знаем, что такую миссию взял на себя Заратуштра, который с детства задумывался более других о названных выше философских категориях. Также мы уже говорили в предыдущих главах, что космогония зороастризма (взятая от веры предков и развитая Заратуштрой) очень логично и правдоподобно переходит в доктрину восточного дуализма — неотъемлемой и важнейшей частью которой является учение о посмертном воздаянии.

Сразу вспомним, что неотъемлемой составляющей индоиранского социального устройства с глубокой древности была кастовость общества. Когда-то давно существовали две крупные касты — племенные жрецы (шаманы) и войны — видимо соответствующие древнему кочевому образу жизни. Затем каст становилось больше. В определённый момент развития переход из одной касты в другую стал практически невозможен: принадлежность людей той или иной касте определялась происхождением.

То есть, в индоиранском обществе с древнейших времён «автоматическое» кастовое разделение людей по происхождению считалось «нормальным»; эта «нормальность» прочно вошла в людское мировоззрение и закрепилась на духовно-эгрегориальном уровне. Именно поэтому вопрос о справедливости, который особо остро встал на рубеже I–II тысячелетий до н. э. никак не затрагивал тему преодоления кастовости общества. Но именно эта тема — преодоление внутрисоциальной несправедливости, которую поддерживают люди своей жизнедеятельностью — и является «вопросом вопросов» с позиции Наивысшей Справедливости. Именно «нормальность» кастовости Востока скорее всего и является объективно порочным наследием духовности Атлантиды, преодоления которой Бог ждёт от людей нашей цивилизации в первую очередь: с этого начинается Справедливость. Без преодоления кастовости (и других разновидностей толпо-«элитаризма») невозможно предоставление людям равного доступа к знаниям, равных возможностей развития. Но для построения общества всеобщей Справедливости условие равных стартовых возможностей для получения всей необходимой в жизни информации никак не может быть проигнорировано, поскольку каждый человек по-своему уникален, лишних людей не существует и лишь всем миром можно сообща понять Правду-Истину. Отнимая у нижестоящих (в социальной иерархии ниже «жречества») каст возможность получения всесторонних жреческих знаний — высшая каста «жрецов»-«священников» издревле поставила себя посредником между людьми и Богом, являясь главным препятствием на пути к Справедливости.

Для убедительности обратимся к зороастрийским «канонам». В «Младшей Ясне» 19 глава называется «Сословия и наставники в вере». Оттуда можно узнать, что во времена Заратуштры было четыре сословия. Приведём отрывок из неё:[92].

«16. И в этой речи Маздой было сказано о трёх мерах, четырёх сословиях, пяти Рату,[93] осуществляющих [свои деяния] через помощников. Какие [это] меры? Добрая мысль, доброе слово, доброе деяние.

17. Какие это сословия? Жрец, воин, скотовод, ремесленник, [которые] сопутствуют артовскому человеку и днём и ночью мыслями, речами и деяниями, согласными с Артой,[94] отмеченные Рату и понимающие Религию, [сопутствуют человеку], который вместе с Артой споспешествует и дому и дворцу.

18. Какие [это] Рату? Для семьи, для рода, для племени, для страны, и пятый — Заратуштра. От этих стран [отличается] Рага[95] заратуштровская: у Раги заратуштровской четыре Рату. Какие у неё [Раги] Рату?[96] Родовой, общинный, племенной и четвёртый — Заратуштра».

Всё наглядно: зороастрийская вера «благословляла» именем «доброго» бога Ахуры-Мазды и авторитетом Заратуштры кастовое разделение общества[97] (каждой касте — свой достаток и род занятий), наставничество (каждому социальному образованию — свой учитель-наставник, дающий знания).

Но и это не всё: зороастризм искусно закрепил иллюзию социальной справедливости тем, что основные духовные правила веры были обязательны к исполнению людьми (конечно теми, кто встал на сторону «добра» и «правды»-«Арты») всех сословий-каст. И в этом отношении отступничество от веры наказывалось (а поддержка веры поощрялась) от имени Ахура-Мазды одинаково как у «жрецов» (обитателей дворцов), так и у скотоводов (обитателей домов) — во всяком случае в декларациях веры было сказано именно это: «17. Какие это сословия? Жрец, воин, скотовод, ремесленник, [которые] сопутствуют артовскому человеку и днём и ночью мыслями, речами и деяниями, согласными с Артой, отмеченные Рату и понимающие Религию, [сопутствуют человеку], который вместе с Артой споспешествует и дому и дворцу».

Ещё зороастрийская «справедливость» закреплялась тем, что каждой касте предписывалось верой одинаково поддерживать физически и духовно «здоровый» образ жизни, а для этого необходимо было соблюдать не только многочисленные оригинальные благообразные предписания зорастрийских традиций «чистоты» (надо отдать должное, что многие из них действительно весьма полезны как для соблюдения личной и общественной гигиены, заботы о природе; так и для сохранения физического здоровья общности), но и быть духовно «добрым»: (Какие [это] меры? Добрая мысль, доброе слово, доброе деяние). Что касается «добра», то «правда»-«Арта» веры была одна на всех, но имущество и возможности получения информации у разных каст были разные. Такая изощрённая благообразная система имитации социальной справедливости, скорее всего, обогнала на века все остальные открытые рабовладельческие системы, где от имени богов цари, «жрецы» и «элита» беззастенчиво употребляли рабский труд. Поэтому-то у зороастрийцев было чему поучиться «мировой закулисе» на будущее.

Но самое главное даже не то, что уже высказано в этой главе о смысле зороастрийской «справедливости». Это всё лишь последствия духовной и психической незрелости людей, выразившиеся в их социальной и духовной организации. Людям необходимо было, помимо мирской «справедливости» объяснить самим себе смысл жизни — тем более, что вера в бессмертие человеческой души существовала на Востоке с древних времён.

Необходимость объяснения себе смысла жизни в совокупности с оригинальным зороастрийским пониманием справедливости, мировоззренческим признанием нормальности кастового разделения общества — породило доктрину посмертного воздаяния, как «успокоительный» (для самих себя) миф «о существовании высшей справедливости» (древние люди Востока не приучены были искать справедливость в земном мире: они стали её искать в духовном мире, выйдя на доктрину посмертного воздаяния). «Высшей» признавалась посмертная «справедливость» — перед которой все остальные виды «справедливости» (некоторые мы упомянули в этой главе) уходили на второй жизненный план и преподносились как так называемые «жизненные испытания людей, результаты которых будут учтены посмертным воздаянием».

В результате сформированный таким образом людьми мировоззренческий подход к естественным жизненным воздействиям на них (которые мы называем Языком Жизни) заключался в том, что жизненные воздействия воспринимались не как указание Свыше (через Язык Жизни каждому человеку индивидуально и всему обществу в совокупности) на необходимость корректировки жизни и быта людей, их мыслей и деяний — а как «неприятные» либо «полезные» воздействия на людей «злых» либо «добрых» духов: от первых люди отгородились сводом «нравственных» правил; а вторыми просто «пользовались» как «помощью Свыше». Но главное, что «справедливость» при таком подходе к Языку Жизни заключалась в том, что если человек становится на сторону «добра», то он будет вознаграждён «раем» и наоборот. «Встать на сторону добра» значило принять все основные позиции зороастрийской веры — после чего от человека требовалось лишь «вести праведный образ жизни» (по-зороастрийски).

В то же время перед «высшей посмертной «справедливостью»» зороастризма все остальные жизненные «неприятности» оказывались «мелкими и проходящими», тем более что многие из них приписывались силам «зла». Главное, что такое зороастрийское понимание о «высшей посмертной «справедливости»» как бы уравнивало все касты-сословия по отношению к «справедливости» «Высшего посмертного суда» — чем самым и «жрец» и скотовод становились «в одинаковое положение» (правда не в этой жизни, но в «самом главном» — когда наступит суд над их душами). Ясно что такая вера во всеобщее «посмертное воздаяние» снимала предпосылки и рецидивы[98] социальной напряжённости, которая могла возникнуть, если в какой-нибудь низшей касте вдруг начнут искать Справедливость не в той жизни (посмертно), а в этой. Но самое главное, что такой мировоззренческий взгляд на «справедливость» родился не вследствие каких-то умышленных козней касты «жрецов»: в индоиранском обществе «нормальность» кастового (или иначе толпо-«элитарного») деления общества вошла не только в духовность людей, но и устойчиво закрепилась на генетическом уровне — именно поэтому большинство людей каждой касты (от «жрецов» и до скотоводов) вполне устраивала зороастрийская «справедливость», они другой справедливости и не искали (несмотря на пышные многословные декларации зороастрийских «канонов» об истине, правде и справедливости).[99] Поэтому зороастризм устойчиво закрепился как «народная» религиозная система (хоть и не сразу: племенная «свобода» была несколько шире зороастрийской, но государственность победила со временем). Что касается рецидивов социальной напряжённости (в смысле вожделения людей низшей касты перейти вверх по иерархии), то их в кастовом обществе древнего Востока практически не было (людей устраивало их социальное положение), поэтому мировоззренческая первопричина зороастрийской посмертной «справедливости» — изначальное отсутствие этих серьёзных рецидивов. Но не наоборот.

Другой стороной зороастрийской «справедливости», красиво переплетённой с восточным дуализмом, является «миф о будущем», который обещает людям победу сил «добра» над силами «зла» и «Страшный Суд» над грешными душами. Как мы уже говорили, это «кнут» и «пряник», придуманные самими же людьми для себя же (от имени верховного бога), чтобы вместо нормального пути преодоления своих психических слабостей (недоразвитости психики) с помощью Языка Жизни (то есть — Божьего водительства, от которого зороастрийцы отгородились восточным дуализмом) — создать по сути ложную систему искусственных стимулов к бездумному благообразному продолжению объективно неправедной, духовно однообразной жизни. Эти зороастрийские духовные стимулы ещё долгие века и даже тысячелетия будут служить имитаторами Правды-Истины, заставляющими людей кротко боятся «Бога» — вместо того, чтобы нравственно-психически расти, становясь Ему добровольными, свободными от наваждений «рая», «ада» и «Страшного Суда» помощниками.

Излишняя жизненная кротость и даже покорность, которую прививает людям боязнь «божьей кары», закрепляет холопско-господские стереотипы поведения в жизни.[100] Но именно на базе этих стереотипов — давно сложившихся взаимоотношений людей индоиранского кастового общества (ещё до Заратуштры) — и могла быть оформлена и сформулирована доктрина посмертного воздаяния, приписанная верховному Богу. Мол, сначала боги (либо Бог) разберутся между собой (либо Бог разберётся со «злыми» духами) в другом мире, а затем победивший «Бог» окончательно навечно воздаст душам людей за их земную жизнь.

Нужно сказать, что духовные стимулы покорности зороастрийской веры, такие как вера в посмертное воздаяние, Страшный Суд и прочие, мирно и гармонично соседствовали с целой, достаточно жизнерадостной системой предписаний веры — забот о физическом здоровье людей, о могуществе государства.

В практической деятельности особое значение зороастризмом придаётся умножению «благого материального бытия, созданного добрым началом для человека». В Гатах особое значение придаётся разведению скота и произрастанию трав на лугах. В Младшей Авесте преимущественно — земледелию, возделыванию «хлеба, травы, плодоносящих растений» и ирригационным работам («обводнению безводного места», «осушению места с избытком воды» и т. п.). Большое значение всегда придавалось и продолжению рода, ибо многочисленное потомство считалось умножающим воинство доброго начала. Зороастризм всегда был чужд аскетизму (и позже постоянно выступал против него в полемике с «христианством», буддизмом, манихейством и проч.). По одному из текстов Младшей Авесты, «ни один из тех, кто не ест, не способен ни к усердному занятию земледелием, ни к усердному занятию произведением сыновей. Ведь посредством еды живёт весь телесный мир, от воздержания он теряет жизнь».

«Праведный образ жизни» признавался главным долгом человека перед «добрым началом», как и основным средством в достижении индивидуального спасения в будущей жизни. Жертвоприношениям, молитвам и т. п. в раннем зороастризме отводилась меньшая роль. По Видевдате, «возделывающий хлеб наносит ущерб злому началу и продвигает вперёд дело Мазды, а следовательно, приближает победу добра, в такой же мере, как произносящий 10 000 молитв Ясны». Заратуштра отвергал ряд древних иранских обрядов, включая массовые жертвоприношения скота, что находилось в связи и с социальным содержанием учения «пророка».

Такие зороастрийские устои как отрицание аскетизма, множество обычаев, весьма полезных для физически здорового образа жизни семей, родов, каст — всех слоёв общества — гармонично переплетались с заведомо объективно вредными устоями. Одним из этих объективно вредных для физиологии людей «добрых» устоев зороастризма являлся устой «благословления хаомы». Возможно, что Заратуштра сам и был против этого наркотического напитка, но после него хаому не только не перестали употреблять, но она вошла в культуру всех слоёв древнеиранского общества, а не только «жречества». «Добро» на употребление хаомы зафиксировано Авестой (Младшая Ясна, гл 11):[101].

«Прославление Хаомы.

Да падут здесь воды, против дэвов, против дэвий. Да ударит их добрый Сраоша. Да придёт сюда Аши добрая, да отдаст счастие Аши добрая этому дому, священному, принадледжащему Хаоме, очень сильному.

2. Первое твоё изготовление[102] я прославляю словом, о мудрый, когда жрец берёт ветки. Все прочие твои изготовления я прославляю словом, о мудрец [церемонии изготовления], в который ты будешь убиваем силою мужа.

3. Я прославляю и облако, и дождь, которые дают расти твоему телу на вершинах гор. Я прославляю высокие горы, на которых ты вырос, Хаома!

4. Я прославляю землю широкую, обширную, производительную, безграничную, твою мать, Хаома праведный. Я прославляю поле земли, где ты растешь, благовонный, и маздаическим ростом растешь, Хаома, на горе. И чтобы ты вырос по пути птиц, и был явно источником праведности.

5. Расти, моим словом, по всем стволам, по всем ветвям, по всем сучьям!

6. Хаома растёт, будучи прославляем. И так муж, прославляющий его, делается более победоносным. Малейшего выжимания Хаомы, малейшего прославления Хаомы, малейшего вкушения Хаомы достаточно для уничтожения тысячи [злых духов].[103].

7. Изгоняется осквернение, причинённое [ими] из того дома, куда его привезут, где его прославляют, Хаому целебного, явную целительную силу и пребывание его в селении.

8. Ибо все другие напитки сопровождаются [дэвом] Айшмой [т. е. гневом] страшным, но то питьё, которое от Хаомы, сопровождается праведностью возвышающей: увеселяет сок Хаомы <…>».

Пропаганда на «божественное» употребление наркотической хаомы, сок которой «увеселяет», а «питьё, которое от Хаомы, сопровождается праведностью возвышающей», поскольку «малейшего вкушения Хаомы достаточно для уничтожения тысячи [злых духов]» — напрямую относится к теме «справедливости» зороастризма. Дело в том, что несмотря на «каноническую» и обрядовую «справедливость», которая зафиксирована зороастрийской верой; несмотря на то, что зороастрийцы отгородились ритуалами «чистоты» и восточным дуализмом от вразумляющего воздействия на них Языка Жизни — остались ещё:

— Совесть, через которую Бог Истинный (а не эгрегоры-боги и эгрегоры-духи) может обращаться и обращается к уровню сознания любого человека.

— Психический «дискомфорт» (неприятные ощущения, которые всплывают из глубин психики людей в случае, если они отгораживаются от Языка Жизни, от обращений к каждому из них Бога через Язык Жизни и через совесть), который должен нарастать у людей — тем больше, чем больше они игнорируют настойчивые обращения к ним Свыше. При этом психический «дискомфорт» должен усиливаться, чем дальше цивилизация отдаляется во времени от исходной точки в глобальном историческом процессе — времени, когда была принята объективно неправедная система мировоззренческих «координат», согласно которой люди стали строить свою жизнь.

Чем «заглушить» эти воздействия Свыше на психику каждого человека? — Конечно же наркотиками и алкоголем. Мораль Авесты сформулирована так, что в ней заключены простые и понятные всем «истины» о чистоте помыслов, благожелательном отношении к людям, помощи в нужде и опасности, активной борьбе со злом, мире и согласии со всеми, единодушии, долге и справедливости. Это пробуждает отвержение зависти, необузданного гнева, мелких страстей и необдуманных поступков. Человек должен быть умеренным в своих желаниях и мыслях, удалить от себя корысть и жестокость, тщеславие и беззаконие. Всё это направлено на предупреждение возникновения социальной напряжённости. Но психика людей — «вещь в себе», от неё можно ожидать и «неожиданностей», связанных с двумя изложенными выше естественными особенностями человека. Во избежание этих «рецидивов» — вкупе с хаомой зороастрийцам рекомендуют употреблять вино. Вино, согласно «кодексу» зороастризма, следовало пить умеренно, потому что оно якобы способствует перевариванию пищи и усиливает обменные процессы в теле, гонит кровь в организме, удаляет скорбь, воспламеняет цвет лица и повышает деятельность ума, зажигает огонь жизни; умеренное потребление вина улучшает работу памяти, увеличивает силу зрения и силу речи.[104].

Заметьте, что наркотический напиток хаома употребляется в особо торжественных случаях и его принятию якобы сопутствует позитивные «духовные» изменения, которые якобы помогают зороастрийцам «возвышать свою праведность» — т. е. нравственно расти (в той системе нравственных критериев, которая зафиксирована зороастризмом). Алкоголь же рекомендуется как средство физического и интеллектуального «оздоровления». В общем зороастрийцам рекомендовано пребывать в наркотическом и/или алкогольном (алкоголь тоже наркотик, но воздействующий на психику несколько иначе смеси растительных галлюциногенных веществ — хаомы) угаре и в повседневном быту и в особых случаях, когда они занимаются магией, духовными упражнениями:[105] времени на трезвые мысли при этом может совсем не остаться.

Учитывая, что хаому (и алкоголь тоже) принимали «жрецы»-шаманы задолго до появления Заратуштры — именно зороастрийские племенные «жрецы» передали свой «передовой» опыт наркотизации «вниз» по кастовой социальной иерархии. «Жрецы» употребляли хаому «по должности» — для получения эффекта быстрого и лёгкого вхождения в эгрегоры за управленческой информацией, с помощью которой они руководили племенами, а впоследствии и государствами. Мы уже знаем, что шаманом мог стать далеко не каждый из племени: шаманов тщательно отбирали перед инициацией — в том числе и по критерию физиологической и психологической устойчивости к наркотическим веществам (в тех обществах, где шаманы употребляли наркотики). «Жрецы» переняли от шаманов многие практики вхождения в эгрегоры, переняли и практику употребления наркотиков. Когда жречество выделилось в отдельную касту — кадры для «высшей» магии стали черпать из её среды. Остальным кастам разрешалось заниматься магией частного (в социальном плане) характера. Но религиозная система и для тех и для других была единой. Едиными были и традиции употребления наркотиков. Это и подкупало своей якобы справедливостью — «равноправием». Поэтому наркотизация и алкоголизация древнеиранского населения шла «сверху» вниз скорее всего «естественно»: «жрецы» считали это «благом» как для себя, так и для других людей. И передавали таким образом свой религиозный опыт. Как видно, повседневное нахождение людей зороастрийской веры в наркотическом и/или пьяном угаре приветствовалось устоями веры. Во всяком случае употребление вина для «переваривания пищи…» свидетельствует о рекомендуемом ежедневном приёме алкоголя (да ещё и не раз на дню).

Регулярное употребление наркотиков и алкоголя — заключительное средство (рекомендуемое зороастризмом), которое является «надёжной» преградой для самостоятельного (вне «канонов» веры) обретения людьми информации, соответствующей Высшей Справедливости. Мы уже знаем, что наркотики искажают нормальную (предопределённую Богом) для человека работу психики, физиологию организма, структуру биополей. Широко известна поговорка, смысл которой: «пьющий человек постепенно теряет совесть». Кроме совести (способности людей взаимодействовать с Богом в части получения Свыше информации о настоящей Справедливости-Правде) от алкоголя и наркотиков люди теряют не только память, но и ум-интеллект. Это доказанный факт. Так что зороастрийская вера врёт о полезности алкоголя и наркотиков, утверждая свою «правду»-Арту с точностью до «наоборот».

Но эта древнейшая ложь — позднее вошедшая в западное общество с Востока — скорее всего тоже была не чьим-то осознаваемым злым умыслом. Мы знаем, что «жрецы»-шаманы (в период позднего шаманизма) помогали себе наркотиками входить в эгрегоры, недоступные им в обычном психическом состоянии.[106] Скорее всего «жрецы» внесли наркотизацию в общество, искренне считая её «благом». Люди же по-разному стойки к наркотикам: одни становятся «шаманами» (в самом плохом смысле этого понятия, так как не все шаманы употребляли наркотики), а другие (и таких большинство) — ломаются и становятся зависимыми от дурманящих ядов, часто опускаясь до «отбросов» общества.

Но и те и другие — и шаманы-«жрецы» и обыватели — употребляя наркотические препараты и алкоголь, устанавливают этим непреодолимую преграду между своей психикой и Богом, заведующим Высшим пониманием Справедливости, до тех пор пока не перестанут употреблять психотропы. Но одновременно с этим каждый, кто изменяет своё психическое состояние применением психотропов, получает какие-либо дополнительные весьма «приятные» (в ощущениях) возможности. Последнее касается в первую очередь — бессознательного доступа в те или иные эгрегоры, в зависимости от склада психики употребившего наркотик человека и от его социального положения. То есть, каждый получает от употребления психотропов — своё. «Жрецы» обретают доступ к эгрегорам высшего порядка той региональной цивилизации, которой они управляют. Именно поэтому они эффективнее (чем в трезвом виде) могут заниматься общесоциальной (общезначимой) эгрегориальной магией — «разговаривать с добрыми богами» и получать от богов «советы»: если в региональной цивилизации нет вообще никакого духовного прогресса, то «советы богов» становятся однообразными, и такая цивилизация как правило гибнет, выпадая из Промысла…Чем ниже по социальному статусу сословие (каста) — тем менее общезначимой для государства (цивилизации) эгрегориальной магией занимаются люди: воины — своей; пастухи — своей; ремесленники — своей.[107] Но существуют магические обряды и праздники, которые сплачивают всю цивилизацию под диными эгрегорами-богами: этими обрядами руководят «жрецы». Здесь важно, что каждая каста занимается имитацией связи с Богом (у каждой касты свой набор эгрегоров, которыми она довольствуется): в этом все касты «равны». Мало того, психотропные препараты позволяют представителям каждой касты почувствовать в себе духовную уверенность от «личного» общения с «добрыми» духами-богами (а то и с самим Ахура-Маздой): эгрегор, в который входит наркотизированный тип, «приятно» поддерживает его своей информационной и энергетической мощью, создавая иллюзию комфорта от общения с духом.[108] Это — ещё одна сторона имитации всеобщей справедливости с помощью «добра» на всеобщее применение психотропных препаратов.

Поскольку вся Западная цивилизация, и в первую очередь Россия, в настоящее время сидят на алкогольно-наркотической «игле», а традиции применения психотропов вошли в библейскую культуру из зороастризма,[109] то для того, чтобы проникнуться ущербностью и объективной лживостью зороастрийской веры в этом ясном для многих здравомыслящих людей вопросе, приведём большой отрывок из «Хом-яшт» (9 глава Младшей Ясны).[110] Обратите внимание, что наркотик рекомендуется именем Заратуштры всем сословиям-кастам — каждому по конкретному частному поводу:

«Хом-яшт».

16 Так воскликнул Заратуштра: «Прославление Хаоме! Добр Хаома благодетель, Создан правильно Хаома, Добр, целебен и прекрасен, Добродетелен, победен, Золотист, в побегах гибкий. В пище лучший он, и значит, Душу он на путь наставит. 17 У тебя прошу, о жёлтый, Возбуждения хмельного, Силы, здравия, победы, Исцеленья, процветанья, Роста и телесной мощи, Всестороннего познанья, Чтоб по миру я свободно Шёл, вражду одолевая, Победителем над ложью, 18 Чтобы смог преодолеть я Всех врагов противоборство, Всех их: демонов и смертных, Злых колдуний с колдунами, Кави злобных, карапанов, Лютых недругов двуногих, Лжеучителей двуногих И волков четвероногих, И орды широколицей Тараторящей, бродящей. 19 Первое, о чём прошу я, О Хаома, страж от смерти: Мир прекрасный верных Аше, Наилучший, всесчастливый. А второе, что прошу я, О Хаома, страж от смерти: Тела этого здоровье. Третее, о чём прошу я, О Хаома, страж от смерти: Годы долгие для жизни. 20 А четвёртое прошу я, О Хаома, страж от смерти: Чтоб довольным, сильным шёл я По земле, вражду сметая, Победителем над ложью. Пятоё, о чём прошу я, О Хаома, страж от смерти: Чтоб с победой шёл из боя По земле, вражду сметая, Победителем над ложью. 21 Вот шестое, что прошу я, О Хаома, страж от смерти: Чуять первыми и вора, И разбойника, и волка. Нас никто чтоб не учуял, Мы чтоб их опережали! 22 Тем, кто быструю упряжку Направляет в бой, дарует Мощь с энергией Хаома. Роженицам лучезарных Сыновей даёт Хаома, Правоверное потомство. Тем же, кто сидит с усердьем Изучая наски, дарит Святость, знание Хаома. 23 Тем девицам, что надолго Засиделись без зачатья, Даст заботливого мужа, Просьбам вняв, Хаома мудрый. 24 Был лишён Хаомой трона Тот, кто звался Кэрэсани — В нём росло стремленье к власти, Он ворчал: «Мне впредь не нужен атхраван, чтоб помогал мне в процветиньи государства». Он извёл бы процветанье, погубил бы процветанье! 25 Благ тебе, своею силой Ты свободен, о Хаома; Благ тебе, ты знаешь много Слов, правдиво изреченных, Благ тебе, не задаёшь ты Зря вопрос на слово правды. 26 Первому тебе дал Мазда Пояс, звёздами расшитый, В духе созданный — благую Даэну маздаяснийцев. Им ты был перепоясан На вершинах гор высоких, Чтобы шло распространение Слов и смысла мантр священных! 27 Ты владыка дома, рода, Племени, страны и знаний Через святость, о Хаома! Ради силы и победы, И брони надёжной телу Для меня к тебе взываю. <…>

В действительности психотропы являются не «бронёй надёжной телу», а надёжной защитой «зомбирующей» неправедной веры от вторжения в неё иного понимания справедливости, нежели это прописано в «кодексе» Авесты.

Образ зороастрийского «Бога».

Мы подошли к теме зороастрийской «божьей логики» или по-другому — к изучению «характера» зороастрийского «Бога». Тема эта особо важна не потому что зороастрийский «Бог» какой-то особо интересный, выдающийся и могучий. Дело в другом: на рубеже II–I тысячелетий и несколько позже в некоторых регионах древнего Востока стали появляться религиозные системы монотеизма — единобожия. Мы знаем, что исторически первым о едином Боге заговорил египетский фараон Аменхотеп IV — Эхнатон (XIV век до н. э.). Хронологически после Эхнатона монотеизм, как считается, проповедовал Моисей. Однако параллельно становлению иудаизма (религиозной системы строгого монотеизма) развивался иранский зороастризм. «Характер» иудейского «Бога» можно узнать из Ветхого Завета, только вот само иудейское писание формировалось, возможно, позже зороастрийских «канонов» и на образ иудейского «Бога» мог повлиять образ зороастрийского «Бога».

В общем, «характер» единого верховного «Бога», который вошёл в «мировые» религиозны системы монотеизма, вполне мог формироваться на базе уже существовавшего образа «Бога» из зороастрийской религиозной системы.Рассмотрим некоторые аспекты древних мировоззренческих сдвигов, под воздействием которых мог сформироваться устойчивый образ верховного «Бога», основные черты «характера» которого были переняты другими религиозными системами.

Вопрос о логике, которую люди издревле приписали Богу — один из ключевых вопросов понимания сути той или иной религиозной системы. В первой книге курса Сравнительное богословие мы разбирали понятие «теология», что в переводе на русский язык значит «богословие». Но если слово «теология» переводить буквально, то его можно перевести как «божья логика». Издревле люди усвоили для себя ту «божью логику» (характер взаимоотношений людей с «Богом»), которая была распространена в их регионе проживания, формировали на этой основе своё мировоззрение и руководствовались усвоенной ими «божьей логикой» в жизни. Впоследствии в библейском «христианстве» появилась теология — комплекс «богословских» рассуждений о Боге, о жизни и смерти, о законах бытия и т. п., основанный на понимании людьми божьей логики (логики взаимоотношений Бога и людей). Но и во многих других религиозных системах есть своя теология — «наука» о взаимоотношениях Бога с людьми.

Сразу следует отметить, что в таких крупнейших религиозных системах как иудаизм, библейское христианство, ислам (как исторический так и коранический) — Бог бывает и добрым и злым:

— Добрым — по отношению к людям, которые ему покоряются во всём: их даже называют «рабами Божьими» (это выражение принято в «христианстве» и исламе).

— Злым и мстительным — по отношению к тем людям, кто игнорирует принятую в религиозной системе логику «Бога».

Кроме этого мы уже знаем, что доктрина восточного дуализма — неотъемлемая часть древнейшего индоиранского религиозного мировоззрения, и на её основе формировался один из первых в истории современной цивилизации переходов (а возможно и хронологически первый переход) от политеизма к монотеизму. Мы уже говорили, что религиозную систему зороастризма нельзя уверенно назвать монотеистической: правильнее её назвать «дуалистической» религиозной системой, в которой единый Ахура-Мазда признан главным творцом всего «Добра» и единым «Богом». Однако творить (противоположное «Добру» — «Зло») в зороастризме может и антипод Ахуры-Мазды. Вспомним некоторые мифические истоки легенды о противостоянии «добра» и «зла», что легло в основу восточного дуализма.

Земной мир в своей доброй части был сотворён добрым началом; на это злой дух ответил контртворением, создав смерть, зиму, зной, вредных животных и т. п.; постоянная борьба двух начал определяет, согласно зороастрийской легенде, и всё существование мира. Но ещё до его творения два духа-близнеца совершили выбор между добром и злом (что и обусловило их бытие: одного как святого, другого как враждебного духа). Затем подобный выбор был сделан Амарта Спантами, вставшими на сторону добра, и избравшими зло дайвами; и скотом («Душой быка»), выбравшим добро, и т. д. Такой же выбор предоставлен и человеку.

Ангра-Майнью вторгся в пределы небосвода, создал планеты и кометы, не подчиняющиеся равномерному движению небесных сфер, загрязнил воду, наслал смерть на первого человека Гайомарта. Но от первого человека родились мужчина и женщина, давшие начало роду человеческому. От столкновения двух противоборствующих начал весь мир пришёл в движение: воды обрели текучесть, возникли горы, задвигались небесные тела. Чтобы нейтрализовать действия «вредных» планет, Ахура-Мазда к каждой планете приставил благих духов. Это стало основой начала «эры Смешения».

Действительно с момента «канонизации» легенды о дуализме началась «эра смешения» Добра и Зла на Земле. Зороастрийские «каноны» догматизировали не только древнее дуалистическое понимание «добра-зла», но и «характер» взаимоотношений верховного «Бога» со своим антиподом и обоих — с людьми.

· Первый ключевой ложный тезис зороастризма, это — тезис о возможности существования мира лишь как «столкновения двух противоборствующих начал». После догматизации он стал мировоззренческой основой, на базе которой складывался стереотип отношения к высшей силе как к могучей сущности, которая находится в постоянной борьбе со своим антиподом. Люди перенесли на высшую силу (Бога) стереотипы земных взаимоотношений, почерпнутые ими из мировоззрения глубокой древности (см. главу «Древнейшие истоки восточного дуализма»). Так появился и закрепился первый ложный стереотип «характера» якобы высшего Бога — Он якобы находится в постоянной борьбе (со Злом). Желая подражать во всём «доброму» Ахуре-Мазде, люди вставали на сторону последнего, перенимая этот ложный стереотип для себя: именем своего «Бога», следуя его стереотипам поведения (постоянной борьбы со «Злом»), люди выискивали врагов веры, «злых» духов, «злые» явления, «злых» людей и животных и т. п. и занимались изведением из своей жизни всего этого- вместо того, чтобы заниматься совершенствованием своей психики под водительством вразумляющего воздействия Бога Истинного через Язык Жизни.

То есть, первый ложный стереотип «характера» якобы высшего Бога (сначала приписанный Богу, а затем — перенесённый в мир людей как истина) стал крупнейшим средством самоуспокоения людей и имитации ими настоящей религии. Религия должна служить помощью людям по изменению своей психики и мировоззрения в сторону Человечности. Человечество действительно когда-то должно стать единым, но не путём насильственного уничтожения «злых» людей и явлений (с помощью вмешательства Бога), а путём преображения всех региональных культур к единой Человечной, к которой каждая региональная цивилизация движется своим путём. Доктрина «высшего дуализма» (борьба высших сил) учит уничтожать «зло», но это «зло» как правило является проявлением Языка Жизни и одна региональная цивилизация со своей религиозной культурой может взаимодействовать с другой согласно Языку Жизни. Но как правило разные крупные религиозные системы от имени Бога учат считать иноверцев «злом» (либо прямо, как в иудаизме, либо по умолчанию — как в библейском христианстве) — после чего даже начинаются религиозные войны. И всё это — следствия перенесения логики, приписанной когда-то Богу на религиозные людские миры.

За этой «перманентной» борьбой люди не могут себе даже представить, что гармония Вселенной, находящейся в постоянном колебательном движении, никак не может быть организована на базе «столкновения двух противоборствующих начал»: война, да ещё такая затяжная (по легенде несколько тысяч лет) — всегда хотя бы немного, но непредсказуема. Как могла бы существовать непредсказуемая Вселенная? Начало Вселенной одно и это — Бог Единый, всегда Добрый, Который ни с кем никогда не борется. Но того же самого Бог ждёт и от людей: лишь преодолев ложный «закон» «столкновения двух противоборствующих начал», обретя Человечный тип психики — люди смогут объединиться и слиться с мировой гармонией. Бог, следуя гармонии Вселенной, предопределил жизнь цивилизации, дав людям две возможности: вписаться в мировую гармонию или выпасть из неё. В последнем случая современная цивилизация сама себя уничтожит, так и не познав настоящее Добро.[111].

· Второй ключевой ложный тезис зороастризма касается мстительности Бога. Этот тезис — тоже, скорее всего:

— Во-первых, пережиток древнего дуалистического представления индоиранского конгломерата, вошедший в зороастризм, от том, что раз есть противостоящее высшему «Добру» — «Зло», топоследнее когда-то должно быть наказано физическим уничтожением.[112] Так написано в космогонической легенде: «злой дух погибает от рук доброго бога-спасителя».

— Во-вторых, следствие зороастрийского понимания высшей справедливости (см. главу ««Справедливость» восточного дуализма»), согласно которому, все души людей, вставших в земной жизни на сторону зороастрийского «зла», будут уничтожены в аду, а поддерживающие «добро» — попадут в рай: в этом выражается посмертная «справедливость» мстительного «высшего надзирателя» Ахура-Мазды.

Со времён зороастризма на Бога Единого возведена ложь о Его мстительности — как посмертной мстительности людям, так и о мстительном уничтожении «злых» духов в якобы надмирной «разборке» между «добрым» и «злым» началами зороастрийского дуализма. В действительности Бог всегда Добрый и не имеется за Ним никакой мстительности. Бог поддерживает только объективную Праведность людей. За объективное Зло Он не наказывает ни в земной жизни, ни посмертно: Он просто не поддерживает объективное Зло, попуская людям последнее друг относительно друга в пределах Своего Промысла. А люди сами наказывают друг друга в земной жизни за объективное обоюдостороннее Зло.

При этом механизм взаимного наказания порочными людьми друг друга (а также и самонаказания) имеет как минимум три взаимосвязанных аспекта:

— Физический (нанесение друг другу какого-либо физического или материального вреда).[113].

— Духовно-эгрегориальный, мистический (борьба людей друг с другом на уровне эгрегориального противостояния, что часто воспринимается как вмешательство богов в жизнь людей, поскольку каждый человек включён в определённый набор эгрегоров, управляющих его поведением и способных творить «чудеса»).

— Организация природных стихий (воздействие на людей природных, геологических, тектонических и прочих явлений, характер проявления которых зависит от людской духовной и вещественной жизни).

При всём этом накопленное людьми объективное Зло остаётся в пределах Земли и помимо вещественного мира ограничено духовным миром людей — Ноосферой Земли: дальше Ноосферы объективному Злу выхода не имеется. Поэтому людская борьба со Злом — это и борьба людей друг с другом в вещественной и духовной сферах (на уровне дел, слов и идей) и борьба людей самих с собой (Добро и Зло борются в психике каждого человека) — на уровне процессов, идущих в психике каждого. Примерно также обстоит дело и с воздаянием раем «за верное служение Богу в мире людей». Никакого рая Бог не предусмотрел: просто, победив своё же Зло на Земле (духовно и вещественно), люди сами должны преобразить Землю в «рай».

Считается, что Заратуштра стал первым, кто учил о посмертном суде над каждым человеком, о рае и аде, о грядущем воскресении тел, о всеобщем «Последнем Суде» и о «вечной жизни воссоединявшихся души и тела». Эти представления стали впоследствии достоянием нескольких мировых религиозных систем человечества — в первую очередь иудаизма, библейского христианства и ислама. Однако только в самом зороастризме они имеют между собой красивую и полную основу, логическую связь, потому что Заратуштра настаивал и на исконной благости материального мироздания и соответственно плотского тела и на непоколебимой беспристрастной божественной справедливости — как он её понимал. По Заратуштре, спасение каждого человека зависит от совокупности его мыслей, слов и дел, в которые вмешиваться и изменять, из сострадания или же по своей прихоти, не может ни одно божество.

Последнее — великое заблуждение Заратуштры, вошедшее в мировоззрение миллионов людей. Бог вмешивается в жизнь людей, поддерживая Добро и Праведность — ненавязчиво указывая внимательным людям через Язык Жизни праведный путь. Но зороастрийцы (похоже впервые в истории становления религиозного монотеизма), отгородясь догматами своего «добра» и «зла» от Языка Жизни, так и остались глухи ко всегда Добрым призывам Бога, считая Его «невмешивающимся».[114].

При более позднем переходе от восточного дуализма к строгому монотеизму (иудаизм, «христианство», ислам) основные черты «характера», приписанные «дуалистическому» Богу зороастризмом, остались. Главное, что после зороастризма в «характер» Бога крупнейшими религиозными системами был «записан» всё тот же восточный дуализм, адаптированный к строгому монотеизму: Богу приписали не только поддержку Добра, но и мстительную борьбу со Злом (перепутав и канонизировав «добро и зло») с вытекающей из системы восточного дуализма доктриной посмертного воздаяния, которой якобы руководит Бог. В общем, восточный дуализм не ушёл в прошлое вместе с иранским зороастризмом, он так и остался достоянием мировоззренческих систем основных мировых религий. На этом позитивный (в смысле постижения людьми Правды жизни) духовный прогресс надолго приостановился.

Люди издревле принимали эгрегориальную магию как явления вмешательства в их жизнь Бога (богов). А поскольку эгрегоры — творение самих людей, то и «характер» Бога (богов) соответствовал тому содержанию (эгрегориальным матрицам-«штампам»), которое люди когда-то сами заложили в эгрегоры-боги, руководствуясь своим несовершенным мировоззрением. Первой религиозной системой, которая «канонизировала» эгрегориальное «добро-зло», как взаимоотношения Бога с людьми и Бога со «злом-добром», был зороастризм. Но именно основой зороастризма и явился восточный дуализм с его доктриной посмертного воздаяния (мировоззренческая основа древних индоиранцев).

Одновременно с «канонизацией» такого дуалистического «характера» якобы Бога, порочный духовно-мирской круг надолго замкнулся: люди эгрегориально замкнулись на «Бога»-эгрегор (эгрегоры) с соответствующим последнему «характером». Культурно-религиозная и «каноническая» поддержка «характера» выдуманного «Бога» обеспечила на столетия и тысячелетия поддержку крупнейшей эгрегориальной иллюзии-мистерии, передавшейся другим религиозным системам.

Для большей полноты ощущений и представлений мстительного «характера» зороастрийского «Бога» приведём отрывок из Авесты. Согласно зороастрийской вере посмертный суд над душами поручен Митре,[115] по обеим сторонам которого восседают Сраоша и Рашну, держащий весы правосудия. На этих весах взвешиваются мысли, слова и дела каждой души: «добрые — на одной чаше весов, дурные — на другой. Если добрых дел и мыслей больше, то душа считается достойной рая» и наоборот. «Характер» Митры — высшего судьи Ахура-Мазды — можно увидеть в одном из яштов Авесты (10 глава «Михр-яшт»):[116][117].

1. Сказал Ахура-Мазда Спитаме-Заратуштре: «Когда я создавал Митру многопастбищного, тогда наделил [я] его такими качествами, чтобы был он достоин почитания и восхваления [в такой же мере], как я сам, Ахура-Мазда.

2. О Спитама, губит всю страну человек, нарушающий договор,[118] нанося [этим] такой же удар по всему причастному Арте, как и сто кайадов.[119] Не нарушай договора, о Спитама, ни того, что заключаешь с [представителем] друджевского [мира],[120] ни того, что [заключаешь] с единоверцем, причастным Арте; обоюдный ведь договор: и друджевский и артовский».

4. За блеск его и Хварно я буду чтить Митру многопастбищного, вознося молитвы и [совершая] жертвенные возлияния. Митру многопастбищного мы чтим, который [дарует] мирное, хорошее житьё арийским странам.

<…>

7. Митру, многопастбищного, <…> бдящего, мы чтим,

8. которому молятся правители стран, идя на бой против кровожадного вражеского войска, когда смыкаются [его, врага] боевые порядки [на территории] между двумя странами, [находящимися] в состоянии войны,

<…>

11. которому молятся воины, [склонившись] к загривкам лошадей, силу испрашивая для упряжек, здоровья — для себя, бдительности против противников, возможности ответного удара по врагам, разгрома противника недружественного, враждебного одним ударом <…>

12. Митру, многопастбищного, <…> бдящего мы чтим,

13. который первым из божественных духов над Харой приближается впереди бессмертного [Солнца], сам на быстрой лошади; который первым покоряет прекрасные, окрашенные в золото вершины и оттуда, наимогущественный, обозревает всю [землю], заселённую арийцами,

14. доблестные властители которой совершают многие военные походы, высокие горы которой, с обширными пастбищами, богатые водой, способствуют [разведению] скота, глубокие озёра которой стоят с необозримой водной гладью, судоходные реки которой <…> спешат, низвергаясь, в сторону Ишкаты Парутской, Моуру в Харойве, Гавы Согдийской и Хорезма.

15. На Арэзахи и Савахи, на Фрададафшу и Видадафшу, на Ворубарэшти и Воруджарэшти и на такую часть света, как Хванирата блестящую, заселённую скотом, и с местами, здоровыми для обитания скота, — [на всё это] Митра взирает.

<…>

17. Митру, многопастбищного <…> бдящего, мы чтим, которому никто не смеет лгать:[121] ни глава семьи, [верховодящий] в семье, ни глава рода, [верховодящий] в роде, ни глава племени, [верховодящий] в племени, ни глава страны, [верховодящий] в стране <…>

18. Лжёт ли ему глава семьи, [верховодящий] в семье, глава ли рода, [верховодящий] в роде, глава ли племени, [верховодящий] в племени, глава ли страны, [верховодящий] в стране, — сокрушает разгневанный, восстановленный против них Митра и семью, и род, и племя, и страну, и глав семьи во [всех] семьях, и глав рода [всех] родов, и глав племени [всех] племён, и глав страны [всех] стран [всех] племён.[122].

<…>

28. Митру, многопастбищного <…> бдящего, мы чтим, который устанавливает колонны дома с высокими опорами, укрепляет косяки, столбы [ворот]. Тому дому, где [его] ублаготворили, дарует он стада скота и людей; и сокрушает другой, где его восстановили против себя.

<…>

64. Митру, многопастбищного <…> бдящего, мы чтим,

65. быстрого из быстрых, верного из верных, могучего из могучих <…> дарующего изобилие, дарующего жир, дарующего стада, дарующего власть, дарующего сыновей, дарующего жизнь, дарующего хорошее существование, дарующего причастность к Арте.

<…>

116. Двадцатикратен договор между двумя друзьями, поддерживающими друг друга;[123] тридцатикратен между двумя членами одной общины; сорокакратен между двумя партнёрами; пятидесятикратен между мужем и женой; шестидесятикратен между двумя послушниками; семидесятикратен между учеником и наставниками; восьмидесятикратен между зятем и тестем; девяностократен между двумя братьями,

117. стократен между отцом и сыном, тысячекратен между двумя странами, десятитысячекратен договор маздаяснийской Религии[124].

<…>

119. Митру, многопастбищного <…> бдящего, мы чтим.[125]«О Спитама, чти Митру. Расскажи [о нём] ученикам. Тебя, [о Митра, ] станут чтить маздаяснийцы месте со скотом мелким и крупным, вместе с птицами пернатыми, что летают на крыльях»».

Важные исторические этапы.

Прервём содержательное рассмотрение религиозной системы зороастризма и обратимся к истории его становления. Изучить историю зороастризма именно сейчас необходимо, поскольку в дальнейших наших рассуждениях мы будем часто сравнивать зороастризм и другие религиозные системы — особенно «христианство» и ислам.

Как мы уже упоминали, через некоторое (не определённое точно учёными) время после своего возникновения зороастризм начал распространяться в Мидию, Персию и другие страны иранского мира. В VII в. до н. э. многие районы западного Ирана были объединены под властью Мидии с центром в Экбатане (современный Хамадан — город на Западе Ирана). Мидийское государство включало ряд областей Передней Азии и восточной части Ирана (хотя восточные границы Мидии точно не определены). От мидян зависело и персидское царство Ахеменидов. В середине VI в. до н. э. персидский царь Кир поднял восстание против Мидии и образовал новую Ахеменидскую державу (550–330 гг. до н. э.), простиравшуюся от реки Инд на востоке до Эгейского моря на западе и от Армении на севере до первых порогов Нила на юге. По своему этническому составу Ахеменидское государство представляло пёстрый конгломерат племён и народностей. Заимствовав многое из культуры и государственного управления Мидии, Ахемениды создали многочисленный административный аппарат, почти не изменив политические институты завоёванных ими стран.

С приходом в середине VI века до н. э. к власти в Иране персидского рода Ахеменидов и созданием ими крупной мировой империи эволюция зороастризма вместе с религиозными верованиями древних иранцев продолжалась. Судя по надписям (на скалах, стенах дворцов, глиняных табличках) Дария I и Ксеркса, религиозная система Ахеменидов во многом напоминала зороастризм: верховным божеством признавался Ахура-Мазда, хотя культ древних богов по-прежнему существовал. Неотъемлемой частью ахеменидской религии был дуализм: противопоставление благого начала злому. Вместе с тем ряд положений и особая терминология в значительной степени отличались от зороастрийских. Поэтому религиозную систему ахеменидской державы называют маздеизмом — по имени верховного «Бога». Видимо, в позднеахеменидское время был введён так называемый зороастрийский календарь, названия месяцев и дней в котором отражают состав пантеона божеств Младшей Авесты.

В маздеизме резко усилился восточный дуализм. Ахура-Мазда выступал как верховный «Бог» в окружении других богов в достаточно аморфной (не дифференцированной по функциям) иерархии пантеона. Наследственные «жрецы»-маги[126] старательно закрепляли сословно-кастовый характер веры маздеизма. По сообщениям некоторых античных авторов, «жрецы»-маги считали себя учениками и последователями Заратуштры и составляли могучую влиятельную высшую социальную касту. Но есть и другие мнения по поводу преемственности в деятельности мидийских магов…

В IV в. до н. э. началась «каноническая» обработка зороастрийского учения. Сложилась доктрина зрванизма, согласно которой добрый дух Ахура-Мазда и злой дух Анхра Майнью являются сыновьями-близнецами «Бесконечного времени» — бога времени Зрвана. Каждый из духов обладает равной силой и правит по три тысячи лет. Эту версию маздеизма уже никак не назовёшь монотеистической. Скорее всего наследие Заратуштры многократно пересматривалось и подстраивалось под нужды той или иной иерархии «жрецов» и царей-императоров. Но всё же по дошедшим до нас частям Авесты веру Заратуштры можно установить. Характерно одно: для «жрецов» и императоров всех времён всегда подходила доктрина восточного дуализма, доктрина посмертного воздаяния (в которые входил и «характер» верховного «Бога») и доктрина сословности общества.

Скорее всего именно во времена империи Ахеменидов, которая охватила часть Египта, Греции и даже Индии — зороастризм стал проникать в другие религиозные системы через «жреческие» верхушки. Учитывая что «жреческая» верхушка Египта (самая посвящённая) в этот период уже приняла на себя глобальную миссию (и формировала иудейские диаспоры), «мировая закулиса» не могла не заинтересоваться опытом державы Ахеменидов. Тем более, что Ахемениды претендовали на огромные территории, многие их которых уже давно находились под скрытым контролем «мировой закулисы».

Этим многое объясняется в эволюции зороастризма во времена Ахеменидов: в зороастризм стала проникать символика древнего египетского рабовладельческого толпо-«элитаризма» и связанные с древними рабовладельческими магическими культами символики. Кроме того, верховный «Бог» зороастризма стал приобретать антропоморфные (человекообразные) черты — что было принято в крупнейших древних национально-государственных цивилизациях Востока с целью обожествления верхушки властей. Если раннему зороастризму было чуждо идолопоклонничество (в Гатах Ахура-Мазда выступал как существо абстрактное, бестелесное), то при Ахеменидах в нём стал появляться элемент антропоморфизма. М.А.Дандамаев объясняет нововведение персидских царей следующим образом[127] (выделено жирным нами):

«Они должны были показать своего бога десяткам и сотням подвластных им народов. Символом верховного бога Ахура-Мазды был выбран символ верховного бога ассирийцев — Ашшура. Здесь даже не требовались серьёзные иконографические изменения: на позднеассирийских цилиндрах Ашшур изображался в виде фигуры царя между двух распахнутых крыльев, в солнечном диске, а на эламских цилиндрах — почти так, как позже у Ахеменидов — в зубчатьй короне. <…> Порталы дворцов Персеполя, главные сцены на лестницах венчало изображение солнечного диска с крыльями — символа, широко распространённого в Египте, но, вероятно, истолкованного как символ Ахура-Мазды. <…> В Персеполе раскопано много печатей, на которых изображён крылатый Ахура-Мазда в солнечном диске».

С этого исторического момента (самое позднее VI–V века до н. э.)[128] можно отсчитывать начало «культурного сотрудничества» персидских «жрецов» и представителей «мировой закулисы» на территории империи Ахеменидов.

В 30-х годах IV в. до н. э. ахеменидская империя пала под ударами армий Александра Македонского. Скорее всего древнегреческая культура и соответствующая ей религиозная система греческого пантеона была ближе «мировой закулисе» — в её замысле идейно-религиозного пастырства для толпы не иудеев. Видимо поэтому предпочтение было отдано поддержке империи Александра Македонского. Да и сам Александр Македонский был «завербован» «мировой закулисой» и воспитывался в их духе с детства.[129] Древнегреческая религиозная культура начала «канонизироваться» в VI–V вв. до н. э. Тогда же появились первые греческие школы, затем греческое «право», «философия» и прочие науки. Это происходило под контролем «мировой закулисы» практически одновременно с образованием империи Ахеменидов на обширной территории.

Зороастризм Ахеменидов, скорее всего, в те времена был чужд представителям «мировой закулисы»: они пробовали «культурно сотрудничать» со «жреческими» верхушками империи Ахеменидов, но отдавили предпочтение расширению сферы влияния древнегреческой культуры — «однокоренной» (по мифологии) с мифологией древних Египта и Междуречья[130] и более адаптированной в те времена к глобальному рабовладельческому проекту, «выплеснувшемуся» из Египта.[131] Короче говоря, в стане Александра Македонского к концу IV века до н. э. у «мировой закулисы» оказалось больше «своих».[132].

В то же время передовые идеи зороастризма стали активно проникать в древнегреческую культуру (греки по характеру очень доверчивы, любознательны и мистифицированы), оказав на неё сильное влияние со времён захвата греческих владений Ахеменидами. Особо усилилось взаимопроникновение культур зороастризма и греческой во времена эллинистической державы Селеквидов.[133] Разгром Ахеменидов и захват их империи Александром Македонским, последовавшие за его внезапной смертью в 323 году до н. э. междоусобные войны (преемников-диадохов за наследственные владения) и возникновение в Азии эллинистической державы Селеквидов — способствовали небывалому доселе взаимопроникновению греческих и местных культур и верований. Пантеон богов, которым поклонялись в разных частях эллинизированной Азии, заметно увеличился. Зороастризм утратил положение государственной религии, хотя многие его традиции сохранялись.

С этого момента (с момента распада державы Александра Македонского) вплоть до начала III века н. э. (начало эпохи Сасанидов) зороастризм смешался с другими религиозными верованиями и не выделялся как государственная религия крупной державы. Однако при этом идеи зороастризма глубоко проникли как в греческую, так и позже в римскую религиозные культуры. Ставка «мировой закулисы» на империю Александра Македонского не привела к желаемым результатам (распространению греческой культуры и «права»). Эллинизм ушёл в прошлое после завоевания Греции Римом. После смерти Александра Македонского также начался период длительного кризиса зороастризма (с 330 г. до н. э. до начала III века н. э. — почти шесть веков). Внезапная смерть Александра Македонского и распад его империи не позволили возвыситься ни одной из порочных религиозных систем, уступив плацдарм мировой державы Риму. Почти шесть веков идеи зороастризма были «законсервированы» и «растворены» в культах других религий.

Но за это время произошёл ряд исторических событий. Как мы уже говорили, в конце IV в. до н. э. Иран вошёл в состав греко-македонского государства Селевкидов. А затем власть в Иране перешла к новой иранской династии Аршакидов (происходившей из Парфии) с центром в отпавшей от македонян в середине III в. до н. э. Парфии.[134] Парфянское царство Аршакидов просуществовало до начала III века н. э. и долгое время было крупнейшей державой, соперничавшей с Римом за гегемонию в Западной Азии. В общем Иран так и не вошёл надолго ни в одну пытавшую захватить его империю, оставаясь самостоятельной державой. Это говорит о том, что мировоззрение иранцев не соответствовало греко-римскому мировоззрению, на доминирование которого сделала ставку «мировая закулиса».

Греко-римская культура с её пантеоном богов гораздо ближе культуре материалистического атеизма, нежели древняя индо-иранская религиозная основа и возникший на её базе зороастризм. Последняя ближе идеалистическому атеизму. Видимо граница между двумя наметившимися атеистическими цивилизаиями, характеризующимися потенциалами тяготения к материализму (Запад) и к идеализму (Восток) — в то время проходила по Чёрному морю в районе современной Турции, Каспию и далее, Ирану. Впоследствии тяготеющий к идеализму Восток распределился между двумя его ветвями — идеалистическим атеизмомислама и ведическим идеализмом. А Запад, несмотря на библейский идеалистический атеизм стал наращивать потенциал материализма — по мере развития технократии — что естественно закончилось кризисом библейского идеалистического атеизма на Западе и реанимацией древнегреческого культурного наследия.

В парфянскую эпоху (середина III в. до н. э. — начало III в н. э.) в разных частях империи Аршахидов продолжали сохраняться эллинистические традиции и культы греческих богов пантеона. Одновременно с этим развивались иудаизм, а в начале I века н. э. — разные направления «христианства» и некоторые другие религиозные культы. Древние иранские боги нередко отождествлялись с греческим и римскими: Зевс воспринимался как Ахура-Мазда, Митра как Аполлон и т. п. В самой Парфии Ахура-Мазда был включен в круг других иранских богов, таких как Митра и Анахита. В общем в парфянскую эпоху в Иране был пантеон богов и соответственно — политеизм. По античным источникам, при парфянских царях существовал совет жрецов-магов. Во время правления Аршакидов, очевидно, предпринимались попытки кодификации Авесты и, как полагают некоторые учёные, редактирование некоторых её разделов. В науке существует мнение, что в то время Авеста была записана арамейским безгласным шрифтом, однако главной продолжала оставаться устная традиция, на основе которой уже при Сасанидах была произведена запись «священного» свода текстов Авесты авестийским алфавитом с гласными.

В III в. н. э. (с 224 года) в результате непрекращавшихся войн с римлянами и внутренних распрей парфянское царство приходит в упадок. В борьбе против парфянского государства выдвинулся род Сасанидов из Парса. Сасаниды происходили, как и их далёкие предшественники, из Парса и считали себя законными наследниками древнеперсидских царей, покровительствуя возрождению иранской религиозной культуры. Верховный «жрец» считался вторым лицом в государстве после царя.

С начала правления Ардашира I (годы жизни: 180–239 или 241 г. н. э.)[135] и особенно позднее, при его сыне Шапуре I (правил в 239–272 гг.), «жречество» занимало высокое положение в государстве. Во главе «жрецов» области стоял магупат (глава магов). По всей стране, во многих областях государства было основано много новых храмов огня. Главными из них считались три: храм огня царя и воинов в Иранском Азербайджане, храм жрецов в Парсе и храм земледельцев в Хорасане. При Сасанидах зороастризм становится государственной религией; разрабатываются зороастрийская догматика, обрядность и ритуалы. Характерной особенностью сасанидского зороастризма является проявление нетерпимости к иноверцам.

В 633 г., на следующий год после смерти «пророка» Мухаммада, основоположника ислама и главы арабского государства, при его первом преемнике Абу Бакре началось завоевание арабами Сасанидского Ирана. В 635–637 гг. арабы нанесли тяжёлое поражение иранским войскам при Кадисии и в 637 г. захватили столицу Сасанидского Ирана г. Ктесифон (близ современного Багдада в Ираке). В VIII–IX вв. большинство населения арабского халифата постепенно приняло ислам. Народы Ирана, хотя и не сразу, также были вынуждены стать мусульманами. Однако многие парсы остались верны своей старой вере — зороастризму, продолжая тайно или явно её исповедовать.

В IX в. провинция Фарс (юг Ирана) всё ещё оставалась центром, где проживало большинство иранских зороастрийцев. Именно здесь они сумели сохранить свою веру, национальные и культурные традиции. В VII–IX вв. среднеперсидский язык постепенно сменился новоперсидским языком (фарси).

B IX-Х вв. были уничтожены храмы и алтари огня, а также зороастрийские «святыни». Зороастрийцев начали преследовать, их называли «гебрами» (искажённое «кафир», неверный — арабское). Усиливавшиеся столкновения между мусульманами и зороастрийцами, жестокие преследования и погромы приводили к тому, что отдельные группы зороастрийцев мало-помалу покидали насиженные места в Иране.

Часть зороастрийцев переселилась в Индию. Там их стали называть парсами. Согласно парсийской традиции, парсы, прежде чем поселиться в Индии, около ста лет скрывались в горной местности, после чего они с большими трудностями вышли к Персидскому заливу. Спасаясь от преследования, они наняли корабль и причалили к острову Диу (Див), где прожили 19 лет, а затем перебрались в Гуджерат (Индия) и после переговоров с местным раджей поселились в местечке, которое они назвали Санджан в честь своего родного города Хорасане. Из «священных» книг парсы-эмигранты взяли только самые простые тексты Авесты для молитв.

Нашествие монголов и завоевание ими Ирана было катастрофой для всех народов, в том числе и для зороастрийцев: их храмы были разгромлены, а «священные» книги, включая Авесту, уничтожены. Желая избежать полного истребления, значительная часть зороастрийцев постепенно с XI–XII вв. покинули родные места и обрели пристанище в тех районах Ирана, которые были отгорожены от густонаселенных мест пустынями Деште Кевир и Деште Лут. Это были города Йезд с окрестностями и Керман с прилегающими к нему деревнями, которые меньше пострадали от монгольских завоеваний, так как местные династии выражали свою покорность монгольским ханам. Зороастрийские служители культа, обосновавшиеся в Туркабаде и Шарифабаде, сумели, очевидно, захватить с собой «священные» тексты и книги, в том числе Авесту, и спасти их от уничтожения.

Начало XX века ознаменовалось возрождением древней религии. Во время правления в Иране Реза-шаха Пехлеви (1925–1941) при осуществлении светских реформ в 20-30-е годы и для подрыва влияния шиитского духовенства шах использовал в качестве союзника зороастрийское религиозное меньшинство. В иранских газетах и журналах периодически публиковались хвалебные статьи о зороастризме, печатались книги, авторы которых прославляли события древней истории, эпохи Сасанидов и называли зороастризм «гениальной» религиозно-философской системой взглядов. Мода на зороастризм захлестнула, как «элиту» общества, так и иранскую интеллигенцию.

В начале Второй мировой войны, когда в Иране пришёл к власти новый монарх, сын Реза-шаха, Мохаммед-Реза Пехлеви, положение зороастрийцев несколько ухудшилось. Однако в середине 60-70-х годов он, как и его отец, начал проявлять интерес к этому религиозному меньшинству.

До свержения Мохаммед-Реза-шаха в феврале 1979 г. в результате мощного антимонархического, антиимпериалистического движения, шах в своей самодержавной политике искал опору среди религиозных меньшинств, привлекая на свою сторону зороастрийцев, многие из которых являлись крупными банкирами, бизнесменами и предпринимателями, членами меджлиса (однопалатного законодательного органа Ирана) и ответственными сотрудниками в государственных учреждениях. Некоторые зороастрийцы получили высшие чины в армии. Предыдущий шах Мохаммед-Реза Пехлеви в своей официальной доктрине делал упор на возвеличивание древнейшей иранской цивилизации и культурных традиций, арийского духа, «пророка» Заратуштры и его заповедей, связывая всё это с незыблемостью монархического правопорядка.

В декабре 1979 г. была принята новая Конституция Исламской Республики Иран. Согласно статье 13 этой конституции иранские зороастрийцы наряду с иудеями признаются религиозным меньшинством Ирана. Тем самым перед зороастрийцами возникли те же проблемы экономического, социального и политического характера, что и перед другими религиозными меньшинствами.

Восток — дело тонкое.

Как мы уже говорили, невидимая граница между оформившимся во времена Римской империи Западом,[136] мировоззренчески тяготеющим к материальной жизни, и Востоком, мировоззренчески тяготеющим к «духовной» жизни (духовным идеалам) — проходила, грубо говоря, по западной границе Ирана. Скорее всего известного нам библейского Запада не было бы, если бы не малоизвестное влияние зороастрийского Востока, оказавшееся на поверку «восточным роком»[137] идеализма (идеалистического атеизма),[138] накрывшим всю западную европейскую цивилизацию, издревле тяготеющую к материализму.

Время формирование роковой западной европейской культуры (какой мы её знаем) после кризиса эллинизма (а затем и римского политеизма) хронологически приходится на эпоху Сасанидов, а роковое религиозное влияние неевропейского Востока на судьбу европейского Запада напрямую завязано на религиозную систему зороастризма. Именно поэтому, хоть в древности и была проведена тонкая (в первое время едва заметная) граница между европейской (впоследствии — библейской) и неевропейской (ведической и исламской) культурами, по-крупному, содержательно — никакой разницы между высшими религиозными принципами Запада и Востока нет. В этом — роковая «тонкость» Востока — которую последний смог передать на Запад в эпоху Сасанидов в Иране усилиями «мировой закулисы». Причём, похоже что «мировая закулиса» сама же в эту тонкость вляпалась,[139] желая быть «мудрее мудрецов» Востока во времена начавшегося кризиса Римской империи с её пантеоном греко-римских богов. Поэтому ни Запад, ни, тем более, Восток — не починялись и не подчиняются в полной мере глобальному сценарию «мировой закулисы»: последняя нравственно-мировоззренчески (а не по уровню знаний)[140] уступала и уступает региональным «жречествам» (знахарствам) обоих крупных цивилизаций.

Рассмотрим подробнее эту восточную «тонкость». Начнём с того, что религиозная система зороастризма была одинаково направлена как на удовлетворение духовных потребностей людей, так и на поддержку в обществе «полезного» материального достатка — без «канонических» ограничений производства и потребления «добрых» (в системе зороастризма) продуктов. Из более поздних источников исследования культуры зороастрийцев известно, что зороастрийцам не запрещалось и даже поощрялось предпринимательство, «бизнес», материальное «обогащение» и прочие вещи, более известные нам из эпохи капитализма.[141].

Из описания жизни парсов Индии (приведено в сноске) можно увидеть как во второй половине II тысячелетия н. э. переплелись общие интересы у представителей «мировой закулисы» (в лице английских колонизаторов Индии:[142] библейская культура пыталась лезть на Восток с помощью своих средств агрессии — развивающейся технократии, финансовых и торговых институтов) и парсийской общины, исповедующей зороастризм. Парсы вели себя в чужой стране — не лучше иудеев, чем и «воспользовались» колонизаторы, объединившись во «взаимовыгодный» союз с парсами. Будучи мирно приняты в Индии, парсы постепенно захватывали всё больше власти в больших городах, не гнушаясь связями с колонизаторами.

В материальном плане религиозная система зороастризма и иудаизм имеют много общего: и та и другая системы предписывают своим единоверцам материально «обогащаться» как они смогут (учитывая все «канонические» запреты) — в том числе и за счёт окружающей их социальной среды иноверцев.[143] В зороастризме своя система запретов на «нечистые» продукты и своя расистская теория; в иудаизме — своя. Но это — внутренние «канонические» запреты: в среде иноверцев материально «обогащаться» разрешено, несмотря на «каноны». И те и другие общины существуют в среде иноверцев — крайне обособленно — как духовно, так и материально. В духовном плане также у иудеев и зороастрийцев много общего. Во-первых, это «характер» обоих «Богов», которые карают и жалуют людей согласно послушничеству веры. Во-вторых — посмертная доктрина «справедливого» воздаяния. В-третьих — эсхатологический миф о творении и «конце света». Разница в одном: в зороастризме не имеется чётких «канонических» предписаний глобального характера (нацеленность на захват территорий иноверцев — глобальная социологическая доктрина) — а в иудаизме они имеются. Но если в Авесту добавить такие рекомендации, и рассеять зороастрийцев по странам — то, как показывает опыт парсов, они преуспели бы не хуже иудеев.

Иранский зороастризм, разделив мир на «добро» и «зло», и, выделив «чистые» («полезные») сферы деятельности — не ограничивал своих единоверцев материально более ничем. Материальное «обогащение» считалось «добром» — но при этом нравственных ограничений социального характера для материального «обогащения» выставлено не было, поскольку зороастризм изначально становился как религия местного «жречества» (к которому принадлежал Заратуштра) и царей, которые всегда представляли высшую «богатую» касту. По-умолчанию этим была закреплена кастовость общества, поскольку материальные возможности людей были ограничены кастовой принадлежностью от рождения. В духовной сфере была провозглашена всеобщая (одинаковая для представителей любой касты) посмертная «справедливость» — при условии соблюдения единого для всех «кодекса» законов зороастризма.

Доктрины подобной зороастрийской — чётко сформулированной и логически выстроенной — доктрины всеобщей посмертной «справедливости», появившейся самое позднее в середине VI века до н. э. (эпоха иранских Ахеменидов) не было ни в одной национально-государственной религиозной системе мира. Эту доктрину успешно употребили во времена Ахеменидов для всеобщего межкастового примирения, и, если бы не военная мощь Александра Македонского, империя Ахеменидов могла бы просуществовать ещё не один век — чисто теоретически, конечно. Но Ахемениды для «мировой закулисы» не были «своими», мало того, судя по организации жизни парсов, зороастрийская «жреческая» верхушка сама могла бы со временем претендовать на многие земли Евразийского континента… Так что Александр Македонский оказал большую услугу не только «мировой закулисе»: он избавил мир от зороастрийской цивилизации почти на шесть веков. В VII веке н. э. роль избавителий мира от иранской религиозной «чумы» выполнили первые халифы-арабы.

Но всё же позже, во времена Сасанидов, случилась роковая передача зороастрийской высшей духовности с неевропейского Востока на европейский Запад. Конечно же это произошло при помощи «мировой закулисы». Лишь после этого появился «пророк» Мухаммад, создавший духовную «альтернативу» как сасанидскому зороастризму, так и библейскому Западу (ислам),[144] которая победила на огромных территориях евразийского континента (и даже Африки), не дав молча объединиться толпо-«элитарным» социальным организациям ведического Востока и библейского Запада. Однако при этом исламский Восток — также оказался поражён «вирусом» высшей зороастрийской духовности,[145] как и библейский Запад.[146] Можно сказать, что после этого зороастризм «умер при родах» (в VII веке н. э.)[147] новозаветной доктрины, а вслед за ней и религии ислама, но его «дитя» — доктрина всеобщей посмертной «справедливости», эсхатология конца мира и восточно-дуалистический «характер» якобы Бога — прочно вошли в библейскую культуру, и в культуру ислама.[148].

Греко-римская религиозная система к началу III века н. э. практически не «оправдала» себя в алгоритмике глобального сценария «мировой закулисы» — как религиозная система, способная удовлетворять (по сути «канализировать», замыкая на эгрегоры многочисленных богов и их взаимоотношений, близких к шизофрении)[149] духовные устремления всех людей,[150] не иудеев.[151] Одними из причин этого явились отсутствие в греко-римском политеизме чёткой и понятной людям «доктрины справедливости» и трудно управляемое из единого имперского центра множество богов пантеона. Но были и общие для греко-римского политеизма и зороастризма «теоретические» устои веры, явившиеся основой закрепления толпо-«элитарного» сословного социального устройства, которые вполне устраивали «мировую закулису».

В Авесте сословное обустройство закреплено «канонически» («Младшая Ясна» 19 глава «Сословия и наставники в вере»):

«17. Какие это сословия? Жрец, воин, скотовод, ремесленник, [которые] сопутствуют артовскому человеку и днём и ночью мыслями, речами и деяниями, согласными с Артой, отмеченные Рату и понимающие Религию, [сопутствуют человеку], который вместе с Артой споспешествует и дому и дворцу».

«Философию» греко-римского толпо-«элитаризма» выразил Платон:

Идеальным по мнению Платона было бы такое государство, в котором бы граждане с разумной душой (Платон называл их философами) управляли; люди с эмоциональней душой — были стражниками (воинами); а обладатели растительной души были бы ремесленниками и крестьянами, то есть производили материальные блага».[152].

Выделенные нами в обеих цитатах сословия — примерно одинаковы: зороастрийский жрец = философу Платону; каста воинов выделена в обеих цитатах; ремесленники — тоже; а скотоводы в зороастризме соответствуют крестьянам у Платона (сказываются географические особенности и образ жизни: кочевой скотоводческий либо оседлый земледельческий).

Платон и Аристотель явились основоположниками западной науки и «философии». Но наука и «философия» всегда являлись уделом лишь высшей касты — «жрецов», царей и их периферии. Воинам, ремесленникам и крестьянам приходилось довольствоваться малопредсказуемым для них отражением на земной быт «взаимоотношений» многочисленных богов и героев и земными мистериями, которые предназначались для «канализации» негативных эмоций толпы. Отсутствие определённости будущего в греко-римской религиозной системе для низших сословий (в части определённости справедливости, идущей от богов) в совокупности со стремлением людей низших сословий к социальной справедливости — всё это стало приводить к отказу людей верить в греко-римских богов и к поиску религиозной альтернативы в огромной и неоднородной Римской империи III–IV вв. н. э.

Но готовая доктрина всеобщей «справедливости» (правда посмертной) уже давно существовала в зороастризме и, мало того, была успешно опробована в целой региональной цивилизации-государстве (Иране при Ахеменидах). Это и было той самой «тонкостью» особо «духовного» (как считается) и «всегда спокойного[153]» Востока,[154] которая родилась на Востоке и была искусственно «скопирована» в религиозную систему европейского Запада (а позже — и арабского Востока), после чего «хранительница» этой «тонкости» (зороастрийская цивилизация) «умерла при родах» библейской духовности Запада и ислама (исламского Востока).

Лишь «мировая закулиса» (наследники дела древнеегипетских «жрецов», растворившиеся в среде «левитов») точно знала весь глобальный сценарий, ею же и придуманный. Концентрация управления мировыми производительными силами, предусматривающая включение в свою властную вертикаль всё большего числа региональных цивилизаций, предполагала построение мировой рабовладельческой пирамиды, которая была бы устойчива при смене поколений и эпох. «Мировая закулиса», руководствуясь этой целью и известными ей ещё из опыта прошлой цивилизации принципами, нашедшими выражение в греческой «науке»[155] — изначально была по своей природе атеистична (не признавала Бога единого). Мало того «мировая закулиса» и не стремилась познать Бога: ей нужно было лишь надсоциальное «господство», которое она успешно опробовала на базе управления цивилизацией Египта. Этим «мировая закулиса» изначально была нравственно-мировоззренчески ниже (в системе объективных критериев Добра и Зла), чем многие другие национальные жреческие верхушки — люди, выделившиеся в касту жрецов благодаря естественному развитию своих племён и народов.

«Мировая закулиса» стала «жречеством» не естественным для многих региональных цивилизаций путём, то есть не эволюционным путём, так как у её представителей уже имелся огромный опыт управления из предыдущей цивилизации. А местные жреческие верхушки вместе со своими племенами и народами прошли весь естественный путь развития, в ходе которого они искренне занимались поиском высшей справедливости, как понимали — в то время как египетское жречество (и, видимо, некоторые другие восточные жречества) уже задолго до местных жрецов имело своё устойчивое представление «о высшей справедливости»: это толпо-«элитарное» общество, в котором каждое сословие знает своё место и работает на высшую верхушку надсоциальной власти («мировую закулису»).

Приняв очень давно для себя такую «высшую справедливость», сама «мировая закулиса» наблюдала за религиозной эволюцией тех регионов, с которыми она сталкивалась в ходе проведения своего глобального сценария. Не позже VI в. до н. э. она столкнулась с зороастризмом, начав его изучать. А в I–III вв. н. э. «мировая закулиса» напоролась на кризис греко-римской культуры (её второго по значимости религиозного детища после иудаизма). Ей в очередной раз пришлось подстраиваться под стремление людей очередной опекаемой ею цивилизации — к социальной справедливости. И она нашла пути разрешения этого нелёгкого вопроса, «скопировав» (хронологически в эпоху Сасанидов — эпоху расцвета зороастризма после длительного кризиса) всё необходимое из зороастризма, отбросив «лишнее». Больше никакой «тонкости» на Востоке не имелось — также как никогда не имелось и понимания высшей Божией Праведности-Справедливости.

Эпоха Сасанидов и Рим после Христа.

Учитывая вышеприведённые рассуждения о коварстве и «врождённом» атеизме «мировой закулисы», в то же время не следует преувеличивать и нравственность «низов» западного общества (средних, низших сословий и рабов по отношению к высшей «элите»; тем более, что высшей «элите» восточно-«христианская» имитация справедливости была удобна) времён распада Римской империи и в последующие многие столетия. Рабы и другие низшие сословия достаточно легко приняли восточную имитацию справедливости вместе с библейским христианством как религиозные истины. Мало того, почти всё западное общество довольствовалось этой имитацией религиозной справедливости (библейским христианством, впитавшим в себя доктрину посмертного воздаяния, мировой эсхатологии — Апокалипсиса, и дуалистического «характера» якобы Бога) почти два тысячелетия, мало задумываясь о том, что может быть иная Высшая Справедливость, которая должна наступать при жизни людей.

Как известно, в «имперский период» (с 27 г. до н. э. по 476 г. н. э.) внутренние беспорядки в Римской империи нарастали. Вследствие продолжающегося имущественного расслоения населения был законодательно изменён политический строй. Концентрация как бы «абсолютной» власти в руках могущественного императора позволяла быстро подавлять любые антиимперские настроения (что в республиканский период занимало больше времени). Максимальная централизация власти нужна была для дальнейшего расширения империи с помощью военной интервенции. При императоре Траяне во 2 в. н. э. империя достигла максимальных границ. Однако, продолжающиеся восстания местного населения в завоёванных землях в сочетании со вторжениями «варваров»[156] привели к отпадению ряда провинций. Последнее закончилось разделом империи на Восточную и Западную в 395 году.

Именно этот «имперский период» ознаменован рождением Иисуса Христа. Мы выразили своё отношение к миссии Иисуса Христа в третьей книге настоящего курса. Известно, что библейское христианство формировалось как религиозная система римской империи более трёх веков. В III веке начался процесс унификации «христианства» — придания ему единства вероучения и культов. Уже во времена апостола Павла действовали многочисленные общины, которые концентрировались вокруг патриархатов. Самыми первыми были Иерусалимский, Антиохийский, Александрийский, Римский и Константинопольский патриархаты. Ожесточённые споры о христианском учении шли вплоть до принятия «христианства» Римской империей в конце IV века. Несмотря на официальное провозглашение его императором Константином в 337 году, до конца IV столетия в Римской империи постоянно воспроизводились протесты с откатом в олимпийский пантеон богов. Самый крупный религиозный конфликт государственного уровня был во времена Юлиана, который получил прозвище «Отступник». Символ веры был принят на Никейском соборе в 325 году. Основные моменты содержания библейского христианства вошли в 12 пунктов этого символа. В это же время были одобрены семь основных таинств церкви. Однако, этому предшествовал период ожесточённых споров в среде самих «христиан»: о том, кто такой Христос, какая истинная вера Христа и можно ли его считать Богом.

Начало процесса унификации библейского христианства совпало со сменой власти в Иране, в результате чего пришедшей к власти династией Сасанидов был возрождён государственный зороастризм. Естественно, что магические культы Ахура-Мазды, Митры и других эгрегориальных божеств в III веке н. э. активизировали эгрегориальную активность, связанную с зороастрийской религиозной этикой. Это не могло не сказаться на психике живущих в то время людей, даже тех, кто не исповедовал зороастризм, но жил в цивилизациях и государствах, где существовали зороастрийские общины. В общем, вследствие реанимации на государственном уровне зороастризма Сасанидами, эгрегоры зороастризма (со всем их содержимым, соответствующим вере и её заблуждениям) активизировались и энергетически и информационно.

Кроме такой духовной поддержки, все «жречества» (в том числе и «мировая закулиса», которая уже давно познакомилась с зороастрийскими «канонами»), заинтересованные в «обмене опытом» (или иначе — в «культурном сотрудничестве») могли наблюдать за опытом восстановления зороастризма в сасанидском Иране: и этот опыт был весьма успешным (в смысле практической стойкости веры, позволяющей устойчиво управлять централизованным толпо-«элитарным» государством).[157].

Скорее всего на базе этого опыта,[158] а также широкого распространения (за пределы Сасанидского Ирана) и огромной популярности зороастризма среди населения Римской империи — к концу III века н. э. «мировая закулиса» решилась сменить религиозную вывеску в Римской империи с политеизма на монотеизм, употребив для этого как авторитет Иисуса Христа,[159] так и популярность митраизма (разновидности зороастризма) — среди всех слоёв римского населения. Учитывая необходимость централизации власти для дальнейшего расширения империи с помощью военной интервенции и поддержания внутреннего порядка — было принято решение максимально сконцентрировать власть императора, замкнув его авторитет на «единого «Бога»». В этом отношении теряющий популярность римский пантеон богов[160] уже не устраивал как имперскую, так и «закулисную» власти. Нужен был новый религиозный толчок для часто бунтующей толпы рабов и недовольного «среднего класса», чтобы надолго удовлетворить их стремление к свободе и справедливости, а высшей «элите» выдать новый «карт-бланш» от имени верховного «Бога» для устойчивого управления «успокоенной» толпой.

Сасанидский Иран, в котором «господствовал» зороастрийский культ Ахура-Мазды, был несколько дальше, чем «их» (римские) зороастрийские общины.[161] В то время как в зороастризме шли процессы, укрепляющие тенденции монотеизма (напомним, что после Заратуштры в эпоху Ахеменидов зороастризм не был монотеистической религиозной системой) с выдвижением единого «Бога» Ахура-Мазды, на рубеже I в. н. э. постепенно в обширных регионах Евразии на первый план выходит культ Митры — первого «помощника» Ахура-Мазды. Митраизм в то время распространился и был очень популярен от Средней Азии и Северной Индии вплоть до Атлантического океана. В Средней Азии и Северной Индии Митра входил в число наиболее почитаемых божеств могущественного Кушанского государства.[162].

Возвышение и популярность культа Митры не случайны. Ведь именно Митре в зороастризме отведена была роль судьи над душами умерших. Люди, будучи психически и эгрегориально заражены зороастрийским пониманием справедливости и соответствующей ему доктриной посмертного воздаяния (к тому же ещё и отделённые от Языка Жизни доктриной восточного дуализма) — по своей духовной нищете и психическому несовершенству стали тупо «стучаться» в двери к тому «Богу», который якобы непосредственно будет решать их посмертную участь, вымаливая себе «рай» прямо у него (мол, чего тратить время на Ахуру-Мазду: лучше обратиться сразу к «высшему судье»). Слабые праведным духом (то есть безнравственные и злонравные) и психически трусливые люди обращались к Митре подобно тому, как холоп обращается к своему «господину», вымаливая у последнего для себя какие-то блага за верноподданную долгую службу. Эти стереотипы взаимоотношений и вошли в культы митраизма-зороастризма.

* * *

Язык Жизни — отражение в земной жизни того, что Бог предлагает людям к переосмыслению для нормального развития людей, в первую очередь духовно-нравственного. При этом Бог обращается через Язык Жизни к каждому человеку на доступном к пониманию именно этим человеком языке. Эти обращения Свыше через Язык Жизни заранее учтены в судьбах людей (многовариантных жизненных программах, предлагаемых Свыше): и у каждого человека своя судьба, а значит и свои личностные проявления Языка Жизни. Каждому человеку в судьбе предлагается преодолеть от жизненно необходимого «минимума» до желательного «максимума» трудностей — как материального, так и духовно-психологического характера. На эти трудности каждому человеку персонально указывает Язык Жизни — как правило в виде «неприятных» её моментов, ситуаций, предлагаемых к переосмыслению: откуда истоки (возможности) появления «неприятных» (либо даже катастрофических) ситуаций и что надо изменить в себе, в жизни, чтобы такого больше не было. Во всех без исключения случаях источником «неприятных» ситуаций является сам человек, его неправедное прошлое (в том числе и генетика), в результате которого сложилась его психика. Язык Жизни ситуативно указывает на изъяны психики человека, помогая последнему «вспомнить» и даже выявить те моменты его развития (либо даже его предков), которые привели к возникшим «неприятностям», на которые указывает Язык Жизни. Поскольку психика людей включена в иерархию эгрегоров (духовное наследие), то через личностный диалог со своими бессознательными уровнями психики (помощь в котором оказывает Язык Жизни) человек может постепенно подняться в иерархии эгрегоров до эгрегоров доминирующей религиозной системы и понять, что там плохо, а что хорошо повлияло на его безопасность. А если ещё учитывать опыт предков, то можно проследить этот путь до какого-либо поколения назад и сделать выводы. Кроме опыта предков Язык Жизни предъявляет людям их ошибки ещё и в потомстве, которое тоже рождается и растёт на глазах у родителей, предъявляя последним «неприятные» изъяны из прошлых ошибок. На эти ошибки можно обратить внимание и начать их анализировать беспристрастно, а можно «запихнуть» своё потомство в ту же догматику веры, «зазомбировав» своих детей, как когда-то «зазомбировали» самих родителей.

Если в обществе множество людей занимается такого рода самоанализом благодаря внимательности к Языку Жизни, то каждый из них может придти к свежим выводам, которые в совокупности представляют собой разные грани одного и того же общего свежего понимания необходимости духовных и нравственных перемен, которые бы соответствовали прогрессивной системе безопасности и соответственно — иной религиозной системе взаимоотношений людей с Богом.

Если же отгородиться от Языка Жизни догматами дуалистической веры, настаивая на их истинности в конечной инстанции — что и было в древности проделано зороастрийцами из животного страха к «злым» и «нечистым» явлениям и духам — то нормальное психическое и нравственное развитие людей будет если не остановлено, то сильно заторможено по отношению к объективно возможному наилучшему пути в Божием Промысле. А каждый отдельный человек в такой цивилизации догматиков омертвлённой веры (людей, лишивших себя обратной связи Свыше через Язык Жизни) сможет лишь еле-еле выполнять из поколения в поколение «программу минимум» своей судьбы — в лучшем случае, если уйдёт из земной жизни раньше положенного срока.

* * *

Исторически до периода правления династии Сасанидов культ Митры почитался наравне с культом Мазды ещё во времена Ахеменидов. Ему поклонялись царь Кир Младший, Дарий I — как богу солнца и вечного огня. В сасанидском Иране он занимал одно из первых ключевых мест в системе ортодоксального зороастризма. В эллинистическом мире увлечения митраизмом, как передовым учением, включающем в себя доктрину «справедливости» — было распространено с I в. н. э. А в Римской империи — со II в. н. э. Особой популярностью митраизм пользовался в приграничных районах Римской империи, где стояли легионы, солдаты которых были приверженцами культа Митры, которого считали «богом, приносившим победу». Сохранились остатки многочисленных святилищ-митрариумов вблизи римских лагерных стоянок, на которых можно встретить военную надпись «Непобедимому богу солнца — Митре».[163] В некоторых провинциях Митру почитали наравне с римским Юпитером, в других случаях отождествляли с греческим Зевсом.

Можно сказать, что со II века н. э. митраизм (разновидность зороастризма, в основе которого лежала та же Авеста) начал входить в религиозную систему римской империи как троянский конь, расшатывая своей привлекательностью государственную систему пантеона богов. Это было проблемой для имперской и «закулисной» властей Рима. Второй проблемой примерно такого же плана был приход Христа и растущая популярность «христианства», которая тоже мешала централизации римской власти. Обе эти проблемы «мировая закулиса» стала решать комплексно и сразу, объединив в IV веке основные культы популярного митраизма (со многим «подошедшим» содержимым зороастрийской веры) под вывеской высшего «Бога», земным воплощением которого был назначен Христос.[164] Миссию смены религиозных декораций поручили императору Константину Великому. Строгий ортодоксальный монотеизм стал как никогда кстати для централизации власти в Римской империи. Но и это не спасло последнюю от распада…

Процесс распада Римской империи длился не одно столетие. Византия, а затем и другие более мелкие «продукты» распада империи — многочисленные государства западной Европы — были надёжно и надолго заражены доктриной восточного дуализма, всеобщей «справедливости», эсхатологией конца света и «Страшного Суда». Хозяевам глобального библейского сценария как никогда кстати подошли все эти иллюзии зороастризма — религиозные «тонкости» древнего Востока: рабы получили иллюзию справедливости; «элита» получила «полномочия» на преследование инакомыслящих от имени библейского «Митры», которым стал Христос для верующих; восточное разделение на «добро» и «зло» (дуализм) вошло в библейские каноны именем Христа. Европа погрузилась в средневековый церковный фашизм, в алгоритмике которого всяческие проявления Языка Жизни, не вписывающиеся в «христианский» порядок — назывались «сатанинскими» и «вредными»; а люди, которые не вписывались в «христианский» порядок, поскольку прислушивались к Языку Жизни — назывались колдунами и ведьмами и сжигались на кострах.[165].

Религиозный «подкоп» под Запад.

Можно сказать, что в период 1–4 вв. н. э. зороастрийские «тонкости» вошли в библейские каноны «тихой сапой».[166] Однако для большинства непосвящённых религиозных людей Римской империи (как среднего, так и высшего звена) стереотипы известного им и почитаемого митраизма были настолько близки, что они спокойно перенесли их на предложенного вместо Митры — Христа. Под эти древние восточные стереотипы глобальное «жречество» подбирало конкретные «подходящие» Евангелия, дописывало библейские каноны и формировало религиозные ритуалы.

Следует иметь в виду, что образ Митры имеется не только в иранском зороастризме. Митра — один из высших «светлых», «добрых» богов дозороастрийской индо-иранской общности. Образ Митры имеется в индийской мифологии в «Ведах». Скорее всего дуализм, как модель религиозной картины мира — историческая данность, выходящая за пределы индо-иранской общности и в той или иной мере присущая с древности населению, жившему на огромных пространствах к юго-востоку от современной западной Европы. Но самое доступное для людей выражение восточный дуализм получил с началом распространения иранского зороастризма.

Но почему именно митраизм оказался самым «подходящим» для придания Христу образа Бога и становления библейских канонов? Ведь верховным «Богом»-творцом в зороастризме считается Ахура-Мазда.

Во-первых, сыграла роль историческая данность, о которой мы говорили в предыдущей главе: митраизм, как религиозная разновидность зороастризма, был ближе населению римской империи, нежели маздеизм.

Во-вторых, митраизм оказался более удобен с точки зрения предельно допустимой канонизации и догматизации религиозной системы именем самого высшего «Бога» — поскольку сам Митра непосредственно олицетворяет идею религиозного договора между человеком и высшими силами-богами. И при этом сам Митра в зороастризме является непосредственным вершителем посмертных судеб ду— людей — то есть, вершителем высшей «справедливости» по-восточному. Естественно, в условиях крайней необходимости концентрации власти императора и «жречества» Рима над всеми завоёванными территориями (и на длительную перспективу) авторитет Митры с его посмертными «полномочиями» был самым подходящим.

Как мы уже знаем из третьей книги настоящего курса, в I тысячелетии до н. э. были сформулированы основные догматы религиозной системы иудаизма, которые распространялись на иудейскую общность, целью которой «мировая закулиса» поставила мировое «господство» от имени единого иудейского «Бога» Яхве. Так были сформулированы основы Танаха (в христианстве известного как Ветхий Завет), являющегося для верующих иудеев по сути Договором между ними и Яхве со всеми вытекающими из этого последствиями — как пожизненного, так и посмертного характера. Но для «язычников»[167] подобного Договора придумано ещё не было. Помог митраизм, из которого хозяева библейской концепции «вычистили» всё, что касалось активной роли людей в земной жизни,[168] отрицания аскетизма и противостояния агрессии в отношении самих себя. Так получился ещё один библейский Договор для неиудеев — названный впоследствии Новый Завет. Разница между иудейским Договором и «христианским» Договором[169] в том, что первый представляет собой доктрину наступления и порабощения, а второй — доктрину подчинения покоряемых поработителям.

Выше мы приводили один из гимнов Авесты «Михр-яшт», в котором есть такие стихи:

1. Сказал Ахура-Мазда Спитаме-Заратуштре: «Когда я создавал Митру многопастбищного, тогда наделил [я] его такими качествами, чтобы был он достоин почитания и восхваления [в такой же мере], как я сам, Ахура-Мазда.

2. О Спитама, губит всю страну человек, нарушающий договор, нанося [этим] такой же удар по всему причастному Арте, как и сто кайадов.[170] Не нарушай договора, о Спитама, ни того, что заключаешь с [представителем] друджевского [мира], ни того, что [заключаешь] с единоверцем, причастным Арте; обоюдный ведь договор: и друджевский и артовский».

Принцип, провозглашённый в Михр-яште — об ущербе Арте (зороастрийской правде), наносимым нарушением Договора — вошёл в библейские каноны, что приостановило духовно-нравственный прогресс западного общества почти на 2000 лет. С этого момента догматизация жизни огромного количества «западных» людей дошла до крайностей «святой» инквизиции «за отклонения от веры» и остановила поиск Правды-Истины, ограничив круг интересов людей пределами Договора. Всё, что не было отмечено Договором как библейское «добро» (у иудеев одно «добро», у «христиан» — другое) было объявлено «злом», быть сопричастным которому стало опасно:

— во-первых, под страхом посмертного воздаяния «справедливости» и.

— во-вторых, под страхом «святой» инквизиции и её разновидностей.

Особенности двойственности зороастрийского Договора (между людьми и якобы Богом), отражённые в Михр-яште (стих 2) были буквально скопированы в «христианство» и отражены в Новом Завете — с той лишь разницей, что зороастрийцам предписывалось сопротивление агрессии против них, а «христианам» от имени Бога приказывалось кротко терпеть, когда их бьют. Но стереотипы взаимоотношений со «своими единоверцами» и людьми иной веры остались теми же, что записаны в Михр-яште: «Не нарушай договора, о Спитама, ни того, что заключаешь с [представителем] друджевского [мира], ни того, что [заключаешь] с единоверцем, причастным Арте; обоюдный ведь договор: и друджевский и артовский»».

В зороастризме друджевский мир — мир зороастрийской лжи, или «зла»; а артовский мир — мир зороастрийской правды, или «добра». В общую библейскую культуру-концепцию двойные стандарты договора между «добром» и «злом» (иначе между «Богом» и Сатаной, хотя какой может быть «обоюдный договор» между «добром» и «злом»?)[171] вошли:

· Во-первых, как две части Библии (общего Договора), но с разными назначениями и для разных религиозных групп населения:

— Иудеям было дано «добро» на порабощение народов;[172]«злом» назвали всё, не соответствующее подчинению иудеям.

— «Христианам» было дано «добро» на непротивление «злу».

· Во-вторых, как двойные стандарты Нового Завета:

— «Христианам» дано «добро» на поддержку библейского «добра».

— «Одновременно с этим «христианам» дано «добро» на несопротивление библейскому «злу».[173].

Есть существенная разница между зороастрийским Договором и библейским Договором в конкретном содержании понятий «добро»-«зло». Многое в библейской системе, из того, что было принято для зороастрийцев, оказалось пригодно для иудеев: это сопротивление «врагам», активная жизненная позиция, материальное «обогащение» за счёт непроизводительного труда и пр., что в конечном итоге составило активную часть библейской глобальной социологической доктрины.[174].

Но «христианам» в их часть Договора содержательновнесли то, чего в зороастризме не было,[175] откуда и получилась доктрина поддержки покорности и непротивления злу в среде «христиан», что составило вторую пассивную часть общей библейской социологической доктрины (Евангелие от Луки, гл 6, выделено нами):

20…блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие.[176].

21 Блаженны алчущие ныне, ибо насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь.[177].

24 Напротив, горе вам, богатые! ибо вы уже получили своё утешение.[178].

25 Горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете.[179].

27 Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас,

28 благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас.

29 Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку.

И так далее… Эти новозаветные «заповеди», приписанные Иисусу Христу (Нагорная проповедь), считаются «десятью заповедями блаженства»,[180] в то время как ветхозаветные заповеди, приписанные Моисею (Исход 20:2-17) называются «десятью заповедями закона».[181]«Христианское» «блаженство», вытекающее из «десяти заповедей» якобы Христа — напрямую вытекает из восточного понимания посмертной «справедливости», что видно даже из смысла стихов Нагорной проповеди, приведённых нами выше. То есть, зороастрийская восточная «тонкость» поддержки скрытого рабовладения — имитация справедливости — была заложена в основном в библейское «христианство» (Договор с «христианами») с целью постепенного перехода от открытого рабовладения к скрытому.

Кроме всего прочего, на Митру древние смотрели как на посредника:

— с одной стороны, между Ахура-Маздой и Анхра-Майнью («добрым» и «злым» началами восточного дуализма) и.

— с другой стороны — между людьми и Ахура-Маздой (высшим «Богом»-творцом зороастризма).

Такие же функции били приписаны сначала Христу, а затем их взяла на себя церковь (иерархия «священнослужителей»), назвавшись «наместником Христа». Ведь именно Христос, согласно библейскому мифу, разделил для людей (будущих «христиан»), что есть «добро», а что — «зло».[182] Именно Христа сделали посредником-«сыном» между людьми и «Богом»-«отцом».

Мало того, в зороастризме существует «канон», похожий на библейский «Символ веры», в котором просматривается тройственность, свойственная библейской троице: «Бог-Отец» — «Бог-Сын» — «Святой Дух». Этот «канон» — «Благообилие Ахуры» (Гаты 47 глава):[183].

1. Святым Духом и Доброй Мыслью По Истине и делами и речами Ему дадут [они] Целостность и Бессмертие. Мудрый властью — Благочестием Господин. 2. Для Духа Святейшего здесь наилучшее Языком-словами, в согласии с Доброй Мыслью, Руками-делами, в Благочестии, будет делать [человек] С одною думою: «Он отец Истины, — мудрый». 3. Этого Духа ты еси отец святой, Тот, что здесь [человеку] корову радость приносящую сотворил И для неё на пастбище покой дал [земле]-Армайти, Чтоб с Доброй [он] советовался Мыслью, о Мудрый. 4. Здесь от Духа от Святого разбегаются злокозненные, О Мудрый, — не так причастные Истине: Малого ведь муж причастному Истине мил — Злокозненному же плох будет и многоимущий. 5. Так Святым Духом, о Мудрый Господь, Преподал [ты] причастному Истине, что же есть наилучшее, — Противу твоего одобрения наделяет злокозненный Этот [мир] делами, он, живущий по Злой Мысли. 6. Так Святым установил [ты] Духом, о Мудрый Господь, Огнем, во благо, раздачу [= воздаяние] обоим ранам [= обеим половинам] Под знаком благочестия и Истины: [Грядущее воздаяние] ведь многих взыскующих обратит.

В этом Гате сказано о «Святом Духе» и «Мудром Господе», но нет «Бога-Сына» (помощника). Его «христианским» прообразом стал Митра.[184] Если объединить это гатовское «благообилие» с зороастрийским «Символом Веры» (Младшая Ясна, XII глава: мы её приводили ранее в главе «Авеста»), который является клятвой верности Ахура-Мазде и всему, что он поддерживает — то получится смысл близкий к «христианскому» «Символу Веры». Митра в древнеиранской мифологии выступал как посредник, контролирующий Договор, клятвы, соглашения, дружбу. По легенде Митра поражает всех, кого обвиняют в клятвопреступлении, разрушает дома, страны, где живут клятвопреступники, упорядочивает жизнь (то есть следит за порядком — концепцией), охраняет страну, наказывает врагов[185] — при активной жизненной позиции людей. Перенося в «христианство» все эти и другие функции Митры и наделяя ими Христа, «мировая закулиса» убрала активную пожизненную позицию людей-«христиан», а выделенные нами курсивом функции Митры в предыдущем предложении в основном взялась творить церковь именем Христа и под страхом посмертного воздаяния.

Митра в древней индоиранской и позднее зороастрийской религиозных системах — выступал в качестве «второго лица» после «Бога»-творца, которым был Ахура-Мазда. Христос в библейском христианстве тоже выступает в качестве «второго лица»: по смерти заступается за души или карает их, а также заведует процедурой «Страшного Суда» (взять хотя бы библейский Апокалипсис). Упор на «второе лицо» после «Бога», принятый «мировой закулисой» в деле формирования библейского христианства не удивителен: показать Бога толпе она не могла (слишком большие чудеса надо было предъявлять в случае желания проимитировать Бога: именно поэтому с «сияющим» «Богом» общаются обычно «пророки» вне поля зрения толпы), а показать «второе лицо» или «воплощение Бога» было гораздо проще, обратившись к многовековому опыту культа Митры.

Митра, по преданию, брат богов Рашну (правосудие) и Сраоши (религиозное послушание и порядок). Последнему посвящён «Срош-яшт» и 57 глава «Ясны» в Авесте. Сраоши — посланец Ахура-Мазды, который призван предотвращать заблуждения, ложные помыслы, стеречь от нечистой силы и духов. Стоит ли говорить, что в «христианстве» все эти функции приписаны Христу,[186] а церковь учит обращаться «ко Христу»[187] за помощью от «нечистой силы»: видимо выражение «нечистая сила» вошло в «христианство» (особо в церковную культуру) из восточного дуалистического понимания мироустройства.[188] Обращаясь «ко Христу», люди попадают под власть церковного «Духа» и «священников».

Митра, согласно легенде, вместе с Рашну и Сраоши выступает судьёй над душами мёртвых на судейском мосту Чинват. Рашну взвешивает на весах хорошие и дурные поступки человека. На одну чашу весов помещаются «благие» мысли, на другую — «дурные» мысли, слова, дела.[189] Если первых больше — душа устремляется в рай, в светлую обитель Ахура-Мазды; в противном случае — душа низвергается вниз в преисподнюю, где подвергается мучениям в обществе дэвов и Анхра-Майнью. Считалось, что этот суд происходит в первые три дня после смерти.[190].

В некоторых источниках сообщается, что Митру изображали как воинственного храброго война, который по небу во время битвы разъезжает на колеснице, запряжённой четырьмя белыми конями и становится богом победы[191] и войны. Колесницей Митры правит Аши — персонификация удачи, аналогичная римской Фортуне.

Имя Митридат («Данный Митре» — как бы «в помощь Митре» осуществлять наместничество в царстве именем Митры)[192] было очень распространено в древности среди восточных царей, что свидетельствует о высоком значении Митры. Дарий Гистасп отвёл одинаково почётные места эмблемам Ахура-Мазды и Митры на скульптурной доске своей усыпальницы (485 г. до н. э.).

Свойства, которые приписывали Митре в зороастризме, были и физического и нравственного характера. В физическом смысле он — светоносец и животворящая сила природы. В нравственном плане он — носитель «добра», олицетворяющий и поддерживающий «светоносный» порядок «добра».[193].

Митра и библейско-церковный Христос.

Мы уже не раз подчёркивали, что зороастризму (а до него древнему индоиранскому политеизму) были свойственны следующие основные религиозные иллюзии, возникшие в основном «естественным» образом вследствие психической и нравственной незрелости людей: эсхатология конца света, дуалистическая картина мира и доктрина посмертного воздаяния («справедливости»). Если первые две иллюзии можно в той или иной мере найти во многих древних национально-государственных религиозных системах, существовавших до зороастризма, то доктрина посмертного воздаяния, пожалуй, была впервые чётко сформулирована Заратуштрой.[194].

Новизна и коварство этой доктрины в том, что в ней людям подсунули чётко сформулированную иллюзию справедливости (оставив и все остальные иллюзии Востока), которая была впервые обращена лично к каждому, но одновременно представляла собой новейшую доктрину религиозного прикрытия социологии рабовладельческого порядка (древнего топло-«элитаризма»). У людей создавалась иллюзия, что они, соблюдая «каноны» «добра» и борясь с «каноническим» «злом», в своей личной земной жизни таким образом лично «общаются с Богом» — и одновременно заслуживают райский удел после смерти. То есть, доктрина посмертной «справедливости» замкнула собой порочный круг религиозных иллюзий: кто лично поверил в неё, оказался включен в иллюзию «общения с Богом» (по сути в пожизненную личностную эгрегориальную «мистерию» самообольщения). Но при этом, поскольку для всех были «канонически» закреплены одни и те же религиозные правила что «добро», а что «зло» — то все люди, пребывая в иллюзии личностного «общения с Богом» к тому же ещё были включены в общую социологическую доктрину земной жизни.

Обратимся к некоторым этапам становления библейского христианства и библейским канонам. Начнём с той темы, которую мы подробно разбирали в третьей книге настоящего курса, когда рассматривали религиозную систему библейского христианства. Эта тема — Кумранская община и её религиозная доктрина. Напомним, что религиозный кризис, в котором оказалось римское общество в конце I тысячелетия до н. э. (в том числе и кризис иудаизма) способствовал не только развитию эсхатологических настроений (ожидания «конца света») и исполнения множества «пророчеств» о «Боге-Спасителе», который будет «Судьёй» после «светопредставления» — но и поиска выхода из религиозного тупика в среде неримских и неиудейских религий. Такой «передовой» религиозной системой был зороастризм — дающий лично каждому иллюзию «справедливости».

Самыми большими религиозными фанатами в римской империи были, конечно же, иудеи. К тому же, как мы уже говорили, иудейская общность переживала раскол и кризис. Скорее всего часть иудеев первыми приняли большинство положений зороастризма[195] и этой «передовой» группой иудеев была секта кумраитов. На ёе базе, как мы писали в третьей книге курса, и прорепетировали возможный приход в мир очередного праведника, которым стал Иисус Христос. После такой репетиции из Христа легко сделали библейский аналог Митры.

Напомним, что община кумраитов ещё до Христа именовалась «Новым Заветом»[196] («Новым Союзом»), её члены проповедовали иудаизм, но порвали с официальными культами Иерусалимского Храма и удалились в пустыню. В основу религиозной догматики кумраитов содержательновошли основные положения зороастрийской веры, что было весьма ново для иудаизма, но «перспективно» для «мировой закулисы». Идея индивидуального, а не племенного (государственного) избранничества и возможности обретения лично каждым «спасения по смерти» — впервые (не в зороастрийской вере) практически моделируется в среде иудеев-кумраитов. С той лишь разницей, что кумраиты (в отличие от зороастрийцев) проповедовали крайний аскетизм, всеобщее «равенство»[197] и нестяжательство, что и стало основой библейского христианства.

Целью замкнувшейся в пустыне иудейской общины, отказавшейся от каких-либо форм индивидуальной собственности,[198] подчинившейся строгой регламентации быта и обрядности (совместные трапезы, чтение писания, ритуальные омовения и пр.) — была подготовка к решающей борьбе «сынов света» с «сынами тьмы», как соответственно кумраиты называли себя и всех остальных, кто не принадлежал общине кумраитов.[199] С этого момента можно отсчитывать начало вхождения доктрины восточного дуализма в будущую «христианскую» модель, успешно внедрённую лишь в IV веке н. э.

«Конец света», которого ожидали кумраиты, в их въдении должен будет сопровождаться пришествием «помазанника божиего» и «Судом». Между кумраитами и будущими «христианами» существовала множественная близость религиозных терминов и понятий, помимо «сынов света» и «сынов тьмы». Как считают исследователи текстов общины, у кумраитов было принято выражение «нищие духом»,[200] которое вошло в Нагорную проповедь якобы Христа. Ритуальные омовения кумраитов (символизирующие духовное очищение — чистоту особо блюли в зороастризме) были моделью последующего крещения с применением воды. Дата пасхальной трапезы кумраитов совпала с датой пасхальной трапезы «христиан», но не иудеев, которые совершают её на день раньше. Религиозные параллели можно продолжать и дальше, но мы считаем, что этого достаточно.

Отступление от темы.

Зороастризм — иудаизм — кумранизм — «христианство».

Для убедительности, приведём интересную фактологию из работ Б.С. Романова.[201].

В 1995 году Б.С.Романов написал книгу «Астро-Библос»,[202] посвящённую разработке хронологии евангельских событий и установлению действительной даты рождения Иисуса Христа (и Иоанна Предтечи). В Интернете находится первая часть этой книги под названием «Зороастризм и христианство».[203] Приведём из неё выдержки (выделения жирным и сноски в цитате — наши).

«Следы зороастризма и астрология в Кумранских рукописях.

Находка кожаных свитков Кумрана является самым крупным открытием древних рукописей не только в XX веке, но и во все новое время по Р.Х. Было обнаружено недостающее звено, связывающее времена Ветхого Завета с Христианской эрой. Община, жившая на северо-западном побережье Мертвого моря со II века до н. э. по I век н. э. известна историкам как ессеи, предвестники христианства, идеологические оппоненты как саддукеев, так и фарисеев евангельских времен.

Ессеи, называвшие себя «Сыны Света», трудились и жили сообща, отделившись от прочих людей — «Сынов тьмы».[204] В их среде сохранялся дух пророчества и их Пророк, которого они называли Учителем праведности, получал откровения от Бога о будущем явлении Мессии, о Его страданиях и о последующих событиях, вплоть до последних сражений перед концом дней между Светом и тьмой. Почти все исследователи согласны в том, что Иоанн Креститель был тесно связан с ессеями и сам вышел из ессеев. Лексика и метафорика текстов Кумрана предвосхищает новозаветную: здесь впервые встречаются такие сочетания, как «нищие духом», «Сыны Света и тьмы», «спасение верой», рождение свыше», часто упоминается и само понятие «Новый Завет» как самоназвание общины. Вокруг рукописей Кумрана возникла целая наука — кумранистика. Но исследователи-кумранисты недостаточное внимание уделяют тем фактам, что в рукописях встречается иранская лексика, что многие доктрины ессеев перекликаются с зороастризмом[205] и что в некоторых свитках имеются необычные астрологические тексты.

Сам факт влияния зороастризма на некоторые книги Ветхого Завета неоспорим. Уже в прошлом веке ‹в 19 веке — наше пояснение› было доказано решающее значение многих зороастрийских идей и понятий для развития иудейского мистицизма. Но с изучением текстов Кумрана открываются новые грани этого влияния и вся проблема приобретает новое качество. Зороастризм через эти рукописи дает ключи к тайнам Нового Завета, к текстам Евангелий. <…>

Из отечественных исследований этих рукописей последних лет выделяется книга И.Р.Тантлевского «История и идеология Кумранской общины» (Центр «Петербургское востоковедение», СПб, 1994). Специалисты назвали ее «замкОвым камнем кумранистики» и по прочтении она действительно производит такое впечатление. В дальнейшем некоторые данные настоящей главы приводятся из этой книги. История Кумранской общины сама по себе чрезвычайно интересна. Чего стоят хотя бы загадки распятого примерно за 160–170 лет до Иисуса Христа «Учителя праведности» и преследовавшего его «нечестивого священника»; загадки т. н. «Храмового свитка» (11QТ), написанного от лица самого Господа Бога (!); связи с Кумранской общиной Иоанна Крестителя[206] и отношение к современным ему членам этой общины Самого Иисуса Христа!

В плане настоящего исследования рукописи Мертвого моря представляют особый интерес по двум причинам. Во-первых, несколько свитков имеют прямое отношение к астрологии. Так, Мессианский арамейский текст (4Q Mess ar) является описанием гороскопа Мессии, приход которого после казни Учителя праведности ожидали ессеи. Кроме того, во фрагментах рукописей имеются гороскопы на членов общины, которые были зашифрованы их составителями и предназначались для ознакомления и выводов руководителям общины. Во-вторых, и это главное, уже давно кумранистами отмечено влияние зороастризма на ессейские доктрины и мировоззрение. На этих двух интересных для нас вопросах мы остановимся подробнее.

Но сначала очертим хронологические рамки. По книге И.Р.Тантлевского, возникновение Кумранской общины относится к 197/196 гг. до н. э. Это годы окончания опустошительной для Палестины борьбы между селевкидским царем Антиохом III и Лагидами-Птолемеями. Селевкиды и Птолемеи наследовали после смерти Александра Македонского соответственно Персию и Египет. В результате этой борьбы Иерусалим лежал в развалинах, хозяйство Палестины было в полном упадке, на дорогах бесчинствовали разбойники. Еврейское население Палестины считало все это «гневом Господним» за принятие ими со второй половины III в. до н. э. эллинских идей и практики. Против собственных иудейских эллинистов (или эллинизаторов) выступали теперь, в конце II в. до н. э., три партии. Часть жреческой верхушки (потомки первосвященника Садока) и аристократия заняли самую консервативную позицию скрупулезных охранителей предписаний Торы — это были прото-саддукеи. Другая группа жрецов, а также оставшиеся зажиточные крестьяне и городская интеллигенция (учителя, книжники, писцы) начинают приспосабливать древнее Пятикнижие к новым реалиям жизни и закладывают основы Устного Учения — это прото-фарисеи. Третья, самая радикальная группировка, призывала сограждан отделиться от всех, покаяться и приготовлять «путь Господу», грядущему Мессии. Они основывали свои призывы на апокалиптических сочинениях прежних пророков, в частности, на пророчествах и видениях Иезекиила (VI в. до н. э.) о том, что гнев Господень, возбужденный грехами иудеев, сменится на милость по отношению к их «остатку» — зародышу Нового Израиля — по Иезекиилу через 390 лет после разрушения Иерусалима (Иез. IV:4) вавилонянами в 587/586 гг. до н. э., т. е. в 197/196 гг. до н. э. Эта группировка объявила себя «сынами света», объявив всех остальных «сынами тьмы».

Согласно исследованиям И.Р.Тантлевского, основатель Кумранской общины, имя которого так и остается неизвестным, обладал лишь рациональной способностью постигать Волю Божию; «разум» стоял между ним и богом, — так считали сами кумраниты. Через 20 лет после основания (177/176 гг. до н. э.) пришел многократно упоминаемый в рукописях Учитель праведности, который получал непосредственные откровения, — так говорил, согласно свиткам Мертвого моря, сам Учитель праведности и так считали кумраниты, которые называли его также передающим Знание, Вразумляющим, Обучающим, Мудрым и считали его Пророком. Интересно, что члены кумранской общины называли себя «ягнятами», а мудрого и т. д. — еще и «Бараном с огромным рогом» (и сам Учитель праведности иногда называл себя так), — который борется с хищными птицами накануне Конца дней, накануне наступления новой эры (эры Рыб). Если это так, то распятие на кресте Учителя праведности в 142–134 гг. до н. э. (более точной датировки нет) и является концом эры Овна, переходом к эре Рыб. <…>

Главное же состоит в том, что ессеи проповедовали грядущее Спасение только для себя (Сынов Света),[207] а Иисус Христос пришел как Спаситель ко всем людям. Но ведь Иоанн Креститель вышел из ессеев — с этим не спорит никто из исследователей…; некоторые предполагают, что ессеями были некоторые родственники Иосифа и Марии, а также некоторые из апостолов — Иоанн Зеведеев, Андрей и, почти бесспорно, Нафанаил (Варфоломей), который уверовал в Иисуса сразу после того, как Он сообщил ему, что «прежде, чем Филипп позвал тебя, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя». Здесь, как считают, речь идет об одном из ессейским таинств, совершаемых под смоковницей. Видимо это так, поскольку после признания Нафанаилом Сына Божьего, Он говорит: «Не потому ли ты уверовал, что Я сказал: видел тебя сидящим под смоковницей? Увидишь больше этого» (Евангелие от Иоанна, 1, 48–50).

Итак, что же видели ессеи из-под смоковницы и, зададим теперь вопрос, что объединяло их с зороастрийцами в мировоззрении, в эзотерике?

Напомним сначала известные историкам факты. Вавилонское пленение евреев Навуходоносором, начавшееся 16 марта 597 г. до н. э., закончилось для них с приходом в Вавилон персов. 12 октября 539 г. до н. э. армия царя царей Кира после многолетней осады без боя вступила в Вавилон. Вскоре после этого (весной 538 г.) Кир разрешил всем народам, которые были насильственно поселены в Месопотамии вавилонскими царями, вернуться в свои страны и восстановить свои храмы, причем возвращение было разрешено со всеми богатствами и святынями. Персидские цари династии Ахеменидов на протяжении столетия после этого четыре раза издавали указы о восстановлении Иерусалима и Храма (указы Кира — 536 г. до н. э., Дария — 519 г., Артаксеркса (дважды) — 457, 444 гг. до н. э.) и они были восстановлены. Освобождение народов из вавилонского плена — один из многих известных великодушных и величественных поступков Кира, но он сыграл особую роль в религиозной истории человечества. Вот что пишет об этом известная исследовательница зороастризма Мэри Бойс («Зороастрийцы. Верования и обычаи», СПб, 1994 г.) [Это последнее (1994 г.) издание книги Мэри Бойс — лучшее, что было издано на русском языке западными исследователями о зороастризме. Единственная ошибка Мэри Бойс связана с неправильной оценкой зерванизма как ереси. На самом деле зерванизм — эзотерическая сердцевина учения Зороастра. Но, поскольку с зерванизмом плохо знакомы даже современные зороастрийцы Индии и Ирана, то это упущение вряд ли можно поставить в вину Мэри Бойс. ]:

«После этого события иудеи стали с симпатией относится к персам, а это сделало их более восприимчивыми к влиянию зороастризма. Кир прославился «вторым Исайей» (безымянным пророком периода изгнания)[208] как мессия, то есть как тот, кто действует от имени Яхве и по его повелению… Тот же пророк впервые в иудейской литературе воспевает Яхве в качестве Создателя так, как Ахура-Мазда был воспет Зороастром: «Я Господь [Яхве], который сотворил все… Я создал землю и сотворил на ней человека… Кропите, небеса, свыше, и облака да проливают правду… Я, Господь, творю это» (Второисайя 44, 24; 45, 8, 12). Сходство с зороастрийскими учениями и писаниями здесь настолько разительно, что эти стихи считаются первыми свидетельствами того сильного влияния, которое зороастризм оказал на иудаизм в период после вавилонского изгнания.»[209] (М. Бойс, стр.68, 69 указанного выше издания). Кроме того, «второй Исайя» первым среди еврейских пророков вышел за рамки национализма и объявил, что грядущий Мессия будет «Светом народов, чтобы Спасение дошло до краев Земли».

Примерно в 546 г. до н. э., т. е. за 7 лет до освобождения Киром Месопотамии, Второисайя пишет поэму, в которой говорит о Кире с восторгом, как об орудии провидения и даже называет его мессией, помазанником (т. е. монархом, поставленным Богом). После освобождения евреев Второисайя выступал уже с другими речами, которые мы назвали бы теперь сионистскими (А.Мень. Ветхозаветные пророки. Л-д, 1991 г., с.223), однако не отказался от идеи всечеловечности грядущего Мессии.

Сильное влияние государственной религии Ахеменидов зороастризма на евреев в Палестине и оставшихся в Вавилоне продолжалось в течение всего их владычества над этими территориями — в течение почти 200 лет (!) — и только походы Александра Македонского прервали это непосредственное и ежедневное проникновение зороастризма. Победы Александра над Ахеменидами (330 г. до н. э.) не сразу, но постепенно, скорее уже после смерти Македонского и распада его империи, привели к эллинизации Палестины.[210] Затем настал период правления бывших военачальников Александра Македонского Птоломеев и Селевкидов, борьба между ними за Палестину и, в 197/196 гг. до н. э. — становление Кумранской общины.

Все кумранисты отмечают, что в рукописях Мертвого моря присутствует иранская лексика, а мировоззрение ессеев очень сильно во многих главных моментах перекликается с зороастризмом, точнее именно с изотерической сердцевиной зороастризма, с зерванизмом, не доходя, правда, до его сокровенных глубин.

Сходство касается прежде всего противопоставления Добра (Света) и зла (тьмы) в рамках безусловного монотеизма и предоставления человеку на протяжении всей его жизни (не только изначально) выбора между путем Света и путем тьмы, свободного выбора.[211] Все это совершенно чуждо Ветхому Завету с его изначальным грехом, десятью заповедями и классическим монотеизмом грозного Яхве, тем более это чуждо Торе с ее скрупулезными предписаниями каждодневной жизни. Сходство с зерванизмом также и в том, что дуальность Добра и зла имеет не только начало, но и конец. Об каждом прямо сказано, например, в Уставе Кумранитов (документ 1QS). В свитке 1Q Myst (Книга тайн) по поводу наступления Конца дней говорится: «Когда (чрево), порождающее Кривду, будет заперто, нечестие отдалится от лица праведности, как тьма отступает перед светом. И так рассеивается дым и нет его больше, так исчезнет Нечестие навсегда, а Праведность откроется как Солнце — порядок мира…» Согласно другим кумранским текстам, нечестивцы по постановлению некоего эсхатологического Суда будут подвергнуты наказанию, одни «временному», другие «вечному», до полного уничтожения. Очень важно также то, что в рукописях Мертвого моря «свет» и «тьма» не противопоставляются как дух и материя (подобно тому, как это извратили гностики и манихеи), а выступают как термины, обозначающие веру и неверие, жизнь и смерть, правду и кривду, знание и глупость (именно в таких терминах). То есть, по ессейской идеологии, Божий мир изначально благ, а его осквернение временно и побеждается в конце дней через свободный выбор каждого человека на протяжении своей жизни. Но ведь это и есть выраженная просто и коротко основная идея зороастризма!

Некоторые кумранисты, правда, считают, что во времена Ахеменидов именно зороастризм испытал на себе иудейское влияние, однако такая точка зрения представляется совершенно не обоснованной. Можно определенно утверждать, что с VI века до н. э., когда зороастризм стал государственной религией Ахеменидов и на протяжении всего существования Иранских империй, т. е. вплоть до VII в. н. э., зороастризм оказал огромное влияние сначала на иудаизм, подготовив через ессеев почву для христианства, затем на северный («красношапочный») буддизм и, отчасти, на ислам, хотя последний оказался, пожалуй, наиболее далек и порой враждебен зороастризму из всех религий монотеизма. Как не главный, но характерный факт отметим, что священные тексты зороастризма (Авеста) вплоть до III в. н. э. передавались исключительно в устной традиции, поскольку зороастрийцы считали любое письмо искажающим Правду устной речи Пророка, — а Коран изначально означает чтение (письма) и, по собственным словам Мохаммеда, в самом первом откровении Господь сказал ему: «Читай: Господь твой — он милосердный — дает знать через писчую трость, дает знать человеку то, чего он не знал» (Сура XCVI, 1–5). Сам Иисус Христос не оставил никаких записей и при его жизни Благовещение не передавалось «через писчую трость», только изустно, как Авеста в зороастризме.

Однако в еврейской дохристианской среде зороастризм через есеев все же выродился в сектантство. Позаимствовав у зороастризма очень многое, ессеи все же не смогли подняться выше национализма.[212] Заратуштра, как известно, потерпев первоначально неудачи в своей миссии среди соплеменников, обратился к другим народам, — и был понят и принят как пророк в царстве Виштаспы (нынешний восток европейской части России, Предуралье) и затем на протяжении всей истории зороастризма искреннее и добровольное его принятие иноплеменниками почти всегда приветствовалось зороастрийцами, — как мирянами, так и жрецами. Ессеи же сразу обособились среди своего народа, считая остальную его часть «сынами тьмы», не говоря уже об иноплеменниках.[213] Кроме того, они все же не приняли на практике жизнеутверждающее, радостное отношение зороастризма к земной жизни, стали приверженцами аскетизма, практиковали безбрачие, бедность считали добрым знаком, — ничего подобного никогда не было среди зороастрийцев. Таким образом, несмотря на поразительные сходства в идеологии, можно сказать, что зороастризм лишь схоластически был понят и принят ессеями и выродился в их среде в жесткое и порою жестокое (по отношению к неессеям) сектантство. Кроме того, ессеи запутали вопрос о Мессии Бога и Мессии — земном царе, — вопрос, который в зороастризме разработан досконально и четко. Все это так, но главное в том, что через Кумранскую общину произошел синтез Ветхого Завета и Зороастризма, была подготовлена эзотерическая почва для Нового Завета и Миссии Иисуса Христа».

Приведём здесь также выдержку из книги Б.С.Романова «Русские волхвы, астрологи, провидцы» (1998 г.).[214].

«Загадка волхвов, — кто они были?

«Волхвы», — синодальный перевод греческого оригинала «маги». Большинство исследователей полагают, что у колыбели Младенца побывали персидские маги, последователи Зороастра. Такое предположение наиболее обосновано, во-первых потому, что в евангельские времена (и ранее) магами называли на всем пространстве Римской империи и Востока именно персидских жрецов, служителей и толкователей священной книги пра-ариев Авесты, последователей пророка Зардешта, которого греки назвали Зороастром, Сыном Звезды. Во-вторых, в одном из апокрифов евангельских времен прямо сказано, что поклониться Младенцу пришли персидские маги. В третьих, именно в священной книге древних персов-зороастрийцев Авесте было предсказано рождение будущего Спасителя (в Авесте «Саошьянт») от непорочной Девы, и даже до наших дней продолжаются дискуссии о том, не из Авесты ли перешел в иудейский мистицизм и Ветхий Завет этот образ и многие другие подробности и пророчества о грядущем Мессии-Спасителе Израиля. <…>

Случайно обнаруженные в 1945-47 гг в пещерах Вади-Кумрана на северо-западном побережье Мертвого моря кожаные свитки с документами и пророческими книгами общины ессеев стали вскоре самым великим археологическим открытием XX века.

<…> Отметим здесь же, что среди свитков Кумрана обнаружены и астрологические тексты, причем их изучение показывает близость астрологических воззрений ессеев именно к зороастризму, добрую четверть которого составляет учение о Небесном воинстве и астрологической расшифровке звездного послания Творца. Ессеи славились в Иудее и по всему региону как отличные астрологи, что также отделяло их от фарисеев, саддукеев, вообще от ортодоксальных иудеев, не признававших астрологию за благое занятие».

* * *

После этого обратимся к Новому Завету. Можно сказать, что Новый Завет начинается «ностальгией» по древнему зороастрийскому культу «очищения огнём».[215]«Предтеча» Христа Иоанн Креститель почему-то «пророчествует» о том, что «идущий за ним» Христос будет крестить людей огнём (выделено нами):

От Матфея 3.

10 Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь.

11 Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнём;

12 лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Своё и соберёт пшеницу Свою в житницу, а солому сожжёт огнём неугасимым.

Ни один из «христианских» «священников» не может вразумительно объяснить, почему «крещение огнём» вошло в Новый Завет, да ещё и в Евангелие (откуда исторические корни этого). Как мы уже говорили, Митра считался «Богом» утренней зари, солнца и небесного огня, посланника Ахура-Мазды, предназначение которого было следить за порядком и посмертной «справедливостью».

Как известно, в библейской христианстве самый главный обряд-таинство — таинство крещения. Вспомним из третьей книги курса, что библейско-церковное крещение символизирует духовное очищение через магический ритуал смерти-воскресения, в ходе которого крещаемый трижды погружается в воду. Обряд «духовного очищения» был известен очень давно — ещё во времена до зороастрийской индоиранской культуры политеизма и даже раньше. В принципе этот обряд проходили ещё кандидаты в шаманы в культуре общинной магии, прежде чем стать инициированными нужным эгрегором. Поэтому в механизме «духовного очищения» (от всего «ненужного» для выбранной миссии и подключения к эгрегору — то есть, от не соответствующего вере эгрегориального наследия), известном издревле, ничего нового нет. Менялись лишь ритуалы, терминология, понятия, символика обрядов; суть оставалась прежней.

В контексте настоящей главы нас интересуют удивительные совпадения не только содержания обрядов зороастризма и «христианства», но и совпадения понятий и символики обоих, которые, видимо, приняли в «христианство» из зороастризма и не стали менять, поскольку символика была особо близка римской толпе в III–IV вв.н. э.

Дело в том, что ритуал крещения существовал в митраизме задолго до эпохи «христианства», а древний обряд смерти и воскресения богов (особенно тех богов, которые были «покровителями» циклически повторяющихся природных явлений)[216] знали ещё в глубокой древности (толпа привыкла к нему), и этот ежегодный обряд совершали в отношении Митры, который явился прообразом библейского Христа.

Очищение огнём, существовавшее в зороастризме, как основной религиозный ритуал — трансформировалось в церковное крещение (огонь заменили на воду:[217] культ огня в зороастризме был главным, а воды — вторым после огня). А ритуал ежегодной смерти-воскресения Митры — отразился, во-первых, в легенде о распятии Христа и его «чудесном воскресении на третий день» и, во-вторых, в ритуале церковного крещения, в котором каждый проходит имитацию смерти-воскресения, как бы приобщаясь «ко Христу» и церкви.[218].

Но это ещё далеко не всё, что касается религиозных параллелей между культами библейского христианства и самым «священным» культом зороастризма — культом огня.

Ни один праздник, церемония или обряд в зороастризме не обходился без огня — символа бога Ахура-Мазды, «Сияющего Митры». Культ огня также являлся воплощением Арты («правды»). Огонь (Атар) проявлялся в разных видах: как небесный огонь, как огонь, скрытый в дереве, огонь молнии, огонь, дающий тепло и жизнь человеческому телу, и, наконец, высший, «священный» огонь («высокой пользы»), который зажигается в храмах. Огню был посвящен каждый девятый день месяца и весь девятый месяц — с 16 ноября по 15 декабря.[219].

Первоначально у зороастрийцев не было храмов огня и антропоморфных изображений божеств. Но уже при первых Ахеменидах, вероятно, при Дарии I, Ахура-Мазда стал изображаться на манер несколько трансформированного ассирийского бога Ашшура. На Бехистунской скале Ахура-Мазда изображён в виде фигуры царя с распростёртыми крыльями, с солнечным диском вокруг головы,[220] с тиарой, которую венчает шар со звёздой; в руке он держит гривну-истигнию власти. Со временем стали шире употреблять статуи божеств и строить храмы огня. Известно, что ахеменидский царь Артаксеркс II (404–359 гг., до н. э.) повелел воздвигнуть статуи Анахите в Сузах, Элбатане, Бактрии, других городах. Однако, как выяснилось в настоящее время, храмы огня существовали в Мидии примерно ещё на рубеже VIII–VII вв. до н. э.

В целях упрочения зороастризма Сасаниды стали покровительствовать созданию алтарей огня[221] по всей державе — в городах, сельских местностях, укрепляя с помощью новой религии свою власть среди населения империи. Во времена Сасанидов большие и малые храмы огня строились в основном по единому плану и являлись традиционными. Основное помещение представляло собой куполообразный зал с глубокой нишей, где в огромной латунной чаше на каменном или кирпичном постаменте — алтаре — помещался «священный огонь».

Храмы огня имели свою иерархию. Каждый приходивший к власти царь имел свой огонь, зажигавшийся в храме в дни его царствования, который поддерживался в переносном алтаре. Самым великим и почитаемым был огонь Варахрама (более поздняя форма Бахрам), составлявший основу «священных» огней главных провинций и крупных городов иранской державы, когда в 80–90 гг. III в. н. э. при Варахране II всеми религиозными делами вершил верховный жрец Картир, основавший по всей стране множество таких храмов. Они стали центрами зороастрийского вероучения, «строгого соблюдения религиозных обрядов». Согласно древней традиции, огонь Бахрама являлся символом праведности, способным придавать людям силу для победы над властью тьмы или злого духа Друджа. Другие огни были рангом ниже огня Бахрама. Огонь второй степени назывался Адаран огонь третьей степени — Даргах. От огня Бахрама зажигались огни второй и третьей степени в городах, от них — алтари огня в деревнях, небольших населённых пунктах и домашние алтари в жилищах простых зороастрийцев.[222].

Существовало неукоснительное правило — обновлять через определённый период времени все огни; существовал особый ритуал очищения огня и возведения на алтарь нового огня в храме. Прикасаться к огню мог только священнослужитель — «жрец», который надевал на голову белую шапочку типа тюбетейки,[223] а на руки перчатки, закрывал рот и нос полумаской, чтобы дыхание не оскверняло огня.

Рассмотрим подробнее параллели между огненными обрядами зороастризма и библейскими обрядами, которые касаются библейского Христа. Из только что приведённого нами описания обрядов посвящения огню, помимо тех параллелей, которые мы приводили в сносках, можно выделить крупнейший общецерковный библейский праздник Пасхи — который сопровождается ежегодным «обновлением огня». Известно, что на Пасху все верующие ждут ниспослания «священного огня», который приходит в часовню в Иерусалимском «Храме Гроба Господня»[224] и затем оттуда «священниками» развозится по храмам разных стран. «Чудесное» появление «священного огня» считается главным знаком, свидетельствующим о том, что «Христос с верующими» и будет с ними ещё год (до следующего ожидания обновления огня). Кроме того праздник Пасхи (со всеми предшествующими обновлению огня библейскими ритуалами: пост, пасхальная неделя, страстная пятница, и пр.) приурочен к периоду «крёстной смерти — воскресения Христа».

Как мы уже говорили выше, обряд смерти-воскресения Митры (и других богов зороастризма: но Митры — особо) существовал задолго до прихода Христа, а при Сасанидах культ Митры стал основным в зороастрийском Иране. Главный праздник в митраизме приходился на 25 декабря — «день возрождения Солнца» (астрономически — день зимнего солнцестояния, календарное время, когда заканчивается сокращение светового дня, после чего начинается увеличение светового дня) — возрождения «доброго пастыря Митры», начинающего новый календарный круг. В этот день все семь родов иерархии митраического «жречества» совершали обряды, во время которых изображалось таинство космогонического рождения Солнца. Митра появлялся из золотого яйца, плавающего в водах.

День таинства космогонического рождения Солнца и одновременно возрождения «доброго пастыря Митры» — объединение культа «Непобедимого Солнца» древнего Египта и зороастрийского митраизма, которое было возрождено в эпоху Сасанидов. Но день 25 декабря, видимо был настолько популярен в Римской империи, что он так и перешёл в библейское христианство, став праздником Рождества Христова (в католичестве эта дата так и осталась до сих пор)[225] — Митру заменили Христом.

Вышесказанное касается рождения библейского пастыря.[226] Обновление огня в библейском христианстве связано с воскресением Христа. Если объединить два основных «самых светлых» библейских праздника — Рождество и Пасху — то получится общий с митраизмом культ рождения-смерти-воскресения Христа, хронологически начинающийся 25 декабря (в день возрождения Митры) и заканчивающийся возрождением огня (как и в митраизме).

Мало того весной во время весеннего равноденствия (22–23 марта, период, когда день и ночь становятся равны: около этой даты празднуется «христианская» Пасха)[227] Митру оплакивали как покойника,[228] а ночью его изваяние клали в каменный гроб. Утром вынимали и пели прославление Митре[229] — чем не «христианский» пасхальный обряд смерти-воскресения.

Но культы смерти-воскресения богов не были новшествами зороастризма. Они широко известны из религиозной истории таких древнейших рабовладельческих цивилизаций как Египет, Месопотамия, Финикия и других.[230] Митраизм (зороастризм) впитал эти древние культы и возродил их в эпоху становления библейского христианства в Риме — приурочив к основной дате 25 декабря.

Но и этого мало: основными праздниками зороастризма были гаханбары — шесть праздничных обрядов,[231] соответствующих определённым календарным датам. Во все времена ритуалы и церемонии, связанные с проведением гаханбаров, продолжались пять дней. Эти праздники проводились в храмах и святилищах огня, у домашнего алтаря в семье. Перед праздничной церемонией каждый зороастриец прежде, чем он входил в святилище или храм, должен был совершить омовение и частичный или полный обряд очищения.[232] Шестой гаханбар совпадал с концом зимы и преддверием весны и переходил в праздник фравашей, или поминания ду— близких предков. Этот праздник приходился на ночь накануне весеннего равноденствия.[233] Этот гаханбар был посвящен сотворению человека и воздаянию почестей ушедшим в загробный мира душам предков; при этом указывалось, что особым уважением и почитанием пользуются наиболее праведные души, творившие при жизни добро и оказывавшие благодеяния. В древности, да и в настоящее время, наиболее торжественными и почитаемыми праздниками у зороастрийцев считались преддверие Нового года и сам Новый год. Шестой гаханбар, или поминание ду— предков, начиналось за пять дней до Нового года. На заре, с появлением первых лучей солнца, все домочадцы собирались на крышах своих домов и ждали, пока самый уважаемый мобед не зажжёт огонь на всех четырёх углах своей крыши. Это являлось как бы сигналом к тому, что наступил Новый год,[234] и тогда все зороастрийские семьи зажигали огни на четырех углах кры— своих домов.

Обязательными атрибутами встречи Нового года являлись свечи — около каждого прибора, аквариум с золотыми рыбками, подносик с благовониями,[235] зеркало с положенным на него яйцом,[236] а также цветы. Всему этому придавался определенный смысл. Свечи символизировали память о священном огне,[237] яйцо — символ зарождения жизни,[238] зеркало являлось как бы отражением света вселенной.

Последнее, что следует подчеркнуть, рассматривая «зороастрийско-«христианские»» параллели смерти-воскресения «Митры-Христа» — «дату» якобы воскресения Христа, которую считают «на третий день» после смерти, что связано с праздником Пасхи. В библейском христианстве похороны «на третий день» приурочены к «дате» воскресения Христа «на третий день». Кроме того, Христос, согласно Новому Завету и преданиям, является «заступником душам умерших»[239] (также как и Митра) и одновременно судьёй (тоже как и Митра). Да и вообще библейское «христианство» держится на доктрине «смерти — воскресенья на третий день»,[240] а паства смиренно верит в «Страшный Суд», который совершается над душами под присмотром воскресшего Христа. Но и в зороастризме покойников было принято хоронить по истечении трёхдневного срока.

В течение трёх дней и трёх ночей, пока покойник не был похоронен, служители зороастрийского культа и родственники читали молитву, соблюдая определенные запреты в отношении еды и питья.[241] Только на четвёртые сутки, когда считалось, что душа усопшего переселилась в загробный мир, с восходом солнца совершался обряд погребения в соответствии с правилами, изложенными в Авесте.[242] Согласно зороастрийской вере, души умерших освещают жизнь живущих, а живущие, поддерживая традиции, чтут своих предков и желают, в свою очередь, после смерти воссоединиться со своими близкими,[243] отошедшими в «мир иной». Поэтому церемония поминок по усопшему обязательна. Траур соблюдается в течение разных сроков, в зависимости от степени родства — начиная с нескольких месяцев, полгода, год.[244].

В итоге оказалось, что Митра (от греческого «головная повязка»)[245] — высокий позолоченный и украшенный эмблемами головной убор, надеваемый при полном облачении во время ритуалов представителями православного и католического духовенства. Митрополит[246] — высший духовный церковный сан в России. А церковь как бы «наместник Христа», «тело Христа» — под шапкой Митры.

Общая атмосфера зороастрийских храмовых обрядов под руководством высших храмовых иерархов-«жрецов» настолько сильно напоминает «христианские» праздничные «богослужения» (которые каждый может наблюдать по телевизору), что достаточно будет привести небольшой фрагмент описания крупного зороастрийского обряда, чтобы почувствовать «удивительные» параллели: это и ритмика движений и церковные атрибуты (в некоторых случаях огонь заменён водой) и то, как верующие подхватывают церковные песнопения:

«В период правления династии Пехлеви[247] празднование гаханбаров носило массовый характер и происходило в храме, в специальном зале, где на возвышении (алтаре) в латунной или медной чаше находился священный огонь. Здесь же ставился ритуальный сосуд, наполненный особой пищей — лоркой, состоявшей из семи сортов орехов и фруктов: миндаля, фисташек, грецкого ореха, хурмы, инжира, винограда и гранатов. В вазах стояли розы, в кувшинах была налита прохладная вода, а на подносах лежал горячий хлеб. Главный священнослужитель (мобед) совершал богослужение перед алтарем, ему помогали другие служители — дастуры и харбеды. Главный священнослужитель, помешивая щипцами огонь в алтаре, совершал медленный поворот по ходу вращения солнца, с востока на запад, произнося слова молитвы. Когда мобед оказывался прямо против алтаря, его правая рука, в которой он держал священные ветки, связанные в пучок,[248] то поднималась, то опускалась, и эти движения, как и слова молитвы из Ясны, произносившиеся нараспев, подхватывались всеми, находившимися в зале. При этом все молящиеся смотрели на юг, поскольку алтарь со священным огнем у зороастрийцев Ирана всегда находится на южной стороне. Парсы Индии, совершая подобного рода обряд, смотрят на север, так как по их представлениям юг — царство теней. По окончании богослужения начиналась раздача горячего хлеба и лорки, а также принесенных в храм арбузов, дынь и других фруктов и овощей. Затем приглашенные из числа верующих направлялись в дом священнослужителя или старейшины, где для них устраивался обед».

Если продолжить рассматривать все доступные на сегодняшний день из исторических источников параллели между культами зороастризма (особо — сасанидского митраизма) и культами псевдохристианских церквей — не хватит не только настоящей главы, но, возможно, и целой книги. Поэтому мы ограничимся ещё несколькими главными параллелями, оставив людям, которые более глубоко заинтересуются этим вопросом, возможность самим покопаться в интереснейших «совпадениях». Для облегчения этой работы можно заглянуть в Главу «Церковные таинства» Третьей книги курса.

Зороастризм в «христианских» обрядах.

Вернёмся к ритуалам зороастризма, связанным с разнообразными посвящениями, причащениями, очищениями… В начале предыдущей главы мы обратились к параллелям между зороастрийским ритуалом очищения огнём и церковно-библейским ритуалом крещения. После чего мы подробно рассмотрели параллели, связанные со значением церковного крещения, которое выражает церковную традицию смерти-воскресения Христа. Но ведь кроме крещения есть и другие таинства «христианской» церкви, ритуалы которых тоже буквально по содержанию скопированы из зороастризма. Мистика (таинства) посвящения в митраизм-зороастризм (инициацию людей под эгрегор зороастризма) весьма похожа на многие церковные «христианские» таинства посвящения церкви (инициацию людей под библейский эгрегор). Несмотря на разнящуюся символику, есть много общего.

Вначале скажем, что в самом обширном (в смысле многосторонней обрядности) таинстве церковно-«христианского» крещения есть обряд «покаяния за свои прошлые грехи, прежде чем душа этой личности будет готова к принятию крещения» — в случае если крещаемый не младенческого возраста. Это объясняется необходимостью его «очищения» от «грехов прошлого» перед крещением — чему соответствуют подготовительные обряды «очищения». Если крещаемый младенец, то его подвергают «очищению» от «первородного греха» (опаснейшая иллюзия-выдумка) с помощью процедуры «смерти-воскресения», что и представляет собой основная часть обряда крещения.

Процедура обязательного «очищения», вошедшая в главный «христианский» обряд (крещения) и сопутствующая некоторым другим обрядам «христианской» церкви — скопирована из зороастризма и является прямым следствием восточного дуализма, который учит о «чистых» и «нечистых» явлениях, предметах, тварях, духах… Разграничив когда-то явления на «чистые» и «нечистые» древние индоиранцы (а за ними и зороастрийцы) создали для себя весьма «комфортную» духовную сферу, назвав её «чистой» или «светлой». Всё «неприятное» в их «жизни» было соответственно названо «нечистым» или «тёмным».[249] Этим самым люди спрятались за ширмой веры, «канонов» и доминирующего «светлого» эгрегора (ими же созданного: например эгрегора Митры, либо Ахура-Мазды) от «неприятного» Языка Жизни (через который Бог разговаривает с людьми). Высшей касте «жрецов» и «элите» так было удобно управлять толпой, а толпе было удобно «жить». Но «жрецы» ко всему прочему ещё и наблюдали духовные закономерности при управлении эгрегором — отмечая особую роль «очищения» (известную ещё со времён шаманизма) в деле устойчивости эгрегориальной магии, производимой ими над толпой.[250] Глобальное «жречество» («мировая закулиса») — которое лучше других разбиралось в тонкостях эгрегориальной магии и следила за своим верховенством в этом деле — получило с зороастрийского Востока красивый и логично обставленный повод, который осталось только скопировать в «христианство», что оно и сделало, трансформировав зороастрийские обряды в новую веру.

Как подтверждение этому мы, помимо разнообразных обрядов «очищения», находим в зороастризме нечто подобное признанию «первородного греха». Роды, болезни и даже рождение ребенка рассматривались зороастрийской догматикой как «осквернение чистоты организма», нарушение «идеального физического состояния человека».[251] Согласно зороастрийоким предписаниям, связанным с обычаем очищения, женщина во время ее месячных недомоганий, родов и болезней подвергалась определенному «табу», сидела на каменной скамейке или же спала на полу в темной половине дома, не смела приближаться к священному огню, выйти на воздух, видеть небо и солнце, работать в саду. Она надевала самую плохую одежду, ела в отдельной посуде. Никто из семьи, в том числе дети, не подходили к ней. Приготовлением пищи занимались другие члены семьи, но если у женщины был грудной ребенок, ей приносили его кормить, а после кормления тут же уносили. В период беременности женщина получала некоторые льготы, особенно перед родами. В доме, где она находилась, круглосуточно горел огонь, символизирующий добро. Когда рождался ребенок, пламя должно было гореть плавно и ровно, и за этим следили со всей строгостью. Этот обряд был связан с древним зороастрийским преданием о том, что когда рождается ребенок, к нему является дьявол и уберечь ребенка от него может только плавно горящее пламя огня.

Сравним это положение зороастрийской веры с высказыванием «христианского» «священника»: ««У тебя есть младенец? — Не дай времени усилиться повреждению; пусть освящен будет в младенчестве и с юных ногтей посвящен Духу» (Св. Григорий Богослов († 389), Слово на Крещение)».

Никакой «дьявол» (эгрегор со свойственными названию характеристиками) не может явиться к новорождённому ребёнку, если культура общества, родители и близкие не мешают Богу оберегать новорождённого. Если же с момента рождения культура такова, что новорождённого тут же (через не совсем понятные родителям и окружению обряды) начинают психически включать в эгрегор веры (который как правило и является сам «дьявольским» порождением людей), отгораживая его психику от Бога — нарушение безопасности жизни новорождённого обеспечено.

Церковно-«христианский» обряд покаяния очень смахивает на зороастрийский обряд жертвоприношения.[252] Только церковники изощрились до вытягивания из кающихся сокровенной информации, а зороастрийцы просто доверяли «священникам» свои материальные средства, чтобы те заступались за них у богов. Обряд жертвоприношения у зороастрийцев существовал и в древности, и в средние века, но позднее он приобрел чисто символический характер. Большинство зороастрийцев не занимались жертвоприношениями. Вместо этого они платили деньги «священнослужителю», а сами клали на алтарь огня небольшой кусочек мяса.

Церковно-«христианский» обряд причащения (причастия) буквально скопирован из зороастризма. В честь Митры ели хлеб и пили вино, что имело значение получение митраистами блаженства в будущей жизни. В библейском христианстве причащение сопровождается тем же (питьём вина, символа крови Христа и поеданием хлеба, символа тела Христа), но замкнуто на воссоединение «со Христом» и церковью. А сам Христос, согласно церковному преданию — является «заступником в будущей жизни» — все те же функции, какие в зороастризме приписаны Митре.

В принципе все главные обряды библейского христианства так или иначе связаны с процессом инициации (либо иначе — посвящения) людей в духовную иерархию церкви и библейского эгрегора. Обычная мирская паства проходит низшие ступени обряда инициации, став после инициации «очищения-крещения» «христианами» (как у масонства каждый потенциально может стать, например — учеником). Церковные же культовые служители проходят свой особый обряд инициации, который в «христианстве» называется «обряд священства». Механизм всех инициаций один и тот же: разные уровни посвящения, уровни «духовной» церковной иерархии, на которые попадают инициированные люди; разные и функциональные нагрузки их в общей системе религиозного функционирования. Процесс инициации в «христианстве» называется «крещение», процедура закрепления личности на инициируемом уровне называется причастие, покаяние, соборование[253] и пр. обряды. Процесс инициации в «священники» называется «таинство священства».

В зороастризме (особенно в митраизме в начале I тысячелетия н. э.) существовали разнообразные многоступенчатые обряды посвящения. Нечто подобное крещению в зороастризме проходили все рядовые сторонники веры в возрасте от 7 до 15 лет (по некоторым данным, от 12 до 15 лет) происходил обряд инициации иди конфирмации — приобщения подростков к зороастрийской вере. Инициация была связана с обычаем надевания священного набедренного нитяного пояса кушти, который зороастрийцы, как мужчины, так и женщины, должны были носить всю жизнь.[254] Зороастрийцы-мужчины были обязаны носить священную для зороастрийцев рубаху. И кушти, и рубаха являлись символами приобщения к вере своей общины, готовность следовать предписаниям Авесты и полную покорность своему богу Ахура-Мазде. Этот обряд у парсов Гуджерата называется «ноузад» — «вновь рожденный»[255] — а у зороастрийцев — «седра пушун» («надевание священной рубахи»). После свершения этого обряда подростки становились полноправными членами общины, выполняя все предписания и обычаи зороастрийской религии, и в первую очередь закона большого очищения — «барсном», «девяти ночей»: соблюдения всех правил чистоты тела, дома, земли, воды, полезных животных, намеренно избегая соприкосновения с тем, что по зороастрийским канонам являлось «оскверненным» и «нечистым».

Число семь считалось в митраизме «священным», как и во многих других религиях древнего Востока.[256] Кандидата в посвящение-инициацию проводили через достаточно жестокие и опасные испытания в пещерах, заканчивающихся пещерой с семью сводами, после которых он достигал «святилища», ярко освящённого и сияющего золотом и драгоценными камнями.[257] Здесь его встречали поздравлениями, взяв обещание хранить тайну посвящения.[258] Мистерии посвящения (переход из тёмных и опасных пещер в сияющее «святилище»)[259] символически выражали идею избавления от зол и бед жизни. Такие таинственные мистерии были распространены во всех провинциях Малой Азии, Армении, Капподокии и держались вплоть до IV века н. э. Мало того, после копирования зороастрийских таинств в «христианство» апологеты последнего стали рассматривать зороастризм как «соперника христианству», борясь за монополизм своей веры. Так «христианство» постепенно вытесняло зороастризм, копируя «удобные» и «отработанные» на толпах обряды и принципы последнего.

В митраизме существовало крещение, которым, считалось, снимались грехи прощаемого и он мистическим образом приобщался Митре. При этом приносили в жертву хлеб. Одновременно прощаемому намазывали руки и язык мёдом, чтобы предотвратить в дальнейшем «проникновение грехов в его душу и тело». Известно, что церковно-«христианское» крещение означает примерно то же самое, а один из последних обрядов этого таинства — миропомазание — мазание елеем (Миро), что означает «новую жизнь без прежних грехов».

В митраизме существовала «жреческая» иерархия со своей структурой и соответствующими названиями. «Жрецов» часто называли «священнослужителями». Митраическая иерархия, состоящая из низшей стадии (людей, не входящих в «священную» обслугу храма) и следующих стадий «священников» — сильно напоминает «христианскую» иерархию, в которой посвящение крещением является низшей стадией приобщения к церкви, а чтобы войти в храмовый персонал, нужно пройти инициацию «священства».

В митраизме существовала толпа, находящаяся «за пределами храма» и семь уровней «жрецов». Первый уровень — «Ворон» или «оглашающий»[260] («Вестник Солнца») — свидетельствовал о Солнце всем, кто находился за пределами храма, то есть, непосвящённым в храмовую иерархию. Иначе говоря в обязанности «Ворона» входило общение с толпой верующих. Второй уровень — «Молодожён», символизирующий мистическое бракосочетание ду— людей, входящих в храмовый притвор с Митрой.[261] Третий уровень — «Воин», являющийся олицетворением тягот посвящаемого, дисциплины адептов Солнца. Четвёртый уровень — огненный, очищающий «Лев». Пятый уровень — «Перс», держащий в руках серп и косу, по всей видимости, являющийся одним из судей загробного мира. Шестой уровень — «Гелиодром», посланник Солнца, возница с ореолом из солнечных лучей и факелом, выводящих души посвящаемых из преисподней. Седьмой уровень — «Отец»,[262] земное воплощение верховного божества. Лицезрение его было равносильно лицезрению Митры. Он имел серп Сатурна, фригийский колпак, посох и перстень — тайные символы высшей мудрости.

Семиступенчатая иерархия митраического «жречества», а также атрибуты и «полномочия» высших «жреческих» ступеней наводят на мысль о параллелях между духовностью зороастризма (митраизма) и библейского Апокалипсиса (Откровение Иаонна Богослова) — по меньшей мере: уж больно много совпадений. Остановимся более подробно на известной хронологии формирования библейских канонов и том, как зороастризм мог повлиять на их содержание.

Зороастризм в канонах «христианства», иудаизме и исламе.

Начнём с Нового Завета. Хронология написания всех 27 текстов Нового Завета до сих пор вызывает у учёных споры. Если же допустить, что учёные правы в авторстве большинства «Посланий» апостола Павла[263] (что их диктовал сам Павел) — то можно предположить их завершение до 67 г. н.э, когда Павел был казнён. Иначе говоря, если верить такой хронологии, то произведения Павла и других «апостолов», занимающие почти половину Нового Завета — появились не позже (и даже раньше) основных четырёх «Евангелий», в которых описывается жизнь Христа как бы от лица его учеников.[264] Большинство учёных считает «древнейшим» Евангелие от Марка (около 70 г.) — принимая Марка «создателем евангельского жанра» и считая, что его текст употреблялся для создания Евангелия от Луки (около 80 г.) и Евангелия от Матфея (около 90 г.).[265] Эти три Евангелия содержат наиболее общие и взаимодополняющие тексты повествования и называются синоптическими (от греческого synoptikos — сообозревающий). Относительно же происхождения Евангелия от Иоанна до сих пор нет единой точки зрения, но традиционно оно считается самым поздним из всех канонических Евангелий. Ко всему этому известно, что у ранних «христиан» было множество других «Евангелий», которые были признаны апокрифами и после канонической рассылки в 363 году и утверждения в период с 367 по 419 год апокрифы стали уничтожаться и были объявлены церковью «подделками».[266] Последний текст Нового Завета, который выделяется из всех остальных своей эсхатологией — Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис) с конца XIX века учёные датировали 68–69 гг., но некоторые исследователи признавали более позднюю дату написания — 90–95 гг.

Из этой наиболее распространённой хронологии формирования текстов Нового Завета видно, что тон будущим «христианским» канонам вполне мог задать апостол Павел и его кураторы[267] — а уже затем под «христианскую» социологию Павла и K° могли подогнать и четыре основных «Евангелия», либо сочинив их на базе, допустим, Евангелия от Марка, либо сочинив их на базе обобщённого опыта общения с оставшимися «учениками Христа», выкинув всё, что не соответствовало новой «христианской» социологии Павла и отбросив «лишние» Евангелия, назвав их апокрифическими. Одновременно с этим[268] пишется и Откровение Иоанна Богослова[269] — текст которого более всего соответствует зороастрийским представлениям о «конце света», «Страшном Суде» и «посмертном воздаянии». Ясно одно: основные четыре «Евангелия» подбирались под уже существующую «христианскую» социологию, выраженную апостолом Павлом и имеющуюся у иудеев. Что касается Апокалипсиса, то решение о его канонизации последовало лишь в 367 году — поскольку до этого после Лаодокийского Собора 363 года по поместным церквам были разосланы лишь 26 текстов (книг) без Откровения Иоанна Богослова. Поэтому знаменитый Апокалипсис (чисто теоретически) мог быть написан в период с конца I столетия до 367 года. Но самое главное: поскольку составители «христианских» канонов не могли игнорировать предания, оставшиеся после общения учеников с Христом, эти предания попали в Новый Завет (конечно в искажённом виде) в виде четырёх Евангелий, но в этих четырёх Евангелиях доктрины личностного посмертного воздаяния с упоминанием рая и ада почти не видно, она есть у Павла, у других библейских авторов (в основном в контексте рассказов, без прямого упоминания рая и ада) но её с избытком в Апокалипсисе — как будто кто-то хотел одним махом и попрочнее замкнуть остающиеся в первых «христианских» общинах предания «о Христе» на зороастрийскую доктрину посмертного воздаяния и эсхатологию.

Если просмотреть Новый Завет на слова «рай» и «ад», то слово «ад» употребляется в Евангелии от Матфея всего один раз и то вне прямого контекста доктрины личностного посмертного воздаяния:

Матфей, 16.

18 и Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее;[270].

В Евангелии от Луки слова «рай» и «ад» также употребляются как бы Христом совсем немного (Лука 23:39–43; Лука 10:15; Лука: 16:23) и больше в контексте эсхатологии «Страшного Суда», а не доктрины личностного посмертного воздаяния. В остальных Евангелиях вообще нет слов «рай» и «ад». Но при этом доктрина личностного посмертного воздаяния всё же вошла в контекст всех Евангелий: однако создаётся впечатление, что исторически реальный Христос учил справедливости в земной жизни, а цензоры и составители Нового Завета приписали к тому, что говорил Христос о земной справедливости — слова о посмертном воздаянии с целью замкнуть «справедливость» на «тот мир»,[271] что и было принято в зороастризме. Приписки составителей канонов в основном направлены на стимулирование жизни паствы в смиренности и нестяжательстве — поскольку зороастрийские отрицания аскетизма и поощрение материальных накоплений, а также гражданской активности не подходили под цели «христианской» концепции для толпы.[272] Примером такого общеизвестного замыкания психики принявших «христианский» аскетизм на поощрение после смерти является евангельский эпизод «про «богатых»":

Матфей 19.

23 Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное;

24 и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие.

25 Услышав это, ученики Его весьма изумились и сказали: так кто же может спастись?

26 А Иисус, воззрев, сказал им: человекам это невозможно, Богу же все возможно.

27 Тогда Петр, отвечая, сказал Ему: вот, мы оставили все и последовали за Тобою; что же будет нам?

28 Иисус же сказал им: истинно говорю вам, что вы, последовавшие за Мною, — в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых.

29 И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную.

30 Многие же будут первые последними, и последние первыми.

Обратимся к самому «воздаятельному» и «мистическому» тексту Нового Завета — Откровению Иоанна Богослова. В самой первой главе видим удивительные «совпадения» традиций описания зороастрийского «Сияющего Митры» и «Бога», который явился автору (параллели с образом Митры и традициями зороастризма выделены жирным нами):

Откровение 1.

12 Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и обратившись, увидел семь золотых светильников.

13 и, посреди семи светильников, подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир и по персям опоясанного золотым поясом:[273].

14 глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег; и очи Его, как пламень огненный;[274].

15 и ноги Его подобны халколивану, как раскаленные в печи, и голос Его, как шум вод многих.

16 Он держал в деснице Своей семь звезд, и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч; и лице Его, как солнце, сияющее в силе своей.[275].

17 И когда я увидел Его, то пал к ногам Его, как мертвый. И Он положил на меня десницу Свою и сказал мне: не бойся; Я есмь Первый и Последний,

18 и живый; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти.

В пятой главе Откровения составители канонов (от имени Бога и автора Откровения) передают «власть» над людьми библейскому Агнцу-Иисусу («Сидящий на престоле» — сияющий «Бог»;[276] а Агнец, который «Кровию Своею искупил нас Богу» — библейский Иисус):

Откровение 5.

1 И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и отвне, запечатанную семью печатями.

2 И видел я Ангела сильного, провозглашающего громким голосом: кто достоин раскрыть сию книгу и снять печати ее?

3 И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее.

4 И я много плакал о том, что никого не нашлось достойного раскрыть и читать сию книгу, и даже посмотреть в нее.

5 И один из старцев сказал мне: не плачь; вот, лев от колена Иудина,[277] корень Давидов, победил, и может раскрыть сию книгу и снять семь печатей ее.

6 И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю.

7 И Он пришел и взял книгу из десницы Сидящего на престоле.

8 И когда он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых.

9 И поют новую песнь,[278] говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени,

10 и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле.

11 И я видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч,

12 которые говорили громким голосом: достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение.

13 И всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них, слышал я, говорило: Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков.

Откровение Иоанна Богослова представляет собой запись мистерии передачи «власти» от «Бога» (который более походит на Митру) к Иисусу: из логики этой мистерии вполне могли быть развернуты и остальные каноны Нового Завета, возможно этой мистерии следовали все авторы канонических текстов. Поэтому вполне возможно, что Апокалипсис был составлен раньше других канонических текстов Нового Завета. Но возможно, что Апокалипсис это — дань (или средство) внушения верующей толпе, что теперь у них «Богом» подобным Митре будет Христос. Когда бы ни был написан Апокалипсис — его духу в общем старались придерживаться при подборе и составлении остальных текстов Нового Завета.

Дальнейший текст Апокалипсиса представляет собой описание действий Агнца, «Бога», связанные с «семью ангелами». Мистерия этого описания, переданного как бы Иоанном, сильно смахивает (по духу) на митраические культы, в которых участвуют все семь посвящений «жрецов» Митры, (посвящения мы описали выше в этой главе). Мало того, символика и религиозные атрибуты трёх высших «жреческих» посвящений в митраизме вошли в деяния «ангелов» их Откровения:

Откровение 14.

14 И взглянул я, и вот светлое облако, и на облаке сидит подобный Сыну Человеческому; на голове его золотой венец, и в руке его острый серп.

15 И вышел другой Ангел из храма и воскликнул громким голосом к сидящему на облаке: пусти серп твой и пожни, потому что пришло время жатвы, ибо жатва на земле созрела.

16 И поверг сидящий на облаке серп свой на землю, и земля была пожата.

17 И другой Ангел вышел из храма, находящегося на небе, также с острым серпом.

18 И иной Ангел, имеющий власть над огнем, вышел от жертвенника и с великим криком воскликнул к имеющему острый серп, говоря: пусти острый серп твой и обрежь гроздья винограда на земле, потому что созрели на нем ягоды.

Серп присутствует в символике пятого и седьмого уровней «жрецов» Митры, которые, согласно вере, символизируют свершение посмертного «правосудия». Написавший Апокалипсис был явно из иудеев, поскольку там повсюду говорится о представителях «израилевых колен» также как и о других «народах», примиряя тех, кто следует законам Моисея, и Агнца[279] во всеобщем послушании (едином мировом порядке), пугая при этом посмертным «возмездием»:

Откровение 22.

10 И сказал мне: не запечатывай слов пророчества книги сей; ибо время близко.

11 Неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святый да освящается еще.

12 Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его.

13 Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний.

14 Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь им право на древо жизни и войти в город воротами.[280].

Но мы уже знаем, что всё дело в том, что «заповеди Его» для «христиан» одни, а для иудеев — другие. И «общий мировой порядок» после принятия «христианских» канонов стали строить под страхом «Страшного Суда» и личностного посмертного воздаяния — одинаково повисшего как над «христианами», так и оставшегося в иудейской доктрине. Но «христианам» было велено якобы Богом подчиняться, а иудеям — захватывать чужые территории методом финансового закабаления,[281] что было запрещено «христианам».

Теперь вкратце обратимся к Ветхому Завету. Нельзя исключать, что доктрина личностного посмертного воздаяния вошла в каноны Ветхого Завета под влиянием зороастризма. Ведь многие исследователи относят хронологию формирования многих книг иудейского Танаха к середине I тысячелетия до н. э. — но именно тогда уже существовала крупная держава Ахеменидов, в которой исповедовался зороастризм. Вполне возможно, что зороастрийская доктрина рая и ада была скопирована в иудаизм (в его каноны) для того, чтобы держать иудеев не только под страхом возмездия за отступничество от веры, но и под страхом посмертного воздаяния — тем более, что становление иудаизма шло не гладко и в среде самих иудеев никакой социальной справедливости не было (а к концу I тысячелетия до н. э. кризис иудаизма был следствием невиданного социального расслоения в среде иудеев). В общем, «мировая закулиса», познакомившись с зороастризмом, поняла, что иудеям (помимо доктрины захвата мира) не помешает доктрина посмертного воздаяния («справедливости»), обращаясь к которой иудейские «священники»-левиты могли бы примирять «богатых» иудеев с малоимущими, а также максимально мистифицировать религиозную жизнь своей паствы, продлив мистификацию в загробный мир.

Если обратиться к канонам Ветхого Завета, то доктрина личностного посмертного воздаяния (особенно с упоминанием слов «рай» и «ад») представлена крайне неравномерно. Как будто она полноценно вошла лишь в отдельные книги, не входящие в Моисеево Пятикнижие. По электронному поиску на слова «рай» и «ад» (помимо притчи об изгнании Адама) находим подробное описание личностного посмертного воздаяния, связанного с эсхатологией мира в Третьей книге Ездры.[282] Мало того, эта ветхозаветная книга (3-я Ездры, особенно 7–9 главы)[283] повествует о том же, что и «христианский» Апокалипсис (Откровение Иоанна Богослова). Некоторые исследователи (в частности Дуглас Рид) относят появление Ездры к середине V века до н. э. — как раз на время расцвета империи Ахеменидов. Упоминание ада есть в книге Товит 13: 1–3, а также в Псалтыре, «Премудростях Иисуса, сына Сирахова» (особо 41 глава), «Пророка Исаии».

Совсем другой религии придерживался ветхозаветный Соломон (о котором мы уже говорили в Третьей книге курса), предваряя роковые заблуждения людей:[284].

12 Не ускоряйте смерти заблуждениями вашей жизни и не привлекайте к себе погибели делами рук ваших.[285].

13 Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих, 14 ибо Он создал все для бытия, и все в мире спасительно,[286] и нет пагубного яда, нет и царства ада на земле. 15 Праведность бессмертна, а неправда причиняет смерть: 16 нечестивые привлекли ее и руками и словами, сочли ее другом и исчахли, и заключили союз с нею, ибо они достойны быть ее жребием».

В.Б.Авдеев в книге «Преодоление христианства (опыт адогматической проповеди)»[287] выдвигает предположение о древнеиранской религиозной основе происхождения не только отдельных книг Библии, но даже и всей ветхозаветной основы — легенды о сотворении и эсхатологии (выделено нами):

«Еще до рождения Зороастра древние индоарии считали, что мир создан Богами в семь приемов. Семь дней творения затем, спустя века, будут приписаны и Единому Богу. Деление загробного существования на два отделения: Рай и Ад — со всеми соответствующими атрибутами благоденствия и мук, включая даже жарение на сковородках в кипящем масле, также изобретены не в Ветхом Завете, а еще арийскими жрецами.

Время религиозного возмужания Христа было аккуратно переписано с жизни самого Зороастра вместе со всеми деталями откровения, что беспрестанно дублировалось после во всех священных книгах всех времен и народов. Вообще откровение свыше — это не семитическое, а сугубо арийское религиозное явление со всеми вытекающими последствиями. Великий пророк опустил кувшин в середину реки, чтобы зачерпнуть чистой воды, и увидел свою Авесту, а спустя две с лишним тысячи лет Мохаммед уронил свой кувшин и, пока он падал на землю, увидел свой Коран. Комментарии, как говорится, излишни. Однако, цели этих великих религий были различны, и если Зороастр считал, что первое доматериальное творение мира было хуже и только в физическом исполнении мир получил божественную законченность и выразительность, то ранний иудаизм бросил ком грязи в материальный мир, объявив его исчадьем греха и средоточием нечисти. Даже само понятие чудотворства измыслил древний индоарий Зороастр, равно как и всю эсхатологическую концепцию мира с окончанием времени, Страшным Судом, наказанием сил зла и установлением царства благоденствия. Им же заложены и основы мессианской идеи — мечты о сыне пророка, искупающего все грехи человечества. Отсюда и следует, что сама миссия Кришны, Будды и Христа была предначертана еще Зороастром, не говоря уже об учении о трех конечных замкнутых эрах мироздания. Первой — «Творении» — создании мира из небытия, Второй — «Смешении» — борьбы сил зла и добра, и Третьей — «Разделении» — судном дне и окончательной победе добра. Основные черты к портрету Единого Бога и Единого дьявола списаны с зороастрийских Ахура-Мазды и Аримана. Но если в Ветхом и Новом Заветах спасение человека зависит от покаянного безволия и капризов Создателя, то согласно авестийской традиции каждый человек мог заслужить спасение в зависимости от совокупности мыслей, слов и дел, в которые не смеет вмешиваться и изменять по своему усмотрению ни одно Божество. Мохаммеду принято приписывать изобретение сложного религиозного ритуала очищения и пятиразовой ежедневной обязательной молитвы, но и этому автор — Зороастр, равно как и самого понятия «символа веры» и сложной системы культовых ценностей, способствующих закреплению и генерации религиозного чувства от поколения к поколению. Молитвы, литургии, психическая и магическая концентрация сверхчувственной воли на образе, заклинания против демонов — все это снова он. И что уж всего прискорбнее для христианства, так это то, что древний индоарийский пророк за полторы тысячи лет до Христа изобрел и Троицу, и Святого Духа. Откровенное списывание Всемирного потопа и Ноева ковчега у вавилонян, таким образом, дополнило художественные достоинства Ветхого Завета. А чтобы довершить ниспровержение канона, нужно еще отметить, что сама традиция апокалиптической литературы в Иране была известна раньше, чем на берегах Мертвого моря, и если библейская школа нагнетала страхи вокруг падения Иерусалима, то авестийская школа сгущала мрачные тона своего эсхатологизма вокруг завоевательных походов Александра Македонского, что опять же имело место несколькими веками раньше».

Выводы, приведённые в этом отрывке, полностью совпадают с нашими исследованиями параллелей между зороастризмом и библейской культурой. Прервём цитирование книги В.Б.Авдеева, рассмотрев замеченные им параллели между культурой ислама и зороастризмом.

Действительно, зороастрийские обряды предусматривают ежедневную пятикратную молитву. Эта религиозная традиция сохранилась у современных зороастрийцев, также как и основные обряды, сложившиеся за многолетнюю историю. Ежедневная пятикратная молитва исторического ислама[288] (о сути которой мы много говорили в Четвёртой книге) имеет зороастрийское происхождение. Каждый зороастриец после инициации должен соблюдать основные религиозные правила (в том числе и ежедневную пятикратную молитву). «Священный огонь», согласно зороастрийскому обычаю, должен гореть в храме огня постоянно, но его подпитывают пять раз в течение дня — столько же раз читают молитвы. Для обозначения молитвы у мусульман кроме арабского слова «салят» существует и другое, иранское (персидское) слово — «намаз». Именно это название ежедневной пятикратной молитвы наиболее распространено в тех исламских странах, где до ислама была религиозная система зороастризма — в Иране, Афганистане, Средней Азии.

В Четвёртой Книге мы говорили о наваждениях, попавших в Коран через психику «пророка» Мухаммада, которые никак не могли быть от Бога. Теперь ясен источник этих древнейших наваждений-иллюзий, это — индоиранский (позднее зороастрийский) восточный дуализм, доктрина посмертного воздаяния и эсхатологии. Этому наваждению, к сожалению, была открыта психика Мухаммада — как и многих ветхозаветных «пророков» до него. Но если в оформлении Ветхого Завета много поработала «мировая закулиса», также как она же сформировала и Новый Завет (судя по всему исторически реальный Иисус не мог нести в мир людям зороастрийские заблуждения: их приписали Христу позже)[289] — то Коран это преимущественно выборка из записей слов самого Мухаммада, но, конечно же, прошедшая тогдашнюю цензуру. Судя по тому, что в Коране почти повсеместно представлена доктрина посмертного воздаяния (в общем-то мало отличающаяся от зороастрийской по содержанию), а также коранический «Бог» во многих местах характеризуется гневными выпадами в отношении людей — наваждения-иллюзии зороастризма, пропущенные психикой Мухаммада, стали основой культуры исторического ислама, сформированной преимущественно соответственно первому («зомбирующему») контексту понимания Корана. Таким образом, все три «авраамические» религиозные системы,[290] и практически весь ведический Восток так или иначе охвачены древними иллюзиями,[291] происхождение которых нужно искать в мировоззрении восточного дуализма — главной «тонкости» Востока.

Вспомните архангела Джибраила, явления которого сперва очень испугался Мухаммад (согласно преданиям). Ведь Бог никогда и никого не пугает: Бог всегда может найти такой подход к человеку, чтобы не затрагивать естественно сложившиеся ущербные и негативные стороны его психики (даже если эта психика сильно несовершенна относительно идеала, соответствующего периоду развития). «Джибраил» не был послан Богом — это эгрегор очень высокого (для того времени) религиозного порядка, сложившийся на базе информации о «пророках» (как их называли, или как сами себя называли люди, которым становилось доступным коллективное бессознательное, которым не могло пользоваться большинство) до Мухаммада, их жизни и деятельности, части информации, которая действительно могла быть когда-то получена людьми от Бога, а также на базе религиозной этики взаимоотношений с «Богом» — похожей на зороастрийскую. Такой эгрегор «Джибраил» мог сложиться (как результат иерархической многократной «каскадной рокировки» и перестановок различных эгрегориальных блоков существующих крупнейших религиозных эгрегоров, а психика Мухаммада была инициирована этим новым духовным «монстром»)[292] к началу VII века — как дань благонамеренных религиозных поисков множества ищущих Бога людей, и в этом отношении (в отношении религиозного прогресса) ислам несомненно этически передовая религиозная система, базирующаяся на Коране, в котором есть второй «контекст» (устремлённый в Человечность).

Приведём ещё несколько интересных выводов из названной выше книги В.Б.Авдеева, которые касаются зороастрийских корней в различных более поздних религиозных системах (особо важные выводы выделены жирным нами):

«Иерархическое устройство церкви, сложная ритуальная часть, календарные праздники, институт жречества — и здесь зороастризм был первым. Даже ранние формы индуизма не могут соперничать с ним в первенстве по многим принципиальным вопросам теории и практики.

Единственное, в чем изобретатели Ветхого Завета могут претендовать на абсолютное авторство, так это в изобретении самого понятия «религиозной», «священной» войны, методология которой весьма подробно дана во «Второзаконии»,[293] а затем еще более скрупулезно отработана Кумранской общиной в таких документах, как «Кодекс войны», «Книга Тайн» и «Устав для всего общества Израиля в конечные дни». Ни в одной другой религии мира ранее подобная методология столь тщательно не отрабатывалась, и лишь позднее в данном деле преуспел ислам, да знаменитые Крестовые походы[294] также имели недюжинную теоретическую базу.

Последнее же чудо-чудесное заключается в том, что знаменитые десять заповедей существуют в двух вариантах: первый — для всего «стада Божия», второй же — только для пастухов. Двойное контрабандное дно морали[295] для одних и для других с тех пор стало нормой во всех монорелигиях, в которых Единый Изобретенный Бог[296] — соучастник всех преступлений».

Не менее интересны исследования В.Б.Авдееве в области истоков «христианской» символики. Оказывается происхождение креста — тоже индоарийское:

«Исследователи христианства, независимо от принадлежности к той или иной школе, обобщая культурные традиции, ему предшествовавшие, сознательно обходят стороной тот факт, что еще шлемы Ахиллеса и Сеннахерима были украшены крестами, а во главе римских легионов носили хоругви, украшенные крестами, что кресты были обнаружены в погребальных захоронениях практически всех народов задолго до того, как люди разных континентов и рас впервые увидели друг друга. Ацтеки и этруски в разных концах земли, даже не подозревая существования друг друга, еще за 1000 лет до рождества Христова украшали им свои храмы. Крест был привычным украшением фасада древних финикийских городов. Когда миссионеры из Европы впервые достигли острова Явы, то первое, что они увидели в туземной деревушке, так это украшения в виде крестов в хижинах. А когда Шлиман обнаружил руины легендарной Трои, то всюду, куда бы ни обращал свой взгляд, он видел целый россыпи из амулетов с этим знаком. Но об этих простейших фактах ученые всего мира, точно сговорившись, хранят упорное молчание.

Изучая происхождение креста, попутно нам представляется возможность сделать и второе открытие в области священной символики человечества. Свастика[297] — мрачный ореол мертвенно-холодной загадочности окружает этот знак в понимании современного, даже весьма культурного человека. Но по санскритской традиции она означает символ благословения и доброго предзнаменования в глазах браминов. Шлиман, помимо крестов, обнаружил огромное количество амулетов, украшенных свастикой, и доказал, что оба эти знака в равной степени почитались древними арийскими племенами. Подобная или аналогичная символика обнаружена у этрусков, кельтов, египтян, финикийцев, греков.

Отныне знайте, что все толстенные христианские трактаты, раскрывающие высший смысл символа веры — худоумный плагиат, ибо значение креста как священного символа впервые было дано еще в Ведах, но об этом почему-то предпочитают молчать как исследователи христианства, так и специалисты в области классического индуизма».

То есть, в библейское христианство вместе с индоиранским содержанием вошла и древняя ведическая символика, указывающая на общее духовное наследие рабовладельческих цивилизаций и преемственность всех их религиозных иллюзий, ошибок и умышленных духовно-этических установок, предназначенных для закрепления скрытого рабовладения.

Восточные иллюзии в светском мировоззрении.

В наше время существует широко распространённое мнение, что якобы религиозное влияние на психику людей осталось в далёком прошлом, что советский период развития Русской цивилизации в границах СССР стал для многих людей рубежом, благодаря которому религиозные системы уже не касаются большинства людей, ведущих светский образ жизни. Действительно, согласно статистическим данным,[298] в наше время существует всего несколько процентов людей, которые живут «религиозной» жизнью: регулярно посещают храмы, соблюдают религиозные традиции, читают молитвы и пр. Помимо таких «воцерковленных верующих» есть, конечно же, множество «сочувствующих» церкви: таких — свыше 50 %.[299] Но все остальные (оставшиеся около 40 % — люди, которые равнодушны к церковным традициям) плюс те, которые «сочувствующие» (всего свыше 90 % современных людей) — никак не могли приобщиться к библейскому мировоззрению через прямое влияние церкви (они не имеют никакого отношения к церковной жизни). Однако, как показывает опыт общения с этими людьми — их мировоззрение представляет собой светскую разновидность библейского мировоззрения. Это касается России, которая (вместе с бывшими союзными республиками и некоторыми другими государствами с «советским» прошлым) прошла период материалистического атеизма, длившегося около 70 лет и официально упразднённого[300] в августе 1991 года. Ясно, что на Западе, страны которого не проходили период материалистического атеизма — мировоззрение светских людей тоже библейское, даже, если они и не исповедуют ни одно из разновидностей «христианства».

Ответ на вопрос, почему же всё-таки народы России (которые можно объединить понятием «русский народ»), отказавшись от библейской религиозной системы в 1917 году, заявив о том, что «Бога нет»,[301] после 70-летнего периода материалистического атеизма опять легко впустили к себе в «дом» церковную иерархию и поддерживают её деятельность по меньшей мере своим «сочувствием» (бессознательным преклонением перед церковным «могуществом»)? — нужно искать в общности фундаментальных основ «христианского» мировоззрения и светского мировоззрения, которое поддерживала идеологическая система марксизма.

Как известно, узкой прослойкой» между высшей «управленческой» «элитой» и народом-толпой всегда была «духовная интеллигенция»: не техническая, которая успешно справлялась с задачами в своей узкой технико-технологической направленности, а именно «духовная» интеллигенция — писатели, поэты, философы, историки, деятели культуры и всех видов искусства, и пр. Сразу после революции 1917 года так называемая «русская» интеллигенция разделилась на тех, кто поддерживал марксистов-троцкистов и тех, кто вынужден был бежать за границу вследствие своего полного отказа сотрудничать с победившей партией. Первые, ухватившись за идеологию марксизма-ленинизма, стали её проповедовать в трудящиеся массы, адаптируя доминирующую идеологию под меру понимания большинства населения. В общем, «русская» «духовная» интеллигенция (верхушка которой состояла преимущественно из людей далеко не русского происхождения) стала нести «вниз» то, что она приняла себе в душу сразу после революции 1917 года.

Так продолжалось сравнительно недолго: уже в тридцатых годах XX века в среде высшего партийного эшелона, которому не доставало «духовности», но главное «мистической составляющей» идеологии[302] (которой не имелось в марксизме) — начался поиск идей, «сообразных» марксизму-ленинизму. Поиск начали с буддизма, завязав тесные связи с тибетскими общинами. Такому обмену опытом помешал И.В.Сталин, который понимал, что давать «мистическую» составляющую для «зомбирования» советской толпы не следует.[303] Но всё же после Великой Отечественной войны и смерти И.В.Сталина «духовная» интеллигенция опять впала в бессознательную тоску по религиозной «мистике», которую не мог удовлетворить марксизм-ленинизм… Интеллигенции всегда чего-то не хватало, но вот чего, она не могла точно выразить.[304] В ту пору ей пришлось довольствоваться лишь «мистикой» мифов и легенд древней Греции.[305].

Одновременно с этими «творческими» поисками «духовной» интеллигенции, которые не были известны трудящимся «низам» советского общества (вплоть до начала 70-х годов, когда в результате хрущёвской «оттепели» робко из диссидентского подполья начали появляться первые самиздатовские работы) весь период до объявления «перестройки» Горбачёвым в 1985 году — трудящиеся «низы» «жували» адаптированную к их пониманию идеологию марксизма-ленинизма, до конца не понимая последнюю и в душе её презирая. Но всё же с малолетства и до окончания трудовой деятельности над каждым гражданином СССР довлела эта светская модификация библейской культуры и на её базе формировалось мировоззрение поколений.

Трудящееся большинство СССР не обладало той культурой выражения своих мыслей — какой обучалась лишь высшая и средняя «духовная» интеллигентская прослойка. Максимум, что мог выразить добросовестный русский труженик относительно идеологии марксизма-ленинизма — это отрицание правильности её выбора для себя, что бессознательно означало необходимость поиска чего-то передового, устремлённого в будущее. Бессознательное отрицание идеологии марксизма-ленинизма массово выразилось в растущем презрении ко всему аппарату «правящей» партии. Но, поскольку «духовная» интеллигенция формально не входила в этот аппарат, да ещё и из её недр началось выдвижение «весьма интересных»[306] диссидентских трудов гораздо раньше, чем была объявлена «перестройка» — трудящиеся «низы» опять устремились за «новшествами» (пока подпольными) «русской» «духовной» интеллигенции, приняв из за альтернативу послесталинского аппаратного произвола.

К 70-м годам назрел кризис мировой системы «социализма». Тогда «духовная» интеллигенция (паразиты на теле трудового народа по своему всегдашнему призванию) поняла, что ещё несколько десятилетий и идеологическая «кормушка» может перейти к какой-то другой духовной корпорации: опыт революционного переворота не прошёл даром.[307] Всё это в совокупности: и давно нескрываемый в среде «своих» кризис марксизма-ленинизма и страх перед потерей халявного достатка и преклонение перед западными ценностями[308] одновременно — навевали смертную тоску на «духовную» интеллигенцию, она мучительно искала выход из духовного тупика,[309] особо обнажившегося после хрущёвской «оттепели».

Лучше и короче всех духовный кризис, раздиравший психику «русской» «духовной» интеллигенции (особенно во второй половине XX века) символически в стихах выразил поэт Б.Окуджава[310] в знаменитой песне Павла[311] Верещагина[312] из к/ф «Белое солнце пустыни».[313] Все четыре куплета знаменитой песни, представляющей собой тоскливые сетования на «неудачную» бесплодную жизнь[314] — заканчиваются фразой «Не везёт мне в смерти».

О чём же бессознательно тосковали «русские» либералы? — Чтобы ответить на этот вопрос, нужно выяснить, что из ««христианско»-зороастрийской» религиозной системы перешло в марксизм-ленинизм, и что было оттуда выброшено такое, что в «христианстве» сотни лет успокаивало психику безвольных «нищих духом» людей, склонных к холопским отношениям с высшими по иерархии, в которой они состоят. Вернёмся к разговору об основных законах марксисткой «диалектики» (вершине атеистической идейно-философской мысли),[315] которые мы вкратце разобрали в Четвёртой книге.

По меньшей мере два основных «высших» закона «Диамата» буквально копируют (по содержанию, а не по форме выражения) древнее индоиранское (а затем зороастрийское) понимание мироустройства — «восточный дуализм»:[316].

Единство и борьба противоположностей, один из основных законов диалектики, раскрывающий источник самодвижения и развития объективного мира и познания. Основу всякого развития составляет противоречие — борьба (взаимодействие) противоположных, взаимоисключающих сторон и тенденций, находящихся вместе с тем во внутреннем единстве и взаимопроникновении. Единство противоположностей относительно, их борьба — абсолютна; единство фиксирует начальную стадию развития противоречия (непосредственное единство противоположностей, их обособление), борьба раскрывает высший этап его развития — предельную заострённость противоположностей, разрешение противоречия, приводящее к качественному преобразованию объекта и возникновению нового противоречия.

Отрицания отрицания закон, один из основных законов диалектики, характеризующий направление, форму и результат процесса развития, единство в поступательности и преемственности в развитии, возникновение нового и относительной повторяемости некоторых моментов старого. Согласно отрицания отрицания закону, развитие осуществляется циклами, каждый из которых состоит из трёх стадий: исходное состояние объекта, его превращение в свою противоположность (отрицание), превращение этой противоположности в свою противоположность (отрицание отрицания). Форма процесса развития имеет вид спирали: каждый цикл выступает как виток в развитии, а сама спираль — как цепь циклов. Действие закона полностью обнаруживается лишь в целостном, относительно завершённом процессе развития; на каждой отдельной стадии закон выступает обычно как тенденция.

Мы комментировали эти два (а также и третий закон «Переход количественных изменений в качественные») в Четвёртой книге курса. В контексте настоящего раздела нам важны параллели между древней индоиранской основой религиозного мировоззрения и идеологией марксизма-ленинизма, который, оказывается, продолжал поддерживать у людей всё то же мировоззрение «восточного дуализма», как и предшественник марксизма-ленинизма — библейское христианство.

Стоит ли говорить, что первые убеждённые и посвящённые марксисты-троцкисты поступили со своими предшественниками («власть имеющими» и им сочувствующими) — согласно «духу» этих двух законов марксистской «диалектики»: все несогласные с новой идеологией были объявлены «противоположностями», с которыми началась борьба на «отрицание» последних из жизни молодого советского государства.[317] Примерно также поступала и «христианская» церковь со своими оппонентами хронологически до периода «господства» марксистов.

Но это обнажение зверской сути доктрины восточного дуализма в период материалистического атеизма выглядело совсем не гуманно. Поэтому после объективного краха идеологии марксизма-ленинизма (который подготовил и внедрил в жизнь И.В.Сталин) — повторить эксперимент с физическим уничтожением оппонентов-«противоположностей» не решились. «Духовная» интеллигенция и «элита» учли печальный опыт революции и Гражданской войны начала XX века и задолго до путча 1991 года «договорилась» промеж себя о смене политических декораций с марксизма на православие.[318] Тех, же, кто предпочёл остаться марксистом решили не трогать (во всяком случае физически не преследовать) — с ними поступили совсем по-восточному (по-зороастрийски), заключив неписанный «договор о ненападении», но при этом с уровня государства стало поддерживаться православие.[319] Такой совсем восточный подход к «свободе» пришёлся «элите» и «духовной» интеллигенции (которая никогда толком не может выразить, что она хочет) ближе, чем «зверства» первых советских пятилеток. И всё бы подходило её библейскому мировоззрению, если бы не нехватка материальных средств — которые сосредоточились в руках нескольких процентов «новых «русских»». В общем, опять чего-то не хватает…

Подводя промежуточный итог, можно сказать, что «духовная» «передовая» прослойка России тосковала вовсе не по «восточному дуализму»: его в марксизме было даже «через край».[320].

Вторая важная мировоззренческая составляющая зороастризма — образ «Бога». Рассматривая образ зороастрийского «Бога», мы пришли к выводу, что из мировоззрения восточного дуализма напрямую сложился и образ якобы Бога, который может творить как «зло», так и «добро» — в зависимости от поведения людей, а главное, в зависимости от того, поддерживают люди «господствующую» религиозную систему или не поддерживают. Такой «Бог» представлен в зороастризме (особенно эти качества «карать и поощрять» свойственны Митре). Правда в зороастризме разделение двух главных «Богов» на Ахура-Мазду («доброго») и Ангра-Майнью («злого») как бы подчёркивает мировоззрение восточного дуализма — поэтому зороастризм не вполне монотеистическая религиозная система.

Однако, при переходе к «христианскому» монотеизму древняя дуалистическая мировоззренческая основа, на базе которой сформировалась основная восточная иллюзия дуалистического образа «Бога» (в смысле, что между двумя «высшими» силами идёт война и обе эти «высшие» силы имеют возможность воздействия на людей: одна «добром», а другая — «злом»)[321] — стала уделом (вошла в образ) одного «Бога», которому была приписана функция борьбы со «злом».[322] В библейском христианстве[323] функцию Ангра-Майньи («злого» духа) отдали Сатане (Дьяволу), с которым якобы борется Бог. Из такого подхода к образу Бога вывели ещё одну ложь — мстительность якобы Бога, который якобы ждёт удобного момента, чтобы воздать за «зло» — кару Бога за поддержку «зла» (как в этой жизни, так и посмертно).[324].

Мы вплотную подошли к ответу на вопрос: о чём бессознательно тосковали «русские» либералы в период материалистического атеизма? В этот период о «Боге» речи не было: «Бога» заменили на высший партийный орган[325] — который и миловал и карал по своему произволу (то есть, в земной жизни был хозяин-«господин», к которому привыкла всегда холопствующая и не привыкшая брать на себя ответственность интеллигенция). Было и пожизненное воздаяние: не было лишь посмертного воздаяния (то есть, в посмертной жизни хозяина-«Господина», которому можно было верноподданно выслуживаться, не было) — такого мистического и вожделенного, какое было во всех основных религиозных системах стран, представленных в СССР до революции 1917 года. Тоскуя по лёгкой (по сравнению с учением марксизма) возможности пожизненного обретения посмертных «благ»,[326] что принято в «христианстве»,[327] либеральная интеллигенция способствовала воцарению духовной власти православия в России: «элита» последовала «духовности» интеллигенции-либералов, как всегда и бывало. Так в Россию вернулось опаснейшее «программное обеспечение» поддержки скрытого рабства — имитация справедливости (посмертной) именем Бога — что в начале XXI века равносильно самоубийству, поскольку это увеличивает разрыв между объективным стремлением общества к справедливости[328] и подсунутым ему прошлым «программным обеспечением» имитации.

Но всё же эхо доктрины посмертного воздаяния было даже в марксизме, однако, эта доктрина не устраивала в первую очередь «духовную» интеллигенцию, всё больше и больше — по мере деградации последней во времена «социализма». И опять вошедшее в «социалистический» порядок эхо библейской доктрины посмертного воздаяния напрямую завязано на зороастризм — не только по смыслу, но и символически. Мы впервые затронули тему Вечного огня в одной из сносок начала текущей Главы, где написали следующее.

В наше время некоторые считают «вечный огонь» — антихристианским символом. В действительности это не совсем так. Если посмотреть историю возрождения культа «вечного огня», то впервые он был зажжён в 1920 году на могиле Неизвестного солдата в Париже после Первой Мировой войны. То есть в светской архитектуре он был впервые употреблён в самом сердце Европы и олицетворял собой начало эпохи всемирного псевдосоциализма — как предполагали хозяева масонов. Что касается Первой Мировой войны и её многочисленных жертв, то она была развязана для нагнетания революционной ситуации в Европе и в России, что привело в конце концов к падению российского самодержавия и власти церкви. Утрата Россией властного суверенитета (который олицетворяло самодержавие Императора) в результате двух революций 1917 года было закреплено символом «вечного огня» на территории СССР но лишь после того, как И.В.Сталина не стало.[329] Кончено это можно объяснять сложностями с топливом в сталинские времена, но «вечный огонь» появился в СССР на 37 лет позже, чем во Франции. Это произошло к 40-летию событий февраля 1917 года (в 1957 году) в Ленинграде на Марсовом поле у памятника «Борцам революции». Вечный огонь стал смысловым центром мемориала, расположившегося на бывшем Императорском плацу. После этого «вечный огонь» был зажжён на могиле Неизвестного солдата у Кремлёвской стены в Москве в 1967 году.[330] Также он имелся в других населённых пунктах СССР.

В общем «вечный огонь» стал символом второй ветви библейской концепции — светской. В этом смысле он многим действительно кажется «символом антихристианства». Но в действительности, если понимать всю библейскую концепцию псевдохристианства — церковное «христианство» и светский масонский марксизм — как «две последовательные ступени внедрения библейской концепции в народы мира», то символ «вечного огня» уже не будет представляться «символом антихристианства». Символ вечного огня был возрождён (из недр зороастрийского «очищения» огнём) всемирным масонством после революции — как символ «бессмертия масонской мафиии масонского дела» и символ «очищения людей преданностью делу революции». Конечно же простые люди понимали символику «вечного огня» по-своему: как вечная память погибшим героям. Но посвящённые вкладывали в этот символ свою меру понимания и посмеивались, глумясь над простотой народа… а зря.[331].

В то же время, культ огня изначально вошёл в библейское «христианство» — да ещё и в его значении ничем не меньшем, чем культ «вечного огня» в светском масонстве.[332] Поэтому магия огня не чужда и библейскому христианству. Хозяева домасонских и иудейских структур с древних времён пробовали применять культ огня (который был издревле одним из самых главных в среде праиндоиранских племён) в своих целях, чтобы замкнуть этот эгрегориально (и генетически) «родной» для крупнейшего конгломерата племён древнейший культ — на свою эгрегориальную алгоритмику: то есть изменить содержание культа, оставив его внешние стороны на откуп толпе.

Лучше всего исследования на тему эхапосмертного воздаяния в советские времена провела С.Б.Адоньева в своей «автономной работе», которая называется «Ритуальные площадки».[333] Ценность работы С.Б.Адоньевой состоит в том, что она исследовала вопрос значения для советских людей Вечного огня с позиции внутренней мировоззренческой сущности этого одного из главных советских ритуалов — а не общепринятого его содержания. Ценно и то, что при этом С.Б.Адоньева раскопала, что Вечный огонь имеет древнейшие корни индоиранского происхождения[334] (напрямую связанные с доктриной «очищения" и посмертного воздаяния) — самостоятельно пришла к тем же выводам, что и мы, попутно ответив на вопрос, «о чём же так тосковала «русская» «духовная» интеллигенция?». Приведём наиболее интересные места её исследования, выделяя самое важное жирным и комментируя некоторые места текста в сносках:

«Захоронение на Марсовом поле было первым публичным захоронением в России, совершенным с нарушением церковного обычая: без панихиды, вне кладбища и без надмогильных крестов.

«Я видел Марсово Поле, — писал И.Бунин, — на котором только что совершили, как некое традиционное жертвоприношение революции,[335] комедию похорон будто бы павших за свободу героев. Что нужды, что это было, собственно, издевательство над мертвыми, что они были лишены честного христианского погребения, заколочены в гроба почему-то красные и противоествественно закопаны в самом центре города живых![336] Комедию проделали с полным легкомыслием и, оскорбив скромный прах никому не ведомых покойников высокопарным красноречием, из края в край изрыли и истоптали великолепную площадь, обезобразили ее буграми, натыкали на ней высоких голых шестов в длиннейших и узких черных тряпках и зачем-то огородили ее дощатыми заборами, на скорую руку сколоченными и мерзкими не менее шестов своей дикарской простотой.».

Потребность в реконструкция Марсова поля в начале 1920 годов была определена необходимостью заменить временное мемориальное сооружение, описанное Буниным, на постоянное. Фактически, эта мемориальная площадка оказалась первым продуктом советской архитектуры.

А.В.Луначарский писал Ленину в середине сентября 1918 года:

«Памятник героям революции. Вот мною сочиненные надписи, если Вам интересно:

· Бессмертен павший за великое дело, в народе жив вечно, кто для народа жизнь положил, трудился, боролся и умер за общее благо (орфография, конечно, новая).

· Не зная всех героев, в борьбе за свободу кто кровь свою отдал, — род человеческий чтит безымянных».

Итак, ключевые слова для толкования смысла, вкладываемого в созидаемый артефакт, найдены: бессмертны те, (заметим — и только те), кто умер за общее благо.[337] Сакрализуемый объект — общее благо. Определено здесь и нормативное отношение к этому объекту — самопожертвование. Наградой за реализацию такого императива становится бессмертие. Последнее обеспечивается тем, что «род человеческий чтит».[338].

Следует отметить, что слову «бессмертие» в этом контексте придается очевидно новый смысл, о чем достаточно ярко свидетельствуют словари. Определение бессмертия в Большом академическом словаре (1948 г.) соответствует введенному Луначарским: «бессмертие — 1. Вечное существование в памяти людей, незабвенность».[339].

Важен и иллюстративный контекст, привлеченный для такого токования слова: «И уже почти что над снегами, легким телом устремясь вперед, девочка последними шагами босиком в бессмертие идет. М. Алигер. Зоя. Может быть, я говорю глупо, но — я верю, товарищи, в бессмертие честных людей, в бессмертие тех, кто дал мне счастье жить прекрасной жизнью, которой я живу.[340] (М. Горький. Мать. ч.2. гл.11.) Ах! ведает мой добрый гений, Что предпочел бы я скорей Бессмертию души моей Бессмертие своих творений. Пушк. В альбом Иллическому».[341].

В качестве второго значения приводится «вечное существование, непрекращающееся бытие материи.» И ниже «Бессмертный. 1. Остающийся навсегда в памяти людей; незабвенный, сохраняющий вечное значение. Ленин с нами, бессмертен и величав. Маяк. Ленинцы». Бессмертие, таким образом, оказывается актом, внешним по отношению к личному выбору и личной судьбе. Оно есть результат внешней оценки. Повторимся, поскольку это важно — факт твоего личного бессмертия обеспечивается внешней оценкой, оценкой общества. Представление о бессмертии души указано в конце словарной статьи без комментариев».

Дальше С.Б.Адоньева, сама того не подозревая, описывает эстафету Вечного огня, берущего своё начало в СССР с ленинградского Марсова поля[342] — подобную традиционной эстафете передачи церковного огня из Иерусалимского храма в другие храмы мира, что символизирует ритуал продолжения жизни по образу и подобию, завещанному «святыми», их авторитетом и под их посмертным «покровительством»:

«Мифологическая и ритуальная разработка этого мемориального «now-how» происходит в 60-е годы и позже: «Эстафету вечного огня с Марсова поля приняли во многих городах страны. Он вспыхнул у братских могил и памятников как символ вечной славы героев, погибших за революцию, за Советскую родину. 8 мая 1967 года Вечный огонь из Ленинграда был торжественно доставлен в Москву и запылал у Кремлевской стены на могиле Неизвестного солдата… 9 мая 1960 года было открыто Пискаревское кладбище… После митинга на Марсовом поле рабочий-новатор Кировского завода П.А.Зайченко зажег факел, перевезенный затем на машине в сопровождении почетного эскорта мотоциклистов на Пискаревский мемориал. Негасимый огонь зажегся в чаше 27 января 1966 года — мемориал на Серафимовском кладбище. Негасимое пламя доставлено с Пискаревского мемориала. К героям Революции примкнули герои Великой отечественной войны. Эстафета Вечного огня олицетворяет бессмертие подвигов поколений борцов идей за торжество социализма».

Итак, «вечным огнем» помечаются места захоронения погибших (умерших безвременно). Основанием для такой пространственной разметки определено приписываемое этим умершим целеполагание собственной смерти — за торжество социализма.[343] О том, что это в реальности не всегда так, можно судить исходя из здравого смысла: к жертвам за торжество социализма отнесены жители Ленинграда, умершие в блокаду от голода и холода, смерть которых трудно отнести к свободному выбору «вольной муки» за социализм, а также случайно убитые на улицах в время февральского переворота 1917 года.

П.Вайль и А.Геннис отмечают, что именно в интересующий нас период — время распространения мемориалов по территории СССР — в 60-ые, наряду с ортодоксальной точкой зрения на войну (против уничтожения первого в мире социалистического государства), существует и другая. По ней война представлялась схваткой в мировым злом. «Война народная переродилась в войну священную, в дело не только государственной или исторической важности, но и событие мифологическое, вроде борьбы богов с гигантами».[344] Справедливости ради отметим, что священной, война 1941 года была названа сразу же: «идет война народная, священная война». Великая Отечественная война была названа священной войной за веру в торжество социализма.

На рубеже 70-х годов появляются более откровенные мифологические трактовки избранного для организации ритуального пространства символа. М. Поступальская в книге «Вечно живой. Рассказы об огне», выпущенной издательством «Детская литература» 50-тысячным тиражом в 1967 году пишет: «Где огонь — там тепло, свет, там люди! Огонь живет в огромной доменной печи и дрожит на свечном фитильке. Он горит в большой чаше на могилах бойцов и синим венчиком окружает газовую горелку. Он озаряет небо праздничным салютом и сыплется искрами из трубы старенького паровоза».

«Недалеко от Баку, в Сурахах, в древности была сооружена высокая труба. По ней из земли шел природный газ. Труба эта возвышалась над храмом огнепоклонников…»[345] И далее: «Во всех огнях есть отсвет первобытных костров, что горели когда-то в пещерах… И до нынешних дней не погасла искорка этого древнего огня. И в наше время есть обычай постоянно поддерживать огонь в местах особо дорогих и памятных, например на кладбищах, где похоронены бойцы, павшие в сражениях за родину».

Содержательное поле символа усложняется: в единую цепь связываются ритуальные костры огнепоклонников (огонь как способ связи с метафизическими силами), костры пещерных предков (огонь пещерного костра как знак победы человека над природой — ср. сырое/вареное, холодная и горячая культуры) и огни над могилами погибших.

Более близкая по времени ритуальная «ссылка» приведена в компилятивной работе В.А.Кадыбко «Огонь с Марсова поля»:

«В канун 40-летия Великой Октябрьской социалистической революции на Марсово поле к братским могилам пришли трудящиеся Ленинграда — представители общественных организаций и воинских частей… Под звуки «Интернационала» здесь был зажжен вечный огонь. С тех пор он горит неугасимо как символ бессмертия великих идей Октября. Сбылись пророческие слова американского журналиста, большого друга Советской России Альберто Рио Вильямса, который еще в 1917 году написал: «Свет справедливости[346] будет исходить не из факела статуи Свободы в Нью-Йорке, а из священных могил Марсова поля, где покоятся борцы за социализм».[347].

Подведем итог.[348] Газовые светильники зажигают в местах особых захоронений. Это — захоронения людей, умерших безвременной смертью. Мемориалы приписывают, похороненным в них, подвижническую мотивировку собственной кончины/гибели. Вечный огонь является элементом ритуального текста, который одновременно адресуется и мертвым и живым. Мертвым этот текст сообщает о том, что живые памятью обеспечивают их бессмертие[349]. Но в чем смысл сообщения, обращенного к живым посетителям этих мест?

Есть в городе памяти много домов, Широкие улицы тянутся вдаль, Высокие статуи на площадях Стоят — и сквозь сон улыбаются мне. Есть в городе памяти много мостов, В нем сорок вокзалов и семь пристаней, Но кладбищ в нем нет, крематориев нет, — Никто в нем не умер, пока я живу.[350] Вадим Шефнер. Переулок памяти. 1968

Нас интересовал не генезис или типология символа, но принцип его работы. Он состоит в превращении временного вектора — от настоящего в прошлое.[351] Возникшая (пусть и вполне осознанно) здесь и теперь символическая форма завершает «семиотический объект»,[352] который за очень короткий временной период становится социальным институтом, конвейерным способом преобразующим индивидуальные миры граждан в одну общую реальность, этим «семиотическим объектом» закодированную.[353].

Все ритуальные огни и мемориальные сооружения нашей советской родины служат урочными местами — ритуальными площадками. Эти ритуальные площадки в строго отведенное для этого время — красные дни советского календаря становятся местом посвятительных или календарных ритуалов — посвящение в пионеры, митинг в память — летия со дня.[354] Поражает плановость (дело пятилеток) и размах культового творчества, как в отношении их созидания (пространство), так и во отношении их внедрения в повседневную жизнь (время): конструируется хронотоп. Посещение ритуальных мест до сегодняшнего дня — обязательный элемент протокола официальных визитов. Оно было включено во все экскурсионные планы туристических бюро на всей территории СССР.

Очевидно, что газовый факел над захоронением — дальнейшая разработка начатой с первых дней русской революции работы по созданию новых святынь. Ленинский план «монументальной пропаганды», впервый возглашенный декретом «О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей» (Собрание узаконений и распоряжений, N 31 от 15.04.1918), как отзывались о нем свидетели, был «органически связан с великим делом культурной революции, с коллосальной перестройкой человеческого сознания, которую сделали возможной великие дни Октября».[355] Иными словами, пространственные объекты, в соответствие с определяющей их идеологией, должны были стать (и стали) инструментом, преобразующим внутреннее (когнитивное, эмоциональное) пространство граждан.

Ленинский мавзолей стал идеологическим фокусом монументальной пропаганды, что вряд ли было задумано автором плана. «Место для Мавзолея было выбрано на Красной площади. Она стала форумом социалистической Москвы, площадью, где у кремлевской стены погребены борцы, павшие за революцию… Трудность состояла в том, что следовало… создать такое сооружение, в котором была бы выражена идея бессмертия (курсив мой — С.А.) великого дела Ленина». Архитектурное решение мавзолея, разработанное архитектором Щусевым представляло собой «прямоугольный объем, составляющий как бы основание сооружения». Он «увенчан ступенчатой пирамидой,[356] которая несет завершающую часть, утвержденную на колонах-столбиках. Здесь использованы древнейшие традиции надгробных памятников, имеющих своим прототипом простой курган (о чем не раз говорил Щусев)».

Итак, идея вечной жизни в памяти народной, сформулированная Луначарским и начертанная на мемориале Марсова поля в 1919 году, через бессмертие дела Ленина, развивается в факт «бессмертия» его тела — бальзамирование. Приведем некоторые выдержки, из обращений, пришедших в Москву сразу после смерти Ленина:

«телефонограмма ЦКРКП/б/ тов. Сталину. Организация рабочих фабрики «Освобожденный труд»… просят вас принять следующее предложение: тело глубоко уважаемого ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА советуем похоронить на Красной Площади, дабы каждый рабочий, крестьянин, проходя Красную Площадь мог умственно и сердечно (курсив мой — С.А.) сообщаться с дорогим ИЛЬИЧЕМ».[357].

Эти тексты свидетельствуют о том, что концепт бессмертия в отношении Ленина колеблется между вечной жизнью (с мертвым Лениным можно умственно и сердечно сообщается) и идеей реинкарнации:[358]«Ленин всегда живой! / Ленин всегда с тобой! /Ленин в тебе и во мне!». Дух одного человека[359] переселяется во множество людей. Все члены сообщества, продолжающее дело, становятся носителями одного духа.[360].

«Да здравствует партия Ленина вдохновитель и организатор всех наших побед!»,[361]«Наступил и на нашей улице праздник», «Навсегда сохранит на— народ память о величайшем в истории воин сражении» и пр. Эти монументальные граффити — прямое продолжение принципов монументальной пропаганды первых лет революции. В городах устанавливались временные (гипсовые) памятные доски, многократно повторявшие одни и те же слоганы: «религия — опиум для народа», «революция — вихрь, отбрасывающий назад всех, ему сопротивляющихся (надписи на Московской городской Думе — Музее Ленина), «пролетарии всех стран — соединяйтесь», «дело науки — служить людям» и пр.

Воспользуемся описанием путеводителя начала 70-х:[362]«…перед вами открывается панорама площади Героев. В центре — огромный водяной партер. Шесть скульптурных композиций, расположенных на этой площади, изображают подвиги воинов. На противоположной от скульптур стороне — более чем стометровая стена в виде развернутого знамени, на котором читаем слова: «Железный ветер бил им в лицо, а они все шли вперед, и снова чувство суеверного страха охватывало противника: люди ли шли в атаку, смертны ли они?».

Читая это, я испытывала знакомый мне с детства трепет. Попытка вспомнить и вербализовать его — трепета — основание дала следующую силлогическую[363] фигуру: каждый советский человек в своей окончательной реализации — герой. Он бессмертен — об этом свидетельствуют даже его враги. Я — советский человек, следовательно, я принадлежу к этому сообществу героев.[364] Высказанное гораздо проще того, что было переживаемо на площадках мемориала: наблюдаемое мною было частью той реальности, которая была внутри меня.. — Вот они — барабаны моего племени! — Мое внутреннее отзывалось эмоционально на те символы, которые мой глаз легко различал среди прочих визуальных объектов, а опыт антропологического описания позволял квалифицировать как идеологические конструкты. Последнее позволило предположить, что переживаемая мною реакция — не индивидуальна.

Совершив траурное шествие по кругу мы поднимаемся на следующий уровень мемориала. На нем — бетонная скульптура — фигура скорбящей, склонившейся над телом молодого мужчины, лицо которого закрыто знаменем. Композиция памятника точно повторяет Пьету, скорбящую над телом Христа Богоматерь[365]: «Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен» — начертано рядом. Может быть по этому, из-за безымянности, закрыто лицо? Но, тем не менее, такое композиционное решение кажется странным в совпадении с другой традицией: по церковному уставу монахам при наступлении смерти лицо закрывают воздухом (тканью). Это — то, что я увидела. А вот то, что позже прочитала:

«Из зала Воинской славы вы выходите на площадь Скорби. На этой площади стоит монумент — склонившаяся над смертельно раненым сыном фигура матери. В скульптуре выражена глубокая скорбь и протест всех женщин против войны, уносящей миллионы жизней». Так развернута одна из важнейших ритуальных площадок советской страны. Ленинский курган-мавзолей («сердце нашей Родины») воплотился в апофеозе Мамаева кургана.

Поэтические, изобразительные и прочие художественные и культурные тексты советского времени создают адепты того же мифа, в который посвящались участники мемориальных ритуалов. Собственно — участники ритуалов и адепты мифа — одни и те же люди. Представление о советском народе как о мистическом целом, где каждый является только частью и именно потому — бессмертен, одна из ведущих тем литературы военного и послевоенного времени.

Посвящение в миф, прямым следствием которого была интериоризация императива общественного служения, происходило в ритуале, воспроизведенном на множестве ритуальных площадок, пространственная реализация которых разворачивалась в соответствии с мемориальным каноном.

Воинская доблесть исторической России, гибель за Отечество основывалась на вере в святость мученической христианской кончины и в радость вечной жизни в царствии небесном. В советском мифе все не так: убиенные воины и невинные жертвы советских времен, воплотившись в бронзу и бетон, угрюмо ждут от живых возвращения долга: живи за другого.[366] О том, что вопрос — «я умер за тебя, какой ты?» — нашел отклик в сердцах посвященных в пионеры масс свидетельствуют и мои собственные впечатления, определенные пионерским детством, и рассказы моих сверстников.[367].

Идеология остается сама собой до тех пор, пока она конструируется и пропагандируется властью. Когда же она становится идеологией масс, определяющей картину мира этих масс, она превращается в мифологию. Инструментом такого превращения идеологии в мифологию оказывается ритуал. Ритуальное действо, в отличие от иных социальных процедур, в том числе и репрессивных, непременно имеет добровольную «часть», поскольку оно направлено на преобразование внутреннего пространства его участников (собственно, на их душу). Открытие своего внутреннего пространства для такого внешнего преобразования необходимо добровольный акт. Таким образом, и мифологическая реальность (картина мира) принимаемая адептами, и социальная реальность, сооружаемая ими по законам принятого на вооружение мифа (социальная практика), есть результат свободного выбора посвящаемого. Идея служения людям, основанного на долге перед мертвыми,[368] чью жизнь ты доживаешь и чье дело ты продолжаешь — культурный императив. Он формировался посредством советских мемориальных ритуалов, мифологическими образцами которых оказывались разные лица: степень их бессмертия была различной, но предписывающая (и суггестивная) сила одной и той же.

Советский человек оказывался перед чреватым неврозом противоречием: для того, чтобы стать бессмертным, нужно остаться в памяти народной. Для того, чтобы в ней остаться, нужно совершить акт служения общему делу. В предельном случае этот акт состоит в созидании собственной смерти. Смерти особенной — красной, и — на миру. В конечном счете оказывалось, что для того, чтобы избежать смерти (стать бессмертным), нужно погибнуть.[369].

Этим выводом заканчивается интереснейшее исследование С.Б.Адоньевой, которое мы привели с большими сокращениями. Посмертная «справедливость» в светском исполнении, как видите, мало отличается от посмертного воздаяния, берущего своё начало хронологически самое позднее — от Заратуштры. И в религиозном «воздаянии» и в светском, толпа призывается подчиняться системе, возглавляемой иерархами, вставшими между толпой и Богом.

Эхо восточных иллюзий в современном мире.

Многие скажут: это всё в прошлом, нынешнее молодое поколение не верит ни в Христа,[370] ни в советские мифы. Внешне это выглядит примерно так. Но мифологизированное религиозным и светским периодами мировоззрение людей никуда не делось. Поскольку же со второй половины XX века мы живём в новом информационном состоянии (изменилось соотношение эталонных частот биологического и социального времени) — к началу XXI века давление социальной среды на людей стало таково, что те самые жизненные личностные ритуалы, которые ещё недавно навязывались государственной системой и были общими, стали совсем «добровольными» и частными, «атомизировавшими» общество в некое подобие светского политеизма. Каждый из толпы как бы «добровольно» выбирает себе понравившийся ему культ (в настоящее время таковых — множество и они размножаются в темпе соответствующем частоте изменения базовых прикладных технологий) и какое-то время живёт мифом этого культа, поддерживая соответствующий эгрегор. Затем интересы могут «добровольно» измениться и культ будет поддерживаться другой.[371].

Но при этом все культы (их сборка в единое целое — единую сложнейшую ритуальную систему светских «ценностей») управляются через средства массовой информации (СМИ). В СМИ в целом проводится целенаправленная политика по поддержке в современном обществе всего спектра культовых интересов — но таких интересов, которые уводили бы толпу от вопросов всеобщей справедливости вообще подальше на частные интересы. Задача современных СМИ и их хозяев — держать сознание толпы в постоянном интересе увлечения чем-либо,[372] чтобы эта толпа ни в коем случае не осталась наедине со своей совестью, вне зоны действия СМИ и Интернета.[373] Если захват психики людей СМИ «пожизненный», то задумываться о смысле жизни и о вопросе «справедливости» времени и возможности не остаётся. Так «множеством интересов», предоставляемых хозяевами текущего политического обеспечения, «живёт» большинство толпарей в современном западном мире.

Вышеизложенный принцип современного личностного «атомизированного» мифотворчества создаёт иллюзию полной свободы у многих граждан[374] — особенно у тех, кто не стеснён в материальных средствах. Но, как мы уже говорили выше, у всего необъятного спектра «возможностей», «интересов» и «занятий» есть хозяева, которые следят за концептуальным соответствием всего спектра, транслируемого через СМИ.[375] Концепция, проводимая всем спектром СМИ — библейская — современная разновидность библейского программного обеспечения с теми же старыми целями.[376] Видимость (иллюзия) полной свободы обеспечивается множеством создаваемых и доступных возможностей современного толпаря (особенно это свойственно большим городам) «заниматься тем, что ему нравиться».

Необъятность с позиции личностного сознания даже малой части современного спектра возможностей масскультуры создаёт иллюзию божественности[377] тех, кто стоит за современными достояниями технократии со всеми её «удобствами». Это обусловлено тем, что в психике каждого от рождения существует бессознательное ощущение того, что Бог обладает неограниченными возможностями и бессознательная тяга к Богу, дающего настоящую свободу. Но масскультура такова, что она издревле отлучает людей от осознанной религии веры Богу, ориентируя психику людей на всевозможные ритуалы-имитации возможностей Бога. Просто в настоящее время эта имитация приняла формы, соответствующие этапу технократического «развития» общества.

В общем, ритуальная сторона имитации свободы для толпы соблюдена достаточно умело и «в ногу со временем». Однако, современная имитация, обеспечивающая толпе иллюзию свободы, не может обеспечить имитацию справедливости, которую при капиталистах (и ранее во времена феодализма и даже древнего рабовладения) обеспечивала доктрина посмертного воздаяния, напрямую вытекающая из логики восточного дуализма. Как с этим быть?

Пока можно говорить о двух способах, которые пробуются в настоящее время одновременно. Первый: извращение нормальной генетики толпы до невозможности восстановления (через алкоголь, табак, наркотики, другие психотропы, генную инженерию и пр. виды оружия геноцида).[378] В этом случае толпа будет генетически (и соответственно психически) непригодна установить связь с Богом — перейти к религии веры Богу от всяческой имитационной ритуальщины. Второй: возвращение к опыту прошлых временных успехов в деле имитации справедливости: это «христианство» и советский опыт иллюзий посмертного воздаяния. Ничего другого не придумано.

«Христианский» опыт берёт верх по причине деградации большой части общества[379] (вслед за «духовной» интеллигенцией и по её культурному примеру, распространяемому СМИ), которое с каждым входящим в жизнь поколением всё меньше желает трудиться на благо Родины.[380] Но остаётся ещё достаточно широкая прослойка «социалистов» (которые воспитывают в своём духе молодёжь: да и некоторая часть молодёжи сама попадает под эгрегор «социалистической» доктрины якобы справедливости), которым специально оставлен «вечно живой» Ленин в Мавзолее: на всякий случай и для удовлетворения духовного спроса этих приверженцев недалёкого прошлого (по принципу: любая имитация справедливости хороша).

Поскольку довести российскую толпу до полной (безвозвратной) деградации и демографического вымирания (точки демографического невозврата)[381] пока не удалось — можно увидеть в СМИ переход к ориентации на библейское православие.[382] Можно заметить, как всё больше в СМИ показывают церковь с позиций высшей духовной власти — это и есть основное средство хозяев толпо-«элитарной» пирамиды, которое они пока предпочли как средство высшей идейно-религиозной сборки всех «атомизированных» современных культов (и соответствующих им людишек) в единую духовную иерархию по опыту прошлого, но с поправкой на современные особенности сборки. Уже очень многие современные культы масскультуры замкнуты на авторитет церкви.[383] Этим хозяева современного глобального проекта пока заполнили духовную нишу стремления людей к справедливости. В загашнике светская «справедливость», сценарий которой заглох в конце XX века во многом из-за «природной» трусости, безволия и нежелания трудиться «русской» либеральной интеллигенции.

Теперь можно вернуться к роли «русской» либеральной интеллигенции — раз уж мы вернулись к разговору о возвращении православия в Россию. Как мы уже говорили, «русская» либеральная интеллигенция ещё со времён царской России не была приучена к созидательному труду в сфере материального производства. Мало того, она шарахалась (и шарахается до сих пор) от одной мысли, что её придётся трудиться на «не престижных» должностях в качестве работников производительной сферы. В общем, работников сферы «духовной» интеллигенции можно назвать «элитарными» паразитами на теле народа.[384].

Поэтому «русским» либералам православие было удобно — тем, что при его духовном обеспечении от них не требовалось трудиться: достаточно было поддерживать церковь своим творчеством и «справедливое» посмертное воздаяние было обеспечено, также, как и определённая свобода и «гонорар». Но либералу всегда мало свободы, тем более, что он сам не знает чего хочет (то ли севрюжины с хреном, то ли Конституции…), стремясь за «новеньким» (вдруг чего и выйдет более выгодного и интересного). Так часть либералов поддержали революцию (но не Октябрьскую, а февральскую) в 1917 году. А потом революционный процесс уже пошёл вне их воли. Многим пришлось уехать, многие закончили жизнь трибуналом. Но вот при новой власти (в стране Советов) стала расти прослойка «духовных» интеллигентов нового поколения. Они воспевали уже не церковь, а советскую власть, поддерживали революционные мифы, трудились (на культурном, духовном фонте), распространяя в массы советское эхо древнего мифа о посмертном воздаянии («справедливости»).

Естественно, что либерала не устраивали жесткие рамки советских мифов и цензуры, тем более, что приходилось работать на благо СССР (особенно при Сталине), а добросовестно трудиться на укрепление государства духовная «элита» не привыкла.[385] Но до смерти И.В.Сталина они даже и не рыпались в поисках чего-то другого. Было страшно за свою шкуру: такая уж она трусливая по «природе», эта «элита». Но после хрущёвской «оттепели» либералы стали поднимать голову, активизировав свой творческий поиск. Кроме западных ценностей и возвращения к православию они ничего не сотворили.

Другое дело трудящийся в сфере материального производства народ-толпа. Дело в том, что большинство либералов-интеллигентов уже в первые десятилетия советской власти познали двойные стандарты «социализма» и, поддерживая власть и мифы, сами (в подавляющем большинстве) не верили в «социалистическую» доктрину «справедливости»,[386] которую они же и внедряли в жизнь трудящихся. Но сами трудящиеся в подавляющем большинстве верили в «социалистическую» справедливость, замкнутую на эхобиблейско-зороастрийского мифа о посмертном воздаянии. «Элита» судила по своей нравственности, а народ, будучи гораздо благонравнее «элиты», понимал справедливость по-своему.

Поэтому «духовная» интеллигенция-«элита», развращённая тунеядством и западными ценностями (особенно в после сталинский период — в период «застоя»)[387] прекрасно понимала, что никакого посмертного воздаяния от «социализма» ждать не стоит. А значит после смерти — полное забвение — даже если и случиться прославиться при жизни[388]«службой трудовому народу».

К моменту объявления «перестройки» (1985 год) «духовная» интеллигенция так постаралась на поприще разложения социалистического строя, что трудящиеся массы уже не только ощущали, но и знали о двойных стандартах «социалистической» высшей «элиты».[389] Последнее стало решающим фактором отказа большинства от честного труда (вместе с имитацией посмертного героизма, как эха посмертного воздаяния) на «элитную» верхушку. Русский народ-толпа не желали трудиться не на благо Родины, общества — а на «элиту». К тому же большая часть толпы уже была заражена «элитным» тунеядством от субкультуры либералов. Всё это открыло путь возврату православия.

Но при всём этом не надо забывать, что в духовном наследии интеллигенции и толпы осталось «христианство» (прошло всего три-четыре поколения, как его не стало на уровне государства). «Духовная» интеллигенция в своём большинстве задолго до 1985 года тайно тянулась ко временам православия, память об удобствах которого не отпускала психику неустойчивых либералов. И вот, как только в Россию вернули духовную власть церкви, либералы в своём большинстве ухватились за такую возможность опять обрести пожизненный и посмертный покой в лоне церкви.

Мы начали разговор о «духовной» интеллигенции и о народе-толпе, следующей культурным ценностям, которые эта интеллигенция опускает «вниз», с вопроса, «о чём тосковали либералы в период «социализма»?». И получили на него ответ: о доктрине церковной «справедливости», которую они обрели вместе с возвращением православия, духовно вернув российское общество вспять.[390] Напомним, что бессознательную тоску по церковной доктрине посмертного воздаяния (согласно которой попасть в рай можно не трудившись вообще, а лишь следуя всем рекомендациям церкви) наиболее кратко за «духовную» интеллигенцию времён «социализма» выразил Б.Окуджава в песне таможенника Верещагина: Не везёт мне в смерти. Культуру обязательного воцерковления «духовная» интеллигенция, как и положено по статусу «культурной мафии», передаёт в высший эшелон «элиты» и в толпу. Высшей «элите» это подходит, поскольку она всегда грешна (а грехи в церкви отпускают за плату) и не трудится в сфере материального производства, а толпа, которая тоже всё меньше желает трудиться (видя несправедливость этого мира) подтягивается к церкви, пытаясь обрести посмертную «справедливость».

Теперь, после возвращения в лоно православия, вся «элита» (за малым исключением) получила возможность пребывания в иллюзии «везения в смерти». Но Павел Верещагин из «Белого солнца пустыни» продолжает припев дальше: «Не везёт мне в смерти — повезёт в любви». Что этим продолжением имеет в виду «духовная» интеллигенция?

Ответ нужно искать, рассматривая всю песню целиком. Про любовь Верещагин поёт следующее: «Ваше благородие, госпожа чужбина. Жарко обнимала ты, да только не любила. В ласковые сети, постой, не лови! Не везёт мне в смерти — повезёт в любви!».

Только в Русской цивилизации тосковать по русской религии (беззаветная и внеконфессиональная вера Богу) может даже отпетый либерал-интеллигент.[391] Притом такая тоска появилась лишь после снятия церковного гнёта со всего русского народа — тогда, когда интеллигенция почувствовала «невезение в смерти» (библейская концепция), она же стала тосковать по «везению в любви» (Русская концепция).

Если первое — зороастрийско-«христиансткие» иллюзии посмертной справедливости, то второе вполне может означать Любовь (с большой буквы), которой больше всех сопричастны Русские люди, потому что Русскость это всеЧеловечность, истинная земная (а не посмертная) справедливость. Возможно, что только Русская цивилизация в период с какого-то момента I тысячелетия до н. э. по 7–8 века н. э. (то есть, не менее 1000 лет) жила самым справедливым жизнестроем из всех региональных цивилизаций. И это Русское духовное наследие — тоже является духовным наследием всех, кто попадает под «географию» Русской цивилизации — в том числе и «духовной» интеллигенции. К тому же известно, что Бог есть Любовь.

Снятие церковного духовного гнёта на период около 70 лет (с 1917 по 1991 гг.) благотворно сказалось даже на психике самой продажной и верноподданной любым хозяевам[392] российской прослойки — «духовной» интеллигенции. Именно в этот период появилась формула: «В смерти[393] не следует искать везения — везение нужно искать у Бога, обретая Его Любовь.»[394] Чего можно говорить о простых тружениках: они тоже активно познавали суть этой формулировки.

«Ласковые сети» религиозной системы, завезённой на Русь с «чужбины», давали и дают человеку лишь иллюзию прижизненного успокоения и умиротворения (нечто вроде религиозного самоуспокоения посмертного воздаяния: мол в жизни нет справедливости, а я к ней стремлюсь, значить я получу её с помощью церкви, приобщившись к чужбинной вере), но не обеспечивают постоянного пребывания человека в чувстве всеобщей Любви (к чему бессознательно тянутся все люди). Последнее может обеспечить лишь Бог — помогая человеку в его объективно праведных мыслях и делах.

Раз уж разговор вернулся к знаменитой песне Павла Верещагина, то следует отметить, что в её куплетах отразилось мифологизированное сознание (и бессознательное — даже в большей мере) «духовной» интеллигенции (видимо эта психическая мифологизация вошла в генетику «элиты» и воспроизводится среди тех людей, кто попадает под «элитный» эгрегор). Песня начинается куплетом про удачу, а заканчивается куплетом про победу. Эти обе функции в зороастризме были приписаны Митре — «Богу», приносящему удачу и победу. Мало того, в древнеиранском, древнегреческом и римском политеизмах было принято распределение «обязанностей» между богами (которых считали «господами» над людьми:[395] отсюда и «госпожа удача», «победа» и другие)[396] по особенностям пантеона: были боги и богини победы, любви, удачи, смерти… и тому подобные.[397].

Про разлуку Павел Верещагин поёт следующее: «Ваше благородие, госпожа разлука. Мы с тобой родня давно, вот какая штука. Письмецо в конверте, погоди, не рви! Не везёт мне в смерти — повезёт в любви!». Речь идёт о «разлуке» между библейской культурой и Русской культурой, чувство которой (чувство разлуки) разрывает психику верующих людей, живущих в России.[398] Но при всяческом напоминании о Боге истинном, через Язык Жизни или через других людей верующий «христианин» как правило шарахается в сторону церкви, наиболее понятной ему и доступной его безвольной натуре (не надо трудиться над своей психикой — достаточно обрести покой на исповеди у батюшки) — разрывая очередное «письмецо в конверте» от Бога.

Заключение.

«Образ» Бога, вошедший во все рассмотренные нами главные «мировые» религиозные системы (иудаизм, «христианство», ислам)[399] сформировался на базе логики восточного дуализма, механизм возникновения которой описан нами в разделе «Древнейшие истоки восточного дуализма». Первоначально было принято разделение на «Добрых» и «Злых» Духов-«Богов», а затем стал выделяться единый «Бог», которому противопоставлялись силы «Зла». Идея длительной борьбы этого «Бога» с силами «Зла» в надмирном пространстве (пока существует настоящая цивилизация) до победы «Добра», которое должно произойти через «конец света» и «Страшный Суд» — была перенесена из восточного дуализма на «образ» единого Бога. Так во многих религиозных системах Бог приобрёл приписанные ему качества «борца со злом».

Одновременно с этим в древних цивилизациях (начиная от зороастрийской) складывались субъективно выстроенные людьми системы нравственного характера[400] — что есть «Добро», а что «Зло». Избранная в древности людьми система нравственных стереотипов закреплялась религиозными канонами и становилась догмой, которая переносилась на «образ» Бога. Так «Бог» обрёл многие качества, которые были лишь людскими иллюзиями, возможными к появлению лишь на древних этапах развития общества. Эти качества «Бога» вошли в религиозные эгрегоры, после чего ложный «образ» Бога стал поддерживаться на уровне духовного наследия.

Первойкрупной иллюзией, которая вошла во многие религиозные системы как одна из главных характеристик Бога, является — карательная функция «Бога», якобы вмешивающегося своим «гневом» в земную жизнь людей и целых цивилизаций, которые упорствуют в поддержке «Зла». Такие карательные меры — якобы Свыше — в отношении живущих людей, можно увидеть во всех известных «Священных Писаниях» — начиная от Авесты и заканчивая Кораном.

На этапе естественного становления первых крупных национально-государственных цивилизаций (при переходе от первобытно-общинного строя к рабовладельческому) возникла необходимость создания иллюзии религиозной справедливости — поскольку высшие касты желали устойчивости управления рабами, а низшие касты (рабы) стремились отыскать справедливость, которой на было в земной жизни. Религиозная иллюзия посмертной «справедливости» возникла на базе того же древнего мировоззрения, откуда появилась и уверенность в карательной функции «Бога» — из мировоззрения восточного дуализма.

Второйкрупной иллюзией, которая стала достоянием множества религиозных систем, как одной из главных целей Бога является — воздаятельная функция «Бога», якобы расправляющегося с душами «грешников» (в аду) после их смерти и поощряющая души «праведников» (в раю) тоже после их смерти. Эта иллюзия (восточная тонкость) родилась при переходе к рабовладельческому строю, и закрепилась дабы рабы даже не думали искать справедливость при жизни.

Но сами эти две крупнейшие иллюзии были следствием определённого психического развития людей, их первобытных мировоззрения и нравственности которое стало осознанно выражаться, самое позднее, на рубеже II–I тысячелетий до н. э. Это мировоззрение и нравственность мы условно назвали восточным дуализмом. В определённый момент развития, люди объявили поддающиеся своему управлению объекты сферой владения «добрых» богов, а неподдающиеся — «злых». Это был способ объяснения самим себе, почему одни явления и объекты поддаются волевому управлению, а другие не поддаются. Так возник пресловутый «восточный дуализм». Нетрудно догадаться, что разделение явлений, «богов» и других вполне материальных объектов на «добрых-злых» соответствовало уровню мировоззрения общества людей, в котором господствовал животный тип строя психики. Также нетрудно догадаться, что обществу с господством нечеловечных типов психики (с преобладанием животного, даже можно сказать «звериного» типа психики) и соответствующей этому типу психики нравственности и мировоззрению (с крайне ограниченным миропониманием) — Бог в Своей Мире-Предопределении никак не мог предоставить людям власть (не то что неограниченную власть, но даже и ограниченную) над всеми вожделенными ими явлениями и выбранными ими объектами управления.

Люди же, стремясь всё к большей и большей земной власти над всеми выбранными ими объектами, но не получающие эту власть от Бога, объявили всё что им не подчиняется и якобы вредит — «плохим» и «злым». А для того, чтобы объяснить самим же себе свои же психические слабости (соответствующие этапу развития) — люди решили, что им вредят боги и духи, которые гораздо сильнее самих людей. Конечно последнее объяснение было «философски»-мировоззренчески принято людьми бессознательно — по их слабости признаться самим себе в психической незрелости (для чего нужно было многое понять), и, конечно же, непониманию истинной логики взаимоотношений Бога с Его тварями.

После этого люди объявили всё, что не поддаётся их волевому воздействию — «злом» чем было обусловлено желание древних верующих и их «жрецов» — отгородиться «зомбирующими» программами (в первую очередь вошедшими в зороастризм) веры, обычаями и сопряжённой с этим магией от «неприятных» воздействий на них Языка Жизни, приписывая при этом «неприятные» воздействия злым духам, а не своему собственному несовершенству. Главный источник такого мировоззренческого подхода к трудностям Жизни — слабость и несовершенство психики древних людей индоиранского Востока (по отношению к идеалу Человечности) и одновременно с этим их амбициозность, честолюбие, связанные с желанием расширить границы властных возможностей, а также, историческая необходимость создания первых государственных образований (чисто социальная проблема). Впоследствии (исторически позже зороастризма) такого рода желание списать все жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы (а в монотеизме — на Бога), или на других людей, на иноверцев… — вошло во многие религиозные системы (библейскую, исторический ислам и другие). В общем извечное желание переложить ответственность за свои мысли и поступки на кого-то другого — было и остаётся «естественным» приложением психической незрелости людей с глубокой древности. Только приписывание своих «неприятностей» богам и духам возвышало людей в их же собственных глазах: ведь дух считался сильнее любого человека. Но одновременно с этим люди «расписывались» в своей же слабости мировоззренчески одолеть «злые» эгрегоры-духи, которых они же сами и породили, а вера, «консервирующая» людской духовный прогресс (на стадии её религиозного оформления) только «помогала» им оставаться и дальше наедине со своими слабостями. Эта психическая особенность сохраняется и до наших дней у большинства людей и является своеобразным жизненным «тестом» на психическое совершенство (относительно идеала Человечности).

Длительное воздействие главных «мировых» религиозных систем на людей, рождающихся и умирающих из поколения в поколение под «Духом» этих религий — способствовало подстройке людского генетического аппарата под нравственно-мировоззренческие «ценности», свойственные этапу перехода общества от первобытного к рабовладельческому. Поэтому помимо консервации религиозных иллюзий уровня «Духа»-эгрегора (поддерживаемого культурой общества), эти иллюзии вошли в генетику целых цивилизаций, которая, как известно, предается в виде врождённых автоматизмов «само собой разумения».

В результате двойного многотысячелетнего закрепления (генетика + культура) религиозных иллюзий в глубинных бессознательных уровнях психики подавляющего большинства людей как Западной, так и Восточной цивилизаций — переубеждать их, указывая на их же религиозные иллюзии, как правило бесполезно. Причём это касается не только касты (сословия, класса) рабов, но и «элиты»: и те и другие существуют прошлыми мировоззренческими стереотипами. Поскольку и рабы и «элита» с глубокой древности отгородились от Языка Жизни разделением явлений на «Добрые» и «Злые», а на эгрегориальном и генетическом уровнях такое разделение взаимно закреплено — то любое предложение извне (будь то обращение кого-либо из людей, или Язык Жизни в других его проявлениях) об отступлении от их мировоззрения автоматически объявляется «Злом» и в психике верующего «неприятная» информация натыкается на «барьер отчуждения», после чего верующий старается разными способами уйти от «неприятного» явления или разговора. К сожалению, те живущие ныне поколения, детство которых прошло под влиянием подобных религиозных или светских идеологических систем в своём большинстве бессознательно не приемлют предлагаемой им религиозной альтернативы. Поэтому основная нагрузка по выправлению древних мировоззренческих изъянов в современном обществе должна быть приложена в сфере воспитания вновь входящих в жизнь поколений. Благо Язык Жизни в современном быстро меняющемся мире этому способствует, как никогда.

Но и упорствующей пастве, пастырям, просто тем, чья психика сложилась «как и у всех» в период «социализма», следует помнить, что их психическая приверженность древним религиозным и светским иллюзиям — свидетельство об их психической незрелости и трусости перед Жизнью, а также следствие внутренне неудовлетворённого честолюбия и/или властолюбия — в общем верные признаки нечеловечного типа строя психики.

Все, кто пытается списать любые свои жизненные неудачи, катастрофы или просто проблемы на других людей (объявив их «злыми»), на Бога, либо на Сатану (его библейские разновидности и помощников) — пребывают в нечеловечном типе строя психики и их мировоззрение и нравственность сформировались под воздействием духа и культуры, источником которой является восточный дуализм. Мало того такие люди — трусливы по своей внутренней психической сути, но зачастую амбициозны и честолюбивы, поскольку их страх перед Жизнью спрятан за эгрегориальными и психическими барьерами, за которыми якобы начинается недоступное их вожделениям «зло», якобы приносящее им «неприятности». В реальности психика таких людей ущербна вследствие их невозможности выйти за пределы своих религиозно-нравственных представлений (за эгрегориальные и психологические барьеры), чтобы не пугаться общения с Жизнью и людьми (объявленными ими когда-то «плохими»).

Каждому человеку от рождения в его судьбе Свыше предлагается преодолеть конкретный спектр жизненных трудностей — для того, чтобы с помощью преодоления этих трудностей человек смог изменить себя, свою психику и воздействовал бы на окружающих его людей в процессе преодоления этих трудностей и после их преодоления.[401] Ясно, что такие взаимодействия людей друг с другом являются обоюдными проявлениям Языка Жизни, направленными Свыше каждому человеку — через других людей.

Трудности, предложенные к преодолению Свыше — это жизненно-нравственная нагрузка на каждого человека лично, учтённая в его судьбе и дающаяся персонально в соответствии с объективно возможными врождёнными качествами, полностью известными лишь Богу. Человек может самостоятельно выявить эти качества и соответственно выявить предложенную ему Свыше жизненно-нравственную нагрузку — лишь будучи отзывчив к Языку Жизни, а значит и к призывам Бога. Соответственно жизненно-нравственная нагрузка по преодолению трудностей непосредственно связана с духовным преображением прежде всего себя самого, а затем — с оказанием посильного (иного Бог не предлагает) влияния на окружающую среду, в первую очередь социальную. Для каждой души предлагается своя жизненная нагрузка: в диапазоне от нагрузки большинства «нормальных» людей до нагрузки потенциального «пророка». То есть, нагрузка «пророка» — это всего лишь личностное предложение конкретному человеку Свыше, по значимости для Бога — такое же, как и предложение любому другому человеку. Только в потенциальные «пророки» попадают люди, выделяющиеся из «нормальности» остального общества своим продвинутым в будущее врождённым и/либо приобретённым в жизни добронравием. Поэтому выполнение или невыполнение своей персональной нагрузки кем-то из простых «нормальных» людей и «пророком» — оценивается Свыше одинаково — как выполнение либо невыполнение конкретных личностных предложений, но последние (предложения) всегда соответствуют объективным возможностям людей, которые разные от рождения.

Именно поэтому должности «пророка» у Бога не предусмотрено, и «пророки» не выделяются как «любимцы Бога». То есть общепринятое представление, как в религиозной, так и в социальной среде о «любимцах Бога» — не соответствует объективной реальности. Бог относится одинаково с Любовью как к самому падшему (тому, кто не смог пройти свой жизненный путь согласно наилучшему предложению Свыше), так и к «пророку», которым самоназвался тот или иной человек (либо его назвали так окружающие люди за выдающиеся высказывания) и который полностью выполнил предложенное ему лично в судьбе. Но текущее в земной жизни отношение Свыше к любому человеку выражается в его жизненном пути (в Языке Жизни) как поддержка (вплоть до обеспечения полной безопасности в любой ситуации) либо не поддержка (вплоть до разрешения на пресечение жизненного пути) той или иной деятельности на Земле.

И с «пророка» и с «простого» человека спрашивается Свыше лишь то, что предлагается лично: относительная духовная нагрузка, конечно же, больше на «пророке», и предложения по «качеству» духовности — к нему несомненно больше. Но в то же время, возможность стать «пророками» (жрецами) предоставлена всем людям, даже тем, кто не имел от рождения объективных нравственных качеств: Любовь Бога и запредельный труд (в смысле преодоления всех негативных врождённых нравственных пороков, доставшихся по наследству — трудом над собой, кажущимся человеку «за пределами его возможностей») могут обеспечить духовное совершенство стремящемуся к этому человеку — было бы желание и воля к преодолению трудностей. Именно поэтому высшая потенциальная граница совершенства в судьбе каждого — бесконечна, как и возможности Бога — в этом ещё одно проявление Любви Бога, одинаковой для всех.

По отношению к человеку те трудности, которые Бог предлагает преодолеть в жизни — являются вкладом в общее дело преображения духовной культуры на Земле, который каждому предложено внести в конкретный жизненный период и в ограниченном спектре, полностью известном только Богу. В совокупности из всех таких индивидуальных предложений Свыше (из множества судеб) складывается общее предложение Свыше людям Земли — о преодолении всего спектра трудностей (которые сами по себе отражают весь спектр недоразвития людей, известный только Богу, а их полное преодоление означало бы исправление изъянов недоразвития).

Соответственно весь спектр личностных предложений Свыше о преодолении жизненных трудностей какого-либо народа является предложением Свыше этому народу — изменить свою нравственность и культуру под воздействием объективного спектра трудностей в конкретный исторический период времени. То есть — это предложение по изменению культуры народа, как духовной, так и вещественной. А само предложение можно назвать частью «судьбы народа», предложенной Свыше в отношении конкретного исторического периода. Из таких хронологически следующих друг за другом частей — складывается общая «судьба народа».

Ясно, что уклонение от преодоления трудностей как личностью, так и народом (а из народов складывается вся цивилизация) — является уклонением от судьбы и прижизненным саботажем в отношении Добрых предложений Свыше. Поскольку Бог может только Любить, то и предложения (личностные и коллективные) представляют собой объективное Добро, которое не навязывается к исполнению, а с его помощью люди проверяются на духовное соответствие текущему этапу развития по Божией Мире.

Добрые предложения Свыше, выражающиеся в зачастую психически «неприятных» для личности призывах к преодолению личностного спектра жизненных трудностей — воспринимаются слабыми и безвольными людьми как насилие над их личностью, которая якобы от рождения получила какой-то ущерб для ведения «нормальной» (как все) жизни. Не найдя в себе силы начать анализировать предложения Свыше (будучи «духовно нищей») своей личностной судьбе, и определив эти предложения как «неприемлемые трудности» — личность ищет «религиозной» защиты от Божиего Добра. И находит эту защиту в духовной и структурной среде традиционных церквей,[402] которые поддерживают немощных и безвольных людей, подсовывая им примитивную имитацию «трудностей».

«Трудности», которые предлагают людям церкви — являются по сути проблемами церковных корпораций, которые люди берутся помогать решать, бросая себя на «произвол церковной судьбы» и уклоняясь от судьбы Божией.[403] Так церкви приостанавливают предложенный Свыше духовный прогресс, заводя людей всё дальше в жизненные тупики. Так церкви добавляют трудностей каждому следующему поколению людей, поскольку все предыдущие поколения уклонились от предложений Свыше, доверившись церковной опеке. Критическое накопление трудностей, не преодолённых из-за страха перед Жизнью всеми предыдущими поколениями — может привести к кризису народа, цивилизации, который будет складываться из множества личностных жизненных катастроф.

Крайняя форма трусости перед объявленным религиозной системой «злом» это — установка на физическое устранение носителей якобы «зла», к которой часто прибегают иерархи религиозных систем (такая как «Священная война» против иноверцев). Такая мера применяется вместо того, чтобы разобраться, почему этому «злу» стало возможно причинять «неудобства» или даже наносить ущерб «доброй» системе борцов со «злом». Вот и получается, что за «храбростью» и воинственностью последователей крупнейших религиозных систем,[404] основанных на главных восточных иллюзиях (особенно это иудаизм и исторический ислам) — скрывается трусость как перед Жизнью, так и перед необходимостью изменения своей психики согласно велению времени и в соответствии с Языком Жизни, от которого верующие и их пастухи отгородились религиозными догматами, боясь высунуться из обрядовой жизни на свет Божий.

Бог не борется со Злом вообще, как это себе представляют люди в основных религиозных системах: ни в земной жизни, ни в «небесных сферах». Бог не поддерживает Зло, но всегда поддерживает Добро и Праведность — в системе нравственных «координат», которые Он Сам и определил. Людям дано Свыше познать эту систему нравственных «координат» — через Язык Жизни.[405] Объективные Добро и Истина (последняя всегда исторически конкретна) и Праведность (нравственные принципы правильного жизнестроя) поддерживаются Свыше и человек (люди) может почувствовать эту поддержку тем, что обстоятельства его (их) жизни будут меняться в сторону ухода от катастроф и неприятностей, ухода от возможности других людей и обстоятельств вредить ему (им).

Если же человек (люди) уклоняются от Добра и Праведности — то они попадают в область Божьего попущения, в котором поддержка Свыше не оказывается.[406] В Божьем попущении людям открыта возможность вредить друг другу (идёт физическая и эгрегориальная война) — что зачастую воспринимается обоими сторонами как «Божья кара», предназначенная стороне конфликта, потерпевшей поражение, либо «Божья помощь» «победившей» стороне конфликта. В действительности Бог просто не вмешивается в людские и эгрегориальные «разборки» — если ни на одной стороне нет значимого для человечества превосходства в Праведности.

Бог есть Любовь: Он Любит все Свои Твари[407] и помимо Любви никакие другие чувства, которые свойственны неЧеловечным типам психики людей (злоба, ненависть, жажда мести, воздаяния друг другу и прочие) — Богу не свойственны. Именно поэтому Бог не может Себе позволить ничего кроме поддержки Праведности. Но в то же время, поскольку Бог следит за гармонией Вселенной, Он не может позволить людям выходить за предел попущения установленного Им в Мире развития. Поэтому выход за предел попущения Божиего равносилен прекращению жизненного пути: средством такого самоубийства социально опасного субъекта может служить другой социально опасный субъект. Особо Бог не поддерживает трусость — поскольку трусость (во всех её проявлениях: в первую очередь психических и эгрегориальных) мешает нормальной динамике взращивания Человечности и благонравия на Земле.

Представители Русской цивилизации — как можно увидеть из анализа глобального исторического процесса и места в нём России — самые нетрусливые в том смысле, который мы вложили в это понятие.[408] Именно поэтому Русские легко отказывались и отказываются от прежних религиозных догматов в поисках Правды-Истины и, конечно же справедливости — легко идя даже на самопожертвование во имя справедливости.[409] Именно поэтому мы первые отбросили в «анналы» истории библейское христианство с его системой посмертной «справедливости», прияв менее вредную и более созидательную доктрину «героического воздаяния» «бессмертной» почестью и славой. Но и это было нами отброшено в «анналы» истории.

Теперь предстоит понять, что смысл жизни (который всегда выражался у людей в поиске Высшей Справедливости) не состоит в заслуживании посмертного воздаяния, как учит идеалистический атеизм церквей (от которого Русские отказались в 1917 году). Но смысл жизни не состоит и в обретении посмертных (или даже пожизненных) славы, почёта и общественной признательности («за заслуги перед Отечеством»), что приравнивалось в советский период к «бессмертию». И то и другое — людское выражение холопско-господских отношений (что характеризует внутреннюю трусость людей): первое — холопство перед Богом;[410] второе — холопство перед скрывшимися за громкими и красивыми лозунгами о справедливости «господами».[411] Состоявшемуся Человеку не должно быть свойственным искать стимулирования его мыслей и поступков страхом перед «господами» (и любыми другими людьми) или «Господом», либо поощрением оттуда же.[412] Праведность надо распространять на Земле добровольно, сообразуя её критерии с Богом с помощью Языка Жизни. Также добровольно нужно служить Отечеству — а не из желания прославиться перед людьми (а тем более «элитой») и заслужить «вечную память». Но почувствовать, что стоит за этими словами, можно лишь пребывая хотя бы близко к Человечному типу строя психики (и хотя бы иногда), который лишь один сопричастен Божией Любви, что проявляется в умиротворённости человека, признающего всех людей добрыми.[413].

13 августа — 5 октября 2006 г. Уточнения: 11.10.2006 г., 17.12.2006 г.

3.4.2. Религиозная система древней и современной Индии.

Индуизм — третья по охвату населения (после «христианства» и ислама) древняя религиозная система. Общая численность сторонников индуизма приближается к 1 млрд. (от 700 до 840 млн.). Своими корнями индуизм уходит во II тысячелетие до н. э. Считается, что самое позднее с середины второго тысячелетия до н. э. так называемые индоарии (или индоиранцы, о которых речь шла в предыдущей главе) начали захватывать территории Индии (Пенджаб), положив начало объединению древних местных религиозных культов и ведизма — древней ведической религиозной системы пришедших индоариев (индоиранцев). Период объединения местных религиозных культов и индоарийского ведизма длился около тысячелетия — при сравнительно быстром становлении главенства ведических культов над местными религиозными ритуалами.

Доиндуистские местные религиозные традиции складывались в III–II тысячелетиях до н. э. и некоторые исследователи считают, что в этот период древнейшая цивилизация на территории полуострова Индостан (Южная Азия) достигла «наивысшего для своего времени уровня развития материальной и духовной культуры». Какая это была культура, можно судить по одной из самых архаичных протоиндийских цивилизаций — Хараппской цивилизации, существовавшей в долине реки Инд примерно с XXV по XVIII вв. до н. э. Это была религиозная система древнего раннего национально-государственного политеизма,[414] основанная на тотемных, фетишистских и шаманских культах. На территории этой цивилизации наибольшее распространение имел культ богини-матери, покровительницы плодородия и её «божественного» супруга — повелителя загробного царства, растительного и животного миров. Кроме этого почитались некоторые растения, животные (буйвол, слон и пр.), природные стихии, фаллические символы. Культы отправлялись жреческим сословием в особых «святилищах», божествам и духам приносились жертвы, в том числе и человеческие. Предполагается, что после распада этой древней цивилизации её наследие было перенесено в другие регионы и оказало непосредственное влияние на религиозные представления местных племён, относившихся к дравидоязычным[415] группам.

Завоеватели п-ова Индостан, древние индоарии (индоиранцы), как общепринято считать — кочевые скотоводческие племена, которые пришли с своей прародины, степных и лесных районов Причерноморья, Прикаспия и Приазовья в междуречьях Днепра-Дона, Дона-Волги. Индоарии восприняли достижения древней индийской культуры и со своей стороны привнесли в неё собственные религиозные представления. Видимо крупных расхождений в мировоззрении у тех и у других не имелось, поэтому взаимопроникновение культур было достаточно мирным. Их язык позже стал называться ведийским санскритом. Вторжению ариев предшествовала длительная история переселения народов, говоривших на индоевропейских языках. Арии принесли сложный обряд жертвоприношения — Яджну, во время которого в жертву богам приносилось жареное говяжье мясо и галюциногенный напиток Сома.

Этапы становления индуизма.

Индуизмом принято считать совокупность религиозно-мифологических воззрений и культов, сформировавшаяся в Южной Азии: Индия (83 % населения, 95 % всех индусов), Непал, Шри-Ланка, Бангладеш. Отчасти индуизм распространён в Юго-Восточной Азии (Малайзия, Индонезия, Сингапур), Африке и некоторых других регионах в основном среди выходцев из Индии и Шри Ланки. Индуизм не является религиозной системой «откровения», поскольку сформировался «естественным» образом (естественная религиозная система, согласно общепринятой классификации)[416] — без появления «пророка».

Термин индуизм возник на основе слова «хинду» — персидского варианта имени реки Синдху (греческое Индус, современное — Инд), которое зафиксировано ещё в иранской Авесте. Позже это слово стало означать не только реку и страну Индию, но и население страны — индусов. Сами же хинду (индусы), восприняв позднее через англичан слово «индуизм», до сих пор продолжают употреблять самоназвание своей религиозной системы — санатана дхарма (хинду дхарма), что, учитывая многозначность слова дхарма (от санскритского корня дхар — «поддерживать»,[417] можно перевести лишь очень обобщёно и грубо — как «извечный порядок», «извечный закон».

В некотором смысле индуизм это третья «ступень» развития религиозной системы индусов. Первым и вторым этапами соответственно были ведизм и брахманизм. Ведизм является древней религиозной системой индоариев, появившихся на территории Индии около XV в. до н. э. Религиозная система индоариев когда-то (до середины II тысячелетия до н. э.) являлась частью общей индоиранской религиозной системы и к моменту вторжения кочевников в Индию была отражена в Ведах, носящих также название шрути — «откровение». Этапом древнего индийского ведизма хронологически считается период от XV до X вв. до н. э. Среди пантеона божеств этого периода в Ригведе (одном из четырёх «священных» жанров Вед — самхитах — собраниях) наиболее часто упоминается бог-громовержец Индра, щедрый податель благ и в то же время яростный воитель с силами зла, мифическим олицетворением которых выступает дракон Врита.[418] Немалое значение имели также бог Сома — бог одноименного «священного напитка»;[419] бог огня Агни; хранитель космического закона-рита Варуна; божества солнца Сурья и Савитар и прочие. Религиозная система индийского политеизма ведического периода была патриархальна и среди немногих женских божеств выделяется богиня зари Ушас.

Следующий этап становления индуизма называется период брахманизма. Его название связано во-первых, с религиозными текстами, комментирующими Веды (брахманы) и во-вторых, со жреческим сословием (брахманы), которое в период брахманизма приобрело огромный авторитет вследствие усложнения ритуальных процедур и комментирования труднодоступных текстов Вед. Период брахманизма отражён в трёх более поздних самхитах Вед (Самаведа, Яджурведа, Атхарваведа). Развитие ритуализма (комплекса религиозных обрядов) и специфика образов ведических божеств стимулировало ведических «жрецов» на поиск разнообразных аспектов ритуальной практики и связанной с последней символики. Период брахманизма можно считать одним из самых важных в деле становления философско-мистической системы индуизма. Он длился от X века до н. э. самое малое по середину I тысячелетия до н. э., и самое позднее — до конца I тысячелетия до н. э., поскольку в основных своих чертах индуизм появляется лишь к этому периоду. Но всё же концом эпохи ведической древности считается середина I тысячелетия до н. э. — с этого момента индуизм (третья «ступень») уже доминирует на территории Индостана и становится определяющим фактором индийской духовной культуры.

Как мы уже отмечали в предыдущей главе, рубеж II–I тысячелетий до н. э.[420] явился точкой активизации религиозного поиска (во многих регионах Востока, не только в Индии), связанного с ускорением концентрацииуправления региональными цивилизациями. На социальном уровне возникает потребность «единоначалия» — сборки всех эгрегориальных культов политеизма под единым духовным началом, которым могли бы более устойчиво (чем разрозненными культами богов) руководить «жрецы» (и индуизме — брахманы). В «родной» индуизму (по истокам) религиозной системе зороастризма период концентрации духовного и структурного управления связан с появлением «пророка» Затаруштры и последующим постепенным переходом к восточной разновидности монотеизма. Но у Индийской цивилизации процесс концентрации управления не пошёл по пути создание системы монотеизма (с переходом к идеалистическому атеизму), он пошёл по пути создания мистико-философской иерархии восточного идеализма[421] — но по сути эта иерархия, хоть и не была изначально персонифицирована высшим «Богом», представляет собой те же принципы, вытекающие из мировоззрения восточного дуализма, но сформулированные через другую религиозную символику (не сугубо монотеистическую).[422] В формировании высшей системы религиозных ценностей индуизма и создании иерархии этой системы было задействовано высшее «жречество» (брахманы) примерно в тот же период, в который в древнем Иране творил «жрец» Заратуштра. Правда кочевники индоарии, согласно принятой исторической версии, появились на территории Индии несколько раньше, чем кочевые индоиранцы вошли на территорию древнего Ирана. Однако, периоды содержательного становления двух религиозных систем (зороастризма и индуизма) хронологически во многом совпадают. Любопытно, что чем ближе к Востоку и Югу — тем менее персонифицируется (через устойчивый монотеизм — «лик Божий») единоначалие религиозной системы. Но при этом единоначалие всё же существует, обретает некую дезинтегрированную в миру «виртуальность» и самоуправляется на принципах напоминающих «добровольность» выбора. Индия, одна самых юго-восточных стран Евразии — первая показала уникальный опыт распространения и централизации религиозной системы на принципах «религиозного универсума»,[423] разработанного «жрецами» в период брахманизма, не основанного на авторитете «пророка» и единого «Бога». В то время как более западные и северные религиозные системы в конце концов сводили своё единоначалие к «божественности откровения» монотеизма.

В общем, чем юго-восточнее, тем больше «духовно-иллюзорного» (отстранённого от земного мира, от земной социологии — в мир религиозных иллюзий) в поддержке иерархии единоначалия: индийская толпа, постепенно приученная к религиозным духовным практикам (которые люди примеряли к себе, как части «религиозного универсума») в определённый момент (в период окончательного становления индуизма — первое тысячелетие новой эры) вообще, видимо, перестала выдвигать на первый план строгое «божественное» обоснование духовной жизни, а многочисленные боги стали всего лишь обозначениями культовых явлений и «точками концентрации» духовных практик. Развились до «совершенства» многослойные нормы и законы дхармы, включающие в себя и религиозные практики и нерелигиозные (бытовые) компоненты жизни, выполняемые под наблюдением учителей- гуру.

Во второй половине I тысячелетия до н. э. позиции брахманизма начали слабеть, и он на некоторое время был оттеснен другими субрелигиями Индии, в основном буддизмом и джайнизмом.[424] К концу I тысячелетия до н. э. в Индии сложился комплекс разнородных религиозных представлений, которые не вступали в явное противоречие с Ведами, но больше соответствовали новым условиям жизни.

В начале I тысячелетия н. э. учение брахманизма начинает вновь возрождаться в Индии в форме индуизма. В это время индуизм и буддизм развивались параллельно, причем спор их «философий» был главной движущей силой этого развития. Индуистская школя Ньяя сформировалась под воздействием буддийской логики, а школа Веданта испытала серьезное воздействие буддийской школы Мадхьямика. Большую роль сыграл буддизм в отказе от кровавых жертвоприношений.

Во время правления династии Гуптов (IV–VI век н. э.) индуизм стал «господствующей» религией в стране. С этого момента многие учёные отсчитывают период формирования известного нам индуизма. Буддизм, оказав на индуизм сильное влияние, особенно в теоретической области, был оттеснен за пределы страны, а в XI–XII веках окончательно исчез из Индии. Джайнизм остался одной из индийских религий, но число его приверженцев ничтожно мало.

На этот же период приходится становление тантризма — важной составной части индуизма. В своих истоках он был связан с древнейшим культом богини матери. В индуистский пантеон богиня Дэви в разных ипостасях вошла в качестве супруги Шивы (ипостась верховного Брахмы) в период оформления индуизма как пуранической религии. Она вобрала в себя множество образов богинь-матерей, от персонажей «жреческой» религии до народных сельских богинь. Её почитают не только в благожелательном, но и в устрашающем, гневном образах. Для достижения высшей жизненной цели, освобождения от сансары — тантристы употребляют особую ритуальную технику.

В XIX- первой половине XX века в индуизме произошел целый комплекс перестроечных явлений, получивших название реформации, ренессанса, обновления. Индия была тогда английской колонией и переживала серьезные социальные, политические и идеологические сдвиги. Как и в другие переломные эпохи, индуизм, будучи гибкой и устойчивой системой, «ответил» на новые изменения очередной траснформацией. На первом этапе реформаторы, прежде всего деятели просветительских организаций «Брахмо самадж» и «Арья самадж» пересматривали содержание религии пытались очистить древнее вероучение предков от многовековых наслоений и заново переосмыслить его. В условиях колониальной зависимости индуизм всё больше утверждался как национальная религия.

И в настоящее время индуизм сохраняет прочные позиции, несмотря на упрощение ритуала и культовой практики, на изменения роли и статуса «жреческого» сословия и разрушение некоторых традиционных религиозных ценностей. Современные «богоискатели» пытаются создать новую универсальную религию, которая примирила бы все противоречия и отвечала требованиям современной жизни. Появляются новые гуру, возводятся новые культовые сооружения, высказываются мысли о духовной общности всех религий и об индуистском мессианстве.

С начала XVI в. происходило постепенное завоевание Индии европейцами (португальцами, голландцами, французами, англичанами). Англичане в результате войн с европейскими соперниками, англо-майсурских войн, англо-маратхских войн, англо-сикхских войн и других к середине 19 в. подчинили всю Индию. Она была превращена в объект прямого грабежа, жестокой налоговой эксплуатации, в источник сырья и рынок сбыта для английских фабричных товаров. После подавления антиколониального Индийского восстания 1857-59 гг. территория Индии, управлявшаяся английской Ост-Индийской компанией, попала в прямое подчинение британской короны. Спецификой Индии так и оставалось «господство» освящённой индуизмом общинно-кастовой социальной структуры. В конце XIX–XX вв. Индия стала объектом приложения английского капитала, усилилось развитие индийского капитализма. В конце XIX в. национально-освободительное движение возглавила партия Индийский национальный конгресс. Создание массовых общественно-политических организаций, кампании гражданского неповиновения, проводившиеся Индийским национальным конгрессом под руководством его лидера М. Ганди, ослабили позиции колониальных властей. После 2-й мировой войны XX века английское правительство вынуждено было предоставить Индии права доминиона, разделив страну в 1947 г. на 2 части — Индийский Союз (с преобладающим индуистским населением) и Пакистан (с преобладающим мусульманским населением). Пришедшее к власти в Индийском Союзе правительство Индийского национального конгресса провозгласило 15 августа 1947 года независимость Индии. В 1950 Индийский Союз стал Республикой Индией.

Религиозная организация.

Несмотря на то, что в индуизме, как и в индийской культуре в целом, весьма развита тенденция к классификации и систематизации явлений, сам индуизм производит первое впечатление — лишённого чётких границ религиозного комплекса, который как бы распадается на ряд течений и ветвей, большое количество школ, толков и культов, основанных порой на взаимно конфликтующих идеях и практиках. В индуизме огромное множество богов, нет «Единого Бога», нет основателя, верховного учителя или «пророка». Но при этом в индуизме множество «основоположников» (зачастую мифических), отдельных учений и сильно развитый культ духовного наставничества. В индуизме нет единого для всех течений индуизма «священного писания» (являющегося главным признаком религии монотеизма и «откровения») но силён авторитет основополагающих для каждого из религиозных направлений и школ текстов и преданий, также как и силён авторитет основателей-наставников этих направлений и школ. Нет «символа веры» или общепринятой доктрины, но есть понятия, всегда находящиеся в центре внимания всех без исключения индуистов — дхарма, карма, сансара, мокша, Брахман, Атман, Варна, каста и другие.

В индуизме нет ничего подобного привычной Западу церковной организации, но это вовсе не означает религиозной анархии — в индуизме действуют внутренние духовные скрепы, «работающие» на целостность цивилизации без известной Западу церковной структуры. Именно поэтому индуизм гораздо устойчивее любых других религиозных систем, основанных на структурно-церковной организации и едином общем культовом порядке, признанном всеми верующими: управление индуизм максимально «одухотворено» (не требует единой материальной социальной религиозной организации) и бесструктурно. Грубо говоря, в индуизме нет того, что безоговорочно признавалось и рассматривалось бы всеми индуистами лишь с одной раз и навсегда закреплённой точки зрения.[425] Особая привлекательность и «гуманность» индуизма связана с его «многоликим единством». Не секрет, что одними из самых «добрых» и «безобидных» всегда считали индусов именно из-за их «свободной» на первый взгляд религиозной системы, объединяющей огромную (вторую по численности населения после Китая) нацию-цивилизацию.

Удивительная многоликость индуизма вводит в заблуждение некоторых исследователей, которые утверждают, что «индуизм — не религия, а сочетание отдельных, хотя и близких друг другу религий» (шиванизма, вишнуизма и пр.). Другие, также отвергая существование единого индуизма, предлагают разделять лишь его разные виды (по социальной организации культов): храмовый, домашний, жреческий, сельский или народный, племенной и т. п. Но эта точка зрения несостоятельна: индуизм необычен сложной и непривычной для западного исследователя религиозной организацией, однако общая для всего многоликого индуизма организация есть и она устойчиво духовно-эгрегориально самоуправляется уже около 1500 лет (как минимум). Кроме того внешне отдельные компоненты, уровни, элементы всего религиозного комплекса индуизма без сомнения связаны между собой и восходят к единой вершине духовно-эгрегориальной иерархии — даже несмотря на возможную конфликтность и взаимоисключающие фрагменты некоторых уровней этой пирамиды эгрегориальной сборки. Такая конфликтность свойственна не только Востоку, но её полно и на Западе, который привык к строгой церковной организации.[426] Дело в том, что частные несоответствия как правило не помеха в деле выстраивания неправедной культуры: главное, чтобы общая внутренняя алгоритмика иерархии, на которой держится основа (духовный и структурный «хребет») системы — этими частностями не нарушалась. Некоторый «либерализм» частных компонент вносит в религиозную систему колоритность «свободы личности» — но лишь в пределах всей духовной иерархии: если же несоответствие касается «безопасности» устойчивого существования иерархии — его сразу же удаляют (как будто «раковую опухоль»). Именно поэтому такого рода «опасных» несоответствий в индуизме либо нет, либо они представляют собой «бесконечно малую величину», которой пренебрегают при рассмотрении устойчивости системы, но которая придаёт ещё большее ощущение духовной «свободы личности» — своеобразного «духовного полёта», так свойственного восточным людям.

Подтверждением только что сказанного является известная исследователям «внутренняя динамика» религиозной системы индуизма. Отдельные компоненты, уровни, элементы всего религиозного комплекса многоликого индуизма без всякого сомнения тесно связаны между собой, постоянно взаимодействуют и дополняют друг друга, пользуясь одним и тем же запасом «философских» идей (дхарма, карма, сансара, мокша, Брахман, Атман, Варна, каста и другие), представлений и многочисленных религиозных образов. Исторически в тех или иных направлениях, учениях или школах индуизма происходили отбор, переосмысление и изменения в их функционировании. Некоторые из направлений выделялись, другие — порой демонстративно-наставнически[427] — отбрасывались.[428] В самой возможности появления разнообразных идей выражался как бы «плюрализм индуизма» — но «плюрализм» заканчивался, когда на неком духовном (и высшем структурном уровне «жрецов») очередное направление признавалось «опасным» для устойчивого существования всей иерархии.

В то же время, в отличие от инквизиторских культур многих религий «откровения» индуизм во-первых, изначально спокойно относился к появлению нового течения и во-вторых, также по-восточному спокойно, не торопясь его аннулировал, объясняя «философскую» несостоятельность, которую принимали большинством индусов, поскольку с этим были согласны в первую очередь почти все учителя-наставники.[429].

Такой восточный подход (свойственный иерархии по-умолчанию)[430] создаёт видимость «плюрализма», объясняемого отсутствием ересей, подлежащих материальному (физическому) искоренению: но их всё же искореняют сперва духовно (накладывая запрет, который подхватывают большинство наставников, как по команде: в действительности команда проходит, но не структурно, а эгрегориально), после чего они сами отмирают, поскольку простые индийцы их перестают поддерживать. Таков «молчаливый и «терпимый» к ересям» индийский Восток. Но это отнюдь не означает, что история индуизма не знает религиозных распрей и что ему свойственна полная и абсолютная веротерпимость. Это означает, что в истории индуизма борьба с инакомыслием редко принимала крайние формы, а «чужеродные элементы», как правило не изгонялись, а вписывались и перерабатывались (с очисткой от всего «опасного»: после чего от них могли остаться лишь названия и символы), и после их адаптации к «безопасности» религиозной иерархии включались в общую систему индуизма: лишь в исключительных случаях носители таких «опасных» для системы «вирусов» уничтожались физически либо изгонялись.

На примере «религиозной терпимости» индуизма (которой нет ни в одной из рассмотренных нами систем) можно увидеть весьма «удачный» образец супер устойчивого функционирования духовного программного обеспечения рабовладельческой системы.[431] Первый опыт такого функционирования, который бросается в глаза, это «единство многообразия» древнейшего духовного обеспечения индуизма,[432] в рамках которого на огромной территории с огромным населением в общем-то исповедуется принцип «каждому своё».[433] Но при этом есть второй опыт, когда осуществляется невидимая подавляющему большинству индусов сборка всех культов и течений под единой духовной и структурной иерархией. Опыт изучения индуизма хоро— тем, что в современном мире (в первую очередь это касается современного Запада и России в условиях западных демократий) проводится тот же принцип «каждому своё» при внешне видимом «плюрализме», подкинутом увлечённой этим «своим» толпе. Разница в одном: в классическом индуизме религиозный «плюрализм» обеспечивался грубо говоря «в пространстве» — и в меньшей мере «во времени».[434] Со второй половины XX века после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени у хозяев западной толпо-«элитарной» пирамиды стали возникать проблемы «со временем»: им пришлось размышлять над адаптацией западной религиозной системы не только «в пространстве» (что они умели издревле делать с помощью главных религий «откровения» и «социализма»), но в первую очередь — «во времени». После краха глобального сценария «социализма» вопрос адаптации толпо-«элитаризма» к новым веяниям времени встал особо остро, а к концу XX века он сделался вопросом «жизни или смерти» для хозяев западной (в первую очередь) толпо-«элитарной» пирамиды. Традиционные религии «откровения» («христианство» и ислам — в первую очередь), такой плюрализм, который обеспечивал бы толпе иллюзию «свободы» (свобода от идеологий основное требование времени, связанное с изменением логики социального поведения) — уже не поддерживали: современная толпа не принимает «тоталитарных» подходов. В настоящее время, как мы уже неоднократно упоминали, духовный «плюрализм» и иллюзия свободы держатся на внутренней политике СМИ,[435] обеспечивающих каждому толпарю принцип «каждому своё».[436] То есть, СМИ выполняют роль духовных учителей-наставников, особо почитаемых в восточной культуре. Но над учителями, как мы знаем из индийского опыта, довлеет духовность, восходящая к вершине духовно-эгрегориальной иерархии, которая действует по-умолчанию.[437] В отличие от Востока, на Западе сборку и выбраковку «опасных» направлений невидимо для толпы осуществляют хозяева библейской иерархии.[438] В то время как на Востоке её осуществляют хозяева ведической иерархии. Но, как видно из сегодняшней надобности, сборку западных «плюрализмов» (чтобы обеспечить невидимое духовное единство) осуществляют по-восточному — мягко и невидимо, без выпячивания какой-либо разновидности инквизиции, вписывая общество в толпо-«элитарный» порядок через политику СМИ.[439] Восточный опыт индуизма как никогда в истории Западной цивилизации востребован на современном этапе. В общем, хозяева библейской толпо-«элитарной» пирамиды обратились к восточному опыту невидимой духовной сборки всех видов «интересов»,[440] постоянно адаптируя его «ко времени»[441] с помощью политики поддержки либо не поддержки тех или иных СМИ. На Востоке (особенно в Индии) имеется древнейший опыт вписывания (иногда упреждающего) всего передового в свою духовную иерархию и к этому опыту обратились западные хозяева толпо-«элитаризма» в тот момент, когда мир стал «виртуальным» и новшества стали появляться согласно «велению времени».[442] В общем, два толпо-«элитаризма» восточный и западный объединились к концу XX века — чтобы погибнуть вместе — поскольку упреждающим вписыванием заведует Бог, давая людям возможности этого лишь в пределах Промысла.[443].

После этого можно обратиться к социальной организации индийского общества. Выше мы описали невидимые толпе параллели поддержки духовности толпо-«элитаризма» (по сути рабства) — между восточным индийским опытом и опытом современного Запада и России. Теперь можно рассмотреть модель индийского общества, чтобы наглядно увидеть структуру устойчивого рабовладения, которая сохранилась в Индии, но духовные принципыподдержки которой внедряют у нас современными методами но по старому «рецепту».[444].

Социальная организация.

Индийское общество (цивилизация) представляет собой наглядную модель организации рабовладельческой иерархии — которая менее других толпо-«элитарных» цивилизаций изменилась с течением времени. Знаменательно, что религиозная система индийского общества обеспечивала многие века не только свою устойчивость, но и устойчивость этой рабовладельческой иерархии. Необычные (по сравнению с другими религиозными системами) гибкость и «пластичность» индуизма, которые обеспечивали относительную лёгкость трансформации некоторых фрагментов (течений) индуизма, отмирания старых и образования новых фрагментов — создавали атмосферу «внутренней ненапряжённости» религиозной жизни, что в свою очередь, создавало «благоприятные» условия для ненапряжённости социальной организации. Именно это качество индуизма повлияло на «характер» индусов, которые кажутся «добрыми» и «отзывчивыми» (всегда довольными жизнью, и страдающими лишь от осознания своей кармической участи), находясь при этом на одном из уровней древнейшей рабовладельческой иерархии.

Основная особенность индуизма — теснейшая связь религиозной системы и социальной организации: можно смело утверждать, что эти два аспекта, составляющие фундамент индийского общества, неразрывны и функционально взаимообусловлены.

Сословно-кастовая[445] система индийского общества особо выделяется из всех сословно-кастовых систем Востока и Запада. Только в индийской социальной организации тысячелетиями сохранялась незыблемость основных сословий, которые воспроизводились по наследственному признаку и эту незыблемость обеспечивала религиозная система Индии. Индийские сословия — варны — часто путают с кастами. В сноске мы дали различие между понятиями «сословия» и «касты». Путаница возникает вследствие того, что каждому сословию соответствует свой ограниченный спектр каст: сословия организуются по наследственному признаку, а касты — в основном по профессионально-производственному. В то же время представители каждого сословия могут заниматься лишь той деятельностью, которая разрешена соответствующему этому сословию спектру каст. Поэтому правильно говорить и о сословности и о кастовости общества, но при этом не путая между собой сословия и касты. В древности многие рабовладельческие общества делились на сословия, состоящие из соответствующих профессиональных каст. С развитием капитализма сословия были юридически упразднены в подавляющем большинстве государств, однако их фактически заменила профессиональная кастовость, на базе которой в условиях капитализма стали воспроизводиться новейшие «сословия», которые обладали «витруальной» динамикой (во многом определённой «Законом Времени»). Именно поэтому современные учёные часто путают сословия и касты. Конечно, вместе с отмиранием главной функции сословий и передачи их «полномочий» профессиональным кастам устойчивость толпо-«элитаризма» падала, но суть рабовладельческой толпо-«элитарной» пирамиды оставалась прежней: социальное неравноправия сохранялось при любом из известных в прошлом общественном устройстве.

Варны — основные сословия индийского общества, которые, как принято считать, образовались после арийского завоевания Индии[446] и сохранили своё социальное влияние и статус по сегодняшний день.[447] Существуют четыре основные варны:

· Жрецы-брахманы — сословие «священников» и крупных собственников.

· Кшатрии (войны и чиновничья «элита») — сословие крупных и средних собственников.

· Вайшьи (торговцы, ростовщики, ремесленники, средние землевладельцы, мелкие феодалы — полноправные общинники) — сословие средних и мелких собственников.

· Шудры (безземельные и неполноправные земледельцы, ремесленники и слуги; среди последних низший слой — бесправные касты «неприкасаемых») — бесправное сословие.

Принадлежность к варне определяется происхождением, что автоматически определяет круг занятий, социальных прав и обязанностей её членов. Касты же являются профессиональными объединениями, которых в настоящее время насчитывается несколько тысяч. Кастовая принадлежность любого индуса также определяется его происхождением. Однако, в отличие от перехода из варны в варну, переход из одной касты в другую возможен — но только лишь в пределах перечня каст, которые соответствуют каждой из варн — с определёнными ограничениями. Исторически сложился перечень каст, в которые может входить брахман, кштарий, вайшья и шудра.

В индуизме учёные отмечают несколько крупных «космогонических моделей», некоторые из которых мы рассмотрим позже. Согласно одной из них, варны — создание божественное, что в определённый момент развития придало сословно-кастовой системе индоариев иллюзию объективности и незыблемости сословий.

Одна из наиболее «индуистских» по духу космогонических моделей называет начало мира как жертвоприношение, которое запечатлено в гимне о Пуруше «Пурушасукта». Согласно этой модели, боги принесли себе в жертву самого первого человека — Пурушу, принявшего облик гиганта. Для этого жертвоприношения весна послужила маслом, лето — горючим материалом, а осень — дополнительным приношением богам.[448] Из головы Пуруши выросло небо, из туловища — атмосфера, а из ног — земля. Из его разума поднялась луна, из глаза возникло солнце, из ушей — четыре части света, изо рта — Индра и Агни, а от его дыхания — Ваю.[449].

Но самое главное, что индийская космогония[450]«оправдывает» разделение на варны следующим образом. Четыре варны также произошли от Пуруши: брахманы — из его уст, кшатрии — из рук, вайшьи — из бедер, шудры — из ступней. Позднее роль творца мира перешла к Брахме,[451] который и стал считаться создателем сословно-кастовой системы, вечной и предопределенной самим верховным богом. Такая вот «врождённая» иерархия сословий: одних создали из уст, а других — из ступней. Поэтому самим «богом» брахманам как бы дано было «раз и навсегда» философствовать устами (ведь уста от самого первочеловека), а низшее сословие (созданное из ступней) топчут все, кто выше в иерархии. С глубокой древности космогонические мифы устойчиво закрепились в эгрегориальной иерархии индийского духовного мира и по сей день довлеют над психикой доверчивых индийцев. А сословно-кастовое разделение настолько вошло в генетику родов, что стало «само собой разумением», вычистить которое из доминирующих эгрегоров индуизма может, возможно, лишь какое-нибудь большое социальное потрясение… либо западная технократия и доступ к общекультурным «ценностям».[452].

Связь между кастами, варнами и религиозной системой индуизма обоюдная и прочная. С одной стороны, принадлежность той или иной касте и варне обуславливает не только определённый круг божеств и религиозное направление, но и сам способ исповедания религии для их членов.[453] То есть, религиозное единство индусов обеспечивается не общностью религиозных культов и ритуалов и даже не общими фрагментами содержания этих религиозных культов: оно обеспечивается общей космогонией и восточной религиозной «философией» — но последняя в то же время поделена на фрагменты, предназначенные для каждой варны имущих. Иначе говоря, единство индуизма держится на привлекательных принципах восточной «философии» — но с той лишь оговоркой, что низшее сословие вообще лишено права не только на собственность, но и на какую-либо философию (его удел — религиозные «каноны" и примитивные культы), поскольку оно генетически свыклось с положением рабов, утверждённом индийской космогонией.

Религиозная практика высших каст сосредоточена на «познании божественных истин» путём преимущественно «философских» размышлений и йоговской медитации. В то время как низшие касты сосредотачивают свою религиозную жизнь вокруг «правильного» выполнения ритуально-церемониального комплекса индуизма.

То есть, чем выше в социальной иерархии — тем больше «свободы» для «философствования» и духовных практик. И наоборот: чем ниже — тем больше «зомбирующих» культовых практик и чисто механического выполнения основных обрядов и правил индуизма. Но, если учесть, что высшие сословия являются самыми заинтересованными в сохранении незыблемости социальной иерархии — то ясно, что их «философия» будет направлена на совершенствование этой иерархии и придания ей еще большей устойчивости.[454] Именно поэтому по мере опускания вниз по иерархии разрешений на внесение изменений всё меньше и меньше. Рассматривая с этих позиций индийскую иерархию можно увидеть вертикаль, соответствующую «своекорыстно-мистерической» субкультуре посвящений Запада, в то время как вся религиозная система индийцев выстроена на «ведически-кастовой» субкультуре, свойственной лишь Востоку. Но вот социальная организация индийского общества вполне подходит под шаблон «своекорыстно-мистерической» субкультуры западного толпо-«элитаризма»: наверху «жречество»-знахарство, потом разнообразные «элиты» и внизу рабочая толпа, которая переходит в самые» низы» — бесправных «неприкасаемых» («лишних» людей).[455].

Связанные с кастами и варнами жёсткие правила (закреплённые божественностью религии) — запрет междуварновых и отчасти междукастовых браков,[456] совместного принятия пищи, отправления религиозных обрядов, поведения члена каждой касты, отношения между кастами[457] — всё это издревле приобрело формы «религиозных канонов». Это обстоятельство до сих пор способствует прочности варново-кастового строя в современной Республике Индия.

«Космогония» индуизма.

Космогония индуизма напоминает космогонические мифы некоторых религиозных систем древности, которые мы уже рассматривали. Она похожа на зороастрийскую, только выражена в иной терминологии. У индийцев можно увидеть всё то же деление на четыре периода, начинающиеся «благоприятным» периодом и кончающиеся «светопредставлением».

Согласно древнеиндийским космогоническим воззрениям, весь мир и всё что в нём находится, произошли во времена первотворений, перводействий и первопричин. Миру упорядоченному, космосу, предшествовал хаос. В разных мифических версиях он изображается в образах тьмы, бездны, пустоты или каких-нибудь хтонических существ.[458] Так или иначе, хаос символически отождествляется с мраком. Суть и пафос творения — в преобразовании хаоса в космос. Согласно мифологии индуизма, оно осуществляется разными путями.

Помимо космогонической модели о «жертвоприношении Пурушы» (которую мы изложили в предыдущем разделе) очень распространён миф о рождении Брахмана. Если в мифе о рождении Пуруши действительно чувствуется индо-ирано-арийское «начало»[459] — порождение мира волеизъявлением пантеона богов под руководством высшего бога — тех богов, которые были характерны для древнего индоираноаийского пантеона, то в мифе о рождении Брахмана из Золотого Яйца «довселенский мир» представляется неуправляемым хаосом, а верховный бог — сам порождение вселенского мира, возникшего от причины, подобной какой-то «химической реакции» (которой в современности ведает предмет «Органическая химия»), путём объединения воды и огня.

Основной индийский миф о происхождении мира (Вселенной) представляет собой легенду, в основу которой положена древняя гипотеза об атеистическом происхождении жизни. До появления Брахмы (который сам является плодом случайно возникшей «химической реакции») кроме хаоса больше ничего не было: Бога-Творца не предусмотрено. Поэтому «отсчёт» начала нравственных «координат» (что Добро, а что Зло) индийцы ведут не от Бога, а от «прародителя» Брахмы, который сам возник из «безбрежного хаоса»: какой в хаосе может быть божественный порядок? Даже несмотря на то, что Брахме приписали роль творца,[460] начало творения в индуизме ведётся не от Бога, а от хаоса и «прародителя». Именно поэтому «философия» индуизма основана не на принципах «божественной нравственности», а на принципах освоения «объективных законов Вселенной», которым, как считается, следуют и главные чередующиеся во времени боги[461] — но не наоборот. Одновременно с этим творцу-Брахману и его богам-последователям приписаны людские качества, отчего получился весьма земной божественный «образ», который исповедует весьма земные «добро и зло», как их понимали люди на момент написания космогонической легенды. Многое — как в зороастризме с его ярко выраженным дуалистическим происхождением мира. Только в зороастрийской мифологии современный мир появился в результате хаоса борьбы «доброго» и «злого» «божественных начал», а в индуизме — просто их хаоса. В общем, чем дальше на Восток — тем больше открытого (а не скрытого под мифологией о Творении, как в «авраамических» религиях) атеизма, берущего своё начало от атеизма космогонических легенд. Поэтому индуизм можно назвать религиозной системой, у истоков которой находится откровенно атеистическое начало — атеистический религиозный идеализм.[462] Восточный дуализм вошёл в мифологию индуизма, но не от истоков творения, а от «божественных» свойств прародителя-творца, а в остальном все иллюзии восточных «тонкостей» содержательно похожи, но в индуизме они выражены в другой (по отношению к зороастризму) символике.[463] Индийский космогонический миф по духу напоминает существующую поныне гипотезу Дарвина (постепенное происхождение видов в ходе эволюции), которую взяли на «вооружение» марксисты-атеисты[464] и современную научную теорию происхождения Вселенной из хаоса.

Согласно мифу о Золотом Яйце,[465] сначала из хаоса возникли воды: они простирались бесконечно и были прежде всех иных творений. Воды породили огонь. Великая сила тепла породила Золотое Яйцо. Всё это было до начала времен, и потому некому было знать время и измерять его.[466] Но столько времени, сколько длится год, плавало это Яйцо в водах бездонного и безбрежного океана, а через год из него возник прародитель Брахма, поэтому он и называется Хиранья Гарбха, что значит «Рожденный из Золотого Яйца».[467] Он разбил яйцо, и оно распалось надвое; верхняя его половина стала небом, а нижняя — землей. Между ними поместил Брахма воздушное пространство, утвердил землю среди вод, создал страны света и положил начало времени. Потому называют Брахму и другим именем — Сваямбху, что значит «Самосущий», так как он существовал изначально и никем не был сотворён.

Потом сотворил Брахма живой дух, мысль и пять великих элементов: воздух, огонь, воду, землю и эфир.[468] После этого он создал богов, вечную жертву, три веды, время, планеты, реки, моря, горы и людей, кроме того — речь, радость, страсть и гнев.[469] Постепенно появились звери, птицы, насекомые, демоны, растения и все остальное, что есть на земле.[470].

Бесконечная вселенная состоит из множества миров, и каждый из них имеет своё начало, расцвет и конец. Подобно тому как человек ночью спит, а днем бодрствует, в жизни вселенной также чередуются периоды покоя и деятельности. Период деятельности — день Брахмы, сменяется периодом покоя — его ночью; жизнь Брахмы — это время существования универсума,[471] а с его смертью[472] вселенная погружается в великий хаос.[473].

Времени индуисты придавали всесильную власть. В ведийских и брахманистских текстах есть представление о времени как о первоисточнике мира.[474] Начиная с ведийского периода время отождествлялось с кругом[475] как с наиболее совершенным пространственным образом. Он лежит в основе учения о циклах или «югах» («махаюгах»). Каждая махаюга (или махакальпа) состоит из четырех юг, обозначенных терминами для игры в кости: «крита», «трета», «двапара» и «кали» и соответствующих костям в 4, 3, 2 и 1 очко. Каждая последующая юга на четверть короче предыдущей, и это ускорение времени[476] свидетельствует об ухудшении состояния мира.[477].

В первую, «крита-югу» господствовал божественный порядок — дхарма, прочно стоящий на четырех ногах: правдивости, почитании, сострадании и приветливом обращении. Люди жили в полном довольстве и благоденствии, не зная болезней, злобы, ненависти, страха, ревности и других негодных чувств. Они получали по желанию плоды земли, и им не было необходимости что-либо выращивать, продавать и покупать.[478] Крита-юга длилась 1 728 000 земных лет.

В следующую, «трета-югу» дхарма стояла уже на трех ногах: добродетелей стало на четверть меньше. Это уже менее счастливое время. В целом люди соблюдают долг, хотя порой в их действиях уже присутствуют корыстные побуждения, что, конечно, порождает распри и ссоры. Люди стали приносить жертвы богам и обращаться к ним, чтобы те исполнили их желания. Трета-юга длится 1 296 000 лет.

При наступлении «двапара-юги» добродетель в людях умаляется наполовину, а дхарма стоит уже только на двух ногах. Многие люди стали злобными и фальшивыми, и потому среди них распространялись болезни и несчастья. Двапара-юга длится 864 000 земных лет.[479].

Наконец наступила последняя — «кали-юга». От всех прежних добродетелей осталась лишь одна четверть, да и та быстро приходит в негодность.[480] Дхарма, опирающаяся на одну ногу, бессильна и слаба.[481] Вконец испорченные, неприветливые и сварливые люди стали орудиями своих страстей и соблазнов, и потому их не оставляют несчастья. Они погрязли в ненависти, лжи, лености, злобности и слабости, и над ними властвует тьма невежества. Люди страдают и будут страдать до тех пор, пока не придет божественный Калки — Разрушитель.

Перед концом мира явлены будут страшные предзнаменования.[482] После столетней засухи в небесах вспыхнут семь солнц, которые быстро иссушат всю оставшуюся на Земле воду. Огонь, разносимый мощными ветрами, сначала уничтожит поверхность земли, а затем и подземный мир. Тогда соберутся тучи, напоминающие по форме слонов с гирляндами из молний. Разом взорвавшись, они освободят ливни, которые обрушатся на землю и будут нескончаемо идти 12 лет, пока весь мир не скроется под водой. Но мировой Дух Брахма, плывущий по водам в лотосе, поглотит ветры и тучи, а после погрузится в сон до следующего пробуждения и творения. На время своего сна Мировой Дух Брахма поглотит и богов, и людей.

По индуистскому летоисчислению сейчас на Земле длится первая половина кали-юги, точнее её шестое тысячелетие. Кали-юга началась в полночь с 17 на 18 февраля 3102 г. до н. э. по европейскому календарю, она входит в 28-ю махаюгу 7-й манвантары нынешней кальпы, имеющей имя Вепрь (в ней Вишну воплотится в виде вепря).[483] Эта кальпа является первым днём 51-го года жизни нынешнего Брахмы (двенадцать тысяч человеческих юг составляют одну божественную югу, а тысяча божественных юг — одну кальпу или день Брахмы, т. е. 4320 млн. лет).[484].

В индуистском «Апокалипсисе» виден страх перед предсказанным «ускорением времени», с которым действительно связаны и засухи и ливни и другие природные катастрофы (вызванные деятельностью недолюдков и безмерным развитием технократии — что само по себе плохо).[485] Но все эти локальные природные катастрофы, которыми издревле пугали верующих (не только в индуизме),[486] к сожалению неизбежные издержки, которые Бог прощает людям ради высшей цели развития — преодоления устойчивых религиозных барьеров (тонкостей, на которых держится толпо-«элитаризм»), мешающих освоению Языка Жизни. Эти искусственные барьеры (религиозные иллюзии, догмы) которые уже почти преломлены благодаря «ускорению времени» должны духовно рухнуть раньше, чем очередная цивилизация сама себя материально уничтожит, как ей «пророчат» почти все религиозные мифы.

Высказанное нами «опасение» индуистского «пророчества» имеет содержательно важную сторону, которая описана в Махабхарате (кн. III, гл. 188: 9-19):

«С каждою югою уменьшается продолжительность жизни людей,[487] (слабеют) их мужество, ум, сила, духовная мощь… Смешаются между собой брахманы, кштарии и вайши, и (все) они уподобятся шадрам, пренебрегая истиной и покаянием».

После этого миф Махабхараты «пророчествует» гибель «Вселенной» от огня — индийский «Апокалипсис». Но в действительности это не гибель цивилизации, а конец толпо-«элитаризма» («Смешаются между собой брахманы, кштарии и вайши, и (все) они уподобятся шадрам,[488] пренебрегая истиной и покаянием»),[489] и одновременно с этим конец религиозных истин, основанных на восточных «тонкостях» (пренебрежение традиционной восточной «истиной и покаянием»).

Высший пантеон и дуализм.

Индуистский пантеон возглавляют три божественных образа — Брахма, Вишну и Шива. Формально главная роль среди них отведена Брахме, которого, как мы уже знаем, принято считать богом-создателем Вселенной. Брахма, согласно мифу, создаёт Вселенную всякий раз заново в начале каждого нового мирового цикла (кальпа), открывающегося творением (сришти) и завершающимся разрушением вселенной (пралайя). Кроме того, создание мира означает возникновение зла, страданий и кармы,[490] а следовательно, не является во всех отношениях положительным деянием. И для индийской «философской» мысли это имеет первостепенное значение.

Из этого не совсем «положительного деяния» Брахмы (напомним, что Брахма в индуизме приравнивается к верховному богу-творцу), творению которого сразу же следует «возникновение зла» — вытекают дуалистические воззрения индусов. Но восточный дуализм в современном индуизме не так то просто обнаружить: он не раздёлён строгой границей, и не расписан точно, однозначно и одинаково всей Индии (с её разновидностями индуизма) по функциональным особенностям богов (бога) — как это принято в зороастризме. То есть, чёткого однозначного догматического разделения на «добро» и «зло», как это сделано в зороастризме, в индуизме не имеется. Но это не значит, что индуизм не дуалистичен: он не просто дуалистичен — он неактивно индиви-дуалистичен. Что это такое?

— Если в зороастризме люди призываются становиться на сторону зороастрийского «добра» и бороться со «злом» по религиозному шаблону, как говорится «всем миром», то в индуизме преодоление кармического «зла» — дело вроде бы сугубо личное — воде бы мало обусловленное общественной жизнью. С этим связано учение о множестве перевоплощений души за время жизни индуистской Вселенной.[491].

В то же время обнаружить восточный дуализм в индуизме можно опустившись с божественной вершины, на которой восседает Брахма (создавший и «добро» и «зло») к следующим за Брахмой верховным индуистским богам — Вишну и Шиве, сфера влияний которых поделена на «свет» и «тьму» свойственно индуистскому мировоззрению. Но сначала остановимся на образе Брахмы.

Брахма — имеет человекоподобный (антропоморфный) облик,[492] выражающий абстрактное первоначало, которое создало мир и поддерживает его циклическое существование. Но при этом мир обязательно должен в определённое время трагически гибнуть и воспроизводиться в новом творении Брахмы. Откуда взялась такая уверенность в обязательной трагической гибели деградировавшего мира? — Скорее всего это «воспоминания» о гибели предыдущих неправедных цивилизаций, после которых процесс развития восстанавливался Свыше в новом качестве. Что и говорить: Восток силён воспоминаниями «о прошлом» (прошлым он и живёт, вспоминая былые цивилизации как крита-югу — «божественный» порядок устойчивого толпо-«элитаризма»), но Восток не имеет потенциала создания социальной модели не катастрофического будущего. Поэтому индуизм вовсе не учитывает объективные причины гибели предыдущих цивилизаций («Вселенных» по-индусски): для индусов очередная трагическая гибель цивилизации — норма.

А уже из такой «нацеленной в прошлое» космогонии вытекает и учение о сансаре — круговерти перевоплощений в «мире, исполненном страдания». Как «Вселенные» сменяют друг друга, так и перевоплощения людей замкнуты в «круговерть», вырваться из которой можно лишь индивидуально в течении жизни «Вселенной». Но изменить общественную жизнь в миру — так, чтобы «Вселенная» не гибла трагически — не в силах людей, этим заведуют боги, которые живут по законам восточного дуализма, а значит одни поддерживают «добро», другие — «зло». А взаимодействие богов предопределяет жизнь «Вселенных».

Кроме того, самый индуистский по духу космогонический миф о первочеловеке Пуруши (приведён нами в одном из предыдущих разделов), которого боги принесли себе же в жертву[493] и от которого произошёл мир и люди — свидетельствует, что мировоззрение индусов основано на изначальной жертвенности человечества, которая якобы объективно неизбежна и необходима богам. Именно поэтому в индуизме сильно развит культ жертвоприношения.[494] В мировоззрении индусов жертвенность человечества («Вселенной») предопределена его созданием, а поэтому трагическая катастрофа[495] в конце срока очередной «Вселенной» — «объективная норма». Предельно ясно, что в ожидании якобы неизменно грядущей катастрофы, которая должна разрушить всё, созданное человечеством — смысл справедливого обустройства Земли становится одной из последних задач (если он вообще существует в мировоззрении низших каст),[496] входящий в перечень частных целей смыслов жизни.

В образах Вишну и Шивы отражены две грани индусского творения Брахмы — «светлое» и «тёмное» начала соответственно.Вишну выступает олицетворением «светлого» начала — в противовес «тёмному» началу Шивы.

В этом отношении принципиальных отличий от зороастризма не имеется: всё та же троица: верховный бог Брахма (в зороастризме Ахура-Мазда), его «светлое» начало Вишну (в зороастризме сам Ахура-Мазда либо Митра, как самый распространённый вариант) и «антипод» Шива (в зороастризме Ангра-Майнью). Как мы уже знаем, древний восточный дуализм «естественно» возник в индоиранской общности кочевых племён задолго до появления как Заратуштры, так и первого этапа становления индуизма (середина II тысячелетия до н. э.). Также мы знаем, что древняя индоиранская космогония учит о том, что современный мир держится на «объективном» противостоянии «светлого» («доброго») и «тёмного» («злого») божественных начал[497] — что и является «божественной» основой мировоззрения всего восточного дуализма. В индуизме — та же основа: Вишну помогает Брахме следить за «светлым» порядком, но чтобы «ритм Вселенной соответствовал божественной жертвенности» (о которой мы только что говорили) — «тёмный» Шива поддерживает этот ритм, способствуя периодическому разрушению Вселенной вследствие деградации людей к концу её существования. То есть, Шива выступает в роли средства поддержки и «канализации» всего индуистского «зла»,[498] которое должно якобы неизбежно накапливаться в миру и приводить к очередной «пророчески» неизбежной трагической глобальной катастрофе.

Это — в целом самое главное, что в конечном итоге определяет первичное религиозное мировоззрение индийцев (как видно их мировоззрение также дуалистично по своей основе — как и у всех индоиранцев). В то же время, образы Вишны и Шивы в индуизме имеют своё своеобразие. Если Брахме приписывается роль создателя мира, то Вишну рассматривается как его хранитель, надзирающий за исполнение дхармы, а Шива — как бог-разрушитель. Если Брахма присутствует еще в Ведах, а Шива целиком и полностью является порождением культуры «неарийских» народов, аборигенов Индостана, то Вишну причудливым образом соединил в себе и «арийское», и «варварское» начала.

Прежде чем продолжить рассмотрение «образов» индуистской триады верховных богов, заглянем в историю становления этой триады. Это становление происходило в период брахманизма (X век — вторая половина I тысячелетия до н. э.). Именно в этот период происходили выработка и «шлифовка» основных понятий индуизма, его представлений и богов. Брахманистское умозрение было плодом деятельности духовной «элиты» древнеиндийского общества, прежде всего «жреческой» (брахманов) — в результате чего оно оказалось оторванной от прошлой культовой практики индийской толпы — политеизма.

Идея Брахмана-Атмана[499] — как безличного космического абсолюта[500] — была слишком абстрактной для толпы[501] и не могла вызывать эмоционального отклика в основной массе индийского населения. Толпе, как и прежде, нужны были идолы богов. Дальнейшее развитие религиозной системы индуизма «вниз» по иерархии под влиянием «философии» брахманов могло произойти только в случае соединения идеи о безликом космическом абсолюте с фигурой конкретного персонифицированного бога.[502].

Одной из характеристик этого процесса является то, что в качестве претендентов на позицию верховного бога исторически выступало сразу несколько божественных персонажей. С этой точки зрения чрезвычайно показателен материал Упанишад,[503] в которых наряду с постоянным утверждением Атмана-Брахмана единой духовной сущностью мира, неопределимой и неописуемой, ведётся поиск божественных персонажей, способных стать чувственно постигаемым её (сущности) воплощением.[504] В приведённом ниже отрывке из «Майтри-упанишады»[505] вместе с чередой богов в связи с утверждением Брахмана упоминаются и некоторые другие, существенные с точки зрения брахманов для мира объекты:

Ты — Брахман, и ты, поистине — Вишну, ты — Рудра, ты — Праджапати, Ты — Агни, Варуна, Ваю, ты — Индра, ты — луна, Ты — пища, ты Яма, ты — земля, ты — всё, ты также — негибнущий.

Конечно, в этом можно увидеть древнее выражение язычества — поэтическое описание того, как единый негибнущий Бог общается с людьми через Язык Жизни в его разнообразных выражениях. Но мы рассматриваем историю, процесс становления известного нам индуизма по письменным источникам. И в этом процессе, на некоем этапе возможно,[506] брахманы были близки в своём религиозном поиске в достаточно точном приближении к «образу» Бога Всевышнего, как мы сейчас его понимаем.[507] Одним из примеров достаточно точного приближения к «образу» Всевышнего может служить приведённая ниже упанишада, которая возникла в период поиска верховного бога. Вишну упоминается упанишадами в этот период неоднократно (чаще всего в составе подобных приведённому выше списку), но его «образ» и функции сколь-нибудь конкретно не представлены. В отличие от него Рудра-Шива, который также рассматривался на верховного бога, представлен в упанишадах весьма близко к правильному пониманию (соответствующие места выделены нами жирным):[508].

4. [Тот], кто повелитель и творец богов, всеобщий владыка, Рудра, великий мудрец, Породивший вначале золотой зароды— да наделит он нас [способностью] ясного постижения! 5. Твой благодетельный образ, Рудра, не ужасен, не являет зла — Воззри на нас этим несущим покой образом, обитатель гор! 6. Стрелу, которую [ты], обитатель гор, держишь в руке, чтобы Метнуть [её] — Сделай её благодетельной, хранитель гор, не причиняй вреда человеку и животному!

Но это — лишь интересный и важный эпизод[509] в становлении «образа» верховного бога. По мере приближения к традиционной индуисткой троице (Брахма-Вишну-Шива), список богов, соединяемых с идеей высшего духовного начала, сокращался (по сравнению со списком из Майтри-упанишады). И в конце концов этот список стал соответствовать мировоззрению восточного дуализма — поскольку сами «жрецы»-брахманы не соответствовали статусу жречества и не смогли приблизиться к правильному «образу» Бога. А мировоззрение восточного дуализма вполне удовлетворяет потребностям ведически-магической культуры.

Упанишады в целом демонстрируют явное предпочтение принципу «троичности» (как мы уже говорили в начале текущего раздела — этот принцип соответствует мировоззрению восточного дуализма), что находит подтверждение, например, в Шветашватаре, где с этим принципом вполне определённо связывается высшее духовное начало:[510].

7. Это воспето как высший Брахман, в нём — триада, [он] — твёрдо основанный и нетленный, 8… И [ещё есть] бесконечный Атман, принимающий все образы, недеятельный. Когда [человек] находит триаду, это Брахман.[511]

Так постепенно сложилась идея Тримурти — индуистской триады главных богов — Брахмы, Вишну и Шивы.Все вместе эти боги образуют некое единство и порой в иконографии изображаются соединёнными вместе, что образует некий совокупный «образ» индийского высшего бога.

Индийский восточный дуализм можно хорошо рассмотреть на примере культов каждого из этих богов. Специфика религиозной системы индуизма в том, что в разных точках индийской цивилизации возвышаются культы разных богов из троицы — где «светлого» Вишну, а где «темного» Шивы. Культу же верховного Брахмы во всей Индии посвящено лишь два храма (в то время, как Вишну и Шива пользуются огромной популярностью), что лишний раз свидетельствует о дуалистичности мировоззрения индусов — но географически дезинтегрированном. Поэтому для того, чтобы разглядеть получше что собой представляет совокупное мировоззрение индуизма (основанное на сборке «образа» верховного бога из «образов» богов «светлого» и «тёмного» начал) — нужно рассмотреть отдельно эти культы. Всё же индуизм един и, конечно же дуалистичен — несмотря на то, что его дуализм объединён не географическим единством (как в зороастризме), а в первую очередь духовным:[512] географически же культы «светлого» и «тёмного» богов разделены и представлены локальными религиозными системами (вишнуизм, кришнаизм, шиванизм, шактизм и пр.), разновидностями индуизма.

Сборку местных культов верховных богов в единую многоликую религиозную систему индуизма осуществляет верхушка сословия «жрецов»-брахманов. Достаточно сложный и многоступенчатый механизм этой сборки можно проследить по отражению её духовной иерархии в социальной организации индуистского «жречества». «Жречество» в индуизме подразделяется на несколько категорий:

· «Жречество» крупных храмов, в «служебные обязанности» которого входит организация и проведение как ежегодных «богослужений», так и многочисленных религиозных церемоний и празднеств. В основном представлено сословием брахманов.

· «Жрецы» небольших, как правило, общинных храмов (их часто называют «пуджари»), которые одновременно занимаются тем же самым, что «жрецы» в больших храмах делают специализированно. Во многих случаях по социальному статусу они не принадлежат сословию брахманов. Более того, в их «святыни» брахман не войдёт: это считается сословным барьером, который закреплён религиозно.

· Домашние «жрецы» — пурохиты — руководят проведением домашних «богослужений» Они регулярно посещают свою маленькую паству, занимаются составлением гороскопов с определением точной даты и времени выполнения тех или иных религиозных обрядов, советуют, какой конкретный специальный обряд уместно применять в том или другом случае, дают указание во время проведения ответственных религиозных ритуалов, лично отправляют все обряды, требующие специальной подготовки.

· Духовные советники — гуру — выступают в роли советников зажиточных семей и кланов. Роль гуру жизни очень многосторонняя и не ограничивается сугубо религиозными установками. Гуру и наставник, и советник, и миротворец в семейных и клановых конфликтах. В сословно-кастовом обществе с его острыми социальными противоречиями, в стране, которую то и дело захлёстывали волны завоевателей с их собственными религиозными системами — гуру обеспечивали и продолжают обеспечивать в наше время преемственность традиций и жизненного уклада индусов.

· Отшельники (садху) — ведут образ жизни, наполненный чрезвычайными ограничениями (типа «христианских " монахов), высокой моральности и практикованием медитации. Садху приписывают сверхъестественные возможности, а их советам — «способность наставить простого человека на путь истинного благочестия». Все садху в той или иной степени употребляют йогические упражнения, как способ «очищения тела и разума». Добродушные индусы, которым по их трудовой деятельности часть не хватает времени надлежащим индусу образом исполнять ежедневные пуджи (религиозные обряды), вместо этого охотно подают садху еду, иногда просят совершить за них ответственный обряд.

Как видите в индуизме «духовенство» представляет собой специализированную многофункциональную сословную и межсословную «профессиональную» прослойку, к помощи которой прибегают индусы из разных сословий. В принципе всё те же отношения, между паствой и «священнической» иерархией, которые мы уже знаем из «христианства» и иудаизма — только в восточном исполнении. Всё та же преграда между людьми и Богом.

«Образ» высшего божества.

Обратимся к «образам» верховных индуистских богов, чтобы составить более точное представление о совокупном «образе» высшего божества. Попутно рассмотрим несколько разновидностей индуизма. Согласно индуисткой триаде, существует два главных направления индуизма — вишнуизм и шиванизм.

В основе вишнуизма лежит культ Вишну и связанных с ним богов — прежде всего Кришны и Рамы. Специфической функцией Вишну является охрана мира и поддержания в нём порядка и справедливости. Напомним, что Вишну — ведический бог «ариев», который был преобразован у местных племён. Образ Вишну встречается в Ведах, однако не занимает там сколько-нибудь значительного места. В первые века новой эры его образ обретает новые черты. Хотя Вишну имеет совершенно конкретный облик, он сверх того обладает множеством личин, в которых легко узнать образы местных, и не только местных, божеств. Эти личины вишнуиты называют аватарами, или «нисхождениями». Аватары-это образы, в которых Вишну в разные времена являлся людям. Основных, общепризнанных среди поклонников Вишну аватарвсего десять. Аватары «светлого» Вишны расписаны не только в символах, но и хронологически.

Первой из них является рыба, приняв вид которой, Вишну спас во время потопа отшельника-законодателя Ману, второй — огромная черепаха, спасшая мир после потопа,[513] третьей — вепрь, убивший страшного демона Хираньякшу, чуть было не погубившего землю, погрузив ее в океанские глубины, четвертой — Нарасимха, человек-лев, расправившийся с другим демоническим существом — Хираньякшипу, захватившим власть над миром.[514] Затем Вамана-карлик (пятый аватар); потом два воплощения Рамы[515] (шестой и седьмой аватары); и Кришна (восьмой аватар).

Особое место среди аватар Вишну занимает Будда (девятый аватар). Хронологически появление Будды относят к VI–V вв. до н. э. И от Будды считают появление мировой религиозной системы — буддизма. А самого Будду называют «пророком»-основателем религии. Тут уже не перепутаешь индийскую мифологию и мировую религию: если Рама — чисто индийское воплощение высшего бога, то Будда имеет мировое значение, выходящее за пределы религиозной системы индусов. В то же время сами индусы считают Будду всего лишь одним из аватар, и это не удивительно: ведь буддизм возник на почве индуизма (о буддизме мы будем писать в следующей главе книги). А подлинной популярностью в среде индусов обладают только два аватара — седьмой и восьмой. Это Рама и Кришна, которых поистине следует считать символами двух различных, но в равной степени важных аспектов индуистской религии.

В настоящем разделе нам главное не это. Вспомним, что в зороастризме Христос иногда признавался одним из воплощений «Божьего пророка», следующим после Заратуштры. Примерно такая же картина и в вишнуизме: Вишну десятикратно воплощается и его воплощения признаны божественными. Мало того, согласно легенде, десятой аватаре — Калки, всаднику на белом коне с огненным мечом в руке, воителю, еще предстоит явиться людям, чтобы «наказать порок и восстановить попранную дхарму».[516] Многие исследователи обнаруживают черты, объединяющие это воплощение Вишну с буддой Майтрейей.[517] Мы видим всё те же изначально индоиранские восточные качества дуалистического «образа» высшего божества индуизма: во-первых, воплощения Вишну находятся в постоянной борьбе с мифическим «злом», что якобы судьбоносно отражается в жизни людей (но мы уже знаем, что Бог ни с кем не борется); во-вторых, последнее воплощение Вишну должно мстительно воздать людям за «отступничество» от дхармы (иначе — от основных законов веры).[518].

Кроме всего этого, «боговоплощения»,[519] как видно из мифа об индийских аватарах — были известны задолго до «христианства» и для восточного мировоззрения они представлялись «само собой разумением». Поэтому перенос с ведического Востока на Запад идеи о боговоплощении Христа было «делом техники». Напомним, что «христианская» троица представляет собой мировоззренческую «смесь» из «Святого Духа» (в зороастризме Благой дух), верховного «Бога» (в зороастризме Ахура-Мазда) и его якобы земного воплощения — Христа (в зороастризме — Заратуштраи его последующие воплощения). В то же время в «христианстве» Христос считается «Богом», что по смыслу ближе всего к вишнуистским аватарам.

Ведь Вишну считался богом, обладающим верховным статусом по отношению к миру. В индийском эпосе Вишну изображался красивым юношей с лотосоподобными глазами, с тёмным, с отливом в синеву телом. На груди у него крупный сапфир, на голове диадема. Цвет одежд жёлтый. Обычно у Вишну четыре руки, в которых он держит палицу, диск (чакру), раковину и лотос. Характерная поза Вишну — возлежание на кольцах змея, плавающего в мировом океане. Согласно легенде, когда Вишну спит, вселенная пребывает в нём; когда он просыпается, из его пупка вырастает лотос, в венчике которого сидит Брахма, образ, подчёркивающий верховный статус Вишну, порождающего самого «бога-творца».

Как видите, «рокировка» богов по статусу была для индусов (да и не только для индусов, а для всего ведического Востока) — делом привычным. Так, следуя этой очень удобной восточной традиции, «мировая закулиса» произвела одну из главных религиозных «рокировок», которая оказала роковое воздействие на библейский Запад: она «подменила» Бога библейским Христом[520] (создав «Святую троицу») — после чего почти все «христиане» (по старой восточной традиции аватар) стали называть Христа «Богом».

Со II в. н. э. началось интенсивное развитие вишнуизма. Большую поддержку ему оказали цари династии Гуптов (IV–V вв.), считавшие себя воплощением Вишну. Эта древняя восточная традиция — обожествления царей — как мы уже знаем направлена на придание божественного статуса высшей социальной власти, что закрепляло сословный строй и толпо-«элитаризм». Ясно, что с начала первого тысячелетия уже не приходится сговорить ни о каком поиске нормального «образа» Божиего: этот «образ» уже сложился на восточный лад и функционально «слился» с верхушкой социальной власти царей и «жрецов». Помимо этого нужно учитывать, что развитие религиозного опыта инудистских аватар (воплощений) — при поддержки вишнуизма с уровня государственных иерархов — пришлось на время формирования «христианства», что вполне могло сказаться на «образе» библейского Христа (о чём мы говорили в предыдущем абзаце).[521].

На юге Индии рост влияния вишнуизма связан с деятельностью альваров — поэтов, проповедующих путь личного служения богу, эмоционального его почитания (бхакти).[522] Корпус поэтических текстов, созданных альварами в период с VI по XI вв., составил основу «философской» традиции, в лоне которой вырос выдающийся «философ» Рамануджа. В этот период повсеместно стали строиться крупные вишнуитские храмы, в которых почитание бога происходило под пение гимнов (пуджей). Бурный рост вишнуизма в Средние века в немалой степени связан с исключительной популярностью образов Рамы и Кришны (воплощений Вишну). Культ Кришны стал мощным всеиндийским религиозным течением, чему способствовало распространение понятных толпе эмоционально-поэтически выраженных идей бхакти — выражения любви к богу и преданности ему.

Классический индуизм, который известен как религия современной Индии, окончательно развился во второй половине I тысячелетия н. э. По всему видно, что массовый классический индуизм представляет собой внешне очень красивую, поэтически выраженную религиозную систему почти бессмысленной (для толпы) регулярной эмоциональной эгрегориальной подкачки с помощью гимнов и религиозных ритуалов. Параллельно этой внешней обрядовой стороне сформировалась «философия» индуизма, основанная на «образе» высшего бога и «законах» «космического универсума».

Регулярная подкачка основного совокупного эгрегора индуизма с помощью эмоциональных ритуалов для толпы и веры в индуистский «смысл жизни» (будет рассмотрен позже) обеспечивают мощь эгрегора и его «абсолютное» всесилие (по отношению к любому из верующих). «Менеджерами» этого эгрегора (или иерархии взаимно вложенных эгрегоров) являлись и являются по сей день индуистские «жрецы» (высшее сословие, следящее за «чистотой каст»), которые подобно богам делают чудеса для толпы с помощью «неограниченной» (в смысле: «достаточной, чтобы толпа считала их богами»)[523] эгрегориальной магии.

Кришнаизм — ветвь индуизма, которая, не порывая с ним связи, приобрела самостоятельное религиозное значение. Напомним, что Кришна считается восьмым аватаром Вишну. В Бхагавадгите[524] Кришна выступает как высший бог, олицетворение Атмана. Вообще индуизм в целом представляет собой совокупность местных религиозных культов, похожих самих по себе на монотеистические (во всяком случае в них возвышается как правило один бог), но в целом эта совокупность — многоликий и несколько «виртуальный» как во времени, так и в «географии» политеизм — сборку которого (как мы уже говорили) обеспечивают единство индуистской «философии», которая и представляет собой единую суть религиозной системы, скрытую за пёстрой картиной местных религиозных особенностей.

Различные эпизоды мифической жизни Кришны,[525] имея разное происхождение, в первом тысячелетии н. э. собираются вместе, образуя мифическое жизнеописание, имеющее для индусов значение кришнаитского канона. В полном виде оно содержится в 10-й главе Бхагавата-пураны (IX–X вв. н. э.), которая наряду с Бхагавадгитой, считается «священным текстом» кришнаизма. Поскольку проповедь любви к Кришне, содержащаяся в Бхагавадгите, носила «канонический» характер (недоступный для прямого восприятия толпы) — статус массового религиозного течения кришнаизм обрёл лишь когда идеи бхакти воплотилась в популярные культовые формы: гимны, танцы, песни.[526] В Средние века возникли многочисленные вишнуитские и кришнаитские общины, во главе которых стояли известные индуистские проповедники. Чайтанья (1486–1533 гг.), основатель течения «Гаудия вишнуизм», проповедовал экстатический характер почитания Кришны и единственным ритуалом считал массовые песнопения и танцевальные процессии. До сих пор Чайтанья является одной из главных культовых фигур проповедников у современных кришнаитов, объединённых в «Международное общество сознания Кришны».[527] Объединения этого общества имеются и в России.

Теперь рассмотрим культ «антипода» Вишну — культ Шивы. Шиваизм — не менее значимое направление индуизма. Шива, в отличие от Вишну (который по основной легенде — хранитель мира и надсмотрщик за соблюдением дхармы), является разрушителем мира в конце каждого «космического цикла». Напомним, что индуизм в целом — достаточно запутанная религиозная система. В то же время в контексте рассмотрения вопроса «образа» индусского бога (что является темой настоящего раздела) нам важно, что обоим высшим богам индуизма (и Вишну и Шиве) свойственна функция неминуемого катастрофического разрушения мира с одновременным мстительным воздаянием, и одновременно эти боги символизируют «светлое» и «тёмное» дуалистические начала, объединённые под общим «образом» верховного Брахмы. Так последний десятый аватар Вишну (Калки) является разрушителем мира, несмотря на то, что функция разрушения свойственна в общем не Вишну, а Шиве. Но таков многоликий (многорукий)[528] индуизм: каждый верховный бог некоторым образом сочетает в своём «образе» свойства других верховных богов — из чего складывается совокупный «образ» Брахмы.

В шиваизме Шива почитается как верховный бог, объединяющий все основные космические функции (творение, охрана, разрушение) и превосходящий всех остальных богов. Культ Шивы отличается от культа Вишны в первую очередь тем, что Вишну превозносили как бога любви, а Шиве поклонялись, движимые страхом перед его «гневом, капризами и способностью насылать несчастья». Налицо тесные параллели с зороастрийским Ахура-Маздой с той лишь разницей, что зороастрийцы возвышения культа Ахура-Мазды всячески избегали,[529] а в индуизме Шива считается одним из верховных богов.

Мы рассматривали древние истоки восточного дуализма в главе «Религиозная система зороастризма». В индуизме — всё то же самое. Известно, что мировоззрению, основанному на восточном дуализме — свойственен страх перед Богом, проявляющийся в страхе перед Жизнью (точнее перед целым спектром её проявлений) — со всеми вытекающими из этого мировоззренческого заблуждения последствиями (которые мы описали, рассматривая зороастризм). Также мы определили, что свою психическую трусость люди издеревле маскировали с помощью придания богу дуалистического «образа», списывая свою психическую недоразвитость (до уровня Человечности) на «характер» взаимоотношений бога с людьми (на кажущуюся им «объективность" и «божественность» неустройства жизни).

Всё то же мы видим в индуизме.[530] В шиваистском направлении индуизма просто больше «карательных» черт «характера» высшего индусского бога, нежели в вишнуизме. Культ Шивы содержит элементы, восходящие к доарийской древности: власть над животными, в частности, над змеями[531] поклонение лингаму (фаллосу),[532] практика йоги. Ведийским прообразом Шивы является Рудра, бог грома и грозы, внушающий древним ариям непреодолимый ужас.[533] Это был гневный, неистовый и капризный бог, насылающий на людей порчу, болезни и прочие «неприятности».[534] В поклонении ему доминировали мольбы о милости, просьбы о непричинении зла.

Рудра понимался древними ариями как воплощение дикой природы, недоступной воздействию на неё людей, и поэтому — страшной и «враждебной». Её стихии обладали разрушительным качеством и свойством непредсказуемости. Всё это было переложено на «образ» бога в глубокой древности (что было простительно во II тысячелетии до н. э.) в преемственности Шивы Рудре, и к огромному стыду тянется в индуизме до сих пор. В то же время Шива, наследовав основные «злобные» и «мстительные» качества Рудры, назывался «Благосклонным» и рассматривался индусами как объект поклонения, которого можно «задобрить», после чего Шива не станет причинять зла. Поэтому Шива считается не только «насылающим болезни», но и целителем. Также как и вишнуизму, шиваизму свойственно возвышение своего главного бога в «ранг» творца. Это возвышение начинается уже в период брахманизма. В Шатапахта-брахмане Рудра (мифический предшественник Шивы) вместе с другими богами причисляется к кшатре (к правителям), а в Шветашватара-упанишаде его называют не только повелителем и всеобщим владыкой, но и творцом богов и создателем Золотого зародыша вселенной.

Образ и мифология Шивы в основных чертах формируется в Махабхарате. В ней отчётливо проявляется такая важная для индуистского бога функция, как борьба его с демонами-асурами (чего не было у ведийского Рудры). Но связь Шивы с силами «зла» всё время сохраняется. Вообще же многоликость и противоречивость — самые характерные черты «образа» Шивы. Как можно увидеть, индуизм «размыл» доставшуюся от древних «ариев» чёткую границу между «добрыми» и «злыми» богами — что зачастую придаёт «образу» такого бога как Шива шизофренические противоречия, которые со стороны может заметить даже не специалист по религиоведению. Зато на примере Шивы можно увидеть общие для Востока «качества» высшего божества: Шива и бог-создатель, он же разрушитель; он благ и милостив и в то же время может проявиться в образе Бхайравы («Ужасного»); он часто изображается в виде аскета или йога (он «Царь Йоги», «Йогараджа»),[535] но он же великий любовник, воплощение половой энергии. Более того, он ещё и Ардханари — наполовину мужчина, наполовину женщина. И к тому же великий танцор.

Шиваизм старше вишнуизма,[536] что свидетельствует о первичности мировоззрения крайнего дуализма в индуизме. Как культовая система шиваизм сложился уже во II–I вв. до н. э. Вообще тяготение к необычным, порой страшным и пошлым формам «богопочитания», к изощрённой культовой технике, тайным доктринам — стало неотъемлемой частью многих «сект» и направлений внутри шиваизма. Во II веке до н. э. появляются скульптурные изображения Шивы, завершается формирование его иконографии.

Иконографическое изображение Шивы и его пояснения наглядно свидетельствуют о крайне «животном» и извращённом (даже по отношению к зороастрийцам) представлении божественности у индусов, которое, к сожалению, осталось и до сих пор: налицо остановка в духовном и психическом развитии. Шива изображён синешеим с нечесаными длинными волосами, с ожерельем из черепов на шее, третьим лобным глазом, огонь которого (по преданию) испепелил бога любви Каму. В руках, число которых доходит до десяти — топор, трезубец, барабанчик, и антилопа (символ связи с животными). Сочетание лингама (мужского начала) и йони (женского начала) — типичная композиция в шиваитских храмах. Число каменных лингамов и йони может достигать многих сотен.

Правда, синяя шея Шивы — результат самопожертвования: он выпил яд, чтобы спасти мир. Не отсюда ли взята легенда о самопожертвовании Христа, который якобы «добровольно взошёл на голгофу, чтобы избавить людей от греха»?Как бы то ни было, но смыслы такого «самопожертвования» — идентичны. А индуизм хоро— тем, что благодаря своим культам многочисленных лингамов и йони и связанной с ними шизофренией богов — он однозначно оценивается всеми здравомыслящими людьми как «пережитки глубокой древности». А значит и доктрина «искупления самопожертвованием» — тоже «эхо» шизофренических заблуждений глубокой древности.

Не случайно выражение «посыпать голову пеплом»[537] (что близко к смыслу: «покаяться до самопожертвования перед чем-то высшим, либо перед людьми, ради искупления чего-то нехорошего, но при этом ничего не сделать для изменения жизни, оставаясь в состоянии возобновления «неприятностей», сопровождающихся бессмысленными стенаниями и переживаниями»)[538] — вошло в западную культуру после начала библейского периода. В процессе бессмысленных переживаний и даже самобичевания люди освобождаются отчасти негативной энергетики, которая накапливается вследствие ведения неправедного образа жизни и пребывания в нечеловечном типе психики (подпитывая ею эгрегоры — типа эгрегора Шивы), в результате чего их психика на короткое время получает «облегчение» и даже «помощь» от подпитываемого эгрегора, которые безвольные люди принимают за помощь Свыше. Затем всё повторяется снова.

Дело в том, что в шиваизме ритуал посыпания пеплом — один из главных. Характерной деталью шиваитского культа является белый пепел (бхасман, вибхути), который адепты шиваизма наносят на тело чаще всего в виде горизонтальных полос (на лоб, плечи, грудь). Аскеты и паломники покрывают им себя целиком, уподобляясь мифическому Шиве, тело которого покрыто пеплом с кремационных площадок. Пепел — символ гибели и разрушения, но он же есть знак жизни,[539] так как, согласно индийской мифологии, содержит в концентрированном виде энергию огня. Энергией наполнены и мантры — священные речевые формулы — произносимые шиваитами при обращении к Шиве.[540].

Течение индуизма — шиваизм — само по себе (как ветвь индуизма) внутренне-«философски» близко к «христианским» переживаниям. Шиваисты более чем вишнуисты посвящают свои религиозные ритуалы для подготовки к смерти (или к «будущей жизни», как принято говорить в «христианстве» — к «везению в смерти»).[541] Шива — бог разрушений и смерти, «надсмотрщик за соблюдением дхармы» (религиозных правил индуизма), его «задабривание» при жизни, как считается приводит к «благам» после смерти.

Среди многочисленных образов Шивы один из наиболее привлекательных для шиваистов — образ семьянина. Его жена, Парвати (Ума, Гаури) — дочь царя Гималаев. В развитии шиваизма она олицетворяет шакти — женскую ипостась «энергии бога». Эта ипостась стала объектом поклонения разновидности шиваизма — шактизма, который мы рассмотрим ниже. Дети Шивы — Ганеша (изображается с головой слона) и Сканда (юный предводитель войска богов). Обычно в семейном кругу присутствует ещё один персонаж — бык Ниндин, ездовое животное Шивы.[542].

Примерно с середины I тысячелетия н. э. шиваизм получает мощный импульс в виде движения бхакти. С VI по XII вв. в Тамилиаде плеяда шиваитских поэтов (наянаров) создало комплекс религиозной поэзии на тамильском языке, получивший признание в качестве шиваистских Вед. В гимнах нрьянов образ Шивы, сохраняя свои мифические и иконографические черты, значительно приближается к человеку, становясь родным и близким. Его начинают называть отцом и даже матерью. Индийский юг поэтому считался «землёй Шивы», но позиции шиваизма при этом сильны и в других регионах Индии, только в каждом из них шиваизм имеет свои культовые особенности.

Шактизм — (от санскритского шакти — сила, энергия), течение индуизма, (разновидность шиваизма), основанное на почитании женского начала. Женская энергия понимается в шактизме как ипостась энергии бога, как правило Шивы.[543] Возвышается культ Дэви — богини, проявляющей себя в различных обликах и под многочисленными именами: Друга, Кали, Бхагавати, Чамунда, Мариямма и др. Культ Дэви имеет неарийское происхождение и восходит к протоиндийскому культу богини-матери и к аборигенным культам древних племён. Вообще же обожествление женских начал свойственно неарийским корням индуизма.

Нечеловечным типам психики (основой которых, как мы знаем, является «животный» тип психики — который у некоторых людей «закрыт» культурными и «демоническими» программами, «соседствующими» в психике людей с чисто «животными» инстинктами, но обслуживающими в конечном итоге эти «животные» инстинкты) присуща жизненная несамодостаточность (выражающаяся в жизненной неуверенности, частом страхе и недостатке воли). Кроме этого, в обществе с доминированием «животного» типа психики и его разновидностей мужская половина как правило более пассивна, безвольна и подвержена разнообразным стрессам, вызванным жизненными обстоятельствами. Это объясняется тем, что мужчины издревле были заняты в профессиях, которые не оставляли им времени для длительных философских размышлений, в то время как женщины имели больше свободного времени для размышлений над жизнью. Следующей причиной превосходства волевых качеств женщин над мужчинами является объективно большая ответственности женщин за жизнь будущего поколения: женщина — мать и на её плечи ложится воспитание детей, в то время как отец может вовсе не думать об этом.

Это — некоторые социальные факторы управленческого и волевого превосходства женщин над мужчинами, но есть и объективный фактор. Мы уже знаем, что у девочек (девушек) первой объективно развивается такая компонента психики, как интуиция — в результате чего они лучше ощущают жизнь, чем мужчины, у которых объективно первым развивается интеллект (разум). Иначе говоря, женщина может знать правильное решение жизненной ситуации интуитивно, но не может объяснить «почему» так надо поступать. А мужчина, пока не поймёт «почему» он так должен поступить, не будет следовать предложенному ему решению.[544] Поскольку в обществе с «господством» нечеловечных типов строя психике (с доминированием «животных» инстинктов) как правило происходит остановка в развитии как мужчин, так и женщин на стадии юности: у мужчин интеллект так и не развивается до необходимых жизненных надобностей и интуицию они не обретают к моменту полового взросления; а женщины, «богатые» интуитивно так и не обретают необходимый уровень интеллекта, чтобы иметь возможность объяснять мужчинам необходимость того или иного решения, которое они ощущают интуитивно.

По вышеописанной причине в обществе с «господством» «животного» типа психики (каким было и остаётся индусское религиозное сообщество) женщины по управленческим возможностям превосходили и превосходят мужчин, поскольку одна компонента психики, с помощью которой можно узнать достаточно эффективное решение (интуиция) у них оказывается развита в достаточной мере (во всяком случае для ведения семейного и частного укладов жизни). У мужчин же ни одна из важнейших компонент психики нормально не развита в культуре «животных» инстинктов в добавок к весьма ограниченной воле.[545] Поэтому мужчины-недолюдки, видя на практике это превосходство женщин — тянутся к ним за информационным обеспечением, но при этом часто злятся на свою управленческую немощность, поскольку по физиологическим силовым качествам женщина уступает «сильному полу».

Таковы психологические истоки субкультуры почитания женского начала.[546] Но, по описанным только что причинам (превосходства физической силы мужчин над женщинами) два начала — мужское и женское — часто конфликтовали друг с другом, что естественно отразилось на религиозной культуре. Эту конфликтность можно наглядно увидеть в шактистской субкультуре индуизма. Но прежде чем её рассмотреть, обратимся к «образу» богини индуистского шактизма. Поскольку восточный дуализм — достояние религиозного мировоззрения всего Востока и в частности, всего индуизма, то в женской ипостаси шиваизма он не мог не найти своё отражение. Так у «светлого» Вишны была супруга Лакшми (богиня удачи и процветания). Но культ Лакшми не обрёл такого масштаба как культ супруги Шивы. У «тёмного» Шивы — тоже есть «тёмная» супруга. Но вот обожествление женского начала — более принято в среде «тёмных» богов.[547].

Как и положено в шиваизме (шактизм — матриархальная разновидность шиваизма), главная богиня шактизма принадлежит к «тёмным» силам: опять налицо восточный дуализм в индусском исполнении. Действительно, «образ» богини Дэви (и её различных воплощений) восходит к древней восточной индийской демонологии. Демоноборчество — одна из главных функций богини в индуизме.[548] Изначальный архаичный образ шактистской богини: чернокожая (что говорит о её индийском, а не «арийском» происхождении), с клыками и красным от крови языком и губами, с ожерельем из отрубленных голов и рук. Но противоречие изначально чисто демонической «тёмной» индийской богини (неудобно выдвигать на первый план культ совсем «тёмного» божества) было сглажено впоследствии: когда начал формироваться классический индуизм, нашли компромисс между «аборигенными» верованиями и ведийско-брахманической традиции, которая привлекла «на свою сторону» богиню — что объяснили необходимым союзом с ней её почитателей для борьбы с асурами.[549].

В VIII в. н. э. включение богини в индуистский пантеон закрепляется в Дэвимахатмья (Величание богини), первом санскритском тексте, описывающем её происхождение, историю, подвиги.[550] К этому времени богиня под именами Кали («Чёрная») и Друга («Удалённая») рассматривается как супруга Шивы. С этого момента формируется шактизм, выражающийся в предпочтении женской энергии как «высшему божественному принципу», развивается идея превосходства шакти (женского энергетического начала)[551] над энергией Шивы или любого другого бога, что приводит к возникновению образа Махадэви (Великой богини).

С этого момента «канонически» закреплено «господство» женского начала с подчинением мужчин воле женщин. В принципе это так на всём ведическом Востоке и выражено в его культуре (в алгоритмике эгрегоров — в том числе как «законы дхарм» и другие «канонизированные» законы жизни). Именно оттуда, с ведического Востока, его культуры, (как культуры, наиболее точно копирующей в этом смысле культуру предыдущей цивилизации, Атлантиды — как нам видится),[552] и пошла «мода» скрытого матриархата по всему миру. Этот проект распространился и на иудаизм и на «христианство» и на «ислам».[553] А суть культуры восточного матриархата и некоторая конфликтность между мужским и женским началами хорошо описана И.А.Ефремовым в книге «Лезвие бритвы» (это И.А.Ефремов писал про Индию на базе одной из многочисленных индийских легенд: выделения и сноски наши):

«Витаркананда остановился. Даярам затаив дыхание старался не упустить ни одного слова.[554] Ему казалось, что старый учёный простыми мазками с немыслимой прозорливостью пишет картину души его, Даярама.

— Ты рассказал о своём образе Парамрати, — продолжал профессор, — и мне стало ясно, что ты полностью в Майе.[555] Красота и ревность — они обе из древней души, отсюда, — гуру постучал по кувшину, издавшему глухой медный звук, — но красота способствует восхождению, а ревность — нисхождению.

Каждая черта и каждая линия твоего идеала оказывается очерченной заранее, имеет строгое назначение и безошибочно угадывается древним инстинктом — яунвритти. В давние времена сила Рати и Камы, или, по-европейски, Астарты и Эроса, была гораздо больше.[556] Есть закон, ныне забытый: чем сильнее страсть родителей, тем красивее и здоровее дети. У кого из сочетающихся страсть сильнее, того пола и будет ребёнок.

Поэтому древний идеал женщины также включает ещё силу физической любви, совпадая с идеалом материнства и идеалом жизненной выносливости, подвижности и силы. Три разных назначения гармонически слились, соразмерились и уравновесились в облике прекрасной подруги — мечте, идеале, основе для оценок. Вот почему удивляют, а часто и возмущают пришельцев Запада наши идеалы веселой и здоровой чувственности, выраженные в изваяниях и фресках древних храмов.

Только на— народ мог создать чудесную легенду, записанную в Брахмавайварта-пуране вишнуистов. Кришна рассказывает своей Радхе о том, как апсара Мохини влюбилась в Брахму. У вечно юной Мохини было все, чем прекрасна женщина: широкие бедра, высокая грудь, круглый крепкий зад, стройная шея и громадные глаза, а волосы её, черные как ночь окутывали её густым покрывалом. Тончайшее золотистое сари не скрывало ни одного из её достоинств, а один взгляд мог приковать к её прекрасному лицу всех обитателей трёх миров. И Мохини загорелась неистовой страстью к Брахме, но он не заметил её, погружённый в раздумье, и прошёл мимо. Мохини была в отчаянии, перестала есть, забыла всех любовников, только и думала о Брахме. Подруга её, тоже прекраснейшая из апсар, Рамбха, посоветовала упросить бога любви и страсти Каму помочь Мохини. Кама привел её на небо Брахмы, и она очаровала его. Однако он быстро охладел и удалил от себя апсару, пытаясь её уговорить отказаться от любви. Мохини молила его не отвергать её, но Брахма сказал, что углублен в созерцание глубин мира и Мохини его не интересует. Тогда апсара разгневалась и прокляла Брахму за то, что он высмеял её, когда она искала у него прибежища любви. Мохиня возвестила Брахме, что его теперь не будут почитать, как других богов.[557] И действительно, высший бог Тримурти не пользуется в Индии до сей поры таким почитанием, как многие, даже низшие в пантеоне божества.

Брахма, под впечатлением проклятия апсары, пришёл к Вишну, и тот сильно порицал его. Он указал Брахме, что, зная Веду, ему должно быть известно, что он совершил преступление, худшее, чем убийца. Женщины есть пальцы природы и драгоценности мира. Мир Брахмы должен быть миром радости, а он зачем-то укротил свою страсть.[558] Если женщина воспылает любовью к мужчине и придёт к нему, мечтая отдаться, то он, даже не испытавший к ней прежде страсти, не должен отвергать её. Иначе он навлечёт на себя несчастья в этом мире, а после смерти подвергнется карам испорченной Кармы во многих будущих жизнях.[559] Мужчину не осквернит связь с женщиной, добровольно ищущей его любви, даже если она замужем или лёгкого поведения. И Вишну приказал Брахме долго каяться в окружении грешников и подверг его многим испытаниям. Эта легенда, должно быть, создана теми, кто покрывал изваяниями любви и красоты наши древние храмы, и также не понята людьми Запада».[560].

Так в лице мифического Брахмы индийская цивилизация когда-то мистически отказалась от дальнейшего поиска пути Божиего водительства с перспективой выхода в Человечность. Ведь Брахма, какой ни на есть, но верховный бог-творец, и ничего лучшего, как такого мифического отображения идеи монотеизма — Творца и Вседержителя — в культуру индуизма в последней не придумано до нашего времени. Индусы отказались в «пользу» близких к их мировоззрению и миропониманию «животных» культов (выраженных возвышениями Вишну и Шивы над «забытым» Брахмой), пережитков архаичной индийской культуры, основанных на превосходстве женского начала, что продолжает культивироваться в Индии до сих пор.

Но всё же конфликтность между мужской и женской волей не чужда и индусам.[561] Она нашла своё выражение и в шактизме. В шактизме Махадэви понимается как мать мира, сущность бытия, единственная причина создания Вселенной (в пику Брахме), создательница Брахмы, Вишну, Шивы,[562] которые выполняют свои обязанности по её воле. По сути дела в шактизме Махадэви рассматривается как аналог высшей реальности индуизма — Брахмы.

Однако такой явно матриархальный подход к космогонии для всего индуизма не характерен. Он распространён в шактизме. В общем же индусы следуют принципу плодотворности обоих начал (и мужского и женского), даже в шиваизме — что находит своё выражение в образе Шивы, которого иногда изображают с одной мужской половиной, а другой женской. На более абстрактном уровне эта идея мужского-женского баланса воплощена в парном схематическом изображении лингама-йони. Но в реальности и в духе индуизма женская воля всё же — главная.

В шактизме богиня, олицетворяющая шакти, взаимодейсвтует с Шивой. Их отношения далеки от полного взаимопонимания и гармонии — о чём свидетельствуют многочисленные мифические истории, в которых много места ссорам и соперничеству с переменным для главных героев успехом. Победа далеко не всегда остаётся за сильным мужским началом, символически представленным образом Шивы.

В этом отношении символизм доминирования женской победы в управленческих спорах крайне выражен в иконографическом образе индусской Кали, стоящей или танцующей на теле Шивы, который неподвижно лежит на земле.[563] Этот образ трактуется тем, что Шива без шакти пассивен, лишён творческого начала, но и шакти нуждается в Шиве, так как он даёт её опору.

В действительности же пассивность мужчин объясняется отсутствием воли, неразвитостью интуиции и интеллекта по причине невозможности своевременного выхода в Человечность в условиях «животной» культурной и соответствующей духовной среды. Однако, в культуре индуизма волевым качествам мужчин предпочитается приоритет женского начала (как мы усвоили из легенды, которую привёл И.А. Ефремов).

Получается замкнутый порочный круг: культура призывает к послушанию женщинам, но в этом случае половые инстинкты будут всю жизнь мешать обретению мужчинами волевых качеств, что приводит к остановке их развития на «животном» типе психике — обеспечивающем доминирование женской воли. Но опору на «настоящего мужчину» (не лежачего неподвижно — подобно пьяному в «хлам») хочет иметь каждая женщина, при этом не задумываясь, что мужчинам надо помогать обретать волю и интуицию, а не давить их своей волей и не поражать своей интуицией, унижая мужские качества.[564].

Именно поэтому в некоторых трактовках иконографического образа Кали можно найти другое объяснение: неистовая богиня умерщвляет своего супруга — после чего остаётся в одиночестве.[565] Но это равносильно самоубийству, по пути которого пока идёт и Запад и Восток.

Письменные источники.

«Священный текст» для индийца — часть индуистского вероисповедания. Любое произведение на санскрите или на любом из новоиндийских языков, связанное с религией и верой, считается «священным» и входит в индуистскую традицию.

В рукописи индуист видит материализованное священное слово. Рукописи часто лежат в алтарях вместе с изображениями божеств. Им поклоняются, подносят цветы и читают молитвы. Они для индуса — «домашние боги», и не каждый хозяин дома покажет их чужаку.

Индуизм имеет два источника, которые традиционно классифицируются по «происхождению»:

· Первый источник называется шрути — «услышанное». Авторами книг-шрути индуисты считают богов. Мифически считается, что книги-шрути никто из людей не создавал. Они возникли сами собой вместе с возникновением богов. Книги-шрути возникли не как книги, а как знания, которые находились в головах богов. Боги чудесным образом передали эти знания риши (мудрецам). А риши записали эти знания в виде книг. В данном случае риши выступили в роли писцов. К книгам-шрути относят Веды и Брахманы, а также в некоторых случаях к ним относят и Пураны, Араньяки.

· Второй источник называется смрити — «запоминаемое». Авторами книг-смрити мифически считаются люди. Их написали риши. Они, согласно индуистскому преданию, каким-то чудесным образом узнали о жизни богов и описали эту жизнь в особых книгах. В данном случае риши выступили в роли писателей. Все остальные книги, кроме Вед и Брахманов — относят к смирити.

По содержанию книг их можно разделить на семь групп:

· Первая группа — Веды («Знание») Это 4 книги-тома: Ригведа (Веда Гимнов); Самаведа (Веда Песнопений); Яджурведа (Веда ритуальных заклинаний); Атхарведа (Веда Волхований). По мнению историков, Веды формировались (сначала в устной форме, затем в письменной) в конце II-го — в начале I-го тысячелетия до н. э. Основным содержанием Вед являются тексты религиозных песен, тексты заклинаний и описания религиозных обрядов. По своей форме Веды представляют собой сборники гимнов в честь многочисленных богов, которые выполняют те или иные функции.

Ригведа (основа ведической литературы) содержит гимны, исполняемые «жрецом» (хотар), который возглавлял церемонии жертвоприношения и моления богам. Остальные сборники изначально являются учебниками по отправлению культа для помощников хотара, наделенных различными функциями: удгатар — знаток гимнов, содержание которых записано в Самаведе; адхварью — распорядитель церемоний, специализирующийся на знании ритуальных формул, собранных в Яджурведе; и, наконец, брахман, наблюдающий за действиями трех указанных «жрецов» и втихомолку повторяющий стихи из Атхарваведы.[566] Четыре ведических «жреца» в сопровождении помощников обязаны скрупулезно и безошибочно исполнять обряд, начинающийся с церемонии возжигания трех огней на алтаре, символизирующем космос, и завершающийся жертвоприношением (яджна). Во время агнихотры (жертвоприношения огню), адхварью вместе с просителем приносят богу огня Агни в дар молоко. Это самая простая процедура жертвоприношения из целого ряда подношений, растительных и животных, среди которых жертвенное возлияние пьянящего сока растения сома является одним из самых важных ритуалов. Наряду с ритуалами, исполнение которых требует специальных «жрецов», глава семьи на домашнем алтаре самостоятельно совершает различные жертвоприношения: сезонные, ежемесячные, во исполнение обета, искупительные и умилостивительные. Специальную категорию составляют обряды, называемые санскары, «сакрализации», сопровождающие рождение, ученичество (упанаяна, когда юношу приводят к его гуру — брахману), бракосочетание и смерть.

Не менее, чем ведическая мифология, сложны космогонические мифыРигведы, и прежде всего из-за имеющихся в них противоречий, возникших по причине различных теорий, выработанных создателями гимнов на протяжении многих веков. Наряду с теорией сотворения путем принесения в жертву первочеловека — Пуруши (Пурушасукта), имеются другие, более абстрактные гипотезы о происхождении мира, некоторые из которых мы рассматривали выше.

· Вторая группа — Брахманы. Слово «брахманы» имеет два значения: высшая варна (сословие) в древнеиндийском обществе и объяснение Брахмана — часть ведийского канона шрути (услышанное), объяснение ритуалов, составленное ведическими жрецами в 1000-800 гг. до н. э. Брахманы излагают космогонию Пурушасукты в биологических терминах.Праджапати, эквивалент первочеловека Пуруши из брахманов (Шатапатха брахмана), творит из очищающей силы (тапас) и эманации (вишри).

Каждое новое жертвоприношение отождествляется с первотворением и обеспечивает продолжение существования мира посредством повторения акта его сотворения. Совершаемое брахманами жертвоприношение многофункционально: оно имеет космогоническое и эсхатологическое значения, а также приводит в движение процесс воссоздания (сандха, санскри) Праджапати, которого совершающий жертвоприношение жрец содержит в себе и олицетворяет с самим собой, обретая таким образом некое универсальное «Я» (атман).

Мы уже подчёркивали, что в мировоззрении индусов якобы объективная жертвенность человечества («Вселенной») предопределена его созданием, а поэтому трагическая катастрофа тоже якобы предопределена. Выход в Человечность в такого рода мировоззренческой «круговерти» закрыт самой религиозной системой индусов. Миф о «процессе воссоздания» после окончания очередного цикла «творения — гибели» поддерживается с вершины религиозной иерархии брахманами, что создаёт в обществе (а не в Объективной реальности) порочный обоюдно замкнутый цикл: «религиозная (сознательная и бессознательная) уверенность людей в неизбежной гибели цивилизации — сословная социальная организация, соответствующая объективной эсхатологичности мира вследствие своей неправедности». И получается, что брахманы как бы «правы», толкуя космогонию мира, как его обязательную эсхатологическую жертвенность: ведь Бог не поддерживает жизнь неправедных цивилизаций (которые потенциально безнадёжны выйти в Человечность). И никто не может растолковать индусам, что саму неправедность придумали, обосновали и поддерживают брахманы при молчаливом согласии всего остального населения (на базе Вед и их толкований — Брахманов), которое согласно с сословно-кастовым делением общества, за незыблемостью которого следят всё те же брахманы. Короче говоря, брахманы ведут индусов на неизбежный жертвенный убой[567] (не случайно ритуалы индуизма основаны на многочисленных жертвоприношениях),[568] будучи уверены сами в «объективности» сословно-кастового строя и эсхатологии мира[569] и поддерживая в индусской толпе такую же уверенность. Когда же в Предопределённой Свыше Мире развития цивилизации подходит к концу объективный временной период её выхода в Человечность[570] (главная цель ответственного этапа развития любой цивилизации, выставленная Свыше, не достигая которую цивилизация неизбежно самоуничтожается) — цивилизация обрушивает на себя Предопределённые в Божией Мире механизмы её самоуничтожения, поскольку такая цивилизация так и не познала Божий Промысел, отгородившись от последнего неправедной и опасной религиозной системой и её многочисленными «священными» книгами.

Для убедительности приведём фрагмент «Гимна Пуруше»,[571] который наглядно демонстрирует порочный эсхатологический, повторяющийся из века в век цикл замкнутости социальной организации на религиозную и наоборот (сноски наши):

6. Когда боги предприняли жертвопринесение С Пурушей в качестве жертвы, Весна была его жертвенным маслом,[572] Лето — дровами,[573] осень — жертвой.[574] 8. Из этой жертвы, полностью принесённой, Было собрано расплавленное жертвенное масло. Из него он сделал животных, живущих в воздухе, В лесу в деревне. 9 Из этой жертвы, полностью принесённой, Гимны и напевы родились; Мантры родились из неё, Ритуальная формула из неё родилась.[575] <…> 11 Когда Пурушу расчленили, На сколько частей разделили его?[576] Что его рот, что руки, Что бёдра, что ноги называется?[577] 12 Его рот стал брахманом, Его руки сделались раджанья, Его бёдра (стали) вайшья, Из ног родился шудра.[578]

Эта главная индусская по духу легенда Ригведы имеет своё развитие в Законах Ману. Но прежде чем продолжить цитирование сделаем вывод. В только что приведённых сносках мы изложили историко-мифическую версию происхождения жертвенной мировоззречнеской основы мироздания индусов. Но главное — не историко-мифическая основа, а психологическая.

Психологическая основа, на которой до сих пор держатся все религиозные системы — как Востока, так и Запада- доминирование в обществе нечеловечных типов психики, алгоритмика которой базируется на общей для всех нечеловечных типов «животно-звериной» психической основе. Мы уже знаем, что пресловутый восточный дуализм (порождение ведического Востока: во всяком случае на ведическом Востоке он выражен давно и наиболее полно) — сам по себе следствие «животного» понимания Жизни. И наоборот, те люди, которые следуют мировоззрению восточного дуализма(во всех его религиозных разновидностях) — пребывают в нечеловечных типах строя психики: это — один из основных критериев.[579].

Для всех неЧеловечных типов строя психики свойственен (бессознательный) страх перед Жизнью (который наглядно можно рассмотреть, изучая психологические истоки восточного дуализма)[580] — жизненные неудачи и «катастрофы» недолюдки сами себе объясняют посторонним «злым» воздействием мафий и корпораций, богов[581] других людей…[582] (а не своими психическими проблемами). Другие же недолюдки — «священнослужители» (либо руководители нерелигиозных кланов) — употребляют эту психическую слабость своей паствы в корпоративных целях, тоже трусливо боясь смотреть Жизни «в глаза». Поэтому психике недолюдков свойственен алгоритм постоянной борьбы «со злом» в ходе которого изначально посторонняя (не своя собственная)[583] жертвенность неизбежна: в психологии борьбы место жертве находится всегда.

Так что жертвенное мировоззрение есть скрытое желание объективно трусливо переложить ответственность за свои мысли и поступки на кого-то другого (породив при этом обязательнуюжертву)[584] — было и остаётся «естественным» приложением психической незрелости людей с глубокой древности. При этом люди отводят сами от себя обязанность внимательно относиться к своим собственным психическими проблемам — поскольку перекладывание причин возникновения своих «неприятностей» на кого-либо другого это уклонение от вразумляющего воздействия Языка Жизни.

Издревле приписывание своих «неприятностей» богам и духам[585] (мафиям и корпорациям, врагам и т. п.) возвышало людей в их же собственных глазах (и в глазах толпы): ведь дух считался сильнее любого человека. Но одновременно с этим люди «расписывались» в своей же слабости мировоззренчески одолеть злые эгрегоры-духи, которых они же сами породили и/или поддерживают своей психикой. Но главное, что в условиях доминирования жертвенного мировоззрения все недолюдки, следующие ему по жизни — сами становятся жертвами своего недоразвития и гибнут[586] в тот момент, когда наступает объективное время перехода в Человечность.[587] Если же иерархов, культивирующих такое жертвенное мировоззрение никто не «одёрнет» — то они способны повести за собой всю цивилизацию.

Индуизм хоро— своей практической наглядностью, накрепко завязанной на религиозные первоисточники. Наглядным примером внутрииндусского расизма является сословно-кастовая социальная организация. А наглядным примером «освящающего» расизм (по сути внутрииндусский фашизм,[588] который индусы придумали для себя и предлагают всем) религиозного писания является отрывок из Законов Ману, Глава 1 (сноски и выделения наши):[589].

87. А для сохранения всей этой вселенной он, пресветлый,[590] для рождённых от уст и рук, бёдер и ступней установил особые занятия.

88. Обучение, изучение [Веды], жертвопринесение для себя[591] и жертвопринесение для других,[592] раздачу и получение [милостыни][593] он установил для брахманов.

89. Охрану подданных, раздачу [милостыни], жертвопринесение, изучение [Веды] и неприверженность к мирским утехам он указал для кштария.[594].

90. Пастьбу скота и также раздачу [милостыни], жертвопринесение изучение [Веды], торговлю, ростовщичество и земледелие — для вайшия.

91. Но только одно занятие Владыка указал для шудры — служение этим варнам со смирением.[595].

92. Выше пупа человек считается более чистым,[596] именно поэтому наиболее чистыми объявлены Самосущим его уста.[597].

93. Вследствие происхождения от наилучшей части тела [Брахмы], вследствие первородства, знания Веды, брахман по праву господин всего этого творения;[598].

94. ибо Самосущий, совершив аскетические подвиги, создал сначала из своих уст его для приношения жертв богам и предкам, для сохранения всего этого.[599].

96. Из живых существ наилучшими считаются одушевлённые, между одушевлёнными — разумные, между разумными — люди, между людьми — брахманы.[600].

Личностная естественная жизненная «нагрузка» Свыше, о которой мы начали говорить в Заключении к предыдущей главе Пятой книги («Религиозная система древнего Ирана») в индуизме подменяется — выдуманной брахманами. Мало того, брахманы удерживают всё общество в рамках неких стандартных, но моногопланово стратифицированных сословно-кастовых искусственных жизненных «нагрузок», вырваться из которых в текущей жизни невозможно.

Это обуславливает самое ощутимое (по сравнению с другими религиозными системами) неравенство в смысле невозможности освобождения от социального неравноправия, устойчиво существующего, вследствие разного доступа к информации (которая должна являться достоянием всей цивилизации) — у разных сословий. Такое неравенство обеспечивает социальное неравноправие в обретении свободы выполнения естественной «нагрузки» Свыше (которая заменяется дхармой и прочими законами, стратифицированными для каждого сословия и касты). Последнее — суть объективно несвободного развития человека, поддерживаемого религиозной системой.

Поскольку объективная жизненная «нагрузка» Свыше даётся в судьбе по потенциальной нравственности с учётом особенностей психики вновь рождённого человека, которая формируется как духовное наследие, полученное от родителей, так и в культурной среде, в которой растёт и воспитывается человек — устойчивая сословно-кастовая система является «тюрьмой-изолятором», который не позволяет вырваться из сословной круговерти поколений «похожих» судеб и «нагрузок» для представителей одинаковых сословий и каст.[601].

В условиях генетического и духовно-культурного единообразия психического развития в узких сословно-кастовых коридорах искусственной «судьбы» и соответствующих им жизненных искусственных «нагрузок» (теория кармы) людям каждого сословия (и религиозных имитаторов «нагрузок») — объективные «нагрузки» Свыше тоже существуют, они направлены на преображение общества, но они не обновляются веками, поскольку общество их игнорирует, заменяя религиозными имитаторами (теория и практика кармы). Кроме того, в каждом сословии издревле научились бороться с этими объективными «нагрузками» методом религиозных запретов и предписаний, которые изолируют представителей каждой касты персонально от Языка Жизни.

Именно поэтому до сих пор главная объективная общая совокупная «нагрузка» и главная вина в непреодолимости взаимообусловленной порочной многовековой круговерти («сансары») индусской цивилизации — лежит на самом образованном и свободном от сословных барьеров (мешающих одинаковому для всех доступу к культурной информации) сословие брахманов.[602] У остальных сословий объективная «нагрузка» пока менее судьбоносна: правда кштарии и вайши, согласно Законам Ману, тоже допущены к изучению Вед и значит могли бы выявить их несоответствие Языку Жизни за несколько тысячелетий. Но всё может измениться (либо уже изменилось?), если освобождение от расизма и рабства «сверху» изнутри индусской иерархии окажется потенциально безнадёжным.[603].

· Следующая третья группа — Араньяки («Лесные книги»). Несколько десятков книг-томов шрути. Содержание: правила поведения для отшельников, рассуждения о сущности обрядности. Время написания: после Вед, но точная хронология не установлена.

· Четвертая группа — Упанишады («Тайное учение», санскрит — сокровенное знание). Название объясняется тем, что в прошлом учение, заключённое в этих книгах, передавалось только брахманам и их ученикам. Заключительная часть Вед, их окончание («ведаанта»); основа всех ортодоксальных (принимающих авторитет вед) религиозно-философских систем Индии. Из свыше 200 упанишад 13 считаются главными. Время создания 7–3 вв. до н. э. — 14–15 вв. н. э. Разнообразное содержание упанишады подчинено практическим целям «достижения духовного освобождения». В центре упанишады — учение о тождестве брахмана и атмана.[604].

Существует тринадцать упанишад, определяемых как шрути, среди которых самые ранние — Брихадараньяка (упанишад Черного Леса) и Чхандогья — были составлены в 700–500 гг. до н. э. В упанишадах внешний ритуал ведического жертвоприношения полностью обесценен, так как он считается действием (кармой), а каждое действие, даже ритуальное (согласно упанишадам), приносит свои «плоды отрицательного порядка», ибо оно «не позволяет человеческому существу вырваться из метемпсихического цикла[605] — сансары». Как и в платонизме, метемпсихоз расценивается как процесс сугубо отрицательный. Он считается «порождением неведения (авидья), творцом космических структур и изменчивости бытия». Противоположностью неведению считается познание (джняна), которое «делает свободным и распутывает запутанный клубок нашей жизни». Считается, что люди «имеют дело с ситуацией, в которой на отсутствие критериев познания возлагается ответственность за обманчивость творения, а изобилие познания уничтожает обман, разрушая творение». Речь идёт об отрицающих космос учениях, стремящихся отыскать подлинную суть человека «в бездонных глубинах уши, вдали от скверны материального мира».

· Пятая группа — Пураны («Древние предания»). Это несколько десятков книг-смрити. Наиболее древние пураны первоначально существовали в устной форме. Письменное оформление их началось во II–I вв. до н. э. и закончилось в XI–XII вв.н. э. По содержанию это мифические рассказы о богах.

· Шестая группа — это одна книга-произведение: поэма под названием Махабхарата («Великие бхараты»; бхараты — это название народности в Индии). В поэме около 100 тысяч двустиший, по своему объему она в восемь раз длиннее греческих Илиады и Одиссеи вместе взятых. Махабхарата делится на 18 частей, которые тоже называют «книгами». В поэме рассказывается о жестокой борьбе между пятью братьями из рода Пандавов и сотней их родичей из рода Кауравов за королевство бхаратов. Кришна, аватара бога Вишну, становится на сторону Пандавов и наставляет одного из них, Арджуну, в философии; текст этого наставления, именуемый «Божественной песней» (Бхагавадгита), представляет собой поэму, созданную во II в. н. э. и вписанную в структуру Махабхараты (VI 25–42); по мнению многих приверженцев индуизма, Бхагавадгита является одним из самых значительных религиозных текстов всего человечества. Арджуна, этот индийский Гамлет, не хочет вступать в бой со своими родичами. Чтобы переубедить его, Кришна разъясняет ему три направления йоги: путь действия (карма-йога), метод познания (джняна-йога) и путь любви к богу (бхакти-йога). Путь карма-йоги, то есть практического действия, отказ от одиночества и отшельнической жизни (санньяса), произвел огромное впечатление на Запад, привыкший к выставляемому напоказ аскетизму протестантов, особенно кальвинистов.

· Седьмая группа — это опять одна книга-произведение и опять поэма. Её называют Рамаяна («Сказание о Раме»). Рамаяна состоит из 24-х тысяч двустиший, делится на семь частей, которые обычно печатаются в одном томе. Рамаяна — подвиги Рамы Вальмики (имя мудреца — легендарного автора Рамаяны) восходит, скорей всего, к тому времени, когда Раму еще не считали воплощением (аватара) Вишну. Невозможно точно определить, в какой последовательности создавались дошедшие до нас варианты текста. Самая старая рукопись датируется всего лишь 1020 г. н. э. В поэме рассказывается о бесчисленных приключениях, которые пережил Рама, пока с помощью бога-обезьяны Ханумана освобождал свою жену Ситу, похищенную демоном Раваном, который унес ее в свое царство на остров Ланка.

В общем, в индусской массе «священных писаний» есть много общего с древнегреческой мифологией и даже «философией» платонизма — со всеми вытекающими из этого выводами, которые мы сделали во Второй книге курса, когда разбирали древнегреческую мифологию и «философию». Схожесть мифических богов и героев с богами и аватарами индуизма налицо. Но помимо этого есть схожесть между «философией» древнегреческого и индусского расизмов, с той лишь разницей, что древнегреческий платоновско-аристотельский расизм был «демократичнее» индусского, поскольку переход из одного сословия в другое всё же был возможен, в чём имущественное «богатство» играло не последнюю роль. В индуизме же переход из сословия в сословие закрыт религиозно-социальными барьерами.

Мало того, в платонизме взгляд на космогонию в некоторых аспектах схож с индуистским: «существует космическая предопределённость времени жизни цивилизаций, а в промежутке между мировыми катаклизмами можно разумно-демонически творить любую политику в отношении людей — лишь бы соблюдалась мировая «гармония» — гармония с космическим «разумом», который можно изучить с помощью астрономии и математики».

Если сравнить сословное деление в индуизме и по Платону, то получится совсем много похожего. Напомним суть платоновского расизма:

Развивая многие представления своего учителя Платона, Аристотель «приземляет» душу, связывая её с определёнными частями тела.[606] Он считает, что душа состоит из трёх частей: разумной, эмоциональной и растительной.

· Разумная часть души пребывает в голове (греки ещё не знали функций головного мозга; аргументация Аристотеля следующая — самой совершенной части души должна соответствовать самая совершенная форма, голова же — круглая). Люди с преобладанием разумной души мудры и дальновидны.[607].

· Эмоциональная душа находится в сердце. Люди с доминированием эмоциональной — мужественны и выносливы.[608].

· Растительная душа — ниже диафрагмы. Люди с преимущественно растительной душой — трудолюбивы и покорны.[609].

Когда мы рассматривали античную «философию», то сделали вывод, который очень даже походит к индусскому расизму:

Платон делил «души» на следующие страты (категории) не по «типам душ»,[610] а по типам строя психики, предопределяя каждому типу строя психики своё место в социальной иерархии:

· «Разумная душа» — «демонический» тип строя психики. Доминирование таких компонент в психике как собственное ограниченное возможностями интеллекта разумение и эгрегориально обусловленная «интуиция» (способность получать информацию из коллективного бессознательного и ограниченно управлять последним). Это — каста «жрецов»-знахарей («философов» и «учёных» под контролем знахарей).[611].

· «Эмоциональная душа» — тип психики «зомби». Доминирование таких компонент в психике как традиции культуры, стоящие над инстинктами и собственное ограниченное разумение, в рамках этих традиций и ограничений. Это — каста царей и вообще «элит».[612].

· «Растительная душа» — «животный» тип психики. Доминирование «растительных» и животных врождённых инстинктов и рефлексов, а также некоторых примитивных условных рефлексов и «низших» (предназначенных для толпы) традиций культуры.[613].

Как видите, места человечному типу строя психики, когда основным является Водительство Божьим промыслом, на основе инстинктов рефлексов, традиций культуры, за исключением наваждений и одержимости, как прямых вторжений извне в чужую психику, вопреки желанию её носителя — вообще не предусмотрено в «высшей» духовной иерархии «философов» Древней Греции.[614].

Идеальным было бы такое государство, утверждал Платон, в котором бы граждане с разумной душой (он называет их философами) управляли; люди с эмоциональней душой — были стражниками (воинами); а обладатели растительной души были бы ремесленниками и крестьянами, то есть производили материальные блага.

Такое «идеальное» (с точки зрения Платона) государство с устойчиво воспроизводящимся внутренним расизмом существовало во времена Платона и Аристотеля и существует до сих пор: это — Индия.

Ритуальная практика.

Изучая ритуальную практику индуизма всё больше убеждаешься, что в «авраамические» религиозные системы Запада многое попало не только с древнеиранского Востока, но и из индуистского Востока. Рассмотрим эти «удивительные» совпадения.

Для начала, забегая немного вперёд (в «философию» индуизма), воспроизведём основное значение понятия «дхарма» — поскольку почти вся ритуальная сторона индуизма выстроена на принципах соблюдении дхармы. Как мы уже говорили дхарма в индуизме это — «божественный порядок», который считается «универсальным порядком вещей во Вселенной». Вследствие якобы объективно обусловленного соблюдения этого порядка (дхармы) — каждый из людей рождается в определённой социальной прослойке и принадлежит к конкретной религиозной системе.[615] Поэтому (учит индуизм) каждый должен вести себя соответствующим стартовым условиям его рождения образом — соблюдать «освящённые традицией религиозные обычаи, предписания, обряды».

· Морально-этический компонент дхармыбазируется на пяти ключевых общеиндусских «добродетелях»: непричинение вреда всему живому, правдивость, нестяжание, удержание от негативных чувств, непрелюбодеяние.

В одной из сносок этой главы мы сказали, что в индуизме отсутствует понятие Сатаны или Дьявола, как воплощения абсолютного «зла». И бесы и демоны индуистского пантеона страшны на вид, ведут преступный образ жизни, преисполнены «злых» мыслей, но никогда не выступают в качестве абсолютной противоположности «добрым» божествам. Поэтому индуизм — абстрактнее зороастризма; а индусы — терпимее (поскольку в индуизме нет понятия абсолютных врагов) и на вид «добрее» принципиально борющихся с воплощением «зла» зороастрийцев.

Абстрактная религиозная «доброта», терпимость и даже безволие (объединённое с многочисленными религиозными предписаниями, в которых можно запутаться) индусов, как качество, проявившее себя на практике с позитивной для «мировой закулисы» (которая, конечно же наблюдала за развитием индуизма) позиции[616] — скорее всего были взяты на заметку при составлении морально-этической составляющей библейской концепции.[617] Так, например, один из основных принципов, вошедший в «христианство» от имени Иисуса Христа звучит следующим образом:

Лука 6.

27 Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас,

28 благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас.

29 Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку.[618].

В индуизме примерно то же самое: провозглашается верховенство многогранного принципа «если тебя оскорбили — не обижай других» — со всеми вытекающими из этого недеятельного, нетворческого, омертвлённого «канонами» отношения ко «злу» последствиями покорного поведения в любых обстоятельствах, которое прикрыто особой индусской восточной «мудростью» и утверждено законами дхармы. Также, как и в «христианстве», моральная стимуляция такого внешне «мудрого» «равнодушия» к жизненным обстоятельствам (по сути к Языку Жизни)[619] состоит в доктрине посмертного воздаяния, которая в индуизме представляет собой целый обширный и стратифицированный для каждого сословия (по возможностям) религиозный перечень возможных перерождений души (сансары) — в то время как в «христианстве» посмертное воздаяние упрощено до двух разновидностей — рая и ада. Но и в «христианстве» и в индуизме стимуляция посмертного воздаяния уравнивает всех людей перед высшим «судом»:[620] это объединяет индуизм и «христианство». В то же время индуистам предписывается огромный перечень «канонизированных» социальных обязанностей (дхарм, завязанных на религиозные устои), который разделяет людей разных сословий по пожизненному выполнению компонентов дхармы.

· Социально-сословный компонент дхармы состоит в строгом соблюдении «канонических» ограничений, связанных с принадлежностью индуса к той или иной касте. Данные ограничения касаются главным образом трёх сфер:

— Брака: члены сословий и некоторых каст не должны вступать в брак вне своего сословия (касты).

— Питания и общения: нельзя питаться и общаться (в общении свой ряд ограничений) с членами других сословий (каст).

— Рода занятий: занятия и трудовая деятельность чётко определена для каждого сословия и касты.

Ясно, что при таких сословных барьерах обмен информацией на уровне эгрегоров и субкультур одного сословия (касты) с другим — весьма затруднён и даже невозможен:[621] поэтому морально-этическая байка, придуманная для доверчивых индусов[622] о возможности посмертного переселения душ, которому якобы не преграда сословные барьеры — лишь красивая религиозная стимуляция, обеспечивающая устойчивость рабовладения с применением всех возможных механизмов (от генетики и духовности до грубого культурного обоснования неравенства).

· Ритуальный компонент дхармы в древнее ведическое время сводился к примитивным кровавым жертвоприношениям. Мы уже много говорили о роли жертвоприношений в космогонии, мифологии и религиозной жизни индусов. Постепенно со временем перехода к классическому индуизму ритуальный компонент индусской дхармы стал усложняться и в классическом индуизме он состоит из следующих основных обязанностей:

— Регулярное осуществление бескровных домашних жертвоприношений — пудж.[623].

Ежедневные пуджи состоят в принесении пяти видов жертв: богам — жертву в огонь; духам — еду и питьё; предкам — пищу; людям — гостеприимство; Брахме — чтение и изучение Вед (Законы Ману III, 70; Ашвалаяна-грихьясутра III, 1).

— Проведение обрядов жизненного цикла и поминания предков.

— Посещение храмов, проведение паломничества и исполнение обетов.

Домашнее «богослужение» (по сути — эгрегориальная магия разного рода) проводится несколько раз в день на домашнем алтаре.[624] Это как правило стол, полка, этажерка или ниша с фигурками или изображением богов[625] и других «священных» предметов, которые их олицетворяют (на Шиву указывает лингам, на богиню Лакшу — металлическая миска и тому подобное йони).[626] На алтаре можно также часто встретить портреты двух-трёх уважаемых в доме «святых», фотографии духовного учителя семьи (гуру) и наиболее почтенных её членов. Около алтаря стоит посуда со «святой водой» (водой из «священной» реки) и расстелены ковры для участников обряда.[627].

По указаниям «жреца», гуру или женщины, которая руководит обрядом, во время домашнего «богослужения» надлежит делать разнообразные движения: лить в огонь топлёное масло, класть к фигуркам божеств то и ли иное приношение, обкуривать помещение ароматическими веществами. Нужно также делать жесты, которыми символизируется каждый отдельный бог. Все ритуальные действия на протяжении пуджи сопровождаются чтением молитв.[628] Большая часть общения индусов с богами состоит из мантр — кратких молитвенных магических заклинаний. Нормативный ритуал требующий значительного времени (до 9 часов в день) выполняют домохозяйки. В больших городах мужчины индусы тратят на ритуалы 15–20 минут, ограничиваясь по утрам и вечерам короткими молитвами. Днём они пытаются выбрать время для кормления какого-нибудь живого существа.

Помимо ежедневных обрядов домашнего «богослужения» заслуживает внимания спектр обрядов жизненного цикла. И здесь можно увидеть ещё более тесные параллели с «христианскими» обрядами (таинствами) жизненного цикла. Этот цикл обрядов охватывает жизнь индусов — от зачатия и до смерти, которая сопровождается регулярными пуджами в честь души умершего. Вспомним церковные таинства библейского христианства, которые также охватывают всю жизнь верующей «христианской» паствы[629] и увидим «удивительные» содержательные параллели со многими обрядами жизненного цикла индусов.

Считается, что «правильное исполнение всех жизненных обрядов призвано улучшить карму». Но, как мы уже знаем, карма (действие),[630] согласно индуизму, определяет сансару (круговорот перевоплощений души) — посмертное переселение души, что в свою очередь и определяет её следующую жизнь.[631] Но ведь и в «христианстве» тоже самое: паства верит в «спасение души после смерти» (спасительное посмертное воздаяние) в случае «правильного» соблюдения всех пожизненных «христианских» обрядов и служения церкви. Разница лишь в том, что в индуизме приняты многократные перевоплощения души — предполагающие потенциальную возможность обретения душой «освобождения» мокши. Мокша, согласно индуизму, соединение атмана (личностной души) с брахманом (мировым божественным духом) — что равнозначно «христианскому» попаданию в рай. В библейском христианстве многократных перевоплощений ду— не предусмотрено, но соединение с «Богом», которое обеспечено послушной пастве, обещают в раю — в противовес соединения «отступников» с Сатаной в аду. В индуизме же вместо ада на период существования очередной Вселенной, в ходе которого происходит сансара, предусмотрены мучительные и позорные для души «следующие жизни».

В специальных справочниках, издаваемых в Индии большими тиражами, упоминается не менее 40 регулярных прижизненных обрядов. Основные обряды жизненного цикла в индуизме сводятся к 16 основным — самскарам. Среди самых основных самой судьбоносной считается десятая самскара — обряд надевания «священного шнура».

Этот обряд считается чем-то вроде «второго рождения» и поэтому тех, кто его прошёл называют «дваждырождёнными». Индуизм гораздо старше «христианства» и поэтому заимствовать суть обряда инициации-включения в духовную иерархию религиозной системы «христианство» могло с индусского Востока — но никак не наоборот. Напомним, что суть самого «важного» и первоочередного обряда-таинства в «христианстве» — крещение — состоит в том же самом: вторым рождением[632] («духовным рождением»). Поэтому все содержательные выводы, которые мы сделали в Третьей книге, разбирая таинства «христианской» церкви, и в первую очередь, крещение — относятся и к индусской инициации-приобщению к духу индуизма. С момента проведения над личностью обряда десятой самскары (как правило для высших сословий-варн)[633] отсчитывается первый период в жизни инициируемого — период ученичества. «Священный шнур» в индуизме — пожизненный знак принадлежности к индуистской духовной иерархии — выступает прообразом «христианского» креста, которого носят на нательном «шнуре».

Сам шнур состоит из трёх (обычно белых) хлопковых нитей, которые символизируют верховную троицу индуистского пантеона богов: Брахму, Вишну и Шиву — олицетворение принципа восточного дуализма в индуизме.[634] Кроме того, хронологически окончательное становление классического индуизма шло параллельно становлению библейского христианства (V век н. э.) — что не могло не сказаться как на взаимопроникновении религиозных культур (естественном и искусственно организованным), так и на духовном «взаимодействии» эгрегориального уровня. «Священный шнур» носится через левое плечо завязанным на правом боку.[635].

Погребальные обряды Востока отличаются от «христианских»: они соответствуют восточному пониманию переселению души после смерти, но главное — сугубо восточному «пренебрежению» (в смысле не первостепенности значения) ко всему материальному, даже к телу, в котором жила душа, и в возведении в ранг первостепенного духовного начала, «благополучия» души. Многократные перевоплощения души, которые исповедуют индусы, скорее всего породили погребальный обряд, который символизирует скорейшее избавление от материального символа прошлой жизни и её кармических страданий — от тела. Тело покойника сжигают, а останки (череп, кости, зубы…) бросают в воду. Считается, что этим подчёркивается готовность души к перерождению. Сжигание тела считается разновидностью жертвоприношения,[636]«благодаря» которому душа накануне перерождения достигает «достаточного для неё уровня ритуальной чистоты».

Восточное мировоззрение, несмотря на сакральное отношение к числу три превозносит духовное начало мироздания над материальным. В то же время, сакрализация числа три на бессознательных уровнях могла бы иметь основу ощущения триединства мироздания: материя — дух (информация) — Мира. Но если это ощущение и существовало в глубинных слоях психики индусов,[637] то религиозные иллюзии и наслоения восточного дуализма имели и имеют первостепенное значение и выражаются в символике троицы верховных богов. Короче говоря, вместо правильной философской основы триединства как зороастрийцы, так и индусы приняли иллюзию «верховной троицы», основанную на восточном дуализме. Эта же иллюзия перешла в «христианство» усилиями «мировой закулисы» и выразилась в библейской «Святой Троице». При этом у индусов (и вообще на ведическом Востоке) эгрегориально-магические возможности восточных людей превышают эгрегориально-магические возможности западных людей.

Это потому, что восточное сознание (и в большей мере бессознательное: на Западе оно замусорено освоением западных наук) не сильно замусорено западной «философией», основанной на чертырёхъединстве (материя-энергия-пространство-время). Запад ушёл в иллюзию черырёхъединства, в то время как для восточных людей пространство и время не столь значимы, как для западников, а энергию они смешивают с духом. Поэтому, не будучи сильно завязаны на мыслительную деятельность материальными образами, которые обязательно имеют пространство и время — люди Востока мыслят не конкретными материальными категориями (которые на Западе к тому же и меняются с изменением материи), а созданными ими в древности иллюзорными образами — которые мало меняются по сути (меняясь лишь по названию, по форме). Поскольку ведический Восток технократически развивался на порядки слабее Запада, который стал сильно опережать Восток со времён античной Греции — материальные изменения (новшества) связанные с западным научно-техническим прогрессом обеспечивали Западу определённую этим прогрессом духовную динамику[638] — динамичность эгрегориального сопровождения жизнедеятельности людей. Эгрегориальная динамика делала эгрегоры Запада менее устойчивыми к преемственной передаче многовековых бессознательных навыков магического владения их управлением — что в конечном итоге определило могущественное превосходство восточных эгрегориальных систем перед западными.

На ведическом Востоке духовной динамику можно всерьёз не принимать во внимание (вплоть до начала XX века) — сравнивая ведический Восток с библейским Западом. Поэтому неизменность, древность и мощь основных религиозных эгрегоров Востока, которым «поклонялись» миллионы людей сотен поколений ведического Востока — естественно создали огромные преимущества перед мощными по количеству входящих в них людей (но не столь древними, устойчивыми, неизменными, алгоритмически сложными и преемственными как основные религиозные эгрегоры Востока) эгрегорами западных религий и ислама: в первую очередь «христианства» и его разновидностей, в том числе и светских. Соответственно и восточная эгрегориальная магия — мощнее и результативнее (в смысле способности творить удивительные «божественные» чудеса) западной[639] — результативнее потому, что восточные люди мыслят оторванными от реальности бессознательными категориями (сложившимися в древности неизменными по сути образами, огромным стандартным набором мантр, гимнов, стихов). В то время как западный человек старается мыслить осознанными понятиями — что примитизирует и ограничивает магические возможности, поскольку бессознательные уровни психики обладают не только скоростным преимуществом обработки и выборки информации, но и преимуществом разнообразия по отношению к уровню сознания.

Но культура достижения эффектов бессознательной магии не свойственна динамичному Западу, поскольку она стала достоянием Востока лишь потому, что за ограниченным стандартным набором мантр, гимнов, стихов (которые, правда, в Индии по объёму превышают все религиозные писания Запада!) стоят огромные блоки «само собой всплывающих» в психике определённого числа индусов (в основном из высшего сословия) образных выкладок, которые нарабатывались веками и тысячелетиями методом «проб, ошибок и эгрегориальных «тренировок»» — «духовных практик» — передающихся по наследству.[640] Поэтому западным умом восточную магию не понять: а чтобы её освоить в совершенстве — нужно быть генетически восточным человеком, да ещё и высшего сословия.

Но ни Запад, ни Восток не живут в философской «системе координат» триединства материя — дух (информация) — Мира. Запад пытается самоуправляться с уровня сознания на базе материальных категорий (безмерно исследует материю),[641] игнорируя Бога и, следовательно Божию Миру. Восток управляется с бессознательных уровней: игнорируя материальную составляющую мироздания, он исследует дух — по одним и тем же «рецептам» из поколения в поколение, а поэтому Восток также предпочитает свою древнюю меру понимания объективной Мире развитии, чем игнорирует объективную Миру. Но всё же Запад больше осваивает Божию Миру, развиваясь динамичнее Востока, благодаря технократии. Но Запад не сопоставляет свою меру научно-технического развития с объективно данными Свыше возможностями развития — Божьей Мирой, а поэтому для Запада Мира — частная категория мироздания (а не предельно обобщённая философская категория), которую якобы следует приспосабливать под свои нужды… тем более, что Запад живёт мировоззрением четырёхъединства. Для Востока же существует лишь своя «каноническая» древняя мера понимания (которая в некоторых частных процессах достаточно точно отображает фрагменты мироздания:[642] от чего магические возможности некоторых эгрегориальных иерархов Востока — выглядят «равнозначно божественным»), а эгрегориальное управление ведётся по системе иерархических умолчаний и соответствующим им многослойных бессознательных образов. Лишь люди Русской цивилизации, которые всегда бессознательно религиозно старались пребывать в Божией Мире и соотносить с последней все материальные и духовные явления — могут правильно понять и Запад и Восток. Поскольку правильность понимания есть — соотнесение религиозных «истин» и «философских» подходов к Мирозданию Востока и Запада с позиции Божией Миры. Если нет чувства Миры, с которой нужно соотносить явления,[643] то ни о каком правильном понимании не может быть и речи.[644] Это подобно тому, как невозможно измерить любую вещь или процесс, если нет эталона, с помощью которого нужно мерить: «эталона» нет ни на Западе, ни на Востоке.

Вернёмся к индусскому обряду погребения. Ритуал восточного погребения предполагает мораль, что после смерти человека от его физического тела не остаётся ничего, что лишний раз подчёркивает переменчивость и даже иллюзорность всего материального для индусов и заставляет более внимательно относиться к духовному участвующих в ритуале погребения. Но вместе с таким традиционным толкованием погребального обряда иллюзорность и второстепенность придаётся и всему тому, что сделал умерший человек при жизни. Поэтому материальному (а тем более справедливому) обустройству «иллюзорного» мира особого значения на Востоке не придают, «живя» по традиции и по «инерции».[645] Как следствие этого на Востоке принята религиозная «философия» и практика несерьёзного отношения к материальной жизни человека.

На Востоке жизнь человека ценится меньше, чем на Западе — вследствие древнейшей религиозной иллюзии о том, что душа умершего (даже безвременно) всё равно вселится в какое-нибудь тело в следующей жизни. Чего ценить жизнь человека, если у него будет ещё ни одна жизнь? Но это по сути тонкое и гуманно обустроенное религиозное обоснование геноцида своего собственного народа. Восточное мировоззрение и не отрицает иллюзорность мирской жизни, стремясь к достижению мокши. Следует заметить, что большинство восточных религиозных систем обесценивает жизнь человека: эта же порочная религиозная иллюзия стала достоянием культуры исторического ислама, который во многом сформировался на базе зороастрийского мировоззрения. Эта же порочная религиозная иллюзия (обесценивания жизни человека)[646] остаётся у некоторых южных народностей, принявших «христианство», но входивших когда-то в империю Сасанидов или её периферию. Но восточная иллюзия, позволяющая обесценивать жизнь человека и плоды его прижизненной деятельности (даже при наличии красивых религиозных деклараций о порочности убийства и многочисленных кармических предписаний, как прожить жизнь достойно для прогрессивных перевоплощений) — есть ничто иное как атеизм и богохульство. Жизнь даёт Бог и вправе отнять лишь Бог, поэтому, пренебрегая своими и чужими жизнями ради исполнения религиозных «правил», восточные люди ставят себя на место Бога в вопросах жизни и смерти.[647] На Востоке это «само собой разумение».

Вершиной восточных погребальных практик, по сути, наглядной кульминацией обесценивания жизни человека (которая, напомним, даётся Свыше вместе с судьбой индивидуально), является старинный элемент индусского погребального культа сати — самоубийство вдовы мертвеца с последующей кремацией супругов вместе. Зачастую самосожжение вдовы имело место прямо на погребальном костре мужа. Но этот традиционный индусский обряд нагляден тем, что в нём тесно и наглядно переплелись религиозно-«философские» и социальные мотивы субъективно обоснованного прекращения жизни человека:[648].

· Религиозно-«философская» мотивация объясняется «наиболее полным воплощением женщиной своего дхармического назначения — любви и уважения к своей мужской половине». Считается, что «наградой» за самоубийство вдовы будет — «лучшая участь в следующем перевоплощении».[649] Для мужа же самоубийство вдовы играло роль «особенно богатого жертвоприношения, за которые боги могли ему многое простить, исправив карму». Как видно из такого индусского религиозного умствования, жизнь человека (в данном случае вдовы) приравнивалась с жизни жертвенного животного. Трудно сказать, кто получал от обряда сати больше посмертных «улучшений» «будущей жизни» (согласно индусской вере) — мужчина или женщина — но в настоящей жизни в жертву приносили женщину.[650] Вообще же религиозная система индуизма поощряет субъективное прекращение жизни (ведь материальная жизнь считалась иллюзорной) не только в рамках обряда сати — ради «неиллюзорного» будущего после смерти.

· Социальная мотивация связана с традиционными «каноническими» предписаниями социальных ограничений, с которыми сталкивается овдовевшая женщина, которая не захотела последовать на погребальный костёр за мужем.[651] В частности вдове отказывается в праве наследования, в праве выйти замуж второй раз, запрещали носить цветную одежду и украшения, есть мясо и пр. Именно поэтому, вследствие действия «законов» социального расизма, участь жизни вдовы представлялась женщинам хуже смерти.

Жизнь хуже смерти:[652] в этом тезисе — суть древних мировоззренческих религиозных иллюзий людей ведического Востока, которые перешли в крупнейшие западные религиозные и идеологические системы вместе с доктриной посмертного воздаяния и шизофреническими «образами» богов.

Как видите, религиозная система индуизма, также как и зороастрийская религиозная система (но первая — более изощрённо и сложно) — учат приоритетно заботиться в жизни о «везении в смерти», о посмертном воздаянии. Таков ведический Восток, на базе религиозно-мировоззренческой платформы которого сформировались основные религиозные системы и идеологии Запада. Тему «везения в смерти» мы подробно разбирали в предыдущей Главе «Религиозная система древнего Ирана».

Паломничество — тоже не новшество, придуманное «христианами» или мусульманами в I тысячелетии н. э. Традиция паломничества существовала в глубокой древности — как дань памяти культовым местам. Собираясь на таких местах, люди эгрегориально объединялись сами, и своими мыслями поддерживали «священное» прошлое — укрепляя и «консервируя» религиозную и эгрегориальную составляющие веры. Самыми популярными местами для паломничества у индусов являются реки, горы, «священные» места, храмы. Существует 24 главных храма, вокруг которых совершается паломничество.

Как мы уже упоминали, «святая вода» не является новшеством «христианства»: с паломничества к рекам индусы возвращались с сосудами, наполненными «святой водой», которую потом долго хранили на домашнем алтаре и окропляли ею изображения богов (по сути — иконы) и лечили разнообразные болезни.[653].

Наиболее многолюдное паломничество в мире проходит на месте слияния двух крупнейших рек, Ганга и Джамны вблизи города Аллахабад[654] — один раз в 12 лет.[655] Считается, что традиционное омовение раз в 12 лет[656] смывает накопившиеся грехи. Но подобный этому ежегодный обряд «Крещения Господа» (которое в библейской традиции относят к реке Иордан) знаменуется купанием в проруби особо «храбрых» фанатов «христианства» с той же целью — «очищения от греха» как бы «вместе со Христом».

Традиционный ислам недалеко содержательно оторвался от многих индуистских традиций, связанных с паломничеством. Самым известным религиозно-культовым центром индуизма считается Бенарес (Варанаси) — «место сотворения мира».[657] Одной из форм паломничества в Бенарес является обход города пешком с посещением всех 106 его храмов в течении 6 дней. Но подобного рода обряд совершают мусульмане, пребывая несколько дней в Мекке, обходя при этом семь раз вокруг Каабы. Также похоже паломничество «христиан» на «Святую Землю».

Ежедневные храмовые церемонии совершает многофункциональное индуистское «жречество», которое также обслуживает многочисленные календарные праздники, организуемые в честь богов и богинь и привязанные к лунному календарю индусов. Все домашние и храмовые церемонии индусов основаны на лунном календаре.[658].

Индусский Восток стал первым в истории мировых религиозных систем, где «жречество» выделилось в отдельное социальное сословие. Это сословие стало профессиональными «священнослужителями» — пастырями, следящими за религиозным и социальным порядком среди верующих «скотов».[659] Следующим среди мировых религий, в которых выделена прослойка «священников» — было «христианство».[660] Правда в индуизме, в отличие от «духовного сословия» других мировых религий, «жречество» выстроено «горизонтально» — согласно сословно-кастовому делению общества. В то время как в других мировых религиозных системах существует вертикальная иерархия «священничества». Но и в индуизме над всем «горизонтальным» «жречеством» есть особое сословие надсмотрщиков-брахманов, которые следят за общим религиозным и сословным порядком — соблюдая незыблемость основных социальных и «философских» устоев общества.

Основы мировоззрения индуизма.

В основе индуистского мировоззрения лежит идея о том, что окружающий мир — это не случайное и хаотичное нагромождение вещей, а гармонически упорядоченное целое, существующее в соответствии с определёнными закономерностями. Всеобщий и вечный порядок, сохраняющий и удерживающий целостность мира — это дхарма. Поэтому дхарма и является ключевым понятием в сложной системе индуистского мировоззрения.

Дхарма понимается как безличная закономерность вселенского целого и в то же время как закон, определяющий судьбу каждого отдельного человека. Поведение и действия человека оцениваются по их соответствию дхарме. Каждый человек действует в соответствии со своими намерениями и желаниями. До тех пока он обуреваем желаниями и страстями, он будет страдать и рождаться в этом мире, перевоплощаясь в растения, животных, людей и даже богов. Так будет продолжаться до тех пор, пока человек не освободится от всех желаний.[661].

Идея вечного[662] возвращения в земной мир, странствия духа из одной телесной оболочки в другую, круговорота жизни выражается в индуизме понятием сансара, что означает круг бытия. Оно выросло из учения Упанишад о «пути богов» и «пути предков». Согласно этому учению, сумевшие обрести истинное знание[663] следуют после смерти «путём богов».

Не следует думать, что в индуизме нет рая и ада — главных мировоззренческих основ всех основных религиозных систем Запада и Востока. Индуизм учит: те, кто был озабочен лишь мирским существованием, направляются после смерти к луне, а затем возвращались в земной мир, совершая «круг перерождений». Впрочем, круг сансары не ограничивается лишь земным существованием. В него входят и круги ада (миры мучений), и сферы райского блаженства. То есть, в индуизме двойные контуры религиозных стимулов: первый — сансарический круг земных перерождений, а второй — круги ада и сферы райского блаженства.

Череда перерождений в сансаре регулируется законом воздаяния, называемым карма. В буквальном переводе карма — это поступок, деяние. Согласно этому закону, перерождения всегда обусловлены поступками в предыдущих жизнях.[664] Индуизм учит, что любой осознанный поступок человека откладывается в его глубинной памяти и запечатлевается на его тонком, невидимом теле — лингашарире. Он хранится там, созревает и при благоприятных внешних обстоятельствах проявляется. Убийца, например, в одном из своих будущих перерождений сам будет убит или попадёт в ад, где подвергнется мучительным пыткам.

Прекращение действия закона кармы и освобождение от уз сансары — это конечная и высшая цель жизни индуиста. Эта цель называется на санскрите мокша, то есть «избавление, освобождение». Мокша означает освобождение от тягот и превратностей бренного мирского существования. Как правило, это состояние описывается как «пребывание в боге». Достичь этой цели можно разными методами, путями и средствами.

В индуизме считается, что каждый волен избрать ту дорогу к богу, которая ему ближе, и ни одна из них не считается лучше или хуже остальных. Тем не менее, можно выделить три основных пути постижения божественного и служения ему. Это — карма-марга, джняна-марга и бхакти-марга.

· Карма-марга, то есть «путь деяний», заключается в том, чтобы следовать своей дхарме, причём исполнять свой долг нужно бескорыстно, с полным внутренним отречением и не думая о результатах.

· Джняна-марга — это «путь знаний». Он предполагает размышление, интуитивное углубление, обретение знания «единого абсолюта» — божественного порядка». На этом пути следует развивать интеллектуальные способности и сверхчувственную интуицию, продумывать речения упанишад и стремиться постичь высшую мудрость, запечатлённую в них.

· Бхакти-марга — это «путь всепоглощающей преданности личному богу, безграничное вверение себя ему». Горячая любовь и безраздельная преданность очищают сердце и направляют мысль к высшему знанию. Каждое дыхание тот, кто избрал этот путь — совершает ради своего возлюбленного божества и воспринимает его как приносимую жертву.

Вера в карму, сансару и возможность освобождения от них, признание авторитета вед и основанного на нём брахманического порядка являются общими для большинства индуистов.

Следует особо отметить, что индуистом можно только родиться, имея, по крайней мере, одного родителя-индийца. Постороннему проникнуть в мировоззренческие глубины и стать полноправным индуистом не помогут никакие религиозные заслуги. То есть в самом индуизме признаётся передача мировоззрения по прямому наследству (генетически — не культурным способом) — в первую очередь — а затем уже через освоение общего религиозно-культурного наследия. Именно поэтому европейцам и представителям других не восточных цивилизаций индусское мировоззрение не понятно, одним из примеров чего является разное понимание кармы в индуизме и у европейцев.

В индуизме считается, что все сословия равны в свободе выбирать себе судьбу в следующей жизни путём выбора кармы в этой жизни.[665] В то же время, европейцы не случайно путают индусскую карму с судьбой. Дело в том, что индусская карма это — действительно в некотором роде «судьба» (мягко говоря, не самый лучшийжизненный путь), которую выбирают индусы сами для себя только в настоящей жизни.

Но индусская карма это — не Божия судьба — а искусственная религиозная практика жизни, которая субъективно выбирается каждым индусом на базе его мировоззренческих убеждений и сословно-кастовой принадлежности. Подобно тому, как в «христианстве» церковь вмешивается в судьбу людей, сопровождая их жизнь от рождения до смерти — так и в индуизме религиозно-мировоззренческие и сословно-кастовыедхармы (законы) предписывают искусственную религиозную «судьбу» каждому индусу от рождения и до смерти. Каждое индусское сословие имеет свой стандартный набор дхарм: а соответствие дхармам, как мы уже знаем, определяют (согласно индуизму) «характер» сансары — последующего воплощения.

Декларируемая индуизмом свобода перевоплощений «в следующей жизни», которая предполагает преодоление сословно-кастовых барьеров в результате свободного (согласно карме) переселению души в тело обладателя титула любого сословия и касты — тоже под большим вопросом, если рассуждать на эту тему чисто теоретически, конечно, приняв за истину возможность перевоплощения.

· Во-первых, сословная принадлежность (также как и возможность стать индусом) передаётся по наследству, а генетическое смешение сословий (и кастовых групп) запрещено дхармой — поэтому дхармы и карма у разных сословий разные: есть религиозные предписания на эту тему (пример такого предписания мы приведём чуть позже). Поскольку карма и выполнение дхармы определяет характер перевоплощение в сансаре, то закрепление за сословиями (и группами каст) своих кармических обязанностей — должно (в общем и целом) также стандартно определять и характер последующего перевоплощения по принципу: «одинаковый образ жизни (карма) — похожая следующая жизнь». И действительно такая возможность (только не в будущей жизни перевоплощения души, а в преемственности поколений одинаковых сословий и каст) — ограничения какого-либо социального изменения жизни следующего за живущим поколения — закреплена в индуизме не только религиозно и социально, но и генетически, что мы рассмотрим как «во-вторых».

· Во-вторых, невозможность генетической передачи информации, не свойственной сословию или группе каст, от поколения к поколению (вследствие запрещения межсословных и межкастовых браков) — обеспечивает одинаковость мировоззренческих сословно-кастовых субкультур в общем совокупном мировоззрении индуизма. Последнее не позволяет изменять сословную карму (образ жизни): карма остаётся «своей» для каждого сословия и касты — и соответственно преодоление межсословных барьеров невозможно, поскольку генетически люди к этому и не стремятся. Просто люди не получают знания ни культурно, ни генетически, и поэтому не могут постичь другого (отличного от своего сословия или касты) образа жизни, в преемственности поколений.

Что касается лингашанира — тонкого невидимого тела, в памяти которого запечатлевается вся карма (жизненные поступки) — то это может быть отражение в религиозной системе индусов ощущения Высшего контроля за каждой личностной жизнью.[666].

Это ощущение могло наложиться на практику многовековых наблюдений индусов-«философов», что существуют законы «нравственного воздаяния», действие которых они наблюдали на самих себе. Только «нравственное воздаяние», которое они наблюдали это — не посмертное воздаяние в смысле сансары — а пожизненное воздаяние и воздаяние последующим поколениям людей за неправедную жизнь своих кровных предков. Действительно: объективное зло может вернуться к творящему его в течении жизни, а может вернуться через представителей его последующих поколений и воспроизводиться «до исчерпания сансары».[667] Это зло записано как «норма»[668] в родовых (возможно племенных, клановых, сословных, кастовых и пр.) эгрегорах и передаётся духовно-генетически из поколения в поколение — пока какое-нибудь поколение не пересмотрит своё отношение к тем жизненным ориентирам, которые вызывают это зло[669] и не установит другие нравственные критерии в отношении тех явлений, которые считались «нормой». Этим, можно сказать на языке индусов — будет преодолена «карма» всех предыдущих поколений.

Именно это европейцы иногда называют «кармой», наблюдая, например, за «несчастными» семьями, в которых одно и тоже «несчастье» повторяется из поколения в поколение.[670] Но европейцы здесь больше правы, чем индусы: действительно крупное родовое эгрегориальное «проклятие», которое всегда заметнее, чем мелкие «неприятности»[671] — следствие вовремя неразрешённых и накапливающихся из поколения в поколения серьёзных проблем нравственно-мировоззренческого характера, записанных в родовых эгрегорах семей (кланов, сословий, каст…). Однако, поскольку самые крупные проблемы (в том числе и в эгрегорах родов и кланов — в первую очередь высших сословий)[672] возникают от объективного несоответствия социального обустройства общества и Божиего идеала этого обустройства, а у индусов в их нравственно-религиозной системе вопрос об изменении общественного порядка вообще не стоял и не стоит[673] — то индусы перенесли свои в общем-то правильные ощущения о Высшем контроле и наблюдения о нравственном воздаянии из социального мира (из настоящей жизни и преемственности поколений) в религиозные иллюзии, придумав доктрину перевоплощений ду— согласно карме. Последнее соответствовало древнейшей нравственности высшего сословия индусов периода брахманизма и даже ранее. И только всеобщее согласие с этой выдумкой брахманов позволило индусской цивилизации находиться в попущении Божием так долго. Лишь после этого сформировалось общее мировоззрение индуизма — вытекающее из древней нравственности брахманов.

Но, как мы уже знаем, именно сословно-кастовое разделение индуизма и не позволяет людям преодолеть те самые «воздаятельные» явления, о природе которых мы только что говорили. Создаётся замкнутый порочный круг, который называется индуизм. У одних и тех же поколений сословий, каст, кланов, семей… из поколения в поколение воспроизводятся одни и те же ошибки нравственного характера, которые сопровождают их религиозную и социальную жизнь.

Всё это называется кармой и… чтобы отвести внимание от сословно-генетического воспроизводства одних и тех же ошибок, которые вызывают «несчастия» (страдания сансары) из поколения в поколение — с глубокой древности употребляется удобный миф о переселении душ, что якобы виноваты не сами порочные кровные предки,[674] а грешные души, вселившиеся в следующие поколения, согласно их прошлой карме. Ну а сами души, согласно индуизму, могут вселяться из любого сословия или касты: между старой и новой жизнями нет барьеров для душ. Мало того, для полного удовлетворения религиозных потребностей в индуизме разработан целый комплекс духовных упражнений и практик, которые имитируют стадии кармического «освобождения» души, некоторые даже — от сразу сансары.[675].

Полное исключение вопроса о социальной справедливости общественного устройства можно проследить на трёх «целях жизни» индусов. Незадолго до начала новой эры в индуизме оформилось учение «триварга» — учение «о трёх целях жизни человека». Согласно ему, этими целями являются дхарма, артха и кама.

· Дхарма — это то, на чём держатся мир и общество: закон, долг, обязанность, совокупность установленных правил. Их соблюдение необходимо для поддержания и сохранения миропорядка.[676] Дхарма нераздельно связана с истиной, называемой сатья. Общая дхарма людей — это правда, чистота, доброта, непричинение вреда другим. Каждый индуист должен соблюдать свою дхарму в соответствии со своим происхождением, сословной принадлежностью и возрастом. Следование собственной дхарме[677] является основой индуистской морали. Дхарма вечна и неизменна. Она завещана богами и запечатлена в текстах откровения (ведах) и в священных текстах индуизма, прежде всего, в дхарма-шастрах. Самое страшное наказание за преступление закона дхармы[678] — это худшее перерождение, ввергающее человека в тягостные муки земной жизни.[679].

· Вторая цель индуиста — артха,[680] означающая в переводе «польза, выгода» — связана с общественной жизнью.[681] Артха определяет средства достижения материального благополучия и мирских жизненных успехов. Для этого нужны умные, ловкие и своевременные действия. В учении об артхе в древности большое внимание уделялось царям и правителям, их обязанностям и правам. Так, например, в книге Артхашастра, написанной в 4–3 веках до нашей эры, подробно излагаются наставления в управлении государством, ведении хозяйства, а также правила ведения войны.

· Третья цель жизнь — кама, то есть любовь.[682] Она связана с удовлетворением телесных потребностей, прежде всего, с чувственной любовью. В Древней Индии была глубоко и серьёзно разработана наука о любви. В истории мировой науки она не имеет себе равных и считается важной составной частью древнеиндийской культуры и религии.

Для наглядности «канонического» религиозного распределения кармы по сословиям и кастам, приведём выдержку из «Законов Ману»[683] (глава XII, выделения и сноски наши):

31. Изучение Веды, аскетизм, знание, чистота обуздание органов чувств, исполнение дхармы, размышление о душе — признаки качества благости.

32. Предприимчивость, недостаток твёрдости, совершение порочных действий, постоянная приверженность мирским утехам — признаки качества страсти.

33. Алчность, леность, нерешительность, жестокость, неверие, ведение дурной жизни, попрошайничество и небрежность — признаки качества темноты.[684].

39. [Теперь] я вкратце изложу в должном порядке те переселения ду— всего этого [мира], а также благодаря какому из [этих] качеств, какие [переселения] происходят.

40. Одарённые благодатью идут к состоянию богов,[685] одарённые страстью — к состоянию людей, одарённые темнотой — всегда к состоянию животных: таков троякий вид перерождений.[686].

53. В какую утробу эта душа идёт в этом мире и вследствие каких деяний, это всё выслушайте по порядку.[687].

54. Совершившие великий грех, проведя многочисленные ряды лет в страшных преисподнях,[688] по окончании этого [срока] подвергнутся следующим перерождениям.

55. Убийца брахмана входит в утробу собаки, свиньи, осла, верблюда, коровы, козы, овцы, оленя, птицы, чандалы и пулькасы.

56. Брахману-пьянице придётся пройти [через состояние] червей и насекомых, моли, питающихся навозом птиц и причиняющих вред животным.[689].

57. Брахману-вору [полагается пройти] тысячекратно [через состояние] паука, змеи, ящерицы, животных, двигающихся в воде и зловредных пищачей.

58. Осквернителю ложа гуру [полагается пройти] стократно [через состояние] травы, кустарников, лиан, плотоядных [животных], снабжённых зубами и совершающих жестокие действия.

59. [Люди], наслаждающиеся причинением вреда, становятся плотоядными, вкушающими запрещённую пищу[690] — червями, воры — [животными], вкушающими себе подобных, имеющие связь с низкорождёнными женщинами — претами.

60. Вступившие в общение с изгоями, с женой другого, а также похитивший собственность брахмана становится [демоном].[691].

61. Человек, по жадности укравший драгоценные камни, жемчуг или кораллы и [другие] разного рода драгоценности, возрождается среди золотых дел мастеров.[692].

68. Человек, силой отняв ту или иную чужую вещь, неизбежно делается животным, так же как и вкусив жертвенную пищу, не предложенную при жертвоприношении.

69. Женщины, похитив [упомянутое] таким же образом, [также] совершают грех; они становятся жёнами тех же самых существ.

70. Члены варн, уклонившиеся без крайней необходимости от свойственных им занятий, подвергнувшись дурным перерождениям, становятся слугами дасью.

73. В какой мере чувственные [люди] предаются мирским утехам, в той мере у них воспроизводятся склонности к ним.

74. От повторения тех грешных деяний эти малопонимающие претерпевают страдания в этом мире в различных рождениях.

75. и блуждающие в страшных преисподнях — Тамисре и прочих, в лесу с листьями, подобными мечам и т. д., сковывания, рассечения,

76. и разнообразные муки, пожирание воронами и совами, жар раскалённого песка и труднопереносимое кипячение в сосудах,[693].

77. и рождения в презренных утробах, постоянно связанных со страданием, и муки холода, и жары, и страхи равного рода,

78. неоднократное пребывание в виде зародыша и трудное рождение, тяжёлые оковы и рабство,[694].

79. и разлуку с родными и друзьями, и сообщество с злодеями, приобретение имущества и [его] утерю, приобретение друзей и недругов,

80. неизлечимую старость и непреоборимую смерть.

Как видно из этого отрывка, религиозная мистика посмертного воздаяния («справедливости») призвана закреплять религиозный порядок через «кнут и пряник» обещаний и угроз. Страшным грехом считается нарушение сословно-кастовых барьеров, что, согласно этой доктрине, карается муками ада и самыми худшими многократными перевоплощениями. Мало того, души представителей низших сословий, согласно этой доктрине, были не самыми «дисциплинированными» в предыдущих жизнях и поэтому им как бы следует особо стараться (согласно своим сословным религиозным правилам), чтобы преодолеть свою карму — нежели представителям высших «благих» сословий. Таким образом, на представителей низших сословий накладывается «пятно» ««неблагих» душ», отношение к которым может быть подобно отношению к животным[695] — в которых якобы вселяются души ещё больших грешников, чем те, которые у низших сословий. Это — расизм, красиво обоснованный религиозными иллюзиями.

Изощрённая, сложная и красивая религиозная мировоззренческая основа индуизма позволяла тысячелетиями (и позволяет до сих пор) удерживать порочный круг взаимной замкнутости друг на друга социальных, религиозных и генетических барьеров, вследствие чего идревле устойчиво существовала (и существует) наглядная для всех рабовладельческая цивилизация («национальная» толпо-«элитарная» пирамида), которую не смогла полностью взять под свой контроль даже «мировая закулиса». Спрашивается, почему?

— Потому что индусская «национальная» толпо-«элитарная» пирамида «самодостаточна» — как система рабовладения она даже более устойчивая, чем библейская.[696] Поэтому любые попытки разрушить индусскую цивилизацию и вписать её осколки в западную цивилизацию натыкались на «крутой», но «мягкий» восточный деспотический порядок (в котором жило всё население Индии), который западникам в конечном итоге оказывался не по зубам,[697] поскольку для европейца Восток это иллюзорная «вещь в себе»: Запад живёт по вполне материальным законам финансов и конкретных людских взаимоотношений. «Мировая закулиса» здесь оказалась слабее не сама по себе, а своим библейским проектом порабощения через иудейскую скупку мира.[698].

Конечно «мировая закулиса», в отличие от европейцев, к началу новой эры уже понимала что такое индуизм. Однако, «мировой закулисе» не годился индуистский проект в «чистом» виде, поскольку он был «национальным». Межнациональный иудо-«христианский» проект «мировой закулисы» предполагал вынесенный за пределы какой-либо «национальной» цивилизации центр «религиозно-идеологического» управления. Таким центром «закулиса» «назначила» себя (высшим мировым сословием), а следующим за собой мировым «сословием» — иудеев, которым дала свою религиозную систему. Но для того, чтобы все остальные «национальные» толпы были равны по отношению к двум высшим глобальным сословиям — нужна была религиозная система, якобы уравнивающая их всех якобы перед Богом — едиными религиозными (а не социальными) правилами для всех сословий, из которых состояли «национальные» толпы, назначенные «мировой закулисой» единым «низшим» мировым «сословием» («элиты» + «чернь»), которое должно подчиняться ей и иудеям. Чтобы религиозно замкнуть «христиан» на иудеев нужен был монотеизм, «уравнивающий» всех якобы перед Богом: у иудеев к моменту формирования «христианства» уже был «единый Бог» (монотеизм). И если бы у «христиан» было бы нечто иное (с удобной, конечно, но «лишней» в данном случае доктриной многократных перевоплощений) — то собрать иудаизм и «христианство» в единую систему порабощения-подчинения высшему глобальному сословию было бы невозможно. К тому же религиозное подтверждение правильности сословного строя (что является основой индуизма) не подходило для толпы, которую нужно было покорять с помощью ростовщической скупки государств: не входящие в высшее «национальное» сословие иудеи в таком случае не могли бы через финансы и подкуп получить статус (либо доступ к возможностям) высшего сословия. Нужна была внешне «гуманная» и простая (в отличие от индуизма)[699] религиозная система — чем и предстало библейское христианство.

Религиозная мистика и «философия».

Продолжим разговор о мировоззренческих основах индуизма с позиции мистики (тайны, «запредельного»), которая, по мнению многих исследователей, «скрыта в мудрости индуистов». Рассмотрим весьма распространённый взгляд российского сторонника индуистского учения — Е.Писаревой. В статье «Карма, или закон причин и последствий» автор пишет (выделения и сноски наши):

«На Западе религиозные учения Древнего Востока почти неизвестны в их чистом, возвышенном смысле;[700] а между тем знакомство с ними способно пролить яркий свет на самые загадочные явления нашей трудной земной жизни. Рядом с законом перевоплощения, который объясняет внешнее и внутреннее неравенство людей, древние восточные учения дали миру разумное обоснование закона незыблемой справедливости[701], управляющей миром. Закон этот носит название Кармы; он устанавливает, что в мире Духа каждая причина влечет за собой соответствующее последствие[702] с такой же правильностью и неизбежностью, с какой в физической природе одно и то же явление вызывает каждый раз одно и то же последствие. К краткому изучению этого закона мы теперь и перейдем.

Санскритское слово «Карма» означает действие. Быть и действовать — одно: вся Вселенная — одна великая непрерывная Деятельность, управляемая незыблемым Законом Справедливости. В мировой деятельности все связано со всем, все находится во взаимной зависимости и все стремится к единой цели.

Каждое действие во Вселенной есть результат предшествующей причины и в то же время — причина последующего действия. Получается непрерывная цепь причин и последствий, которые, в осуществлении, являют жизнь вселенной. Отсюда — значение Кармы как закона причинности.[703].

В применении к человеку Карма являет собой всю совокупность его деятельностей. Всё, что человек представляет собой в настоящем и что он представит из себя в будущем, все это — последствие его деятельности в прошлом.[704] Таким образом, единичная жизнь человека не есть нечто оторванное и законченное, она представляет собой плод прошедших и в то же время семя будущих жизней в той цепи последовательных воплощений, из которых состоит непрерывающееся бытие каждой человеческой души.[705].

Положение, в котором мы находимся в каждую данную минуту, определяется строгим законом справедливости и никогда не зависит от случайности.[706]«Случайность» — понятие, созданное невежеством; в словаре мудреца этого слова нет. Мудрец скажет: «Если я страдаю сегодня, это происходит оттого, что в прошлом я преступил закон. Я сам виноват в своем страдании и должен спокойно переносить его».[707] Таково настроение человека, понявшего закон Кармы. Независимый дух, уверенность в себе, мужество, терпение и кротость — вот неизбежные последствия такого понимания, проникшего в сердце и волю человека.[708].

Он узнает, что хотя законы неизменны, но силы невидимого мира — вследствие своей тонкости и деятельности вне пространства и времени, которыми скована физическая материя, подлежат такому невообразимо быстрому передвижению и бесконечному разнообразию сочетаний, что направляя сознательно силы своей внутренней жизни, человек может работать с успехом — даже на протяжении одного короткого воплощения — над изменением своей Кармы;[709] далее он поймет, что работа эта совершается в пределах им же созданных свойств и способностей и им же самим поставленных ограничений,[710] следовательно, источник всего переживаемого — он сам, его бессмертная душа, и в его власти направить свои силы к желаемой цели.

Человек не только создает свой ум, свой характер, свои отношения к другим людям, но его личная Карма входит в состав различных групп (семьи, народа, расы) и своими нитями вплетается в общую ткань собирательной Кармы каждой из этих групп.[711].

Чтобы уяснить себе хотя бы самые общие понятия о человеческой Карме, необходимо выделить из ее сложного состава три разряда сил, которые строят человеческую судьбу.

Мысль человека. Эта сила строит характер человека. Каковы его мысли, таков будет и сам человек.

Желание и воля человека. Желание и воля, являющие собой два полюса одной и той же силы, соединяют человека с предметом его желания и устремляют его туда, где может быть удовлетворено это желание.

Поступки человека. Если поступки человека приносят другим живым существам довольство и счастье, они отзовутся таким же довольством и счастьем и на нем самом, если же они доставляют другим страдание, они принесут такое же страдание и ему, ни больше и ни меньше.[712].

Когда человек вполне поймет эти три составные части, из которых образуется закон Кармы, и научится применять свое знание, тогда он сделается творцом своего будущего, господином над собственной судьбой,[713] способным строить её по мере своего знания и своей воли».

Прервём цитирование статьи Е.Писаревой. Не следует думать, что в рассуждениях о кармическом влиянии на «путь освобождения» нет места рассуждениям о Боге, о Его Воле. В трактовке восточных мудростей для российского и западного читателя не вспомнить о Боге было бы «подозрительно». Вот и приписывают Богу Единому такой же «путь освобождения», каким его видят восточные мудрецы. Продолжим цитирование статьи Е.Писаревой:

«Теперь у нас начинает намечаться путь к той внутренней свободе, которая сделает человека независимым от «цепей Кармы».[714].

«Познание истины» с точки зрения восточной Мудрости есть сознание божественности человеческой природы и единства всей проявленной жизни, выражающей собою Жизнь Бога.[715] Воля Бога выражена в законе Кармы. Цель человеческой эволюции — полное осуществление божественных свойств человека, которое его приведет к отождествлению его воли с Волей Бога.[716] Когда человек осуществит это единение в себе, час его спасения пробъет. Таков конечный смысл учений всех великих Учителей человечества. Следовательно, в познании истины и в развитии воли скрывается та сила, которая может освободить человека из-под власти Кармы.

Знание незыблемости законов, управляющих Вселенной, вызывает потребность согласовать нашу собственную деятельность с этими законами, иначе — с Волей Бога.[717] Вместе с тем возникает сознание, что деятельность необходима, но деятельность, ведущая не к разобщению, а к единству. Такая деятельность несовместима с эгоизмом.[718] Эгоизм был необходим, пока мы жили в темноте и не знали смысла жизни, но со временем он становится злом, препятствием к развитию нашей божественной сути. Следовательно, деятельность наша должна быть бескорыстна, без эгоизма и без влечения к ее плодам, бескорыстие это требуется от человека, желающего освободить себя, сжечь свою Карму, не как требование морали, а как необходимость, неизбежная и доказанная.

Но как соединить самоотречение и отсутствие желаний с деятельностью, необходимой для роста?[719].

К достижению этой цели ведут два пути, две «стези», как выражаются индусские мистики: «стезя Мудрости» — для меньшинства, и «стезя Религиозного Чувства» — для всех остальных.[720] На первой стезе Мудрец достигает самоотречения, уничтожая свой эгоизм глубоким проникновением в смысл жизни; на второй стезе самоотречение достигается благодаря любви к олицетворенному Идеалу, в котором уже проявилась вся красота божественной природы Богочеловека.[721] Оба пути приводят одинаково к цели».

Мы подробно разобрали некоторые фрагменты из статьи Е.Писаревой, поскольку именно такой красивый и «разумно обоснованный» подход к восточной «мудрости» весьма распространён как на Западе, так и в России среди «интеллигенции». Этот подход выражает теоретическое обоснование устранения людей от решений проблем социального необустройства жизни современных цивилизаций с целью увода разговора об этом в контекст заботы о «следующих жизнях». При этом такая «забота» выражается в замыкании воли людей на «улучшение кармы», а последнее предлагается делать в согласовании с «законами кармы», которые придуманы на Востоке несколько десятков сотен лет назад и записаны в «каноны».

Но это — лишь одна сторона восточной мистики, которая больше относится к «философскому» обоснованию восточной религиозности в российском исполнении. Вторая сторона восточной мистики — психическая имитация разных стадий «освобождения» от сансары, которое якобы наступает, если «преодолевать карму». Рассмотрим религиозно-психологическую имитацию «освобождения» от сансары.

Сразу следует сделать оговорку: мы совсем и безоговорочно не исключаем возможности многократных воплощений ду— в процессе развития цивилизации. Однако, эти воплощения точно не происходят по «законам кармы», как это понимают на Востоке и на Западе. Если Бог и допускает души к нескольким жизням, то распределением ду— Он Сам занимается по Божиим Законам, а не по придуманным людьми принципам. И самое главное, что может учитываться при этом — объективная нравственность, которую душа приобрела в предыдущей жизни, а затем уже ей должны соответствовать психические особенности родителей. Но это не имеет никакого отношения к существующим «законам кармы», по которым можно определить лишь подчинённость той или иной личности религиозной системе, в рамках которой эти «законы» исповедуются. И уж конечно не следует принимать за истину перевоплощение души в нечто живое (растения, насекомые, животные…), помимо человека. Восточный подход кперевоплощениям предназначен для увода от вопроса важности передачи информации и нравственного прогресса в преемственности поколений — что гораздо важнее для построения справедливого общества на Земле. А проблему, кому какую душу предоставить — нужно доверить Богу, не пытаясь заменить Его Промысел омертвлёнными и ограниченными людским разумением «канонами» «дхармы».

Европейский термин «философия» (любовь к мудрости) в индуизме единого и однозначного эквивалента не имеет. Ему соответствует несколько понятий, наиболее употребительное из них — даршана («интеллектуальное, духовное видение»).[722] Обычно даршаны делятся на ортодоксальные (признающие авторитет вед) и неортодоксальные. Основных ортодоксальных школ выделяют шесть: санкхья и йога, ньяя и вайшешика, веданта и миманса. Неортодоксальные школы — локаята и адживика. Даршаны не столько противоречили друг другу, сколько дополняли одна другую. Внутри же себя каждая даршана развивалась в традиции истолкования и комментирования базового текста — сутры.

Санкхья («число, исчисление, размышление») была весьма популярна в древности, к XV веку её традиция практически прекратилась. Школа разрабатывала систему онтологического[723] дуализма и выделяла два вечных начала: единую и изменчивую природу-пракрити — основу мира и вечные неизменные духовные сущности — пуруши, которые воплощаются в живых существах. Школа разрабатывала пути духовного освобождения и способы правильного познания. Санкхья была теоретическим фундаментом йоги — другой ортодоксальной даршаны, которая разработала восемь стадий пути, ведущих к духовному освобождению. Особенно большой глубины она достигла в трактовке психологических категорий.

Йога — это целый комплекс приемов, впервые систематизированныйПатанджали в точно неизвестное нам время (Йога-сутра была создана в промежуток между II в. до н. э. — V в. н. э.), «позволяющий адептам подняться по лестнице, ведущей к освобождению». Слово «йога» буквально означает «соединение».

Йога имеет восемь «ступеней» (аштанга) или этапов: обуздание (яма), соблюдение правил (нияма), позы (асаны), регулирование дыхания (пранаяма), изоляция чувств (пратьяхара), внимание (дхарана), размышление (дхьяна) и сосредоточенность (самадхи).

Йогические приемыуправления телом преследуют цель направить энергии (праны) «в правильное русло», чтобы они в определенном ритме циркулировали в основных каналах (нади) тонкого тела, дабы пробудить магическую энергию спирали кундалини, расположенной в изначальном (муладхара) центре (чакра, «колесо») и заставить её подняться через другие чакры до «Лотоса с Тысячью Лепестков» (сахасрара), находящегося в высшей точке черепа.

Ньяя («способ, метод, рассуждение») занималась в основном методологией мышления, которая позже развилось в логику. В системе традиционного индуистского образования ньяя считается одним из важнейших предметов, наряду с грамматикой.

Вайшешика происходит от корня «вишеша», что означает «различие». Действительно, именно различия между предметами и явлениями находились в центре внимания этой школы, и основным результатом их размышлений стала грандиозная и разработанная до мельчайших деталей классификация разновидностей всего сущего.

Веданта («завершение вед») — одна из самых популярных даршан, возводила свое учение непосредственно к упанишадам. Она представлена несколькими направлениями: адвайта (недвойственная) веданта, вишита-адвайта (ограниченный недуализм) и др. и жива до сих пор. Её главные темы — соотношение абсолюта и мира, абсолюта и человека и пути достижения мокши — освобождения от тягот бытия.

Миманса («исследование») сложилась на гребне брахманизма и явилась его «философским» осмыслением. Эта школа сыграла особую роль в истории индуизма, так как она смогла предложить целостную трактовку всего колоссального объема ведийских ритуалов, уделяя главное внимание при этом вопросам философии языка.

Несмотря на большое количество даршан, которые в свою очередь делились на более мелкие «философские» школы индуизма, все они направлены на одно психическое и физиологическое восточное «совершенство»: «достижения мокши — освобождения от тягот бытия». Вся «теоретическая» и «каноническая» база индуизма направлена на логическое и красивое обоснование практической психологии индуизма — психической имитации стадий соединения с «божественным» но не в следующих жизнях, а в этой жизни.

Обратимся к книге Е.Торчинова «Пути философии Востока и Запада: познание запредельного».[724] Автор делает вывод: «Индийская философия всегда была не метафизикой[725] универсума,[726] а метафизикой психического» (стр. 295, выделено нами). II часть книги «Индийская интеллектуальная традиция. Самопознание и освобождение» (стр. 211 и далее) начинается следующими выводами (цитируем выборочно из 1 главы «Индийская философия: история, школы, подходы (картина мира — картина души)». Выделения и сноски наши:

«Начиная с эпохи Упанишад, а особенно со времени великого духовного переворота, вызванного кризисом ведийской религии жертвоприношений, движением шраманов и формированием оппозиционных брахманской ортодоксии альтернативных учений, прежде всего буддизма и джайнизма (середина I тыс. до н. э.), все основные характеристики индийского взгляда на мир могут быть выражены тремя словами: сансара, атман, мокша или (поскольку отдельные школы исповедовали другие термины для выражения тех же идей) круговращение живых существ в колесе рождений-смертей, «я», или самость, и освобождение.

Учение о карме, движущей силы сансары, является доктринальным стержнем всех религий Древней Индии — брахманизма (индуизма), джайнизма и буддизма. Само слово «карма» может быть переведено как «дело», «действие» (и никоим образом как «судьба» или «участь», как это иногда думают); на китайский язык «карма» переводится словом е, которое в современном языке даже имеет значение «занятие», «специальность» или «профессия».[727] В ведийские времена под кармой понималось не всякое действие, а только ритуально значимое (например, совершение какого-нибудь обряда), дающее желаемый результат, или «плод» (пхала). Постепенно значение этого понятия расширилось, и оно стало означать любое действие или акт, причём с самом шароком смысле этого слова — акт физический (действие, поступок), акт вербальный (слово, высказывание) и акт ментальный и волевой (мысль, намерение, желание). Кстати, сама эта триада «тело, речь, мысль» является очень древней и фиксируется не только в индийских, но и в ранних иранских текстах (гаты «Авесты», священного текста зороастрийцев-маздеистов), что указывает на его глубокие индоевропейские корни».

Как видим, изначально карма была чисто религиозным ритуальным действием — что позволяет получить «ключ» от мистики её настоящего назначения: это эгрегориальное действие (управление через эгрегоры), призванное укреплять религиозную систему и религиозный порядок, как и было в древности. А, как мы уже знаем, на Востоке (особенно в Индии) религия и жизнь почти неотделимы. По мере расширения понятия «карма», действия, поступки, слова и мысли (что составляет суть этого понятия) «жрецы» стали во многом благонамеренно подгонять под уже существующие эгрегориальные и мировоззренческие основы, укрепляя тем самым последние. Если бы это было не так (если бы люди через кармическую практику познавали бы Божий Промысел, а не укрепляли бы религиозные эгрегоры), то практика Жизни восточных цивилизаций была бы иной и люди бы давно не страдали, вырвавшись из «сансары» порочной культуры. Практика Жизни — самая лучшая «карма» — но она в Индии остаётся прежней, не изменяясь столетиями и тысячелетиями, принося большинству людей (тем, кто не входит в высшие касты) лишь «спокойные» страдания и преждевременную смерть.

Поскольку восточные «видящие» люди (в отличие от западных «логиков») привыкли к «видению» (интуитивным и практическим ощущениям), чистой «канонической» теории кармы и общих эгрегориальных мистик им было мало. Нужна была личностная «мистика» соединения с «божественным»: ведь карма у каждого своя. Напомним, что идея личностного посмертного воздаяния возникла на Востоке и оформилась как доктрина рая и ада, подхваченная крупными мировыми религиями.[728] Но в индуизме помимо рая и ада предусмотрена ещё цепь перевоплощений, переживать которую (по-восточному — «видеть» результаты своих усилий) хоть как-то должны индусы в настоящей жизни. Для этого были разработаны и проверены тысячелетней практикой разнообразные духовные и физические упражнения, имитирующие переживания процесса преодоление кармы. Показывать индусам (самим себе) результаты их пожизненных усилий по преодолению кармы[729] было необходимо для создания иллюзии полной уверенности в правоте «философской» доктрины индуизма.[730] Трудно сказать, брахманы ли стояли у истоков подобных психологических «мистик», создав их прежде всего для себя методом длительного практического опробования, а затем через учителей предложили это «достижение» другим; либо брахманы создали большинство практик для толпы, а себе оставили лишь самые «сокровенные» «для демонов»? Но по прошествии ни одного десятка столетий восточные психологические практики стали неотъемлемой частью религиозной и светской жизни индусов.

И главное: в процессе этих практических переживаний индусы действительно искренне думают, что они приближаются к мокше (освобождению) с каждой удачной практической процедурой, которым посвящена большая часть жизни индусов. Но в действительности, как мы уже говорили, они всего лишь занимаются изощрённой эгрегориальной магией, а процесс познания и «освобождения», как говорится, «и ныне там», где он был много столетий тому назад, поскольку главные эгрегоры индуизма кардинально не меняются,[731] будучи духовным стимулятором воспроизводства из поколения в поколение одних и тех же ошибок и иллюзий прошлого. Просто каждый индус с детства может потенциально выбрать ограниченный религиозными барьерами жизненный цикл психологических практик (в зависимости от сословно-кастовой принадлежности), которые в индуизме связаны с имитацией процесса преодоления кармы. И этот широкий, но ограниченный выбор и последующая практическая деятельность под контролем учителей индусом ассоциируется с динамикой освобождения от сансары — а значит и с позитивной духовной динамикой. Но при этом, учитывая, что каждый индус (в зависимости от сословно-кастовой принадлежности) от рождения и до смерти выбирает из одних и тех же возможностей, предоставленных религиозной системой и потенциалом эгрегориальной магии — то каждый индус от рождения и до смерти повторяет «карму» предыдущих поколений: ничего другого религиозная система индуизма предложить не может, поскольку всё новое и действительно духовно прогрессивное даёт Бог в случае, если люди об этом его искренне просят, а не находятся в плену религиозно-эгрегориальных иллюзий.

Мало того, индуизм, практикуя изощрённую эгрегориальную мистику, учит об «освобождении», которое происходит одновременно с соединением с Атманом. Последний в некоторых трактовках выступает как «действующая Мировая Душа» (в других религиозных системах — Бог). Но индусский «Бог»-«Мировая Душа» — сборка эгрегоров индуизма, восходящая к общему индусскому эгрегору: это и есть индусский Атман, с которым соединяются в практическом экстазе всё новые и новые поколения индусов. Е.Торчинов продолжает свои рассуждения на тему индусского мировоззрения:

«Сансара безначальна, то есть ни у одного существа не было абсолютно первой жизни, оно пребывает в сансаре извечно. А следовательно, сансарическое существование чревато также повторяемостью ситуаций и ролей, мучительным однообразием циклической воспроизводимости одного и того же содержания. И буддизму, и другим религиям Индии полностью чужда идея эволюции — в отличие от нетрадиционных форм оккультизма вроде теософии, переход из жизни в жизнь образует в индийских религиях не лестницу совершенства и восхождения к Абсолюту, а мучительное коловращение и переход от одной формы страдания к другой.[732] Поэтому если человек материалистического или просто безрелигиозного западного воспитания может найти в идее перерождений даже что-то привлекательное,[733] то для индийца она сопряжена с чувством несвободы и мучительной порабощённости,[734] вызывающим потребность освободиться из этой круговерти («Когда же придёт избавление из уз сансары, о Боже!? Эту мысль называют желанием свободы» — писал философ-ведантист Шанкара)».

Но индусы и другие религии Востока традиционно учат освобождению как о прижизненном «разъединении духа и материи с целью обретения собственного «я»». Это ощущение людям и обеспечивают древнейшие восточные эгрегориальные практики, мистику (таинства)[735] которых мы рассмотрим чуть позже. Кроме такого рода духовного освобождения на Востоке больше нечего не привыкли искать: искать освобождение от циклической воспроизводимости одного и того же порочного социального строя — не входит в круг интересов религиозных систем Востока. Рассмотрим некоторые разновидности понимания освобождения от сансары на Востоке. Обратимся к книге Е. Торчинова (стр. 214):

«Как же понимается освобождение от сансары, часто уподобляемой в индийских текстах болоту, в котором живые существа увязают, или океану, в котором они тонут? Очень по-разному: для недвойственной веданты освобождение — это обретение мистического гносиса, знания тождества истинного «я», подлинной самости человека (Атман), и абсолютного духа (Брахмана), для санкхьи это разотождествление духа и материи, длятеистической веданты — единение с личностным Богом, подобное единению влюблённых,[736] для джайнизма — освобождение души от связи с неодушевлённым миром, с материей, для буддизма Тхеравады — угасание страстей и влечений, пресечение неведения, для буддизма Махаяны — постижение своей собственной природы как природы Будды и осознание пустотности (понимаемой как отсутствие самобытия) сущего. Но в любом случае, это выход из круговращения сансары, прекращение перехода из одного существования в другое, конец страдательности и постоянной обусловленности одного состояния другим, выход из мира претерпевания в мир свободы (мокша, нирвана, кайвалья, мукти).[737] Именно свобода, абсолютная и трансцендентная, и образует высшую безусловную ценность традиционной индийской культуры.

В чём же состоит этот путь к свободе? Ответ прост — в самопознании.[738] И это самопознание маркируется идеологемой атман. Понятие атман становится центральным в Упанишадах, где оно рассматривается как:

1. Абсолютный субъект всех психических состояний, остающийся их неизменным свидетелем, или созерцателем (он «не то что видит глаз, а то, что видит глазом»; «не то, что в мысли мыслится, а то, что мыслит мыслью»);[739] атман отличен от тела: «Говорят же: тело моё. Как же быть телу субъектом?» (Шанкара). Точно также он отличен от эмоций, чувств, мышления и т. д., поскольку они тоже могут быть объективированы как предикаты[740] («я чувствую», «мои чувства», «мои мысли» и т. д.);[741].

2. Единое для всех существ вечное Я, тождественное абсолютной первосубстанции — Брахману, как высшей и совершенной реальности[742] (эта идея выражена в таких «великих речениях» Упанишад, как «Ты — То еси», «Я есьм Брахман», «Один без второго»);

3. Высшее божественное Я, отождествляемое с Богом-Творцом (Ишвара), являющимся в качестве Параматмана (высшего Атмана) источником и создателем как мира, так и индивидуальных атманов, отличных от него».

Индусские «определения» «Атмана» подходят под определение эгрегора, управляющего всеми нечеловеческими психиками людей и позволяющего людям пребывать в состояниях разных стадий восточного «освобождения». Но «определение» «Атмана» никак не подходит под «определение» Бога — поскольку Бог не заведует «психическими состояниями» людей, не является «субъектом (управленцем) психических состояний»: психические состояния (и типы психики) — дань процесса духовного развития такого, какой он есть. В то же время Бог не «остаётся неизменным свидетелем и созерцателем психических состояний»: Он постоянно предлагает лучшее на Языке Жизни, но люди отгораживаются от Языка Жизни Атманом.

Психологические практики.

Осталось рассмотреть психологическую практику имитации освобождения, которая широко применяется как в индуизме, так и в других религиозных системах Востока. Известно множество школ восточных психологических практик. Но самая известная и распространённая школа йоги. На её примере мы и рассмотрим, что происходит с психикой обучающегося, называемое «процессом освобождения от сансары». Обратимся опять к книге Е. Торчинова (стр. 216):

«Йога (от санскритского корня yuj — «связывать», «сопрягать», «соединять»;[743] родственно русскому слову «иго»[744] и английскому «yoke»)[745] — общее обозначение индийских психотехнических (психопрактических) методов достижения трансперсональных (изменённых) состояний сознания, оцениваемых традицией как высшие и совершенные, ведущие к освобождению от сансарического существования — переживание единства с Абсолютом,[746] личным Богом,[747] тождества «я» и абсолютного духа и т. д. Йога в этом широком смысле присуща всем религиям Индии, и поэтому можно говорить об индуистской йоге, буддийской йоге, джайнской йоге и т. д. Это также название одной из шести ортодоксальных даршан[748] брахманистской философии.

Создателем йоги как даршаны считается мудрец (риши) Патанджали, иногда, видимо необоснованно, сближаемый с одноименным знаменитым грамматистом (автор «Йога сутр» — «Афоризмов йоги»). Судя по заимствованиям из буддийских текстов (в частности, из «Абхидхармакоши» Васубандху), он жил не ранее V в. н. э. В собственно философской части своего учения Патанджали почти полностью солидаризируется с учением школы санкхья.[749] Подобно санкхъе, йога признаёт существование двух независимых субстанций — духовной (пуруша) и материальной (пракрити). Пуруша отождествляет себя с пракрити, что приводит к развёртыванию космоса,[750] формированию тел субъектов — живых существ и формированию сансары.[751] Пуруша всегда независима от пракрити,[752] но, отождествив себя с нею, приписывает себе её качества и полагает себя ввергнутой в страдания мира рождений-смертей.[753] Освобождение — полное освобождение пуруши от отождествления с пракрити и пребывание её в «собственной природе», реализуемое через «прекращения аффективного волнения психики»[754] (читта вритти ниродха), что и достигается через практику йоги. Однако, в отличие от санкхьи, йога признаёт существование личного Бога, определяемого как совершенный дух (пуруша),[755] который никогда не был вовлечён в сансару. Йога рекомендует почитание Бога и молитву, хотя Бог не считается в ней ни Творцом, ни Промыслителем мира.[756].

В практическом отношении система йога представляет собой описание следующих восьми ступеней пути к освобождению (кайвалья):

· яма — принципы нравственного совершенствования, важнейшим из которых является ахмиса — ненасилие, непричинение вреда ни одному живому существу. К яме относятся также целомудрие, ненакопительство, правдивость и другие нравственные качества;[757].

· нияма — принципы религиозной практики (изучение священных текстов, поклонение Богу,[758] повторение имён Бога и т. д.);[759].

· асана - позы, пригодные для медитации, созерцания;· пранаяма — дыхательные упражнения;[760].

· пратьяхара — отвлечение чувств от предметов чувств, достижение бесстрастия;[761].

· дхарана — сосредоточение на избранном объекте;[762].

· дхъяна — созерцание, медитация;[763].

· самадхи — вершина, пик сосредоточения, транс, ведущий к состоянию освобождения. Во время самадхи всякая психическая деятельность (психика понимается в йоге как одно из материальных образований) прекращается,[764] и тогда трансцендентный дух, пуруша, подлинное «я», являет свою истинную природу.[765].

В процессе своего развития сформировались различные формы йоги (в первом широком смысле слова): раджа-йога (тождественная йоге Патанджали), бхакти-йога (практика освобождения через любовь и преданность личному Богу), карма-йога (освобождение через действие при отсутствии привязанности к плодам действия), джняна-йога (освобождение через познание, мистический гносис[766] недвойственной реальности Атмана), лая-йога, или кундалини-йога (психофизическая практика, связанная с активацией парафизиологических центров тонкого энергетического тела — чакр[767] и пробуждения особой латентной[768] энергии человеческого тела — кундалини), хатха-йога (достижение совершенства через практику асан[769] и пранаямы[770]) и др. В XX в. появились новые направления йоги, стремящиеся синтезировать различные её традиционные формы (например, интегральная, или синтетическая, йога Ауробиндо Гхоша).

Таким образом, йога есть путь реализации основной и кардинальной ценности индийской культуры — освобождения, что определяет исключительно высокий статус психопрактик в системе традиционной индийской культуры, это, конечно, оказало важное влияние и на формирование специфики индийской философии, системы которой превращаются в своеобразные проекты достижения освобождения, проекты превращения человека из существа несвободного и страдающего в существо свободное и блаженное.[771] И все самые отвлечённые построения индийских мыслителей могут быть адекватно поняты только при их рассмотрении в контексте того или иного проекта.[772][773].

Автор точно выразил внутреннюю суть религиозной системы индуизма и его направлений. Далее Е.Торчинов условно подразделяет индийскую религиозную «философию» на три уровня. Мы их приведём ниже, составив из цитат автора, в своём форматировании текста (та же книга, стр. 220–221):

«Вся индийская философия (за исключением рано сошедшей со сцены школы материалистов-локаятиков) была философией религиозной, что обуславливала её тесную связь с религиями Индии — как с ортодоксальным брахманизмом, так и с альтернативным буддизмом и джайнизмом.[774].

· Религиозная доктрина[775] этих учений была существенным фактором формирования философских школ, обуславливающим наличие в них доктринального уровня. Доктринальный уровень, с одной стороны, задавал направление развитию философской мысли, а с другой — ставил ей пределы и границы. Так религии Индии были ориентированы на достижение освобождения от циклического существования в сансаре, следовательно, стремление к освобождению также должно отразиться в философском учении.

· Следующий уровень — психотехнический[776], то есть йогический. Йога, с одной стороны, выступала в качестве реализации религиозной прагматики доктрины,[777] с другой — снабжала философию материалом для философствования.[778] Таким образом, философия как бы получала свою материю от йоги, выступая в качестве дискурсивной формы и аналитического органа для обработки этой материи.

· Третий уровень — собственно философский, или философско-дискурсивный. Из сказанного выше ясно, что по своему характеру эта философия должна быть своего рода метапсихологией, ибо её объектом была психика и её состояния, а предметом — теория способов преобразования психики в соответствии с прагматикой той или иной религиозной доктрины.[779] Вместе с тем философия обладала и достаточной степенью автономии, ибо решала вопросы и собственно философские, например формально логические».[780].

Далее Е.Торчинов утверждает, что философия индуизма не является «тем же самым, что и философия в Европе, тогда как вся её специфика определяется сопряжением логического дискурса и нефилософскими или экстрафилософскими пластами культуры (религией и психопрактикой), в свою очередь связанными между собой» (стр. 222). Сделав этот вывод, автор резюмирует, что индийская философия состоит из многих составляющих, которые «не существуют обособленно в самом объекте, данном в его историческом бытии». Грубо говоря, в индуизме нет «философии» в понимании этого термина европейцами — как логические аналитические умозаключения, направленные на совершенствования миропонимания и познания мира.

В связи с этим автор утверждает, что «логический дискурс и вся мощная индийская аналитика никогда не возникли бы вне задач полемики между школами. Именно из эристики, из споров между школами вырастала логика, индийский логический дискурс был прежде всего дискурсом полемическим. Косвенным доказательством этого тезиса является резкое падение уровня логического дискурса в Индии после исчезновения там буддизма, главного оппонента брахманских школ (XIII в.). Теперь[781] брахманские школы, прежде всего различные направления веданты,[782] могли апеллировать не к рациональным доводам, а к авторитету Откровения и откровениям авторитетов.[783] Возникшая на самом излёте полемики с буддистами (XII в.) реформированная логика новой ньяи (навья ньяя) Гангеши, наконец-то превзошедшая аналитическое и диалектическое мастерство буддистов школы Дхармакирти, превратилось, по меткому выражению одного индиолога, в великолепную мельницу, в которой больше нечего было молоть: логика стала формальной в полном смысле этого слова».

Но на чём же тогда основана индийская философия (мудрость), если не на «диалектическом мастерстве»[784] (по выражению автора)? — Всё достаточно банально: после отторжения индуизмом буддизма (когда основной оппонент перестал мешать продолжению прежних традиций)[785] содержание индийская «философии», как и прежде, осталось сведённым к целому спектру древних религиозных текстов. Иными словами, индийская «философия» была и остаётся традиционно догматизированным учением, основанным на «космогонии» и религиозных традициях индуистских «священных канонов». А индийские психотехнические практики обслуживают такую антидиалектичную «философию»,[786] как бы практически доказывая большинству индусов её высшую религиозную целесообразность.

Е.Торчинов, посвятивший свой научный потенциал исследованию Востока, апологет буддизма, делает соответствующий вывод (стр. 223):

«Конечно, вряд ли кто-нибудь сочтёт ведийский гимн «Насадия» или «Пуруша сукту» собственно философскими текстами, но не видеть в них определённого философского содержания[787] может лишь слепец, или специалист, слишком глубоко погрузившийся в процесс порождения объекта своих собственных штудий. А уж Упанишады, вне всякого сомнения, по содержанию являются философскими текстами, хотя их форма, конечно, остаётся ещё нефилософской: это тексты откровения, а не доказательства, демонстрации, а не обоснования».[788].

В то же время нельзя сказать о глубоком застое индийской «философской» мысли. Но все изменения, связанные с некоторой «философской» динамикой и вынужденными отходами от традиционных брахманских текстов — происходили вследствие появления альтернативных школ и спорами между старыми и новыми школами. В результате победил классический индуизм, основанный на древних «канонах» — выработав «формально-логический аппарат и философскую аналитику»[789] — как наследие-дань отстаиванию последователями брахманских школ своих позиций в спорах между школами. По этому поводу Е.Торчинов приводит классификацию периодов становления индийской «философии» (стр. 224):

«Если бы индийская философия сформировалась лишь на основе брахманских списков и классификаций, она, скорее всего, имела бы значительное сходство с китайской философией с её классифицированными рядами и нумерологией. Но свободные дискуссии между шраманскими учителями, не признававшими апелляции к авторитетным текстам в качестве аргумента, направили индийскую мысль в сторону разработки формально-логического аппарата и философской аналитики.[790] Исходя из этих соображений, можно предположить такую предварительную периодизацию истории традиционной индийской философии:

1. Предфилософский период. Элементы философских по своему содержанию учений в текстах раннебрахманической литературы (до появления Упанишад в VIII–VII вв. до н. э.).

2. Эпоха философского символизма Упанишад. Начало периода формирования собственно философской традиции (VIII–V вв. до н. э.).

3. Ранний период формирования систематической философии. Эпоха шраманов. Философия раннего буддизма и джайнизма. Эпическая санкхья (до I в. н. э.).

4. Раннеклассический период (формирование брахманских систем — даршан, расцвет буддийской философии — I–VI вв. н. э.).

5. Позднеклассический период (формирование основных направлений веданты, закат буддизма — VII–XIII вв.).

6. Период начала стагнации индийской философской мысли (доминирование веданты, написание обобщающих доксографических текстов, схоластическое коментаторство[791] — XIV–XVII вв.).

7. Период стагнации и упадка (XVII–XIX вв.)».

Как видно из содержания периодизации, индийская философия, с которой имеют дело европейцы, представляет собой схоластику (тип религиозной философии, характеризующийся соединением теологодогматических предпосылок с рационалистической методикой и интересом к формально-логическим проблемам), основанную на религиозных комментариях древних «священных» текстов и практических «состояний». А религиозные практики индуизма, обслуживающие религиозную систему — мало понятны не только европейцам, но и самим индусам, поскольку индийская формально-логическая «философская» схоластика не в состоянии разумно объяснить, что же происходит с человеком, когда он «освобождается»[792] в процессе практического сеанса.

Джайнизм.

В заключении разговора об индуизме нельзя пройти мимо двух его крупных направлений — джайнизма и сикхизма. Есть и третье религиозное направление — буддизм, но, поскольку последний стал мировой религией, мы рассмотрим его в отдельной главе. Оба религиозных направления, джайнизм и сикхизм, оказали определённое влияние на становление индуизма в разные эпохи — между их возникновением около 2000 лет. Рассмотрим возникновение джайнизма и сикхизма с позиций определённой социально-религиозной динамики[793] индийского общества (что мы почти не рассматривали, пренебрегая этим процессом, поскольку религиозная основа индуизма почти не менялась) — которая всё же была, несмотря на «застойную» основу индуизма — благодаря внутренним социальным сдвигам и внешним завоеваниям Индии.

Ортодоксальные религиозные доктрины древней Индии, «генетически» восходившие к религии и мифологии «арийских» Вед, были тесно связаны с системой сословного неравноправия, которая, как мы уже знаем, нашла своё выражение в виде варн. На основе первоначального деления на варны древнеиндийское общество в процессе смешения «арийского» субстрата с аборигенными племенами выработало ещё более дробное и в сословном отношении ещё более неравноправное членение на касты. Напомним, что высшее и наиболее почитаемое место в сложившейся системе занимали касты брахманов.

Брахманизм в лице всех его систем-школ был учением именно этих каст. Все религиозно-философские построения, связанные с поисками спасения, слияния с Брахманом, были результатом многовековых усилий самих брахманов и предназначались в основном для них. На долю остальных приходились менее «серьёзные» религиозные переживания и культы.

Конечно же не правильно говорить, что остальные варны и касты оставались вне религии. Напротив, они были охвачены заботами «жрецов»-брахманов, совершавших от их имени и по их просьбе обряды, помогавших им «общаться с богами и духами». Но «высшие» поиски «божественных истин» и связанная с этим система абстрактных конструкций и «философско»-религиозной рефлексии оставались недоступными для небрахманских каст. Брахманы не считали нужным посвящать небрахманов в глубокие таинства их религиозно-философских абстракций и поисков.

До поры до времени это считалось само собой разумеющимся: кому как не «жрецам»-брахманам, для которых это является делом жизни, заниматься углублённым религиозным самоанализом и постоянным самоусовершенствованием в целях постижения великой истины? Однако с течением времени и особенно в связи с ускорением темпов социально-политического развития древнеиндийских протогосударств, с появлением политически влиятельного и в имущественном плане зажиточного, заметно выделявшегося на фоне всех остальных слоя причастных к власти (в основном это выходцы из варны и каст кшатриев) ситуация стала изменяться.

Князья, правители, военачальники, чиновники-администраторы и близкие к ним социальные прослойки, в чьих руках была социальная (а не религиозная) власть и фактическая военная сила, все более ощущали себя обойденными «жрецами»-брахманами, оставленными за пределами поисков истины, приобщение к которым, по традиции, стало в древней Индии вершиной системы «социально-нравственных» ценностей.

Это привело к тому, что представители небрахманских каст начали всё активнее интересоваться проблемами философского осмысления бытия, мироздания, жизни и смерти — тем более, что эти проблемы в виде учения о перерождении, о карме и т. п. стали к середине I тысячелетия до н. э. достаточно широко известными в Индии.

Судя по текстам Упанишад, мировоззренческие проблемы в это время разрабатывались уже не только брахманами, но и выходцами из иных варн, прежде всего кшатриями, что подрывало монополию брахманов на «сакральное» знание, которое, формально считалось доступным для всех трёх «арийских» варн[794]«дваждырождённых» (брахманы, кшатрии, вайшья). В стороне от этого знания традиционно находились лишь выходцы из четвертой варны шудр, бывшие либо потомками аборигенного населения, либо метисами, число которых среди жителей Индии со временем всё возрастало. Стоит заметить, что этот слой индийского населения впоследствии тоже внёс весомый вклад в формирование религиозно-культурных традиций страны, как это особенно явственно заметно на примере индуизма. Однако, на первых порах лидерами оппозиционных брахманизму учений оказались более подготовленные к этому кшатрии.

Неортодоксальные по отношению к ведам и брахманизму новые религиозные системы складывались в основном на всё том же восходящем к ведам и, более того, к индоиранским и индоевропейским верованиям и мифологическим конструкциям мировоззренческом фундаменте: в этом сомнений быть не может.

Однако были в новых системах и принципиальные отличия от брахманизма. В социальном плане они сводились к открытости и доступности учения, противостоявшим откровенно сословно-кастовому и аристократическому знанию[795] брахманов. В доктринальном плане разница была в том, что новые системы относились — как и зороастризм — к новому типу религий, т. е. к религиям основателя, «пророка», учителя.

Возникновение джайнизма, связывается с именем Махавиры Джины, жившего в VI в. до н. э. Его считают последним из 24 тиртханкаров, «нашедших брод», т. е. тех, кто сумел освободиться от кармы, вырваться из кармического мира с его бесконечными перерождениями и тем достичь абсолютного спасения, состояния сиддхи. Родившись в семье кшатрия, Махавира (его имя Вардхамана, род — Джня-трипутра) в тридцать лет ушёл из дома, вступил на путь аскезы, жил так 12–14 лет, после чего «достиг просветления, познал истину», вернулся к людям и около 30 лет проповедовал им своё учение. Согласно легендарным преданиям, зафиксированным в буддийских текстах, проповедовавший своё учение Махавира встречался с самим Гаутамой Шакьямуни, просветлённым Буддой, и вёл с ним диспуты.

Вначале последователями Джины были лишь аскеты, которые отказались от всего материального ради великой цели — спасения, освобождения от кармы.[796] По преданию, у Джины было одиннадцать учеников,[797] которые составили из его проповедей первоначальную основу доктрины, на первых порах передававшуюся изустно, от учителя к ученику. Позже состав джайнской общины стал увеличиваться за счёт сочувствовавших аскетам и кормивших их мирян, а также руководивших мирянами «жрецов», хранивших и развивавших основы учения Джины. Все члены ранней общины джайнов — миряне, «жрецы» и аскеты-монахи, мужчины и женщины — подчинялись некоторым общим законам, соблюдали определенные нормы поведения и, главное, запреты, которые и составляли едва ли не основную суть учения. «Канонизация» в письменной форме распространявшейся до того, видимо, в разных вариантах доктрины джайнизма произошла на Вседжайнском соборе в Паталипутре, состоявшемся в IV или III в. до н. э.[798].

Тот вариант учения, который был канонизирован, не был принят всеми сторонниками джайнизма, что и вызвало раскол среди них. Признавшие письменный текст стали именоваться шветамбарами. Именно их усилиями в основном доктрина развивалась и далее. Отказавшиеся признать канон подлинным и настаивавшие на необходимости сохранять верность первоначальной строгости поведения аскетов времен самого Джины получили имя дигамбаров («одетых воздухом, т. е. обнаженных»). Впоследствии их сторонники стали разрабатывать свой канон и свою «философию».

Хотя джайнизм как религия в принципе был открытой доктриной, формально доступной для любого, кто пожелал бы к ней присоединиться, широкой популярности и множества сторонников это учение так и не приобрело. Этому не следует удивляться — весь строго пуританский стиль жизни, жесткие ограничения и крайности аскезы не могли не отпугивать простых индийцев, пребывавших в «животном» типе психики, для которых уже на рубеже нашей эры, т. е. вскоре после оформления джайнизма как доктрины и начала распространения по Индии джайнских общин, окончательно сформировалась гораздо более приемлемая религиозная система — индуизм.

В религиозном отношении джайнизм менее интересен, чем с социальном. В социальном плане кастовое деление в джайнской общине в первое время играло гораздо меньшую роль, чем у индуистов — что вместе с общинным образом жизни оставляло надежды на постепенное размывание сословно-кастового строя. Однако, значение сословно-кастовых институтов постепенно возрастало, что обеспечивало джайнизму сравнительно большую социальную устойчивость существования в индусском сословно-кастовом обществе. Аскетический образ жизни и особые требования к общинным запретам, наложившиеся на индуистскую основу религиозного мировоззрения и «философии» (джайнизм не создал собственной бытовой обрядности и «философии» и прибегал в ряде случаев к услугам брахманов) — способствовал расслоению общины «по способностям», что и определило дальнейшую судьбу джайнизма. Ничего особо выдающегося и отличного от религиозных и «философских» основ индуизма в джайнизме не было придумано. Однако в социальном плане многие джайны смоги достичь близости к верхушкам «элит» — видимо пользуясь теми же способностями, которыми до них обладали лишь брахманы, но не «брезгуя» при этом профессиями «менеджеров», купцов и ростовщиков: время было уже другое.

В общем и целом джайнизм остался до наших дней «религией в религии»: он стал оплотом тех индийцев, которые приняли для себя жёсткие культовые ограничения[799] и встали на путь, который был доступен до середины I тысячелетия до н. э. лишь брахманам. Джайны как бы все обрели возможность освободиться от сансары — но лишь при условии становления монахами, что в нашем понимании означает наиболее полное слияние психики с эгрегориальной алгоритмикой, которая и создаёт иллюзию нирваны. Ясно, что не все джайны оказались на такое способны, что и предопределило их деление на свои сословия-касты, которые впоследствии определяли социальный статус самих джайнов. Индуисты лояльно отнеслись к джайнам, тем более что последние смогли укрепить своё влияние на многих государственных иерархов. Однако, джайнизм не стал альтернативой индуизму (в настоящее время его последователей около 0,5 %).

Кризис распространения джайнизма возник вследствие неподдержание населением Индии строгого аскетизма и ограничений на эмоционально-личностные бессознательные переживания. Движение бхакти (около VII в. н. э.), придавшее старому ядру индуизма более привлекательное и практически притягательное направление (чувство поклонения, и «любви» индусы могли ощущать через психотехники, которые развились уже к V веку), было «демократичнее» джайнистского аскетизма. Джайнизм делал упор на безэмоциональные соблюдения ограничений, что как бы «откладывало» на следующую жизнь ощущения «освобождения» от сансары помимо психологических практик. В то время как обновлённый бхати индуизм (помимо серьёзных практик) предлагал эти примитивные эмоциональные ощущения типа развлечений «прямо сейчас», что для «животной» толпы было гораздо привлекательнее.

Но в то же время более прагматичные джайны сумели благодаря своей прагматике завоёвывать даже очень высокие посты в государстве — что объясняется, видимо, доминированием «демонического» типа психики в верхушке джайнов, поскольку их образ жизни и безэмоциональный аскетизм способствовал некоторому выделению разумного начала в среде общины «зомби». Тем более, что джайны известны в средние века сосредоточением учёности научной культуры. Тогда ведущую роль играли джайнские математики, астрономы, литераторы, логики, метафизики. То есть, разумная составляющая в джайнизме играла не последнюю роль над бессознательно-эмоциональной — а последняя была определяющей религиозной системы индуизма. Поэтому именно прагматичные джайны добивались покровительства представителей многих династий: Ганга, Кадамба, Сатаваханов, Раштракутов, Чалукьев, Паллавов и прочих. Предпосылкой успеха являлась социально-профессиональная и психологическая особенность джайнов, о которой мы только что говорили.

При мусульманских династиях Моголов джайны также подвизались в сферах торгово-ростовщических операций, при налоговых ведомствах, давали ссуды, сумев избежать преследований. В колониальный и постколониальный период торгово-ростовщическая прослойка марвари (по месту образования Марвара), большинство из которых составляли джайны, вышла на ведущие позиции в финансово-экономической жизни Индии. Как видно, классический индуизм, закрепляя сословные барьеры, не способствует саморазвитию личности выше типа психики «зомби».[800].

В то же время, джайнизм смог выделить из своей среды прослойку «демонов», которых потом, видимо, употребляли колонизаторы в качестве своей периферии, поручая им те профессии, которые у европейцев традиционно заняты иудеями: иудеев в Индии было мало, пришлось обращаться к помощи местной «пятой колонны». Это говорит о том, что нарушение устоев сословно-кастовой дисциплины джайнами не пошло в прок изменению социального порядка в Индии: как только джайны приподнялись в социальном плане, они стали служить прежней сословно-кастовой дисциплине, выделяя выгоду для своей «общины» — которая стала сначала национальным, а затем интернациональным кланом-мафией. Видимо, такая уж рабовладельческая суть мировоззренческой основы индуизма, что даже благие начинания деградируют в разновидности расизма: выхода в Человечность в индуистском мировоззрении не предусмотрено самой «философской» основой всего атеистического Востока.

В настоящее время диаспора джайнов присутствует не только во всех крупных городах Индии, но и в Англии, США, странах Южной Азии. Что говорит о том, что джайны стали в некотором роде не только периферией колонизаторов (которые сами работают на «мировую закулису»), но и периферией непосредственно «мировой закулисы».[801].

Сикхизм.

Сикхизм (от пенджабского сикх, «последователь, ученик») не менее интересен, не только в социальном плане, но более даже — в религиозном. Он интересен тем, что сложился под влиянием проникновения ислама на территорию Индии. Родиной сикхизма является Пенджаб (от персидского «пять рек») — область на северо-западе Индии, где текут пять великих притоков Инда. Этот район на протяжении многих столетий выступал как буферная зона в контактах Индии со странами Ближнего и Среднего Востока, а в период Средневековья ему была уготована роль посредника во взаимоотношениях двух цивилизаций и двух крупных религиозных культур — индуистской и мусульманской.

Сикхизм начал складываться на рубеже XV–XVI вв., в переломный период индийского средневековья, когда подходила к концу эпоха Делийского султаната (1206–1526 гг.) и на его месте сложилось новое государственное образование с центром в Дили — империя Великих Моголов (1526–1707 гг.). Кровопролитные междоусобицы, упадок и отсутствие стабильности создавали условия для активизации разнообразных религиозно-реформаторских движений.

Естественно, что реформаторство затронуло прежде всего индуизм — религиозную систему подавляющего большинства населения Индии. В его рамках в это время набирало силу мощное североиндийское антисословноебхакти, уходившее корнями в наследие бхакти Южной Индии (VII в.), и получившее новый импульс. Основной идеей, проповедующейся бхактами, была беззаветная, зачастую экстатическая (как и принято у индусов) любовь к Богу, выходящая за пределы религиозных, кастовых имущественных и прочих рамок, а потому доступная каждому человеку. Ислам был в основном религией высшей «элиты» во время узурпации власти мусульманскими правителями[802] и некоторых обездоленных групп индийского общества. К тому же ислам в Индии был далеко не однороден: он был представлен несколькими конфессиями. Большой популярностью пользовался суфизм. Изгнанные из Ирана и других стран мусульманского мира, суфийские проповедники находили пристанище в Уче и Мултане (районы на северо-западе Индостана). Там в XI–XII вв. существовали суфийские государства. Постепенно суфии продвигались дальше на восток, вплоть до Дели (впрочем, делийские султаны их тоже не жаловали).

Суфии полагали, что конечная цель человека — общение и слияние с Богом, и достичь этого можно, если отречься от мира, вести аскетический образ жизни, погружаться в размышления о божестве, петь молитвы, повторяя в них имя Бога. Они считали необходимым самоотречение под руководством духовных наставников — шейхов. Бедность в суфизме расценивалась как один из праведных путей в противовес «богатству» и роскоши. Дервиши (члены суфийских орденов, которых на территории Индии насчитывалось более десятка) проповедовали те же идеи, что и бхакты — они говорили о необходимости всеобщей любви и братства между людьми разного происхождения и достатка, что, конечно же, находило отклик в кастовом индийском обществе.

Как мы знаем из Четвёртой книги курса, к XV–XVII вв. исторический ислам уже сильно деградировал (по отношению к идеалу, который принёс «пророк» Мухаммад). Суфии (тех орденов, которые были в Индии и в мусульманских странах) вошли в конфликт с материально «богатыми» иерархами исламских халифатов, поддерживающими догматический извращённый ислам, и проповедовали аскетизм и самоотречение. Но сикхи, как можно понять из их учения — пошли гораздо дальше суфиев:[803] они не только проповедовали идеи слияния с Богом, противостояли роскоши и разврату, но призывали к нормальному образу жизни в миру (чем были объективно праведнее аскетов-суфиев) и отрицали доктрину рая и ада, чего не было в среде мусульман. Можно сказать, что в недрах сословно-кастовой Индии к концу XV — началу XVI вв. сложилась религиозная система, основные идеи которой были самыми передовыми в мире.[804] Эти идеи — вплоть до деградации первоначального учения (середина XIX века) были практическим укором не только индуизму, но и историческому исламу.

Рассмотрим исторические этапы становления сикхизма, после чего приведём его мировоззренческие основы. Скажем сразу, что если бы не объективный внутренний кризис самого сикхизма, приведший к потере динамики его распространения, в результате которого, видимо, прекратилось его творческое развитие — его будущее могло бы быть мировым. Из истории сикхизма видно, что Бог поддерживал его проповедников (каждого по-разному) на начальных этапах становления.

Основателем сикхизма считается гуру Нанак (1469–1538/39 гг.), последователи которого стали называть себя сикхами — учениками. Выросший в индусской семье в Пенджабе, Нанак получил прекрасное образование. Н знал, помимо панджаби, персидский и арабский языки и немалое время посвятил изучению основополагающих идей разных религий.[805] Он много путешествовал и, согласно преданию, смог посетить все важнейшие индусские, буддийские и мусульманские «святыни». Попутно Нанак излагал свои религиозно-философские взгляды, высказывая их в стихах, гимнах — которые слушали толпы людей. Проведя в странствиях около 30 лет, он вернулся в Пенджаб, где основал общину — Картарпур («Крепость Всевышнего»), в которой стали выступать многочисленные его последователи и ученики. Оставшуюся жизнь Нанак провёл, сменив одеяние паломника на одежду крестьянина, трудясь на земле[806] и проповедуя своё учение.

Бросая вызов многобожию индуизма, Нанак говорил, что существует лишь один Бог, и поэтому важнейшее определение Бога — Эк (Один, Единый, Единственный). Первая мантра («Мул Мантра» — основная мантра), которой открывается «священная» книга сикхов Ади Грантх, говорит:

«Бог Един и вечен. Он имманентно[807] присутствует всюду и одновременно является Творцом всего сущего. Он имманентен в своём создании. Он лишён страха и враждебности. Он существует вне времени. Он вне смерти и рождения. Он познаётся милостью гуру».[808].

Бог у Нанака не персонифицирован, он — «нигрун» («не обладающий качествами»), но при этом Бог существует везде и повсюду, проявляется через бесконечное множество живых форм, а также через свои деяния, приобретая тем самым характеристику «сагун» — «обладающий качествами». При этом Он никогда не приобретает антропоморфный облик и всегда остаётся невидимым, а потому, соответственно, невозможно поклоняться Его изображению и бессмысленно воздвигать в его честь храмы.

Очень правильный подход, с помощью которого Нанак смог просто и доступно объяснить, то, что Бог разговаривает на Языке жизненных обстоятельств со всеми и — персонально с каждым на том Языке, который понятен именно этому человеку. Поэтому, обладая бесконечным множеством качеств, Бог предстаёт в жизни личности в первую очередь через те «живые формы» и явления (деяния), которые непосредственно касаются личности. И лишь благодаря этому Бог приобретает для личности определённые качества — из всего их бесконечного (для человека) числа.[809] Чем больше личность не предвзято (вне связанности догматами и эгрегорами традиционной веры) обращает внимание на проявления Языка Жизни — тем больше качеств Бога она познаёт. Объединив свои наблюдения о Боге в общине, люди могут поделиться друг с другом своими наблюдениями — в результате чего появится некий совокупный (соборный) «образ» Бога — но не персонифицированного, а «обладающего качествами». Творчески следуя этим определённым совместно качествам Бога и, сравнивая их с критериями оценок «качеств» Бога («образа» Бога) в религиозных системах, люди могут избавиться от религиозных иллюзий, обретя истинную Свободу — творческое обоюдостороннее общение с Богом через Жизнь.

Нанак учил, что с одной стороны, постижение Бога невозможно никоим образом: он — агочар (вне возможностей интеллекта), абол, аках, алекх (не постижимый ни с помощью написанного слова, ни с помощью произнесённого).[810] Но в то же время слияние с ним возможно[811] и доступно для каждого человека, причём вне зависимости от его происхождения, религии («Нет индусов и нет мусульман» — говорил Нанак), касты, общественного положения.

Не нужен ни уход от мирских дел, ни отшельничество, ни аскетизм; наоборот, человек должен вести полную добродетели трудовую жизнь, соответствующую дхарме домохозяина[812] и непрестанно размышлять о Боге.[813]«Человек должен трудиться и делиться плодами своего труда с другими людьми» — учил Нанак. Кроме этого необходимо стремиться к избавлению от пороков.[814] Для познания Бога не нужны никакие посредники — ни брахманы, ни муллы, с их толкованием «священных» книг,[815] церемониалом и обрядами.[816].

Новое учение сразу же снискало большое число сторонников, главным образом из городских торговцев, ремесленников и крестьян. При Нанаке была введена особая форма «богослужения» — сангат, что означало совместное присутствие сикхов (вне зависимости от касты) на проповеди гуру и коллективное исполнение ими гимнов.[817] Несколько позже, при третьем гуру (Амар Дасе (1552–1574 гг.), появилась практика проведения совместных трапез в «гуру ди лангар» — «трапезных гуру», ключевым моментом которых была передача присутствующими из рук в руки железной чаши и испитие из неё воды. Это символизировало полный отказ от норм индусского кастового общества, в соответствии с которыми вода считалась наиболее легко оскверняемым объектом.

После смерти Нанака проповедь учения сикхов продолжили ещё девять гуру. По традиции они рассматриваются сикхами как десять воплощений одного гуру,[818] проповедовавшего единое учение, подобно свечам, загорающимся одна от другой, или пламени одного факела, зажигающего остальные. При первых пяти гуру этот титул был ненаследственным и переходил наиболее достойному члену общины. Сикхизм времён десяти гуру охватил большой период: от XVI до начала XVIII вв.

В начале эпохи Великих Моголов[819] новая религия, тогда ещё не отличавшаяся воинственностью и вполне вписывавшаяся в рамки особого течения в индуизме — как она поначалу воспринималась мусульманскими правителями Индии — не вызывала особого беспокойства со стороны центральной власти. Общинный характер нового учения привлекал к нему много сторонников, сикхская община быстро крепла и росла[820] и на протяжении всего XVI века не представляла опасности для Моголов. Сикхи были лояльны к делийским чужеземным правителям, а те также пока не выделяли сикхов из числа прочих подданных, проводя политику религиозной терпимости.

Третий гуру Амар Дасе, имевший свои немалые владения в Амритсаре, получил от делийского правителя Акбара (1556–1605 гг.) право пользоваться ими в качестве вакфа. Вскоре Амритсар стал главным сикхским центром. При Амар Дасе и его преемнике Рам Дасе (1574–1581 гг.) там был вырыт «священный водоём», и началось строительство «Золотого храма» (Хармандир), которое завершил пятый гуру Арджун (1581–1606 гг.).[821].

К концу XVI в. в сикхской доктрине и практике произошли заметные изменения. «Золотой храм» стал местом паломничества сикхов — вопреки учению Нанака о том, что для почитания Бога не нужны ни храмы, ни его изображения, ни какие-нибудь другие предметы, культа.

Можно констатировать факт, что после смерти Нанака (в 1539 году) «чистота» учения первого гуру была утрачена почти сразу — в течении жизни одного поколения. Формально остались (и даже дошли до нас) основные положения первоначального видения и понимания Бога — но сикхские иерархи и их сторонники перестали осуществлять на практике (и учить людей своим примером) почти все религиозные принципы (методологию познания Жизни), заложенные первым гуру в основные положения религиозной системы. Произошла формализация и догматизация веры, взявшей «на знамя» учение Нанака. Иерархам сикхизма было удобно пасти свою неграмотную толпу по-старинке (индуизма) под новой передовой религиозной вывеской, а толпа восприняла очередные эгрегориальные культы, организованные иерархами за процесс «слияния» с Богом. Так в течении одного поколения сикхизм (изначальные замыслы и принципы, утверждаемые Нанаком) был примитизирован до уровня очередной разновидности идеалистического атеизма.[822].

Как мы уже знаем, одним из признаков догматизации веры является «освящение» культурного наследия религиозной системы. Не обошла эта участь и сикхизм. Культ гуру (духовных учителей) в Индии был настолько авторитетен, что толпа уверенно последовала за нововведениями гуру, считая их по традиции непогрешимыми (как и первоиерарха) и не ошибающимися. Самим же гуру было удобно опираться на авторитет Нанака и его культурное наследие.

Видимо, сикхизм деградировал по двум причинам: первая — отсутствия в нём практических механизмов выхода в Человечность (древние индийские психотехники, генетически вошедшие в мировоззрение не позволяли пробиться сквозь эгрегориальное «марево», искажающее мировосприятие индусов; но при этом Бог никак не мог не откликнуться на правильные идеи и помогал); и вторая — догматизация учения (к чему также привыкли мировооззренчески индусы), не получившего массового практического творческого развития, что также не позволяло выйти в Человечность. Третьей (немаловажной) причиной вполне может быть вмешательство «мировой закулисы» в процесс становления сикхизма.

По приказу гуру Арджуна была составлена «Священная книга» сикхов[823] — Ади Грантх («Изначальная Книга»; её также именуют «Гуру Грантх» — «Книга-Гуру» либо «Грантх-Сахиб» — «Книга-Господин»).[824] В неё вошли стихи и гимны первых пяти, а затем и остальных гуру, а также произведения многих других идеологов бхакти и суфизма. Ади Грантх была помещена на почётное место в Золотой храм,[825] где и находится в настоящее время.

Не удивительно, что вскоре в сикхской общине обнажилось существовавшее уже давно социально-имущественное расслоение её членов (следствие расхождения религиозных деклараций, берущих начало от времени Нанака и реальной жизни и мыследеятельности членов общины: двойные стандарты) и феодальной верхушки. Гуру Рам Дасе именовали «сача бадшах» — «истинный падишах»: он обладал большой казной, в которую поступали «добровольные» пожертвования, собираемые его гонцами — масандами. В их обязанности вменялось пропаганда учения сикхов. При гуру Арджуне эти пожертвования приняли форму обязательных налогов, а мансады превратились в настоящих налогосборщиков. У пятого сикхского гуру были своя гвардия и двор, не уступавшие по пышности и убранству владениям мусульманских правителей.

При Арджуне заметно усилилась тенденция к обожествлению гуру. Этому, видимо, способствовала некоторая понятийная неопределённость. В учении Нанака гуру присутствовал как «Божественный наставник» — тот, кто открывал ученикам «дорогу к спасению». С первого гуру и началось учение, поэтому, вопреки самому учению и личному примеру первого гуру — в гуру видели олицетворение Бога. Но сам Нанак учил, что полноценным, полноправным гуру может быть лишь только Бог, а земной учитель-гуру наставляет учеников на полноценную связь с Богом, которая позволяет осваивать методологию познания Жизни. Однако, люди гораздо охотнее принимали последующих гуру за воплощения Бога, поскольку их психика была слаба (не соответствовала критериям Человечности) для самостоятельного познания Жизни,[826] как тому учил Нанак.[827].

Но несмотря на все людские извращения, религиозная теоретическая основа сикхизма, заложенная первым гуру и дошедшая до наших дней, осталась. А сикхская община несла её от одного гуру к другому как некий непознанный религиозный идеал, которому не соответствовал образ жизни ни самих гуру, ни большинства членов общины. Ещё раз скажем: самое главное достижение сикхизма — отказ от доктрины посмертного воздаяния — что не было преодолено ни в одной крупнейшей религиозной системе ни Запада, ни Востока. Но, как мы уже знаем, именно на имитации социальной справедливости, основанной на доктрине посмертного воздаяния (и её разновидностях) и держится мировая толпо-«элитарная» система, которую эксплуатирует глобальный «Кащей Бессмертный». Поэтому Бог в определённой мере продолжал поддерживать сикхов — поскольку на Востоке ничего более передового не было. Это видно хотя бы потому, что именно сикхи успешно возглавили национально-освободительную борьбу с разнообразными колонизаторами в Индии — в то время как индуисты не смогли дать реальный отпор всем завоевателям, покушавшимся на суверенитет Индии. Иными словами, сикхизм в Индии стал центром национального сопротивления, а благодаря самым передовым религиозным идеям, которые несли сикхи своим учением, сикхизм был в некоторой мере поддержан Свыше.

По мере феодализации общинной верхушки и приобретения общиной всё более воинственного характера, отношения последователей Нанака с Моголами начали портиться. Эпизодические вооружённые столкновения с войсками Моголов имели место уже в конце XVI в., а после смерти Акбара взаимоотношения сикхов с Дели стали развиваться по принципу «от плохих к худшим». Последний из «Великих Моголов» Аурангзеб (1658–1707 гг.), прославившийся своей фанатичностью и беспощадными преследованиями иноверцев, люто ненавидел сикхов.[828] К этому времени мощная сикхская община начала предпринимать активные действия, направленные против власти чужаков в Дели.

Во второй половине XVII — начале XVIII вв. Панджаб оказался охваченным крупнейшим в истории Индии антимогольским движением под знаменем сикхизма. Основное ядро этого движения составляли крестьяне из касты джатов, поддерживаемые городскими торгово-ремесленными слоями. Во главе движения стояла сикхская верхушка, чаяниям которой отвечало создание собственного государства. Отлично вооружённые войска девятого гуру Тег Бахадура (1664–1675 гг.) совершали нападение на могольские отряды, заставляли «богатых» мусульман расставаться со своими доходами в пользу сикхов. По приказу Аурангзеба Тег Бахадур был жестоко казнён в Дели вместе с пятью своими соратниками — это вызвало ещё более мощную волну народного сопротивления.

Исторически становление сикхизма характеризуется периодами попыток «очищения» веры от неправедных религиозных наслоений и образа жизни: видимоучение Нанака было настолько ясным и передовым, что одно лишь его «каноническое» существование обязывало периодически возвращаться к вопросу соответствия жизни общины и первоначального религиозного замысла.

Первую попытку такого рода можно наблюдать во временя десятого гуру. Этому способствовало и расширение социальной базы сикхизма в связи с ведением освободительного движения против колонизаторов. Благодаря последнему религиозная доктрина сикхов превратилась в воинствующую повстанческую доктрину, что заставило десятого гуру Гобинда Сингха (1675–1708 гг.) ввести ряд существенных изменений не только в учение Нанака (как это практиковали его предшественники), но и в организацию сикхской общины. В 1699 году он провозгласил, что отныне высшая духовная и светская власть переходит от гуру к хальсе (буквально — чистые) — собранию вооружённых общинников: «Гуру — это хальса, а хальса — это гуру». Тем самым был положен конец живых гуру. Был избран совет из пяти наиболее преданных Гобинду Сингху сикхов («пятеро избранных») — выходцев из разных каст. Одновременно с этим был ликвидирован ненавистный всем институт масандов.

Отныне вступавшие в хальсу сикхи должны были торжественно отречься от касты и подтвердить только одну свою принадлежность — к общине сикхов. В то же время с этого момента сикхи делятся на «посвящённых» и «непосвящённых», Те, кто прошёл обряд посвящения в общину (отпитие воды из общей чаши и вкушение особо приготовленной пасты из муки, масла, сахара и воды)[829] называются амиритдхари, а не прошедшие — сахаджхари: и те и другие «придерживались учения Нанака», но последние не являлись членами хальсы, то есть, не имели права голоса. Тогда же был введён особый кодекс поведения сикхов, получивший название «пять К» (подробнее о нём скажем ниже).

Первая попытка «очищения» веры закончилась формированием социального религиозного института близкого к «христианскому» либо мусульманскому «священничеству»[830] с его иерархией по посвящению (во всяком случае две её ступени налицо) — вопреки учению Нанака. В общем-то это стандартный путь, который исторически проходили многие религиозные системы в период своего становления, прежде чем стать самостоятельной автономной религиозной системой. Как и было исторически зафиксировано во многих религоизных системах, и сикхизм — не исключение, следующим этапом была канонизация «Священной книги» Ади Грантх. Её копии стали появляться в сикхских храмах-гурдварах («врата гуру»), а также в специально выделенных комнатах в домах состоятельных общинников. С этого времени разрабатывается церемониал, связанный с обожествлением Ади Грантх. Сикхи крайне уважительно относятся к своей «Священной книге», в соответствии с ритуалом обмахивают её опахалом, торжественно выносят во главе праздничных процессий, специальные лица читают из неё тексты (своеобразный фетиш) — в общем всё делается вопреки учению основателя. В итоге к началу XVIII в. сикхизм окончательно превратился в самостоятельную религиозную систему.

После периода десяти гуру популярность общины продолжала расти, община продолжала географически и численно расширяться. Объявленная десятым гуру «священная война»[831] («дхарм юдх») против «царства зла» (Моголов) была поддержана большими слоями населения, присоединявшегося к сикхам. В течении всего XVIII века Панджаб постоянно находился в состоянии борьбы. В результате множественных войн в 1765 году была провозглашена независимость Панджаба, управление которым принадлежало «общинной» сикхской верхушке, феодализировавшейся и распоряжавшейся огромными земельными владениями.

Начавшись с многообещающей «очистки» веры при десятом гуру, период возвышения независимой государственности сикхов знаменовался отходом от всех праведных принципов, провозглашённых гуру-основателем Нанаком при вожде-освободителе Ранджит Сингхе (1780–1839 гг.), что открыло возможности аннексирования Панджаба англичанами. Политические и военные успехи Ранджит Сингха, продолжавшие наступление сикхизма в Индии, сопровождались дальнейшим отходом от его многих важнейших принципов, провозглашённых Нанаком. Ранджит Сингх сумел «ассимилировать» сикхизм к индуизму:[832] он не только не выступал против кастовости общества и засилья высших каст, но, напротив, весьма дружелюбно относился к брахманам и нередко прибегал к их услугам. После кончины Ранджита Сингха четыре его жены и семь служанок совершили сати — обряд самосожжения (один из ключевых культов индуизма), против которого так решительно выступал Нанак и его последователи. Забвению были приданы и такие принципы раннего сикхизма, как осуждение неприкасаемости, отказ от антропоморфных изображений «Бога», отказ от убиения новорождённых девочек в «богатых» семьях и многие другие. В гурдварах стали появляться изображения божеств из индусского пантеона, интерьер храмов становился всё пышнее, появлялись новые и возрождались старые обряды и церемонии (многие их индуизма), призванные сопровождать людей в повседневности. Дальнейшее развитие получила идея обожествления гуру, против чего выступал Нанак. В результате после двух англо-сикхских войн (1845–1846 и 1848–1849 гг.) Панджаб был аннексирован англичанами.

Таковым оказался Язык Жизни по отношению к деградировавшей к середине XIX века сикхской религиозной системе. Некоторые сикхи поняли Язык Жизни лишь с началом западной колонизации Панджаба перед лицом очередных пришельцев-захватчиков.[833] В первой половине XIX века в сикхизме появились группы, члены которых ратовали за возвращение к принципам изначального сикхизма, за очищение религии от наслоений, за нравственное возрождение и совершенствование людей. Это были ниранкари (дословно «не имеющий видимой формы» — один их ранних эпитетов Бога) и намдхари («носящий Имя [Бога]»). Наиболее многочисленной была — и остаётся по сей день[834] — община намдхари, начавшая свою деятельность в 30-х годах XIX века. Она быстро росла за счёт крестьян-сикхов, и спустя несколько десятилетий в ней насчитывалось уже около 50 тыс. человек. После аннексии Панджаба деятельность намдхари стала приобретать всё более антианглийский характер.[835] Мусульмане Панджаба пользовались покровительством колонизаторов и сикхи нападали на мусульман, которые являлись пособниками в колонизации Индии.

Однако, не получая поддержки как от индуистских правителей, так и от мусульман и англичан, и будучи разгромлены в конце XIX века англичанами — сикхи изменили тактику проведения своей религиозной линии. Из всех сторон (англичане, индусы, мусульмане) они стали постепенно взаимодействовать с англичанами, видя на практике плоды такого взаимодействия англичан с мусульманами: индуизм меньше всех соответствовал религиозным убеждениям сикхов, а постепенная капитализация жизни Пенджаба могла обеспечить некоторую свободу действий в условиях колониальной зависимости. Иначе говоря, политика колонизаторов была более приемлема в смысле размывания индусской сословно-кастовой системы (к чему призывал основатель сикхизма Нанак), нежели «родной» индуизм и «элитный» исторический ислам. В результате чего некоторые сикхи подались в буржуазию.

В 70-х годах XIX века начинается эпоха буржуазного национализма, в который умело вписались не только мусульмане, но и сикхи — не желая отставать от времени. Благодаря этому появились первые сикхские общественно-политические и просветительские организации, действующие по всему Панджабу. Это общественно-политическое движение, опиравшееся на сикхских буржуазных реформаторов, способствовало распространению образования в среде сикхов, популяризацию и развития языка панджаби. По инициативе сикхских просветителей в ряде школ было введено преподавание на национальной панджаби (в противовес насаждаемой англичанами урде), на которой публиковались литературные произведения из религиозного наследия сикхов.

Но главное, что, используя буржуазные отношения с колонизаторами, сикхская буржуазия пропагандировала идеи ярко выраженной антикастовой направленности. Кроме этого, сикхские лидеры продолжали пропагандировать идею отказа от неприкасаемости некоторых высших сословий и каст и на рубеже XIX–XX вв. в результате такой работы в общину сикхов были формально приняты многие бывшие «неприкасаемые». А начало XX века было ознаменовано мощным движением против махантов — настоятелей сикхских храмов — которое стало возможным благодаря тому, что многие сикхи получили от англичан огромные земельные участки и стали крупными помещиками.[836] После этого выступления под покровительством «богатых» сикхов зачастую носили ярко выраженную антианглийскую направленность, когда дело доходило до открытых вооружённых столкновений.

После Первой Мировой войны XX века весь Пенджаб был охвачен освободительным движением, протекающем в русле общеиндийской освободительной борьбы и носившим ярко выраженную религиозную окраску. В ходе движения был создан сикхский Комитет по управлению гурдварами (который существует и поныне) и в 1925 году англичане вынуждены были передать ему право контроля над гурдварами. Сикхская лига, созданная в 1919 году вместе с партией Акали Дал, выражавшей интересы буржуазно-помещичьих кругов сикхов — активно выступали за предоставление Индии независимости, равенство прав всех сикхов, индусов, мусульман, за сохранение единой и нерасчленённой Индии, против поддержки создания Пакистана. И это правильно.

Не случайно, что после обретения Индией независимости от колонизаторов и раздела её на два государства, граница раздела прошла по Панджабу (большая часть отошла Индии, куда устремились индусы и сикхи; навстречу устремились мусульмане): сикхизм остался непонятым и непознанным как индусами, так и мусульманами, а ведь его первоначальное учение могло примирить и тех и других, что сохранило бы целостность Индии. Но всё пошло по не самому лучшему (мягко выражаясь) варианту: сикхизм остался «немым укором» (проявлением Языка Жизни, которому к тому времени было уже около трёх столетий) прежде всего мусульманам Пакистана, а затем и индусам.

В 1966 году под напором сикхов был организован штат Панджаб в его нынешних границах, в котором проживает 70 % индийских сикхов. С 1980 года сикхские настроения стремления к справедливости «закулисные» хозяева толпо-«элитаризма» стали пытаться употреблять в революционных целях. Сикхи были неоднородны: крупными были Акали Дал (носила умеренный коммуналистический[837] характер), Всеиндийская федерация сикхских студентов и Дал хальсы (последние две носили крайний экстремистский характер). Выступая с позиции крайнего экстремизма и сепаратизма, последние две организации сикхов и некоторые другие, были вписаны в сценарий «мировой «социалистической» революции» и финансировались из-за рубежа. Именно поэтому в Индии понятия «сикхи» и «террористы» стели едва ли не тождественными — подобно тому как на Западе зачастую понятия «мусульмане» и «террористы» тоже отождествляют из-за вписания некоторой части мусульман и их духовных лидеров в тот же сценарий «мировой закулисы».

Но кроме этого хозяева мировой толпо-«элитарной» пирамиды таким образом «сливают» в политическую канализацию интерес людей как к первоначальному учению сикхов,[838] так и к Корану: а ведь именно там можно подчерпнуть для себя больше всего полезного для понимания Жизни и Бога.

В 1990-х годах «сикхский фактор» усилиями «мировой закулисы» отошёл в общеиндийских политических процессах на второй план, уступив центральное место вопросам взаимоотношений двух крупнейших общин страны — индусской и мусульманской.

В заключении этого раздела приведём текст, рассказывающий о существе религии сикхов, который помещён на сайте в Интернете.[839] Комментировать его мы будем лишь по крайней необходимости, выделяя жирнымособо интересные и правильные на на— взгляд места (то, что не выделено жирным и не прокомментировано — несколько сомнительно, но тоже интересно, как опыт объединения мировоззрения первого гуру, индусской и коранической мировоззренческих основ):

«Сикхи верят в единого Бога, всемогущего и всепронизывающего Творца, непостижимого и недосягаемого. Его настоящее имя никому не известно. Лишь сам Бог знает цель творения, которая преисполнена Любви. Это не Бог одного народа, он никого не ведёт[840] и не наказывает. Он источает милосердие и любовь, и лишен ненависти и пристрастий.

Бог рассматривается с двух сторон — как Ниргун (Абсолют) и как Саргун (персональный Бог внутри каждого из людей). До Творения Бог существовал как Абсолют сам по себе, но в процессе Творения он выразил себя. До Творения не было ничего — ни рая, ни ада, ни трёх миров — только Бесформенное. Не было ни книг, ни учения, ни добра, ни зла,[841] ни славы, ни доблести, ни мужского, ни женского. Когда Бог захотел выразить себя (как Саргун), он сначала нашел свое выражение через Имя, и через Имя появилась Природа, в которой Бог растворен и присутствует везде и распространяется во всех направлениях, как Любовь. Бог никем не рождён и не перерождается ни в какой форме — он присутствует везде — как животворящая идея, любовь, милосердие, красота, мораль, правда и вера. Бог дает всем жизненную энергию. Но он при этом непостижим и неописуем.

Поклоняться Богу можно только медитацией его Именем и пением его молитв. Никакие другие божества, демоны, духи не достойны поклонения.

Вопрос о том, что будет с человеком после смерти, сикхи рассматривают следующим образом. Они считают «неправильными» все представления о рае и аде, воздаянии и грехах, карме и новых перерождениях. Учения о воздаяниях в следующей жизни, требования покаяния, очищения от грехов, постах, целомудрии и «благих деяниях» — всё это, с точки зрения сикхизма, попытка одних смертных манипулировать другими[842].Посты и обязательства не имеют значения. После смерти душа человека не переходит никуда — просто растворяется в Природе и возвращается к Творцу. Но не исчезает, а сохраняется, как всё что существует.

Сикхи проповедуют любовь и братские отношения ко всем людям на Земле независимо от происхождения.

Что следует делать правоверным сикхам? В первую очередь — быть хорошими людьми. Искать и проявлять в себе данное Богом — Веру и Любовь, быть свободным в своей воле и уважать свободу других. Никто не принуждает ни к совершению добрых дел ради каких-то выгод в этой или следующей жизни (никто не учитывает специально «добрые дела»), ни к пожертвованиям, ни к сложным ритуалам, ни к накоплению знаний, ни к целомудрию, ни к покаянию. Искренние и добрые деяния возникают сами по себе как естественное существование, даруемое Богом, которого можно открыть внутри себя.[843] Человек свободен в своей воле.[844] Бог создал Природу с ее законами — можно сознательно следовать или не следовать им. Как рыба, которая может плыть по течению, а может плыть и против течения. Иногда даже рыбе требуется преодолевать огромные расстояния против течения, чтобы отложить икру в верховьях рек. Но рыба не может выйти из реки. Также и мы не можем выйти за пределы воли Божьей, обладая своей собственной волей. Течение показывает природные законы, созданные Богом, а взаимодействие с ними — это уже дело собственной воли человека. Злодеяния, скупость, ненависть, жадность — это противоестественно и невыгодно, действуя так, человек встречает сопротивление Природы. Любовь следует проявлять в любом повседневном деянии, включая самые простые и обыденные вещи — и в этом выражается природа Бога. Сикхи всегда живут в оптимизме, радости и надежде.

Хотя многое в сикхской религии похоже на еврейскую,[845] сикхи отказываются признать свое «родство» с иудаизмом. Бог сикхов не связан с «избранным народом» и не провозглашает национального или кастового неравенства, никого не ведёт и никого не наказывает. Бог не проявляет себя в виде «голосов с неба», знамений и требований. Бог никого не призывает к священной войне и не накладывает на людей такое множество ежедневных обязанностей, как в еврейской традиции. Бог не призывает народ изолировать себя от других — наоборот, сикхи относятся к другим народам как к своим братьям.

Сикхи считают, что необходимо уважать свою свободу, и также свободу и волю других людей. Страшный грех — манипулирование другими людьми, их принуждение и насилие — это отвратительное проявление эгоизма. Не давай никому манипулировать своим страхом перед смертью. Учителя других религий все время стараются зацепить тебя за крючок страха перед смертью, предлагая «спасение», рай или хорошее перерождение, и пугая адом в следующей жизни. Это большой грех[846] — никто не знает куда ты попадешь и не имеет право об этом рассуждать, чтобы принудить тебя.

Развивая внутри себя веру и любовь, человек даёт выход своим естественным стремлениям. Никакие священные писания и формальные знания не помогут в трудную минуту, когда решение надо принимать мгновенно, по внутреннему импульсу.[847].

В своих молитвах сикхи просят себе участи, подобной собаке — но не бездомной собаке, а собаке, у которой есть хозяин, который заботится о ней, и которому следует служить.[848].

Все люди одинаковы — у всех по две руки, две ноги, два глаза… Натура людей одна и та же, независимо от их происхождения, религии, касты или духовного уровня развития. Поэтому сикхи почитают всех людей как своих братьев. Сикхи не признают кастовой системы, «уровней сознания» и «уровней спасения». В каждом человеке есть Бог и есть возможности духовного роста и развития.

Человек не начинает свою жизнь с пустого места — он уже существовал до своего рождения. Его прошлое существование, семья в которой он родился и его народ определяют его индивидуальность.[849] Но помимо всего ему дается еще собственная воля, и он сам несет ответственность за свои деяния. Он может своей волей полностью изменить свой характер и нейтрализовать все свое прошлое.[850] Бог дает нам всем силы и энергию, но не освобождает нас от ответственности.

Внутри нас — беспредельная глубина, и мы сами способны увидеть собственные грехи и собственное невежество в том свете, который мы находим внутри себя.[851].

Сознавание своего «Я» — это самый низкий уровень сознания, присущий также животным. Расширяя свое сознание, мы воспринимаем других как часть самого себя. Мы поднимаемся от своего «Я» до уровня своей семьи, потом до уровня общества, потом — до уровня Природы, и дальше — до уровня Бога. Сикхи — не подвижники и не материалисты, они выбирают серединный путь.

Как не следует манипулировать людьми, так не следует манипулировать и природой и природными силами.[852] Чрезвычайно увлекаясь этим, ученые создают иллюзии. Что является лекарством от болезней? Только то, что повышает иммунитет, повышает внутреннюю сопротивляемость и волю больного.[853].

Кто такой Гуру для сикхов? Истинный Гуру, который знает Бога со всех сторон и знает, что когда и как надо делать — это недостижимая абстракция, только Бог знает себя самого. Но в каждом сикхе живет свой Гуру,[854] и от этого каждый сикх чувствует необыкновенный прилив энергии.

Сиккхское учение и священное писание сформулировал Гуру Нанак (род. 1469) и последующие девять сикских Учителей. Священное Писание было написано первыми пятью Учителями. Писание пользуется наивысшим духовным авторитетом и определяет пути и законы всего Учения. Сикхский катехизис Khalsa Panth дополняет Священное Писание.[855].

Каждый сикх проходит крещение (процедуру Амрит). Сикхизм могут принять любые люди независимо от национальности, пола и происхождения. Сикхи обязаны сохранять при себе пять предметов (пять К) — Kesha (нетронутые волосы, спрятанные под чалму), Kangsha- гребень, поддерживающий волосы, Kara — стальной браслет, Kachla — нижнее белье, Kirpan — меч, спрятанный под одеждой. Это правило обязательно. Меч не должен употребляться для утверждения своей власти, угроз или насилия над другими. Каждый сикх, зная, что другие тоже имеют при себе меч, уважает других.

Погребальная церемония сикхов — кремация. После кремации пепел умершего бросается в канал или в реку. Покойным не положено возводить монументы. После смерти душа возвращается к Богу и соединяется с ним.

Хотя сикхи не придают особого значения обрядам и церемониям, они их считают важным для объединения людей между собой и сполчении их друг с другом, для изучения традиции и писания, для помощи себе и другим в развитии в себе любви. Формы и ритуалы помогают придать идеалу реальную форму, почувствовать его и сделать более осязаемым для себя и других, хотя в них нет абсолютной необходимости. Главное — чтобы формальности и ритуалы не привязывали к ограниченным местным традициям и не убивали духовности. Каждая душа неповторимо индивидуальна, и ритуалы должны ее питать и поддерживать».

Заключение.

Разумное объяснение устойчивости индуизма можно получить, взглянув на индуизм как на систему духовного и социального рабства — с каких позиций мы и подходим к любой религиозной системе, рассматривая последние. Лишь с этих позиций, исходя из нравственных критериев социальной справедливости, можно достаточно точно оценить «философскую» мысль любой религиозной системы. В первую очередь, начиная оценки, нужно всегда помнить, что духовность религиозной системы в общем и целом соответствует её социальной организации. Это знали ещё «великие посвящённые», утверждавшие принцип «что наверху[856] — то и внизу.[857]"Если поддерживать традиции соответствия эгрегориальной и социальной иерархий, то можно умело сохранять устойчивость того и другого и их взаимную замкнутость, что мы и наблюдаем на примере индуизма.

Начнём с «философских» религиозных догматов, на которых базируется сам принцип «освобождения». Истоки этих философских догматов нужно искать там же, где мы их искали и при изучении зороастризма — в древних индоиранских иллюзиях дуалистического восприятия мира, «космогонии» и «образе» богов.

Разделившись когда-то с иранским конгломератом племён, индийские ведисты-«арии» (также как иранские ведисты, осевшие на территории древнего Ирана) смешались с местным аборигенным населением Индостана, в результате чего арийский ведизм в Индии стал развиваться по своему пути, а в Иране — по своему. Но общая религиозно-смысловая основа восточных иллюзий осталась как в Иране, так и в Индии, обретя в каждом случае свои «национальные» символику и традиции.

Надо отдать должное индийскому пути: это путь религиозных практик. В то время как зороастрийский путь — путь религиозных догматов. Путь религиозных практик начинается с Индии и распространяется далее на Восток и Юг. В то время как путь религиозных догматов в общем и целом заканчивается на территории Ирана.

Если принять в расчёт период ислама, то можно говорить об особой (даже «генетической») устойчивости религиозных систем, в которых упор сделан на религиозные практики (сфера бессознательных религиозных ощущений), а не на религиозные догматы (сфера осознанных религиозных убеждений). Исторический ислам, религиозную систему которого правильно отнести к сфере осознанных религиозных убеждений — оказался слабее на территориях тех цивилизаций, которые издревле делали упор на религиозные практики (сферу бессознательных религиозных ощущений). Традиции бессознательных религиозных ощущений несомненно прочнее и устойчивее, нежели традиции религиозных догматов и осознанных убеждений. Зороастризм рухнул под напором традиционного ислама. Но индуизм устоял, уступив лишь некоторые территории.

Иными словами, обращение к разуму генетических представителей восточных цивилизаций, религиозные системы которых основаны на принципе бессознательных религиозных ощущений — дело весьма трудное, если пока и не безнадёжное. В то время как переубедить сторонников одной веры, основанной на осознаваемых религиозных убеждениях в другую, более прогрессивную веру (также основанную на осознаваемых религиозных убеждениях) — можно, сравнительно легко, если основой этих религиозных убеждений является всё то же учение о «посмертной справедливости», которое имеет восточные корни.[858] Но побудить и тех и других к отказу от всей иллюзорной основы восточных заблуждений — можно лишь при переходе к Человечному типу психики — чему препятствуют все без исключения религиозные системы, замыкая своих сторонников в труднопреодолимый круг «догматы — вера — эгрегоры — практики — социальный порядок — догматы», в котором нет места Языку Жизни.

В этом отношении все существующие религиозные системы, как Запада, так и Востока — «сансаричны» (поддерживают порочный прижизненный круговорот людских душ: от догматов до эгрегориальных практик и обратно). А «освобождение» ду— от тягот земного неправедного существования они лишь имитируют своей деятельностью, как социальной, так и духовной. Таковы все «авраамические» религиозные системы Запада и исламского Востока. Таковы все ведические системы религиозных практик классического ведического Востока. Но ведический Восток хоро— тем, что на примере рассмотрения его практической религиозности лучше (чем на примере западных религий) видна имитация прижизненного «освобождения» — только если её рассматривать с позиции эгрегориального обеспечения работы с психикой апологетов.[859].

Продолжим излагать нашу позицию отношения к Востоку и Западу с напоминания уже известного определения понятия «Свобода», которое мы приводили в Первой книге курса:

Свобода — С+овестью ВО+дительство, БО+гом ДА+нное.

Совесть — чувство Миры (Божиего Предопределения бытия) как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность (однокоренное с «справедливость») — нравственность, которую Бог избрал для Себя Сам, и которую каждый может воспроизвести в себе и которой может следовать в жизни, если желает быть праведным. Соответственно вследствие обусловленности совестью свобода — не вседозволенность, поскольку предполагает определённое нравственно-этическое долженствование, необходимость — своего рода ограничения. В таком понимании для человека свобода воли всегда — ограничена праведностью. А праведность проверяется на Истинность через осознанный внутренний диалог с Богом в каждой конкретной жизненной ситуации, поскольку в этом человек не самодостаточен.

Действительно, природа человека такова, что в его психике обязательно есть место для выраженного выше ощущения Свободы. Но для того, чтобы это скрытое в глубинах психики ощущение Свободы стало первоочередной жизненной целью — необходим соответствующий Человечный тип строя психики и соответствующая Человечному типу строя психики нравственность. Лишь тогда совесть будет играть первостепенную роль при принятии тех или иных жизненных решений Человека, при осмыслении тех или иных явлений и фактов Жизни. Пока же этого нет, недочеловеки (недолюдки) руководствуются в жизни не совестью, а животными страхами и инстинктами (как и подобает животному) — и под систему своих страхов-инстинктов люди издревле подгоняли культурно-религиозные традиции, стараясь казаться сами себе же «культурнее» зверей, окружающих их. Если же культурно закрепить стереотипы и традиции, замкнув их на высшую религиозность — то может получиться красивая имитация высококультурной организации недолюдков, да ещё стремящихся в жизни к «справедливому» «освобождению»,[860] как и подобает Человеку, его природе. Чего ещё надо для векового закрепления порочной религиозной организации?

— Как выясняется при изучении ведического Востока, убеждений в существовании рая и ада — как имитаторов посмертной «справедливости» — для восточного недочеловека, который руководствуется больше не разумом, а ощущениями мало. Ему издревле требовались практические подтверждения «освобождения» — и он их себе же придумал.

Но одновременно с этим, как только произошло «сансарическое» замыкание древних религиозных убеждений на культурно-«канонические» традиции и духовную культуру (эгрегориальную алгоритмику) — позитивная динамика социальной организации в сторону Свободы — избавления социального неравенства — можно сказать, остановилась. Остановилось и движение к Свободе: люди стали довольствоваться имитацией своего «освобождения» (как правило в следующей жизни; либо прямо в этой жизни, как это практикуется в некоторых религиозных школах ведического Востока), а поддержка подавляющим религиозным большинством социального неравенства обеспечивала и обеспечивает возможности концентрации материальных «богатств» в руках малочисленных верхушек, представляющих собой высшие иерархии региональных (либо межрегиональных) «элит» цивилизаций. Такой религиозный порядок, изначально основанный на древней системе восточных «тонкостей»[861] обеспечивает «бессмертие» «Кащею», который материально «богатеет» до тех пор, пока в восточные «тонкости» верят подавляющее большинство апологетов разнообразных религиозных систем, основанных на их разновидностях. Смерть «Кащея» должна произойти одновременно с отказом людей от всех религиозных и идеологических имитаторов справедливости:[862] лишь в этом случае восточным «тонкостям» (вошедшим в западные религиозные системы) придёт конец и люди не станут сами же поддерживать «бессмертное» (от поколения к поколению) материальное «обогащение» высших региональных и глобальных «элит» за счёт своего же труда. Но такое возможно лишь при доминировании Человечного типа строя психики. Процесс самоочищения глобальной цивилизации от недочеловеков, поддерживающих разнообразные доктрины имитирующие социальную справедливость будет проходить (и уже начался) как процесс столкновения бесперспективных (в этом смысле) региональных цивилизаций (и их дезинтегрированных представителей) на их взаимное уничтожение. В стороне от этого процесса может оказаться лишь та региональная цивилизация, которая имеет реальные перспективы выбраться в течении отпущенного Свыше строка из под доктрины имитации социальной справедливости.

Вернёмся к индуизму. Как мы уже говорили, индийская цивилизация первая по пути с Запада на Восток, с которой начинается мировоззрение бессознательных религиозных ощущений — практик. Согласно восточным практикам индусы «убеждаются» (как говорится, «на практике») в верности религиозной системы ценностей, в которой они живут. Но при этом они не обращают никакого внимания на самую главную практику — практику Жизни. Находясь надёжно «повязанными» духовно-догматической «сансарой» своей религиозной системы, они не в состоянии взглянуть на себя хотя бы со стороны. Практика их Жизни свидетельствует не об «освобождении», а о многотысячелетнем рабстве и несправедливости, поддерживаемых большинством населения Индии.

Религиозные истоки индуистских иллюзий те же, что и в зороастризме. Мы уже знаем из рассуждений настоящеё Главы, что индуизм, также как и зороастризм, мировоззренчески дуалистичен, что нашло своё отражение в индуистских «канонах» и образе высших богов индуистской троицы (Брахма-Вишну-Шива). Поэтому нет смысла повторять все уже сделанные выводы сделанные в связи с дуалистичностью зороастризма в предыдущей Главе. Скажем лишь, что, несмотря на наличие в «канонах» индуизма доктрины рая и ада, она не стала основополагающей «доктриной справедливости» в индуизме, как то произошло в зороастризме. Индусы пошли дальше зороастрийцев в своих религиозных иллюзиях.

В индуистской основе все те же причины возникновения иллюзий: слабость и несовершенство психики древних людей индоиранского Востока (по отношению к идеалу Человечности) и одновременно с этим их амбициозность, честолюбие, связанные с желанием расширить границы властных возможностей, а также, историческая необходимость создания крупных государственных образований (чисто социальная проблема). От этого древнее желание списать все жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы у индусов выразилось в отличное от зороастрийцев своеобразие. Зороастрийцы и все последователи иранских особенностей дуалистического «образа» «Бога» (иудаизм, «христианство», ислам) детально разработали доктрину рая и ада, согласно которой люди делятся на две категории: грешники, которые попадут в ад и праведники которые попадут в рай — таков их дуалистический «Бог».

Индуисты же, признавая доктрину рая и ада (как некую завершающую стадию «справедливости» — как можно понять, наступающую одновременно с сансарическим «освобождением» либо наказанием падших) творчески детализировали и персонифицировали процесс «освобождения», добавив к доктрине рая и ада дополнительный контур, имитирующий уже сугубо личную посмертную «справедливость» (в следующей жизни) — доктрину многократных перевоплощений души в соответствие с её кармой, которая учит: если человек при жизни ведёт себя соответствующим образом, то его карма позволит ему перевоплотиться в следующей жизни даже в другое сословие.

Такой индуистский подход к «справедливости» уводит мысли людей гораздо дальше (чем просто доктрина рая и ада) от вопроса о социальной справедливости, которой надо деятельно (кармически — по-восточному) добиваться в настоящей жизни. Это так, потому что перед людьми Востока помимо дурилки рая и ада (которые обещаны лишь после однократной смерти) придумана ещё дурилка «улучшения своего социального статуса» в следующей жизни (либо пугало «ухудшения социального статуса» вплоть до животного или растения). Этой дополнительной к раю и аду дурилкой высший уровень иерархии решил сразу две проблемы: поддержки религиозной дисциплины (чтобы карма была лучше индус должен следовать «канонам» в жизни)[863] и изощрённого увода мыслей людей от проблемы социального неравенства в этой жизни.

Мало того, индуисты искренне уверены, что своему персональному неустройству в настоящей жизни каждый из них обязан себе лично (кармическим последствиям своей же предыдущей жизни) причём их персональная вина, либо заслуга мало зависят от нравственного взаимодействия с другими людьми (в индуизме нравственность загнана в пределы стратифицированных для каждого сословия «канонов»), поэтому додуматься пересматривать что-либо в социальном устройстве вообще — их мировоззрению не под силу. Кроме этого «космогонический» миф об обязательном «конце света» в конце каждой индуистской «Вселенной» лишь закрепляет уверенность индусов в том, что заботиться о социальном устройстве мира бессмысленно: он всё равно будет разрушен и воссоздан снова.[864] В общем куда ни посмотри — кругом одна циклично воспроизводящаяся «сансара»: в круговороте ду— и в круговороте «Вселенных». Е. Торчинов характеризует индусскую «хронологию» (понимание индусами исторического времени) следующим образом:

«Индийское понимание исторического времени лучше всего выражено в пословице, которую любил повторять академик Ф.И.Щербатской: «Было раньше, есть сейчас — не всё ли равно». Это связано с двумя взаимообусловленными обстоятельствами. Во-первых, существовала циклическая модель времени и теория кальп — космических циклов возникновений, разрушений и последующих воссозданий космоса…

Во-вторых, индийская культура как бы мыслила астрономическими числами в масштабах космоса, что обесценивало историческое время, превращая промежутки времени между историческими событиями в почти ненаблюдаемые:[865] действительно, если длительность одного космического цикла оценивается в миллиардах лет,[866] то отрезки времени, значимые для истории человечества, становятся ничтожными и утрачивают свою значимость.»[867].

Иными словами, духовно-нравственная динамика в мировоззрении индусов не общественное явление, а личностное: души обладают личностными возможностями духовной динамики согласно колесу перевоплощений в пределах жизни индусской Вселенной, а общество в целом — обладает лишь заданной динамикой смены кальп (периодов), в процессе которой души могут менять свою «судьбу», а общество в целом лишь следует «кальповому» пути до очередной катастрофы, и затем всё повторяется вновь. То есть, цель жизни в индуизме — дело сугубо личностное, оторванное от общественной цели жизни, которой не существует вообще, поскольку в мировоззрении индусов будущее существует лишь для персональной души, а общего будущего не видно (оно укладывается в кальповые циклы, одинаковые для каждой индусской Вселенной), как следует из принципа «Было раньше, есть сейчас — не всё ли равно».

Вследствие этого, психика индусов ещё более слаба (по сравнению с теми, кто является сторонником религиозных систем, где лишь один контур дурилок — рая и ада) к проявлениям Языка Жизни, который всё же постоянно «стучится " в психику индусов, как и всех людей (в том числе и через совесть). Для того, чтобы постоянно «заглушать» эти проявления Языка Жизни индусы (точнее высшая духовная иерархия индуизма при помощи эгрегориальной алгоритмики) придумали себе духовно-психологическую «отдушину», известную как психотехники, имитирующие «освобождение» при жизни. И эти психотехники подобны алкоголю, либо наркотикам,[868] которые вынуждены применять в основном западные недолюдки (чтобы не сойти с ума) — поскольку их психика не выдерживает длительного нахождения наедине с собственными мыслями, через которые Бог может обращаться к человеку, пользуясь остатками его совести.

В индуизме, в отличие от зороастризма и его западных «братьев» (по мировоззренческой основе) создана особая атмосфера религиозной «толерантности» (терпимости), которая обеспечивает не только внутреннюю ненапряжённость (вызванную «любовью" либо равнодушием к единоверцам, которая существует и в других религиозных системах), но и внешнюю неагрессивность индусов, которую многие сторонние наблюдатели принимают за особую «доброту» индусов. Они путают доброту с полным безволием: воля индусов (в отличие от западных религиозных апологетов, у которых ещё осталась возможность проявлять своеволие, выходящее за пределы религиозных догм) накрепко замкнута на мощную эгрегориальную систему индуизма. Это достигается тем, что в религиозных системах Запада и зороастризме принято валить все свои жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы (а в монотеизме — на Бога), или на других людей, на иноверцев и пр..[869] Индуисты пошли дальше: они, преодолев на ранних этапах развития «канонический» дуализм[870] (который остался на уровне мировоззрения и трансформировался в «законы кармы»), согласно которому во всём виноваты потусторонние силы (либо враги) — создали систему бессмысленного самобичевания, согласно которой во всех бедах виноваты они сами. И всё бы было правильно, если бы они рассматривали эти беды через призму социальных проблем (в преемственности поколений), а не кармических проблем (в преемственности перевоплощений).

Скорее всего нравственность древних брахманов — «демонов» по складу психики — не позволила довести до праведного совершенства их личностные наблюдения за преемственностью поколений (возможно разных сословий), в которой воспроизводились одни и те же (либо похожие) последствия одних и тех же жизненных ошибок предыдущих поколений.[871] Что в конце концов выразилось в «каноническом» учение о карме, сансаре и мокше. Если бы эти наблюдения были пропущены через призму социальной несправедливости и выводы были бы направлены на изменение социального строя, то, управляя жизнью поколений, можно было бы изменить «карму» всего народа. Но нравственность брахманов и мифология индуизма (в первую очередь — «космогония») «сработали» наоборот — на закрепление (с помощью этих наблюдений) социальной иерархии, в результате чего появилось правдоподобное объяснение неустроенности жизни большинства, выразившееся в учении о карме, сансаре и мокше.

Мало того, учение о карме сансаре и мокше стало мощнейшей красивой религиозной имитацией правильного понимания судьбы. И для слабовольных, безнравственных людей, потерявших смысл жизни (не ощущающих свою судьбу), оно стало просто «доброй» (как и весь индуизм) находкой. Не случайно многие наши соотечественники и западники увлеклись Востоком. Мы уже говорили, что каждому человеку от рождения в его судьбе Свыше предлагается преодолеть конкретный спектр жизненных трудностей — для того, чтобы с помощью преодоления этих трудностей человек смог изменить себя, свою психику и воздействовал бы на окружающих его людей в процессе преодоления этих трудностей и после их преодоления. Ясно, что такие взаимодействия людей друг с другом являются обоюдными проявлениям Языка Жизни, направленными Свыше каждому человеку — через других людей.

Есть широкий слой людей, которые вместо преодоления трудностей — валят вину за их возникновение в их жизни на других людей, на Бога, на Сатану, на сверхъестественные силы и пр. Мы назвали таких людей слабым, трусливыми и психически несоответствующими названию «человек». Но есть и другая категория людей, которые, также как и первые внутренне трусливы и боятся Жизни, но не валят свои трудности на других, а ищут стандартное «каноническое» объяснение,[872] почему их жизнь полна неустроенности. Такие люди находят лёгкие ответы у учении о карме, то есть — на Востоке.

Учение о карме является упреждающей религиозной имитацией преодоления трудностей, предлагаемых Свыше:[873] эти «трудности» подменяются «каноническими» догматами веры, удобными для обеспечения религиозной дисциплины единой для всего индуизма, но со своей «свободой» и своими «трудностями» для каждого сословия и индивида. О какой диалектике после этого можно говорить? Вся индусская «диалектика» накрепко связана догматами и эгрегориальной практикой психотехник.

Бог руководит диалектикой Жизни цивилизации, Сам распределяя людям «трудности», которые им ненавязчиво предлагает Свыше преодолеть в Жизни, чтобы их Жизнь и Жизнь других людей стала лучше и соответствовала текущему этапу развития цивилизации — как то предопределил Бог. Поэтому личностные «трудности» каждого Бог знает Сам лучше других (в том числе и учителей-гуру). Если бы все люди, следуя Языку Жизни старались преодолеть «трудности», предлагаемые Свыше, то мы давно бы жили в социальной организации, которая превосходила бы любые райские описания — так, как никогда и нигде не было описано ни в одной из религий.

Но с другой стороны, чем больше людей уклоняются от Языка Жизни — тем дольше цивилизация будет выходить из кризиса религиозных иллюзий. И поэтому проблема уклонения от предлагаемого Свыше — не сугубо личное дело, как считают эгоцентристы (а индуизм — эгоцентричная религиозная система). Эта проблема общественная: каждый индивид, уклоняющийся от своей земной миссии вносит негативный вклад в дело приостановки движения цивилизации к обществу социальной справедливости, нанося этим ущерб как себе, так и окружающим.

Индуизм — эгоцентричная иерархически организованная религиозная система, выстроенная по принципу имитации духовного «коммунизма». Имитация духовного «коммунизма» представляет собой огромный спектр эгоцентричных интересов духовного характера, которые удовлетворяются индусами согласно их способностям, за что эгрегоры, удовлетворяющие эти эгоцентричные интересы предоставляют часть своих возможностей как бы «по труду» (по преодолению кармы): но в действительности эгрегоры предоставляют часть своих возможностей по послушанию иерархии.[874] Последнее является религиозным прикрытием для «паствы», под покровом которого обеспечивается надёжная и социально ненапряжённая сборка духовных интересов всех эгоцентристов в единую духовную иерархию. Наглядным примером «материализации» такого рода духовного «коммунизма» является социальная организация индусов.

Психологическую составляющую религиозной имитации «свободы» («освобождения») в индуизме обеспечивают многочисленные психотехники.[875] Имитация всегда проще и «приятнее» объективной реальности для неЧеловечной психики. Восток выбрал имитацию, объявив Жизнь — иллюзией и кармой. Почему? — Мы уже отвечали на этот вопрос при рассмотрении религиозной системы древнего Ирана. Ответ прост:

Мировоззрение и нравственность древних индусов (также как и зороастрийцев) сформировались под воздействием духа и культуры, источником которой является восточный дуализм. Согласно древним объективно сложившимся психическим порокам, Добрые предложения Свыше, выражающиеся в зачастую психически «неприятных» для людей призывах к преодолению личностного спектра жизненных трудностей — воспринимались и воспринимаются слабыми и безвольными людьми как насилие над их личностью.

На индуистском Востоке, видимо во времена брахманизма, «жрецы» видели эту слабость «животной» «паствы», и старались, снизойдя к пониманию людей (по сути недолюдков), популярно объяснить цель жизни и себе и людям, что вылилось со временем в учение о карме, объясняющее различия между людьми и ставящее перед ними элементарные религиозные задачи, обеспечивающие как социальный порядок, так и государственную дисциплину. Сформировавшаяся в своей основе в древности духовная защита религиозной системы индуизма была тем духовным «щитом», который обеспечивал слабым и трусливым перед Жизнью людямпсихологический комфорт — впоследствии трансформировавшийся в мощнейшую систему религиозных имитаторов и стимуляторов существования в земном мире (что иначе называется смыслом жизни).

Поскольку никакая духовная иерархия так и не нашла в себе силы начать анализировать предложения Свыше, даваемые через Язык Жизни и, мало того, наблюдая слабости религиозной толпы, «благосклонно» принимающей имитацию за «чистую истину» — иерархическая верхушка индуизма, видимо, пребывая и сама в глубоких иллюзиях, стала развивать учение о карме, сансаре и мокше при безусловной поддержке толпы. Этим самым с определённого (достаточно древнего) исторического периода индусской цивилизации последняя полностью отгородилась «милыми сердцу и уму» психотехниками и «канонами» от Языка Жизни, создав себе, можно сказать, «параллельный мир» — мир религиозных иллюзий. В этом духовном мире религиозных иллюзий и пребывает ведический Восток, назвав в свою очередь «иллюзией» земной мир: всё относительно.

Так иллюзорно была создана имитация преодоления главной объективной трудности: необходимости психологической динамики согласно велению времени. Внутренняя трусость как перед Жизнью, так и перед необходимостью изменения своей психики согласно велению времени и в соответствии с Языком Жизни стала близка верующим: верующие и их пастухи отгородились религиозными догматами и практиками, боясь высунуться из иллюзий психотехник на свет Божий.

С того самого момента, как было принято и поддержано толпой решение о создании имитационной системы духовного «освобождения» — естественным образом стала складываться и соответствующая духовная культура (эгрегориальная иерархия), на основе прежних «космогонических» и «канонических» иллюзий и заблуждений. Чего люди закладывали в алгоритмику эгрегоров — то и записывалось на их энергетической основе, становясь «нормальным» духовным обеспечением существования индуской цивилизации, к которому она же сама и стремилась. Ясно, что в эту духовную систему были заложены все возможности психики вида «Человек Разумный» (кроме Человечных, разумеется) и в первую очередь это возможности «измененного сознания», чем и славится Восток.

Но сами по себе возможности «изменённого сознания» не появились просто так. Это — практический плод искренних заблуждений, стремления индусов к «освобождению» от сансары. Как мы уже знаем, всё земное в индуизме считается по большому счёту кармой — поскольку самый «крутой» и быстрый путь избавления от сансары это почти полный уход в духовный мир (по сути устранение от земных дел, трусливое бегство в мир иллюзий),[876] чем и славятся индусские отшельники и некоторые «жрецы». Желание приблизить поскорее «освобождение» со временем было оформлено в практические мероприятия, согласно которым разрабатывались «жизненные циклы» психотехник на базе многовековых наблюдений за возможностями «изменения сознания» людей.

Ясно, что эти наблюдения, объединённые с практикой и названные «смыслом жизни» нашли своё практическое выражение в соответствующей алгоритмике эгрегоров. Но, поскольку механизм «расширения сознания» во всех медицинских, химических, биологических, физических, ноосферных и прочих деталях не был известен духовным кураторам проекта разных уровней — психотехники были обозначены религиозными символами, объяснены людям как этапы процесса «освобождения», а их содержание бессознательно (вне понимания людей) отрабатывалось и оттачивалось веками и тысячелетиями на практике. И это была практика религиозно-эгрегориальной магии высокого уровня.

Поскольку европейцы имеют дело лишь с религиозной символикой восточных практик и с мерой понимания того, что при этом происходит, соответствующей примитивным символическим пояснениям каждого этапа практик, внутреннего содержания которых полностью не знают и сами иерархи восточных учений — разобраться в сути восточных психотехник европейцам гораздо труднее, чем самим хозяевам. Кроме того, бессознательные автоматизмы и высшие «коды» («пароли доступа») к эгрегорам, обеспечивающим духовное сопровождение религиозных практик Востока во-первых, могут стать достоянием лишь тех людей, кто имеет предков проживших в культуре Востока ни одно и не два поколения (сколько — можно лишь гадать) — поскольку бессознательные навыки вхождения в «ключевые» фрагменты эгрегоров предаются генетически, а подобного рода генетика формируется в течении нескольких поколений: это огромные объёмы информации, которые нигде не записаны в культуре Востока. И во-вторых, каждое сословие (и группа каст) имеют свои персональные ограничения в «паролях доступа»: чем выше сословие — тем большие возможности. Поскольку «чужаки» воспринимаются в индусской цивилизации как потенциально не пригодные — им предлагаются далеко не главные «ключи» от религиозных практик.

Поскольку психотехники имеют под собой в основном бессознательную составляющую эгрегориальных «автоматизмов» употребляющие принцип «делай это — будет то» (что и записано в «инструкциях» психотехник, а всё остальное передаётся либо по наследству и/либо через учительство, которое длится всю жизнь) — то эгрегориальная алгоритмика стандартно (как она настраивалась на базе практического бессознательного опыта веками и тысячелетиями) отзывается на «ключи» доступа. Но и сами-то «ключи» доступа представляют собой больше не слова, а «психические и физиологические состояния», которые в восточных практиках именуются «состояниями изменённого сознания». Конченой целью «изменения сознания» является вхождение в транс — что означает в первую очередь достижение бессознательного состояния вне состояния нормального для человека сна.

Но отключение сознания (с одновременным обретением «видения» приятных эгрегориальных наваждений) это как раз и есть полная изоляция от Языка Жизни — к чему стремятся люди Востока, как к идеалу «освобождения». И чем чаще они входят в транс — тем больше они отрываются от Языка Жизни. Конечно, Бог обращается к людям по многим информационным «каналам» (не только на уровень сознания, но и через интуицию) но всякий раз как правило — для того, чтобы люди осознавали хотя бы часть предложений Свыше, анализируя разумом полученную информацию. Люди Востока всячески устраняются не только от явлений Жизни, но и от сознательного анализа всей информации, которая не имеет отношения к созданной их же предками эгрегориальной алгоритмике (мыслям и информационным выкладкам прошлого).

Объединение психики практикующего индуса с алгоритмикой соответствующего эгрегориального фрагмента, вершиной которого является транс — называется «освобождением». Но в реальности это объединение можно назвать состоянием глубокого и приятного «зомбирования» — поскольку типу психики «зомби», как мы уже знаем, соответствует наиболее полное слияние психики с духовно-культурной составляющей.[877] В восточных практиках вследствие многовековых тренировок и отборов сложилась соответствующая мощная имитационная составляющего «психического комфорта» в состоянии транса.

Состояние полного психического комфорта, что называется состоянием «пребывания в Любви»[878] естественно-автоматически обеспечивается Человеку в «Человечном» типе психике Свыше при условии нормального выполнения им всех Добрых предложений, которые Человек ощущает и частично понимает, следуя личностной символике Языка Жизни: этим знаменуется настоящая Свобода (согласно определению приведённому выше). Но для обретения подобного рода естественного психологического комфорта необходимо не только много потрудиться и не только на себя, а на благо общества, но, необходимо в первую очередь избавиться от трусости и страхов. Последнее означает как раз преодоление «трудностей», которые предлагается Свыше преодолеть в первую очередь: это — «трудности» связанные с преодолением нехорошего эгрегориального наследства, доставшегося от предыдущих поколений. Слабые и внутренне трусливые люди выбирают путь имитаций свободы (для разгрузки своей психики): от самых примитивных (наркотики, алкоголь, табак…)[879] — до изощрённых восточных психотехник.[880] Но этим самым они выбирают не Свободу, а рабское обслуживание интересов религиозной корпорации.

Осталось сказать, что достижением небольшой корпорации высших духовных иерархов индуизма, а также и ряда «отшельников» индуизма стали психотехники высшего эгрегориального уровня, «секреты» которых (огромные массивы бессознательных автоматизмов) можно передать лишь при длительном личностном контакте (буквально «глаза в глаза») от учителя к избранному ученику. Подобного рода «чудеса» эгрегориального характера воспринимаются «простым» окружением как «божественные возможности» духовного иерарха, которого в Индии считают богом. Общеизвестно и местонахождение современных индусских «богов»: это индийские ашрамы — храмы, которые собирают вокруг себя множество поклонников со всего мира, которые желают прикоснуться к «богу» и увидеть его чудесные мистические трюки. Индийские ашрамы — культовые центры, обеспечивающие эгрегориальное сопровождение деятельности живого «бога»,[881] что в свою очередь позволяет «богу» творить чудеса на толпу, восточному механизму которых он научился по наследству.

Восток отгородился от Языка Жизни эгрегориальными психотехниками, уйдя в обеспеченные последними эгрегориальные галлюцинации и живя ожиданием следующего сеанса этих галлюцинаций, либо чего-нибудь попроще типа эмоциональных религиозных праздников. Высшая магия восточных психотехник это — полное прижизненное «самоосвобождение» от земной жизни по собственному желанию (имитация преодоления сансары и достижения мокши) методом дематериализации как бы преодолевшего сансарический круговорот ду— (а значит и закончившего свой жизненный путь — согласно индуизму) индивида. Возможностями такого рода обладают лишь единицы индийских «учителей» (как правило отшельники), которые могут «исчезнуть» из жизни в «нирвану» на глазах у своих учеников. Последнее — вершина достижений эгрегориальных практик (психотехник) Востока.[882] Но, следуя нашей логике, самыми трусливыми оказываются высшие учителя Востока (они убегают с Земли с помощью своеобразного суицида): тому же самому они учат и своих учеников.

Эгрегор может обеспечивать материализацию и дематериализацию в пределах опыта возможностей людей и допопущения Свыше. Но подобного рода чудеса (материализация и дематериализация) доступны далеко не каждому, а лишь избранным эгрегором иерархам Востока.[883] Ведь для этого нужно на бессознательных уровнях психики иметь достаточно чёткое соответствие образа желаемого и Миры (пути) реализации желаемого. Обретение такой бессознательной Миры в нашей земной цивилизации возможно лишь в преемственности поколений отдельных родов учителей Востока. Как видно из восточных практик, Бог не препятствует преждевременной кончине крутых индийских учителей и многих их последователей.

Всем остальным, кто не владеет подобного рода «чудесной» наследственной магией «развоплощения» (что считается признаком полного «освобождения»), но желает побыстрее сбежать из этой жизни — предоставлена возможность более простого суицида через один из обычных методов самоубийства. Одним из широко известных примеров такого суицида является обряд сати (культурная традиция суицида) — самосожжение вдовы на погребальном костре своего мужа.[884].

В общем весь путь индийской цивилизации можно сравнить с обрядом сати — самоубийством вдовы (образ индуисткой цивилизации), которое подготовлено всей её предыдущей религиозной жизнью: «космогонией» индуизма, которая учит о неминуемой глобальной катастрофе,[885] эгрегориальными психотехниками и «канонами». Согласно всем своим религиозным иллюзиям и существует индийская цивилизация, уверенно двигаясь путём собственного суицида — так, как она его себе и придумала.

Запад же, также как и Восток изначально, отгородился от Языка Жизни «канонами» и религиозной дисциплиной и в этом отношении шёл по пути Востока: разница небольшая. Только Запад после кризиса католичества (с началом эпохи Возрождения) попал в плен созданной им же технократии, став закрываться от Языка Жизни «комфортом» технических достижений, что закончилось иллюзиями информационных технологий, которые к настоящему времени создали «виртуальный мир» — западное «эхо» восточных вожделений имитации «освобождения» от земных «трудностей».[886] Технократия Запада, которую они распространяли на Восток, оказалась гораздо динамичнее восточных психотехник — хотя также как и последние неправедна (поскольку развитие технологий само по себе не способствуют переходу людей к Человечному типу психики). Если бы западная буржуазная технократия, развитие которой и обеспечило некоторую духовную динамику (которая сведена нами в «Закон Времени»), не способствовала размыванию толпо-«элитарной» пирамиды разнообразных «зомби» — Бог бы никогда не допустил зверств моголов, англичан, и вообще европейцев, которые они позволяли себе на территории Индии. Но Свыше западный «зверский» демонизм, видимо, был оценен перспективнее, чем восточный «добродушный» (с виду) индийский тупиковый режим.

11.10.2006 г. — 27.11.2006 г.

Примечания.

1.

В результате чего культура Аравийского полуострова так и оставалась на уровне первобытного фетишизма до времён пророка Мухаммада и не подверглась влиянию «передовой» античности раньше, чем исторический ислам смог овладеть массами арабов.

2.

См. вторую книгу учебного пособия «Сравнительное богословие».

3.

Также люди не задумываются и над личностными последствиями такого рода «духовных» упражнений.

4.

В дальнейшем слово «жрец» (в верхних кавычках) несёт смысловую нагрузку деградации жречества в знахарство (о разнице между жречеством и знахарством см. первую книгу курса). Если слово «жрец» стоит в угловых кавычках, то так показана смысловая нагрузка понятия, означающего высшую духовную прослойку общества — без уделения внимания разделению на жречество и знахарство.

5.

Конгломерат (от латинского conglomeratus — скученный) — бессистемное, механическое соединение разнородных частей и предметов (в противоположность гармоничному сочетанию).

6.

Можно заметить, что многие из этих качеств древнего протоиндоиранского политеизма перешли в проторусскую религиозную систему.

7.

Вот в этом можно увидеть бессознательное (а может быть и управляемое?) психическое наследие культуры Атлантиды, которое ведический Восток не преодолел до сих пор.

8.

При дальнейшем рассмотрении мы увидим, что магия очищения огнём вошла в «христианство» из зороастризма.

9.

В наше время некоторые считают «вечный огонь» — антихристианским символом. В действительности это не совсем так. Если посмотреть историю возрождения культа «вечного огня», то впервые он был зажжён в 1920 году на могиле Неизвестного солдата в Париже после Первой Мировой войны. То есть в светской архитектуре он был впервые употреблён в самом сердце Европы и олицетворял собой начало эпохи всемирного псевдосоциализма — как предполагали хозяева масонов. Что касается Первой Мировой войны и её многочисленных жертв, то она была развязана для нагнетания революционной ситуации в Европе и в России, что привело в конце концов к падению российского самодержавия. Утрата Россией властного суверенитета (который олицетворяло самодержавие Императора) в результате двух революций 1917 года было закреплено символом «вечного огня» на территории СССР, но после того, как И.В.Сталина не стало. Кончено это можно объяснять сложностями с топливом в сталинские времена, но «вечный огонь» появился в СССР на 37 лет позже, чем во Франции. Это произошло к 40-летию событий февраля 1917 года (в 1957 году) в Ленинграде на Марсовом поле у памятника «Борцам революции». Вечный огонь стал смысловым центром мемориала, расположившегося на бывшем Императорском плацу. После этого «вечный огонь» был зажжён на могиле Неизвестного солдата у Кремлёвской стены в Москве в 1967 году. Также он имелся в других населённых пунктах СССР.

В общем «вечный огонь» стал символом второй ветви библейской концепции — светской. В этом смысле он многим действительно кажется «символом антихристианства». Но в действительности, если понимать всю библейскую концепцию псевдохристианства — церковное «христианство» и светский масонский марксизм — как две последовательные ступени внедрения библейской концепции в народы мира, то символ «вечного огня» уже не будет представляться «символом антихристианства». Символ вечного огня был возрождён всемирным масонством после революции — как символ «бессмертия масонской мафиии масонского дела» и символ «очищения людей преданностью делу революции». Конечно же простые люди понимали символику «вечного огня» по-своему: как вечная память погибшим героям. Но посвящённые вкладывали в этот символ свою меру понимания и посмеивались, глумясь над простотой народа… а зря.

В то же время, культ огня изначально вошёл в библейское «христианство» — да ещё и в его значении ничем не меньшем, чем культ «вечного огня» в светском масонстве. Поэтому магия огня не чужда и библейскому христианству. Хозяева домасонских и иудейских структур с древних времён пробовали применять культ огня (который был издревле одним из самых главных в среде праиндоиранских племён) в своих целях, чтобы замкнуть этот эгрегориально (и генетически) «родной» для крупнейшего конгломерата племён древнейший культ — на свою эгрегориальную алгоритмику: то есть изменить содержание культа, оставив его внешние стороны на откуп толпе. Этот момент мы рассмотрим подробнее позже.

10.

Огонь и воду, как два жизнеобеспечивающих состояния вещества, издревле многие племена брали в основу создававшихся ими крупнейших эгрегориальных «божественных» культов, придавали огню и воде свойства людей и придумывали для мифических людей сверхъестественные по отношению к огню и воде свойства. В этом многие исследователи видят пережитки древнего пантеизма (обожествления природных явлений).

11.

Антропоморфизм (от греческого anthropos — человек и moprhe — вид) — 1. Перенесение присущих человеку психических свойств на явления природы, животных, растения, предметы; олицетворение. 2. Свойственное многим религиям представление божества в человеческом образе. Антропоморфный — человекообразный.

12.

Скорее всего одними из факторов возникновения дуализма с глубокой древности на степном и пустынном Востоке явились географическая среда, бедная растительностью и водными ресурсами, доминирование скотоводства над земледелием. Отсутствие многообразия растительности, кочевой образ жизни скотоводов и многие другие географические факторы могли породить в психике людей дуалистическую картину мира типа «свой-чужой», «хороший-плохой». Дефицит многообразия экосреды породил в психике жителей степей и полупустынь «контрастную» картину мира — как упрощённую до примитивизма древнего понимания нормальную для человека мозаику (нормальная для человека мозаика — мозаичная картина мира — должна включать в себя любое явление в качестве отличного от остальных, но не противоположному чему-то). Такова древняя психологическая проблема древних цивилизаций Востока, откуда раньше других стали распространяться мировые религиозные системы. И исторический ислам — не исключение из этого психологического ряда проблем.

13.

С чего бы и когда это слово вошло в русский язык (из санскрита?) как доброе название для знакомого человека? Не сознательная инверсия ли это понятия, генетически усвоенного с глубокой древности как «злое», для того, чтобы в выпасаемой толпе люди, называясь друзьями, бессознательно «обзывали» «друг друга» злыми? Это могло вполне порождать взаимную неприязнь и даже скрытую вражду на бессознательных уровнях, у людей, которые генетически «помнят» слово «друг» как зло.

И действительно, коренная основа слова «друг» одинакова со словом «другой», что в этике восточного дуализма могло означать «другой по отношению к первому», и если «первый» — хороший, то «другой» — плохой. Но вне этики восточного дуализма «другой» может означать «отличный от первого» какими-то качествами, тем более что одинаковых людей и однозначно плохих или хороших явлений нет.

То есть, для тех, кто находится в алгоритмике существования мира как противоположностей (или дуализма) — «друг» означает «зло». Для тех, кто признаёт мир как «взаимоотношения отличностей» — «друг» означает «другое» явление, человек — то, с чем произошло знакомство.

В советские времена понятия «друг» и «товарищ» стояли близко по смыслу. Про слово «товарищ» мы уже писали в предыдущей книге: это обозначение среды людей, которые употребляют «друг друга» как «товар» для некоего дела (возможно им и неведомого), но об этом деле знают пастухи «товарищей», которыми были назначены масоны («товар ищущие»). Примерно то же самое содержание в советское время бессознательно внесли в слово «друг» с помощью марксистского закона «единства и борьбы противоположностей» по принципу «кто не друг — тот враг». Только в слово «друг» ещё, согласно восточному дуализму, был заложен смысл «зло», чтобы это порождало внутреннее бессознательное недоверие людей друг другу, разделяло бы общество до состояния отдельных индивидов (если даже другу нельзя доверять) — тогда, как считали хозяева толпы, властвовать над разделённой и подозрительной толпой легче.

14.

Заратуштра — личность легендарная. Время его жизни остаётся предметом споров. Согласно иранской традиции, он жил за 258 лет до Александра Македонского, который в 333–330 до н. э. завоевал Персидскую империю, одержав победу над её правителем Дарием III. Однако по мнению многих ученых, эта дата 590 г. до н. э. является слишком поздней. Соответственно, предполагается, что слова, на которые ссылаются иранцы «до Александра» явились искажением первоначального «до Дария», где под Дарием подразумевался царь Дарий I Великий (522–486 до н. э.), а не Дарий III Кодоман (336–330 до н. э.), которого победил Александр. Исходя из этого предположения, исследователи получают для Заратуштры дату около 750 г. до н. э., которая согласуется с тем, что для греков, живших в 4-м и 5-м веках до н. э., Заратуштра был фигурой столь древней, что они могли относить время его жизни за 6000 лет до Платона, возможно, смешивая время его действительного рождения и время «сотворения его духовного предшественника-двойника», который, согласно зороастризму, имеется у каждого человека. Однако некоторые учёные отодвигают эту дату до 1500–1200 гг. до н. э.

15.

Происхождение имени Заратуштры некоторые историки объясняют особой ценностью скота для древнеиранских племён начала I тысячелетия до н. э. Скот во времена перехода от первобытнообщинного к раннеклассовому обществу считался залогом благополучия и был по значимости — как позднее золото для европейцев. Обладание несколькими десятками единиц крупного скота придавало роду социальную и общественную значимость: род считался знатным, имущим. В этом отношении показательно, что знатный род, представители которого одними из первых поддержали Заратуштру, назывался «хвагва» — «имеющий хороших быков».

16.

Публикация по книге: Дубровина Т.А., Ласкарева Е.Н. «Заратустра». — М.: Олимп; ООО «Фирма «Издательство ACT», 1999 г.

17.

То есть, огонь алтаря стал «вечным»…

18.

То же самое предпринял библейский царь Ирод, узнав о возможном рождении младенца Христа.

19.

Из Иисуса тоже сделали «Бога Сына», объявив о земном воплощении Божием в нём.

Вот что пишет об удивительных параллелях между древними арийскими «огненными» традициями рождения «бога» и библейской легендой о рождении Христа В.Б.Авдеев в книге «Преодоление христианства (опыт адогматической проповеди)» — М., «Капь», 1994 г.:

«В арийской мифологии родители божественного огня Агния: отец Твастири, то есть божественный плотник, и мать, по имени Майя, откуда происходит имя Мария в христианском заимствовании.

Рождение божественного младенца возвещается жрецу звездой Саванаграга. Родители кладут младенца на солому рядом с коровой, после этого младенца несут на алтарь, где совершается помазание с помощью масла, поливаемого на жертвенник».

20.

Хаома — напиток, приготовляемый с применением толчёного мака (наркотическое вещество) и эфедры. Эфедра — род вечнозеленых голосеменных растений семейства эфедровых. Ветвистые кустарники с чешуевидными листьями. Существует около 45 видов, главным образом в Средиземноморье, Азии и Америке; в России 3 вида, преимущественно в горных районах. Содержит алкалоиды (эфедрин и др.). Алкалоиды — вещества, содержащиеся во многих растениях, которые оказывают физиологическое действие на организм животных и человека, преимущественно на нервную систему, благодаря чему применяются в медицине (кофеин, морфин, эфедрин, алкалоиды спорыньи и др.).

В общем, хаома представляла собой сбор толчёных наркотических растений, растворённый в воде или в молоке.

Рождение «пророка», с применением «Бессмертными Святыми» хаомы — по меньшей мере очень странно. Позднее кураторы библейского проекта в отношении наркотических веществ будут более аккуратны, чем создатели легенд зороастризма: они «всего лишь» припишут Иисусу Христу создание вина из воды, после чего церковное вино постепенно откроет путь повальному пьянству в библейской цивилизации — через «святое причастие», которое обязательно проходят все новокрещённые, как бы «рождаясь вновь во Христе».

К вопросу о применении хаомы жрецами древнего Ирана мы ещё вернёмся.

21.

Пропаганда пьяного зачатия?

22.

Похоже, что вся протоиндоиранская общность руководилась «жрецами» в наркотическом угаре — такое «жреческое» духовное наследие и досталось Заратуштре: об этом и легенда о рождении «пророка».

23.

После частого употребления хаомы это не удивительно.

24.

Одним из правил, существовавших в те времена (согласно преданию), была непременная хлебосольность: любым гостям, пришедшим в дом, нельзя было отказывать. Так и проникли в дом Заратуштры злые колдуны.

25.

Некоторые исследователи жизни Иисуса Христа тоже настаивают на том, что после описанного в Новом Завете эпизода с 12-летним Иисусом — тот два десятка лет проходил обучение у восточных магов-жрецов, прежде чем начать проповедовать в окрестностях Палестины. То есть легенды очень схожи.

26.

Мантра (с санскрита — «рассуждение, изречение») — священный гимн.

Например, в индуизме считается, что все звуки и слова, используемые человеческими существами, выражают влияние разума на материю. Если слова используются и организуются человеком, обладающим знаниями в этом вопросе, то могут формироваться так называемые «слова силы» или «фразы силы». Такого человека в древней Индии называли творцом мантр (мантракара).

Индуисты полагают, что мантра — это форма речи, оказывающая существенное влияние на разум, эмоции и даже на внешние предметы. Идея того, что определённые слова и фразы могут быть подобным образом эффективны, основана на убеждении, что любое движение сопровождается звуком, хотя многие движения в природе издают звуки, недоступные человеческому уху. Более того, эти звуки на самом деле представляют собой слова или утверждения, значение которых может быть понято только знающим — в этом случае возможно понимание «совершенной связи», или овладение «универсальным языком». Далее, в соответствии с тем фактом, что в реальном мире функция предшествует структуре, произнесённому слову предшествует мысль, которая в свою очередь является созидательной силой…

27.

Если смотреть шире, то можно увидеть общую для древнего Востока тенденцию: не позднее 800 г. до н. э. в «великих культурах древности» от Греции до Китая происходит кардинальный сдвиг в процессе мироосмысления; появляются «пророки» нового типа и первые философы; возникают духовные движения, имеющие следствием сложение религиозных и философских систем всемирного значения, что определяет пути дальнейшего развития человечества вплоть до XVI в.

28.

Есть убедительная версия (которая объясняет некоторые положения Авесты, где говорится о странах с длинными зимами), что рождение Заратуштры и начальный период его деятельности имели место в зоне степей, т. е. в Скифии — от Сыр-Дарьи на юге до поречья Верхнего Иртыша и Алтая на севере («арийский простор» Авесты, «прародина Ариев», главный признак коей — длинная зима, нашедшая своё отражение в Авесте). И именно здесь, по зороастрийскому преданию, на берегу реки Dаtуа Заратуштра пережил своё «Богоявление» в тридцать лет — «встречу с единственным извечным Богом», именуемым Ахура Мазда (Господь Мудрый), и его шестью эманациями (абстрактными сущностями и одновременно духами природных стихий), образующими вместе с ним «Божественнную семерицу».

29.

Содержание религиозной системы зороастризма мы рассмотрим в одной из следующих глав.

30.

Знакомая задержка распространения веры — такая же была и у Мухаммада.

31.

Приводится по книге: Бертельс Е.Э. «Избранные труды: История персидско-таджикской литературы». Отв. ред. И.С. Брагинский. — М., 1960 г.

32.

По преданию, Виштаспу была предложена чаша с вином и мангом, после чего царь уснул, а его душа отправилась в потусторонний мир. Там ей были обещаны все радости Рая в случае, если царь примет зороастризм. Жречество могло проделывать такие магические инициации с применением наркотических средств. Ведь Заратуштра был жрецом… Но это всего лишь легенда.

33.

В этом тоже проявилась помощь Свыше.

34.

Вообще же есть некоторые сходства в алгоритмике становления зороастризма и исторического ислама. Видимо в этой алгоритмике выражены основные особенности мировосприятия и мировоззрения людей скотоводческого Востока: они сначала долго сопротивляются лучшему, а затем все и сразу безрассудно принимают новшества на веру, после чего догматизируют основные положения веры, сделав из неё красивую ритуальную вывеску. Но при сравнении не надо забывать, что между появлением этих двух религиозных систем — более 1000 лет.

35.

Опять общая алгоритмика с проявившейся позднее алгоритмикой становления исторического ислама. Бог поддержал Заратуштру и царя Виштаспу.

36.

Историю становления зороастрийской веры мы рассмотрим в одной из следующих глав.

37.

Вспомним, что через 1000 лет получилось так, что другой восточный «пророк», Мухаммад, тоже как бы передал своё учение через родственников и друзей (после чего исторический ислам охватил огромные территории): такова клановость Востока, складывающаяся столетиями до прихода «пророков».

38.

Одновременно такая мистика указывала и на предстоящий трудный и долгий путь становления зороастризма, связанный с инерцией преодоления древнего индоиранского политеизма.

39.

Согласно легенде текст Авесты был уничтожен Александром Македонским, а затем восстановлен по памяти зороастрийскими священниками.

40.

При этом надо учитывать, что другие конгломераты племён в других областях Евразийского континента прошли этот этап либо раньше либо позже.

41.

Этот процесс описан во второй книге учебного курса.

42.

А мыследеятельность самого Заратуштры была ключевой по отношению к возможности получения ответов.

43.

А от жрецов-шаманов мода на хаому распространялась и обычным людям, что грозило массовой наркотизацией населения.

44.

Впоследствии на территории Персии в VI–IV вв. до н. э. установилась разновидность зороастризма — маздеизм — религиозная система, основанная на культе единого бога Ахура-Мазды.

45.

Уже при первых царях Персидской державы Ахеменидов (VI в. до н. э.), вероятно при Дарии I, Ахура-Мазду стали изображать наподобие несколько видоизменённого ассирийского бога Ашшура.

В Персеполисе — древней столице Ахеменидов (близ современного города Исфахан) — изображение бога Ахура-Мазды, высеченное по приказу Дария I, представляет собой фигуру царя с распростёртыми крыльями, с солнечным диском вокруг головы, в тиаре (короне), которую венчает шар со звездой. В руке он держит гривну — символ власти.

46.

У Ахура-Мазды — Слово, у Воху-Маны — Мысль, у Арты — Дело.

47.

Перевод В.И.Абаева.

48.

Друдж (Друг) — в зороастризме понятие лжи, отождествляемой со злом.

49.

Последние двое — первые приверженцы Заратуштры, его сторонники (наша сноска).

50.

Судя по надписям (на скалах, стенах дворцов, глиняных табличках) Дария I и Ксеркса, религиозная система Ахеменидов во многом напоминала зороастризм: верховным божеством признавался Ахура-Мазда, хотя культ древних богов по-прежнему существовал. Неотъемлемой частью ахеменидской религии был дуализм: противопоставление благого начала злому. Вместе с тем ряд положений и особая терминология в значительной степени отличались от зороастрийских.

51.

Последнее обычно происходит на «автомате»: вредоносный «пророк» может попасть в матрицу самоуничтожения, в которую он сам и напросился, выступив против Божиего Промысла (исчерпав личное попущение Свыше). Таковы примеры завершения земной жизни библейского «пророка» Исаии, Иоанна Предтечи (Иоанна Крестителя), апостола Павла и многих других.

52.

Мы попробуем кратко разделить что правильно, а что ложно в зороастризме взглядом современного человека.

53.

Заратуштра проповедовал учение, возвещённое ему, по его словам, «Богом» Ахура-Маздой — по этому можно судить об эгрегориальном происхождении зороастризма. Эгрегор же, который усилился и возвысился при Заратуштре условно назывался «Ахура-Мазда», откуда пошёл маздеизм (возвышение культа Мазды над разнообразными проявлениями богов).

54.

Символическое объединение культов солнечного египетского Амона-Ра и сияющего солнечного Мазды произошло в III–IV веках н. э. — одновременно с принятием «христианства» в Римской империи.

55.

Космогония (от греческого kosmogonia: kosmos — мир, Вселенная и gone, goneia — рождение) — в самом общем смысле: область знания, описывающая происхождение Мира.

56.

Налицо параллели с библейским потопом. Во втором фаргарде (главе) Видевдаты излагается легенда об «Йиме Сияющем» — мудром правителе, при котором долгое время, около девятисот лет, люди благоденствовали («золотой век» иранской мифологии). Однако Йиму бог Ахура-Мазда предупреждает о кознях Ангра-Майнью, в результате которых землю «посетит лютая, смертоносная зима, выпадут обильные снега, а когда они растают, вода затопит весь мир», и Ахура-Мазда приказывает Йиме соорудить вар (убежище, ограду), чтобы защитить всё живое от зимы и холода: мелкий и крупный скот, людей, собак, птиц, огонь и т. п. Йима внял предупреждениям Ахура-Мазда и построил вар, а в стенах его должен был соорудить жилища для людей и помещения для скота, запастись провиантом и водой. Выполнив приказание верховного бога, Йима таким образом спас всё живое на земле.

57.

Намёк на преемственность, которую потом приписали Христу.

58.

Отражение в мифологии зороастризма обычных для тех мест извержений вулканов. Однако эти же «потоки расплавленного металла» вошли в новозаветный Апокалипсис.

59.

Библейский Апокалипсис красочно описывает «разделение» людей…

60.

Почему так, мы рассмотрим в одной из следующих глав, когда речь будет идти о содержании восточного дуализма.

61.

Параллели с библейским описанием Апокалипсиса.

62.

В этом можно увидеть бессознательную ностальгию по «элитной» культуре погибшей Атлантиды.

63.

А в этом можно увидеть естественно возникшую тоску по нормальной, полноценной природной нише, которая всегда была в дефиците в той географической среде, где родился (либо переродился?) восточный дуализм.

64.

Публикуется по книге: Залеман К.Г. «Очерк истории древнеперсидской литературы». Всеобщая история литературы. Под ред. В.Ф. Корша. Т. 1. Ч. 1. СПб., 1880 г.

65.

Перестановка стихов девятого и десятого требуется смыслом — примечание переводчика.

66.

«Словом «канон» изначально называлась деревянная трость (линейка), которую использовали для проведения прямой линии или для проверки прямизны какой-либо линии» (Панайотис И. Бумис «Непогрешимость Православия». Перевод с греческого, Москва, 2001).

«Слово «канон» было внесено в на— язык из греческого латинской Вульгатой, однако первоначально оно происходит из древнееврейского «канех», что означает «трость». Трость использовалась в качестве мерила длины (ср. Иез. 40,3), и вследствие этого слово «канех» получило также значение масштаба, стандарта, правила». (Как возникла Библия? Глава «Канонические книги и апокрифы» — перевод с немецкого оригинала 1979 by Uitgave Evangelische Omroep, Hilversum, название оригинала: Het ontstaan van de bijbel. Русское издание 1992. http://www.svitlo.net/bibloteka/kakw/kakw6.html).

«В переводе с греческого слово «канон» значит правило, мерило. Оно происходит от аккадского слова «кан`у», или еврейского «кан`е», означавшего трость, которой производили измерения». (А.Мень. «Исагогика». § 5. Состав, содержание и установление ветхозаветного канона, http://www.bible-center.ru/book/isagogika/001/000/005).

«Греческое слово происходит от еврейского трость, тростник, и имеет первоначально узко-материальное значение: палка, правило, прямая трость, которой что-либо измеряется, всякая мера, имеющая прямое направление…» (П.А.Юнгеров (1856–1921). «Введение в Ветхий Завет. Книга 1. Второй отдел. История канона священных ветхозаветных книг»).

67.

Самоубийственную крайность этого явления — полное игнорирование Божией Миры (неразличение русла Промысла) при властном воздействии людей на окружающий мир выразил певец-либерал, кумир молодёжи А.Макаревич:

«Не стоит прогибаться под изменчивый мир. Пусть лучше он прогнётся под нас».

68.

Поскольку он был достоянием древнейших национально-государственных цивилизаций, таких как Междуречье, Шумеры и пр.

69.

Могли как-то изменяться некоторые частные явления и объекты, переходя из вида добрых в злые и наоборот, но общая картина оставалась прежней — политеистической.

70.

Представлены в мифе как самые лучшие регионы Земли.

71.

Приводится по книге: «Авеста в русских переводах (1861–1996)». Сост., общ. ред., примеч., справ. Разд. И.В. Рака. — СПб, 1997. В предисловии к «Географической поэме» И.В.Рак пишет:

«Авестийские космогонические и космологические мифы известны по жреческому трактату «Бундахишн» («Первотворение»), являющемуся среднеперсидским переложением утраченного 4-го наска (Дамтат-каска) Авесты с многочисленными изменениями и вставками. Сохранившиеся же тексты «Младшей Авесты» практически не содержат ни сведений о начальном этапе творения, которые дополняли бы учение «Гат», ни антропоморфных описаний устройства Вселенной — зато в 1-м фрагарде «Видевдата» довольно подробно рассказывается о сотворении стран внутри Хванираты. Этот миф традиционно называют «Географической поэмой»».

72.

«Добрые» духи-«боги».

73.

Вот откуда в библейской концепции оказалось понятие о «нечистой силе».

74.

Это неточность: не всех «животных кроме собаки и человека» убивали зороастрийские маги, но многих убивали.

75.

По зороастрийским представлениям, существует пять классов животных: «водные», «подземные», «небесные», «земные», и «корова», представляющая пятый класс — класс домашних животных. Но кроме такого деления есть ещё деление на «чистых» и «нечистых».

76.

Традиция вошла в иудаизм: запрет употребления некошерного мяса.

77.

Что явилось основой восточной «расистской» доктрины разделения людей по сословиям и кастам.

78.

Как это близко «христианской» вере.

79.

Также у зороастрийцев была разработана система личностного совершенства (типа древней йоги) — как и у всех восточных религий.

80.

В зороастризме даже космические тела поделены на «хорошие» и «плохие». А гармония космоса якобы держится на противоборстве противоположных сил. Интересно, какая была бы «гармония», если бы в космосе действительно одни бы «силы» следили за «порядком», а другие вели бы «подпольно-подрывную» деятельность по отношению к созданию первых. При таком положении дел кроме хаоса войны ничего другого представить невозможно.

81.

Об этом многократно сказано в Коране.

82.

Наше Мироздание сотворено Богом, поэтому оно называется «тварным Мирозданием» — где предопределена жизнь каждой тваре. В наше время слово «тварь», к сожалению, приняло негативный оттенок. Чтобы при изложении материала не вызывать этот бессознательный негатив, мы заменили его словом «творение».

83.

Согласно Авесте:

Эра «Разделения» является возобновлением эры «Творения», за исключением того, что не предвидится первоначальная единичность одушевлённых существ. Горы и долины уступят место гладкой равнине, но там, где сначала было одно растение, одно животное и один человек, навсегда останется то большое и разнообразное множество растений и живых существ, появившихся с тех пор. Точно так же и многие божества, созданные Ахура-Маздой, продолжат своё раздельное бытие.

Нужно ли сначала уничтожать якобы «вредные» существа, чтобы потом их опять воссоздать?

84.

Как это уже многократно происходило в нашей цивилизации.

85.

Так и выделилась когда-то из индоиранского конгломерата прарусская цивилизация, локализованная Восточно-Европейской равниной.

86.

С одновременным созданием искусственных психически «комфортных» условий существования, чтобы люди, удовлетворённые догмой, не задумывались о Жизни и о её живом Языке.

87.

Часто в понятие «собака» входили и некоторые другие «полезные» животные: ёж, лиса, ласка, дикобраз…

88.

Из Видевдаты (Авеста, Видевдат, фрагард 13 «Собака») можно узнать, что за причинения вреда собаке — верующему зороастрийцу обещали самое «страшное»:

«3. И если кто-либо, о Спитама-Заратуштра, убьёт Ванхапару, дикую остромордую собаку, которую злословящие люди называют именем Дужака, то повредит свою душу на девять поколений, для которых мост Чинвад станет непроходимым, если он при жизни не искупит [этого греха] перед Сраошей».

89.

В системе ценностей зороастризма. Это можно понять: «когда все люди стали бы такими же преданными хозяину, как собака — пороки общества исчезли бы и наступила бы «эра нравстенности»…». В общем: «берите пример с собаки…». Что касается хозяина, то искать его не приходилось: общество было кастовым и кастовая дисциплина сама собой определяла иерархию взаимного подчинения, на верху которой находилось местное «жречество».

90.

Этим собака магически приравнивалась к умирающему, либо даже выставлялась «священнее», «праведнее» последнего — тем самым окружающим показывалось превосходство собачьей преданности над «греховностью» уходящей души.

91.

«Святость» собачьей преданности закреплялась на эгрегориальном уровне людских эгрегоров, создавая в них автоматизмы «собачье-хозяйских» взаимоотношений.

92.

Приводится по тексту: «Хрестоматия по истории Древнего Востока». Ч. 2. Под ред. акад. М.А. Коростовцева, д.и.н. И.С. Кацнельсона, проф. В.И. Кузищина. М., 1980 г.

93.

Учитель, наставник — первым и высшим из которых был и остаётся сам «непревзойдённый учитель» Заратуштра.

94.

Правда.

95.

Рага — Рей, город и местность в Мидии близ современного Тегерана; упоминается в «Географической поэме» в числе «лучших стран» «Видевдат» 1.15). Некоторые исследователи (приверженцы так называемой «мидийской теории» происхождения Авесты) локализуют в Раге родину Заратуштры (примечание переводчика).

96.

Это должно значить, что в то время как остальные страны, признавая авторитет Заратуштры, имели собственного Рату, в стране Раги таковым является сам глава зороастрийской веры, что могло бы указывать на особую связь с этой страной Заратуштры (примечание переводчика).

97.

Могут быть возражения со стороны сторонников зороастризма, что иранские зороастрийцы не поддерживали кастовость своего общества (так как это до сих пор принято в Индии), а кастовость была «естественным» социальным устройством древних государств-цивилизаций (таких как государство Ахеменидов или поздняя империя Сасанидов). Но нас интересует не «естественность» или «искусственность» кастового деления восточного общества, а то — что эти древние зороастрийские цивилизации передали свой религиозный опыт благообразного прикрытия жизненной несправедливости другим цивилизациям, а сами при этом прекратили своё существование.

Ярким примером поддержки кастовости зороастрийскими традициями является опыт обряда «очищения». Фанатичное отношение к обряду очищения проявлялось до некоторой степени в отношении насассаларов — представителей низшей касты, занимавшихся грязной работой, «осквернявшей» зороастрийца. Община обычно считала насассаларов, «нечистыми», хотя постоянно прибегала к их услугам. Насассалары жили отдельно не только от других членов общины, но даже от членов собственной семьи. Они носили особую одежду, на руки надевали перчатки, а в древности давали знать о своём появлении в публичных местах на базарах позваниванием колокольчиков. Как это знакомо по истории России последних нескольких веков до революции 1917 года: «элита»-знать чуралась мужика-крестьянина, считая его «грязным» и необразованным, но пользовалась результатами его труда — особенно при крепостничестве. И всё это — последствия библейской агрессии на Русь…

Зороастрийцы всегда сторонились.

Насассалар ов. Их не приглашали в гости, на свадьбу. Во время больших торжеств и праздников, массовых гуляний, вне дома зороастрийцы хотя формально и не смели их прогонять, однако сторонились их, предпочитая посылать им праздничные подарки домой. Но и дома, несмотря на то что после каждого обряда похорон насассалары совершали обряд омовения, они ели в отдельной посуде, не могли подойти к домашнему очагу, для того, чтобы зажечь лампу, они должны были просить об этом своих близких. Когда насассалары начали отказываться от своей профессии (а с конца XIX в. это происходило довольно часто), они подвергались тяжёлому обряду очищения.

98.

Рецидив (от латинского recidivus — возвращающийся) — возобновление, возвращение, повторение чего-нибудь (обычно нежелательного).

99.

В общем зороастрийская «справедливость» — духовная система, закрепляющая в обществе «мягкое» рабовладение: когда рабы довольны своим положением, а «господа» довольны верностью рабов. В этом отношении зороастризм шагнул далеко вперёд многих рабовладельческих обществ своего времени, закрепив систему духовного обеспечения устойчивого рабовладения. И родилась такая духовная система на ведическом Востоке, привыкшем к духовным практикам.

100.

Кротость и покорность в зороастризме не распространялась на врагов цивилизации и касалась лишь внутреннего порядка. Об этом 60 глава Младшей Ясны:

«Благопожелание «дому сему».

5. Пусть одолеют в этом доме послушание [Сраоша] — непослушание, мир — ссору, щедрость — скаредность, вера — неверие, правдивое слово — лживое слово, Праведность [Аша] — Ложь [Друдж]».

101.

Цитируем по тексту: Оранский И.М. «Введение в иранскую филологию». Изд. 2-е, дополн. Сост. И.М. Стеблин-Каменский; Отв. ред. А.Л. Грюнберг. М., 1988 г.

102.

Т. е. первая процедура в ритуале приготовления напитка — примечание переводчика.

103.

Т. е. дэвов, под которыми в данном случае, видимо, подразумеваются не антропоморфные существа, а — греховные чувства (злоба, зависть и т. д.), болезни (простуда, воспалительные процессы и др.) и ритуально нечистые состояния (после соприкосновения с трупом, менструальные кровотечения, кровотечение из раны на теле и др.) — примечание переводчика.

104.

Распространённое и сегодня мнение о якобы полезном воздействии вина на человека — глубоко ошибочно. Подробнее об этом см. в Книге 1 учебного курса «Сравнительное богословие» (О «мировоззрении» употребляющих алкоголь, табак и наркотики) и в книге «Оружие геноцида: самоубийство людей и его механизмы», 2006 г.

105.

В верующем восточном обществе магией (в том числе и личностным духовным «совершенствованием» с помощью разнообразных практик — индивидуальных и коллективных) принято заниматься всем, вне зависимости от социального положения: в этом тоже состоит одна из сторон имитации справедливости. Разница лишь в том, что каждая каста занимается своей магией…

106.

В этом одна из причин кризиса культуры общинной магии.

107.

В современном западном обществе древние культы употребления психотропов можно наблюдать повсюду. Если алкоголь употребляет высшая «элита» — то пьяные разговоры касаются сферы высшего света; если средняя «элита» нажрётся — разговоры несколько иного плана, о том где и сколько украсть, как кого обмануть; если же пьют работяги — то разговоры могут даже в отдельных случаях касаться вопросов социальной справедливости. Но вот возможности влиять на изменение справедливости распределяются как раз наоборот — «сверху вниз». Только ни те, ни другие и ни третьи ничего не смогут реально сделать, если не протрезвеют. А вот выпустить накопившиеся между пьянками негативные эмоции в «задушевных» разговорах — могут на время до очередной пьянки. Но вместе с психическим «облегчением» от снятия выпивкой стресса (первопричина любого стресса — блокировка психики от связи с Богом) пьющий теряет и часть интеллекта, разума, памяти, нарушает нормальную биополевую работу своего организма, разрушает свою картину мира (в том числе и остатки мозаичного мировоззрения).

108.

В принципе то же самое касается и разнообразных восточных индивидуальных практик, запрещающих принимать наркотики. С помощью медитаций (психических сосредоточений, приводящих к частичному отключению сознания и расширению возможностей бессознательных уровней психики) человек входит в коллективное бессознательное (эгрегор), становясь на время медитации почти «единым целым» с этим эгрегором. Это происходит при совпадении целеполагания эгрегора и того, кто в него входит — тогда эгрегор позволяет входящему употреблять часть его возможностей, которые неизмеримо больше возможностей психики отдельного человека. По выходе из эгрегора (из медитации) человек может что-то усвоить и осознать, но большая часть информации остаётся на уровне ощущений — как правило «приятных». Поэтому медитировать хочется ещё и ещё: вот только целеполагание тех эгрегоров, в которые входят медитирующие, как правило с позиции Высшей целесообразности может быть ничтожным, вредным или «никаким». Но люди, раз попробовавшие восточные практики, зачастую «подсаживаются» на это «приятное» занятие как на наркотики, чувствуя себя могуче других, но не принося ни себе ни окружающим никакой пользы. И к Богу они, естественно, ближе не становятся.

109.

Параллели между зороастризмом и библейской культурой мы проведём позже.

110.

Публикуется по Зороастрийскому журналу «Митра» № 4, 1999 г. Стихотворный перевод М.Чистякова.

111.

Моделью такого самоуничтожения может стать ядерная война (либо ядерная катастрофа) в современном мире, который живёт по стереотипам «борьбы противоборствующих начал», и никакие международные организации пока не в силах остановить нагнетание всеобщей напряжённости, главную роль в которой в современном мире продолжают играть религиозные войны. Опасность в том, что человечество до сих пор не разобралось в лживости древнейших постулатов логики, приписанных когда-то Богу и продолжает жить по этим стереотипам. Последнее касается как региональных цивилизаций религиозного характера, так и светских цивилизаций.

Ясно, что Бог предопределил в Своём Промысле людям запрет на выход существующей людской культуры-«антигармонии» за пределы Ноосферы Земли.

112.

Конечно, уничтожение «злого духа» можно понимать и символично: наступит момент в истории развития человечества, когда духовная основа зла (эгрегоры, поддерживающие неправедность) будет уничтожена. Так действительно должно быть. И люди в этом отношении должны становиться помощниками Богу — своими мыслями, словами, делами, как и учит Авеста: основными орудиями человека в борьбе со злом в зороастризме уже со времени Гат считались «добрая мысль» (манах), «доброе слово» (вачах), «доброе деяние» (шйаотна).

Но верующие зороастрийцы понимали и понимают до сих пор борьбу со злом совсем не в этом смысле. Они разделили мир на догматизированное «добро» и «зло», отгородившись этим от Языка Жизни и остановили себе духовный прогресс на многие столетия. Поэтому-то и истинно добрых изменений в сфере их эгрегориального обеспечения (в символике это «борьба со злыми духами») не было.

113.

Сюда же можно отнести и технократическое воздействие.

114.

«Неприятные» воздействия Языка Жизни на людей — тоже Добрые призывы Бога к изменению жизни людей. То есть, неприятности, с которыми сталкиваются люди, указывают на жизненные тупики, в которые можно упереться в будущем. Но вместо того, чтобы задуматься «почему неприятностей становится больше и больше» — люди начинают упрямо «бороться с неприятностями» — как со злом, которое с ними творит кто-то другой.

От такого «понимания» (по сути непонимания) Языка Жизни — родился «абстрактный гуманизм», детище эпохи капитализма.

115.

Митра — воплощение договора, согласие, союза — издревле одно из главных божеств индоиранского пантеона. Почитался наравне с Маздой. Но позже (в период маздеизма) культ Ахура-Мазды стал выше всех остальных культов и Ахура-Мазда был «назначен» Заратуштрой «высшим единым Богом-творцом». Митра при этом остался богом, сотворённым Ахура-Маздой. Яшт 10 Авесты посвящён Митре (Михр Яшт), где про Митру сказано:

«Сказал Ахура-Мазда Спитаме Заратуштре: «Когда я создавал Митру многопастбищного, тогда наделил [я] его такими качествами, чтобы был он достойным почитания и восхваления [в такой же мере], как я сам, Ахура-Мазда»».

Выделенная нами жирным фраза позволяет судить о «характере» Ахура-Мазды по «характеру» Митры, поскольку сам Ахура-Мазда, согласно Авесте, гордится своим творением в такой же мере, как собой.

116.

Цитируем по тексту: «Хрестоматия по истории Древнего Востока». Ч.2 Под ред. акад. М.А. Коростовцева, д.и.н. И.С. Кацнельсона, проф. В.И. Кузищина. М., 1980 г.

117.

Особо знакомые нам из Библии и Корана черты «характера» единого «Бога» мы выделили жирным.

118.

«Канонизация» зороастрийской веры явилась первым крупнейшим «договором», сковавшим волю и свободу людей догматами веры, эгрегориальным водительством и страхом перед высшими силами. Заметьте, что слово «договор» упоминается в связи с Митрой — богом-судьёй над людьми и их душами. В начале I тысячелетия н. э. культ Митры станет в зороастризме основным и одновременно с этим появится ещё один крупнейший «договор» (завет), сфера власти которого будет распространена на огромную часть мировой цивилизации.

119.

Кайады — еретики (примечание переводчика).

120.

Друджевский мир — мир зороастрийской лжи. Артовский мир — мир зороастрийской правды. Договор — обоюдный — между зороастрийскими правдой и ложью, который поддерживается Ахура-Маздой (согласно 10 яшту). Но ведь ложь и зло противостоят правде и истине, являясь антиподам: какой может быть договор между Богом и Сатаной? — если называть эти противоположные явления своими именами. — Оказывается может быть такой «договор»: это — «каноны» веры. Несмотря на благие декларации о необходимости стремления человека к истине, зороастрийская вера признаёт договор между правдой (Артой) и ложью (Друдж), которым заведует Митра. В момент «канонизации» зороастризма была проведена чёткая грань между «истиной» и «ложью», и эта грань была закреплена «канонами» со всеми вытекающими из зороастризма ошибками. Но даже если бы это и была чистая Правда-Истина на момент «канонизации», то это была бы всего лишь фиксация ограниченных жизненных аспектов Правды-Истины — полезных людям того исторического времени.

Мы ещё вернёмся к теме договора между правдой и ложью, когда будем рассматривать митраизм и его последствия.

121.

Но при этом всё, что входит в понятие «ложь» «канонизировано» — то есть, однозначно определено. Ложь может быть частной, житейской, которая не касается основополагающей религиозной Правды-Истины и не прописана в «канонах»: не лгать этой ложью совершенно справедливо учит зороастрийская вера, поскольку лгать вообще не подобает человеку. Но ложью вполне может оказаться и зороастрийская правда-Арта: тогда ситуация меняется — говорящий зороастрийскую «правду», записанную в «канонах» будет объективным лжецом. Этой объективной лжи тоже учит зороастризм. В этом ещё одна сторона восточного дуализма и «характера» зороастрийского «Бога».

122.

В действительности существует объективный механизм возвращения людям их же собственной любой лжи через каскад эгрегоров. Если ложь не частно-житейская, а религиозная, то она может вернуться через эгрегор-бог, который, например, называют Митра.

123.

Стоящий в тексте термин, в переводе которого исследователи существенно расходятся, позволяет, видимо, предполагать, что имеется в виду и обязанность материальной поддержки друг друга или партнёра (примечание переводчика).

124.

Очень интересно и вполне определённо расставлены социальные приоритеты в восточной иерархии: на высшем договор веры — на низшем договор между двумя людьми. Анализируя его, можно увидеть «каноническое» закрепление во-первых, приоритета веры над всем; во-вторых, приоритета государственности над всем низшим; затем идут семейные приоритеты (по степени кровного родства); затем приоритеты зороастрийского «священства-учительства», которые выше, чем договор между супругами; следующий за семейным и наставническим договором — договор между партнёрами по «бизнесу». И почти на последнем месте — договор между членами общины.

В общем вся жизнь — и семейная, и религиозная, и наставническая, и деловая — расписана договорами, главный из которых — религиозный. Как видно дружбе и общинному образу жизни уделён один из последних приоритетов. Поэтому в кастовом обществе над свободно-общинным образом жизни довлеют сверху ещё несколько образов жизни, скреплённых религиозными «договорами»: договор веры, государственный порядок, семейный порядок, наставничество, «бизнес». Но лишь в межличностном общении и в свободном общинном образе жизни люди лучше всего познают друг друга и саму Жизнь. Но это в «регламенте» зороастризма — не главное.

Зато не на последнем месте стоит «бизнес»: в зороастризме особое значение придаётся умножению «благого материального бытия, созданного добрым началом для человека». У современных же парсов (зороастрийцев) соответственно поощряются различные виды деятельности, включая промышленную, финансовую и прочие — ведущие к увеличению собственности и изобилия. Последнее, при отсутствии концепции социальной справедливости (нетземной праведной социологии — она заменена посмертной «справедливостью») — только способствует ещё большему кастовому расслоению общества, поскольку доступ к материальным «благам» у представителей каждой касты разный, разные и возможности «умножать благое материальное бытие». Но людям каждой касты верой декларативно предоставляются «равные» права на занятие «бизнесом»: «занимайтесь, если сможете».

125.

Далее следуют слова Ахуры-Мазды (примечание переводчика).

126.

«Маги (от латинского magus, греч. mбgоs, от древне-персидского магуш) — жрецы и члены жреческой касты в древнем Западном Иране. У Геродота маги — название одного из мидийских племён. С распространением зороастризма в Западном Иране маги выступают как его жрецы, признававшие Заратуштру своим пророком (принятие магами зороастризма различные исследователи датируют от 7 до конца 5 — начала 4 веков до н. э.). В ранний зороастризм маги внесли существенные изменения; зороастрийское учение парфянского и сасанидского периодов в Иране (3 век до н. э. — 7 век н. э.) восходит к магам. Именно маги. сохранили дошедшие до нас части «Авесты». Магами назывались также жрецы иранских верований, отличавшихся от зороастризма и распространённых в Закавказье, Малой Азии и некоторых других странах Востока. В эллинистический период и позднее слово «маги» стало означать волшебников, чародеев, астрологов и т. п., отсюда — магия» («Большая советская энциклопедия», 3-е изд. 1969-78 гг.).

Магу — название мидийского племя, монополизировавшего при Ахеменидах ритуалы отправления главных культов.

127.

Дандамаев М.А., Луконин В.Г. «Культура и экономика Древнего Ирана», М., 1980 г.

128.

В это время Египет уже потерял суверенитет, а его высшие «жрецы» разбрелись по региональным резиденциям. В 671 году до н. э. Египет был завоёван Ассирией — отсюда и символ ассирийского Ашшура. После Ассирии Египет завоевали персидские Ахемениды.

129.

По этому поводу см. вторую книгу курса «Сравнительное богословие».

130.

См. вторую книгу курса «Сравнительное богословие».

131.

Древнегреческая религиозная система вообще не предусматривала никакого разговора о справедливости: её боги что хотели, то и творили и всегда были «правы» (последнее распространялось и на земную власть). В то время как в зороастризме был предусмотрен имитатор справедливости, замкнутый на «Бога».

Видимо, «мировая закулиса» считала, что с рабами заводить какой-либо разговор о справедливости не следует. Но в начале I тысячелетия н. э. она пересмотрела свои взгляды на этот вопрос, толчком чему послужили проповеди Иисуса Христа и последующий кризис управления Римской империей.

132.

Но при этом надо всегда помнить, что «мировая закулиса» никогда не «кладёт яйца в одну корзину».

133.

На месте державы Александра Македонского после её распада образовалось нескольких государств: Селевкидов, Птолемеев, Пергама, Понтийского царства и других; а затем (в течение 2–1 вв. н. э.) эти эллинистические государства попали под власть Рима. В результате чего «мировая закулиса» сделала ставку на Римскую империю.

134.

Парфянское царство — государство в 250 г. до н. э.- 224 г. н. э. к юго-востоку от Каспийского моря. Название от парфян — иранского племени. В период расцвета (середина I в. до н. э.) занимало пространство от Двуречья (территория современного Ирака) до границ Индии (река Инд). Соперник Рима на Востоке. С 224 г. н. э. его территория входила в государство Сасанидов.

135.

Ардашир I, Арташир Папакан — основатель и первый царь иранской династии Сасанидов. Дед Ардашира I Сасан был, по-видимому, «жрецом» главного храма в Истахре, столице Фарса (на юге Ирана).

136.

Впервые граница между известными всем Западом и Востоком (европейской и неевропейской культурами) была проведена несколько раньше — во времена становления греческого эллинизма. После этого Востоком стали считаться регионы, расположенные восточнее Греции (в полосе примерно и грубо между 20 и 50 градусами северной широты). То есть, в третьей четверти I тысячелетия до н. э. (5 — середина 3 вв. до н. э.), граница между Востоком и Западом впервые обозначилась где-то около 30 меридиана) — того самого меридиана, вдоль которого издревле движется так называемая «мировая столица», движение которой взяли под свой контроль египетские жрецы задолго до разделения культур на европейскую и неевропейскую. Тема о движении «мировой столицы» по 30 меридиану рассмотрена нами во 2-й книге учебного курса «Сравнительное богословие».

137.

«Восточный рок» или «рок» здесь и далее употребляются в смысле крайней ошибочности принятия и распространения Западом восточных религиозных ценностей.

138.

Идеализм шире идеалистического атеизма. В контексте настоящей книги мы будем понимать выражение «идеалистический атеизм» — как атеизм людей, которые путают Бога (богов) с эгрегором (либо эгрегорами). «Идеализм» же — это религиозные иллюзии, в которых может быть вообще не учтено существование Бога, но религиозная система представляет собой логически выстроенную веру в сверхъестественные силы и комплексы магических ритуалов, которыми заняты люди коллективно и индивидуально.

139.

В смысле — взяла готовые рецепты, не придумав ничего «лучше» для придания рабству благообразия.

140.

Знаний всегда было больше у «мировой закулисы». Но вот стремления к справедливости у неё всегда было меньше, чем у региональных жречеств.

141.

Как мы уже говорили в предыдущей главе, после захвата Ирана арабами часть зороастрийцев переселилась в Индию, после чего их стали называть парсами. Исламизация населения Индии никогда не принимала крайних форм и, принятые в кастовое индийское общество парсы, не испытывали серьёзных гонений, как у себя на родине. В середине II тысячелетия н. э. положение парсов в Индии даже улучшилось. «Жрецы» стали получать титулы и земли, но парсийская община земледельцев и ремесленников («средний слой» — средняя каста) при этом жила обособленно.

Впоследствии всё больше парсов стали заниматься торговлей, поставляя на рынок крупный рогатый скот, табак, спиртные напитки и ткани. К XVII веку в торговых центрах Гурджата (современный Бомбей) усилились купеческая и ремесленная парсийские прослойки. В Бомбее (являвшимся английской колонией) парсы стали посредниками между англичанами и индийцами. Со второй половины XVII века многие парсы получили в Бомбее участки земли и занялись предпринимательством. Главы купеческих родов, парсы-компрадоры стали определять экономическую, духовную и социальную жизнь парсийской общины. В XVIII — начале XIX вв. были заложены основы материального достатка ведущих семей парсийской буржуазии, члены которых становились торговыми агентами, банкирами, железнодорожными подрядчиками, а затем и фабрикантами.

В этот период парсы активно строили и контролировали алтари огня, храмы огня, погребальные башни дахмы, содержали семейных «жрецов», которые всё меньше зависели от индийского «жречества», особенно в Бомбее. Крепли экономические связи парсов с англичанами, а значит и политическое влияние по мере расширения колониальной империи Англии. Показательно, что первый индиец, прибывший по делам в Англию, был парс, также как и первый индиец, награждённый британским титулом. Панчаят (совет, стоящий во главе касты, храмовой организации и т. п.) персов «богател», занимался «благотворительностью» и всё больше становился властным центром парсийской общины. В результате в первой половине XX века подавляющее большинство парсов сосредоточилось в городах Индии, превратившись в «средний класс».

142.

До середины XX века Англия была ведущей страной, с помощью которой «мировая закулиса» осуществляла свои глобальные планы.

143.

У иудеев это — закон.

144.

См. четвёртую книгу учебного курса «Сравнительное богословие».

145.

В Коран вошла доктрина рая и ада, заимствованная с индоиранского востока.

146.

Но исламский Восток не стал «своим» для «мировой закулисы».

147.

После захвата сасанидского Ирана арабами у зороастрийцев больше не было своего государства.

148.

В последнюю — через психику «пророка» Мухаммада.

149.

См. вторую книгу курса «Сравнительное богословие».

150.

Природа людей такова, что они стремятся найти высшую социальную справедливость.

151.

Иудеям уже была сформулирована доктрина их «справедливости», процесс составления которой, как мы уже знаем, также не обошёлся без влияния зороастризма. Этот вопрос мы рассмотрим чуть позже.

152.

Подробно «философия» древних греков разобрана нами во второй книге курса «Сравнительное богословие».

153.

«Спокойного» здесь — от слова «покойник», среди которых только и возможна восточная «справедливость», как учит Авеста. На этом вся «тонкость» Востока заканчивается — заканчиваются и иллюзии восточной справедливости.

154.

На Востоке всегда была видимость спокойствия (по сравнению с суетливым Западом): одна из причин этого спокойствия (на уровне государств-цивилизаций) — низкая социальная напряжённость, которая была надолго духовно «погашена» доктриной всеобщей посмертной «справедливости» и её разновидностями.

155.

Типа следующего: «…существует космическая предопределённость времени жизни цивилизаций, а в промежутке между мировыми катаклизмами можно разумно-демонически творить любую политику в отношении людей — лишь бы соблюдалась мировая «гармония» — гармония с космическим «разумом», который можно изучить с помощью астрономии и математики».

156.

Гунны, остготы, вестготы, франки, вандалы, аланы, бургунды, англы, саксы, юты, бритты, пикты, скотты и другие.

157.

Сасанидский зороастризм просуществовал до конца VII века н. э. как государственная религия, и лишь военная сила арабов смогла сокрушить власть династии Сасанидов. Но даже после захвата арабами Ирана — многочисленные общины, исповедующие зороастризм не сдавались ещё несколько веков.

158.

Не следует забывать, что именно при Сасанидах была произведена запись «священного» свода текстов Авесты авестийским алфавитом — то есть, была проведена окончательная «канонизация» зороастризма.

159.

Об этом подробно см. третью книгу курса «Сравнительное богословие».

160.

Напомним, что римский пантеон богов формировался на базе греческого пантеона в период эллинизма — после распада империи Александра Македонского. Римский пантеон и римский миф были лишь «необходимыми» религиозными вывесками на государственности и не были столь привлекательны как греческие пантеон и мифология.

161.

Тем более, что Рим вёл захватнические воины за территории Ирана.

162.

Кушанское государство возникло из княжества в Бактрии, возглавленного племенем (или родом) кушан. В период расцвета (конец 1–3 вв. н. э.) включало значительную часть территории современных Средней Азии, Афганистана, Пакистана, Северной Индии и, возможно, Синьцзяна.

163.

Как известно древнеегипетское жречество поддерживало культ «Непобедимого Солнца» бога Ра. Этого же культа придерживался и император Константин Великий. Не удивительно, что «мировая закулиса», скорее всего с радостью поддержала культ «Непобедимого Солнца» в исполнении сторонников-«жрецов» Митры, внося в него своё глобальное понимание. Так древний обычай египетских «жрецов» — делать из царя-фараона «Бога» — возродился сперва в имперском Риме, а затем получил «второе дыхание» вследствие возвышения культа Митры в начале I тысячелетия н. э.

164.

Следует учитывать, что первое изображение распятого Христа появилось только в V веке, то есть, когда была отработана официальная версия и установлены каноны.

165.

Огонь в зороастризме — символизирует «очищение».

166.

Сапа (от французского sape, буквально — мотыга, saper — вести подкоп) — траншея, применявшаяся в 16 — начале 20 вв. при осаде и взятии крепостей для постепенного приближения под огнём противника к его укреплениям. Во 2-й половине 17 в. для выполнения работ при отрывке траншей (ходов сообщения) в армиях ряда стран появились специалисты — сапёры. «Тихой сапой» — в переносном смысле — скрытно и медленно.

167.

«Христианские» проповедники стали называть всех, кто не был «христианином» — язычниками — как только первые «христианские» общины начали свою деятельность в I веке н. э.

168.

Что было присуще зороастризму одновременно с всеми иллюзиями посмертной «справедливости».

169.

Иудейский Договор (Ветхий Завет) можно назвать первой частью общего библейского Договора между «мировой закулисой» и людьми, приписанный Богу Единому, а «христианский» Договор (Новый Завет) — второй частью того же. Весь общий Договор называется Библия.

170.

Кайады — еретики (примечание переводчика).

171.

Это стало возможно лишь «благодаря» восточной «тонкости» — восточному дуализму, из которого логически выстроили иллюзию посмертной «справедливости»: в противном случае (не будь у людей такого рода иллюзии) — они никогда не «клюнули» бы на Договор между «добром» и «злом» в этой жизни ради «справедливости» в посмертном суде над душами. Но, как говорится «того обманывать не надо, кто сам обманываться рад»…

172.

С обещанием вознаграждения за верность иудейской вере после смерти.

173.

В ожидании посмертной «справедливости».

174.

Основу чего составляет доктрина «Второзакония-Исаии», которую мы приводили в предыдущих книгах.

175.

Видимо особо в этом постарался апостол Павел.

176.

То есть, посмертная награда от якобы Бога.

177.

После смерти.

178.

Утешение — в земной жизни. Заметим, что в зороастризме не порицалось материальное «богатство», наоборот, оно приветствовалось для «своих». Последнее перешло в иудаизм, а «христианам» всё записали наоборот.

179.

После смерти — по контексту.

180.

Имеется в виду посмертное блаженство, обещанное якобы Богом через его «сына» Христа.

181.

И новозаветные и ветхозаветные заповеди мы разбирали в третьей книге курса «Сравнительное богословие».

182.

Ясно, что «мировая закулиса» внесла своё содержание в библейскую систему «добро-зло» именем Бога и авторитетом Христа.

183.

Цитируем по книге: «Авеста в русских переводах» (1861–1996 гг.). Составление, общ. ред., примеч., справ. Разд. И.В. Рака. — СПб, 1997 г. Перевод С.П.Виноградовой.

184.

В «Яштах» родителями Митры являются Ахура-Мазда и его супруга богиня земли Армайти (авестийское «благочестие»). Заметим, что в» христианской» версии рождения Христа его матерью является «благочестная» и «непорочная» Мария, а отцом — «Бог» через «Святого Духа».

По другому преданию, Митра родился на планетах в пустом тёмном гроте от девы по имени Мир, после чего маги принесли ему дары. Это несколько напоминает библейскую легенду о рождении Христа.

185.

См. приводимый выше Михр-яшт.

186.

Христос, согласно Новому Завету, пришёл предотвратить заблуждения людей, особенно иудеев.

187.

По сути к библейскому эгрегору, который духовно-психически определяет границы «добра-зла» для своей паствы. Именно поэтому паства психологически очень боится того, что определено в «христианстве» как «зло», суеверно называя это «нечистой силой». В действительности — работают эгрегориальные запреты «общения» с «духами» и вполне земными явлениями, которые являются «опасными» для устойчивого функционирования библейской системы. Эти системные ограничения, воздействуя на психику паствы, вызывают в ней ощущения страха, заставляя паству обращаться за помощью ко «Христу»-эгрегору; последний, в свою очередь, «всегда готов» помочь тому, кто слушается и не выходит за системные ограничения.

188.

Вспомните, что именно восточному дуализму присуще деление явлений на «чистые» и «нечистые».

189.

Как видно, культура «посмертного воздаяния» предполагает не только барьеры от опасных для веры слов и дел, но и от мыслей, которые не соответствуют эгрегориальной «этике».

190.

Христос, согласно Новому Завету, воскрес на третий день после распятия…

191.

Ему соответствуют древнегреческая Ника и римская Виктория. Ника часто изображалась в колеснице, правящая четырьмя конями.

192.

Полномочия чего в библейском христианстве взяла на себя церковь именем Христа.

193.

Перенос древних индоиранских восточных «тонкостей» — дуализма мироздания, посмертной «справедливости», «злых» и «добрых» духов, помогающих и вредящих людям, «Страшного Суда» (или «конца света») — в библейскую культуру обнажился в начале XXI века выходом на экраны фильмов «Ночной Дозор» и «Дневной Дозор». Их сюжет выстроен на базе соблюдения обязанностей древнего Договора между Светлыми и Тёмными силами. Многие люди, посмотревшие эти два фильма, также как и автор их сценариев (написанных по мотивам почти одноимённых романов) А.Лукьяненко — убеждены, что в красивом и захватывающем противостоянии Тёмных и Светлых выражен «восточный дуализм», о котором они не имеют почти никакого представления.

В действительности появление двух вышеназванных фильмов в российском кинематографе — обнажение в России древнего восточного дуализма, вошедшего почти 2000 лет назад в библейскую концепцию, представленную Библией(слово «Завет» означает Договор). Сторонники библейского Христа стали Светлыми, а все люди небиблейской веры, отступники — Тёмными. Суть восточного дуализма, его пагубность и вредоносность мы описали в главах про зороастризм. Как и положено в библейской концепции, в конце «Дневного Дозора» наступает «конец света», остановить который можно лишь — пересмотрев ошибки прошлого, и сделав необходимые выводы на будущее…

Кажется, какой может быть Договор между Светлыми и Тёмными — между библейцами и людьми небиблейских вер либо отступниками от любых религиозных систем, приверженцами какой-либо светской идеологии. Противостояние Светлых и Тёмных исторически складывалось таким образом, что Светлыми называли сначала сторонников библейского «христианства», а Тёмными — еретиков, отступников и «язычников». Но после 1917 года, когда в России за библейским «христианством»-православием спрятались остатки родовой аристократии и часть буржуазии — после победы революционеров-«социалистов» всё поменялось: Светлыми стали «социалисты», а Тёмными были назначены «недобитые буржуи», остатки царской аристократии, кулаки и им сочувствующие: «…тёмные силы нас злобно гнетут…».

Это говорит о том, что «добро» и «зло» неправедных религиозных систем всегда относительно: как его удобно классифицировать «правящей» мафии (будь то церковь либо ЦК партии) — так и разделяют явления на «добро» и «зло», предлагая эти «нравственные» «истины» толпе для руководства. Но нам важен не субъективизм (особенности) разделения явлений на «добро» и «зло» (это разделение всегда неправедно): нам важно, что восточный дуализм сохранился и после 1917 года, войдя в идеологию псевдосоциализма (светскую имитацию социальной справедливости). Мало того, псевдосоциализмом были охвачены не только библейские (в прошлом) субкультуры, но и субкультура исторического ислама и некоторые восточные субкультуры. Это говорит о том, что восточный дуализм (и присущая ему доктрина посмертной «справедливости») гораздо шире по охвату, чем библейская концепция. И действительно, в исламе (в Коране) доктрина посмертного воздаяния выражена даже сильнее (ярче), чем в Библии. В некоторых восточных субкультурах доктрина посмертного воздаяния и дуализм существуют в разных формах.

Всё это говорит о том, что Договор между Светлыми и Тёмными не ограничивается лишь культурой Библии — Библия это писание для западных людей. Самая важная суть Договора, который люди заключили между собой и Сатаной (всем тем злом, которое они сами и воспроизвели своими мыслями и действиями: так было удобнее «жить» и царям и «элите» и рабам) — носит общемировой, а не только библейский характер. Пагубная суть древнего Договора заключается в общекультурном толпо-«элитарном» признании людьми того, что на Земле своими усилиями объективной Справедливости достичь невозможно: поэтому Тёмные и Светлые будут всегда. Эта основная мораль Договора — последствия древних восточных иллюзий (оставшихся во всех субкультурах Востока до сих пор), вошедших в западную культуру со времени принятия библейского христианства Римом. Таким образом и Запад, и Восток находятся до сих пор под иллюзиями древнего восточного дуализма и посмертной «справедливости».

194.

Конечно и до Заратуштры были разнообразные религиозные учения, признающие бессмертие души и загробную жизнь. Например, в древней Греции были распространены орфические культы (стали возрождаться к концу I тысячелетия до н. э.), которые признавали, что душа человека находится в кругу постоянных перевоплощений, но через презрение к плоти и аскетизм может вырваться из этого круга и вступить в мир вечного блаженства.

Но всё же эти представления, дошедшие до наших дней как восточные учения о сансаре и карме — не связывают напрямую общую социологическую доктрину жизни людей в земном мире и соответствующее посмертное воздаяние каждому персонально.

195.

О том, когда зороастризм проник в иудаизм — мы поговорим чуть позже.

196.

Репетиция в среде иудеев под контролем посвящённых левитов — Договора с будущими «христианами" и взаимоотношений с Христом.

197.

В том смысле, что жить бедно материально — хорошо для тех, кто будет в дальнейшем на роли рабов. Это и стало моделью жизни для будущих «христиан», но не для самих иудеев: ведь кумранская община была лишь религиозным экспериментом, опыт которого «мировая закулиса» вовсе не собиралась распространять на иудеев.

198.

Какая может быть индивидуальная собственность у рабов: ведь «мировая закулиса» репетировала в модели будущую религиозную систему для рабов.

199.

Впоследствии Светлыми силами стали «христиане», а Тёмными — «язычники» и отступники-«еретики».

200.

Чему придавалось земное значение: смиренно и аскетически ждать «Страшного Суда», живя лишь писанием и ритуалами и не противясь «злу», но сторонясь последнего. Этот образ жизни признавался «блаженным», открывающим путь в посмертный рай. Скорее всего в I веке н. э. для иудеев чётко сформулированная доктрина рая и ада, взятая из зороастризма, была религиозной новинкой. Именно поэтому кумраиты считали себя самыми религиозно передовыми и чурались всех остальных, даже иудеев.

201.

Борис Соломонович Романов — кандидат технических наук, исследователь раннего христианства, астролог. В своих работах автор проводит параллели между становлением иудаизма и христианства, как бы подтверждая свою фамилию и отчество, в которых можно увидеть отражение периода от эпохи царя Соломона (10 в. до н. э.) до становления христианского Рима (4 в. н. э.). Своими работами Б.С. Романов на базе схоластики астрологии подтверждает многие хронологические моменты, вошедшие в Библию, чем расписывается в своей приверженности библейской концепции. Однако его исследования в области параллелей между зороастризмом, иудаизмом, кумраизмом и христианством — весьма интересны.

202.

Астро-Библос. Астрологические комментарии Библии — Изд-во: Воронеж: Модек, 1997 г. — 432 с.

203.

Http://www.astrologer.ru/book/zoroastrianism/index.html.ru.

204.

Это — отражение лексики восточного дуализма.

205.

Вся эсхатология конца света, вошедшая в иудаизм и христианство взята из древневосточного понимания космических циклов. На это и обратил внимания астролог Б.С.Романов, проведя параллели между зороастризмом и зарождением первых общин «Нового Завета» — ещё до прихода Христа.

206.

Если это действительно так, то неудивительно, что Иоанн Креститель направлял Христа по «пророчеству» Исаии, которое ему внушили в общине ессеев (либо «пророчество» Исаии было записано гораздо позже, чем это общепринято считать?).

207.

Как это и принято в иудаизма.

208.

А был ли первый Исаия — таким, каким его образ сформирован Ветхим Заветом? Возможно, что образ существовавшего когда-то Исаии дополнили во времена, когда иудеи уже познакомились с зороастризмом, либо вообще это сделали кумраиты.

209.

Скорее всего доктрина рая и ада вошла в Ветхий завет после вавилонского пленения и чудесного освобождения иудеев царём Киром.

210.

Чего не могли допустить хозяева иудеев. Если из зороастризма в иудаизм вошло всё, что сделало его ещё более привлекательным для иудеев, то эллинизм был предназначен только для «гоев».

211.

Противопоставление «света» и «тьмы» уже было знакомо в иудаизме, как противопоставление «светлых» иудеев — «тёмным» народа, куда они рассеивались; зороастрийская доктрина «справедливости» только украсила это противопоставление.

В «христианстве» противопоставление «светлых» и «тёмных» продолжалось: «светлыми» стали считаться все «христиане», а «тёмными» — «язычники» и представители других религиозных систем.

212.

Лучше сказать нацизма. Но в случае с иудеями это — мафиозная глобальная корпоративность.

213.

Как иудеев и учили многие века до этого, что вошло в их генетику.

214.

Http://lib.align.ru/books/9307.html.

215.

Видимо составители канонов Нового Завета записали «очищение огнём» для большей привлекательности «христианства» (в момент его становления) для сторонников культа Митры, а впоследствии забыли убрать этот древний ляп.

216.

Обряд смерти-воскресенья возник, скорее всего, вследствие наблюдении людей за циклами расцвета и угасания природы, восхода-захода солнца и пр.

217.

Но и огонь никуда не делся при перенесении обрядов из митраизма в «христианство».

218.

Не удивительно, что ритуал очищения через крещение особо активно пропагандировал апостол Павел:

К Римлянам 6.

1 Что же скажем? оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак.

2 Мы умерли для греха: как же нам жить в нём?

3 Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?

4 Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мёртвых славою Отца, так и нам ходить в обновлённой жизни.

5 Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения,

6 зная то, что ветхий на— человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху;

7 ибо умерший освободился от греха.

8 Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним,

9 зная, что Христос, воскреснув из мёртвых, уже не умирает: смерть уже не имеет над Ним власти.

10 Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живёт, то живёт для Бога.

11 Так и вы почитайте себя мёртвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

219.

Зороастрийский календарь отличался от современного. Зороастрийцы издавна пользовались в повседневной жизни солнечным календарём по образцу египетского солнечного календаря. Точных данных о времени и месте создания зороастрийского календаря нет; предположительно календарь возник в Восточном Иране или Средней Азии в первой половине I тыс. до н. э. и был воспринят в Западном Иране Ахеменидами. Так как зороастрийский календарь был короче астрономического года на 6 часов, это приводило к тому, что каждые четыре года начало нового календарного года как бы передвигалось на один день. За 120 лет эта разница составила полный зороастрийский месяц в 30 дней. В период правления Сасанидов производилась, хотя и нерегулярно, вставка такого месяца. Однако это порождало несоответствие между календарём и сезонными, религиозными праздниками, которые, согласно предписаниям Авесты, должны были проводиться в строго определённое время года.

220.

В библейском христианстве «святые» изображаются на иконах с сиянием вокруг головы.

221.

Это перешло в библейское христианство.

222.

Это тоже перешло в библейское христианство: в частности ритуал личного огнепоклонничества стал выражаться в установке чаш-лампадок перед ликами «святых» в домах верующих. В библейских церквях же — полно всяческого огня: многочисленные свечи, которые прихожане ставят по разным поводам, свои церковные огни и пр.

Кроме того, у зороастрийцев одним из обязательных требований к верующим было наличие естественного огня или лампы в доме.

223.

Головной убор католического «священника».

224.

Интересно также, что по словам очевидцев, перед схождением «благодатного огня» Храм начинают озарять яркие вспышки «благодатного света», тут и там проскакивают маленькие молнии. При замедленной съёмке хорошо видно, что они исходят из разных мест храма — от иконы, висящей над Кувуклией (часовней на «Гробом Господним»), от купола храма, от окон и из других мест, и заливают всё вокруг ярким светом. Кроме того, то тут, то там, между колоннами и стенами храма мелькают вполне видимые молнии, которые часто проходят без всякого вреда через стоящих людей.

Мгновение спустя весь храм оказывается опоясанным молниями и бликами, которые змеятся по его стенам и колоннам вниз, как бы стекают к подножию храма и растекаются по площади среди паломников. Одновременно с этим, если верить словам очевидцев, у стоящих в храме и на площади загораются свечи, сами зажигаются лампады, находящиеся по бокам Кувуклии.

225.

Римская церковь перенесла этот праздник с 6 января на 25 декабря не позднее 354 года. Восточная церковь праздновала и празднует Рождество 6 января.

226.

Христа в церковной традиции на ранних этапах иногда изображали в виде «доброго пастыря».

227.

Изначально праздник «христианской» пасхи был приурочен к еврейской пасхе, которая календарно праздновалась 13–21 ниссана, что соответствовало началу марта. Впоследствии после разногласий на Вселенском Соборе 325 года Пасха стала праздноваться в первый воскресный день следующий за весенним полнолунием, который будет в самый день весеннего равноденствия, но непосредственно после него, но не ранее весеннего равноденствия.

228.

Греческие богословы связывали слово «пасха» с понятием — страдать.

229.

По библейской легенде Христос умер, его оплакали, положили в каменную пещеру, а не третий день он воскрес.

230.

Напомним, что древние «солнечные» культы били предназначены для укрепления религиозного авторитета царей и фараонов, которые в глазах толпы становились богами или их воплощениями. Библейское христианство своими ритуалами также подкачивало авторитет церкви (ведь церковь назвала себя «наместником Христа»), её иерархов, которые казались толпе «святыми», а сами иерархи наделяли «святостью» первых лиц империи.

231.

Большая часть праздников носила сезонный характер. Их происхождение было связано с дозороастрийским периодом. Шесть праздничных обрядов назывались гаханбары. Первый гаханбар зороастрийокая традиция относила к середине весны. Второй гаханбар приходился на середину лета. Третий гаханбар совпадал с окончанием лета и началом осени, когда поспевал урожай и происходил его сбор. Четвертый гаханбар охватывал конец осени, когда пастухи и стада возвращались с пастбищ домой. Пятый гаханбар отмечался в середине зимы. Шестой гаханбар совпадал с концом зимы и преддверием весны. Для всех гаханбаров были обязательными две церемонии: афринган — благословение, или особый вид богослужения и молитвы, текст которой входил в Малую Авесту, и бадж — богослужения, связанные с приношениями всеми членами общины пожертвований и даров.

232.

В «христианстве» самое длительным очищением считается «Великий пост», который календарно проходит до праздника Рождества. Но и перед Пасхой принят недельный распорядок физиологических и духовных ритуалов.

233.

То есть около даты «христианской» пасхи.

234.

Что в «христианстве» приурочено к Пасхе, связанной также с ожиданием главного огня.

235.

Имеется в церковной среде.

236.

Обязательный символ «христианской» пасхи.

237.

Не то же самое ли символизируют библейские свечи?

238.

Яйцо — обязательный атрибут «христианкой» Пасхи, календарно совпадающей с зороастрийским Новым годом.

239.

Особенно на эту тему много можно найти в разнообразных Посланиях апостола Павла из Нового Завета.

240.

Новый Завет, 1-е Коринфянам 15.

13 Если нет воскресения мертвых, то и Христос не воскрес;

14 а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша.

15 Притом мы оказались бы и лжесвидетелями о Боге, потому что свидетельствовали бы о Боге, что Он воскресил Христа, Которого Он не воскрешал, если, то есть, мертвые не воскресают;

16 ибо если мертвые не воскресают, то и Христос не воскрес.

17 А если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна: вы еще во грехах ваших.

241.

То же самое вошло в погребальные культы «христианства» и в трёхдневные пасхальные приготовления.

242.

На железные носилки клали деревянный настил, а на него труп. Руководили похоронами насассалары, которые несли носилки. Похоронная процессия сопровождала носилки; служитель культа воздавал хвалу богу, вместе с ним молились присутствующие на похоронах, Процессия сопровождала носилки только до подножия специального сооружения, места захоронения зороастрийцев — астодана, или так называемой башни молчания высотой 4,5 м. Носильщики и служители культа поднимались со своей ношей на башню, помещали труп в сидячем положении на краю погребальной площадки (дахмы) и закрепляли его за ноги и волосы, чтобы звери или птицы, растерзав тело, не могли унести останки к воде или растениям. Когда птицы склевывали все мясо, а кости под влиянием солнца полностью очищались, тогда их сбрасывали в башню молчания.

243.

Мы уже знаем, что бессмысленное почитание опыта умерших — некритическое отношение к их жизни — на эгрегориальном уровне лишь закрепляет ошибки последних, что способствует духовному «застою» и накоплению ошибок в дальнейшем. Библейская культура буквально копирует такое же некритическое благоговение к умершим, как и в зороастризме.

244.

То же самое в библейской культуре.

245.

Греки высоко оценивали зороастризм, а Заратуштру считали звездочётом и магом. Во времена возвышения митраизма (начало I тысячелетия н. э.) зороастрийские «жрецы» вполне могли украшать себе голову красивой шапкой, символизирующей сопричастность Митре.

246.

Митрополит, буквально — проводящий политику Митры. Либо (если учесть что «политика» — множество интересов по-гречески), то митрополит — лицо, представляющее множество интересов Митры.

247.

Пехлеви — династия в Иране в 1925-79 гг. Основатель — Реза-шах Пехлеви; его преемник — Мохаммед Реза Пехлеви — свергнут в 1979 г. в ходе исламской революции.

248.

Во время «христианских» ритуалов чем-то подобным махают, рассеивая «святую воду»…

249.

В процедуре крещения есть обряд «изгнания Сатаны».

250.

Механизм «очищения»-вычищения «нечистой» информации из психики людей мы подробно рассмотрели в Третьей книге, когда разбирали семь таинств церкви.

251.

Какой «идеал» может быть нарушен естественной функцией родов, данной Богом всем женщинам? Видимо древние наблюдали за изменением физиологии и психики беременных и сравнивая с обычным своим состоянием сделали иллюзорный вывод о «нарушении идеала», что записали в «каноны» как «нечистоту». Впоследствии эту иллюзию употребили «жрецы» в целях объяснения необходимости очищения-вычищения всего «ненужного» из психики для инициации. Так и появился синдром «первородного греха», вокруг которого уже много понаписано.

252.

Одним из смыслов обряда жертвоприношения считалось заступничество перед богами.

253.

В «христианстве» этот обряд сопровождается следующим:

«Как происходит соборование? В центре храма ставится аналой с Евангелием. Рядом столик, на котором стоит сосуд с елеем на блюде с пшеницей. В пшеницу ставится семь зажжённых свечей и семь кисточек для помазания — по числу читаемых отрывков из Священного Писания.

Все соборующиеся держат в руках зажжённые свечи. Это наше свидетельство, что Христос — свет в нашей жизни.

Возгласом «Благословен Бог на— ныне, и присно, и во веки веков» начинается молитвословие с перечислением имён соборующихся. Затем священник вливает в сосуд с маслом вино и молится об освящении елея, ради исцеления и очищения плоти и духа тех, кто будет им помазан».

254.

В «христианстве» это — символ голгофы — нательный крест.

255.

В «христианстве» крещение называется «рождение вновь».

256.

Может быть поэтому в «христианстве» семь таинств?

257.

Внутренне убранство «святилища» напоминает «христианский» храм.

258.

Обряды инициации посвящаемого больше напоминают обряды масонства, нежели «христианские»: но и то и другое — курировалось из одного центра.

259.

Примерно такие же чувства испытывают верующие «христиане» и просто сочувствующие церкви люди, когда они попадают в чисто надраенный и сияющий драгоценными металлами и камнями храм из неустроенной и зачастую грязной обыденности мирской жизни. Церковники и их кураторы знают чем огорошить доверчивых и впечатлительных людей, у которых создаётся впечатление, что внутри храма действительно можно найти Бога, заботящегося о ритуальной чистоте (ритуальная чистота — прерогатива зороатсризма) и «богатом» убранстве храма. Но ошарашенные контрастом люди не задумываются, на какие средства всё это создано и на какие средства содержится иерархия бездельников-«священнослужителей».

260.

Один из обрядов, входящих в таинство «христианского» крещения, называется «Ознакомление с верой» или «Оглашение». «Священнослужители» предлагают будущим верующим «познать умом» «христианство» — то новое, что они принимают в свою душу, вступая в «новые отношения с миром». Возможно, что в зороастризме с инициируемыми работал «жрец» с уровня иерархии «Ворон», оглашающий им веру, что потом перешло в «христианство».

261.

То есть, включение психики людей в алгоритмику эгрегора «Митра».

262.

В «христианстве» высшее духовное лицо называют «святым отцом», а первое лицо в православии — митрополитом. Считается, что митрополит уполномочен говорить от имени всей церкви, а сама церковь считает себя «наместником Христа» который до «Страшного Суда» судит свою паству «высшей» церковной «мудростью».

263.

По содержанию «Послания» являются письмами, написанными к случаю и связанными с конкретными историческими ситуациями, либо письмами общего характера — что вполне укладывается в античные классификации эпистолярного (от греческого «письмо») жанра.

264.

Напомним, что апостол Павел не был учеником Христа.

265.

Но это лишь распространённая версия: Новый Завет начинается Евангелием от Матфея. А авторы этой версии утверждают, что в написании вышеперечисленных Евангелий употреблялся ещё текст, обозначенный латинской буквой Q (от немецкого Quelle — источник), который неизвестен.

266.

Но некоторые из «апокрифов» дожили до наших дней. А информация, которая в них сохранилась, свидетельствует о религиозном превосходстве зороастризма в I тысячелетии до н. э. Вот что пишет об апокрифе Иоанна В.Б.Авдеев в книге «Преодоление христианства (опыт адогматической проповеди)» М. «Капь», 1994 г.:

«Много нового открывается для нас в гностических евангелиях, изначально рассчитанных на узкую категорию читателей. «Гнозис» — значит «знание», а раз знание, то, естественно, не для всех, так было задумано в этой истории. Наиболее мистическое из них — Апокриф Иоанна. Пересыпанное тайноведческой терминологией, совершенно непохожее на традиционные канонические евангелия, оно призвано приобщить нас к проблемам, непригодным для ума тех, кому обещается Царствие Небесное…

Поразителен и другой факт. Когда Иоанн передает, как создавался Адам, рассуждая о страстях, он вдруг неожиданно ссылается на откровенно «вражескую» идеологию — «Книгу Зороастра» — как на первоисточник! Это как нельзя лучше подтверждает прямые заимствования создателей Ветхого и Нового Заветов у зороастризма, о чем мы уже говорили выше. Многие чудеса открываются при чтении апокрифов, но таких мы и не ожидали».

267.

Про это мы подробно писали в Третьей книге курса.

268.

Возможно, что все тексты кроме текстов апостола Павла — более поздние, чем это представляют учёные: у «мировой закулисы» было около 300 лет чтобы составить окончательный канон.

269.

Скорее всего Откровение Иоанна Богослова — эгрегориальное «эхо» зороастрийской эсхатологии, которой была охвачена психика автора. Но, возможно, что это и искусно составленное с уровня сознания «пророчество», поскольку в нём «спасение» людей замкнуто на приверженность иудаизму, что мог написать либо иудей под впечатлением зороастризма, либо кто-то от «закулисы».

270.

Что можно понять и в переносном смысле, мол все мои враги не смогут духовно подняться выше моего учения: ведь слово «ад» было известно у иудеев, а Христос вовсе не хотел этим подчеркнуть свою приверженность доктрине посмертного воздаяния.

271.

Либо так поняли Христа авторы Евангелий, его ученики.

272.

Зато подошли иудеям.

273.

Пояс — символ зороастрийцев.

274.

Очень много в Апокалипсисе из культа огня.

275.

С Митрой связывали все «солнечные» праздники.

276.

В традициях митраизма — Митра. От Митры власть как бы переходит «Сыну Бога» — библейскому Христу. Появляется «Бог-Сын».

277.

Лев — четвёртый уровень «жреческого» посвящения в зороастризме «огненный, очищающий».

278.

Новую песнь — Новый Завет.

279.

Откровение 15.

1 И увидел я иное знамение на небе, великое и чудное: семь Ангелов, имеющих семь последних язв, которыми оканчивалась ярость Божия.

2 И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его и число имени его, стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии,

3 и поют песнь Моисея, раба Божия, и песнь Агнца, говоря: велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! Праведны и истинны пути Твои, Царь святых!

280.

Имеется в виду возвращение в Иерусалим после «Страшного Суда».

281.

В этом отношении интересна цитата, приведённая В.Б.Авдеевым в книге «Преодоление христианства (опыт адогматической проповеди) М., «Капь», 1994 г.:

«Существует любопытное письмо, направленное императором Адрианом своему зятю, Консулу Сервиану, и сохранившееся в «Истории Августов».

«Здесь поклонники Сераписа одновременно являются христианами, а те, кто зовутся служителями Христа, поклоняются Серапису. Нет ни еврея, главы синагоги, который не был бы также астрологом, прорицателем или лгуном. Когда сам патриарх иудеев прибывает в Египет, одни заставляют чествовать ради него Сераписа, другие — Христа. Но их общий бог — деньги»».

282.

Ездра многими учёными считается одним из главных составителей-собирателей книг Ветхого Завета.

283.

3-я Ездры 7.

50 Нам предсказана вечная надежда, а мы, непотребные, сделались суетными.

51 Нам уготованы жилища здоровья и покоя, а мы жили худо;

52 уготована слава Всевышнего, чтобы покрыть тех, которые жили кротко, а мы ходили по путям злым.

53 Показан будет рай, плод которого пребывает нетленным и в котором покой и врачевство;

54 но мы не войдем в него, потому что обращались в местах неплодных.

55 Светлее звезд воссияют лица тех, которые имели воздержание, а наши лица — чернее тьмы.

56 Мы не помышляли в жизни, когда делали беззаконие, что по смерти будем страдать.

57 Он отвечал и сказал: это — помышление о борьбе, которую должен вести на земле родившийся человек,

58 чтобы, если будет побежден, потерпеть то, о чем ты сказал, а если победит, получить то, о чем Я говорю.

59 Это та жизнь, о которой сказал Моисей, когда жил, к народу, говоря: «избери себе жизнь, чтобы жить».

284.

Премудрость Соломона гл.1.

285.

То есть, Соломон придерживался тех же выводов, которые мы сделали в Третьей книге курса: жизненное благополучие людей и длительность земной жизни зависит от каждого из людей, от личностной праведности.

286.

Соломон признавал спасение в земном мире, не веря в посмертное воздаяние.

287.

М.: «КАПЬ», 1994 г.

288.

С обязательным ритуалом «чистоты» перед молитвой.

289.

Книга В.Б.Авдеева интересна тем, что в ней собрано множество материалов, которые трудно отыскать даже в наше время. Так, в одном месте он ссылается на некое «Тибетское евангелие», в котором как бы восполняется пробел жизни Христа от 12 лет до иерусалимского периода (особо интересные места мы выделили жирным):

«Очень не любят христианские ортодоксальные идеологи упоминаний о так называемом Тибетском евангелии. А зря: оно чрезвычайно поучительно и дополняет образ Мессии новыми колоритными деталями.

В библиотеке буддийского монастыря Гимис нашим соотечественником Николаем Нотовичем был найден манускрипт о неизвестной жизни Христа в Гималаях. Вот что мы узнаем из него.

В 13 лет Иисус с купцами уходит к Инду изучать законы Будды, в 14 лет он селится у арийцев. Прослышав о его мудрости, почитатели Бога Джайны просят поселиться у них. Жрецы брамы в стране Орсис учат его исцелять молитвами, изгонять из тела человека злого духа. Все свои сверхъестественные возможности он затем применит на практике, что видно и из канонических евангелий. Но вот дальше следует самое интересное. Постепенно Божий сын начинает осуждать все и вся, отрицая Божественное происхождение Вед и Пуран: «Не кланяйтесь идолам, не следуйте Ведам, в которых истина искажена». Белые жрецы и воины были поражены таким отношением и такой платой за радушное гостеприимство. Затем Иисус поехал в страну, где родился Будда, и начал изучать Сутры, что заняло у него 6 лет. Оставив Непал и Гималаи, он спускается к язычникам и вновь начинает сеять смуту, выступая в роли религиозного диверсанта: «Я вам говорю, оставьте своих идолов и не исполняйте обрядов, которые разлучают вас в вашим Отцом и связывают вас с жрецами, от которых небо отвернулось».

Запутав народ выспренной софистикой в духе современных политиков, которые, как видно, у него и научились, он вынудил язычников разбить идолов, восстановил народ против жрецов, которые ибежали прочь. Устроив целый ряд религиозных восстаний, он отправляется в Персию, и вновь мы слышим из благословенных уст: «Не поклоняйтесь солнцу, Духу Добра и Духу Зла; ваше учение — мерзость, говорю я вам». После этого в возрасте 29 лет он прибывает в Израиль для участия в показательных выступлениях».

290.

Иудаизм, «христианство» и ислам.

291.

Оставшиеся пока не рассмотренными религиозные системы ведического Востока также не свободны от иллюзий восточного дуализма, закрывающих доступ к пониманию Божиего Промысла.

292.

Скорее всего такой же принцип «естественной» инициации «пророков» действовал и ранее: сначала складывался эгрегор, соответствующий этапу историко-религиозного развития людей, затем в определённом регионе появлялся соответствующий по психическим качествам духовный лидер который входил в тесный контакт с этим эгрегором. Но после такого контакта крупные религиозные системы устанавливались лишь при наличие определённой Высшей Необходимости — хоть сколько-нибудь полезной для духовного развития людей. Так «христианство» прогрессивнее зороастризма хотя бы потому, что является религиозной системой монотеизма; ислам прогрессивнее «христианства» потому, что является религиозной системой строгого монотеизма (в исламе критикуется библейская «троица» и постоянно напоминается об едином Боге) и несёт в коранической культуре второй «контекст».

Но при этом всегда надо помнить, что Бог насильно никому ничего в психику не впихивает — тем более под страхом или предлагая награду. Насилие над психикой — признак эгрегориального воздействия. В то же время Бог постоянно и ненавязчиво, аккуратно предлагает всегда лишь праведность — принять которую люди далеко не всегда готовы. Поэтому зачастую вместо праведности Божией люди как правило следуют эгрегориальным наваждениям, которые более близки их мировоззрению и нравственности, чем предложения Свыше, которые люди отвергают, просто не ощущая их и не внимая Языку Жизни.

Эгрегориальные наваждения могут быть «перемешаны» с праведными призывами от Бога (как это можно наблюдать в Коране). Мухаммаду не удалось различить эти два потока информации, ставшей достоянием его психики. Но Мухаммаду в его судьбе — скорее всего такой задачи и не ставилось: он достойно прожил жизнь и выполнил свою миссию на Земле. Однако в этом случае люди, следующие за ним (вот уже около 13 веков) должны были не слепо копировать традиции, а разделить коранические наваждения и информацию «от Бога» — как две противоречащих друг другу религиозных «этики». Первая — духовное наследие иранского зороастризма; вторая — Божья «этика».

293.

Иначе говоря — древнейшего расизма, замешанного на религиозной почве, выдуманной глобальной миссии, которые замкнуты на авторитет якобы Бога и «пророков».

294.

А это уже «христианский» религиозный расизм, вписанный в иудейский.

295.

Прямое следствие изначальных иллюзий восточного дуализма.

296.

В.Б.Авдеев рассуждает не с позиции верующего Богу человека, поэтому Бог для него является «изобретением людей», а не Объективной Надмирной реальностью. Но оценку «Богу» всех монотеистических религий он даёт в этом отрывке в общем-то верную. Сам он называет себя «робкий умозрительный поклонник неугасающего арийского миросозерцания», то есть он — ведист — сторонник культуры ведически-магического «арийского» Востока. Естественно, что дух неаскетического «чистого» зороастризма более близок Авдееву, чем покорность и аскетизм библейского христианства, а также и иудейский расизм. Но он не рассматривает главные религиозные иллюзии, которые одинаково присутствуют как в «арийских» религиозных системах, так и в зороастризме, откуда они и перешли во все три «авраамические» религиозные системы.

297.

«Свастика же — это всего лишь прообраз двух скрещенных бревен, с помощью которых добывали огонь трением, этим и порождено поклонение ариев свастике. Огнедобывающее перекрестие бревен называлось «ОГНИВО», а богиня огня — АГНИ» — пишет в своей книге В.Б.Авдеев.

298.

Относительно поддержки православия в России.

299.

Эти цифры относятся больше к старшему и среднему поколениям (тем, кому за 30 лет). Молодым поколениям церковные традиции ещё более безразличны.

300.

В смысле запрета деятельности КПСС.

301.

Имелся в виду библейский «Бог».

302.

Большинство высших руководителей СССР были еврейского происхождения, а, поскольку открыто исповедовать иудаизм не было возможности (марксизм-ленинизм учил о мракобесии всех религиозных предрассудков), но светская «власть» была у них «с избытком» — хотелось, по-видимому быть «господами» не только структурно, но и «духовно» (то есть, овладеть мистическими приёмами управления толпой).

303.

Подробнее вопрос о взаимоотношениях между буддистами и троцкистами мы рассмотрим в Главе про религиозную систему буддизма.

304.

Это качество мировоззрения «русской» интеллигенции М.Е.Салтыков-Щедрин художественно выразил в рассказе «Культурные люди», где один персонаж-либерал говорит о себе следующее: «Чего-то хотелось: не то Конституции, не то севрюжины с хреном, не то кого ободрать».

305.

О популярности этих мифов мы писали во Второй книге курса.

306.

Распространённая оценка работ диссидентов в «низах».

307.

В 1917 году духовная «кормушка» была насильно отобрана у церковников и передана идеологам «социализма».

308.

Здесь не следует забывать давление западной культуры на СССР, который хоть и закрылся «железным занавесом», но последний был преградой лишь для трудящегося большинства, но не для высших «элит», опекаемых изнутри страны «духовной» интеллигенцией, которая имела гораздо больший доступ к контактам с забугорной культурой и восторгалась ею, её «свободой». Этот восторг западными ценностями, а вместе с ними и доминирующей у них религиозной системой библейского христианства — «духовная» интеллигенция и стала подпольно внедрять в трудящиеся массы вначале через самиздат, а после объявления «перестройки» — не скрывая своих симпатий перед западной культурой. Толпа же, которой марксизм-ленинизм стал уже давно ненавистен (вместе с партийным аппаратом) — последовала примеру «духовной» интеллигенции, шарахнувшись от марксизма-ленинизма буквально в прошлое: религиозным прикрытием западной культуры было и остаётся «христианство». Культура выражения своих мыслей у трудящейся толпы так и осталась «никакой», а «духовная» интеллигенция выразилась в пользу православия.

309.

Заливая тоску алкоголем, чем показывала пример трудящимся массам.

310.

Из диссидентов.

311.

Апостол Павел столько написал в Новый Завет, что незадолго до официального признания «христианства» последнее даже хотели назвать «паулианством» (но отказались, поскольку авторитет Павла значительно уступал авторитету Христа). Библейское мировоззрение «русской» «духовной» интеллигенции подчёркнуто в знаменитом фильме «Белое солнце пустыни» павлинами, которые окружают «белый дом» российской «Таможни» (таможни-прослойки между народом и высшей «элитой»).

312.

Образ «русской» «духовной» интеллигенции.

313.

Символика фильма «Белое солнце пустыни» выражает процесс религиозной динамики глобальной цивилизации за последние несколько тысяч лет.

314.

У Верещагиных, по сюжету фильма, нет наследников.

315.

Диалектический материализм был «вершиной» того нового и весьма прогрессивного, что марксизм смог представить вместо библейских догматов и философских размышлений эпох Возрождения и Просвещения. Остальные составляющие марксизма (Исторический материализм и Политэкономия) идейно дополняли «Диамат» — вершину «религиозности» светской идеологии.

316.

Что это такое, мы разбирали в начале этой Главы.

317.

А после революции 1917 года мир разделили на два противоположных лагеря: лагерь «социализма» и лагерь капитализма. После Второй Мировой войны XX века лагерь «социализма» (больше СССР) даже воздвиг по своим границам «железный занавес» — объявив всё, что за ним «нечистым», «вредным» и «отмирающим». Чем не зороастризм с его «нечистыми» и «вредными» явлениями, вещами, людьми и грядущей победой «отмирающего» «зла». В общем деление на «противоположности», субъективно обусловленное идейно-религиозной «необходимостью», как началось в древнем индоиранском обществе — так и не прекращается до сих пор. Но светскую теоретическую базу под это деление подвёл марксизм.

318.

Роль средства смену политических декораций выполнил путч-спектакль, поставленный «элитой» при активном управлении с Запада в августе 1991 года.

319.

Напомним, что в зороастризме иноверцы физически не преследовались, но и к «светлым» силам они не относились. А поскольку между «светлым добром» и «тёмным злом» был заключен Договор (который «канонически» разграничивал «своих» и «чужих») — то поддержка государства, с уровня которого исповедовался зороастризм была на стороне «своих», а «чужим» и соседям предоставлялась «свобода» выбора между преимуществами зороастризма (которые были во многом материальными) и «злом», которым объявлялось всё «чужое».

320.

Действительно и сама-то «духовная» интеллигенция нахлебалась последствий такого библейско-марксистско-восточного «дуализма»: и её зачастую сажали за решётку и даже расстреливали, объявляя «противоположностью» трудовому народу (врагами народа), грубо «отрицая» её право на жизнь.

321.

Нужно ли говорить, что «восточный дуализм» оказался гораздо «прогрессивнее» (в смысле удобства управления толпой — концентрации управления в одном центре, а не в разных религиозных центрах, соответствующих разным культам богов) древнего политеизма, в котором боги имели те же качества и чинили непредсказуемый произвол над подчинёнными им людьми (согласно мифам). С возникновением «восточного дуализма» «божественный» произвол был упорядочен согласно «нуждам» «правящих» режимов и стал наиболее понятен и гуманен для толпы.

322.

А не только поддержки «добра».

323.

Равно как и в исламе существует функция Сатаны, с которым имел отношения Бог.

324.

По принципу, напрямую вытекающему из «восточного дуализма»: мол «если «Бог» воюет со своим «Антиподом» на небесах, то эта война «Бога» со всеми, кто следует за «Антиподом» должна находить своё отражение на Земле в жизни людей».

325.

Во главе которого стоял партийный «Бог». Партийным богам по древней традиции ставили памятники. А первый партийный «Бог» до сих пор лежит, как и положено, в Мавзолее. Этим ещё раз подчёркивается не только Договор соответствующий восточному дуализму, но и постоянно намекается на возможность смены «противоположностей», которая происходила вХХ веке дважды — в 1917 и в 1991 гг.

326.

Что выразил Б.Окуджава в строчке своей песни «Не везёт мне в смерти». То есть, либералы сочли себя «грешными», «отпавшими от Бога» тем, что когда-то отказались от «христианства» — за что им «в смерти» (в посмертном воздаянии) «не повезёт».

327.

При «социализме» пожизненное и посмертное признание и почёт надо было хоть как-то, но заслужить трудом. А при духовной власти церкви не надо вообще трудиться (так думала «духовная» интеллигенция, пока не столкнулась с недостатком материальных средств вследствие засилия «новых «русских»»): достаточно лишь отдаться в лоно церкви и поддерживать церковный произвол, (церковь поддерживает произвол «элиты») в отношении трудящегося населения — и заслужишь все посмертные «блага», как учит церковь. Так и успокаивала себя в лоне церкви либеральная (то есть по сути «свободная от обязанностей перед народом и Богом» — иначе говоря творящая вседозволенность на Земле) «элита»-интеллигенция, отгоняя смертную тоску в этой жизни.

328.

Особенно это стремление можно наблюдать в среде входящих в жизнь поколений людей — как следствие воздействия на людскую систему Закона Времени.

329.

Это символизирует разницу в курсах И.В.Сталина и троцкистов-хрущёвцев. То есть, Вечный огонь стал символом троцкистов.

330.

На том самом месте, где сейчас горит Вечный огонь, стоял обелиск, сооруженный в 1913 году к 300-летию Дома Романовых. После революции с обелиска соскребли фамилии царствующего дома и выбили имена «титанов» революции. Список якобы составлял лично Ленин.

331.

Разному пониманию символики Вечного огня иногда сопутствовала и мистика. Так Л.И.Брежневу не удалось зажечь Вечный огонь у Кремлёвской стены (нижеизложенное сообщает «Московский Комсомолец» от 08.05.2001):

«7 мая 1967 года в Ленинграде от Вечного огня на Марсовом поле зажгли факел, который по эстафете доставили в Москву. Рассказывают, что на всем пути от Ленинграда до Москвы стоял живой коридор — люди хотели видеть то, что было для них свято. Ранним утром 8 мая кортеж достиг Москвы. Улицы также были до отказа заполнены людьми. У Манежной площади факел принял Герой Советского Союза, легендарный летчик Алексей Маресьев. Сохранились уникальные хроникальные кадры, запечатлевшие этот миг. Я видел плачущих мужчин и молящихся женщин. Люди замерли, стараясь не пропустить самого важного мига — зажжения Вечного огня.

8 мая 1967 года Зажигать Вечный огонь должен был Брежнев. Леониду Ильичу заранее объяснили, что нужно делать. В тот вечер в итоговой информационной программе показали телевизионный репортаж, как генсек принимает факел, подходит с факелом к звезде, затем следовал обрыв — и в следующем кадре уже показывали зажженный Вечный огонь. Дело в том, что во время зажигания произошло ЧП, свидетелями которого стали только люди, стоявшие вблизи. Николай Егорычев: «Что-то Леонид Ильич недопонял, и, когда пошел газ, он не успел сразу поднести факел. В результате произошло что-то типа взрыва. Раздался хлопок. Брежнев испугался, отшатнулся, чуть не упал». Тут же последовало высочайшее указание этот нелицеприятный момент из телерепортажа вырезать. Как вспоминал Николай Григорьевич, из-за этого казуса телевидение осветило великое событие достаточно скупо».

332.

В «христианстве» принят «вечный огонь» в лампадках, посвящённых библейскому Христу и другие виды «вечно» горящего огня (мы их рассматривали в одном из разделов этой Главы выше). Как подтверждение вышесказанному приведём сообщение, которое появилось в СМИ в апреле 2005 года:

«Антихристианский символ — первый в СССР «вечный огонь» — погас 18 апреля в центре Санкт-Петербурга на мемориальном комплексе Марсова поля. Как рассказал корреспонденту «Портала-Credo.Ru» директор Музея городской скульптуры Владимир Тимофеев, горелку пришлось отключить после очередного акта вандализма. Ее ограждение разбито, повреждена покрывавшая пламя решетка.

Специалисты надеются зажечь огонь через 36 часов, а пока «священный» для коммунистов символ хранят в своеобразной «лампаде» советских времен — это фонарь, в котором его везли из мартеновской печи Кировского завода в 1957 году.

Два года назад огонь впервые потушили на несколько месяцев при реставрации мемориала, а 14 ноября 2003 года торжественно зажгли. Ритуал совершили председатель Совета Федерации Сергей Миронов, полпред президента в СЗФО Илья Клебанов и губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко. В выступлениях они отметили «святость Марсова поля» и призвали «не забывать уроков истории»».

333.

Адоньева Светлана Борисовна — доктор филологических наук, доцент кафедры истории русской литературы филологического факультета СПбГУ. К публикации есть пояснение: «Разработано при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ): «Речевые стратегии в формульном контексте» (грант РФФИ 2001 01-06-80416-а).

Интернет http://www.folk.ru/propp/rech/adonieva.html.

334.

В начале своей работы С.Б.Адоньева пишет:

«Вопрос, с которого началось это исследование, состоял в том, как и когда возникла традиция вечного огня в отечественной культуре XX века. Известные русские фольклорно-этнографические параллели не давали необходимого контекста для объяснения происхождения и функций этого культурного феномена.

Попытка найти историю «вечного огня» в энциклопедии оказалось безуспешной: ни один из доступных мне справочников не содержал такой словарной статьи, поиски информации затянулись на месяцы. Результаты разысканий в области семантики и прагматики этого ритуального символа и его антропологическая интерпретация составляет содержание настоящей работы».

335.

Поскольку прямые обряды жертвоприношения были давно отменены как «религиозные предрассудки», а само жертвоприношение осталось, как придаток любой неправедной религиозной или идеологической системе (неправедность всегда жертвенна) — обряд жертвоприношения организовали в виде бессмертного (неугасимого) знака памяти жертвам. Но как раз такая традиция (участвовать не в самом жертвоприношении, а быть причастным его символике) и была характерна как для «христианства», так и для зороастризма. Большинство зороастрийцев не занимались жертвоприношениями. Вместо этого они платили деньги «священнослужителю», а сами клали на алтарь огня небольшой кусочек мяса. Согласно зороастрийской вере, души умерших освещают жизнь живущих. Это и имелось в виду при создании Вечного огня на Марсовом поле: опыт самоотверженности умерших в борьбе за дело революции должен был стать примером для живущих.

336.

В действительности ничего противоестественного прошлым «христианским» традициям нет: императорских особ и «святых» и раньше хоронили с центре города (например, усыпальница царей в Петропавловской крепости), чтобы поддерживать в толпе культ «святости» «лиц, особо приближённых к Богу». После революции необходимо было выбрать новых «святых» идолов для толпы — согласно древнему обычаю ритуальной мистерии постоянной подкачки соответствующего по назначению эгрегора.

337.

Вот и разделение на советский аналог рая и ада.

338.

Вот и эхо посмертного воздаяния: все, кто верно и самоотверженно служил «роду человеческому» (существование Бога не признавалось в Советском государстве и поэтому служение «Богу» в качестве «рабов Божьих», что принято не только в «христианстве», но и в исламе, иудаизме — заменили на служение «роду человеческому») — получали возможность стать «бессмертными» (аналог попадания в рай); а кто плохо служил «роду человеческому» (надо понимать — партийной мафии и мировой интернацистской «элите») — были обречены на всеобщее забвение и порицание, что в психике материалистического атеиста могло быть равносильно «невезению в смерти» или попаданию в ад в церковном смысле — что вызывало синдром «посмертного» ужаса.

И это не просто теоретические рассуждения. После краха СССР многие добросовестно трудившиеся всю жизнь советские люди, психика которых была сформирована в период материалистического атеизма, после крушения бывшей в СССР системы духовных ценностей потеряли смысл жизни. В результате чего, потеряв работу, быстро чахли и преждевременно умирали, будучи по природе безвольными работниками на общую систему скрытого рабовладения, они не в силах были даже самостоятельно принять для себя какие-либо новые духовные ориентиры. Что нельзя сказать о либеральной интеллигенции, которая никогда не трудилась в сфере материального производства (разве что в ссылках и лагерях, что ей шло только на пользу).

339.

Светское определение — аналог церковного рая (в противном случае — «навечное забвение» ада).

340.

Так «духовная» интеллигенция вдалбливала в психику советских людей новую светскую доктрину посмертного воздаяния (вернее его эхо) — на базе которой «элита» собиралась эксплуатировать толпу доверчивых трудящихся, которые только недавно отказались от церковной доктрины посмертного воздаяния — «справедливости».

341.

А.С.Пушкин отказался от библейского «бессмертия души» в пользу другого бессмертия — бессмертия праведности, которое он нёс народам своим творчеством.

342.

Такая традиция «сохранения и передачи огня» (разных «рангов») была в зороастризме; она же до сих пор существует как эхо древнегреческих мифов в символике Олимпийского огня.

343.

Что надо понимать «за торжество нового мирового масонского порядка». Как видите, построение светского толпо-«элитарного» мирового порядка тоже требовало духовного стимула, аналогичного тому, что придумали когда-то на Востоке — доктрины посмертной «справедливости». Эта доктрина появляется всякий раз (в разных вариантах) — когда нужно организовать скрытое рабство под видом благообразной идейной первоосновы, следуя которой люди соглашались бы со своим положением рабов, даже не думая о настоящей пожизненной справедливости для всех.

Парадокс состоит в том, что советская «духовная» интеллигенция (которая была призвана блюсти духовный настрой) первая отказалась от светского варианта доктрины посмертной «справедливости»: она не желала не только трудиться, но и ещё больше не желала жертвовать собой в земной жизни ради всеобщего благосостояния. Мало того, к семидесятым годам, когда появился Вечный огонь, «духовная» интеллигенция уже ощущала, что плоды её деятельности вскоре будут оценены «внешней оценкой общества» как «не заслуживающие посмертной награды» (да и в пропагандируемые ею же идеалы «социализма» многие её представители верили гораздо меньше, чем толпа). Прижизненная слава, которой можно было заменить духовную тоску и страх перед скорым равзенчанием мифа о творческой потенции советской интеллигенции — не могла остановить процесс смены политической ориентации.

344.

Что это, как не отголоски восточного дуализма, перемешанные с древнегреческой мифологией?

В этом религиозном «коктейле» мифологизированное сознание «духовной» интеллигенции, стремящейся к либерализму, нашло религиозную «мистику» для толпы в период марксизма: особую внешнюю привлекательность советской «мистике» самопожертвования придавали образы греческих богов и героев (богами считали себя, а гигантами — считали «врагов»); в т же время более важную внутреннюю сущность — давало эхо посмертного воздаяния, взятое из зороастризма и «христианства». «Мировым злом» в то время были объявлены все государства, в которых политический строй был не «социалистическим». Что пригодно для внутреннего употребления либеральная интеллигенция искала, находилась в «творческом» поиске — который, как известно, закончился возвращением в Россию православия.

345.

Хронология появления трубы не описана, однако ясно, что речь идёт о субкультуре зороастризма, сохранившейся на территории современного Азербайджана после краха империи Сасанидов (а может быть и в период Сасанидской империи: газ могли «приручить» когда угодно. Согласитесь, что труба с зажжённым природным газом — для зороастрийцев была находкой, которая позволяла хранить Вечный огонь, не опасаясь за его искусственную поддержку. От трубы зороастрийского храма до газовой горелки Вечного огняСССР — тянутся прямые религиозные параллели — примерно такие же, как от религиозной системы империи Сасанидов к принятию «христианства» в Римской империи.

346.

Вот и «социалистическое» эхо посмертной «справедливости», скопированное их религиозных систем идеалистического атеизма.

347.

Новейшая светская глобальная разработка эха посмертного воздаяния.

348.

Этот абзац выделен форматированием нами.

349.

Живые же призываются быть беззаветно (то есть — бездумнов контексте такого рода призывов) преданными делу, за которое героически погибли мёртвые (безвременно ушедшие): живым не обязательно повторять подвиг, но продолжать дело (то есть, жить как «зомби», вдохновляясь подвигом мёртвых), приписываемое мёртвым — они должны всей своей жизнью.

В зороастризме, как мы уже знаем, существовал мощный обряд погребения. При умирающем присутствовала собака, которая у зороастрийцев является «священным животным». Собаку любили за беззаветную преданность и верность, ее присутствие символизировало уничтожение всего грязного, порочного, безнравственного… К тому же, согласно зороастрийской вере, души умерших освещали жизнь живущих, а живущие, поддерживая традиции, чли своих предков и желали, в свою очередь, после смерти воссоединиться со своими близкими, отошедшими в «мир иной».

Вышеописанные принципы замыкания жизни живущих на «подвиги» умерших (без разбора объективной правоты умерших) способствует «консервации» религиозного духа и веры, что и нужно хозяевам религиозной (или идеологической) системы для «зомбирования» толпы от поколения к поколению.

350.

Имеется в виду: пока в обществе поддерживается культ прославленных предков — они «вечно живые».

351.

Точно подмечено: тем и хорошо светское эхо доктрины посмертной «справедливости», что оно обнажило замкнутость любой придуманной людьми доктрины посмертного воздаянияне на будущее, а на уже прожитое прошлое. Таким образом выявляется, что эта доктрина призвана останавливать духовный прогресс людей, которые бездумно следуют примеру мертвецов (пусть даже и геройски погибших).

352.

Семиотика (от греческого semeion — знак, признак) — наука, исследующая способы передачи информации, свойства знаков и знаковых систем в человеческом обществе (главным образом естественные и искусственные языки, а также некоторые явления культуры, системы мифа, ритуала), природе (коммуникация в мире животных) или в самом человеке (зрительное и слуховое восприятие и др.).

353.

Это ничто иное как светский аналог древних религиозных эгрегориальных культов богов и царей, предназначенных для замыкания психики толпы людей (создание культуры беззаветной верности) на могущество и авторитет богов и царей. Бездумная массовая вера в созданные мифы о ком-либо из социальных авторитетов создаёт мощный эгрегор, которым управляют хозяева мифов посредством принятой в обществе «кодировки» принятой символики — о которой пишет автор статьи. Смысл кодировки для посвящённых свой, для толпы — свой: при этом посвящённые беспрепятственно изначально вкладывают в символику те смыслы, которые считают необходимыми. Однако, если толпа-народ оказывается нравственнее посвящённых (как и бывало много раз), то народные смыслы могут победить смыслы посвящённых: в этом случае создаётся народный эгрегор более высокого порядка, чем «элитный», который начинает «воевать» с эгрегором, образовавшимся на базе принятой посвящёнными символики. При этом если государственность проводит в жизнь смыслы, которые приняты посвящёнными, а народ живёт по своим смыслам, которые он видит за одними и теми же символами («семиотическими объектами») — то цивилизационный народный эгрегор может способствовать распаду нравственно падшей государственности: в лучшем случае государственность должна подстраиваться под народный дух, чтобы избежать распада.

354.

По этому поводу см. Четвёртую книгу, Главу про масонство и марксизм.

355.

И обратный процесс мы могли наблюдать после победы так называемых «демократов-либералов» в августе 1991 года: после этого стали сносить советские памятники и воздвигать (возвращать) прежние дореволюционные.

356.

Символ «вечности» ступенчатой толпо-«элитарно» социальной пирамиды на базе идей масонского «социализма». Как мы уже говорили, пирамида усечённая: вершина управления находится вне СССР.

357.

«Ильич» стал советским аналогом Христа (Митры, Амона-Ра… и так далее).

358.

Этот термин тоже восточный, но мы его пока ещё не рассматривали в контексте религиозных систем.

359.

Вернее тот дух, который вложили в образ Ленина хозяева новейшего проекта глобализации.

360.

Это пишет человек, который исследует вопрос с позиции научной «семиотики», а не теории коллективного бессознательного. Но вывод наука делает правильный. Если этот вывод выразить в богословских терминах, то получится: «все члены сообщества психологически объдиняются под одним эгрегором, который автоматически помогает им продолжать дело Ленина; они же, в свою очередь, бездумной верой поддерживают деятельность этого эгрегора».

Причём автор статьи правильно замечает: «Личные отношения с «нетленным» Лениным длились и длятся до тех пор, пока не оскудеет интерес к его телу и эмоциональная реакция (любого знака: отрицательного или положительного), на его дело». Не в этом ли ответ на вопрос: почему не убирают В.И.Ленина с Красной площади в наше время? Ведь по-восточному принято поддерживать авторитет (культы) и «добрых» богов и «злых» (просто знак религиозно-идейного «добра-зла» менялся в XX веке несколько раз), поскольку без борьбы с выдуманным «злом» не может обходиться не одна толпо-«элитарная» рабовладельческая систем: надо на кого-то списывать жизненные неприятности.

361.

Напомним, что Митра считался «Богом» победы и удачи.

362.

Мы пропустили часть текста, где говорится о том, что «расследование по вопросу Вечного огня началось в Волгограде».

363.

Силлогизм (от греческого syllogismos), рассуждение, в котором две посылки, связывающие субъекты (подлежащие) и предикаты (сказуемые), объединены общим (средним) термином, обеспечивающим «замыкание» понятий (терминов) в заключении силлогизма. Правила силлогизма рассматриваются в силлогистике.

Силлогистика (от греческого syllogistikos — выводящий умозаключение), исторически первое, созданное Аристотелем учение о логической дедукции, в котором рассматриваются рассуждения в форме силлогизмов.

364.

Та же самая «силлогическая фигура» (алгоритмическая выкладка), что и в библейском христианстве: «если станешь членом Церкви Христовой — то скорее всего попадёшь в рай и обретёшь бессмертие в той жизни».

365.

Что возвращает нас к основному церковному тезису об искуплении Христом грехов людей смертью. Эхо библейской доктрины искупления (которая поддерживает покорность и безволие паствы) преобразилось в советское время в доктрину подражания героям, которая также поддерживает безволие и покорность в рамках, установленных хозяевами доктрины — поскольку отступление от «героических» принципов считалось «злом» и каралось как с иерархии государственного аппарата, так и в духовно-нравственной системе ценностей.

366.

Надо отдать должное советскому периоду: если «христианская» концепция была предназначена для воспитания покорной церкви и властям паствы, то советская идеология помимо покорности системе учила активному наступлению на позиции «врага» — «врагом» был лагерь капиталистов, а СССР был выбран плацдармом распространения псевдосоциализма на весь мир. Это ближе даже не «христианству», а зороастризму, поскольку зороастрийское отношение к миру вообще, не было ни материалистическим, ни духовно аскетическим, пассивным.

Но «социалистический» долг «подражания героям» — всего лишь разновидность общей библейской доктрины покорности хозяевам глобальной невольничьей иерархии, о чём и пишет автор статьи:

«Героизм обеспечивал императив общественного служения: участнику мемориального ритуала под барабанный бой — вменялось навечно чувство вины: умерший здесь умер не просто так, он умер за тебя и ты перед ним в долгу».

То же самое чувство вины (перед церковью) и в «христианстве»: «Христос умер за всех нас: мы должны следовать учению Христа (то есть — церкви), чтобы отдать долг будущему воздаянию…».

367.

Приведённый ниже пример рассказа «сверстницы» показывает, что подражание было подобно «зомбированию»: от такой доктрины «справедливости» самосознание и нравственность людей не становились объективно лучше, поскольку искусственные духовные стимулы (имитации справедливости) в конечном итоге никогда не могли заменить тягу к естественной религиозной потребности, заложенной Свыше в каждого человека.

«Все эти истории — про ужасные смерти — имели то значение, что, вот, человек воплотил идею отдать жизнь за идеал, за родину. Ты должен сделать что-то во имя высокой цели. Ну надо… Школе надо собрать триста киллограм макулатуры. Когда мы выезжали на поля… Сплошное поле пырея и мокрицы, увидеть там турнепс невозможно. У меня было громадное возмущение некими отщепенцами от правого дела, которые брали и выдирали все, а потом какую-то травку из выдранной сажали и не важно — корешками вниз или корешками вверх. Как в той притче — главное — послушание».

368.

Ещё раз напомним, что мистерия смерти Христа, которому потом поклонялись не одно столетие, была религиозным актом, чему соответствует светский акт преклонения перед мёртвыми «героями» — это один и тот же стимул духовный для толпы, работающий на корпорацию покорителей, кульминацией которого является обещание «бессмертия» (либо сопричастности «бессмертию»).

369.

Абзац выделен нами форматированием.

370.

Что касается веры «в Христа», то последние опросы ВЦИОМа получились такими, что сочувствуют православию уже свыше 70 % «россиян».

371.

Так, например, существует культ любимого автомобиля, либо любимого телефона, либо любимого хобби… которым уделяется большая часть свободного от работы времени (если таковое имеется).

372.

К этому надо добавить массированную кампанию по пропаганде алкоголя, табака, и других средств геноцида населения. Употребление психотропов, как мы уже знаем, приводит к ликвидации остатков совести, через которую с человеком разговаривает Бог.

373.

Множество каналов современного телевидения и растущие возможности Интернета позволяют удовлетворять нечеловечное множество интересов почти любого толпаря. Известно, что понятие политика — с греческого означает множество интересов. Так и вершится современная политика, или «религия» масс.

374.

Об этой иллюзии свободы пишет В.Б.Авдеев. Развенчивая «христианский» миф, он предлагает вернуться к «арийскому» пантеону: якобы пантеоном богов труднее управлять из чужого центра, а свои боги лучше. Поэтому децентрализация культов — благо, тем более, что такая децентрализация якобы соответствует нашему прошлому.

375.

Вот с Интернетом у них дела обстоят хуже: он не контролируем цензурой.

376.

Доказательством тому служит хотя бы то, что информацию, которая даётся в настоящем Учебном пособии вы не услышите в СМИ: она под негласным запретом, поскольку опасна для незыблемости толпо-«элитарного» порядка.

377.

На примитивном уровне у молодёжи это можно увидеть на примере экстатической встречи «звёзд» популярной эстрады: эти «звёзды» как боги или кумиры для тех, кто живёт созданными СМИ культами.

378.

А особо непокоряющиеся нации подлежат просто физическому уничтожению через «естесвтенное» вымирание.

379.

Но не всего общества.

380.

Этому есть своё правильное объяснение: чего трудиться на «элиту» (а не на Родину). Молодёжь чувствует несправедливость — плоды труда всё равно будут присвоены верхушкой власти. Такая же проблема обнажилась и в послесталинском СССР.

381.

Когда снизившаяся до критического минимума численность населения уже не сможет в будущем обеспечить возврат к демографическому обеспечению безопасности цивилизации.

382.

«Социалистическая» доктрина «справедливости» пока в загашнике но не снята с политической повестки будущего.

383.

Это вполне по-западному и очень либерально. Представьте себе, что в Россию опять вернулось бы нечто вроде «социализма» по-брежневски. Сколько было бы визгу из разных международных институтов, поддерживающих идеи якобы гуманизма и борющихся с тоталитарными режимами.

Пока «россияне» не до конца изжили из своей психики оба вида атеизма (идеалистический и материалистический) пришлось выбирать первый вид, чтобы спрятаться за «железным занавесом» церковного гуманизма по библейски: какие могут быть претензии к православной России со стороны «христианского» Запада? Но как только русские смогут понять, что все существующие религиозные системы дают лишь иллюзию свободы и справедливости — они освободят себя от необходимости прятаться за очередным «железным занавесом» от Запада: будь то агрессивный марксизм, либо «нищее духом» православие. Лишь тогда Россия станет самостоятельной и сможет передавать свой религиозный опыт другим цивилизациям. Пока же мы слабы, чтобы проводить свою политику и приходится заигрывать с Западом, показывая свою «закованность» в православную веру.

384.

Как заметил В.О.Ключевский «Тело худеет — паразиты волнуются». Это очень актуально и в наше время.

385.

В царские времена она поддерживала церковь потому, что библейская концепция не способствует укреплению самостоятельности государства. И большая часть интеллигенции стала бороться с режимом царя, поскольку русский царь проводил политику самодержавия (в разной мере), которая «утесняла права интеллигенции и не давала её творчески либерально мыслить» — то есть, творить культурную вседозволенность.

386.

Ей посвящён предыдущий раздел Главы.

387.

Именно «духовная» интеллигенция имела возможность больше других бывать за рубежом, приобщаясь к западному образу жизни в то время, когда «железный занавес» был ещё наглухо закрыт для простых тружеников. Именно «духовная» «элита» завозила в СССР «контрабанду» с Запада, являясь по должности «Таможней», через которую осуществляется культурное воздействие как на высшую руководящую «элиту», так и на простых тружеников.

388.

Правда у части советских «духовников» честолюбия было через край и они довольствовались пожизненной и посмертной честью и славой. Но таких везунчиков было немного.

389.

Не случайно Ельцин, подхвативший эстафету Горбачёва по развалу КПСС, начал с борьбы с привилегиями.

390.

Но ещё мы высказались, что православие на сегодняшнем этапе является вынужденной защитой, которой временно зашорено сознание русского народа, и за которой спряталась правящая верхушка, показывая Западу наши гуманистические устремления.

391.

Какую бы любовь не имел автор строк Б.Окуджава: в «элите» был принят разврат, культуру которого она несла в «низы» и в самые «верха». Но в данном случае имеет место тоска о Боге.

392.

Не случайно каждый куплет верещагинской песни начинается словами «Ваше благородие…». Тут и расистская доктрина (возвышающая благой род «элиты») и холопские отношения — стереотипы взаимоотношений с богами…

393.

В посмертном воздаянии.

394.

Почувствовать Любовь Бога в полной мере можно лишь в Человечном типе строя психики.

395.

В зороастризме к именам главных «светлых» «Богов» добавляли слово «Ахура» (Ахура-Мазда; Ахура-Митра), что означает «Господин»: «Господин Мазда»; «Господин Митра»…

396.

От богов и героев когда-то в древности считали «родословные» некоторых «элит» и знатных родов — так было положено начало «вашему благородию». В действительности же это было наследие Атлантиды, от спасшихся представителей которой (казавшихся богами и героями) брали своё начало многие жреческие роды первых крупнейших национально-государственных цивилизаций.

397.

Мы уже неоднократно подчёркивали, что в период «социализма» древнегреческая культура была реанимирована и разрешена даже к изучению.

398.

И они заливают себе психику алкоголем, уходя в пьяное забытьё, что и показано на примере Павла Верещагина. Так многие русские безвольно реагируют на несправедливость, бороться с которой при жизни не находят в себе силы, опускаясь из-за своих немощей.

399.

В других религиозных системах также Богу приписаны качества, взятые из восточного дуализма с его бесконечной борьбой.

400.

Это не значит, что субъективизм нравственных критериев был всегда неправедный. Речь идёт о том, что системы нравственных ценностей были ущербны и примитивны и требовала доработки и пересмотра их критериев — которые должны были иметь место при дальнейшем развитии цивилизаций. Однако возведение выбранных издревле нравственных критериев в ранг «истины» и канонизация последних — надолго останавливала духовный прогресс людей.

401.

Так, например, люди рождаются под спектром знаков Зодиака. Известно, что каждому знаку соответствует свой стандартный спектр «черт характера», склонностей и трудностей, которые обоюдно обращены людьми разных знаков друг другу. Многие пугаются «несоответствия» одного знака другому, даже иногда шарахаясь от якобы «вредного для общения» представителя этого «противоположного» знака.

Это — только пример, через который видно, что Бог делает людьми отличными друг от друга, чтобы одни учились помогать другим совершенствоваться в том, что у иных от рождения получается хуже и наоборот. Но по отношению друг к другу люди являются отличностями, носящими в своей судьбе предложения Свыше о внесении в общую культуру духовной новизны, которая связана не только с раскрытием объективных способностей (связанных с врождёнными данными), но главное — с преодолением трудностей, связанных с врождёнными данными человека. Трудности преодолеваются трудом — поэтому бездельники и тунеядцы имеют меньше шансов пройти свою земную судьбу по наилучшему пути. Лишь в случае преодоления трудностей, определённых Свыше, как необходимость — нравственное совершенство будет иметь предопределённую Свыше динамику, поскольку благонравие в период господства нечеловечных типов строя психики накапливается в культуре в основном благодаря преодолению трудностей, а не использованию имеющихся преимуществ.

Другим примером трудностей, которые Свыше предложено преодолеть, являются особенности экологической ниши, которые отличаются у разных народов.

402.

На примере зороастрийской веры хорошо видно, как отгородились этой верой люди от «неприятных» воздействий на них Языка Жизни, обращённого в каждую историческую эпоху через каждого из людей ко всему обществу.

403.

В этом суть естественной трусости недозревших до совершенства людей перед Богом. А в эгрегориальных религиях людей ещё ко всему же учат бояться эгрегориальных «Богов» — что только добавляет трусости людям.

404.

От внутренней трусости хватающихся за оружие и бряцающих им напоказ.

Но и те, кто покупает оружие «для самообороны» — не далеко ушли в «смелости» от религиозных вооружённых фанатов.

405.

А религиозные догматы как правило мешают такому самопознанию.

406.

В первую очередь Бог не поддерживает таких людей Различением.

407.

Поэтому «вредных» тварей быть не может, как учит зороастризм.

408.

Это касается народа, а не «элиты»-интеллегенции.

409.

Самопожертвование — следствие бессознательного протеста против несправедливости и одновременно невозможности понять что плохо и что надо делать.

410.

Отсюда выражение «рабы Божии».

411.

Иерархия советских и партийных «элит», замкнутая на «мировую закулису».

412.

Так называемым «общественным признанием».

413.

Как булгаковский Иешуа.

414.

Хараппская цивилизация — археологическая культура бронзового века (середина III — 1-я половина II-го тыс. до н. э) в современных Индии и Пакистане. Название по находкам в Хараппе. Руины городов, крепостей, морских портов и др. Хозяйство: земледелие, скотоводство, ремесла.

415.

Дравиды — группа народностей (телугу, тамилы, малаяли, каннара, гонды, ораоны и др.) в Индии, главным образом на юге, а также Пакистане и соседних районах Ирана и Афганистана (брагуи). Относятся к южно-индийской расе. Языки дравидийские. Коренное население Индостана.

416.

В этом первое крупное отличие индуизма от зороастризма, который возник на базе древнего индоиранского политеизма (как и индуизм), но после появления учения Заратуштры считается религиозной системой «откровения».

417.

Значение этого религиозного слова мы будем разбирать позже.

418.

В связи с этим сразу следует отметить, что уже на первой «ступени» развития индуизма существовала мифическая основа восточного дуализма «добро-зло» — персонифицированная двумя главными божествами.

419.

Нечто подобное иранской хаоме.

420.

Конец так называемого «Бронзового века».

421.

Мы так назвали восточную разновидность идеалистического атеизма, поскольку слово «а-теизм» означает «отрицание Бога» (происходящую по причине неправильной людской идеализации Божиего «образа» при обращении к последнему в монотеистических религиозных системах), в то время как идеализм — не предполагает идею Единого Бога.

422.

Несмотря на то, что большинство исследователей не относят индуизм к дуалистическим религиозными системам, как принято считать зороастнизм.

423.

Мистические религиозно-философские сочинения брахманов и связанные с ними категории классической индийской мысли, учения о смысле жизни и космогонии.

424.

Будут рассмотрены в дальнейшем.

425.

Одним из наглядных примеров этого является подвижная система жизненных целей, ценностей, ориентиров индуиста (варна-ашарма-дхарма), которые меняются не только в зависимости от его положения в обществе, но и от того, на какой стадии жизни находится индуист (ученик, домохозяин, отшельник, аскет и пр.).

426.

Как мы уже говорили, Ветхий Завет, Новый Завет и даже Коран содержат в себя взаимно противоположные высказывания и ничего: иудеи, «христиане» и мусульмане всё это «кушают» из века в век и довольствуются твёрдой верой, отбросив свой разум и здравый смысл и объединившись в едином эгрегориальном «угаре».

427.

Самоочищение системы от «опасных» идей, как назидание для других.

428.

Так, например, по-крупному индуизм не ужился с буддизмом: значит эти две духовные иерархии взаимно конфликтны. Почему? — рассмотрим в следующей главе.

429.

Ясно, что среди учителей-наставников множества направлений индуизма внутренняя духовная (эгрегориальная) дисциплина сохраняется в гораздо большей степени, нежели у простых индийцев. Грубо говоря, наставники разных направлений всегда договорятся между собой, даже не собираясь — а руководствуясь некой внутренней психической убеждённостью, обусловленной большей близостью к вершине общеиндийской духовной иерархии, нежели простые индийцы. Также, договорившись между собой, учителя-наставники могут сделать изгоем любого основателя-«отступника», надавив на него большинством и настроив против него своих учеников.

430.

Восточная духовная религиозная иерархия (о структурно-государственной иерархии речь пойдёт позже) представляет собой сложную многослойную не полностью видимую структуру, состоящую их всех видов иерархий. Иерархия по-оглашению представлена разнообразными школами, течениями, храмами; иерархия по-посвящению представлена взаимоотношениями между наставниками и учениками. Но существует и иерархия по-умолчанию, которая довлеет над всей цивилизацией неписанной системой духовных разрешений и запретов, хранителями которой могут быть даже не «штатные» брахманы, а отдельные личности, стоящие выше «брахманов» и следящие за «безопасностью» всей иерархии.

431.

Более полутора тысяч лет.

432.

Самое позднее, когда оно стало функционировать, это — с периода брахманизма (X век до н. э.). Следует ещё раз заметить, что именно в это время в другой «родной» (по корням) «арийской» цивилизации начинается становление зороастризма.

433.

Этот принцип был реанимирован гитлеровскими нацистами в период становления Третьего рейха. Нацисты тоже относили себя к «ариям»…

434.

Это требует пояснения. В древности социальное время текло «медленно» (см. «Закон Времени» в первой книге курса) и для поддержки толпо-«элитарной» иерархии была достаточна видимость религиозного «плюрализма», который «естественно» появлялся по большей мере вследствие огромности территории и некоторого разнообразия населения. То есть, индийский религиозный «плюрализм» был «географически» обусловлен — в первую очередь. Но при этом, поскольку время текло «медленно», то временные изменения в религиозных особенностях индуизма соответствовали в основном каким-то поворотным моментам развития, что в первую очередь касалось взаимодействия с другими религиозными системами и появлению выдающихся личностей (как, например, Будды). Короче говоря, проблема сборки религиозных течений в индуизме была проблемой обеспечения единства религии на всём географическом пространстве, а уже потом периодически приходилось адаптировать к ней новые течения, связанные с временным «прогрессом».

435.

Средств массовой информации, главную роль в которых играет телевидение, управляющее «плюрализмом» толпы через образы, что и свойственно восточным принципам.

436.

Количество каналов телевидения растёт пропорционально «сжатию» социального времени и соответственно «духовным» запросам западной толпы недолюдков. Многочисленная реклама не только ТВ, но и уличная и прочие, обеспечивает «плюрализм» интересов: «чего захочешь». Также в моду входит «шопинг» и прочее «свободное» провождение времени…

Телевидение в первую очередь, и СМИ вообще, «работают» учителями-наставниками, «гуру» — как и принято в индуизме. Думающие люди уже давно поняли, что все информационные каналы объединяет одна общая дисциплина (поддержки толпо-«элитаризма»), за рамки которой выходить не разрешено невидимыми хозяевами. Тот телеканал, который выйдет за рамки общей дисциплины — подлежит закрытию через банкротство (финансовые механизмы управления действуют). Толпе же при этом объявят, что телеканал (либо другое СМИ) естественно обанкротилось: таков якобы закон рынка. С другой стороны, кто-то очень материально имущий следит за финансовой поддержкой тех СМИ, которые «работают» на укрепление толпо-«элитарной» пирамиды. Средства на поддержку СМИ черпаются из «казны» крупных транснациональных кланов и корпораций, которым толпо-«элитаризм» выгоден, а посему их руководство — в договоре по-умолчанию о некой надгосударственной политике в отношении топы и СМИ.

437.

Но сама дисциплина в иерархии держится на иерархии по-посвящению.

438.

В России с западным хозяевам библейской иерархии конкурирует иерархия РПЦ: принципы те же, а верхушки иерархий (российской и западной) борются за контроль над российской толпой. Этим РПЦ в настоящее время достаточно успешно противостоит западному сценарию поглощения России с её ресурсами.

Высшая библейская иерархия осуществляет невидимую цензуру в СМИ (в основном через управление финансами и кадрами), чем обеспечивает единство идейно-религиозной политики в «подшефных» её государствах.

Но то же самое мы видим в древнем индийском восточном опыте. Поскольку принципы сборки всех многочисленных культов людей «по интересам» в западной светской библейской иерархии и в светском православии в общем-то одни и те же, то православная иерархия успешно перехватывает сознание и бессознательное российской толпы, успешно (пока) пытаясь модулировать своей алгоритмикой все основные интересы толпы. Но православная иерархия уже давно поняла, что без контроля над телевидением в современном мире её будет очень тяжело пасти религиозную толпу…

439.

«Храм», который посещает каждый, приходя к себе домой.

440.

Многие из которых сами же СМИ и инициируют своей деятельностью: получается порочный замкнутый круг, выбраться из которого можно лишь — преодолев основные стереотипы доминирующей светской культуры.

441.

При этом нельзя не сказать о достаточно большой доле самоуправления (самоадаптации) СМИ, коллективы которых практически одинаково злонравны, и не приучены к созидательному производительному труду, а поэтому им плевать на деградацию толпы под их духовным сопровождением. Им главное денежный «навар», которым хозяева СМИ стараются не обделять тех, кто соответствует духовной иерархии. При этом большинство непосвящённых коллективов СМИ считают, что они «облагодетельствуют» толпу, предоставляя ей «неограниченный» выбор «интересов», адаптированный «ко времени». Что касается адаптации «ко времени», то тут воображению работников СМИ не откажешь в многообразии и изобретательности: но всё в рамках «нового мирового порядка».

442.

Конец XX века.

443.

Частными Мирами которого являются пространство и время.

444.

А духовность всегда соответствует и материальной организации.

445.

Сословие (по-индийски — варна), социальная группа, обладающая закрепленными в обычае или законе и передаваемыми по наследству правами и обязанностями. Для сословной организации, обычно включающей несколько сословий, характерна иерархия, выраженная в неравенстве их положения и привилегий, закрепленных законом. С развитием капиталистических отношений происходило разрушение сословий, однако сословные традиции сохраняются и в некоторых современных обществах и в первую очередь в Индии.

Касты (от португальского casta, от латинского castus — чистый; санскрит джати) — замкнутые социальные группы людей, обособившиеся вследствие выполнения специфической социальной функции, наследственных занятий и профессий (что может быть связано с принадлежностью к определенной этнической, а иногда и религиозной общности). Касты образуют иерархию, в общении между кастами есть строгие ограничения. Архаичные касты (сословия или социальные ранги) существовали в ряде древних и средневековых обществ (Др. Египет, Индия, Перу и пр.). В Индии обособление групп людей по тому или иному признаку, освящаемое религиозной системой индуизма, приняло всеобщий характер.

446.

То есть, сословно-кастовая система была привнесена индоариями. Как мы уже говорили в предыдущей главе, когда рассматривали зороастризм, кастовость издревле была свойственно индоиранскому конгломерату племён. Она сложилась в глубокой древности скорее всего в период позднего шаманизма на базе «разделения труда» — которое изначально происходило по способностям каждого члена племени. Древние заметили, что профессионализм лучше всего воспроизводится, если его передавать по наследству и это не случайно: по наследству передаётся информация родовых эгрегоров и если предки многие поколения занимались определённой производственно-профессиональной деятельностью, то потомки владеют именно такого рода профессионализмом на уровне генетики. То есть, через несколько поколений занятий одной и той же профессией потомки воспроизводят генетически (как само собой разумение от рождения) навыки профессии, культурное обучение которой требуется в минимальном объёме. Это так, поскольку генетический аппарат медленно подстраивается под давление среды, а частью среды является профессиональная деятельность.

Но разделение труда с выделением устойчивых профессиональных каст появилось лишь в тот период, когда объёмы внегенетической информации, наработанной в общинно-племенном строе стали настолько огромными, что с ними не стали справляться племенные шаманы (жрецы), управляя племенем во всех его аспектах жизнедеятельности — в том числе и в профессиональном аспекте. Профессионализм «низших» каст был отдан «низшим» сословиям, а шаманы (жрецы) выделились в высшее сословие и взяли на себя управленческую функцию, оставив узкий профессионализм на контроль следующим за «высшей» кастам.

Лишь после появления профессиональных каст стали выделяться основные сословия, объединяющие определённые спектры каст, когда последних стало слишком много (поскольку количество профессий увеличивалось) — так шло укрупнение стратификации древних обществ. С этого момента сословности общества был придан «божественный» статус с помощью разнообразной мифологии и сословность была закреплена наследственно.

Однако в отношении подавляющего большинства древних цивилизаций трудно говорить об исторической устойчивости сословно-кастового строя, хотя бы потому, что эти цивилизации исторически либо распадались, либо были завоёваны, в результате чего закостенелость сословного строя нарушалась. Так зороастрийская цивилизация, также изначально основанная индоарийской культурой, завоёвывалась несколько раз. А после поглощения зороастрийского Ирана исламским халифатом — существовавшие сословия смешались с сословиями завоевателей и к тому же попали под культуру исторического ислама, в которой провозглашено равенство людей (хоть и формально до сегодняшнего дня). Только Индия не проходила стадий серьёзных сословных изменений: на Индии как бы заканчивались все древние завоевательные походы, а значит, заканчивался и определённый тип знахарской религиозной субкультуры, которую мы назвали «своекорыстно-мистерической», и начинается «ведически-кастовая» субкультура. Последняя на поверку оказалась наиболее устойчивой ко времени, поскольку в ней есть большая доля иерархии по-умолчанию, а последнюю нелегко выявить.

447.

Несмотря на то, что в середине XX века (именно в тот момент, когда произошло изменение соотношений эталонных частот биологического и социального времени) в Конституции Республики Индия (1950 г.) вынуждены были признать равноправие сословий и каст и их юридическое полноправие (видимо стало неудобно перед остальным миром). Но фактическое равноправие сословий и каст так и остаётся лишь иллюзией…

448.

Ясно, что эта космогония «естественно» зародилась в глубокой древности на базе религиозных родоплеменных представлений, связанных с главенством обрядов жертвоприношения богам пантеона.

449.

Боги индийского пантеона.

450.

И «арийская» тоже, но у арийской существует множество разновидностей.

451.

Вот и религиозная основа передачи жертвенных полномочий сословию жрецов-«священников».

452.

Процесс чего запущен с XVI века, когда началась колонизация Индии европейцами и особо активизировался в середине XIX века после завоевания Индии англичанами.

453.

Чего нет в рассмотренных нами основных религиозных системах монотеизма. В последних иллюзия социальной справедливости обеспечивается единой религиозной системой, доступной для всех сословий и каст. В индуизме же иллюзия справедливости и связанный с ней смысл жизни религиозно устроены гораздо более изощрённо, чем в известных нам религиозных системах монотеизма.

454.

На этом и держится единство индийской духовной и сословной иерархии. А древнейший запрет перехода из одной варны в другую (что выразилось в устойчивой эгрегориальной иерархии, в которой эгрегоры варн не взаимодействовали между собой: а общую сборку эгрегоров в единый духовный комплекс осуществляли лишь брахманы, которые следили за несмешением как варн, так и «варновых» эгрегоров) обеспечивал тысячелетиями полное безразличие представителей низших варн к вопросам социальной справедливости.

455.

Типа российских и западных «бомжей», с той разницей, что «неприкасаемых» в Индии гораздо больше (в процентном отношении), чем на Западе «бомжей».

456.

Непреодолимое (пока) религиозно обусловленное препятствие на взаимное проникновение эгрегоров, содержащих информацию разных варн и каст, что генетически закрепляет врождённую убеждённость в «правильности» сословно-кастового строя и безразличие низших каст к вопросам социальной справедливости.

457.

А эти перечисленные запреты обеспечивают невозможность взаимного проникновения информации от варны в варну и от касты в касту на уровне культуры — через личный обмен информацией в общении между людьми.

458.

Разнообразные абстрактно выдуманные божества, которым во многих религиозных системах приписывали миссию творения.

459.

Легенда о Пуруши — представляет собой современную интерпретацию древнего гимна, который примитивно мифологизирует космогонию и художественно замыкает последнюю на творение высших богов пантеона. В то время как легенда о Золотом Яйце Брахмы — научное (более строгое и философски упорядоченное) выражение мифа о сотворении.

460.

Брахму называют другим именем — Сваямбху, что значит «Самосущий», так как он существовал изначально и никем не был сотворен.

461.

В индуизме каждому временному периоду соответствует свой верховный наставник. А культ времени — считается одним из главных в индийской космогонии. То есть, индийцы сориентировали свой главный миф не на Миру-Предопределение, а на частную Миру (время), в результате чего попали под мировоззрение черырёхъединства в совокупности с атеизмом и первозданным хаосом.

462.

Системам идеалистического атеизма (как мы их назвали) свойственна убеждённость в бесконечном всемогуществе Бога-Творца, а их атеизм является следствием отгораживания людей догматами от Языка Жизни (и соответственно от Бога). В системах атеистического религиозного идеализма (типа индийского) атеизм проявляется двояко: во-первых, это идеализация в первую очередь «объективных законов Вселенной», в результате чего Богу (богам) отводится далеко не первая роль в религиозности; и во-вторых, отгораживание от Языка Жизни (и соответственно от Бога) догматами и запретами, что свойственно системам идеалистического атеизма.

463.

Об этом речь пойдёт дальше. Здесь же скажем, что в индуизме отсутствует понятие Сатаны или Дьявола, как воплощения абсолютного «зла». И бесы и демоны индуистского пантеона страшны на вид, ведут преступный образ жизни, преисполнены «злых» мыслей, но никогда не выступают в качестве абсолютной противоположности «добрым» божествам. Поэтому индуизм — абстрактнее зороастризма; а индусы — терпимее (поскольку в индуизме нет понятия абсолютных врагов) и на вид «добрее» принципиально борющихся с воплощением «зла» зороастрийцев.

464.

Дарвинизм — теория эволюции (исторического развития) органического мира Земли, основанная на воззрениях Ч. Дарвина. Движущими силами эволюции, по Дарвину, являются наследственная изменчивость и естественный отбор. Изменчивость служит основой образования новых признаков в строении и функциях организмов, а наследственность закрепляет эти признаки. В результате борьбы за существование происходит преимущественно выживание и участие в размножении наиболее приспособленных особей, т. е. естественный отбор, следствием которого является возникновение новых видов. При этом существенно, что приспособленность организмов к окружающей среде носит относительный характер.

Как целостное материалистическое учение Дарвинизм совершил переворот в биологии, оказал во 2-й пол. XIX в. огромное влияние на естественные и общественные науки, культуру в целом. Однако еще при жизни Дарвина, наряду с широким признанием его теории, в биологии возникли различные течения антидарвинизма, отрицавшие или резко ограничивавшие роль естественного отбора в эволюции и выдвигавшие в качестве главных сил, приводящих к видообразованию, другие факторы. Полемика по основным проблемам эволюции учения продолжается и в современной науке.

465.

Приводим этот миф в редакции одного из сайтов.

466.

Это — отрицание Бога (а-теизм), поскольку Бог всегда владеет общим объективным временем. В противном случае множество Вселенных не могли бы гармонично существовать.

467.

Опять появилось восточное яйцо, да ещё и золотое — символ рождения того, кто принёс индусам древнее восточное понимание справедливости. Как известно, русских многие относят к ариям, которые одного происхождения и индоариями. А значит у русских индо-ирано-арийская мифология могла вызывать бессознательные вопросы (как говорится «по происхождению»)… В одной из сносок Четвёртой книги по поводу символики яйца Кощея Бессмертного мы писали следующее:

«В русском эпосе эта чуждая русским мафиозная «бессмертность» материально «богатой» мафии — периферии «мировой закулисы» — отобразилась в образе Кащея Бессмертного, сидящего на «несметных богатствах». Но и на Кащея в русском эпосе всегда находится витязь, который берётся отыскать «кащееву смерть». Эта смерть — на кончике иглы, которая спрятана в яйце. Яйцо — символ «основного вопроса философии», как он поставлен в библейской культуре (что первично?… что было вначале яйцо или курица?), правильный ответ на который: «основной вопрос философии — предсказуемость последствий всякого управления».

Предсказуемость последствий невозможна в культуре атеизма, поскольку для правильного всестороннего и своевременного предвидения последствий человек не самодостаточен и ему необходима связь с Богом. Космогония индуизма, изначально отрицающая власть Бога над довселенским «хаосом» (по меньшей мере: но и сам хаос — порождение примитивного мышления древних людей…) — противоречит правильному мировоззрению человека, в котором абсолютная предсказуемость и гармония принадлежит Богу, а сам человек должен согласовывать свои частные прогнозы с Богом, чтобы не ошибаться.

Как видите, в индуизме первично «яйцо» — духовное начало (над «курицей» — материальным миром). Действительно, люди ведического Востока на материальные вещи обращают гораздо меньше внимания, чем западные люди. Но ущемление справедливости людей в этом мире особо наглядно можно увидеть на материальных вещах: во всяком случае в материальном мире это лучше видно. Поскольку Восток до последнего времени жил преимущественно духовными ориентирами, то на Западе люди раньше стали бороться за земную справедливость, потому что несправедливость можно было наглядно увидеть в первую очередь в вещественном мире — ранее, чем ощутить в религиозном духе. Однако лишь на Руси ощущение несправедливости издревле было связано не только с материальным, но и с духовными тонкости, в которых старались разобраться русские люди — поскольку Русская цивилизация представляет собой особую культуру (которой не помеха ни западные ни восточные религиозные запреты: русские судят о Западе и Востоке как бы «со стороны»), которая объединяя и западную (материальную) и восточную (духовную) составляющие (исторические предпосылки: общее «арийское» происхождение и последующая связь с Западом), пропускает их обе через свою Миру. На выходе из русской Миры мы можем наблюдать духовную религиозную суть — в символике коника кощеевой иглы — которая обеспечивает материальную несправедливость в миру и на Западе и на Востоке.

Кончик иглы — в русском эпосе символизирует религиозную «тонкость», на которой держится иллюзия справедливости, в убеждении объективности которой пребывают миллиарды людей, исповедующие ВСЕ крупнейшие религии мира. Мы уже знаем, из предыдущей главы Пятой книги, что восточная тонкость вошла в основные мировые религии (иудаизм, «христианство», ислам) в основном через зороастризм и стала достоянием Западной религиозной культуры, люди которой, как и на Востоке, тоже пребывают в иллюзии, что они взаимодействуют с Богом и следуют Его заветам.

Гибель Кащея Бессмертного, которая находится на кончике иглы — в русской символике — означает конец религиозным иллюзиям, истоком которых являются восточные тонкости. Как только люди начнут избавляться от этих восточных тонкостей, разрушая выставленные восточным дуализмом преграды доступа к Языку Жизни (к Богу) — хозяева религиозных доктрин (это относится и к восточным и к западным мировым знахарским кланам) не смогут держать толпу в религиозном повиновении, возможном лишь вследствие замкнутости психики толпы на иллюзию посмертной справедливости (восточные тонкости).

То, что в русском эпосе названо Кащеем Бессмертным, сидящем на золоте, есть и на Востоке и на Западе: это символ «бессмертия» толпо-«элитаризма» — материально «богатых» транснациональных кланов («мировой закулисы» и приближённых к ней «высших» религиозных и светских национальных «элит»), стяжающих материальные «богатства» вследствие существования религиозной и светской дисциплины, основанной на восточных тонкостях, главная из которых иллюзия посмертной справедливости. Перелом «иглы Кащея» означает перелом в религиозном сознании огромного количества людей, в результате которого иллюзии восточного дуализма и посмертного воздаяния (и их светского «эха») исчезнут, сломив преграды религиозных догматов — уступив место религии веры Богу и обретению Различения.

468.

Под «эфиром» обычно понимают вакуум. Но мы уже знаем, что вакуум — это невозбуждённое состояние материи. Поэтому творение, которое в той или иной мифологии признаётся многими религиозными системами, могло представлять собой формирование тварей из вакуума (материализацию) путём придания всему определённой Богом Миры, точно согласованной с определёнными Богом образами. Но вакуум это не абстрактный хаос, а потенциальное вместилище для творения, откуда всё возникает и куда всё может исчезать согласно гармонии, которой управляет Бог.

469.

Вот и начался восточный дуализм в индийском исполнении.

470.

А это предтеча гипотезы Дарвина… Демоны это эгрегоры, творение людей, как мы уже знаем.

471.

«Философия» индуизм в большей мере основана на «законах универсума», а не на боговдохновенных принципах.

472.

Индуистская космогония также, как и зороастрийская, содержит своеобразный миф о смерти и воскресении богов: каждой эпохе («юге») в индуизме соответствует свой верховный бог, которому передаёт «полномочия» умирающий предыдущий.

473.

Теория происхождения Вселенной из хаоса и возвращение её в хаос достаточно популярна в наше время в некоторых научных кругах и представляет собой сугубо светскую атеистическую «космогонию». Просто в индуизме теория «хаоса и катастроф» выражена в религиозной символике, а современные научные школы её выражают в светских терминах.

474.

Как мы уже знаем, время — частная Мира — включённая в Божью Миру развития. К тому же придание времени качества предельно обобщающей философской категории должно было породить в психике людей неправильную картину мироздания (неправильную основу мировоззрения). Мы видим из космогонии индуизма, что индийцы живут в мировоззрении четырёхъединства: «дух — материя — время — пространство». Главная управленческая категория Мира представлена частными временем и пространством (бесконечной вселенной). Поэтому вместо того, чтобы постигать объективную Божью Миру развития — индийцы упёрлись в якобы объективность времени и всего, что с ним мифически связано и запрограммировано. Согласно индийской мифологии со временем связана эсхатология цивилизации, которую и ждут индийцы, занимаясь постижением духовности пресловутого «универсума».

475.

Какая может быть духовная динамика, выраженная в символике круга (всё возвращается на «круги своя»)? По большому счёту в индуизме и не существует понятия связанного с духовной динамикой цивилизации. Духовный прогресс в индуизме — дело частное, личностное — возможен лишь в пределах законов «универсума» (переход на другой уровень «универсума»).

476.

Согласно Закону Времени.

477.

А это уже восточное мифическое «пророчество» о крушении «благосостояния» и религиозной устойчивости восточной системы рабства: что названо «ухудшением» для этой древней сословно-кастовой системы — то может быть благом для всего мира людей. Но вовсе не обязательно это должно знаменоваться концом света.

478.

Очень похоже на библейский рай до изгнания.

479.

Все три вышеописанные «юги» представляют собой какие-то допотопные (до последней глобальной катастрофы) отголоски мифов о прошлых земных цивилизациях.

480.

Если это восточные «добродетели», то им когда-то должен был настать конец.

481.

Имеется в виду восточный прядок.

482.

Всё тот же Апокалипсис в индийском исполнении. Напомним, что преображению мировой культуры (в первую очередь — религиозной) действительно уже сопутствуют разрушения старых культур — катастрофы культур. Но это вовсе не значит, что за катастрофой культуры обязательно последует глобальная катастрофа, равнозначная предыдущей (которая называется «потопом»).

483.

В разных течениях индуизма Брахма, Вишну, Шива и другие высшие боги возглавляют соответственно какую-либо югу, воплощаясь согласно времени этой юги в разные образы.

484.

Масштабы времени тоже мифические и серьёзно к ним относиться не следует: важна последовательность «сжатия времени».

485.

Примеров таких локальных катастроф — множество. Так в самой «потребительской» стране США они происходят регулярно и приносят огромные разрушения.

486.

И к которым обращаются проповедники многих религиозных систем, в которых существует «апокалиптическая» мифология, чтобы «доказать» верность догматически-мифических прогнозов.

487.

Воспоминания о прошлом, когда люди жили долго — мифическая ностальгия о временах прошлых цивилизаций, в которых раса «господ» по длительности жизни, скорее всего, намного превосходила рабов вследствие искусственной генетической селекции людей — отголоски чего мы видим в устойчивом делении индийского общества на сословия и касты. О рабах вообще разговор просто не ведётся: они — бесправные и не считаются за людей.

488.

В первую очередь неимущим, занятым с сферах производительного труда и обеспечивающих высшие сословия паразитов.

489.

В России это уже происходило в 1917 году…

490.

Понятие кармы мы будем рассматривать в следующих разделах.

491.

Будет рассмотрено в следующих разделах.

492.

В подчинённом Брахме мире он символизирует процесс духовного самосовершенствования человека. Изображение Брахмы представляет собой красивого красноликого человека с четырьмя лицами (символ четырёх юг, каждой из которых соответствует лицо Брахмы) и восьмью руками, в которых он держит четыре Веды, жезл, кружку с водой из Ганга, жертвенную ложку, иногда ожерелье из жемчуга, лук и цветок лотоса. Передвигается Брахма на гусе или лебеде.

493.

Путём жертвенного сжигания расчленённых частей Пуруши. Ясно, что миф о жертвоприношении первочеловека возник как следствие доиндуистских ведических религиозных культов, связанных с жертвоприношением богам-эгрегорам.

494.

Принесённые в жертву богам люди сами приносят жертвы богам. Сущность кровавых жертвоприношений объяснялась следующим образом. Боги якобы живут тем, что приносится им в жертву на Земле; люди живут тем, что получают подарки с небес: «Жертва, надлежаще брошенная в огонь достигает Солнца, от Солнца происходит дождь, затем от дождя — пища живым существам» (Законы Ману, III, 76).

Выделенная цитата из Законов Ману свидетельствует, что многое в индуистском мировоззрении основано на первобытных представлениях племенного язычества, перенесённых на государственную религию.

Но с точки зрения теории эгрегоров всё верно: боги-эгрегоры «живут» тем, что творится на Земле, а люди получают с небес — то, что сами заложили в боги-эгрегоры. Покуда такая порочная духовная круговерть не будет разорвана — многочисленные жертвы, как следствие людской неправедности — неизбежны.

495.

Согласно индийской мифологии, Вселенная погибает в огне, а потом Брахма, отдохнув «ночью», которая продолжается столько же, сколько и «день» Брахмы — опять создаёт мир.

496.

Высшие касты, конечно, заботятся о том, чтобы сословный строй сохранился «до конца Вселенной».

497.

Эту тему мы подробно разбирали в предыдущей главе пятой книги курса и нет смысла здесь повторять её вновь.

498.

Правда это «зло» несколько отличается от зороастрийского «зла», что не меняет сути дуализма.

499.

Согласно индуизму, человек — частица (Атман) мирового духа (Брахмана), заключённая в телесную оболочку, под которой понимается не только плотское, но и психо-эмоциональное начало в человеке.

Выделенное в предыдущей фразе курсивом само по себе — правильно. Человек по духу (по психо-эмоциональным — информационно-энергетическим — характеристикам) — часть совокупности мировых эгрегоров (мирового духа). Это и могли наблюдать индуистские «жрецы», создавая учение о мировом абсолюте Брахмане-Атмане.

Но в то же время человек, помимо психики и энергетики (психо-эмоциональных характеристик) — имеет душу, которая даётся телесной оболочке от Бога: но здесь в индуизме и начинается путаница, поскольку Брахма индуистами воспринимается за Бога Всевышнего, поэтому душа смешивается с психикой и спецификой биополей. Вопрос об Атмане и прочих главных философских понятиях индуизма мы рассмотрим позже.

500.

Миф о создании мира из хаоса прежде появления в нём Яйца Брахмана, как мы уже говорили — атеистичен по своей мировоззренческой основе. В то же время лик Божий действительно неизвестен людям и Божия безликость правильно определена брахманами. Но «безликий космический абсолют» стал богом Брахманом лишь в угоду индийской толпе, которая желала персонификации высших сил. И, если бы не это желание толпы, то Атман, скорее всего, так бы и остался «космическим абсолютом» (а не Любящим Богом) — заключающем в себе все законы дхармы (космические надчеловеческие и общечеловеческие ценности) и правила, но не Любовь. Почему это так, будет показано в ходе исследований содержания индийской религиозной «философии».

501.

Для себя же брахманы нашли «философию», которая соответствовала их нравственности, мировоззрению и миропониманию и была удобна в применении.

502.

Даже если предположить, что под «безликим космическим абсолютом» брахманы изначально имели в виду Бога Всевышнего, то после его персонификации и выделения верховной триады индийского политеизма эта находка брахманов «канула в лету» и в совершенном индуизме Брахман реально — верховный бог-эгрегор пантеона, а не Всевышний. Но всё же, исходя из мифологии индуизма, «безликий космический абсолют» для брахманов — не Бог, а «комплекс объективных мировых законов», согласно которым из хаоса образовалась Вселенная.

503.

Упанишады (Тайное учение) — четвёртая группа (из семи) «священных книг» индуизма. Название объясняется тем, что в прошлом учение, заключённое в этих книгах, передавалось только брахманам и их ученикам. Буквальный перевод звучит так: «рядом» (упа) и «внизу» (ни) «сидящим» (шады). Рядом и внизу, т. е. у ног учителя-брахмана, сидели его ученики.

Обзор книг индуизма мы сделаем в следующих разделах.

504.

Забегая несколько вперёд, скажем, что сущность Атмана, которой в конце концов всё же нашли воплощение на поверку — представляет собой мощнейший чудотворный эгрегор, поддерживающий сословно-кастовую систему, в которую включены все индуисты. В то же время индуизм привлекателен тем, что Атман описан как «единая духовная сущность мира, неопределимая и неописуемая», что близко к описанию Бога, Которого также нельзя описать и точно определить. На эту схожесть покупаются многие апологеты индуизма (и буддизма), те — психика которых тяготеет к восточной религиозной мистике атеистического идеализма (идеализма, отрицающего Бога в пользу универсального абсолюта — комплекса дхарм, предназначенных для каждого сословия). Этот комплекс дхарм разработало восточное знахарство, закрыв себе и людям дхармами доступ к Богу: отсюда и атеизм. Так во времена брахманизма получила своё развитие ведически-магическая культура Индии.

505.

Упанишады. 1967 г. Перевод А.Сыркина.

506.

Мы имеем дело с текстами, но не можем знать, какие образы стояли за словами брахманов.

507.

Ведь русские, согласно легенде, тоже произошли из «ариев» и наследовали мировоззрение древнего язычества, в котором Язык Жизни описывался через множество богов — главных и второстепенных. Но только русские не догматизировали религиозную систему, не разбивали её на «дхармы» и не увлекались восточной мистикой и эгрегориальными практиками. А индийцы в период до начала I тысячелетия н. э. (самое позднее) догматизировали (омертвили) Язык Жизни и стали следовать не последнему, а писанным «законам» и эгрегориальным практикам.

Практическим доказательством того, что индийские «жрецы» не смогли выйти на живую религию Языка Жизни, через который Бог разговаривает со всеми, а русские — вышли на такую религию — служит то обстоятельство, что в Индии религиозная система индуизма закрепила сословно-кастовый строй, а на Руси этот основной порок общества был своевременно (ещё в I тысячелетии до н. э.) преодолён. Это высшее проявление Языка Жизни — доказательство практикой Жизни.

508.

Шветашватара-упанишада, III, 4–6 Упанишады. 1967. Перевод А.Сыркина.

509.

Свидетельствующий о том, что брахманы могли выйти на Божие Язычество. Но по всему видно, что они не смогли отказаться от сословно-кастового устройства общества и поэтому на определённом этапе были лишены различения (о котором, возможно, говорится как о «ясном постижении», которым наделяет верховный бог) — после чего религиозная «философия» устойчиво пошла по пути догматизации веры и накачке эгрегора индуизма.

510.

Упанишады. 1967. Перевод А.Сыркина.

511.

Всё соответствует космогонии индуизма: выше всех «бесконечный Атман», а затем верховный бог, в котором «триада» дуализма. Человек находит триаду со свойственным ей дуализмом.

512.

Духовное единство индуизма обеспечивается сборкой местных эгрегориалных культов в единый мощнейший эгрегор индуизма не на основе самих культов и их содержания, а на основе единой для всех культов «философии» индуизма, которую мы рассмотрим в следующих разделах.

513.

Всё та же общая для многих религий мифология гибели предыдущей цивилизации от потопа. А черепаха вполне похожа на «Ноев ковчег».

514.

Начинаются образные параллели с библейским Апокалипсисом.

515.

Рама — главный герой индийского эпоса «Рамаяны» и «Махабхараты», образ мудрого добродетельного царя-героя. Рама был объявлен аватарой Вишну и стал в средние века главным объектом религиозного культа.

516.

Налицо параллели с библейским Апокалипсисом: Откровение Иоанна Богослова 6 глава. Эта глава начинается всадником, который восседает на белом коне и заканчивается всадником, восседающем на бледном коне:

Откровение 6:

7. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвёртую частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.

Эта библейская легенда замкнута на «второе пришествие Христа» (Агнца, пожертвовавшего собой в символике Апокалипсиса), которое якобы должно «восстановить справедливость» в погрязшем в пороке людском мире. В индуизме в роли жертвенного «Агнца» выступает Пуруша, а в роли «справедливого судьи» — Вишну.

В общем, библейские каноны (Апокалипсис особо) составлялись не только базе зороастризма, но и на базе восточных индуистских легенд о грядущем и неминуемом «светопредставлении» падшего общества и коллективном воздаянии всем отступникам от канонического или мифического «добра».

517.

Майтрейя — в буддийской мифологии бодхисатва и будда, долженствующий родиться в будущем и осуществить счастливое правление миром (в «христианстве» это апокалиптический Агнец). Его изображают сидящим на троне, в виде позолоченной статуи.

518.

В главе «Религиозная система зороастризма» мы подробно разбирали психические проблемы людей, которые возвели на Бога напраслину Его якобы постоянной борьбы со «злом» и Его якобы воздаятельно-мстительной сущности. Эти же проблемы и у индусов: таков уж ведический Восток.

519.

Либо «пророческие» миссии — в лучшем случае.

520.

Затем «задвинув» Бога вообще подальше от воспоминаний людей.

521.

И «ключом» к этой связи являются не только аватары, но и фундаментальное сходство древних восточных легенд о неминуемой катастрофе цивилизации с участием бога (такая легендарная «философская» основа особенно развита и «обоснована» в индоиранской мифологии) и библейским Апокалипсисом.

522.

Где много эмоций — там мало понимания. Эмоциональная избыточность, как мы уже знаем — признак эгрегориальной магии, «господства» эгрегориальной алгоритмики над разумом и различением.

523.

Посмотреть на таких индуистских богов можно и в наше время, стоит лишь посетить один из многих индуистских ашрамов.

524.

Одна из основных книг индуистских Вед.

525.

Эта история напоминает алгоритмику древнегреческих мифов, в которых родственники убивают друг друга ради того, чтобы не сбылось «плохое» предсказание.

Многие народности Северной Индии живут стереотипами, подчерпнутыми из красивой мелодрамы рождения, любви Кришны, его забав с пастушками…

526.

Такова внешняя, очень красивая и привлекающая своей кажущейся «добротой» и «непосредственностью», сторона индуизма.

527.

Какое может быть «сознание» в сочетании с танцевальным и песенным экстазом? — Безусловно индуизм в Средние века деградирует до примитивизма «сознания» танцующей толпы. Но на бессознательных уровнях индуистов, конечно же, всё тот же прежний «образ» бога.

Бхакти (причастность, преданность богу) — одно из центральных понятий в индуизме. Оно означает особый путь богопочитания, состоящий в безграничной и безраздельной преданности божеству, ежеминутной памяти о нем и внутреннем созерцании его (бхагти-марга, наряду с путем знания джняна-маргой и путем бескорыстного действия карма-маргой). Термин в этом значении впервые употребляется в Бхагаватгите. В общем, индуистам рекомендовано постоянно помнить «о боге», в результате чего они постоянно отдают свою энергетику эгрегору бога, поддерживая мощь последнего. Но помимо этого существуют ещё песни, пляски и гимны.

В раннем средневековье индуистские теологи сблизили бхакти с понятием любви. Тогда же на дравидском юге бхакти зародилось как мощное и влиятельное течение, которое к XYI в. охватило всю страну, окрасило собой всё средневековье и сохранилось в новое время, определив образ жизни огромной части народа.

Бхакти было широким демократическим движением, признающим равенство людей перед богом (но это не социальное равенство: индуистское религиозное «равенство» вовсе не означает усилия по преодолению сословно-кастовых барьеров), с безразличным, а, порой, и отрицательным отношением к брахманскому ритуалу (а брахманам вполне достаточно безразличия людей к социальному неравенству и поддержки толпой главного индусского эгрегора). В плане религиозной практики приоритет получили персонифицированные божества, главным образом Шива и Вишну. Трансформировались и внешние формы «богопочитания». Большое место в «богослужении» заняли музыка и пляска, возросла роль храмов и храмовых изображений. Значимым культовым актом стала песня, гимн богу, который мыслился как милосердный и любящий (но согласно мифологии был мстительный дуалистический).

528.

Главные индуистские боги имеют множество рук: так индусы пытались выразить всеобъемлющую функцию того бога, культ которого возвышался в их регионе, придавая ему свойства верховного Брахмы.

529.

Но страх перед «тёмным антиподом» обеспечивал не менее эффективную накачку эгрегора зороастризма (в части, касающейся ведения «антипода»), нежели общепринятый в индуизме культ верховного «тёмного» бога.

530.

Правда в индуизме это получило своё дальнейшее развитие, связанное с индусской «философией».

531.

То же самое в зороастризме находится в ведении Ахура-Мазды — повелителя «нечистых» животных и демонов.

532.

Что достаточно «самообличающе»: только представители «животного» типа психики могут создавать культы, связанные с основными инстинктивными программами, поскольку эти программы у представителей «животного» типа психики — имеют главное жизненное значение.

Следует заметить, что вокруг «основного инстинкта» (вокруг возвышения лингама либо йони: последнее больше было развито в индусском шактизме) и в наше время вертится немало культов — которые особенно рьяно поддерживает «интеллигенция», связанная со СМИ…

533.

Отсюда и древние мировоззренческие и психические истоки страха перед якобы Богом.

534.

Что составляет «обратную» сторону совокупного «образа» индусского бога.

535.

Это не случайное воплощение верховного бога Шивы: в следующих разделах мы увидим, что йогические возможности, которые обеспечиваются возможностями эгрегора, индусы ставят на уровень «освобождения».

536.

Архаизм шиваитских культов проявляется, в частности, в том, что, в отличие от вишнуитов, почитатели Шивы продолжают приносить в своих храмах жертвы. Вероятно, этим объясняется тот факт, что неиндусам вход в них закрыт.

537.

«Христиане» уже около 2000 лет «посыпают голову пеплом», переживая «за Христа», за его «мученическую гибель на кресте», в то же время принимая от него якобы «искупление грехов» — но не хотят понять, что Христос призывал людей к деятельному изменению самих себя и жизни. Иисус указывал безвольным и трусливым людям на никчёмность и опасность их бессмысленных переживаний:

От Луки 6.

46 Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?

538.

Алгоритмика поведения такого рода свойственна безвольным «набожным» и суеверным людям — генетику которых за многие столетия «господства» формировала библейская культура и духовность.

539.

Такой «жизни», которая сродни «гибели и разрушениям»: это полностью подходит к «жизни», которой «живут» в библейской культуре. Особенно алгоритмика «гибели и разрушений» хорошо видна в настоящее время, когда по ТВ почти ежедневно показывают катастрофы.

540.

Мантры — заклинания, художественное и эмоциональное произнесение которых может привести к соединению с соответствующим эгрегором, с его энергетикой и другими возможностями. Иначе говоря, заклинания — «ключ» к быстрой эгрегориальной подключке при условии соответствия психики произносящего заклинания и его религиозного настроя для связи с эгрегором. Ясно, что после подключки «бог» как бы отвечает «концентрацией энергии огня». Эгрегориальная алгоритмика реагирует на ключевые слова (заклинания), «оживляя» обращающегося к эгрегору своим вниманием. Само же «внимание бога» (эгрегора) соответствует просьбам вопрошающего, содержащимся в стандартных заклинаниях.

Это подобно обращению пользователя компьютера к тому или иному программному обеспечению, записанному на винчестер: «пароли» обращения (на какую клавишу нажать, какое слово написать в меню и т. п.) знает пользователь, а программы стандартно откликаются на «заклинания» (оклик) пользователя.

В принципе вся эгрегориальная магия, связанная с знакомыми нам по многочисленным фильмам (даже таким детским как «Гарри Поттер») заклинаниям (которые тщательно учат в магических школах и академиях) — ничто иное как отклик эгрегоров на стандартные «ключи», произнесённые вслух, либо воспроизведённые в образных представлениях тех, кто обращается к эгрегору.

Таким образом толпе дают поиграть в связь с «всемогущими богами» — подобно тому как миллионы людей в современном мире играют в компьютерные игры, содержание которых придумали не они (его придумали специалисты-программисты на базе всего предыдущего опыта, наработанного человечеством в области программирования), но «заклинания»-коды (правила игры) этим людям предоставлены для игры. Возможности некоторых игровых программ по анимированию персонажей, создания виртуальной реальности — внешне похожи на возможности богов. Так в наше время объединилась компьютерная «магия» и магия кино: такие фильмы как «Гарри Поттер» можно было поставить лишь на базе компьютерной графики. Бездумная толпа играется в магию подобно тому, как ещё сто лет назад в магию играли с толпой хозяева религиозных проектов. Но, играя в современную магию, толпа не подозревает, что те же хозяева религиозных проектов продолжают с ней играться в глобальную игру по формуле: «чем бы толпа не тешилась — лишь бы не интересовалась вопросами глобального управления: чувствуйте себя магическими хозяевами над игровыми персонажами, а мы будем хозяевами над вами».

541.

Этот вопрос мы подробно разбирали в главе «Религиозная система зороастризма».

542.

Бык, конечно очень популярен не только в среде индусов, но и у всех «ариев». Но и в библейской новозаветной культуре есть персонаж, сидящий на быке — «христианская» Европа, прославившаяся в канонах своими мерзостями блудодеяния. Индусский шиваизм и шактизм дают возможность понять истоки культуры блуда: в индуизме обожествлялись мужское и женское начала (лингам и йони), от чего шиваизм даже разделился на культ Шивы и культ Дэви. Ясно, что это следствие доминирования в психике животной толпы «основного инстинкта», который был возведён в «божественный» ранг (созданы мощные эгрегоры мужского и женского начал) и стал объектом богопочитания.

Но ведь и в настоящее время мало что изменилось: всё те же культы блудодеяния. Восток же в этом, похоже превзошёл когда-то Запад, поскольку именно на Востоке доминирует тантрическая культура (культура активного женского начала и всего, что связано с половым общением) и культура «трансовых состояний» — трансовых «общений» с богами» — одним из самых «приятных» из которых является половой оргазм.

Объединение полей и фрагментов эгрегоров мужчины и женщины в ходе полового акта — издревле принималось за возможность общения с богами. Именно этим и привлекателен половой акт (возможностью быстрого, без труда обоюдного проникновения в эгрегоры друг друга согласно их взаимной вложенности), а уже потом — «приятной» физиологией. Возможность быстрого бессознательного проникновения в эгрегоры полового партнёра и бессознательная «перекачка» оттуда части информации (в процессе глубокого взаимопроникновения биополей — предопределённого Свыше обмена информацией, предназначенного для зачатия ребёнка и возможного лишь при половом акте), которая остаётся в психике и биополях партнёров после полового акта — оставляет впечатление серьёзного и интересного информационного обновления (иногда даже «божественного» проникновения в нечто неизвестное, что более производит впечатление на мужчин: женщина — мать — матрица, обеспечивающая широкий бессознательный доступ к информации).

Именно это и привлекает безвольных людей, которые ждут от жизни «новых ощущений», но не желают трудиться ради получения информации — ради чего они часто меняют половых партнёров за поиском «чего-то новенького». Но несогласованность информационных модулей, полученных их психикой и биополями от множества половых партнёров (в обход сознания) создаёт поистине шизофреническую картину мира в психике и уродливость биополей, что чревато потерей самоуправления вплоть до самоликвидации при попадании в критическую жизненную ситуацию.

На Востоке же принята культура гуру — учителей, которые следят за бессознательным получением информации своих учеников (в том числе и в «половом деле»), удерживая последних в рамках восточных критериев «безопасности». Если же этого нет, то обрести прогрессирующую шизофрению, нахватавшись несогласованных информационных модулей «откуда попало» (в первую очередь часто меняя сексуальных партнёров), достаточно легко.

Вообще же блудодейство как раз — главный признак доминирования «животной» алгоритмики над остальными компонентами психики. «Животные» инстинкты умело скрыты за красивой танцевально-песенной культурой индуизма и сделаны объектами религиозного почитания.

543.

Психические причины древнего обожествления женского начала мы описали в предыдущей сноске.

544.

Нормально, если к моменту полового взросления интеллектуальные и интуитивные возможности мужчин и женщин сравняются — до необходимого жизненного уровня: мужчины разовьют интуицию, а женщины интеллект.

545.

Современная западная субкультура «постоянных наслаждений» способствует закреплению такого перекоса и усугублению безволия общества, которое «живёт прямо сейчас», наслаждаясь в угоду своим «животным» инстинктам. И эту субкультуру поддерживают все СМИ. Ясно, что самым главным культом такой субкультуры является изощрённая «эротика», которую «с удовольствием» копирует обыватель.

546.

В наше время содержательно мало что изменилось: «господство» женской воли над мужским интеллектом — основная характеристика современного состояния как Запада, так и Востока.

547.

И это не случайно: древние чувствовали «апокалиптичность» (эсхатологию) интеллектуального матриархата, но на Востоке эта «апокалиптичность» легко ложилась в древнюю космогонию и поэтому воспринималась за объективное течение жизни.

Женщина даёт жизнь новому поколению, заботится о нём и оберегает. Женщина лучше мужчины интуитивно чувствует опасности и выходы из трудностей в пределах заботы о семье и несколько шире круга семьи (племя, род, клан, каста). Но женский интеллект и интуиция в «животных» культурах уступают мужскому интеллекту и интуиции (если бы они нормально развивались) в принятии решений государственного, цивилизационного и глобального характеров. Поэтому если руководствоваться женской интуицией и ограниченным мужским интеллектом, характерных для «животных» культур — то действительно больше подходит молиться демонам или богу смерти, поскольку правильного выхода из тупика развития государства, цивилизации и глобальной цивилизации женщины как правило указать не могут. Поэтому, давая жизнь, женщины — без помощи интеллектуальных и интуитивных качеств мужчин (которые могут быть нормально развиты лишь в Человечности) — могут и погубить тех, кому они дают жизнь вместе с собой. Именно поэтому оба пола должны заботиться о скорейшем переходе человечества к «Человечному» типу психики во избежание неправильных решений в отношении будущего.

548.

Опять это не случайно. По описанной в предыдущей сноске причине женский ум и интуиция могут привести общество лишь к губительному своекорыстному демонизму — если оба пола не выйдут в Человечность. Демонизм основан на волевом стяжательстве людей в угоду улучшения своего «благосостояния» без согласования решений с Богом. Поскольку женщина лучше, чем мужчина, чувствует жизнь (при нечеловечных типах психики обоих), то, руководствуясь животными инстинктами, она будет направлять свою интуицию и возможности мужчин на стяжательство «любой приемлемой ценой» жизненных ценностей под нужды семьи, клана, касты, не заботясь о более высокий социальных организациях: таких как государство, цивилизация, глобальная цивилизация. Но это и есть демонизм местного масштаба, культу чего в индуизме уделено большое место.

Но есть демонизм глобального масштаба: это стяжательство глобального уровня, чем занимается «мировая закулиса» — тоже под руководством женской нечеловеческой интуиции.

549.

В зороастризме символика образов наоборот: там ахуры — «светлые» божества, а в индуизме асуры — «тёмные».

Эволюция асуров и дева в Индии происходит параллельно с эволюцией ахуров и дэвов в Иране, только с противоположным знаком: индийские дева — благие духи (как иранские ахуры), а идийские асуры — демоны (как иранские дэвы).

550.

Из почитания женского начала возник тантризм. Почитание богинь-матерей восходит к древнейшему периоду (протоиндийская цивилизация). Корни его, бесспорно неарийские и относятся к глубокой архаике.

Ведийской религии и мифологии идея активного женского начала была чужда. Женские персонажи вед, за редким исключением, схематичны и невыразительны. В индуистский пантеон богиня Дэви вошла как супруга Шивы в период оформления индуизма как пуранической религии. Махадэви (Великая богиня) пуран как бы вобрала в свой образ множество богинь-матерей, от персонажей высокой «жреческой» религии до народных сельских культов. С тех пор её значение возрастало. Она известна и в благожелательном, и в гневном, устрашающем обликах. В раннем средневековье становится популярным представление о богине как о шакти — «творческой энергии бога и подлинной основе его могущества».

До настоящего времени богини сохраняют большой диапазон своих проявление — от активного творческого принципа до низовых сельских культов. В период оформления пуран в них широким потоком вливались тантрийские представления, связанные с признанием верховным божеством женского начала и с употреблением специальной магической и ритуальной техники.

551.

В действительности под шакти надо понимать превосходство управленческих качеств женщин в обществе с «господством» нечеловечных типов психики — о чём мы писали выше.

552.

Скорее всего Атлантида погибла в том числе (кроме причины, вызванной неизбежностью самоуничтожения устойчивого толпо-«элитаризма») вследствие невозможности преодоления доминирования женской демонической воли в принятии судьбоносных решений. А значит, предыдущая цивилизация не вышла в Человечность, оставаясь в одной из разновидностей «животного» типа культуры.

553.

Неправильно думать, что в историческом исламе все решения принимают мужчины лишь потому, что женщины не допускаются к мужским собраниям. На собраниях лишь обсуждаются те готовые решения, которые туда вносят мужчины, но принимаются решения — в интимной семейной обстановке.

554.

Витакарнада выступает в романе как гуру.

555.

Творческая сила мужского начала — Шивы.

556.

Но культура, основанная на «основном инстинкте» так и доминирует в «животном» обществе по сей день — к стыду мало что изменилось.

557.

Действительно, интеллектуальным раздумьям мужчин, которые не обрели Человечность к моменту полового созревания, как правило всю жизнь мешают животные инстинкты, основной из которых половой — поэтому такие мужчины всегда неосознанно предпочитают женское управление над своей волей. Но именно через половые инстинкты женщины, более «мудрые» благодаря своей интуиции, и управляют мужчинами, которые в свою очередь — занимают ответственные посты в государстве.

Так Брахма, который был «углублён в созерцание глубин мира» и отверг любовные притязания Мохини — в легенде оказался «не пригоден» для женского управления: ведь он не предпочёл «основной инстинкт» высшим управленческим занятиям. Поэтому такой бог в индуистской легенде «выбраковывается» из высших богов: он необычен для «животного» индусского мировоззрения.

Эта легенда ярко иллюстрирует, что установившись в глубокой древности, культура матриархата была закреплена как «обязательная к исполнению» индусами, а кто ей пренебрегал, не отдавая предпочтения воле женщин — того ждал удел мифического Брахмы. И действительно мы знаем, что Брахма в индуистском высшем пантеона Тримурти — высший бог лишь по статусу, но любимые и популярные культы индусы предпочитают Вишну и Шивы.

558.

Это мифический, религиозный и культурный запрет (под страхом смерти!) на выход в Человечность (индийская цивилизация пока самая безнадёжная и наглядным примером тому её сословно-кастовая социальная организация): лишь Человечный тип психики может обеспечить освобождение людей от страстей, связанных с половыми инстинктами, мешающими выходу цивилизации из катастроф.

559.

Всё то же пугало «будущими жизнями» в угоду устойчивости религиозной системы и её ведических «канонов».

560.

И.А.Ефремов объективно заблуждался в этом вопросе, он восторгался Востоком и потому был сторонником описанного им подхода к «любви» — чем самым доказал, что и в библейской России и на Западе всё тот же подход, только в другой культурной оболочке.

561.

Ещё раз напомним, что эта конфликтность может быть разрешена раз и навсегда лишь выходом обоих полов в Человечность.

562.

Конечно, всех же рожает мать, значит она и должна быть первична… Примитивизм религиозной системы индуизма поражает многих исследователей своей архаичностью взглядов на мир.

563.

Образ очень много выражающий. Действительно, покуда мужская половина Земли не обретёт волю (мужчины крайне безвольны по описанным нами выше причинам) и не станет хотя бы одинаковыми с женщинами дееспособными управленцами — мужчины будут подобны неподвижно лежащему Шиве, с которым его «вторая половина» может делать всё, что захочет.

Так, современное чиновничество, представленное в основном мужчинами, управленчески «неподвижно лежит», в то время как через него действует воля кланов, матерей, жён, любовниц, детей — что может привести лишь к ограблению государства, поскольку воля кланов, семейных и любовниц направлена на стяжательство «под себя» возможностей, данных управленцам по их статусу.

564.

Поскольку в сложившейся ситуации женщинам объективно больше дано (им дана интуиция) — то они вполне могут сделать первый шаг для того, чтобы «поднять с земли» мужчин, а не «топтать их ногами». Но для этого нужна Человеческая женская воля: у женщин её нет, также как и у мужчин…

565.

Стандартный алгоритм, следуя которому кончают свою «совместную супружескую жизнь» многие пары на Западе и на Востоке.

566.

Таким образом, выстроена «жреческая» иерархия по-посвящению, в которой смыслы ритуалов у каждого уровня — свои. Как видно, брахманы «втихомолку» от других совершают магические заклинания в отношении обрядов, которые для каждой разновидности «жрецов» имеют своё значение. Эффективность эгрегориального управления при совершении такого рода магических обрядов выше утого, кто общепризнанно считается «лучшим толкователем религиозной символики» — за тем и остаётся «последнее слово». В индуизме общепринятыми толкователями являются брахманы — высшее сословие.

Но это высшее сословие индуистских «жрецов»-«священников», как видно из описания вышеприведённого ритуала — умалчивает от низших «жрецов» некоторые смыслы религиозной символики ритуала, чем управленчески превосходит всех остальных до тех пор, пока сохраняется незыблемость религиозной и социальной иерархии. Поскольку в Индии религиозный и социальный фактор теснейшим образом переплетены между собой, то иерархия «жрецов» по-посвящению сохраняется тысячелетиями.

567.

Такая же картина практически во всех «авраамических» религиозных системах Запада: там «священнослужители» тоже ведут толпу на жертвенный убой (при согласии самой толпы). Однако, мировоззренческие корни всех «авраамических» религиозных систем, как мы уже знаем, нужно искать — на древнем Востоке — что особенно хорошо наглядно видно по параллелям между восточными «тонкостями» зороастризма и «христианством», которые мы подробно рассмотрели в предыдущей главе.

568.

Как мы уже знаем, жертвоприношения предназначены для подпитки эгрегоров информацией и энергетикой верующей толпы, которую в ходе ритуалов с жертвоприношениями: во-первых, в очередной раз покрепче замыкают на эсхатологическую алгоритмику эгрегоров (после чего толпа ещё крепче становится психически повязана на эсхатологию богов) и, во-вторых — канализируют негативную энергетику толпы, возникающую вследствие объективно неправедного образа жизни (в толпе всеобщее участие в религиозном ритуале создаёт ощущение-иллюзию соборности и приобщения к священному, что успокаивает толпу на время до следующего религиозного ритуала: а «жрецы» следят за «необходимой» частотой ритуалов).

569.

Что является «эхом» духовного наследия предыдущих цивилизаций, воспроизведённым в нашей цивилизации не без участия мыследеятельности спасшихся иерархов толпо-«элитаризма» после предыдущей глобальной катастрофы.

Так, египетские «жрецы» иногда отсчитывают свою «историю» от цивилизации, которая была «две катастрофы назад».

570.

Который в индуизме содержательно ложно определён как «кали-юга». Но его можно более точно определить в соответствии с Законом Времени: момент изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени — объективная временная «точка» в развитии цивилизации, после которой всякое искусственное торможение процесса выхода в Человечность смертельно опасно.

571.

Веды. Ригведа, X, 90. «Избранные гимны» М. 1972 г.

572.

Как нам уже известно, многие ритуалы западных религиозных систем употребляют масла в качестве символических ритуальных средств «приобщения к церквям».

573.

После чего поверившие в восточную космогонию люди стали «дровами для геенны» — в терминологии Корана.

574.

Вот и весь «жизненный» алгоритм для верующих: сначала масло (приобщение к церкви), затем дрова (бессмысленное самопрожигание данной Свыше жизни) и в конце — жертва для укрепления религии.

575.

И это действительно так: все Веды, и другие книги, гимны и напевы, мантры (эгрегориальные заклинания — ритуальные формулы) — всё это следствие жертвенного мировоззрения брахманов.

576.

Это явно древнейшие мировоззренческие основы-символика связанная с кочевым скотоводством: к постоянно повторяющемуся расчленению ту— животных ради сохранения существования членов племени привыкли в глубокой древности. Процесс расчленения поедаемой всеми туши приравнивался к продолжению жизни (ведь животному-зверю для продолжения жизни больше ничего и не надо) — отсюда могла возникнуть примитивная религиозная символика «животного» и даже «звериного» мировоззрения, связанная с обожествлением поедаемого животного. При этом богов «задабривали» жертвенностью (делились частью пиши — того, что в мировоззрении древних приносило жизнь: у кочевников это были туши расчленяемых животных), чтобы те давали и дальше «жизнь», которая понималась в «животно-зверином» обществе как очередная расчленённая туша.

Так изначально складывались эгрегоры-боги, которым обязательно для «поддержки «жизни» людей» нужно было приносить жертву. А древнейшая мифология о неизбежной жертвенности всей цивилизации (как память о прошлых катастрофах) как «по жертвенному маслу» (мировоззренчески и символически похоже…) легла в русло жертвенности умилостивления богов.

577.

Известно из истории, что в древнем позднеплеменном укладе жизни многих племён расчленённое и приготовленное животное (или реже птица) делилась в племени по социальному статусу: кому самое вкусное, а кому — объедки от вождей. От этого вполне могла пойти мифологическая символика «оправдания» сословного строя в индусской религиозной системе. Только вместо расчленяемого животного взяли и употребили мифического Пурушу.

578.

И эту древнейшие родоплеменные заблуждения (примитивную основу древнего рабовладения) «жуют» до сих пор не только слишком доверчивые индусы, но и многочисленные западные почитатели «красивого» индуизма и вообще всей ведически-«арийской» культуры.

579.

Трусливый, вспыльчивый, либо «безнадёжно умирающий» характер таких людей можно в современно мире наблюдать сплошь и рядом: у них одна общая особенность — все эти люди в разговорах ругают кого-либо, обстоятельства, правительство, президента, строй, политику…, боясь затрагивать «сокровенные» вопросы о самих себе, о качестве свого участия в общественной жизни.

580.

Что мы проделали в главе про зороастризм.

581.

Не случайно ритуальный компонент дхармы (законов) в ведическое время сводился к кровавым жертвоприношениям богам. Считалось, что «Жертва, надлежаще брошенная в огонь, достигает Солнца, от Солнца происходит дождь, затем от дождя — пища живым существам».

582.

И наоборот: частные удачи они объясняют милостью богов, которых надо профилактически заранее «задабривать жертвой», что является «обратной стороной» жертвоприношения кого-либо для исправления уже сотворённого «зла». Профилактическое жертвоприношение — это упреждающий выпуск из толпы негативной энергетики с целью предотвращения возможных «неприятностей», которые можно ожидать от «взбесившейся» толпы в будущем. Профилактическое жертвоприношение упреждает «канализацию» недовольства толпы, на имитатор-источник этого недовольства, что отводит возможный гнев толпы от истинного источника недовольства. В социальном плане это — один из эффективных рычагов снятия социального напряжения в обществе методом увода внимания толпы на недоступный ему субъект (например богов) либо на жертву (кого-то со стороны либо из «своих», кого назначили жертвой).

583.

Поскольку «зло» считается изначально «внешним фактором» по отношению к религиозной системе.

584.

Сейчас подобную трусливую жертвенную алгоритмику взаимоотношений можно наблюдать в клановой системе Востока и Запада сколько угодно.

Например, неудачливый иерарх какой-либо корпорации терпит управленческий крах в некоем частном деле, в результате чего его корпорация находится на грани распада: люди, входящие в неё, больше не верят иерарху (конечно это описание больше касается иерархий, держащихся на идеях, а не на денежных отношениях: но и в последних — тот же принцип), а прежняя опора на государственные структуры слабеет с каждой неудачей. Для возвращения себе былого авторитета неудачливый иерарх принимает решение принести жертву и выставить её на всеобщее обозрение — чтобы на эту жертву «навесить» все свои неудачи, а значит и «умалить» свои психические проблемы как перед собой (в первую очередь, если иерарх шибко честолюбив), так и перед своими подчинёнными и общественностью (ради возвращения авторитета, необходимого для продолжения корпоративного дела выпаса толпы). Начинается буквально публичная «охота на ведьм»: «ведьмой» либо злым «колдуном», связанным с «тёмными» богами — объявляется один или несколько прежних подчинённых, которые как правило изгоняются из корпорации (либо даже уничтожаются: на мёртвых проще всё списать — они не заговорят) и объявляются виновными в провале дела корпорации. После чего, если авторитет удаётся вернуть, а дело подправить — корпорация работает вновь до очередного объективно предопределённого (психическим состоянием иерарха) краха и необходимой следующей жертвы. Если жертв среди бывших подчинённых мало — иерарх ещё придумывает в дополнение весьма злобные мифы, начиная откровенно лгать (ложь — признак психического недоразвития) как самому себе, так и людям, придумывая небылицы, «оправдывающие» его версию о причинах кризиса корпорации.

585.

Которые действуют через «злых» людей.

586.

Либо их дело терпит необратимый крах.

587.

Либо критический момент выбора в их судьбе…

588.

Красивой религиозной основе которого могли позавидовать идеологи Третьего рейха.

589.

Законы Ману. М. 1960 г.

590.

«Пресветлым» индусский высший бог является только для тех, кто соблюдает дхармы — каждому сословию даны свои. Все не соблюдающие соответственные дхармы — являются отступниками, которые наказываются не только в социальном плане, но их ждёт наказание в следующих жизнях. О последнем мы будем говорить позже.

591.

Что вполне можно понимать как «самоотвод» внимания от «неприятного» Языка Жизни (то есть, от призывов Бога, Который есть изменить мировоззрение и миропонимание через Язык Жизни) — на происки богов и злых демонов. В коем алгоритме брахманы, конечно же сохраняли собственное честолюбие и уверенность в «правоте» своей религиозной системы.

592.

А это — разрешение на внтурисоциальную магию с целью удержания толпы у себя в подчинении.

593.

О этике, связанной с милостыней мы уже писали в Четвёртой книге курса, когда рассматривали религиозную систему исторического ислама. Здесь та же мораль.

594.

Что-то несколько похожее на «христианских» монахов.

595.

То есть, от имени высшего бога индусы поддерживают рабовладение, которое держится на внутреннем расизме.

596.

Если в зороастризме деление на «чистые» и «нечистые» вроде бы не выразилось в откровенный расизм, то в индуизме «чистота» беззастенчиво приписана расе «господ», о чём прямо сказано в следующем 93 стихе Законов Ману.

597.

Здесь и далее следует религиозная основа настоящего расизма — поэтому по Правде Божией «уста брахманов», которыми они проповедуют уже не одну тысячу лет этот расизм — самые скверные.

598.

Не отсюда ли черпали расистскую теорию создатели иудаизма? А ведь германские фашисты тоже — из «арийцев»…

599.

Действительно, для сохранения «всего этого» расизма на базе культов жертвоприношения и почитания веры предков существует и поныне сословие брахманов.

600.

И это — позиция «самосущего» Брахмы. Но позиция Бога Всевышнего другая: он одинаково Любит все свои творения: и одушевлённые и разумные и не предопределял социальных иерархий.

601.

Не это ли настоящая сансара?

602.

Что нельзя сказать о российском обществе: в условиях всеобщего доступа к информации и «свободе совести» «россиян» ничто не удерживает (кроме их психических проблем и нравственности) от разрешения настоящего духовного кризиса…

603.

Но для этого нужно, чтобы представители хоть одного сословия стали нравственнее брахманов: в России такое произошло и закончилось революциями начала XX века, в результате которых рухнули сословные барьеры между людьми. Но если представителям индийских сословий «жить» по-прежнему удобно, то брахманы и дальше будут «не замечать» стучащийся в их «двери» Язык Жизни.

604.

Будет рассмотрено нами в следующих разделах.

605.

Метемпсихоз (от греческого metempsychosis — переселение душ), религиозно-мифологическое представление о перевоплощении души после смерти тела в новое тело какого-либо растения, животного, человека, божества. Характерно для индийских религий, для орфиков и пифагореизма в Древней Греции.

606.

Но то же самое и в индуизме на базе мифа о жертвопринесении Пуруши: не оттуда ли черпали свою «мудрость» Платон с Аристотелем?

607.

В индуизме это — брахманы, «созданные из губ Пуруши».

608.

В индуизме это — кштарии и вайшьи, «созданные из рук и бёдерПуруши».

609.

В индуизме это — шудры, «созданные из ступней Пуруши».

610.

Это сокровенный удел Бога.

611.

В индуизме — брахманы.

612.

В индуизме — кштарии и вайшьи.

613.

В индуизме — вайши и шудры.

614.

В индуизме — то же самое.

615.

В действительности и то и другое — является прежде всего порождением субъективизма развития самих людей; а уже затем — объективными обстоятельствами жизни, которые достались по наследству от порочности предыдущих поколений.

616.

Из чего вполне могла возникнуть мировоззренческая платформа абстрактного гуманизма — существо которого на поверку оказывается обыкновенным расизмом в красивой религиозной или идейно-«демократической» упаковке.

617.

Нельзя было не заметить многовековую устойчивость индуистского расизма.

618.

Мы подробно разбирали внутреннюю подоплёку новозаветных заповедей якобы Христа в Третьей книге курса.

619.

Подход ко всем явлениям, предстающим верующим-догматам в явлениях Языка Жизни такой, что верующие следуют стандартным нормам «канонов» (дхарм), отвечая на явления Языка Жизни как на внешний раздражитель, который как-то обязательно классифицирован в «канонах» и имеется «канонический» ответ на его проявление (если нет в «канонах», то выясняют его значение у гуру). Ясно, что при таком подходе психика верующего замкнута на «каноны» и на эгрегор веры, а поступательное духовное развитие остановлено «круговертью» возвращений из настоящего (представленного Языком Жизни) в прошлое, представленного «канонами». Методология самостоятельного (с Божией помощью) познания мира недоступна при догматическом подходе к явлениям Языка Жизни.

620.

Подробнее этот важный аспект религиозной «философии» индуизма мы рассмотрим позже.

621.

Об этом мы уже писали несколько выше.

622.

И усвоенная как истина некоторыми западниками и даже россиянами: какая нравственность, такое и понимание справедливости. Но это основа расизма.

623.

Смысл бескровных жертвоприношений по отношению к кровавым не меняется и описан нами выше.

624.

Если объединить «христианский» алтарь с исламским пятикратным намазом — то получится индусское «домашнее богослужение». Как видите, всё, что было когда-то ново — на поверку оказывается старыми восточными традициями.

625.

В «христианстве» — иконостас.

626.

Что весьма содержательно символично…

627.

Опять таки: если объединить «христианскую» «святую воду» и исламские молитвенные ковры — то получится классический индуизм.

628.

То есть, дом превращается не один раз на дню в минихрам: в «христианстве» в храмах совершаются подобные движения и ритуалы под чтение молитв.

629.

Мы подробно разбирали их в Книге 3 «Религиозная система библейского христианства».

630.

Карму иначе называют «универсальным законом нравственного воздаяния».

631.

Подробнее этот вопрос мы рассмотрим позже.

632.

«Из всех таинств Крещение является самым необходимым. Оно служит дверью в Церковь Христову: только принявший Крещение человек может стать членом Церкви, и потому Крещение называется еще «духовным рождением»» — учит православная церковь.

633.

Как видите, в индуизме существуют религиозные привилегии, чего нет в «христианстве»: во всяком случае в «христианских» канонах все верующие перед церковью равны, что, конечно же, не означает реально существующего равенства верующих. Например, к материально имущим и поддерживающим церковь — отношение лучше, чем к «бедной» пастве. Но формально-канонически все «христиане» равны перед церковью.

634.

Учитывая, что индуизм (и вообще ведический Восток) мог оказать в древности большое влияние на становление западной библейской культуры, можно предположить, что «христианская» «Святая Троица» организована как прообраз индусской верховной троицы пантеона. Но при этом не надо забывать и зороастризм, из которого могло быть взято понятия «Святого Духа» (о чём мы говорили в предыдущей главе). Это вполне вероятно, поскольку в период становления «христианства» толпа привыкла во-первых, к пантеону богов, и во-вторых, была увлечена восточными культурами. Кроме этого, известно, что в религиозных культурах «арийского» «корня» число «три» было сакральным (возведённым в святость) — поэтому библейская «троица» могла стать и данью стереотипам древней сакрализации.

635.

В зороастризме аналогом «Священного шнура» является пояс кушти, надевание которого у парсов также знаменует инициацию в религиозную систему. А надевший пояс, также как и в индуизме считается «вновь рождённым» — ноузад (см. первую главу Пятой книги «Религиозная система зороастризма»).

636.

В зороастризме похоронный обряд несколько иной, но он тоже символизирует «пренебрежение» к материальной оболочке души (по отношению к духовной компоненте): в зороастризме тела умерших выставляли на съедение птицам в погребальных башнях (у парсов — дахмы).

637.

Как естественная философская основа самоуправления людей, данная Свыше в ощущениях как Объективная реальность.

638.

Которая была заторможена «христианством» (V–XV вв. н. э.) но стала бурно развиваться с началом периода Возрождения.

639.

Но Запад мощнее материально-технически.

640.

В то время как западные высшие сословия привыкли передавать по наследству материальные «богатства» и навыки их стяжания за счёт ухудшения жизни других людей.

641.

Поэтому «мировая закулиса», перенося в «христианство» многие традиции с Востока не посмела скопировать восточный обряд погребения, который основан на уничтожении тела покойника. Ведь западная культура началась в Древней Греции, для людей которой материальное много значило и при переходе от греко-римского политеизма к «христианству» решили «бережно» относиться к телу покойников, аккуратно хороня из в земле. В то время как отступников от веры часто сжигали на кострах по древней традиции Востока. Так «мировая закулиса» «посмеивалась» над примитивным (по отношению к многозначному и магически могучему Востоку) библейским порядком — но сама зачастую оставалась в восточных традициях погребения своих покойников. Некоторые наместные периферии глобального знахарства предпочитали сжигать своих покойников в огне, а затем рассеивать пепел по ветру над водой.

642.

Результат многовековой магической практики, навыки которой передаются лишь по сословно-родовому наследству. Поэтому «догнать» духовных иерархов Востока западному обывателю не представляется посильным.

643.

В идеале это религия осознанной веры Богу.

644.

Первооснова исследований религиозных систем с позиции Божией Миры должна заключаться в проверке первых на критерий социальной справедливости.

645.

Как получится: как прошла жизнь — так и «хорошо».

646.

В добавок к расизму и жестокости (обращение как с жертвенными скотами) в отношении представителей других религий и даже единоверцев другой национальности.

647.

На Западе — почти тоже самое, только геноцид осуществляется на духовными, а материальными средствами. Одни люди лишают других материальной возможности жить по-человечески. Но при этом и сами не живут по-человечески, деградируя в материальной роскоши вплоть до потери смысла жизни.

648.

Эта восточная традиция стала достоянием «христианской» культуры, в которой принято регулярно оплакивать покойников на кладбищах, рыдая на могилах давно и недавно умерших. Убиваясь по ушедшим из жизни родным и близким (такая вот печальная форма дани памяти) — люди молчаливо и бессознательно стремятся поскорее объединиться с покойниками, пренебрегая мирской жизнью и обязанностями перед следующими поколениями. В лучшем случае они просто надолго портят себе настроение, возбуждая в психике цепочки печальных переживаний. Не случайно в русском языке понятия, связанные с кладбищенской памятью о покойниках сводятся к формулировке «убиваться по усопшему» — что равнозначно восточному ритуальному самоубийству.

Но такая печальная кладбищенская культура пришла на Русь после крещения: Русское язычество учило людей традициям весёлых проводов на тот свет и весёлым воспоминаниям о предках, переживать о гибели которых, убиваясь за их жизнь — не было надобности. Но уважать и поддерживать пожилых людей до их естественной смерти было в порядке вещей в Русской цивилизации. Библейская культура — кладбищенская культура — во всех смыслах этого понятия.

649.

Интересно, на кого такая религиозная фанатка оставляет своих детей?

650.

Не отсюда ли — из глубокой восточной древности — в традиционном исламе принято «жертвенное» отношение к женщине (в смысле, что женщина должна жертвовать своими интересами и даже свободой в пользу мужских интересов), которая должна во всём покоряться мужчине? Мало того, основы такого религиозного перекоса в пользу мужчин вошли в Коран — возможно, как дань времени развития восточной цивилизации для предотвращения непомерного влияния на управление цивилизацией женской интуиции. Но возможны и перегибы, связанные с древними восточными стереотипами взаимоотношений полов, обоснованные восточным религиозным мировоззрением. Как бы то ни было, но коранические рекомендации о некотором неравноправии женщин по отношению к мужчинам стали основой серьёзных субъективных перекосов исторически сложившегося ислама.

В этом отношении характерен современный анекдот:

В Афганистане только что закончилась война. Кругом разруха, переселенцы, остатки боевой техники…

По пыльной дороге идёт пара: муж и жена. Жена гордо шагает налегке впереди мужа, а муж плетётся сзади неё, неся весь семейный скарб и сгибаясь под его тяжестью.

Входят в город. Проходят мимо старейшин. Один из старейшин окликает мужчину:

— Слушай, дорогой! У нас так не положено. Ещё со времён пророка Мухаммада заведено, что жена должна нести всю семейную ношу и смиренно следовать за мужем…

— Знаю, знаю — ответил мужчина — только во времена Мухаммада не было минных полей.

Но в то же время, как мы уже знаем, женщины в обществе с «господством» нечеловечных типов психики интуитивно «умнее» мужчин. И это своё преимущество они используют, аккуратно давая мужчине «мудрые» советы, которые зачастую подтверждаются на правильность временем. Поэтому свои интересы женщины всё-таки проводят через мужскую половину, но не «проламываясь» через выставленные барьеры религиозного и социального неравенства, а — предоставляя мужчинам убедиться на практике в своей «мудрости» и «дальновидности».

651.

Вообще же восточный расизм, имея религиозную и социальную мотивацию, в некоторых странах Востока побуждает стариков искусственно прерывать свою жизнь — когда они почувствуют свою социальную «ненужность». Некоторые восточные обычаи побуждают таких пожилых людей на самоубийство ради того, чтобы «не стать обузой младшим поколениям». Конечно же такой поступок обосновывается религиозными «привилегиями». Это ли не внутрисоциальный расизм, вполне сопоставимый по существу с фашизмом?

652.

Это — лозунг атеизма (отрицания Бога): Жизнь даёт людям Бог не для того, чтобы они искали смерти, а для того, чтобы праведно жили. Считая Жизнь иллюзией — люди отрицают Бога — его Жизненный дар. Прижизненный пессимизм, который свойственен большинству людей современной глобальной цивилизации — внешний признак атеизма — так выражаются психологические и нравственные недостатки людей, которые бессознательно ожидают своего «освобождения» смертью, не желая творчески участвовать в обустройстве того мира, в котором Бог им дал Жизнь.

Почти поголовноепьянство мужчин и нарастающее пьянство женщин в библейской цивилизации — разновидность самоликвидации — отрицание продолжения полноценной Жизни и бессознательный поиск «освобождения» смертью. Как мы уже знаем, это признак трусости перед Жизнью, а значит и конфликт с Богом. Это признак серьёзных нарушений психического и нравственного развития — вследствие воздействия на людей библейской культуры с её древней восточной основой алгоритмики «спасительной» самоликвидации. Не случайно в библейской культуре принято говорить о покойнике — «отмучился».

653.

Что общепринято в «христианстве».

654.

Название города, который символизирует мировое паломничество, связанное с купанием — указывает на единство мировоззренческих платформ исторического ислама, «христианства» и восточных ведических религий.

655.

Несмотря на то, что вода в январе-феврале (когда наступает время паломничества) прохладная, в 1995 году в нём приняло участие около 20 млн. религиозных фанатов, что было отмечено в «Книге рекордов Гиннеса».

656.

Восточный цикл «Зодиака».

657.

У мусульман подобным сакральным религиозным смыслом наделена мекканская Кааба.

658.

Что возможно было скопировано в иудаизм.

659.

Не случайно в индуизме существует жертвоприношение сати, в котором вместо скота свою и мужнюю карму «исправляет» человек.

660.

А если считать иудаизм мировой религией (как это делаем мы), то иудаизм — тоже имеет «священническую» верхушку паразитов-надсмотрщиков.

661.

Мечта «мировой закулисы» — выведение породы рабов, которые не имели бы никаких желаний.

662.

В течении «жизни вселенной», которой индусы определяют время согласно индуистской космогонии.

663.

Знание — это не нравственность. Можно обрести сколь угодно глубокие знания, но остаться злонравным в душе. Нравственные же критерии в индуизме сведены к законам — дхарме — но и в них можно найти лишь готовые рекомендации, как надо себя вести в определённых условиях, разграниченные по сословно-кастовому признаку.

664.

Суть индуистской кармы весьма далека от расхожего европейского её понимания — как предопределения «свыше», которое человек не властен изменить. В понимании европейцев (основанным в свою очередь на мировоззрении библейского дуализма, в котором рай и ад существуют, но не имеется сансары — круга перевоплощений душ) — индусской карме соответствует судьба.

Судьбу же определяет Бог, от которого «христиане» огородились церковными «дхармами» (законами), предписывающими пастве покорность церкви (так церковь вмешивается в судьбу людей) — за что обещается «райское блаженство». В индуизме же карму человек себе формирует сам своей жизнью и этим самым определяет свою судьбу: только не в настоящей жизни, а в следующей. А принцип кармы (закона) записан в «канонах» и является неизменным.

665.

Принцип посмертной «справедливости».

666.

Мы упоминали значение «благородных писцов», в Четвёртой книге, когда разбирали тему «Религиозная система исторического ислама и культура Корана». В Коране многократно упомянуты «благородные писцы», которые приставлены к каждому человеку. Мы сделали вывод:

Именно мысли, приобретённые душой, и представляют особую ценность для «писцов-наблюдателей». Короче говоря, все мысли всех людей от рождения и до смерти записываются в определённом месте и оказываются доступными Богу в любое время, в том числе и в тот день, который назван Судным. Таким образом перед Богом предстаёт вся земная жизнь души не по рассказам «очевидцев» и не со «слов» самой души — а в чистоте записи самых сокровенных мыслей этой души. Именно поэтому скрыть свои помыслы от Бога в земной жизни невозможно.

667.

Прекращением рода либо преодолением причин «неприятностей».

668.

Индуистское «добро» и «зло» и объективное Добро и Зло не равны. Однако, в некоторых аспектах любой религиозной системы они совпадают: например многие религии учат, что убивать плохо: это плохо объективно и тому подобное. Поэтому древние «философы»-индуисты могли наблюдать за примерами нравственного воздаяния объективного Зла и перенести его на всю систему своих субъективных религиозных «ценностей» и представлений.

669.

Обратив, наконец-то внимание на Язык Жизни и сделав правильные выводы. Выводы должны основываться на том, что зло исходит от самих «пострадавших» (от их нравственных критериев отношения к жизни), а не от каких-либо посторонних «злых» людей.

670.

Несмотря на то, что эти «несчастья» и являются Языком Жизни, на котором Бог предлагает из поколения в поколение невнимательным родам и семьям (сословиям и кастам, кланам и племенам…) пересмотреть свои нравственные ориентиры социального характера. Но семьи и кланы, отвернувшись от Бога (от Языка Жизни, на котором Бог разговаривает), упорно воспроизводят свою генетическую духовность и культуру — выбирая тем самым наихудший путь в своей судьбе. Кроме того и судьба-то предлагается Свыше с учётом эгрегорилальных и психических особенностей людей, чтобы их духовный потенциал соответствовал «нагрузке» Свыше, которая должна быть всегда возможна к исполнению. Однако в каждой судьбе всегда есть путь, выбрав который человек сможет преодолеть всё злое эгрегориальное наследие, но для этого нужна запредельная воля и сильный интеллект, чтобы понять, что в нравственных критериях надо изменять.

671.

Хотя любые (даже самые мелкие и малозаметные) «неприятности» нравственного характера ничем не менее важны. Они даны в Языке Жизни для переосмысления своих прежних поступков, убеждений (в первую очередь религиозных) и намерений на будущее. Бог — лучший гуру и к нему надо прислушиваться, как слушают земных гуру люди Востока.

672.

Поскольку они в ответе за весь социальный порядок больше, чем низшие сословия.

673.

Некоторые течения индуизма, конечно пытались оспаривать социальное обустройства, но они становились изгоями, сектами и были мелкими по сравнению с огромной индусской цивилизацией, основанной на карме, сансаре и мокше.

674.

Культ предков в индуизме один из главных.

675.

Мы их подробно рассмотрим в следующем разделе.

676.

Миропорядка сословно-кастового рабства.

677.

Так индуистские «каноны» подменяют людям судьбу.

678.

«Цель жизни» под названием «дхарма» это религиозное обоснование жизни подходит всем сословиям индусов, но дхарма у каждого сословия своя.

679.

О чём мы и говорили чуть выше.

680.

«Цель жизни» под названием «артха» это социальное обоснование обязанностей «элиты» — больше всего подходит второму после «жрецов» сословию царей и высшей «элиты».

681.

То есть на этом держится социальный порядок индусской «справедливости».

682.

Эта «цель жизни» — дань животному типу строя психики древних индусов и «основному инстинкту», который был возведён в божественный ритуал лингама и йони. Согласитесь, что поклоняться половым органам могут только люди в «животном» типе психики.

683.

«Законы Ману», М. 1960 г.

684.

Иными словами, степень «светлости» определяется степенью «зомбированности» религиозной системой: чем личность психически приверженнее тем «зомбирующим» качествам, что описаны в стихе 31 — тем она более «светлая», и наоборот.

685.

Видимо это — наблюдения за типом строя психики «зомби», поскольку качества «благости», описанные в стихе 31 — признаки глубоко «зомбированной» психики (цель культуры индуизма). А всё остальное можно отнести к «животному» типу психики (кроме «предприимчивости», которая названа первой в стихе 32 и свойственна «демонам»: «демонизм» тоже не поощрялся в индуизме, поскольку «демоническим» строем психики могли обладать лишь высшие брахманы).

686.

«Троякий вид перерождений» — религиозные стимулы (стимулы восточной «справедливости»), составляющие индуистский смысл жизни: чем более личность психически соответствует «зомби» — тем больше у её души шансов воплотиться в следующей жизни в «благодатное» тело.

687.

Дальнейший текст представляет собой конкретизацию индуистской доктрины посмертной «справедливости».

688.

Что-то вроде адских мук, которые заканчиваются муками перерождения.

689.

Пугало для отступников от порядка из высшего сословия.

690.

В такой «классификации» есть лишь одна польза: людям указывают на их пороки, наглядно сравнивая с животными (в основном), что несколько помогает преодолевать «животный» тип психики: некоторые «животные» инстинкты. Однако нацелена эта пугающая «классификация» на избавление психики от доминирования в ней тех «животных» проблем (условных и безусловных инстинктов), которые не позволяют создать цивилизацию безусловных «зомби» — но не более того.

691.

Здесь понятие «демон» добавлено редакторами и представляет собой «злого духа», духа преисподней.

Но в принципе общение с представителем другого сословия, а тем более связь с женой представителя другого сословия на эгрегориальном и культурном уровне обеспечивает доступ к «запретной» для данного сословия информации — что ставит нарушителя «вне законов» своего сословия, поэтому его можно назвать «демоном»-нарушителем.

692.

Нарушения, не касающиеся преодоления порога межсословных знаний караются не слишком жестоко.

693.

Очень похоже на библейские описания адских мук: ведь с восточных заблуждений и списаны библейские страдания в аду.

694.

Чтобы люди думали, что их рабский удел — следствие их личной греховности в предыдущих жизнях (что накладывает на психику пожизненное непреодолимое чувство вины на самого себя, которое мешает выбраться из под гнёта безволия и зомбирующей культуры), а не следствие неправедности устройства жизни в земном мире.

695.

Это породило ещё одно индийское сословие, стоящее в иерархии после «бесправных» шудр — сословие «маленьких (либо лишних) людей», которые не учтены в государственном перечне и живут в сточных канавах по обочинам дорог, питаясь как животные.

696.

Конечно это утверждение было справедливо до момента изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени.

697.

Вплоть до времени торжества западной технократии.

698.

Третий-четвёртый приоритеты слабее третьего-первого.

699.

Скорее всего поэтому принцип сансары (многократных перевоплощений как посмертного воздаяния) был отброшен составителями «христианских» канонов, но посмертное воздаяние вошло в «христианство» как доктрина рая и ада.

700.

Поэтому всё, культурное наследие, с которым мы имеем дело (в том числе и труды Е.Писаревой) — российская и западная трактовка восточных учений.

701.

Понимание «Закона кармы» Е.Писаревой — действительно «разумное обоснование справедливости», а не объективная Справедливость, исходящая от Бога Единого. «Разумное обоснование» это — логическое объяснение с позиции «демона»-атеиста, стоящего на позиции мировоззренческой основы индуизма. Но в то же время, это «разумное обоснование» — весьма красиво и привлекательно, и в некоторых фрагментах точно выражает отдельные аспекты бытия.

702.

Это действительно так: в мире эгрегоров каждая причина (мысль) вызывает соответствующие последствия духовного и материального характера. Но сравнение с физической природой — неверно: одно и то же явление может вызывать разные последствия в том случае, если люди не останавливают искусственно свой духовный прогресс. То сравнение, которое привела Е.Писарева говорит о её приверженности закону «Космической универсальности», который люди ограниченно понимают как обязательное соответствие явления — его последствиям и наоборот. Но этим самым люди ограничивают как свои возможности развития, так и Божий Промысел — «Законами познания» — «разумным обоснованием» которых является работа Е.Писаревой.

Дело в том, что явления, которые наблюдают люди, есть Язык Жизни, на котором Бог разговаривает с каждым персонально (в первую очередь) и со всеми людьми (в совокупном понимании каждым из них Языка Жизни). Утверждая, что каждому явлению строго соответствует одно и то же последствие — Е.Писарева расписывается в своей приверженности к догматическому подходу к религиозным исследованиям. Ведь именно в догматизированном сознании возможно отождествлять явление и его последствия — тождества и религиозные параллели которых заранее прописаны в «канонах», либо обретают своё толкование у «священников», гуру. Но такой подход устраняет людей от общения с Богом через Язык Жизни и призывает следовать «каноническим» отождествлениям.

703.

На этой (выделенной жирным) «философской» основе выстроены многие рассуждения атеистов-мистиков. Они объединяют в единое целое управление Вселенной и самоуправление людей в пределах земных сфер — приписывая людям какое-либо влияние на жизнь Вселенной. Но если бы на жизнь Вселенной (а Вселенных много: и на них тоже?) оказывали бы влияние мысли и действия (в общем — карма) психически несовершенных людей, то вряд ли гармония Вселенной продержалась бы сколько-нибудь. Ведь если допустить во Вселенной такой же «хаос» управления, как на Земле, то там действительно начнутся «звёздные войны», которые показывают в фантастических фильмах Запада.

Нечеловеческий разум Свыше не допущен к влиянию на жизнь Вселенной. А приписывание людям такого влияния — характерно для восточных теорий, которыми стали увлекаться «демонические» личности. Именно поэтому в их теориях принято считать недочеловека «частицей космического разума». Недочеловек — частица мирового разума — выпускать которого в Космос весьма опасно. Отождествление космического и мирового разумов в религиозных системах Востока — богохульство либо атеизм.

704.

В принципе этот тезис верный. Именно потому кармическая теория и является столь привлекательной для тех, кто не учитывает в своих «разумных обоснованиях справедливости» вопросов социальной справедливости.

705.

Не следует искать цепь перевоплощений души: преемственность поколений — куда ближе и приземлённее. Но поиск мистической цепи кармических перевоплощений позволяет уходить от личной социальной ответственности в настоящей жизни — что очень удобно для духовного успокоения несовершенной психики людей.

706.

Это тезис в отрыве от общего контекста — тоже в общем-то верный.

707.

А в этом утверждении — суть восточного демонического равнодушия (спокойствия) к своим и чужим социальным и психическим проблемам. Причём такое равнодушие обосновано во-первых, прошлой кармой (которая определяет текущую жизнь и поэтому последнюю якобы не изменить); и во-вторых, необходимостью изменять карму для будущей жизни (и поэтому настоящую, текущую жизнь не изменить, как бы того хотелось). Остаётся всем спокойно страдать и ждать будущей жизни, надеясь, что изменение кармы принесёт желанные плоды.

708.

Рабовладелец будет в целом доволен таким мировоззрением раба.

709.

Но не над изменением своей жизни и жизни общества.

710.

Самые главные ограничения — ограничения культуры, в которой вырос человек. И индуизм с его многочисленными догматами и сословным устройством — не исключение.

711.

Это в общем-то верно, если под кармой понимать мысли и действия предыдущих поколений людей.

712.

Всё это верно, только о характере «довольства» и «страдания» нужно говорить в контексте социальной справедливости, а не в контексте восточного понимания этих терминов.

713.

В индуизме это так. Но Господином над судьбой человека является в первую очередь Бог, Который предлагает душе посильную для неё судьбу, исходя из известных Ему критериев необходимости, а уже затем — сам человек следует своей судьбе в той или иной мере. В индуизме же человек якобы в идеале сам распоряжается своей судьбой — что является признаком атеизма — отрицания Божиего Промысла, обязательного для всех людей.

714.

По существу это стремление к независимости от Бога, поскольку «кармические» (в восточном понимании) «неприятности», от которых пытаются уйти люди с помощью «канонических» рекомендаций и духовных практик — это уклонение от правильного понимания Языка Жизни.

715.

Образец высказывания, которое отождествляет «Жизнь Бога» (откуда она известна человеку?) и жизнь недочеловека. Отождествление производится на базе «познания истины», в результате которого якобы происходит выражение «Жизни Бога».

716.

Это в общем-то верно, если под кармой понимать Язык Жизни, а не восточные догматы, которые объясняют пастве любые проявления кармы.

717.

Опять та же проблема: высказывание верно, но «Воля Бога» для всех религий это следование «каноническим» рекомендациям, а посему согласование деятельности людей происходит с церквями и «канонами», а не с Богом. Поэтому «выход из-под власти Кармы», который обещают на Востоке — это избавление от влияния «Языка Жизни» и полное подчинение «каноническим» и эгрегориальным «законам» религии.

718.

Это в принципе верно. Чем и привлекательны восточные учения для людей с типами психики от «животного» до «демонического»: эти учения многое говорят верно, но способствуют уклонению людей от правильного (неканонического) понимание Божией Воли. К тому же вопреки декларации, индуизм — эгоистичная, даже эгоцентричная религия.

719.

В следующем абзаце автором даётся восточное понимание «разных» путей «постижения истины», которые отражают социальное неравенство в восточных и западных иерархиях. А поскольку автор поддерживает такой подход, значит и она сама — сторонник толпо»-элитаризма», чего Бог Всевышний никак поддерживать не может.

720.

Иначе говоря, управленческое «меньшинство» («жреческая» верхушка) имеет «право» на мудрость (на «философию»), а остальным — «религиозное чувство», или по-западному, догматы и «каноны».

721.

Религиозный идеал пока ещё никогда в истории не совпадал с правильным пониманием Божиего Промысла. Всегда получался церковный идеал-эгрегор. А из мудрецов уже не раз делали «Богочеловеков» — в поддержке чего и расписалась Е.Писарева.

722.

На Востоке, в отличие от Запада привыкли не логически выводить что-то мудрое, а «видеть» его. То есть, познавать на базе многолетних духовных практик, либо интуитивно ощущать, убеждаясь на практике в действии чего-то «увиденного».

723.

Онтология (от греческого ontos — сущее и…логия) — раздел философии, учение о бытии (в отличие от гносеологии — учения о познании), в котором исследуются всеобщие основы, принципы бытия, его структура и закономерности.

724.

С-Пб. «Азбука-классика» «Петербургское Востоковедение», 2005 г.

725.

Метафизика (от греческого meta ta physika — после физики) — философское учение о сверхчувственных (недоступных опыту) принципах бытия.

726.

Что понимается как «единое космическое начало» или Бог.

727.

Очень удобно объяснять людям, почему они в этой жизни обязаны послушно трудиться там-то и там-то на того-то и для чего-то: всё дело в карме, которую они приобрели своим действием в прошлой жизни и поэтому страдают в этой. То есть, страдания этой жизни можно было исправить лишь в предыдущей, а, чтобы не страдать в будущей жизни, нужно заботиться о карме, а не о социальной справедливости в настоящей жизни. Места для заботы о настоящем не остаётся.

728.

Процесс возникновения доктрины посмертного воздаяния мы рассмотрели в предыдущей Главе настоящей книги.

729.

Имитация практических реакций личности на Язык Жизни на Востоке: в практическом упражнении личностью как бы достигается психологическая «согласованность» с Богом.

730.

Западному обывателю оказалось достаточно стимулирующих рассказов про рай и ад и некоторой примитивной коллективной мистики, которую практиковала церковь. Но при этом надо не забывать, что католическая церковь вынуждена была прибегать к инквизиции, поскольку далеко не все ей поверили: не было разработано психологических практик, близких к методикам персонального эгрегориального «зомбирования» обывателя: всех мели («имели») под одну религиозную «метлу», не отличающуюся разнообразием личностных психических стандартов (в том числе и типов стоя психики: не все же были в «животном» типе). В индуизме же таких практик, которые учитывают персональные психические наклонности людей, полно.

731.

Поэтому и «космический универсум» (в действительности эгрегоры) — в мировоззрении индусов неизменен и практически подтверждён эгрегориальным обеспечением психического управления.

732.

Как видите, начиная от Индии и дальше на Восток — одни и те же иллюзии, на которых было основано мучительное существование сословно-кастовых цивилизаций до тех пор, пока западная технократия не начала их «разъедать» техническим прогрессом.

733.

Как нашла цитируемая нами выше Е.Писарева.

734.

А для имитации освобождения от этого чувства придуманы многочисленные практики, мировоззренческой основой которых является учение о карме и сансаре.

735.

Которые по существу мало чем отличаются от рассмотренных нами в Третьей книге курса таинств «христианской» церкви. Разве что традиции и алгоритмика несколько разная.

736.

Читай — с эгрегором личностного бога.

737.

Но все эти восточные названия соответствуют психическим состояниям, известным по восточным прижизненным практикам. Выходит, что по этим состояниям (как результатам практик) можно узнать, насколько близко находится индус к «освобождению» уже в этой жизни? В таком понимании «освобождения» достигает та душа, которая лучше всего освоила восточные практики, соответствующие ощущениям «свободы».

738.

Иначе говоря, в практическом (в большей мере) познании своих «сверхвозможностей» — физиологических и психологических.

739.

Подходит под определение эгрегора, управляющего психикой людей.

740.

Представлены как диктующие чего-либо.

741.

Но через эмоции, чувства, мысли и интуицию может разговаривать Бог: только бесчувственный человек не услышит и проигнорирует это. Однако, индуизм учит игнорированию всего, что стандартно не укладывается в религиозные отношения практикующего под контролем учителя (как правило) индуса. Лишь в этом случае «посторонние» мысли, эмоции, чувства отбрасываются, а психика замыкается на атман-эгрегор в индусской «чистоте» религиозных практик.

742.

Иначе говоря, атман отождествляется с Богом.

743.

В первой Книге Учебного пособия мы давали определение религии как «связи», которая может связывать людей с Богом, а может — с эгрегорами. В индуизме (как и во всех рассмотренных нами религиозных системах) это связь с управляющими психикой эгрегорами.

744.

Русский язык часто бывает очень содержательно точным. Тем более, что есть понятие Кощеево иго…

745.

Но и английское понимание слова йога не уступает русскому, и даже точнее в некоторых смыслах. В словаре англо-русского языка на слово yoke можно прочесть следующие русские смыслы: ярмо; иго, рабство; примириться с поражением (остаётся добавить: в попытке познания Божиего Промысла и обустройства земной жизни в соответствие с ним).

746.

Читай — с главным эгрегором индуизма.

747.

Скорее всего надо понимать — эгрегориальные культы, основанные на частных эгрегорах богов, входящих в общую эгрегориальную иерархию индуизма.

748.

Интеллектуального, духовного видения. Интеллект восточного человека направлен не на логическое понимание и логические умозаключения (как на Западе), а на «логику», алгоритмику «внутреннего видения». Если на Западе занимаются познанием и самопознанием тем, что уровень сознания постепенно «заполняют» интеллектуальными «разработками», то на Востоке уровень сознания аккуратно «расширяют» методом непосредственного вхождения в коллективное бессознательное и через это осваивают «непознанное». На Западе уровень сознания в основном заполняют результатами исследований материи; а на Востоке уровень сознания расширяют своими личными наблюдениями, соотносимыми со своими личными ощущениями. Поэтому если на Западе нет динамики технического прогресса, то процесс заполнения сознания приостанавливается. А на Востоке, процесс заполнения сознания приостанавливается, если нет духовного прогресса. Духовный прогресс на Востоке остановился на стадии формирования классического индуизма в V веке н. э. Но имитацию духовного прогресса (в течении жизни) персонально для индусов совершают с помощью стандартных психологических практик.

749.

Теоретический фундамент йоги, который перестал культивироваться в XV в н. э.

750.

Такая теория вытекает из «космогонии» индуизма, в которой одной из главных является миф о Пуруше — первом человеке, которого боги принесли в жертву.

Что касается отождествления духовного с материальным, от чего, согласно индуизму, «развернулся космос» (произошёл мир) — то действительно мир был создан методом «отождествления» упорядоченного Духа Божиего с размеренной согласно этой упорядоченности материей. Упорядоченность выступает в качестве Миры — Предопределения. Но в «духовном» люди Востока Миру не выделяют как отдельную предельно обобщённую философскую категорию. Но учитывают её в понятии «духовное» — как «само собой разумение», недоступное разуму, но бессознательно постижимое с помощью духовного расширения сознания.

Иначе говоря, на Востоке Миру пытаются постичь с помощью духовных практик (изменения-расширения сознания). В то время как на Западе Миру пытаются освоить с помощью «измерения» и изменения материи (изменения-развития материи).

751.

Иначе говоря, индуисты богохульствуют (сами того не понимая), наводя на Бога напраслину, якобы сансару, в которой люди постоянно мучаются — создал Бог.

752.

То есть в индуизме духовное «всегда независимо» от иллюзорного материального. На Западе — в основном наоборот.

753.

Иначе говоря, страдания мира людей происходят от материализации духовного мира. А дематериализация — равносильна «освобождению».

754.

Полная изоляция от явлений Языка Жизни, вызывающих «неприятные» «волнения психики».

755.

Скорее всего это «личное духовное место» в общей эгрегориальной иерархии индуизма. В таком случае эгрегориальная иерархия индуизма выстроена таким образом, что индус, осваивающий восточные практики (что доступно представителям далеко не всех сословий и каст: для этого нужно достаточное количество свободного времени, а занятые в сфере материального производства люди низших сословий его не имеют, и поэтому довольствуются «стезёй религиозного чувства», в то время как высшие касты и разные отшельники постигают «стязю мудрости», «освобождаясь» от пракрити) — может подняться на вершину духовной иерархии индуизма (соединиться и личным «Богом» — пурушей), что считается его личным «освобождением» от сансары.

В этом отношении индуистская духовная иерархия выглядит «либеральнее» и этим самым привлекательнее библейской духовной иерархии: на вершину библейской можно попасть лишь по посвящению в определённый духовный сан, соответствующий церковной иерархии (в которой принято послушание перед высшими в миру) — в том случае, если иерархия сочтёт послушника «надёжным». А на вершину индуистской духовной иерархии можно попасть тоже по посвящению с помощью учителя (но жесткой вертикали иерархии послушаний в миру не имеется) по духовным способностям (а не по надёжности для иерархии). Хотя иерархическая «надёжность» всё равно обеспечивается на духовном уровне.

756.

Признание в атеизме. Бог, который «ни Творец и ни Промыслитель» это — не Бог, а духовное творение самих людей, то есть, эгрегор. Эгрегору и молятся индусы, не скрывая свой атеизм и не понимая даже, что в нём признаются. Для людей Востока важен духовный результат, выраженный в психических ощущениях — а понимание того, как этот результат достигается, для них второстепенно. Поэтому индусам всё рано, с Богом они объединяются, либо с «совершенным духом»: кто позволяет преодолеть сансару — тот и хорош.

757.

Первая стадия — стадия отбора претендентов на доступ к всесторонней эгрегориальной помощи предполагает согласие с основными тезисами «канонов» индуизма. Они (выраженные тезисы «канонов») несколько напоминают «христианские» заповеди. Вспомним, что в «христианстве» перед таинством крещения (то есть, прежде чем личность принимается в лоно церкви — под церковный эгрегор) принят ритуал «Оглашение веры», в ходе которого будущий «христианин» соглашается с основными тезисами и символом веры. В индуизме это всё несколько сложнее и дольше, поскольку духовность «христианства» примитивнее индуизма.

758.

В оригинальном тексте Е.Торчинова «Бог» написан с большой буквы. Но надо понимать, что это индусский «Бог», а не Всевышний Бог.

759.

Вторая стадия — догматическое изучение «священных» текстов, в ходе которого ученик глубже приобщается к духовности индуизма, соглашаясь с большинством его «канонов» и мифов, что способствует глубокому захвату его психики эгрегориальной алгоритмикой веры (твёрдой уверенности в том, что мир построен так, как написано в «канонах»), тесному объединению с эгрегором. В общем-то на этой стадии начинается глубокое нейро-лингвистическое «зомбирование» ученика.

760.

Третья и четвёртая стадии — присущи в основном восточным методикам эгрегориальной практики. Они соответствуют физиологическим упражнениям (позы, дыхание), которые помогают ученику достигать единства с эгрегориальными фрагментами, в которые он желает получить бессознательный доступ. Ясно, что в результате необычных поз (длительное неподвижное высиживание…) и ритмики дыхания (в смысле — необычности поз и дыхания по отношению к тому, что общепринято для обеспечения обычной жизнедеятельности людей) изменяется общая физиологическая и психическая «нормальная» деятельность организма: характер и алгоритмика обмена веществ, связанных с доступом кислорода к клеточным тканям и головному мозгу; алгоритмика процесса преобразования веществ (многочисленных химических реакций) связанных с окислением веществ и прочих. При этом изменяется «нормальное» снабжение клеток целым спектром жизнеобеспечивающих веществ и в первую очередь — клеток головного мозга.

761.

Пятая стадия — начало процесса вхождения в транс (отключение сознания с одновременным тесным сопряжением психики с соответствующей алгоритмикой эгрегора).

Слово «транс» происходит от латинского trans — сквозь, через, за, приставка, означающая — движущийся через какое-либо пространство, пересекающий его; расположение чего-то по ту сторону; обозначение или передачу через посредство чего-либо. Сама же йога это, как мы уже знаем, «связь», «сопряжение», «соединение». В общем, вхождение в состояния транса означает достижение «сопряжения» психики с соответствующим эгрегором — это цель йоги.

Ясно, что после физиологического обеспечения, нацеленного на отключение сознания (что иногда называется «расширением сознания») — начинается процесс постепенного отключения сознания и соединения психики с соответствующим практике фрагментом бессознательного. Но, как видно из последовательности (алгоритмики) предшествующей подготовки — без нарушения «нормальной» физиологии человека достижения транса невозможно. Физиологической тренировки в некоторых случаях — у особо одарённых последователей восточных школ йоги — не требуется. Поскольку после многих лет практик их психика оказывается «натренирована» так, что сама (без предварительных физиологических упражнений) способна запускать физиологические процессы (аналогичные процессам, которые соответствуют третьей и четвёртой стадиям) в организме — на «автомате».

Стадия «достижения бесстрастия» — соответствует началу отключения сознания, поскольку для индуса материальный мир это мир страстей (предметов чувств), избавление от которых сулит конец сансары. И этот мир страстей соответствует миру, который охватывает сознание.

762.

Шестая стадия — весьма интересна тем, что в ней присутствует «избранный объект». Ясно, что «избранный объект» — практический, культовый символ конкретного эгрегориального фрагмента (либо даже отдельного эгрегора, входящего в общую иерархию), который в дальнейшем (на седьмой и восьмой) стадиях йоги будет обеспечивать поддержку состояния транса. Этот «избранный объект» — своеобразный эгрегориальный «пароль», символ-образ, открывающий доступ к желанному эгрегору-фрагменту бессознательной эгрегориальной поддержки.

763.

Седьмая стадия — знаменует собой открытие «двери» эгрегора-фрагмента после правильно усвоенного и согласованного «пароля»: достижение единства-«гармонии» алгоритмики психики и эгрегориального фрагмента. Иначе говоря, это кульминация процесса полной настройки психики входящего на определённый фрагмент коллективного бессознательного. Понятие «медитация» — от латинского meditatio — размышление, умственное действие, цель которого — приведение психики человека в состояние углубленности и сосредоточенности; сопровождается телесной расслабленностью, отсутствием эмоциональных проявлений, отрешенностью от внешних объектов.

764.

Восьмая стадия интересна тем, что в ней даётся древнее восточное понимание психики. И это понимание «психики» очень важно: в религиозных системах Востока под психикой с глубокой древности понимается сознание, и то, что всплывает на уровень сознания объявляется «миром чувств и страстей» (миром сансарических иллюзий) своё же собственное бессознательное люди Востока считают «свободой» и поэтому обожествляют его. Так примитивно считали в глубокой древности, но традиции восточных практик мало изменились и, как видно из теоретического обоснования йоги — остались в настоящее время.

765.

«Истинная природа» — эгрегориальное и бессознательное «я» — чисто психические порождения людей. Похоже, что в индуизме люди разделены по духовным способностям на огромное количество «подэгрегоров», которые обозначаются как «собственное «я»». Всеми этими эгрегорами управляет примерно одинаковая алгоритмика, обеспечивающая вхождение в транс (имитацию «освобождения»). Своеобразный пароль-доступ в свой фрагмент коллективного бессознательного обеспечивает точное попадание в свою «духовную» нишу. В то же время, принадлежность той или иной духовной нише обретается посредством многих факторов: происхождения (в первую очередь принадлежности сословию, касте); рода занятий; религиозной направленности исповедания, стадии ученичества и пр. Поэтому попадание в ту или иную духовную нишу определяется социальными факторами — но иллюзия всеобщего равенства перед возможностью «освобождения» гарантируется потенциально одинаковой возможностью вхождения в религиозный транс всем, кто этого пожелает.

Соединение бессознательных уровней психики с наиболее «близким» по происхождению и воспитанию фрагментом коллективного бессознательного обеспечивает психологический комфорт — который принимается за «подлинное «я»». А помощь опытных учителей при обучении позволяет попадать именно туда, к чему ученик наиболее тяготеет по складу психики.

Этим самым восточные учения и практики индивидуально (обеспечивая личностную иллюзию свободы и иллюзию сохранения собственного «я», что особо ценится как «свобода») персонально замыкают порочный круг «психика людей — религиозные «каноны» — психические практики — религиозный эгрегор». То есть каждый индус поддерживает своей психикой «наиболее близкий» ему фрагмент общего коллективного бессознательного. И такое объединение духовной поддержки естественно обеспечивает наибольшую устойчивость всей духовной иерархии по принципу: «от каждого — по духовным способностям; каждому — часть его же духовного труда». Этот принцип (почти как в «коммунизме») обеспечивает имитацию соборности (каждый вкладывает в дело поддержки религиозной духовности самое лучшее — для неё, конечно) и получает от общих усилий (своего и предыдущих поколений) большие возможности (равнозначные «освобождению» по психическим ощущениям), чем он сам вложил. Чего же после этого можно спрашивать и индусов: у них уже почти «коммунизм» — только иллюзорный — «соборно-духовный» «коммунизм».

Именно индивидуальный подход к каждому ученику обеспечивает иллюзию духовного самосовершенства — конечной целью которой является иллюзия персонального освобождения: эгрегориальная имитация связи собственного «я» (бессознательных уровней психики) с божественным (фрагментом соответствующего эгрегора).

Надо отдать должное, что на Западе такого изощрённого индивидуального подхода не придумано. Там иллюзия персонального освобождения («справедливости») связана лишь с посмертным воздаянием. А при жизни эгрегориальные чудеса (объединение со сверхъестественным) представляют собой лишь слабые эпизоды. На Западе «коммунизма» если и ожидают, то после смерти.

766.

Гносис — от греческого gnosis, познание.

767.

Чакрами называются физиологические центры на теле человека, которыми обозначаются места концентрации различных «сверхвозможностей». Под сверхвозможностями понимается физиология организма разной направленности, выходящая за пределы «нормальной». Как мы уже говорили выше, транс достигается в первую очередь за счёт изменения «нормальной» физиологии организма — некоторым перераспределением «энергетики» («энергетика» — общепринятое название информационно-энергетического воздействия на выбранный объект) между центрами «концентрации», в первую очередь путём изменения обмена веществ, некоторого перераспределения их «потоков» и направленности.

Изменять «нормальный» обмен веществ можно как с помощью принятия разнообразных поз, изменения динамики дыхания, так и с помощью волевого перераспределения «потоков» направленности в соответствие с выбранной «точкой концентрации».

768.

Скрытой.

769.

Позы.

770.

Регулировка дыхания.

771.

В «христианстве» один из основных тезисов (вошедших в «заповеди Христа») — «Блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царство Божие» (Лука 6:20). То есть, «христианам» не положено прижизненное освоение духовных практик, а положено лишь послушание и кротость перед церковью. В «Царство Божие» они как бы попадают по своему послушанию после смерти. Но, как мы уже знаем из Третьей Книги курса, библейско-церковный Дух всё равно психически управляет «христианами» — даже если они психически и не чувствуют его сопровождение.

В индуизме всё гораздо «интереснее»: там возможно ощутить на себе постепенное «наполнение» духом (даже «объединение с личным богом») уже при жизни — которое ассоциируется с «освобождением». То есть, индуисту мало представлять посмертное «блаженство» (как это предложено «христианам»): индуисту необходимо его ощущать при жизни, что позволяют делать психологические практики. Но «блаженство» и в «христианстве» и в индуизме равняется наиболее полному объединению с религиозной системой.

772.

Иначе говоря, «умом восточные «философии» не понять: их нужно не только изучить, но и ощутить через практику того или иного психофизиологического проекта». То есть — практически проверить на себе. Но в полной мере это может проверить на себе лишь индус (либо генетический представитель другой восточной цивилизации, где культивируется спектр психопрактик), поскольку полноценный доступ в восточные эгрегоры (которые открывают людям практические восточные возможности), как представляется, обеспечен лишь коренным представителям цивилизаций Востока (и то не всем). Это — так, поскольку психологические навыки обретения полноценного контакта с эгрегором (с целью прохождения всех стадий йоги и достижения глубокого транса) невозможно обрести в процессе жизни одного, а может быть даже и нескольких поколений. Речь идёт не о примитивном вхождении в транс, а о трансовых состояниях, которые сопровождаются «чудесами» иллюзий.

773.

Абзац выделен форматированием нами.

774.

Далее автор рассматривает три уровня индийской религиозной «философии».

775.

То есть, «каноны», традиции, мифы.

776.

Точно выражен смысл йогических упражнений: на Западе под понятием «психотехники» обычно имеют в виду технологии работы с психикой объекта, которые приводят к ожидаемым результатам.

Но также известно, что достижение совершенства психотехник (равно как и генной инженерии) — предел мечтаний всех фашиствующих режимов, которые известны из мировой истории.

И ещё известно из нашего курса, что самый лучший «гуру», который может обеспечить правильный личностный путь прижизненных «психотехник» — Бог. А все остальные пути — имитация пути психологического совершенства.

777.

Точно сказано. Только между психотехническим уровнем и религиозной прагматикой есть некое шизофреническое несоответствие: религиозная прагматика обещает «освобождение» от сансары в лучшем случае в следующей жизни (либо в последующих за ней) как результат «правильного» кармического действия в предыдущих жизнях. Но вот, согласно практической психотехнике — «освобождение» достигается методом вхождения в транс уже в этой жизни. Это что, просто утешительная имитация состояния будущего «освобождения», которая возможно направлена на подтверждение практикой верности пути преодоление кармы? Но такая имитация как правило воспринимается по меньшей мере как «преодоление кармы». Как бы то ни было, но индусов устраивает имитация, а на некоторую шизофрению — расхождение между религиозной доктриной и религиозной практикой они не обращают внимание.

778.

Действительно, психотехнические практики, похоже, являлись методикой практического подтверждения верности религиозной доктрины и предметом «корректировки» последней в связи с выявленными новшествами.

Но как раз такая циклическая замкнутость религиозной доктрины на созданные на её же основе практики (с последующей многосотлетней взаимной «шлифовкой» и «притиркой») — обеспечивали устойчивость замкнутого круга индусской порочной религиозно-социальной «сансары».

779.

Какая религиозная доктрина, такая и теория, а, следовательно, и метапсихология направлена на обслуживание религиозно-теоретических «истин». В индуизме не только не предусмотрена психология человека с выходом на Человечный тип психики, но, наоборот — религиозная доктрина индуизма призвана останавливать развитие людей на типе психики «зомби» (особо наглядно достигается при глубоком трансе, когда психика субъекта сливается с эгрегориальной алгоритмикой в единое целое) разной «глубины» «зомбирования» (в основном соответствующей сословно-кастовому делению).

Кроме того, вершиной социальной практики, к которой должны приводить все объективно правильные «метапсихологии» — является общество социальной справедливости при господстве в нём Человечных типов психики. Но индийское общество являет собой как раз противоположный результат, выразившийся в социальной практике.

780.

Философская логика всегда вытекает из религиозной логики, а последняя — из «образа» Бога, или богов, их мифических «взаимоотношений» с людьми. Как это выглядит в индуизме, мы рассматривали в начале текущего раздела Книги.

781.

После исчезновения буддизма — по контексту.

782.

Школы, обучающие путям достижения мокши.

783.

Вспомним определение толпы, данное в первой Книге курса: толпа — собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету (вождей и преданий). Иначе говоря, индуизм — сугубо толпо-«элитарная» духовно-социальная модель существования недолюдков.

Принцип «философии», выраженный Е.Торчиновым в только что приведённом отрывке — антидиалектичен и методологически вреден (в смысле отсутствия в нём свободной от догм методологии познания Жизни). Именно поэтому европейцы никак не могут найти в индуизме «философскую специфику»: если не искать её в древних религиозных «канонах» — больше никакой «философской специфики» (науки о познании мира) в индуизме не имеется. Но зато есть целый спектр психотехнических практик, очень привлекательных, но не понятных европейцам. Именно их внутреннюю сущность европейские «философы» и принимают за особую «философскую диалектичность» «видения» индусов.

784.

Диалектика (способ познания Жизни) — способность правильно ставить вопросы и находить на них ответы, пользуясь помощью Бога, а значит и творчески, внимательно относясь к Языку Жизни.

Диалектика ни в коем случае не сводится к формально-логическим спорам — в том числе и между разнообразными школами, которые все без исключения представляют собой разновидности идеалистического атеизма.

785.

Хотя и буддизм не лучше: оба направления восточной религиозной мысли представляют собой разновидности идеалистического атеизма (лучше — атеистического идеализма), причём буддизм вообще отрицает Творца.

786.

Поскольку, будучи порождением древних восточных иллюзий, индийская «философия» повторяет из поколения в поколение прежние религиозные заблуждения, не развиваясь в соответствие с Языком Жизни.

787.

Имеется в виду «мудрое» содержание — восточная «мудрость» — на которой основана религиозная система. Мы разбирали её в разделе «Космогония индуизма» и далее.

788.

Действительно, Восток привык к «откровениям» и «демонстрациям». Запад же привык к осознаваемой логике — доказательствам и обоснованиям, которые логически убеждают.

Но ни Восток и ни Запад не обладают философией и диалектикой познания Жизни. Жизнь это Бог и тварное мироздание. Бога и Его Промысел невозможно познать как через призму восточных эгрегориальных практик, так и через формально-логическую западную «философию».

Бог даёт доказательство Своего бытия на веру, а не на разум. Оно носит по его существу нравственно-этический характер и состоит в том, что Всевышний отвечает молитве верующего Ему тем, что обстоятельства его жизни изменяются соответственно смыслу его молитв тем более ярко и явственно, чем более он сам нравственно праведен и отзывчив Богу, когда Бог обращается к нему персонально через его совесть, через других людей, через памятники культуры или как-то иначе на языке жизненных знамений. Бог всегда отвечает искренней осмысленной молитве: и даже если не происходит изменения жизненных обстоятельств в соответствии с её смыслом, то даётся тот или иной ответ на вопрос «почему?». В этом диалоге разум индивида только осмысляет даваемое Свыше, вводя его в систему миропонимания индивида, изменяя его нравственность и мировоззрение в направлении объективной праведности либо в направлении дальнейшего уклонения от неё.

789.

На которые и ссылаются европейцы, выискивая глубокие философские смыслы в схоластических комментариях к многочисленным спорам и выводам, родившимся в ходе споров восточных мудрецов между собой.

790.

Которую можно назвать «дьявольская логика», поскольку эта логика, целью которой является обоснование уже имеющихся убеждений, а не поиск Истины.

791.

Схоластика (от греческого scholastikos — школьный, ученый) — тип религиозной философии, характеризующийся соединением теологодогматических предпосылок с рационалистической методикой и интересом к формально-логическим проблемам; получила наибольшее развитие в Зап. Европе в Средние века.

792.

«Освобождение» — основная цель всей индуистской «философии».

793.

Попытки осмысления социальной справедливости и её понятого воплощения в обществе в индийской цивилизации были, но они являлись частностями на фоне подавляющей сословно-кастовой иерархии и её «бессмертной» религиозной основы.

794.

Такое неравноправное деление на варны — с упором на «арийское» происхождения — изначально было «рудиментом» становления древнего расизма. Чего уж тогда пенять монголам и европейцам, которые устанавливали в Индии свои силовые порядки… Одни рабовладельцы сменяли других.

795.

Именно знанию, а уже потом в некоторой мере — сословно-кастовому социальному устройству.

796.

Аскетами в принципе могли быть представители небрахманских варн, что нарушало монополию брахманов на «святость» в индуизме.

797.

Восточные предания, как мы всё больше убеждаемся, стали основой главного библейского мифа: у Христа (как очередного «пророка») — тоже было изначально почти столько же учеников.

798.

У «мировой закулисы» было много исторических претендентов на ведическом Востоке, прежде чем в V веке н. э. она осуществила канонизацию Нового Завета.

799.

Все джайны — и миряне и монахи — члены одной общины. Поскольку «освобождение от кармы» в джайнизме считалось возможным лишь для монахов-аскетов, мирянам рекомендовалось в течении некоторого времени вести монашеский образ жизни. Формально монахом мог стать любой джайн, но попасть в этот особый, высший слой в среде джайнов — означало полностью порвать с мирской жизнью. Чем ни «христианские» обычаи в среде монахов?

Основу общины джайнов всегда составляли миряне. Принадлежность к джайнской общине со временем, как то обычно бывает в рамках едва ли не любой этноконфессиональной общности, стала определяться рождением, так что суровый образ жизни членов джайнской общины становился привычным для каждого с детства. Чисто религиозных обязанностей у джайнов немного — они в основном сводятся к почитанию божеств, посещению храмов, принесению даров. Зато весомое, если не преобладающее место в жизни каждого джайна занимает работа над собой: здесь изучение священных текстов, и постоянная тренировка йогического типа, и жесткий самоконтроль с периодическими покаяниями за прегрешения.

Все члены общины обычно добровольно принимают на себя пять основных обетов: не причинять вреда живому (ахимса), не красть (астья), не прелюбодействовать (брахмачарья), не стяжать (апариграха), быть искренним и благочестивым в речах (сатья). К этим пяти нередко добавлялись дополнительные ограничения, порой и лично взятые на себя обеты, смысл которых всегда был однозначен: джайн ограничивал себя в жизненных удовольствиях и стремился к ужесточению обыденного распорядка. Один день в месяц джайны-миряне обычно проводят в условиях еще больших ограничений — так, как монахи-аскеты.

Вплоть до сегодняшнего дня джайны (их количество ныне исчисляется 2–3 миллионами, что не достигает и полупроцента от численности всего населения Индии) даже на фоне в основном склонной к вегетарианству и не отличающейся излишествами массы индуистов выделяются строго пуританским образом жизни. Живя практически замкнутыми эндогамными общинами, джайны всегда соблюдают принцип моногамии. У них множество ограничений в еде — не только не едят мяса, но и стараются не причинить вреда мелким животным, для чего не употребляют в пищу приготовленную вчера еду, в которую могли проникнуть живые существа. Джайны стремятся не причинять излишнего вреда и растениям — не едят клубней и корней, а также содержащих много семян плодов, не потребляют вина и пьют только кипяченую воду. Своих дочерей они обычно выдают замуж в очень юном возрасте, сразу же по их половом созревании, так как неоплодотворение обычно приравнивается к нарушению принципа ахимсы. Только в XX в. столь ранние браки были законодательно запрещены.

800.

Что и является идеалом толпо-«элитарной» системы.

801.

Последняя не кладёт «все яйца в одну корзину», основной из которых, как мы знаем, являются иудеи. Любая «пятая колонна», тем более «люди мира» для «мировой закулисы» является «дежурным» подручным материалом, к которому всегда можно обратиться через связи и финансы.

802.

Ещё раз следует напомнить, что индуизм в целом — «добрая» религиозная система для рабов — поэтому с началом захватнических периодов Индия «ложилась» то под одних, то под других завоевателей, оставаясь в целом под религией индуизма: хозяевам так было тоже удобно. А Бог не препятствовал «размыванию» одного зла другим.

803.

Весьма позитивный и многообещающий результат, появившийся как проявление истинной природы Человека в условиях максимально несправедливого общественного устройства. Возможно, что только в таких индийских условиях извращённого рабства идеи Корана и бхактов смогли дать творческую духовную динамику, что выразилось в учении сикхов.

804.

Важно, что так сложиться могла лишь система, находящаяся в стороне от крупных цивилизаций, поддерживающих основные религии мира. Индия, находящаяся в кризисе того времени — оказалась плодородной почвой, на которой создалась «снизу» религиозная система превосходящая по своим теоретическим положениям праведность всех остальных.

805.

Иначе говоря, занимался сравнительным богословием.

806.

Этим он показал, что праведность обретается не в отшельничестве, аскезе, монашестве и прочих занятий, оторванных от мира — а благодаря полезному людям труду в миру вместе со всеми.

807.

Имманентность — (от латинского immanens — пребывающий в чем-либо, свойственный чему-либо), нечто внутренне присущее какому-либо предмету, явлению, процессу. Противоположность имманентному — трансцендентный.

808.

Ясно, что на мировоззрение Нанака оказала решающее влияние культура Корана. Но судя по основным положениям сикхизма, Нанак подошёл к Корану творчески, осмыслив его второй контекст — целеустремлённый в Человечность.

809.

Поэтому в начале религиозного пути для личности Бог предстаёт «не обладающим качествами»: поскольку невозможно человеческим сознанием объять бесконечность. Заметим по случаю: это ощущение невозможности объятия «качеств» Бога у слабых и безвольных людей зачастую приводит к откровенному атеизму и они утверждают, что Бога нет. В действительности в психике таких людей берёт вверх их животная трусость и наследственная эгрегориальная алгоритмика: а трудиться над совей психикой они не в состоянии. Другой крайностью является религиозная имитация связи с Богом, которую предоставляют людям многочисленные религиозные системы.

810.

Это в принципе верно: к праведной религии (связи с Богом) невозможно придти лишь через интеллектуальную и вещественно-культурную (через писания) составляющие. Достичь связи с Богом можно на практике личностных внутренних переживаний, связанных с жизненными обстоятельствами, с интуитивно полученной информацией из сферы духовной культуры.

Этим самым Нанак высказался против догматизации (буквального понимания и бездумного следования) всяких «священных» текстов — в том числе и его собственного культурного наследия. Но, как и бывало в истории не раз, его последователи постепенно догматизировали сикхизм, создав на его основе эгрегориальные культы. Основная причина — несоответствие мировоззрения и нравственности последователей тем положениям веры, которые предлагал Нанак, вследствие чего за его словами они создали иную систему образов, на основе которых организовались эгрегориальные культы идеалистического атеизма.

811.

Возможно, что категорическое отрицание возможности осознанного постижения Бога (даже частичного: в отношении полноты постижения можно согласиться) легло в основу перекоса в сторону бессмысленного «слияния», а не размеренного Жизнью понимания. «Слияние» в трансе для индусов было привычным делом, а различить Бога и эгрегоры в бессмысленном «слиянии» невозможно. Для этого нужно всё-таки осознанно анализировать жизненные явления, творчески сопоставляя их с уже известными «качествами» Бога. Но таков уж Восток: чувственное там преобладает над культурой осознанного мышления. Поэтому и культурное наследие на Востоке всё больше — гимны, песни да мантры.

812.

То есть — жить в своей семье.

813.

Всё-таки размышлять нужно (анализировать полученную информацию, нравственно сопоставляя различные её блоки): но в индусском обществе привыкли не размышлять, а ощущать, «видеть» — поэтому, возможно, и понимание слов Нанака дошло до нас как «невозможность постижения Бога».

814.

В сикхизме выделяли пять основных пороков: гнев, гордыня, алчность, страсть, привязанность к земным благам. Конечно же общие положения религиозного негатива, сведённые в пять пороков — ограничивали круг творческого познания. Но такова проблема всех учителей-основателей: они могут указать на основные явления и понятия, а задача последователей — расширять их круг в заданном направлении. Если этого не происходит, то слово учителя-основателя становится догмой и «начинает лгать».

Так одогмаченный Библией список подобных пороков, уже давно вошёл в «христианство», что было очень удобно для удержания паствы в смирении перед «хозяевами».

815.

И это говорит о том, что Нанак творчески развивал кораническую культуру, отбрасывая всё то, что не укладывалось в его мировоззрение и жизненный опыт.

816.

И это родилось в Индии, которая до сих пор славится своими пышными религиозными обрядами и танцевальными церемониалами.

817.

Как видно, очень правильные высказывания служили в «чистоте» учения при жизни гуру и частично его первых нескольких последователей. Но формы религиозных сангатов — всё же дань времени: пение гимнов это эмоциональная накачка того эгрегора, который соответствует мере понимания учеников и последователей. Пока гуру жив — он может, снисходя до меры понимания толпы, управлять эгрегором по своему усмотрению, но как только такое управление упраздняется — остаётся догма учения и эгрегор, представляющий собой вторичное понимание учения — в том случае, если последователи мировоззренчески и нравственно не поднялись хотя бы до уровня гуру.

818.

Хотя Нанак не учил о перевоплощениях и в синкхизме тоже это не проповедуется.

819.

Моголы в современности народность на севере Афганистана. 20 тыс. человек (1992 г.). Потомки монгольских завоевателей 13 в., смешавшихся с местным населением. Язык монгольской группы. Верующие — мусульмане-сунниты.

Могольская империя — крупнейшая держава на территории Индии и Афганистана. Образовалась после распада Делийского султаната в 16 в. Управлялась династией Великих Моголов. Столицы — Агра и Дели. В 17 в. включала большую часть Индии. В 18 в. распалась на ряд государств, которые в 18–19 вв. были захвачены англичанами.

820.

А её учение было практическим укором как мусульманским, так и индусским духовным лидерам.

821.

Нетрудно догадаться, что «чистота» учения Нанака уже к этому времени оставалась лишь «на бумаге»: на практике взяли верх обрядовая и культовая стороны религии, отход от многих принципов Нанака, догматизация его культурного наследия и эгрегориальные мистерии, устраиваемые вокруг вновь выстроенного роскошного храма и других культовых мест. Кроме того, была составлена «священная книга» — хоть Нанак и не завещал никаких «освящений» текстов последователям. В общем сикхизм прошёл несколько похожий путь искажения изначальных идей и образов основателя религии, как и ислам после смерти «пророка».

Чего удивляться тому, что Бог перестал поддерживать сикхов.

822.

Общество оказалось не готово принять религиозное учение и Бог, естественно, учёл эту неготовность, снизойдя в очередной раз до Миры нравственности и понимания людей: Его попущение продолжалось после очередной попытки — предложения людям выйти из попущения, выразившееся через учение Нанака.

823.

Как это напоминает процесс становления исторически сложившегося ислама. Но сикхизм в его отрицании доктрины рая и ада был более передовым, нежели учение Корана. И если бы люди задумались над идеями Нанака и сопоставили их с кораническими идеями — могло бы получиться самодостаточное для последующего освоения методологии познания Жизни учение, которое не опиралось бы на доктрину посмертного воздаяния. Преодоление же доктрины посмертного воздаяния в XVI–XVII вв. даже небольшой религиозной системой могло оказать огромное влияние на всё мировое религиозное мнение, а Бог стал бы поддерживать распространение этой системы и дальше. Но, как мы уже говорили, последователи Нанака и выпасаемая ими толпа оказались психически слабы и не готовы (причины всё те же: нечеловечные типы строя психики и мировоззрение, «генетической» основой которого является восточный дуализм) продолжать своим примером дело Нанака.

824.

Никакая книга не может заменить Бога (книга лишь может указать путь), поэтому название «Книга-Господин» — лишний раз свидетельствует о догматизации веры. К тому же сопоставление двух названий «Книга-Господин» и «Книга-Гуру» говорит об устремлениях гуру к своему собственному обожествлению.

825.

Как традиционно поступали высшие иерархи многих известных нам религиозных систем. Так, самая древняя система религиозного «зомбирования» — иудаизм — обожествила «скрижали завета», поместив их сначала в скинию, а затем в роскошный храм.

826.

Но всё же иногда под гуру понимался Бог — в том смысле, что гуру мог выступать в роли транслятора «голоса Бога», с помощью которого людям открывалась Истина. В таком случае гуру мог сознательно либо не специально извращать доступную ему религиозную истину и последняя становилась для толпы религиозным руководством. Тем более, что под гуру понималось и «Слово» (Шабд) — «Божественная Истина». В общем, понятийная неоднозначность в определении роли гуру привела в конечном итоге к обожествлению земного иерарха, с чем согласилось большинство последователей веры.

827.

Для познания Бога не нужны никакие посредники — ни брахманы, ни муллы, с их толкованием «священных» книг, церемониалом и обрядами.

828.

И, скорее всего, основная не осознаваемая религиозная причинна этой ненависти в том, что учение сикхов было праведнее учения исторических мусульман и являлось практическим укором для последних.

829.

Посвящение в «христианство» тоже знаменуется чем-то подобным. С этого момента в сикхизме можно отсчитывать существование иерархии по посвящению.

830.

Попытка «очищения» веры привела к «демократизации» организации сикхизма: власть одного гуру была упразднена, но вместо централизации личностной власти был принят обычный для идеалистического атеизма комплекс религиозных управленческих структур. С этого момента сикхизм, формально избавившись от явно видимой структурной (иерархии по оглашению) «элитаризации» верхушки власти (которая происходила при предыдущих гуру) — формально стал «демократичной» «религией народа», которого выпасали «выборные» посвящённые действуя согласно религиозным правилам и догматическим канонам. Естественно, что создавалось впечатление равноправия всех сикхов как перед канонами веры, так и в социальном плане. В ходе проведённых десятым гуру изменений произошло преобразование состава общины: её покинули представители высших сословий и прежде всего брахманы, недовольные изменением своего статуса, а также мансанды, лишённые своих полномочий.

831.

Освободительная национальная война по праву может называться «священной» в том случае, если освободители праведнее захватчиков и/или имеют больший нравственный потенциал развития. Если же захватчики своим вторжением нарушают устойчивый толпо-«элитарный» «национальный» режим — то в этом отношении они более правы, нежели тот народ, который поддерживает своей деятельностью устойчивый толпо-«элитарный» режим.

Как можно увидеть из истории Индии — индуизм оказался менее перспективным для выхода в Человечность, чем исторический ислам, который принесли в Индию моголы; а сикхизм оказался более перспективным (по тем же критериям), чем ислам моголов.

832.

Что не удивительно: мировоззрение сикхов было изначально восточно-индусским, поэтому эгрегориальная обстановка Индии и происхождение сикхов лишь способствовали вписанию любых религиозных новшеств в индуизм (индуизм проще, менее требователен, а самой индусской системе к этому «не привыкать») — что справедливо лишь в том случае, если строй психики большинства последователей вписываемой субрелигии (в данном случае сикхизма Индии) более соответствует мировоззрению старых стандартов Востока, а не передовой субсистеме.

833.

Так «живёт» большинство «национального» населения Земли: если нет внешнего врага, то оно мало задумывается о праведности своего образа жизни, поскольку ведёт существование, бесчувственное к менее ощутимым (чем война или катастрофы) проявлениям Языка Жизни. Если же враг начинает силой ломиться в двери — то обыватель спохватывается: «что-то не так».

Информационная (не «горячая») война вообще для подавляющего большинства обывателей не существует, чем она гораздо более опасна, нежели прямой вооружённый захват территорий противником.

834.

То есть, религиозный опыт Нанака не прошёл даром…

835.

Национально-освободительная борьба может приобретать разнообразные исторические формы, но её успех сопутствует лишь тем, чья идейно-религиозная платформа является более прогрессивной с позиции будущего.

836.

Между сикхизмом и джайнизмом есть большая разница в целях и религиозных платформах однако «богатые» представители и тех и других взаимодействовали с колонизаторами и добились признания в качестве буржуазии.

837.

Коммунализм — доктрина, отождествляющая религиозную составляющую с национальной: в 1980-х годах доля сикхов в коммуналистическом движении была весьма заметная.

838.

Ровно как в середине XX века многим национальным толпам привили неприязнь к национально-освободительной борьбе, накачав Германию имитационным «национализмом», который был «слит» в политическую канализацию, что ознаменовалось Нюренбергским процессом. Последнее на полвека отбило у многих европейцев охоту борьбы против мирового космополитизма и иудейского расизма.

Так и сикхи — самые успешные и праведные борцы за национальную независимость и справедливость Индии, а из них лепят очередное мировое пугало «нацизма».

839.

Сикхизм (Википедия — свободная многоязычная энциклопедия, http://ru.wikipedia.org/).

840.

Если имеется в виду «не ведёт как зомби» — то высказывание верно. Но водительство Свыше существует как по отношению к каждому человеку индивидуально, так и по отношению к народам и всей цивилизации. Вопрос лишь в том, что Свыше лучшее предлагается ненавязчиво и ощущается и понимается лишь внимательными людьми. Но и после этого внимательные люди сами принимают решение: внять предложениям Свыше, либо проигнорировать их в угоду своим нечеловеческим страстям.

841.

Объективные критерии праведности (Добро и Зло) были и до творения.

842.

Такого прямого указания на восточные толпо-«элитарные» тонкости не найти ни в одной «Священной книге» ни одной религиозной системы: только ради существования в «канонах» этой формулировки Бог мог так долго терпеть все неправедные действия сикхов.

843.

Но для этого необходима нравственная основа, о которой и говорят сикхи: эта нравственная основа может быть обретена человеком в своей полноте лишь вне доктрины посмертного воздаяния, что в большинстве религиозных систем подменяет собой истинный смысл жизни. Также для полного понимания что хорошо, а что плохо — чтобы благонамеренность совпадала с праведностью — необходим Человечный тип строя психики.

844.

Что также можно добавить, как особо передовое высказывание к преодолению доктрины посмертного воздаяния.

845.

Только лишь похоже по некоторым благим декларациям и не больше.

846.

Лучше не скажешь.

847.

Для этого нужно правильно настроить свои бессознательные уровни психики, что возможно лишь при помощи одного единственного Гуру — Бога.

848.

Не очень удачное сравнение — «эхо» восточной любви к собаке…

849.

Совершенно справедливо речь идёт не о прошлых воплощениях, а о проблемах преемственности поколений — о том, что существуют хорошие и плохие мысли и деяния предыдущих поколений (эгрегориальное и вещественное культурное наследие) — поэтому всё хорошее надо развивать, а плохое — изживать из духовной культуры прежде всего, затем из социума, а затем уже это плохое станет не опасно и в миру.

850.

В течении одной жизни!

851.

Если, конечно, захотим.

852.

Это касается как восточной магии, так и западной технократии: во всём нужна Мира, согласованная с Богом.

853.

Самый главный «Иммунолог» — Бог.

854.

Действительно, Человек сам для себя (если есть воля) является гуру, держащим связь с Богом, Который помогает человеку обрести Правду-Истину по искреннему желанию человека.

855.

Последние несколько абзацев — дань религиозной организации сикхов, но и в этих абзацах есть много правильных высказываний.

856.

В эгрегорах.

857.

В психике людей, которой соответствует социальная организация.

858.

Так многие цивилизации, исповедующие зороастризм приняли исторически сложившийся ислам, а некоторые из них — «христианство» и даже иудаизм. Но лишь исключительными эпизодами можно назвать принятие генетическими сторонниками религий восточных практик одной из вышеназванных мировых религий.

859.

В то же время имитацию работы с душой в системе библейского христианства мы рассмотрели в Третьей книге курса, подробно разбирая таинства церкви. В индуизме всё в принципе то же самое, но более изощрённо, сложно и персонифицировано для каждого сословия и даже для каждого отдельного индуса.

860.

Этот вопрос мы подробно разбирали в предыдущей Главе Книги «Религиозная система древнего Ирана».

861.

В первую очередь это — имитация справедливости и свободы.

862.

Не случайно Брахма рождается из «Золотого Яйца». А, как известно из русского эпоса, смерть Кащея на кончике иглы, которая находится в яйце. Также яйцо — символ «основного вопроса философии». Но, как мы знаем, «философия» всех религиозных и идеологических систем Запада и Востока основана на имитации справедливости, взятой с Востока. Яйцо — один из символов «христианского» возрождения (воскресения). А в марксизме, являющемся идеологией «социализма» имитация социальной справедливости была приурочена к высшим идеям «героического труда» и пр. — что мы подробно разбирали в предыдущей Главе.

Но это мы уже знаем. А вот как трактует Кащея русская традиция (Викпедия — свободная энциклопедия):

«Кощей Бессмертный (Кащей Бессмертный, от древнерусского кащей «раб», тюркское заимствование) — отрицательный персонаж русских сказок и в русском фольклоре. Царь, иногда — всадник на волшебном говорящем коне. Часто выступает в роли похитителя невесты главного героя. Изображается в виде худого высокого старика, часто представляется скряжистым и скупым…

Смерть Кощея спрятана на острове Буяне (по некоторым толкованиям, это остров Рюген), на котором растёт дуб, на дубе висит сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, в яйце игла. Если сломать эту иглу, то Кощей умрёт. Существует также версия, согласно которой Кощей принимает смерть от своего волшебного коня. Хотя, возможно, смерть от коня представляет собой более раннюю версию».

Оказывается понятия «кощей» и «раб» — близки по смыслу (также как и йога: может Яга?). Но и мы пришли к тому же выводу: жизнь кощея держится на рабстве, а рабство держится на восточных тонкостях поэтому Кащей сам раб своих же религиозных иллюзий. «Волшебный говорящий конь» — толпа, которая везёт Кащея покуда существует рабская религиозная доктрина. Взаимная вложенность иглы в яйцо, утку, зайца, сундук и дуб — скорее всего иерархическая и хронологическая взаимосвязь религиозных систем от начала появления доктрины посмертного воздаяния на Востоке (сама игла), её переходе на Запад (сундук) и так до места, в котором эта тонкость должна быть сломлена: дуб — символ Руси-России. После того, как толпа перестанет покупаться на восточные тонкости посмертного воздаяния (и другие имитаторы справедливости) — Кащей примет смерть от коня, поскольку конь-толпа будет не только говорить, но и праведно мыслить.

В той же «Викпедии» можно найти подтверждение тому, что символика Кащея относится к мировым религиозным системам («Мировому древу» — ещё одна символика дуба), а «космогонический» миф, связанный с Кащеем — напоминает индоиранский миф о творении:

«Сюжет о Кощее Бессмертном восходит к мифологическому мотиву о Змее, хтоническому существу, хранителю Мирового яйца. Первый культурный герой убивает Змея. Смерть Змея значит конец первозданному хаосу и начало организованного космоса. Пока Змей жив, космос находится до времени в свёрнутом виде в яйце, подобно зародышу. Отголоском таких мифологических представлений можно встретить в тексте, записанном Пушкиным, А. С., где Царь Кощей Бессмертный не хотел выдавать свою дочь замуж, пока сам будет жить. Дочь желает смерти Кощея. Выпытывает у него о местонахождении кощеевой смерти. После ряда вопросов и ответов, дочь Кощея Бессмертного узнаёт о месте, где спрятана смерть. Местонахождение яйца со смертью Кощея в сундуке на дубе и в утке, лишний раз доказывает, что архетип Кощея является Змей связанный с Мировым древом, у которого находится Мировое яйцо, снесённое уткой».

Но существуют и прямые параллели между Кощеем и мифическим индийским Пурушей:

«В одной из сказок встречается упоминание о том, что Кощею Бессмертному поднимают веки семью вилами. Это указывает на его родство с Вием. Кроме того, специалисты утверждают о родстве обоих этих существ с богом Велесом и еще более древними божествами: скандинавским Имиром ииндийским Пурушей, из тел которых создавалась вселенная. Подобная фигура есть на изделии древней трипольской культуры (3–4 тыс. лет до нашей эры), которая, как считают археологи, создавалась предками славян. Фигура эта соответствует описаниям Кощея, с особенно характерными для них прижатыми друг к другу коленями».

863.

Но то же самое и в религиозных системах Запада.

864.

Как мы уже говорили — это наследие наблюдений за катастрофами предыдущих цивилизаций.

865.

И это, естественно не способствовало интересу к анализу своего исторического пути, в котором внимательный человек может увидеть логику выражения Языка Жизни, а значит и Божию логику.

866.

Откуда такие знания у индусов — остаётся большим вопросом…

867.

Иными словами в индуизме — история человечества имеет малую значимость по отношению к истории Вселенной. Для людей это — заблуждение, «пользуясь» которым люди уклоняются от выполнения роли Человека на Земле (утверждая принципы типа: «наше дело маленькое, главное спасение души, а за гармонию пусть отвечают боги»), как своего вклада в общую гармонию Вселенной.

868.

Выражение «подсесть на иглу», которое употребляют по отношению к наркотически зависимым людям — вполне подходит к людям, которые «освобождаются» (можно сказать от жизненных обязанностей — уклоняются от своей судьбы) путём сложных восточных практик. Мы уже знаем, что такого рода «освобождение» является главным смыслом жизни на ведическом Востоке. Но и на исламском Востоке и на Западе в «христианстве» и иудаизме существует подобного рода «игла», на которую подсаживаются верующие: это — «высшая цель жизни» главных «авраамических» религиозных систем, которая заключается в «спасении своей души», для чего религиозные правила и «канонические» догмы ставятся на первый план по отношению к жизни в миру.

В «авраамические» религиозные системы доктрина посмертного воздаяния («справедливости») попала как вторичная переработка упрощённых восточных воздаятельных доктрин, замкнутых в свою очередь на «иглу» восточных психотехник. На примере восточных йогических психотехник лучше всего видна параллель между всем известной наркотической «иглой» и «иглой» эгрегориального «освобождения» — чувство которого, аналогичное наркотическому опьянению, возникает в психике практикующего всякий раз, когда он попадает в эгрегориальную «мокшу», «нирвану». Попав туда один раз — хочется ещё и ещё, как и в случае с наркотиками.

Такова мифическая «игла Кащея», на которую люди посадили себя (не без помощи всевозможного «жречества») с древних времён, следуя религиозным иллюзиям (прежде всего Востока), и суть этой «иглы» — извращение смысла жизни, заключающееся в доктрине посмертной «справедливости». В этой «игле» жизнь и смерть «Кащея»: пока доктрина живёт в психике большинства подсевших на неё людей, поддерживая эгрегоры основных религиозных систем мира, основанных на доктрине посмертной «справедливости» — жив и «Кащей».

869.

Мировоззрение восточного дуализма и его западные варианты.

870.

Боги индуизма постепенно утрачивали характер чёткого разделения на «светлых» и «тёмных», смешивались качества богов, образуя под конец аморфный пантеон таких же безвольных (в смысле противоречивости направленностей целеполагания) существ, как и индусы.

871.

В этом индуизм на каком-то этапе, возможно, оказался прогрессивнее зороастризма.

872.

Любые «канонические» либо «научные» стандарты в подходе к Жизни и судьбе могут лишь ввести в иллюзии, приводящие к неправильным ответам. А уж восточные стандарты — тем более.

873.

Так, например, в «христианстве» тоже существует социальный и эгрегориальный механизм упреждающей имитации трудностей, предлагаемых Свыше, которые также как и в индуизме подменяются каноническими догматами. Подмена начинается с таинства крещения.

874.

Религиозное «эхо» такого рода духовного «коммунизма» в современности представляет собой огромный спектр «хобби» и развлечений западной цивилизации, который выглядит как «свободный выбор» почти бесконечных возможностей, предоставленных обывателю-эгоцентристу. Задача та же самая: отвлечь «паству» на имитацию жизнедеятельности «по интересам» от «назойливо стучащегося» в психику каждого Языка Жизни, на котором предлагается персональная нагрузка Свыше. Вместо этого культура предлагает «приятные» и «увлекательные» имитаторы, взывая к несовершенной «животной» психике обывателя с лозунгом «Жизнь это — сейчас!». Но если следовать этому лозунгу, то «завтра» может и не быть…

Современная культура (также как и древняя религиозная культура) обслуживает примитивные «животные» потребности, связанные с несовершенством психики и «страхи», связанные с проблемой психического «бегства» от Языка Жизни.

875.

Как мы уже говорили, в западных религиозных системах и исламе индивидуальные психотехники, имитирующие прижизненное «освобождение» не применяются (разве что в процессе отдельных таинств, которые происходят при личном контакте со «священником»: например, таинство покаяния в «христианстве» несколько похоже на имитацию «освобождения»). Там всё замкнуто на общую религиозную магию (которую «паства» отождествляет с общественным богоугодным делом) и обещания посмертных «благ» (либо мучений).

876.

Но Бог как раз предлагает человеку обратное.

877.

Примерно такая же картина, как с механизмом психотехник (слияние психики с эгрегориальной алгоритмикой, которая обладает неизмеримо большими возможностями, чем психика одного человека) — сопровождает многие боевые искусства Востока.

В известном штатовском фильме «Последний самурай» талантливый, но спесивый американец, попавший в плен к японцам в 18 веке старается овладеть в совершенстве боевыми приёмами самурая. Но у него это не получается в полной мере до тех пор, пока он не вспоминает главное наставление своего японского учителя: «никаких мыслей!». Лишь после этого (как только он в бою научился «не мыслить») — он в совершенстве овладевает боевым искусством самурая, перестаёт быть спесивым и идёт на смерть ради красивой и самоотверженной жизни самурая.

«Никаких мыслей» — это «пароль» доступа в эгрегор. Те, кто полностью отдаются во власть эгрегора должны выполнить на практике условие «никаких собственных мыслей» (что не так-то просто). Лишь после этого — проверив новоявленного «зомби» на практическую преданность — эгрегор его поддерживает своим сопровождением как в бою, так и в жизни, обеспечивая «комфортное» состояние психики новоявленному «зомби». Но только лишь человек начинает мыслить, выходя за рамки эгрегориальных программ — с него снимается «защита» эгрегора и «комфорт» психики прекращается, что весьма болезненно…

878.

В индуизме это состояние в некоторых религиозных направлениях имитируется как сексуальный оргазм, в ходе которого сознание отключается и возникает ощущение сансарического «освобождения». Именно это, скорее всего, и явилось причиной обожествления сексуальных культов лингама и йони: «что чувствую как комфорт, то и обожествляю». На этом примере можно лишний раз убедиться, что обожествлять половые инстинкты и соответствующие им состояния «освобождения» могут лишь люди в «животном» типе психики. Но всё это вошло в культурные и эгрегориальные традиции, став «само собой разумением» для цивилизации психических «зомби».

879.

При применении известных психотропов происходит примерно то же самое, что проходит каждый, кто начинает заниматься восточными практиками: сначала изменение физиологии организма, затем подключка к соответствующим эгрегорам, а затем — потеря сознания (частичная либо полная). Вот и всё «освобождение». Разница лишь в том, что при принятии внутрь разнообразной химии последствия со здоровьем возникают достаточно быстро. А многосотлетняя практика «естественного» (обходится без химии — но при этом меняется обмен веществ в организме, в ходе которого «естественно» вырабатываются многие всё те же вещества, которые влияют на нормальную работу психики и биополей) изменения сознания выработала методики, которые оберегают организм от преждевременных болезней. Именно поэтому для каждой практики нужен учитель-гуру, который медленно вводит ученика в практический цикл, чтобы организм ученика медленно привыкал к духовному «наркотику».

880.

При этом некоторые европейцы считают психотехники «полезными для здоровья». Может быть этот тезис и подходит в некоторой мере для индусов: «зомби» крутится всю жизнь в «сансаре» своей духовной культуры и последняя поддерживает его физическое здоровье на уровне «животного» образа жизни. Но для генетического представителя европейской культуры такая поддержка здоровья зачастую оборачивается преждевременной смертью по двум причинам: во-первых, Бог не поддерживает освоение подобного рода практик и, во-вторых, поскольку Свыше открыта возможность вредительства вмешивающимся в духовную жизнь людей Востока европейцам — то любая несанкционированная попытка проникновения в «тайны» психотехник карается смертью, поскольку полная вербовка европейца в систему восточных «зомби» не имеет для этой системы смысла.

Так, Е.Торчинов, который большую часть жизни пытался проникнуть в тайны «познания запредельного» на Востоке, восторгаясь многими достижениями восточных психотехник — скоропостижно скончался в возрасте 47 лет.

881.

Религиозный авторитет, который поддерживается верой в его сверхвозможности и религиозный порядок, поддерживаемый в современном мире в пределах местной храмовой субкультуры — служат наглядным примером для всех индусов (и не индусов) практического подтверждения как бы верности основ индуизма. Последнее в свою очередь привлекает к ашрамам огромные массы поклонников, которые своей поддержкой обеспечивают эгрегориальную мощь местного «бога».

882.

Есть разновидности такого рода практик, которые сводятся к умению приостанавливать жизнь на определённое время, что связано с освоенными возможностями изменять физиологию организма — в первую очередь ту, которая связана с процессами окисления.

Подобного рода возможности скорее всего связаны с «генетической» памятью, сохранившейся ещё со времён предыдущих погибших цивилизаций. Скорее всего, имея в виду неминуемую глобальную катастрофу, иерархи этих цивилизаций из поколения в поколение готовили себя к тому, чтобы уцелеть и перейти в следующую цивилизацию, для чего необходимо было «приостановить жизнь». Это было их целью жизни.

883.

Так «боги» индусских ашрамов владеют техниками эгрегориальной материализации и дематериализации.

884.

Есть и множество других примеров индивидуального и коллективного суицида на Востоке, религиозной целью которого названо достижение «освобождения» от сансарического круговорота.

885.

Библейский Апокалипсис — прямая трансляция (в «христианской» символике) восточных учений о неминуемом «конце вселенной» по истечении очередного срока её жизни.

886.

Поскольку западные люди и восточные люди (там где уровень технократии достиг «витруальной реальности»: например в Японии, за которой тянется Китай) психически запали на современную имитацию технократической «нирваны», «отрываясь» от Языка Жизни через технические имитаторы восточных трансовых состояний — следовательно существует реальная опасность ухода западной и восточной цивилизации в «виртуальный мир» иллюзий. Что равносильно полному отрыву от Языка Жизни — самоубийству.

Но, как показывает практика, технократический «витруальный мир» динамичен и меняется по воле «демонов», которыми психически становится всё больше молодёжи. Молодёжи быстро надоедают прежние информационные технологии, они ищут новые, совершенные… и таким образом методом отказов и перебора — одно из молодых поколений может выйти на методологию познания, что для молодых «демонов» окажется гораздо интереснее освоения уже готовых «зомбирующих» программ.

Япония — наиболее яркий пример мировоззренческого наложения восточных иллюзий на технократическое развитие, которое вынуждена была усвоить маленькая, но амбициозная Япония ради своего выживания в XX веке. Развив заимствованные на Западе и в России технологии до восточного совершенства (чем создала себе авторитет и капитал на внешнем рынке), Япония стала приспосабливать последние для создания максимального жизненного комфорта людей (материализация психотехнического комфорта восточных практик). И если до технократии на Востоке было принято погружение в психический комфорт через психотехники (как мы знаем — бегство от Жизни), то теперь бегство от Жизни обеспечивается отгораживанием от «трудностей» любого характера «совершенством технического обслуживания жизни людей». И это тоже тупик объединения восточной духовности и западными материальными возможностями — до которого Япония дошла первой (поэтому уровень суицида в Японии — один из самых высоких): любое отгораживание от Языка Жизни приводит к потере ориентации относительно Божиего Промысла. Людям же Востока в этом отношении сложнее: у них чувство Миры генетически связано с имитациями психотехнических практик: иначе говоря, на Востоке нет чувства Миры, поскольку жизнь людей Востока психически настроена на карму, а не на Миру.

Книга 6.

Часть III. Религиозные и идеологические системы (Продолжение).

3.4. Религиозные системы «ведического» Востока: ведически-магическая культура (Продолжение).

3.4.3. Буддизм.

Буддизм традиционно считается «мировой» религиозной системой, также как «христианство» и ислам. Середина I тысячелетия до н. э. — историческое время становления многих религиозных систем, которые впоследствии оказали решающее влияние на мировоззрение огромного количества людей многих региональных цивилизаций. Как мы уже знаем, именно в это время оформляются зороастризм, ранний индуизм, начинают формироваться каноны иудаизма. Эти три крупных религиозных системы развивались, тесно влияя друг на друга. И главное, что их объединяет это — учение о посмертном воздаянии, оформившееся вследствие их одновременного становления во второй половине I тысячелетия до н. э. — начале I тысячелетия н. э. Учение о посмертном воздаянии («справедливости») — следствие древних убеждений и заблуждений, существовавших в таких религиозных системах как древнеегипетская, древнегреческая, древняя ведическая («арийская») и прочих. Но традиционное оформление учения о посмертном воздаянии (как работоспособной имитации общественной справедливости) произошло позже, в рамках перечисленных выше религиозных систем, что явилось религиозной основой дальнейшего перехода обществ от открытого рабовладения к скрытому, «мягкому».

Буддизм считается самой ранней из мировых религий, которая охватывает в первую очередь страны Южной, Юго-Восточной и центральной Азии, Дальнего Востока. В мире официально насчитывается около 800 млн. людей, исповедующих буддизм. Больше всего буддистов в Китае (около 60 млн. в самом Китае и 20–25 млн. этнических китайцев по всему миру), Таиланде, Японии, Бирме, Вьетнаме, Корее, Шри-Ланке, Камбодже, Тибете, Лаосе, Монголии, Бутане. В процентном отношении буддистов к остальному населению лидируют Таиланд (более 90 %), Бирма, Лаос и Шри-Ланка (65–70 %).

Как известно, буддизм является религиозным ответвлением индуизма. В средине VI века до н. э. индийское общество переживало социально-экономический и культурный кризис. Становление отношений между варнами и кастами происходило в условиях социально-духовного «господства» брахманизма в Северной Индии на фоне полиэтнической структуры индийского общества. Напомним, что брахманский период развития индуизма восходит к древним «арийским» культам, авторитетности Вед. Он сочетал в себе высокоразвитую религиозно-«философскую» мысль и обширный понятийный и символический аппарат, основанный на социальных нормативах внутриобщественного расизма. Эти нормативы закрепляли архаику племенного принципа врождённой принадлежности к определённой социально-политической группе, в первую очередь к сословию-варне. В пёстрой полиэтнической картине древнего индийского общества политику творили немногие роды из варн брахманов и кштариев (первые две высшие варны), восходящие лишь к «ариям». Только представителей этих варн считали социально полноценными «дваждырождёнными».

Но, несмотря на объявленный статус и номинальную власть, монополии на традиционные для брахманов и кштариев сферы у последних не оказалось к VI веку до н. э. В условиях рабской зависимости и отношений собственности их теснили в традиционных сферах: культовая практика племени или даже семьи всё более смещалась в культы соседских общин, которые были неоднородны в социальном, этническом и культурном отношениях. Племенная дружина вытеснялась общинным войском, что приводило к снижению статуса витязя-кштария. Верхушки аборигенных племён или смешанных племён (из «ариев» и «аборигенов») начинали доминировать в управлении параллельно верхушкам брахманов и кшариев. Нарождающаяся аборигенная и смешанная «элита» при этом оставалась номинально приниженной, хоть и была опорой царской власти в возникающих многочисленных государствах Индии.

Социальным фактором стал распад древних традиционных связей, конец всемогущества родовой организации, незащищённость личности перед новыми социальными явлениями. Разложение основной производственной ячейки — большой патриархальной (а иногда и матрилинейной) семьи — и переход к земледельческой соседской общине подрывали власть племени и требовали нового механизма социального регулирования и защиты, новой системы обеспечения стабильности.

Поиск этих механизмов естественно активизировал многочисленных выброшенных из социальных коллективов или ушедших людей, которые становились сознательными аскетами и искали утраченное ими и обществом в целом чувство социально-психологического комфорта (религиозного единения).

Главная особенность поисков аскетов заключалась в альтернативном существующему — видении общественного порядка, сочувствии идеям поиска справедливости широких масс населения, что в свою очередь заставляло людей и небрахманскую «элиту» внимательно приглядываться к наиболее популярным и талантливым проповедникам новых идей. Поскольку учителя «аборигенов» и смешанных этносов были уже весьма арьянизированы,[1] религиозной основой аскетов оставалась всё та же «философия» брахманизма, основанная на трёх понятиях: карма, сансара, нирвана (мокша). Стремление к преодолению сословных барьеров — как выход из кризиса середины I тысячелетия до н. э. было наиболее близко довольно широкому кругу населения Индии и обусловлено требованиями времени. Поскольку традиционный индуизм в конечном итоге победил на большей части территории Индии в середине I тысячелетия н. э. (индуизм проповедовал универсальный набор дхарм-законов для каждого сословия и касты, что для борцов за справедливость являлось неприемлемым; в то же время индуизм в конечном итоге вытеснил буддизм, переняв из последнего многое, но сохранив незыблемым сословно-кастовый строй) — буддизм, зародившись в Индии стал распространяться сначала на Юго-Восток,[2] будучи не принятым большинством индусов.[3].

Можно сказать, что буддизм (как религиозное ответвление индуизма) возник на волне кризиса периода брахманизма, который был разрешён становлением индуизма (самое раннее это середина I тысячелетия до н. э — вплоть до середины I тысячелетия н. э.). Индуизм вобрал в себя многое, что «философски» народилось в указанный период в первую очередь в полемике с буддизмом. Однако буддизм разошёлся с индуизмом в главном: в социальном плане индуизм так и остался сословно-кастовым обществом с жёсткой иерархией и обеспечивающей эту иерархию универсальными религиозными догмами. Иначе говоря, в индуизме сословно-кастовый порядок остался первичным в организации общественной жизни. Буддизму же свойственно мировоззрение вторичности социальной организации (её меньшая значимость — вплоть до реальной возможности преодоления сословных и этнических границ в течение жизни) над общей религиозной основой брахманизма, «справедливого» индивидуального спасения. Именно поэтому буддизм стал гораздо более привлекательным за пределами Индии — в обществах, социальная организация которых не была издревле так жёстко стратифицирована как в Индии.

Самое плохое, что буддизм, также как и индуизм, мировоззренчески основан на брахманизме и древних «арийских» иллюзиях, возникших на основе восточного дуализма, но при этом в традиционно буддийских региональных цивилизациях, либо компактных общинах, с которыми имеют дело современники — нельзя практически увидеть связи религии и социального расслоения так, как это наглядно-показательно можно рассмотреть на примере индуизма. Иными словами, буддизм во-первых, стал религиозной системой, зародившейся на волне поиска более справедливого, нежили брахманизм общественного порядка, и во-вторых, стал удовлетворять чаяниям «справедливости» во многих обществах Востока, где не был ярко выражен и закреплён в «канонах» сословно-кастовый расизм. Но при этом сам буддизм, как религиозная система (также как и индуизм), является имитатором справедливого жизнестроя, к которому стремятся люди — ещё больше, чем индуизм, похожим на духовный «коммунизм» и поэтому весьма притягательным.[4].

Одновременно с этим буддизм уверенно можно назвать системой атеистического идеализма — религиозной основой которой является прямое отрицание существования Бога и признание идеалов некоего «религиозного универсума», выраженного в учении о дхарме. В буддизме всякие божественные обоснования традиций дхармы[5] — далеко не главное, если вообще существуют (в разных школах по-разному), главное — одинаковая для всех (вне зависимости от происхождения) возможность достижения основной цели жизни буддистов — выхода из сансары, якобы возможного даже в течение текущей жизни.

История возникновения буддизма.

Буддизм оказался наиболее «успешным» рилигиозным учениеим, победившим в поиске ответа на социально-религиозный «запрос» индийского общества времени основания буддизма. Многие исследователи считают, что за легендарной фигурой основателя буддизма стоит реально существующая историческая личность. Считается, что Гаутама Будда (санскрит) — легендарный индийский духовный учитель, живший примерно с 563 г. до н. э. до 483 г. до н. э. Получив при рождении имя Сиддхаттха Готама (пали); Сиддхартха Гаутама (санскрит) — потомок Готамы, (успешный в достижении целей), он позже стал Буддой (буквально «Пробудившимся, Постигшим, Просветлённым»). Его также называют Сакьямуни или Шакьямуни — «мудрец из рода Сакья» или Татхагата (санскрит: «Так Приходящий») — «Достигший Таковости», «Достигший Истины». Легенда о религиозном становлении основателя сводится к следующему тексту[6] (наиболее интересные места выделены и прокомментированы в сносках нами):

«Сиддхаттха Гаутама родился в Лумбини (город, расположенный в современном Непале вблизи границы с Индией) в майское полнолуние в кшатрийском племени Сакья. День его рождения широко празднуется в буддийских странах как Весак. Отец Гаутамы был царём Капилаваттху в Магадхе, и Гаутама родился царевичем, которому была предначертана жизнь в роскоши. Говорится, что, прежде чем родиться, Гаутама посетил свою мать в сновидении в виде белого слона. В ходе празднования рождения провидец Асита объявил, что этот младенец или станет великим царём, или великим святым человеком. Его отец, желая, чтобы Гаутама стал великим царём, оградил сына от религиозного обучения и от знания человеческого страдания.[7].

Когда мальчик достиг шестнадцатилетия, отец устроил его брак с ровесницей Ясодхарой, и она родила сына Рахула. Хотя его отец обеспечивал Гаутаму всем, что тот желал и в чем нуждался, Гаутама оставался внутренне неудовлетворён.

Однажды, в возрасте 13 лет Гаутама в сопровождении колесничего Чанны выезжал за пределы дворца. Там он увидел «четыре зрелища»: старого калеку, больного человека, разлагающийся труп и отшельника. Гаутама тогда осознал суровую правду жизни — что смерть, болезнь, старение и мучение неизбежны,[8] что бедных больше, чем богатых[9] и что даже удовольствия богатых в конечном счёте превращаются в прах.[10] Это подвигло Гаутаму в возрасте 29 лет оставить свой дом, семью и имущество, чтобы стать монахом.[11] Отказавшись от наследства, он посвятил жизнь изучению того, как преодолеть страдание. Он последовал пути йогической медитации под руководством двух брахманов-отшельников, и хотя он достиг высоких уровней сознания, он не был удовлетворён этим путём.

Облачившись в одежды скитающегося монаха, он направился в юго-восточную Индию. Он начал учиться жизни отшельника и заниматься суровым самоистязанием. Через 6 лет, на грани смерти он обнаружил, что суровые аскетические методы не приводят к большему пониманию, а просто затуманивают ум и изнуряют тело. Отбросив самоистязание и сосредоточившись на медитации, он обнаружил срединный путь избегания крайностей[12] потворствования себе и самоистязания.

Однажды Сиддхартха Гаутама, которому было уже тридцать пять лет, уселся под большим деревом бо (род смоковницы) вблизи городка Гайя в восточной Индии и дал обет, что не сдвинется с места, пока не разрешит загадку страдания. Сорок девять дней он сидел под деревом. Дружественные боги и духи бежали от него, когда приблизился искуситель Мара, буддийский дьявол. День за днем Сиддхартха противостоял разнообразным искушениям. Мара призвал своих демонов и напустил на медитирующего Гаутаму смерч, наводнение и землетрясение. Он велел своим дочерям — Желанию, Наслаждению и Страсти — соблазнить Гаутаму эротическими танцами. Когда Мара потребовал, чтобы Сиддхартха представил доказательства своей доброты и милосердия, Гаутама коснулся рукой земли, и земля изрекла: «Я его свидетельница».

В конце концов Мара и его демоны бежали, и утром на 49-й день Сиддхартха Гаутама познал истину, разрешил загадку страдания и понял, что должен делать человек для его преодоления.[13] Полностью просветленный, он достиг предельной отрешенности от мира (нирваны), которая означает прекращение страданий.[14] В возрасте 35 лет он достиг «Пробуждения» в майское полнолуние. Тогда его стали называть Гаутама Будда или просто «Будда», что означает «Пробудившийся».[15].

Он заявил, что достиг полного Пробуждения и осознал причину человеческого страдания вместе с шагами, необходимыми для её устранения.[16] Это осознание он сформулировал в Четырёх Благородных Истинах. Наивысшее Пробуждение, которое доступно для любого существа, называется ниббана (пали), нирвана — (санскрит).

В этот момент Будда должен был выбрать, удовлетвориться ли собственным освобождением или обучать других людей. Он полагал, что мир, возможно, не готов для такого глубокого осознания, но в конце концов решил отправиться в Сарнатх и прочесть первую проповедь в Оленьем парке. В этой проповеди были описаны Четыре Благородные Истины и Восьмеричный путь.

Будда подчеркнул, что он не является Богом. Будда — лишь наставник для тех существ, которые решили сами пройти путь, достичь Пробуждения и познать истину и действительность, как она есть.

В ходе дальнейших 45 лет жизни он путешествовал по долине реки Ганг в центральной Индии, преподавая своё учение самым разным людям от аристократов до изгоев, в том числе сторонникам соперничающих философий и религий. Его религия была открыта для всех рас и классов и не имела никакой кастовой структуры. Он основал Общину буддийских монахов и монахинь («Сангха»), чтобы сохранить Учение после его окончательной «Ниббаны» и ухода из мира. За ним последовали тысячи новообращённых.[17].

В возрасте 80 он решил уйти из мира. Он съел свою последнюю еду, которой было пожертвование от кузнеца Чунды, и неважно себя почувствовал. В присутствии своих последователей Будда ещё раз убедился в том, что его Учение понято и сохранено, и скончался в майское полнолуние. Последними словами Будды были: «Всё конструированное подвержено исчезновению. Усердно старайтесь!»[18].

На северо-востоке Индии позиции ведической религии и связанной с ней варновой (сословной) системы, обеспечивающей привилегированное положение брахманской варны, были слабее, чем в других частях Индии. В то же время на северо-востоке шёл бурный процесс государственного строительства, предполагавший возвышение варны кшатриев (воинов и светских правителей — царей). В общем, помимо опоры на аборигенное и смешанное население северо-востока Индии, буддизм возник как чисто оппозиционное брахманизму учение, опиравшееся прежде всего на светскую власть царей, поддерживающих в свою очередь местных кштариев, которые опирались на смешанные слои населения.

Два основных объективных фактора способствовали достаточно быстрому становлению буддизма: бурное государственное строительство и успешная оппозиция царей и кштариев северо-востока «жреческой» духовной власти брахманов — что не удивительно в условиях дальнейшей концентрации власти (середина I тысячелетия до н. э.), которой мы коснулись в начале этой главы. В то же время сам по себе буддизм, способствуя созданию в Индии мощных государственных образований, не смог изменить религиозную основу индийского Востока. В Индии буддизм стал «царской религией», что не мешало ему одновременно возглавить «древнеиндийское свободомыслие»,[19] поскольку носителем религиозной и вообще идеологической ортодоксии до буддизма было в Индии «жреческое» сословие брахманов.

После смерти (нирвны) Гаутамы, ученики Будды в соответствии с обычаем кремировали тело учителя. Правители соседних государств прислали гонцов с просьбой дать им частицы останков Будды. Как описывается в Махапариниббана сутте, останки были разделены на восемь равных частей. Эти части останков были помещены в особые реликварии — ступы, культовые строения конусовидной формы, в столицах государств. Одну из частей, в ступе древнего города Капилаваттху, обнаружили в 1898 году вблизи деревни Пипрахва. Сейчас эта часть останков находится в Индийском Национальном музее в Нью-Дели. Эти ступы стали как бы предшественниками китайских пагод и тибетских чортенов (монгольских субурганов).

Позднее в ступы стали класть тексты сутр, почитавшихся как запись подлинных слов Будды. Поскольку в буддизме считалось, что «суть Будды есть Дхарма, его Учение», то сутры как бы представляли собой «Дхарму как духовное тело Будды». Эта замена (физическое тело — духовное тело; «мощи» — тексты; Будда — Дхарма) оказалась очень важной для последующей истории буддизма, поскольку здесь, видимо, коренятся истоки чрезвычайно важного учения махаянского буддизма о Дхармовом Теле Будды (Дхармакая).

Согласно преданию, вскоре «после нирваны Будды» произошёл первый буддийский «собор» (V век до н. э.) когда собрались все ученики Будды и трое из них — Ананда, Упали и Махамаудгальяна на память воспроизвели всё, чему их учил Будда — нормы и правила монашеского общежития, «дисциплинарный устав» сангхи (Виная), проповеди и поучения Будды (Сутры) и его «философское» учение, «сверх-Дхарму» (Абхидхарма). Так возник буддийский «канон» — Трипитака (на пали — Типитака), то есть «Три Корзины» учения (в Древней Индии писали на пальмовых листьях, которые носили в корзинах). Первый из известных нам вариантов «канона» — палийская Типитака — долгое время, в соответствии с традицией, передавался устно, и был впервые записан на Ланке около 80 г. до н. э. в связи с угрозой потери учения. И в наши дни некоторые монахи, которых называют «держателями Типитаки» («типитакадхара»), традиционно заучивают наизусть отдельные части Типитаки или всю её полностью.

Напомним, что в V веке до н. э. в Индии сохранялась монополия брахманов не только на «священство» и духовную власть, но и религиозная привилегия — монополия «воздействия на свою судьбу» (в этой жизни и следующей) посредством культов и развивающихся психотехник, согласно учению брахманов. Последнее закрепляло такую возможность лишь за «дваждырождёнными» (представителями варн брахманов и кштариев), а «единождырождённым» отказывалось в участии «судьбоносных» обрядах, что к V веку создало определённую социальную напряжённость (вызванную в первую очередь, конечно, недовольством кштариев монополией на власть брахманов, а затем уже — неудовлетворённостью остальных сословий и «аборигенов»).

На этой волне религиозных и социальных реформ (в первую очередь на северо-востоке Индии) произошло возвышение оппозиционного буддизма с последующим его географическим распространением. Оппозиционность брахманизму и социальная привлекательность дали толчок совершенствованию и развитию учения брахманов представителями следующих сословий (прежде всего кштариев) — в результате чего после нескольких сотен лет дискуссий, конкуренций и споров с некоторыми течениями индуизма, в ходе многовековых практических изысканий буддизм разошёлся с индуизмом, оставив индуизму многое из того, что было теоретически и практически наработано в период их соприкосновения (около 1000 лет). Иными словами, классический индуизм не был бы тем, каким мы его имеем сегодня, если бы не буддизм, сильно повлиявший на его развитие. Но, соперничая с индуизмом, буддизм одновременно распространял за пределы Индии переработанную и практически усовершенствованную основу брахманского мировоззрения — которая была с радостью принята во многих государствах и региональных цивилизациях в виде разновидностей буддистских школ (видимо основа буддизма легко легла на мировоззрение людей тех регионов). Таков уж Восток: ему ближе «забота» о своей карме (о своём индивидуальном будущем), нежели забота об общем духовном и вещественном наследстве, которое люди Востока оставляют последующим поколениям.[20].

Одновременно с распространением буддизма происходила динамика развития индуизма, которую мы описали в последней главе пятой книги курса. Религиозная «заслуга» Будды Гаутамы в том, что ему удалось доступно и убедительно выразить учение брахманов, развив его до меры понимания и умонастроения широких слоёв общества: «жизнь есть страдание, от страдания можно освободиться, есть путь освобождения».

Чей социальный (а не религиозный) «заказ» неосознанно выполнил Будда, а затем развили во всеобщее учение его последователи? — Конечно же это — «заказ» рабовладельцев, которые хотели сохранить свой «элитарный» статус в то время, когда в обществе стали возникать бунтарские настроения (в первую очередь вызванные сословно-кастовым неравенством). Царствующая и военная «элита» употребила благонамеренные устремления Гаутамы и его сторонников — также как в своё время употребляли религиозное доверия толпы брахманы. Только времена брахманизма — как оплота откровенно расистской сословно-кастовой социальной системы на северо-востоке Индии — объективно прошли (а в других регионах Индии остались на долгие столетия) и пришла пора более «мягкого» и более скрытого рабовладения.[21] Вот и согласились с радостью многие цари и военная «элита» с учением Будды Гаутамы, который предложил всеобщее равенство людей перед религиозными возможностями. Но не во всей Индии прижился буддизм даже на первых этапах его становления. Главное, что устраивало всех «элитарно» настроенных вождей и их духовных покровителей (а также заблуждающихся аскетов и пр. гуру) это — религиозное обоснование бесконечных «жизненных страданий»: для продолжения религиозного обоснования «мягкого» рабовладения больше ничего и не требовалось. Понимали ли это цари и воеводы? — Не столь важно. Важно, что все они — и «элита» и духовники и аскеты и гуру — оказались психически слабы и внутренне трусливы (перед Богом), поддавшись на иллюзию имитации достижения быстрой «справедливости» (и даже ухватившись за неё: как ухватились после Будды Гаутамы многие национальные толпы Востока и Запада вне Индии) которую подхватил и развил буддизм. В общем Гаутама нарушил монополию брахманов на обретение религиозной «святости» — сделав это «достоянием народа». Примерно то же самое проделали через несколько веков с якобы наследием Христа, подсунув «народу» примирительную иллюзию «спасения души», названную «христианством», которое тоже разнесли через высшую «элиту» как «религию народа» по многим странам и континентам. Разница учений в общем-то небольшая…

Будда Гаутама, а затем его ученики и последователи, употребляли в своих религиозных изысканиях тщательно разработанный в «священных» текстах брахманизма понятийный аппарат и язык — санскрит. Их размышления были вписаны в идейно-культурный фон брахманизма: принимались принцип перерождения (сансары), идеи воздаяния (кармы), идеал долга, технология «праведного пути» (дхармы). При этом акцент всё больше перемещался от коллективного действия к индивидуальному: считалось, что «человек может вырваться из сансары индивидуальным усилием, осознав и сформулировав свой, личный «праведный» путь,[22] и, повлияв на судьбу, изменить воздаяние». Гаутама «отнял» идею индивидуального спасения у брахманов и «подарил» её всем людям в исполнении буддизма — что впоследствии также было принято классическим индуизмом, но в несколько иных формах и религиозной организации.

Таким образом, в возможности воспринять учение Будды и, соответственно избрать свой путь к «освобождению» (из предлагаемого религией «прейскуранта») — все люди оказывались «равны». В то время как при власти брахманов ограниченные перечни путей к «освобождению» были распределены между сословиями и кастами, низшим из которых вообще в этом отношении мало что «светило».[23] Сословные, этнические и вообще социальные различия объяснялись и осознавались сторонниками учения Будды как вторичные, производные от уровня, степени нравственной близости человека к пути, указанному Буддой[24] и соответственно могли быть изменены в процессе нравственного самоусовершенствования.[25].

Иными словами, буддизм позволил иллюзорно преодолеть ставший неудобным открытый индийский расизм — из которого и родилось учение брахманов («дваждырождённых»). Но помог сохранить на тысячелетия «господско»-рабские отношения, основа которых медленно смещалась от статуса «по происхождению» к статусу «по духовным способностям»,[26] которые зачастую напрямую зависели от имущественного статуса владельцев земли и иной материальной инфраструктуры, что обеспечивало клановую (иногда равную государственной) дисциплину и уважение в иерархии людей Востока. Но буддизм всем декларативно предоставлял равные возможности достижения «главного смысла жизни»: чем ни духовный «коммунизм»? Правда для этого нужно выполнить ряд условий по изменению своей псиихки, о чём мы поговорим позже.

Уже ближайшая цель и возможность на текущем жизненном пути[27] — повышение социального статуса будущего рождения (что мы подробно разбирали во второй главе пятой книги) — сразу же стала весьма привлекательна для широких масс, ранее лишённых религиозной «возможности» столь «быстро и эффективно» воздействовать на свою «судьбу». Понятно, что ленивые и слабые (в этом отношении) люди считались «тунеядцами» (по понятийным аналогиям с советским периодом «социализма» в СССР), которые наживают себе «плохую карму», а поэтому своим социальным положением они оказывались обязаны лишь самим себе — что отводило внимание всех людей от несправедливости общественного устройства на индивидуальные проблемы и способствовало закреплению индивидуализации и «атомизации» общества в социальном плане, канализируя такого рода интерес (к социологии) лишь на уровень смыслов посмертного воздаяния.

Каждый буддист признавал, что конечная цель жизни — труднодостижима, но реальна, если не ленясь трудиться в этом направлении. Причём именно буддизм распространил религиозный миф о возможном до него в основном для «дваждырождённых» (иными словами для индийских «полубогов» по происхождению) выходе из сансары в нирвану уже в текущей жизни.

Этим буддизм оказал объективно плохую услугу людям, его последователям. Скорее всего брахманы к середине I тысячелетия уже обладали закрытыми от остальных сословий совершенными психотехниками и жили в иллюзиях своей исключительной способности (эгрегориальная самонакачка) «объединения с Атманом». Буддисты сумели перенять и освоить психотехники через следующее сословие кштариев (они также «по происхождению» считались «дваждырождёнными») которое было близко допущено к психотехникам брахманов и понесло эти навыки вниз по иерархии сословий — распространив практики обретения прижизненных религиозных иллюзий потенциально «на весь народ».

Основные этапы развития.

В 383 году до н. э. прошёл второй буддийский Собор, который провёл царь Каласока в Вайшали. Он был он связан с конфликтом между ранними традиционными школами буддизма (Тхеравады) и более либеральными интерпретациями, известными как Махасангхика.

В соответствии с учением традиционных школ, Будда был лишь обычным человеком, достигшим просветления, и этот опыт могли повторить монахи, следуя монашеским правилам. Преодолевая страдания, монахи могли стать архатами — полностью «просветлёнными», немногими избранными из отшельников. Сторонники Махасангхики считали такой взгляд эгоистичным. Они считали, что цель достижения архатства несущественна, а истинная цель — достижение полного состояния Будды. Подобное воззрение в дальнейшем после многочисленных дискуссий переросло в Махаяну. Они были сторонниками более облегчённого монашеского устава, отчего их поддерживало большинство монахов и сторонников буддизма. Собор закончился осуждением Махасангхиков, которые покинули собрание. В дальнейшем сторонники Махасангхики обитали в северо-западной Индии и Средней Азии.

Социально активная и неразрушительная религиозная основа буддизма стала серьёзным стимулом для новой социальной стратификации. Вследствие этого буддизм легко распространялся в Южной Азии, преодолевая сословные и этнические границы.

В III веке до н. э. царь Ашока, правитель крупнейшей индийской империиМауриев (268–232 гг. до н. э.), объявил себе покровителем буддийского монашества — сангхи и защитником этических норм буддизма — буддийской дхармы. С помощью общественной и монашеской поддержки буддизма Ашока, соперничая с местными «элитами», укрепил центральную власть империи. При нём буддизм впервые стал государственной религией. Ашока стал активно материально поддерживать население, строя дороги и больницы. В это время буддизм стал распространяться за пределы Индии. Согласно колоннам и ступам с надписями царя Ашоки, эмиссары были посланы во многие страны с целью проповеди буддизма, в том числе и в греческое царство на западе — соседнюю греческую Бактрию[28] — но, возможно, и далее до Средиземноморья. Буддизм стал активно влиять на религиозные системы тех стран, куда он распространялся.

Царь Ашока не только распространял буддизм за пределы Индии: он «канонизировал» буддийское учение под контролем государства (то есть — «сверху» иерархии) и сделал буддизм религиозной системой «всего народа». «Канонизация» была проведена на III буддийском Соборе (250 г. до н. э.) в Паталипутре (современная Патна), который положил начало не только географическому, но и «каноническому» распространению буддизма. Собор проводил монах. Речь шла о примирении различных буддийских школ, очищении буддийского движения от оппортунистских фракций, выросших под царской опекой, и организации миссионеров через весь известный буддистам к тому времени мир. Ашока активно распространял буддизм на современный его правлению эллинистический мир. После краха империи Александра Македонского, распространявшего греческую культуру в пределах своих завоеваний, мир эллинизма был самым «передовым» и «высокоразвитым» в зарождающемся западном мире. Естественно, что индийское мировоззрение через буддизм оказало сильное влияние вначале на эллинистическую культуру, а затем — на римскую (как продолжательницу большинства греческих традиций). Следовательно, во времена окончательного «канонического» становления иудаизма (конец I тысячелетия до н. э.) и «христианства» (середина I тысячелетия н. э.) восточные «тонкости» посмертной «справедливости» вместе с их мистикой прочно вошли в мировоззрение греков, римлян и представителей других цивилизаций, которые плотно контактировали с буддистами.

Некоторые из эдиктов (законов) царя Ашока описывают деятельность Ашоки по распространению буддизма в эллинистическом мире, который простирался от Индии до Греции. Из эдиктов видно, что Ашока хорошо разбирался в структуре и организации греческих стран, там присутствовали имена царей, которые обозначены как новопринявшие буддизм — селевкидский царь Антиох II Теос (261–246 до н. э.), Птолемей II Филадельф — египетский фараон (285–247 до н. э.), Антигон Гонат, царь Македонии (276–239 до н. э.), Магас Киренский (288–258 до н. э.) и Александр Эпирский (272–256 до н. э.). Согласно палийским источникам, многие эмиссары Ашоки были греками, что показывает широкий обмен религиозными идеями между культурами того времени.

В общем, самое позднее к концу I тысячелетия до н. э. «мировая закулиса» через свои многочисленные региональные центры (в первую очередь — сферу распространения греческого влияния, оставшуюся после Александра Македонского) могла не только близко ознакомиться с «преимуществами» «религии для народа» (для рабов и местных рабовладельцев), но и увидеть на практике её устойчивость и притягательность. Мало того, у «мировой закулисы» было предостаточно времени (до утверждения «христианства»), чтобы произвести предварительную «экспертизу» (на практике), что скопировать с Востока для будущей западной религии для толпы, а что — лучше не брать. Поэтому зороастризм (митраизм) не был единственным потенциальным источником религиозного мировоззрения для будущих рабов и национальных «элит», но зороастризм (в котором нет сложных индивидуальных психотехник)[29] всё же (из всех восточных разновидностей, предложенных к тому времени) оказался ближе и доступнее римской (позднее западной) толпе.[30].

Историки не совсем ясно знают, насколько связи царя Ашоки реально повлияли на Грецию, но ряд авторов отмечают, что в это время вполне могли происходить процессы соединения эллинистических и буддийских способов мышления (мировоззрения). Имеются упоминания о буддийских общинах, в первую очередь в Александрии (по упоминанию Клемента Александрийского), и дохристианских монастырях Терапевты (по-видимому, название произошло от трансформации палийского слова Тхеравада).[31][32] В Александрии были найдены также и буддийские надгробия эпохи Птолемеев, украшенные изображениями Колеса Дхармы.

Царь Ашока положил начало распространению буддизма в Азию. К востоку от Индии на территории Мьянмы индийская культура оказала сильное влияние на народ Мон. Мон, как утверждают историки, обратились в буддизм примерно в 200 г. до н. э. в результате миссии царя Ашоки, ещё до разделения буддизма на Махаяну и Хинаяну. Ранние храмы в государствах Мон, такие как Пейтхано в центральной Бирме, были основаны в период I–V веков н. э. Буддийское искусство Мон претерпело сильное влияние индийского искусства времён династии Гупта и последующих династий, и этот стиль распространился далее по Юго-Восточной Азии в результате экспансий государства Мон в V–VIII века н. э. Под влиянием Мон учение Тхеравады широко распространилось, пока не было заменено буддизмом Махаяны в VI веке н. э.

Шри-Ланка была обращена в буддизм сыном Ашоки Махиндой и его шестью сподвижниками в II веке до н. э… Буддизм принял король Деванампива Тисса и многие аристократы. По легендам, царь Ашока посылал миссионеров через Гималаи в районы Хотана, в бассейн Тарима, и в страну индоевропейцев Тохаристан.

Распространение буддизма на Запад вошло в активную фазу после распада империи Александра Македонского. Греческие государства располагались к западу от Индии в Бактрии, на территории северного Афганистана со времён Александра Македонского около 326 до н. э.: царство Селевкидов возникло в 323 до н. э., потом Греко-бактрийское царство возникло в 250 до н. э. Греко-бактрийский царь Деметрий I вторгся в Индию в 180 до н. э. дойдя до Паталипутры, и основал Индо-греческое царство, которое занимало различные части северной Индии вплоть до конца I века до н. э… При индо-греческих царях буддизм процветал, и даже считалось, что вторжение греков в Индию было вызвано желанием оказать поддержку империи Мауриев, для защиты буддийской веры от преследований династии Шунга (185-73 гг. до н. э.).[33].

Один из наиболее известных индогреческих царей Менандер I правил 160–135 гг. до н. э. активно поддерживал буддизм, и в традиции Махаяны он рассматривается как великий покровитель веры, подобно царям Ашоке или Канишке — последнему Кушанскому властителю. Хорошо известен диалог в Милинда между царём Менандром и монахом Нагасеной около 160 г. до н. э.

Не исключено, что взаимодействие буддийской и греческой культур привели не только к эволюции буддизма Махаяны:[34] греческое представление о человеко-боге (см. греческую мифологию — одну из основных основ западного религиозного мировоззрения) могло повлиять на формирование образа Будды, а затем и Христа. В общем, как мы и говорили, для западного мышления необходимо «увидеть бога» (либо хотя бы того, кто его» представляет»: «священник», «учитель»), в то время как для восточного достаточно «ощутить божественное». Именно поэтому восточный Будда-человек,[35] преломившись через греко-римское западное мировоззрение (пантеон богов и бого-людей) стал западным богочеловеком. А за ним по традиции этот же путь прошёл и канонический Христос — с помощью «мировой закулисы» на базе опыта «озападнивания» образа Будды, Митры и прочих…

В Римскую империю буддизм проник самое позднее в начале I тысячелетия н. э. Римские источники описывают посольство «индийского царя Пандиона» к Цезарю Августу около 13 г. н. э. Послы приехали с дипломатическими письмами к грекам, и один из послов был шраманом (индусским оппозиционером брахманизму, буддистом), который сжёг себя заживо в Афинах для демонстрации веры. Это событие стало сенсационным, и описано Николаем Дамаскским, который встретил посольство в Антиохии, и упоминается также Страбоном. Могила этого шрамана сохранилась до времени Плутарха, который также оставил упоминание («Мастер шраман из Бхаруха в Индии»).

Сведения о буддизме достигали Запада. Во II веке н. э. Клемент Александрийский, отец «христианского» догматизма, писал про Будду: «Среди индийцев есть философы, следующие рекомендациям Boutta, которого они почитают как бога из-за своей непревзойдённой святости».[36] Есть и другие упоминания. Даже некоторые известные комментаторы находят аналогии между историей о рождении Будды и историей о рождении Христа, и выводят влияние буддизма на раннее «христианство».[37].

Подъём буддизма Махаяны в I веке до н. э. сопровождался серией политических изменений в северо-западной Индии. Индо-греческое царство пало, а его культура была перенята индоевропейскими кочевниками из Средней Азии, индо-скифами и потом Юэчжи, основавшими Кушанское царство около 12 г. до н. э.

Кушаны поддерживали буддизм, и созвали четвёртый буддийский Собор во время правления царя Канишкиоколо 100 г. н. э. в Джаландаре или в Кашмире, именно этот собор обычно ассоциируется с датой подъёма буддизма Махаяны и его отделения от буддизма Тхеравады (крупный раскол в буддизмена рубеже старой и новой эр). Представители традиции Тхеравады не признают этого собора, и иногда называют его «собором еретических монахов».

Царь Канишка собрал в Кашмире 500 бхикшу во главе с Васумитрой для редакции Трипитаки. В течение собора было собрано триста тысяч стихов и более девяти миллионов положений, которые приводили в порядок около двенадцати лет. Новый канон уже не опирался более на палийскую Типитаку, а был переписан на классическом санскрите вместе с основными положениями Махаяны.

Новая форма буддизма (Махаяна) опиралась на представление о подобии Будды божеству, в то время как буддисты Тхеравады считали Будду «человеком, достигшим просветления».[38] Со времени возвышения Махаяны активизировалась догматизация буддизма, сопровождающаяся обожествлением Будды с оговоркой, что все существа обладают природой Будды — что явилось отходом от традиций ранних буддийских школ. Также Махаяна включала ряд культурных вкраплений и обрядовых новшеств из северо-западной Индии и Кушанского Царства. С этого времени буддизм Махаяны стал процветать и распространяться на восток из Индии в юго-восточную Азию, на север в Среднюю Азию, а также в Китай, Корею и наконец в Японию в 538 году н. э. Махаяна стала основой распространения буддизма по миру.

После распада Кушанского царства буддизм расцвёл в Индии при династии Гупта (IV–VI века н. э.). Были созданы многочисленные центры по изучению Махаяны, в первую очередь — университет Наланда в северо-восточной Индии, который многие сотни лет был наиболее влиятельным из буддийских университетов. Буддийское искусство стилей династии Гупта распространилось по юго-восточной Азии и попало в Китай.

Индийский буддизм ослаб в VII веке по причине вторжения белых гуннов и нашествия ислама. Однако у буддизма был ещё период подъёма в империи Пала, в которой буддизм Махаяны процветал с VIII по XII века, они строили немало храмов в различных стилях буддийского искусства.

Большой удар по буддизму Индии был ненесён в 1193 г., когда тюрки во главе с Мухаммадом Кхилджи разрушили Наланду. В конце XII века, когда мусульмане заняли ключевые буддийские места в Бихаре, значение буддистов в Индии стало несущественным. В это же время набрали силу индуистские движения, в первую очередь Адвайта и бхакти. Бхакти, также как и буддизм провозглашало равенство людей перед богом, отрицало деление их на касты. Из бхакти позднее выделился рассмотренный нами в предыдущей книге весьма интересный сикхизм. На формирование индусского бхакти также как и на развитие индуизма, большое влияние оказал буддизм с его «равенством людей перед религиозными возможностями». Хотя буддизм родился в Индии, в XX веке от него там остались лишь небольшие островки буддизма на окраине Индии.

Буддизм не только распространил видоизменённое учение брахманов на огромное количество региональных цивилизаций, но он способствовал творческому развитию этого учения[39] в самой Индии в период с V века до н. э. по V век н. э. — в результате чего обновлённый под влиянием буддизма (и других «оппозиционных» брахманизму течений индуизма) индуизм получил «второе дыхание», приняв классические современные формы. После чего индуизм и буддизм разошлись по форме религиозного выражения и по «географии» распространения, но только не по древней мировоззренческой основе. К сожалению эта древняя восточная мировоззренческая основа (доктрина посмертного воздаяния- «справедливости») обильно попала и в Коран через психику «пророка» Мухаммада, видимо, с эгрегоров основных религиозных систем Востока: прежде всегозороастризма индуизма и буддизма, поскольку регионы их зарождения и распространения традиционно относятся к географической полосе, схожей по условиям проживания с родиной ислама, а вышеперечисленные религии были основными до наступления исторического ислама. Скорее всего Мухаммад «по происхождению» имел психологическое (а значит и некоторое мировоззренческое) единство с одним или несколькими эгрегорами этих крупнейших религиозных систем — от влияния которого он полностью не избавился в процессе своей миссионерской деятельности. Поэтому мировоззренческая основа исторического ислама, неотъемлемой и важнейшей частью которой стала воздаятельная доктрина «справедливости» (основа первого контекста Корана — «зомбирующего»), широко известная людям, проживавшим на территориях, ставших «исламскими» после VII века — была легко принята и усвоена из учения Мухаммада в первую очередь, а всё, что касается второго контектса Корана (устремлённого в Человечность), не замечено вследствие эгрегориальной «зашоренности» прежними религиозными стереотипами и невежества толпы. Но севернее и восточнее Индии ислам так и не смог серьёзно проникнуть, уступив эти регионы буддизму: основа мировоззрение тамошних людей не принимала единобожия Корана (люди ведического Востока не могут объять своим мировоззрением Промысла — как Живого Управления Бога через Любовь ко всем — для них существует лишь универсальная эсхатологическая предопределённость космоса) вследствие своего нескрываемого атеизма.

В Среднюю Азию буддизм проник, вероятно, со времён самого Будды Гаутамы. Согласно палийским легендам, «два брата-торговца из Бактрии Тапассу и Бхалика посетили Будду и стали его учениками. Потом они вернулись в Бактрию и построили буддийские храмы». Средняя Азия играла важную роль как место встречи Китая, Индии и Персии. Во II веке до н. э. экспансия Китая (династии Хань) на запад привела к контакту Китая с эллинистической цивилизацией, и в частности с Греко-Бактрийским Царством. Таким образом распространение буддизма на север привело к формированию буддийских общин и государств в среднеазиатских оазисах. В ряде городов Великого Шёлкового Пути имеется множество буддийских ступ и монастырей, которые видимо употреблялись для обслуживания путников. Различные школы раннего буддизма существовали в Средней Азии и Китае вплоть до VII века. Потом стала доминировать Махаяна, но в монастырях сохранялись ещё порядки Винаи, как в школах Сарвастивада и Дхармагуптака. Буддизм в Средней Азии стал приходить в упадок с приходом ислама начиная с VII века. Здесь мусульмане не были «толерантны», так как буддисты не принадлежали «к народам Книги». Они считали буддистов «идолопоклонниками» и преследовали.

В Китай буддизм проник предположительно в I веке н. э. из Средней Азии, хотя имеются легенды о том, как буддийские монахи посетили Китай во время правления царя Ашоки. До VIII века Китай был очень активным очагом буддизма. 67 г. н. э. считается официально годом появления буддизма в Китае, который принесли монахи Мотон и Чуфарлан. В 68 г. н. э., под покровительством императора они основали Храм Белой лошади, который до сих пор сохранился недалеко от столицы Лояна. Первые тексты школы Махаяна перевёл на китайский язык кушанский монах Локакшема в Лояне между 178 и 189 г. н. э. Процветание буддизма пришлось на период правления династии Тан (618–907 гг.). В это время Китай был очень открыт иноземному влиянию, тогда восстановились отношения с Индией, и многие китайские монахи ездили в Индию с IV по XI века. Столица династии Тан Чанъань (современный Сиань) превратился в духовный центр буддизма. Отсюда буддизм распространился в Корею и Японию.

Однако к концу эпохи Тан иностранное влияние перестало приниматься с радушием, и в 845 г. император У Цзун запретил все иностранные религии, включая несторианство, зороастризм и буддизм чтобы поддержать китайский даосизм. По всей территории Китая он конфисковал собственность буддийских общин, разрушил монастыри и казнил монахов, после чего культурное и интеллектуальное преобладание буддизма в Китае закончилось. Школы Чистых земель и Чань смогли при этом продержаться ещё несколько столетий, школа Чань передалась в Японию в виде Дзен. В Китае период расцвета Чань приходится на династию Сун (1127–1279), когда чаньские монастыри превратились в мощные культурные и учебные центры. Буддийское искусство в Китае хорошо сохранилось до настоящего времени.

В Корею буддизм проник около 372 г., когда китайские послы посетили королевство Когурё, принеся с собой рукописи и изображения. Буддизм расцвёл в Корее, и в частности школа Сон (Дзэн) начиная с VII века. Однако с началом правления конфуцианской династии И (Ли) периода Чосон в 1392 г. буддизм стал преследоваться и почти исчез, за исключением оставшейся школы Сон.

Оплотом буддизма осталась «самая восточная страна» — Япония. И по сей день Япония является самой большой буддийской страной. Буддизм пришёл в Японию в VI веке, принесённый странствующими монахами. С буддизмом пришли многочисленные книги и произведения искусства. В следующем веке (V век) буддизм был принят как государственная религия.

Находясь на дальнем конце Великого Шёлкового Пути, Япония смогла сохранить немало аспектов буддизма, которые были утрачены в Индии или подавлены в Средней Азии и Китае. Япония стала хранителем, а затем и одним из главнейших источников буддизма для современного Запада.

В XII–XIII веках наступил расцвет дзэн-буддизма и связанной с ним «утончённой» культуры. Сейчас в Японии находится около 80 тыс. буддийских храмов, которые регулярно реставрируются.

Тантрический буддизм возник в восточной Индии в V–VI веках. Много практик тантрического буддизма пришли из брахманизма (мантра, йога, сожжение сакральных жертв). Тантрический буддизм стал доминировать в Тибете начиная с VI века.

С I века н. э. возросло влияние Индии на страны Юго-восточной Азии благодаря торговым связям по Великому шёлковому пути. Торговые пути соединяли Индию с южной Бирмой, центральным и южным Таиландом, нижней Камбоджей и южным Вьетнамом, где были построены города и укрепления. Более тысячи лет культуру стран Юго-восточной Азии определяло индийское влияние, туда попадали «священные» тексты на пали и на санскрите, индийские сочинения, Тхеравада, Махаяна, Веды, Рамаяна и Махабхарата попадали непосредственно от индийских проповедников и торговцев. С V по XIII века в Юго-восточной Азии образовались сильные империи, которые активно строили буддийские храмы, в этих странах процветало буддийское искусство. К югу образовалось государство Шривиджая, а на севере — Кхмерское царство, в которых процветала Махаяна с обширным пантеоном Боддхисатв.

На Запад буддизм стал проникать после греко-буддийских контактов, зафиксированных в античные времена. Встречи буддистов с западным миром происходили эпизодично, в основном в связи с деятельностью посольств, купцов и «христианских» миссионеров. Одним из первых таких контактов следует считать визит франсисканца Рубрука в Монголию в 1253 г. Широкое распространение буддизма в западных странах наступило в XX веке по многим историческим причинам:

· Массовая эмиграция китайцев, японцев, корейцев и вьетнамцев в США, Австралию, страны Европы и Америки в XX веке.

· Повышение интереса к буддизму в США и в европейском обществе в конце XIX — начале XX века по причине открытия Японии для внешнего мира в 1853 г. и деятельности Теософского Общества, пытавшегося привлечь внимание широкой публики к оккультизму.

· Основание первых буддийских обществ Дзен и Тхеравады в западных странах в начале XX века.

· Активизация деятельности тибетских буддийских школ после «оккупации» Тибета Китаем и поддержки тибетских беженцев западными странами (вторая половина XX века). В этот период тибетский буддизм открылся для западной публики, практически все школы тибетского буддизма нашли поддержку и основали свои общества во многих странах, в первую очередь в США, Германии, Швейцарии, Италии.

В настоящее время в западных странах существуют практически все буддийские направления, имеющие свои общества, храмы, школы и медитационные центры, которые насчитывают миллионы приверженцев.

Именно в тот момент, когда на Западе начался кризис идеалистического атеизма «христианских» церквей, а затем кризис материалистического атеизма в странах «социалистического» лагеря — многие люди (в основном из «элиты» и «интеллигенции») в поисках новизны религиозной мистики (которую иногда называют «оккультизмом») обратились к тому, что было близко их психическому складу «недочеловеков» (людей, которые были слабы преодолеть психический атеизм, но желали «жить» религиозной «жизнью», устраняясь подальше от мирских обязанностей перед своими потомками и обществом в целом) — к буддизму,[40] оплотом которого была и остаётся Япония. Так после долгой «разлуки» Запад начал объединяться с Востоком, и это не удивительно: ведь религиозная основа и западного[41] и восточного мировоззрения всегда оставалась одна (восточный дуализм и соответствующая ему доктрина посмертного воздаяния), а многовековые религиозные игры «в единого Бога» подошли к своему закономерному концу — обнажению нескрываемого атеизма на Западе.

Важные особенности распространения буддизма.

Итак, распространение буддизма началось в IV–III вв. до нашей эры и его начало связано с именем царя Ашоки, который сумел объединить под своей властью почти всю территорию Индии, провозгласив буддизм государственной религией. Государство Ашоки охватывало территорию почти всей Индии и части современного Афганистана.

С процессом распространения буддизма связаны несколько интересных особенностей:

· Чем дальше буддизм продвигался на Восток и чем более крепкими становились его позиции в странах Юго-Восточной Азии — тем заметнее уменьшалось его влияние на родине в Индии. В современной Индии количество буддистов не превышает 1–2 процентов от общей численности населения.

Можно сказать, что, во-первых, буддизм на поверку историческим временем оказался непригоден для индийцев в части социальной организации общества (буддизм не поддерживал открытую стратификацию общества на сословия и касты). Во-вторых, буддизм оказался религиозной системой, которая можно сказать полностью удовлетворяла (и удовлетворяет до сих пор) мистико-религиозным чаяниям людей (их психическому настрою) множества регионов Южной и Юго-Восточной Азии, Японии, Китая — грубо говоря, тех регионов, которые находились восточнее и севернее Индии. Поэтому буддизм оказался средством распространения наработанного брахманами религиозного учения за пределы Индии — как религиозного обеспечения «мягкого» рабовладения, гарантирующего минимальную внутреннюю социальную напряжённость, в первую очередь между рабовладельцами и «господами»[42] (что было впервые успешно опробовано на опыте функционирования империи Ашоки в самой Индии).

· Процесс распространения буддизма шёл по принципу «мягкого» и неторопливого упреждающего вписания в его могучую и привлекательную мистико-«философскую» религиозную основу — основных принципов местных систем вероисповедания. Именно поэтому, вследствие непревзойдённого потенциально перспективного новшества (многократные перевоплощения и посмертное воздаяние, оформленные и разработанные психотехники…), а также весьма гибкой, далеко идущей терпимости к местным верованиям и их пантеонам — до сих пор считается, что буддизм сам подстраивался под культурные традиции самых разных народов Южной и Юго-Восточной Азии, не тревожа их религиозные чувства. Но, как мы уже знаем из последней главы предыдущей книги про Индуизм — учение брахманов (которое взял за основу Будда Гаутама) сильно не обрядностью и пантеоном, не культами для толпы: оно сильно мистико-«философской» и психотехнической основой. Поэтому местные религии (не имеющие столь мощной и «прогрессивной» основы), приняв мистико-«философскую» и психотехническую основу буддизма — автоматически оказывались вписаны сами в последний, вне зависимости от внешнего религиозного прикрытия (местные верования и их пантеоны).

Местные боги как правило находили своё место в пределах уже существующего буддийского пантеона — но в отношении «Будд» в конечном итоге местные боги занимали подчинённое положение, с чем соглашались местные народы, их «элита» и «жречество», будучи пленёнными духовными основами буддизма. Однако, начинал распространяться буддизм, как правило не нарушая традиций, верований и культов стран распространения. Этот процесс облегчался тем, что у первобытных политеизмов уровня национально-государственных религиозных систем и у буддийской религии — общие «анимистические» корни (вера в бессмертие души). А буддизм предложил современное и перспективное развитие «теории о душе», близкое по мировоззренческой целеустремлённости многих национальных эгрегориальных систем. Иначе говоря, в религиозных эгрегорах национальных религиозных систем, которые впустили к себе буддизм — уже была потребность в их совершенствовании и развитии, которое соответствовало бы историческому времени: буддизм оказался «очень кстати», вписав в свой эгрегор местные эгрегоры вер.

В конечном итоге, по мере закрепления буддизма на местном уровне, происходило «усвоение» (поглощение) и изменение большинства первоначальных элементов культов и вероучений, которые заканчивались как правило — искоренением «аборигенных» традиций и даже иногда репрессиями против сторонников последних, которые поддерживались со стороны принявших буддизм «элит». Но это в первую очередь касалось стран, уровень «культурно»-религиозного развития которых уступал уровню буддизма.

· Распространяясь в страны, уровень религиозного развития которых примерно соответствовал уровню религиозного развития Индии во времена зарождения в ней буддизма (в первую очередь это касается мощи и алгоритмики доминирующих религиозных эгрегоров а затем — уровня канонических писаний и обрядов), последний несколько трансформировался под их влиянием и существовал вместе с ними.

Последнее в первую очередь касается Китая. В Китае сложился конфуцианско-даосско-буддийский религиозный комплекс, в котором наглядно распределились религиозные сферы, сложившись в иерархию «наилучших» возможностей разных вер, в которых буддизму была отведена ведущая роль в сфере «этики» посмертного воздаяния:

· Конфуцианство преобладало в социально-политических отношениях и сфере социальной этики и являлось религиозной основой сословного разделения.

· Даосизм преобладал в сфере бытовых культов и являлся основой «философии» для рабов.

· Буддизм вошёл в китайскую цивилизацию с «философией» заботы о спасении душ верующих,[43] замаливании грехов, ярко выразился в погребальных и заупокойных службах.[44].

Поскольку конфуцианство, поддерживающее социальный порядок и даосизм, поддерживающий бытовой порядок, соответствовали сословному рабовладению (подобному индийскому),[45] это говорит о том, что «философская» основа буддизма была не только совершеннееи выше «философских» основ существующих китайских религий,[46] но она как никогда подходила для обеспечения рабовладения на высшем духовном уровне. В Китае буддизм «гармонично» удовлетворил своей «философией» и психотехниками желание «элит» сохранить социальную основу рабовладения и желание «низов» достичь «бессмертия».

Механизм проникновения буддизма в другие страны, который можно проследить на примере Китая, заключался в следующем. Монах-миссионер морским или сухопутным путём пребывал в страну, имея при себе лишь поклажу «канонических» текстов — сутр. Найдя имущих и влиятельных покровителей (которые, естественно сами проверяли учение на «пригодность»), подвижник воспроизводил с оригинала (а иногда и по памяти) «канонический» текст. Штат переводчиков и писцов осуществлял перевод, обрастающий многочисленными комментариями, призванными «облегчить понимание его содержания». Изданный и прокомментированный текст становился базовым для дальнейшей публичной проповеди — основной формы пропаганды учения в массах. Впоследствии вокруг учения образовывались сообщества мирян, а затем и самостоятельные школы буддизма.

Естественно, что, сумев прижиться на базе вторичного толкования «канонов» — буддизм разделился на многочисленные направления, заметно отличающиеся по формам религиозных культов друг от друга.

Каноны и направления буддизма.

Сам основатель буддизма Будда Гаутама ничего не писал. Некоторые утверждают, что точно неизвестно даже, на каком языке он разговаривал, но известно, что он был противником жесткой фиксации «учения» на каком-либо одном языке. Видимо он, как и последующие легендарные личности (Христос и Мухаммад), которые исторически стали «основателями религиозных систем» — понимали, что суть учения невозможно передать через ограниченные тексты, составленные из высказываний по поводу конкретных событий и вопросов. Догматизация же ответов (и советов) основателя на те или иные вопросы в качестве «советов на все случаи жизни», как правило превращает религиозные идеи в лучшем случае в средство «зомбирования» населения готовым набором норм поведения, а в худшем — к извращению смыслов высказываний вплоть до противоположных тем, что имел в виду основатель. И это употребляется заинтересованными лицами в целях сохранении рабства в разных его исторических разновидностях на базе толкования высказываний на свой лад и авторитета основателя. Любое учение такого рода предназначено для того, чтобы указать путь к совершенству людей, к методике освоения динамики духовного развития (даже если учение основано на ложной мировоззренческой платформе — как это имело место быть в случае благонамеренного Будды Гаутамы), в соответствие с чем люди сами будут продолжать дело основателя (лучше его самого), а не догматизировать его высказывания, обожествляя как самого основателя, так и записанные после него тексты.[47].

Но сразу после смерти Гаутамы, вопреки его убеждению, его учение стали пытаться воспроизводить с устных рассказов близких к нему учеников (из них обычно выделяются трое). В результате, как мы уже писали выше, к I веку до н. э. появилась палийскаяТрипитака, а чуть позже (в I веке н. э.) — санскритская Трипитака.

До наших дней от санскритской Трипитаки сохранились отдельные фрагменты, известные по переводам на восточные языки. В 1871 году в Бирме был созван специальный буддийский Собор с целью упорядочения буддийского «Священного писания». На Соборе присутствовало 2400 участников, которые занимались сопоставлением разнообразных сохранившихся списков и переводов Типитаки, в результате чего появился унифицированный текст. Этот текст вырезали на 729 мраморных плитах, и из каждой сделали своеобразный памятник-фети— буддизму. Так в Бирме был создан грандиозный объект для эмоционального поклонения — город-библиотека (Кутодо), который почитается буддистами всего мира.

Как правило традиционно современную Типитаку разделяют на три большие части:

· Виная-питака («Корзина устава» сангхи, 110 мраморных плит). В ней обстоятельно описываются основные церемонии, обряды и правила поведения, которых должны придерживаться монахи, перечисляются грехи, прегрешения и наказания за них, самое страшное из которых — исключение из общины.

· Сутта-питака («Корзина наставлений», 410 мраморных плит). В ней учение буддистов изложено в форме нескольких десятков тысяч притч и бесед, приписываемых Будде Гаутаме и его ближайшим ученикам. Кроме того, в эту часть канона включены и другие произведения самого разнообразного характера: сборники легенд и афоризмов, поэмы, комментарии и т. д. Самое значительное произведение в этом разделе Типитаки — Дхаммапада («Изложение учения»). Сутта-питака упорядочена по специальным разделам (никайа) по длине.[48].

· Абхидхамма (Абхидхарма) — питака («Корзина чистого знания», «философия» буддизма, 209 мраморных плит). В семи трактатах последнего раздела излагаются «философские» рассуждения о мире и человеке.

Кроме «канонов» Типитаки существуют «полуканонические» тексты по широкому кругу тем: Джатаки — история о предыдущих жизнях Будды; «Вопросы царя Милинды», в которых воспроизводится беседа образованного эллинистического царя Менадра (Милинды, II век до н. э.) и буддийского мудреца Нагасены; традиционная биография Будды — «Буддхачарита» Ашвагоши (100 г. до н. э.).

Традиционно буддизм делят на Махаяну и Тхераваду, так называемые «Великую колесницу» и «Учение старейшин» («Школу старой мудрости»). Отличительной чертой Махаяны является учение о Бодхичитте — безграничной любви ко всем без исключения живым существам, и проистекающем из него понятием Бодхисаттвы — готовности отказаться от индивидуального достижения нирваны с целью спасения всех живых существ. Последователи Махаяны подразделяют буддизм на Великую (Большую) Колесницу (собственно Махаяну) и Малую Колесницу — Хинаяну. Само название «Хинаяна» было введено «технически» для обозначения буддистов, ограниченных только стремлением к индивидуальному спасению, и применялось в исторической полемике с другими школами раннего буддизма. Тхеравада — единственная сохранившаяся из школ раннего буддизма, применение по отношению к ней термина «Хинаяна» (что зачастую практикуется) считается неправильным. Тхеравада активно употребляет понятие метта-бхавана, аналогичное понятию Бодхичитты в Махаяне, и под определение Хинаяны не подпадает. В тибетском буддизме вводится также понятие Ваджраяна («Алмазная колесница» или тантрический буддизм). Иногда её считают отдельной, третьей колесницей, иногда — одной из школ Махаяны. Характерной чертой Ваджраяны является тантра.

Тхеравада.

Тхеравада — учение, согласно которому его сторонники видят в Будде «Великого Учителя», который лишь «указал путь к спасению, но не повёл по нему». Достижение нирваны сторонникам Тхеравады представляется возможным лишь для немногих избранных монахов, которые безоговорочно следуют букве буддийского ритуала.

Все остальные — испытывают на себе действие «закона зависимого существования» (кармы), который трактуется в чрезвычайно широком диапазоне понятий буддизма Тхеравады. Считается, что карма обуславливает «цикл Вселенной и Земли», взлёты и падения в истории государств и народов, отдельных семей и индивидов, вызывают социально-экономические изменения, международную напряжённость, войны, аварии, катастрофы и стихийные бедствия. Например, из-за воровства идут дожди и выпадает град; из-за грубых слов возникают засоленность почвы и пустыни; из-за пустой болтовни — путаница во временах года; из-за корыстолюбия — неурожаи (Васубандху. Абхидхармакоша, гл. 4;85).

Сами наблюдения, сведённые в «канонические» закономерности «закона кармы» имеют под собой реальные и объективные соответствиямыслей и поступков людей (как отдельных людей, так и их разнообразных объединений) — наблюдаемым внимательными людьми последствиям, некоторые из которых перечислены выше. Однако, выраженная в обширнейших «канонах» «закономерность» (последствий от конкретных причин) начинает объективно врать сразу же после её записи в «каноны» по двум (как минимум) причинам. Первая (причина, которая исходит из ограниченного разумения и примитивного мышления): невозможно свести неограниченный ничьим земным разумением (а Вселенную никто из древних людей не мог изучить до уровня детализации соответствия её процессов на «законы кармы») Божий Промысел, в котором действительно все последствия социального и общебиосферного характера имеют свои причины социального плана — к ограниченному «канонами» перечню. Вторая (причина, которая исходит из извращённого восточным мировоззрением понимания смысла жизни людей): все без исключения соответствия, записанные в буддийские (и в индуистские) «каноны» выстроены без учёта главной цели, выставленной Свыше в Божьем Промысле — посторенние социально справедливого общества на Земле. Поэтому замеченные соответствия причин и последствий как правило никак не соотносятся с процессом движения общества к указанной в предыдущей фразе цели, если подробно рассматривать буддийские «законы». Так, например, такие пороки как воровство, грубые слова, пустая болтовня или даже убийства — часто соответствуют процессу бессознательного уклонения общества (под воздействием «голоса совести») от сложившегося неправедного порядка: последнее объективно хуже, чем смуты, характеризующиеся указанными «порками». Однако, власти, поддерживаемые «духовенством» борются с прописанными в «канонах» известными «пороками», ссылаясь на те же «канонические» соответствия — и тем самым пытаются (иногда успешно) гасить смуту, которая призвана привести общество к более справедливому порядку на Земле.

К тому же даже если бы этот перечень и был самодостаточен для людей и абсолютно справедлив на момент его написания — сразу же после этого, в следующее мгновение после фиксации соответствий, он стал бы врать. Утверждение противоположного означает остановку развития цивилизации. Это — так, поскольку заданная Свыше динамика духовно-нравственного развития глобальной цивилизации людей не может уложиться в понимание ограниченных соответствий древности: одни и те же соответствия (если, конечно их замечать: надо отдать должное «мудрецам» Востока) могут быть призывами для разных людей и их разных объединений Свыше через Язык Жизни к разным действиям и мыслям в разные исторические моменты развития. Поэтому догматизация соответствий — согласно мере понимания людей на определённом историческом этапе — первый роковой шаг к отгораживанию догматами по меньшей мере от будущего воздействия на людей Языка Жизни. И этот шаг, к сожалению, сделали все крупные религиозные системы в истории их становления — после чего они автоматически «стали врать» людям. Но на примере восточных религиозных систем это наиболее ярко выражено, поскольку именно в них подробнейшим образом расписаны соответствия «на все случаи жизни» (что является нейро-лингвистическим программированием психики, или иначе — глубоким эшелонированным «зомбированием» — кодированием «жизни» по «каноническому» шаблону «раз и навсегда»).[49].

Упомянутые выше пороки (воровство, ругань, болтовня, корыстолюбие, убийства и многие другие) сами по себе являются злом для Человека: с этим никто не спорит. Однако в нашей глобальной цивилизации (в которой пока нет места индивидам с Человечным типом психики, либо такие индивиды представляют собой редкие исключения) процесс движения её к Человечности издревле и до сих пор идёт по принципу «одно зло замешается другим» либо «одно зло борется с другим» в результате чего на следующем этапе после столкновений двух «зол» происходит становление следующей фазы развития — которая в большинстве случаев объективно более передовая и явление, на которое указует следующее стандартно названное «зло» несколько содержательно отличается от того, с чем столкнулись его предшественники, в сторону духовно-нравственного прогресса. При этом пороки, которые считались «злом» — так и остаются пороками, указывающими, что общество не дозрело до идеала. Но историческое содержание явлений (те самые соответствия), на которые указывают одни и те же пороки (одни и те же понятия религиозной «этики») — разное в разные исторические эпохи и у разных людей и народов, поскольку последние всегда находятся в конкретном историко-социальном контексте, а не в «канонических» абстракциях. Это важнейшая часть Языка Жизни. Бог, конечно, имеет отношение к такого рода объективной религиозной «этике» — тем, что Он на Языке Жизни, который обусловлен реальной нравственностью самих людей (основная причина всех следствий) показывает людям путь к Справедливости и на этом пути до сих пор было, что одно земное «зло» уничтожало другое. И это продолжается, пока всё общество нравственно не дозреет до изживания из жизни всего зла. В этом смысле можно сказать, что Бог поддерживает динамику (процесс) движения к праведности,[50] но не поддерживает ни одно из зол, не вмешиваясь в их взаимное уничтожение в пределах земных сфер. Именно поэтому учение Тхеравады, о том, что можно достичь нирваны (по-буддийски — преодоление «закона кармы»; иначе — земных привязанностей, зла) — не праведно и ложно: полное преодоление земного зла возможно лишь всем земным миром, а не отдельными монахами. В таком понимании отшельничество есть объективное зло, поскольку если отшельник праведнее других, то он должен стараться помогать всем людям, чему и посвятить свою жизнь — а о его душе позаботится Бог. Ну а если отшельник не знает, как его «праведность» сделать достоянием всех людей — значит он не праведник, а трус,[51] бегущий в искусственную социальную[52] самоизоляцию от неподъёмной для его психики задачи, выставленной Свыше. Но именно этому и учит буддизм Тхеравады.

К слову сказать,русских общепринято на Востоке, но особенно на Западе считать «воплощением этических пороков мирового зла» (ворами, грязными сквернословами, бандитами, убийцами, пустобрёхами недоученными и пр.). Но, согласно жизненной практике («Языку Жизни») именно Русская цивилизация, продираясь через «перманентную» смуту, сопровождающуюся как правило эпизодической ломкой старых мировоззренческих стереотипов — когда процветаловоровство, сквернословие, ложь, взаимные убийства, вероломство и пр. «зло» — быстрее всех других региональных цивилизаций двигалась к социальной Справедливости, отказываясь «бандитскими» (в оценках всего «цивилизованного» мира) методами от прежних отживших религиозных стереотипов. Такой способ бессознательного движения к Справедливости Божией свидетельствует о том, что русские самые нетрусливые на бессознательных уровнях психики,[53] но мера понимания (уровень сознания) русских в целом пока ещё здорово отстаёт от их бессознательного целеустремления.[54] При этом ресурсы уровня сознания русских безнадёжно не замкнуты на нужды религиозных систем (как на Востоке) и на нужды развития технократии (как на Западе). Сознание русских (в целом) пока слабо развито (по сравнению с Западом),[55] но главное, что оно не направлено так безнадёжно (как на Западе и на Востоке) на ложные цели: русские не желают поддерживать что-либо, пока не осознали перспектив этого и не сравнили со своим соборным бессознательным целеполаганием.

Вернёмся к Тхераваде. Согласно последней, простые верующие могут бороться в жизни только за «частичное улучшение своей кармы за счёт «малых заслуг»» — соблюдения заповедей, посещения монастырей, и «священных» мест, участия в религиозных церемониях, щедрой милости монахам и сангхе (общине) в целом.[56] Эти «малые заслуги», согласно учению Тхеравады, могут полностью защитить верующего от возможных неудач и несчастий в недалёком будущем, привести к улучшению их социального и материального положения[57] — но не обеспечивают освобождения от сансары: последнее возможно лишь в монашестве.

Космогония Тхеравады призвана наглядно выразить двоякого рода идеи. Во-первых, восприятие человеком окружающего мира не исчерпывается привычным представлением о нём, как о чём-то материальном и реально существующем, но -целиком зависит от того уровня, на котором пребывает сознание человека. Во-вторых, человек пребывает на промежуточном уровне мироздания и постоянно поставлен перед выбором — или праведная жизнь[58] с возможностью перерождения на верхних, «благих» уровнях бытия, или жизнь под диктовку грешных страстей, которая рано или поздно опустит его в самый низ[59] (согласно буддийским представлениям об уровнях миров вселенских универсумов). Космогония Тхеравады, как и общая космогония буддизма весьма интересна и поэтому мы подробно рассмотрим её в одном из следующих разделов этой главы, как отдельную большую тему.

В общем Тхеравада, как «школа староймудрости» (видимо много воспринявшей от брахманов) делит людей на монашество (до этого возможностями монахов могли владеть лишь брахманы) и паству — а поэтому в Тхераваде признана двухступенчатая религиозная иерархия. Тхераваду иногда называют «южным буддизмом», поскольку она распространена в странах, которые расположены к югу от Индии: Таиланд, Шри-Ланка, Камбоджа, Лаос.

Махаяна.

Махаяна («Большая Колесница») — второе направление буддизма. Как мы уже говорили, сам Будда Гаутама был против записи его учения. Однако если теоретической основой Тхеравады стала Типитака, то Махаяна имеет ещё вдобавок свой перечень «священных текстов». Это — Праджняпарамита сутры («Сутры Запредельной мудрости»), которые создавались позже Типитаки, в основном между I и VI вв. н. э. Таким образом, как точно подметил один буддолог: «Будда после своей смерти произнёс больше речей и проповедей, нежели за всю свою жизнь».

Праджняпарамита сутры это — «канонические» тексты, дающие рекомендации «совершенного понимания» о том, как «перейти на другой берег существования», в нирвану. Их отличительная особенность заключается в том, что тексты сутр не просто излагают религиозную доктрину с упомянутой точки зрения, но способствуют порождению в изучающем их человеке особое «высшее состояние сознания»,[60] состояние непосредственного переживания,[61] видения «реальности, как она есть» — пустой, незаполненной ни материальными вещами,[62] ни идеальными мыслями,[63] а потому тождественной нирване.

Отрицание реальности всего материального на буддийском Востоке приводит к тому, что люди перестают серьёзно относиться к Мирам, которыми Бог соразмерил всё материальное: из частных вполне земных Мир вещей и явлений при внимательном их изучении и соотнесении друг с другом — человек может составить хотя бы первичное представление о Божией Мире. Кроме того рассматривать информационные (духовные) процессы в отрыве от материальных объектов и их изменений не правильно. Буддизм Махаяны учит, что «идеальные мысли» (или идеальный духовный мир) — тоже не тот объект, к которому надо стремиться в жизни. Но если пренебрегать реальностью материи (которая упорядочена по Мире — матрице Жизни) и существованием высшего духовного идеала (как отражения Божиего Промысла в мыслях людей в том числе и через прямую интуитивную связь с Богом, обладателем «эталона» «идеальных мыслей» — источника алгоритма Жизни) — то больше неоткуда узнать Божий Промысел, Миру (матрицу, алгоритм), в которой предложен путь к Свободе всей цивилизации. Люди ведического Востока Миры не ведают, а материю считают иллюзией — но при этом считают, что именно они лучше всех и мудрее всех духовно познают путь «к освобождению». Впрочем, люди Востока и не стремятся узнатьМиру: это не входит в круг их понятий и устремлений, а все кальпы (космические циклы) вместе с их содержанием и хронологией давно и «надёжно» расписаны ими наперёд…

Мир «идеальных мыслей» (или идей, духа) согласно буддизму, представляет собой изменяющуюся во времени сборку мыслей верующих, согласно динамике которой одни верующие помогают другим достичь буддийского «освобождения» — на базе «творческого» развития канонического учения «Запредельной мудрости». Иначе говоря, «мир идеальных мыслей» это — промежуточное средство достижения нирваны[64] — а значит это некая «промежуточная» эгрегориальная сборка мыслей верующих, которые возникают у них при освоении буддийских «канонов» (в Махаяне это прежде всего Праджняпарамита сутры) в сопровождении учителей (бодхисаттв),[65] с помощью которых психика верующего уже подверглась нейролингвистическому программированию, соответствующему алгоритму «канонов».

Один из знаменитых образцов текста «канона» Махаяны, из которого можно понять выраженный нами выше смысл буддийского «мира идеальных мыслей» следующий:

«… если какой-нибудь человек в течение бесчисленных кальп заполнит миры[66] семью сокровищами и понесёт их в дар, и если добрый сын и или добрая дочь, которые возымели устремление стать бодхисаттвой, извлекут из этой сутры хотя бы одну гатху[67] в четыре стиха, заучат её, прочтут, изучат и подробно проповедуют её другим людям, то счастье, обретённое ими, превзойдёт счастье, обретённое от предыдущего деяния».[68].

Самые известные сутры: «Запредельной мудрости» — Алмазная сутра, Лотосовая сутра, Сутра Ожерелья, Махапаринирвана сутра (последнее — учение о великом переходе в нирвану).

Махаяна рассматривает Будду не как конкретную историческую личность (как в Тхераваде), а как олицетворение высшего начала — «абсолютной мудрости», «абсолютного совершенства» и тому подобных понятий. Иными словами, буддисты Махаяны сделали из Будды символ совершенства, к которому они стремятся. Поскольку буддизм является религией атеизма (отрицания Божиего надмирного управления), буддисты Махаяны вместо обожествления некоего эгрегориального объекта, названного «Богом», как это часто принято в других религиозных системах — сделали из Будды не конкретного «Бога» системы, а идеал, подобный Богу: разница небольшая.

Важным отличием Махаяны от Тхеравады является то, что первая допускает возможность «спасения» не только для монахов, но и для мирян. Согласно Махаяне, это становится возможным вследствие трёх вероучительных и культовых моментов:

· Учения о тождестве нирваны и сансары;

· Учения о Бодхисаттвах;

· Учения о будущем приходе Майтрейи.

Таким образом учение Махаяны теоретически уравнивает возможности всех людей, исповедующих буддизм, перед его конечной целью — нирваной. Этим самым буддизм Махаяны кажется справедливее, вследствие чего становится ещё привлекательнее для широких масс населения, что способствует его наибыстрейшему распространению. Махаяна прижилась к северу от Индии (в отличие от «южной» Тхеравады): видимо севернее Индии прямую религиозную поддержку социального разделения люди не принимали, а власти не решились поддерживать откровенную религиозную дискриминацию, как это принято в Тхераваде.

Согласно учению о тождестве нирваны и сансары — между последними не существует ни временных, ни пространственных границ.[69] Индивид, который крутится в колесе сансары, одновременно пребывает в нирване, однако ввиду «омрачённости его сознания» иллюзии «Я» и материальности мира она остаётся для него недоступной. Поэтому, стоит предпринять решительный шаг, очистить своё сознание — и можно легко оказаться в нирване, причём для того, чтобы этот «решительный шаг» сделать, не нужно прикладывать сверхчрезвычайных усилий.

Нужно ли говорить, что во времена окончательного становления учения Махаяны (до VI в. н. э.) понятия «бессознательные уровни психики» не существовало. Но при наблюдении за людьми специалисты-гуру (либо бодхисаттвы — уже достигшие состояния «просветления», но оставшиеся в миру для обучения других) с помощью освоенных ими способностей духовного «видения» и просто наблюдений — сопоставляли психические особенности «омрачённых иллюзиями и материальностью мира» людей с идеалом состояния «Будды». Психические особенности, которые являлись в их понимании «мешающим достижению нирваны» считались «нечистотами», мешающими достижению идеала, которые были названы «омрачённостью сознания» — поскольку очевидную для обеих сторон (исследователей и исследуемых) информацию о самих себе ученики давали специалистам гуру искренне (как на исповеди…) в большей мере с уровня своего сознания. По мере изменения психики учеников в нужную сторону — меняется и уровень их сознания (сознание выдаёт результат работы бессознательного), откуда специалист-гуру уже получает откровенные признания, которые больше соответствуют буддийскому идеалу. Таким образом, специалист-гуру с помощью персональных психотехник и нейролингвистического программирования медленно изменяет прежде всего бессознательные уровни психики (подавляя при этом личностную волю ученика — его «Я» — выражающееся в свободомыслии, которое контролируется с уровня сознания: воля, действующая с уровня сознания управляет «алгоритмическими потоками решений», что разрешить, что запретить, а что отложить…),[70] которые управляют всплывающими перед сознанием образами: сознанию лишь остаётся их закодировать в известные и общие для людей системы кодирования. Следовательно, при движении к «просветлению» ученики «очищают» от «лишнего» не сознание, а прежде всего своё личностное бессознательное — поэтому-то процесс «освобождения» занимает так много времени: если бы работа велась лишь с сознанием, то времени для достижения «идеала»[71] было бы нужно гораздо меньше.[72] К вопросу «очищения сознания» мы ещё будем неоднократно возвращаться[73] в процессе изучения буддизма.

Учение о бодхисаттвах (второй культовый момент Махаяны) допускает, что достижение нирваны в принципе открыто каждому человеку — но оно осуществляется не столько личными «праведными» усилиями, сколько вследствие активной помощи и поддержке бодхисаттв.[74].

В Махаяне весьма часто случаются, «приятные» для учителей-гуру исключения, когда ученик достигает «идеала» очень быстро — действительно, практически не прикладывая никаких серьёзных усилий. Так, например, предание гласит, что «один из учеников Будды достиг просветления сразу же после того, как увидел увядающий цветок в руке Учителя». Это вполне объяснимо: цивилизация, основанная на религиозной системе индуизма (который существовал в своих первых фазах уже несколько веков до буддизма), из которой появился буддизм должна была «штамповать» психический тип людей под свою религиозную систему, как говорится «от рождения». То есть, люди уже в своём большинстве рождались включёнными в эгрегориальную систему индуизма-буддизма, а стереотипы их мировосприятия в общем и целом соответствовали идеалу. Учителям оставалось лишь «очистить» психику от всего «лишнего», что являлось «погрешностью» по отношению к идеалу буддийской «чистоты». Но те люди, у которых такой «погрешности» от рождения почти не было — быстро достигали «просветления»: учителю нужно было приложить совсем немного усилий для этого.

Махаяна — весьма доступный буддизм «для народа», поэтому от сторонников Махаяны требуется лишь соблюдение простейших моральных заповедей и так называемой «клятвы бодхисаттвы»,[75] которая состоит в том, что индивид, который вплотную приблизится к нирване, будит оставаться в обычном мире,[76] чтобы помогать идти «восьмеричным путём»[77] остальным (сноски в тексте наши):

«Я клянусь защищать все чувствующие существа и никогда не покидать их. Мои слова — искренняя правда и в них нет лжи.[78] Почему? Потому что я сделался просветлённым для того, чтобы освободить все чувствующие существа;[79] я стремлюсь к непревзойдённому Пути не ради себя».[80].

«Добровольный» отказ бодхисаттв от религиозного эгоизма в пользу вербовки всех остальных при твёрдой уверенности в «правоте» дела — залог устойчивости функционирования религиозной корпоративности, которая воспроизводит себе подобных из поколения в поколение на хорошо настроенном «автомате», за которым нужно лишь следить во избежание стандартных либо не предусмотренных сбоев.

Этим Махаяна гораздо более эффективна, нежели Тхеравада если её рассматривать с позиции устойчивости религиозно-эгрегориальной корпорации, в которую в восточном идеале входит вся цивилизация, ограниченная рамками распространения религии. Ведь в системе буддизма Махаяны достижения «просветлённых» (пусть даже эти «просветлённые» и не такие «крутые», как монахи Тхеравады) — употребляются не только для совершенствования эгрегориальной системы буддизма, но эти достижения передаются последующим поколениям через личное земное общение «просветлённых» с начинающими учениками. И каждому ученику в такой системе всегда найдётся свой бодхисаттва, поскольку это учительский титул считается весьма почётным и нужным. Такого идеала не смогла добиться масонская система марксистского «социализма», поскольку во-первых, несмотря на достаточно детально разработанную систему ступеней посвящения («зомбирования»)[81] персонального поголовного учительства добиться не удалось[82] и, во-вторых, «зомбирование» системой масонского «социализма» не предусматривало методику психотехник: советская интернациональная периферия западных глобализаторов не владела этим.[83] По этим двум причинам буддизм стал предметом особого интереса не только первых нацистов в Германии (первая половине XX века), но и первых интернацистов в троцкистском СССР (о чём речь пойдёт далее). Иначе говоря, для быстрого «зомбирования» населения СССР троцкистам 20-30-х годов не хватало психотехник, которые обеспечили бы «в один удар» (за одно-два поколения) кадровую базу доморощенных советских бодхисаттв-комиссаров[84] — по одному на каждого вновь рождающегося гражданина СССР.[85].

Удивительные духовные и алгоритмические параллели между буддизмом (атеистический идеализм) и «советским» масонским порядком в СССР (материалистический атеизм) мы ещё рассмотрим подробнее в заключении. Здесь же скажем, что религиозно-«канонические» обоснования института бодхисаттв («добровольного» учительства) весьма тесно перекликаются с «социалистическим» обоснованием необходимости заботы (в смысле идеологической опеки) людей друг о друге. Махаяна объясняет простым верующим, что большое количество людей остаются в сансаре и, переживая множество перерождений, оказываются прямыми родственниками друг другу,[86] вследствие чего судьба любого человека не может оставить никого безразличным.

Учение о будущем приходе Майтрейи, третий культовый момент Махаяны — отражение в этом направлении буддизма восточного взгляда на мир (космогонии), как циклического функционирования Вселенной. «Космогонию» буддизма мы будем рассматривать в следующих разделах главы. Здесь скажем, что из индуизма (который воспринял общую индоарийскую космогонию)[87] в буддизм перешла кальповая теория функционирования Вселенной, которая наложилась на картину «трёх миров»[88] Тхеравады: последняя древнее Махаяны и Махаяна унаследовала «космогонию» Тхеравады. Согласно этой теории, представляющей буддийскую редакцию зороастрийско-индуистской «космогонии», каждый из бесконечного количества миров (из которых согласно Тхераваде состоит каждый из трёх миров Вселенной) развивается по законам цикла. Один цикл («махакальпа», «большая кальпа») длится около 4 млрд. лет, конец одного цикла означает начало другого. Не каждая кальпа отмечена появлением будд (олицетворений «абсолютной мудрости» просветлённых) — бывают и такие кальпы, когда будды не рождаются совсем.

Наша кальпа (в течение которой мы живём) — самая «буддоносная»: в ней должно появиться 1008 будд, по одному на каждые пять тысяч лет. В цикле выделяются несколько периодов — «малых кальп», или просто кальп, в каждой из которых проявляются пять Будд. В начале каждого цикла мир бывает совершенным,[89] а люди практически бессмертными, однако постепенно мир погружается «во тьму невежества и греха». В результате на смену практическому бессмертию приходит жизнь, длительность которой всё больше сокращается (с 80 тыс. лет до 80 лет).[90] Мы живём в эру четвёртого Будды кальпы — Будды Шакьямуни Гаутамы, начало исчисления которой считается от момента перехода Гаутамы в нирвану.

Космогоническая легенда Махаяны предсказывает появление следующего, пятого Будды, через пять тысяч лет после ухода Просветлённого Гаутамы в нирвану. Пятый будда Майтрейя, согласно легенде, должен совпасть с воцарением на Земле «справедливого правителя»,[91] что будет означать полное и окончательное спасение людей.

В очередной раз обращаем внимание на поразительное содержательное сходство с новозаветной легендой о «втором пришествии Спасителя» (которого ждут «христиане», «спасая» свои души для момента «Страшного суда»)[92] и на то, что буддизм исторически старше библейского христианства. В зороастризме и индуизме свой образ «Майтрейи»: в первом это «Спаситель Саошьянт»; а в индуизме это — соответствующее воплощение Вишну, разрушитель Калки, либо сам Брахма, наводящий «апокалиптический» порядок в конце кали-юги.

Махаяна — это «северный буддизм», поскольку она получила распространение в странах, расположенных на северо-восток от Индии — в Корее, Китае, Японии, Непале, Бирме.

Ваджраяна.

Третье направление буддизма — Ваджраяна или тантрический буддизм. Слово «ваджра», от которого происходит название рассматриваемого направления буддизма, означало удар молнии бога Индры.[93] Позже слово «ваджра» стало употребляться в переносном значении — обозначающем особую субстанцию, которой свойственна яркость (как удару молнии) прозрачность и неразрушимость (свойственные божественному воздействию) степени прочности бриллианта. Поэтому Ваджраяну часто называют «Бриллиантовой колесницей».[94].

Важнейшим отличием тантрического буддизма от остальных его видов, которые мы рассмотрели, считается его особая опасность для неподготовленных людей. Поэтому, забегая вперёд, можно назвать Ваджраяну — буддистским направлением для «избранных», для «удачников», для тех, кто оказывается наиболее стойким к его непростым психотехникам. Всем остальным глубокий вход в религиозную «мистику» Ваджраяны в разной мере как бы закрыт. Действительно Ваджраяна — одно из самых «мистических» и загадочных направлений буддизма, привлекающих и подкупающих последователей своими необычайными ощущениями, которыми сопровождаются её малопонятные культы.

Многочисленные наставники Ваджраяны предупреждают своих последователей, что путь тантризма, полного чудес и мистики, сопровождается многочисленными опасностями и «напоминает хождение по канату, протянутому через бездонную пропасть; малейшая ошибка — и неудачник рискует переродиться в особом аду». Залогом успеха — как учат наставники — выступает чистота помыслов, нацеленных на достижение идеала бодхисаттвы, бескорыстной помощи всем живым существам. Если же ученик вступает на путь тантры в погоне за магическими силами ради собственного корыстного успеха, он заранее обречён на неудачу.[95].

Уже с первого поверхностного ознакомления с методикой и назначением буддийского тантризма становится ясно, что его основное религиозное предназначение совпадает с предназначением Махаяны — достижение психологического уровня гуру-бодхисаттвы (по меньшей мере) для дальнейшего массового распространения буддизма вообще (а не только тантрического буддизма). Однако, главной особенностью Варджаяны является её путь подготовки бодхисаттв: это, грубо говоря, ускоренный, необычный и рискованный путь, по отношению к пути, предлагаемым Махаяной (подробнее мы рассмотрим ступени «просветления» буддизма в следующих разделах). Но результат психообработки учеников с помощью Варджаяны, видимо, более устойчив (нежели после ступеней Махаяны) к «неожиданным» и «нестандартным» «колебаниям» внешней среды — к внешним воздействиям на психику. Однако достичь конечного результата могут лишь немногие. В то же время в Варджаяне нет монашествующих избранных, как это присуще Тхераваде: попробовать путь Варджаяны могут все желающие, а результат будет определяться практической «избранностью» в противовес монашеству Тхеравады.

Варджаяна, как тантрическое направление буддизма, зародилось в Индии в первых веках новой эры — и видимо развивалось параллельно Махаяне с целью создания особой «кадровой базы» «просветлённых» последователей и учителей буддизма. Тантрическая практика Варджаяны восходит к примитивным верованиям раннего тантрического индуизма (восходящего в свою очередь к древнейшим ритуалам сельской общины, связанных с магическим увеличением плодородия), трансформировавшегося в современный тантрический индуизм к середине I тысячелетия н. э. — шактизм и его направления.[96] Однако если тантрическая практика восходит к примитивным древним верованиям, основанным на объединении мужского и женского начал, то тантрический буддизм характерен «философским» развитием тантрического практицизма, что явилось поздним теоретическим обоснованием магии тантризма и является одним из направлений буддийской «философии».

«Философия» буддийской тантры возникла одновременно с индусским шиваизмом (шактизмом) в середине I тысячелетия н. э. Её считают разновидностью Махаяны, но, правда, окутанную оккультным, мистическим и магическим туманом. Видимо буддизм явился стимулом теоретико-«философского» обоснования «мистики» индусского тантризма, после чего стал средством распространения этого восточного «мистического» направления в другие регионы мира. Как и индусский шиваизм, буддийский тантризм делает упор на дуалистическое — мужское и женское начало — лежащее в основе Вселенной.

Поэтому существуют две разновидности буддийского тантризма, различающиеся по тому, какому началу они отдают предпочтение:

· тантризм «левой руки», собственно ваджраяна — женскому;

· тантризм «правой руки» — мужскому.

Из практикующей медицины (в том числе тибетской) известно, что правое полушарие головного мозга более ответственно за координацию движений левых конечностей человека и, прежде всего, левой руки. Левое полушарие наоборот — за координацию движений правой руки. В то же время правое полушарие отвечает за сообразность мировоззрения Мирозданию, левое — за кодирование образов и логику (координацию) их взаимосвязей. Логично предположить, что тантризм «левой руки» (собственно ваджраяна) основан на логически непостижимой[97]«мистико»-магической образности тантрических культов возвышения женского начала. Это означает, что основным источником культового содержания — образности (основополагающегоинформационного обеспечения) — тантризма «левой руки» является женщина, что признаётся первичным и главным в самом учении ваджраяны. Логика же и, соответственно, «философия» (теоретическое обоснование и ограниченное понимание: по сути разновидность произвольного толкования «мистики») тантризма оставлена на «откуп» мужскому началу — тантризму «правой руки» (и соответственно — левого полушария), который признаётся не главным. К тому же издревле известно, что устойчиво генетическая информация предаётся по женской линии, поэтому кровное родство по женской линии обеспечивает надёжную генетическую (а значит и духовно-эгрегориальный врождённый наследственный автоматизм передачи) передачу образов (информации),[98] что далеко не гарантировано при передаче информации по мужской линии. В тантризме (как и во всём буддизме) главное практический результат (а не его обоснование, понимание) и этот результат уверенно достигается (не для всех, но для успешных учеников) при быстрой передаче всего накопленного объёма образной информации через женщин («матриц»[99] хранения и уверенной передачи информации[100] по наследству) — для чего и нужна «мистика» культов объединения мужчины и женщины: ведь бодхисаттвами-учителями становятся преимущественно мужчины.

Тантризм Ваджраяны — один из многочисленных и весьма интересных для буддизма крупных путей достижения состояния «просветления», в процессе которого психика посвящаемых учеников всё больше и больше оказывается включённой в эгрегор «Будды»,[101] обеспечивающий имитацию «освобождения». «Механизм» взаимодействия психик (и биополей) мужчин и женщин с эгрегором (и биополей между мужчиной и женщиной), а также, типичное распределение эгрегориальной «нагрузки» по функциональным особенностям между мужчиной и женщиной в процессе магического культа тантризма можно увидеть на примере широко известного тантрического мифа.[102].

Одно из самых известных поздних тантрических сочинений X–XI вв. — Калачака-тантра (буквально Колесо времени), в нём содержится учение, которое приписывают Будде Гаутаме и которое получило особо широкую известность в тибетском буддизме (ламаизме), который мы рассмотрим позже. Калачакатантра (Калачакра) является буддийской модификацией индуистского шактизма — учения о «Чёрной» богине Кали, супруге Шивы: напомним, что шиваизм это оборотная «тёмная» (но такая же важная как и «светлая» вишнуитская) сторона дуалистического индуистского пантеона, возглавляемого Брахмой.

В Калачакре основоположник первой из великих мировых религий (Будда) идентифицируется с Адибуддой (санскритское «изначальный, первичный, исконный Будда»).[103] Мифический Адибудда соединяется с богиней Кали, в результате чего выделяет особую энергию, порождающую всё новые и новые союзы страшных женских божеств и их не менее страшными супругами. Последние рассматриваются как модификации самого Адибудды, им приписывается ещё большее могущество, чем небесным буддам, а также свирепые кровожадные характеры. Согласно мифам Калачакры, в мире нет ничего постоянного, нет ничего материального,[104] так как всё творится исключительно «божественной силой» Адибудды. Функционирование Вселенной, описание которой такое же как в Тхераваде, связывается с деятельностью людей: прямое отрицание управления Бога и тварности Мироздания. Мифология об управлении Вселенной учит о том, что движения звёзд и планет связаны с дыханием человека, размеры и пропорции человеческого тела отражают структуру «универсума» и тому подобное. Один оборот «колеса времени» соответствует очередному перерождению человека… Всё это необходимо в Калачакре для теоретического обоснования эзотерического (совсем непонятного для большинства и малопонятного для «просветлённых») культа тантрыс целью обоснования возможности сверхъестественного воздействия на окружающий мир и достижения таким путём быстрого спасения.

Согласно основному мифу Калачакры — объединение мужского начала (Адибудды) с женским (Кали) — можно увидеть следующее распределение эгрегориальных «нагрузок» по полам:

· Женщина, несущая в себе некую «божественную возможность», суть которой миф не указывает, но называет её «страшной» — предоставляет эту возможность мужчине в процессе полового объединения. Характер такой возможности мы определили выше, назвав её «массивом (объёмом) образов (информации)», которая сгружается в биополя и психику мужчины при обоюдном биополевом обмене информацией при половом акте. Эта информация имеет ключевое значение для быстрого входа мужчины в эгрегор «Будды», поскольку массивы «ключевой» информации передавались из поколение в поколение по женской линии на бессознательных уровнях. Помимо этого женщина, с которой объединяется инициируемый мужчина должна быть «подобной богине» не только по качествам «хранительницы «ключевой» информации» (о чём мы говорили выше) — но и по особенностям психики превосходить особенности психики мужчины таким образом, чтобы она могла через своё биополе устойчиво и эффективно подавить остатки воли и разума мужчины так, чтобы он не смог самостоятельно выбраться из духовного плена, обеспеченного биополевым взаимодействием с женщиной-богиней.

Для этого в индуизме создан культ обожествления женского начала, который продолжается в тантрическом буддизме: поэтому с детства мужчины ведического Востока приучены поклоняться перед женским началом, что обеспечивает культурную составляющую подавления воли мужчин перед женщинами. Кроме того, как мы уже знаем, среди нечеловеческих типов психики женщины имеют интуитивное преимущество и, будучи через интуицию более устойчиво включены от рождения всё в тот же эгрегор «Будды» (особенно избранные для культовой практики «богини») — женщины оказываются через интуицию, обеспечивающую им более устойчивое жизненное сопровождение (чем мужчинам, которые ущербны и на интуицию и на интеллект в юном возрасте), более чем мужчины уверенными в своих убеждениях, которые, как нетрудно догадаться, касаются религиозных аспектов жизни, в том числе и женских преимуществ перед мужскими. Скорее всего эта женская уверенность, граничащая с демоническим безрассудством послужила поводом внутреннего «страха» для интуитивно и интеллектуально недозревших мужчин, в результате чего последние стали от страха перед материальным миром, в котором «одни страдания» и чувства своей жизненной неполноценности обожествлять женское начало, не решаясь вступать в конфликты с женским эгрегориальным «демонизмом».

· Мужчина, получив в результате успешной многоступенчатой тантрической магии «быстрые ключи» к эгрегору «Будда», и войдя хоть раз в состояние «просветления», которое этот эгрегор и обеспечивает, «признавая» мужчину «своим» — естественно ещё больше обожествляет «богиню», которая помогла ему быстро «освободиться» от мирской суеты.[105] Свои ощущения такой «счастливец», конечно же, передаст другим мужчинам… после чего и возникают мифы об объединении мужского и женского начал и влияния человека на Космос. Правда в реальной жизни такой «Космос» оканчивается несколькими земными сферами (которые мы рассмотрим чуть позже) и дозволенными Свыше ограниченными возможностями магического влияния людей на природные (биосферные) и социальные явления (через производимые ими изменения в ноосфере, результат которых они принимают за «влияние на Космос либо Вселенную») — и наоборот, эти явления (являющиеся по отношению к людям «давлением среды») оказывают воздействие на жизнь и мысли людей.

Поддержка мужчины со стороны эгрегора «Будда» выражается как «выделение мужчиной особой энергии». Конечно это можно отождествить с половой энергией, но всё же в данном случае это — эгрегориальная поддержка, алгоритмику которой мужчина не ощущает, но прилив эгрегориальной энергетики это то, что вполне ощутимо было всегда. Иными словами, мужчина становится потребителем эгрегориальной энергетики, а его психика становится частью эгергориальной алгоритмики: такой «просветлённый» мужчина кажется «уверенным в себе» (по сравнению с тем, каким он был до «просветления») и главное, он уверен в методиках буддизма, а поэтому — готов стать бодхисаттвой, чтобы от мужской половины населения распространять учение и дальше. Таким образом, мужчина в случае успеха магии восходит на уровень эгрегориального лидера — «зомби».

Тантрический буддизм (Ваджраяна) — наиболее мистифицированное направление буддизма. Согласно её учению, люди могут «воздействовать на Вселенную изначального Будды», употребляя специфический перечень магических средств.

Сфера людской магии.

Мы уже подчёркивали чуть выше, что сферы Земли связаны друг с другом и на них можно оказывать влияние через ноосферу (общую эгрегориальную сборку мыслей людей)[106] — в том числе и с помощью разнообразной целенаправленной магии в пределах допустимых Промыслом Божиим. Для дальнейшего рассмотрения вопроса воздействия людей на «Космос» определимся в понятиях, заглянув в традиционное понимание того, что такое «Космос».

Обычно Землю делят на геосферы (от греческого ge — земля и sphaira — шар). Геосферы это — концентрические, сплошные или прерывистые оболочки Земли, различающиеся между собой по химическому составу, агрегатному состоянию и физическим свойствам. Обычно различают ядро Земли, мантию Земли, земную кору, гидросферу, атмосферу, магнитосферу, биосферу. Некоторые геосферы подразделяются на сферы второго порядка. Часто с целью ограничения объектов исследования различные естественные науки выделяют литосферу, биосферу, техносферу и ноосферу.

Биосфера это — совокупность частей земной оболочки (лито, гидро и атмосфера), которая заселена живыми организмами, находится под их воздействием и занята продуктами их жизнедеятельности. Биосфера, её биохимическая деятельность обеспечивает планетарное равновесие на Земле — равновесное состояние газов, состава природных вод, круговорот вещества. Образование живого вещества и аккумуляция им энергии сопровождается одновременно и диаметрально противоположными процессами — распадом органических соединений и превращением их в простые минеральные соединения — CO₂, воду, аммиак (NH₃) с освобождением энергии; в этом и состоит сущность биологического круговорота вещества.

В свою очередь составные части биосферы это:

— Литосфера (от «литос» — камень) это — твердая оболочка Земли. Состоит из земной коры и верхней части мантии, до астеносферы, где скорости сейсмических волн понижаются, свидетельствуя об изменении пластичности пород. Литосфера разбита на блоки — литосферные плиты, которые двигаются по относительно пластичной астеносфере. Изучению и описанию этих движений посвящен раздел геологии о тектонике плит. Литосфера под океанами и континентами значительно различается.

— Гидросфера (от греческого нуdог — вода + sphaira — шар) — совокупность всех водных запасов Земли. Большая часть воды сосредоточена в океане, значительно меньше — в континентальной речной сети и подземных водах. Также большие запасы воды имеются в атмосфере, в виде облаков и водяного пара. Свыше 96 % объема гидросферы составляют моря и океаны, около 2 % — подземные воды, около 2 % — льды и снега, около 0,02 % — поверхностные воды суши. Часть воды находится в твёрдом состоянии в виде ледников, снежного покрова и в вечной мерзлоте, представляя собой криосферу. Поверхностные воды, занимая сравнительно малую долю в общей массе гидросферы, тем не менее играют важнейшую роль в жизни нашей планеты, являясь основным источником водоснабжения, орошения и обводнения. Воды гидросферы находятся в постоянном взаимодействии с атмосферой, земной корой и биосферой. Взаимодействие этих вод и взаимные переходы из одних видов вод в другие составляют сложный круговорот воды на земном шаре.

— Атмосфера (от греческого — пар и — шар) — газовая оболочка, окружающая планету Земля. Атмосфера Земли — воздушная оболочка Земли, состоящая в основном из газов и различных примесей (пыль, капли воды, кристаллы льда, морские соли, продукты горения), количество которых непостоянно. Концентрация газов, составляющих атмосферу, практически постоянна, за исключением воды (H2O) и углекислого газа (CO2). Физическое состояние атмосферы определяется погодой и климатом. Основные параметры атмосферы: плотность воздуха, давление, температура и состав. С увеличением высоты плотность воздуха и атмосферное давление уменьшаются. Температура меняется также в зависимости от изменения высоты. Вертикальное строение атмосферы характеризуется различными температурными и электрическими свойствами, разным состоянием воздуха. В зависимости от температуры в атмосфере различают следующие основные слои: тропосферу, стратосферу, мезосферу, термосферу, экзосферу (сферу рассеяния). Переходные области атмосферы между соседними оболочками называют соответственно тропопауза, стратопауза и т. п.

Схематично строение атмосферы выглядит следующим образом:

Древние люди вряд ли руководствовались «физической» и «технической» классификациями, если вообще эта схема подходит для воссоздания картины «Космоса» древних. Но всё же, согласно третьей «физиологической» классификации, биосфера заканчивается на отметке около 15 тыс. метров от уровня поверхности Земли, а зона возможной физиологии человека ещё меньше того — около 5 тыс. метров. Без технических средств подняться выше последней отметки в древности было невозможно, а значит всё, что выше этой отметки можно назвать неисследованным для того периода развития. Выше этой отметки люди могли видеть лишь звёздное небо и, поэтому граница между сферой из обитания и «Космосом» проходила на уровне около 5 тыс. км.

Астрономические наблюдения древних людей, на основе которых вполне могло формироваться их мировоззрение, ставшее потом частью религиозных мировоззрений[107] — представляли собой наблюдения закономерностей отражения звёздных циклов на жизни людей и из сообществ. Но никак не обратные процессы (воздействие людей на звёздную алгоритмику). Иными словами, древние наблюдали лишь закономерности давления среды, которую они назвали «Космос» (Вселенная) на жизнь людей, однако, освоив в определённый момент некоторые важнейшие из этих закономерностей, люди включили их в состав своих религиозных систем как регулярные магические культы, посвящённые космическим циклам.

В то же время, освоив в определённой Мире звёздные закономерности, люди смешали опыт таких наблюдений с наблюдениями за изменениями в пределах земных сфер, в первую очередь в пределах биосферы — и всё это в совокупности вошло в основу будущих религиозных систем, создав иллюзию возможности воздействия на Космос. Конечно, астрономические факторы нужно учитывать в естественной религиозности людей, изучая их как часть Божией Миры. Но возможность влияния людей на такого рода Космос — заблуждения, существующие до сих пор.[108] Предел магического влияния людей (ограниченный Промыслом) на сферы Земли заканчивает где-то в пределах атмосферы.[109].

Ясно, что воздействия на перечисленные выше сферы (прежде всего на те, которые входят в биосферу) возможно как на материальном уровне, так и на духовном. И том и в другом случаях Мира воздействия на земные сферы через «Космос» (что любят на Востоке) либо непосредственно через материальное вмешательство (что практикуется на Западе и не эффективно без развитой технократии) определяется людьми согласно их мировоззрению и нравственности, которые издревле формировались под воздействием основных религиозных систем. Другими словами, важны не столько избранные средства взаимодействия с «Космосом», а важны в первую очередь наМирения людей во исполнение которых они эти средства выбирают. Но в то же время с определённого момента развития любого запущенного из социальной среды процесса средства, выбираемые людьми становятся соответствующими выбранным наМирениям. В наше время уже многие люди стали замечать, что средства воздействия на биосферу Земли, выбранные к настоящему времени могут уже в недалёком будущем вызвать глобальную экологическую катастрофу — как естественную реакцию биосферы и Космоса на технократическую деятельность людей. Однако при этом люди не хотят замечать, что их деятельность в сфере технократии — прямое следствие духовных наМирениий — копирование духовной культуры в образ жизни людей на Земле. Значит и духовная культура также порочна и опасна, как и вещественная. И поэтому изменять нужно обе культуры одновременно, если общество не хочет «дожить» до очередной глобальной катастрофы цивилизации.

Но главное: мы теперь уже знаем, что основы порочной западной религиозности в её главнейшей для соблюдения всеобщей безопасности части (доктрины «справедливости») скопированы с ведического Востока. И хотя бы на этой основе можно было бы сделать вывод, что духовные основы всех без исключения крупнейших религиозных систем — как Запада, так и Востока — опасны и порочны. Если же обратные связи Свыше через «экологический» Язык Жизни для большинства населения не указ (недолюдки предпочитают наращивать «комфорт» потребления ценой своей же безопасности) — то необходимы решительные меры со стороны немногих понимающих людей на уровне глобального законодательства с одновременным переходом к изучению вопросов сравнительного богословия.

В последние несколько столетий люди активно создавали и доводили до угодного их психическому состоянию (недолюдков разнообразных нечеловечных типов строя психики) «совершенства» техносферу — плод создания самих людей. На определённой стадии развития техносферы (самое позднее в середине XX века) последняя стала заменять естественно данную Свыше людям природную среду обитания (биосферу), но главное — стала оказывать решающее влияние на жизнь людей, диктуя им свою алгоритмику жизни. Люди стали невольниками произведённой ими же техники и технологий: цивилизация вошла в стадию технократического диктата над волей и психикой людей, а последние, стараясь создать себе всё больше «благ» и «удобств», продолжают бездумно наращивать потенциал технократического диктата, загоняя себя всё дальше в тупик зависимости от технократического монстра.

Приведённый актуальный аспект в отношении «ласкового» но коварного диктата технократии можно использовать в качестве примера (с которым вряд ли кто-нибудь будет спорить: всё достаточно наглядно), показывающего на практике, как совокупные интеллектуальные усилия людей с определённого момента развития общества становятся определяющими жизнь миллионов, закабаляя последних от рождения и до смерти на обслуживание всего того, что было создано их предками в материальном мире на Земле. Но подобная картина предстаёт и в отношении ноосферы, представляющей собой совокупную мыследеятельность (в которой есть место всему, что касается техносферы: последняя — неотъемлемая часть духовной культуры людей) всех предшествующих поколений в духовном мире Земли. Только духовное коллективное создание нельзя пощупать также как материальное. Разница лишь в том, что техносфера лишила людей Свободы сравнительно недавно, а ноосфера лишила людей Свободы достаточно давно. И та и другая сферы мешают людям приводить свою жизнь к осознаваемому диалогу с Богом: первая (ноосфера) принимается людьми за Иерархически высшее управление; а вторая (техносфера) — отнимает всё больше и больше интеллектуальных усилий и свободного времени на её обслуживание, становясь аналогом предметов поклонения первобытного фетишизма.

Понятие ноосферы появилось сравнительно недавно следующим образом. Оно было введено французским математиком и философом Эдуаром Леруа в 1927 году. Сам он подчёркивал, что пришёл к этой идее совместно со своим другом — крупнейшим геологом и палеонтологом-эволюционистом и одновременно[110] католическим философом Пьером Тейяром де Шарденом. При этом Леруа и Шарден основывались на лекциях по геохимии, которые в 1922/1923 годах читал в Сорбонне Владимир Иванович Вернадский (1863–1945 гг.). С именем Вернадского и связано в первую очередь появление ноосферного учения.

В этом научном ноосферном учении человек предстаёт укоренённым в природу, а «искусственное» рассматривается как органическая часть и один из факторов (усиливающийся во времени) эволюции «естественного». Обобщая с позиции натуралиста человеческую историю, Вернадский делает вывод о том, что человечество в ходе своего развития превращается в новую мощную геологическую силу, своей мыслью и трудом преобразующую лик планеты. Соответственно, оно в целях своего сохранения должно будет взять на себя ответственность за развитие биосферы, превращающейся в ноосферу, а это потребует от него определённой социальной организации и новой, экологической и одновременно гуманистической этики.[111].

Ноосфера этим учением характеризуется как единство «природы» и «культуры». Сам Вернадский говорил о ней то как о реальности будущего, то как о действительности наших дней, что неудивительно, поскольку он мыслил масштабами геологического времени. Введя понятие «ноосфера», пользуясь весьма смутными ощущениями чего-то весьма важного, стоящего за этим понятием — Вернадский сам не мог точно понятийно определить границы этого понятия. Но время введения понятия «ноосфера» (1923 год) пришлось как раз на середину периода изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени (период около 1914–1940 гг.). Именно в этот период «усиливающийся во времени» фактор человеческого творчества создал мощную техносферу, которая сама стала средой обитания многих биологических видов и человека в первую очередь, всё больше вытесняя естественную среду обитания. Кроме этого понятие «ноосфера» изначально имело смысл единства «природы» и «культуры» — что недостижимо при антигармоничном вмешательстве техносферы в естественную гармонию природы. Поэтому Вернадский и путался в понятии «ноосфера», говоря о ней то как о реальности будущего, то как о действительности наших дней: в «действительности наших дней» (уже во времена Вернадского) гармонии не было (не говоря уж о современности), а в «реальности будущего» Вернадский ощущал единственный выход для продолжения жизни человечества — который и состоял в приведении его культуры к гармонии «природы». Лишь в этом случае (и ни в каком другом) можно говорить о «превращении биосферы в ноосферу»: конечно биосфера (литосфера, гидросфера и атмосфера) ни во что не превращается, а под понятием «ноосфера» учёные (в первую очередь Вернадский) подразумевали такую культуру человечества, благодаря которой на— общий дом (биосфера)[112] будет гармонировать с «природой» (Космосом, Вселенной).

«Биосфера не раз переходила в новое эволюционное состояние… — отмечает В. И. Вернадский. — Это переживаем мы и сейчас, за последние 10–20 тысяч лет, когда человек, выработав в социальной среде научную мысль, создаёт в биосфере новую геологическую силу, в ней не бывалую. Биосфера перешла или, вернее, переходит в новое эволюционное состояние — в ноосферу — перерабатывается научной мыслью социального человека».[113].

Рассмотрим понятие ноосферы дифференцированно, как в общем-то и пытался это делать В.И.Вернадский в своих многочисленных трудах, разделяя такие «новые» (по отношению к не «антропогенизированой» «природе»)[114] явления как «мысль человека» и «труд, преобразующий лик планеты».[115].

· Труд людей, в результате которого изменяется биосфера Земли (литосфера, гидросфера и атмосфера) можно наглядно увидеть в материальном (лучше — вещественном) мире. Ещё раз следует напомнить, что все три «составляющие» биосферы с каждым годом всё больше и больше антигармонируют с природой, или, иными словами — приводятся деятельностью людей в непригодное для существования биоценозов состояние: верхняя часть Земли загаживается веществами, несовместимыми с жизнью биоценозов; такая же картина и в отношении водных запасов земли; и не намного лучше обстоят дела с воздушным пространством. Если посмотреть на плоды труда людей, преобразующих лик планеты, то почти всё это в настоящее время можно связать с понятием техносфера, что во времена В.И.Вернадского было ещё затруднительно: когда он жил процент технической энергии (приведённой к электроэнергетике) для производства продуктов труда человека был ещё не столь высок как в наше время (сейчас он свыше 90 %, а во времена В.И.Вернадского был гораздо менее 50 %, в основном использовалась энергия биогенная: физический труд людей, животных, природных стихий). Если несколько расширить понятие труд людей в материальном мире, то всё это укладывается в понятиематериальная (вещественная)культура человечества — что в наше время всё более и более обретает лик техносферы (вещественные произведения труда, зафиксированная на материальных носителях информация и технологии, технические поля, которые можно измерить приборами).

· Мысль человека, которую можно назвать «духовный, интеллектуальный труд, плод работы сознания и бессознательных уровней психики». Мыследеятельность как правило предшествует вещественным воплощениям, вошедшим в понятие техносфера или вещественная культура. Но мысли людей не входят в понятие вещественная культура, а поскольку для последней в настоящее время уже имеется своё понятие (техносфера) — поэтому В.И.Вернадский, живя в культуре материалистического атеизма, ощущал объективность духовной культуры, которая в недалёком будущем будет решающим фактором сохранения (либо даже частичного восстановления) «единства природы и культуры» (под последним в наше время в контексте того, что имели в виду учёные-материалисты надо понимать техносферу). Но вот самое главное, что определяет в первую очередь направленность мыслей людей (духовную культуру) это — мировоззрение и нравственность людей, которые складываются под влиянием тех или иных религиозных или идеологических систем. А последние, как мы уже знаем, все без исключения таковы, что уводят мысли людей от праведного понимания основ гармонии Вселенной. Не случайно понятием «ноосфера» первым заинтересовался католический «философ»…

Как мы уже знаем,[116] духовная культура это коллективное бессознательное и коллективное сознание — вся осознанная и неосознаваемая мыследеятельность людей цивилизации, записанная на невещественных естественно организованных материальных носителях информации (полевых структурах — эгрегорах) — всё духовное наследие людей.[117] Поскольку в наше время вещественная культура с каждым годом всё больше укладывается в понятие «техносфера», которая всё больше и больше перестаёт отвечать первоначальному условию единства «природы» и «культуры», как главным изначальным понятийным и качественным признакам ноосферы — понятие ноосферы больше всего соответствует понятию духовной культуры, но при условии её устремления в недалёком будущем к гармонии Вселенной (Космоса), чего так желал В.И.Вернадский. И лишь в этом случае техносфера, как материализация духовности людей в вещественной культуре, сможет начать преображаться в «единство с природой». Короче говоря, введя такого рода понятие «ноосферы», В.И.Вернадский дал понять людям: если вы не приведёте свои мысли и дела в соответствие с гармонией «природы» (надо понимать: с Божиим Промыслом) — никакой «ноосферы» (в изначальных понятийных границах — биосферы будущего: места земного пребывания людей) в недалёком будущем у вас не будет, Земля вас отвергнет.

В.И.Вернадский, согласно его учению предвидел «ноосферу» в двух хронологически разделённых и качественно различных аспектах:

1. ноосфера в стадии становления, развивающаяся стихийно с момента появления человека;

2. ноосфера развитая, сознательно формируемая совместными усилиями людей в интересах всестороннего развития всего человечества и каждого отдельного человека.[118].

Эту мысль В.И.Вернадский конкретизирует в последней прижизненной публикации «Несколько слов о ноосфере», 1944 г. (выделения жирным автора; сноски — наши):

«Исторический процесс на наших глазах коренным образом меняется. Впервые в истории человечества интересы народных масс — всех и каждого — и свободной мысли личности определяют жизнь человечества, являются мерилом его представлений о справедливости.[119] Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом, становится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества[120] как единого целого».

Развивая эту основополагающую мысль о Справедливости, В.И Вернадский указал своим последователям, на несамодостаточность материалистической науки в определении главного источника влияния людей на «геологические»[121] процессы — главной движущей силой которых является мысль (там же, выделения жирным автора; сноски — наши):

«Ноосфера есть новое геологическое явление на нашей планете. В ней впервые человек становится крупнейшей геологической силой. Он может и должен перестраивать своим трудом и мыслью область своей жизни, перестраивать коренным образом по сравнению с тем, что было раньше. Перед ним открываются все более и более широкие творческие возможности. И, может быть, поколение моей внучки уже приблизится к их расцвету.

Здесь перед нами встала новая загадка. Мысль не есть форма энергии.[122] Как же может она изменять материальные процессы?[123] Вопрос этот до сих пор научно не разрешен. Его поставил впервые, сколько я знаю, американский ученый, родившийся во Львове, математик и биофизик Альфред Лотка. Но решить его он не мог.[124].

Как правильно сказал некогда Гете (1749–1832) — не только великий поэт, но и великий ученый, — в науке мы можем знать только, как[125] произошло что-нибудь, а не почему и для чего».[126].

После чего В.И.Вернадский прямо указывает на ведущую роль коллективного бессознательного в деле преображения «биосферы в ноосферу» — подчёркивая таким образом определяющую составляющую самой «ноосферы»[127] (там же):

«Лик планеты — биосфера — химически резко меняется человеком сознательно и главным образом бессознательно. Меняется человеком физически и химически воздушная оболочка суши, все ее природные воды».

В своей более ранней работе «О логике естествознания» (1936 год) В.И.Вернадский прямо называет ноосферу — человеческим разумом, понятийно отделяя биосферу от ноосферы.[128] Ноосфера, таким образом, находится в пределах биосферы,[129] поскольку эгрегоры представляют собой полевые структуры, образованные биополями разумных существ, населяющих биосферу. Так что выпускать в Космос людскую неправедность, которая нарушает гармонию — никто не собирается.

Другое дело, если какой-либо индивидуальный, но скорее всего коллективный разум людей-Человеков, будет представлять собой передовые достижения «космического» прогресса в смысле творческого развития праведной гармонии Вселенной (Космоса) зародившейся в ходе исторического процесса в земных сферах — тогда действительно возможно то, что во многих религиозных системах называется «влиянием магии людей на Космос»: Космос примет плоды праведного творчества и последние станут уже не только земным, а — космическим достижением. Но до возможности зарождения некоего устойчивого идеала подобного рода соборности обществу, только пытающемуся избавиться от животно-звериного «детства», ещё много и долго нравственно расти.

Исходящие из ноосферы управленческие установки порождают обратные связи, отражающиеся на процессах, проходящих в биосфере и других сферах, находящихся ниже атмосферы. Для того, чтобы Язык Жизни был более доступным даже не совсем внимательным и к Жизни людям, тем, которые не ощущают Жизнь вследствие деградации (по разным причинам) данного Свыше «шестого чувства» (все виды интуиции) — Бог в Его Промысле позволил людям ограниченную магию воздействия на природные явления, касающиеся в основном области локализации биосферы и ниже её.

Это воздействие организовано двояко:

· если мыследеятельность и устремления людей направлены на поддержание гармонии Вселенной (основа чего — праведность) в земных сферах, то эти сферы в некоторой Мире (заданной Свыше) подчиняются магии людей; а космические и земные магические силы гармонируют с настройками биополей таких людей и целых коллективов — чем обеспечивается обратная связь на психику людей;

· если мыследеятельность людей нарушает гармонию Вселенной, то «стихии» биосферы и некоторых других сфер «не слушаются» людской магии и даже наоборот, «вредят» людям; а имитацию «гармонии» по обратным связям могут осуществлять корпоративные эгрегоры.

Согласно разумению такого рода организованных Свыше прямых и обратных связей на «социум» — люди должны делать соответствующие выводы от том, что объективно хорошо, а что объективно плохопо отношению к поддержанию гармонии Вселенной, а значит и праведности с позиции Бога.[130] Какие-то выводы люди, конечно, делают, но подавляющее большинство обратных связей пропускается мимо их внимания.

Так на Востоке, до наступления туда технократии (техносферы) в XX веке, люди как-то пытались «ловить» описанные обратные связи на их магические действия «из Космоса» (как они считали), касающиеся гармонии Вселенной — что само по себе хорошо, и даже вошло в древние мифы и легенды. Однако со временем (задолго до наступления технократии) интуитивные ощущения от такого рода обратных связей, а также и некоторые ограниченные наблюдения соответствия магии следующим после её производства явлениям — были догматизированы религиозными системами, канонизированы и «омертвлены» устоявшейся алгоритмикой основных религиозных эгрегоров. После этого, когда эгрегоры набрали достаточную мощь, люди стали гоняться уже не за интуитивными естественными ощущениями — а за эгрегориальной поддержкой искусственных духовных монстров созданной их же мыслями, игнорируя естественную реакцию биосферы (проявляющуюся в приятных ощущениях и реальных позитивных явлениях либо в неприятностях разного рода)[131] в «пользу» эгрегориальной комфортности психики, что является имитацией связи с Космосом и самоуспокоением.

Запад же вообще интуитивно беден, а от обратных связей на деятельность людей он отгородился обширной техносферой (вдобавок к порочной ноосфере), создающей материальный и психологический «комфорт». Запад молится на техносферу, игнорируя всё больше ухудшающиеся «взаимоотношения» с биосферой[132] — обратные связи Свыше на деятельность западных людей.

Но и Запад и Восток едины в одном: усугубляющимся с каждым столетием отступничеством от стремления к Справедливому образу жизни на Земле в социальной сфере — как главной и определяющей стихийно-социальную магию части биосферы и её связи с Космосом. Самые позитивные и гармоничные обратные связи Свыше (из Космоса, Вселенной) могли бы быть лишь в том случае, если бы люди как Запада, так и Востока, в своей мыследеятельности стремились к всесторонней Справедливости между собой, согласовывая её алгоритмику с Богом. Однако, Восток легко «подлёг» под западную технократию в XX веке, взявшись её безудержно по-западному поддерживать и развивать себе же на погибель: эгрегоры восточных религиозных систем сравнительно легко адаптировались к изменившимся условиям созданного на Западе давления техносферы. Принцип, заложенный в Промысле следующий: если вы, люди, не хотите жить друг с другом по Справедливости (что является основополагающим критерием взаимодействия социума с «Космосом»), которая в своей полноте возможна лишь при постоянной поддержки связи с Богом через Язык Жизни (во всех его многогранных проявлениях) — то вы недостойны Земли и последняя (как часть Вселенной, Космоса) в определённый момент отвергнет паразитов и всех, кто их поддерживает,[133] как отвергает здоровый организм внедрившийся в него вирус.

* * *

Вернёмся к магии тантрического буддизма. Достаточно специфические магические средства «воздействия на Вселенную» (в реальности — эгрегориальной магии, охватывающей людей, включённых в эгрегор и явления, связанные с возможностями эгрегориальной магии), которые общеприняты в тантризме следующие:

1. Сила особых средств магии — заклинаний (мантр), которых в Ваджраяне более 2500, жестов (мудр) и символов (мандал).

Мантра (санскрит манас — ум; трайяти — освобождать) — повторяемая без перерыва короткая ритуально-магическая фраза, сила которой, как считается, достигает самых отдалённых границ Вселенной.

О локализации такого рода «космической» магии мы только что подробно рассуждали в отступлении «Сфера людской магии». Однако, даже в самом смысловыражающем названии — мантра — уже можно найти ответ на вопрос о локализации магических возможностей мантр. Буквально с санскрита мантра это — безумие (освобождение ума). А для людского безумия (в том числе и безволия) всегда находится соответствующее коллективное бессознательное (эгрегор). В связи с этим следует вспомнить библейские каноны, которые также как и восточные, учат искать мудрость в эгрегориальном безумии[134] (проще: бездумно отдавать свою душу на службу могучему эгрегору религии[135] в процессе жизни на Земле):

«Если кто из вас думает быть мудрым в веке сём, тот будь безумным, чтоб быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие перед Богом» (1-е послание Коринфянам апостола Павла, гл. 3:18, 19).

Мантра это фраза, являющаяся «паролем доступа» к соответствующему фрагменту эгрегора (который путают либо с богом, либо с Космосом…), который «отвечает» повторяющему заклинание в случае, если такой индивид прекращает в процессе повторения заклинания всю свою мыследеятельность, входя в эгрегориальный экстаз.[136] В то же время, эгрегор настроен усилиями мыследеятельности предыдущих поколений (и поддерживается эгрегориальными «менеджерами» настоящего поколения) на «ответ» не только в сфере психологического комфорта обращающегося с мантрой индивида, но и на ограниченную возможностями эгрегора биосферную магию (в смыслах, рассмотренных нами в отступлении «Сфера людской магии»). Последнее более всего принимается за связь с Космосом.

В Ваджраяне многие магические культы завязаны на «энергию мужской и женской символики». Мы уже неоднократно обращались к теме взаимодействия эгрегоров людей в ходе полового акта: самый доступный и распространённый способ вхождения в «экстаз», из которого сотворили чуть ли не главный религиозный магический культ. «Экстаз» полового акта известен подавляющему большинству людей: в процессе оргазма (и близкого к нему состояния) большинство недочеловеков[137] совсем теряют разум, не владея своей психикой, но зато пребывают в «самом приятном» психическом комфорте — в чём-то «близком к божественному, либо космическому слиянию…» (как многие оценивают это состояние).

Видимо «по образу и подобию» полового «экстаза» (только растянутого во времени)[138] устроены многие магические культы буддизма, что более всего имеет близость в культовой системе тантрического и тибетского буддизмов. Возможно, что образная составляющая полового акта (имитация состояний полового «экстаза»: опыт практической безмерной образности) была не только обожествлена буддистами, но и перенесена из сферы физического контакта между мужчиной и женщиной в сферу духовно-психологических практик, в ходе которых вследствие этого стало возможным не только достижение экстаза без физиологического контакта, но и расширение временных границ его продолжения[139] — всё это с помощью мантр, мудр, мандаллы и пр.

Так в подтверждение этому можно привести одну из наиболее известных мантр, которая звучит следующим образом: «Ом Мани падме хум», чаще других употребляемая буддистами Тибета. «Мани падме» значит «бриллиант в лотосе»,[140] а «ом» и «хум» это — «волшебные слова» всех индийских религий, выражают власть над сверхъестественными силами. По научной версии этой мантры: «мани» и «падме» выступают в качестве мужского и женского начал, а смысл упомянутой мантры заключается в словесной имитации магико-сексуальных действий, которые должны резко увеличить энергетический потенциал верующего и приблизить его к обретению сверхъестественных возможностей.

Иными словами суть процесса, вызываемого магией вышеупомянутой мантры можно назвать — духовным онанизмом. И это будет достаточно точное название для большинства восточных трансово-экстатических эгрегориальных культов, поскольку они не приносят не только общественной пользы, но и не плодотворны для будущего (являясь культурным элементом духовно-эгрегориального самоудовлетворения) — также как и любая разновидность мужского или женского онанизма.

Мудра (санскрит — соединение, сочетание) — внешне похожа на символический набор особых движений, главным образом рук. Мудра объединяет в себе несколько компонентов: позу, дыхание, концентрацию внимания и собственно движение — всё это выражает «жажду личности соединиться со сверхъестественными силами Космоса». Считается, что мудра направлена на «запуск» внутри личности сверхъестественных свойств, недоступных обычному человеку в обычном состоянии. Мы уже неоднократно говорили о стадиях предшествующих вхождению в эгрегориальный транс, связанными с изменением «обычной» физиологии людей (служит необходимым дополнением к повторяющимся мантрам): здесь именно этот случай. Подробнее вопрос психотехник мы рассмотрим следующих разделах.

Мандала — круг медитации. Это круглая или многоугольная диаграмма, являющаяся неким универсальным «символом Вселенной». Символика — неотъемлемая часть практически любой религиозной системы, другое дело, что развита символика у всех по-разному. Символ, также как и заклинание представляет собой «пароль доступа» в соответствующий фрагмент эгрегора религиозной системы. В отличие от словесного заклинания (которое представляет собой речевой код — «меру доступа»), символ представляет собой «схему доступа, алгоритмически размеренную соответствующим образом» и поэтому символ может нести гораздо большую смысловую нагрузку, нежели заклинание.[141] Кроме того древние люди добросовестно старались «ловить» космическую гармонию, изучая и ощущая природные и астрономические явления. Поэтому некоторая часть космических «гармоник» могла ещё в древности попасть в дошедшую до нас религиозную символику. Но употребление этой религиозной символики люди организовали под нужды эгрегориальной «медитации» (сделав её «символом доступа» к эгрегору), после чего символика продолжала нести на себе некую объективную гармоничную нагрузку (что так привлекает верующих), но её смыслы были ограничены самими же людьми до уровня эгрегориальной магии, поскольку всякая символика — обладает свойством многоуровневости и взаимовложенности[142] смысловой нагрузки. Если бы это было не так, то символика помогала бы людям выходить за пределы эгрегориальной неправедности, двигаясь к Справедливости,[143] но этого не происходит в практике Жизни.

Геометрическая схема, которая лежит в основе мандалы[144] — круг, вписанный в квадрат, который в свою очередь также вписан в круг — трактуется как «форма осознания пространства человеком, построение универсальной модели Вселенной». Способов изображения мандал множество, для каждого культа может быть своё изображение. Но Вселенная то одна, следовательно изображения мандал представляют собой всего лишь оригинальные «схемы доступа» к соответствующим культовым фрагментам эгрегора. Поэтому считается, что созерцание мандал (концентрация внимания: вхождение в «образ схемы» — соответствующий фрагменту отзывающегося на «образ» эгрегора) и концентрация на исходящих от неё силах[145] позволяет «почувствовать присутствие божества, потому что мандала как раз призвана играть роль того места,[146] на которое боги[147] спускаются с небес для совершения какого-нибудь чудодейственного акта».

2. Эзотерические культовые действия, как «средство воздействия на Вселенную», представляют собой совокупность магических действий ограниченного контингента их участников, объединённых ритуальной практикой этих действий.

Примером одного из распространённых ритуалов эзотерического (предназначенного для узкого круга людей) спектра Ваджраяны является магический культ, в ритуальной части которого употребляется алкоголь, рыба, мясо, зерно и половой акт. Этот ритуал «пяти М» (поскольку все названия его составляющих на санскрите начинаются со звука «М») был заимствован Ваджраяной их первоначального индийского тантризма.[148].

Вышеописанный ритуал, завершающийся половым актом, хоро— своей наглядностью, «благодаря» которой можно увидеть реальный предел возможностей тантрической магии (как разновидности буддийской магии, буддистских психотехник). Но, в отличие от европейцев, люди ведического Востока (особенно индусы и буддисты) умеют настолько красиво и протяжённо во времени обставить «животные» экстатические наклонности людей, превращённых в Европе в простые «удовольствия сомнительного характера» — что в глазах европейцев они превращаются в нечто эзотерически «запредельное».[149].

Для грубого пояснения того, что скрыто под «красотой и протяжённостью» подобного рода примитивных (для буддизма вообще) психотехник, приведём достаточно известный пример из «жизни» россиянских алкоголиков. Сначала напомним, что во второй части пятой книги курса («Религиозная система древней и современной Индии») психотехники мы сравнили последние с «подсадкой людей самих себя на духовную иглу».[150] На— пример будет не из «жизни» наркоманов (хотя можно было бы привести и такие аналогии), а и «жизни» алкоголиков. В среде последних большинство нигде не трудится, интересы (если таковые имеются) весьма ограничены и «крутятся» вокруг ежедневной выпивки… но не просто выпивки. Свободного времени у алкоголиков — хоть отбавляй — а средств для времяпрепровождения в удовольствиях почти не имеется. Помимо проблем времяпровождения и средств у алкоголиков имеется ещё проблема «не сломаться в течении дня», пребывая при этом весь день — с раннего утра до вечера — в состоянии опьянения, близком к среднему. С этой целью алкоголики собираются во дворах в небольшие коллективы и употребляют спиртосодержащие жидкости в режиме «не упасть до вечера», причём в таких дворовых командах выделяется свой «гуру», следящий за «состоянием» всех «друзей», и регулирующий дозы для каждого персонально. Этим достигается не только экономия средств,[151] но и протяжённость удовольствия, которое у алкоголиков по психическому состоянию близко к состоянию длительного «экстаза», кульминацию которого (потерю сознания) они позволяют себе перед самым сном, после чего падают и забываются до раннего утра.

Примерно в похожем алгоритме происходят эзотерические культы тантризма. Они, как многие индусские танцы, начинаются с магической подготовки, которая предназначена для постепенной (этапной) настройки психики и биополей участников на алгоритмику ритуала, которой соответствует фрагмент эгрегориальной алгоритмики. Причём эта подготовка как правило красиво обставлена и продолжительна. По мере достижения психического и биополевого состояния близкого к вхождению в транс — начинается последний этап вхождения в трансовое состояние. В том случае, если в ритуале участвуют новички, либо просто «обыватели», которые желают побыстрее приобщиться к «нирване» — обязательно обнажаются разные практические способности людей, принимающих участие в магическом ритуале. Ваджраяна, хоть и предназначена для людей с подготовленной психикой (поскольку её культы предназначены для «опасного» «быстрого» «просветления»),[152] но тантрическое «просветление» в ней представляется гораздо более доступным не потому, что её культы «тоньше» и «совершеннее» культов Тхеравады (например), наоборот: тантрические культы — сплошь имитация того, что достигают монахи Тхеравады, но психические ощущения похожие, и название транса одинаковое «просветление».[153].

Поскольку круг людей, принимающих участие в тантрических культах, обладают разными психико-практическими способностями — достичь монашеским способом «просветления» большинство из них не могут.[154] Но в Ваджраяне, также как и в Махаяне путь «просветления» (либо хотя бы обретение близких к нему ощущений) «канонически» рекомендован всем и большинство к этому стремятся. Для того, чтобы уравнять всех, участвующих в «корпоративном» (эзотерическом) магическом культе его участников — им гарантируют ощущение «просветления» в процессе культовой кульминации. Роль надёжного и самого простого средства такого рода гарантии для людей с «животным» типом психики, но с окультуренными амбициями выполняет заключительное действо культа — шикарно обставленный половой акт, который заканчивается сексуальным «экстазом»: все довольны, боготворят друг друга и организаторов.

Индийский тантризм, от которого берёт начало тантризм Ваджраяны, мы рассматривали в пятой книге курса. Там же мы определили, что после полового акта (доставляющего удовлетворение не только «экстазом», но и его культовой предподготовкой) в психике участников к тому же остаётся ощущение «божественности» происходящего вследствие бессознательного взаимного проникновения биополей и взаимообмена эгрегориальной информацией мужчины и женщины в ходе полового акта. Последнее закрепляет за культом ещё большую притягательность, втягивающую своей «познавательной» составляющей — которая в буддизма и индуизме называется «расширением сознания».[155].

Но все желающие побыстрее достичь просветления (в том числе и европейцы) даже не задумываются, что естественный предопределённый Свыше взаимный обмен биополями (и соответствующими фрагментами в первую очередь родовых эгрегоров, а затем и тех, в которые вложены родовые эгрегоры по их расширяющейся взаимной вложенности) целенаправленно предназначен для особо ответственного дела — для полноценного зачатия человека.

Культовое употребление главного животного инстинкта не по назначению свидетельствует о «животной» основе психики участвующих в культе, поскольку «основной инстинкт» остаётся одной из главных основ религиозной культуры — подобно тому, как у животных он доминирует в их поведении в «брачные» периоды. Но люди, обставив «основной инстинкт» культурными наслоениями, создали на его основе «зомбирующий» психику ритуал, после участия в котором люди становятся «зомби» религиозной системы — безумно следуют традициям культуры. Устойчивые традиции культуры подобного рода ещё больше препятствуют избавлению людей от «животного» гнёта инстинктивных программ, поскольку традиции учат этому с детства.

Сильный эротический элемент являющийся достаточно примитивным, но общедоступным психотехническим имитатором стадий подготовки и вхождения в «транс» — считается «чисто восточным достижением, не имеющим ничего общего с сексуальными излишествами, так известными западному обществу второй половины XX века». Но, как мы уже говорили, суть явления не меняется от его культурной оболочки и принятой субъективной символики: просто на Востоке многие вещи, которые даже на Западе считаются пороками — названы благовидными именами.

Верующие тантризма, выполняя ритуалы, весьма напоминающие древние западные оргии, считают, что они «познают исконную связь вещей, ибо половые отношения, как никакие другие, позволяют выйти за границы индивидуального эгоистического «Я», ощутить единство с Другим».[156].

3. Наставническое руководство гуру — третья специфическая особенность, считающаяся необходимой для «воздействия на Вселенную» в Ваджраяне.

Обязательность наставнического сопровождения особа важна в Ваджраяне, поскольку её культовая практика обещает последователям «особо быстрое, как молния «ваджра», которая испускалась Индрой, спасение», а без опытного наставника самопроизвольные психотехники могут привести к печальным результатам. Самым плохим из которых считается критерий невозможности свихнувшегося адепта «посвятить себя делу веры». Иными словами, гуру следят за тем, чтобы психика верующих проходила все стадии принятых психотехник последовательно — что обеспечивает с большой степенью вероятности ожидаемый результат.

Сторонников Ваджраяны около 3 % от верующих буддистов. Однако этой школой не пренебрегают и многие другие «более строгие» сторонники буддизма, одно из которых — ламаизм. Поскольку ламаизм основан на ритуалах Ваджраяны, мы продолжим в следующем разделе рассмотрение вопросов, связанных с буддийской Ваджраяной.

Многие тантрические культы с их примитивизмом и очевидной имитацией состояния «просветления» хороши для понимания сути других направлений буддизма более «строгих» и «духовно возвышенных» над культами очевидных половых отношений.

Тибетский буддизм.

Напомним, что в конце I тысячелетия н. э. буддизм был почти вытеснен с территории Индии, а окончательно оттуда исчез в начале II тысячелетия под натиском мусульман. В самой Индии буддизм выдержал длительную конкуренцию типологически близких к буддизму учений и школ. В ходе этой конкурентной борьбы индуизм претерпел существенные изменения, заимствовав из буддизма «творческое» развитие «философии» буддизма и основных психотехник. Индуизм победил в Индии вследствие его поддержки сословности, в то время как буддизм стал «религией для народа» — особенно Махаяна.

Тибетский буддизм — ламаизм (от слова «лама» — монах; высочайший)[157] — термин общепринятый для обозначения разновидности буддизма, организовавшегося в первую очередь в Тибете[158] в конце VII — начале VIII вв. н. э. Ламаизм представляет собой синтез Махаяны, Ваджраяны и архаического добуддийского комплекса верований местного населения пригималайского региона. К началу распространения буддизма Тибет был молодым, но сильным государством, доставлявшим много беспокойства своим соседям, прежде всего, китайской империи Тан (618–907 гг.), некоторые пограничные территории которой в VII–IX веках постоянно переходили из рук в руки.

Предшественником буддизма в Тибете была местная религия бон (бон-по) с её преимущественно анимистическим культом божеств, духов и сил природы. Складывавшаяся на этой первичной основе новая модификация буддизма — ламаизм — впитала в себя немало от этого первоисточника. Это, в частности, хорошо видно при знакомстве с ламаистским пантеоном и различными культами, часть которых восходит к примитивным шаманским верованиям древних тибетцев и монголов.

Ламаизм в Тибете был инициирован проповедниками из Индии, тем же образом, что и во многих других регионах распространения буддизма,[159] и окончательно складывался в период VII–XV вв. В начале II тысячелетия н. э. в Тибет устремились многочисленные остатки монахов из преследуемых мусульманами буддистов Индии, принося с собой «драгоценные» рукописи писаний — чем укрепили «кадровую базу» учителей-гуру Тибета.

В общем и целом ничего особо необычного (по отношению к другим разновидностям буддизма) тибетский буддизм не представляет. Привлекательность тибетского ламаизма в его преимущественно высокогорной локализации, монастырской иерархии и социальной организации, которые позволили сохранить большую часть обрядно-ритуальной стороны до наших дней. Именно поэтому многие поклонники буддизма обращаются за религиозным опытом в Тибет, уже давно ставший предметом мистического интереса и мифических историй.

Ламаизм, впитал в себя почти все важнейшие направления Махаяны и Ваджраяны: йогические практики, медитацию, тантризм, наставничество гуру, магию (мантры, мудры, мандалу) эзотерические направления, культы бодхисаттв, шакти, пантеон. Мы уже знаем, что распространения буддизма сопровождалось трудностями, связанными с частыми столкновениями религиозных «интересов» местных культов многобожия и буддийского учения. С VII в. ареалом распространения буддизма Ваджраяны стал Тибет. Преодолевая сопротивление племенных «элит», «жрецов» и шаманов местных культов, буддизм трансформировался, приспосабливаясь и испытывая влияние местных религиозных систем.

Именно поэтому буддизм Тибета оброс разнообразными пантеонами, в среде которых доминировал ваджраянский Адибудда и его несколько воплощений — «покровителей Вселенной» — с многочисленным свитами[160] и обязательными спутницами шакти. Будда Гаутама осмысливался как будда современной космической эпохи, Будда Майтрея — как будущий будда-мессия.

Поразительно: будучи изначально сугубо атеистическим религиозным ответвлением индуизма (Будда Гаутама, по свидетельству буддийской традиции, отвечал «благородным молчанием» на все вопросы о природе мира и его происхождении»),[161] буддизм исторически оброс культами божеств и пантеонами. Однако весь этот внешний ритуализм был всего лишь данью пониманию толпы, требующей «воплощений», за которыми скрывалась главная мистика буддийских ритуалов.[162].

Со временем, поскольку «просветлённых» магов становилось всё больше, стали обожествляться «выдающиеся» духовные лидеры. Так в Тибете был обожествлён первый «великий проповедник» буддизма маг Падмасамбхава (гуру Римпоче, VIII в.).[163] В это же время сложилась достаточно изощрённая и сложная символика и иконография тибетского буддизма — неотъемлемая часть всех атеистических религиозных систем, в которых распространена эзотерическая магия. Распространилось почитание бодхисаттв (магов и мудрецов буддизма), личных охранителей (идамов — низших категорий божеств, часто представляющих собой богов местных пантеонов, включённых в систему буддийской магической «надстройки»), наставников гуру (прежде всего первооснователей школ и монастырей). На низовом (часто местном) уровне почитались духи местности, предки, тотемы, воплощения животворящей силы и прочие «пережитки» добуддийских религиозных культов.

Буддизм наступал на Тибет магическими приёмами: первый «великий маг и проповедник» буддизма Падмасамбхава сознательно поддерживал синтез местных культов и буддийской религии, сделав этот синтез методикой постепенного вписания местных культов в «философскую» систему буддизма. Побеждая более развитой буддийской магией (и психотехниками) местных «жрецов-шаманов» и «обращая» в буддизм местные божества пантеона, Падмасамбхава и его ученики добились к XI веку упрочения позиций буддизма в Тибете.

Прибыв в Тибет, Падмасамбхава приступил к проповеди буддизма и демонстрации тибетцам своих магических способностей. По-видимому, чудеса, даруемые тантрической йогой, произвели на тибетцев огромное впечатление. Возможно также, что тантрический буддизм Падмасамбхавы чем-то (по крайней мере, внешне) показался тибетцам похожим на привычный для них шаманизм. Как сообщает «Житие»,[164]«Падмасамбхава посрамил бонских жрецов и колдунов, превзойдя их магическое искусство, и подчинил демонов и злых духов Тибета, обратив их в буддизм и сделав дхармапалами — божествами, защищающими Дхарму. Даже покинул Тибет Падмасамбхава не обычным способом: обретя волшебное иллюзорное тело, он взошел на небо по арке из радуги, сидя верхом на коне».

На начальных стадиях становления буддизма в Тибете «жречество»-маги возникавших по мере распространения буддизма святилищ-«монастырей» не соблюдало обета безбрачия, родственно сращиваясь с местной аристократией, чем превращалась в наследственное землевладельческое сословие. Последнее открывало возможности укрепления буддизма и его монастырской инфраструктуры на уровне местных властей.

Первую тибетскую школу буддизма принято называть «красношапочной» — общее название направлений тибетского буддизма, наиболее влиятельным из которых долго оставалась школа ньингамапа, основанная Падмасамбхавой и распространившаяся даже за пределы Тибета — особенно в Непал и Сикким.[165] Другая красношапочная школа, карджупа (карьюпа), проникла в Бутан и Сикким. В Центральном Тибете сильна была красношапочная школа сакьяпа.

В XIV веке одна из старых тибетских школ кадампа стала ареной реформаторской деятельности, приведшей к новым, более строгим порядкам тибетского буддизма. Реформаторство связано с именем Цзонхавы (1357–1419 гг.),[166] в результате деятельности которого возникла «жёлтошапочная» община гелугпа, которая вскоре стала ведущей в стране. Её глава считался «воплощением Авалокитешвары» (главный из бодхисаттв) и назывался Далай-ламой (монгольское: «океан [мудрости]»), получивший этот титул от монгольских правителей Тибета в 1578 году. Лама на тибетском «высший», поэтому иначе Далай-ламу можно перевести как «высший монах» — олицетворение «высшей, безбрежной мудрости». «Жёлтошапочный» ламаизм, в котором в частности принят обет безбрачия лам — более строгий и ортодоксальный вариант тибетского буддизма-ламаизма, который распространился к северу от Тибета и до сих пор там преобладает, а также в Монголии, Бурятии, Калмыкии.

Основы теории ламаизма были заложены Цзонхавой, который в ряде своих трудов обосновал собственные реформы и синтезировал теоретическое наследие своих предшественников.[167] Впоследствии все буддийские тексты были собраны ламаистами в 108-томное собрание Ганджур, включающее тибетские переводы важнейших сутр и трактатов Хинаяны, Махаяны и Ваджраяны, многочисленных рассказов, диалогов, извлечений, имевших отношение к Будде, а также сочинений по астрологии, медицине и т. п. Комментарием к «каноническим» текстам Ганджура является ещё более обширное собрание — Данджур, состоящее из 225 томов, в которое вошли также и самостоятельные сочинения, включая рассказы, поэмы, заклинания и др. Кроме Ганджура и Данджура все ламаисты высоко чтут и изучают произведения Цзонхавы и более поздних отцов ламаистской церкви, в том числе и далай-лам.

Известный нам ламаизм с точки зрения доктрины являет собой наследие и синтез всего идейно-теоретического багажа буддизма за более чем двухтысячелетнюю его историю. Но доктрина буддизма была интерпретирована ламаизмом.

Ламаизм, следуя наметившейся уже в Махаяне тенденции, отодвинул на задний план нирвану как высшую цель спасения, заместив её богато разработанной «космологией», в пределах которой оказалось достаточно места для всех: для верующих и неверующих, мирян и монахов, людей и животных, для святых, богов, будд и бодхисатв.

Гигантская космологическая система в ламаизме строго упорядочена. Вершина её — будда буддАдибудда, владыка всех миров, творец всего сущего,[168] своеобразный ламаистский эквивалент индийского Брахмана или даосского Дао. Главный его атрибут — Великая Пустота (шуньята). Именно эта пустота, которая есть духовная сущность, духовное тело будды, пронизывает собой всё, так что всё живое, каждый человек несёт в себе частицу будды и именно в силу этого обладает потенцией для достижения спасения. В зависимости от количества и состояния эта частица может быть в большей или меньшей степени подавлена материей.

В соответствии со степенью этой подавленности и осознания необходимости усилить частицу будды, равно как и принимаемых для этого практических действий,[169] люди делятся на несколько разрядов, высший из которых, пятый, приближает их к состоянию бодхисатвы. Это считается доступно лишь немногим. Для большинства главное — добиться удачного перерождения или возродиться в западном рае (сукхавади) будды Амитабы. «Космогония» и теория «строгого» буддизма ламаизма, пришедшего после «либерального» красношапочного буддизма (основанного на примитивных тантрических культах) преследовала в первую очередь цель теоретического обоснования «объективности» духовной иерархии в среде людей: от мирян до воплощений Будд. А уже затем в соответствии с этой иерархией люди допускались к разного рода психотехникам (чем выше — тем сложнее и «могущественнее») по принципу «каждому — своё» с обоснованием статуса «количеством подавленности материей частицы будды», или, иными словами — в зависимости от духовного статуса (а последний определяется, как мы уже знаем, соответствием психики верующего эгрегориальной алгоритмике доминирующего в религиозной системе эгрегора: в нашем случае — «Адибудды»). Всё это свидетельствует о том, что тибетский буддизм-ламаизм оказался ближе других разновидностей буддизма к идеалу масонско-троцкистского мирового порядка, опробованного в СССР первой половины XX века — поэтому к нему и обратились иерархи первого советского государства.

Доктрина рая и ада в ламаизме исходит от буддизма Махаяны,[170] хотя не исключено, что в ламаизме она кое в чём обогащена за счёт заимствований из ислама,[171] о чём свидетельствуют некоторые детали. Но существенно, что для ламаизма (как и для других направлений буддизма и индуизма) ад и рай — лишь временное местонахождение, не исключающее индивида из колеса перерождений, из мира кармической сансары. Ламаизм учит: с истощением дурной или хорошей кармы рано или поздно следует очередное рождение, причем это касается почти всех, даже обитающих на небесах божеств. Лишь немногим уготована нирвана.[172] Что же делать людям в такой ситуации, согласно ламаизму?

Главное, учит ламаизм — это «возродиться человеком», а еще важнее — родиться в стране ламаизма, где «твой добрый друг и учитель лама поведет тебя по пути спасения».[173] Иными словами, роль наставничества в Тибете доведена до крайней обязательности, причём качество наставничества также не формально: каждый гуру должен соответствовать своему статусу, пройда свой путь психотехнических практик.

Ламаизм учит, что наставление ламы поможет избавиться от страданий, от привязанности ко всему мирскому и тем улучшить свою карму, подготовить себя к благоприятному перерождению и избавиться от ужасов перерождения неблагоприятного: отныне и в дальнейшем движение по пути мудрости (праджня)[174] с её основными методами-средствами (парамитами)[175] и преодоление авидьи (незнания)[176] могут тебе помочь. Главное, таким образом — это осознать, преодолеть авидью (для чего и важно возродиться человеком и заполучить в наставники ламу), ибо именно авидья лежит в основе круга перерождений из двенадцати звеньев-нидан, которые обычно в своей графическо-символической форме хорошо известны каждому ламаисту.

Центром политической, религиозной и ритуальной жизни в районах распространения буддизма стал монастырь с иерархически организованным ламством: ученики, послушники, монахи, настоятели, воплощения будд, бодхисаттв, видных деятелей буддизма — «живых богов». Большинство лам трудилось на землях монастыря, и лишь верхушка жила исполнением обрядов в храме и в домах прихожан — календарно-производственных, возрастного цикла, лечебно-магических. Именно религиозный обряд стал основной целью тибетского буддизма,[177] который, согласно учению — предоставлял возможность вырваться из череды перерождений.

Тибетский буддизм до настоящего времени считается среди его приверженцев (особенно западных) самым загадочным и привлекательным. Таковым он стал вследствие наглядной иерархической монастырской организации религиозной инфраструктуры, которой сопутствует весьма необычная магическая мистика (таинства), исходящая от тибетских лам, а также поддержки государственности Тибета. Кроме этого тибетский буддизм смог сохранить свою первозданную привлекательность вследствие преимущественно высокогорной изоляции[178] его многочисленных религиозных центров от влияния технократического наступления на региональные цивилизации буддийского Востока. Для приверженцев, попадающих со стороны под магию сравнительно «чистого» (в смысле: не подвергшегося влиянию технократии и локализованного в районах, выведенных за пределы доступа сильных полей техносферы)[179] древнего буддизма — последний (с помощью лам, конечно) оказывает весьма сильное магическое воздействие на психику, не подготовленную к нетехносферной магии и психотехникам.

Тибетский буддизм складывался так, что первостепенным для закрепления ламаизма в Центральной Азии имела принадлежность «ламаизируемого» местного племени (или его части) к конкретному хозяйственно-культурному типу, что было обусловлено прежде всего ландшафтом зоны обитания (как правило — высотой над уровнем моря) — что определяло соседство и интенсивность контактов с носителями других религиозных систем. Так, чем выше по склонам обитало племя, тем значительнее в его хозяйстве был удельный вес отгонного скотоводства, а значит, тем более была его религиозная автономия — что и обеспечивало влияние ламаизма. В итоге тибетский ламаизм смог монополизировать духовную жизнь племён высокогорья и кочевников засушливых степей, глубоко внедрившись в их социальную структуру.

В борьбе с племенными верованиями бон в первую очередь и первоначально успеха добились «красношапочные» школы, «органично» вписывающие в буддизм местные культы. Именно приспособленческая особенность ритуалов школы ньингмапа к местным традициям[180] обеспечили её ведущую роль в гималайском регионе. «Красношапочный» буддизм до конца не исчез после реформации (XIV век) в борьбе с ламаизмом. Он отступил территориально и функционально: первоначальные тибетские монастыри существуют на периферии ламаистского мира, на южных склонах Гималаев. В виде же архаичных пластов «народного буддизма» (как называют в этом регионе буддизм «красношапочных» школ), его элементы сохранились в регионах буддийско-индуистских «святилищ» (например, храмовый комплекс Муктинатх), испытывающих сильное влияние со стороны индусского тантризма.

Успешное развитие и закрепление буддизма (позднее — ламаизма) в Тибете и его «жёлтошапочная» реформа в XV–XVII вв. на многие века вперёд сделали этот регион духовной и организационной «метрополией»[181] по отношению к соседним странам и регионам, сосредоточением буддийских монастырей — основателей и центров различных течений буддизма. Столица Тибета — Лхаса — была до 1959 года резиденцией Далай-ламы,[182] мировым духовным и культовым центром строгого самого иерархически организованного буддизма — ламаизма. В середине XX столетия[183] многовековое «благополучие» самой крутой и удалённой от влияний техносферы буддийской иерархии пошатнулось: её приверженцам, поддерживающим духовный и организационный режим в Тибете, пришлось перебраться в другое место. В результате «народного восстания» в Тибетском районе КНР (на национально-религиозной почве тибетцы предприняли «освободительное» движение против «коммунистического» правительства Китая) Далай-лама был вынужден бежать. Вместе с ним бежали и более ста тысяч тибетцев (из примерно миллиона поддерживающих)[184] в Непал, Бутан и Индию, где и проживает сейчас глава ламаистов.

Конечно на этом история тибетского буддизма не заканчивается. Ламаизм существует в тибетском Непале, Бутане, Монголии и некоторых высокогорных районах Гималаев.[185] Однако тибетский буддизм с центром в Лхасе был до 1959 года больше, чем религия: он был «эталоном» восточного иерархически выстроенного порядка, который с помощью центральной власти Далай-ламы управлял религиозной и социальной «жизнью» большого спектра стран и регионов. Но по «странному» стечению обстоятельств он пал, начашись как «национально-освободительное» движения тибетцев[186] (несмотря на огромные магические возможности ламской иерархии) именно в тот момент, когда на Западе зародилось учение Л.Р. Хаббарда — Дианетика (1950 год), которое, как утверждают сторонники этого учения, «основано на буддизме». Как можно предположить, к середине XX века потенциал влияния тибетского буддизма (как особо «серьёзного» вида буддизма) на общество себя исчерпал, поскольку этот вид буддийской магии дееспособен лишь в условиях малого техносферного влияния.[187] Однако потребность в его опыте не только осталась (вдобавок к сохраняющемуся до сих пор трепетному почитанию всего, связанного с тибетским буддизмом), но оказалась в центре внимания тех, кто желал перенести опыт работы с психикой людей на общество в изменившихся условиях давления среды.[188].

Рассмотрим подробнее религиозную организацию тибетского буддизма. Воздействие последнего на общество базируется не только на доминировании буддийской магии и психотехник в сфере духовной культуры (в эгрегориальной иерархии всех неправедных религиозных систем), но и на социальной роли ламской иерархии, которая сумела сохранить и пронести через века свою исключительную привлекательность в основном «благодаря» высокогорной локализации — что со стороны кажется «эталоном» высшей буддийской (а то и мировой) религиозности. В высокогорных селениях ламы не просто монахи (если они вообще обитают в монастырях и соблюдают аскезу) — они «жрецы» храма «общинников», организующие церемонии календарно-производственного цикла. То есть, ламы участвуют в организации не только религиозной, но и повседневной жизни людей своего «прихода». Кроме этого ламы могут быть семейными «жрецами»-гуру, посредниками между верующими и принятым божеством пантеона, учителями, ремесленниками, танцорами, музыкантами, прорицателями. Религиозный обряд остаётся в центре внимания и почитается как основная цель тибетского буддизма.

Для верующих был в некоторой мере открыт путь к восхождению по религиозной иерархии: ученик, послушник, монах, настоятель, воплощения Будды, бодхисаттва… — «живой бог».[189] Однако, ещё со времён «красношапочного» ламаизма (когда разрешались браки лам) — сложилось и закрепилось сословие наследственного «жречества», которое было тесно связано с феодальной аристократией. Поэтому подняться выше определённой ступени храмовой иерархии даже из «простых монахов» (не говоря уже об учениках) было невозможно и ламство передавалось по наследству, вместе со всеми магическими возможностями каждого духовного сословия.

Обычно ламы обитают в монастыре лишь часть года, чаще всего они собираются во время праздников, либо выступают в роли смотрителей монастыря. Большую часть времени ламы посвящают учительству для семей прихожан, работе на своём или семейном участке, иногда — паломничеству и медитации. Материальной основой существования лам, помимо личных доходов от хозяйства и от совершения разнообразных обрядов по заказам верующих, служат доходы от монастырской собственности и главное — регулярные и обязательные подношения членов общины.[190] Верующие, как и в других направлениях буддизма, приучены к накоплению религиозных «заслуг» с целью соблюдения дхармы, что «зачитывается при следующих воплощениях».

В этой связи в монастырях накапливалось множество культовых предметов поклонения и почитания (помимо высших людей в иерархии): иконы-танка, риликварии, музыкальные инструменты, ксилографированные «канонические» тексты, изображение почитаемых божеств, лам, бодхисаттв. Впечатляют и культовые сооружения: комплексы монастырей, деревенские храмы, часовни, молитвенные барабаны-цилиндры с тысячами оттиснутых молитв внутри, вращаемые руками или водой, стены или камни с высеченными молитвами, флаги, чортены (происходящие от буддийских ступ) и прочие религиозные атрибуты.[191] Ясно, что все эти буддийские идолы, а также обожествление лам и наследственность высших лиц монастырской иерархии является серьёзным отходом от принципов раннего буддизма, который исповедовал сам Будда Гаутама.

Тибетский вид буддизма показателен тем, что, внедрившись в сферу влияния местных «жрецов»-шаманов и овладев контролируемым ими населением с помощью высокоразвитых в буддизме психотехник (по сравнению с магическими возможностями местных «жрецов»-шаманов) — ламы на базе «религии для народа» (коей считались и Махаяна и Ваджраяна — две первоосновы ламаизма) выстроили жёсткую иерархию взаимного подчинения людей[192] (и даже деление на вновь созданные сословия и поддержка некоторых существующих)[193] в виде социально ненапряжённой системы взаимоотношений «в отдельно взятом государстве»[194] по религиозному «рангу», а сами «ранги» обосновывались разными возможностями людей по отношению к достижению «просветления» (аналог «христианской» «святости»). До окончательного восстановления в КНР власти «компартии» (после 1950 года) автономному функционированию подобного рода устойчивой духовно-социальной иерархии, максимально удалённой от техносферы, никто не мешал. На этом эксперимент с употреблением потенциала буддизма в отдельно взятой стране и в условиях удалённых от техносферы исчерпал свою социальную значимость для иерархов, следящих за ходом этого эксперимента. Кроме того, к 1959 году уже стало ясно, что «коммуно-марксистский» сценарий в его первоначальной задумке и мировом масштабе не удался, а значит союз буддизма и марксизма по меньшей мере откладывается на пока неопределённое время, временно уступая дорогу мировому капитализму, а значит и дальнейшему бурному развитию техносферы. В таких условиях тибетский буддизм как форма организации социума — стал малоинтересен. В то же время длительный эксперимент показал, что буддийские психотехники позволяют «рассортировать» общество, куда входит буддизм, по религиозному рангу, соответствующему иерархии взаимного подчинения,[195] а последняя — строго соответствует реальной, а не показной приверженности каждого индивида к соблюдению религиозной и социальной дисциплины, что позволяет особенно точно расставлять кадры согласно их покорности толпо-«элитарной» иерархии, одновременно, конечно же, и культивируя такого рода покорность.[196] В результате замкнутости религиозной системы на контуры «культивирование покорности — отбор кадров — опять культивирование покорности» — через некоторое время (несколько поколений) все, не вписывающиеся в иерархию оказываются надёжно выбракованными.[197] Психотехнический механизм подобного рода «отбора кадров» мы рассмотрим позже.

Для наследственной передачи духовной и общинной власти, ламы умудрялись выдумывать всё новые и новые идеи преемственности (по сути сословной передачи власти), «пользуясь» поддержкой толпы и низших в религиозной иерархии. Так учение ламаизма о «живых богах»[198] породило целую практику поиска новых инкарнаций (перерождений) знаменитых деятелей ламаизма. Самый простой способ перерождения заключался в том, что вопреки монашеским обетам лама брал себе жену и рожал сына, которому суждено было стать «духовным наследником отца».[199].

Вот и прямая беззастенчивая сословная передача духовной и светской власти. О подобной роли прямого кровного наследника[200] можно было объявить во всеуслышание, а можно было тайно указать в письменном виде о своём будущем перевоплощении. Со временем для монахов высших ступеней поиски их перевоплощений стали производиться автоматически.[201] На будущего перерожденца, которым обычно был младенец до 9-ти месяцев, как бы указывал ряд примет (вещие сны учеников или родителей, время и место рождения, предзнаменования). Ребёнка отправляли в монастырь, где позже ему предстоял ряд дополнительных испытаний — к примеру, выбрать предметы, которыми он владел в прошлой жизни из кучи подобных. В случае успеха он признавался годным к длительной подготовке, после чего ему предстояло занять место предшественника.

Ясно, что тщательный отбор кадров, в первую очередь высшего духовного звена был взят под полный контроль верхушкой ламаистской иерархии, а воспитывали они своих же отобранных кадров с малолетства под миссию поддержки самой иерархии с помощью специальных стратифицированных психотехник и ограниченных возможностей влияния на некоторые биосферные процессы и процессы, проходящие на уровне биологии человеческого организма. Возможность весьма смелого (видимо после устойчивого завоевания ламами расположения паствы) употребления буддийского учения о персональных перерождениях (вдобавок к учению о воплощениях) позволяла не только сохранить покорность в толпе, гася интерес к социальной несправедливости с помощью доктрины посмертного воздаяния (как и у всех буддистов), но и «смело» манипулировать доверчивой кадровой базой, рабочей массе которой вполне достаточно было посетить монастырь и увидеть воплощение или перерождение «бога», после чего даже примитивных культовых психотехник не требовалось: чего тратить время опытных гуру на «рабочую» толпу.

Чань-буддизм, дзэн-буддизм.

Следующим направлением буддизма является его китайская и японская разновидности — чань-буддизм и дзэн-буддизм соответственно. Основными отличиями чань-буддизма от других направлений специалисты называют четыре принципа:

· Прозрение своей внутренней природы приближением к Будде, потенциально доступное каждому.

· Уметь напрямую указывать суть сознания человека.[202].

· Не создавать письменных наставлений.[203].

· Передавать истину вне учения, иным способом.[204].

Нужно признать, что рассматриваемый в этом разделе вид буддизма является привлекательным тем, что он даёт возможность последователям (ученикам) как бы самим находить «истину», достигать «просветления» и «мудрости», к состоянию которых гуру их только лично подводит (курирует процесс достижения определённого состояния «сознания человека»), а затем ученик как бы «идёт сам». Поэтому чань-буддизм притягивает людей, стремящихся к совершенству «своими силами» — с одной стороны, но, с другой стороны, тех, кто не может самостоятельно достичь в жизни психологического комфорта, который, как многим кажется, является признаком «совершенства», учат с помощью гуру.

Начнём рассматривать отличия тибетского буддизма, основанного на Махаяне и Ваджраяне от китайского чань-буддизма (который существовал в Китае несколько веков ранее формирования тибетского, но не имел серьёзной государственной поддержки) на примере сравнения позиций спорящих сторон, известных современным знатокам буддизма.

После того как в Тибете длительное время проповедовал образцовый представитель классической индийской Махаяны, Шантаракшита (VIII век), постепенно стало выясняться, что между учением тибетской Махаяны и доктринами китайских (и некоторых корейских: в Тибете был достаточно известен своими проповедями Учитель Ким, также придерживавшийся чаньской традиции) хэшанов[205] существуют серьезные, а может быть, и непримиримые противоречия. Между тем, Камалашила, преемник Шантаракшиты, и китайские монахи имели своих многочисленных последователей из числа тибетской аристократии, придворной знати и членов царской семьи. Поэтому возникла потребность выяснить, какой всё-таки вариант буддизма является истинным и в большей мере соответствующим учению самого Будды (подход, вполне естественный для неофитов-тибетцев). Выяснить это было решено традиционным для Индии способом — путём диспута, на котором индийскую сторону представлял сам Камалашила, а китайскую Хэшан. Этот диспут и состоялся в монастыре Самье (точная дата его неизвестна, условной датой проведения диспута можно считать 790 г.).

Согласно традиционным тибетским источникам, диспут закончился полной победой Камалашилы (что привело даже к самоубийствам среди сторонников Хэшана), после чего царь запретил проповедь китайского буддизма и Тибет, окончательно и бесповоротно обратился к классическим индийским образцам. Тибетские источники сводят предмет дискуссии к нескольким положениям.

1. Во-первых, Хэшан Махаяна учил, что пробуждение и обретение состояния Будды происходит мгновенно, или внезапно, тогда как Камалашила проповедовал классическую доктрину пути бодхисаттвы, восходящего по десяти ступеням совершенствования в течение трёх неизмеримых (асанкхея) мировых циклов благодаря практике шести совершенств — парамит.[206].

2. Во-вторых, Хэшан Махаяна отрицал ценность самих парамит, считая их мирскими добродетелями (за исключением праджня-парамиты), способствующими улучшению кармы, но не имеющими никакого отношения к пробуждению и реализации природы Будды. С его точки зрения, следовало пресечь всякую кармическую активность вообще, ибо добрые дела также привязывают к сансаре, как и дурные.

3. В-третьих, Хэшан Махаяна в отличие от Камалашилы считал, что главным методом совершенствования является созерцание, направленное на достижение полной остановки мыслительного процесса и достижение состояния «недумания» (китайское у нянь), при котором исчезают все различия и ментальные конструкты (викальпа; китайское фэньбе), равно как и субъектно-объектная дихотомия. Вслед за прекращением «думания» наша собственная природа, которая есть природа Будды, раскрывается немедленно и спонтанно. Камалашила же не признавал этот метод, считая его чисто отрицательным и не ведущим к пробуждению.

Многие исследователи считают, что реальная полемика в Самье велась в более широком плане, нежели между индийским и китайским буддизмом (и даже не между классической Махаяной и учением китайской школы Чань), как это обычно считается. Масштабы полемики в Самье выходят далеко за эти рамки. Это полемика между двумя течениями и в индийском буддизме, и в махаянском буддизме вообще, ибо тезисы, выдвинутые Хэшаном Махаяной, отражали позиции, которых придерживались и многие буддисты в самой Индии (особенно в рамках тантрической традиции). Теоретической её основой, несомненно, была теория Татхагатагарбхи[207] (особенно, положение «на— собственный Ум и есть Будда»), тогда как Камалашила вслед за своим учителем придерживался учения синкретической школы мадхьямака сватантрика йогачра с её совершенно иным пониманием как структуры пути, так и характера природы Будды.

Но китайский чань-буддизм в основном придерживается принципов, высказанных Хешаном Махаяной, отрицающим многое из «канонической» буддийской догматики и ступеней-практик «совершенства», как бы «либерализуя» для своих последователей курс «просветления»[208] и делая его доступным потенциально всем. Из этого можно сделать общий вывод: тибетский[209] способ обретения «просветления» был потенциально недоступен большинству (он был прерогативой «духовных» и властных верхов общества — несмотря на его махаянскую «народную» основу), а китайский не только декларативно заявлял, что «в каждом человеке есть частица Будды», но и давал возможность каждому эту «частицу Будды» как бы «очистить» «от мирских привязанностей» уже в течение одной жизни — «в этом теле».

Рассматривая спор между школами Хешана и Камалашила, нужно не забывать, что Тибет, был единым государством, правитель и монахи которого поддерживали сторону Камалашила в первую очередь потому, что им нужно было религиозное обоснование поддержки иерархии управления тибетским государственным толпо-«элитаризмом» (о чём мы говорили в предыдущем разделе), который во время спора в Самье только становился на основе буддизма, укоренившись лишь после «жёлтошапочной» реформы (XV век).[210] В то время как в Китае буддизм не имел поддержки государственной власти и вынужден был приспосабливаться к статусу «религии для народа». Из этого видно, что, основываясь на традиционной для Индии Махаяне, буддисты Тибета как бы «непроизвольно» воспроизвели многие принципы из забытой Тхеравады (в которой обретение «просветления» признавалось лишь за избранными); а сторонники Хешана воспроизвели принципы «религии для народа», коей и была изначально общеизвестная Махаяна, распространяющаяся за пределы Индии. Такой вот парадокс, связанный с возможностями государственной поддержки религиозной системы.

Своё начало чань-буддизм берёт в VI в, когда в Китай пришёл индийский проповедник Бодхидхарма (буквально «Закон Просветления»). Мифически считается, что основатель чань-буддизма происходил, подобно Будде, из материально имущей и знатной индусской семьи и, подобно Будде, оставил мирскую жизнь и посвятил себя распространению «истинного учения». Окончательное оформление чань-буддизма произошло на рубеже VIII–IX вв., когда количество его последователей увеличилось настолько, что потребовалось зафиксировать особые правила поведения для монахов.

Не следует забывать, что чань-буддизм зародился и развивался в рабовладельческом сословном китайском обществе, где «господствующей» была идеология «великого мудреца древности» Конфуция (551–479 гг.), который акцентировал особое внимание на пунктуальном исполнении каждым представителем сословия своих социальных обязанностей, сведённых в буквальное соблюдение около 300 крупных и 3000 мелких правил социальной этики высших и средних слоёв общества. В то же время для рабов главной религиозной основой оставался даосизм.

На китайский вид буддизма сильное влияние оказало учение Конфуция, социальной стороне которого обязаны были в некоторой степени подчиняться сторонники буддизма, которыми были в первую очередь, монахи. Видимо поэтому чань-буддийские монахи явились отступниками от некоторых первоначальных правил для монахов, зафиксированных в Виная-питаке. Также возможно, что эта первоначальная вынужденность отступничества (в «пользу» конфуцианской дисциплины) явилась причиной большей «свободы» чань-буддийского монашества: в общинах чань-буддизма монахи могли заниматься разнообразным физическим трудом, что считалось «особой разновидностью медитации, которая приучает сознание полностью включаться в работу тела, сливаться с ним».[211] С IX века чань-буддийские общины появились в соседней с Китаем Корее, а на рубеже XII–XIII вв. это направление буддизма проникло в Японию, где вскоре утвердилось.

Название чань-буддизма точно отражает его существо. Слово чань (сокращение от чаньна) есть не что иное, как транскрипция санскритского дхьяна (созерцание, медитация). Это указывает на преимущественно йогическую, психопрактическую ориентацию данного направления буддизма. Другое, малоизвестное, название этой школы — школа «Сердца Будды» (буддха хридая; фо синь цзун). Дело в том, что Бодхидхарма часто считается воплощением Будды. Согласно традиционному преданию, основал её сам Будда Гаутама Шакьямуни, который один раз поднял перед учениками цветок и улыбнулся («Цветочная проповедь Будды»).[212] Никто, однако, кроме Махакашьяпы, не понял смысла этого жеста Будды. Махакашьяпа же ответил Будде, тоже подняв цветок и улыбнувшись.[213] В это мгновение он пережил пробуждение: состояние пробуждения было передано ему Буддой непосредственно, без наставлений в устной или письменной форме. Так, согласно Чань, началась традиция прямой («от сердца к сердцу») передачи «пробуждения» («просветления») от учителя к ученику.

В X–XI веках Чань превращается в одну из ведущих школ, создаёт большие монастыри и духовную иерархию, что явно дисгармонировало с первоначальным антиавторитарным и антибюрократическим («народным») духом раннего Чань.[214] В XI–XII веках процесс институциализации Чань завершается. Основными принципами школы Чань остаются следующие положения: «Смотри в свою природу, и станешь Буддой» и «Пробуждение передается особым образом от сердца к сердцу без опоры на письменные знаки».

Как видите, способ достижения буддийского «просветления» — с помощью медленной «нейролингвистики» (подготовки психики[215]«письменными знаками»); либо с помощью прямой быстрой передачи огромных объёмов алгоритмически структуированной информации «глаза в глаза» и через биополевое общение (подготовка психики «от сердца к сердцу») — методиками последующей после подготовки йогической практикой (вне зависимости от способа подготовки к медитациям) не избавляет общество «просветлённых» разной степени от толпо-«элитаризма». Наоборот, шибко «просветлённые» обрастают божественным авторитетом, даже если они сами того не желают: правда за них могут этого «желать» их опекуны от властей и безвольная толпа, после чего им остаётся лишь поддерживать сложившийся вид толпо-«элитаризма» — взамен они ничего предложить не могут. Это — практическое доказательство того, что «просветление» не равняется обретению Человечного типа психики,[216] а последнее не происходит ни с кем даже из супер «просветлённых» гуру ни в одной из разновидностей буддийских школ.

Второе (после положения о внутренней сущности Будды) положение Чань означало, что пробуждение, будучи изначальной собственной и нерождённой природой сознания, (японский учитель Дзэн XVII века Банкэй особенно подчёкивал именно это определение) не может быть обусловлено никакими внешними факторами,[217] в том числе и изучением канонических текстов.[218] Здесь уместно привести такую притчу, ярко характеризующую антиканоническую направленность Чань и Дзэн:

«Однажды чаньский учитель И-сю, живший на горе Бижуйшань, увидел, как великое множество верующих поднимается в расположенный на горе монастырь Бижуйшаньсы для паломничества, поскольку монахи в это время проветривали буддийские сутры. А в этих местах существовало предание, что если ветер будет дуть на сутры, то он сдует также все беды и невзгоды верующих и увеличит их мудрость. Поэтому многочисленные верующие и поднимались непрерывно на гору, чтобы сподобиться этого приносимого ветром блага. Чаньский учитель И-сю понял это и сказал:

— Я тоже буду проветривать сутры!

Сказав это, И-сю тотчас обнажился по пояс и улёгся загорать на травке. Многие верующие, глядя на это, удивлялись и не могли понять, в чем дело, осуждая неподобающее поведение монаха. Когда монахи из монастыря узнали об этом, они тоже прибежали туда и стали просить И-сю не вести себя столь предосудительно.

Тогда И-сю очень терпеливо объяснил им смысл того, что он делал:

— Сутры, которые вы проветриваете, мёртвы, и поэтому в них заводятся книжные черви, а они ничего не могут с ними сделать. Сутра же, которую проветриваю я — живая, она может проповедовать, может совершать служение, может есть. И всякий человек, наделенный мудростью, прекрасно разберётся, какая их этих двух сутр более ценна!».

И то и другое не приводит к праведности. «Книжные черви» «канонов», которые «омертвляют» жизнь, «зомбируя» психику учеников — плохо. Но «зомбирование» с помощью «живого» общения с субъектом, психика которого содержит тоже сутры, но в гораздо большем объёме — не лучше. Эта притча показательна тем, что гуру И-Сю назвал самого себя сутрой (пусть даже не специально, а — желая показать ученикам разницу между «канонами» и живым общением). Трудно отрицать преимущества живого общения. Но общение ради передачи ученикам и последователям методики ощущения и понимания Языка Жизни, а через него и связи с Богом и общение ради передачи ученикам методики буддийского «просветления» — разные вещи. Поэтому буддийский гуру правильно назвал себя живой сутрой — информационной базой, ограниченной возможностями эгрегора, куда включена его психика.

Состояние «пробуждения», согласно Чань, может быть реализовано любым человеком через «прозрение», «просветление сознания», что осуществляется пробуждённым учителем «благодаря» определенным приемам воздействия на психику ученика.[219].

«Благодаря» этому воздействию учитель как бы передаёт, транслирует «пробуждённость» своего «трезвенного» (в терминах европейских переводов) сознания[220] ученику, подобно тому как Будда передал свое пробуждение Махакашьяпе.

Эта идея объясняет исключительную важность для Чань списков преемственности Дхармы, содержащих сведения о последовательности передачи пробуждения от одного учителя к другому[221] (это называется «передачей светильника» — чуань дэн). Для подчёркивания принципа непосредственности, «безопорности» этой передачи и для искоренения у учеников привязанности к букве, образу, символу[222] многие чаньские наставники раннего периода демонстративно сжигали тексты сутр и священные изображения.

Монах Линьцзи И-сюань даже сказал: «Встретишь Будду — убей Будду. Встретишь патриарха — убей патриарха». Смысл этого высказывания в том, что следует убить в себе привязанность ко всему внешнему, ко всем образам и именам; Будда — это сам человек в его истинности, а не некий религиозный авторитет или законоучитель. И тем более это не изображение и не текст. Вместе с тем чаньская практика предполагала строжайшую дисциплину и полный авторитет учителя для ученика, что было закреплено в XII–XIII веках в нормативных уставах чаньских монастырей («чистые правила» — цин гуй), своеобразной чаньской Винае.

В своей психопрактике школа Чань тоже достаточно оригинальна. Несмотря на то что некоторые направления Чань (особенно Цаодун/Сото) практиковали и традиционное созерцание в сидячей позе со скрещенными ногами (цзо чань/дза дзэн), эта школа не считала таковое наиболее совершенным и тем более единственно возможным методом. Большинство направлений Чань предписывало монахам пребывать в состоянии созерцания при любых формах деятельности, даже во время занятий физическим трудом, бывшим обязательным для всех чаньских монахов (принцип учителя Бай-чжана: «День без работы — день без еды»). А «продвинутые» монахи должны были уметь заниматься созерцательной практикой даже во сне. Иногда для стимулирования мгновенного пробуждения чаньские монахи практиковали палочные удары, обрушивавшиеся на ничего не подозревающих, погруженных в созерцание учеников.[223].

Поэтому чань-буддизм не отдаёт предпочтения строгим аскетическим ограничениям и отшельничеству, детализированной «канонами» религиозно-обрядовой практике и свободно согласуется с занятиями земледелием, литературой, живописью, боевыми искусствами.

«Зомбирование» психики образами «от учителя к ученику», не поддающимися сколько-нибудь вразумительному осознанию обоими сторонами (в этом виде буддизма доминирует как никогда безмерная интуитивно-образная составляющая, обусловленная в том числе отказом от изображенийбукв, образов, символов — от размеренных образов) обеспечивает одновременно надёжную защиту от внешних («канонических» и прочих лингвистических) вторжений в неё всего «несанкционированного»[224] — чего, видимо, полностью не достигается в других видах буддизма, которые вынуждены запрещать монахам многие формы деятельности,[225] разрешённые в Чань.

Традиция Махаяны, оказавшая непосредственное воздействие на «теоретические» основы Чань (неправильно думать, что в чань-буддизме нет теории: она есть, но она направлена больше не на объяснение механизма «просветления», а на объяснение необходимости наставничества гуру), расценивает «Непревзойдённое полное пробуждение» как высшую цель религиозной деятельности, поскольку оно непосредственно «соседствует с нирваной». В учении Чань считается, что реализовать в себе в такое состояние способен каждый, буквально «здесь и сейчас» — с помощью «акта непосредственного интуитивного восприятия истины».

Интуитивное восприятие, чисто теоретически, конечно, может исходить от Бога, однако, как мы уже знаем — Бог не впихивает никому в психику «пробуждение здесь и сейчас»:[226] для этого нужно потрудиться самому, осознанно[227] изменяя свои нравственные жизненные ориентиры, которые достались по родовому наследству и/или были приобретены по жизни от рождения. Соответственно изменениям в психике человека и целеустремлённости последнего, Бог будет поддерживать деятельность такого человека в тех процессах, которые соответствуют праведности,[228] что действительно при больших успехах движения к Человечности, может знаменоваться психической умиротворённостью, видимо, похожей на состояние «нирваны» в буддизме.[229] Но в буддизме путь познания истины (отличить Истину от заблуждений и эгрегориальных наваждений во всех случаях может лишь Человек) другой — не Божеский.

В чань-буддизме считается, что реализовать себя в состояние «пробуждения», после чего открывается «истинное видение» — можно лишь «человеческому уму, не тронутому никакими мыслями или чувственными образами».[230] Дальше — больше: такое состояние сравнивается с «чистым зеркалом или зеркальной водной гладью, когда человек не может различать даже «Я» и «не Я»», лишь в этом случае сознание способно увидеть мир таким, каким он является на самом деле — неомрачённым субъективными мыслями и ощущениями. В этом состоянии мир более не разделяется на противоположности, прежде всего на добро и зло, любовь и ненависть, реальность и иллюзию, явь и сон. Считается, что человек и мир сливаются в одно целое.[231] Вместе с тем в чань-буддизме признаётся, что путь достижения «Непревзойдённого пробуждения» (близкого к нирване) не представляет собой единообразного скачка сознания и наиболее вероятно после прохождения нескольких «просветлений».

С первого взгляда неомрачение сознания (читай — психики), инициируемое гуру может быть предназначено для того, чтобы ученик смог увидеть мир без его эгрегориального искажения (психика воспринимает мир через призму алгоритмики эгрегоров и её собственной алгоритмики) — штука весьма полезная: почему бы не помочь человеку правильно воспринимать мир? Вроде бы неплохо избавление психики от субъективного разделения явлений на противоположности (последствия мировоззрения восточного дуализма), на добро и зло, любовь и ненависть и прочее. Однако, к чему такая «мудрость», если толпо-«элитарный» мир, в котором живут люди, основан на мировоззрении противоположностей: как только люди выходят из состояния «нирваны», они попадают именно в этот реальный мир, продолжая строить свои отношения согласно взаимоотношениям противоположностей (как они считают). Значит слияние в «нирване» происходит не с миром людей — а с миром религиозных иллюзий.[232] Но Бог создал мир людей не для того, чтобы от него убегать в искусственный психологический «рай». Совсем разорвать социальную необустроенность и религиозный идеал может только смерть, либо способность нахождения в состоянии пожизненной «нирваны».[233] Привыкание в период ученичества к игнорированию реальных жизненных проблем (уклонение от видения разделения на противоположности, добро и зло и пр. — чему не сопротивляется психика трусливых[234] людей, бегущих от «неприятных» для неё явлений)[235] — увод психики ученика от естественных интуитивных «раздражителей», связанных с совестью, а также от «Языка Жизни», явления которого внимательному человеку позволяют судить о своей реальной праведности (приближаясь к объективным критериям Добро-Зло), что необходимо для изменения социальной неправедности после того, как человек начнёт менять свою собственную нравственность. Но в буддизме последнее заблокировано напрочь.

Подготовка к «нирване» сводится к тому, что на первых этапах сознание, которое приучено к внешней концентрации внимания (это в большей мере функция сознания),[236] сумеет перенести этот навык на внутреннее созерцание сущности вещей. Вследствие этого (способности внутренней концентрации) сознание должно убедиться в «пустотности» всего мира и тем самым опустошить само себя.

Поскольку в буддизме термин «сознание» в большинстве случаев означает всю психику (и сознание и бессознательные уровни) — речь идёт о подготовке к «нирване», заключающейся в особом способе «вычищения» психики учеников от подавляющего большинства её прежних несоответствий буддийскому стандарту «зеркальной водной глади». А значит, поскольку методики подготовки учеников примерно одинаковые (во всяком случае их спектр ограничен) — то на выходе мы имеем субъектов с похожей психикой типа «зеркального» стандарта: если посмотреть в зеркало «водной глади», то увидишь своё же отражение. Так учителя буддизма штампуют себе подобных из века в век. А символика «зеркальной водной глади» означает, что учителя и ученики живут в мире, на который не оказывают воздействие никакие социальные «стихии». Однако в реальном мире социальные «стихии» будут по меньшей мере до тех пор, пока всё общество не обретёт Человечный тип психики, поскольку социальные «стихии» являются признаком движения толпо-«элитарного» общества к Справедливости, реакции людей на Добрые и Злые явления Жизни. И если какое-либо общество сумеет ограничить психику своих граждан по буддийскому принципу (психотехниками), то обязательно найдётся внешняя сила, которая сметёт бесперспективный режим.[237].

Чань-буддизм учит:

Даже в жизни обычного человека бывают моменты, весьма напоминающие некоторые просветлённые состояния сознания, которым древние мастера Чань дали такие названия: «Исчез человек, остались обстоятельства»; «Исчезли обстоятельства, остался человек»;[238]«Нет ни человека, ни обстоятельств».[239][240].

Человек становится действительно свободным лишь тогда, когда он даже не догадывается, что вообще существуют такие понятия как «свобода» и «несвобода».

Последнее — мечта всех толпо-«элитарных» региональных диктаторов и древних глобализаторов: создать единообразное стратифицированное по трудовому принципу бесчувственное к Добру и Злу общество,[241] в котором каждое сословие (особенно рабы) было бы довольно своим положением: в терминах буддизма — люди ощущали бы себя «свободными», поскольку бы они даже не догадывались, что вообще существуют такие понятия как «свобода» и «несвобода».

В принципе с этого момента можно сказать, что мы постепенно начинаем рассмотрение существа подготовки и проведения психотехник буддизма, пока опираясь на понятийную базу чань-буддизма. Начнём с вопроса о том, что может мешать людям обрести ощущение «свободы» по-буддийски?

— Общий ответ на него следующий: некоторые «животные» инстинкты и рефлексы, психические стереотипы (полученные в жизни вследствие работы интуиции — в том числе и благодаря информации, полученной от Бога; разума; жизненных наблюдений, не обработанных интеллектом, но отложившихся в психике как «само собой разумение»), эгрегориальные привязки разного рода происхождения (врождённые и приобретённые под влиянием культуры), собственное ограниченное разумение; интуитивная информация, поступающая от Бога (особенно в раннем — детском и юношеском — возрасте).

Всё вышеперечисленное по большому счёту[242] является личностным психологическим и биополевым «фундаментом» того, что в чань-буддизме называют «собственным Я»[243] или связкой «человек + обстоятельства».[244].

Буддистские практики направлены на вычищение их психики последователей-учеников всего того из «собственного Я», что мешает последователям обретать «свободу» по-буддийски. Методики буддийских психотехник строятся на принципе обнуления значимости алгоритмики психики «до зеркальной глади», которая была по Жизни организована вследствие «естественного» (без целенаправленного вмешательства учителя) формирования психических стереотипов, эгрегориальных привязок, продукта собственного разумения и продукта, образовавшегося как «само собой разумение» после получения интуитивной информации Свыше. Буддийские практики начинаются с того, что всё, выделенное нами в предыдущей фразе жирным — что не укладывается в духовную культуру буддизма — постепенно удаляется из психики (в смысле того, что алгоримика этого перестаёт управлять мыслями и действиями людей), замещаясь алгоримтикой духовности буддизма методом «клин клином вышибают».[245] Поэтому в чань-буддизме оглашён следующий принцип: «Человек, цепляющийся за своё «Я» живёт как бы с постоянным шипом в теле,[246] а чань-буддизм — это другой шип, с помощью которого извлекается первый».

Для вызова лучших ощущений по высказанной теме приведём знаковую притчу, известную в дзэн-буддизме:[247].

Чашка чая.

Нан-ин, японский учитель дзэн, живший в эпоху Мейдзи (1868–1912 гг.) принимал у себя университетского профессора, пришедшего узнать, что такое дзэн.

Нан-ин пригласил его к чаю. Он налил гостю чашку доверху и продолжал лить дальше.

Профессор следил за тем, как переполняется чашка, и, наконец, не выдержал: «Она же переполнена. Больше уже не войдёт».

«Также как эта чашка — сказал Нан-ин — Вы полны Ваших собственных мнений и размышлений. Как же я смогу показать Вам дзэн, если Вы сначала не опустошили Вашу чашу?».

Иными словами, буддийские практики начинаются с того, что учителя помогают ученикам избавляться от почти всего их прошлого психического (и биополевого) наследия — и объективно Доброго и объективно Злого — без разбора, оставляя лишь то, что соответствует буддийской духовности. Ясно, что главные стереотипы и соответствующие им полезные (не обязательно праведные но временно полезные для дела движения общества к социальной Справедливости) привязки психики, организовавшиеся по жизни индивида в результате его интуитивного общения с Богом (либо через «Язык Жизни») вычищаются не в последнюю очередь: если бы это было не так, то буддийское общество раньше других стало бы на путь социальной Справедливости, поскольку его учителя владеют в совершенстве психотехниками, позволяющими помогать людям избавляться от их психологических привязок к неправедным духовностям. Однако сами буддийские учителя не различают объективные Добро и Зло,[248] поскольку они издревле находятся в глубоких атеистических заблуждениях связанных в первую очередь с целями развития цивилизации, замкнутыми в буддизме на примитивную восточную «космогонию».[249].

Естественно, что чем ближе к буддийской цивилизации (к её культуре и духовности) родился и рос будущий последователь буддизма — тем меньше в его психике учитель находит несоответствий духовности буддизма, и тем меньше усилий требуется гуру для вычищения всего «лишнего» из психики ученика для подготовки последнего к «просветлению».

Идеальным (для буддийских гуру) является вариант, когда духовность буддизма предаётся по наследству (от отца к сыну) либо хотя бы с детства гуру «работает» с учениками «глаза в глаза», передавая огромные массивы «духовности» — что невозможно передать методом словесности либо письменности. Последние всегда ограничены возможностями языковых конструкций и различиями в образах, которые закладывает учитель-гуру при письме и теми, которые возникают у ученика при чтении.

Именно поэтому чань-буддизм отказался от передачи духовности через «каноны», слова и символику: если психика учеников недостаточно «вычищена» прежде чем они приступят к чтению «канонов», слушанию гуру и усвоению символики — то образы, которые будут возникать в их психике, могут сильно отличаться от «нужных». А при прямом «перекачивании» информации-образов (что сродни «зомбированию» полностью в обход сознания) — потери смыслов минимальные. Последнее можно грубо уподобить влиянию на людей кино и телевидения (где образы подаются в готовом виде и информация в больших объёмах поступает в обход сознания); а лексическое восприятие той же информации можно уподобить чтению романа: в результате чтения одного и того же романа у разных людей возникают разные образы героев. Но если все они посмотрят фильм, снятый по этому роману — то образы героев будут почти одинаковые.

Но всё же «вычищению» психики (в смысле не только информационному вычищению, но главное — нейтрализации прежнего алгоритмического доминирования) любой вид буддизма уделяет первостепенное внимание. Рассмотрим на примере чань-буддизма один из понятных методов вычищения из психики прежних стереотипов мировоззрения, мировосприятия с помощью «философско-лексического» тренинга, предшествующего в чань-буддизме йогической практике. При этом не надо забывать, что основным благонамеренным лозунгом чань-буддизма (как, впрочем, и других видов буддизма) является декларация о ненасильственной помощи ученику:[250]«В конце концов, учитель не может научить ученика чань-буддизму, его задача — только помочь ученику осуществить «прирождённую реализацию» его собственной внутренней сущности». В дополнение к последнему, чань-буддизм учит: «медитативная практика не имеет в виду ни подчинение, ни принудительное «очищение» сознания,[251] скорее — его «отпуск на свободу».[252] Она целиком вписывается[253] в традиции «срединного пути»,[254] направленного на тренировку органов ощущений и мышления, а не на их волевое подчинение, на чём настаивают индийские йоги».

Характерной чертой чань-буддийской медитации (а лучше сказать: глубокой подготовки к медитации) является подкрепление индивидуальных и коллективных медитативных упражнений индивидуальными беседами со своим наставником, которые по обычаю происходят каждый вечер, если ученик не имеет потребности в более частом общении.

Логические парадоксы (в японском дзэн-буддизме — коаны), которых насчитывается приблизительно 1700, представляют собой вопросы, которые не имеют ответа, служат цели радикального изменения стереотипа мышления тех, кто изучает Чань или Дэн, и помогают (как учит чань-буддизм) достичь «освобождения сознания вплоть до полного его просветления».

Эти «философские» вопросы вводят психику ученика в состояние «ступора», после выхода из которого прежние его убеждения в отношении поставленной темы обсуждения «вычищаются» до состояния «незначимости» в его дальнейшем управлении и самоуправлении. Методика составления коанов такова, что ученик (естественно если его психика слаба, труслива, безвольна, основана на доминировании «животных» инстинктов и прочее) видит, что его прежние убеждения по определённому обсуждаемой темой вопросу были «шизофреничными»: так организованы вопросы. Не желая оставаться и дальше шизофреником — ученик прилагает психические усилия (за плавным «мелкоступенчатым» изменением психики следит гуру; «ступенями» являются позитивные изменения психики ученика после успешного доведения каона), чтобы избавиться от прежних «наваждений» (как он теперь считает). Поскольку коанов множество, то их охват позволяет изменить психику ученика по всем возможным «мешающим» стереотипам.[255] Примерами типичных коанов являются следующие:[256].

«Если ты встретил на улице кого-то, кто постиг истину, ты не можешь пройти мимо молча и не можешь заговорить с ним. Как ты поступишь при встрече?».

«Когда ты хлопаешь в обе ладони, образуется звук. Теперь послушай, как хлопает одна ладонь!».[257].

С помощью коанов ум искусственно ставится на грань абсурда и демонстрирует ученику его собственную беспомощность,[258] когда по укоренившейся привычке ученик пытается дать «приземлённые» ответы на вопросы коанов. Реакция на вопросы коанов должна быть естественной и мгновенной. Ученик, не привыкший к такой реакции, поначалу теряется, а гуру ему отвечает типа: «Если ты не можешь ответить, тебе остаётся только дождаться пришествия Майтрейи и спросить у него». Но по мере того, как ученик научится не обременять свой ум сложными логическими конструкциями — его ответы приобретают «свободную» непринуждённость и буддистское «остроумие». Практика коанов сопровождается средствами буддийской «шокотерапии» — непонятные команды гуру своим ученикам, внешне несвоевременные вопросы, цитаты из «священных» текстов, грубые жесты и даже неожиданные удары посохом по поводу, который определяет гуру.[259] Всё это также направлено на избавление психики ученика от прошлых стереотипов и привязок.

Многие не зашоренные буддийским авторитетом исследователи буддизма, сталкивающиеся с подобным обучением — сравнивают оригинальную чань-буддийскую практику с первобытными инициациями или «шаманской болезнью», как символическим олицетворением умирания и нового рождения человека. Но ведь то же самое мы наблюдали и в «христианских» инициациях — крещение это обряд «смерти и воскресения», в котором, также как в буддизме (но менее откровенно и более скрыто) употребляется практика избавления психики крещаемого от части её старых стереотипов. Но до «христианства» такие практики подготовки включения психики в корпоративный эгрегор духовной системы были давно известны — самое позднее в древней Индии.[260].

Не удивительно, что после определённой подготовки по изменению психики («вычищение» старых и «закачка» новых алгоритмов-привязок с помощью передачи огромного массива готовых образов от гуру к ученику) психика ученика входит в период эгрегориальной «перестройки» (отстройки от старого духовного наследия и подключки к новому — «гармонично-божественному»), который часто сопровождается соответствующими галлюцинациями — эгрегориальными наваждениями. В терминах и понятиях библейского христианства последние эквивалентны «голосу живого «Бога»», который слышали многие известные «пророки».[261].

Последнее считается признаком непринуждённого вхождения в состояние «просветления»: в отличие от «просветления» искусственно достигнутого — учит Чань — интуитивное «проникновение в природу Будды»[262] чем-то внешне похоже на творческое озарение, как его понимают на Западе. Оно охватывает ученика внезапно, без внешних усилий (ещё бы: этому предшествует длительная «непринуждённая» подготовка психики и вычищение всего «ненужного» под надзором гуру) с его стороны в любом месте и в любое время. Последователи чань-буддизма, которые пережили подобный психологический опыт, обычно сравнивают его «с неожиданным выпадением днища в бочке, вследствие чего всё её содержимое за несколько секунд оказывается в наружи».[263] Гуру Сэкида Кацуки описывает свои ощущения в момент инициации следующим образом (сноски наши):[264].

«В комнату ворвался прохладный юго-восточный ветер[265] и ряды бумажных фонариков, оставленные в храме странниками, весело качались в струях воздуха. С невероятным рёвом все холмы, долины, храмовые строения и святилище вместе со мной стали проваливаться в бездну. Даже летящие птицы падали на землю со сломанными крыльями.[266].

Я увидел, как вдоль по набережной, преградившей доступ прибою, прокатился камень, от его толчка берег раскололся, и сотни тысяч тонн воды устремились на улицы города.[267] Зрительные вибрации, возникшие при виде качающихся фонариков, вызвали вихрь в моём мозгу, наплыв внутреннего напряжения. Разрыв дошёл до самой глубины,[268] и это дало возможность наплыву внутреннего напряжения беспрепятственно прорваться…[269] И когда сознание[270] ощущает своё освобождение, его охватывает ошеломляющий восторг».[271].

Речь идёт о «хаотизации сознания,[272] прерывании устоявшихся связей с окружением, что считается в равной степени как приближением к «нирване», так и к реальной, а не символической смерти» — так говорят буддисты.

Действительно отключение прежнего жизнеобеспечивающего сопровождения для индивида может быть равносильно смерти: представьте себе это на модели компьютера. Что будет, если снести с винчестера все основные программы, которые поддерживали до этого его работу? — Компьютер «умрёт» для пользователя.А что нужно сделать, чтобы его «воскресить»? — Нужно «закачать» другие (либо функционально подобные) программы. Разница между компьютером и индивидом в том, что компьютер может сколько угодно ждать в состоянии «смерти», а в индивида нужно «закачать» другую «жизнь» — пока он ещё «тёпленький».

За эгрегориальной перестройкой психики следят гуру. Но есть один нюанс: если из психики ученика уже «выкачено» всё его «лишнее» (для успеха буддийской инициации) прошлое жизнеобеспечивающее сопровождение — ему либо умирать[273] либо принять то, что предлагает гуру: ученик как правило выбирает последнее, поскольку деваться безвольному, лишённому «Я» субъекту (последнюю волю ученик сам отдаёт в «пользу» инициации) уже некуда. В награду он получает возможность ощущений «нирваны».

Но только Бог знает, что полезного, а что вредного обрела психика конкретного человека в Жизни, поэтому лишь Он может быть настоящим Гуру для человека, а человек лишь с помощью Бога и своей доброй воли способен отделить объективно плохое от объективно хорошего — после чего (также с помощью Бога) заняться осознанным избавлением своей психики от всего плохого.

Космогоническая «философия» буддизма.

Прежде чем продолжить освещение сути психотехнических практик, рассмотрим вопрос о космогонической основе буддийской «философии». Его знание будет необходимо для более полного понимания сути психотехник и их религиозного обоснования. Начнём с «Четырёх благородных истин буддизма», которые, согласно преданию, были высказаны самим Буддой Гаутамой в одной из первых его проповедей и представляют собой «суть буддийского учения в концентрированном виде» — как считают знатоки буддизма.

Даже с первого взгляда можно увидеть, что мировоззренческой первоосновой буддийского учения в концентрированном виде является мировоззрение восточного дуализма (подробно см. книгу 5 «Сравнительное богословие»). Напомним, что психика людей, сложившаяся на основе древнейшего мировоззрения восточного дуализма, обладает следующими основными пороками: внутренняя трусость перед Жизнью (и соответственно перед Богом, Которому они приписывают земные качества недолюдков: гнев, мстительность, войну со злом и пр.), и одновременно амбициозность перед силами, которые людям не подчиняются; желание свалить все свои жизненные неудачи на «злобу богов» (в религиях монотеизма и политеизма), либо на «космогоническую «гармонию» мироустройства», в которой реальный мир представляется миром людских страданий (в буддизме и близких к нему религиозных системах атеизма).

Происхождение зла — как и подобает религиозной системе, основанной на мировоззрении восточного дуализма — приписывается некоей космогонической объективности и является исходной позицией «философии» буддизма, зафиксированной в «Первой благородной истине»:

1. Первая благородная истина буддизма (Дуккха) гласит: «Сущность жизни есть страдание».[274] Это страдание причиняет человеку буквально всё: «рождение — страдание, старость — страдание, болезнь — страдание, смерть — страдание, соединение с неприятным — страдание, разлука с приятным — страдание, неполучение чего-либо желаемого — страдание;[275] короче говоря, пятеричная привязанность к существованию есть страдание»[276] (Типитака. Сутта-питака. «Антология мировой философии». М., 1969 г.).

2. Вторая благородная истина(Самудая) повествует об источнике страданий: «Это жажда, приводящая к новым рождениям,[277] сопровождаемая удовлетворением и страстями, находящая удовольствие здесь и там, а именно: жажда наслаждения, жажда существования, жажда гибели» (там же).

Это требует пояснения. Согласно буддийской и индусской «философиям», человек не может вырваться из сансары вследствие того, что он в предыдущей жизни не улучшил свою карму до возможности освобождения из круга перевоплощений на Земле: в последнем случае буддисты говорят, что такой человек исчерпал свою карму. Сама же возможность исчерпания земной кармы, как учат на Востоке, зависит от того, насколько человек смог избавиться от источника страданий, основное содержание которого перечислено во Второй благородной истине: это — земные «привязки».[278].

3. Третья благородная истина (Ниродха) объясняет, как можно уничтожить страдание: «Это полное бесследное уничтожение этой жажды, отказ [от неё], отбрасывание, освобождение, оставление [её]» (там же).

Это тоже требует пояснения. Как мы уже знаем, прежде чем встать на путь медитации, буддийские (да и индусские тоже) ученики готовят свою психику к отказу от множества обычных для мирского обывателя занятий, которые считаются удовольствиями, страстями, привязками… в общем — жаждами, которые описаны во Второй благородной истине. После того, как психика учеников уже готова к смирению с такой необходимостью отказа, её начинают «вычищать» от «лишнего» с помощью коанов (либо чего-то другого, также относящегося к методикам «вычищения»). И лишь после этого (а лучше сказать: с определённого момента, когда в психике образовалось необходимое количество «пустот») в психику по методу «замещения «вычищенного»» «закачивают» огромные массивы образности (информации), которая позволяет ощутить состояние «просветления», близкое к нирване.

Возможность достижения этого состояния у буддистов является признаком того, что личность избавилась от всех земных жажд, «мешающих» ей вырваться из сансары. На этом многие буддисты успокаиваются, считая, что они избавили себя от следующего перерождения на Земле. Всякий раз, возвращаясь из нирванических грёз на Землю, буддисты живут тем, что стремятся опять попасть в нирвану — чтобы таким образом убедить себя в очередной раз[279] в том, что они избавились от колеса сансары, поскольку земная жизнь вне нирванических грёз возвращает их к жаждам.

4. Четвёртая благородная истина (Магга) касается пути, который ведёт к уничтожению страдания. Считается, что Будда пришёл к убеждению, что обе известные крайности — и жизнь, полная удовольствий и похоти, и жизнь, составленная из добровольного ограничения своих желаний, физического труда и упражнений, добровольного одиночества — равно далеки от «правильного пути». Этот путь лежит посередине, поэтому называется «серединным».

К этому высказыванию (возможно Будды) можно было бы только присоединиться. Ведь действительно жизнь ради удовольствия и похоти (что более присуще западному обществу) и строгая жизнь монастырского отшельника — обе приводят к бесплодию, прерыванию генеалогических линий, отрыву от здоровой жизни в среде людей и прочим негативам. Но присоединиться к этому не позволяет комогонический «контекст"Благородных истин буддизма — который представлен «в сжатом виде» содержанием трёх предыдущих Благородных истин, тех, что мы разобрали выше.

Социальная проблема, с которой столкнулись бы сторонники пути второй крайности буддизма[280] (если бы все вдруг устремились к отшельничеству — признав его единственным «правильным путём»), выразилась бы ряде государственных проблем: в дефиците рабочей силы людей, занятых в непопулярных (и даже запрещённых для буддистов) профессиях, падению рождаемости (отшельники не очень-то будут стремиться заводить семью, стремясь побыстрее избавиться от сансары),[281] в результате чего государство может вымереть через несколько поколений.

Так например, тибетская государственность в своём роде уникальная: вследствие её высокогорной локализации технический прогресс оказывал на неё очень слабое влияние и по этой причине спектр профессий в государстве был весьма ограниченный. Часть профессий разрешалась монахам, а другую часть выполняли те, кого можно назвать сторонниками «срединного пути» и просто сочувствующей обслугой. Но при этом в Тибете не было первой крайности жизни (удовольствия, разврат) по причине строгого подчинение «срединников» тем, кто вёл аскетический образ жизни. Поэтому со стороны Тибет выглядел буддийским идеалом, государством, в котором люди избавились от первой крайности жизни. Но даже в «эталонном» для многих Тибете разрешалось в отдельных случаях заводить семью тем, кто считал себя особо «просветлённым». При этом иерархия сословий и духовности в Тибете была выстроена устойчиво.

Иначе говоря, теория «срединного пути» облегчает посторенние иерархии (духовной и социальной) в буддийском государстве на базе религиозной космогонии и «философии» — при этом религиозный стимул избавления от жажд, приводящих к удовольствиям и разврату (первая крайность жизни) действует для всех членов общества. А жизнь отшельников согласно второй крайности жизни (по сути монашество) возводится в ранг «святости» и люди, ведущие жизнь монахов (даже если им разрешено заводить семьи) возносятся на вершину буддийской духовной и социальной иерархии.[282] Но главное: при этом все члены иерархии и «срединники» и духовная вершина, становятся по типу психики — «зомби» (при том, что в вершине иерархии некоторая часть становится «демонами»). Это так, поскольку первая крайность жизни (удовольствия и разврат), упомянутая в Четвёртой благородной истине обнуляется теорией «срединного пути». Если кому-то покажется, что буддизм может вывести психику личности в Человечность — тому нужно вспомнить уже описанный выше механизм «вычищения» психики (который мы подробнее рассмотрим и дальше) и подумать, к чему должно приводить лишение человека всех без исключения его прошлых убеждений. Ведь буддийская космогония (первые три Благородные истины) настаивают именно на этом.

Для более полного понимания основ буддийского мироустройства и выявления источника древнейших заблуждений продолжим рассмотрение взглядов на мир, поясняющих, как считают буддисты, положения четырёх Благородных истин буддизма. Считается, что сам Будда Гаутама исходил из нижеизложенных взглядов на человека и на мир, в значительной степени заимствованных из индуизма. Главный их посыл следующий. Окружающему человека миру присущи: «Страдание, Субъективность, Изменчивость».

Здесь мы вплотную подошли к чисто буддийской теории взгляда на человеческую сущность. До этого в своих рассуждениях мы почти не затрагивали вопрос о соотношении учения буддистов с общепринятой в других «мировых» (и не только) религиозных системах — теорией о существовании души. Мы лишь высказывали тезис о том, что чем географически ближе к юго-востоку (Евразии) — тем более атеистичный вид принимает ведическая религия.

Настала пора сравнения этих теорий с буддийскими взглядами по тому же вопросу. Мы знаем, что под личиной «единобожия» многие религиозные системы (в первую очередь «авраамические»), основой которых в древности стал восточный дуализм — скрывают свою атеистическую суть. Но буддизм, основой которого тоже стал восточный дуализм не скрывает свою атеистическую суть — обнажая тем самым и сути других религий той же древней мировоззренческой основы.

Космогоническая психология.

Буддизм является религиозной системой, которую поддерживают миллионы последователей. Для последних буддизм является благонамеренным воплощением высочайших идеалов добра, любви к ближнему, духовной свободы и нравственного совершенства. Но тем не менее, буддизм не признаёт ни Бога, ни бессмертия души, ни свободы воли.[283] И мало того, что буддизм не знает Бога, самая идея «единого верховного существа», которое создает весь «страдающий» мир из ничего — кажется буддисту странной, нелепой, не верной.

Буддизм возник как учение, оппозиционное древнему индусскому брахманизму. Одним из главных тезисов, выдвигаемых первыми «философами»-буддистами против брахманско-индусской теории о душе был тезис о не существовании души, как индивидуальной субстанции, даруемой Свыше. Такая позиция буддистов находила опору в отрицании ими Бога-Творца, которую последовательно проводили все буддийские «философы». Что касается наличия многочисленных пантеонов в разных направлениях буддизма и возвышения Будды в ранг буддийского «Бога», то это всё — дань тем религиозным убеждениям, тех племён и народов, куда распространялся буддизм, преимущественно вписывая местные верования в свою «философию». Также при изучении буддизма люди иногда сталкиваются с понятием «переселение душ» (оно перешло из индуизма) — но его смысл буддисты понимают по-своему.

Рассмотрим подробнее, как исторически развивалась полемика о человеческой душе и Боге между буддийскими и индусскими школами. В Индии того времени, к которому относится начало буддийской истории, было распространено несколько учений касательно сущности и свойств души, а сообразно этому, и самое понятие «душа» получало различные смысловые оттенки. В кругах «правоверных» брахманов-учителей был довольно распространён взгляд на душу как «на внутри человека находящееся, особое, цельное, единое, духовное существо, способное мыслить, чувствовать и желать». Оно как бы сидит внутри нас, управляет нами и через отверстия глаз смотрит на то, что делается кругом, и на то, что делают другие люди, нам подобные. В момент смерти оно покидает тело, улетает через особое незаметное отверстие в темени. По этому взгляду душа отличалась от тела и представляла собою главную часть нашего существа, которой тело было подчинено.

Но встречалось и несколько иное употребление термина «душа» (санскритское «атман»), которому более соответствует наше слово «личность». Это буквальное значение термина «атман», который прежде всего есть возвратное местоимение и значит «я сам», «Я», т. е. «моя личность»…

При таком словоупотреблении понятие «душа» означала «личность в цельном составе», оно обнимало собою и тело, и душу. Кроме того, в брахманских кругах Индии в это время было ещё и другое учение, согласно которому «душа или духовное начало внутри нас отождествлялось с духовным началом вне нас, с мировою душою». Представление об этой мировой духовной сущности то склонялось в сторону пантеизма, т. е. «всебожия», обожествления природы и Космоса, и тогда, согласно этому — весь мир обладал в себе, своею внутреннею вездесущею душою. Или же оно склонялось в сторону теизма, веры в Бога, и тогда мировая душа получала значение единого Бога, творца и промыслителя всего мира. Во всех этих случаях слово «душа» означало нечто целостное, единое, особое духовное существо, или особую целую личность.

Иными словами в самом индуизме брахманов и позже них не было чёткого единого представления о душе. Против этого индусского представления о душе как о чем-то цельном, представляющем в себе определенное, реальное единство личности с Богом, и ополчился буддизм.

По учению буддистов (предстающих в контексте идей, сформулированных в Благородных истинах), в духовном мире так же мало единства, как и в мире материальном.[284] Подобно тому, как материя состоит из атомов-частиц, буддийскому понятию «душа» — соответствуют отдельные душевные (психические) явления или духовные элементы.[285].

В вопросе о соотношении между собою целого (например души) и его частей буддизм становился на точку зрения, укладывающуюся в следующую логику: «можно приписывать действительное, истинное бытие только частям, и собственно только таким частям, которые в свою очередь из частей не состоят, т. е. атомам, неделимым частицам. Материя слагается из атомов вещественных, материальных, а душа из атомов духовных». В этой логике нет ничего удивительного, если учитывать буддийское отрицание Творца и Его контроль за мирами. Ведь если не Творец управляет в конечном итоге (то есть — является «разрешающей Инстанцией») сборкой всего материального из «неделимых частиц» — то значит эти неделимые частицы сами слагаются по неким выдуманным буддистами, но непонятных им законам. То же самое и в отношении духовного начала, которое «отбирается» буддистами у Творца. Эти законы, выведенные буддистами на базе мировоззрения восточного дуализма, призваны в первую очередь правдоподобно объяснить самим себе почему мирская жизнь представляет собой страдания и на этом буддисты успокаиваются: «благородная» истина найдена, круг бытия замкнулся.

Подобную теорию буддизм развивал столетиями до «совершенства». Он учит: как в куче зерна нет ничего более, кроме тех зёрен, из которых она состоит, так и в духовной личности нет ровно никакого плюса по сравнению с теми отдельными душевными элементами, или явлениями, из которых она слагается. Только наша привычка, или ограниченность нашего познания, приписывает целому какое-то особое бытие. В действительности же рассуждение буддийских «философов» должно убедить нас в том, что целое (то есть — личность) особого бытия, наряду со своими частями, не имеет.[286].

Таким образом, бытие души или целостность личности как бы и не отрицается буддистами совсем. Они считают возможным говорить о душе и личности, признавать их… но лишь условно, всегда держа в уме, что это только общепринятое, привычное словоупотребление людей, не посвященных в тонкости буддийской философии. Сами же буддисты убеждены, что нет никакого единства в мире душевном, нет никакого единства, никакой сплошной или вечной материи в мире физическом. Всё существует в отдельности, всё само по себе. Кажущееся единство личности рассыпается при ближайшем рассмотрении на единичные элементы точно так же, как кажущееся сплошное бытие какой-нибудь материи рассыпается перед наукой на отдельные атомы. Эти элементы, согласно буддийскому преданию, Будда назвал дхармами (дхаммами).[287].

Слово «дхарма», как мы уже знаем, в индуизме и буддизме употреблялось и раньше в различных значениях (общий смысл которого «порядок, закон»).[288] Возможно, сам Будда окрестил их элементы бытия. Он нуждался в новом термине, так как понятие об элементах бытия, их значении и свойствах у него резко отличалось от всего, чему об этом учили предшествовавшие и современные ему «философские» системы. Этим дхармам, или элементам бытия, был составлен особый каталог — таблица 75 элементов. Они объединялись в группы различным образом, распределялись с разных точек зрения. Мы не будем приводить всю таблицу и все распределения, ограничимся лишь приведением одного распределения, самого распространенного.

С точки зрения частей, входящих в состав личности, элементы бытия объединяются буддистами в 5 групп (так называемых «скандх»):

1. группа физическая, или тело,

2. чувствования, приятные или неприятные,

3. понятия,

4. воля,

5. сознание.

К этому распределению буддисты добавляют пояснение о разделении сознания на две отдельные категории. К одной из категорий относится сознание вообще, самый факт способности человека осознанно мыслить. Ко второй категории относится развитое сознание — образные представления и понятия.[289] Считается, что обе этих категории находятся в постоянной связи, они сосуществуют, но такое соотношение непременного сосуществования мы находим и между многими другими элементами, что, однако, не мешает им быть отдельными элементами. Итак, вместо одной души, которой вовсе нет,[290] в буддизме мы имеем: чувствования, понятия, волю и сознание.

Если, отбросив первую группу (физическое тело), сгруппировать буддийскую «душу» (2–5 группы) в терминах нашего Учебного пособия (см. первую книгу курса), то всё встанет на свои места. Начнём снизу:

· Четвёртая и пятая группы дхарм представляют собой термины (сознание, воля), которые употребляются для обозначения явлений уровня человеческого сознания.

· Третья группа дхарм представляет собой термин (понятия), который указывает на связь между осознаваемой лексикой или символикой и готовыми образами, всплывающими с бессознательных уровней, либо вновь сформированными.[291].

Иными словами понятие есть связь между сознанием, отвечающим за лексику (символику) и бессознательными уровнями, которые преобразуют лексику (символику) в образность, и наоборот.

· Вторая группа дхарм представляет собой термины (чувствования, приятные или неприятные), относящиеся в основном к бессознательным уровням психики. Это разнообразные эмоции, с помощью которых бессознательные уровни психики подают на уровень сознания весьма полезные сигналы, которые у нормального человека должны сигнализировать ему — насколько праведную жизнь он ведёт.

В случае обретения индивидом Человечного типа психики негативные эмоции (неприятные чувствования) сигнализируют, что человек ошибается в своих намерениях; а позитивные эмоции — указывают на поддержку Свыше намерений человека. В случае пребывания индивида во всех видах нечеловечных типов психики — на подобного рода «сигнализацию» Свыше накладываются эгрегориальные «шумы» и различить источник тех или иных эмоций весьма сложно, но возможно при сильной воле и внимательности к Жизни. Поэтому полную безопасность и конкретные жизненные истины (не путать с Благородными истинами буддизма) можно обрести лишь в Человечности.

Как можно понять из Благородных истин буддизма, главной целью буддистов должно быть «уничтожение жажд», которые приводят к многочисленным земным страданиям. Страдания характеризуются как правило неприятными чувствованиями, поэтому вместе с жаждами буддисты стараются избавиться от неприятных чувствований. Методика избавления от неприятных чувствований сводится к методикам искусственного (без помощи Бога) «вычищения» не достигшей Человечности психики от рецедивов, приводящих к негативным эмоциям, что объясняется необходимостью «уничтожения жажд». Иллюзия избавления от жажд, с одной стороны, сопровождаемая обнулением (в буддийском идеале) неприятных чувствований, и, с другой стороны знаменуется обретением приятных чувствований не достигшей Человечности психики, кульминацией которых является состояние нирванического транса. Так космогоническая «философия» буддизма теоретически «оправдывает» неосознаваемое уклонение адептов последнего от Божиего водительства — трусливое бегство от Божией Правды-Истины.

Как видите, ни душе, ни совести ни Богу места в буддизме просто не оставлено, спрашивается: откуда тогда буддистам знать истинные нравственные критерии?

Все вышеописанные со второй по пятуюгрупп дхарм есть ничто иное как — двухуровневая психика человека — сознание + бессознательные уровни. Если рассматривать структуру психики с позиции её компонент,[292] то места Божиему водительству через совесть, интуицию, Язык Жизни для «просветлённого» буддиста нет: его психика избавлена практиками от «беспокойств» со стороны Бога. Также и сам «просветлённый» буддист (в смысле его физического тела — первая группа дхарм) избавлен от влияние на него Языка Жизни (в обход психики через других людей и жизненные явления), поскольку «просветлённый» буддист избавился от всех земных жажд, а те, которые ещё «давят» на него — считает иллюзией, на которую не стоит реагировать, спокойно (по-восточному) уклоняясь в «нирвану».

Конечно, от всего материального (физического) и духовного (понятийного и психического) невозможно избавиться ни психотехниками, ни монастырскими оградами. На этот случай буддисты следуют рекомендациям своих «канонов»: и мы уже знаем, что соблюдение «канонов» зачитывается как позитивные кармические действия тем, кто не может вести аскетический образ жизни и следует «серединному пути». Цитатно-догматический подход к жизненным привязкам — тоже способ уклонения от живого Языка Жизни.

Мы ещё будем неоднократно возвращаться к вопросу изощренного уклонения буддистов от Божиего водительства, постепенно углубляясь в психологию его механизма. Пока же скажем, что понятие «сознание» в буддизме (как мы уже ранее утверждали бездоказательно), которое употребляется сплошь и рядом в буддийской религиозной теории — ничто иное как двухкомпонентная психика сознание + бессознательные уровни. Именно поэтому буддисты и делят сознание на две отдельные категории. К одной из категорий относится сознание вообще, самый факт способности человека осознанно мыслить. Ко второй категории относится развитое сознание — образные представления и понятия.

Буддисты утверждают, что факт вхождения четырёх категорий психических явлений в состав одной личности, ничуть не доказывает, что эта личность существует в действительности как нечто самостоятельное, независимо от своих частей, точно так же, как куча зёрен не представляет собою ничего, кроме самих этих зёрен.

Мы вплотную подошли к пониманию важного отличия взглядов на возможность «переселения душ» в индуизме, которое трансформировалось в буддизме в теорию о «не существовании души» с одновременным употреблением выражения о переселении ду— в соответствие с законами кармы. Иными словами, в буддизме (по сравнению с индуизмом) противоречие состоит в том, что наряду с отрицанием существования души, как бы признаётся переселение «душ» (преемственность сущностей).

Буддисты, ссылаясь на основоположника Будду, утверждают: «подобно тому как тело наше после смерти сгниёт, превратится в землю, в которой наука видит те же элементы, те же атомы, из которых состояло живое тело — точно так же и духовный мир наш, и, прежде всего, элемент сознания, не исчезнет из круговорота жизни с нашей смертью совершенно, он проявится вновь в другой форме и в другом месте».

Подмена сущности бессмертной души понятием «сознание» (психика) естественно привела к наблюдениям за тем, что «сознание-психика» не исчезает после смерти индивида. Это действительно так: психика, являющаяся частью эгрегора не исчезает: в том смысле что психический след индивида остаётся в эгрегоре. Именно это и увидели буддисты. Но именно это и является доказательством, что буддийская «психология» и «философия» имеют дело не с «Вселенским разумом» («универсумом»), а с нормально функционируюими эгрегориальными передачами возможностей психических стимуляций (комбинаций) из поколение в поколение, распределённых в эгрегоре и названных как группы дхарм, соответствующих множеству стандартных психотипов «зомби»[293] буддийской духовной иерархии.

В соответствии со своей теорией обусловленного существования и всеобщей изменяемости (теория кармы) Будда, отрицая существование такой души, не отрицает целостности потока последовательных состояний, из которых образуется жизнь. Жизнь — это непрерывный ряд состояний; каждое из них зависит от предшествующих условий и, в свою очередь, порождает следующее состояние. Целостность эволюции жизни основана, таким образом, на причинной связи, охватывающей все стадии её развития.

В символике буддийскую «целостность эволюции» часто объясняют с помощью образа светильника, горящего всю ночь. Его пламя в данный момент зависит от условий этого момента, но отлично от самого себя в другой момент, который зависит от других условий. И, тем не менее, здесь налицо непрерывный ряд различных огней. Так же как одно пламя может зажечь другое, хотя и отличное от него, но причинно с ним связанное, так и конечная стадия одной жизни может явиться причиной начала следующей.Поэтому новое рождение не есть переселение, то есть переход той же самой души в другое тело; то рождение последующей жизни — настоящей.

Таким образом, переселение души, заменяется здесь непрерывностью потока сознания — что нужно понимать непрерывностью потока психической преемственности. Поскольку данное состояние сознания (психика), как говорят буддисты, получает в наследство свои характерные (психологические) черты от предыдущего состояния, прошлое существует в настоящем. Память, таким образом, буддисты объясняют без допущения наличия души.[294] Ясно, что всё высказанное в буддизме о преемственности потока сознания — касается эгрегориальной преемственности, передающейся от поколения к поколению и обязательно воздействующей на психику последующих поколений (прошлое в настоящем), если его не пересмотреть в прошлом и не начать пересматривать в настоящем.

Подход принципиально верный, но сугубо атеистичный, антидиалектичный. Именно поэтому он и нашёл свою преемственность у миллионов последователей этой мировой религии. Такой подход имеет даже свою внутреннюю весьма привлекательную якобы «диалектичность», выраженную в теории о динамике «потока сознания» как в течение жизни, так и его возможном путешествии по многочисленным буддийским мирам в соответствие с теорией обусловленного существования и всеобщей изменяемости (их мы рассмотрим чуть позже) — что определяется «изменением сознания человека». Однако, критерии поиска истины и методики достижения состояния «просветления», «мудрости», которые обеспечивают буддистам «всеведение» (как они говорят), если идти восьмеричным путём (его мы рассмотрим позже) — никак нельзя назвать диалектикой жизни. Это так, поскольку жизнь не правильно укладывать лишь в эгрегориальный «ряд состояний; каждое из них зависит от предшествующих условий и, в свою очередь, порождает следующее состояние», как учат буддисты. Жизнь это — Бог и тварное Мироздание. Отрицая душу, Бога, совесть, свободу воли человека, буддисты ограничили свою жизнь выведенным ими же на базе многовековых наблюдений обширным (по отношению к ограниченному индивидуальному интеллекту), но весьма ограниченным (по отношению к возможностям Бога) причинно-следственным списком «кармических закономерностей», часть из которых действительно очень близка к причинно-следственным фрагментам «космогонии жизни» (лучше — Божиего Промысла), которой управляет Бог. Да и то не меняющаяся веками часть «кармических закономерностей», которую весьма верно определили буддисты, остаётся прежней в преемственности поколений лишь потому, что жизнь этих поколений в нравственном отношении мало меняется: одни и те же ошибки и заблуждения повторяются вновь и вновь, приводя к подтверждению ограниченной части буддийских наблюдений.

Теория всеобщей изменяемости.

Итак, согласно буддийскому учению, окружающий нас мир — иллюзия, созданная бесконечными (по отношению к возможностям индивидуального психологического охвата) комбинациями дхарм. Эти комбинации представляют собой «мельчайшие носители сознания» (набор эгрегориальных привязок психики — по-нашему), которое буддисты символически изображают как своеобразное узорчатое полотно, сотканное из неисчислимого количества разноцветных ниточек. Со смертью человека ткань словно распускается, а сами нитки опять соединяются в новое цветное полотно. И последнее поясняется более подробно (ниже приводим обобщённое пояснение, характерное для буддийского понимания жизни):

«Мгновение смерти или наступления новой жизни есть выдающееся, важное событие в единообразной смене мгновений, но всё-таки это лишь отдельное мгновение в целой цепи таких отдельных, с необходимостью следующих друг за другом, мгновений. Перед ним было мгновение предшествовавшее, и после него будет неизбежно следующее мгновение того же потока сменяющихся элементов. Дитя рождается и в первые же мгновения своего бытия, или, как говорят буддисты, перерождения, протягивает губы к материнской груди, производит целый ряд целесообразных движений. Очевидно, что его психический мир не явился из ничего, он при рождении представляет собою лишь следующее мгновение для целого ряда душевных[295] компонентов, точно так же как его тело есть лишь особое мгновение в развитии тела из зародыша, которому в свою очередь предшествовали отдельные частицы материи. И в этом смысле это не рождение, а перерождение. В своей научной, философской форме закон перерождения ду— есть не что иное, как факт душевной[296] преемственности, его можно просто назвать законом наследственности, не оставляя, конечно, без внимания всей той разницы, которая внесена в это понятие успехами нашего естествознания. Подобно тому как буддист допускает употребление слов душа и личность в условном, привычном для людей смысле, точно так же он условно говорит о перерождении одного и того же лица, хотя в действительности всякое перерождение есть уже новое лицо, или, выражаясь еще точнее, совершенно новое собрание элементов, связанное, однако, со своим прошлым неизбежным законом причин и следствий».

Но мы тоже связывали жизнь людей в преемственности поколений (а не перерждений: разница огромная) с символом ткани, состоящей из множества переплетающихся ниток (в первой книге курса):

Образно говоря, всякое общество можно уподобить ткани: последовательности предков по мужской (при патриархате) либо женской (при матриархате) родословным, уходящие в прошлое, образуют основу ткани; ответвляющиеся линии родословных по братьям (при патриархате) либо сёстрам (при матриархате) образуют новые линии основы, которые замещают собой пресекшиеся роды. Браки — нормально не родственников — переплетают родовые нити основы между собой, образуя тем самым из не связанных между собой родословных нитей основы переплетение ткани общественной жизни.

Среди эгрегоров, с которыми всякий индивид «автоматически» генетически связан от зачатия:

· Родовые эгрегоры, хранящие информацию его предков: предков как по унаследованному им хромосомному набору, так и предков по телегонии. Это — самые близкие к индивиду эгрегоры.

· За ними в расширяющемся порядке взаимной вложенности[297] следуют эгрегоры, соответствующие объединению нескольких родов (племенам),

· Затем эгрегоры народа.

· Эгрегоры рас, к которым принадлежали предки индивида.

· И наконец (при ограничении рассмотрения масштабами планеты) — общечеловеческие, общебиосферные и планетарные эгрегоры, «автоматическое» вхождение в которые представителей разных родовых эгрегоров обеспечивается на основе схожести генотипов родственников в ответвляющихся и переплетающихся линиях родства, а также принадлежности всех к биосфере Земли.

Характер проявления эгрегориальной информации (т. е. хранимой эгрегорами) в жизни индивида может быть различным:

· как минимум, это бессознательное участие в отработке алгоритмов деятельности соответствующего эгрегора, в этом случае индивид бессознательно оказывается водительствуем эгрегором сообразно тому, как он по своим личностным качествам вписывается в алгоритм жизни данного эгрегора;

· как максимум, это доступность для осознанного восприятия всей информации соответствующего эгрегора, и свободное построение своего поведения, в том числе и в отношении алгоритмов, определяющих жизнь самих эгрегоров и характер их взаимодействия с индивидами.

Второе возможно только у индивидов с типами строя психики «демонический» и «человечный». Но, как мы уже знаем, безошибочность работы с эгрегориальной информацией может быть достигнута только у индивидов с человечным типом строя психики — у Человеков.

Ясно, что если образовавшаяся новая волна «ткани» (обновлённое общество — следующее поколение) состоит из прежних «мельчайших носителей сознания» (по-буддийски), или эгрегориальных компонентов психики,[298] которые доминируют на уровне культуры общества, но распределённых между личностями уже иначе, чем в предыдущих поколениях — совокупность ошибок и наваждений, свойственных предыдущим поколениям в целом, останется достоянием обновлённого общества. Но при этом индивидуальная психика каждого из вновь рождающихся людей будет обретать эгрегориальное сопровождение отличное от их предшественников согласно комбинаторике переплетения вновь пересёкшихся родовых нитей.

Упираясь в это персональное обновление эгрегориального сопровождения, нормально существующее в преемственности поколений, люди Востока породили теорию перевоплощений и упёрлись в неё как в истину в последней инстанции. Мало того, персональное обновление эгрегориального сопровождения люди Востока возвели в ранг высшей «индивидуальности», какой только может достичь личность, одновременно с этим — отняв у личности индивидуальность, связанную с душой, дающейся не с эгрегоров, а Свыше.

В том случае, если эгрегориальные обеспечения предков по обоим линиям (отцу и матери) похожи и не слишком конфликтны — то потомство будет также подобно по духу-психике (эгрегориальному сопровождению) своим прошлым поколениям. В этом случае можно сказать по-буддийски, что комбинация «мельчайших носителей сознания» потомства очень похожа на комбинацию «мельчайших носителей сознания» предков по обеим линиям. Такое подобие родовых комбинаций можно было наблюдать воспроизводящимся столетиями в сословно-кастовом обществе древней Индии, поскольку запрет на браки между сословиями и кастами, а также своя религиозная ниша для каждого сословия и касты — обеспечивали воспроизводство себе подобных по духу людей в пределах сословия и/или касты. Но, поскольку изменить свой социальный статус (вместе со статусом менялся спектр земных страданий, от которых стремятся избавиться все люди) в индуизме было сложно — его изменение связывали с перевоплощением ду— в зависимости от кармы, обеспечивая иллюзию высшей справедливости (подробнее см. пятую книгу курса).

Буддизм, став «религией народа», нарушил монополию индуизма на эгрегориально-психологическую сословную наследственность. И, если последней в индуизме соответствовала теория кармического воздаянии, то буддизм развил эту теорию до «совершенства» теории всеобщей изменяемости (которую мы и рассматриваем) — практически уравняв всех людей в возможности всё того же кармического перерождения, но в пределах всего общества, а не сословия или касты. Последнее и было обосновано теорией о ткани из дхарм.

Буддийские общества традиционно допускают браки между представителями разных сословий, правда не во всех государствах это практикуется. Поэтому во всём обществе комбинации «мельчайших носителей сознания» (эгрегориальное наследие) потомства могут здорово отличаться от комбинации «мельчайших носителей сознания» предков в ту или иную сторону — но в пределах буддийского «эталона» «просветлённости».

Если новая комбинация дхарм (в этом понимании) приводит к отклонению от буддийского «эталона» «просветленности» — говорят, что «сознание отягощено кармическими привязками» и если его не очистить, то это приведёт к ещё «худшему перерождению» (комбинации дхарм). Это действительно так в логике системного подхода: если не отключить психику индивида от всего эгрегориального наследия, которое не укладывается в «эталон» буддистской «просветлённости» — то это наследие передастся последующим поколениям, психику которых тоже нужно будет «вычищать» от «лишнего». В последнем случае число людей с «отягощённым сознанием» увеличится. И наоборот.

Чем больше будет «просветлённых» — тем чисто теоретически должно быть меньше «плохих» перерождений, что в итоге должно бы привести к «просветлению» всего буддийского общества в течение нескольких поколений. Последнее, как следует из «теории всеобщей изменяемости», должно привести общество в целом к избавлению от привязок и страданий. Но этого не происходит, как показывает историческая практика, даже в «отдельно взятых государствах», к которым в первую очередь относится Тибет. Как видно, большинство буддистов искренне считают, что они исповедуют «законы кармической справедливости» в их понимании для всех людей, стремясь, чтобы общество в целом двигалось к избавлению от «отягощённости сознания» земными «привязками».

Буддийское общество в целом, несмотря на серьёзную практическую основу космогонической психологии и её теоретическую часть — продолжает воспроизводить из поколения в поколение примерно одну и ту же волну «узорчатого полотна», состоящую из стандартного спектра людей: от «просветлённых» будд до отягощённых страдальцев.

Это может означать лишь одно: буддийская «теория всеобщей изменяемости» по меньшей мере не учитывает некоторые важные факторы, оказывающие решающее влияние на общее распределение психик людей вновь входящих в жизнь поколений. Несмотря на весьма многостороннюю теорию кармических причинно-следственных связей, сведённую в «каноны», и огромный многовековой опыт работы с психикой людей — обязательно появляется внутренний или внешний по отношению к буддийской цивилизации фактор,[299] который мешает доведению общества до буддийского совершенства.[300].

Этим фактором является Бог, которого буддисты отрицают. Бог не поддерживает неправедный религиозный «застой», не препятствуя действию факторов, направленных на его разрушение. Судьба, душа, совесть, свобода воли — те факторы, которые связаны с существованием Бога и не учитываются буддистами. Если даже предположить, что существуют перевоплощения ду— (а не «поток сознания»)[301] — то законом этого перевоплощения управляет Бог. Но, поскольку человек не знает примеров перевоплощений — значит ему это пока знать незачем. Важно одно: душа (перевоплощённая или как-то иначе?), как и судьба (суд Бога), даются Свыше с учётом психологических особенностей родителей и предков вообще и лишь Бог точно знает возможности личности, которой Он даёт душу в земной жизни. Эти возможности и предлагаются Им в судьбе. Никакие кармические законы и «каноны» не могут и близко сравниться со знанием Всевышнего относительно того, что Он предлагает душе в жизни, опять-таки — с учётом всего возможного для души (невозможное Бог на душу не возлагает) и с её полезностью для общего дела движения к Справедливости. Воспроизводство людских земных страданий (которое буддисты объясняют законами кармы) будет иметь место, как обратная связь Свыше до тех пор, пока люди не наведут порядок в земной жизни, избавив себя и последующие поколения от страданий, вызванных не кармой, а социальной несправедливостью и атеизмом. В случае если в какой-либо буддийской цивилизации внутренний фактор, обеспечивающий движение к социальной справедливости будет подавлен — на неё обязательно окажет влияние другая цивилизация в целях воспроизведения процесса движения к справедливости.

В буддизме диалектика нормального воспроизводства поколений с естественным изменением[302] психики с помощью Живого Бога от всего неправедного — подменяется теорией всеобщей изменяемости, имитирующей диалектику познания жизни с помощью мёртвых «канонов» и людских психотехник.

Античеловечность буддизма.

Следующий тезис буддизма, относится также к «теории всеобщей изменяемости». Он развивает предыдущий тезис о не существовании души и связанной с ним теории об элементах сознания, которые передаются при перевоплощениях. Буддисты утверждают, что личность человека также как и окружающий нас материальный мир, как и «сознание», состоящее из дхарм — не тождественна сама по себе, в ней нет никакого постоянного, устойчивого ядра, её никоим образом нельзя обнаружить с помощью органов чувств или описать.

Этот тезис дополняется в буддизме ещё одним: ничто в мире не постоянно, всё проходит, всё находится в процессе непрерывного изменения, а потому, стремясь достичь чего-то, мы в конечном итоге остаёмся ни с чем.

Чего после такой космогонической «философии» удивляться тому, что буддисты ставят своё общественное благополучие на одно из последних мест: зачем заботиться об обществе на Земле, если всё равно «останешься ни с чем»? Ну а чтобы буддисты не впадали в апатию от такой перспективы, они следуют теории перевоплощений, основанной на космогонической «объективности» циклического существования Вселенной. Мы уже упоминали при изучении индуизма, что жизнь человека в его религиозной системе ценится ничтожно мало: чего ценить жизнь, если земное существование — всего лишь очередное перевоплощение души, которое напрямую зависит от кармических законов. В буддизме ещё хуже: там индивидуальность человека не признаётся за ценностную основу, поскольку в ней не имеется даже души (наличие души в индуизме придавало хоть какую-то ценностную индивидуальность). И получается, что жизнь человека — тоже иллюзия: чего её беречь, если это всего лишь совокупность разнообразных дхарм, которые перегруппируются в следующий момент и нет личности; распадутся — и нет личности. Все «канонические» морали, которые расписывают буддистам «не убивать», «не воровать», «не прелюбодействовать» и тому подобное — ничто по сравнению с «философским» обесцениванием индивидуальности человека и его жизни.[303].

Чтобы лучше понять логику буддистов по этому сверх важному для богословия вопроса, приведём известную в буддизме притчу, которая демонстрирует якобы иллюзорность человеческой личности.

«Итак, царь Милинда пришёл к достопочтенному Нагасене.[304] Придя к нему, он приветствовал достопочтенного Нагасену, учтиво и дружественно расспросил его о жизни и сел подле. Достопочтенный же Нагасена учтиво расспросил царя в ответ и расположил этим к себе сердце царя Милинды. И вот царь спросил достопочтенного Нагасену: «Как зовут почтенного? Каково твоё имя, почтенный?» — «Моё имя Нагасена, государь. Нагасена зовут меня сподвижники. Впрочем, это родители дают имя — Нагасена ли, Шурасена ли, Вирасена ли, Симхасена ли. Ведь это, государь, название, знак, обозначение, обиходное слово, это только имя — Нагасена, здесь не представлена личность»… И царь Милинда сказал достопочтенному Нагасене: «…Ты говоришь, что сподвижники зовут тебя Нагасеной. Так что же это за Нагасена? Может, почтенный, волосы — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Волоски на теле — Нагасена?» — «Нет, государь». — «Ногти, зубы, кожа, мышцы, жилы, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, селезёнка… — Нагасена?» — «Нет, государь». — «…Ну, почтенный, спрашиваю я, спрашиваю, а Нагасены не вижу. Выходит, почтенный, что Нагасена — это звук один. Где же здесь Нагасена? Ложь ты говоришь, почтенный, неправду, нет Нагасены».

И вот достопочтенный Нагасена сказал царю Милинде: «…Раз ты приехал на колеснице, государь, то предъяви мне колесницу. Скажи, государь, дышло — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ось — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Колёса — колесница?» — «Нет, почтенный». «Кузов — колесница?» — «Нет, почтенный». «Поручни — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ярмо — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Вожжи — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Стрекало — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Так, может, государь, дышло, ось, колёса, кузов, поручни, ярмо, вожжи, стекало вместе — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Так, может, государь, что-то помимо дышла, оси, колёс, кузова, поручней, ярма, вожжей, стрекала — колесница?» — «Нет, почтенный». — «Ну, государь, спрашиваю я, спрашиваю, а колесницы не вижу. Выходит, государь, что колесница — это звук один. Где же здесь колесница? Ложь ты говоришь, государь, неправду, нет колесницы…».

…И царь Милинда сказал достопочтенному Нагасене: «Я не лгу, почтенный Нагасена. Вследствие дышла, вследствие оси, вследствие колёс, вследствие кузова, вследствие поручней и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, имя — колесница». — «Отлично, государь. Ты знаешь, что такое колесница. Вот точно также и у меня: вследствие волос, вследствие волосков на теле и прочего…, вследствие сознания и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, просто имя — Нагасена, однако в высшем смысле здесь не представлена личность».[305].

Только что приведённое «философствование» Нагасены можно назвать по-русски дьявольской логикой. Ведь только Дьяволу («обиходное слово», обозначающее главного демона, противостоящего Божиему Промыслу методом введения людей в искушения духовные и материальные) присуще подменять тварную жизнь в согласии с Богом — иллюзиями и поддерживать людские заблуждения. Вспомним из первой книги курса, из чего складывается человеческая индивидуальность, чтобы понять в чём всё-таки прав Нагасена, а что он отбрасывает «за ненадобностью», заблуждаясь, как и все буддийские гуру.

Каждой особи вида «Человек разумный» свойственно всё то, что генетически свойственно подавляющему большинству достаточно высокоразвитых видов животных в биосфере Земли, а именно:

· Врождённые безусловные рефлексы разных иерархических уровней в организации его организма (уровня клеток, уровня органов, систем органов и организма в целом).

· Врождённые инстинкты, поведенческие программы которых относятся к уровню организации «организм в целом» и обеспечивают взаимодействие с окружающей средой в «автоматическом» режиме вне зависимости от персонального жизненного опыта той или иной определённой особи, нарабатываемого ею в течение всей своей жизни. И хотя инстинкты свойственны всем особям вида, но весь комплекс инстинктивно обусловленных поведенческих программ, обслуживает не жизнь той или иной особи, а жизнь вида (его популяций) в целом, поэтому главенствующий из них во всём комплексе — инстинкт продолжения рода, и его алгоритмика обладает своеобразием, отличающим друг от друга психику особей соответственно принадлежности каждой из них к одному из полув.

· Однозначно не запрограммированный потенциал поведенческих способностей каждой особи в её взаимодействии со средой, включающий в себя как условные рефлексы и привычки, так и выработку тех или иных поведенческих программ на основе мышления в русле той или иной целесообразности.

У наиболее высокоразвитых видов животных (например у некоторых видов обезьян) последняя составляющая приводит даже к появлению некой «социальной организации» и «культуры» как набора поведенческих навыков, передаваемых от поколения к поколению на основе «социальной организации».

Кроме того у человека есть компоненты психики, которым нет места даже у высокоразвитых животных:

· Традиции культуры, стоящие над инстинктами.

· Его собственное ограниченное разумение.

· «Интуиция вообще» — то, что всплывает из бессознательных уровней психики индивида, приходит к нему из коллективной психики, является порождением наваждений извне и одержимости в инквизиторском понимании этого термина.

· Водительство Божьим промыслом, на основе всего предыдущего, за исключением наваждений и одержимости, как прямых вторжений извне в чужую психику, вопреки желанию её носителя.

Кроме этого в другой «плоскости» психика человека делится на сознание и бессознательные уровни. Двухкомпонентная структура психики личности: «сознание и бессознательные уровни психики, взаимодействующие друг с другом», во-первых, является общедоступной для понимания; во-вторых, с нею может соотнести осознаваемую им более детально структуру своей собственной психики каждый.

Буддисты, как мы увидели в разделе «Космогоническая психология», неосознанно признают через общее понятие «сознание» (которое употребляется сплошь и рядом в буддийской религиозной теории) — двухкомпонентную психику «сознание + бессознательные уровни психики». При этом буддийское «сознание» включает в себя все перечисленные выше компоненты психики (рефлексы, инстинкты, однозначно не запрограммированный потенциал, традиции культуры, ограниченное разумение, «интуицию вообще») — кроме водительства Божьим промыслом. Из этого «обрезанного» от Бога изменчивого «сознания» и материальной оболочки, тоже изменчивой — складывается «не тождественная сама по себе, не постоянная» буддийская личность. Трудно возразить тезису буддистов о том, что личность, состоящая из «обрезанного» перечня стандартных «привязок»-компонент двухуровневой психики является не тождественной себе и не постоянной. Это в общем верно, если согласиться с атеизмом буддистов.

Действительно, если не шибко учитывать инстинкты и рефлексы (одинаковые для людей всех религиозных культур), то всё остальное, что признают буддисты — изменчиво в процессе жизни человека и, в общем-то, не может точно охарактеризовать его личность.[306] Многие из нас часто наблюдают, как меняется человек: был одним, а стал «совсем другим» — как часто говорят об изменившихся людях. Даже внешность часть меняется вместе «с характером» (как говорят). На этом и строится «убедительная» буддийская теория о непостоянности и не тождественности самой себе личности.

Но всё же рассуждения Нагасены (см. притчу) имеют под собой явный изъян. Действительно, имя человека может быть только «названием, знаком, обозначением, обиходным словом, просто именем», а «волосы, волоски на теле, ногти, зубы, кожа, мышцы, жилы, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, селезёнка…» — это не личность. Но общая «сборка» из всего перечисленного и не перечисленного, а оставленного в многоточии — представляет собой личностный образ, уникальный, неповторимый и устойчивый. Об этом Нагасена умалчивает,[307] хотя буддистам очень хорошо знакомы манипуляции с образами.

Также и творение рук людей, колесница (пример из той же притчи) — не груда отдельных предметов, а сборка некой уникальной и неизменной (без повторного вмешательства человека) целостности, образ которой вполне определёнен и неизменен. Но «мудрый» «дьявольский логик» Нагасена закончил свою притчу колесницей не случайно. Колесница — неодушевлённый предмет. И на примере неодушевлённого предмета Нагасена показал царю отсутствие индивидуальности у человека, проведя параллель между неодушевлённым предметом и человеческой натурой — как бы логически доказав этим отсутствие у человека души. Кроме того, не завершив анализ колесницы её синтезом (общей сборкой из частей), Нагасена скрыл творение колесницы человеком, который создал её на базе возникшего в его психике образа-идеи: сначала образ, имеющий назначение, цель (в данном случае колесница это средство передвижения) а затем — необходимая деталировка. А сам образ — следствие работы всех компонентов психики человека, которые мы перечислили выше, и Божиего водительства — тоже, поскольку человек не может творить вне пределов Божьего промысла.

Нагасена скрыл факт творения колесницы (изделия, имеющего устойчивую индивидуальность-образ, ясное общее предназначение, точные размеры — Миру, состоящую в свою очередь из перечисленных частей более узкого назначения — частных Мир-образов) человеком, чтобы через эти наглядные параллели скрыть факт творения человека Богом. Кроме удаления из своей логики факта первоначальной сборки творения (в результате чего появился устойчивый индивидуальный образ), Нагасена удалил из логики и факт управления этой сборкой: колесница не сама по себе едет, этим продуктом сборки человека и управляет — тоже человек.[308] Но если бы Нагасена это смог сказать, осуществив синтез частей колесницы в её устойчивый образ, и царь не был бы совсем глуп, то последний мог бы спросить Нагасену: «а кто создал человека и кто им управляет?». А затем мог последовать ещё другой вопрос: «а кто управляет общей сборкой людей, ведь люди живут вместе в обществе, а не индивидуально?». Чтобы таких вопросов не возникало, Нагасена, как «мудрый» гуру, их предупредил буддийской дьявольской логикой атеиста.

Каждый человек от рождения имеет устойчивую определённость (выраженную в индивидуальности образа личности), обусловленную внешним по отношению к личности фактором и не укладывающимся в перечень кармической сборки из буддийских дхарм («сознание» + «материальное тело»). Индивидуальный образ человека сохраняется в пределах земной жизни и складывается не из дхарм. Индивидуальность складывается из:

· Наследия предков, материальной и духовной генетики (то, что мы разбирали в разделе «Теория всеобщей изменяемости», уподобляя общество ткани).

· Высшей личностной жизненной целесообразности (а из личностных целесообразностей складывается общая высшая людская целесообразность), которую определяет Бог, предлагая каждому человеку личностную судьбу, с учётом его генетического наследия (что написано в предыдущем пункте) и духовно-нравственного состояния общества: насколько оно соответствует Божиему промыслу по всем параметрам, заданным в последнем.

· Миры управления человеком Свыше по обоюдному согласию (в смысле отзывчивости человека, либо глухоте к призывам Бога) через душу и совесть[309] в соответствие с судьбой.

Индивидуальный личностный образ действительно может меняться в течение земной жизни но в таких пределах, что индивидуальная узнаваемость всё же остаётся.[310] И действительно на земную изменчивость индивидуальности оказывают влияние именно те факторы, которые буддисты учитывают, говоря об изменчивом «сознании». Это в нашей терминологии рефлексы, инстинкты, однозначно не запрограммированный потенциал, традиции культуры, ограниченное разумение, «интуицию вообще». Но, как правило, такого рода изменения не стирают до неузнаваемости индивидуальность первоначального образа,[311] обретённого человеком с помощью Бога.

В общем, индивидуальность теряется (стирается), что знаменуется превращением внешности как правило либо в отвратительный образ, либо в некий стандартный образ (все люди похожи друг на друга) в том случае, когда все компоненты, укладывающиеся в буддийское «сознание» (рефлексы, инстинкты, однозначно не запрограммированный потенциал, традиции культуры, ограниченное разумение, «интуицию вообще») оказывают неправедное влияние на индивидуальность, которая «глуха» к Божьему водительству и отклонилась от судьбы (нравственная деградация), отдав свою душу в земной жизни Дьяволу (дьявольской эгрегориальной алгоритмике и своим психическим стереотипам) на управление (в смысле, который мы указали в связи с разбором притчи Нагасены).

Тождественность личности самой себе — а значит и Божией судьбе, высшему праведному индивидуальному предназначению — сосредоточена в устойчивом ядре, которое называется душа. Поэтому обнаружить свою душу (а значит и индивидуальность[312] вместе с её высшим индивидуальным предназначением — заданными жизненными «трудностями», которые нужно увидеть и преодолеть)[313] можно,[314] лишь установив связь с Богом через совесть. Но именно этих понятий и не имеется в буддизме, и, мало того, его учение и психотехники направлены на обнуление индивидуальности в нашем понимании под предлогом, что последнюю нельзя обнаружить с помощью органов чувств. Всё, что связано хоть как-то с понятиями, выводящими на Человечный тип психики в буддизме «обрезано» и забыто.

Антидиалектичность буддизма.

В разделе «Космогоническая психология» мы рассматривали пять групп дхарм, на которые буддисты делят «элементы бытия»: физическое тело, чувствования (приятные и неприятные), понятия, воля, сознание. Рассматривая эти группы дхарм, мы сделали вывод, касающийся второй группы дхарм:

· Вторая группа дхарм представляет собой термины (чувствования, приятные или неприятные), относящиеся в основном к бессознательным уровням психики. Это разнообразные эмоции, с помощью которых бессознательные уровни психики подают на уровень сознания весьма полезные сигналы, которые у нормального человека должны сигнализировать ему — насколько праведную жизнь он ведёт.

В случае обретения индивидом Человечного типа психики негативные эмоции (неприятные чувствования) сигнализируют, что человек ошибается в своих намерениях; а позитивные эмоции — указывают на поддержку Свыше намерений человека. В случае пребывания индивида во всех видах нечеловечных типов психики — на подобного рода «сигнализацию» Свыше накладываются эгрегориальные «шумы» и различить источник тех или иных эмоций весьма сложно, но возможно при сильной воле и внимательности к Жизни. Поэтому полную безопасность и конкретные жизненные истины (не путать с Благородными истинами буддизма) можно обрести лишь в Человечности.

Чуть выше (в предыдущем разделе) мы сказали, что индивидуальность человека проявляется через его связь с Богом через душу, совесть и судьбу. Обращаться к совести человека Бог может по-разному, в самых распространённых случаях — через интуицию, Язык Жизни, окружающих людей. Различение, являющееся механизмом помощи человеку Свыше — также указывает человеку путь к праведности. Но есть ещё один механизм проверки своих намерений, мыслей, действий на праведность, в котором принимает участие Бог. Этот механизм мы лишь упомянули в разделе «Космогоническая психология», и он касается роли эмоций в жизни человека.

Мы уже знаем, что буддисты, следуя и развивая древние иллюзии восточного дуализма — своими «каноническими» законами и психотехниками ограждают личность от Языка Жизни, сужают интуитивные возможности психики личности до уровня эгрегориальной одержимости.[315] В результате плотного замыкания психики личности на основной эгрегор религии (по сути — дьявольский), личность лишается Свыше Различения (часто даже с раннего детства), и поэтому земная жизнь такой личности представляет собой сплошные страдания, которые встают на её пути, что и подтверждает теорию буддистов о том, что земная жизнь есть страдания. Если всё общество индивидов, оторванных от Бога, следует неправедной религиозной установке — то всё оно страдает (каждый индивид по своему поводу) до момента обострения кризиса, который обычно знаменуется кризисом цивилизационного строительства. Многочисленные личностные судьбы вписываются в надобности религиозной системы, и уже почти не представляют собой высшие личностные миссии человека на Земле вследствие утерянности личностями совести, как связи с Богом: совесть заменяется на религиозную одержимость, а судьба заменяется на личностное место в религиозной и светской иерархии.

Но остаётся ещё объективный психологический механизм, который представляет собой возможность личностного «нравственного диалога» между сознанием и бессознательными уровнями психики. Этот «нравственный диалог» непосредственно связан с ролью эмоций в жизни человека. В нём задействованы все важнейшие компоненты психики и прежде всего нравственность, а значит, совесть, душа и судьба — поскольку совесть сопряжена с праведностью, праведность с нравственностью, а судьба с Божиим Промыслом.[316] Роль эмоций — важнейший механизм проверки своих намерений на праведность. Однако стоит ещё раз обратить внимание на то что мы уже писали в разделе «Космогоническая психология».

Как можно понять из Благородных истин буддизма, главной целью буддистов должно быть «уничтожение жажд», которые приводят к многочисленным земным страданиям. Страдания[317] характеризуются как правило неприятными чувствованиями, поэтому вместе с жаждами буддисты стараются избавиться от неприятных чувствований. Методика избавления от неприятных чувствований сводится к методикам искусственного (без помощи Бога) «вычищения» не достигшей Человечности психики от рецедивов, приводящих к негативным эмоциям, что объясняется необходимостью «уничтожения жажд». Иллюзия избавления от жажд, с одной стороны, сопровождаемая обнулением (в буддийском идеале) неприятных чувствований, и, с другой стороны, знаменуется обретением приятных чувствований не достигшей Человечности психики, кульминацией которых является состояние нирванического транса. Так космогоническая «философия» буддизма теоретически «оправдывает» неосознаваемое уклонение адептов последнего от Божиего водительства — трусливое бегство от Божией Правды-Истины. Рассмотрим подробнее предопределённый Свыше механизм взаимодействия важнейших компонентов психики.

* * *

По отношению к психике индивида проблема контроля правильности её алгоритмики состоит в том, что бульшая часть блоков-преобразователей информации в ней упрятана в бессознательные уровни психики, вследствие чего бодрствующему сознанию осуществить их ревизию не удаётся, если индивид не овладел психотехниками произвольного вхождения в трансовые состояния, в которых при определённых навыках сознанию оказывается доступной та информация, содержащаяся в психике, которая в обычном его состоянии недоступна; а быстродействие сознания в обработке информации многократно увеличивается за счёт его смещения в диапазон более высоких частот.

Однако в алгоритмике психики каждого есть одна компонента, которая едина и для сознательных, и для бессознательных уровней психики и объединяет сознательное и бессознательное в целостную систему обработки информации тем безупречнее, чем меньше в ней взаимоисключающих друг друга мнений по конкретным частным вопросам и их взаимосвязям. Эта компонента — нравственность, которую хотя и редко, но всё же называют «нравственное мерило».

В информационном отношении нравственность индивида представляет собой совокупность описаний каких-то жизненных реальных и возможных характерных событий с оценками каждого из них «хорошо», «плохо», «не имеет значения» или «значение не определено» либо «обусловлено сопутствующими обстоятельствами», которые кроме того ещё и иерархически упорядочены по их предпочтительности.

Соответственно:

Безнравственность — составная часть нравственности субъекта в целом, представляющая собой по существу, во-первых, неопределённость нравственных мерил, обусловленную отсутствием каких-то из них или множественностью нравственных мерил, применение которых возможно в одной и той же ситуации, и во-вторых, разного рода неопределённости в иерархической упорядоченности по значимости нравственных мерил.

С этой совокупностью описаний-мерил и их взаимосвязей, составляющих нравственность субъекта, соотносится вся алгоритмика психики в процессе преобразования информации при оценке течения событий, выработке намерений и линии поведения в изменяющихся обстоятельствах жизни. Соответственно перезадание выявленных нравственных мерил с новыми значениями оценок «хорошо» — «плохо» в отношении связанных с каждым из них множеством характерных событий, переопределяет и весь характер алгоритмики сознательных и бессознательных уровней психики, изменяя при этом то множество целей, к осуществлению которых в жизни стремится человек, и то множество путей и средств их достижения, которые он признаёт допустимыми.

При этом, если переопределённые новые значения нравственных мерил менее ошибочны по отношению к Божьему предопределению для человека, чем прежние, то и «автопилот» бессознательных уровней психики сам вырабатывает лучшую линию поведения, нежели в прошлом; если заданы ещё более ошибочные значения, то ошибки «автопилота» бессознательных уровней психики будут ещё более тяжкими.

Но если роль нравственных мерил как стандартов сопоставления всевозможных результатов обработки информации в алгоритмике психики признаётся, то неизбежно встаёт вопрос: «Есть ли возможность быть крепким не задним умом, разбирая ошибки совершённые в прошлом, а быть шибко умным упреждающе по отношению к неблагоприятному течению событий, дабы избежать воплощения в Жизнь ошибочных линий поведения?» — Такая возможность генетически заложена в психику человека.

Мировоззрение триединства материи-информации-Миры открывает совершенно иное видение вопроса об эмоциях, хорошем либо дурном настроении. И это видение просто невыразимо в традициях психологических школ как Запада, так и ведически-знахарского Востока, вследствие того, что в их мировоззрении информация в Жизни не объективна, а субъективна[318] либо к этому аспекту её бытия не выражено определённое отношение.

В мировоззрении же триединства материи-информации-Миры вопрос об эмоциях в поведении человека оказывается неразрывно связанным с двумя другими вопросами, обычно рассматриваемыми изолированно друг от друга большинством психологов и психиатров и сведёнными буддистами в понятие «сознание»:

· во-первых, это вопрос о соотношении сознательных и бессознательных составляющих единого процесса мышления индивида;

· во-вторых, это вопрос об объективной — истинной, а не декларируемой и не показной нравственности индивида.

В мировоззрении триединства материи-информации-меры «эмоции + истинная объективная нравственность + сознательные и бессознательные «слагаемые»[319] процесса мышления» предстают как единый алгоритмический комплекс, обрабатывающий объективную информацию как ту, что поступает от органов чувств (телесных и биополевых — духовных), так и ту, что хранится в памяти.[320] Именно в этой триаде «эмоции + нравственность + сознательные и бессознательные «слагаемые» процесса мышления», представляющей собой единый алгоритмический комплекс преобразования информации, вырабатывается внутреннее и внешнее поведение всякого индивида, включая управление (пусть даже и бессознательное) доступом этого алгоритмического комплекса к источниками информации (чувствам, памяти, эгрегорам).

Для того, чтобы «иметь жизнь и иметь её с избытком»,[321] а не «выживать»,[322] преодолевая преимущественно нежелательные стечения обстоятельств, необходимо выявить функциональную нагрузку всех компонент этого алгоритмического комплекса, дабы уметь настраивать его как целостную систему на объективно безукоризненную обработку входящей и памятной информации и управление доступом к источникам информации.

Спрашивается: вся информация, свойственная бессознательным уровням психики (образы, «мелодии», «созвучия» и т. п.), никчёмна для индивида либо же и она представляет собой информационное обеспечение его жизни и потому жизненно необходима?

— Жизненно необходима.

Спрашивается: сознание и бессознательные уровни психики — это взаимно изолированные одна от другой системы обработки информации, либо взаимно дополняющие друг друга компоненты одной и той же психики в целом и потому взаимодействующие друг с другом (т. е. обменивающиеся между собой информацией обоюдосторонне направленно)?

— Взаимно дополняющие и обменивающиеся друг с другом информацией компоненты психики в целом.

Спрашивается: как подать на уровень сознания в темпе течения реальных событий всю ту информацию, которую обрабатывают бессознательные уровни психики, если возможности сознания в обработке информации ограничены вне трансовых состояний 7–9 различными объектами (различными потоками информации) и 15 смысловыми единицами в секунду, а в трансовых — тоже ограничены, но другими характеристиками, вследствие чего перед сознанием не могут предстать все те образы, «мелодии» и «созвучия», в которых протекает обработка информации на бессознательных уровнях психики?

— Только в предельно плотноупакованном виде, позволяющем осознать процессы обработки информации на бессознательных уровнях психики хотя бы в управленчески значимых оценочных категориях прошлых событий и направленности их течения: «хорошо», «плохо», «не имеет значения в данных обстоятельствах», «неопределённо». Соответственно на уровень сознания психики может быть подана только одна — своего рода обобщающая — оценка ситуации и направленности её изменений, которая не будет подавлять остальную информацию, обработкой которой занят уровень сознания в это время.

Спрашивается: осознаваемый эмоциональный фон, свойственный индивиду во всякое время его бодрствования, обусловлен памятными и текущими обстоятельствами его жизни. Могут ли эмоции быть осмыслены на уровне сознания как своеобразные отчётные показатели, встающие из бессознательных уровней психики и выражающие предельно обобщенные результаты их деятельности, несущие функцию управленчески значимых оценочных категорий «хорошо», «плохо», «неопределённо»?

— Эмоциональный фон обусловлен обстоятельствами Жизни,[323] и эмоции могут быть осознанно осмыслены именно в качестве управленчески значимых оценочных категорий «хорошо», «плохо», «неопределённо» прошлого течения событий и их направленности, подаваемых на уровень сознания в психике индивида, её бессознательными уровнями; но могут быть в этом качестве и не осмыслены — это обусловлено нравственностью и мировоззрением индивида.

В мировоззрении триединства материи-информации-меры все эмоциональные проявления осмыслены именно в этом качестве: как предельно обобщающие — отчётные показатели — бессознательных уровней психики перед уровнем сознания, отождествляемым большинством индивидов с их собственным «Я» в каждый момент времени. А отказ принять их таковом качестве влечёт за собой разрыв одного из важнейших контуров обратных связей в целостности психики человека и делает человека заложником алгоритмики его бессознательных уровней психики, и прежде всего — заложником содержащихся в них ошибок.

И информация бессознательных уровней психики, предстающая на уровне сознания в предельно плотноупакованном виде — в виде эмоций, может быть распакована, осознана, понята, если есть желание это сделать и личностная культура мышления и психической деятельности в целом уже позволяет это сделать. Но это потребует времени, в течение которого эта информация была бы передана сознанию не в виде эмоций, а в иной доступной его восприятию образно-мелодийной, символической форме или в форме внутреннего монолога.

Если кто-то не согласен с таким осмыслением предназначения эмоций, встающих в сознании во всякое время бодрствования индивида, то пусть осмыслит их предназначение как-то иначе. Но как показывает многовековой исторический опыт школ психологии Запада и ведически-знахарского Востока, все прочие интерпретации эмоциональной жизни индивида неудобопонимаемы и попахивают агностицизмом[324] — учением о непознаваемости Мира и бессмысленности Жизни.

Но эмоции обусловлены не только обстоятельствами Жизни, но и особенностями алгоритмики психики индивида, обрабатывающей информацию и порождающей эмоции: нравственностью, мировоззрением (калейдоскопическим, мозаичным, Я-центричным, Богоначальным). И это приводит ещё к одному вопросу — вопросу ключевому.

СПРАШИВАЕТСЯ: Ошибается ли Вседержитель? либо Вседержительность (безраздельная всеобъемлющая власть Всевышнего, простирающаяся всюду в Жизни — в Объективной реальности) безошибочна во всех без исключения своих проявлениях?

— Вседержитель не ошибается, а Вседержительность безошибочна во всех её проявлениях без исключения.

Спрашивается: Если Вседержительность безошибочна во всех её проявлениях, а индивид не в конфликте со Вседержителем, то интеллектуально-рассудочное осознание индивидом этого факта должно сопровождаться эмоциями тем более, что эмоции всегда сопутствуют осознанию Жизни?

— Должно.

Спрашивается: Какие эмоции, какое настроение должны сопутствовать интеллектуально-рассудочному осознанию этого факта?

— Доброе настроение — радостная внутренняя умиротворённость и желание благодетельствовать Миру, порождающие открытость души Жизни,[325] как эмоциональный фон — норма для человека, пребывающего в ладу с Богом, во всех без исключения жизненных обстоятельствах и соответственно — норма для необратимо человечного строя психики.

Спрашивается: Если же радостной внутренней умиротворённости и желания благодетельствовать Миру, открытости души нет, а есть эмоциональная подавленность, настроение дурное или «никакое», то что сообщается бессознательными уровнями психики сознанию, отождествляемому большинством людей с их «Я»?

Ответ прост:

· в настоящее время или в свершившемся прошлом, либо в намерениях индивида на будущее имеет место некий его конфликт со Вседержительностью, плоды которого при избранной им линии поведения ему неизбежно придётся пожинать (если он их уже не пожинает) и они будут неприятны. Но что конкретно имеет место, в чём состоит объективный смысл конфликта, возник ли он в результате умысла индивида или представляет собой следствие его невнимательности и распущенности и обусловлен ошибками в алгоритмике его бессознательных уровней психики, — это необходимо выяснить, что требует осознанно осмысленного отношения индивида к Жизни, к течению событий в ней, к стечению разного рода обстоятельств вокруг него и в нём самом.

· либо же индивид, открыто не конфликтуя с Богом, что-то воспринимает несообразно или несоразмерно Объективной реальности или чего-то недопонимает во вседержительно происходящем по Божией воле, а вследствие его неверия Богу его бессознательные уровни психики выдают ошибочную эмоциональную оценку происходящего, что в перспективе также не обещает индивиду ничего хорошего, поскольку вследствие этого его поведение может оказаться в конфликте с Промыслом.

В обоих случаях дурные эмоции являются выражением ошибочной его собственной нравственности, пытающейся отвергнуть исходное нравственное мерило Богоначального мозаичного мировоззрения:

Вседержитель безошибочен: всё, что ни делается, — делается к лучшему; всё, что свершилось и свершается — свершилось и свершается наилучшим возможным образом при той реальной нравственности и производных из неё намерениях и этике, носителями которых являются индивиды, в совокупности составляющие общество; Вседержитель велик и всемогущ, и милость Его безгранична.

Кроме того:

Приведённое утверждение — своего рода камертон для психики, задающий настроение, как единство эмоционального и смыслового (интеллектуально-рассудочного) строя психической деятельности, ладное Жизни: Осознание того реального факта Жизни, что Вседержитель не ошибается и всё и всегда свершается наилучшим возможным образом, должно вызывать доброе настроение — радостную внутреннюю умиротворённость и желание благодетельствовать Миру, порождающие открытость души Жизни.

И только после того, как при осознании названного факта пришли внутренняя умиротворённость и желание благодетельствовать Миру с открытой душой, возник добрый эмоциональный фон, доброе настроение, можно приступать к делу, будучи при этом отзывчивым к голосу совести, и дело будет благим; в противном случае алгоритмика бессознательных уровней психики и психика в целом будут фальшивить, как фальшивит расстроенный рояль или гитара.[326].

И эту настройку психики необходимо учреждать при пробуждении ото сна своею волей и регулярно возобновлять в течение суток; и тем более — возобновлять всякий раз, как только человек осознаёт, что его настроение, эмоции не соответствуют названному объективному факту Жизни.

И соответственно дурное настроение, эмоциональная подавленность, раздражённость или откровенные озлобленность и злорадство — знаки того, что необходимо выявить что-то в своей деятельности, в намерениях на будущее,[327] в своём отношении к происходящему — такое, что необходимо переосмыслить; но выявлять и переосмыслять что-либо конкретное можно только после того, как будет возобновлено ладное Жизни единство эмоционального и смыслового строя психической деятельности.

Речь идёт об эмоциональных проявлениях у индивида, если даже и обратимо, то всё же пребывающего в Человечном строе психики на каком-то продолжительном интервале времени, достаточном для того, чтобы сформировались его эмоции и настроение. Но кроме этого, у каждого индивида есть своя личностная предыстория, своя генетически обусловленная информация (включая и духовное наследие как информация и алгоритмика доступных его психике эгрегоров), которая и влияет на эмоциональность восприятия тех или иных событий в каждый момент времени.

Если же индивид находится на рассматриваемом интервале времени не при человечном, а при каком-то ином строе психики или психика его неустойчива и мельтешит, непрестанно и обратимо изменяя свой строй, то всё будет совсем не так.

Дело в том, что в человечном строе психики обеспечивается единство эмоционального и смыслового строя психической деятельности,[328] при котором индивид «сам собой» — и сознательно, и бессознательно — пребывает в русле благого Божиего Промысла. И это — нормальный для человека эмоционально-смысловой строй психической деятельности.

Вне человечного строя психики, если и возможно говорить о каком-то единстве эмоционального и смыслового строя психической деятельности, то это «единство» — во-первых, не ладное по отношению к Жизни,[329] а во-вторых, в нём имеет место конфликт между сознанием и бессознательными уровнями психики, а также и внутренние конфликты в самом бессознательном, обусловленные пороками нравственности как иерархически упорядоченной совокупности определённых нравственных мерил. И, как следствие, это влечёт участие индивида во внутренне конфликтной коллективной психике — коллективном бессознательном; иначе говоря, влечёт замыкание психики индивида на несовместимые, враждующие друг с другом эгрегоры. И соответственно в его жизни неизбежны конфликты с Божьим Промыслом. Поэтому:

О единстве эмоционального и смыслового строя психической деятельности вне человечного строя психики по существу можно говорить весьма условно. Неладность Жизни этого «единства» проистекает из того, что эмоциональные проявления и проявления рассудочно-интеллектуальной деятельности не соответствуют друг другу, если соотносить их с одной и той же объективной информацией, характеризующей жизненные обстоятельства или ситуацию, в которой оказался субъект.[330].

Тем не менее при всяком строе психики, при любом эмоциональном фоне, на котором протекает интеллектуально-рассудочная сознательная деятельность, индивид способен выявить, какие определённые события вызывают у него эмоциональный подъём или эмоциональный спад, хорошее или дурное настроение; а выявив эти события и своё отношение к ним, он способен и дать нравственную оценку им, после чего избрать для себя предпочтительное на будущее нравственное мерило.

Причём особо необходимо подчеркнуть, что эмоциональный фон при ладном Жизни эмоционально-смысловом строе отличается от пьяняще-бессмысленного подъёма эмоций при получении индивидом энергетической подпитки со стороны — от другого субъекта или от эгрегора.

* * *

Предположить, что учение буддистов доводит психику людей до уровня Человечноти — значит солгать. Основная масса буддийских учеников останавливается на уровне психики «зомби». В этом типе психики, как и в других нечеловечных типах психики имеет место конфликт между сознанием и бессознательными уровнями психики, а также и внутренние конфликты в самом бессознательном, обусловленные пороками нравственности как иерархически упорядоченной совокупности определённых нравственных мерил. И, как следствие, это влечёт участие индивида во внутренне конфликтной коллективной психике — коллективном бессознательном; иначе говоря, влечёт замыкание психики индивида на несовместимые, враждующие друг с другом эгрегоры.

Следовательно для обретения буддийского спокойствия (имитации Человечной умиротворённости) в реальности решаются следующие основные задачи:

· Одной из основных задач буддийских гуру является отстройка психики учеников от всех «несовместимых» эгрегоров, враждующих с буддийским эгрегором.

· Другой задачей, сопряжённой с первой является создание в психике ученика такой «нравственности», которая бы управляла «сложением» сознательных и бессознательных алгоритмов мышления при поступлении информации в них отовсюду — чтобы такая «нравственность» на автомате «складывала» бы алгоритмику мышления в соответствии с мировоззрением буддиста и с алгоритмикой буддийского эгрегора.

· Для этого «нравственность» буддийских учеников формируется на базе «канонов» (и/либо внелексических образов, переданных от гуру), в которых своё специфическое стандартное разделение жизненных явлений на «хорошо», «плохо», «неопределённо» и тому подобное — что практикуется в буддизме[331] с помощью многочисленных притч, заклинаний, гимнов, мудростей, коанов и прочих «стандартных» ситуаций «на все случаи жизни».

· И лишь после такой «нравственной» подготовки с одновременной эгрегориальной отстройкой от всего «лишнего» — ученику-буддисту обеспечивается доступ в эгрегор, те его фрагменты, которые имитируют его эмоциональную «умиротворённость», которая скорее всего[332] сродни по ощущениям пьяняще-бессмысленному небольшому подъёму эмоций.

Может возникнуть возражение, что мы напрасно наговариваем на мудрых буддийских учителей: они состоявшиеся Человеки, чему и учат своих учеников. Но, если бы это было так, то буддисты во-первых, не отрицали бы Бога, творение, душу и судьбу: то есть, не были бы атеистами. И, во-вторых, они в первую очередь в своих мудростях многочисленных «канонов» обучали бы нравственности, которую предлагает людям Бог: это — критерии земной справедливости, обретая которые люди смогли бы изжить толпо-«элитаризм» в земной жизни, поскольку именно этого Бог ждёт от людей и именно это и есть ближайшая цель человечества. Ничего подобного мы в учении буддизма не видим: оно также как и другие религиозные системы учит о посмертной «справедливости».

Выраженное нами выше в перечислении (четыре основные задачи буддистов) — ничто иное как комплекс религиозных мер по надёжному избавлению психики ученика от рецедивов Человечности, которая мешает спокойствию «зомби» в условиях его нахождения в мире людских «жажд и страданий». Скажем сразу: этот комплекс религиозных мер — ни чья-то злобная умышленная кознь, которая изначально была направлена на «зомбификацию» нашей цивилизации. Это — плод религиозных иллюзий и заблуждений, которые обрели устойчивую религиозную форму по следующим основным причинам, которые развёртывались последовательно:

· Индусские брахманы, а за ними и другие «жрецы» индуизма и буддизма, не выйдя в Человечный тип психики, искренне стремились познать мир для того, чтобы жить в гармонии с вселенским «универсумом».

· Они бессознательно стремились овладеть именно тем механизмом эмоциональной умиротворённости, который описан выше (и отделён * * *) — что свойственно природе человека, заложенной Богом-Творцом.

· Не достигнув на определённой стадии Человечности, запутавшись в пантеоне богов-эгрегоров, будучи психически слабыми и трусливыми вследствие причин возникновения восточного дуализма (а значит и не приблизившись к правильному «образу» Бога) — буддисты, не получая от Бога поддержки на определённом этапе разошлись и индуизмом и в итоге оказались откровенными атеистами.

· Но, несмотря на атеизм, их желание владеть методиками слияния с «универсумом» осталось, что естественным образом выразилось в стремлении безошибочного контроля за своей психикой — за правильностью её алгоритмики.

· Разделив психику на группы дхарм «сознания» (сознание и бессознательные уровни) и, выяснив на практике, что по отношению к психике индивида проблема контроля правильности её алгоритмики состоит в том, что бульшая часть блоков-преобразователей информации в ней упрятана в бессознательные уровни психики, вследствие чего бодрствующему сознанию осуществить их ревизию не удаётся — люди Востока занялись психотехниками[333] произвольного вхождения в трансовые состояния, в которых при определённых навыках сознанию оказывается доступной та информация, содержащаяся в психике, которая в обычном его состоянии недоступна; а быстродействие сознания в обработке информации многократно увеличивается за счёт его смещения в диапазон более высоких частот.

· Многолетний опыт развития психотехник + естественное для людей стремление поставить свою психику, взяв под контроль эмоциональный комплекс обратных связей при учёте атеистического «нравственного» восприятия мира («космогонии») и соответствующего воспитания, при котором гарантированно не достигается Человечный тип психики — увело буддистов от нормального для Человека механизма самоконтроля через эмоции на эгрегориальную имитацию близкую к убеждённому, обоснованному самоуспокоению.

Последнее, что осталось рассмотреть в этой главе — мифологическая основа буддийской «космогонии», то, на чём базировалось убеждение буддийских теоретиков, послужившее мировоззренческой основой космогонической психологии и теории всеобщей изменяемости, в которых нет места Богу, душе и пожизненной индивидуальности.

По свидетельству буддийской традиции, Будда «отвечал благородным молчанием» на все вопросы о природе мира и его происхождении, так как они не были непосредственно связаны с практическими проблемами прекращения человеческих страданий в жизни — как видят эту проблему буддисты. Тем не менее буддизм не является полностью «равнодушной» к проблемам мироздания религией: как можно без «космогонического» обоснования религии. Легенда должна быть и буддизм сохранил элементы космологии, относящиеся к предшествующему «культурному слою» и их свёл в единую на первый взгляд непротиворечивую систему. Он упорядочивал древние космологические знания и устанавливал новые смысловые связи в старых моделях.

«Картина Вселенной» буддистов была сформулирована ещё в Тхераваде и представляет собой множество миров, от небес до разнообразных адов, каждый из которых является «самостоятельным универсумом».[334] В каждом универсуме — 31 уровень трёх миров:

· реального мира (камалока) где действует закон кармы,

· иллюзорного мира (рупалока), или мира небытия и.

· мира чистого сознания (арупалока), мира «чистого сознания».

Вся космологическая пирамида рассматривалась как динамичная, причем её изменение и развитие определялось активным кармическим состоянием существ, пребывающих в камалоке. С космологическими представлениями ассоциировалась пятичленная типология живых существ, причём земным существам был отведён пятый уровень камалоки. За человеком признавалась уникальная способность к духовному саморазвитию, которая отличала его от всех иных классов живых существ, включая богов. Таким образом буддийская космология увязывала религиозно-философское учение с традиционными представлениями о мире. Миры не вечны. Каждый из них возникает, развивается и разрушается в течение одной махакальпы. Она в свою очередь делится на четыре кальпы. По окончании махакальпы мироздание не уничтожается полностью. Только те существа, которые достигли просветления, переселяются в мир, аналогичный известному нам раю.[335] Когда на Земле вновь создаются условия для жизни, люди рождаются здесь в соответствии со своими прежними заслугами. Однако не всякая кальпа становится счастливой, а лишь та, в которой появляется будда. По буддийским преданиям, в нынешней кальпе появится тысяча будд… Такова буддийская космогония.

Реальный мир это — мир, населяемый людьми. Он разделяется на 4 нижних и 7 верхних уровней (всего — 11). Нижние уровни предназначены для существ, контролируемых только эмоциями (видимо имеются в виду существа, у которых нет воли: в частности, животные), верхние, начиная с людей — для тех, у кого эмоции преобладают над разумом. В нашей терминологии это люди, у которых инстинкты и «животные» побуждения преобладают над волей.

Иллюзорный мир это уровни с 12 по 27-й — составляют формы (видимо, субъективные образы, понятия, убеждения), которые возникают в сознании (психике) медиатора[336] (в общем смысле это понятие «медиатор» означает — средство побуждения к действию, сигнал), поэтому их содержание в достаточной степени индивидуализировано (что в буддизме не приветствуется). Но считается, что сферы иллюзорного мира составляют последовательность попыток верующего осмыслить при помощи каждой из четырёх Благородных истин содержание трёх остальных. Иными словами, иллюзорным миром характеризуется некое переходное состояние психики верующих буддистов, которое свойственно в период обучения.

То, что в буддизме названо иллюзорным миром — информация, убеждения, обретённые индивидуальной психикой верующих людей (мировоззрение, миропонимание и соответствующая им нравственность) на период ученичества. В этот период ученики занимаются тем, что приучают себя избавляться от «эмоций, которые преобладают над разумом» (что имеет место в реальном мире буддистов) с помощью буддийской теории[337] и практик. По мере избавления от эмоций, свойственных жителям реального мира, полного страданий — ученики избавляются от иллюзорности мира (всего «лишнего», не соответствующего буддийской «чистоте сознания» — психики) и готовятся перейти в мир чистого сознания — как считают буддисты. Но главное, что под иллюзорным миром ещё понимается период ученичества, характеризующийся обретением учениками устойчивого убеждения в том, что реальный мир это иллюзия: по мере избавления от эмоций (переживаний) реального мира в период прохождения этапа иллюзорного мира ученики всё больше освобождаются от земных привязок и поэтому «убеждаются на практике» психотехник, что мир, в котором они родились и жили до вхождения в период иллюзорного мира — больше их не волнует, он «исчезает» (из психического восприятия учеников) вместе с избавлением их психики от свойственных реальному миру эмоций и переживаний.[338] Но на деле это всего лишь — психические иллюзии самих буддистов.

Ну а если реальный мир, в котором есть реальные пространство и время (частные Миры)[339]«исчезает» вместе с его эмоциями в период прохождения психики ученика иллюзорного мира — то следующий период должен знаменоваться разнообразными безмерностями, что мы и видим. Поскольку уровню сознания человека свойственно оперировать с размеренной информацией — то следующий буддийский мир, по-видимому, представляет собой состояние психики близкое к отключению сознания — весьма специфичному слиянию уровня сознания с фрагментами алгоритмики бессознательного, как единому целому (как мы и предполагали ранее), что характеризуется приливом приятных эмоций транса.

После иллюзорного мира начинается мир чистого сознания (вычищенной психики). 28-й уровень универсума составляет сфера бесконечного пространства; 29-й уровень — сфера безграничного сознания; 30-й уровень — пустота; 31-й уровень вообще не описывается, поскольку это — ниравна.

Как видите помимо земного мира (реальный мир) все остальные миры описаны через призму мировоззрения и миропонимания людей, через динамику психики буддистов. Поэтому реальный мир это — «полный страданий» материальный мир, восприятие которого в настоящее время большинством людей приводит к морю эмоций. А иллюзорный мир и мир чистого сознания — это духовный мир людей. Всё остальное деление на миры и универсумы является эхом древнейшей мифологии и заблуждений, а поэтому — практически не имеет значения для понимания буддийского учения и роли в нём психотехник. Иными словами, для понимания последнего достаточно деления мира, в котором мы живём, на материальный и духовный миры, а также буддийская специфика такого деления, которая отражена в картине Вселенной.

Восьмеричный путь.

Мы вплотную подошли к сути психотехник буддизма. Срединный путь сторонников Махаяны (её последователей — свыше половины всех буддистов) состоит из восьми стандартных шагов. Что касается сторонников Тхеравады (их около трети буддистов в мире), Чань и Дзен буддизмов, а также и других его видов — то суть психотехник в общем та же.

Напомним, что четвертая Благородная истина указывает средство избавления от страданий, призывая следовать Восьмеричному пути самосовершенствования. Считается, что Восьмеричный путь может привести к достижению состояния Будды. Этот Срединный путь, лежащий на равном удалении от противоположных крайностей, состоит из восьми шагов:[340].

1. Правильное понимание, взгляды (Самма диттхи).

2. Правильная мысль, решимость (Самма санкаппа).

3. Правильная речь (Самма вача).

4. Правильное действие, поведение (Самма камманта).

5. Правильный образ жизни (Самма аджива).

6. Правильное усилие (Самма ваяма).

7. Правильная внимательность (Самма сати).

8. Правильное сосредоточение (Самма самадхи).

Восьмеричный путь буддисты обычно делят на три части:

· Первая часть (ступени 1–2) связаны с нравственным поведением.

· Вторая часть (ступени 3–5) связны с подчинением сознания.

· Третья часть (ступени 6–8) связаны с мудростью, приходящей в результате практического очищения сознания.

Деление на три части не случайно и будет употреблено нами в ходе дальнейших рассуждений. К конкретному анализу буддийского Восьмеричного пути мы перейдём позже. Пока же напомним, что целью земного существования людей в буддизме (также как и в индуизме) является достижение «просветлённого сознания» и, как следствие этого — ниравны. Ощущение своей «просветлённости» буддисты приравнивают к завершению процесса освобождения от каких-либо привязанностей-жажд материального мира и обретению «свободы» от сансары, прекращению действия законов кармы. Иными словами, высшая цель земного существования буддистов — добиться как можно полного посмертного «блага» для будущего перевоплощения (либо сборки дхарм, обновлённого сознания), а если повезёт, то и избавления от следующих перевоплощений на Земле что в идеале должно привести особо «просветлённых» к переходу на уровень буддийского «рая» (если так можно выразиться).[341] Оборотной стороной этого буддийского «блага» является карма, в результате которой следующая жизнь может оказаться в одном из «адов» (низших миров) либо перерождение не в облике человека.

Как видите, несмотря на благообразность, принцип ненасилия, показную мудрость и недоступное религиозным системам Запада спокойствие — в цели жизни буддистов мы находим всё ту же доктрину посмертной «справедливости» (что присуща как индусскому и мусульманскому Востоку, так и библейскому Западу), а значит и внутреннюю трусость перед Жизнью, вызванную теми же психическими причинами (неЧеловечность), что мы исследовали в зороастризме и индуизме. Разница лишь в том, что буддисты обеспечили себе самое изощрённое психическое сопровождение под вывеской атеизма, вызывающее полное внутреннее удовлетворение процессом бегства от Жизни. Но цель жизни человека — деятельное, радостное посильное участие в построении на Земле царства Божией Справедливости, что в корне противоречит цели земного существования буддистов. Именно поэтому мы имеем право рассматривать Восьмеричный путь — как эффективное средство достижения цели самоуспокоения перед самими же собой, не забывая при этом, что люди, безразличные к тому, что происходит на Земле (безнравственные по многим важным вопросам), являются самыми никчёмными: их топчут как «траву на поле боя».[342].

Забегая вперёд, скажем: анализ ступеней Восьмеричного пути показывает, что настоящей целью буддийского срединного пути является попытка — насколько возможно облагородить общество безвольных[343] людей, не достигших Человечного типа психики, избавив такое общество от главных опасных пороков,[344] основой которых остаётся доминирование животно-звериных инстинктов в психике людей[345] и соответствующее им поведение. Одновременно с этим проводится линия на избавление общества от людских рецидивов поиска Справедливости.

Это так в отношении земной жизни, какие бы цели не выставляли перед собой сами буддисты. Нужно отдать должное: в исторические времена становления буддизма, возможно, такой подход к жизни можно считать в некоторой мере шагом вперёд, поскольку без многочисленных «канонических» правил и персональных психотехник люди перегрызлись бы между собой (как звери) и самоуничтожились во взаимной вражде и разврате. К тому же методик выхода в Человечность в те времена никто из людей не мог «вывести» даже на себе самом: таких людей просто не было. Вот и изощрялись ранние буддисты, стараясь освоить «законы», по которым можно облагообразить общество и успокоить самих себя. На том развитие буддизма и остановилось.

Этим буддизм (и другие многочисленные благообразные религиозные системы) опасен. Ведь никто не будет спорить, что перечисленные ниже основные заповеди для людей благо (восемь благих правил):

· я буду воздерживаться от убийства…

· от взятия того, что не дано…

· от сексуальных контактов в любой форме…

· от неправдивой речи…

· от опьяняющих веществ…

· от принятия пищи до 6 часов (утром) и после полудня…

· от украшения тела и развлечений…

· от использования кроватей и кресел, способствующих лени.[346].

Существуют ещё 227 основных обетов, включая эти восемь, и множество второстепенных обетов. Считается, что подобно этим правилам, Будда учил тому, как мы можем жить, не принося страдания другим, и как мы можем быть творцами как своего собственного счастья (в этом и последующих существованиях), так и безусловной свободы от всех страданий. В этих рамках нравственное поведение обусловлено состраданием ко всем живым существам. Эти нравственные принципы являются всемирными законами, не зависящими от личности.

Но состоявшийся Человек не должен руководствоваться стандартными программами поведения и мышления, «добровольно» впихнутыми в его психику всеми доступными способами. Человечный тип психики естественным образом обеспечивает образ жизни и мышления не только соответствующий вышеуказанным принципам, но по праведности гораздо превосходящий последние: изучаемые религиозные «каноны» можно забыть и отбросить как отбрасывает костыли выздоровевший инвалид.[347] Состоявшийся Человек даже не задумывается, вспоминая прописные «истины», как ему поступать в той или иной ситуации, а принятие праведного решения для него не представляет никакого страдания (неприятных усилий), связанного с преодолением сопротивления животно-звериных стереотипов его психики и разнообразных «зомбирующих» программ культуры.

Буддийские «просветлённые» учителя, начиная работать с учениками, ставят задачу избавления учеников от тех психических проблем, которые не существуют у состоявшегося Человека: цель благонамеренная. Беда в другом: психика самих учителей не соответствует выставленной цели. Задача гуру — привести психику учеников к состоянию, когда те будут следовать основным благообразным «истинам» религиозной системы (а их столько, что можно легко перепутать с неограниченными возможностями праведной жизни состоявшегося Человека) без особых усилий над своей психикой. Последнее является признаком начала эффективного избавления от привязок-жажд, преодоления страданий.

Разница между Человеком и «просветлённым» буддистом в следующем. Человек осознанно, добровольно, непринуждённо и легко по своему благонравию и соответствующей ему религиозной убеждённости (внеконфессиональной вере Богу) следует неписанным законам праведности во всех случаях жизни.[348] А «просветлённый» буддист по своей бессознательной безнравственности в отношении вопросов, не затрагиваемых буддизмом[349] и безволию — непринуждённо и легко исполняет предписанные религиозной системой многочисленные стандартные программы «доброго» поведения и мышления. Но внешне поведение Человека (и даже лексика) и «просветлённого» буддийского «зомби» могут быть очень похожи. И в этой похожести путаются многие безвольные и слабые люди, натыкающиеся на «благородство» буддизма, в своей искренней внутренней устремлённости к идеалу Человечности. Но до буддийского «просветления» куда ближе и проще, чем до Человечности… и многие «ломаются» на буддийском «благородии».

Естественно, что первые этапы Восьмеричного пути буддийского ученика связаны с проблемами снятия рецидивов принуждения — психических разногласий между алгоритмикой религиозной системы и алгоритмикой психики ученика сложившейся по жизни. Но прежде, чем приступить к дальнейшему анализу психотехник посмотрим некоторые параллели между психотехниками шаманизма и восточными ведическими психотехниками: общее и отличия.

От шаманизма до психотехник ведического Востока.

Данный раздел представляет собой подборку цитат из книги Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного»,[350] Часть I «Ранние формы религии» (выделения жирным и сноски наши) и наши комментарии:

«В ходе развития шаманизма его психотехнический элемент еще более усиливается, и те типы шаманизма, которые, по существу, являются переходными от ранних форм религии к религиям чистого опыта,[351] стремятся к усилению роли психотехнического элемента, ведущего к трансперсональным переживаниям.

По нашему мнению, люди во все века, от шаманов до индийских йогинов и от орфиков и гностиков до «сайентологии», занимались экспериментами с психикой, стремясь поверить опытом доктринальные положения и догматические схемы, которые, в свою очередь, непосредственно или опосредованно также восходили к опыту и переживанию.[352] Порой эти эксперименты приводили к созданию такого психотехнического чуда, как индийская йога, подлинная наука духовного делания, а порой — к появлению сомнительного «культа». В случае с шаманизмом (оставляя без ответа вопрос о том, не была ли и исходная космотеология основана на стихийном и неосознанном психотехническом опыте) избыточное присутствие в нем психотехнического фактора приводило к деформации исходной модели, к упадку шаманизма как четко определенного культурно-исторического явления и его перерастанию (по крайней мере, в некоторых регионах) в религию чистого опыта. Шаманизм был шаманизмом, пока психотехнический и космотеологический (архаический по своему характеру) аспекты его находились в гармонии и согласии.[353] Но как только переразвитие психотехники привело к осознанию недостаточности старых мифа и космологии ни как формы описания нового опыта, ни как его концептуальной опоры, шаманизм вступил в кризис, приведший в отдельных случаях к появлению религий высшего порядка (характерный пример — даосизм)».

Мы писали во второй книге курса «Сравнительное богословие», разбирая тему шаманизма, что последний преследовал определённые управленческие цели в условиях архаичной культуры общинной магии. Повторим некоторые моменты этого.

Скорее всего на определённой стадии развития первобытного кровнородового общества, когда количество жизненно важной информации в эгрегорах родов и племён стало настолько большим, что её обработка и осмысление (а также и согласование этой информации с информацией, получаемой племенем с более высоких уровней духовной иерархии, чем родоплеменные эгрегоры) стала затруднительной вне вхождения в глубокие трансовые состояния — появилась необходимость в культуре шаманизма. При этом сама культура шаманизма является следствием:

· Во-первых, воздействия на психику людей племени всего массива накопленной в родоплеменных эгрегорах информации управленческого характера, от которой зависела безопасность кровнородовой общины и одновременно с этим низкого уровня понимания этой информации, что не позволяло моделировать будущее и своевременно предвидеть опасности с помощью интеллектуального анализа имеющейся информации.

· Во-вторых, невозможностью одновременного охвата всей необходимой эгрегориальной информации вследствие накопления больших её объёмов и крайней несогласованности в «расшифровке» этой информации даже если она была бы получаема в необходимых объёмах большим коллективом тех, кто имеет возможности доступа в более близкие ему по психическому складу фрагменты родоплеменных эгрегоров. То есть, даже при наличии такой информации, её невозможно было бы правильно обобщить из-за:

— слабо развитой системы кодирования информации (письменности практически на было, а символика ограничена и не однозначно понимаема разными людьми);

— слабо развитых интеллектуальных способностей древнего человека;

— несовершенной для всестороннего анализа и моделирования ситуации культурой мышления.

Выход оставался один: поручить всё вышесказанное кому-то одному, возложив на него такую обязанность как общественно полезное дело всей его жизни.

Было ли чёткое понимание важности такого поручения, либо всё происходило «на автомате» — особого значения не имеет. Но в определённый момент развития, перейдя к культуре шаманизма, и испробовав эту культуру на нескольких поколениях, древние, скорее всего убедились, что шаман лучше коллектива «знает» от духов что надо делать, а от чего надо воздержаться. После чего усилия общины стали направляться на поддержку шамана, как человека, которого «духи взяли к себе» в помощники.

Таким образом культура шаманизма (как одна из главных составляющих культуры общинной магии) своей главной функциональной задачей имела — оптимизацию управления древним коллективом, повышение устойчивости управления по предсказуемости. Главной целью управленческой верхушки первобытного коллектива была цель выживания[354] в условиях давления «агрессивной» среды и часто враждебных соседей. Цель выживания могла успешно обеспечиваться достаточно долгое время с помощью эгрегора (эгрегоров) религиозных систем, соответствующих убеждениям верующих религиозной общины, поскольку эгрегоры помогают общине предсказывать будущее (и оказывают другие более мелкие «услуги»: лекарские, поисковые…) до определённого их возможностями предела.

К кризису культуры шаманизма (и всей первобытной культуры общинной магии) привело не «переразвитие психотехники» (как пишет Е.А.Торчинов: «переразвитие психотехники» — следствие тех социальных процессов, которые шли в период перехода к ранним классовым обществам), а естественный процесс концентрации управления обществом, на определённом этапе которого (переходу к раннеклассовому строю) шаманизм перестал обеспечивать устойчивость управления коллективом. После разделения мира на библейский Запад и ведический Восток, первый развивал религиозные культы на осознаваемых хозяевами иерархии заблуждениях людей; а второй — стал основой религиозных заблуждений как иерархов, так и всей остальной толпы. Но именно ведический Восток стал источником религиозных заблуждений, которые были употреблены библейским Западом для поддержки глобальной доктрины рабовладения. Западные хозяева библейской пирамиды проводили осознаваемую ими целенаправленную концентрацию управления под свои цели. А иерархи ведического Востока трансформировали культуру древнего шаманизма под свои собственные религиозные заблуждения. При этом главная функциональная задача психических практик при переходе от шаманизма к религиям «чистого опыта» изменилась: эгрегориальные знания о будущем уже не интересовали иерархов ведических культур (всё было наперёд прописано в их «космогонии») — главной функциональной задачей стало психотехническое подтверждение религиозных догм и теорий, в том числе и с целью их дальнейшего совершенствования. Но главной земной целью иерархов и их паствы осталась прежняя цель шаманизма — выживание. Процесс духовно-нравственного развития согласно Божиему Промыслу остановился на ведическом Востоке.[355] Если в шаманском племени обрести статус «зомби» эгрегора религии мог лишь шаман (а все остальные оставались в «животном» типе психики), то в культурах ведического Востока стать «зомби» религиозного эгрегора потенциально смог каждый. На этом возможности ведических религий заканчиваются.

Начиная с периода упадка культуры общинной магии (основной культ — шаманизм) с переходом к более крупным (чем родоплеменные) раннеклассовым обществам людей, религиозный эгрегор уже не мог обеспечивать нужное этим обществам качество управления по тем же принципам, по которым с его помощью управляли шаманы. Нужно было брать управление обществом под свою волю. Перед человечеством открылось несколько путей. Первым путём «воспользовалась» «мировая закулиса», взяв осознанное волевое управление эгрегориальной магией на себя и создав глобальную социологическую доктрину с её искусственной динамикой (библейская глобальная социология). Второй путь — это трусливый путь неосознаваемой «консервации» духовности[356] (по сути путь отказа от волевого управления обществом на Земле) на этапе её «доведённого до совершенства» развития, что и обеспечили основные религиозные системы ведического Востока: когда нет динамики, нужна постоянная мистическая поддержка религиозных иллюзий, которая сама по себе является имитацией личностной религиозной динамики в процессе земного выживания. Именно на эту цель и сориентировались духовные иерархи ведического Востока. Третий путь — путь Человечности, на который вступила древняя Русь, но «споткнулась» об «элитарность» своих же властей к концу I тысячелетия н. э. Про путь коранического ислама мы не упомянули по причине того, что во времена описываемого распутья (последние века до н. э.) о нём ещё никто не слышал.

В подтверждение правильности наших выводов продолжим цитирование книги Е.А.Торчинова:[357].

«Важно отметить еще одно существенное отличие психотехники шаманизма от психотехнических методов в религиях чистого опыта. В первом случае психотехника (в классическом варианте) направлена на вполне утилитарные цели: шаман вступает в сферу трансперсонального опыта или во время инициации, или выступая как психопомп (проводник ду— умерших на тот свет), или с целью излечения больного и т. п., тогда как в религиях чистого опыта психотехника есть средство постижения истины, освобождения, спасения или самореализации.

Это отличие очень точно подметил японский ученый Идзуцу Тосихико в своей статье «Мифопоэтическое «эго» в шаманизме и даосизме»: для шамана существует разрыв между его могуществом, обретенным в трансе, и его состоянием в обыденной жизни, тогда как для даоса и то, и другое едино и неразделимо».[358].

Но ведь буддист, например, или индуист, даос вне состояния нирваны (мокши) — не является такими же «могущественными», как в то время, когда их психика объединена с эгрегором в трансе. Почему же Е.А.Торчинов (да и не только он: а многие другие исследователи) считают представителей ведических религий Востока также могущественными и вне трансовых состояний?

— Ответ нужно искать в сравнении путей посвящения и инициации шаманов и представителей религий ведического Востока. Но начнём опять с целей: шаман вступает в транс по управленческой необходимости, «докладывая» после транса свои наблюдения по интересующему общество вопросу. После «доклада» шаман становится членом общества, мало отличающимся от остальных: те же занятия, те же интересы и т. п. Можно предположить, что, выйдя из камлания (транса), шаман обретает тип психики близкий к «животному», а в процессе камлания он становится «зомби». И таким образом шаману приходится часто неимоверными усилиями воли входить в транс — что самому ему, как правило, в древности не приносило никакой радости, а было тяжким трудом во благо первобытного коллектива. Ведический верующий наоборот наслаждается состоянием транса: это не тяжкий труд, а средство самоутверждения и самоуспокоения.

То, что называется в ведических религиях Востока «тяжким трудом», происходит не в период вхождения в транс, а гораздо ранее — на стадии ученического обучения и вплоть до «просветления» (предшествующего трансу: по меньшей мере шесть стадий Восьмеричного пути). Но этот «тяжкий труд» ученика, вставшего на путь «просветления» ничто иное, как процесс избавления психики ученика от всех рецидивов, не соответствующих религиозной системе и её духовности (эгрегору). Обретение «вычищенной» психики и есть ведическое могущество — в терминологии автора книги. Но это — тип психики устойчивого «зомби», почти безвозвратного даже в «животный» тип.

Разница между психической организацией шамана и ведического «просветлённого» в том, что в процессе инициации и посвящения психику шамана не вычищают от её наследия, а в основном — перераспределяют некоторые блоки в психике[359] по их приоритетности и тренируют психику на трансовую переносимость в результате чего шаман может вернуться к нормальной (в смысле «как все») земной жизни после камлания.[360]«Просветлённому» ведисту «вычищают» из психики всё, что не стыкуется с духовностью религиозной культуры (эгрегора) — поэтому вернуться к прошлой земной жизни он в большинстве случаев не может:[361] в какой-то мере он не может после этого и сравнить в своей психике эмоциональную сторону жизни до «просветления» и после, поэтому жизнь до «просветления» ему кажется иллюзорной, полной страданий. Нетрудно догадаться, что инициация и посвящение шамана гораздо гуманнее, нежели процесс «просветления» учеников на ведическом Востоке. Также нетрудно догадаться почему шаманом мог стать далеко не каждый, а ведическим «просветлённым» может стать почти каждый (кто этого захочет, конечно, поддавшись в первую очередь на теоретические «философствования» соответствующей религиозной системы), даже будучи представителем другой культуры или «нетипичной» расы. Процесс «вычищения» психики гарантирует (с высокой степенью вероятности) постоянное соответствие психики религиозной системе и её духовной культуре,[362] в результате чего транс становится «наградой» за отдание себя в её духовный плен. Труд шамана — это специфическая профессия, общественно-полезный труд (можно сказать в большинстве случаев — судьба), овладеть которой может лишь предрасположенный к ней индивид с соответствующим психотипом.[363].

В общем, по мере перехода к раннеклассовому обществу, люди ведического Востока употребили развитую объективную общественную необходимость периода культуры общинной магии (вхождение в транс) для целей религиозного самоутверждения своих собственных иллюзий и предоставили возможность такого самоутверждения всем остальным — без всякого осознанного злого умысла. Продолжим цитирование книги Е.А.Торчинова в подтверждение наших выводов:

«В шаманизме самых разных народов мы встречаемся с уникальным явлением, получившим название «шаманская болезнь» и представляющим собой как бы свидетельства шаманского призвания будущего адепта. Хотя «шаманская болезнь» и весьма распространена в самых разных регионах, однако ее нельзя считать непременным атрибутом шаманизма. Мы встречаемся с ней только там, где существует представление об избранничестве шамана и где будущий шаман оказывается бессильным перед волей духов, которая никак не согласовывается с личным волеизъявлением избранника (это весьма характерно для сибирского шаманизма). В тех же традициях, где будущий шаман или избирается еще в детском возрасте практикующим шаманом, или же шаманское служение становится результатом сознательного и добровольного выбора человека (как у эскимосов), «шаманская болезнь» неизвестна.[364] Очень часто мы встречаемся с этим видом психофизической патологии в родах потомственных шаманов, даже если потомки шаманского рода полностью порывают с традицией.[365] Известны случаи, когда молодые люди из шаманских семей, воспитывавшиеся в условиях советского общества, в атеистических и материалистических убеждениях, тем не менее страдали от «шаманской болезни» и избавлялись от нее, только начав практиковать шаманскую психотехнику и, по существу, становясь шаманами.

В чем заключается «шаманская болезнь»? Это целый комплекс патологических состояний, которые испытывают будущие шаманы в молодости (часто в пубертатный период) и являющиеся в глазах шаманов свидетельством избранности человека духами для шаманского служения. Очень часто человек пытается сопротивляться этим состояниям, не желая становиться шаманом, однако патологические симптомы нарастают, становясь мучительными и непереносимыми.[366] И только обратившись за помощью к шаману и пройдя через шаманскую инициацию (посвящение), человек целиком и полностью избавляется от болезненных ощущений. «Шаманская болезнь» обычно проявляется в приступах сонливости, головной боли, ночных кошмарах, слуховых, зрительных галлюцинациях и иных формах патологических состояний. Больной начинает слышать голоса духов, зовущих его, видит странные и пугающие видения. После шаманской инициации и начала шаманской деятельности все эти симптомы навсегда проходят, что объясняется шаманистами как результат следования человека своему призванию и согласие с волей могущественных духов и предков-шаманов».

Следует прервать цитирование, чтобы особо отметить тесные параллели между эгрегориальными галлюцинациями «шаманской болезни» (голоса духов, видения…) и голосами и видениями, которые описаны в канонах большинства крупных религиозных систем. Подобные голоса и видения якобы Бога слышат и видят как правило «пророки», либо основатели религий и на базе информации, полученной от увиденного и услышанного такими знаменитыми людьми выстраиваются религиозные теории[367] и соответствующие им практические культы и психотехники. В обоих случаях мы имеем дело с эгрегориальной инициацией[368] — после которой наступает период подчинения и согласия «с волей могущественных духов». Как мы уже давно догадывались и писали, большинство религий «откровения» (когда имеют место голоса и видения) — имеют эгрегориальный характер происхождения. И поэтому в них есть иллюзии и наваждения людей, имевших и имеющих отношение к этим эгрегорам и информация от Бога, попавшая в эгрегоры от тех же людей, много мыслящих о Боге — в результате чего Бог поддерживал лишь те их мысли, которые совпадали с правдой о Нём: сам же Бог правду о Себе и Жизни не впихивал и не впихивает в головы людей методом голосов и видений.

Вернёмся к различиям между назначением восточных психотехник и шаманизмом:

«Шаманы представляют собой интеллектуальную элиту своих народов. Их интеллектуальный уровень и волевые качества в целом значительно выше, чем у их среднего соплеменника. Именно шаманы выступали, как правило, хранителями национальной культуры и традиций, фольклора и эпоса. Поэтому авторитет шамана чрезвычайно высок в своей среде, последнее доказывается и тем, что в ранний период коллективизации в СССР шаманов очень часто избирали председателями колхозов.

Здесь следует добавить, что шаманская деятельность представляла собой именно служение. «Это тяжелая работа» — как выразился в беседе с этнологами один сибирский шаман. Причем это бескорыстное служение. Средства на жизнь шаман обычно добывал другим трудом, не имевшим никакого отношения к религии (охотой, рыболовством и т. п.).

Методом исцеления и самораскрытия личности и индивидуальных способностей шамана является посвящение (инициация)».

Если под интеллектуальным уровнем понимать способность шамана переосмысливать получаемую им в процессе транса информацию и использовать продукт такого переосмысления во благо общества — то можно говорить о зачатках волевого управления в шаманизме, а не только о считывании и раскодировке информации из эгрегоров. В таком случае шаман мог управлять эгрегором в пределах его меры понимания и воли и соответственно — управлять коллективами людей в земной жизни по концепции не связанной с его частной шаманской деятельностью (что доказал опыт использования шаманов во времена СССР). Иными словами, шаман не был упёртым «зомби» своего эгрегора (информация эгрегора использовалась в жизни для более праведных целей, нежели религиозное «зомбирование» окружающих) рода-племени, когда выходил из транса и трезво смотрел на реальную земную жизнь, будучи выше других в интеллектуальном и организационном плане.[369] Это ещё раз свидетельствует о том, что опыт реальной земной жизни (его и предков) не «вычищался» из психики шамана в процессе его инициации — что обеспечивало ему наличие воли (способности к осознаваемому целеполаганию и его достижению, что свойственно «демонам» и Человекам). Но психика шамана складывалась более «крепкой» в отношении внешних факторов (в первую очередь эгрегориального плана) и поэтому проявление воли для него давалось легче, нежели у его соплеменников.

«Существует множество различных типов шаманских инициации, но все они неизменно включают в себя элементы переживания смерти, расчленения, очищения и воскресения. В инициации как бы умирает «ветхий человек» и воскресает обновленная и укрепленная личность «нового человека»,[370]«сверхчеловека» архаического общества.

Вот человек, страдающий от головных болей, сонливости, слуховых галлюцинаций и т. п., приходит к шаману и просит научить его шаманскому служению. За этой просьбой следует посвящение, во время которого инициируемый получает свой первый и важнейший психотехнический опыт.[371] Он переживает умирание и смерть; он представляет, как его тело расчленяют на части, извлекают внутренние органы и развешивают их на крюках. Потом их варят и выделывают заново. По существу, это видение сродни библейскому пророческому обновлению,[372] прекрасно прочувствованному и описанному Пушкиным:

И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул. Как труп в пустыне я лежал, И Бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли. Исполнись волею Моей И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей!»

Здесь, как и в шаманской инициации, мы видим божественного избранника, которому высший дух (серафим) отверзает очи духовного видения, уши духовного слышания, заменяет «празднословный и лукавый язык» «жалом мудрыя змеи» и, наконец, заменяет «сердце трепетное» на «угль, пылающий огнем», после чего человек, прошедший через смерть, приходит к новой, высшей жизни и приступает к выполнению своей пророческой миссии. Как все мы знаем из школьных учебников, Пушкин имел в виду под пророком поэта, но и это сближение далеко не случайно и глубоко укоренено в традиции. Достаточно вспомнить об арабах доисламского периода, совершенно однозначно сближавших пророков и поэтов и видевших в поэтическом даре проявление божественной харизмы, обуянности божеством».

Е.А.Торчинов, многое чувствовал, проводя свои многочисленные сравнительные исследования. Но он не владел теорией эгрегориальной магии и поэтому не мог объяснить внешнюю схожесть наблюдаемых им мистических явлений в разных религиозных системах. Действительно, общепризнанно считать, что в «Пророке» А.С. Пушкин изобразил себя как поэта, призванного Свыше «жечь сердца людей». Но всё его творчество не соответствовало такому призванию — по сути «зомбировать» людей своим «глаголом» так, как его якобы «зазомбировал» якобы «Бога глас». Миссия такого поэта-пророка не подходит А.С.Пушкину. Но что же тогда?

— Этим произведением А.С.Пушкин как бы примерял на себя роль пророка-основателя религии, пытаясь в стихах передать переживания эгрегориальной инициации такого пророка. Какая это была религия?

— В первую очередь стихотворение А.С.Пушкина относится к Ветхому Завету. Поэт знал Библию, много размышлял над её происхождением, результатом чего явилось это стихотворение. В нём поэт впервые в истории открыто заявил о эгрегориальной инициации «пророков» (И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.) после чего «пророк» становится идёт и «жжёт сердца людей» эгрегориальным глаголом («жаром» трансляции), исходящим их его сердечного «угля» вместо человеческого сердца, а все и он тоже принимают это за «Бога глас». Поэт имел в виду не себя, конечно: он писал по-крупному, пытаясь войти в роль пророков-основателей религиозных систем.

«Пророк» написан по мотивам ветхозаветного сюжета книги «Пророка Исайи» гл.6: 5–8:

«5. И сказал я: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами, и живу среди народа также с нечистыми устами, — и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа.

6. Тогда прилетел ко мне один из серафимов, и в руке у него горящий уголь, который он взял клещами с жертвенника,

7. И коснулся уст моих и сказал: вот это коснулось уст твоих, и беззаконие твое удалено от тебя, и грех твой очищен.

8. И услышал я голос Господа говорящего: кого Мне послать? И кто пойдет для Нас? И я сказал: вот я, пошли меня».

Судя по творчеству А.С.Пушкина, ему был противен «образ» как библейского, так и новозаветного[373]«Богов» — злых, мстительных с их посмертным воздаянием и призывом к послушничеству властям и церквям. В день написания «Пророка», 8 сентября 1926 года, А.С.Пушкин встречался с царём Николаем I, после чего вечером он написал стихотворение. Видимо А.С.Пушкин был разочарован встречей: его глаза «видели Царя» (как у Исайи 6:5) и психика («сердце») этого царя была безнадёжно в плену библейской концепции. Под впечатлением весьма глубокого проникновения библейских извращений в психику людей Русской цивилизации — от простого крестьянина до царя — А.С.Пушкин пишет послание в будущее (действительно как настоящий пророк) о том, что все религии не от Бога, а от шестикрылого Сатаны.[374] Тема же книги «Пророка Исайи» выбрана не случайно: она — «ключ» к пониманию лживости Нового Завета[375] (см. книгу 3 учебного курса «Сравнительное богословие»).

Но охват тематики происхождения религий в «Пророке» не заканчивается на библейской теме. Первые строчки стихотворения в сжатом виде описывают стандартный путь практически всех «пророков»-основателей крупных религиозных систем:

Духовной жаждою томим, В пустыне мрачной я влачился, И шестикрылый серафим На перепутье мне явился.

Так в пустыне (либо в длительном уединении) в поисках духовных истин, согласно религиозным преданиям, начинали библейский Моисей, Заратуштра, Будда, Мухаммад… Все они, также согласно преданиям, слышали голоса и/или видения. Свойства эгрегориального «Бога» приписали и Христу — после чего он стал субъектом-духом, внушающим разным людям разные вещи. С таким «Богом» встретился главный новозаветный «социолог» — апостол Павел на пути в Дамаск, став после этого «пророком»-вещателем для ранних «христианских» общин и церквей.

С Библией и её происхождением всё в общем-то понятно: это сборка «пророческих» текстов, прошедших цензуру, отбор и огромные дописки в разное историческое время. Библейские книги «пророков» скорее всего имеют эгрегориальное происхождение — трансляцию через психику одержимых людей. Зороастрийские «откровения» мы тоже отнесли к эгрегориальной трансляции. Буддизм — искажённое и домысленное наследие Будды Гаутамы. Источник происхождения Корана мы также предположительно аккуратно отнесли к эгрегориальной трансляции с соизволения Бога,[376] ссылаясь на ангела Джибраила:

Коран 2.

97 Скажи: «Кто был врагом Джибраилу…» — ведь он низвел его на твое сердце[377] с соизволения Бога для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим.

Скорее всего А.С.Пушкин, хорошо знакомый с Кораном — объял своим «Пророком» и его происхождение: поэту была внутренне неприемлема доктрина посмертного воздаяния («справедливости»), обширно помещённая в Коране через «пророка» от «Бога». На это и намекает Е.А.Торчинов: «Достаточно вспомнить об арабах доисламского периода, совершенно однозначно сближавших пророков и поэтов и видевших в поэтическом даре проявление божественной харизмы, обуянности божеством».

Ещё раз напомним: Бог не вторгается в психику людей (какой бы они не принимали для себя социальный и религиозный статус) с помощью голосов, сияющих видений, обуянности, ошеломляющих образов и чудесных явлений: Он общается с людьми тихо, без «спецэффектов» и трансовых «психотехник», обращаясь к сознанию всех без исключения людей на практике, доступной индивидуальному пониманию, через Язык Жизни, интуицию — что полностью исключает «зомбирование» даже Правдой-Истиной. Голоса, сияния, обуянность, чудеса… всё это — как было присуще шаманской инициации, так и перешло в крупные религии, в том числе и в мировые.

«Старый шаман выделяет душу ученика из его глаз, мозга, внутренних органов и т. д., чтобы духи могли знать, что в нем является лучшим. После этого новый шаман приобретает способность отделять душу от тела (что-то вроде отделения астрального тела западного оккультизма) и совершать длительные «духовные» путешествия в воздушном пространстве и глубинах морей.

Затем благодаря усилиям учителя посвящаемый переживает озарение или просветление (ангакокв или кауманекв), заключающееся в видении таинственного света, который шаман внезапно ощущает в теле и голове.[378] Этот свет подобен сияющему огню, благодаря которому шаман может видеть в темноте (и в буквальном, и в переносном смысле) даже с закрытыми глазами. Ему также становятся присущи ясновидение и предвидение.

Здесь присутствуют мотивы восхождения и полета, особенно характерные для шаманизма, в частности присущие и сибирскому шаманизму. Но особенно интересен момент видения света, фотизма, чрезвычайно характерный для многих развитых форм религии (от раннего брахманизма до буддийской йоги и христианской мистики). Пример эскимосского шамана свидетельствует, что подобный опыт был доступен для архаического человека со времен незапамятной древности».

На ясновидении, предвидении и лекарстве остановимся особо, не забывая, что Е.А.Торчинов исследует шаманизм в основном по его современным практикам. Нетрудно догадаться, что современный шаманизм «в шаманских традициях якутов, самоедов (ненцев), тунгусов, бурят, австралийцев, южноамериканских индейцев, индонезийцев, эскимосов и других народов» (как пишет Е.А.Торчинов) давно деградировал до уровня лекарства, поиска пропавших, сопровождения ду— умерших и пр. В древних же первобытных коллективах шаман был племенным жрецом, на котором не могла не лежать функция предвидения всего комплекса управленческих проблем того времени, а не только дошедший до нас примитив:

«Главные функции шамана — функции целителя, знахаря и психопомпа — проводника ду— умерших в потусторонний мир. В отдельных случаях шаман использует свои способности для «меньших целей» — предсказание погоды, поиск посредством ясновидения потерянных вещей и т. п. Гадания и предсказания также являются важной функцией шамана».

В книге Е.А.Торчинова описаны также многочисленные случаи чудесного исцеления шаманами разных людей в процессе транса (когда шаман ощущает сильный жар), что воспринимается окружающими за чудо исцеления. Но те же чудесные функции исцеления мы находим и в Новом Завете: библейский Христос лечит бесноватых и больных[379] — чем заслуживает доверие толпы, запавшей на чудеса исцеления. Вопрос о том, позволял ли себе подобные показательные исцеления исторически реальный Христос, остаётся открытым. Чисто теоретически он мог обладать даром исцеления, поскольку имел власть над эгрегорами (источинками «бесов», вселившихся в хаотически организовнную психику), которые «заведовали» здоровьем нуждающихся в лечении.

Однако мог ли себе позволить исторически реальный Христос применять чудеса шаманского уровня: ведь в его задачи не входила цель ошарашивания толпы чудесами. Тем более принудительное лечение (вторжение извне) всегда хуже самолечения, и такой пример мог оказаться для слабых людей искушением на будущее, в том смысле, что их будут пасти и лечить, а они не будут прилагать усилий для своего духовного и физического выздоровления. Если обратиться к апокрифическому тексту «Евангелия мира Иисуса Христа от ученика Иоанна»,[380] то смысл Христова лекарства в нём несколько иной. Христос учит людей самолечению как духа, так и тела — обретением связи с Богом через Язык Жизни:

«Тогда Иисус сел среди них и сказал: Поистине я скажу вам: никто не может быть счастлив, если не следует Закону. А другие ответили Ему: Мы все следуем законам Моисея: это он дал нам закон таким, как написан он в Священном Писании.

И ответил им Иисус: Не ищите Закона в вашем писании. Ибо Закон — это Жизнь, а в писании мертву. Поистине говорю я вам: Моисей не получал свои законы от Бога написанными, а от Живого Слова.

Закон — это Слово Жизни, переданное живым пророком для живых людей. Во всем сущем записан Закон. Вы найдёте его в траве, в дереве, в реке, в горах, в птицах, в небе, в рыбах, в озерах и в морях, но особенно ищите его в самих себе.

Ибо поистине говорю я вам: Всё сущее, в котором есть жизнь, ближе к Богу, чем писание, лишённое жизни. Бог создал жизнь и всё сущее таковым, что они являются Словом вечной жизни и служат Учением человеку о Законах истинного Бога. Бог написал Свои Законы не на страницах книг, но в вашем сердце, и в вашем духе.

Они проявляются в вашем дыхании, в вашей крови, в ваших костях, в вашей коже, в ваших внутренностях, в ваших глазах, в ваших ушах и в любой самой незначительной части вашего тела.

Они присутствуют в воздухе, в воде, в земле, в растениях, в лучах солнца, в глубинах и высотах. Все они обращены к вам, чтобы вы могли понять Слово и Волю живого Бога. К несчастью вы закрыли глаза, чтобы ничего не видеть, и заткнули уши, чтобы ничего не слышать. Поистине говорю вам: Писание — дело рук человека, в то время как жизнь и все ее воплощения — дело Божие. Почему же вы не слушаете Слов Бога, записанных в творениях Его? И почему изучаете вы писания, буквы которых мертвы, будучи деянием рук человеческих?

— Как же можем мы читать Законы Божии, если не в писаниях? Где же они написаны? Прочитай же нам их, там, где Ты их видишь, ибо мы не знаем других писаний, кроме тех, что унаследовали мы от предков наших. Объясни нам Законы, о которых Ты говоришь, что нам, услышав их, можно вылечиться и исправиться.

Иисус сказал им: Вы не можете понимать Слова жизни, потому что пребываете в смерти. Темнота закрывает глаза ваши, а уши ваши глухи. Однако я говорю вам: Не надо устремлять взор свой на писание, буква которого мертва, если действиями своими отвергаете вы Того, Кто дал вам писания. Поистине говорю вам я: В делах ваших нет ни Бога, ни Законов Его; не присутствуют они ни в обжорстве, ни в пьянстве вашем, ни в образе жизни вашей, которую вы растрачиваете в излишествах и роскоши; а ещё менее — в поисках богатства, а в особенности в ненависти к врагам своим. Это всё очень далеко от истинного Бога и ангелов Его. Но всё это ведёт к царству темноты и владыке всего зла. Ибо все эти вожделения вы носите в себе; а потому Слово Божие и Могущество Его не могут войти в вас, оттого, что вы вынашиваете в себе много плохих мыслей, а также мерзости гнездятся в теле вашем и в сознании вашем. Если вы хотите, чтобы Слово Живого Бога и Могущество Его смогли проникнуть в вас, не оскверняйте ни тела вашего, ни сознания вашего, ибо тело есть Храм Духа, а Дух — Храм Бога. Поэтому должны вы очистить этот Храм, чтобы Владыка Храма смог поселиться в нём и занять место, достойное Его. Чтобы избежать всех искушений тела своего и сознания своего, которые исходят от Сатаны, удалитесь под сень Неба Господнего».

Осталось подвести итог этому разделу. Во времена древнего шаманизма эгрегориальная инициация специально отобранных людей с последующим их «трудоустройством» в качестве шамана была нормальна и необходима. Но с переходом к раннеклассовому строю и позже «зомбирование» даже отдельных людей и даже на некоторое время во имя повышения качества управления должно было уйти в прошлое, поскольку человеку дано сознание и членораздельная речь. Поэтому вся поступающая к нему управленческая информация должна осознаваться, на базе чего и должно строиться моделирование наилучшего будущего. Но именно от этой необходимой постоянной интеллектуальной и нравственной нагрузки — уклонились практически все восточные религии, начав совершенствовать под новые задачи прежние шаманские навыки бессознательного освоения и практического совершенствования своего же духовного наследия:

«Отметим, что подобного рода психотехнические приемы[381] есть и в высокоразвитых религиях, например в буддизме и христианстве. Но здесь их цель существенно иная- видение тщеты и мгновенности мирского и профанического, всеобщности непостоянства и неизбежности смерти».

Теперь укажем не некоторые более конкретные параллели между психотехниками шаманизма и буддизма. Конечно, у этих психотехник много общего, и если даже предположить, что в процессе инициации и посвящения шамана часть его прежних переживаний и стереотипов также (как и в буддизме) «вычищалась» из психики[382] с помощью опытного шамана, всё равно большая часть прежнего информационного обеспечения работы организма шамана оставалось в его распоряжении. Кроме того, как мы уже знаем, посвящение (инициация) является «методом исцеления и самораскрытия личности и индивидуальных способностей шамана». Иными словами, в древней шаманской инициации избранных видна большая доля личностной судьбы человека, что Е.А.Торчинов назвал самораскрытием личности.

Последним утверждением объясняется вполне объективный для древнего первобытного общества феномен «ненормальности» (психического отличия от других членов первобытного коллектива)[383] будущего шамана, на что обратил внимание Е.А.Торчинов:

«Согласимся, что «шаманская болезнь», в принципе, может рассматриваться как своего рода психическое расстройство, однако это отнюдь не означает того, что шаманы — психически больные люди. Прибегая к знаменитой гегелевской диалектической триаде, используемой здесь, конечно, чисто метафорически, можно сказать, что «шаманская болезнь» (психотический кризис) есть тезис, инициационная мистерия смерти-возрождения — антитезис (отрицание), а состояние посвященного шамана — синтез (отрицание отрицания), в котором тезис (психотическое состояние) присутствует в снятом виде, а личность шамана обогащена процессом его снятия. Дело в том, что трансперсональная психология рассматривает серьезные психотические состояния (типа шизофрении) не как болезнь, а как своего рода трансперсональный кризис. Уже К.Г.Юнг видел причину психического расстройства в подавлении сферы бессознательного с ее архетипами, интуициями и устремлениями.[384] Конфликт между бессознательным и сознанием[385] и находит свое разрешение в виде болезни».

В древних кровнородовых коллективах и родоплеменных обществах «психически больных людей» в смысле, о котором говорится выше[386] — было ровно столько, чтобы из них можно было отобрать одного или нескольких племенных шаманов. Но не более. Все остальные члены коллектива не нуждались в инициациях и вели «нормальный» образ жизни, объединяя свои усилия по выживанию коллектива.

Иными словами, древние родоплеменные общества обеспечивали нормальное объединение труда, в котором профессия шамана была необходимой — такой же, как и другие профессии. Поэтому древние родоплеменные общества были психически здоровыми по объективным критериям Божьего Промысла для того периода развития. При этом шаманская прединициационная «ненормальность» — всего лишь взгляд современного человека на древнюю профессию. Другое дело ученичество на ведическом Востоке: буквально все ученики признаются изначально «ненормальными» (по отношению к стандарту религии) — что в терминах буддизма называется «отягощённостью земными привязками». Ученики-буддисты разного социального статуса сами признаются в своей «ненормальности» и «добровольно»[387] встают на путь буддийских инициаций.[388] Сразу возникает вопрос: что это за общество, которое из поколения в поколение веками и тысячелетиями воспроизводит ненормальных от рождения людей — тех, которые вынуждены потом всю жизнь бороться за свою «нормальность» (в буддийском смысле)? И главное: зачем всё это?

Ответ на второй вопрос одновременно является и ответом на первый. Мы знаем религиозную цель ведических религий Востока: борьба за следующую жизнь.[389] Поскольку цель не праведная — не верные и критерии определения «нормальности» психики людей в восточных цивилизациях. Как и в древнем шаманизме, «нормальным» считается тип психики «зомби». Только у древних это было нормально лишь для шамана на время камлания, а в буддизме (и других религиях ведического Востока) — пожизненно. Поэтому многое из культуры древнего шаманизма весьма похоже в современных культурах Востока. Правда для обретения типа психики «зомби» ученикам, не предрасположенным к этому, приходится пройти через внешнее «добровольное» насилие над своей психикой и лишь после этого они обретают тот, идеал, который искали, во что верили.

В приведённой нами последней цитате видны параллели между частямиВосьмеричного пути буддистов и процессом «болезни — смерти — воскресения» древних шаманов.[390] Если их разбить на последовательность, и провести параллели с буддийскими частямиВосьмеричного пути, то получим следующие приблизительные соответствия:

· Первая часть (ступени 1–2) связаны с нравственным поведением — соответствует «шаманская болезнь» (психотический кризис).[391].

· Вторая часть (ступени 3–6) связны с подчинением сознания[392] — соответствует инициационная мистерия смерти-возрождения.

· Третья часть (ступени 7–8) связаны с мудростью, приходящей в результате практического очищения сознания[393] — соответствует состояние посвящённого шамана.

Приведём ещё одно подтверждение объективности[394] возникновения шаманской болезни, которая приводит к посвящению-инициации по сравнению с тем, что на ведическом Востоке инициируют с помощью первой частиВосьмеричного пути — по сути являющейся нейролингвистическим программированием (социальное насилие) психики ученика. Шаманская болезнь — в большей мере эгрегориальное (а не социально обусловленное) явление:

«Субъектом «шаманской болезни» становится чувствительный к воздействию трансперсонально-бессознательной сферы человек, у которого проникновение образов бессознательного в сознательное[395] оказывается наиболее интенсивным в пубертатный период,[396] что вполне естественно (интересно, что в Китае именно отроки — тун считались естественными медиумами и прорицателями). Вторжение образов как перинатального,[397] так и архетипического аспектов бессознательного[398] приводит к трансперсональному кризису — «шаманской болезни» — парапсихотическому состоянию. Содержание глубинных пластов психики является будущему шаману в образах, опосредованных его культурной традицией, — голосах и явлениях духов, божеств и т. п., маркирующих те или иные слои и пространства психического опыта.

Переживания посвящения оказываются своего рода глубинной психотерапевтической процедурой, в ходе которой трансперсональный кризис разрешается через завершенность перинатального переживания, кульминирующего в рождении (возрождении), а сфера трансперсонального[399] находит свободный доступ на уровень самосознания шамана, гармонически сочетаясь с ним и оказываясь в границах способности шамана к самоконтролю, что благоприятствует высокой степени реализации потенций его личности и интегрированное психики. Это достигается именно через опыт страданий (расчленения),[400] смерти, обновления и воскресения-возрождения».

Последняя выделенная жирным фраза — ещё одно свидетельство о как бы втором (эгрегориальном) рождении[401] (перинатальном переживании) в ходе инициации-посвящении. Ясно, что при этом врождённый психотип трансформируется в возрождённый и о втором нельзя сказать, что он во всех случаях предусмотрен Божией судьбой инициируемому человеку — разве что как необходимость этапа древнего развития. Это могло быть предусмотрено Свыше как позитив, соответствующий мере понимания древних людей в древнем шаманизме, но только не позже.

Последнее, что в этом разделе заслуживает внимание — основная причина, которая приводит к возможности инициации человека эгрегором с помощью учителей. В шаманизме переход от религиозной убеждённости к эгрегориальному возрождению а также — к подтверждению позиций веры (о перерождениях) эгрегориальными галлюцинациями, связан с понятием «промежуточного состояния»:

«Если мы вспомним, что в индо-тибетской тантрической традиции существовал определенный тип психотехники (йоги), направленной на переживание практикующим этого «промежуточного состояния» между смертью и новым рождением, а само это состояние рассматривалось как определенный уровень развертывания индивидуального сознания, содержание которого обусловлено предыдущим опытом и верованиями умершего («каждый после смерти видит то, во что он верит»).

Не исключены шаманистские корни этой йоги промежуточного состояния, хотя цели шаманского и тантрического вхождения в него совершенно различны: шаман на этом уровне развертывания психики, воспринимаемом им в качестве объективной реальности, ищет похищенную душу больного или провожает душу умершего; а йогин стремится к обретению просветления, которое как уникальный шанс спастись, согласно этой традиции, получает на мгновение любой умерший, но не умеет, как правило, этим шансом воспользоваться.[402] Однако в любом случае мы встречаемся здесь со своеобразным путешествием в различных слоях бессознательного».[403].

Без твёрдой веры (религиозных убеждений — что является прерогативой воли и сознания человека), всегда предшествующей инициации и психотехникам — передача психики эгрегору в качестве «зомби» в принципе невозможна. Сознание и воля могут и должны противостоять эгрегориальному вмешательству у человека, а изменение нравственности позволяет отстраиваться от влияния всех без исключения довлеющих над волей эгрегоров.

Психотехники буддизма.

Мировоззренческая основа буддийских психотехник сформулирована в ЧетырёхБлагородных истинах, суть которых мы рассматривали выше. В этом разделе мы вернёмся к их рассмотрению, прибегнув к помощи уже цитированной нами книги Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного», глава 3 «Расцвет психотехники в буддизме». В предыдущей главе 2 «Наука психотехники: индуистская йога» автор пишет об индуистской основе всех восточных психотехник:[404].

«Собственно, для обоснования предложенной нами концепции[405] достаточно было бы проанализировать религии Индии,[406] однако тогда возникло бы подозрение, что данная концепция применима только к данной региональной форме религии и не работает в других случаях (хотя при таком возражении был бы правомерен вопрос, каким образом религии Индии, будучи именно религиями, могут иметь особую, отличную от других религий природу). Поэтому мы предпочли обосновывать наши взгляды на более широком религиеведческом материале.

И тем не менее буддизм одновременно и индийская религия, несущая в себе все специфические особенности индийской культуры, ее шкалу ценностей (в формировании которой буддизм принял весьма существенное участие) и ценностные ориентации. И где бы буддизм ни распространялся, он всегда репрезентировал именно индийскую духовную культуру и ее традицию. Как бы ни трансформировался буддизм под влиянием культур иных народов (например, под воздействием китайской культуры на Дальнем Востоке), он всегда сохранял сложившееся в Индии доктринальное ядро, бывшее основой самотождественности буддизма во всех его региональных формах. И потому рассмотрение буддизма как религии Индии вполне оправданно, правомерно и естественно.

Теперь перейдем к вопросу о месте психотехники в системе религиозных традиций, сложившихся на индийском субконтиненте. Прежде всего сразу же отметим, что индийская психотехника ориентирована сугубо на самые глубинные трансперсональные состояния сознания и практически не интересуется уровнем перинатально-архетипическим (своеобразным исключением является тантра). Поэтому индийским религиям не свойственны мотивы смерти-возрождения, характерные для традиций с психотехнической ориентацией на перинатально-архетипический уровень[407] (элементы символики, связанной с этим уровнем, сохранились в индуистской космологии — образ Хираньягарбхи, Золотого Зародыша вселенной, — и в очень опосредованной религиозно-философской рефлексией форме — в буддийском понятии «татхагатагарбха» — Зароды— или Лоно Будды). Есть в санскрите и специальный термин для обозначения психотехники. Это йога».

Религиозные доктрины в индуизме и буддизме различны, «философия» — тоже. А психотехники весьма схожи:

«В индийских религиозно-философских учениях выделяются три взаимодействующих уровня: доктринальный, логико-дискурсивный (философский) и психотехнический (йогический). Первый из них представляет собой идеологический каркас системы. Это мировоззренческая база того или иного учения, не выводимая путем умозаключения, а декларируемая как некая базовая истина. Но что же является источником доктрины? В случае с индуизмом это ведическое откровение и содержащиеся в нем фундаментальные идеологемы (такие, как атман и Брахман). В случае с буддизмом — это трансперсональный (психотехнический) опыт его основателя».

Вышеназванным трём «взаимодействующим уровням» индийских учений в общем примерно соответствуют три части, на которые разбит Восьмеричный путь в буддизме:[408].

· Первая часть (ступени 1–2) связаны с нравственным поведением — началом «мудрости».

· Вторая часть (ступени 3–5) связны с подчинением сознания — воплощением нравственных критериев в жизнь.

· Третья часть (ступени 6–8) связаны с мудростью, приходящей в результате практического очищения сознания.

Е.А Торчинов совершенно справедливо выдвигает «гипотезу» о том, что основой религиозных систем индуизма и буддизма является Восьмеричный путь — его завершающие этапы, связанные с началом непосредственно психотехник, подготовка «сознания» (психики) к которым может быть весьма разнообразной:

«Мы постараемся обосновать гипотезу, что и в индуизме[409] в конечном итоге именно психотехнический опыт лежит в основе доктринального авторитета. Философия возникает впервые в качестве полемического диспута для отстаивания доктринальных принципов перед лицом иноверцев, но постепенно приобретает самоценность и собственную проблематику. Философия тесно связана с доктриной и психотехникой. Первая задает направление дискурсу и одновременно полагает его границы: например, ни один индусский (индуистский) философ не может в ходе философствования провозгласить идею несуществования атмана, поскольку это вывело бы его за пределы традиции; буддийский же философ, напротив, должен был оставаться в пределах доктрины анатмавады («не-я», «не-душа») и не допускать противоречащего доктрине субстанционализма (хотя, как мы увидим, бывали и довольно сложные и неоднозначные случаи). Что касается психотехники, то, с одной стороны, она выступала средством реализации религиозной прагматики (цели) учения[410] — освобождения, а с другой — снабжала философию сырым материалом, который и становился объектом ее рефлексии.

Чтобы понять это, рассмотрим вслед за В.И.Рудым и Е.П.Островской вопрос о носителе философского знания в индийской культурной традиции. Ими были исключительно члены монашеских сообществ или отшельники-йогины, занимавшиеся психотехникой и интересовавшиеся прежде всего природой сознания (психики) и способами (механизмами) ее перехода из профанического состояния в просветленное. Это обусловливало психологическую направленность индийской философии, предметом которой была психология (что превращало философию в значительной степени в своего рода метапсихологию).

Таким образом, йогический уровень не только был тесно связан со всеми другими уровнями, но и обладал значительно большей степенью автономности от них, чем они от него. Думаем, что мы можем считать психотехнический (йогический) уровень индийских систем ведущим и определяющим в архитектонике их структурного полиморфизма».

Восьмеричный путь буддизма, все его этапы — «философски» обоснованы Четырьмя Благородными истинами. Причины сансарического страдания признаются объективным фундаментальным фактором, избавиться от которого можно лишь персонально с помощью психотехник (Е.А.Торчинов «Религии мира: опыт запредельного», глава 3 «Расцвет психотехники в буддизме»):

«Что касается страдания, то под ним следует понимать принципиальную неудовлетворительность любой формы существования. По справедливому замечанию В.И.Рудого, сукха (удовольствие) в буддизме не противопоставляется дукхе (страданию), а включается в объем последнего понятия, ибо в сансарическом существовании любое наслаждение предполагает и страдание (недостаточная интенсивность наслаждения по сравнению с ожидаемой, его быстротечность, боль его утраты, мучительное стремление к его повторению и т. п.). Другими словами, существование неизбежно предполагает психологическую фрустрацию[411] как свою коренную характеристику. Страдание, согласно буддизму, не является следствием утраты некоего совершенного состояния (грехопадение),[412] а есть фундаментальная и безначальная характеристика существования как такового, что сильно отличает позицию буддизма от позиции других мировых религий».

Теперь последовательно рассмотрим все стадии восьмеричного пути,[413] то — как избавляются буддисты от земных наслаждений и страданий.

1. Правильное понимание, взгляды (Самма диттхи).

2. Правильная мысль, решимость (Самма санкаппа).

3. Правильная речь (Самма вача).

4. Правильное действие, поведение (Самма камманта).

5. Правильный образ жизни (Самма аджива).

6. Правильное усилие (Самма ваяма).

7. Правильная внимательность (Самма сати).

8. Правильное сосредоточение (Самма самадхи).

Первые две ступени называются в буддизме «этапами мудрости» («прадясня», «праджня»), что, по утверждению Е.А.Торчинова есть — понимание или «экзистенциально пережитое знание».[414] Экзистенция (человеческое существование);[415] основные модусы (проявления) человеческого существования — забота, страх, решимость, совесть; человек прозревает экзистенцию как корень своего существа в пограничных ситуациях (борьба, страдание, смерть). Считается, что, постигая себя как экзистенцию, человек обретает свободу, которая есть выбор самого себя, своей сущности, накладывающий на него ответственность за всё происходящее в мире.

Как видите, философская постановка вопроса о цели человеческого существования (о смысле жизни), которая соответствует двум первым этапам Восьмеричного пути — верная: этим буддизм и привлекает множество людей, стремящихся найти себя в жизни. Мало того, эта постановка вопроса совершенно справедливо включает в себя и правильный акцент на необходимость и важность поиска ответов на основные проявления человеческого существования (заботу, страх, решимость, совесть…), а также на назначение в жизни человека пограничных ситуаций (борьбу, страдание, постоянный выбор, обусловленный мировоззрением и нравственностью человека…). Неверные ответы.[416] Эти ответы полностью соответствуют общей фундаментальной мировоззренческой основе индоиранского Востока (посмертная «справедливость»), которую буддисты изложили на свой манер в Четырёх Благородных истинах.

Понятие «экзистенция» (экзо, от греческого exo — вне, снаружи, приставка, означающая: внешний, наружный, указывающая на связь с внешней средой) само по себе обязывает к созданию адекватной декларациям социологической доктрины — как оптимальном и гармоничном общественном строе, объединяющем всех людей общей целью земного существования. Ведь социальная среда — одна из самых главных, согласно постановке вопроса о проявлениях человеческого существования. В буддизме решили этот вопрос «раз и навсегда», попутно отыскав эффективный способ избавляться от лишних хлопот относительно пограничных ситуаций и переживаний, связанных с ними. Нравственность буддиста таким образом по мере прохождения первых этапов, приближается к стандартной догматической — тем критериям, которые зафиксированы первыми двумя ступенями Восьмеричного пути (правильное понимание, взгляды, правильная мысль, решимость). Правильные взгляды это — необходимость верить в Четыре Благородных истины. Правильная решимость — готовность овладеть своими чувствами и желаниями, стремление сосредоточиться на том, чтобы вести жизнь в соответствии с Четырьмя Благородными истинами.

Таким образом, цель жизни (по-буддийскому — существования) человека заключается в преодолении сансарических привязок, мешающих личностному «освобождению». Начавшись именно с этих «философских» позиций (Четыре Благородные истины), разворачиваются все дальнейшие этапы Восьмеричного пути. Речь, способ жизни, усилия буддистов направлены на выставленную религиозную цель. Не случайно слово «праджня» (первые два этапа пути) помимо смысла «понимание» имеет ещё два смысла «различающее знание» и «способность интуировать истинную реальность как она есть, помимо категорий и представлений рассудка субъекта и его рефлексий». Это свидетельствует о следующем:

· «Различающее знание» буддисты получают раз и на всю жизнь в процессе религиозного обучения, в основном на первых двух этапах Восьмеричного пути. Ясно, что это не Различение от Бога, а религиозные догматы, призванные стать нравственным руководством для буддистов на всю жизнь. В итоге Различение от Бога подменяется «пониманием» религиозных догматов и следованием им.

· В связи с перечисленным выше, мировоззренческая картина всех буддистов достаточно однообразна, устойчива, и её «мозаика»[417] основана на «интуировании истинной реальности как она есть, помимо категорий и представлений рассудка субъекта и его рефлексий». Интуирование (от латинского intuitio, intueor — пристально смотрю) это — субъективная способность выходить за пределы опыта путем мысленного схватывания (озарения) или обобщения в образной форме непознанных связей, закономерностей. Как видите, «интуирование истинной реальности» (формирование мировоззренческой картины мира) происходит на первых двух этапах Восьмеричного пути в основном через познание религиозных «истин» (правильные взгляды + решимость мыслить в соответствие с этими взглядами). На этой нравственной основе формируется мировоззренческая «призма» (система образных взглядов) в психике учеников, через которую они смотрят на реальный мир «помимо категорий и представлений рассудка». Иными словами, буддисты «озаряются» на базе того мировоззрения, которое они получили в процессе обучения на первых двух этапах. Это мировоззрение атеистично.

Опять могут быть возражения, мол буддисты учатся обретать Различение через способность интуирования истинной реальности…Но о каком Различении может идти речь, если буддисты не признают ни Бога, ни душу, ни судьбу?[418] От кого они могут ждать обретение Различения?[419] Все последующие этапы Восьмеричного пути, лишь убеждают правильности наших выводов.

Шила — этапы соблюдения усвоенных обетов и обретённой в процессе первых двух этапов нравственности. Если говорить ещё точнее, то на первых двух этапах (праджня) происходит нейро-лингвистическое программирование («зомбирование») психики учеников религиозными догмами, а на последующих трёх этапах (шила) ученики проходят жизненную проверку на устойчивость «зомбирования» — на психическую лояльность буддийской системе ценностей. Эти этапы («правильная речь», «правильное действие, поведение», «правильный образ жизни») являются для гуру и учеников своеобразной обратной связью, с помощью которой и те и другие убеждаются в степени соответствия жизни учеников — религиозной нравственности.

Согласно третьей ступени, правильная речь должна быть — правдивой, благожелательной, миролюбивой, лишённой напрасной болтовни и ненормативной лексики. Как известно, речь, особенно если язык соответствует возникающим в психике образам, является выражением этих субъективных образов в единообразно понимаемой обеими сторонами (учениками и гуру) системе лексической языковой символики. Через правдивую[420] речь ученик показывает своё миропонимание, которое соответствует его мировоззренческой «мозаике» и религиозной нравственности. Нелживость обеспечивает адекватное соответствие речи миропониманию (отсутствие двойных стандартов), что крайне важно для качественной проверки истинных целеустремлений ученика на соответствие его мировоззрения (миропонимание основано на мировоззрении) — религиозной нравственной системе «координат». А благожелательность, миролюбивость, отсутствие напрасной болтовни и ненормативной лексики является определённой гарантией от возможности несанкционированного «случайного» вторжения в нравственно-мировоззренческую картину учеников — чуждых нравственных стандартов, основанных на ином миропонимании.[421].

На четвёртой и пятой ступенях ученики проходят практическую проверку на двойные стандарты — на соответствие их речевых деклараций, целеустремлений (результат усвоения религиозных норм) и поведения в конкретных жизненных ситуациях. Эти ситуации чуть выше были названы пограничными ситуациями и связанны с основными проявлениями человеческого существования (забота, страх, решимость, совесть…). Правильное поведение (четвёртая ступень) основано на не причинении вреда всему живому, воздержании от чувственных удовольствий, воздержании от умышленного поиска выгоды. Правильный образ жизни (пятая ступень) — социальное выражение Правильного поведения. Это мирный, честный, чистый образ жизни, некорыстное отношение к жизни, получение только заслуженного.

Короче говоря, в системе ценностей религии есть огромный набор стандартных пограничных ситуаций (жизненных ситуаций) и соответствующий каждой из них набор «эталонных» проявлений человеческого существования. Все проявления помимо «эталонных» считаются «привязками» к удовольствиям, приводящими к «страданиям». Следование «эталону» — есть буддийская свобода. Ясно, что это всего лишь разновидность религиозных системных ограничений под весьма благообразной вывеской.

Опять многие скажут, мол, декларации весьма благородные, что же тут плохого, если все будут жить согласно им? — Главное: во имя чего нужен такой социальный порядок.[422] Ответ на этот вопрос находим в описании шестой ступени (первой ступени третьего этапа).

Третий этап (самадхи), 6–8 ступени — этап сосредоточения предполагает собственно йогу, «благодаря» которой в конечном итоге и достигается нирвана. Предыдущие этапы, собственно, являются необходимым предварительным условием успешного занятия йогой (подобно ступеням яма и нияма в индусской йоге).

Шестая ступеньВосьмеричного пути — правильное усилие. Считается что в ходе этого этапа ученики обретают способность к усилию, направленному на достижение четырёх великих целей:

· Избегать всего, что мешает спасению.[423].

· Победить то, что привязывает к жизни.[424].

· Развить достигнутые успехи.[425].

· Сохранить накопленные заслуги.[426].

Если обобщить эти «великие цели», то усилия (цели) учеников направлены на обретение и накопление «заслуг», которые, согласно буддийским Благородным истинам, позволяют улучшить либо исчерпать карму во имя лучшего перерождения «сознания» в будущей жизни, либо полного освобождения от сансары (аналог библейского рая). Иными словами, буддисты выслуживаются перед неким космическим универсумом в земной жизни, чтобы обрести мифическую свободу.

Чтобы не повторять здесь критерии Человечности, которые мы увидели, изучая истоки восточного дуализма и связанные с ним религиозные иллюзии — следует перечитать Заключение к главе «Религиозная система древнего Ирана» пятой книги курса «Сравнительное богословие». Ниже мы приведём лишь заключительный вывод (с некоторыми изменениями и добавлениями), указывающий на те религиозные иллюзии, которые являются критериями нечеловечного понимания смысла жизни.

Смысл жизни (который всегда выражался у людей в поиске Высшей Справедливости) не состоит в заслужении посмертного воздаяния, как учит идеалистический атеизм церквей. Но смысл жизни не состоит и в обретении посмертных (или даже пожизненных) славы, почёта и общественной признательности («за заслуги перед Отечеством»), что приравнивалось в советский период к «бессмертию». И то и другое — людское выражение холопско-господских отношений (что характеризует внутреннюю трусость людей): первое — холопство перед Богом,[427]«космическим универсумом»; второе — холопство перед скрывшимися за громкими и красивыми лозунгами о справедливости «господами».[428] Состоявшемуся Человеку не должно быть свойственным искать стимулирования его мыслей и поступков страхом перед «господами» (и любыми другими людьми) или «Господом», «космическим универсумом», либо поощрением оттуда же.[429] Праведность надо распространять на Земле добровольно, сообразуя её критерии с Богом с помощью Языка Жизни. Также добровольно нужно служить Отечеству — а не из желания прославиться перед людьми (а тем более «элитой») и заслужить «вечную память». Но почувствовать, что стоит за этими словами, можно лишь пребывая хотя бы близко к Человечному типу строя психики (и хотя бы иногда), который лишь один сопричастен Божией Любви, что проявляется в умиротворённости человека, признающего всех людей добрыми.[430].

Иными словами, Бог терпеливо ожидает, когда люди созреют до того, что смогут обходиться совсем без религиозных и идейно-социальных стимуляторов их мыследеятельности и поведения (психических стимуляторов),[431] а последние будут во всех случаях земной жизни соответствовать Божией Праведности. Богу не нужны «зомби»-исполнители: Ему нужны добровольные помощники, наместники, которыми не надо руководить, будто выпасаемым стадом.[432] На пути движения к этой цели общество впало в массовую имитацию праведности, что выразилось в благообразности многих религиозных систем, из которых самым благообразным и загадочным (из-за психотехник) выглядит буддизм.

Праведности по религиозному убеждению из страха посмертного наказания, и/либо из вожделения посмертного «блага» (и других разновидностей религиозных и светско-идейных стимуляторов — производных от этих) быть не может. Это не праведность, а имитация праведности людьми, находящимися в не Человечных типах психики (преимущественно — «зомби»). Праведность обретается лишь в Человечности (в Человечном типе психики), которая не совместима с доктриной посмертного воздаяния, но всегда направлена на общественную Справедливость.

Так что шестая ступень буддийского пути[433] является своеобразным «доказательством» того, что буддисты впали в изощрённую имитацию праведного образа жизни и связанных с ним усилий. Но, как мы уже говорили, буддийская система для очень многих людей, тяготеющих к атеизму — весьма привлекательна. Это связано с тем, что буддизм не только умело имитирует праведный образ жизни, но последними ступенями Восьмеричного пути предоставляет особо продвинутым ученикам возможность убедиться в том, что они достигли вершины «просветления». Если обретение психикой Человечности характеризуется умиротворённостью человека, признающего всех людей добрыми, то имитация этой умиротворённости предоставлена психотехниками буддизма — собственно йогой.[434].

Но разница всё же имеется, даже если у большинства людей нет возможности сравнить состояние Человеческой умиротворённости и буддийского «просветления» (вплоть до нирваны): чем ближе к буддийской нирване — тем больше безумия[435] (отключка сознания, ясновидение, бесчувственность к жизни, бессознательные видения). Человек же должен всегда сохранять ясным ум (разум), и нормальную (как мы это описывали в первой книге курса) согласованность работы сознания и бессознательных уровней психики, напрямую связанную с нравственным развитием.

Шестая ступень Восьмеричного пути предполагает настойчивость в занятиях духовной практикой. Поскольку шестая ступень приближает ученика не к праведному образу жизни, а к безумному бегству от мирских страстей и страданий, обретаемая в ходе шестой ступени настойчивость — ничто иное, как одержимость алгоритмикой эгрегора буддийской религиозной системы. Эта одержимость — следствие обучения на всех предыдущих этапах, включая и шестой. Таким образом, обретение устойчивой одержимости и её дальнейшее совершенствование (последние три ступени) и является сутью психотехник Востока.

Следующая седьмая ступень — правильное внимание (памятование) предполагает полную поглощенность духовной практикой на трёх уровнях: физическом (тело), вербальном (речь) и психическом (мысль), а также созерцательное рассмотрение природы сознания.[436] Если сравнивать индусскую йогу и буддийский Восьмеричный путь, то седьмой ступени последнего примерно соответствуют индусские ступени с 3 по 7 включительно[437] (подробно см. пятую книгу курса главу «Религиозная система древней и современной Индии»). Правильное внимание ещё называют активной бдительностью сознания (психики), концентрация его на четырёх задачах:

1. Отречение тела от осознания своего единства с ним, выработка привычки видеть в нём исключительно внешний объект по отношению к своему «Я».

2. Отречение от чувств, освобождение от их влияния, из-за которого мы привязываемся к жизни, рассмотрение их как быстротечных телесных функций.

3. Отречение от мыслей, которые порождаются нашими чувствами и эгоистическим «Я» и побуждают человека к действиям, превращающим его в заложники сансары.[438].

4. Отречение от объектов мыслей, т. е. от предрасположенности воспринимать окружающий мир через его внешние материальные проявления.

В общем, эти четыре задачи решают проблему окончательного отречения личности от Языка Жизни по всем возможным параметрам таковой связи с одновременным овладением способностью «концентрации» на иллюзиях восточной духовности. Именно с этого момента и начинается знаменитая буддийская «просветлённость». А заканчивается «просветление» — нирваной.[439].

Рассмотрим четыре вышеприведённые задачи. Понять, о каком отречении идёт речь в первой задаче, можно, вспомнив, что в буддизме подразумевают под собственным «Я». Понятно, что речь идёт о том, что тело нужно считать объектом управления, субъектом управления которым является собственное «Я» — либо сознание, по-буддийски. Обратимся к книге Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного», глава 3 «Расцвет психотехники в буддизме»:

«Об атмане в собственном смысле (то есть как об абсолютном субъекте, истинном Я упанишад) в буддийских текстах (по крайней мере, ранних) вообще ничего не говорится, равно как ничего не говорится о теории тождества атмана и Брахмана. Собственно, если большинство упанишад и многие ведантисты говорят об атмане как абсолютном субъекте, трансцендентном содержанию эмпирического сознания, которое в конечном итоге вполне объектно и вполне может быть описано в предикативной форме («я думаю», «я чувствую», «я желаю», «мои чувства», «мои мысли» и т. д.), то буддисты утверждают, что все известные состояния сознания с его содержаниями не есть атман, или (что то же) отрицают понятие атмана как корректное для обозначения эмпирической личности. Ничто, известное нам из опыта, как внутреннего, так и внешнего, не является атманом, заявляют буддисты. Вряд ли это так уж сильно противоречит атмаваде упанишад, как это обычно предполагается. Ведь и в них атман скорее трансцендентальное условие психического опыта, нежели нечто, относящееся к его содержанию, организации или субстанции. Другое дело, что ранний буддизм, не отрицая учение об атмане, данное в упанишадах, и не утверждал его, храня о нем полное молчание и разрабатывая совсем другие пласты философии сознания. Что же касается позднего буддизма, то, как мы увидим, он в значительной степени конвергировал с ведантой, в другой терминологии и другом теоретическом контексте вернувшись, по существу, к знаменитой формуле упанишад: «Этот атман есть сам Брахман»».

В разделе «Теория всеобщей изменяемости» мы рассматривали буддийскую версию происхождения собственного «Я». Согласно ей, сознание и физическое тело представляет собой сборку дхарм, соответствующую кармическому предопределению. Если сознание (психика) освободится от сансарических привязок, то собственное «Я» объединится с нирваной, что равнозначно самоустранению из всех земных сфер, уходу в «Космос».

Но то же самое мы видим и у индусов, о чём и пишет в приведённом выше отрывке Е.А.Торчинов. У индусов мокша приравнивается к Атману, а у буддистов нирвана к «Космосу», полному «просветлению». Пока же этого не достигнуто, на седьмой ступени буддисты учатся постепенно отрекаться от собственного «Я» — того, которое считается рецедивом не «просветлённого» сознания и оказывает влияние равнозначное субъекту управления на физическое тело (объект). Подлинное «Я», как считается на Востоке, может быть постигнуто лишь в состоянии будды (к чему и стремятся): в индуизме это объединение с Атманом самадхи[440] — «вершина, пик сосредоточения, транс, ведущий к состоянию освобождения. Во время самадхи всякая психическая деятельность (психика понимается в йоге как одно из материальных образований) прекращается, и тогда трансцендентный дух, пуруша, подлинное «я», являет свою истинную природу».

Рассматривая в пятой книге курса индусские «определения» Атмана, мы сделали вывод, что ониподходят под определение эгрегора, управляющего всеми нечеловеческими психиками людей и позволяющего людям пребывать в состояниях разных стадий восточного «освобождения». То же самое и в буддизме.

Иными словами буддийско-индусский идеал собственного «Я», к которому стремятся верующие — «просветлённость», когда субъектом управления их личности (физической и психической составляющих) исключительно через бессознательные уровни психики[441] станет внешний объект под индусским названием Атман, что имеет в буддизме эквивалент достаточно абстрактного «Космоса».[442] На стадии первой рассматриваемой нами задачи седьмой ступени пути ученики приучают свою психику считать все физиологические привязки организма лишними, что необходимо для будущего объединения с «Космосом». Этому соответствуют определённые йогические упражнения в ходе которых практикуются отключение стандартных реакций психики на раздражители,[443] воздействующие на тело.

Перейдём ко второй задаче: отречение от чувств, освобождение от их влияния, из-за которого мы привязываемся к жизни, рассмотрение их как быстротечных телесных функций. Если первой задаче в индусской йоге можно найти соответствие в третьей и четвёртой ступенях (асана - позы, пригодные для медитации, созерцания; пранаяма — дыхательные упражнения), то второй задаче можно грубо сопоставить пятую ступень (пратьяхара - отвлечение чувств от предметов чувств, достижение бесстрастия).

Вторая задача касается уже не физического тела (считается, что физиологию тела уже научились отделять от влияния «лишних» психических импульсов в ходе первой задачи), а — психики. В ходе её буддисты обучаются не реагировать на внешние чувственные раздражители, которые воздействуют не на физическое тело, а на органы чувств (в основном — уровень сознания: зрение, слух, вкус, обоняние, осязание).

Третья и четвёртая задачи (отречение от мыслей, которые порождаются нашими чувствами и эгоистическим «Я» и побуждают человека к действиям, превращающим его в заложники сансары; отречение от объектов мыслей, т. е. от предрасположенности воспринимать окружающий мир через его внешние материальные проявления) — примерно соответствуют шестой и седьмой ступеням индусской йоги (дхарана - сосредоточение на избранном объекте; дхъяна — созерцание, медитация).

В то же время шестая и седьмая стадии йоги являются уже стадиями вхождения в транс и могут относиться к восьмой ступени Восьмеричного пути — Правильному сосредоточению. Однако нужно не забывать, что на седьмой ступени Правильное усилие или внимание (которую мы рассматриваем) происходит обучение приложению усилий (предподготовка к трансу) — в ходе которого обретаются необходимые автоматизмы. Именно поэтому седьмая ступень называется усилием (либо вниманием), вслед за которым должно происходить сосредоточение.

Приведём одно из описаний сосредоточения-созерцания. «Что касается элемента, так называемого «сосредоточения» или углубления мысли, то он также в зачаточном виде имеется налицо в каждом, хотя бы и самом простейшем, акте познания. Это просто факт направления на что-либо своего внимания. Внимание есть простейший вид самоуглубления как особого психического элемента. Путем специальных упражнений эта обыкновенная способность внимания может быть развита. Тогда достигается совершенно особое состояние: созерцаемый предмет, или мысль, на которую усиленно направляется внимание, начинает занимать целиком все сознание и вытесняет из него всё остальное. Достигается устойчивость одной картины, состояние транса, завершающееся иногда каталепсией.[444] Способы и предметы таких упражнений над сосредоточением внимания подробно описаны в буддийской литературе. Все почти буддисты много ими занимаются. Сам Будда Шакьямуни посвящал им часть своего обычного дня…

Это то средство, или одно из тех средств, через которые постепенно достигается конечное успокоение мирового процесса жизни. Отдельные элементы перестают функционировать, перестают проявляться в жизнь, и, прежде всего перестают являться, окончательно исчезают страсти, привязанности, элементы суетные, греховные. Среди прочих элементов бытия есть много таких, которые нейтрализуются и перестают являться вследствие одного только прозрения истины путем правильного познания. Но другие могут быть уничтожены только самоуглублением и экстазом мышления. Тот, кто достиг полного навсегда уничтожения всякого волнения, называется Буддой».

В ходе третьей и четвёртой задач седьмой ступени происходит выработка навыков отключения психики и отстройки биополей от всего, что считается несовместимым с чистотой освобождаемого «Я». Следует напомнить, что своё собственное сознание (психику) люди ведического Востока считают «нечистой»,[445]«привязанной» к земным чувствам и мыслям до тех пор, пока психика не избавится от этих привязок. Полная бесчувственность ко всему, что связано с субъектностью индивида — означает открытие ему возможностей для транса.

Сам же транс возможен лишь в состоянии полной бесчувственности и безумия — когда индивид становится полноценным объектом управления эгрегора, обеспечивающего состояние транса. Никаких посторонних физических и биополевых чувствований, связанных с ними мыслей, а также мыслей, вызванных работой интеллекта (ума) к моменту наступления транса быть не должно. Сосредоточение на выбранном объекте медитации[446] (им может быть воображаемый объект, не обязательно вещественный символ) обеспечивает полное самоустранение от всех остальных объектов, вызывающих «нечистые» мысли.[447] Только после вхождения в состояние бесчувственности и безумия эгрегор даёт «добро» на слияние психики медитирующего с его алгоритмикой. В этом состоит защита эгрегора от постороннего несанкционированного вторжения[448] — «нечистых» мыслей, вызванных даже непроизвольным влиянием на индивида Языка Жизни.

Восьмая ступень Восьмеричного пути — Правильное сосредоточение. Несмотря на мифические сказания о том, что состояния полной нирваны (освобождения от сансары) достигают лишь будды, растворяющиеся в «Космосе», ей соответствуют вполне определённые описания разных людей, которые отнюдь не исчезли с Земли и не являются воплощениями будд.[449] Иными словами, достижение транса-нирваны — дело вполне возможное для тех, кто поверил в теорию «просветления», встал на её путь и успешно занимался йогическими практиками.

Согласно преданию, сам Будда Гаутама неоднократно подчёркивал, что Восьмеричный путь — не лестница, по которой нужно карабкаться, преодолевая ступень за ступенью. Просветления можно достичь только одновременным культивированием каждого из его аспектов в единстве со всеми остальными. В соответствие с этим люди распределялись по всему спектру способностей: от весьма посредственных до высших. Кроме этого, буддисты стараются по возможности избегать буквы «канонов» и придерживаться лишь практического опыта. Но всё же именно в «канонах» люди разделены по способностям и в соответствие с последними, менее способные нуждаются в большей лексической подготовке:[450].

«Очень рано было замечено, что сутры содержат разные концепции и зачастую противоречат друг другу. Тогда буддийские герменевты выделили два типа сутр: нитартха и нейартха. Первый тип — сутры «окончательного значения», не требующие никакой дополнительной интерпретации и предназначенные для людей высших способностей, могущих прямо и без околичностей понимать учение Будды. Второй тип — сутры «условного значения», требующие дополнительной интерпретации и предназначенные для людей или посредственных способностей, которых нужно постепенно готовить к пониманию собственно Дхармы, или же для людей, привязанных к ложным учениям тиртхиков (небуддистов). Но проблема состояла в том, что каждая школа начала считать именно сутры, на которых базировалось ее учение, «окончательными», тогда как сутры, базовые для других школ, расценивались как "условные"».[451].

Считается, что индивид, прошедший Восьмеричный путь, достигает сначала «просветления» (самадхи), а потом и нирваны. Слово «нирвана» в переводе с санскрита означает «угасание».[452] Это — внутреннее состояние, когда угасают, притупляются все чувства и привязанности, а вместе с ними и восприятие окружающего мира. Это внутреннее угасание чувственности и телесности словно освобождает индивида от страдающего «Я»[453] и жажды жизни, которая тянет всех живых существ к бесконечным перерождениям. Тем самым отменяется власть кармы, и «просветлённый» таким образом мудрец растворяется в абсолютном покое.[454].

Приведём некоторые «канонические» и мифические описания нирваны, чтобы попытаться вообразить, чего добиваются буддисты и проверить наши выводы, сделанные выше. Прежде чем его привести, Е.А.Торчинов комментирует нижеприводимый текст следующим образом: «Основная схема буддийской медитации базируется именно на практике шаматха-випашьяна. Вот как о ней говорится в махаянском трактате (приписываемом Ашвагхоше, I в., но, видимо, созданном в Китае в VI в.) «О пробуждении веры в Махаяну» («Махаяна шраддхотпада шастра», кит. «Да чэн ци синь лунь»)»:

«Если человек хочет практиковать «прекращение», ему следует оставаться в спокойном месте и сидеть прямо в спокойном расположении духа. Его внимание не должно сосредоточиваться ни на дыхании и ни на какой форме или цвете, ни на пустом пространстве, ни на земле, воде, огне, ветре и ни на чем из того, что может быть видимо, слышимо, вспоминаемо или мыслимо. Все мысли по мере их возникновения должны пресекаться, и даже мысль о пресечении мыслей должна быть отброшена прочь, так как все вещи в своей сути находятся за пределами мыслимого и не создаются с каждым новым моментом времени и не разрушаются в каждый новый момент. Так можно обрести единство с сущностной природой реальности (дхармата) через практику прекращения. И не следует понимать это так, что вначале надо созерцать, сосредоточившись на объектах органов чувств, находящихся вовне, а потом отрицать их вместе с созерцающим их сознанием. Если сознание блуждает, его следует вернуть назад и сосредоточить на «правильной мысли». Следует понимать, что «правильная мысль» заключается в том, что мысль, какой бы она ни была, есть лишь одно только сознание, и не существует никакого внешнего мира объектов помимо сознания, и даже это сознание лишено каких-либо своих собственных свойств, которые указывали бы на его субстанциальность, и поэтому не может быть мыслимо субстанциально как таковое ни в один из моментов времени.

Тот, кто практикует аналитическое созерцание, должен наблюдать то, что все обусловленные явления в мире являются непостоянными и находятся в процессе постоянного изменения и разрушения; что все состояния сознания возникают и исчезают с каждым новым моментом времени и что поэтому все это предполагает страдание. Ему следует созерцать, что все, мыслимое как прошлое, есть лишь иллюзия, подобная сновидению, что все, что может мыслиться как настоящее, есть лишь подобное вспышке молнии и что все, что может мыслиться как будущее, есть лишь подобное облакам, внезапно разгоняемым ветром. Ему также следует созерцать, что всякое телесное существование всех живых существ в мире является нечистым и что среди всех этих презренных вещей нет ни одной, способной вызвать радость. Ему следует рассуждать следующим образом: все живые существа с безначального начала, будучи пропитанными неведением, позволяют своему сознанию оставаться на сансарическом уровне. Они уже страдали от великих бед, связанных с телом и психикой, они в настоящее время находятся в состоянии перенесения неисчислимых форм гнета и подавленности, и в будущем их страдания также будут беспредельными. Эти страдания трудно отбросить, трудно стряхнуть, и тем не менее эти живые существа не осознают того, что они находятся в таком плачевном состоянии, и посему они в высшей степени достойны сострадания… Гуляя, стоя, сидя, лежа или вставая, он должен практиковать и прекращение, и созерцание одновременно».

Состояние бесчувственности (частичной, либо полной — «прекращения») достигается в процессе йогических упражнений лишь в религиях ведического Востока. Их назначение — практическое подтверждение теории о сансарических привязках, которого добились последователи восточных религий, практикуя медитативные методики в течение многих веков. Как мы уже говорили ранее, йогические упражнения сопровождаются изменением «нормальной» (привычной для большинства людей) физиологии организма. Эти изменения завязаны на перераспределение обмена веществ между компонентами организма и тканями, вызываемое способностью искусственного перераспределения носителей сигналов, называемых в медицине медиаторами. Таким образом буддисты искусственно достигают состояния умироворённости (имитации Человечности), оставаясь в нечеловечном типе психики. При Человечном типе психики подобного рода процессами в организме (но в наилучшем исполнении) естественным образом управляет сама психика без надобности применения специальных йогических усилий со стороны субъекта, что одновременно обеспечивает и физическое здоровье. Чуть ниже мы увидим, что этот процесс нормально должен быть связан с позитивной динамикой нравственности.

В самом конце раздела «Антидиалектичность буддизма» (пред тем как перейти к теме главы «Восьмеричный путь») мы показали принципы, по которым формируется нравственность буддистов. Наши рассуждения были связаны с ролью и местом эмоций (положительных и отрицательных) в жизни человека, в формировании его нравственности. Эмоции — это плотно упакованная информация, поступающая из бессознательных уровней на уровень сознания. Но, прежде чем это произойдёт, информация должна поступить на бессознательные уровни через шесть органов чувств человека — из внешней по отношению к человеку среды. Как мы увидели из механизма психотехник Восьмеричного пути (особенно шестая и седьмая ступени), буддисты учатся с помощью «правильных усилий» (шестая ступень), вслед за которыми начинается непосредственно йога (7 и 8 ступени) — избегать всего, что мешает спасению, привязок к жизни, отрекаться от тела, чувств, мыслей. Иными словами буддисты, после получения некоего нравственного стандарта (1–5 ступени — «просветление», связанное с «вычищением» психики), обучаются ещё и особым образомзакрываться от «лишней» информации, поступающей через их шесть органов чувств из внешней среды.

Говорить о том, что в результате психотехник информация не поступает в «сознание» (психику) буддистов — не правильно: какая-то часть поступает, но в адаптированном виде, пройдя «преломление» через «изменённое сознание». Под последним термином, который употребляют буддисты надо понимать все каналы поступления и обработки информации, взятые под контроль психотехинками — изменённые йогой.

Как мы уже знаем,[455] иллюзорным миром в буддизме названы — информация, убеждения, обретённые индивидуальной психикой верующих людей (мировоззрение, миропонимание и соответствующая им нравственность) в начальный период ученичества. В этот период ученики занимаются тем, что приучают себя избавляться от «эмоций, которые преобладают над разумом» (что имеет место в реальном мире буддистов) с помощью буддийской теории и практик. По мере избавления от эмоций, свойственных жителям реального мира, полного страданий — ученики избавляются от иллюзорности мира (всего «лишнего», не соответствующего буддийской «чистоте сознания» — психики) и готовятся перейти в мир чистого сознания — как считают буддисты.

Иллюзорный мир это уровни с 12 по 27-й[456] — составляют формы (видимо, субъективные образы, понятия, убеждения), которые возникают в сознании (психике) медиатора[457] (в общем смысле это понятие «медиатор» означает — средство побуждения к действию, сигнал), поэтому их содержание в достаточной степени индивидуализировано (что в буддизме не приветствуется). Но считается, что сферы иллюзорного мира составляют последовательность попыток верующего осмыслить при помощи каждой из четырёх Благородных истин содержание трёх остальных. Иными словами, иллюзорным миром характеризуется некое переходное состояние психики верующих буддистов, которое свойственно в период обучения.

При рассмотрении понятия иллюзорный мир слово «медиатор» употребляется как средство, побуждающее психику реагировать на внешние раздражители определённым образом[458] (так, как это оригинально сложилось у индивида по жизни на период начала ученичества) — что в буддизме считается не верным, иллюзорным восприятием, от которого нужно избавляться, чтобы достичь «свободы». Не вдаваясь в подробности того, как в нашем понимании нужно правильно реагировать на медиаторы (этим мы займёмся позже), скажем, что одним из главных «медиаторов», предназначенных для правильного согласования уровней психики (настройки психики) и формирования праведной нравственности являются эмоции (о чём мы говорили в разделе «Антидиалектичность буддизма»). Буддисты же учатся избавляться от нормального (в смысле «как у всех») влияния на психику большого спектра медиаторов, как можно понять из практик йоги. Поскольку отменить влияние внешних «медиаторов» (раздражителей) на своё биополе и органы чувств, буддисты не могут, логично предположить, что они работают со своим внутренним миром — физиологией и психикой. Да и сами буддисты говорят о том же, считая восприятие иллюзий реального мира — следствием неправильной настройки «сознания».

Поскольку изменения касаются организма буддиста в целом, логично рассмотреть термин «медиатор» с медицинской точки зрения. Медиаторы (нейромедиаторы) — (от латинского mediator — посредник), химические вещества, молекулы которых способны реагировать со специфическими рецепторами клеточной мембраны и изменять ее проницаемость для определенных ионов, вызывая возникновение (генерацию) потенциала действия — активного электрического сигнала.Выделяясь под влиянием нервных импульсов, медиаторы участвуют в их передаче с нервного окончания[459] на рабочий орган и с одной нервной клетки на другую, в том числе и на нейроны головного мозга.[460].

В общем, йогические практики, направленные на отречение от чувств и мыслей, приводят к ослаблению воздействия целого спектра медиаторов (вплоть до полного прекращения их воздействия) в смысле передачи импульсов (информационных сигналов, имеющих определённое значение) от нервных окончаний органов чувств на рабочие органы, клеточные структуры и в первую очередь на нейронные структуры головного мозга. Конечно, практикуя йогу, буддисты ничего подобного не знали (и не знают): они следуют за результатом, обучаясь практическому опыту и руководствуясь «космогонической» теорией.[461] Результатом такого рода почти полного отречения от чувств и мыслей является состояние нирваны (своеобразное поощрение за якобы «праведность»).[462] Рассмотрим это состояние с позиции нравственных критериев.

Приведём «канонический» текст из вопросов царя Милинды почтенному Нагасене[463] (выделения жирным и сноски наши):

«— Почтенный Нагасена! Нирвана — это полное счастье или же оно смешано с тяготой?

— Нирвана есть полное счастье, государь, она не смешана с тяготой.

— Нет, почтенный Нагасена, мы не согласны с утверждением, что нирвана есть полное счастье. Мы полагаем, почтенный Нагасена, что нирвана смешана с тяготой; мы и обоснование тому предоставим, что нирвана смешана с тяготой. Обоснование это вот каково: у всех тех, кто взыскует нирваны, почтенный Нагасена, и в теле и в мыслях заметны утруждения и натуга, ограничение в том, как стоять, ходить, сидеть, лежать и есть, подавление сна, сдерживание деятельности чувств, отказ от имения и состояния, разлука с любимыми, родственниками и друзьями. Те же все в мире, кто счастлив и исполнен счастья, тешат и ублажают пять своих чувств пятью чувственными усладами….[464] Вы же зрение, слух, обоняние, вкус, осязание и ум давите и задавливаете, тесните и утесняете, гнетёте и угнетаете, отчего и тело утруждается, и мысль утруждается, а утруждённая мысль испытывает душевную боль….[465] Таково то основание, на котором я утверждаю, что нирвана смешана с тяготой.

— Нет, государь, нирвана не смешана с тяготой, нирвана есть полное счастье. Что же до тяготы, которую ты назвал нирваной, государь, то эта тягота есть не нирвана, но начальная часть осуществления нирваны, это искание нирваны.[466] Сама же нирвана есть полное счастье, государь, и не смешана с тяготой. Сейчас я это обосную… Сначала все, кто взыскует нирваны, утруждают тело и мысль, ограничивают себя в том, как стоять, ходить, сидеть, лежать, есть, подавляют сон, сдерживают деятельность чувств, не щадят ни тел, ни самой жизни и в тяготах взыскуют нирваны, [а затем] наслаждаются в нирване полным счастьем, словно разбившие неприятелей[467] цари — царским счастьем. Одним словом, государь, нирвана есть полное счастье и не смешана с тяготами. Нирвана — это одно, а тяготы — это другое».

Как видите, чувственные материальные «животные» услады подменяются наслаждениями в нирване. И тут и там смысл жизни — наслаждения. Только чисто «животные» материальные наслаждения заменяются духовными наслаждениями «зомби». Разница всё же есть: употребляя понятие «царское счастье» Нагасена, не ведая того (это прёт из бессознательного с соответствующей «элитной» нравственностью), подсказывает царю, что толпо-«элитаризм» можно сделать весьма привлекательным и устойчивым лишь, превратив всех подчинённых в «зомби», избавившихся от доминирования «животных» инстинктов и удовольствий, чем самым можно даже сэкономить и на затратах, обусловленных содержанием «животной» толпы. Такова нравственность буддистов, которую явил «мудрец» Нагасена. Продолжим цитирование «канонов», касающихся буддийской нравственности:

«— Почтенный Нагасена, есть ли такое место — будь то на востоке, будь то на юге, будь то на западе, будь то на севере, будь то наверху, внизу, сбоку — где находится нирвана?

— Нет, государь, нет такого места ни на востоке, ни на юге, ни на западе, ни на севере, ни наверху, ни внизу, ни сбоку, где бы находилась нирвана… Пользуясь подлинным вниманием истинно-делающий осуществляет нирвану. Скажем, государь, огонь ведь существует, но места, откуда он берётся нет. Тот, кто трёт две чурки одну о другую, то и получает огонь. Вот точно так же, государь, нирвана есть, но места, откуда она берётся, нет. Осуществляет нирвану истинно-делающий, пользуясь подлинным вниманием…

— Хорошо, почтенный Нагасена, пусть нет места, откуда берётся нирвана. А есть ли такое место, почтенный, находясь в котором истинно-делающий осуществляет нирвану?

— Нравственность, государь — вот это место.[468] Стоя на почве нравственности и пользуясь подлинным вниманием, истинно-делающий осуществляет нирвану, где бы он ни находился…».

Нагасена, конечно, имел в виду некую абсолютную («божественную», «космическую») нравственность, которой достигают «просветлённые» буддисты. Но это не так, он заблуждался: мы уже знаем, что невозможно даже приблизиться ко многим нравственным критериям праведности, обретения которых ждёт от людей Бог, следуя в жизни доктрине посмертной «справедливости». Этим самым люди поддерживают толпо»-элитаризм» на Земле, пусть даже бессознательно, благонамеренно, что не поддерживает Бог. Тем более что буддийская нравственность — ни какая-то абстрактная и неописуемая никак нирвана,[469] а вполне конкретный (огромный, но всё же объемлемый) перечень соответствий описаний жизненных ситуаций и их «канонических» оценок «хорошо», «плохо» «следует избегать» и прочих. Его изучают и осваивают на первых двух ступенях Восьмеричного пути и закрепляют достигнутые успехи на третьей-пятой ступенях. А «философской» основой такой нравственности являются Четыре Благородные истины.

Нирвана, согласно учению о «Серединном пути», не является чем-то недостижимым в процессе земной жизни. Эта буддийская «мудрость» восходит к мифу о самом Будде. В возрасте 29 лет принц Гаутама (тогда еще бодхисаттва) отказался от мирской жизни, и в течение шести лет предпринял чрезвычайно строгие аскетические практики. В конце концов, он понял, что путь чрезвычайного самоотречения и голодания не был путем, и тогда он обнаружил Срединный путь. Вслед за этим, в возрасте 35 лет, он достиг «просветления» и стал Буддой. То есть, состояние вхождение в нирвану не обязательно является прекращением земной жизни. Согласно преданию, Будда сам сказал об этом: «Я зовусь Буддой, потому что я понял Четыре Благородные Истины». После этого сорок пять лет Будда проповедовал Дхарму всем, «кто имел уши, чтобы слышать, глаза чтобы видеть и ум, чтобы понимать». Он учил людей тому, что они должны сами осуществить «просветление» в своей собственной жизни. В возрасте 80 лет Будда вошел в Махапаринирвану, оставив учение как свое наследие.

Так что нравственной вершиной буддизма и, соответственно, нирваны — являются Четыре Благородные истины, на основе которых осваиваются конкретные жизненные «канонические» соответствия возможных событий и явлений с оценками «хорошо», «плохо», «следует избегать», «следует поддерживать» и многие прочие религиозные стандарты. Их изучают на первых двух ступеняхВосьмеричного пути, обосновывая правильность нравственных соответствий доктриной посмертной «справедливости», изложенной в Четырёх Благородных истинах.

Согласно учению о «Серединном пути», нирвана должна быть достигнута в течение жизни, это не состояние, достигаемое после смерти. Согласно этому, буддисты рассматривают два аспекта нирваны:

· «Просветлённое» состояние (психика) в этой жизни, когда процессы, формирующие наше существование ещё присутствуют.

· Нирвана после смерти (Махапаринирвана), где утрачены узы основных групп привязанности.

Формирование нравственности буддистов происходит стандартно на первых двух ступенях Восьмеричного пути; закрепощение психики этой нравственностью происходит на третьей-пятой ступенях[470] (первый аспект нирваны — «просветление»); а шестая (частично), седьмая и восьмая ступени (непосредственно йога) — полное отключение от внешнего мира. Оба аспекта нирваны являются гарантией того, что нравственность не изменится в будущем. Первый аспект нирваны употребили в своём учении саентологи.

Буддизм и саентология.

Записи откровений буддийских «мудрецов», многочисленные исторические и религиозные описания буддийской духовности не позволяют более детально, чем мы это проделали выше, подойти к сути тех изменений, которые происходят с психикой людей, вставших на путь «просветления». Наиболее близко к воспроизведению и описанию опыта переживаний «просветляющегося» буддиста подошёл Е.А.Торчинов. Но он, не используя теорию эгрегоров, и, не применяя известные уже ко времени написания его работ научные термины из не религиозных сфер (либо из сфер новых религиозных течений) — не смог проникнуть в смысл психотехник на глубину, удобопонимаемую для широкого спектра людей. В то же время, сами буддийские «мудрецы», описывавшие свой религиозный опыт в разные эпохи, были гораздо дальше от понимания того, что происходит с их психикой, нежели некоторые современные работники с «человеческой душой» (как себя называют сторонники учения Л.Р.Хаббарда).

Мы не будем вдаваться в историю возникновения и становления дианетики и саентологии: её можно найти на огромном количестве соответствующих сайтов Интернета. Скажем только, что сначала в 1950 году основатель «новой религии» Л.Р.Хаббард выпустил книгу «Дианетика: современная наука душевного здоровья», что считается датой начала новой религии, а затем, несколько позже (после ряда неудач с дианетикой) — появилась «наука саентология», которая была объявлена религией. Остановимся лишь на некоторых теоретических аспектах «науки о душевном здоровье». Сами саентологи утверждают, что их религия основана на многих буддийских принципах «просветления», иначе — психотехниках. Но, даже не зная об этом, в стандартных описаниях саентологии можно увидеть знакомые нам по буддизму принципы (тексты нижеследующих цитат взяты с сайтов саентологической церкви и её оппонентов: сноски и выделения жирным — наши):

«В отличие от дианетики, сайентология изначально постулирует вечность человеческой идентичности, называя её термином «тэтан» специально придуманным для того, чтобы отличать его от термина «душа»,[471] принятого в христианской религии. Тэтаны скитаются по созданной ими же Вселенной миллиарды лет, попав в ловушку давно принятых ограничений времени и пространства, а также — имплантирования (зомбирования) со стороны враждебных тэтанам сил[472]. На Землю первые тэтаны попали несколько миллионов лет назад в качестве наказания за мнимые «преступления», совершённые в других галактиках.[473] С тех пор наказанные тэтаны попали в круговорот перерождений, а целью сайентологии является освобождение тэтанов ото всех ограничений материального мира (в терминологии Хаббарда — МЭСТ: материи, энергии, пространства и времени)».

Знакомые религиозные мотивы.[474] Сразу заметим, что система предельно обобщающих понятий в саентологии и дианетике представляет собой — всё то же ложное черырёхъединство (МЭСТ — в терминах саентологов), которое предназначено для толпы (подробно см. первую книгу курса). Кроме того, саентологическое учение прямо не признаёт единого Бога, подменяя его нравственно дезинтегрированной по созданной тэтанами Вселенной бесконечностью, которой приписана двойственность враждующих «добра-зла»[475] и ссылка людей-тэтанов на земные мучения, освободиться от которых можно персонально просветлившись. Но, не вдаваясь в подробный анализ общности мировоззренческих основ саентологии и буддизма (обе религиозных системы основаны на четырёхъединстве и имеют весьма много общего)[476] — отметим лишь моменты, необходимые для сравнения психотехник, поскольку предметом рассмотрения настоящего раздела являются именно они. Начнём с общих деклараций, которые на разных сайтах саентологов примерно следующего содержания:

«Саентология, разработанная Л. Роном Хаббардом, является религией, которая предлагает точный путь, ведущий к полному и определённому пониманию истинной духовной природы человека и его взаимоотношений с самим собой, семьёй, группами, человечеством, всеми формами жизни, материальной вселенной, духовной вселенной и с Верховным Существом, иначе говоря, с бесконечностью.

Саентология обращается к духу — не просто к телу или разуму, — и в Саентологии считается, что человек — это нечто значительно большее, чем просто продукт своего окружения или генов.[477].

Саентология составляет систему знаний, которая является продолжением определённых фундаментальных истин. Важнейшие из них таковы:

Человек является бессмертным духовным существом.

Его жизненный опыт простирается значительно дальше пределов одной жизни.

Его потенциал неограничен, несмотря на то, что в настоящий момент он не реализован.

Кроме того, в Саентологии считается, что человек в своей основе хороший,[478] и что его духовное спасение зависит от него самого и его ближних, а также от достижения им единения со вселенной.

Саентология — это не догматическая религия, в которой всё что угодно требуется принимать на веру. Человек открывает для себя, что Саентология работает, применяя её принципы и наблюдая или ощущая на себе результаты.

Наивысшей целью Саентологии является истинное духовное просветление и свобода для человека».

Поскольку в буддизме понятие «свобода» отождествляется с нирваной, а в саентологии — с просветлением (что в буддизме считается предварительной ступенью вхождения в нирвану), в дальнейших рассуждениях мы будем исходить из нашего понимания Свободы, которое мы специально повторим.

СВОБОДА = С+овестью ВО+дительство, БО+гом ДА+нное.

Совесть — чувство Миры (Божиего Предопределения бытия) как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью. Праведность — нравственность, которую Бог избрал для Себя Сам, и которую каждый может воспроизвести в себе и которой может следовать в жизни, если желает быть праведным. Соответственно вследствие обусловленности совестью свобода — не вседозволенность, поскольку предполагает определённое нравственно-этическое долженствование, необходимость — своего рода ограничения. В таком понимании для человека свобода воли всегда — ограничена праведностью. А праведность проверяется на Истинность через осознанный диалог с Богом в каждой конкретной жизненной ситуации (через Язык Жизни), поскольку в этом человек не самодостаточен.

Мы также не можем согласиться с саентологической позицией приписывания Высшим Силам (которых сводят к бесконечности, мягко уводя от единобожия тех, кто был склонен к нему до столкновения с саентологами) мифического дуализма («добро-зло»), злоба которых привела тэтанов сначала к «зомбированию» в «Космосе», а затем к ссылке «зомбированных» тэтанов на Землю. Этим самым саентологи во-первых, придают неким Высшим Силам свойства «зомбирования» людей: мол природа людей такова, что они изначально были «зомбированы» и рождаются «зомбированными» — то есть, с ненормальной психикой (которую также иногда называют душой).[479] И, во-вторых, земная жизнь (или жизни в перевоплощениях) предназначена для отбывания наказания и поэтому страдания земной жизни не могут быть преодолены иначе как через избавление от всех «привязок-ограничений», поэтому цель жизни — выживание в условиях отбывания наказания. Последнее — всё та же доктрина посмертной «справедливости» в исполнении саентологов.

Если саентологическая религия направлена на избавление от последствий древнего «зомбирования» неких протолюдей в «Космосе» якобы злыми силами (спрашивается: где в это время был Бог?), и рецидивы этого «зомбирования» играют важную роль в становлении психики (души)[480] людей до сих пор, то — саентологические процедуры устраняют рецедивы, мешающие якобы освобождению. Но мы придерживаемся мнения, что Бог не мог создать (либо поддержать) негативные предпосылки, «зомбирующие» психику, которые воспроизводятся до сих пор. Бог мог создать лишь невычищаемые из душевной основы людей предпосылки Человечности, к которым люди стремятся, развиваясь разными путями. А «зомбирующие» психику предпосылки люди создали сами себе в земной жизни вследствие атеизма, после чего «зомбирующие» процессы и заблуждения стали брать под свой контроль толпо-«элитарные» глобализаторы. Поэтому саентологические психотехнические процедуры, борясь с мифическим «зомбированием», реально — вычищают их психики людей рецидивы Человечности,[481] заложенные Богом в душевную природу каждого человека. Ведь про правильную социологию саентология «мудро» молчит[482] — как и буддисты.

Не случайно последствия прохождения школы саентологии многие критики последней определяют как появление таких качеств, как деловой эгоизм (несмотря на внешнюю улыбчивую коммуникабельность), антиобщественный индивидуализм (несмотря на внешнюю дружелюбность), потеря интереса ко многим важным для будущего общественным институтам:

«Не только психиатры бьют тревогу в связи с деятельностью сайентологов. В одном из выступлений Государственного министра внутренних дел Федеральной земли Бавария также утверждается, что «многочисленные риски подстерегают каждого, кто вступает в эту организацию. Претензии сайентологии на исключительность способствуют формированию черно-белой (друзья-враги) парадигмы мышления.[483] В отдельных случаях вступление приводит к полному изменению прежнего образа жизни: отделению от семьи и друзей, прекращению профессионального образования, отказу от профессии».[484].

Но одновременно с этим саентологические процедуры являются современным вызовом (XX–XXI вв.) всей официально признанной на Западе психологии, о чём и кричат в истерике западные академики от психонауки, считая, что одной из целей саентологии является подрыв авторитета традиционной психиатрии. Это говорит о том, что есть глобальные силы, которых не устаивает доминирующая на Западе школа не практической психологии (которая обслуживала отживающие своё западные религиозные культы и светские идеологии) и эти силы приняли решение (самое позднее в середине XX века) перейти к школам психологии практик, для которых важен практический результат, и они не направлены на адресно-целевую поддержку толпо-«элитарных» структур, представляющих какую либо религию или идеологию.[485].

Рассмотрим динамику становления саентологического учения и его основные принципы, знание которых нам понадобиться для раскрытия темы:

«Сайентология возникла в результате дальнейшего развития дианетики, более ранней методики самосовершенствования, описанной Л. Роном Хаббардом в 1950 году в его книге «Дианетика: современная наука о разуме». В середине 50-х годов Л. Рон Хаббард включил дианетику в качестве составной части в сайентологию. Принципиальное различие между Дианетикой и Саентологией состоит в том, что Дианетика направлена на работу с разумом индивидуума, уделяя всё внимание на восстанавливание полного осознанного воспроизведения в памяти его предыдущего опыта, в то время как сайентология целиком направлена на совершенствование человеческого духа.[486] Кроме этого сайентология содержит также руководства по этике и моральным кодексам (Кодекс чести, Дорога к Счастью), по выведению из организма различных токсичных веществ для того, чтобы повысить духовное процветание (Программа Очищения), по общению, по супружеству, по воспитанию детей, по разрешению проблем, связанных с работой и производством, по основам обучения (Технология Обучения), и по истинной природе жизни (Динамики выживания) и так далее.[487].

Сайентологические процедуры чётко размечены в виде серии последовательных ступеней, потому что Л. Рон Хаббард был убеждён, что совершенствование происходит на основе постепенного движения, шаг за шагом.[488] Например, требуется обратить внимание на негативное влияние лекарств или наркотиков прежде, чем можно будет заняться последующей ступенью. Шаги постепенно приводят к дальнейшим, более продвинутым уровням самых эзотерических знаний сайентологии. Это описывается как продвижение по «Мосту к полной свободе» (или просто «Мосту»), на котором каждая ступень Моста является обещанием еще большей свободы для человека в той области жизни, которая подробно описана в терминах данного Моста».

После краткого ознакомления с «космогонией» и мировоззренческой основой саентологической церкви,[489] перейдём непосредственно к анализу параллелей между психотехниками буддизма и саентологии. Следующие значимые убеждения саентологов уже сейчас позволят нам более полно понять и суть не только её психотехник, но и психотехник буддизма.

Наиболее значимые убеждения сайентологии:

· Человек является на самом деле бессмертным духовным существом (он называется в сайентологии «тэтан»), у которого есть разум[490] и тело.

· Тэтан прожил огромное количество предыдущих жизней и его существование не обрывается вместе со смертью физического тела.

· Человек в основе своей хороший, но он может становиться «аберрированным» (нерациональным в поведении и мышлении) вследствие возникновения в его жизни инцидентов, которые содержат боль и бессознательность.

· Истинно то, что истинно для вас. Истину никому невозможно навязать. Таким образом, принципы сайентологии предлагаются не как то, во что верят, а как то, что делают на практике.

Последняя фраза — вызов идейным и религиозным школам, а также и современной официальной школе западной психологии, которая не владеет психотехниками, а умеет лишь ставить диагнозы на базе перечня стандартных «отклонений» от принятой ею «нормы». Саентологи заявляют, что для них «хорошим» (то есть «нормальным» с их точки зрения) является индивид, у которого отсутствует всё нерациональное в поведении и мышлении — «аберрации». Лишь в случае избавления от аберраций индивид обретает способность сам якобы методологически определять для себя свою собственную истину, которую никто не должен навязывать как принятую в обществе догму.

Согласитесь, что позиция саентологов не менее благообразна и привлекательна, чем буддистов. Но саентологи более прагматичны (и это не случайно: ведь их учение адаптировано к современному быстро меняющемуся обществу) они, следуя логике буддистов (о «привязках-страданиях», вызывающих боль и «затемнение» психики), прямо говорят о неких конкретных жизненных инцидентах, которые являются причинами бессознательных отклонений от их «нормы». В то время как буддисты предпочитают рассуждать на эту же тему, применяя стандартные кармические закономерности. Психотехники саентологов (также как и буддистов) в первую очередь направлены на «вычищение» психики людей от рецидивов этих бессознательных «отклонений от нормы». Осталось рассмотреть, что же это за «норма», которая позволяет обретать свободу по-восточному? И что же это за рациональное поведение и мышление?

Прежде всего следует сказать, что Л.Р.Хаббард и затем его последователи саентологи правы в том, что в современном мире большинство людей входят во взрослость с ненормальным для человека психическим складом. Но это не есть следствие врождённого «зомбирования» тэтанов, а — следствие воспроизводящегося из поколения в поколение процесса неправедного воспитания и образования, даваемого (или просто не предоставляемого никакого вообще) входящим в жизнь поколениям. Кроме того, процесс обучения с древних времён и до сих пор организован на принципах кодирующей психику цитатно-догматической педагогики и на базе науки, основанной на системе МЭСТ (материя-энергия-пространство-время).

В цивилизации, в которой на протяжении нескольких тысяч лет рабовладение только изменяло способы подневоливания одних другими, оставаясь рабовладением по существу, невозможно говорить, что в результате самопроизвольного развития личностей в культуре этого общества, вырастая, личности сами собой обретают естественную для человека духовность — личностную культуру психической деятельности.

Поэтому большинство людей, входя в юношеский и взрослый возрасты, начинают мучится полученными ими в процессе прожитого отрезка жизни и унаследованными от предков по генетическим линиям психическими проблемами разной причинной природы происхождения. Внешним проявлением этих проблем являются угнетённое состояние, пониженный эмоциональный фон, стрессы и пр. малоприятные ощущения,[491] которые кроме неприятных и зачастую невыносимых психических и физических страданий не позволяют обрести целенаправленно ориентированную стойкую к внешним возмущениям психику. Л.Р.Хаббард выставил определённые требования к «нормальной» психике индивида (нормальной по его понятиям), создал и теоретически описал практическую процедуру, позволяющую привести к этой норме психику индивида, весьма далекую от неё при стихийном развитии личности в господствующей в нынешнем обществе информационной среде. Можно сказать, что саентологическая церковь привлекает людей двумя основными возможностями:

· Избавлением от стрессов и прочих неприятных ощущений психической угнетённости и физиологического нездоровья.

· Возможностями обретения целенаправленно ориентированной психики, обладатель которой достаточно свободно получает доступ во-первых, в информационную базу своего бессознательного (в первую очередь — памяти) и во-вторых, в определённый набор эгрегоров, которые он сам выбирает согласно его профессиональной ориентации, что жизненно важно для так называемого выживания саентологов — цели их «жизни».

Последний пункт стоит пояснить. Принципиальное отличие в наших общественно-исторических условиях стихийно сложившейся организации психики, свойственной большинству, от целенаправленно созданной организации психики, свойственной тому или иному меньшинству, состоит в том, что в стихийно сложившейся психике велика доля неупорядоченной информации и информации, к которой заблокирован осознанный и осмысленный доступ, но которая некоторым образом оказывает влияние на поведение индивида. В связи с этим можно условно разделить заблокированную к осознаваемому доступу информацию на две части (более точно мы разделим эту информацию позже):

1. Информация, хранящаяся в бессознательном людей, которая связана с пограничными ситуациями, имевшими место быть на отрезке уже прожитой жизни: её можно условно назвать «этически значимой». Об этих пограничных ситуациях мы рассуждали, разбирая первые пять ступеней Восьмеричного пути буддистов, назвав их проявлениями человеческого существования. Мы сделали тогда вывод, что в буддизме решили этот вопрос «раз и навсегда», попутно отыскав эффективный способ избавляться от лишних хлопот относительно пограничных ситуаций и переживаний, связанных с ними.

2. Информация, которую условно можно назвать «прикладной».[492] Это разнообразные банки данных в памяти. Также сюда можно отнести и информацию, которую обретает возможность получать индивид, после снятия связанных алгоритмикой бессознательного проблем доступа к банкам памяти «нужных» для профессиональной деятельности эгрегоров.

Целенаправленно созданные культуры личностной психической деятельности так или иначе уделяют внимание этой проблематике и разрабатывают духовные практики — индивидуальные, диалоговые (для двоих), коллективные, — позволяющие перейти от стихийно сложившейся организации психики к нормальной организации психики с точки зрения каждой из них.

В зависимости от того, насколько им удаётся устранить ошибки и порочность, свойственные психике индивида, стихийно сформировавшейся в господствующей культуре общества, их носители — в большинстве своём — обретают те или иные преимущества перед остальной частью общества. Но это следует понимать в статистическом смысле: т. е. и среди носителей стихийно сложившейся организации психики могут быть индивиды, чья личностная психическая культура более совершенна, чем целенаправленно созданные культуры личностной психической деятельности.

Нетрудно догадаться, что буддизм и саентология — две весьма схожих религиозных системы, которые направлены на создание «нормальной» с их точки зрения целенаправленно ориентированной психики людей, которая не будет сигнализировать неприятные негативные ощущения на уровень сознания по поводу воздействия на индивида всего учтённого «душевной наукой» спектра внешних возмущающих факторов, приносящих «страдания».

Как и в буддизме, саентологи считают, что «просветлённый» индивид обретает ощущение «безмятежности», выражающееся в его внутренне спокойном отношении к жизни (вплоть до полного покоя: в буддизме это — нирвана).[493] Для этого Л.Р.Хаббард придумал некую «шкалу тонов», диапазон которой следующий:

«Шкала тонов — это определение точных характеристик настроения и поведения человека, которое достигается при помощи чёткого знания расположения эмоций на градуированной шкале. Шкала простирается от точки -40 или «Полного Поражения» до точки +40 или «Безмятежности существования». Положения на шкале тонов обозначаются определёнными эмоциями,[494] но Л. Рон Хаббард также описал много других вещей, которые могут быть определены при помощи шкалы тонов, например, такие аспекты как личное здоровье, сексуальное поведение, потенциал выживания или способность обращаться с правдой. Шкала тонов применяется сайентологами в каждодневной жизни[495] для того, чтобы лучше понимать окружающих людей. Согласно сайентологии, человек, находящийся в более низком тоне, имеет больше проблем, он более стеснителен, а также более подвержен заболеваниям и несчастным случаям, и вместе с тем для того, чтобы общаться и обмениваться идеями с этим человеком, требуется проявлять больше заботы и рассудительности».

Мы дошли до момента, когда возникает необходимость введения некоторых специальных терминов из саентологической «науки» «душевного здоровья». Один из этих терминов мы уже употребили это — аберрация. Оно означает в общем научном понимании — всякое отклонение в строении и функциях от типичного образца; обычно употребляется для обозначения индивидуальных отклонений от нормы.[496] У саентологов аберрация это — искажение естественных, нормальных жизненных «динамик».

Причиной аберраций (то есть — «ненормальности» психики) саентологи считают инграммы. Сам Л.Р.Хаббард даёт термину «инграмма» следующее определение: «Инграмма — это момент «бессознательности», который содержит физическую боль или болезненные эмоции и ощущения. Инграмма недоступна для осмысления умом как жизненный опыт».[497].

Для того чтобы индивид стал жертвой внедрения в его психику инграмм, с позиции дианетики и саентологии, необходимо, чтобы он утратил осознанное восприятие мира. Возможности обрести пополнение инграммного банка (этот термин обозначает собрание инграмм, свойственное психике индивида) открываются, когда человек теряет сознание под воздействием, например, боли, шокирующей его информации (обморок при получении неприятных известий и т. п.), под общим наркозом при хирургическом вмешательстве, в наркотическом опьянении (алкогольном в особенности), под гипнозом и в некоторых других ситуациях. Во время естественного сна возможность пополнения запаса инграмм исключена, по какой причине естественный сон не рассматривается как состояние бессознательности.

Иными словами, инграмма это — информация, внедрившаяся в психику человека в обход его сознания таким образом, что она становится источником искажений «нормальной» (в понятиях психологии саентологов) психической деятельности по управлению как физиологией организма человека, так и по управлению его поведением.

Дианетики и саентологи учат. Инграммы в психику индивида начинают попадать ещё в период его внутриутробного развития. Список ситуаций, выявленных в ходе дианетической терапии, в которых плод впадает в бессознательное состояние (соответствующее его уровню развития) довольно обширен, поэтому избежать записи инграмм в психику будущего человека в реальной жизни весьма затруднительно. По этой причине индивидов, чья психика к моменту рождения полностью свободна от инграмм, практически нет. Люди отличаются друг от друга в том числе и степенью отягощенности их психики инграммами, полученными ими в разные периоды их жизни, начиная от момента образования зиготы,[498] а также и своеобразным для них содержанием инграмм. Далее в течение всей жизни пренатальные инграммы, (этим термином обозначаются инграммы, полученные в период внутриутробного развития) обрастают инграммами, получаемыми человеком в разных жизненных обстоятельствах. Инграммы образуют цепи и ветвятся. Поэтому саентологическая психотерапия направлена на то, чтобы выявить самую раннюю инграмму, называемую «бэйсик-бэйсик». С её нейтрализацией и осмыслением в ходе вычищения психики от инграмм, утрачивают свою аберрирующую способность и все хронологически более поздние инграммы, наросшие на первую.

Освобождённый от аберраций (и соответственно — инграмм) индивид называется клиром (от английского «clear» — чистый, ясный, понятный). В связи с наличием у всех без исключения аберраций, саентологи утверждают, что любой человек может быть клиром, если он не потерял части мозга в результате операции или несчастного случая или не был рожден с серьезным дефектом нервной системы.

Основной психотехникой по избавлению от инграмм в саентологии является одитинг (от латинского audire — слушать). Одитинг представляет собой общение один на один с профессиональным сайентологическим консультантом или одитором. Одитор следует так называемой точной процедуре совершенствования человеческого духа. В большей части одитинга применяется Е-метр — устройство, созданное для того, чтобы он помогал обнаруживать инграммы (моменты и области душевных мук и расстройств человека), которые другим бы способом были бы пропущены и не замечены одитором.

Цель процесса одитинга состоит в том, чтобы помочь человеку (он называется преклиром или «ПК») сбросить с души тяжесть, рассказав о своих специфических инцидентах, содержащих прошлые душевные травмы,[499] о своих прежних этических проступках и о неприятных решениях. Данные предметы рассмотрения одитинга в целом представляют собой то, что, по мнению саентологов, ограничивает преклира от достижения собственных целей, и приводят к усилению его «реактивного ума». Одитор просит преклира ответить на список вопросов, которые составлены со специфической целью и подаются преклиру строго выверенным образом.[500] Одитинг подразумевает то, что преклир должен быть желающим и заинтересованным участником, который понимает смысл вопросов, и тогда процессы будут проходить наиболее быстро и гладко. Во время одитинга одитор может записывать информацию от одитируемого человека, что напоминает то, как это делается у психотерапевтов или на исповеди в «христианских» церквях.[501] Церковь заявляет, что все информация, записанная при одитинге, сохраняется в полной секретности и является конфиденциальной.

Общий психологический подход саентологов выражен в следующей цитате из книги Л.Р.Хаббарда:

«Человек — хороший. Избавьте его от аберраций — и с ними уйдет зло, которое так обожают схоласты и моралисты. Единственная часть ума, от которой можно избавиться[502] — это как раз та его часть, где сосредоточено «зло». А без этой части доброта и жизнерадостность человеческого характера проявляются ярче. И человек рад этому избавлению, потому что «злая» часть — это физическая боль».

Налицо всё то же древнее мировоззрение восточного дуализма, которое развилось в течение двух тысячелетий в целую «науку» о «душевном здоровье». Только эта «наука» учит не столько прятаться от мифического «зла» за «канонами» писаний и эгрегорами религий, а — удалять «часть ума» (психики), через которую «зло» саентологов причиняет «физическую боль» аберрированному преклиру.[503] Стоит ли рассуждать о гуманности (человеколюбии) саентологии, или и так всё понятно?

Но и буддийские ступени Восьмеричного пути (его разнообразных модификаций) ведут туда же: после нравственной подготовки (1–5 ступени), на 6 и 7 ступенях ученики проходят глубокое практическое «клирование»[504] психики, способы которого в буддизме весьма разнообразные, но результат — один.

Рассмотрим подробнее процесс удаления «части ума», который удобопонимаемо расписан в саентологии, но который очень трудно детально понять из описания буддийских практик. После чего проведём ряд параллелей между саентологическим клированием и буддийскими практиками. Придётся употребить ещё несколько специальных терминов саентологической «науки», такие как аналитический ум и реактивный ум:[505].

«Существует две аксиомы о функционировании ума, с которыми одитор должен быть знаком.

I. Ум воспринимает, ставит и решает проблемы, связанные с выживанием.[506].

II. Аналитический ум рассчитывает, основываясь на различиях. Реактивный ум рассчитывает, основываясь на тождествах.

Первая аксиома представляет интерес для одитора в его работе потому, что с ней он может четко установить, имеет ли он дело с рациональной реакцией или нет. Любые отклонения от оптимальной рациональной нормы полезны для нахождения инграмм, все неразумные страхи и так далее являются тем, что одитор сможет выгодно использовать.

Согласно второй аксиоме можно считать, что ум широко и точно распознает различия, приближаясь к полной рациональности, и затем, по мере того, как он отходит от рациональности, распознает всё меньше и меньше отличий, пока, в конце концов, он не приближается к состоянию полной невозможности рассчитать отличия во времени, в пространстве или мыслях, и тогда он может считаться абсолютно сумасшедшим».

Мы подошли к вопросу: с какой «оптимальной разумной нормой» сравнивает одитор «неразумные» ответы преклира для выявления и уничтожения инграмм (отклонениё, выявленных при сравнении), есть ли такая норма? — Есть. И эту норму можно назвать «нравственным кодексом поведения» саентологической церкви. Он весьма похож на то, что изучают и осваивают буддисты на первых двух ступенях Восьмеричного пути.[507] Буддисты на этих ступенях учатся религиозной нравственности и проходят проверку на соответствие ей (3–5 ступени). Преклир же у саентологов может даже не знать о «нравственном кодексе поведения»: о нём знает одитор, который в ходе бесед (одитинга) сразу, параллельно психотехникам (нейролингвистическому кодированию психики) целенаправленно готовит психику преклира к принятию этого «нравственного кодекса». Не вдаваясь в подробности саентологического «канонического» якобы гуманизма (о нём можно прочесть на сайтах саентологов), повторим то, что касается этого «кодекса», из уже цитированного выше: «Саентология, разработанная Л. Роном Хаббардом, является религией, которая предлагает точный путь, ведущий к полному и определённому пониманию истинной духовной природы человека и его взаимоотношений с самим собой, семьёй, группами, человечеством, всеми формами жизни, материальной вселенной, духовной вселенной и с Верховным Существом, иначе говоря, с бесконечностью». Выглядит этот «кодекс», конечно же, весьма гуманно и благообразно, как и у буддистов.[508].

Далее про функциональные нагрузки аналитического и реактивного ума у саентологов написано:

«Здоровье разума — это способность находить отличия. Чем лучше кто-то может указать на отличия — неважно, насколько они малы — и знать величину этих отличий, тем он более рационален. Чем меньше человек способен находить отличия и чем ближе он подходит к мышлению тождественностями (А=А), тем менее здоров его разум и дух.

Механизм нашей модели разума очень прост. Накатывает разрушительная волна физической боли или всепроникающего яда типа эфира, и летят некоторые или все предохранители, которыми защищен аналитический ум. Как только он отключается, стандартные банки памяти отключаются тоже.

Периоды «бессознательности» являются пробелами в стандартных банках памяти. Эти пробелы составляют то, что мы называем в Дианетике банком реактивного ума. Время, когда действует аналитический ум, плюс время, когда в действии находится реактивный ум, создают длинную нить последовательной записи всей жизни.

Реактивный банк не сохраняет воспоминаний такими, какими мы их себе представляем. Он записывает инграммы. Это полные, вплоть до мельчайших деталей, записи каждого ощущения, имевшего место в момент полной или частичной «бессознательности». Эти записи также аккуратны, как и любые другие в организме, но они обладают собственной силой. Они похожи на долгоиграющие пластинки или кинофильм, если бы те содержали все ощущения света, звука, запах, вкуса и т. д.

Есть однако совершенно отчетливая разница между инграммой и памятью (в дианетике это различные термины: наше пояснение при цитировании). Инграмма может быть постоянно подключена в любую цепь организма (имеется в виду контур циркуляции информации: наше пояснение при цитировании), ведет себя как особое существо.

Слово «инграмма» в Дианетике используется в его совершенно точном значении как определенный и постоянный отпечаток, оставленный раздражителем на протоплазме ткани. Инграмма считается отдельной группой раздражителей, которые запечатлеваются исключительно в клетках организма.

В Дианетике мы называем памятью всё, что записано в стандартных банках памяти и что потенциально доступно риколу со стороны «Я». Зрелище, представшее перед глазами и воспринятое другими ощущениями, становится записью в стандартных банках памяти и позже может быть вызвано «Я» для справок.

Рикол: воскрешение в памяти (скорее вызов в сознание, поскольку в дианетике подчеркивается различие рикола и вспоминания) различных видов ощущений из прошлого. Происходит от английского слова «recall», что означает «вызывать из прошлого».

Реактивный инграммный банк может быть материалом, складированным в самих клетках. И в данный момент неважно, достоверна эта теория или нет. Об этом нужно было сказать, чтобы дать основу для понимания того, что происходит с человеком когда он теряет сознание».

Основываясь на опыте саентологов, который мы увидели выше, можно с большой степенью уверенности сказать, что в буддизме на ступенях Восьмеричного пути — примерно от шестой и до восьмой — ученики обретают способности избавляться от влияния «реактивного инграммного банка», хранящегося в клетках организма (отдельных группп раздражителей, которые запечатлеваются исключительно в клетках организма — как верно определили саентологи). Буддисты, помимо лексических «одитингов» с помощью гуру,[509] проделывают это методом чисто физиологического перераспределения веществ типа медиаторов (см. про их свойства в предыдущих разделах), обеспечивающих передачу сигнала от клеточных структур к головному мозгу и обратно — в ходе йогических упражнений. Не понимая, конечно же, ничего подобного тому, что написано у саентологов, буддисты (вдобавок к своеобразному восточному «одитингу» — первые пять ступенейВосьмеричного пути) практически проделывают ту же самую «чистку» инграммного банка данных — методом его принудительного «отключения» от влияния на физиологию и психологию людей.[510].

Поясним более подробно последнюю цитату. Вопрос о локализации инграммных записей и природе реактивного ума действительно неважен, поскольку качества, на основе которых определены эти термины, проявляются в психической деятельности вне зависимости от локализации структур-носителей информации. Также вне зависимости от организации структур-носителей, инграммы не попадают в стандартные банки памяти. Всякий раз, когда человек оказывается в бессознательном восприятии воздействий на его психику под воздействием боли или неприятных эмоций информация попадает в реактивные инграммные банки.

Включению в работу, т. е. активизации записанных в реактивный банк инграмм Л.Р.Хаббард посвятил девятую главу второй книги «Дианетика», где описывает механизм возбуждения инграмм окружающей обстановкой на конкретных примерах. Мы не будем повторять это длительное описание, а укажем только на то общее, что есть в этом описании.

Если «аналитический ум не работает на высшем уровне», а поток информации извне или из собственных внутренних переживаний и фантазий соответствует информации, записанной в качестве инграмм в реактивном банке, то инграмма активизируется в качестве алгоритма поведения человека и управления физиологией его организма в новых обстоятельствах, возникших спустя (возможно многие годы) после её попадания в психику индивида.

При этом с одной стороны, активизированная таким образом инграмма обеспечивает бездумно автоматическое поведение человека в новых обстоятельствах по записанному образцу, некогда реально обеспечившему выживание организма при потере сознания или отключении аналитического ума; а, с другой стороны, она же сызнова более или менее активно воспроизводит все ранее оказавшиеся в ней болезненные ощущения и эмоции, имевшие место в реальной жизни индивида в прошлом в процессе записи инграммы в реактивные банки информации в его организме. Последнее обстоятельство при активизации повседневностью множества инграмм выливается в общий набор более или менее ярко выраженных психосоматических заболеваний организма и нарушений психики (отклонений от «нормы»), свойственных человеку на протяжении длительных периодов его жизни.

Для реактивного ума и все моменты времени идентичны в том смысле, что «сейчас» є «вчера» є «всякая дата; всякое время суток» є «всегда». Поскольку в нормальном состоянии сознания человека аналитический ум некоторым образом взаимодействует с реактивным, то хронологически привязанная информация из стандартных банков памяти связывается с хронологически неопределённой информацией из инграммного банка всякий раз, когда та или иная инграмма возбуждается (рестимулируется) внешними обстоятельствами, окружающими индивида.[511] О проявлении этой особенности инграмм Л.Р.Хаббард пишет:

«Существует другой вид мышления тождествами, и это та группа, которая разрушает способность ориентироваться во времени. «Ты не знаешь, когда это случилось» является классической фразой. «Я не знаю, насколько сейчас поздно» и другие имеют странное и специфическое влияние на разум, так как он работает по своему собственному точному хронометру, а инграммы читают циферблат совершенно неправильно. На сознательном уровне человек неплохо справляется с аналитическим временем. Инграммы проскальзывают вперед и назад в зависимости от того, когда они включены или рестимулированы. Инграмма может быть причиной сегодняшнего действия, которое принадлежало ситуации сорок лет назад на траке времени и должно было оставаться там. Это не замечания о различиях во времени, которые так сильно аберрируют; это безвременный характер инграмм. Время — великий шарлатан, оно ничего не излечивает, оно только изменяет свойства окружающей среды и окружение человека.[512] Инграмма десятилетней давности, со всеми болезненными эмоциями, может быть, покрылась оболочкой и «забыта», но если она рестимулирована сегодня — она уже перед вами, готовая вызвать соответствующие действия».

Вызванные ситуационно активизированными инграммами болезненные ощущения и эмоции подавляют в новых обстоятельствах работу аналитического ума, что создает психологические условия для записи новых инграмм; субъективно-психологические условия тем более подходящие, чем сильнее отключен аналитический ум от процесса непрерывного осмысления жизни активизацией уже свойственных психике инграмм.

Кроме того алгоритмы инграмм ветвятся, а случайный характер возникновения инграмм не предполагает взаимной согласованности информации, в них содержащихся. Это в наиболее тяжелых случаях выливается в расщепление личности индивида: т. е. разделение памяти, доступной его сознанию, на взаимно изолированные друг от друга области и расслоение изначально единого его интеллекта на множество мелких интеллектов-бесов, ведущих более или менее личностно развитое и обособленное существование в информационной среде психики индивида наряду с той личностью, которая осознается им как «собственное Я». И так долгоиграющая инграммная пластинка записывается на протяжении всей жизни виток за витком, слой за слоем…

О возможной ограниченной полезности инграмм в прошлом и их вреде в наше время Л.Р.Хаббард об инграммах пишет следующее:

«Может быть, до того, как человек приобрёл обширный словарный запас, инграммы были полезны ему. Они помогали выживанию способами, которые будут описаны ниже.[513] Но когда человек выработал язык, который включает в себя слова, звучащие одинаково, но имеющие совершенно разные значения, и вообще когда начали появляться языки, инграммы стали гораздо более опасными и перестали быть полезными. А теперь, на нынешнем этапе эволюции, инграммы совсем не защищают человека, а, наоборот, сводят его с ума, притупляют все его способности и делают его больным».

Все ощущения (но не слова), записанные в инграммах объективно своеобразны (уникальны), а в информационном отношении они самодостаточны для индивида в том смысле, что большей частью имеет место однозначное соответствие «обстоятельства — ощущения». Вследствие этого при повторном и неоднократном возникновении жизненных обстоятельств, аналогичных имевшим место при первичной записи инграмм, инграммные программы поведения (большей частью) так или иначе обеспечивают более или менее адекватную новым обстоятельствам бессознательно автоматическую реакцию организма. По этой причине некогда записанный в качестве инграммы алгоритм поведения, некогда уже обеспечивший выживание организма, воспроизводится и в повторившихся обстоятельствах реактивным умом автоматически, тем самым обеспечивая минимально возможное для индивида качество управления. Совершенно иначе обстоит дело, если отдельные слова и более сложные языковые конструкции, оказываются в банках данных, на основе которых действует реактивный ум.

Слова и более сложные языковые конструкции за счет многозначности их смысла, обусловленного не только объективными обстоятельствами (что характерно для большей части бессловесных ощущений), но и субъективными особенностями словоупотребления уничтожают это более или менее однозначное соответствие информации, записанной в качестве инграммных программ поведения, повторяющимся жизненным обстоятельствам.

Это происходит потому, что реактивному уму свойственно мыслить отождествлениями, и как выразился Л.Р.Хаббард, «реактивный ум крадет значение содержащихся в нём слов из аналитического ума». И если инграммы активизируются услышанными словами, то записанные в них алгоритмы управления поведением и физиологией организма далеко не всегда соответствуют возникшим обстоятельствам.

Саентологические процедуры, избавляя людей от реактивного инграммного банка, и одновременно вводя с помощью одитора «нравственный кодекс поведения», устанавливает таким образом многовариантную (но всё же конечную) определённость соответствия лексических форм — реакциям на них аналитического ума. В свою очередь аналитический ум оперирует своими стандартными банками данных, «науку» управления которыми в современных условиях предлагают саентологи — помимо клирования. Эта «наука» основана на рациональной работе аналитического ума, который легко адаптируется во всём спектре современного профессионализма — в растущих с каждым годом массивах прикладных знаний — легко находя в этой сфере те самые отличия, о которых говорится как о преимуществах аналитического ума. Учитывая наличие «нравственного кодекса», а также определённой системы понятий (соответствий лексики — образам, возникающим в психике людей), можно утверждать, что саентологическая церковь претендует на социальную систему, в которой особая устойчивость управления обеспечивается её специфической определённостью понятийного аппарата, а ненапряжённость — отсутствием инграммных банков в психике людей, включённых в эту систему.[514] Если первого добивались многие религиозные системы Запада, то второго — добились только на ведическом Востоке (индуизм, буддизм и другие производные религии от индуизма).

Кроме ошибок управления поведением и физиологией организма, вызванных наличием инграмм, у аберрированного индивида анилитический ум вынужден заниматься «оправданием» действий индивида — на что тратятся всевозможные ресурсы:

«Инграмма диктует всевозможные процессы, которые происходят в жизни; она в состоянии диктовать веру, мнения, мыслительные процессы или их отсутствие, действия всех видов, а порой создает обстоятельства поразительной сложности и бестолковости. Инграмма в состоянии диктовать организму всё, что содержит сама, а содержать она может любые мыслимые комбинации слов. Аберрированное поведение заставляет аналитический ум оправдывать действия и состояния организма, а также свои собственные странные промахи. Это называется оправдательным мышлением».

Теперь рассмотрим механизм одитинга, который представляет собой суть психотехник клирования. Цель дианетической терапии — полное опустошение реактивного банка инграммных записей, очистка его (отсюда и происходит термин «клир» — «clear», т. е. чистый). Сама терапия сводится к беседе двух людей по определенным Кодексом Одитора и процедурой правилам. Это и называется одитинг. Это слово и однокоренные с ним происходят от английского, имеющего значение «слушать и рассчитывать».

В беседе на одитора, ведущего сеанс, возлагается задача, задавая вопросы и высказывая пациенту просьбы, заставить его реактивный ум выдать содержание инграмм на уровень сознания пациента. В ходе проводимого таким образом клирования инграммы последовательно выявляются, но они не уничтожаются в том смысле, что стираются из психики, вследствие чего субъект якобы лишается какой-то части памяти о своей прошлой жизни.

Но после выхода с помощью одитора инграммной информации на уровень сознания пациента она перестает быть инграммой, не искажает деятельности его аналитического ума и психики в целом, занимает место в стандартных банках памяти на своем месте на траке времени, после чего поддается осознанному переосмыслению самим пациентом по его воле.

Замкнутые на эту инграмму ресурсы психики и, прежде всего, аналитического ума[515] высвобождаются и становятся доступными для осознанного пользования ими по произвольному желанию индивида, что находит своё выражение в росте коэффициента интеллектуальности «IQ», исчезновении неврозов, психосоматических заболеваний и т. п. После выявления «бэйсик-бэйсик» и перегрузки её в стандартные банки памяти реактивный банк оказывается пустым (до нового периода бессознательности, когда открывается возможность к его пополнению), а человек становится клиром — нормальным с точки зрения дианетики по Хаббарду. При этом исчезают и психосоматические заболевания и нервно-психические заболевания, ранее возбуждавшиеся активными инграммами, после чего организм спустя какое-то время восстанавливает свой жизненный потенциал, насколько ему позволяют возраст и степень невосполнимого ущерба, понесенного им в прошлом.

Механизм одитинга (беседа одитора с преклиром) сильно напоминает процедуру обучения учеников-буддистов с помощью учителей-гуру. Суть происходящего в последнем случае та же, что и в случае саентологического клирования — освобождение реактивного банка от инграмм (в терминологии саентологов). Именно поэтому мы, рассматривая буддизм, сильно отклонились в саентологические психотехники. Не стремясь охватить все аспекты буддийского «клирования» людей, приведём несколько примеров из буддийской практики, которые на на— взгляд сродни процедуре саентологического клирования.

Ранние школы буддизма уделяли большое внимание методикам созерцания, что впоследствии вошло в Серединный путь Махаяны (седьмая ступень Восьмеричного пути). Созерцание — один из способов не лексической нейтрализации влияния на работу психики того, что саентологи называют инграммами. Начнём с книги Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного» (С-Пб, 2005 г.), гл. 3 «Расцвет психотехники в буддизме»:

«Отметим, что к очень раннему времени относится разделение созерцательных методов на два класса: шаматха (пали: саматха) и випашьяна (пали: випассана). Первый из терминов означает «приостановление», «прекращение» волнения сознания, его максимальное успокоение и сосредоточение.[516] Второй означает аналитическое созерцание, осуществляемое после достижения цели шаматхи и параллельно с нею.[517] Оно предполагает рассмотрение природы сознания для избавления от иллюзии «я» и коренящихся в ней аффектов.[518].

Подобно тому, как различные философские учения буддизма считались средствами для «исцеления» конкретных аффектов и привязанностей личности, точно так же и различные психотехнические методы предназначались для конкретных «болезней» — различного рода аффектов, влечений и ложных установок. Поэтому одно лицо никогда не практиковало все виды созерцания: как правило, он сам или, чаще, его учитель подбирали наиболее соответствующие данному психологическому типу методы и упражнения;[519] при этом особое внимание уделялось определению доминирующей в данном человеке клеши[520] из числа трех основных клеш: невежество (моха), гнев (двеша) и страсть (рага)».

Объекты созерцания подбираются тематически по типам стандартных и распространённых клеш.[521] Длительное бессмысленное созерцание того или иного предмета приводит к выводу на уровень сознания жизненной ситуации (либо даже бессознательному избавлению от зачастую неприятного и пугающего в прошлом аффекта вместе с эмоциями, соответствующими последнему), соответствующей тематике предмета, которая в прошлом была причиной образования соответствующей клеши (может быть даже целого инграммного спектра) — после чего (в случае удачи) происходит обнуление, видимо на клеточном уровне, «аффекта» психики. Поскольку в древности жизненные ситуации и соответствующие им клеши были не столь необъятными, как в наше время, их можно было уложить в некий стандартный банк символов, из которых и выбирались объекты созерцания. Перечень объектов созерцания, конечно же, пополнялся по мере развития цивилизации Востока, поскольку добавлялись новые клеши. Но принцип остался прежним. Е.А.Торчинов приводит древнюю классификацию объектов созерцания:

«Обычно тексты перечисляют сорок объектов созерцания, рекомендуемых для развития внимания и сосредоточенности. Их полный перечень приводится в «Висуддхи магге» и воспроизводится в «Буддийской медитации» Э. Конзе, и мы не будем его повторять. Перечислим только те пять групп, по которым классифицируются эти сорок объектов:

· символы (образы первоэлементов, цветов, света, пространства);

· объекты, вызывающие чувство отвращения (различные типы трупов и скелеты);

· памятований (о Трех Драгоценностях — Будде, Дхарме, его Учении, и Сангхе, общине монахов, достигших нирваны; позднее — монашеской общине вообще; обетах терпения, божествах, смерти, телесности, дыхании и покое);

· четыре состояния Брахмы (брахмавихара, то есть дружелюбие, сострадание, сорадование и уравновешенность);

· уровни мира не-форм (сфера бесконечного пространства, сфера безграничного осознания, сфера отсутствия чего бы то ни было и сфера ни восприятия, ни невосприятия).

К сорока объектам созерцания для развития сосредоточенности относится также созерцание отвратительных аспектов пищи и аналитическое созерцание четырех первоэлементов (земли, воды, огня, воздуха).

Один из китайских буддийских текстов, цитируемый Э.Конзе, выделяет следующие «пять врат Дхармы» (фа у мэнь) или, другими словами, пять основных тем созерцания:

· загрязнение (созерцания трупов, скелетов, телесности и отвратительных аспектов пищи); этот тип объектов созерцания служит для нейтрализации страсти, влечения (рага);

· дружелюбие — для нейтрализации гнева (двеша);

· причинно обусловленное (взаимозависимое) происхождение (пратитья самутпада) — для нейтрализации невежества (моха);

· процесс дыхания (для нейтрализации дискурсивного мышления и достижения контроля над психическими процессами)».

Рассматривая параллели между буддийскими йогическими практиками и саентологическими процедурами нужно помнить, что буддисты старались сориентировать психику учеников под нравственность своей религиозной системы, а саентологи ориентируют — под нравственность и нужды своей. К тому же саентологическая церковь не проповедует даже «серединный» «аскетизм», придерживаясь западных либеральных взглядов, чего нет в буддизме. Поэтому многие конкретные результаты «клирования» в буддизме и у саентологов не совпадают. Но методики весьма схожи. Проиллюстрируем эту схожесть исследованиями Е.А.Торчинова, которые он приводит в той же главе 3 «Расцвет психотехники в буддизме» в разделе «Махаяна»:

«В виджнянаваде и субъективный аспект опыта (живое существо) и его объективный аспект (внешний мир как содержание сознания) равно сводятся к единому субстратному сознанию-сокровищнице. Для понимания виджнянавады исключительно важно понятие васана. Оно означает некий след, впечатление, оставленное чем-то ныне уже отсутствующим. Например, прошла надушенная женщина. Она уже ушла, а запах ее духов остался. Терминологически васана понимается как некая энергия привычек, следы, оставленные в сознании-сокровищнице предыдущим опытом и определяющие тенденции и направленность последующего развертывания эмпирических форм сознания, их интенциональность[522] и содержание. Именно наличие этих следов[523] обусловливает все новые и новые акты овнешвления сознания, выражающиеся в привязанности живого существа к сансарическому существованию, закладывающему новые единицы информации, «семена» в сознание-сокровищницу, что, в свою очередь, обусловливает получение нового опыта, и так далее.[524].

Буддийский йогин (а второе название виджнянавады — йогачара, школа практики йоги, что указывает на особенно четко выраженную психотехническую ориентацию этого учения) как бы поворачивает этот процесс вспять, освобождая сознание-сокровищницу от ее содержания, как бы «высыпая» из нее «семена» (подобно тому, как высыпают семена из мешка). После этого сознание-сокровищница перестает проецироваться вовне, сознание направляется само на себя (ибо оно не может не быть интенциональным), и обретается освобождение, нирвана. Путь же, ведущий к этому освобождению, подробно описывается в йогачаринских трактатах о ступенях психотехнической практики. Да и вся сложнейшая философия «только осознавания», собственно, и создана для объяснения причин сансарического существования, его характера и методов трансформации сознания для выхода из круга рождений-смертей».

Чего уж тут комментировать: налицо прямые параллели с целями саентологии.

Следующим эффективным методом «освобождения» психики от всего несоответствующего нравственности буддистов является беседа учителя с учеником с помощью специальных тестов — логических парадоксов — которые называются коаны. Мы достаточно подробно рассмотрели механизм шокирующего действия коанов на психику учеников в главе «Чань-буддизм, дзэн-буддизм». Повторим только, что коаны являются по большей части логическими парадоксами (их известно несколько тысяч) и представляют собой вопросы, которые не имеют ответа. Служат они цели радикального изменения стереотипа мышления и помогают (как учит чань-буддизм) достичь «освобождения сознания вплоть до полного его просветления». Эти «философские» вопросы вводят психику ученика в состояние «ступора», после выхода из которого прежние его убеждения в отношении поставленной темы обсуждения «вычищаются» до состояния «незначимости» в его дальнейшем управлении и самоуправлении.

Осталось только догадаться, что с помощью коанов учитель-гуру сначала выявляет отношение ученика к вопросу, поставленному в коане, а затем — показывает абсурдность прежнего убеждения ученика, одновременно снимая всякую эмоциональную «память» об обсуждаемом предмете,[525] иначе, инграмму[526] (по саентологически). Мало того, большинство буддистов считают, что с помощью коанов (в первую очередь) они достигают справедливости (нетрудно догадаться, что справедливость по-восточному заключается в предоставлении всем людям возможности очистить своё сознание):[527].

«Мастера дзэн достаточно ясно высказались о том, что такое коан и с какой целью он применяется. Одно из лучших высказываний на эту тему есть в Чжун фэн хэ шан гуан лу — «Записях» мастера школы линьцзи Чжун-фэн Мин-бэня (Тюхо Мёхон, 1263–1323), проживавшего при династии Юань (1260–1368). Когда его спросили, почему учения будд и патриархов называются «судебными протоколами», т. е. коанами, он ответил: «Коаны можно сравнить с протоколами публичного суда. Добьется ли правитель наведения порядка в своем царстве, зависит, по сути, от существования закона. Гун (ко), или «публичность», является тем единственным курсом, которым следовали все мудрецы и достойные люди, высшим принципом, который составляет путь всего мира. Ань (ан), или «протоколы», — это правдивые записи, фиксирующие то, что мудрецы и достойные люди рассматривают в качестве принципов. Все правители всегда имели публичные суды, и все публичные суды всегда вели протоколы. Эти протоколы служат предшественниками законов, направленных на уничтожение несправедливости в мире. Если используются эти публичные судебные протоколы (коаны), то приводятся в действие принципы и законы, и в мир приходит справедливость; если мир становится справедливым, то порядок будет и на царском пути».[528].

И на этом «царском пути» есть своя нравственная основа, которую могут дать тренировки с помощью коанов. Как говорит тот же мастер школы линьцзи Чжун-фэн Мин-бэня (Тюхо Мёхон, 1263–1323), проживавший при династии Юань (1260–1368) — коаны дают возможность морального воспитания учеников «без установления вероучительных догматов и заповедей», так известных в других религиозных системах. Иными словами, есть способы насаждения определённой религиозной (идеологической) нравственности без употребления известных нам догматических процедур:

«Каковы же были «слова древних», используемые теперь как «публичные протоколы», или коаны? Если говорить кратко, они состояли из вопросов, задаваемых старыми мастерами отдельным ученикам, и ответов, данных учениками; вопросов, поставленных учениками мастерам в личных беседах или в ходе проповедей, и ответов мастеров; изречений или формул, в которых мастера указывали на глубочайший Принцип; анекдотов из повседневной жизни мастеров, в которых их воззрения или действия показывали работу Принципа, и изредка — фраз из какой-либо сутры, в которой Принципу, или некоторому его аспекту, была придана словесная форма. Представляя ученику тот или иной коан и наблюдая за его реакцией, можно было судить о глубине его осознания. Коаны становились критерием духовного уровня.[529].

Так был разработан уникальный метод, с помощью которого люди могли достичь религиозного пробуждения; так был изобретен метод обучения без использования установленных вероучительных догматов или заповедей, которым надлежало следовать, наставлений, доктрин или дискуссий о них, а также без какого-либо словесного описания ступеней на пути к просветлению.[530] Аналогичным образом мастера экзаменовали своих учеников, не требуя от них выражения их точки зрения и веры с помощью слов. Проверкой служил коан. Если ученик достигал понимания Принципа, воплощенного в коане, то он отвечал таким образом, что это становилось очевидным. Ежели нет, тогда он должен был взять коан и биться над ним или в медитационном зале, или во время повседневных занятий — биться до тех пор, пока этот коан не становился с ним одним целым.[531] Мастер больше ему не помогал и не делал подсказок».

Для сравнения приведём рассказ одного очевидца, который мы взяли из Интернета о том, как начинаются саентологические процедуры. Налицо аналог коанов в современном исполнении:

«Вводные курсы обычно стоят недорого — до тысячи рублей. Сущность таких саентологических «курсов» такова — Вы платите деньги, приходите в класс, и там Вам дают книжку с комиксами по текстам Хаббарда, вы ее читаете, отчитываетесь перед училкой-«супервайзером», а затем Вам нужно написать «историю успеха», о том, какое просветление на Вас после прочтения этого комикса снизошло. То есть после прочтения комикса Великого Учителя на Вас обязательно должно снизойти озарение, иначе с Вами что-то не в порядке! А в чем заключается функция супервайзера на курсе? А в том, что он ходит и периодически заставляет Вас объяснять слова из текста, и если данное Вами определение его не устраивает, то он заставляет смотреть значение этого слова в словаре. При этом часто возникает такой диалог:

Супервайзер (С-р): Что значит вот это слово?

Студент (С-т): Оно значит то-то и то-то.

С-р: Вы ошибаетесь. Посмотрите в словарь. Что там написано?

С-т: Там написано то-то и то-то. Но я же почти то же самое сказал???

С-р: Да, но нужно точно знать значение слова как по словарю.

Студент с чувством собственной беспросветной тупости замолкает».

После этого можно перейти к анализу объективной степени справедливости, и нравственности к которым приводят людей психотехники буддизма и саентологии.

Психотехники и Язык Жизни.

Связь нравственности и психологии человека не рассмотрена у Хаббарда и саентологов. Видимо по умолчанию подразумевается, что клирование приводит к «норме» нравственность, обычно искаженную инграммами. В то же время существует «канонический» «кодекс нравственности», который тоже вроде бы не связан с процедурами психотехник (клированием), но подразумевается, что после избавления от аберраций нравственность клира становится соответствующей системной нравственности саентолгогов. Как можно понять из «науки» клирования, перекачка информации реактивного банка в стандартный банк обнуляет эмоциональное сопровождение информации, которая когда-то внедрялась в психику и не была осознана индивидом (инграмма — это момент «бессознательности», который содержит физическую боль или болезненные эмоции и ощущения).

Индивида, без эмоций, переживаний, свойственных природе человека[532] в русском языке часто называют бессердечным.[533] И тут сразу вспоминается пушкинский «Пророк»: И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.

Вспомним материал раздела «Антидиалектичность буддизма»: его следует перечитать, прежде чем продолжать дальше чтение текущего раздела книги. Напомним некоторые выводы, сделанные в нём.

По отношению к психике индивида проблема контроля правильности её алгоритмики состоит в том, что бульшая часть блоков-преобразователей информации в ней упрятана в бессознательные уровни психики, вследствие чего бодрствующему сознанию осуществить их ревизию не удаётся, если индивид не овладел психотехниками произвольного вхождения в трансовые состояния, в которых при определённых навыках сознанию оказывается доступной та информация, содержащаяся в психике, которая в обычном его состоянии недоступна; а быстродействие сознания в обработке информации многократно увеличивается за счёт его смещения в диапазон более высоких частот.

В мировоззрении триединства материи-информации-меры «эмоции + истинная объективная нравственность + сознательные и бессознательные «слагаемые»[534] процесса мышления» предстают как единый алгоритмический комплекс, обрабатывающий объективную информацию как ту, что поступает от органов чувств (телесных и биополевых — духовных), так и ту, что хранится в памяти.[535] Именно в этой триаде «эмоции + нравственность + сознательные и бессознательные «слагаемые» процесса мышления», представляющей собой единый алгоритмический комплекс преобразования информации, вырабатывается внутреннее и внешнее поведение всякого индивида, включая управление (пусть даже и бессознательное) доступом этого алгоритмического комплекса к источниками информации (чувствам, памяти, эгрегорам).

В мировоззрении триединства материи-информации-меры все эмоциональные проявления осмыслены именно в этом качестве: как предельно обобщающие — отчётные показатели — бессознательных уровней психики перед уровнем сознания, отождествляемым большинством индивидов с их собственным «Я» в каждый момент времени. А отказ принять их таковом качестве влечёт за собой разрыв одного из важнейших контуров обратных связей в целостности психики человека и делает человека заложником алгоритмики его бессознательных уровней психики, и прежде всего — заложником содержащихся в них ошибок.

После такого напоминания скажем, что любые эмоциональные проявления для любого индивида, пребывающего в любом типе психики жизненно важны и их искусственное психо-«хирургическое» удаление (как это делают саентологи и буддисты) чревато катастрофическими последствиями не только для индивида, но более — для общества в целом. Рассмотрим подробнее, что происходит с людьми и обществом в случае искусственного психо-«хирургического» удаления личностных эмоциональных проявлений, которое автоматически происходит при перекачке информации реактивного банка в аналитический банк.

Для начала повторим наше определение понятия жизнь. Жизнь это — Бог и тварное мироздание в процессе людской нравственной динамики. Иерархически наивысшее управление тварным миром осуществляет Бог согласно Его Промыслу — Мире развития. Процесс развития согласно последней задан Свыше таким образом, чтобы постоянно сохранялась определённая позитивная нравственная динамика, которая обязательно должна быть — по меньшей мере, если сравнивать некую усреднённую нравственность общества на достаточно длительных интервалах его развития (тысячелетия, столетия, поколения…).[536] Динамика нравственности связана с Божией Праведностью — а значит для людей их нравственность должна приближаться к Божией Праведности. Божья Праведность, в свою очередь для людей представляет собой поиск Справедливого образа жизни (концепции) и направлена в первую очередь на изживание толпо-«элитаризма». Последнее (а не всевозможные имитации этого)[537] возможно лишь при условии если людьми будет обретаться Человечный тип психики.

Поэтому ближайшая цель жизни всякого представителя вида Человек Разумный должна быть согласована с высшей целью современности — изживанию толпо-«элитаризма». Иначе говоря, все частные цели жизни должны быть согласованы с этой высшей, приоритетной целью. В общем и целом в Божией Мире развития все без исключения судьбы людей изначально согласованы с высшей целью современности (текущего момента развития) — вне зависимости от того, понимают это конкретные люди или не понимают. Рассогласование частных целей жизни конкретных людей с высшей целью современности, которая обязательно проявляется уникальным образом в каждой личной судьбе — приводит к разнообразным негативным последствиям в личных жизнях людей, которые отождествляют со «страданиями». А негативные последствия обязательно имеют специфическую эмоциональную окраску.

По большому счёту праведная нравственность обретается с помощью поиска людьми Правды Божией — Праведности, которую Бог избрал для Себя и для людей: эта Праведность единственно объективна. Многие религиозные системы Запада употребляют понятие «праведность», «праведник» и прочие однокоренные с ним — для придания своим религиозным системам статуса единственно приближённых к Богу. Но в этом отношении более честны те религиозные системы, которые вместо понятия «праведность» употребляют понятие «истина», «религиозная истина». К ним относятся большинство религиозных систем ведического Востока, и в первую очередь — буддизм.[538] Не скрывая своего атеизма, буддисты оперируют религиозными понятиями, восходящими к Четырём благородным истинам. Теперь представьте себе, что какая-нибудь религиозная система Запада призвала своих последователей к Четырём благородным правдам. По меньшей мере это не привлекательно: огранивать Правду Божию некими «четырьмя правдами». Короче говоря, несмотря на правдоподобные декларации, любая религиозная система, будь то западная или восточная — ограничивает своих последователей своими системными истинами, зачастую называя их правдами. Именно эти системные истины (но не правды) становятся нравственными стандартами последователей религиозной системы.

Отличие «истины вообще» либо «системной истины», которую называют правдой от Правды в том, что некая совокупная системная истина когда-то сложилась на базе определённого порога нравственности людей согласно их конкретным жизненным наблюдениям и ощущениям (истинам) и сделанным на базе этих наблюдений религиозным выводам, затем последние были сведены в определённый «нравственный кодекс», который во многих религиях стал источником не только истины, но и «правды». Нетрудно понять, что в случае, если нравственность людей меняется, то люди, сталкивающиеся с конкретными жизненными наблюдениями и ощущениями (истинами) и замыкаясь на религиозные «каноны» — будут делать те же (либо равнозначно похожие) выводы, которые в некоторых религиях называются правдами, не пытаясь переосмыслить их с позиции изменившейся нравственности. Не секрет, что любая религиозная система в первую очередь защищает свои правды-истины, когда-то принятые на веру большинством верующих людей. В противном случае мы могли бы наблюдать внутрисистемную нравственную динамику, приводящую к кардинальному изменению собственных «нравственных кодексов». Но ни в одной религиозной системе такой серьёзной динамики исторически не наблюдалось. Наоборот, большинство религиозных систем употребляло свои «нравственные кодексы» для того, чтобы в будущем нравственность верующих не уклонялась от усреднённой системной «нормы».

В древности меры воздействия на людей, уклоняющихся от поддержки своей деятельностью системных «нравственных кодексов» были основаны на физическом уничтожении всех не согласных, либо изгнании последних за пределы влияния религиозных систем. Так было принято на Западе вплоть до конца эпохи католической инквизиции (XIX век).[539] На ведическом Востоке нашли более эффективное и благообразное средство, коим стали психотехники. Ведь вычищение из персональной психики всего, что не лезет в «нравственный кодекс» религиозных истин, выглядит куда благообразнее и «гуманнее», нежели грубая физическая сила и принуждение. Поэтому существуют два способа остановки нравственного процесса движения людей к Правде (она же Истина с большой буквы в русском понимании):[540].

· При столкновении конкретных людей с конкретными жизненными обстоятельствами или ощущениями — разъяснять им (либо сделать так, чтобы они сами разъясняли себе) эти истиныс помощью стандартных религиозных догм, подготовленных «на все случаи жизни». Так поступают в большинстве религиозных систем Запада и исторически сложившегося ислама.

· При столкновении конкретных людей с конкретными жизненными обстоятельствами или ощущениями избавить людей от нравственных переживаний по этому поводу и упорядочить психику таким образом, чтобы она сама выдавала «нужные», даже неписанные системные ответы про истину «на все случаи жизни». Так поступили на ведическом Востоке и этот опыт переняла современная саентологическая церковь.

Явление Правды-Истины (по-Русски) в обществе людей всегда определённо и обусловлено стечением вполне определённых обстоятельств, характерных для исторического времени и места действия. Истина в обществе всегда жизненно конкретна. Стоящих вне жизни конкретно не определённых «истин вообще» не бывает, поэтому их бессмысленно искать, но именно «истину вообще» ищет и спорит о ней большинство «обеспокоенных» этим вопросом. И некоторые из них настаивают на том, что она существует в какой-то абстрактной, непостижимой форме, но никак не в определённой форме бытия Всего во всём его много- и разнообразии.

Каждый представитель вида Человек Разумный рождается не для того, чтобы выжить в условиях агрессивного мира, полного страданий ради лучшей будущей жизни (в чём едины буддисты и саентологи), и не для того, чтобы «работать» на спасение своей души тоже для загробной жизни (как учат в западных религиозных системах). Но уж если очень хочется всей Правды-Истины сразу,[541] то следует прежде всего понять, что Человек рождается для того, чтобы внести свой пожизненный вклад (в этом — высшая индивидуальность личности) в изменение нравственности всего общества в сторону Праведности (благонравия), а значит — и для того, чтобы внести свой вклад в дело избавления общества от толпо-«элитаризма» на данном этапе развития.

Наличие объективно предопределённого Свыше механизма «эмоции + истинная объективная нравственность + сознательные и бессознательные «слагаемые» процесса мышления», предназначенного для определения Правды-Истины в психике каждого человека — обеспечивает нравственное движение общества при любых религиозных и тоталитарных режимах (как показал исторический опыт). Работоспособность этого механизма является ответом на вопрос, откуда и каким образом должно брать человеку Правду-Истину и в соответствии с ней менять свою нравственность, если системная «правда»-истина религий объективно врёт.

Нормально организованный Свыше психологический процесс мышления людей связан во-первых, с эмоциями, возникающими всякий раз при вхождении в режим пограничных ситуаций,[542] в которые попадают люди, и во-вторых, с решениями, которые Жизнь вынуждает людей принимать всякий раз, когда наступает пограничная ситуация. Жизненные пограничные ситуации являются своего рода жизненным тестом на праведность принятых решений либо намерений на будущее. Как мы уже говорили, во всех случаях и во всех типах психики дурные эмоции являются выражением ошибочной собственной нравственности индивида, пытающейся отвергнуть исходное нравственное мерило Богоначального мозаичного мировоззрения (подробнее см. раздел «Антидиалектичность буддизма»). Поэтому дурные эмоции являются своеобразным обращением Свыше к психике индивида, сигнализирующим, что последний ошибается (либо может ошибиться в будущем), приняв конкретное решение, связанное с конкретной пограничной ситуацией. И наоборот внутренняя умиротворённость и желание благодетельствовать Миру, открытость души — являются признаком, что конкретное принятое решение (либо намерение на будущее) соответствуют Праведности Божией. Но последнее нельзя путать с эгрегориальной эмоциональной взвинченностью людей, находящихся в нечеловечных типах психики.

Поскольку безнравственных пограничных ситуаций в Жизни не бывает,[543] то каждая пограничная ситуация обязательно несёт на себе определённую нравственную «нагрузку», предложенную персноально каждому из её участников Свыше. Мало того, в этой ситуации Свыше предлагается не просто конкретная жизненная истина, как её привыкли понимать в стандартах «канонов» религиозных систем, а — объективно Праведная оценка того, как поступили (либо намереваются поступить) участники этой пограничной ситуации. И эта объективная оценка, как мы знаем, выражается в эмоциях, которые сопровождают то и или иное решение или намерения. Если эмоции отрицательные, настроение подавленное, то следует пересмотреть свои намерения и пересматривать их до тех пор, пока не настанет внутренняя умиротворённость и прочие признаки объективной Праведности решения или намерения. Частный (касающейся данной ситуации) нравственный критерий, который автоматически выявляется при праведном решении и есть Правда-Истина по данному вопросу. А все остальные критерии — заблуждения. После осмысления полученного таким образом нравственного критерия Правды-Истины по конкретному жизненному вопросу он становится достоянием нравственности человека — которая изменяется в сторону Праведности на «величину» того самого нравственного критерия. Следующая хронологически за первой пограничная ситуация позволяет добавить ещё один частный нравственный критерий в общую нравственность человека. И так далее. Естественно, что для наилучшего, быстрого и безопасного нахождения праведного ответа на вопрос пограничной ситуации — нужно иметь совесть,[544] которая позволяет тратить меньше сил и времени на поиск праведного ответа (если есть желание, воля, конечно). Кроме того, чем больше совести, тем быстрее человек может обрести праведность в жизни, поскольку совесть позволяет видеть (ощущать) те пограничные ситуации, которые бессовестные (либо мало совестливые) люди просто не замечают.[545] Другие люди тоже постоянно попадают в пограничные ситуации, которые отличаются друг от друга (одинаковых пограничных ситуаций не бывает). И им тоже преподаются уроки нравственности Свыше. Если бы люди внимали всем нравственным урокам Свыше, и смогли бы объединить свои усилия в поисках объективной праведности, то можно утверждать, что Правду-Истину текущего момента развития они узнали бы достаточно быстро всем миром — объединив результаты обучения, которые ценны своим уникальным персональным опытом в конкретных исторических условиях и в конкретных пограничных ситуациях. Таким образом совокупная нравственность общества сдвинулась бы в сторону Праведности и этот процесс шёл бы по нарастающей лавинообразно до исчерпания толпо-«элитаризма».[546].

Конечно названный выше механизм — краткое описание идеала, безошибочности которого можно достичь лишь в Человечном типе психики. Но его стоило описать, прежде чем перейти к тому, что мы имеем. Мы знаем, что о единстве эмоционального и смыслового строя психической деятельности вне человечного строя психики по существу можно говорить весьма условно. Неладность Жизни этого «единства» проистекает из того, что эмоциональные проявления и проявления рассудочно-интеллектуальной деятельности не соответствуют друг другу, если соотносить их с одной и той же объективной информацией, характеризующей жизненные обстоятельства или ситуацию, в которой оказался субъект.

Тем не менее при всяком строе психики, при любом эмоциональном фоне, на котором протекает интеллектуально-рассудочная сознательная деятельность, индивид способен выявить, какие определённые события вызывают у него эмоциональный подъём или эмоциональный спад, хорошее или дурное настроение; а выявив эти события и своё отношение к ним, он способен и дать нравственную оценку им, после чего избрать для себя предпочтительное на будущее нравственное мерило.

Поскольку подавляющее большинство людей современной глобальной цивилизации с её множеством религиозных и идеологических систем не приблизилось и близко к Человечному типу психики, и эти люди никогда не ощущали на себе что это такое, то — их «жизнь» (выживание, существование и другие заменители слова «жизнь») представляет собой непрекращающуюся череду пограничных ситуаций, большинство из которых они не замечают[547] (а те, которые замечают — это считается очень грубыми «вторжениями» в их земное существование), сопровождающихся как правило негативными (дурными) эмоциями (страданиями) и плохим настроением, стрессами. Говорить об умиротворённости, открытости души миру здесь как правило не приходится.

Доминирующие в обществе атеистов иллюзия бесцельности человеческого существования (в атеистических обществах Запада), а в западных и восточных религиях иллюзия спасения своей души или сущности ради следующей жизни — прямо, либо религиозными догматами отрицают персональную земную миссию каждого человека (индивидуальность), предлагаемую ему Свыше в судьбе и даваемую каждой душе от рождения.

Но такая миссия посланника Свыше в земной мир — объективная данность, предоставленная каждому человеку. Она уникальна, и её частный замысел — то лучшее, что предлагается душе Свыше в Жизни — находит своё отражение в пограничных ситуациях и соответствующим им нравственным нагрузкам, с которыми личность начинает сталкиваться по мере вхождения в Жизнь.

Поскольку большинство людей глухи к Языку Жизни (пограничные ситуации, ощущения и пр.), их психика является лишь хронологической «копилкой» инграмм и соответствующих им негативных (дурных) эмоций, которые проявляются всякий раз, когда индивид попадает вновь и вновь в неприятную пограничную ситуацию, либо получает откуда-нибудь информацию-раздражитель, затрагивающую его «инграммное» прошлое. Саентологи говорят, что «поток информации извне или из собственных внутренних переживаний и фантазий соответствует информации, записанной в качестве инграмм в реактивном банке, то инграмма активизируется в качестве алгоритма поведения человека и управления физиологией его организма в новых обстоятельствах, возникших спустя (возможно многие годы) после её попадания в психику индивида».

Бог таким образом милостиво возвращает людей к тем вопросам нравственности, которые ими (и даже их родителями)[548] были проигнорированы в течении прошедшего отрезка жизни — предлагая в очередной раз вернуться в прошлое и переосмыслить свои мысли, поступки, намерения. Мало того, прокрутив в своей психике целую цепочку пограничных ситуаций и соответствующих им ощущений (эмоций), индивиду гораздо легче сориентироваться, когда он (либо за него) принял (приняли) первое неправедное решение, за которым последовала «полоса страданий». Ведь рассмотреть свои ошибки (и соответствующие им эмоции) в некой доступной уму хронологии проще, чем анализировать одну пограничную ситуацию. Тем более что в этом случае индивид может обратиться за помощью к другим людям — друзьям, сослуживцам, родителям (не путать с саентологическим одитором) и к Богу с молитвой — чтобы те помогли ему разобраться со своей нравственной проблемой. И милостивый Бог обязательно приведёт такого индивида к тем людям, которые ему помогут, либо иначе ответит на нравственный вопрос: Бог обязательно найдёт, как ответить искренне вопрошающему на понятном последнему Языке. После чего индивид должен приложить усилия и праведно изменить свою нравственность (в соответствие с ответом). Тогда и инграмма рассеется как утренний туман. В случае если найдена нравственная причина (и соответствующая ей инграмма) всей «полосы страданий» — то и остальные соответствующие инграммы исчезнут, а «реактивная» информация сама перейдёт в аналитический банк данных.

Разница между таким «одитингом» с помощью Бога и друзей[549] и между одитингом с помощью саентологического одитора (либо буддийского гуру) в том, что в первом случае нравственность индивида меняется в сторону праведности: он следует лучшему в своей судьбе, а его душа освобождается из плена жизненных иллюзий и наваждений, что может привести в перспективе к умиротворённости и открытости души миру, к Человечности (путь к этому открыт Свыше каждому в процессе одной жизни). Во втором случае нравственность подгоняется под системную нравственность — методом «вычищения» из психики всех эмоциональных рецидивов, которые предназначены для её изменения в сторону праведности — остаются лишь психические стереотипы (и, возможно, соответствующие им инграммы), которые отвечают системной нравственной основе. А рецидивы, направленные на изменение личностной нравственности, предложенные в судьбе Свыше и связанные с дурными эмоциями, отвергаются психотехниками, чем самым индивид отдаёт свою душу в земное употребление соответствующей системе с её «нравственным кодексом»[550] и система ломает ему судьбу. Естественно, что после этого отыскать свою индивидуальность и уникальную жизненную миссию не представляется возможным.[551] Смысл жизни соответственно подменяется с Божиего на системный.

Но это мы опять описали идеал взаимоотношений с Богом, если люди пребывают в нечеловечных типах строя психики. В большинстве же случаев даже после неоднократного неприятного и болезненного возвращения людей в их инграммное прошлое, полное дурных эмоций, они не внимают Языку Жизни и ведут себя в большом диапазоне предоставленных им в попущении возможностей: от впадения в безвольное уныние (вплоть до суицида) — до упорства, достойного «демона»-атеиста, пытающегося изнасиловать не только свою судьбу, но и как можно больше судеб окружающих его людей.

В реальности преимущественно бесчувственного толпо-«элитаризма» возможности, которые выбирают люди, сталкиваясь со своими аберрациями (как говорят саентологи), можно условно классифицировать следующим образом:

1. Безвольные и подверженные унынию люди как говорится, падают духом и, смиряясь со своей «кармой» (как говорят на Востоке), влачат жалкое существование, не справляясь с инграмным банком сложившейся в существующей культуре психики. Такова участь, которую выбрали себе люди, считающие себя «маленькими»: их «топчут» все кому не лень и они «ложатся» под разные системы (большие и маленькие) соответственно сложившимся вокруг них обстоятельствам, не задумываясь даже о «нравственных кодексах» этих систем. Их психика шизофренична, а интеллект как правило слаб. Таких людей большинство в западных обществах и в современной России.

2. Люди, которые не могут самостоятельно справиться со своими аберрациями, будучи не приучены к этическому анализу, но зачастую ощущающие важность некоторых (пусть не всех) своих прошлых пограничных ситуаций и соответствующих им эмоциональных переживаний. Их психика, будучи противоречивой[552] и поэтому особо проблемной для самого «пользователя» и окружающих его людей — выдаёт объективно не праведные оценки прошлых и текущих пограничных ситуаций. Но эти оценки как правило (в большинстве случаев) не совпадают с системными «кодексами нравственности» того общества, в котором живут такие люди. В своём большинстве такие люди представляют собой легион бессознательного протеста самого разного характера против системного «кодекса нравственности». В зависимости от степени аберрированности и индивидуальных особенностей склада психики их можно условно разделить на:

— Преступников перед системой — людей, которые не желают исполнять не только системный «нравственный кодекс», но и законы государства, в котором они живут. Такие делятся в свою очередь на вождей преступных кланов, шестёрок и прочих.

— Деградантов шизофреников, дебилов, параноиков и пр. — тех, которые традиционно являются объектами интересов психиатрии. Они вместе с их социальным поведением тоже не вписываются в системные критерии «нравственного кодекса».

— Генетических деградантов, которые сами являются «уродами» и/или плодят «уродов» — что даже наглядно не вписывается в здоровую благообразность системной нравственности.

— Другие разновидности бессознательных внесистемных факторов.

3. Люди, которые могут самостоятельно справиться со своими аберрациями, обретя при жизни возможность вхождения в Человечный тип психики (хотя бы эпизодически), и с помощью других людей и Бога правильно оценить свои прошлые и текущие пограничные ситуации. Эти люди используют данную Свыше возможность обретения праведности с помощью нравственного анализа своих прошлых и текущих жизненных ситуаций, правильно понимая их как Язык Жизни. Но обретённая нравственность таких людей также как и людей, описанных в предыдущем пункте № 2 — не совпадает с доминирующей толпо-«элитарной» системной нравственностью. И эта категория людей тоже зачастую объявляется системой либо преступниками,[553] либо умалишёнными.[554].

Поскольку, как мы уже знаем, нравственность управляет всеми сознательными и бессознательными командами, мыследеятельностью, поведением людей — то поведение и мысли всех, кто перечислен во втором и третьем пунктах не вписываются в стандартное системное поведение, что угрожает безопасности системы, поэтому и не нравится её хозяевам, отторгается системными эгрегорами. Иными словами, все, перечисленные во втором и третьем пунктах, являются внесистемным фактором, нарушающим «кодекс нравственности» системы — каждая категория по-своему. Перечисленные в первом пункте, хоть и являются безвольным балластом, «подлегшим» под системные нравственные ограничения, всё же потенциально опасны для системы, поскольку не полностью предсказуемы и поэтому потенциально часть из них может перейти во вторую и даже третью категории. А если те, кто входит в третью категорию вдруг станут помогать людям обретать праведность вне системных «нравственных кодексов» — то многие люди из первой и второй категорий могут перейти в третью и тогда угроза доминирующей системе толпо-«элитаризма» может превратиться в её катастрофу.

4. Для того чтобы избавиться от внесистемного фактора люди придумали себе религиозные системные ограничения нравственного характера и психотехники. Следующая категория людей это те, кто по своему безволию, злонравию и безнравственности, отсутствию необходимого минимума совести, безверию Богу — самостоятельно справиться со своими аберрациями также не могут. Они встают на самый лёгкий путь ради обретения «душевного спокойствия» (как принято говорить в их среде). Они, как душевнобольные (саентологический термин), идут за помощью к служителям разнообразных религиозных и идеологических культов «добровольно» отдавая свои души и судьбы в услужение религиозным системам. Такие люди как правило даже не утруждают себя, своё сознание, детально изучить весь «нравственный кодекс» той системы, которой они «отдаются».[555] Система их с «радостью» принимает и предоставляет иллюзию «душевного успокоения» — на деле являющуюся эгрегориальной опекой психики, в плен которой попадает и душа в течение земной жизни. К настоящему времени известны две крупных возможности подобного обретения «душевного покоя»:

— Отдаться в плен к какой-либо религиозной системе западного типа («христианство», иудаизм и прочие), либо исторический ислам Востока, в которых приняты регулярные процедуры эмоциональной разрядки в виде разнообразных эгрегориальных культов. В этих системах культивируется принцип: «чем надёжнее психика индивида включена в функционирование системного эгрегора — тем больше «душевного покоя» этот эгрегор может предоставить индивиду». В системах такого типа есть слабый момент: если индивид по каким-либо причинам поменял свою веру, и/либо его нравственность стала опережать системную нравственность (в сторону добронравия) — то он имеет возможность вырваться из «сетей» системных «нравственных кодексов» и отказаться от «услуг» служителей культов. Именно по этой причине большинство религиозных систем Запада к началу XX века отстали от изменившейся нравственности множества людей. Особенно этот процесс наглядно можно проследить по истории в России-СССР.

— Пройти процедуру «клирования» у саентологов, либо на ведическом Востоке (индуизм, буддизм, даосизм и пр.). В этом случае нравственность индивида гораздо более надёжно, чем в предыдущем случае, останавливается на уровне системной нравственности, поскольку у индивида отнимается возможность уникального и своеобразного для каждого человека нравственного самоанализа — поскольку всё его эмоциональное сопровождение из прошлых пограничных ситуаций вычищается психотехническими процедурами, а соответствующая им информация (тоже важная для нравственного анализа) обретает статус «обычной» «рабочей» информации аналитического банка. Такие люди, конечно, имеют возможность вырваться из системных нравственных «оков» в основном двумя способами. Первый: весьма болезненным усилием воли отказаться от связей с представителями системы и внимательно следить за пограничными ситуациями, которые будут встречаться на жизненном пути. Правда при этом уникальный опыт прошлого жизненного пути для них будет практически утрачен. Бог откликнется и поможет. Второй: обратиться за помощью к людям из третьей рассматриваемой нами категории, чтобы те помогли восполнить утраченный процедурами нравственный «банк данных». Но праведные люди не могут навязывать другим людям некую абстрактную Правду-Истину, в противном случае эта Правда-Истина станет для тех догмой. Они могут лишь дать начальный нравственный толчок, а дальнейшую проверку на истинность оставить на совесть вопрошающих о помощи. Но всё же последним будет весьма трудно, поскольку они утратили в ходе психотехник свой уникальный жизненный опыт. И главное — они не смогли передать свой жизненный опыт другим людям, чем сильно обесценили свою прошлую жизнь.

Ясно, что люди, отдавшие свои души в земной плен религиозным системам, либо прошедшие психотехнические процедуры обретают тип психики «зомби». Наиболее устойчивые «зомби» это те, кто прошёл психотехнические процедуры клирования — поскольку у них «вычищены» все важнейшие этически-нравственные моменты жизни, к которым можно обратиться извне системы (будь то люди, свежие обстоятельства, либо Бог…) для нравственного вразумления. Такие люди лишены собственного «Я» — своей высшей жизненной уникальности и обречены на пресловутое выживание, пусть даже и при относительно спокойном «душевном» (психическом) настроении.[556].

5. Последняя категория людей это — посвящённые хозяева всевозможных толпо-«элитарных» систем, «полупосвящённая» периферия и малопосвящённая обслуга разного назначения. Поскольку люди по своему безволию, внутренней трусости, безнравственности, бессовестности, безверию (атеизму) выстраиваются в «очереди» в разнообразные системы за «душевным спокойствием», то всегда находятся хозяева, эксплуатирующие в своих корыстных интересах возможности таких людей. Мало того, эти хозяева издревле поддерживают и культивируют в обществах «нравственные кодексы» религиозных и идеологических систем, поскольку им выгодно, чтобы нравственность людей не менялась. Они действуют по принципу: «если людям удобно «пользоваться» услугами религиозных «психиаторов» — пусть они «пользуются» на наше здоровье».

Конечно, большинство людей, которые сами себя считают «маленькими» и без всяких психотехник глухи к Языку Жизни, как говорится «хоть кол на голове чеши». Но некоторые из этих «маленьких» людей (пребывающих в основном в «животном» типе психики) могут в любой момент перейти во вторую и даже в третью категории (которые описаны выше). Такое в истории случалось не раз: ведь у них не «вычищен» реактивных банк данных и есть возможность, обретя побольше воли, начать нравственный анализ своей жизни. Обычно подобные процессы активизируются в обществах, которые впадают в системный кризис. И если людей из второй и третьей категорий теоретически можно «нейтрализовать» системными «инквизициями» (что и было неоднократно проделано в истории), то обнулить пополнение людей этих внесистемных категорий (второй и третьей) из первой (и даже из первой части четвёртой) можно весьма надёжно лишь психотехниками клирования всех кроме хозяев толпо-«элитарной» пирамиды.

Таким образом, управление общественными отношениями это прежде всего — управление нравственной динамикой людей, поскольку нравственность это та компонента психики, которая управляет всеми остальным компонентами (сознательным и бессознательными уровнями психики и эмоциями). А значить нравственность управляет мыслями и поведением людей. Мысли и поведение большинства людей толпо-«элитарного» общества грубы, примитивны, весьма однообразны и общественно вредны. Это стало данностью нашего времени по причине крайнего отставания нравственности людей от объективно заданного Свыше нравственного порога для текущего исторического момента. Но хозяева толпо-«элитаризма» упорствуют несмотря ни на что, поддерживая в обществе невежество в вопросах религиозно-нравственного характера и совершенствуя лишь средства «зомбирования» населения, вершиной которых стала саентологическая церковь.

Последнее, что следует рассмотреть в текущем разделе, это относительную (системную) и объективную гуманность применения психотехник в их сравнении. Ни для кого не секрет, что восточное и западное общества представляют собой сборку индивидуалистов, управляемых по концепциям, понятным лишь хозяевам толпо-«элитарных» проектов. Социология и психология для толпы выстроена от интересов личности — к системным общественным интересам, но не более. Причём акцент делается не интересах личности и при этом делается всё возможное в системе, чтобы эти личностные интересы (недочеловеков, конечно) доминировали и удовлетворялись. В этом случае интерес недочеловечных личностей к проблемам общества будет минимальным. Ну а если он есть, то его сводят к неким стандартам гражданского общества (в светских режимах), либо к системным стандартам религий (в государствах, где поддерживаются культы доминирующей религиозной системы).

В цивилизациях ведического Востока сделан акцент на сугубо личностный аспект прижизненного «просветления» с целью личностного избавления от сансары — все остальные смыслы жизни для представителей ведического Востока вторичны и ими часто пренебрегают. Общественные интересы сводятся к соблюдению стандартного «кодекса нравственности». На Западе в том же плане доминирует не духовный, а материальный аспект личностного «благополучия», который замкнут на удовлетворение растущих потребностей материального характера.

Нетрудно догадаться, что идеалом любой толпо-«элитарной» системы является тип психики «зомби». Поскольку западный материальный аспектличностного «благополучия» привёл капиталистическую Европу и США в тупик безудержной гонки потребления, то самое позднее в середине XX века хозяева западного типа толпо» элитаризма» обратились к опыту своих восточных «коллег» и из этого опыта родилась «наука» саентология.

С позиции религиозных систем ведического Востока и саентологов, те психотехники, которые у последних называются «клированием» — вершина гуманизма. В общем и целом эта «гуманная» теория имеет весьма много общего с «демократическими» теориями абстрактного гуманизма, которые все призывают заботиться в первую очередь «о благе человека» — не раскрывая суть того, что такое Человек. Если глянуть на эти теории с позиции типов строя психики, то все «гуманистические» теории призывают культивировать индивидуализм, стремящийся к типу психики «зомби». Именно последним типом психики и характеризуются большинство «интеллигентов», несущих в большую политику этот «гуманистический» бред.

Но «гуманистический» бред, к сожалению, весьма привлекателен для большинства индивидов в современной глобальной цивилизации, поскольку он культивирует паразитизм, и в первую очередь — паразитизм духовно-нравственного плана. Подобного рода «гуманизм» предлагает людям наилегчайший путь «душевного» избавления от их собственных жизненных страданий и проблем эмоционально-нравственного характера, при этом зачастую не учитывая интересы не то что региональной цивилизации, но даже и государства.[557].

Что можно возразить, например, на подобного рода «гуманистические» утверждения саентологов (цитаты с одного из сайтов саентологов):

«Дианетическая технология направлена на то, чтобы справляться с последствиями воздействия духа на тело, и она может облегчать нежелательные ощущения и эмоции, последствия несчастных случаев, травмы и психосоматические заболевания (т. е. те, которые вызваны или усугублены психическими стрессами).

Источник всех отрицательных эмоций и чувств был найден в Дианетике. Причина, по которой человек чувствует горе или потерю, находится в его реактивном уме, который может влиять на человека и контролировать его.

Дианетическая технология позволяет человеку прорваться через его реактивный ум и навсегда стереть настоящий источник расстройств. Когда причина устранена, человек сразу становится более счастливым и здоровым».

Подобного рода благообразные утверждения (но со своих религиозных позиций) употребляют агитаторы и служители всех без исключения религиозных систем. Примерно то же самое и на ведическом Востоке, только в обоснование делается упор на преодоление кармы. В системах западного идеалистического атеизма упор делается на спасение души, ради которого не стоит расстраиваться, переживать по многим житейским пустякам,[558] а смириться с ними, не размышляя над их нравственным происхождением: ведь жизнь (по-церковному) это всего лишь средство спасения души для загробного мира.

Понятие «гуманизм» в словарях трактуется примерно одинаково: гуманизм (от латинского humanus — человеческий, человечный) — признание ценности человека как личности, его права на свободное развитие и проявление своих способностей, утверждение блага человека как критерия оценки общественных отношений.

О каком гуманизме может идти речь, если все без исключения системные «процедуры» — будь то «канонические» и духовные ограничения, либо восточно-саентологическое «клирование» — направлены не на Человечность, а на выведение устойчивой «породы» рабочих «зомби»? Мало того, системные «процедуры» (особенно такие сильные психотехники, как саентология и им подобные) отнимают у людей данную Свыше возможность обретения Человечности в течение жизни. Правда многие люди и сами этого хотят — отнимая тем самым у других людей, которые этого не хотят возможность жить в обществе с нравственностью, соответствующей их пониманию нормы. По меньшей мере это не Гуманно по отношению к тем людям, которые стремятся к праведности. По большей мере это нарушает глобальную безопасность всей цивилизации. То есть, абстрактный гуманизм, объединённый с возможностями психотехник — антиобщественое, античеловечное средство, предназначенное для уничтожения рецидивов Человечности в обществах, обоснованием чего является пресловутая «забота о «благополучии» отдельной личности».

Бог не поддерживает абстрактный гуманизм и людей, уклоняющихся от Гуманизма (с большой буквы). Бог поддерживает людей, стремящихся к праведности и внимательно относящихся к любым проявлениям Языка Жизни, которые все без исключения имеют диалектично-нравственную нагрузку. Именно поэтому по-настоящему Гуманным нужно признать процессы, в ходе которых происходит избавление общества от антиГуманных элементов — упорствующих в своём паразитизме и/или «демонизме» во всяческом уклонении от призывов к их совести через Язык Жизни. Это в первую очередь относится к вышеперечисленным категориям 4 и 5, а затем уже к первой категории. Вследствие вышесказанного для общества уклонистов нормальны процедуры самоочищения от абстрактного «гуманистического» балласта, но не методами репрессий государства, а — с помощью их самоуничтожения от неразрешённых психических проблем, поскольку психика управляет и всеми функциями организма, отвечающими за физическое здоровье. Кроме того, преступность, которая порождается проблемами, описанными в категории 2 — тоже весьма полезна, как внесистемный фактор, представляющий собой бессознательное сопротивление «зомбированию» населения под нужды системы. Тем более полезен внесистемный фактор, описанный в категории 3, поскольку он представляет собой осознаваемое диалектическое сопротивление с перспективами преодоления всех «зомбирующих» программ, мешающих выходу в Человечность. Ясно, что процедуры поголовного клирования чисто теоретически привели бы к обнулению всех внесистемных факторов, мешающих антиГуманному «зомбированию» людей. Именно поэтому в толпо» элитарном» обществе внесистемные факторы категорий 2 и 3 представляются наиболее Гуманными, а системные факторы категорий 4 и 5 — наиболее антиГуманными.

Но даже если предположить, что в неком обществе все прошли процедуру клирования и избавились от управления поведения реактивным банком данных, безопасность таких людей нарушается по причине того, что их образное мышление перестаёт нормально оперировать с отождествлениями,[559] которые хранялись в реактивном банке вместе с их эмоциональным фоном. Эти тождества, как считают сами саентологи, служат в качестве бессознательной помощи в «аварийных ситуациях»: ведь не всегда же индивид может успеть осмысленно (разумно в терминах саентологов) поступать, когда ему грозит опасность — иногда нужно действовать быстрее, чем умеешь соображать. Но они также считают, что в современном мире это не обязательно и разумный подход к жизни (который обретает клир) может заменить «аварийную систему», которая была нужна в прошлом.

Кроме того, прежде чем получить осмыслить данную в Различении Свыше жизненно важную информацию, человек мыслит тождествами «это» — «не это», сравнивая в своей психике то, что уже было с тем, что он увидел вновь или ощутил. Саентологическое (и буддистское) клирование нарушает нормальный процесс мышления тождествами — всегда предшествующий получению ответа ««это» или «не это»»? Грубо говоря, если нарушен процесс бессознательного мышления (в основном образного перебора) тождествами, то даже полученную в Различении информацию трудно (либо даже невозможно) правильно понять и сравнить (отождествить для начала) — с тем, что было дано до этого в предыдущих пограничных ситуациях[560] (информация Различения в большинстве случаев особо важна в пограничных ситуациях). Помимо этого Различение Бог даёт по нравственности, а клиры сами себя лишают нравственной динамики в жизни: поэтому с некоторого момента жизни Различение им предоставляться прекращается. Таким образом индивид сам себя лишает информации Различения — даже если Бог, милостиво желает продолжить её предоставлять, снизойдя к проблемам индивида.

Поэтому мировоззренческая картина клира представляет собой в лучшем случае неполноценную мозаику, в которой не достаёт множества жизненно важных фрагментов (откуда им взяться, если индивид лишается большой части жизненного опыта вместе с инграммным банком).[561] Но в большинстве случаев это — калейдоскопическое мировоззрение, поскольку индивид отказался от осмысления даваемой ему информации в пограничных ситуациях. А калейдоскоп не обеспечивает жизнеспособность и безопасность в серьёзных пограничных ситуациях, которые могут ожидать индивида в будущем.

Поскольку нравственность управляет всеми уровнями психики — сознательными и бессознательными — согласование их работы нормально должно производиться постоянно в течение жизни согласно позитивной нравственной динамике в сторону добронравия. Клиры останавливают свою нравственную динамику процедурами психотехник и поэтому их психика (в первую очередь бессознательное) в лучшем случае настроена на прошлую нравственность — в большинстве случаев некую усреднённую системную. Дианетика, а затем и саентология появились во второй половине XX века, как раз тогда, когда произошло изменение соотношений эталонных частот биологического и социального времени — объективное явление, когда динамика нравственных изменений (к добронравию) в жизни каждого индивида стала не просто желательной, но — обязательной. Поэтому Л.Р.Хаббард не прав, утверждая, что реактивный ум был полезен лишь в прошлом: как раз его функция в наше время весьма жизненно важна. Реактивный ум, который освобождают от инграмм саентологи и буддисты — жизненно важное средство, которое помогает людям изменять свою нравственность, чтобы не отстать от Жизни. Но люди «добровольно» отказываются от его функций (жалея себя из трусости) предопределённых Свыше для движения всего общества к Человечности.

По этим и некоторым другим причинам саентологические и другие восточные «клиры» также как и все другие категории (помимо третьей), обречены на постепенное «санитарное» вычищение из общества, а последнее будет двигаться к настоящему Гуманизму. Поэтому клирование («зомбирование») не обеспечивает той безопасности, которую обещают саентологи. А внесистемный фактор остаётся пока есть толпо-«элитаризм», он замкнут на Божий Промысел и помогает людям, стремящимся к праведности.

Заключение.

Унаследовав древнюю индоиранскую мировоззренческую основу, буддизм развил её до практического совершенства почти за две тысячи лет, оставив себе восточную религиозно-смысловую «космогонию» — как обоснование верности пути буддистов. В принципе все необходимые выводы, относящиеся к последней, мы описали в Заключение к предыдущей (пятой) книге курса: эти выводы напрямую касаются и буддизма, поскольку буддизм, первоначально являясь разновидностью религиозной системы индусского Востока — отличается от своей «матери» по большому счёту лишь понятийно. Так, например, общее отрицание буддистами существования души, что отличает буддизм от индуизма, мало меняет существо психотехник, которые были и остаются религиозным ядром как индуизма, так и буддизма. Обе религиозные системы исповедуют теорию освобождения от сансары — что и является смыслом жизни в обеих религиозных системах.

В буддизме мы видим всё тоже: признавая доктрину рая и ада, как некую существующую стадию общей и персональной «справедливости», буддисты сделали упор на процесс прижизненного «освобождения», добавив к доктрине рая и ада дополнительный главный контур, имитирующий сугубо личную посмертную «справедливость» (в следующей жизни) — доктрину многократной преемственности персонального дхармического сознания в соответствие с кармой.

Широко распространившись далеко за пределы своей «родины», и став мировой религией, буддизм явился мощным и эффективным средством распространения мировоззрения, основанного на иллюзии посмертной «справедливости», подкреплённого невиданными до него по размаху совершенными школами восточных психотехник.[562] Замкнутый круг пожизненного учительства обеспечивал из поколения в поколение (около полутора тысяч лет) стойкое генетическое наследование мировоззренческой основы иллюзии посмертной «справедливости» в регионах распространения буддизма. В соответствие с этим мировоззрением издревле был установлен стандартный «нравственный кодекс» религии, который, несмотря на «разночтения» соперничающих между собой школ разных времён мало изменился за последнюю тысячу лет. Буддизм, также как и индуизм, но более жёстко и кардинально, закрепощает психику верующих присущей ему некой средней религиозной нравственностью, а психотехники буддизма направлены на обретение людьми при жизни весьма благообразного культивируемого ими «нравственного стандарта».

В буддизме, также как и у индусов, духовно-нравственная динамикане общественное явление, а личностное: сущности обладают личностными возможностями динамики дхарм согласно колесу перевоплощений в пределах существования «Космоса», а общество в целом — обладает лишь заданной динамикой смены кальп (периодов), в процессе которой сущности могут скитаться по многочисленным мирам трёхслойного «Космоса»-Вселенной. Поэтому и цель жизни в буддизме — дело сугубо личностное, оторванное от общественной цели жизни, которой не существует вообще, поскольку в мировоззрении буддистов будущее существует лишь для персональной сборки дхарм, а общего будущего не видно (оно укладывается в кальповые циклы, одинаковые для каждой Вселенной).

Буддизм развил, трансформировал под «удобства» специфики религии и усовершенствовал мировоззренческую систему древнейшего ведического восточного дуализма. Преодолев ещё в период общего существования с индуистами «канонический» дуализм[563] (который остался на уровне мировоззрения и трансформировался в «законы кармы»), согласно которому во всём виноватыми считались потусторонние силы (либо враги) — буддисты поддержали и развили индусскую систему бессмысленного самобичевания, согласно которой во всех бедах виноваты они сами. И всё бы было правильно, если бы они рассматривали эти беды через призму социальных проблем общества (в преемственности поколений), а не личностных кармических проблем (в преемственности перевоплощений). Таким образом религиозный акцент смысла жизни оказался устойчиво смещён в «пользу» персональной (а не общественной) посмертной (а не прижизненной) «справедливости».

Учение о карме сансаре и нирване буддизма стало мощнейшей красивой религиозной имитацией правильного понимания судьбы. Для слабовольных, безнравственных людей, потерявших смысл жизни (не ощущающих свою судьбу), оно стало благообразной духовной отдушиной, имитирующей трудный путь к настоящей Свободе. Учение о карме является упреждающей религиозной имитацией преодоления трудностей, предлагаемых Свыше в судьбе каждому персонально. Мало того, люди ведического Востока, следуя древним иллюзиям восточного дуализма, сами для себя придумали искусственный «заменитель» предлагаемых Свыше трудностей (которые проявляются при жизни в пограничных ситуациях), это — «трудности» буддийского ученичества. Одновременно с этим люди также придумали для себя психотехники, представляющие собой механизм переключения психики с трудностей, предлагаемых Свыше на «трудности» религиозной системы. В соответствие с последним был найден и действенный психоимитатор умиротворённости (которая обязательно наступает, когда Человек проходит свою судьбу, согласуя жизненный путь с Богом). Этим психоимитатором является ощущение нирваны, представлющееся наградой за верноподданнические религиозные «труды». Поэтому вся «диалектика» буддизма накрепко связана догматами и эгрегориальной практикой психотехник.

Буддизм, в ещё большей степени, чем индуизм представляет собой эгоцентричную иерархически организованную религиозную систему, выстроенную по принципу имитации духовного «коммунизма». Известно, что имитация всегда проще и приятнее для неЧеловечной психики — нежели исполнение своей судьбы, связанной с изменением общественного устройства на пути преодоления толпо-«элитаризма». Буддисты, следуя древнейшему мировоззрению восточного дуализма, добрые предложения Свыше, выражающиеся в зачастую психически «неприятных» для людей призывах к преодолению личностного спектра жизненных трудностей (в ходе пограничных ситуаций), воспринимали и воспринимают как и подобает слабым и безвольным людям — как насилие над их личностью, выражающееся в постоянных земных страданиях. Вместо того, чтобы прислушаться к Языку Жизни и сделать соответствующие выводы — в первую очередь касающиеся изменения социального обустройства своих цивилизаций — люди по своему безволию, психической трусости, пребывая в нечеловечных типах психики, уклонились и уклоняются от Языка Жизни с помощью мощнейшей системы психотехнической «защиты» от Бога. Назвав все трудности Жизни земными страданиями, люди ведического Востока «зашорили» от этих неприятных «страданий» свою психику психотехниками, «вычищающими» из психики механизмы вразумляющего воздействия Языка Жизни на людей, обосновав свои действия «канонами» Четырёх Благородных истин. Можно сказать, что процесс движения к Человечности в древности надолго остановился для ведического Востока,[564] что было поддержано распространением буддизма.

Реально же религии, которые культивируют мировоззрение и нравственность на принципах перекладывания своих жизненных неудач, катастроф и других проблем-«трудностей» на Бога (богов), Сатану (и его помощников), мир, полный якобы объективных страданий — взращивают и поддерживают свою паству и учеников в каком-либо нечеловечном типе психики (обычно близком к «зомби» разной «глубины» зомбирования). Эти принципы являются верным признаком того, что религиозная система уводит свою паству от проблем социального характера, связанных с преодолением толпо-«элитаризма».

До появления теоретической основы дианетики и саентологии вразумительное и достаточно глубокое понимание того, что происходит с психикой людей в ходе восточных психотехник было практически невозможно. Изучение материалов саентологической церкви лишь утвердило нас в правильности выводов, сделанных в ходе исследований двух последних книг (пятой и шестой) курса, касающихся психотехник религий ведического Востока. Обобщим некоторые выводы, полученные в ходе сравнительного анализа психотехник буддизма и саентологии и покажем их главные отличия.

В книге «Дианетика» Л.Р.Хаббард переносит на людей животные принципы существования:

«Как только выяснилось, что выживание — единственная динамика форм жизни, которая объясняет все действия, возникла необходимость продолжать изучение действия выживания. Было обнаружено, что только боль и наслаждение являются единственно необходимыми в действиях, которые предпринимаются всем живым в стремлении выжить. Сила притяжения — это удовольствие, сила отталкивания — это боль.

Не является ли сам человек братством людей? Человек развивался и становился сильным, как стадное существо, как животное которое охотится в стае».

Напомним наше понимание психической нормы Человека. Состоявшимися людьми, носителями человечного строя психики являются те, чей разум в их жизненном развитии опирается на инстинкты и врожденные рефлексы, на унаследованную от предков культуру, кто прислушивается к интуитивным прозрениям, различая в интуиции вообще весьма разнородные её составляющие: Божье водительство, наваждения сатанизма, проявления активности коллективной психики общества, и своею ставшей свободной (в дарованной Богом Любви) волей строит своё поведение в ладу с Божьим промыслом, не порождая в обществе коллективную психику типа разрастающаяся лавина ошибок и заблуждений.

Инстинкты, разум, интуиция — явления разного иерархического порядка в организации поведения человека на основе и в ходе его психической деятельности. Тем не менее достаточно часто приходится видеть, как разум становится невольником и обслуживает животные инстинкты человека; как рассудочная деятельность превозносится над собой и пытается отрицать интуитивные оценки и даже полностью вытесняет интуицию из психики; как все они вместе, пытаются отвергать Высший промысел, вследствие чего становятся жертвами непреодолимой ими самими ограниченности и одержимости. Также приходится видеть и то, как одни индивиды предпринимают действия в отношении других с целью извратить строй их психики в направленности к «животному» или «зомби», чтобы они сами или другие имели возможность паразитировать, эксплуатируя психически искалеченных в качестве «разумных животных», физиологически во многом идентичных человеку.

Действительно животным свойственно выживание в условиях той экологической ниши, где они обитают. Чтобы выжить, продолжить род и прокормить себя и детёнышей, животные руководствуются инстинктами и рефлексами (врождёнными и приобретёнными), которые обусловлены нормальной организацией обеспечения поведения всего животного мира. Об интуиции в случае животных можно говорить лишь в смысле, ограниченном стандартными программами животного выживания. Некими зачатками разума животных можно пренебречь. Характерными чертами поведения животных являются две: «напасть» либо «убежать». Именно их Л.Р.Хаббард выделил, распространив «животные» побуждения к выживанию на человекообразных: «Сила притяжения — это удовольствие, сила отталкивания — это боль». Животные страхи перед встающими на пути препятствиями заставляют представителей животного мира нападать в случае своего явного преимущества и убегать, когда опасность видится непреодолимой. Для получения животных удовольствий и уклонения от животной боли (если вообще можно выражаться так по отношению к инстинктам животных, которые нормально обслуживают почти все их жизнеобеспечивающие программы) в мире животных и существуют две типовые черты поведения «напасть» либо «убежать».[565].

Нормально для общества людей, обладающих разумом и психически не трусливых — использовать данный Свыше аппарат членораздельной речи и разум, чтобы договариваться между собой, стараясь привести свою общую жизнь в лад с Божиим Промыслом, а не нападать, либо убегать. Не нормально стимулировать своё поведение удовольствиями. Но удовлетворение и умиротворённость, наступающие в результате праведного образа жизни — нормально.

По мере «окультуривания» глобальной цивилвизации, люди, тип психики которых был преимущественно «животным», обладая разумом и развитой интуицией и, видя своё превосходство над животными — стремились создать самые разные социальные организации (в зависимости от региона проживания), архетип и внешний облик которых отличался от животных типов организации жизни. Культурный облик таких цивилизаций совершенствовался и усложнялся как материально, так и духовно, но доминирующий в них тип психики так и оставался «животным». И лишь немногие индивиды поднимались до «демонического» типа психики, а, поднявшись до последнего — видели своё преимущество в возможности паразитировать на «животной» толпе, эксплуатируя страхи и стремление к наслаждениям последней. Но «животная» толпа по мере «окультуривания» глобальной и региональных цивилизаций, тоже не желала походить по образу жизни на животных, находясь в постоянных поисках иных смыслов и стимулов жизни, нежели «животное» выживание.

Врождённая объективная религиозность людей (на базе которой развивалась основа интуитивного восприятия мира) в совокупности с разумной деятельностью и «животной» основой алгоритмики психики[566] — всё это заставляло людей создавать такие религиозные субкультуры, в которых внешняя сторона жизни (обусловленная разумом и интуицией — по большей мере эгрегориальной) здорово отличалась от животной жизни; а внутренняя психологическая основа — оставалась «животной». Таким образом в ряде региональных цивилизаций постепенно стал зарождаться и культивироваться тип психики «зомби» — когда целый спектр «животных» инстинктов и рефлексов «упаковываются» в стандартные системные ограничения религиозных правил и «канонов», и создаются своды законодательных предписаний и «табу».

Во второй половине I тысячелетия до н. э. — времени развития глобальной цивилизации, когда формировались сразу множество региональных цивилизационных религий и соответствующих им культур — две крупнейшие глобальные культуры Востока и Запада разделились и пошли каждая по своему пути, ведущему к «зомбированию» религиозных толп. Люди Востока сделали упор на интуитивные способности представителей вида Человек Разумный.[567] А люди Запада — на разум. Это разделение можно проследить по мере появления европейской западной культуры, основанной на греческом и римском «праве».[568].

Инстинктивная стимуляция выживания (удовольствия — страхи), свойственная животному миру, заменялась культурными стимуляторами того же характера (удовольствия — страхи), но взятыми под системный контроль. Трудно говорить о степени «демонического» вмешательства в этот процесс «окультуривания» региональных цивилизаций. «Животная» основа психической алгоритмики сама по себе диктовала (и диктует до сих пор) всяческие изощрения по подгонке культурных оболочек социальной организации вида Человек Разумный под принцип выживания удовольствия — страхи. Можно с уверенностью сказать лишь одно: западная культура, ставшая библейской с начала I тысячелетия н. э., была более подвержена глобальному «демоническому» сопровождению со стороны хозяев библейской глобализации. А восточная культура развивалась в основном естественным для неё путём. Также можно с уверенностью сказать, что ведические восточные религиозные системы освоили для себя норму типа психики устойчивых «зомби» гораздо раньше,[569] чем библейский Запад.

Мы уже не раз подчёркивали, что основой религиозных заблуждений людей ведического Востока, а вслед за ними — библейского Запада и исламского Востока — явилось древнее мировоззрение восточного дуализма. Именно ему свойственно уклонение психики людей от всего, что они сочли страшным, неприятным, непреодолимым и стремление к тому, что приносит весьма разнообразные удовольствия. Мы знаем, что это признаки психической трусости перед Жизнью, что приводит к уклонению от Языка Жизни в разнообразные культурно-религиозные сферы и, как следствие — отрицание Бога (атеизм), Его милости к людям. Состоявшемуся Человеку не должно быть свойственным искать стимулирования его мыслей и поступков любыми страхами либо любыми поощрениями (удовольствиями). Праведность надо распространять на Земле добровольно, сообразуя её критерии с Богом с помощью Языка Жизни.

Ведический Восток пошёл по пути «просветления сознания», где разум нужен был главным образом для обоснования религиозно-«философских» доктрин, «космогоний» и «канонов», для обслуживания весьма примитивных (по сравнению с Западом) государственных инфраструктурных нужд. В конечном итоге ведические восточные религии стимулируют психику учеников отказываться от разумной деятельности, что называется «высшей мудростью», ведущей к «просветлению» и нирване. Как мы знаем, явление нирваны — полное слияние психики «просветленного» йогина с соответствующим фрагментом коллективного бессознательного (эгрегора), обеспечивающего имитацию освобождения от мирских «привязок». Поэтому можно сказать, что интуитивные способности восточного йогина полностью реализуются в ходе «зомбирующих» психотехник в пределах, допускаемых религиозной системой — с одновременной утратой в этих состояниях деятельности разумного компонента психики. Но нирвана это — кульминация религиозного пути. Сам же религиозный путь йогина-ученика представляет собой процесс «просветления», в ходе которого ученик должен стать клиром (в терминологии саентологов) — и только после этого он получает «право» на духовные удовольствия.

Путь, который проходит ученик на ведическом Востоке, ничто иное как духовно-психическое бегство от страхов перед Жизнью, полной якобы непреодолимых страданий (уклонение от боли — по Л.Р.Хаббарду) — в духовный мир нирванических наслаждений, который обеспечивает эгрегор (удовольствию — по тому же Л.Р.Хаббарду). Но именно это и есть признак «животной» основы алгоритмики психики. Разница только в красивой теоретической и культурной оболочке «животных» психических алгоритмов.

Не мы придумали, что нирвана это — удовольствие, получаемое в награду за «просветление»-клирование. Буддисты и не скрывают этого. Приучая себя в ходе ученичества избавляться от материальных наслаждений (Вторая благородная истина),[570] они уходят в мир духовных наслаждений-удовольствий (что мы уже знаем из диалога почтенного Нагасены с царём Милиндой):

«Сама же нирвана есть полное счастье, государь, и не смешана с тяготой. Сейчас я это обосную… Сначала все, кто взыскует нирваны, утруждают тело и мысль, ограничивают себя в том, как стоять, ходить, сидеть, лежать, есть, подавляют сон, сдерживают деятельность чувств, не щадят ни тел, ни самой жизни и в тяготах взыскуют нирваны, [а затем] наслаждаются в нирване полным счастьем, словно разбившие неприятелей[571] цари — царским счастьем. Одним словом, государь, нирвана есть полное счастье и не смешана с тяготами. Нирвана — это одно, а тяготы — это другое».

Иными словами, люди ведического Востока издревле шли по неразумному пути интуитивно-бессознательного замыкания своей психики на возможности мощнейших эгрегоров религий, созданных с помощью ограниченного разумения на основе практического опыта десятков и даже сотен поколений «просветляющихся» людей. Этим Восток отличается от «разумного» западного пути.

Конечно западный путь бегства от земных страданий к удовольствиям не такой изощрённый как на Востоке. Ограничения религиозной западной толпы от «животных» материальных удовольствий производились грубой физической силой и обосновывались также грубо с помощью системных ограничений полицейского характера — вплоть до конца властвования таких форм подавления инакомыслия как католическая инквизиция. Поэтому говорить о глубоком «зомбировании» западной толпы, сопоставимом с восточным «зомбированием» (издревле связанным с психотехниками) не правильно. «Зомбирование» на Западе имеет место, но оно не столь устойчивое и более проблемное (для хозяев этой толпы), нежели его восточный аналог. С наступлением эпохи Возрождения можно говорить об ослаблении догматического «зомбирования» западной толпы «христианскими» системными ограничениями и переходе на «правовое» «зомбирование», алгоритмика которого явилась «калькой» с греческого (римского) системных принципов.

С этого момента западная толпа приучается ни в чём себе не отказывать в материальном плане — технико-технологический прогресс позволил на несколько веков удовлетворять растущие потребности западных недолюдков в их стимулировании выживания разнообразными удовольствиями материального характера. Толпа получала эти удовольствия в награду за уклонение от «трудностей» связанных с изменением своей психики, предлагаемых Свыше через Язык Жизни. Устойчивость уклонения обеспечивали религии и идеологии: сначала «христианство», затем капиталистическое «право», а затем псевдосоциализм. Последние два политических строя делали упор в своих декларациях на постоянное увеличение благосостояния через увеличение производства и потребления товаров, услуг и развлечений, большинство из которых являлись стимулом удовольствий.

Поняв, что капитализм может материально уничтожить глобальную цивилизацию (в первую очередь экологические проблемы), хозяева библейского проекта попытались обуздать гонку потребления и производства насаждением псевдосоциализма во всём мире. Но эксперимент не удался по нескольким причинам, к которым мы обращались в четвёртой книге курса. Глобализаторам пришлось опять временно довольствоваться почти всемирным капитализмом, но проблема взращивания глобального единообразия, предназначенного для продолжения глобального рабовладения в новых условиях осталась и к ней добавились проблемы экологического и энергетического характеров.

После того, как стало ясно, что идейно-религиозная основа рабовладения (в первую очередь «христианство» и псевдосоциализм) в объективно комфортный для их эффективного применения себя не «оправдали» — толпо-«элитарные» глобализаторы («мировая закулиса») серьёзно занялись копированием восточного опыта «зомбирования» психики людей для того, чтобы адаптировать его на западную толпу. Так появилась «наука» дианетика, а затем — саентология. Дело в том, что после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени глобальная цивилизация (прежде всего Запад) вследствие технико-технологического прогресса достигла общего уровня развития — соизмеримого по воздействиям на психику уровня третьего приоритета обобщённых средств управления. Но именно на этом приоритете «работают» все религии и идеологии. Поскольку динамика информации третьего приоритета со второй половины XX века стала таковой, что в течение жизни поколения информация прикладного характера меняется несколько раз — эффективность религий и идеологий того же уровня стала ослабевать. Поэтому создавать и поддерживать идейное единообразие в быстро меняющимся обществе стало бессмысленно.

В результате осуществления проекта саентологического преобразования психики людей в глобальных масштабах предполагалось устойчивое существование общества, похожего на социализм в СССР,[572] но без тоталитарной идеологии, поскольку её планировалось заменить тоталитарной целенаправленно созданная культурой личностной психической деятельности, причем пользующейся популярностью, так как «клир» по своим психическим параметрам, поддающимся объективному контролю на основе тестов, превосходит среднего обывателя нынешней толпы, а равно «элиты» со стихийно сложившейся личностной психической культурой, полной аберраций.

Сам Л.Р.Хаббард об этом пишет:

«Возможно, когда-нибудь только неаберрированный человек получит гражданские права перед законом. Возможно, когда-нибудь в будущем будет достигнута цель, когда только неаберрированый человек сможет получить и получит пользу от гражданства. Достижение этих целей увеличило бы и способность человека выживать, и сумму его счастья.

Идеальным обществом было бы общество неаберрированных людей, клиров, ведущих свою жизнь в неаберрированной культуре, так как или человек, или культура могут быть аберрированными. Аберрации культуры входят в уравнения поведения как нерациональные факторы, которые происходят от образования, социальных привычек и юриспруденции. Недостаточно, чтобы сам человек не был аберрированным, так как он существует в рамках общества, которое само сложило свою культуру из множества неразумных предубеждений и обычаев».

Последний абзац — призыв к клированию культуры: действительно ведь если люди рождаются в «неклированной» культуре, то, даже подвергшись клированию, они могут сталкиваться всё с новыми аберрациями, от которых нужно опять избавляться клированием. Но если культура обеспечивает защиту от Языка Жизни — то надобность в клировании может даже отпасть (чисто теоретически — с позиции саентологов) через несколько поколений, поскольку давление культурной среды будет обеспечивать рождение уже психически весьма «чистых» младенцев.

Однако путь (алгоритм перехода) к клированному обществу глобализаторы выбрали следующий: сначала производство некоего необходимого множества клиров — затем наделение их полномочиями новой «элиты» на местах — принудительное клирование всех остальных, что открывает возможность к беспрепятственному переходу к культуре клиров — переход к культуре клиров, похожей на политический строй в СССР (с выделением из клиров должностных «элит» «демонического» типа психики), обеспечивающий сокращение гонки потребления и производства в мире.

Обратившись за помощью к опыту психотехник Востока (самое позднее в середине XX в.), глобализаторы столкнулись с проблемой, свойственной особенностям психики западного обывателя. Западный обыватель, в отличие от восточного, привык делать упор в своём информационном сопровождении жизнеобеспечения по выживанию не на интуицию, а на разум. Кроме того, в условиях «развитого» капитализма, засилия сложнейшей технократии, развитости мощнейшей инфраструктуры государственных институтов и диктата «демократического права» — самое привлекательное как поощрение-удовольствие, чем можно заинтересовать обывателя-атеиста (потенциального кандидата в будущую клированную «элиту»), это быстрая карьера[573] успешного менеджера в разных областях прикладного знания.

Поэтому в ходе адаптации буддийского учения к западному психотипу пришлось изменить конечную цель, к которой ведёт восточное «просветление» (клирование — по-западному). Вместо обещаемой на Востоке нирваны большинство саентологических клиров получают некую рациональную разумность, способствующую наилучшему выживанию — что и является аналогом удовольствий-стимулов к «жизни» после бегства от психических страданий, с помощью клирования. Л.Р.Хаббард пишет:

«Человек обладает разумом и в состоянии думать и понимать. От этого зависит его способность находить решения проблем, используя ощущения или воссоздавая и осмысляя ситуации. Эта разумность, рациональность и является высшей характеристикой сознания,[574] делает человека человеком и отличает его от животного».

Нетрудно догадаться, что клирование психики по-саентологически обеспечивает более лёгкий (нежели у аберрированного индивида) доступ не только к разумно получаемой информации, но и к информации, хранящейся в достаточно большом спектре эгрегоров разнообразного профессионализма — от сферы материального производства до сферы среднего и даже высшего уровня управления прикладными отраслями. Иными словами, клирование не только снимает «аберрационные» запреты на эффективную работу рационального ума, но и обеспечивает лёгкое интуитивное вхождение в эгрегоры прикладных отраслей знания.[575] К тому же клирам предоставляется возможность разумного обучения всестороннему менеджменту в области прикладного знания. В результате на выходе мы имеем целый отряд «прикладных» «зомби». Им предоставлена возможность «широкого» выбора престижных профессий из не запрещённых сфер прикладных знаний и части управленческих «отраслей»[576] и они успешно достигают этих «высот»[577] — чем обеспечивается иллюзия полной свободы по сравнению с их способностями до клирования.

Ясно, что в сферу глобальной политики, вопросов, связанных с нравственным воспитанием, диалектикой движения к Человечности и прочим подобным — у клиров-«зомби» интереса не имеется по типу их психики, а если интерес появляется, то существуют запреты «кодекса нравственности» саентологии. Но при этом особо продвинутым клирам предоставляется возможность дополнительного посвящения в некие высшие динамики[578] — последняя из которых несколько напоминает буддийскую нирвану.

После заполнения «Оксфордского теста» (так называется первый тест саентологов для тех, кто приходит в их церковь), состоящего из примерно 200 вопросов преклиру предлагают один из многих курсов клирования. Восемь динамик саентологов (мы их не стали подробно рассматривать, чтобы не нагружать чрезмерно эту главу) предполагают постепенное восхождение от состояния клира к некоему аналогу нирваны, который якобы существует, но очевидцев почему-то нет. К этому следует добавить, что саентологи обучают «удачливых» клиров не только менеджменту. В их церкви существует разработанная система эзотерических культов для тех, кто интересуется не только светским менеджментом. Вот что пишет очевидец, прошедший саентологическую церковь:

«Саентологи поступили очень мудро, оставив свой путь к Нирване без конца. Обычно человек, прошедший очередной саентологический уровень, находится в разочаровании, но он надеется, что следующий уровень уж точно решит его проблемы. И так продолжается до тех пор, пока адепт не проходит на последний уровень. Там он вынужден смириться с тем, что в нем практически ничего не изменилось, и с невозможностью получить желанную Полную Свободу. И отныне он вынужден делать пожертвования в пользу Церкви, чтобы завлечь больше людей в Саентологию и приблизить тот момент, когда желанные последние уровни станут доступными. А может быть, этих уровней у саентологов попросту нет, и они теперь лишь делают вид, что обладают тайнами Вселенной».

Это в очередной раз доказывает, что нирвана в процедурах всевозможного клирования (саентологии и буддизма) — не главное. Главное — клирование. Нирвана это — крупная приманка для тех, кто ждёт и ищет больших удовольствий. Тем, кто не ищет нирваны и не собирается заниматься религиозными вопросами церкви — предоставляются аналоги в виде светских удовольствий. Таким образом, саентологическая церковь универсальна: она призвана привлекать западного обывателя со светской и религиозной ориентациями.

К такому выводу и пришёл очевидец:

«А для того, чтобы стать хотя бы клиром, нужно потратить гораздо больше времени и огромную кучу денег, так как нужно сначала пройти несколько саентологических ступеней, чтобы приступить к Дианетике Новой Эры (НЭД), якобы делающей из человека клира. В отличие от обычной Дианетики, НЭД занимается не только пренатальными инграммами, но и прошлыми жизнями.[579] Хотя для начала Вы можете купить более дешевый одитинг по «Книге Один» (первая «Дианетика»)».

Кроме того, церковь предусматривает свою организацию толпо-«элитарной» иерархии, которая должна складываться из клиров (во всяком случае на нижних и средних уровнях). Череда стадий динамик называется «Мост», полное обретение которого стоит больших денег.[580] Об этом тоже пишет очевидец (текст из Интернета):

«Я спрашивал у некоторых подростков и молодых людей, зачем они так рьяно защищают Саентологию, если у них все равно нет полмиллиона долларов, чтобы пройти Мост. На что они гордо отвечают, что Саентология обязательно подымет их способность зарабатывать деньги, и полмиллиона для них будет мелочью. Очевидно, они совсем потеряли чувство реальности.

Зато большая цена на Мост создает элитарность. Значит, получать платный «Мост» должны лишь избранные. Кто должны быть эти избранные? Знаменитости — раз. Медиа-магнаты — два. Ключевые политики — три. И вообще те богатые и влиятельные люди, которые бы помогли осуществлению цели Саентологии.[581] Эту цель Хаббард в «Официальном послании к сотрудникам» определил так: «Саентология дает Полную Свободу, но она также должна завоевать тотальную власть и тотальный контроль — иначе она не выживет». Еще в одном бюллетене Хаббард пишет: «Наши главные цели… депопуляризация врага до полного уничтожения, взятие под контроль… всех владельцев средств массовой информации, взятие под контроль… ключевых политических фигур». Уже не секрет, что Церковь Саентологии открыто стремится к мировому господству. Иначе как было бы возможно «клирование планеты»?

Хаббард пишет: «Цель этики — устранение из мира враждебных Саентологии идей. Когда это достигнуто — ликвидация вообще всех других учений».

Религиозная сторона играет большое влияние в процессе привлечения сторонников в церковь и эта религиозная сторона очень сильно напоминает буддизм (заметки очевидца из Интернета):

«Но почему же люди, ни смотря ни на что, все-таки становятся саентологами, и платят бешеные деньги за сущую ахинею, разрушая свои семьи и всю свою жизнь?

На это существует масса причин. Но главная — это обещание Церкви обеспечить духовное бессмертие, непрерывное существование в виде неистребимого «эго», не стесненного физическим телом и обладающим сверхъестественными способностями. Человек, купившись на обещание бессмертия, способен на любые глупости, так как ценности обыденной жизни представляются ему несущественными».

Не правильно утверждать, что Л.Р.Хаббард — агент «мировой закулисы». Скорее всего он — эгрегориальный исполнитель замысла «мировой закулисы»,[582] которая разочаровалась в идеологических и религиозных вывесках и учениях прошлого. Последние с конца XIX до середины XX вв. приносили ей лишь разочарования. Последнее крупное разочарование это крах мировой системы псевдосоциализма, который обозначился несколько ранее, чем Л.Р.Хаббард выдал свою первую книгу «Дианетика» (1950 год). Однако обращение к опыту буддистов для «зомбировния» западной толпы началось гораздо раньше появления дианетики. Этим опытом интересовались и троцкисты и нацисты — практически одновременно, организовывая экспедиции в Тибет, и/либо иначе пытаясь обрести опыт психотехник.

У троцкистов, получивших из рук «мировой закулисы» власть в СССР после периода 1917–1922 гг. для распространения опыта СССР на весь мир имелась мощная система идеологических догматов, которая называлась «марксизм-ленинизм». Имелись организационные структуры, выстроенные по масонскому типу,[583] имелась поддержка «мирового интернационала» и другие возможности идеологического догматического оболванивания доверчивой толпы. Но, как мы уже знаем, этого объективно мало для устойчивого «зомбирования» населения: естественные рецидивы стремления к Человечности через обретение благонравия с помощью Языка Жизни не позволяли быстро и эффективно психологически сломить и покорить советскую толпу. Тем более что лозунги псевдосоциализма понимались многими российскими гражданами в соответствии с присущими русским нравственными стандартами, которые можно было «вычистить» лишь психотехниками (чисто теоретически, конечно). В общем, троцкистам первой трети XX века не хватало психотехник «клирования», интерес к которым, видимо, был огромный.

Интерес к буддизму руководители первого советского государства (образовано в 1922 году) проявляли и раньше контактов с Рерихами. Но уже в 1926 году при посредничестве советского консула в Монголии Н.К.Рериху удалось получить советскую визу эмигранта, а 26 мая 1926 года Н.К.Рерих вместе с женой и сыном пересёк границу и отправился в Москву. Они прибыли в столицу 1З июня и были приняты наркомом иностранных дел Г.В.Чичериным и наркомом образования А.В.Луначарским. Два года назад умер В.И.Ленин. В правительстве разгоралась борьба между Л.Троцким и И.Сталиным. И вот именно в этот момент появляется посланец Шамбалы,[584] который как оказалось, привез в дар молодой республике шкатулку с горстью тибетской земли и надписью: «Для могилы нашего брата, Махатмы Ленина» и послание к руководителям Советской республики.

Как известно в Монголии большинство людей и в наше время исповедуют буддизм.[585] Официальна религия Монголии буддизм-ламаизм[586] принят с 16 века[587] — 94 % верующих. Монгольский «жёлтошапочный» буддизм-ламаизм очень близок тибетскому ламаизму, который ослабел после бегства тибетского Далай-ламы в 1959 году.[588].

В 1926 году Н.К.Рерих привёз послание к руководителям Советской республики, в котором можно увидеть удивительное системное сходство псевдосоциализма и буддизма:[589].

«На Гималаях мы знаем совершаемое вами. Вы упразднили церковь, ставшую рассадником лжи и суеверий. Вы уничтожили мещанство, ставшее проводником предрассудков. Вы разрушили тюрьму возпитания. Вы уничтожили семью лицемерия. Вы сожгли войско рабов. Вы раздавили пауков наживы. Вы закрыли ворота ночных притонов. Вы избавили землю от предателей денежных. Вы признали, что религия есть учение всеобъемлемости материи. Вы признали ничтожностъ личной собственности. Вы угадали эволюцию общины. Вы указали на значение познания. Вы преклонились перед красотой. Вы принесли детям всю мощь космоса. Вы открыли окна дворцов. Вы увидели неотложность построения домов общего блага!

Мы остановили возстание в Индии, когда оно было преждевременным, также признали своевременность вашего движения и посылаем Вам всю нашу помощь, утверждая единение Азии! Знаем, многие построения свершатся в 28–36 годах. Привет вам, ищущим общего блага!».

Но объединению психотехнических «тонкостей» Востока и западных вариантов новейшего толпо-«элитаризма» не суждено было свершиться в первой половине XX века. Это всё же происходит через саентологическую церковь, но после краха СССР — тогда, когда изменение соотношения эталонных частот биологического и социального времени объективно сделало все попытки «мировой закулимсы» адаптироваться во времени — тщетными. Объединение психотехнических возможностей Востока и идеологии псевдосоциализма Запада было весьма опасно до середины XX века. Бог не позволил это сделать, а И.В.Сталин окончательно прикрыл проект объединения «тонкостей» Востока с идеями псевдосовободы Запада. Вот как это происходило.

Н.К.Рерих планировал встретиться с председателем ВЧК, самым заинтересованным (по должности) лицом в том, чтобы псевдосовтский порядок был устойчивее. За день до встречи Н.К.Рериха и главной фигуры, обеспечивавшей безопасность советской «элиты» — Ф.Э.Дзержинский скоропостижно умер. Порвалось важное звено, через которое буддизм мог бы проникнуть в советские структуры.

После этого И.В.Сталин, который, если и не понимал до конца, то ощущал вредоносность объединения буддийских психотехник с идеологией марксизма-ленинизма — сделал всё необходимое, чтобы прикрыть этот проект. Поскольку в СССР такого объединения не состоялось благодаря И.В.Сталину, то и в «контекст» «мировой революции», плацдармом которой при Л.Д. Троцком и его оставшихся последователях был СССР, психотехники Востока так и не попали. Сталин своей волей прикрыл проект вхождения психотехник в культовую сторону псевдосоциализма 30-х годов для СССР,[590] устранив из руководства партии всех, кто в этом особо усердствовал, и прикрыл экспедиции в Шамбалу.[591].

Попытки создать глобальную цивилизацию «зомби» прослеживаются очень давно в истории современной цивилизации. Ближе всего по этому пути продвинулся ведический Восток. Менее всего «зомбированию» поддаются представители Русской цивилизации. В нашей истории до всеобщего крещения длительное время (более 1000 лет) не было рецидивов рабства и это устойчиво и невычищаемо вошло не только в генетику русских людей, но и в Русский эгрегор — духовность, которая существует несмотря на одновременно доминирующую в России библейскую духовность. Но двойное духовное давление на психику людей, живущих в Русской цивилизации обуславливает калейдоскопическое, бессмысленно протестное восприятие объективной реальности, часто доходящее до шизофренического расщепления психики.[592] Большинство представителей Русской цивилизации сопротивляются всем видам скрытого рабовладения бессознательно[593] — одновременно нанося своей психике невосполнимый ущерб, особенно в наше время. Поэтому скорейшее осзнание русскими своей глобальной миссии — главное условие безопасности не только нашей, но и всей глобальной цивилизации.[594].

Достаточно точное описание вожделений «мировой закулисы», которых она добивается с помощью изменение психики большинства людей планеты были вложены в уста одного из главных героев известного в своё время советского фильма «Мёртвый сезон», вышедшего на экраны в 1968 году. Сюжет его сводится к тому, что некий доктор Хасс, наследуя замыслу фашистов после войны, продолжает опыты по создания препарата для «зомбирования» людей, а советская разведка пресекает эти опыты. В образе доктора Хасса можно увидеть представителя «мировой закулисы», который выдаёт заветную мечту последней:

«Так вот, Гитлер был человек величайшей интуиции, но, признаться, редкая невежда. Он не понимал, что новые идеи могут рождаться только на новой научной основе.[595] Другое дело, если бы он дожил до R-H (газ Эр Эйч, предназначенный для изменения генетики людей — наше пояснение[596]). Это будет общество людей новой породы. Потому, что стоит только вспрыснуть одну десятитысячную доли R-H самому неповоротливому человеческому существу, как оно мгновенно осуществит огромное интеллектуальное могущество.[597] Вот вам и решение всех проблем. Нет больше ни богатых, ни бедных, есть только элита, живущая в новом Эдеме — мыслители, поэты, учёные. Вы спросите, а кто же будет работать? Правильный вопрос, молодчина. Работать будут представители неполноценных рас, прошедшие специальную психо-химическую обработку на совершенно иных дозах. Причём на этом пути открываются возможности, поистине сказочные. Во-первых, эти люди по своему совершенно счастливы, поскольку они начисто лишены памяти. Они отрезаны от какой бы то ни было информации извне. Ведь отчего люди страдают больше всего? От сравнения: кто-то живёт лучше, кто-то талантливее, кто-то богаче, кто-то могущественнее. А человек, прошедший психо-химическую обработку, будет радоваться, непрерывно, радоваться, что ему тепло, что помидоры красные, что солнце светит, что ровно в два часа, что бы ни случилось, он получит свой питательный бобовый суп, а ночью женщину, при условии, если он будет прилежно трудиться. Ну разве это не милосердно? А дальше R-H сможет постепенно создавать определённые типы служебного человека. Ну, так, как это мудро природа сделала в улии, муравейнике. Представьте, человек-ткач, человек-пекарь, человек-шофёр, причём у него нет никаких других потребностей, никакого комплекса неполноценности. Ну нет же у вола комплекса неполноценности о того, что он — вол. Ну — вол, и слава богу. Человек-робот ни о чём ни думает, всегда доволен, и он размножается, производит себе подобных. От человека-золотаря также не может родиться человек-математик, как от кошки не может родиться слон, исключено, потому что влияние R-H затрагивает генетическую структуру человека. Вот, что особенно важно! А Вы говорите?…».

«Мировая закулиса» уже давно поняла, что из представителей Русской цивилизации рабов не сделаешь. Поэтому-то на Западе и была разработана программа по физическому устранению жителей территории России в результате «перестройки» с одновременным заселением нашей территории более податливыми к «зомбированию» национальными толпами из других регионов.[598].

Некоторая часть россиян, усердствующих на пути безоглядного озападнивания России, отмечают особую неподатливость большинства представителей Русской цивилизации к «зомбированию». Как один из примеров такого рода можно привести диалог корреспондента «Радио России» с руководителем крупного холдинга,[599] в котором взаимоотношения между людьми выстроены по западному принципу взаимоотношений прикладных «зомби» с «демонами» высшего звена:

Отрывок из радиопрограммы.

В.А.Петрова: Мы учим людей очень много. Мы занимаемся бесконечными программами развития своего персонала, и у нас есть великолепные примеры, когда за 5 лет у нас человек дорастал, например, от уровня рабочего до уровня начальника цеха или до уровня директора по какому-нибудь направлению.

И.Гмыза (ведущий радиопрограммы): Это заслуга компании или это заслуга рабочих?

В.А.Петрова: Это всегда двусторонний процесс. Он не может быть заслугой кого-то одного. Это всегда: мы создаём эти условия, но амбициозные люди находят себе и пробиваются по этой лестнице вверх.

Тогда, когда человек ничего не хочет и его единственный девиз: «Оставьте меня в покое» — ну хорошо, не обижайтесь тогда, что у Вас скромная заработная плата, что Вы не растёте. Не обижайтесь.

И.Гмыза: А таких много?

В.А.Петрова: Таких достаточно много.

И.Гмыза: На рынке труда?…

В.А.Петрова: Даже если брать кривую нормального распределения, в любой популяции, в любой социальной группе, у Вас будет 15 % приблизительно амбициозных людей, которым что-то нужно, они идут вперёд, тащат за собой всё, 15 % людей, которым не нужно ничего, и нет такой силы, которая могла бы их расшевелить, и 70 % приблизительно людей, которые ведут себя ситуативно:[600] есть возможность, есть какая-то мотивация, что-то появилось — да я пошёл: что-то сделал или там начал свой собственный бизнес, устроился на работу, получил дополнительное образование, выучил иностранный язык. Нет мотивации — ну и-и… можно сериалы смотреть по телевизору.

И.Гмыза: Человек, работающий в крупной компании, он осознаёт себя винтиком в большой машине? Потому, что одно дело — есть компании в 10 человек: начальник каждого знает в лицо, с каждым может поздороваться за руку, спросить, как твои дети. 50 тысяч народу (до этого речь шла о том, что в компании «РУСАЛ» работает 51 тысяча человек — наше пояснение), понятно, что невозможно всех знать просто физически. Так вот, человек, который работает там, он на что себя должен настраивать? Как он себя должен позиционировать, чтобы не ощущать дискомфорт?

В.А.Петрова: Человек должен всегда себя настраивать так, как он хочет, собственно, дальше жить и работать в этой организации. Если он хочет ощущать себя винтиком — это очень удобная и комфортная позиция для многих в крупной организации. Чем она хороша? Тем, что даже, если ты сегодня немножечко не доработал, огромный механизм работает за тебя, он тебя поддерживает. Постоянно есть кто-то, кто тебя страхует: ошибку сделанную тобой, работу, недоделанную тобой и т. д. И винтик — это достаточно удобная, комфортная позиция. С другой стороны, люди, которые хотят делать карьеру, которые хотят много зарабатывать, которые хотят управлять большими коллективами, делать большие новые проекты — у них есть все эти возможности. И тогда Вас будут знать все, поверьте мне. Тогда Вы будете очень, очень признанны, и за руку с Вами будут здороваться члены правления, и владельцы компании, и все, кто угодно.

И.Гмыза: Но таких — 15 %.[601].

В.А.Петрова: Я рада, наверно, буду сказать, что у нас (в компании «РУСАЛ» — наше пояснение) таких больше. Мы мониторируем постоянно состояние нашего трудового ресурса, проводим опросы среди людей. У нас людей амбициозных, желающих двигаться вместе с компанией, желающих развиваться, у нас их гораздо больше. Я думаю, что сейчас это около 30 %.[602].

И.Гмыза: А вот ещё интересно мне узнать: наши рабочие, наши люди, которые работают на ваших предприятиях, и те же американцы — они по-разному работают? То есть, я понимаю, что задачи и цели у них одинаковые, технология та же самая. А вот отношение?

В.А.Петрова: Работают по-разному. У нас есть две беды. Они являются национальным архетипом российским, поэтому их трудно достаточно искоренить, хотя и можно с ними поупражняться.[603] Одна беда — это лень.[604] Когда человеку лениво что-то делать, то он начинает «срезать углы»: он начинает что-то недоделывать, где-то там — не так, как написано в технологической карте, где-то, например, не сделать какую-то операцию — авось не заметят.[605] И длительное время в определённых производственных процессах это и не заметно. Опять: «машина» — большая, она идёт вперёд. Это огромный пароход, в котором работают тысячи людей. Но в какой-то момент всё это начинает вылезать и начинает рушиться и вот, собственно, задача управления состоит в том, чтобы всех людей мотивировать и как бы дать им интерес и дать им инструмент для того, чтобы они выполняли правильно свою работу. А вторая очень большая проблема, она действительно является проблемой тоже для организации, хотя может быть парадоксально то, что я сейчас скажу — это креативность российского народа, это наше такое творческое отношение ко всему.

И.Гмыза: Недостаточная креативность?

В.А.Петрова: Чересчурная креативность, потому что люди очень любят отклоняться от технологических инструкций, от регламентов, от каких-то стандартов, которые задаются и любят изобретать что-то своё: вот просто потому, что человек, он видит по-другому; вот он всегда, как ему кажется, может найти наилучший подход и наилучшее решение какой-то проблемы. Но он со своего участка, небольшого, он видит только свою небольшую часть проблемы и не видит, что происходит на смежных участках. Иногда это может представлять очень небольшую часть проблемы. То есть, чем отличаются западные работники — работники Западной Европы и Америки — от россиян, а мне приходилось бывать на предприятиях практически во всём мире — те достаточно чётко и дисциплинированно выполняют инструкции, которые у них есть. Поэтому подавляющее большинство предприятий работают с гораздо меньшей численностью людей, гораздо более легко, без стрессов и спокойно. В России две проблемы: либо я гиперактивен и делаю не то, что нужно, либо я гипоактивен, и не делаю того, что нужно.

Бог не поддерживает психическую трусость и стремление к антидиалектическому покою недочеловеков во всех их проявлениях — поскольку трусость мешает нормальной динамике взращивания Человечности и благонравия на Земле. Поэтому люди, стремящиеся любыми способами скрыться от Языка Жизни, приспособившись к западным сценариям посредством попыток «вычистить» из своей психики механизмы воздейсвтия на неё Свыше — сами будут разными способами вычищаться из общества, нацеленного Свыше на избавления от неЧеловечных взаимоотношений людей.

Приложение. Библейский «Остров» «благородия» в море народного невезения.

(Отзыв о фильме «Остров»).

Только что страна посмотрела фильм «Остров». Помимо всего прочего (что бурно обсуждается в СМИ) в сюжете фильма есть скрытая от большинства зрителей религиозная мораль. Эта мораль позволяет увидеть жизненно важную разницу между поддержкой человека Богом (Который, тихо, без шумных эффектов предлагает праведный путь и ждёт от человека первого шага) и вербовкой психики личности крупным эгрегором религиозной системы (который умеет ошарашивать чудесами).

Из сюжета фильма можно увидеть, если заняться необычным для большинства сравнением (на базе Концепции общественной безопасности), как крупный эгрегор религиозной системы (в нашем случае библейский) «убеждал» главного героя в том, что он может избавиться от самого крупного греха лишь полностью отдавшись библейскому «Богу» — имитатору веры Христа (Антихристу). В результате это и произошло: главный герой прослужил всю жизнь церковной иерархии в качестве истопника, страдал всю жизнь (как выяснилось по сюжету — почти что зазря) и был потерян для общества, для народа в качестве полноправного жизнерадостного гражданина и счастливого семьянина…

Рождественский подарок народу.

В конце 2006 года на экраны российских кинотеатров был выпущен фильм Павла Лунгина «Остров» (в кинопрокате с 23 ноября 2006 года). Его решили показать по российскому телеканалу в день православного «Рождества», 7 января 2007 года в самое удобное время (20.15–22.05 мск) и без рекламы, в результате чего его посмотрела, как говорится, «вся страна». Нужно отдать должное режиссёру, авторам сценария и прочим лицам, принимавшим участие в постановке: фильм получился захватывающий, насыщенный глубинами религиозной «философии», полный людских страданий и даже, думаем, что не ошибёмся — «прошибающий слезу» у многих простых людей Русской цивилизации и за её пределами. В общем, фильм получился, в том смысле, что он обладает магическим воздействием на сознание и главное — на бессознательные уровни психики людей. Фильм навязчиво призывает к раздумью о смысле жизни, о раскаянии за преступление, о ненадёжности, зыбкости и даже опасности земных привязок и в первую очередь самой главной земной привязки — жажде жизни (из-за жажды жить главный герой совершает преступление) — как это считается в церковно-библейской системе, но не только в ней…

«Вторая мировая война. Баржу, на которой Анатолий и его старший товарищ Тихон перевозят уголь, захватывает немецкий сторожевой корабль. Вымаливая пощаду у немцев, Анатолий совершает предательство — расстреливает Тихона. Немцы оставляют труса на заминированной барже, но благодаря помощи монахов, проживающих в островном монастыре, ему удаётся выжить… Проходит 30 лет. 1976 год. На острове старца Анатолия почитают за праведную жизнь и поистине чудесную помощь, которую он оказывает приехавшим сюда людям. Однако страшный грех убийства, совершённый им во время войны, не даёт ему покоя. Чувствуя приближение своей кончины, Анатолий готовится к смерти и пока не знает, что скоро будет прощён…» — это стандартное краткое описание сюжета фильма, помещённое на многих сайтах, посвящённых ему.

Библейское христианство и буддизм: много общего.

Из предыдущих книг учебного курса «Сравнительное богословие» известно, что древние религиозно-мировоззренческие основы ведического Востока (где самая распространённая и весомая религия — буддизм) и библейского Запада одни и те же — расходятся они по большому счёту в религиозной символике и культовой практике. В этот же список (к библейским и ведическим религиям) можно записать и ислам, поскольку в нём тоже целью жизни принято считать спасение своей души.

Доктрина спасения своей души — «Для будущай жизни»"», как часто добавляют в «христианских» церквях, причём указывая место локализации этой жизни «в царствие Небесном» — как основной смысл жизни во всех «авраамических» религиях и доктрина избавления от сансарического колеса земных перерождений, как основной смысл жизни индусов и буддистов (в общем, людей ведического Востока) — суть одно и тоже. Это — трусливое бегство людей от самих себя и от мирской цивилизации на некий духовный остров в мирском море-океане, к которому тянутся за спасением люди со своими негативными жизненными проблемами — «невезениями». С чем-то радостным на остров миряне как-то не едут…

Как бы подтверждая наши рассуждения об актуальности темы смысла жизни, режиссёр Павел Лунгин рассуждает тоже:

«Сейчас такое чувство, что время перемен закончилось, и обществу пора задуматься о вечности, о грехе и совести. В азарте погони за успехом и деньгами эти вещи ушли из нашей жизни… Процесс съёмок был необыкновенным и для актёров тоже. Съемочная группа как будто прожила особую жизнь на Белом море». (Из публикации на сайте Телеканала «Россия» о фильме «Остров»).[606].

Так церковно-храмовые религии расставляют духовные ориентиры людям — для того, чтобы те целенаправленно занимались делом, угодным религиозным корпорациям и считали это в жизни основным. Правда к такой мысли фильм подводит аккуратно, не насилуя зрителей, подобно тому, как не насилует послушник Анатолий своими советами и лечением всех, кто приезжает к нему на остров — в том смысле, что люди сами со своими невезениями едут к нему за помощью.

Однако, в киношном фольклоре уже есть знаменитый фильм, где не последнюю роль играет символ «острова». Это — «Бриллиантовая рука» с её «Островом невезения». Современные киношники вляпались опять в библейский сценарий, пытаясь и дальше (умело и правдоподобно) поддерживать иллюзию в народе о том, что Россия — Остров невезения.

Храмовое «благородие».

Впервые институт монашества был развит в буддизме. А хронологически после этого он уже был принят и другими религиозным системами, в том числе и библейским христианством. Буддизм считается религиозной системой, которую поддерживают миллионы последователей, которая для них является благонамеренным воплощением высочайших идеалов добра, любви к ближнему, духовной свободы и нравственного совершенства. Но тем не менее, буддизм не признаёт ни Бога, ни бессмертия души, ни свободы воли. И мало того, что буддизм не знает Бога, самая идея «единого верховного существа», которое создаёт весь «страдающий» мир из ничего — кажется буддисту странной, нелепой, не верной. Библейское христианство декларирует единобожие и признаёт идею Бога Творца. Однако у них — одна мировоззренческая основа: просто буддисты не скрывают свой атеизм (отрицание Бога), а библейские христиане думают, что они имеют дело с Богом, следуя церковным правилам. Буддизм показателен тем, что он открыто атеистичен. А фильм «Остров» показателен тем, что он примиряет буддистов и «христиан» — показывая людям единую атеистическую суть обоих религий.

Для того, чтобы не быть голословными, но главное — пояснить через лексику буддизма, что имеется в виду под понятием «земные жажды», «земные привязки» в библейской религиозной системе, приведём выдержки из религиозной основы (смысла земной жизни) буддизма, чтобы была возможность сравнить их со смыслом жизни в библейской религиозной системе. Происхождение «зла» в буддизме — как и подобает религиозной системе, основанной на мировоззрении восточного дуализма — приписывается некоей космогонической объективности и является исходной позицией «философии» буддизма, зафиксированной в «Первой благородной истине буддизма»:

1. Первая благородная истина буддизма гласит: «Сущность жизни есть страдание». Это страдание причиняет человеку буквально всё: «рождение — страдание, старость — страдание, болезнь — страдание, смерть — страдание, соединение с неприятным — страдание, разлука с приятным — страдание, неполучение чего-либо желаемого — страдание; короче говоря, пятеричная привязанность к существованию есть страдание» (Типитака. Сутта-питака. «Антология мировой философии». М., 1969 г.).

Это требует пояснения. Иными словами, согласно такой мировоззренческой основе — только родившись, человек уже должен стремиться побыстрее закончить своё земное существование. Это в корне противоречит жизнерадостной природе человека, которую даёт всем от рождения Бог. Буддистская мировоззренческая основа (доведённая до абсурдной крайности восточная дуалистичность) представляет собой извращённую до противоположности сущность человеческой основы. Но все дальнейшие «философствования» буддизма исходят из этого космогонического «постулата».

Но ведь та же самая религиозная основа и в библейском «христианстве»: «Христос терпел и нам велел»; «Христос пострадал за нас — будем же смиренными перед Христом и спасём свои души для будущей жизни», и тому подобное, чему учит церковь имени Христа.

Если бы буддизм признавал Бога, то получилось бы, что это Бог устроил такую жизнь людям, которая полна страданий. Любопытно, что в эту версию вполне укладывается библейский миф об Адаме и Еве, которые были наказаны за отступничество от запретов, якобы в результате чего жизнь людей стала полна страданий. Не из мировоззрения ли восточного дуализма-буддизма вытекает миф об Адаме и Еве?… Очень удобно его употреблять вот уже более трёх тысяч лет (если следовать хронологии канонов Библии) с целью одурачивания толпы доктриной о якобы объективной непреодолимости страданий в земной жизни.

2. Вторая благородная истина повествует об источнике страданий: «Это жажда, приводящая к новым рождениям (имеется в виду очередное земное перерождение «души» либо — что более присуще учению буддистов — новой комбинации дхарм — наше пояснение), сопровождаемая удовлетворением и страстями, находящая удовольствие здесь и там, а именно: жажда наслаждения, жажда существования, жажда гибели» (там же).

И это требует пояснения. Согласно буддийской и индусской «философиям», человек не может вырваться из сансары (колеса земных перевоплощений, приводящих к страданиям) вследствие того, что он в предыдущей жизни не улучшил свою карму до возможности освобождения из круга перевоплощений на Земле (что равнозначно по сути уходу в другой мир, чему в «христианстве» соответствует «Царствие небесное»). В последнем случае буддисты говорят, что такой человек исчерпал свою карму. Сама же возможность исчерпания земной кармы, как учат на Востоке, зависит от того, насколько человек смог избавиться от источника страданий, основное содержание которого перечислено во Второй благородной истине: это — земные «привязки»-жажды к мирским страстям.

3. Третья благородная истина объясняет, как можно уничтожить страдание: «Это полное бесследное уничтожение этой жажды, отказ [от неё], отбрасывание, освобождение, оставление [её]» (там же).

Как известно, прежде чем встать на путь медитации, буддийские (да и индусские тоже) ученики готовят свою психику к отказу от множества обычных для мирского обывателя занятий, которые считаются удовольствиями, страстями, привязками… в общем — жаждами, которые описаны во Второй благородной истине.

В идеале храмового «благородия» получается полный уход от мирских дел: как вам бы понравилось, если бы ваши родные и друзья уши в монастырь, гонясь «за чистотой души» или «за лучшим перерождением»? — Вы бы сказали, что они попали под влияние секты. Ну а кто просто сочувствует церковно-храмовой «благородности», либо отказался не от всех «привязок»-жажд? — Тот, согласно логике рассуждений, слегка попал под влияние секты… (сразу вспоминается каламбур: можно ли быть наполовину беременной?). Чтобы все одержимые трусы не побежали от Жизни в монастыри (кто тогда будет горбатиться на светскую «элиту») в буддизме существует Четвёртая благородная истина, разрешающая некоторые «привязки» для мирян.

4. Четвёртая благородная истина касается пути, который ведёт к уничтожению страдания. Считается, что Будда пришёл к убеждению, что обе известные крайности — и жизнь, полная удовольствий и похоти, и жизнь, составленная из добровольного ограничения своих желаний, физического труда и упражнений, добровольного одиночества — равно далеки от «правильного пути». Этот путь лежит посередине, поэтому называется «серединным».

«Нравоучение» «островного» архипелага.

Основная земная «привязка» (жажда жизни), согласно фильму, заставила главного героя совершить самое страшное для человека преступление (как учат все крупные религиозные системы) во время Великой Отечественной войны, которое определило всю его последующую жизнь. Фильм построен на контрастах, крайностях — которые взяты с одной стороныиз мирской жизни в период, когда человек попадает в критическую ситуацию, в которой он остаётся один на один со своей совестью. С другой стороны показана крайность аскетического существования в отдалённом монастыре с одной лишь целью — очищения своей души от греха (в буддизме это — улучшение кармы), приобретённого в мирской жизни и возможного лишь вследствие сильной привязки к жажде жизни — как учит храмовое «благородие». Однако жажда жизни должна быть нормально присуща всем людям от рождения.

Мораль фильма такова: жажда сохранения своей жизни (по умолчанию — и другие мирские жажды-привязки) с целью обычного мирского существования для «нормальных» людей — не главное: всё равно им «не жить», поскольку их должна всю жизнь мучить совесть (и действительно: нормальные люди должны быть водимы совестью…) за неизбежные при таком существовании грехи; в противном случае они не спасут свою душу. Именно это и доказал своей «жизнью», после якобы убийства товарища, послушник Анатолий, а посмотревшие фильм люди прониклись таким «нравоучением». В алгоритмике воздействия фильма вывод должен быть сделан следующий: нужно избавляться от земных привязок, мешающих спасать свою душу — что наглядно для всех показано в фильме. Мера определения земных привязок показана крайняя, присущая монаху-аскету: мол, тянитесь за ней, если сможете. И на базе способности разных людей к избавлению от земных привязанностей выстроена субъективная духовная иерархия «праведности» — которая вроде бы отличается от общепризнанной церковной: этим фильм и подкупает тех, кто судит о его назначении поверхностно.

Задачи и мораль для сочувствующих мирян.

На этом «нравоучение» фильма в общем заканчивается. Но всё то же самое мы видим и в библейской, и в буддийской религиозных моралях: главная цель жизни — спасение своей души «для будущей жизни», а забота о мирских делах должна определяться соответствующими канонами религиозных систем (Библия — у «христиан», Коран — у мусульман, Сборник дхарм — у буддистов). Все перечисленные вероучения учат тому, что если человек будет следовать букве их «Закона», то его душа будет спасена. В тех религиозных системах, где существует иерархия духовности — каноны и религиозные правила прописывают каждому светскому и духовному сословию свои нормы поведения, «права и обязанности», следуя которым люди могут «спасти свою душу». Этим все храмовые религии, во-первых, действуют по принципу «разделяй и властвуй» и, во-вторых, уводят сознание людей от вопросов социальной справедливости, уча о том, что справедливость будет им обеспечена в другом мире, если они будут следовать каноническим критериям «добра».

Другими словами: если человек, живя в своей мирской (либо церковно-храмовой) нише, следует религиозным предписаниям — он спасёт свою душу — что нужно понимать: попадёт в духовный плен к исповедующей каноны религиозной корпорации. Все религиозные каноны разных систем самым большим, крайним грехом считают убийство: именно поэтому оно и взято за «эталон», на базе которого строится «нравоучение» фильма «Остров». По умолчанию следует: спасению своей души от греха убийства — не поможет даже аскетическое отшельничество всю оставшуюся жизнь, но меньший грех можно искупить «служением «Богу»». Ведь послушник Анатолий «искупил грех якобы убийства» аж «через край»: он не убивал, но при этом вёл крайне аскетическую жизнь, будто бы искупая грех убийства, но, поскольку он не убивал, а лишь посягнул на убийство — то он не только спас свою душу, но и овладел даром провидения и исцеления.

Вывод (в основном на бессознательных уровнях психики смотрящих фильм) должен быть следующий: мы, смотрящие фильм, не убивали никого (большинство не убивало: правда в начале фильма аборт приравнен к убийству, а таких сейчас много…) — значит нам достаточно будет для спасения наших ду— следовать большинству церковных (храмовых) канонов, молиться, смиренно вести себя перед «Богом» согласно канонам. А если мы сможем отказаться даже от немногих наших земных привязок — то мы уж точно спасём наши души: ведь чем больше грехов, тем от больших «привязок» нужно отказываться.

Но тому же самому учит церковь (в первую очередь библейская: фильм основан на библейской символике и в дальнейшем мы будем вести речь о библейской системе, не забывая о её восточных аналогах) и своим примером показывает «эталон» этого самого поведения: чем выше церковный чин, тем считается меньше на нём грехов и больше «праведности», но — тем больше он себе позволяет вольностей, которые очень близки к мирским привязкам. Так было всегда и есть в настоящее время в среде библейской церковной иерархии. И, если бы на послушнике Анатолии не было греха убийства, и если бы он смог найти себе место в миру после войны (не бегая трусливо от властей и от своей совести: последнее по большому счёту скорее всего так) — он не стал бы самым «праведным» в неписанной иерархии острова. И получается, что он стал «праведником» как бы благодаря своему самому тяжкому греху. Так и церковь, принижая мирян до уровня канонической греховности — пытается управлять по своему произволу послушничеством паствы, пеняя последней её же греховность: просто в фильме роль того кто пеняет взял на себя сам послушник (сам себя высек, как говорят, не забыв при этом аккуратно задеть зажравшуюся верхушку церкви). Что же здесь особо праведного?

Взгляд на сюжет без рецидивов «благородной» одержимости.

Теперь отвлечёмся от церковной духовности. В лице послушника Анатолия общество потеряло далеко не самого плохого человека (у него есть совесть) — в то время, когда каждый мужчина был на счету: страна потеряла много рабочих рук в годы войны. Если бы не библейско-храмовая мораль, Анатолий скорее всего вернулся бы в общество: его, согласно фильму, ничего не держало, поскольку тайну убийства, как он думал, унёс с собой его товарищ, а последующее уничтожение их судна все концы убийства спрятало «в воду». Скорее всего Анатолия мучила бы совесть всю жизнь, но он смог бы участвовать в восстановлении страны, завёл бы семью (мужчин не хватало после войны), занялся бы воспитанием своих детей.

И главное: его жизненный опыт и измученная совестливым раскаянием очистившаяся от действительно трусливых привязок психика по жизни могла бы соответствовать психике учителя-педагога (если бы у него хватило воли не «сломаться»), который учил бы своих и чужих детей как прожить жизнь, чтобы не было стыдно и обидно за прошлые поступки. Эти испытания Жизнью были бы куда большим подвигом, полезным народу, нежели бегство в отшельничество (если последнее вообще можно называть подвигом). Его жизненный опыт (изменение психики благодаря воздействию на неё крайней формы Языка Жизни) мог бы быть востребован не в «той жизни» (что является церковной иллюзией) — а в этой жизни. Но он «сломался» на проверке Жизнью: как был трусом, так им и остался — предпочтя бегство от мира ради «той жизни».

Что касается его возможного попадания под суд после войны за попытку убийства товарища (ведь тот остался жив, и мог указать на Анатолия), если бы они встретились, то в фильме на эту тему есть мораль. Она выражена в бесноватости дочки товарища-адмирала и в трагической гибели мужа этой дочки, послужившей причиной её бесноватости. Здесь, как и подобает библейской логике, перепутаны причины и следствия греховности людей. Но причины всех неприятностей кроятся в доминировании библейской алгоритмики над психикой большинства людей цивилизации. В этом причины гибели моряков АПЛ «Курск» и многих других российских и военных судов (подробно см. работу ВП СССР «Российское общество и гибель АПЛ «Курск» 12 августа 2000 года»). Адмирал, в подчинении которого, по логике, должно находиться и судно, на котором погиб муж его дочери — не смог обеспечить безопасность людей, в чём он тоже виноват. А безопасность это — в первую очередь обучение личного состава, основанное на психологии Человека, а не на библейской психологии. Личные последствия для одного из первых лиц флота налицо: трагедия в семье. Но он не сделал выводов о вредности библейской системы и обратился за помощью к её представителю. И фильм «Остров» закрепляет сюжетом эти заблуждения, приводя адмирала к библейскому лекарю.

Как можно понять, адмирал никогда специально не стремился к праведности: ни во время Великой Отечественной войны, ни после неё, и мало что изменил в себе (в направлении к праведности) ко времени встречи с Анатолием. Иными словами он жил как все люди (как большинство людей). Из того, что фильм умалчивает, можно домыслить, что товарищ, ставший потом адмиралом, мог сдуру «заложить» своего неудачливого «убийцу» органам «правосудия» — вместо того, чтобы по-Русски простить раскаявшегося, запутавшегося и струсившего товарища, как он это сделал в конце фильма (когда он уже успокоился в отношении давнего предательства). Действительно, советская система «правосудия» в случае свидетельства товарища могла наказать Анатолия за попытку убийства «на полную катушку», не учитывая его раскаяние, молодость и его личную трусость.

Милость Божия открыта всем, в первую очередь — заблудшим.

Однако, Анатолию всё равно лучше было бы отдаться на суд народа: не органов «правосудия», а — вернуться в мир, нежели бегать от народа и Бога, скрываясь на острове. В случае доверения своей дальнейшей судьбы Богу и народу и, учитывая его деятельное (в смысле — полезное для общества) раскаяние — Бог всегда бы предоставил выход, и Анатолий не попал бы за решётку, оказавшись, возможно, даже полезнее для общества, чем его спасшийся товарищ. Однако сам Анатолий выбрал себе иную (не лучшую) участь, посадив себя за островную «решётку». И поэтому его напарник, ставший адмиралом, оказался для общества куда полезнее, чем сам Анатолий, а значит — и объективно лучше, праведнее.

Но этот же адмирал Тихон как был, так и остался по отношению к Анатолию посланником Свыше: в первый раз он явился средством, которое должно было натолкнуть Анатолия на мысль о его неправедности и подвигнуть к анализу своей прошлой жизни; во второй раз (уже на острове) Тихон предстал немым упрёком о том, что Анатолий прожил свою жизнь не правильно и ошибся, не обратив внимание на первое обращение. Так Бог разговаривает с людьми. Кроме того выстрел в Тихона спас жизнь Анатолию. Но и в первом и во втором случаях (от рокового прощания и до встречи) Анатолий так и не внял Языку Жизни, отдавшись в руки библейской иерархии.

Мало того, Анатолий тоже явился посланником Свыше к своему товарищу в трудную минуту. Анатолий стал невольным спасителем своего товарища от смерти: если бы он не выстрелил, Тихон мог бы погибнуть от пули фашиста, который бы не промахнулся. Но если бы Анатолий не выстрелил, фашисты убили бы и его и товарища. Предательский выстрел спас обоих от смерти: так Бог, проявив милость, даровал им Жизнь (с намёком: осмысляйте произошедшее, живите и трудитесь на благо народа, цивилизации), нашёл выход из казавшегося безвыходного положения и одновременно показал Анатолию, что у него слабая, извращённая библейской культурой и трусливая психика. Кроме того Бог показал, что люди, психически склонные к библейской мировоззренческой системе, не являются патриотами своей цивилизации: в трудную минуту Анатолий пошёл на грех предательства, а Тихон — нет.

Если бы при возможной встрече после войны оба товарища провели бы такой анализ, то они, сумев собрать «волю в кулак», смогли бы понять, что Бог спас их обоих от смерти, обратив их лицом к лицу друг перед другом и перед смертью. Они бы могли понять, что спасли друг друга от смерти с помощью Бога и выявить свои личностные психические недостатки. После чего заявлять в органы «правосудия» на Анатолия было бы глупо. Но этого не произошло и каждый мыслил и жил согласно доминирующей в культуре системе ценностей.

Убежище для трусов.

Предоставленная церковно-библейской культурой возможность убежища для трусов перед жизнью («трусость перед жизнью» — оборотная сторона попыток избавления от привязок «жажды жизни», необходимости которых учат церкви) является для психически слабых и внутренне трусливых людей удобным поводом уклонения от трудностей жизни в миру, на пресечение которой не даёт команду Бог. Бог не дал команду на пресечение жизни Анатолия. Мало того, Бог не дал ему возможности убить товарища: что же у «провидца» Анатолия не хватило «Святого Духа» узнать о том, что его товарищ жив? Ведь про мужа пришедшей к нему вдовы он всё знал.

Не нужно думать, что Бог — тиран, и за тридцать лет Он не захотел избавить Анатолия от иллюзии убийства, для того, чтобы Анатолий смог стать полноправным членом Русской цивилизации. Бог — прощающий и мудрый. Но не Бога послушал и не Богу молился Анатолий. Его всю жизнь искушал Антихрист: начиная с того момента, когда он стрелял в товарища и по тот момент, когда он лёг в приготовленный ему гроб — несмотря на то, что Бог через Язык Жизни к нему стучался на раз.

Это говорит о том, что «провидческие» и «лекарские» способности послушника Анатолия заканчиваются возможностями библейского эгрегора, действующего в рамках дозволенного в попущении Свыше. Возможности библейского эгрегора, которому и отдался после убийства товарища (самое позднее; вообще же попал под влияние этого эгрегора он, конечно же, раньше) Анатолий, ограничены к тому же его коварностью: этот эгрегор «знал», что товарищ Анатолия не убит. Однако если бы он выдал такую информацию Анатолию, то последний мог бы быть потерян для библейского эгрегора (зато приобрело бы общество), поскольку основной привязкой для удержания Анатолия в монастыре было убийство. Так церковники привязывают свою паству к себе через выявленные грехи — которые сами же миряне и рассказывают на покаянии. К тому же церковь потеряла бы реального воцерковленного субъекта, способного творить чудеса. А последнее нужно церкви особенно в наше время — чтобы ими ошарашивать паству.

Главный герой умел входить в состояние близкое к трансу (объединению психики с эгрегором религиозной системы) и вследствие этого обладал провидческими и лекарскими способностями, что давало ему самому стимул к жизни и возвышало его в глазах монастырской иерархии и людей, приезжающих к нему лечиться. Этим и постоянными молитвами (до состояния близкого к трансу) он «заглушал» свою земную трусость и безволие, подпитывая свою психику трансовыми иллюзиями.

Главный герой по жизни сумел «опустошить» свою психику почти от всего, что касалось его прошлых «привязок»-жажд. Поворотный момент выстрела на судне стал для него пожизненным «шоком», сработавшим подобно буддийским упражнениям коанов (специальных шоковых упражнений психики, которые направлены на избавление последней от «лишних» стереотипов). По мере «вычищения» своей психики в монастыре, он «впитывал» библейскую культуру (ничего другого вокруг не было: если бы это был буддийский монастырь — то он «впитал» бы буддизм) эффективнее нежели все представители монашеской схимы — поскольку у него почти не оставалось прежних жизненных стереотипов, а у схимников ещё были земные «привязки», и они не прошли через психическую «шокотерапию». Буддийская нирвана — трансовое явление подобное тому, которым владел Анатолий, находясь в системе библейского христианства. Напомним, что институт монашества ранее всего появился на ведическом Востоке и развился до «совершенства» в буддизме.

Церковное послушничество — не служба народу.

Подводя итог вышесказанному, можно с уверенностью сказать, что фильм «Остров» — умело поставленная агитка для толпы, призывающая быть подальше от мирских дел и поближе к церкви. Конечно, мирские дела бывают разные, и в наше время они преимущественно неправедные и порочные — чем и пытается «пользоваться» церковь вместо того, чтобы бороться с причинами мирской порочности. Но вместо последнего церковь (и фильм) уводят людей от главного: чтобы не было пороков нужно воспитывать вновь входящие в жизнь поколения, учитывая правильный анализ ошибок предыдущих поколений, на которые Бог указывает через Язык Жизни и других людей.

Вместо этого церковь уводит людей от необходимости правильного анализа своих ошибок и недостатков воспитания (ведь именно по этой причине Анатолий попал в ситуацию очень нехорошего выбора: этим Язык Жизни предлагал ему проанализировать всё, что предшествовало в его жизни этому ключевому, поворотному, тупиковому моменту) — «подстригая» свою паству под мораль канонов.

Так Анатолий не только не обрёл нужного для воспитания следующих поколений жизненного опыта, но он, по своей трусости и бессознательной приверженности библейской доктрине, был отнят от общества как потенциальный учитель своих детей (он даже семью себе не позволил завести, всю оставшуюся жизнь трусливо боясь за свою душу) и других людей, которые не прошли через выпавшие ему испытания, став библейским лекарем. Сам же Анатолий успешно борется с последствиями (а не с причинами) чужой и своей неправедности, леча покалеченных и бесноватых.

Если бы он после трагедии на судне сделал первый шаг в сторону от церковного спасения души, то Бог поддержал бы его в этой инициативе. Однако Анатолий с самого первого момента стал бояться не за будущее общества, которое он, как казалось, оставил без своего товарища — а за свою душу (чему и учит церковь). Так общество (как казалось до того момента, пока не стало известно, что товарищ жив) лишилось двух далеко не плохих людей. Нужно было хотя бы найти силы и работать в миру «за того парня»: хороший лозунг времён «социализма», который извратила «советская» «элитарность».

Но слава Богу, товарищ остался жив и послужил отечеству, а значит и Русской цивилизации (в определённой мере), что нельзя сказать ни об Анатолии, ни о всей церковной иерархии, показанной в «Острове». А посему самый праведный из них (если судить с позиции общественной полезности) — адмирал. Хоть ему и не пришлось столько каяться, как послушнику Анатолия, он прожил жизнь с пользой для народа и государства. А Анатолий, которому было через Язык Жизни предложено многое переосмыслить из того, что легло в основу его собственного воспитания (чему его хорошо учили, а чему плохо), в результате чего он стал таким — не услышал этих призывов и трусливо бежал на остров.

Иерархия духовности «островного» Антихриста.

Фильм коварен тем, что он исподволь (в обход сознания) расставляет «по праведности» героев, за которыми тянется их прошлая жизнь и поступки совсем иначе:

· Самый «праведный» по фильму — послушник Анатолий, который не входит в церковную «схиму» (высшая монашеская степень в православной церкви), хотя его туда зовёт в конце фильма иерарх островной церкви, желая «прислониться» к «святому» авторитету. Церковники привыкли «прислоняться» к «святым» старцам, которые по духу (вопрос: какому?) были мощнее их самих.

· За ним следует «схимная» островная иерархия.

· А затем уже якобы убиенный товарищ-адмирал — который, как нарочно, представлен полукомедийным актёром, играющим в других фильмах безвольных, но амбициозных субъектов.

Но, как мы уже говорили, адмирал по его вкладу в благосостояние цивилизации (а значит и народа: русский народ гораздо ближе к Богу, чем церковь) и государства — самый объективно праведный.

Если рассматривать степень праведности между «схимниками» и послушником, то можно сказать, что она примерно одинаково низка («близка к опасному нулю») и равняется библейскому пониманию праведности. То есть «праведность» «от послушника к схимникам» находится в диапазоне, лежащемв пределах библейского понимания.

«Спасательный круг» воцерковленных киношников.

Фильм коварен тем, что одна из его главных целей направлена на подъём авторитета библейской «схимной» церковной иерархии через авторитет послушника (почти «святого») Анатолия. Как? — Очень просто. По той же схеме, по которой работают все современные пародисты: «выявить недостатки — выставить их на якобы обсуждение толпы — а затем эти недостатки становятся уже «не значимыми» для толпы по принципу «знаем — проходили»».

Ни для кого не секрет, что иерархия современной церкви погрязла по уши в невиданных для её декларируемой морали земных «привязках»: роскошь, бешенные деньги, разврат, связь с мафией и пр. Это становится уже видно многим мирянам. Наступил момент, когда для сохранения устойчивости церковно-библейской системы стало необходимым сделать упреждающий (перед возможным ропотом паствы и дальнейшим падением авторитета церкви особенно в среде молодёжи) манёвр. Не самым последним этапом этого явился фильм «Остров».

В нём с помощью контактов и диалогов между послушником Анатолием и представителями «схимы» зритель подводится к мысли о разной степени праведности в церковной иерархии. Мало того, следуя не только «христианской», но и буддийской религиозным основам, послушник (как самый «праведный») заставляет первое лицо основной иерархии «избавиться от мирских привязок», символами которых являются сапоги и одеяло, которое тот «купил в Греции». Сапоги горят в топке, а одеяло топится в море. Духовной близости буддизма и «христианства» удивился даже буддист (по религиозному предпочтению) Б.Гребенщиков. Заметим, что уж больно много деятелей эстрады «торчат» от этой новейшей кинопостановки.

Трогательное слияние существа храмовых религий.

Даже актёр, играющий главного героя, Пётр Мамонов — бывший «деятель» эстрады. Следующая цитата — из интервью режиссёра фильма П.Лунгина обозревателю сайта «Страна. Ru» М.Свешниковой (начинает обозреватель; выделения жирным — наши):

«— Никита Михалков плакал на премьере «Острова», Дмитрий Дибров умилялся. Кажется, и самого известного буддиста страны Бориса Гребенщикова вам удалось потрясти?

— Гребенщиков, кстати, два раза смотрел фильм. Он сказал, что «Остров», наконец-то, примирил для него буддизм и православие, что он просто будто родился заново, он говорил мне такие слова, что я покраснел на полгода вперёд от удовольствия. Но, по крайней мере, он был действительно очень взволнован. Он сказал: «Мне теперь всё ясно». Что ему ясно, я так и не понял. Да словами этого и не скажешь» (21.12.2006, «Павел Лунгин: «Остров» научил меня смирению»).[607].

Плохо знает буддист Гребенщиков традиции близкой ему по духу религии. Дело в том, что Анатолий умер по-восточному, по-буддийски. В буддизме (и в индуизме) подобная смерть (почувствовать свою приближающуюся кончину земной жизни и умереть у всех на глазах в назначенный заранее час) считается вершиной «просветления».

После всего этого, как можно увидеть из фильма, в глазах зрителей должно произойти возвышение «праведности» церковной иерархии: ведь первое лицо основной иерархии — отец Филарет — покаялся в том, что он был ещё далёк от очищения своей души. Ту же мысль высказывает и обозреватель «Страны. Ru» М.Свешникова в интервью с П.Лунгиным:

«Отец Анатолий умирает примиренным с жизнью, раскаявшимся в грехах. И настоятель монастыря, и отец Иов осознали свои грехи, пытаются исправляться. Вы хотели именно хеппи-энда, когда добро побеждает зло?».

А для «очищения», оказывается всего-то надо было поспать на угле, да утопить своё одеяло… Из того же интервью П.Лунгина (выделено нами):

«Вы прожили в фильме год, и вам трудно быть беспристрастным. И все же есть в картине самые важные для вас сцены?

— Я не знаю. Кажется, что кульминация происходит на изгнании беса, хотя я до конца не понимаю, почему. А сам я всегда плачу, когда герой Мамонова, отец Анатолий, говорит, что он умрёт скоро. И это признание, это приятие смерти, его смирение каждый раз меня поражают.

— В одном московском храме было обсуждение «Острова», где был вынесен вердикт: фильм хороший, только церковь предстаёт прекрасным, светлым, но обособленным островом, находящимся вне контекста мира…».

Но есть и официальное церковное признание:

«Патриарх Московский и всея Руси Алексий II вручил в среду патриаршие грамоты создателям фильма «Остров», выразив надежду, что достойное обращение к православной тематике получит продолжение в российском кинематографе. «Это первое обращение наших кинематографистов к христианской тематике, к монастырской жизни, к таким понятиям, как покаяние и смирение. Я благодарен авторам за труд, за обращение к столь сложной теме», — отметил Алексий II, вручая награды кинематографистам» (Телеканал «Россия», Вести, 29.11.2006 г.).[608].

Причины для раздумья имеются, одержимость мешает.

Однако, для людей, которые психически завязаны на библейский эгрегор (а таких — большинство), все тонкости обмана, которые мы описали выше, не видны: они реагируют на библейскую «святость» и после просмотра фильма бессознательно считают, что послушник Анатолий вразумил с экранов телевизоров и кино официальную церковную иерархию. Вот один из примеров такого мнения:

«Работая над фильмом «Остров», Павел Лунгин «замахнулся на святое». Пожалуй, в истории российского кино до Лунгина существует всего два случая, когда режиссёр отважился снять картину о человеке, испытавшем сильнейшее потрясение и пытающемся найти пристанище от жизненных искушений в монастыре. В обоих более ранних случаях была экранизирована антиклерикальная повесть Льва Толстого «Отец Сергий». Так, в 1918 году режиссер Яков Протазанов снял по произведению Толстого одноимённый фильм, ставший классикой немого кино. А спустя 60 лет, в 1978 году, режиссёр Игорь Таланкин сделал повторную экранизацию, пригласив на роль инока Сергия 57-летнего Сергея Бондарчука. Киноповесть стала наглядным примером отношения советской эпохи к теме покаяния и монашества.

Однако, если акцент в «Отце Сергие» делался на том, что «вот де, не сумел монах-отшельник стать безгрешным», то картина «Остров», снятая по одноимённой повести Дмитрия Соболева (он же стал автором сценария), раскрывает совершенно иной образ монашеского подвига» (М.Свешникова «Про Бога любящего и всепрощающего», 10.11.2006, сайт «Страна. Ru»).[609].

Фильм не вразумил церковников. А в психике зрителей фильм лишь закрепил миф о праведности и могуществе библейской системы, в которой ещё не перевелись «святые» отцы, лечащие безнадёжных людей. Не случайно фильм «Остров» (режиссёра, которого зовут Павел, а главного актёра — Пётр) прозвали «Островом от Петра и Павла». А сам фильм уже ставят на один уровень со значением «жития святых».

Приведём в сокращении публикацию с сайта Телеканала «Россия» ««Остров». Житие раскаявшегося грешника»:

«Перед нами, мягко говоря, необычный для современного кино жанр — жизнеописание праведника. Не столько путь человека к Богу, сколько житие раскаявшегося грешника, обретшего несокрушимую веру благодаря чудесному спасению — пусть неканоническое, но тем не менее чётко следующее законам агиографии. Конечно, не всё в облике отца Анатолия находится в соответствии с обобщённым типом христианского героя. Нелицеприятного и странного в нём, суровом и даже временами агрессивном, предостаточно.

Как всякий святой, отец Анатолий обладает сверхъестественными способностями, творит чудеса, исцеляет молитвой любые болезни, входит в непосредственное общение с бесами, предвидит будущее, в том числе собственную смерть. Часто вызывавший неприязнь «сотоварищей» при жизни, ближе к смерти он вдруг оказывается страшно всем нужен и любим даже недругами своими, коих в фильме олицетворяет герой Дмитрия Дюжева — отец Иов (кстати говоря, блестяще им сыгранный).

Предсказуемость почти лубочного мелодраматического финала с неожиданно воскресшим «убиенным» Тихоном (Юрий Кузнецов) не столько просчёт создателей картины, сбившихся на пафос, сколько ещё одно требование жанра, требование всепрощения и благостности, так пришедшееся по вкусу аудитории Дома кино. И не случайно — создатели фильма, к счастью, обошлись без «лобовых» нравоучений и прописных истин. Просто рассказали обыкновенную историю обыкновенного праведника, завершив её положенным просветлённым финалом.

Как известно, жития обычно становятся востребованным по мере роста национального самосознания. Впрочем, стоит сразу оговориться, что для современной России это фильм нехарактерный и явно неформатный — этакий маленький островок, затерявшийся в море детективов и мыльных опер. Тем любопытнее, какова будет прокатная судьба ленты, и насколько интересны современной публике вопросы духа и духовности, заданные языком кинематографа».[610].

Чтобы не шибко задеть официальную церковь, авторы и сценаристы, видимо, побоялись «перегнуть палку» и прямым текстом в ходе фильма постоянно отдавали дань церковной иерархии. После каждого исцеления сам же «нестандартный» (для церкви) послушник Анатолий настоятельно приглашал исцелённых и их родителей (в данном случае — мать исцелённого мальчика и адмирала) посетить храм и переночевать в нём и даже принять некоторые церковные таинства. Тем самым послушник Анатолий показывал всем своё место в церковной иерархии: он — лечит физически, а церковь — духовно, да и слова молитв у послушника все сплошь библейские. Кому это не ясно, рекомендуем пересмотреть фильм вновь и поразмыслить после прочитанного здесь.

3.4.4. Даосизм и конфуцианство.

Конфуцианство, даосизм и буддизм — три главных составляющие религиозно-политической жизни древнего и современного Китая. В начале XX века к ним добавился марксизм, как основа «социалистической» организации общества. С 1921 года (основание Коммунистической Партии Китая, КПК), и до смерти Мао Цзэдуна в 1976 году «коммунистическая» идеология «органически» сочеталась с древними конфуцианскими принципами организации государственной иерархии Китая. После 1976 года происходил постепенный отход от марксизма в «пользу» так называемого «социалистического рыночного хозяйства» с сохранением главенствующей роли КПК в иерархии государственного управления.

Историю государственности Китая обычно начинают с XIV в. до н. э. — периодом, когда на его территории сложилось первое рабовладельческое государство Инь. В XI веке до н. э. государство Инь было завоёвано племенем Чжоу. Название этого племени дало имя целой огромной эпохе в истории Древнего Китая и китайской династии Чжоу (1027 — около 250 гг. до н. э.). Эпоха Чжоу ознаменовалась подъёмом китайской культуры, появлением конфуцианства и даосизма.

Конфуцианство — этическое учение, направленное на укрепление устоев рабовладельческого государства, разработанное в первоначальном его виде основателем Конфуцием (551–479 гг. до н. э.). В VII в. до н. э. Чжоуское государство раздробилось на ряд самостоятельных царств и миссия, которую взял на себя Конфуций состояла прежде всего в объединении распавшейся государственности под новым «кодексом» этически-религиозных идей. Конфуций жил в эпоху крупных социальных и политических потрясений, в полосу которых вошла древняя государственность Китая. Выступив против хаоса, Конфуций выдвинул идеи «гармонии социальной иерархии», ссылаясь на авторитет мудрецов и правителей древности, уважение к которым было действенным фактором духовной и общественной жизни Китая.

Конфуцианство, развитое последователями первооснователя, вошло в религиозные комплексы Китая, Кореи, Японии и некоторых других стран. В истории глобальной цивилизации Конфуций стоит в одном ряду с такими основателями религий как Заратуштра, библейский Христос, Будда, Мухаммад. Можно утверждать, что конфуцианство оказало не только важнейшее, но и решающее значение в формировании мировоззрения китайской цивилизации и особого склада их психики — не в меньшей мере, чем буддизм и даосизм.

В то же время конфуцианство является в первую очередь государственной и политической основой организации жизни китайцев, а даосизм и буддизм являются философско-религиозной и мистической основой формирования китайского психотипа на протяжении по меньшей мере полутора тысяч лет.

Поскольку буддизм мы подробнейшим образом рассмотрели в предыдущей главе, то не смысла останавливаться на нём вторично. В этой главе мы рассмотрим в первую очередь даосизм — он представляет больший интерес по отношению к конфуцианству — а затем и конфуцианство. В то же время после подробного рассмотрения феномена буддизма, даосизм не вносит ничего сверхнового в суть уже имеющихся у нас представлениях о религиозной культуре древнего Востока. Поэтому останавливаться слишком подробно на даосизме нет никакого смысла.

Даосизм.

Если Истину произречь, Суть погибнет, а выйдет речь. Если имя ты назовёшь, То не имя оно, а ложь.[611].

Даосизм — национальная религиозная система древнего и современного Китая. Даосизм возник в чжоуском Китае практически почти одновременно с учением Конфуция в виде самостоятельной философской доктрины. Основателем философии даосов считается древнекитайский мудрец Лао-Цзы (VI–V вв. до н. э.). Старший современник Конфуция, о котором — в отличие от Конфуция — в источниках нет достоверных сведений ни исторического, ни биографического характера, Лао-Цзы считается современными исследователями фигурой легендарной.

По одной из легенд, Лао-Цзы родился в 604 году до н. э., был одним из мудрецов своего времени и жил при дворе одного китайского императора из чжоусского царского дома. Лао-Цзы вёл по поручению этого царя летопись событий китайской истории и хранил разные драгоценные рукописи, принадлежавшие императорам. С годами жить при дворе китайского императора стало тяжело мудрецу. Жизнь эта полна была низкопоклонства, суеты, распрей, дрязг. Лао-Цзы же стремился к такой жизни, живя которой он мог бы сосредоточиться совершенно на обдумывании того, что важнее всего для человека в жизни, на обдумывании сущности истинной веры и пути жизни. И Лао-Цзы покинул императорский двор и пошел в пустынные места,[612] где он хотел жить только для души.

Эта же легенда гласит, что перед тем, как покинуть общество насовсем, Лао-Цзы оставил книгу, где изложил свои основные религиозные взгляды. Эта книга получила название Дао-Дэ-Цзин — Книга о Пути и Добродетели. В то же время большинство учёных считают, что эта книга была написана значительно позднее — в IV–III вв. до н. э., во времена другого известного даосского мудреца, Чжуан Чжой (369–286 гг. до н. э.), известного под именем Чжуан-Цзы, именем которого названо другое известное произведение даосизма.

Основными источниками даосизма послужили мистические и шаманские культы древнего царстваЧу и других «варварских» государств на юге Китая, учение о бессмертии и магические практики, развившиеся в царстве и «философская» традиция северного Китая. Иными словами даосизм явился следующим шагом после окончания родоплеменной эпохи первобытного шаманизма и первобытной магии многочисленных племён, населявших территорию Китая. Объективная востребованность объединяющего религиозного учения возникла в тот момент, когда формировалась первая китайская государственность. И становление государственности проходило параллельно становлению даосизма и конфуцианства: первая религиозная система долгое время была не легитимной (религией низов), а вторая — сводом религиозных правил, принятых в верхах и спущенных вниз по иерархии рабовладельческого государства.

Основные этапы развития.

Даосизм в виде стабильной религиозной организации оформился только во II веке н. э. Предпосылкой возникновения даосизма явилось Восстание Жёлтых повязок, а оформление даосизма произошло во время поздней династии Хань, во второй половине II века н. э. Чжан Даолин основал школу Небесных Наставников и стал её первым патриархом. Третий Небесный наставник Чжан Лу смог получить в управление территорию в горах провинции Сычуань, которая стала первым даосским теократическим государством. Даосское государство потерпело поражение от Цао Цао в 215 г. и прекратило своё существование. Позднее образовывались другие даосские школы. Даосизм почти никогда не был официальной религией — скорее по форме представлял собой движение народных масс, одиноких учёных и отшельников.

Любопытно, что именно в недрах китайского даосизма регулярно рождались или всплывали новые идеи, которые вдохновляли учёных, политиков, писателей. Крестьянские бунты и восстания со свержением династий зарождались тоже в недрах даосизма. Именно поэтому даосизм представляет интерес как часть китайского религиозного комплекса, состоящего из трёх религиозных систем (конфуцианство, даосизм, буддизм) — учение которое вроде бы стимулировало «низы» на борьбу за социальную справедливость. Причины такого исторического опыта, возможно заложенные в основы даосского учения, и представляют особый интерес.[613].

Возникшая во II в. школа Небесных наставников (Тянь ши Дао) с её первым главой Чжан Даолином стала школой преемственности титула Небесного наставника вплоть до наших дней. Мифически считается, что Чжан Даолин получил откровение от самого Лао-Цзы и право быть его наместником на Земле. С тех пор «право» высшего наставничества передаётся по наследству рода Чжан.

Рассмотрим подробнее историю возникновения религиозной организации даосов. В конце III в. до н. э. в Китае возникла централизованная империя Цинь, её сменила империя Хань (206 г. до н. э. — 220 г. н. э.). Проповедь долголетия и бессмертия (основы даосского учения, которые мы о рассмотрим позже) обеспечила даосским проповедникам популярность в народе и благосклонность императоров, отнюдь не безразличных к своей жизни и смерти. Поддержка верхушки империй помогла даосизму выжить и даже укрепиться в первые века в условиях «господства» конфуцианства. Но, выстояв, даосизм довольно сильно изменялся — «мутировал» по отношению к тому, что, видимо, имел в виду его основатель Лао-Цзы.

Как мы уже говорили, одна из легенд о жизни основателя даосизма Лао-Цзы, фиксирует его тесную связь с императорской верхушкой и даже с самим Конфуцием, который отрицательно относился к даосским суевериям, но считал Лао-Цзы мудрецом. Общефилософские метафизические основы учения были отодвинуты на задний план, как и идея отшельничества. Зато на передний план вышли многочисленные даосские маги и проповедники, примкнувшие к даосизму знахари и шаманы, которые не только резко усилили свою активность, но и умело синтезировали некоторые философские идеи даосизма с примитивными верованиями и суевериями крестьянских масс. В частности, для этого употреблялись многие давно полузабытые шаманские и другие архаичные культы и/или заново привнесенные в Китай извне мифы.

В конце династии Хань Китай впал в кризис и политический упадок. Кризис государственности был отягощён ещё и стихийным бедствием — эпидемией, во время которой даосский маг Чжан Цзюэ прославился в народе тем, что чарами и заклинаниями излечивал больных. Огромные толпы обезумевших от горя и бедствий людей повалили к нему, и вскоре маг оказался во главе могущественной секты (по отношению к официальному конфуцианству) почти по военному организованных ревностных последователей новой религии. С головокружительной быстротой даосизм из респектабельного учения придворных алхимиков и проповедников бессмертия превратился в знамя обездоленных и угнетённых. В даосском трактате Тайпинцзин (Книга о великом равенстве) теоретически обосновывались политика и практика апеллировавших к массам даосов. Как это не раз бывало в истории, новая религия заявила о себе мощным революционным взрывом — восстанием Жёлтых повязок.

Даосская организация Чжан Цзюэ ставила своей целью свержение существующего строя и замену его царством Великого Равенства (тай-пин). Хотя конкретные очертания этого царства представлялись лидерам даосов весьма смутно,[614] требования обездоленного крестьянства были учтены ими в первую очередь. Чжан Цзюэ и его помощники провозгласили 184-й год, год начала нового 60-летнего цикла, игравшего в Китае роль века — началом эпохи нового «Жёлтого Неба», которое принесёт миру радость, счастье и навсегда покончит с эрой «Синего Неба», ставшего символом зла и несправедливости ханьского времени (как считали даосы). В знак своей приверженности новым идеям повстанцы надевали на голову жёлтые повязки.

Официальные власти, поддерживающие конфуцианство, подавили восстание, а оставшиеся в живых последователи погибшего Чжан Цзюэ бежали на запад, где в горных пограничных районах Китая действовала другая мощная даосская организация «Удоуми-дао», во главе с Чжан Лу, внуком знаменитого даосского мага Чжан Даолина, который считается основателем даосской религии. Усиленная остатками восставших, организация Чжан Лу вскоре, особенно в связи с окончательным крушением династии Хань и началом эры межвластия, периода Южных и Северных династий (III–VI вв.), превратилась в фактически самостоятельное теократическое образование, сумевшее добиться определённой автономии. С ним впоследствии долго считались официальные китайские власти.

В IV–VI вв. многие положения даосского учения подверглись пересмотру и приспосабливались к официальной идеологии конфуцианства. В это время была создана обширная иерархически выстроенная религиозная организация. Появились первые собрания даосской литературы, оформившиеся в «Даосский канон» («Дао Цзан»).

Теократия даосов, в общем и целом почти всегда мирно (за исключением нескольких исторических периодов) существовавшая параллельно государственной иерархии, основанной на конфуцианстве — создала своеобразное «государство в государстве». Теократическая власть «государства» даосских «пап-патриархов» (как их можно назвать, исходя из функций, которые они осуществляли), передававших свою власть по наследству, просуществовало в Китае вплоть до недавнего времени (63-й даосский папа из рода Чжанов после 1949 г. из-за преследования «коммунистов» переехал на о. Тайвань).[615] Вначале «государство» даосов было строго организовано и состояло из 24 религиозных общин, возглавляемых наследственно правившими «епископами». Вся власть в каждой из общин принадлежала группе духовных наставников-даосов во главе с «епископом», причём все члены организации повиновались им беспрекословно. Жизнь в общинах даосов была организована таким образом, чтобы каждый мог очиститься, покаяться и, пройдя через серию постов и обрядов, «подготовить себя к бессмертию».[616].

Несмотря на важную роль наследственной теократии Чжанов и связанных с ней различных даосских организаций, главам которых нередко приписывалась чудодейственная сила и даже власть над демонами и духами, все они были лишь высшей духовной инстанцией, своеобразными хранителями принципов и догматов учения. Реальной административной власти вне своих общин даосские патриархи и «епископы» не имели. Даосская религия за свое почти двухтысячелетнее существование не создала упорядоченной по государственному принципу церковной структуры, и это в условиях «господства» конфуцианства было объяснимым: организационная слабость религиозного даосизма вне его общин способствовала проникновению этой религии во все поры китайского общества. В этом смысле даосизм был близок к буддизму — учению, у которого он очень многое взял как в области теоретической, доктринальной, так и в плане организационном.

Но буддизму удалось стать не только мировой религией, но и государственной религией в некоторых странах, где он слился с официальным идеологическим курсом. Даосизму — не удалось, он остался национальной религией Китая. У Китая в этом отношении уникальный опыт длительного мирного сосуществования трёх религиозных систем, из которых одна «правящая», а две другие — существуют на положении неофициальных, но поддерживаемых государством религий.

Нетрудно догадаться, что «правящая» верхушка давно (самое позднее с момента формирования «Даосского канона») взяла под свой контроль процесс развития даосизма в Китае, наладив устойчивые связи с его иерархами. С другой стороны основы даосского учения даже после его исторической трансформации и искажений — остались ближе к большинству трудового населения Китая[617] (при этом не надо забывать, что Китай в те времена был и ещё долго оставался рабовладельческим государством) и эта близость вынужденно поддерживалась властями как историческая данность: конфуцианство и даосизм — ровесники. Но в теократии даосского «государства» была своя древняя иерархия, которая в определённое историческое время оказалась гораздо древнее (по преемственности Чжанов), чем официальные китайские власти. Эти два фактора (по меньшей мере) должны были обуславливать стремление верхушки даосской теократии к власти в Китае,[618] что находило своё выражение в крестьянских восстаниях, вспыхивающих в разные периоды его развития. В такие периоды выявлялась невидимая в мирное время борьба одной иерархии с другой. Но при этом была ещё и третья иерархия — иерархия китайского буддизма… Простые же труженики-рабы зачастую ставились в условия выбора предпочтения одной из иерархий — в периоды обострения их противоречий.

Подтверждением вышесказанному является тот факт, что поздние даосы пытались превратить своё учение в государственную религию, но не силой и противостоянием: они делали всё, чтобы понравиться и пригодиться официальным имперским властям. После окончания периода раздробленности Китая (III–VI вв.) во времена династии Тан (618–907 гг.) даоская иерархическая верхушка верноподданно присягнула служить имперской династии и её иерархии. В то время уже появился мощный конкурент даосизму — буддизм. Даосы, не желая отдавать свои позиции мистифицированной «религии для народа», разработали по буддийскому образцу заповеди («нравственный кодекс»), составили список заслуг и проступков для добропорядочных подданных Поднебесной. В этом списке самые суровые кары налагались за государственную измену или бунт.

В общем, в период средних веков даосская иерархия окончательно «легла» под государственную власть, опасаясь конкуренции буддистов. Мало того, к этому времени из буддизма в даосизм перешло многое, связанное с психотехниками буддизма. А в VII–VIII вв. возник институт монашества по буддийскому образцу, такой, что в некоторых храмах буддисты даже мирно соседствовали с даосами. В эпоху Тан даосы широко расселились по всей стране. В качестве опорных пунктов даосизма повсюду были созданы крупные монастыри, где ученые даосские маги и проповедники готовили своих последователей, знакомя их с основами теории бессмертия. Даосские гадатели и врачеватели, получив первоначальное образование, растекались по Китаю и практически сливались с гражданами Поднебесной, не отличаясь от них ни одеждой, ни образом жизни — только своей профессией. Эта профессия со временем превращалась в наследственное ремесло, так что для овладения им не было нужды в специальном обучении на стороне — требовалось лишь засвидетельствовать свой профессиональный уровень и получить от властей сертификат на право заниматься своим делом. Император Чженьцзун (998 — 1022 гг. н. э.) из династии Сун приказал собрать и отредактировать новый Дао Цзан — «Даосский канон», ещё более приближённый к нуждам сохранения имперской иерархии.

Даосы в средневековом Китае обслуживали также множество храмов и кумирен, создававшихся в честь многочисленных богов и героев, духов и бессмертных постоянно разраставшегося даосского пантеона. Они принимали участие в бытовых обрядах, в частности в церемонии похорон. В раннесредневековом Китае даосизм из преследуемой секты превратился в признаваемую и даже необходимую стране религию. Эта религия заняла достаточно прочные позиции в китайском обществе еще и потому, что она с этого времени не пыталась соперничать с конфуцианством и скромно заполняла те пустоты в культуре и образе жизни народа, которые оставались на её долю. Более того, по своему образу жизни слившиеся с народом даосы сами были теми же конфуцианцами, а своей деятельностью они даже укрепляли идеологическую структуру страны.

Сложнее были взаимоотношения даосов с буддистами, проникшими в Китай в первые века новой эры и активно сотрудничавшими с даосами. Помогая буддизму укрепиться на китайской почве, снабжая его терминами и знаниями, даосизм столь же щедро черпал ритуалы и психотехники у буддистов и «обогащался» за счёт индуистско-буддийской культуры. Даосизм заимствовал у буддистов идеи (представление об аде и рае), институты (монашество), через посредство буддизма познакомился с практикой йогов[619] и т. п. Но по мере того, как буддизм в Китае приобретал самостоятельность, его идеологи со всё большим раздражением относились к бесцеремонным заимствованиям со стороны даосов.

Отношение монархов к даосскому учению не всегда было благоприятным для последнего, и были времена, когда даосы подвергались гонениям. Так при монгольской династии Юань (1271–1368 гг.) император Хубилай издал эдикт о сожжении всех книг «Даосского канона», за исключением Дао-Дэ-Цзина. После изгнания монголов, чему способствовало нелегитимное во времена их властвования даосское народное движение, пришедшая к власти китайская династия Мин (1368–1644 гг.) приняла даосизм как истинно национальную религию, а даосским иерархам оказывалось особое содействие со стороны имперской верхушки Поднебесной. Однако к концу династии Мин вспыхнула мощная крестьянская война (1628–1645 гг.). Видимо низы общества, находящиеся на «правах» рабов, но считающие даосизм своей национальной религией, видели верноподданнические продажные отношения своих даосских иерархов по отношению к имперской высшей «элите». «Религия для народа» уже давно стала средством его «выпаса» и эксплуатации. А в условиях китайского средневекового феодализма — её роль не изменилась. Бунт, длившийся почти два десятилетия, подавили с помощью маньчжурских властей. В результате к власти в Китае пришла маньчжурская династия Цин (1644–1911 гг).

С приходом к власти маньчжурской династии Цин даосизм вновь подвергся гонениям. Иноземная династия предпочитала буддизм и с опаской относилась к национальной религии Китая, в недрах которой зрели антииноземные настроения. В середине XIX в. против Китая началась агрессия европейских государств. В результате ряда войн Китаю были навязаны неравноправные договоры. США, Франция и Великобритания помогли Цинам подавить крестьянскую войну тайпинов (1850–1864 гг.). В XIX в. страна была поделена на сферы влияния европейских государств и США. К началу XX в. Китай превратился в поуколонию. В стране развернулось освободительное движение под руководством Сунь Ятсена (1866–1925 гг.).

С 1911 года начинается период республиканского Китая с национальным правительством. В 1911 г. была свергнута Цинская династия и образована Китайская Республика. В 1912 г. Сунь Ятсеном создана партия гоминьдан, которую с 1931 года возглавлял Чан Кайши. В 1921 г. основана КП Китая (КПК). До 1927 г. в Китае велась гражданская война между правителями провинций. В 1927-28 гг. была восстановлена территориальная целостность Китая. Председателем национального правительства в Нанкине стал Чан Кайши. В 1931 г. Япония захватила Маньчжурию и создала на её территории государство Маньчжоу-го. В 1937 г. Япония начала открытую войну за захват всего Китая. В период войны (1937–1945 гг.) обострились противоречия между гоминьданом и КПК. После капитуляции Японии в стране вновь началась гражданская война. Вооруженные силы КПК заняли весь материковый Китай и вынудили Чан Кайши бежать на Тайвань. 1 октября 1949 г. провозглашена КНР. Руководство Китая во главе с Мао Цзэдуном взяло курс на национализацию собственности и коллективизацию сельского хозяйства, создание основ советской модели «социализма».

Даосизм, будучи религией низов китайского общества, проявил себя в большей мере как религиозная система китайского национально-освободительного движения. Будучи с древних времён иерархически организованной и сугубо стратифицированной религиозной системой (подробнее иерархию даосизма мы рассмотрим далее) и, слившись с иерархией имперского конфуцианства — даосизм издревле перестал быть реальным выразителем справедливости (если он вообще когда-то приближался к этому качеству в необходимой мере) в Поднебесной, являясь лишь её эффективным имитатором (со всеми атрибутами имитации, присущими цивилизации ведического Востока).[620].

И это несмотря на то, что в первоисточнике — трактате «Дао-Дэ-Цзине» — есть стихи, призывающие людей к социальной справедливости («Дао-Дэ-Цзин», перевод В.Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.):

49 (171) Путь Неба — сглаживать избыток, И недостаток восполнять. Путь человека не таков: Он бедняка скорей ограбит А богатею угодит. 50 (172) Кто все свои отдаст избытки, Чтоб лучше миру послужить? Лишь тот, кто к Истине привержен. Отдав, мудрец не ждет оплаты, Успехом не кичится он, Свою заслугу принижает. 1 (163) Образ действий Неба таков: Без борьбы оно побеждает, Без речей оно убеждает, Не зовет, а к нему идут, И спешить не надо ему. 52 (164) И у Неба невод хорош: Не теряется ничего. 53 (176) Помогает добрый другим, А недобрый другим вредит. Только Небо учит людей Быть терпимее и добрей.

Даосизм в Китае, как и буддизм, занимал скромное место в системе официальных религиозно-идеологических ценностей. Лидерство конфуцианства никогда им всерьез не оспаривалось. Однако в периоды кризисных ситуаций и больших потрясений, когда централизованная государственная администрация приходила в упадок и конфуцианство переставало быть эффективным, картина нередко менялась. В эти периоды даосизм и буддизм подчас выходили на передний план, проявляясь в эмоциональных народных взрывах, в утопических идеалах восставших. И хотя даже в этих случаях даосско-буддийские идеи никогда не становились абсолютной силой, но, напротив, по мере разрешения кризиса постепенно уступали лидирующие позиции конфуцианству, значение бунтарских традиций в истории Китая не должно преуменьшаться. Особенно если принять во внимание, что в рамках даосских или даосско-буддийских обществ эти идеи и настроения были живучи, сохранялись веками, переходя из поколения в поколение, и тем накладывали свой отпечаток на всю историю Китая. Как известно, они сыграли определенную роль и в революционных взрывах XX в.

Пути Китая и России в XX веке весьма похожи. Удивительно похожи и внешние поводы, которые являлись катализатором политических изменений в обоих цивилизациях. Одним из этих поводов была внешняя агрессия Японии: русско-японская война (1904–1905 гг.), обострившая социальную напряжённость в России к 1905 г. (первая «русская» революция) и японо-китайская война[621]1937–1945 гг. И в том и другом случаях к власти через неполных два десятка лет пришли «коммунисты». Китай отставал от России (СССР) примерно на 30 лет (если сравнивать даты прихода к власти «коммунистов» и даты начала Культурных революций в СССР и Китае). Можно найти и другие параллели. Удивляться нечему: курс на отстранение от власти в региональных мировых цивилизациях национальных правительств и приведения к власти интернациональных режимов был взят «мировой закулисой» повсеместно — и на Востоке и на Западе в конце XIX- начале XX вв. В России удалось избавиться от «национального» имперского режима на 30 лет раньше, чем в Китае.

Но главное не это. Главное, что нас интересует в контексте курса богословия — какую роль сыграла «религия для народа» (даосизм) в процессе прихода к власти в Китае интернационального режима «коммунистов». И сравнение её с ролью библейского православия в России в той же ситуации нагнетания сценария мировой революции в начале XX века и далее.

Даосизм исторически показал себя как истинно национальная религия Поднебесной (несмотря на глубокие изменения его содержания по мере исторического развития). Государственность последней образовалась и развивалась при религиозном сопровождении даосизма с самого начала самой государственности и поэтому даосизм можно назвать народнойрелигией китайской цивилизации, удерживающей суверенный курс последней в эпохи глубоких кризисов китайской государственности, когда конфуцианство не справлялось с этим. В России же всё исторически складывалось совсем иначе. Библейское православие не являлось и не является национальной религией русской цивилизации, удерживающей суверенный курс последней в эпохи глубоких кризисов. Именно поэтому библейское православие, будучи изначально космополитической религиозной системой, способствовало сравнительно лёгкой и быстрой передаче власти в России от имперской династии Романовых к интернационалу масонов-«коммунистов». Национальная партия гомильдан при поддержке даосской иерархии сопротивлялась интернационализации Китая ещё около 30 лет после того, как православие способствовало передаче власти от имперского режима к интернацистам в России. Мало того, благодаря устойчивому национальному религиозному ядру (в первую очередь даосизм + конфуцианство) Китай много приобрёл в период всевластия КПК, сумев сохранить свой национальный цивилизационный суверенитет даже в период активной «социализации» мира и не «подлёг» под интернацистский проект, несмотря на внешнюю атрибутику «коммунистов», сохраняющуюся до сих пор.

Однако всё, написанное в предыдущем абзаце не значит, что национальный цивилизационный и государственный суверенитет, который удалось сохранить Китаю в XX веке и небывалый скачок китайской экономики после смерти Мао Цзэдуна станет залогом её бескризисного развития в XXI веке. Также как не значит, что временная оккупации СССР-России мировым интернационалом сначала в лице послесталинских «коммунистов», а затем в лице послегорбачёских «либерастов» — станет непоправимым историческим этапом, который должен привести к окончательной потере Россией своего национального цивилизационного курса и суверенной государственности в XXI веке.

Дело в другом: Китай сумел сохранить свой государственный суверенитет и в общем движется курсом своей национальной цивилизационной направленности, как и раньше, поддерживаемой государством. Однако и то и другое в Поднебесной — толпо-«элитарные» системы (разновидности рабовладения) — и никакого иного исторического социального и духовного опыта у Поднебесной не имеется: курсы государственности и цивилизации Китая в общем и целом не конфликтны. У Руси-России-СССР имеется древний и продолжительный опыт и государственного и цивилизационного строительства не толпо-«элитарного» характера — что и является социальным и духовным «эталоном» русской национально-цивилизационной Идеи,[622] воплощение идеала которой ещё впереди. Несмотря на все пока успешные попытки вписания руководством КНР под свои национальные нужды западной библейской технократии — уже в ближайшем будущем КНР ждут проблемы, связанные в первую очередь с интенсификацией её экономики (остановиться КНР не может). Преодолевать эти проблемы в будущем без огромных потрясений можно будет лишь по мере избавления от толпо-«элитаризма»: в России это гораздо проще сделать,[623] нежели в КНР.[624].

Уже из этого можно сделать вывод, что даосизм (в совокупности с буддизмом) явился внутрикитайским средством удержания толпы от бунтарского неконтролируемого хаоса в периоды, когда государственный контур власти, основанный на конфуцианстве — ослабевал, впадая в кризисы, либо будучи в руках иноземных захватчиков. В эти периоды даосизм имитировал и возглавлял процесс борьбы «за справедливость» до того момента, пока государственность вновь не обретала устойчивость. После чего даосизм как бы вновь «передавал» власть имперской верхушке. В периоды же устойчивой национальной «элитной» государственности даосизм обслуживал её потребности. Так что обе религии «для народа» (буддизм и даосизм) обслуживали и обслуживают до сих пор имперский толпо-«элитаризм» — каждая в своей социальной сфере. В период после победы КПК и образования КНР (с 1949 по 1976 гг.) роль проводника «религии для народа» взяла на себя КПК,[625] отодвинув в «загашник» (на Тайвань) гомильдановский даосизм[626] до времени начала краха мирового псевдосоциализма, после чего даосский иерархический «элитаризм» стал «гармонично» сочетаться с «социалистическим рыночным хозяйством»[627] — под контролем толпо-«элитарной» иерархии китайских властей, наследовавших имперскую систему управления,[628] издревле опиравшуюся на конфуцианство.

Космогония и мифология даосизма.

Имя Лао-Цзы часто ассоциируется с понятием «Старый ребёнок». Легенда гласит о том, что его чудесное рождение произошло в тот момент, когда он был уже стариком. Мать носила его несколько десятков лет и родила стариком — откуда и имя его «Старый ребенок». В то же время знак «Цзы» означал одновременно и понятие «мудрец», так что имя его можно переводить как «Старый мудрец».

Прежде всего нужно отдать должное автору Дао-Дэ-Цзина. При всей неоднозначности понимания его переводов можно увидеть многие весьма верные и полезные высказывания. Складывается впечатление, что те немногие мудрецы (либо один мудрец), которые писали дошедшие до нас тексты — были достаточно близки к пониманию гармонии Жизни, даже не признавая первоначало Бога (единобожия). Но, как утверждают подавляющее большинство исследователей, первоосновный даосизм быстро исказили, в том числе и потому что ограниченные слова мудрецов понимались каждым по-своему, исходя из мировоззрения вникающего в текст и его нравственности.[629] В то же время многие изречения «Дао-Дэ-Цзина» заслуживают особого внимания,[630] например это (перевод В.Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.; выделения с сноски наши):

30 (88) Мудрый услышит об Истине, — Захочет и жить достойно. Средний услышит об Истине, — Запомнит или забудет. Глупый услышит об Истине — И будет смеяться вволю, А нет — так это не то! 21 (74) Обитает Истина повсюду: Слева, справа ты ее найдешь. Всеми правит, не порабощая, Ничего не ищет для себя, Все объемлет, но не подавляет.[631] Так мала, что как бы нет ее. Все вернется к ней, того не зная: Тем она безмерно велика, Что, величия не сознавая, Даже больше станет от того. 40 (21) Истина живому жизнь дает, Вскармливает и растит его, А сама не думает владеть: Воздаянье разве нужно ей?[632] Власть ее живых не тяготит, Истина от века такова. 43 (119) Если где-то праведен один, выявится свет его глубин. Если праведна одна семья, Праведность прославится кругом. Если праведен один уезд, Он огнеупорен, как асбест. Если праведна одна страна, — Прочно благоденствует она. С праведной державой на земле Добродетель станет мировой.[633] 44 (120) Человек — мерило для людей, И семья — мерило для семьи. С селами и села сравнены, А страна — мерило для страны, И держава — для других держав. 45 (131) Только умеренный[634] может один Небу служить и людьми управлять. Кто пожелает умеренным быть, Истины должен держаться во всем. Держится Истины разве не тот, Кто добродетель умеет ценить? Кто добродетель умеет ценить, Тот безбоязнен и непобедим. В мире, наверное, нет ничего Непобедимости этой важней. Корни господства во власти ее. Кто укрепится на этих корнях, Неистребимым становится тот. Это и есть установленный путь К славе, бессмертию и торжеству. 51 (163) Образ действий Неба[635] таков: Без борьбы оно побеждает, Без речей оно убеждает, Не зовет, а к нему идут, И спешить не надо ему. 105 (109) Лишь мудрый дорожить умеет жизнью При встрече с носорогом или тигром Или в бою — с врагом вооруженным: Ведь носорог его не тронет рогом, И тигр его когтями не зацепит, И лезвия противник в ход не пустит. А почему? Оглядчивый, разумный, Он случая не предоставит смерти![636]

Дао-Дэ-Цзин весьма интересен и полезен. Однако мы занимаемся изучением исторически сложившегося даосизма, который, напомним, принял иной смысл, нежели в него вкладывал основатель — став религией объединения с эгрегором «Дао» (духовным порождением людской мыследеятельности, полной искажений понимания даже того, что записано в главной книге даосов), а не Богом[637] (Истиной по-даосски).

Рассматривать мифологию даосизма, которая тесно переплетена с космогонией, затруднительно вне его главных «философских» теоретических понятий. Поэтому мы, забегая вперёд, будем вводить некоторые из этих понятий, необходимых для раскрытия содержания текущего раздела.

Ключевым понятием даосизма является Дао — Путь, Всеобщий Закон, начало и конец Творения. Дао не имеет ни имени ни названия, оно само даёт имя и форму всем вещам. В то же время Дао существует как женственное, материнское начало Творения. Как отмечают большинство исследователей, даосизм явился логическим продолжением архаических шаманских традиций юга Китая, в которых возвышалась роль женского начала в первотворении мира. Одновременно с этим даосизм явился продуктом кризиса архаичной религиозности середины I тысячелетия до н. э., связанного с объективной зрелостью родоплеменного общества к образованию первых крупных государств. Как мы уже знаем, подобного рода процесс в это же время шёл и в других цивилизациях ведического Востока, в частности, в древней брахманской Индии.[638].

Также нам известно, что в буддизме-индуизме есть свой «Всеобщий Закон», «Путь», «Божественный Порядок» который часто называется Дхарма: «Суть Будды есть Дхарма». В индуизме-брахманизме один из основных мифов о творении — миф о рождении Брахмы-творца из яйца, плавающего в водах мирового океана. Сам же Брахма (верховный бог дуалистического индусского пантеона- прародитель), согласно индусской мифология, появился из хаоса, поскольку до него ничего кроме хаоса не было.[639] Рассматривая мифологию индуизма, мы сделали вывод, что восточный дуализм вошёл в мифологию индуизма, не от истоков творения (как в зороастризме), а от «божественных» свойств прародителя-творца. А уже мировоззренческая основа восточного дуализма явилась основной причиной дальнейших религиозных заблуждений индусов и буддистов. Космогоническая мифология брахманов была напрямую заимствована буддистами, от чего в буддизме появилась теория «Всеобщего Закона» — Дхармы в буддийском исполнении.

Вот вкратце те необходимые предварительные параллели между даосским Дао и индо-буддийской Дхармой,[640] которые понадобятся в дальнейших рассуждениях. Последние, в свою очередь, приведут нас к общим мировоззренческимосновам даосизма, буддизма и индуизма. И эти основы возникли как своеобразная дань преодоления индуизмом, буддизмом и даосизмом канонического дуализма, который можно легко увидеть лишь в зороастрийской религиозной системе (последняя и считается дуалистической у многих исследователей). Нет смысла повторять все уже сделанные в предыдущих книгах выводы о том, к чему приводит мировоззрение восточного дуализма. Повторим лишь одно: чем дальше продвигались эти заблуждения на юго-восток, тем меньше требовалось «философски»-теоретических обоснований для организации религиозных культов и психотехник. Так в китайском даосизме вообще очень немного вразумительных теоретических обоснований культов и психотехник: они просто являются данностью, которую надо исполнять согласно принятой космогонии. А последняя является для даосов истиной, законом.

Признание первоосновы мирового хаоса, присущее и индуизму и буддизму, есть и в мифологии даосизма — что отрицает Бога-Творца, всегда поддерживающего не хаос, а гармонию Вселенной. Следующие цитаты из книги Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного»,[641] Часть II, глава 1 «Психотехника в даосизме» (выделения жирным и сноски наши):

«Образ дао как женственного, материнского начала является ключевым для понимания сущности психотехнической направленности даосизма.

Обратимся к тексту «Дао дэ цзина» («Каноническая книга Пути и его Благой Силы»):

§ 6: Ложбинный дух бессмертен. Называют Сокровенной Самкою его. Врата той Самки Сокровенной. — корень Неба и Земли. Как нить вьется-тянется он, используй его без усилий.

§ 25: О вещь-хаос завершившаяся! Прежде Неба и Земли рожденная! О молчаливая, о бесформенно туманная! Тебя я Матерью Поднебесной почитаю.[642].

§ 28: Знай мужественность свою и женственность свою храни. Тогда дорогою прямой для Поднебесной станешь ты!

§ 61: Управлять великим царством[643] — как жить в низовье большой реки. Это сплетение, узел Поднебесной, Самка Поднебесной. Самка постоянно покоем побеждает самца.[644] Покой же опускает ее вниз».

Если сравнить этот «канонический» миф с индо-буддийским мифом о творении, то сходство содержательной стороны понимания творения в обоих случаях — налицо. Но вместо прародителя Брахмы в даосизме принято понятие «Матери Поднебесной». Видимо последнее — дань архаичным до даосским культам женского первотворения. Профессор Л.С.Васильев в книге «История религий Востока» (Глава 19 «Даосизм») тоже приходит к выводу, что у мифологии даосизма и индо-брахманизма общая индоарийская основа (выделено жирным нами):

«Трудно отделаться от впечатления, что концепция Дао во многом, вплоть до второстепенных деталей, напоминает многократно зафиксированную в упанишадах индо-арийскую концепцию великого Брахмана, безликого Абсолюта, эманация которого сотворила видимый феноменальный мир и слиться с которым (уйти от феноменального мира) было целью древнеиндийских философов, брахманов, отшельников и аскетов. Если прибавить к этому, что и высшей целью древнекитайских даосов-философов было уйти от страстей и суетности жизни к первобытности прошлого, к простоте и естественности, что именно среди даосов были первые в древнем Китае отшельники-аскеты, о чьем подвижничестве с уважением отзывался и сам Конфуций, то сходство покажется еще более очевидным и загадочным. Чем объяснить его? На этот вопрос ответить нелегкого прямом заимствовании говорить трудно, ибо для этого нет документальных оснований, кроме разве что легенды о путешествии Лао-цзы на запад. Но и эта легенда не объясняет, а лишь запутывает проблему: Лао-цзы не мог принести в Индию философию, с которой там были знакомы не менее чем за полтысячелетия до его рождения. Можно лишь предположить, что сам факт путешествия показывает, что и в то отдаленное время оно не было невозможным и что, следовательно, не только из Китая на запад, но и с запада (в том числе и из Индии) в Китай могли перемещаться люди и их идеи».[645].

По одной из даосских легенд (которых не так уж мало и они зачастую взаимно противоречат друг другу), основатель религии Лао-Цзы пришёл в Китай из Индии. Он как бы отбросил свою прежнюю историю и предстал перед китайцами совершенно чистым, без своего прошлого, как будто заново рождённым. Действительно мы уже знаем, что индоарийская мировоззренческая платформа широко распространялась во времена брахманизма и позже на соседние регионы через многочисленных аскетов, одним из которых мог быть основатель даосизма. Либо он был просто знаком с индоарийской основой, возможно даже — эгрегориально. Вот он и его последователи и выразили индоарийское мировоззрение, которое было новинкой для древнекитайской архаики и весьма подходило для формирования ранней государственности. Однако, специфическое выражение этой мировоззренческой основы и её терминология — дань архаичной культуре древнего Китая, основанной на мифологии возвышения женского начала. Впрочем и последнее не новшество даосизма: в индуизме и буддизме весьма часто отдаётся предпочтение женским культам (тантрические культы индуизма, буддийская ваджраяна и пр.).

Кроме этого Л.С.Васильев проводит параллели между другой широко известной даосской космогонической легендой и соответствующей ей легендой в индуизме:

«Особенно интересна проблема мифа о Паньгу. В параграфе 42 даосского трактата Дао-дэ цзин есть туманная, но полная глубокого смысла фраза: «Дао рождает одно, одно рождает двух, двое рождают трех, а трое — все вещи». Комментаторы и интерпретаторы этой фразы выдвигают множество вариантов ее понимания. Но почти при любом варианте заключительная часть формулы сводится к мифу о Паньгу. Не вдаваясь в детали споров, стоит заметить, что первоначальная креативная триада, которая способна породить все сущее (трое порождают все вещи), сводится в философском даосском трактате скорей всего к Дао, дэ и ци.[646] О Дао и дэ речь уже шла, они близки к древнеиндийским Брахману и Атману. Что же касается ци, то это нечто вроде жизненной силы, т. е. великая первосубстанция, которая делает живым все живое, сущим все сущее. В какой-то мере ее можно сопоставить с индуистско-буддийскими дхармами, комплекс которых и есть жизнь, нечто сущее. Но еще больше первосубстанция ци напоминает пурушу.

Понятие пуруши в древнеиндийских текстах неоднозначно и чаще всего сводится — как о том уже шла речь, к духовному началу живого. В этом и сходство его с ци. Однако уже в Ригве-де (X, 90) зафиксирован миф, согласно которому именно первогигант Пуруша, распавшись на части, дал начало всему — от земли и неба, солнца и луны до растений, животных, людей и даже богов.[647] Стоит добавить к этому, что другой древнеиндийский космогонический миф, о котором упоминалось в главе об индуизме, исходит из того, что мир был создан находившимся в космическом яйце Брахмой. Даосский миф о Паньгу,[648] зафиксированный в послеханьских текстах (III–IV вв.), вкратце сводится к рассказу о том, как из космического яйца, две части скорлупы которого стали небом и землей, вырос первогигант, чьи глаза стали затем солнцем и луной, тело — почвой, кости — горами, волосы — травами и т. п. Словом, из первосубстанции Паньгу было создано все, включая и людей.[649].

Идентичность Паньгу и Пуруши давно была замечена специалистами. Похоже на то, что та самая мысль, которая в сухом трактате выражена формулой «трое рождают все вещи» и которая явно восходит к идее о первоначальных Брахмане, Атмане и Пуруше (в китайском варианте, скорее всего, к Дао, дэ и ци),[650] в популяризировавшемся даосами мифе о Паньгу была изложена доступным и красочным языком. Вторичность этого мифа, т. е. заимствование его из мифологических построений брахманизма и индуизма, лишний раз ставит вопрос о том, что мистика и метафизика даосов, по меньшей мере частично, восходят к внешним истокам. Впрочем, это никак не помешало тому, что на китайской почве даосизм как доктрина, независимо от происхождения тех или иных его идей, с самого начала был именно китайской религией».

Вернёмся к понятию Дао. Как мы знаем из космогонии и «философии» брахманизма, главной целью является слияние с личностной «души» с Атманом (единой духовной сущностью мира, неопределимой и неописуемой), после чего эта душа объединяется с Брахманом, что зафиксировано в Упанишадах:

7. Это воспето как высший Брахман, в нём — триада, [он] — твёрдо основанный и нетленный,

8. …И [ещё есть] бесконечный Атман, принимающий все образы, недеятельный. Когда [человек] находит триаду, это Брахман.

В Упанишадах центральным является способ достижения «духовного освобождения» (в буддизме это — «просветление») от сансары. Это — учение о тождестве Брахмана и Атмана. Мокша (в буддизме — нирвана), согласно индуизму, соединение Атмана (личностной души) с Брахманом (мировым божественным духом). Повторим в этой связи отрывок из пятой книги курса по поводу других вариантов соединение личностного духа-«души» и мирового Абсолюта.

Рассмотрим некоторые разновидности понимания освобождения от сансары на Востоке. Обратимся к книге Е. Торчинова (стр. 214):

«Как же понимается освобождение от сансары, часто уподобляемой в индийских текстах болоту, в котором живые существа увязают, или океану, в котором они тонут? Очень по-разному: для недвойственной веданты освобождение — это обретение мистического гносиса, знания тождества истинного «я», подлинной самости человека (Атман), и абсолютного духа (Брахмана), для санкхьи это разотождествление духа и материи, длятеистической веданты — единение с личностным Богом, подобное единению влюблённых, для джайнизма — освобождение души от связи с неодушевлённым миром, с материей, для буддизма Тхеравады — угасание страстей и влечений, пресечение неведения, для буддизма Махаяны — постижение своей собственной природы как природы Будды и осознание пустотности (понимаемой как отсутствие самобытия) сущего. Но в любом случае, это выход из круговращения сансары, прекращение перехода из одного существования в другое, конец страдательности и постоянной обусловленности одного состояния другим, выход из мира претерпевания в мир свободы (мокша, нирвана, кайвалья, мукти). Именно свобода, абсолютная и трансцендентная, и образует высшую безусловную ценность традиционной индийской культуры».

Но всё тоже самое можно увидеть и в даосизме. Дао в даосизме называется «Матерью Мира», источником жизни, животворящим началом. Мера причастности к Дао обеспечивает бессмертие (главная высшая цель даосизма)[651] — согласно учению о Дао. Действительно Дао в таком случае оказывается тождественно индусскому Брахману и природе Будды в буддизме.

Мифология даосизма обожествляет его основателя Лао-Цзы, приравнивая его к Дао, и делая его одновременно и творцом Неба и Земли и космическим человеком. Мы приведём большую цитату из книги Е.А.Торчинова «Религии мира: опыт запредельного», Часть II, глава 1 «Психотехника в даосизме», которая показывает процесс мифологизации личности основатели религии. Но главное то, что рассуждения приведённой ниже цитаты являются ключевыми для понимания сути даосского учения и тесных параллелей его теоретического обоснования с уже известными нам индо-буддийскими «космогоническими» учениями, необходимыми для дальнейших рассуждений о сути психотехник и культов даосизма. Лучше Е.А.Торчинова в этом вряд ли кто-то разобрался (выделения жирным и сноски наши):

«Во всем «Дао дэ цзине» отдается предпочтение мягкости и слабости младенца, а не силе и твердости зрелости. Именно нежное и мягкое тельце младенца символизирует в даосизме полноту и завершенность жизненности. Точнее, новорожденный и есть само ее средоточие, как бы сгусток жизненной энергии. В этом отношении показателен § 76: «Когда человек рождается, он мягок и слаб. Когда человек умирает, он тверд и силен… Поэтому твердое и сильное следует пути смерти, а мягкое и слабое следует пути жизни».

Однако тема «Младенец-Мудрец» не исчерпывается метафорой новорожденного. Гораздо глубже и интереснее образ нерожденного младенца, играющий важную роль в учении «Дао дэ цзина».

Процитируем § 20 этого текста:

«Все люди радостны-веселы, как будто они в ритуале участвуют жертвенном, как будто весенней порой на башню они восходят. О! Только лишь я один спокоен-безгласен, подобно младенцу, еще не узнавшему детства. О! Я весь обвит-перевязан, и мне некуда возвращаться. У всех людей как будто излишек, лишь у меня одного как будто бы недостаток. О, так ведь я разум глупца! О! Во мне все смешано-перемешано. Все люди светлым-светлы, я один темен. Все люди отчетливы-четки, я один скрыт и неявен. О! Я колыхаюсь, как море. О! Я парю в пространстве, и мне негде остановиться. Все люди к чему-то стремятся, а я один остаюсь простец простецом. Я один отличаюсь от всех людей тем, что ценю мать-кормилицу».

Что значит выражение «младенец, еще не узнавший детства» или «младенец, еще не ставший ребенком»? Оно может означать только одно — плод во чреве матери. С этой интерпретацией согласны и те китайские комментаторы, которые считают, что здесь иероглиф хай (ребенок) должен быть заменен на его фонетический и практически графический омоним (разница между двумя иероглифами заключается лишь в классификаторе «рот», приписанном к исходному знаку), означающий крик или улыбку младенца. Но еще не кричавший младенец — это еще не родившийся младенец.

Итак, Лао-цзы сравнивает себя с еще не родившимся младенцем. Что он сообщает об этом младенце? Младенец-мудрец «обвит-перевязан» своей «сорочкой» и пуповиной, связывающей его с материнским телом. Он наделен «разумом (или сердцем — синь) глупца», который одновременно является носителем высшей мудрости, кажущейся глупостью лишь самодовольному обывателю. Этот младенец колыхается на волнах вод материнского лона и парит в невесомом состоянии в этих водах. Связь с материнским телом, пестующим и взращивающим плод, содержится и в заключительной фразе § 20 о «матери-кормилице» (ши му).

Но если младенец — это мудрец, сам Лао-цзы, то кто же тогда мать? Из сказанного выше совершенно ясно, что Мать, о которой говорится в § 20, - это само дао, сам вечный и неизреченный Путь и первооснова всего сущего, и именно в лоне этой Матери пребывает Мудрец-Младенец.

Данный образ непосредственно коррелирует с даосской космологией и космогонией. В ней дао оказывается как бы космическим лоном, охватывающим весь универсум, пребывающий в неразрывном единстве (хаотическом единстве — хунь и) с материнским телом Пути вплоть до своего рождения — дифференциации и обособления от дао в процессе космогенеза. Тем не менее даже «рожденный мир» сохраняет определенное единство с дао, будучи вскармливаем его Благой Силой (дэ): «Дао рождает, дэ вскармливает» (§ 51). Таким образом, сформировавшийся в ходе космогонического процесса мир сохраняет связь с дао, аналогичную связи новорожденного с кормящей матерью. Только человек в силу появления у него восприятия себя в качестве обособленного, самодовлеющего «я», неизменного субъекта действий, нарушает это исходное единство и даже начинает поступать наперекор ему, руководствуясь в своих установках и поступках не закономерностью космического ритма дао-Пути, а собственными предпочтениями, заменяя таким образом спонтанную самоестественную жизнь деятельностью, основанной на целеполагании и коренящейся исключительно в эгоцентрической субъективности. Отсюда и все страдания и бедствия человека, начиная от его смертности и кончая социальными коллизиями.

Единственное средство не только избавиться от этих страданий, но и обрести высшее счастье — это восстановить исходное единство с дао, расширить свое сознание, отказавшись от шор эгоцентрической установки,[652] то есть вернуться к состоянию нерожденного младенца, для которого не существует четкой грани между собственным и материнским телом, который дышит дыханием матери и питается пищей матери. Это возвращение в лоно Матери-дао связывается с расширением личности до космических масштабов, когда «навечно не отделяя себя от Благой Силы возвращаешься к состоянию младенца» (§ 28) и «смотришь на всю Поднебесную как на свое собственное тело» (§ 13).

Это состояние нерожденного младенца есть состояние бессмертия, покоя,[653] пребывания в единстве со всем сущим и в согласии со своей собственной исконной природой («Возвращение к корню называют покоем, покой называют возвращением к жизненности, возвращение к жизненности называют постоянством. Знающего постоянство называют просветленным» — § 16).

Дао развертывается на всех уровнях макро- и микрокосма, и поэтому существует четко описанный в даосских текстах изоморфизм между процессом космогенеза, созреванием плода и родами, а также (в обратной последовательности) практикой даосского совершенствования. Поэтому для даоса возвращение в утробу Матери-дао как нерожденного младенца не просто метафора, а форма выражения некой глубинной сущности изоморфной структуры универсума. Отсюда и стремление практикующего даоса имитировать в своем делании пренатальное[654] состояние. Для примера можно указать на знаменитую технику зародышевого дыхания (тай си), описанную впервые в «Баопу-цзы» Гэ Хуна (IV в.). Это очень спокойное дыхание (вдох и выдох сведены к минимуму), создающее впечатление, что практикующий не дышит вовсе, подобно зародышу в материнском лоне, получающему жизненную энергию-ци из крови матери.

В связи со всем сказанным выше вновь задумаемся об имени-прозвище того мудреца, которому более чем двухтысячелетняя традиция приписывает авторство текста. Лао-цзы. Престарелый Мудрец. Он же — Престарелый ребенок. Вдумаемся еще раз в миф об этом младенце с седой бородой.

К первым векам новой эры уже сложилось учение об обожествленном Лао-цзы. Тенденция к этому проявилась достаточно рано. Так в гл. 21 «Чжуан-цзы» Лао-цзы говорит, что он странствовал в первоначале вещей. Это может быть понято как онтологически, так и хронологически, что, впрочем, в данном случае одно и то же. Обожествленный Лао-цзы стал ассоциироваться с дао и с первоначальным хаосом — недифференцированной энергетической пневмой, истоком мироздания. О Лао-цзы говорится в текстах эпохи Хань (III в. до н. э. — III в. н. э.) как о «теле дао», причем употребляются все иероглифы, обозначающие тело: син (оформленное тело, образец), шэнь (тело, личность, персонификация) и ти (тело, воплощение).

Более того, отождествленный с хаосом в его мифологической персонификации — Пань-гу (космический первочеловек, типологически близкий Вират Пуруше Ригведы и Адаму Кадмону каббалистической традиции), Лао-цзы стал восприниматься как создатель мира: «Лао-цзы изменил свое тело. Его левый глаз стал солнцем, его правый глаз — луной, его голова — горой Куньлунь, его борода — планетами и небесными пространствами, его кости — драконами, его плоть — четвероногими, его внутренности — змеями».

На даосском учении о рождении Лао-цзы (как космическом, так и историческом) остановимся подробнее. Обратимся к каноническому тексту «Сань тянь нэй цзе цзин» («Каноническая книга эзотерического объяснения трех небес»), написанному в ханьский период. После сообщения о начальных этапах развертывания пневмы-ци, воплощенной в Лао-цзы, в тексте говорится:

Вслед за этим в средоточии мрака родилась Пещера Пустоты (кун дун). Внутри Пещеры Пустоты родилось Великое Отсутствие. Великое Отсутствие превратилось в три пневмы: Сокровенную, Изначальную и Исконную. Эти три пневмы в результате хаотического смешения породили Нефритовую Деву Сокровенной Тайны (сюань мяо юй нюй). После ее рождения смешанные пневмы свернулись в ней и посредством превращения породили Лао-цзы… Когда он родился, y него были седые волосы. Поэтому он и был назван Престарелым Младенцем (Лао-цзы). Этот Лао-цзы является Государем Лао (Лао-цзюнь). Посредством превращения он создал из своей пневмы Небо и Землю, людей и вещи: так все породил он своими превращениями.

В этом отрывке отчетливо говорится о том, что Лао-цзы является своей собственной матерью.

Перейдем теперь к мифу об историческом рождении Лао-цзы:

Во время правления царя У Дина династии Инь Лао-цзы вновь вошел в утробу матери Ли… Когда он родился, то опять волосы его были седы. Поэтому его снова назвали Престарелым Младенцем… Что касается его возвращения в зародышевое состояние в утробе матери Ли, то надо понимать, что он сам превратил свое утонченное пустое тело в тело матери Ли и вернулся в свою собственную утробу. На самом деле не было никакой матери Ли. Непросветленные ныне говорят, что Лао-цзы извне попал в утробу матери Ли. В действительности, это не так.

Интересно, что ни в одном из наиболее древних мифов о рождении Лао-цзы не говорится о его отце. Даже фамильный знак «Ли» (букв.: «слива») Лао-цзы получает от матери. По ряду версий, Лао-цзы родился от того, что его мать проглотила косточку сливы.

Таким образом, дао в даосских текстах выступает как женское материнское начало, олицетворенное в образе Лао-цзы муже-женственной природы; при этом подчеркивается только его женственный аспект, поскольку дао само рождает космос; его мужской аспект не принимает в этом никакого участия.[655].

Попутно выскажем гипотезу о возможной связи пренатальной и перинатальной тематики и относящихся к ней архетипических образов с различными вариантами мифа о чудесном зачатии, хорошо известного практически во всех культурах[656] (в данном случае мифологема чудесного зачатия — манифестация подсознательного влечения к переживанию синергетического единства с матерью, имевшего место в пренатальный период, сопровождающегося снятием всяческого, прежде всего — отцовского, опосредования этого единства). Во всяком случае, даосские материалы несомненно связывают состояние бессмертия и совершенства с возвращением к состоянию Младенца-Мудреца (ср. евангельское (Мф. 18:3): «Если не будете как дети, не войдете в Царство Небесное», а также призыв к сочетанию змеиной мудрости зрелого мужа с голубиной простотой невинного дитяти, тема, развивавшаяся и истолковывавшаяся и св. ап. Павлом), пребывающего в космическом лоне Сокровенной Самки, дао-Матери Мира, каковое (лоно) изоморфно, но, разумеется, не тождественно блаженству эмбриона в материнской утробе».

В даосизме необходимость достижения «просветлённости» обосновывается «обособленностью самодовлеющего «я»», «собственными предпочтениями», «эгоцентричной субъективностью» людей, откуда, согласно учению Дао, исходят все «страдания и бедствия человека, начиная от его смертности и кончая социальными коллизиями».

Знакомая из индобуддийских религиозных систем постановка вопроса — напрочь исключающая контекст прижизненной социальной справедливости[657] между людьми.[658].

Только в даосизме главной целью жизни признаётся «расширение сознания» до уровня бессмертия (которое равнозначно освобождению от земного эгоцентризма и страданий),[659] а в буддизме, например, главной целью жизни признаётся «расширение сознания»[660] до уровня освобождения от сансары — что тоже равнозначно обретению бессмертия[661] (окончанию цикла кармических перерождений и попаданию в восточный рай).

Таким образом даосизм в своей первооснове является одной из разновидностей религиозных систем ведически-индобуддийского мировоззренческого корня — к которой убедительно можно отнести все сделанные нами в процессе анализа индобуддийских систем выводы. Иными словами даосизм — религиозная система, которая, также как и буддизм, направлена на полное обезличивание людей (со всеми вытекающими из этого последствиями, описанными нами в главе «Буддизм») в процессе слияния психики последних («просветления») с мощной эгрегориальной системой, название которой Дао.

Символика и «философия».

Одновременно с трансляцией в Поднебесную подавляющего большинства иллюзий индобуддийского Востока, даосизм обладает весьма привлекательной и оригинальной терминологией, символикой и мистикой, связанной с доктриной бессмертия. Можно утверждать, что доктрина бессмертия учения Дао наложила свой сильный оригинальный отпечаток на мировоззрение всей китайской цивилизации. Одним и выражений этого явилось развитие средств не столько психического («духовного»), но более даже — физиологического «оздоровления», связанного с целью обретения бессмертия. Рассмотрим подробнее китайскую религиозную символику через призму этих особенностей даосизма.

Основными категориями даосизма являются три:

· Дао () — Путь, Всеобщий Закон, начало и конец Творения (иногда — верховный бог пантеона) — бытие Вселенной в самом общем смысле. Как мы уже говорили, соответствует индусскому Брахману.

· Дэ () — буквально доблесть или мораль. Согласно учению даосов, человек является частью бытия Вселенной (частью Дао) и для слияния с Дао нужно соблюдать Дэ — морально-нравственный «кодекс», выполнение которого предназначено для того, чтобы слиться с Дао. Это соответствует индобуддийсому Атману, частью которого признается человек и стремится к слиянию с Брахманом — мировым духом. Учение о Дэ соответствует даосскому учению об относительности жизни и смерти, что жизнь это средство обретения бессмертия, а физиологическая смерть при правильном соблюдении Дэ — и есть бессмертие в понимании даосских мудрецов.

Но последнее и является по своей сути выражением принципа посмертного воздаяния («справедливости») в даосском исполнении, на иллюзиях которого держится бессмертие земного толпо-«элитаризма» — образ «Кощея».

· У-вэй () — буквально недеяние. Это — кодекс законов (неотъемлемая часть кодекса Дэ), отражающих понимание того, когда надо действовать, а когда бездействовать. Как мы знаем индусский Аман тоже назван «недеятельным»,[662] так что ничего сверхнового китайский даосизм не привнёс в «философию» ведического Востока.

Нужно отдать справедливое должное китайской «философии»: принцип недеяния и многие положения законов Дэ — сами по себе весьма полезны не только для здоровья, но и для поддержания обществом гармонии с Природой и Космосом. Это несомненно. Поэтому у китайских даосов есть чему поучиться (особенно в «Дао-Дэ-Цзине») западному обывателю в самых различных областях оздоровления и гармоничного сосуществования с другими тварями и с Природой. Действительно есть множество областей людской деятельности, которые приносят невосполнимый вред гармонии — окружающей среде, биоценозам и людям. Об этом следующий отрывок «Дао-Дэ-Цзина»:

108 (117) При дворе — пороки и обман, А в полях — разросшийся бурьян, И везде пустые закрома. Ну, а здесь: нарядные шелка, Напоказ подвешены мечи, От еды и от вина тошнит, Роскошью наполнены дома. Не разбойничий ли это стан?

В сферах, приносящих вред Природе и биоценозам — прежде чем предпринимать какие-либо действия, нужно гармонизировать последние с объективными законами Мироздания. А если это невозможно — лучше соблюдать принцип недеяния, чтобы не навредить себе и окружающей среде.

Однако, как показал исторический опыт развития древних восточных цивилизаций, «кодекса законов», буквально предписывающих людям в каких сферах они «гармонируют», а где вредят себе и окружающей среде — далеко не достаточно. Как только древним цивилизациям Востока (Япония, Китай, Индия…) открылись возможности технократического реванша — они «забыли» про принцип недеяния и принялись догонять Запад в наращивании объёмов вредоносной технократии. Так в недалёком будущем Китай может догнать даже США по объёму вредоносных выбросов в атмосферу и загрязнению окружающей среды отходами от его промышленности. Это связано с имперским (а не Человечным, глобальным) толпо-«элитарным» мышлением большинства населения древних цивилизаций и доминированием типа психики «зомби», обладатели которого весьма легко «перепрограммируются» от одних «законов» на другие, игнорируя глобальные опасности, которые несёт их деятельность — при поддержке «демонической» государственной верхушки. Но при этом древняя гуманизированная доктрина (в которой может быть много верного) остаётся на знамени их региональных цивилизаций, как один из контуров её управления — поражая своим «благонравием» умы недалёких обывателей.

Учение о бессмертии не выглядит чем-то необычным с точки зрения западных религиозных систем библейского христианства. Учение о спасении своей души в земной жизни — разновидность учения о бессмертии: «спасение души» = «обретению бессмертия» в западных религиозных системах. Поэтому, по свидетельству некоторых «христианских» миссионеров конца XIX — начала XX вв., многие последователи даосизма не хотели принимать «христианство», причиной чего явилось обстоятельство, что в факте воскрешения Христа они не видели ничего необычного.

Это ещё одно подтверждение того, что древнеримская толпа вполне спокойно отнеслась к мифу о воскресении Христа. Огромная Римская империя была подвержена сильному мистическому влиянию древневосточных культов, в которых не только теоретизировалось, но и практиковалось «бессмертие» напоказ — как один их главных фокусов, возможных в условиях восточной духовности, устойчиво передающейся по родовым линиям из поколения в поколение в течение многих столетий, либо просто шарлатанство.

Так первые многочисленные даосские мудрецы, приближённые к императорам, входили в последним «благодаря» особому интересу к их доктринам «бессмертия». Проповедь долголетия и бессмертия обеспечила даосским проповедникам популярность в народе и благосклонность императоров, отнюдь не безразличных к своей жизни и смерти. Как пишет Л.С.Васильев,[663] насколько можно судить, первым, кто соблазнился этой идеей, был объединитель Китая Цинь Ши-хуанди. Даосский маг Сюй Ши поведал ему о волшебных островах, где есть эликсир бессмертия. Император снарядил экспедицию, которая, как и следовало ожидать, провалилась (Сюй Ши сослался на то, что обилие акул помешало ему пристать к острову). Так же кончались и другие экспедиции за волшебными снадобьями. Разгневанный император нередко казнил неудачников, но тут же посылал других в новый поход, не ставя под сомнение саму идею. Первые ханьские императоры, особенно могущественный У-ди, продолжали эту традицию: снаряжали экспедиции, поддерживали даосских магов, щедро жертвовали деньги на их работы над пилюлями и эликсирами «бессмертия».

Наученные судьбой своих предшественников, казненных императорами Цинь Ши-хуанди и У-ди, даосы усердно разъясняли, что видимая смерть — это ещё не доказательство неудачи: вполне вероятно, что умерший вознёсся на небо и достиг бессмертия.[664] В качестве аргумента даосы умело «пользовались» легендами, в обилии созданными ими же.

Вот, например, легенда о Вэй Бо-яне, авторе одного из ханьских трактатов о поисках бессмертия. Рассказывают, будто он изготовил волшебные пилюли и отправился с учениками и собакой в горы, дабы там попытаться обрести бессмертие. Сначала дали пилюлю собаке — она издохла; это не смутило Вэя — он принял пилюлю и упал бездыханным. Веря в то, что это лишь видимая смерть, за ним последовал один из учеников — с тем же результатом. Остальные вернулись домой, чтобы потом прийти за телами и похоронить их. Когда они ушли, принявшие пилюли воскресли и превратились в бессмертных, а не поверившим своим спутникам оставили соответствующую записку.[665].

На подготовку к бессмертию, согласно даосскому учению, должно было уходить немало времени и сил, фактически вся жизнь, причем всё это было лишь прелюдией к завершающему акту — слиянию дематериализованного организма с великим Дао.[666] Эта трансформация человека в бессмертного считалась очень непростой, доступной лишь для немногих. Сам акт перевоплощения почитался настолько священным и таинственным, что никто его не мог зафиксировать (что весьма подозрительно…). Просто был человек — и нет его. Он не умер, но исчез, покинул свою телесную оболочку, дематериализовался, вознёсся на небо, стал бессмертным.

Даосизм имеет две отличительные особенности, которые сказались на культовых практиках и мировоззрении китайцев:

· Во-первых, если большинство других религиозных систем во имя обретения бессмертия (спасения души) предлагают бороться «за душу», а уже потом за тело, то даосизм — наоборот отдаёт предпочтение первоочередному совершенствованию тела, видя в этом залог бессмертия (спасения души).

В то же время ритуальная очерёдность в смысле чего вначале «лечить» (душу или тело) не столь значима для получения конечного результата, который, как мы знаем из буддийских практик, приводит к глубокому «зомбированию» психики (а не души). Тем более, что индусы и буддисты приходят к состоянию «просветления» в комплексе упражнений, физиология которых занимает весьма существенное место по отношению к нейролингвистике. Но всё же первоприоритетность китайского физиологического лечения даосов оказала большое влияние на мировоззрение китайцев.[667].

· Во-вторых, дасоизм является весьма иерархически организованной религиозной системой (по сравнению с буддизмом Махаяны, например), в рамках иерархии которой принцип спасения-бессмертия сформулирован лишь для немногих избранных, находящихся на вершине духовной и/либо властной иерархии.[668] Для всех остальных оставлены обширные абстрактные умолчания в пределах от предоставленной возможности также обрести бессмертия до — остаться в «круговороте» Дао и продолжить своё существование в виде животного или растения после недолгого посмертного существования души.

Но всё же каждый хоть немного верующий китаец, конечно же надеется на обретение бессмертия, либо хотя бы на приближение к бессмертному Дао и поэтому старается выполнить все возможные предписания законов Дэ и принципов недеяния. В то же время занятия в сферах материального производства, за счёт которых выживают большинство семей трудового населения Китая не позволяют, конечно же, соблюдать все необходимые для бессмертия «законы». И, чем материально «богаче» житель Поднебесной — тем более «бессмертным» он может стать, согласно даосским принципам недеяния и Дэ. Именно этой причиной и можно объяснить умолчания, оставленные в даосском учении в отношении «списка лиц», допущенных к «бессмертию». Ведь если все станут бездействовать, стремясь к бессмертию, то кто же будет работать? Но эту проблему мы уже видели и в других религиозных системах…

В связи с вышесказанным, большинство учёных делит даосизм на два уровня — философский и религиозный. Первый уровень употреблялся в основном сравнительно небольшим, но высокообразованным слоем имперской «элиты». Второй же уровень был уделом неграмотного китайского народа. В целом взгляды большинства современных ученых на данную проблему следующие: «религиозный» и «философский» даосизм — принципиально различные явления, практически не сводимые друг к другу. Они целиком автономны и не синхронны.

Иными словами, сведение двух уровней даосизма в единую непротиворечивую религиозную систему может породить в психике человека, пытающегося их свести, шизофрению определённой стадии. Е.А.Торчинов в книге «Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания»[669] предупреждает, что даосизм поддаётся исследованиям гораздо хуже, чем другие религиозные системы Востока по причине его «хаотичного» построения:

«Изучение даосизма связано и с особыми трудностями, определяемыми спецификой самой ментальности этого направления. Вместо логической четкости дискурсивного анализа — совершенно сознательная установка на «туманное и смутное», вместо логоса-хаос. Последнее слово, быть может, и является одним из ключевых для проникновения в суть даосизма, ибо хаос — хунь дунь — одно из центральных понятий даосизма, и отпечаток этого лежит на всей системе (или «антисистеме») даосского мировоззрения, что дало повод Н. Жирардо говорить о даосском идеале «хаотического порядка и благого беспорядка» (Н. Жирардо, 1978)».

Но даосизм далеко не одинок в шизофреничной «целостности» его учения. Практически все восточные и западные религиозные системы, поддерживающие толпо-«элитаризм» и одновременно провозглашающие принципы равенства и гуманизма для людей — несут в своих учениях шизофрению: это свойственно и «христианству»[670] и буддизму[671] и другим. Просто в даосизме эта шизофреничность не только хорошо видна исследователями, но даже существует разделение на философский даосизм и религиозный: соответственно для «элиты» и толпы.[672].

В вышеупомянутой книге Е.А.Торчинова даосизм (помимо двойного деления) подразделяется на несколько системных пластов, каждому из которых была возможность приобщиться лишь определённому слою населения. Такую трактовку автор даёт с ссылкой на известного американского историка китайской культуры А.Ф. Райта. Мы приводим её с своей сокращенной интерпретации, чтобы иметь общее представление о многослойности даосизма:

1. Философско-спекулятивное направление, адепты которого стремятся достичь совершенства через единение с Дао. Эта традиция восходит к Чжуан-цзы и находит яркое выражение в сочинениях «нео-даосов», последователей школы «сюань-сюэ» III–IV вв. Это направление нашло также выражение в литературе, живописи, отшельничестве и повлияло на становление чань (дзэн) — буддизма.[673].

2. Алхимия, в свою очередь распадающаяся на два направления: 2а) тесно связанная с философско-спекулятивным направлением «внутренняя» алхимия (нэй дань), развившая технику для обретения совершенства и бессмертия, дыхательную гимнастику, сексуальную гигиену, режим диеты и т. д. и 26) «внешняя» алхимия (вай дань), связанная с внутренней алхимией общей терминологией, символикой и многими методиками, но занимающаяся в основном трансмутацией металлов и изготовлением «эликсира бессмертия».

3. Политическая субтрадиция, прилагавшая даосские идеи к политической и социальной жизни. Она, по А. Ф. Райту, берет начало у Лао-цзы, точнее в тех идеях, которые нашли свое выражение в «Дао-дэ цзине». Эта субтрадиция, в свою очередь разделилась при династии Хань на два направления: За) ортодоксальный политический даосизм, представленный в Хуайнань-цзы» и 36) еретический политический даосизм.

Направление За) разрабатывало учение о правлении, основанном на «недеянии», развивало концепцию монарха как «совершенного человека» {чжэнь жэнь). Это направление оправдывало и поддерживало неограниченную власть монарха, причем оно было связано с направлениями 2а) и 26), поскольку император в соответствии с существовавшими в традиционном Китае представлениями понимал мир природы и повелевал его силами уже «по долгу службы».

Направление 36) было тесно связано народными движениями старого Китая (через уравнительное и антиэтатистские установки), хотя некоторые его лидеры и принадлежали к элите общества. Для этого направления характерен мессианизм (вера в лидеров как в новые проявления и воплощения Лао-цзы), милленаризм (вера в установление «царства справедливости»), вера в лидеров как в «бессмертных», «святых», признание их сверхъестественных способностей и т. п.

4. Общинный религиозный даосизм. Эта субтрадиция возникла в позднеханьских теократических государствах, в особенности в государстве «Небесных наставников». Она обслуживала локальные общины, практически не затронутые конфуцианской пропагандой. Эта субтрадиция проявляется в экзорцистских ритуалах, очищении местности от вредоносных влияний, погребальных обрядах, ритуалах «обновления» общины.

5. Монастырский даосизм. Его зарождение относят к IV–V вв. и связывает его со школой Маошань. По существу, это форма «буддизированного» даосизма и, вместе с тем, своеобразная реакция на проникновение буддизма в китайское общество.

Некоторые исследователи, в общем признавая такую градацию даосизма, сужают понятие «даосизм» ограничивая его по существу даосской философией, ортодоксальными даосскими организованными направлениями и лицами, посвященными в линию преемственности, но не являющимися членами какой бы то ни было даосской школы (как пишет Е.А.Торчинов).

Таким образом за «чисто даосизмом» признан лишь почти только высший уровень — философский — или царственно-«элитный». С этих позиций мы и будем в дальнейшем рассматривать религиозную систему даосов: как её часть для «элиты» (основа самого учения) и как религию для простого народа — религиозный упрощённый и канонизированный вариант даосизма, который многие за даосизм не считают.

Вначале с этих позиций следует рассмотреть основной символ «философии» даосов (и вообще китайцев) — Инь-Ян.[674] После этого мы «опустимся» до простонародного (религиозного) смысла главных китайских символов. Как пишет Е.А.Торчинов, в даосизме «все классы населения имеют свои объекты культа: император — Небо и Землю, чжухоу — четыре стороны света, горы и реки, простой народ- своих предков и т. д.». Высшая «элита» и мудрецы, подобно даосскому «богу» Лао-Цзы, являющемуся самим своей же матерью, оперировали в первую очередь с космическими понятиями и руководствовались «философией» бессмертия.

В даосизме несколько главных культовых «космогонических» мифов. Помимо мифа о Пань-гу (который мы приводили выше) широко известен другой миф о происхождении мира (цитата из вышеупомянутой книги Е.А.Торчинова):

«В нем рассказывается, что некогда императоры Северного и Южного морей (взаимодополняющие противоположности типа инь и ям) были соединены в первозданном Хаосе (хунь дунь). Однако императоры (кстати, их имена — Опрометчивость и Безрассудство) захотели превратить Хаос в человеческое существо.[675] Тогда они просверлили в нем семь отверстий (по числу «отверстий» в человеке — глаза, ноздри, рот, уши), в каждый день по отверстию. На седьмой день Хаос умер.[676] В этой истории, которую можно с полным правом назвать космогоническим мифом, типологически близким известному мифу о Пань-гу, присутствует и весьма важная для даосизма идея гомоморфизма микро- и макрокосма, и идея хаоса как образца и парадигмы всего сущего. И эта установка на хаотичность пронизывает даосизм на всех его уровнях и во всех аспектах. Понятно, что системы подобного типа поддаются анализу и даже описанию значительно хуже, чем учения, тяготеющие к дискурсивной стройности».

Инь-Ян не правильно считать символикой противоположностей. Их смысл гораздо глубже и многослойнее: он разный для разных слоёв китайского общества. Первоначально рассмотрим традицию понимания символики Инь-Ян в мистической и имперской традициях в их философском и религиозном (светском) планах. Вообще же в китайской традиции понятия Инь и Ян изначально рассматриваются в контексте «космогонического» творения как символика процесса упорядочивания хаоса. Именно с хаосом,[677] из которого произошёл на— мир (согласно китайской традиции), и порядком, который обычно связывают с китайской государственностью,[678] часто ассоциируют соответственно символику Инь (хаос) и Ян (порядок). К этим смыслам надо ещё добавлять теорию о непостоянстве мира, замкнутую на хронологию китайских кальповых циклов, которая вносит в смыслы Инь и Ян их равнозначность.[679] Но всё же они не равнозначны для персонального существования китайцев (на высшем уровне понимания, связанном с целью земной жизни), если судить о них по даосской мистике.

Процесс формирования мировоззрения жителей Поднебесной шёл параллельно с формированием имперской государственности и имперского мышления, как некоего порядка, мира, созданного из хаоса[680] и находящегося между небом и землёй, отсюда и название китайской цивилизации — Поднебесная.

Первоначально в Дао-Дэ-Цзине, И-Цзине и пр. символы Инь и Ян (их прообразы) связаны с образом горы. Инь означало теневую сторону горы (на символике это — тёмная половина), а Ян — освещённую солнцем сторону горы (на символике это светлая половина). Такое сочетание очень точно отражает понимание китайцами высшего смысла символики Инь-Ян, поскольку гора одна, а её склоны разной освещённости (тёмный-светлый) лишь потому, что в данный момент третья «объективная» по отношению к горе сила (солнце) находится в соответствующей такому освещению точке. Если это раскрытие символики рассматривать в контексте китайской «космогонии» происхождения мира (порядка) из первоначального хаоса, то действительно Инь и Ян оказываются равнозначными только в контексте общей хронологии процесса разворачивания цивилизации из хаоса и её сворачивании опять в хаос. Ещё раз повторим, что в такой «космогонии» смысл существования глобальной земной цивилизации такой же смутный, как и китайский хаос.[681].

Выше мы увидели космогонический смысл главной символики китайцев. Как видите, он никак серьёзно не связан с глобальной социологией, учитывающей смысл существования земной цивилизации: этого смысла просто нет, либо он бесформенно туманный и поэтому его невозможно осмыслить всем миром. Поэтому каждая социальная группа, возможно, подразумевает свою частную цель развития, которые как-то согласовываются на государственном уровне и серьёзно не конфликтуют. Зато существует «глобальный» смысл жизни для индивидуумов, который можно выразить уже известным нам общим понятием «освобождение» от страданий.

Люди живут в период, когда в Поднебесной установился государственный порядок из хаоса (согласно китайской «космогонии»)[682] между небом и землёй. И вот уже, находясь в этом порядке, значение символики Инь и Ян меняется от равнозначного к неравнозначному. Но это и есть главная и высшая для людей китайской цивилизации смысловая нагрузка символики Инь-Ян. Рассмотрим её подробнее.

В китайской мировоззренческой системе нет прямого однозначного разделения на противоположности — на «добро» и «зло», отображённое в «канонах» даосизма так, чтобы эта символика была завязана на тёмно-светлые Инь-Ян. Иными словами, чёткости восточного дуализма, которая есть в зороастризме — в китайской символике не имеется.[683] Дао-Дэ-Цзин учит, что «лишь только в Поднебесной узнали, что красивое — красиво, тотчас появилось и уродство. Как только все узнали, что добро — это добро, тотчас появилось и зло. Ибо наличие и отсутствие порождают друг друга. Сложное и простое создают друг друга».

В этом отношении весьма интересна статья А.А.Маслова[684]«Инь и Ян. Хаос и порядок»:[685].

«Мистический закон «парного рождения» (шуан шэн) запускает бесконечное колесо взаимопорождений, которое можно остановить, лишь избежав перворазделения вообще. Мотив бесконечного «кольца», где все части равны друг другу, обыгрывается и в «Дао дэ цзине», где говорится, что «до» и «после» следуют друг за другом, то есть в мистическом мире нет никакого разделения на «начало» и «конец». В сущности, это есть абсолютное воплощение Дао, которое в равной степени «распростерто и влево, и вправо».

В принципе это китайское выражение общевосточного принципа причинно-следственных связей в жизни людей нам уже известного из теории кармы (закона причин и последствий)[686] индобуддийского Востока, замкнутой на всеобщий закон взаимодействия дхармы. В то же время специфика китайской «философии» в этом отношении делает особый акцент на равнозначность причин и порождённых ими последствий, а последние в свою очередь обязательно компенсируют «перекосы» для уравновешивания «влюблённых противоположностей»:

«Сакральное пространство бытия[687] в Китае находится в абсолютном бинарном равновесии инь-ян относительно друг друга, что проявляется даже на уровне бытовых поверий. Например, если в доме кто-то умер, считается, что вскоре в нем случится какое-то счастливое событие; в случае же рождения ребенка счастье и удача могут какое-то время обходить дом стороной.

Формально инь и ян считаются абсолютно равноценными друг другу, и именно так они трактуются на обиходном уровне. А вот реалии китайского оккультизма показывают, что абсолютного равенства между инь и ян не существует».[688].

Мы вплотную подошли к пониманию высшей мистики китайского смысла символики Инь-Ян. Перечислим всё, что мы знаем об истории их мистического становления:

· Парность Инь-Ян порождена третьей силой.

· В идеале Дао никакого парного «единства-разделения» нет.

· Остановить парность взаимных порождений можно лишь, преодолев перворазделение.

· Перворазделение появилось из хаоса, когда был порождён мир между Небом и Землёй.[689].

· Хаос — позитивная первокатегория в китайской «космогонии»,[690] которая некоторым образом противопоставляется другой, порядку, в котором много страданий.

· «Единство-разделение» возникло в мире как отображение абсолютного Дао на несовершенный мир.

К тому же Дао-Дэ-Цзин («Каноническая книга Пути и его Благой Силы», § 20) учит как бы со слов Лао-Цзы об идеале, к которому нужно стремиться.[691].

«Все люди радостны-веселы, как будто они в ритуале участвуют жертвенном, как будто весенней порой на башню они восходят. О! Только лишь я один спокоен-безгласен, подобно младенцу, еще не узнавшему детства. О! Я весь обвит-перевязан, и мне некуда возвращаться. У всех людей как будто излишек, лишь у меня одного как будто бы недостаток. О, так ведь я разум глупца! О! Во мне все смешано-перемешано.[692] Все люди светлым-светлы, я один темен. Все люди отчетливы-четки, я один скрыт и неявен. О! Я колыхаюсь, как море. О! Я парю в пространстве, и мне негде остановиться. Все люди к чему-то стремятся, а я один остаюсь простец простецом. Я один отличаюсь от всех людей тем, что ценю мать-кормилицу».

Лао-Цзы — идеал китайского мудреца, освобождённого от земных страданий, обожествлённого подобно «просветлённому» Будде. Выделенные нами в цитате жирным места свидетельствуют о высшем предпочтении женскому началу — так Лао-Цзы выразил идеал даоса, как бы снизойдя до меры понимания обычных людей, мыслящих категориями «единства-разделения». В разделе «Космогония и мифология даосизма» мы подробно цитировали Е.А.Торчинова, где он «доказывает», что Лао-Цзы сравнивает себя с ещё не родившимся младенцем, находящимся в лоне матери. А саму мать он сравнивает с Дао — «вечным и неизречённым Путём, первоосновой всего сущего, в которой пребывает истинный мудрец». Здесь Дао — «космическое лоно, охватывающее весь универсум и пребывающее в хаотическом единстве с материнским телом Пути вплоть до своего рождения». Но при этом «даже «рождённый мир» сохраняет определенное единство с дао, будучи вскармливаем его Благой Силой (дэ): «Дао рождает, дэ вскармливает» (§ 51)».

Если рассматривать суть взаимоотношений «пространства земного бытия» и «идеала мудреца», что в даосизме является выражением «философской» (а не религиозной) мудрости — то в «пространстве земного бытия» Инь (материнская первооснова, тёмное, неявное, скрытое[693] начало) является идеалом, к которому должны стремятся люди, преодолевая перворазделение через «единство-разделение» с помощью Благой Силы Дэ. Последнее, же в свою очередь дань «рождённому миру» (то есть — не совершенному миру, поскольку в даосизме совершенство выражается символикой нерождённого младенца и т. п. названий самого Лао-Цзы), поскольку последний сохраняет с помощью «единства-разделения» «определённое единство с Дао».[694] В таком (и только таком) контексте понимания, Ян — это высвеченные (светлые) стороны отклонения от идеала, возможные в «рождённом мире», которые нужны лишь для совершенствования людей (для обозначения другой стороны парности явлений),[695] после чего от них нужно избавляться ради объединения с Дао.[696] Но в идеале все земные стороны жизни («страдания и радости» в противовес «покою мудреца»)[697] мешают объединению с Дао. Такова уж запутанная даосская высшая «философия». Об этом же пишет А.А.Маслов в статье «Инь и Ян. Хаос и порядок» (выделено жирным нами):

«В мистической закрытой традиции инь считалось более ценным и высоким. Оно и было обобщающей метафорой всего потаенного, сокрытого, тайного, что так высоко ценилось в Китае. Начало инь, например, «изображалось» на китайских пейзажах за нарисованными горами-водами или орхидеями. Именно инь как главенствующее и всеобъемлющее, но постоянно сокрытое начало стояло за всей мощью имперского декора.

Понять столь большое значение инь несложно — по сути, сам путь-Дао был не чем иным, как воплощением инь. Дао обладает всеми чертами инь и ни одной чертой ян. Прежде всего, оно «сокрыто», «неясно», «туманно». Оно обладает и чисто женскими функциями — порождает все явления и вещи этого мира. Оно вечно ускользает, его нельзя ни ощутить, ни выразить. Дао во многих древних трактатах оказывается синонимично воде — ее податливости, отсутствию постоянной формы.

Традиция сокрытости и неупорядоченности, неоформленности инь присутствует и в концепции благодатной энергии дэ. Именно полнота дэ и отличает истинных мастеров и великих правителей, императоров от других людей. Тем не менее, все несет в себе часть благодати-дэ. Но Благодати не божественной, как манифестации Высшего Бога, но абсолютно самодостаточной и само-полной энергии.[698] Она выступает как энергия бесконечно «потаенная» и «утонченная», из-за чего и не замечается непосвященными.[699] Более того, всякая истинная благодатная энергия — сокрытая, и в другом качестве она даже не может существовать.

Тем не менее, «скрытая благодать», как жизненный флюид, омывает и напитывает весь мир. Это же проявляется и в концепции наполненности душами или духами всего мира. Души умерших, например, несутся в потоках воды и ожидают того момента, когда смогут соединиться с потоками крови живых существ, для того чтобы потом возродиться. Они оживают в Желтых водах — потоках талой весенней воды.

Самое главное — Дао дает рождение мириадам существ, при этом как бы давая импульс к жизни, но далее не властвует над ними, оставляя высшую степень свободы развития: «Давать жизнь и не властвовать». Дао так же, как и вода, «занимает нижнюю позицию» по аналогии с тем, как все воды из верховий стремятся в долины».

Требует пояснения, что имеют в виду даосы, утверждая теорию о «мириадах существ», получающих «импульс к жизни» от Дао. Теоретизирование на эту тему возможно на двух уровнях — «философском» (высшем, мистическом) и религиозном (доступном более широкому пониманию и не требующем особых посвящений).

На «философском» уровне даосы (точнее поздние даосы), согласно их «космогоническим» легендам, различали два измерения «Великого Дао-Пути». Одно из них относилось к состоянию мира «до форм» (до перворазделения) и именовалось «прежденебесным». Другое — называлось «посленебесным»[700] и соответствовало тому миру, в котором мы живём и который воспринимается нашими органами чувств. Согласно этому учению, каждое измерение мира наполняет человека особым родом «энергии». Запасы «подлинной энергии», которыми человек наделяется от рождения, в дальнейшей жизни неуклонно сокращаются, что собственно, и ведёт к старению и смерти. В то же время человек, вдыхая воздух, принимая пищу и т. п., получает из окружающей среды дополнительную, восстанавливающую энергию. Смысл самосовершенствования в даосизме как раз и состоит в том, чтобы «посленебесной энергией» пополнять запасы «прежденебесной». Иными словами, нужна такая физиология (в первую очередь) организма,[701] которая позволяла бы «правильно» преобразовывать «посленебесную» энергию в «прежденебесную». Последнее должно привести к настолько радикальным преобразованиям и тела и сознания даоса, что они позволят ему сбросить привычные рамки телесности и духовности, подобно тому, как сбрасывают кожу некоторые виды животных. Что считается равнозначным объединению с «прежденебесным» Дао.

На религиозном уровне та же самая теория выглядит более удобопонимаемо для непосвящённых простых людей. Даосы утверждают, что тело обычного человека населено 36 тысячами духов, каждый из которых связан с определённым органом или функцией организма.[702] Простой человек нечего не знает об этих духах и не заботится о них. Но тот, кто стремится обрести бессмертие,[703] должен всевозможными способами воздействовать на духов и не давать им уйти из тела. В таком случае сила духов будет потихоньку возрастать, а вместе с ними преобразуется и тело человека. Когда данный процесс зайдёт достаточно далеко, именно духи станут преобразующим элементом в теле человека, оно дематериализуется, позволив его обладателю вознестись на небо и стать бессмертным.

Согласно логике даосизма, достижение первозданности «духов», населяющих тело (и соответствующей им «прежденебесной энергии») — главная высшая мистическая цель, к которой стремятся даосы через «заботу о духах» (и преобразование «посленебесной» энергии в «прежденебесную»).[704] Эта цель, также согласно даосизму, достигается путём «освобождения» практически от всех земных деятельностей, мешающих «очищению» — ради объединения с Дао. Главные способы «очищения» (что равнозначно буддийскому «просветлению») — принцип недеяния,[705] изменение своей физиологии и психотехники. «Прежденебесная энергия» и «здоровье» духов — связаны с теорией объединение человека с Дао, в котором нет перворазделения, и которое ассоциируется с нерождённым младенцем, не знающим мирских страданий. Нерождённый младенец находится в материнском теле («посленебесное» обозначение Инь) и ассоциируется с Дао, а последнее — с состоянием прежденебесногоХаоса, в котором нет «единства-разделения». Таким образом, по мере объединения индивидуума с Дао, его личный посленебесный (земной) порядок (обозначение Ян) трансформируется в прежденебесныйИнь-Дао-Хаос, что характеризуется тёмной стороной значка Инь-Ян — материнское, тёмное, неявное, скрытое, хаотичное, непостижимое умом и т. п. «Любовное» сплетение Инь-Ян,[706] отображённое на главном символе китайцев, в этом высшем мистическом смысле даосизма — заканчивается для «просветлённого и освобождённого» даоса преодолением посленебесных «противоположностей» через слияние с «материнским хаосом» (Инь), а значит и — «обнулением» мешающих этому земного порядка (Ян), который даос лишь «использовал» для высшей цели, чтобы его преодолеть. В таком понимании светлое пятнышко на теле Инь — символизирует состояние даоса весьма близкое к слиянию с Дао. А тёмное пятнышко на теле Ян — символизирует состояние ещё только начинающего даоса. Процесс «перетекания» светлого в тёмное — смысл жизни в этом высшем мистическом плане символики Инь-Ян.

В этом высший мистический смысл главного символа даосов и этот смысл работает во всей китайской религии — поскольку в нём выражается мистический идеал религиозной системы, наиболее близкий к смыслу жизни. Он работает, даже если на других уровнях даосской иерархии его понимают иначе, поскольку цель китайского даосизма в конечном итоге всегда сводится к идее бессмертия. Об этой высшей цели даоса и пишет Е.А.Торчинов в книге «Религии мира: опыт запредельного», Часть II, глава 1 «Психотехника в даосизме»:

«Таким образом, сформировавшийся в ходе космогонического процесса мир сохраняет связь с дао, аналогичную связи новорожденного с кормящей матерью. Только человек в силу появления у него восприятия себя в качестве обособленного, самодовлеющего «я», неизменного субъекта действий, нарушает это исходное единство и даже начинает поступать наперекор ему, руководствуясь в своих установках и поступках не закономерностью космического ритма дао-Пути, а собственными предпочтениями, заменяя таким образом спонтанную самоестественную жизнь деятельностью, основанной на целеполагании и коренящейся исключительно в эгоцентрической субъективности. Отсюда и все страдания и бедствия человека, начиная от его смертности и кончая социальными коллизиями. Единственное средство не только избавиться от этих страданий, но и обрести высшее счастье — это восстановить исходное единство с дао, расширить своё сознание, отказавшись от шор эгоцентрической установки, то есть вернуться к состоянию нерожденного младенца, для которого не существует четкой грани между собственным и материнским телом, который дышит дыханием матери и питается пищей матери».

Теперь кратко рассмотрим некоторые другие смыслы главной китайской символики, не забывая, что они второстепенные. В имперской Поднебесной издревле выработался культ первоприоритетности государственно-цивилизационного порядка, связанный необходимостью объединения людей на государственном уровне и с законами конфуцианства, которое было главным законообразующим политико-религиозным контуром в стране. Как мы уже знаем, порядок в символике Инь-Ян выражен в мужском (небесном) начале Ян. Скорее всего даосы, желая угождать имперскому двору и имперскому порядку, с самого начала придумали обоснование главенству мужской силы Ян в светской политической традиции Поднебесной, оставаясь при своём мнении о высшей мудрости («Дао-Дэ-Цзин», перевод В.Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.):

24 (136) Лучше, чем назваться Сыном Неба[707] Или стать сановником высоким Или конным вестником нарядным — С Истиной встречаться на дому.

Любопытно, конечно, что два, мягко говоря, не совсем стыкующихся между собой смысла символики Инь-Ян веками и тысячелетиями мирно существуют в одной цивилизации. Но если рассматривать контур высшей светской политической традиции, как дань укреплению государственного толпо-«элитаризма», а контур «философской» традиции (который мы рассмотрели выше), как эзотерический (скрытый и предназначенный лишь для посвящённых) контур, которого также тайно придерживались и многие императоры под руководством даосских мудрецов — то мы видим налицо государственную систему управления общественными отношениями, в которой культ императора поддерживается специально для толпы. Император начал обожествляться с самого начала возникновения даосизма. Этому есть основание в главной книге «Дао-Дэ-Цзине» (перевод В.Перелешина, Рио-де-Жанейро, 1971 г.):

4 (56) Так, велики лишь Истина и Небо, Под ним — Земля, а на Земле — Правитель. Великих в мире — эта четверица, Правитель же — один из четырех. Извечно он прообразует Землю, Извечно он прообразует Небо, Он Истину для нас прообразует И, наконец, и самое Природу.

В то же время «элите» даны весьма полезные множественные советы в «Дао-Дэ-Цзине» с намёком на «небесную добродетель». Одни из них следующий:

4 (155) Лучший воин — не забияка, Полководец лучший — не злобен. Победитель лучший — не дерзок, А правитель лучший — смиренен. Ужель добродетель — в бореньи? Нет: в мудром, искусном правленьи И с Небом в соприкосновеньи.

Для внутреннего употребления «элит» был принят смысл высшей «философии». В то же время далеко не все императоры Поднебесной принимали для себя высший «философский» смысл даосского символа: многим из них для упорядочивания Поднебесной было достаточно и светской традиции.[708] Традиционно Ян олицетворяет небесный порядок и мужское начало. Этим чертам вполне соответствовал титул императора Поднебесной. Вот что пишет по этому поводу А.А.Маслов в статье «Инь и Ян. Хаос и порядок» (выделено жирным нами):

«Совсем по-иному обстоит дело в светской традиции, к которой, кстати, могли относиться и многие вещи, внешне похожие на некую «тайность». Здесь начало ян, наоборот, оценивалось выше. Иногда это объясняют патриархальной ориентацией общества, где мужчина, т. е. выразитель начала ян, играл основную роль. Известны даже ритуалы, благодаря которым женщина (т. е. инь) могла перейти на уровень мужчины (т. е. ян) и тем самым улучшить свой статус.

Небесные духи и сам высший дух древности шан-ди представлялись как высший момент упорядочивания, абсолютная гармония и порядок. Это — начало ян, и именно они помогают душе после смерти человека сохранить свою индивидуальность, за счет чего к ней могут в дальнейшем обращаться потомки.

Эти черты перешли и на представителя шан-ди на земле — императора, Сына Неба. Этому гармонизирующему и упорядочивающему воздействию противостоит и одновременно его дополняет мир начала инь, представленный духами типа гуй, знаменующими собой хаос, неструктурированную массу и энтропию, вредоносность и разрушение. Более того, сами духи и шан-ди могут представлять собой не некие мистические сущности, а лишь метафору вечного столкновения неструктурированной массы (духи гуй в том числе и в чистилище) с четкой структурой и иерархией, представленной добрыми небесными духами шэнь. Такая странная структура осознания мира как чередования хаоса-порядка даже позволила некоторым исследователям говорить о наличии некой единой метафоры восприятия мира, и с этим трудно не согласиться. Представления о духах, о сложной небесной иерархии в конечном счете являлись не только объектами веры, но метафорой имперско-иерархического единства: хаос и порядок в эзотерическом мире всегда имеют свое точное отражение в мире посюстороннем».

Трудно не увидеть в светском подходе к символике, выражающей высшую китайскую мудрость, явное противоречие с высшей мистико-«философской» традицией. Но китайская цивилизация такова, что её жители, не посвящённые в высшие тайны даосов, будучи в своём большинстве ещё недавно неграмотными — в большей мере следовали светской традиции (как поддержке власти императоров — «Сынов Неба»), одновременно поддерживая в своей простонародной среде особые мистические представления, основанные на высшем даосском смысле обретения бессмертия, но адаптированные к мере понимания толпы.

Простонародный контур вынужден был подстраиваться под светский (либо ему помогли подстроиться) так, что его мистика и теоретизирование как бы были основаны на высшем «философском» контуре «бессмертия», но в то же время — они обслуживают интересы государственного толпо-«элитаризма»: это тема отдельного рассмотрения, к которой мы вернёмся чуть ниже. Простонародный контур является производным в первую очередь от имперского светского понимания символики и связанной с этим религиозной традиции — «гармоничного» чередования хаоса-порядка — вытекающей из связки светской политической традиции (где доминирует конфуцианство) с древней даосской «философией». О противоречии двух традиций (светско-религиозной и «философской») интересно и весьма точно пишет А.А.Маслов (выделения и сноски наши):

«Инь — это очевидный первозданный хаос, это обращение человека к самому истоку (точнее, до-истоку) собственного возникновения. Хаос в даосской мысли, равно как и во всех мистических школах, носит позитивно-креативный[709] характер, поскольку символизирует нерасчлененность и единство мира. Он — знак не столько рождения мира, сколько потенциально заложенной в нем возможности рождения чего угодно без четкого определения его сути. Это возможность всего и потенция ко всему[710] в ее абсолютной аморфности и неопределенности. Его метафорой выступают понятия «изначальный ком», «гулкая пустота пещеры», «беспредельное» (у-и, зи), «прежденебесное» (сянъ тянь). Это та обитель, не имеющая форм и границ, где слиты воедино знание и незнание, рождение и смерть, бытие и небытие.

Вся имперская культура — воплощенное ян — противостоит символике «изначального кома». Она призвана разделять и «раздавать имена», и почти параноидальная тяга китайских древних мудрецов и современных политиков к упорядочиванию и созданию четких ценностных иерархий есть не более чем попытка воплотить принцип превалирования ян над инь.[711] Одновременно это и принцип светской культуры — здесь ян главенствует над инь, в то время как в мистической парадигме инь является единственно возможным исходом противостояния и взаимодополнения инь и ян».

Упорядочивание первозданного хаоса связано в первую очередь с созданием китайской культуры. Напомним, что китайская культура состоит из трёх религиозно-политических составляющих: конфуцианство, даосизм и присоединившийся к ним позже буддизм. Но главная религиозная мистика китайцев отдаёт предпочтение первозданному хаосу, рассматривая «поднебесную» упорядоченность как искажение (лживость) первозданной гармонии. Это видно и по текстам Дао-Дэ-Цзина (перевод В.Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.):

5 (1) Если Истину произречь, Суть погибнет, а выйдет речь. Если имя ты назовешь, То не имя оно, а ложь. 6 (2) Ничто[712] — причина Небу и Земле, И только в них начало всех вещей.

В условиях «господства» конфуцианства в процессе «упорядочивания хаоса» (государственного строительства и соответствующей ему политики) простонародный даосизм — «низший» пласт религиозного сознания — оставался верен даосской традиции бессмертия. В то же время, будучи подневольными людьми, простонародные массы признавали государственные законы, «упорядочивающие» все сферы жизни китайского общества и, будучи даосами по убеждению, не были посвящены в высшую мистику даосской «философии». Религиозная жизнь простонародного даосизма курировалась «низшим» даосским духовенством, которое само если и было посвящено в высшую мистику даосской «философии», то вынуждено было адаптировать последнюю к мере понимания простонародья.

Высший «философский» уровень даосизма с самого начала развития китайской государственности стал достоянием имперской «элиты», которая желала обретения бессмертия и «пользовалась» услугами даосских мудрецов, хранивших закрытую традицию, в которой идеальным считалось начало Инь. В то же время императоры и высшая «элита» проповедовали государственно-политический имперский «элитаризм» и в разной мере поддерживали культ порядка, выраженный началом Ян. Мера убеждённости имперской «элиты» в этой поддержке высшего даосизма была разной в разные времена и при разных династиях.

В средневековом Китае простонародный пласт даосизма оставался едва ли не единственной доступной сферой существования даосизма в Поднебесной. От него отвернулись образованные конфуцианцы, чьи социально-политические взгляды считались официальной идеологией власти, а впоследствии и буддисты, которые рассматривали простонародный буддизм как «языческие» пережитки архаических верований. Связь «высшего» и «простонародного» пластов даосизма была и до средневековья весьма своеобразной и неоднозначной, а в средневековые времена (самое позднее) она оказалась во многом утраченной. Простонародный даосизм весьма широко распространился на подневольные «низы» и стал «религией китайского народа», а высший «философский» даосизм в некоторых случаях остался при дворе и/либо сохранялся в преемственности некоторых китайских мудрецов.

Зачастую представители низшего даосского духовенства, занимавшиеся лечением, гаданием, составлением гороскопов и т. п. «науками» — производными от высшей «философии» бессмертия — просто эксплуатировали авторитет даосизма как религии обретения бессмертия для привлечения внимания верующих простолюдинов к своей профессиональной деятельности, от которой они кормились. При этом деятельность многих представителей низшего духовенства не имела никакого отношения к высшей цели даосизма. В то же время нельзя не признать, что огромный отряд целителей, предсказателей и заклинателей (низшего простонародного духовенства) добился небывалой популяризации идей даосизма во всех слоях китайского общества. Но простонародный вид даосизма утратил чистоту восприятия первоидей, которые мы рассматривали как высший «философский» контур.

Всё вышесказанное нашло своё отражение в процессе формирования религиозного мировоззрения китайского простонародья. Осознавая один из главных тезисов даосизма о том, что «мистический закон «парного рождения» (шуан шэн) запускает бесконечное колесо взаимопорождений, которое можно остановить, лишь избежав перворазделения вообще» — каждый простолюдин понимал, что ему не дано избежать «перворазделения» в земной жизни, поскольку главным средством для этого являлся принцип недеяния. Каждый простолюдин вынужден был трудиться и на империю и на хозяина и на себя, что исключало возможность направлять его жизненный путь по высшему мистифицированному принципу даосских мудрецов.[713].

В то же время высшая духовная цель даосской «философии» как была, так и оставалась несбыточной мечтой верующего простонародья. И к этой цели каждый стремился всю жизнь, зная что он её не полностью достигнет, но хоть немного, насколько позволяет его социальное положение — приблизится.[714] Видимо такой простонародный подход большинства людей Поднебесной, находящихся с одной стороны упорядоченными законами империи (выражение порядка Ян), а с другой стороны, исповедующих даосизм (стремление слиться с хаосом Инь), явился причиной того, что символика Инь-Ян приобрела смысл равнозначности двух её компонент в упрощённом варианте — на простонародном уровне употребления смысла этой символики.[715] При этом высший «философский» смысл (бессмертие) так и остался главной религиозной целью каждого китайца-даоса, даже если последний и не осознавал это.

Простонародный религиозный контур по описанным выше причинам превратился в огромную систему динамично развивающихся суеверий, обоснованием которых служила теория гармонии взаимодействия Инь-Ян в упорядоченном «высшей гармонией» мире. Эта теория исходила из того, что, люди, зная и соблюдая гармонию двойственного распределения (Инь-Ян) в каждом случае жизни, обеспечивающую относительный жизненный покой[716] в смысле «застрахованности» от серьёзных неудач и просчётов. Динамика земной жизни обосновывалась теорией о том, что Инь и Ян — первооснова всяческих перемен. Это надо понимать в том смысле, что перемены в жизни всегда должны иметь обоснование в системе гармонии (универсальной «космогонии») взаимодействия двух начал. Взаимодействие этих двух начал, согласно даосизму, обуславливает всё многообразие перемен в мире. Согласно широко известной «Книге перемен» («И-Цзин»),[717] всё в мире подчиняется Дао, взаимопревращаясь и образуя «Великим Пределом» (Тай Цзи) «два образца».

Считается, что Дун Чжуншу (II в. до н. э.) соединил учение об Инь-Ян с концепцией «пяти стихий» («У син»),[718] создав цельную систему этико-политического учения, носящего характер универсальной «космологии». В неоконфуцианстве, в частности, во взглядах Чжоу Дуньи (11 в.) категория «Инь-Ян» увязывается с состоянием Великого Предела, её порождающего, и в целом приобретает системный характер.

Обоснование равнозначности перехода Ян (символизирует активное начало — движение) в Инь (символизирует пассивное начало — покой) и наоборот в китайской общепринятой философии следующее. Движение, согласно единому «космическому» закону, порождает Ян, когда движение достигает своего предела, наступает покой, в котором рождается Инь. Когда покой достигает своего предела, движение начинается снова. Так движение и покой чередуются и порождают друг друга, взаимно переходя друг в друга. При этом признаётся спиралевидность чередования движения-покоя (что отражено в главном символе: кривая, объединяющая два начала — напоминает часть спирали, если глядеть на неё в поперечном разрезе), что и является «законом» всеобщих перемен, который надо не только знать, но и следовать его «гармонии». Всё это замкнуто на специфическую китайскую глобальную хронологию, в которой отведено время существования нашей цивилизации.

Основываясь на известном базовом изречении Лао-Цзы в «Дао-Дэ-Цзине» — «Дао породило Одно, Одно породило Два, Два породило Три, Три породило Десять Тысяч Вещей» — китайцы вывели целую систему «десяти тысяч» стандартных переходов (Инь-Ян) на все случаи жизни и в разных областях, восходящую к теории «Великого предела»,[719] которому подчиняется всё в мире. Конечно в этих закономерностях китайских перемен есть много записей весьма верных наблюдений, которыми пользуются люди в разных областях знаний. Однако, любая система ограничений, даже самая совершенная (а совершенством китайская система «десяти тысяч» далеко не является) приводит людей к мировоззрению, в котором беспредельные Божии возможности ограничены людскими наблюдениями и теориями весьма сомнительного происхождения. После того, как это ограничение догматизируется, наступает момент, когда система начинает «вариться в собственном соку», игнорируя Божий Промысел, но рассуждая о «Великом пределе». Тем более, что и цель земного развития, которую подразумевают все китайцы, «пользуясь» стандартной системой переходов Инь-Ян («бессмертие») — не праведная, не Божья.

В общем получается, что, рождаясь, среднестатистический китаец получает по своему духовному «наследству» высшую цель жизни — обретения покоя через бессмертия. Но, будучи включённым в имперскую государственность и подневольным служакой светского порядка Поднебесной, он вынужден балансировать на грани постоянного выбора конкретных жизненных ценностей, буквально «торгуясь» (либо точнее — «взвешивая» все «за» и «против») с возникающими на его жизненном пути обстоятельствами согласно принятой системе религиозных парных соответствий Инь-Ян. Иными словами, жизнь «гармонично» несёт среднестатистического китайца по своему течению (что он вполне может понимать как возможное для него воплощение принципа недеяния),[720] а он «рулит» согласно общему «кодексу» канонических соответствий — считая их соблюдение частью программы, приближающей его хоть немного к бессмертию. Но то, что само течение жизни большинства китайцев определяется имперской политикой — для этого большинства имеет весьма объективный и позитивный смысл. Ведь император обычно имел титул «Сына Неба».

Действительно, как отмечают большинство исследователей, двойственность Инь-Ян для китайцев не является противостоянием противоположностей. Этот подход не правильный и он многократно критиковался в научной среде. Но в то же время даже в китайской религиозной литературе есть много случаев примитизированного подхода к проблеме восприятия Инь-Ян, который сводит их к «единству и борьбе противоположностей», как двигателю перемен.[721].

Как бы то ни было, но высший «философский» смысл главной китайской символики, с которого мы начали рассмотрение этого вопроса (достижение бессмертия) — главный и он остаётся по меньшей мере «по умолчанию» высшим жизненным идеалом религиозной системы даосизма. По своей сути этот высший жизненный идеал даосов является общекитайским имитатором справедливости — доктриной посмертной «справедливости» в китайском исполнении. А следование законам «десяти тысяч» парностей в земной жизни — отражение мировоззрения, основанного на доктрине посмертной «справедливости» в земной жизни.

Как мы уже знаем, доктрина посмертной «справедливости» является прямым следствием древнего мировоззрения, основанного на «космогонии» взаимодействия надмирных «противоположностей» (в классическом зороастрийском варианте это «Добро»-«Зло»). Она зародилась вследствие бессознательного стремления несовершенной (нечеловечной) психики людей отгородиться от неприятных жизненных явлений, с которыми эти люди не могли совладать. И такое устремление мы наблюдаем во всех без исключения религиозных системах Запада и Востока. Даосизм не является исключением из этого списка.[722].

Мифическая дуалистичность мировой первоосновы, как «космогония» большинства религиозных систем ведического Востока[723] вошла в мировоззрение людей явно (как в зороастризме) либо скрыто (как в буддизме и даосизме). В то же время в даосизме эта дуалистическая первооснова обнажилась в главной китайской символике Инь-Ян. Высшим смыслом этой символики является обнуление составляющей Ян (как порядка, мешающего обретению покоя, то есть «зла») и объединение с составляющей Инь (мировым хаосом, предоставляющим вожделенный покой — «добро»). Все остальные смыслы — вторичны.

Конечно, человек привык мыслить парными отождествлениями, перебирая в своём уме прошлые соответствия и проводя параллели вновь возникшим. После чего человек ищет отличия. Так может родиться новое качество — новые соответствия, новые решения. Но китайская система Инь-Ян скорее лишь имитация подобного рода естественной динамики поиска новых решений, поскольку, во-первых, китайская система оторвана от Бога и, во-вторых она весьма инертна, если не сказать больше, что она способствует консервации динамики с целью сохранения толпо-«элитаризма».

Это — так, поскольку для сохранения имперского толпо-«элитаризма» всегда было важно, чтобы китайское простонародье находилось в состоянии «постоянного равновесия» «Инь-Ян» на уровне третьего приоритета обобщённых средств управления (религиозно-технологическом), не имея возможностей регулирования динамики соответствий без контроля со стороны толпо-«элитарной» иерархии. И даосизм верно служил этой имперской цели, имитируя в некоторых случаях управляемые крестьянские смуты.[724].

Поэтому простонародное мировоззрение, основанное на символизме Инь-Ян, наверное, достаточно точно можно выразить понятием «рыночные отношения», порождаемые парностью мышления и связанным с канонизацией парностей рационализмом отношения к жизни.[725] Вспомним основной принцип, который исповедуется даосами:

«Сакральное пространство бытия в Китае находится в абсолютном бинарном равновесии инь-ян относительно друг друга, что проявляется даже на уровне бытовых поверий. Например, если в доме кто-то умер, считается, что вскоре в нем случится какое-то счастливое событие; в случае же рождения ребенка счастье и удача могут какое-то время обходить дом стороной».

А вот, что написано у ярых сторонников китайской философии, в статье М.И.Беляева «Гармония Ян и Инь»:

Единый Периодический закон эволюции должен характеризовать периодичность изменения свойств любого самодостаточного двойственного отношения (монады), независимо от его природы. Отождествляя с «ян» функцию F(Y), а с «инь» функцию F(X) и связывая с ними экономические понятия спроса и предложения, мы получим следующий график, отражающий взаимоотношения монады «ян-инь»:

Конечно же закон «рыночных отношений» не может исходить от Бога. Тем более, ожидание «компенсации» хорошего плохим (удачи — неудачей) и наоборот это как раз остановка в духовном развитии и «топтание на месте», а не динамика нравственных перемен (если следовать Божиему Промыслу в его части, не касающейся попущения, то хорошее не должно чередоваться с плохим: за хорошим должно опять следовать хорошее и так вплоть до момента достижения идеала по конкретному вопросу). Так что знаменитая «Книга перемен» в действительности похожа на «кодекс» «рыночных отношений», сведённых в пары частных выгод и соответствующих им потерь — чтобы народ никогда не смог достигнуть царства справедливости на Земле.

В «Дао-Дэ-Цзине» написано «Все вещи несут в себе отрицательное, представляемое Инь, которое обращается в положительное, представляемое Ян. Оба они смешиваются, образуя ци».

Сведение возможных состояний «Инь-Ян» в стандартные списки по всем без исключения жизненным и научным поводам обуславливает мышление простых китайцев парностями, которые они как бы кладут на свои «рыночные весы» — измеряют «выгоды» и «потери» стандартными соответствиями — чем и определяется их жизненная динамика. Но это — всего лишь мелкотемье, отданное на откуп китайской толпе.

Настройка и управление общей сборкой жизненной динамики китайского общества (динамикой соответствий Инь-Ян) осуществляется с уровня иерархии управления, который находится выше, нежели простонародье, «пользующееся» стандартным перечнем соответствий. Для этого уровня иерархии существует своя система религиозных ценностей, которой мы коснулись в начале текущего раздела.

На базе уже существующего древнейшего перечня соответствий Инь-Ян в него можно сколь угодно додумывать и дописывать новые и новые «открытия», которые обусловлены развитием наук, динамикой технико-технологического прогресса. Но уровня мировоззрения и нравственности эти новые перемены[726] практически не касаются, поскольку весь перечень как был, так и остаётся «канонической» и околоканонической догмой, из которой китайцы черпают «мудрость» тысячелетней давности.

Главная китайская символика представляет собой круг, который называется «Великий предел», и его ещё часто называют «образом бесконечности». Постоянная динамика симметрии тёмного и светлого полей символизирует «вселенское» движение по кругу (который пытаются отождествить с бесконечностью). Но из этого китайского «канонического» круга выхода в реальную Вселенскую бесконечность нет: круг — не бесконечность.[727] Есть лишь изощрённая иллюзия-имитация причастности каждого простого китайца к бесконечности, открытая в пределах круга, внутренность которого представляет собой «рыночные отношения» противоположностей, возможность выбора пар которых (выбор мистифицированной выгоды для себя) предоставляется простым китайцам в пределах круга (ограниченного перечня возможностей выбора пар). В общем и в высшем «философском» плане и в простонародном плане символика Инь-Ян является китайским выражением восточного дуализма — мышления «дуалистическими» категориями «светлое»-«тёмное» и их «бесконечным» равновесием (последнее — особенность китайского мировоззрения).[728] И это китайское выражение восточного дуализма является весьма «приземлённым» (приспособленным к мирской жизни) в отличие от других религиозных систем ведического Востока.

Выход к Богу закрыт «канонами» стандартной парности «явление — его «канонический» смысл» и обратным процессом мышления: ««канонический» смысл — ожидание соответствующего явления». Таким образом весь Язык Жизни оказывается «упорядочен» смысловыми парностями, вне перечня которых места «мистике» Жизни для китайцев не существует. Не существует и выхода в Справедливость хотя бы по той причине, что «плохое» должно уравновешивать «хорошее».

В результате получается дискретность мышления по принципу «если — то». Если происходит «это» — «это» ассоциируется с соответствующим ему в «каноне» смысловым «это»; после того, как произошло «это» обязательно будет компенсирующее «это» — «то», которое также по смыслу поддается «каноническому» определению, поскольку смысловые пары «это»-«то» записаны в китайский «Талмуд» (либо предания) через общекитайскую символику Инь-Ян.

Дискретность мышления стандартными «каноническими» соответствиями отнимает возможность свободного руководствования в Жизни неканоническими парностями «если — то», которые возникают в результате пограничных ситуаций и человек сам должен составить соответствие что это означает на Языке Жизни, а не заглядывать по всякому случаю в готовые «талмудические» соответствия. Лишь в этом случае дискретный процесс мышления парностями (который действительно присущ сознанию людей) превращается в упорядоченный личностный поток событий и соответствующих им смыслов, дарованных Свыше и распознаваемых человеком по мере его нравственного развития.

Лишь в этом случае человек может выстроить для себя модель своего жизненного пути, который наиболее соответствует его личной судьбе и который является уже не просто чередой дискретных соответствий, а — жизненным процессом, в ходе которого меняется нравственность человека. Этот жизненный процесс должен базироваться на мозаичном мировоззрении (см. первую книгу курса), а содержание мозаичной картины мира должно пополняться и если нужно исправляться смыслами, которые человек получает и переосмысливает от Языка Жизни в пограничных ситуациях. В случае позитивной динамики именно такого подхода к Жизни Бог будет своевременно предоставлять человеку информацию (смыслы) в Различении («это»-«не это») в помощь определения человеком правильных смыслов нравственного характера, на которые указывает то или иное явление и соответствующее ему решение человека (либо только мысль и/либо намерение на будущее). С помощью Различения человек сможет более или менее безошибочно (здесь многое зависит от того, как человек распоряжается с информацией, даваемой ему в Различении) определить объективно верное соответствие дискретных ситуаций «если — то», из которых сумеет выстроить непрерывный процесс и управлять своим жизненным путём в непрерывной связи с Богом.

Конечно, из череды огромного множества стандартных «канонических» соответствий тоже можно выстроить модель процесса. На базе огромного количества упорядоченных соответствий можно выложить мировоззренческую мозаику и дополнять её соответствующими дополнениями парностей в «каноны», утверждаемые в «Академии наук». Но вся мистика Жизни не укладывается в стандартный набор, а динамика Жизни далеко опережает любые «академические» согласования. Видимо на базе китайской системы парностей сложилась устойчивая мировоззренческая мозаика, которую китайцы принимают за общий эталон высшей мистики взаимоотношений с Первоначалом. Но реально это — изощрённая система «зомбирования» на уровне нейро-лингвистического программирования, которая является достаточно гибкой и иллюзорно динамичной: вновь создаваемые общие для людей парности придают системе иллюзию естественной динамики.

Кроме этого нужно учитывать, что одинаковой мистики (скрытого смысла) пограничных парностей для разных людей быть не может: Бог разговаривает на понятном персональном Языке Жизни с каждым персонально и поэтому мистика такого общения — тоже сугубо личностное дело. Кроме того люди являются посланниками Бога друг к другу, поэтому передача жизненного опыта морально-нравственного характера после усвоения уроков Жизни — дело общественное, весьма полезное и необходимое. Кстати этому же учит и «Дао-Дэ-Цзин» (перевод В.Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.):

112 (60) Мудрец поставлен Истиной самой Немудрому учителем служить. Немудрый же поставлен мудрецу Примером, как тому не надо жить. Учителя не чтущий ученик, Учитель, презирающий пример, В большое заблуждение впадут И кончат помрачением ума.

Но опыт морально-нравственного характера это не «канонизация» открывающихся новых парностей, а — передача людям методологии отношения человека с Языком Жизни на примерах вновь открывающихся новых парностей,[729] которые несут новые смыслы в своём взаимодействии (можно сказать — во взаимопроникновении — поскольку дискретность мышления превращается в непрерывный процессный поток, в течение которого земная жизнь будет становиться лучше: везений будет становиться больше и больше)[730] как только человек, обретя навык внимательного отношения к Жизни, начинает видеть и осмыслять одну пограничную ситуацию за другой без перерыва: причина переходит в соответствие, и последнее становится причиной для следующего соответствия) новые морально-нравственные смыслы.

Очень похоже, что весьма древние китайские мудрецы (времён Лао-Цзы) владели весьма правильной методологией взаимоотношений человека с Языком Жизни (даже если они и прямо не признавали Божиего единоначалия) и могли передать народу эту методологию. Но в условиях рабовладения перед ними встала проблема взаимоотношений с имперской властью. Решая для себя эту проблему, они выбрали толпо-«элитарный» путь, после чего даосизм стал деградировать до уровня исторически сложившегося — обрядового, полного «канонических» суеверий («Дао-Дэ-Цзин», перевод В.Перелешина, выделено нами):

21 (146) Знали Истину мудрецы: Не стремясь научить народ, Берегли его в простоте. Нелегко управлять людьми, Если люди слишком умны. Управляя, учить народ — Это значит: губить страну. Управлять страной, не уча — Значит: счастье народу дать.[731] Пред властителем два пути, Из которых правилен путь К сокровенной тайне добра. Сокровенная тайна добра, Но везде проникнет оно: Все живое придет к нему, И наступит великий мир.

В общем в «Дао-Дэ-Цзине» есть место философским метаниям мудрецов — как им поступить с толпой и «элитой». Исторический опыт показал, что после Лао-Цзы мудрецы поддержали «великий мир» китайского имперского толпо-«элитаризма». Причина такого выбора также описана в «Дао-Дэ-Цзине». Мудрецы испугались имперской власти, а значит сами были внутренне трусливыми, и их психика не была Человечной. Лао-Цзы (или другой автор «Дао-Дэ-Цзина»?) признаётся в конце трактата:

180 (158) Мои слова совсем легко понять, Исполнить их — не менее легко. Но миру не под силу их понять, И их исполнить тоже не легко. В ученьи этом есть и здравый смысл, И к поведенью руководство есть, И я нашел, что их легко понять. Но понимающий меня гоним, И на груди я прячу от вельмож Под рубище сокровища мои.

Чего уж тут комментировать…

Китайцы общепринято не считают, что жизнь изначально безоблачна, а страдание является лишь досадной случайностью. Основой любого жизненного явления они считают баланс роста и угасания, радости и печали, приобретения и потери. Китайское понимание двойственности всего сущего позволяет им «жить счастливо и независимо от чёрных и белых полос в жизни».[732] Согласитесь, что толпо-«элитарной» цивилизацией, в которой доминирует такое мировоззрение, очень удобно управлять. Все невзгоды подневольных тружеников можно списать на «бесконечный баланс роста и угасания». К тому же китайский дуализм и стремление к бессмертию позволяет легко регулировать уровень потребления простых людей. В китайской культуре считается, что попытка воспринимать жизнь, как нескончаемый поток удовольствий заранее обречена и ведёт к разочарованию. Это является базовой позицией даосизма: сбалансированный подход ко всем явлениям природы и корректировка в случае нарушения естественного равновесия. Данную позицию выражает символ великого предела — тайцзи. С помощью равновесности категорий дуализма весьма легко убедить любого в том, что чрезмерность в одном грозит неприятностями в другом (как следствие первого). И через это очень удобно регулировать социальные отношения людей по произволу высшей социальной иерархии империи, что мы и наблюдаем в китайской культуре.

Принцип «абсолютного бинарного равновесия Инь-Ян» в упорядоченном мире, которым руководствуются большинство простых китайцев является средством их идейно-религиозного «выпаса» (теми, кто понимает больше, либо со стороны тех, кто исповедует «элитную» систему «философских» ценностей, в которой Инь-Ян не равноценны). Замкнутость психики простых китайцев на стандартную систему соответствий не позволяет им обрести свободу на уровнях обобщённых средств управления выше третьего (по меньшей мере). Вся без исключения хронология (второй приоритет) стандартно упорядочена мифологией и «каноническими» парностями. А методология освоения новых знаний приравнивается к освоению мифологии, «канонов» и законов дуалистического «рынка». Но главное, что принцип «абсолютного бинарного равновесия» стимулирует отсутствие интереса к вопросам социальной справедливости — к поиску модели общественного порядка, когда бы восторжествовала на Земле высшая Справедливость,[733] в которой все бы могли обрести счастье. Зачем её искать, если счастливое событие должно обязательно быть компенсировано чем-то парным и неудачным. Это нашло своё первовыражение в «Дао-Дэ-Цзине» (перевод В.Перелешина):

60 (100) С успехом и провал соединен,[734] Чтоб средствами обогащался мир.[735] Без полости не зная полноты, Разнообразие находишь ты. Примешана к прямому кривизна, Чтоб о приемах не скучали мы. В искуснейшем — тупица затаен, В красноречивейшем — тяжелодум.

Поэтому простые китайцы (также как и другие представители ведического Востока) — мудро спокойны перед высшими проявлениями Языка Жизни и начинают суетиться лишь тогда, когда вступает в силу закон «рыночных отношений», согласно которому тщательно выбираются стандартные пары соответствий.[736] К тому же при всесторонних призывах к познанию «Истины» доминирует идея о непознаваемости высшего начала, иначе, чем бессознательным слиянием с Дао и невозможности самоуправления по предсказуемости[737] (там же):

8 (129) Личиной счастья может быть беда, А счастье — корнем бедствий иногда. О, если бы мы знали наперед, Что в кривду правда вдруг не перейдет И что добро не обернется злом! Мы в обольщеньях горестных живем.

Никто и не будет мешать китайцам выбирать себе «канонические» принципы «бессмертия» (главная цель даосов)[738] согласно «законам упорядоченного рынка» — пока такое возможно «бессмертие» высшей китайской «правящей» мафии гарантировано безразличием простонародной толпы к вопросам социальной справедливости.

Мы видим явные противоречия исторически сложившегося даосизма со многими (но не со всеми) «каноническими» принципами основоположника даосизма, в которых можно увидеть удивительные для того времени призывы к Справедливому образу жизни и порицание «пустого обряда» («Дао-Дэ-Цзин», перевод В.Перелешина):

71 (80) Добродетельнейший сам не знает, Что его безмерна добродетель. Малодобродетельный боится Потерять свою — и потеряет! Добродетельнейший без усилий И в бездействии всего достигнет. Малодобродетельный хлопочет, А посмотришь — ничего не сделал: В доброте возможно совершенство, В исполненьи правил — никогда,[739] И обряды не приводят к правде, Так разумнее отбросить их! 72 (81) Истину сменить на добродетель, Добродетель же — на доброту, Доброту потом — на справедливость, Справедливость — на пустой обряд, — Путь сниженья: ведь обряд и значит, Что любовь и верность оскудели, Что разруха и распад близки. Украшают Истину обряды, Но на них же зиждется притворство. Потому-то к сущности стремится Муж великий, а не к мелочам: Утверждаясь в подлинном и важном, Украшенья презирает он.

Скорее всего эти противоречия между основополагающим философским трактатом даосизма и общекитайской популярной культурой «Инь-Ян» легло в основу шизофренизации (расщепления) психики китайцев в тех случаях, когда речь заходит о цели земной жизни. Также многие весьма правильные мудрости «Дао-Дэ-Цзина» не могли хоть немного не коснуться глубинных уровней психики китайцев, из поколения в поколение воспроизводивших эти мудрости. А последнее должно стать хоть нетвёрдой, но всё же некой бессознательной основой стремления к настоящей Справедливости. Хоть Китайская цивилизация и не жила длительное время вне всех видов рабства (как Русская цивилизация), но в основе её религиозной теории имеются правильные выводы. Именно поэтому, скорее всего, даосизм и является особо популярным в среде китайского простонародья.

Культы и психотехники.

В предыдущем разделе мы рассмотрели вопросы «философского» и религиозно-теоретического уклонения китайцев от Языка Жизни и соответственно — от поиска модели Справедливого общественного строя. Но теория и «философия» в Китае подкрепляются мощной системой соответствующих психотехник, которые служат тем же целям, что и у индусов-буддистов. А китайское «бессмертие» и объединение с Дао в этом отношении равнозначно индобуддийскому «просветлению» и объединению с нирваной (мокшей):

«Трудно отделаться от впечатления, что концепция Дао во многом, вплоть до второстепенных деталей, напоминает многократно зафиксированную в упанишадах индо-арийскую концепцию великого Брахмана, безликого Абсолюта, эманация которого сотворила видимый феноменальный мир и слиться с которым (уйти от феноменального мира) было целью древнеиндийских философов, брахманов, отшельников и аскетов».[740].

Конечно в китайской религиозной традиции есть свои особенности, связанные с доминированием физиологической парадигмы обретения «бессмертия» над психологическим приоритетом «просветления»: упор на последний сделан в индобуддизме. Но это не меняет высшей сути и цели учения и соответствующих ему психотехник.

Как мы уже говорили, высший «философский» уровень даосизма определяет и простонародный религиозный уровень: и здесь и там доктрина обретения бессмертия. Но, если «философы», отшельники и «мудрецы» стараются достигнуть «бессмертия» во всей полноте учения даосов, поскольку считается, что у них для этого есть все возможности, то — простонародье довольствуется обрядовой стороной «бессмертия» и соответствующей ей мистикой. Различие «элитно-философского» и «простонародного» подходов к вопросу высшей цели жизни китайцев мы разбирали в предыдущем разделе. Но иерархия духовного наследия даосов-китайцев (эгрегориальная иерархия) представляет собой единое целое, вершиной которого является «бессмертие» (Дао), к которому в разной мере стремятся верующие.

Начнём рассмотрение религиозного опыта взаимоотношений китайцев с мистической стороной даосизма с «простонародного» контура религиозной системы. Ведь мы уже знаем (из предыдущего раздела) теоретическую часть обоснования мистики высшей «философии» мудрецов. Теперь посмотрим чем «живут» простонародные даосы. Даосизм был популяризирован для простонародья усилиями многочисленного отряда профессиональных гадателей, предсказателей, заклинателей и астрологов и т. п., которые все без исключения обосновывали свои мистические изыскания — теорией обретения бессмертия. На низшем простонародном уровне учёные даосы[741] производили следующие основные манипуляции с обществом:

· Проделывалась огромная работа по тщательному изучению и приведению в систему накопленного за века астрологического материала, составлению огромного количества гороскопов, астрологических карт, гадательных книг и т. п. В результате этого ни одно мало-мальское важное событие в жизни любого китайца зачастую не обходилось без приглашения даоса-гадателя, ни одно хозяйственное дело не начиналось без мистической «экспертизы». Естественно, что эти многие наблюдения издревле обретали устойчивую парность соответствий Инь-Ян и входили в «каноны» для «простонародного» уровня даосизма.

· Даосы-заклинатели в огромных количествах изготавливали и продавали обереги — заклинания из нескольких знаков, зачастую с изображением какого-нибудь идола, начертанными на бумаге жёлтого или красного цветов.

· Даосы-знахари усердно лечили больных разнообразными препаратами, представляющими собой смеси из лекарственных трав, зачастую вперемежку с ядовитыми веществами и/или психотропами, воздействие которых аналогично наркотикам.

Обоснованием всей этой простонародной магии была и остаётся доктрина бессмертия, уповая на которую китайцы верят в сверхъестественные возможности врачей, заклинателей, и знахарей, прописывающих им «эликсиры» здоровья и «бессмертия». Также для этой цели практиковались обряды изгнания из больного вызывающих болезнь духов.[742] Иерархия даосского «епископата», как мы уже писали, возглавлялась наследственными «епископами». В каждой религиозной общине выделялась группа духовных наставников-даосов, совмещающих религиозную обрядность с администрированием. У самих же «епископов» существовали собственные обряды.[743].

Таким образом жизнь простых мирян была организована «под недремным оком даосских наставников» таким образом, чтобы в обществе постоянно поддерживалась иллюзия персонального движения людей к великой цели даосов — обретению бессмертия. Ясно, что высшую имперскую «элиту» такая опека вполне устраивала, а сами опекуны-«епископы» и их нижестоящая в иерархии обслуга получала свой вполне материальный доход от такой работы на толпо-«элитарную» иерархию. Подобная система иерархически организованного толпо-«элитаризма» как была, так и осталась в Поднебесной, несмотря на серьёзные идейно-политические изменения: суть её не изменилась.

Издревле в разветвлённую организационную структуру даосизма удачно вписывался и даосский пантеон, возникший ещё в архаичные времена как дань первобытным шаманским культам и суевериям. Пантеон вобрал в себя все наиболее популярные древние суеверия, божества, духи, культы и т. п. Постепенно их алгоритмика упорядочивалась общедаосской доктриной бессмертия и стала рассматриваться через призму парностей Инь-Ян. Общее количество суеверий, культов, духов и божеств даже сами китайцы затрудняются определить. Пантеон состоит из иерархии обожествлённых личностей, мифических общекитайских героев, за которыми следует иерархия духов и простонародных героев:

· На вершине этого политеистического пантеона[744] находятся те, кто так или иначе олицетворял важнейшие идеи даосизма. Верховным божеством был признан Юй Хуан Шанди, Нефритовый император, повелитель неба и земли. Рядом с ним находится Лао-Цзы, который под именем Лао-Цзюня был обожествлён ещё до н. э. в качестве воплощения великого Дао-Пути. Наравне с последними — Пань-Гу — легендарный космический первочеловек.

· Вторую группу божеств составляют обожествлённые «бессмертные», например Чжан-Дао-Лин. Наибольшей известностью пользуется «восьмёрка бессмертных святых» (ба-сянь), которые являются наглядной иллюстрацией смысла жизни в даосизме.

· На низших уровнях пантеона находятся духи гор, рек, местностей, а также выдающиеся «народные герои» — мыслители, полководцы, мастера-ремесленники и пр.

Ясно, что иерархия авторитетов, поддерживаемая религиозной мистикой и суевериями — является устойчивым стимулом сохранения толпо-«элитарных» взаимоотношений на всех уровнях иерархии Поднебесной. Тем более, что в китайской религиозной культуре существует упрощённая (по отношению к другим религиозным системам) процедура обожествления, не требующая теологических споров, официальных централизованных решений, созывов соборов и пр. А решение о строительстве культового сооружения принимается на местном уровне по поводу очередного обожествления. Такая гибкая система «демократического» обожествления привлекает и подкупает простых людей — создаёт иллюзию свободы религиозного выбора и иллюзию динамики религиозной нравственности.[745].

Китайская религиозная система (особенно «простонародный» её контур) представляет собой огромный спектр суеверий (стандартных соответствий явлений и их сверхъестественного содержания — магического акта; и наоборот) по разному поводу, в системе которых может расписываться вся жизнь китайцев. При этом мистическая сторона суеверий (страх перед «нехорошей» мистикой и вожделение позитивного результата)[746] гораздо надёжнее удерживает психику китайцев в плену религиозной системы, нежели если это была бы просто светская идеология (коей во многом является конфуцианство и китайский «коммунизм»). Обращение же к разуму суеверного «зомби» — дело весьма проблематичное, тем более, что за убеждениями верующего стоит ещё и мощнейшая эгрегориальная система, поддерживающая мистические соответствия суеверий.

Упорядоченная и выверенная огромная система «канонических» суеверий естественно (для принципа формирования коллективного бессознательного) — веками складывалась в соответствующую эгрегориальную иерархию, логику взаимоотношений китайцев с высшими духовными силами, на вершине которых вожделенное Дао. Нетрудно догадаться, что духовность китайской цивилизации (вершина которой — даосизм с его доктриной «бессмертия») отвечает соответствующим ей мистико-суеверным убеждениям китайцев по принципу любого эгрегора: что заложили — то и работает. Это нашло своё выражение в «Дао-Дэ-Цзине»:

163 (9) Правленье праведника[747] таково: Народ смиренен сердцем, но и сыт, Без замыслов, но с крепким костяком. Он лишнего не знает ничего, Не действует, не ищет своего. У мудреца правленье таково.

Конечно многие суеверия складывались вследствие многовековых наблюдений за теми или иными причинами и их последствиями в жизни людей. И многие из суеверий действительно служат делу самоуправления общества и препятствуют его деградации в главных жизненных сферах: здоровая физиология,[748] гигиена, личная элементарная безопасность, элементарная этика взаимоотношений между людьми и биоценозами, этика научных исследований, этика взаимоотношений общества и государства и т. п. Но, как мы уже уяснили, подобный тип самоуправления общества не Человечный. Такое общество самоуправляется по принципу следования людей системе религиозных стимулов, которые можно разделить на две категории: боязнь религиозной мистики и ожидание мистического поощрения.[749] Кроме того система китайских суеверий восходит к духовной вершине главного поощрения — достижения бессмертия, либо приближения к нему в земной жизни. Это — разновидность доктрины посмертного воздаяния («справедливости»), которую и обслуживает вся китайская мистика суеверий, из которых состоит духовная иерархия. Последнее можно считать «доказательством» того, что религиозная система китайцев (ядро которой составляет даосизм) формирует тип психики «зомби» — «благодаря» разветвлённой системе «канонических» суеверий, являющихся своеобразным простонародным выражением доктрины посмертного воздаяния и её мировоззренческой основы.

После этого можно кратко рассмотреть «высший» пласт даосской мистики — главные средства «обретения бессмертия», не забывая при этом, что низший простонародный пласт даосизма вписан в высший и поддерживает функционирование всей религиозно- эгрегориальной иерархии китайской религиозной системы. Об этом много пишет Е.А.Торчинов в книге «Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания» (выделения жирным и сноска наши):

«Идея воздаяния и наказания через сокращение срока жизни прошла через всю историю даосизма,[750] получив развитие в «Баоиу-цзы», «Тайшан ганьин пянь» и «Таблицах заслуг и проступков» (гун-ro гэ), усилившись под катализирующим воздействием буддийской доктрины кармы, сохранив, однако, связь с общинной идеологией ответственности потомков и соседей (об идеологии «Тайпин цзина» подробнее см.: Лейкин С. Ф., 1989, с. 106–121).

Учение «Тайпин цзина» было последней ступенью, предшествовавшей началу организационного оформления даосизма, первенцем чего явилась школа «Пути истинного единства» (чжж и дао), или «Пути Небесных наставников» (тяныии дао), — ханьские чиновники именовали ее также «Пять мер риса» (у доу ми дао), ибо для принятия ее учения необходимо было внести ритуальный взнос в пять мер риса. Основана она была в середине II в. полулегендарным Чжан Лином (Чжан Даолином).

Ее формирование связано с мифом о новом пришествии (синь чу) Лао-цзы в 145 г. и его откровением о новом миропорядке своему «наместнику» на земле Чжан Даолину. Согласно этому учению, вселенной управляют три пневмы (сань ци)- «Сокровенная» (сюань), «Изначальная» (юань) и «Первоначальная» (ши), которые порождают Небо, Землю и Воду (Скип-пер К. М., 1978, с. 374). Поскольку каждая из этих сфер управляется небесным чиновником, то и вся триада, возглавляющая «небесную бюрократию», получила название «трех чиновников» (сань гуань). С их культом связаны три общинных праздника в начале (15-й день 1-го месяца), середине (15-й день 7-го месяца) и в последней трети года (15-й день 10-го месяца), называемые праздниками «трех начал» (сань юань). Принимается и цикл из 24-х пневм Солнечного года. Три временные стадии «трех начал» также соотносятся с головой, грудью и животом в человеческом теле; к частям и функциям тела привязаны и 24 пневмы в качестве космических энергий».

Как мы уже говорили, даосизм и вся китайская религиозность делает упор на телесную физиологию, прежде чем занимается душевным здоровьем (психикой). Именно поэтому индобуддийское учение о карме (посмертном воздаянии) в даосизме трансформировалось в теорию воздаяния через угрозу сокращения жизни (либо наоборот — поощрения через прельщение продлением жизни),[751] которая восходит к теории о бессмертии, которого могут достигнуть лишь избранные. Так что теория посмертного воздаяния и теория «бессмертного» воздаяния суть одно и то же.

Тем более, что психотехники и соответствующая им физиологическая подготовка — по существу представляет собой разновидность индобуддийской йоги. Именно поэтому мы повторно не будем проводить подробный анализ даосских психотехник: всё, что касается буддизма справедливо и для даосизма в этом плане.[752].

Мы остановимся лишь на некоторых параллелях между даосскими практиками и буддизмом и кратко опишем оригинальные культовые моменты даосских особенностей. Многие исследователи считают, что в даосизме психотехники в гораздо меньшей степени имеют под собой внятное теоретическое обоснование, нежели в буддизме:

«В силу отличия направленности натуралистически и космологически ориентированной даосской философии от психологически ориентированной философии индийских систем, психотехника не выполняла в ней функции поставщика сырого материала для философствования, как это было в Индии. Равным образом практически отсутствовала и философская рефлексия на психотехнические процедуры. Все это, впрочем, отнюдь не мешало даосизму обладать весьма развитой «эмпирической» психотехникой, то есть набором средств и приемов для достижения трансперсональных переживаний, оценивавшихся традицией как просветленные и совершенные. Существовала (особенно в позднем даосизме) и большая литература, посвященная описанию подобного рода методов».[753].

С появлением в Китае буддизма началось постепенное проникновение теории последнего в слаборазвитую (тогда) теоретическую часть психотехник даосов. Буддизм оказал огромное влияние на развитие психотехники в даосизме до такой степени, что доктрина бессмертия часто стала рассматриваться через призму чисто буддийских понятий «просветления». Е.А.Торчинов проводит обширные исследования параллелей между психотехниками буддизма и даосизма в своих трудах. Так в книге «Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания» по теме этих параллелей заслуживают интерес следующие выводы, которые восходят к китайской «космогонии» (выделения и сноски наши):

«Полного представления о даосской космогонии не дает ни ее имманентное рассмотрение, ни рассмотрение в перспективе такого инокультурного явления, как гностицизм.[754] Для достижения искомой полноты описания представляется чрезвычайно продуктивным обратиться к оценке даосской космологии со стороны учения, значительно, если не радикально, отличающегося от даосизма и вместе с тем постоянно с ним взаимодействовавшего и обладавшего к тому же своей развитой космологией. Речь идет о буддизме.

Чрезвычайно интересный материал в этом плане содержится в традиционном буддийском историко-философском тексте-хуаяньского и чаньского мыслителя VIII–IX вв. Цзун-ми (780–841 гг.) «О началах человека» (Юань жэнь лунь), где наряду с буддийскими школами критически оцениваются также конфуцианство и даосизм.

В соответствии со своим подходом в оценке различных учений как неравноценным иерархически моментам единственно-истинного знания, причем каждый из последующих включает в себя (в снятом виде) предыдущие и все вместе включаются в высшую доктрину, буддийский мыслитель признает за даосизмом ограниченную истинность и согласие с буддийским учением в определенном аспекте.

Вместе с тем цель рассмотрения Цзун-ми даосизма и установление соответствий между даосской и буддийской космологией — указать на достаточно низкий статус даосского учения. По его мнению, причина этого в том, что даосизм не выходит за пределы знания только о сансаре и ограничивается представлением только об одной кальпе (мировом периоде), а не о бесчисленном числе повторяющихся мировых циклов, как у буддистов (позднее в даосизм было включено учение буддизма о множественности мировых циклов).

Каковы же конкретно даосско-буддийские космологические параллели Цзун-ми? Он приравнивает концепцию кальпы пустоты (т. е. период несуществования мира, следующий за разрушением одного космоса и предшествующий формированию другого) даосскому учению о Дао как «пустом» (сюй) и пребывающем в «отсутствии» (т. е. лишенности оформленной телесности и наличного бытия — у).

Таким образом, Цзун-ми приравнивает даосскую космологию к буддийской, интерпретируя ее в терминах последней и имплицитно противопоставляя буддийский психологизм даосскому натурализму. Отметим также, что Цзун-ми полностью отожде-ствляет с даосской космогонией теорию пневмы как субстанции, дифференцирующейся и уплотняющейся в процессе космогенеза, что еще раз указывает на доминирование данного подхода: в средневековом даосизме.

Но даосская космология не ограничивается космогонией. Другим ее важным аспектом является космография, описание-собственно развернутого космоса в модусе его осмысления религиозной традицией даосизма, хотя в целом космография не играла в даосизме такой важной конституирующей роли, как космогонические доктрины.

Как отмечал еще академик В. П. Васильев (Васильев В. П., 1888, с. 48–60), даосская космология не отличалась единообразием. По существу, каждый текст, затрагивавший космографическую тематику, давал свой вариант космографии. Тем не менее очевидно, что в наиболее ранних текстах основную роль играло членение мира на землю и девять небес над ней с их; правителями и обитателями, а в поздних на эту систему наложилось буддийское учение о трех мирах (сань цзе), получавшее со временем все большее значение.

Три мира в даосизме подразделяются на 28 небес (что коррелирует с традиционным китайским делением неба на области: 28 созвездий, по семь в каждой части неба). Кроме них вводятся еще заимствованные из буддизма четыре неба Брахмы (Фань тянь). Особенно выделяются небеса, населенные бессмертными. Так, для школы Маошань таковым является небо-Высшей Чистоты (шан цин), к которому и стремились адепты этой школы.

Поздние даосские представления о земле также связаны с буддизмом. Под землей находятся расположенные ярусами водоемы (цзэ), причем каждый ярус имеет глубину, выражаемую двадцатимиллионозначным числом верст (ли). Эти ярусы поддерживаются последним слоем из могучего ветра».

В то же время для китайского типа мышления свойственна система парностей Инь-Ян, которую мы рассмотрели в предыдущем разделе. При неясности времени её зарождения некоторые относят время появления главной китайской символики к IV веку до н. э. Теоретической основой учения Инь-Ян считают И-Цзин — Книгу перемен.

Даосские психотехники (прежде всего их физиологическая основа, через совершенствование которой рассматривается и психология) также теоретически обоснованы через символику Инь-Ян. Причём в таком теоретизировании упор делается на ущербность «Ян-органов» и обусловленность здоровья «Инь-органами». Вот как вкратце выглядит эта теория в китайском исполнении:

Внутренние органы человека и их совокупности (комплексы) подразделяются на Ян- и Инь- «подсистемы». Ян-органы подвержены воздействиям состояний сознания и неосознаваемых психических импульсов, здоровье организма обусловливается Инь-органами. Испуг, тревога, волнение (и прочие Ян-влияния) способны деструктивно влиять на Инь-органы. Взаимопревращение, взаимодополнение, взаимообогащение, взаимопоглощение, взаимосозидание всего и вся — Ян и Инь — всего, что может быть понято и постигнуто человеком, и того, что лежит за пределами его понимания — основной закон Дао.

Весьма знакомые параллели с буддийской теорией «расширения сознания». Инь — высшее духовное начало, связанное с Дао. Ян — земная «упорядоченность», мешающая объединению с Дао. Дао — аналог буддийской нирваны. Вот вкратце все необходимые параллели, которые указывают на то, что китайский даосизм ещё одна разновидность духовно-нравственного бегства от страхов перед Жизнью, полной «тёмных» полос в духовный мир даосского «бессмертия» (по мере приближения к которому «светлых» полос становится больше, чисто теоретически, конечно)[755] — вершину эгрегориальных наслаждений — когда психика по-восточному избавлена от рецидивов Человечности (у разных слоёв общества в разной мере).[756].

В нижеследующем описании даооской практики «обретения бессмертиия» можно увидеть множественные параллели с индобуддийским путём «просветления». И там и здесь вначале упор делается на изменение «нормальной» физиологии вследствие чего меняется и «уровень сознания» — психическое и биополевое восприятие окружающего мира, что мы подробно описывали в главе «Буддизм». Есть существенная разница в том, что некоторые буддийские направления делали упор на нейролингвистическую «чистку» психики, а даосы — на воздействие медицинских препаратов. Но это не меняет главной цели психотехник, суть которых мы «вытащили» в предыдущей главе («Буддизм») благодаря появлению теории саентологической церкви в середине XX века.

Даосская практика обретения бессмертия подразумевала (и многие традиции сохраняются в наше время) три основных направления: «регулирование тела», «регулирование дыхания» и «регулирование сердца».

Регулирование тела включает в себя разнообразные способы физического и химического воздействия на организм людей. К средствам физического воздействия относятся комплексы гимнастики, принятие воздушных и солнечных ванн, прогулки и ведение здорового образа жизни — что в общем и целом позитивно для нормального оздоровления организма. К средствам химического воздействия относятся изготовление всевозможных снадобий, пилюль, микстур, эликсиров из растительных, животных и минеральных компонентов. Средства химического воздействия на организм уже никак не отнесёшь к позитивным факторам оздоровления людей. Эти средства призваны имитировать процесс физиологического и психологического оздоровления в то время как люди отворачиваются от Языка Жизни и, следовательно — от Бога. Физиологическое и психическое оздоровление в нормальном режиме происходит естественным образом при принятии правильных решений (в первую очередь нравственного характера) в процессе осмысления пограничных ситуаций Жизни. Средства же физио- и психо- «химиотерапии» — имитация улучшений, которой довольствуется большинство верующих китайцев.[757] В общем налицо тесные параллели с буддийской имитацией «оздоровления», которая применяется в процессе йоги.

Начальным этапом на пути к бессмертию считается ограничение питания. В древности сперва рекомендовалось есть поменьше зерна и отказаться от какой-либо грубой пищи. Время от времени следовало устраивать «разгрузочные дни», в течение которых нужно было обходиться минимумом пищи. В конечном итоге приблизившийся к долголетию или даже «бессмертию» даос мог питаться собственной слюной и даже воздухом. Сама по себе здоровая диета — благо. Она действительно может способствовать обретению долголетия, поскольку переедание стимулирует ранний «износ» большинства жизненно важных систем организма и деградацию психики. Однако умеренность в питании с целью обретения долголетия (но не «бессмертия») и другое полезное физиологическое оздоровление — должно происходить параллельно с нормальным для Человека нравственным оздоровлением. В даосизме, как в религиозном ядре китайской цивилизации, упор сделан на физиологическое оздоровление, а нравственное оздоровление имитируется доктриной «бессмертия» и связанными с ней иллюзиями и ритуалами. Поэтому, если кто из китайских мудрецов и достигает состояния, когда он «питается собственной слюной и воздухом»[758] — это эгрегориальная информационно-энергетическая поддержка «чуда напоказ»,[759] а не поддержка Свыше.[760].

Даосы считают, что регулирование тела невозможно без соблюдения особых ритуальных предписаний в половой жизни. Культ половых взаимоотношений — едва ли не главенствует во многих сферах социальных и религиозных взаимоотношений китайцев. И это не удивительно: ведь сексуальная жизнь рассматривается как модель «мировых процессов», вызываемых Дао.[761] А «правильная» (с точки зрения китайцев) половая жизнь может приблизить людей к Дао, а значит и — к «бессмертию». Считается, что взаимный обмен извечными мировыми началами — мужским (Ян) и женским (Инь) служит очищению тела и «правильному» развитию обоих начал. Мы не будем вдаваться в подробности особенностей китайского подхода к половой жизни, повторим лишь одно: сексуальная «магия» ставится весьма высоко в ритуальной стороне религии, поскольку она имитирует связь с Дао. Суть сексуальных иллюзий мы уже не раз рассматривали при анализе религиозных систем ведического Востока. И Китай в этом отношении (в обожествлении «правильного» секса) — не исключение.

Кроме всего этого существовал «канонический» список усилий, направленных на «оздоровления» тела, которые связывались с «нравственным совершенствованием». Тот, кто хотел продлить себе жизнь, должен был совершить минимум 300 «добродетельных поступков». При этом если среди них оказывался хоть один «неправильный» считалось, что все старания пропадали даром. Ясно, что этот «нравственный кодекс» — аналог системы «накопления заслуг» ради обретения «бессмертия», которую мы рассматривали при анализе Восьмеричного пути в буддизме. Вывод можно сделать тот же самый:

Смысл жизни (который всегда выражался у людей в поиске Высшей Справедливости) не состоит в заслужении посмертного воздаяния, как учит идеалистический атеизм церквей. Но смысл жизни не состоит и в обретении посмертных (или даже пожизненных) славы, почёта и общественной признательности («за заслуги перед Отечеством»),[762] что приравнивалось в советский период к «бессмертию».[763] И то и другое — людское выражение холопско-господских отношений (что характеризует внутреннюю трусость людей): первое — холопство перед Богом, «космическим универсумом»;[764] второе — холопство перед скрывшимися за громкими и красивыми лозунгами о справедливости «господами». Состоявшемуся Человеку не должно быть свойственным искать стимулирования его мыслей и поступков страхом перед «господами» (и любыми другими людьми) или «Господом», «космическим универсумом» (мировым хаосом), либо поощрением оттуда же.[765] Праведность надо распространять на Земле добровольно, сообразуя её критерии с Богом с помощью Языка Жизни. Также добровольно нужно служить Отечеству — а не из желания прославиться перед людьми (а тем более «элитой») и заслужить «вечную память» (либо «бессмертие»). Но почувствовать, что стоит за этими словами, можно лишь пребывая хотя бы близко к Человечному типу строя психики (и хотя бы иногда), который лишь один сопричастен Божией Любви, что проявляется в умиротворённости человека, признающего всех людей добрыми.[766].

Регулирование дыхания- это как раз средство физиотерапевтического характера, предназначенное для подготовки к следующему этапу — регулированию сердца. Данный вид регулирования является разновидностью йоги и ему придаётся огромное значение в даосизме, поскольку он связан с одной из главных категорий религии — пневмой, отождествляемой китайцами с «мировой энергией». Это — промежуточное регулирование между физиологическим настроем и последующими психотехниками. Его можно условно сравнить с индобуддийским «сосредоточением» (созерцанием и т. п. настройками биополей на эгрегориальную алгоритмику с одновременным отключением органов чувств от внешнего мира).

Регулирование дыхания сводится прежде всего к тому, чтобы путём последовательных тренировок научиться не дышать ни ртом ни носом, т. е. чтобы вдох и выдох происходили как бы без осознанных усилий со стороны личности. Считается, что дыхание должно происходить также легко и непринуждённо, как дыхание младенца в утробе матери, что для даосов знаменовало верх естественности[767] и недеяния в этой сфере. Для обучения такому «утробному дыханию»[768] предлагалось уединиться в тихом закрытом помещении, лечь, закрыть глаза, заткнуть нос пухом, закрыть рот и стараться замедлить дыхание — до 1 вдоха сначала на 12, а затем и до 120 ударов сердца.

Регулирование сердца — считается средством самоконтроля над всеми проявлениями психики, главным образом «над волей и сознанием».[769] В главе «Буддизм» при подробном рассмотрении психотехник мы сделали вывод: «Индивида, без эмоций, переживаний, свойственных природе человека в русском языке часто называют бессердечным» — индивидом, у которого отсутствует совесть. Китайское регулирование сердца (психики) приводит именно к такому результату — бессердечности. Иными словами, это приводит к бесчувственности индивида к внешнему миру и, естественно к Языку Жизни, его многогранным проявлениям.[770] Для даоса, стремящегося к «бессмертию» также, как для йогина, стремящегося в нирвану состояние, которого они желают достигнуть психотехниками характеризуется понятием «покой».[771].

Обычно кандидат в «бессмертные», предварительно подготовив своё тело и дыхание (первые два регулирования), выбирал «благоприятный день», удалялся в келью и там совершал ряд воскурений[772] и поклонений местным божествам из пантеона. После этого он мог так «сосредоточить своё сознание»,[773] чтобы оно отстранилось от всех мыслей и погрузилось в полный покой, который и являл собой состояние, наиболее близкое к Дао.

Описание Дао в «Дао-Де-Цзине» можно увидеть в следующих строках:

9 (46) Хоть она и непостижима, Непредметна, неуловима. В непредметном, неуловимом Есть, однако, некая суть. В недоступном и непредметном Некий образ запечатлен. В сокровенности и во мраке Устремленье некое есть, И в исконном порыве этом Достоверность утаена. Ни теперь, ни в века былые Не терялось имя ее. В нем — начало всему быванью. 10 (75) Ухватись и ты за нее — Примет мир главенство твое И, ни в чем не терпя вреда, Будет радоваться всегда. Так приходит толпа гостей Ради музыки и сластей.[774]

Последние выделенные нами строки весьма напоминают буддийское описание нирваны…

В самом общем виде в даосизме считается, что «три регулирования» воздействуют на «три сокровища» человека, три его основные жизненные силы, основные носители его внутренней, «подлинной, прежденебесной энергии»: семя,[775] собственно энергию (дыхание),[776] дух.[777] Смысл «внутреннего делания» традиционно описывается следующей формулой: «упражняй семя, дабы оно превратилось в дыхание, упражняй дыхание, дабы оно превратилось в дух, упражняй дух, дабы он возвратился в пустоту». Налицо даосский вариант алгоритмики индобуддийской йоги.

Последнее, чего следует коснуться в этом разделе — темы китайской алхимии.[778] Широко известно, что китайские учёные с глубокой древности занимались исследованиями, обретения практик «бессмертия», связанными с алхимией. Внешне китайская алхимия походила на европейскую,[779] но цели даосской алхимии были иными — нахождение состава «золотой пилюли», дарующей «бессмертие». Обосновывалась такая возможность тем, что в человеческом организме можно найти единство естественных процессов окружающего мира, которые имеют подобие биохимическим процессам в человеческом организме. Как только это единство химического «бессмертия» будет найдено — «эликсир бессмертия» позволит без труда его обретать. Естественно, что пилюль на всех не хватит…[780] Вот и обоснование продления в «бессмертие» толпо-«элитаризма».

Понятно, что это увод интеллектуальной и духовно-нравственной целеустремлённости людей на опасный имитатор религиозной деятельности, действенность которого стимулируется психотехниками и суевериями. В наше время поиски эликсира «бессмертия» тщетно продолжаются как на Востоке, так и на Западе.

Совокупность приёмов и методов обретения «бессмертия» и/либо приближения к нему (продления срока жизни), а значит и серьёзные психотехники, являются, как мы уже знаем, сферой «высшего» пласта даосской религиозности. На «низшем» простонародном уровне все те же стимулы «бессмертия» трансформированы в культуру суеверий. Последние являются мощнейшей системой мистического нейролингвистического программирования психики людей — в некотором роде равнозначного по воздействию на психику учеников буддийских коанов.[781] С той разницей, что коаны «опустошают» психику (отключают от «лишних» вещей), а суеверия — замыкают психику на «канонический» свод законов «на все случаи жизни», которым соответствует реальная эгрегориальная мистика. Поэтому в отличие от «просветлённого» буддиста, верующий китаец живёт не в «пустоте» (в «пустоту» попадают лишь избранные «бессмертные» мудрецы), а в системе религиозных суеверий. Но психика и того и другого надёжно отключена от Языка Жизни.

Конфуцианство.

В конце III тысячелетия до н. э. на территории центральных равнин Китая начинало складываться протогосударство, которое в то время представляло собой по сути племенной союз, объединенный удачливым и умным вождем. Этот период принято называть эпохой Шань-Инь — по имени клана, который главенствовал в ту пору. После очередной междоусобицы в Китае наступила эпоха династии Чжоу (1027 — около 250 гг. до н. э.) — период в истории страны, когда начали закладываться основы практически всех философских школ и мистических учений.

Издревле китайская социальная система была четко поделена на уровни, каждому из которых предписывались свои строжайшие нормы поведения, причем эти предписания порой касались даже мелочей. Например, было точно известно, в каких одеждах кому ходить, какую пищу есть, какие обряды совершать. Высшая аристократия так и называлась — «те, кто ест мясную пищу», в то время как на столе простолюдинов мясо не появлялось, и не потому, что его не хватало на всех — причина заключалась в ритуальных предписаниях.

Вся земля принадлежала верховному правителю — вану. Немного ниже вана стояли несколько властительных князей, которые иногда управляли областями. Ван долгое время сочетал себе функции племенного вождя и жреца, т. е. мог и управлять людьми, и «общаться с Небом». О его «священной» функции говорил даже сам иероглиф «ван», который представляет собой три горизонтальные черты, пересеченные одной вертикальной. Это символически обозначало, что дух правителя способен соединить в себе три начала, или великую вселенскую триаду: Небо, Землю и Человека. Ван, обладая неограниченной властью, мог перераспределять землю, чем привязывал к себе наследственную знать.

Существовал принцип: «Кто знатен — тот богат». Незнатный не мог быть не только «богатым», но даже зажиточным. В течение многих веков именно такая система с её жесткими предписаниями поддерживала стабильность в обществе и достаточно ровные отношения между властями и простонародьем.

Время правления династии Чжоу считается едва ли не идеальным временем существования древнего рабовладельческого государства, когда все жили в достатке и каждый в нём «знал свое место». Но в V в. до н. э. Китай раскололся на множество мелких царств. Причиной этому послужило появление железа несколько веков до этого. Это нарушило «гармонию» рабовладельческих отношений, позволив людям, не обладающим знатностью, «богатеть» за счет обработки новых земель. В период кризиса и появляется особая группа бродячих мудрецов, которые, переходя из одного государства в другое, пытались уладить конфликты между правителями царств.

Именно в этот момент многие мудрецы, философы и мистики, страшась «великой смуты в Поднебесной», размышляли над способами, которые могли бы привести страну к прежнему покою и процветанию. На этой волне возникло множество духовных, философских и политических учений. Некоторые из них угасли за несколько столетий или даже десятилетий; другие — такие как конфуцианство, даосизм, настолько внедрились в культуру Китая, что китайская цивилизация сегодня просто немыслима без них.

Характерно, что все крупнейшие китайские духовно-философские системы возникли приблизительно в одно и то же время. Их рождение в VI–V вв. до н. э. было обусловлено не только социальной и политической ситуацией. Наступил кризис архаической религиозной системы первобытного шаманизма. И этот кризис был синхронизирован с освоением возможностей, связанных с появлением железных орудий.

Учение Конфуция.

Восстановление китайской государственности в прежних границах цивилизации (государство Чжоу) требовало общегосударственной религии. Их, как мы знаем, в середине I тысячелетия до н. э. появилось сразу две — даосизм и конфуцианство. Нетрудно догадаться, что и та и другая религиозные системы (хотя конфуцианство традиционно считается государственной идеологией, а не религией) возникли под цели адаптации системы прежних племенных верований к новым условиям, в которых оказалась раздробленная междоусобицами Поднебесная. Только даосизм больше отражал чаяния простонародья (которое долгое время жило в системе архаичных верований), а конфуцианство — «элиты», которая стремилась вернуть централизацию власти.

Вследствие синхронного появления даосизма и конфуцианства, которые оба наследовали многое из древнейшей китайской системы религиозных понятий (мудрецы в Поднебесной не переводились и до Конфуция) — основные понятия в даосизме и конфуцианства (такие как Дао, Дэ и т. п.) взяты из доконфуцианской архаики и совпадают по форме. Но при этом они зачастую разнятся по смыслу их понимания. Вообще же рассматривать динамику религиозного развития жителей Поднебесной нужно всегда во взаимодействии конфуцианства и даосизма, к которым впоследствии добавился буддизм.

Так например, крупное мистическое произведение архаической традиции — знаменитая книга «И-Цзин» («Книга Перемен»), как принято считать, была записана в конце II тыс. до н. э., хотя сама её тема возникла гораздо раньше. «И-Цзин» считалась гадательной книгой, по которой предсказывали разливы рек и исходы сражений, судьбу человека и великие события. Считается, что сам Конфуций составил комментарии к основному разделу этой книги, которые называются «Двенадцать крыльев». В то же время во времена Конфуция мера понимания символики «И-Цзина» была утрачена и возникла необходимость её трактовки в согласии с необходимостью объединения империи.

Конфуций[782] (Кун-Цзы) родился в 551 г. до н. э. на востоке Китая в княжестве Лу. Его отец принадлежал к знатному, но обедневшему роду и был правителем одного из уездов княжества. Когда ему исполнилось три года, будущий философ лишился отца, а в 17 лет — матери. С юности Конфуция мучила мысль о переустройстве китайского общества, создании «идеального справедливого государства, где всем было бы хорошо». Пытаясь воплотить свою идею в реальность, он много путешествовал по стране, предлагая свои услуги в качестве министра китайским царям и князьям. Конфуций занимался реформированием общественной жизни, армии, финансов, культуры, но ни одно из его начинаний так и не было доведено до конца — то вследствие утонченности самой идеи, то в результате противодействия его врагов. Мудрость снискала Конфуцию большую славу, и к нему стали стекаться со всей страны люди, желающие стать его учениками. Учение Конфуция[783] после его смерти записали его ученики в книгу «Беседы и высказывания». Большое влияние на формирование конфуцианства оказали философы Мэн-Цзы (372–289 гг. до н. э.) и Сюнь-Цзы (313–238 гг. до н. э.).

Основу этой школы можно выразить словами ее основателя: «Государь должен быть государем, сановник — сановником, отец — отцом, сын — сыном». Император, согласно конфуцианству, является отцом всей страны, а подданные должны быть его верными детьми. Всё население страны эти «философы» поделили на 4 категории (своего рода, отдаленный прообраз индуистских каст):

1. Люди, обладающие мудростью с рождения;

2. Люди, которые могут приобрести мудрость;

3. Люди, с трудом постигающие учение;

4. Народ, который не в состоянии научиться мудрости или приобрести знания.

Подобного рода социальную «классификацию» мы неоднократно встречали в разных рабовладельческих обществах: от Древней Греции до современной Индии.

Основу воспитания, согласно конфуцианству, составляет точное следование церемониям, которое представляет собой внешнее «выражение долга, любви, преданности». Чем сложнее и точнее исполнение той или иной церемонии, тем, считалось — лучше. Поэтому все взаимоотношения в кругу семьи, или на работе, или в обществе должны строиться на церемониях. Целью в конфуцианстве является «обретение характера благородного мужа», то есть человека, который «верен, справедлив, предан императору и добр к народу». Достигнуть этого можно при помощи своих сил через исполнение церемоний.

При этом народ, который, по Конфуцию, должен находиться в унизительном состоянии, ибо в этом, по его мнению, заключается воля Неба, не может достигнуть добродетели и поэтому обязан слепо повиноваться знати. Чтобы народ не вздумал учиться мудрости вся его жизнь должна быть заорганизована церемониальными ритуалами.

Судя по всему Конфуций был атеистом,[784] мыслящим имперскими категориями, а религия (идеология) для него была всего лишь средством удержания толпы в рамках имперского порядка.[785] Не удивительно, что после его смерти такая государственная идеология была востребована высшей «элитой» Поднебесной. Конфуций не признавал мистики и духов, он скептически относился к суевериям и метафизическим спекуляциям. Он говорил: «Мы не знаем, что такое жизнь как же можем мы знать, что такое смерть?».[786] Не удивительно, что всё смутное, подсознательное, относившееся к сфере неподконтрольных разуму чувств, конфуцианство оставляло в стороне. Но всё это продолжало существовать, будь то суеверия простого народа или философские искания творчески мыслящих и ищущих индивидов.

Отдавая дань архаичной культуре китайцев, их религиозности, в целях наилучшего упорядочивания церемониальной жизни во всех без исключения её сферах — конфуцианство, подобно другим восточным учениям, признало существование духов, демонов, богов.[787] Огромную роль играет культ предков.[788] Согласно этому культу, умершие предки осуществляют деятельную связь между миром духов и людей. Без совета с духами умерших предков не предпринималось ни одно серьёзное начинание.

Одной из главных особенностей китайского империализма является то, что с глубокой рабовладельческой древности в понятие «высшая справедливость» был вложен рабовладельческий смысл. Конфуцианство пронесло этот смысл «справедливости» через два с половиной тысячелетия и он устойчиво вошёл в генетику людей китайской цивилизации. Даосизм же, существовавший параллельно конфуцианству, был во-первых, разным для разных слоёв населения (для немногочисленных «мудрецов» и поддерживаемой ими «элиты» даосизм представлял собой систему стимулов посмертной «справедливости» — «бессмертия»; а для простонародья даосизм представляет собой систему суеверий, дополняющую имперскую систему церемоний, но основанную на религиозной мистике для толпы). Во-вторых, даосизм вынужден был подстраиваться под конфуцианство и с первых же веков их параллельного существования они «нашли общий язык»[789] — оба поддерживали смысл понятия «справедливость» в том смысле, который в него вкладывал Конфуций.

Признавая единственно верной незыблемость земной имперской иерархии (которая держалась на сословном принципе, как и в Индии), Конфуций, а за ним и высшая государственная «элита» придерживалась сама и учила подчинённых придерживаться созданного ими кодекса «законов», за нарушение которых следовало наказание, а за верную службу — поощрение. Таким образом, параллельно даосским религиозным стимулам, выражающим «смысл жизни», существовала мощнейшая система социального стимулирования «на все случаи жизни». Оба контура стимулов[790] работали в согласованности и обеспечивали надёжное «зомбирование» подчинённых всех слоев общества.[791] При этом высшая имперская «элита» управляла Поднебесной, создав себе имидж «строгих справедливых мудрецов», олицетворяющих «высшую мудрость Неба», главным из которых был признан Конфуций. Про него сказано примерно следующее, что можно выразить в коротком отрывке:

«На службе мудрец строг, но одинаково ласков и приветлив со всеми, весел и всегда ровного нрава со своими друзьями. Ему приятнее общество мудрецов, но и немудрыми он не пренебрегает. В семье мудрец любит одинаково всех своих домашних; любимцев у него нет. Если кто обидит мудреца словом или делом, он не выказывает ни гнева, ни раздражения. В каком бы состоянии ни был мудрец, он всячески старается быть полезным отечеству или согражданам; оказав услугу, он ею не хвалится, но скромно и терпеливо ждет воздаяния за нее. Если же его обойдут наградой, он не ропщет и не жалуется. Похвала честных людей, сознание, что он сделал добро для добра — вот самые лестные для него награды. Если же его взыщут почестями, он не гордится и по-прежнему доступен всем и каждому. Ему неведомы зависть, надменность, презрение — он со всеми живет в согласии. Последнее порождает всеобщую к нему благосклонность. Главный же источник мудрости — любовь и сострадание ко всему человечеству».

Подобные принципы взаимоотношений пронизывали Поднебесную «сверху донизу»: подчинённые как правило не слышали от вышестоящих «мудрецов» презрительных окриков, истерических упрёков. «Мудрецы» наказывали подчинённых спокойно за нарушение имперского рабовладельческого порядка, а подчинённые принимали наказания — как должное, тоже спокойно, следуя всеобщим правилам поведения и этикета.[792] Такие взаимоотношения имитировали гуманизм, который якобы пронизывал всю Поднебесную «сверху донизу»: ведь чем «выше», тем больше мудрости, поэтому подчинение вышестоящему признавалось тоже мудростью, а «милость» вышестоящего (пусть даже это и наказание за проступок) считалось любовью и состраданием к провинившемуся. И такая система взаимоотношений работала и работает по сей день в Поднебесной.[793].

Учение Конфуция заключается в следующих «трёх правильных отношениях»: государя к подданным, отцов к детям, мужей к женам. К тому же в нём есть принцип точного соблюдения «пяти верховных добродетелей или обязанностей»: «человеколюбия, то есть сострадания ко всем себе подобным без различия, затем правосудия или воздаяния каждому должного безо всякого лицеприятия, повиновения действующим законам и соблюдения установленных обрядов господствующей религии, правдоподобия, то есть неуклонном отвращении от всего ложного, и, наконец, верности и честности всегда и во всём».[794].

В этих отношениях и «добродетелях» Конфуций видел счастье человеческого рода и, обставив их известными церемониями, создал своё «учение о нравственности».[795] Основным принципом этой «нравственности» является отсутствие увлечений, равновесие в деятельности, сохранение и соблюдение середины во всех поступках — умеренность и сдержанность всегда и во всем и, как результат этого, спокойствие, невозмутимость. Человек, согласно Конфуцию, во всем должен придерживаться середины: он не должен иметь ни чрезмерной злобы, ни чрезмерной любви, не должен слишком предаваться печали, ни восторгаться от радости[796] — одним словом, в нём должно быть полнейшее отсутствие крайностей и увлечений. То же должно соблюдать и в нравственном отношении к другим людям, то есть «стараться избегать причинять другим то, чего себе не желаешь, сохраняя, таким образом, и здесь гармонию» — главный принцип конфуцианства.[797].

Все остальные «нравственные добродетели» приводятся к тому же началу. Китайские «справедливость и честность, верность себе и своему слову, искренность как основа мирных и добрых отношений к общественной жизни и средство к устранению недоразумений, послушание и почтительность к старшим, кротость, терпение и, наконец, вежливость ко всем без исключения» непосредственно связаны с началом середины, или гармонии. Эта сдержанность во всех этических проявлениях, разумеется, обусловливает некоторую сдержанность и в чувственных наслаждениях.

Все вышеперечисленные качества китайской «нравственности», которую воспитывает дух и буква конфуцианства — сами по себе хороши если предположить, что люди живут в справедливом обществе, где господствует Человечный тип психики. Но про Поднебесную (как в прошлом, так и в настоящем) такого не скажешь. Поэтому мы опять имеем дело с очередной разновидностью восточной имитации благонравия, которая на деле является — вежливостью «доброго» «зомби»-биоробота, надёжно включённого в китайскую толпо-«элитарную» иерархию. Ясно, что «доброта» «зомби» заканчивается в тот момент, когда он сталкивается с угрозой своей безопасности, а значит и — угрозой безопасности имперскому толпо-«элитаризму». Как только «зомби» сталкивается с этим, он перестаёт быть добрым и становится опасным инструментом охраны рабовладельческой иерархии, выполняя при этом функции её целеполагания, заложенные в генетику и духовность «зомби» издревле.

Учение о середине[798] является идейным стимулом, обусловливающим и охватывающим весь внешний быт китайцев, весь образ их жизни, весь государственный строй, а также нравственное и духовное состояние жителей Поднебесной. Для того чтобы укоренить это учение, конфуцианство создало целый кодекс обрядов — так называемых, церемоний. Церемонии являются сдерживающим началом — предписывающим «зомби», когда и как ему надо поступать в известное время и при известных обстоятельствах. Именно поэтому «зомби» всегда внешне ведёт себя «прилично и с достоинством» избегая разного рода столкновений, ссор и брани. В случае возникновения угрозы имперскому порядку «зомби» также «прилично и с достоинством» будет защищать этот порядок согласно церемониалу. И лишь в случаях нестандартных ситуаций, не предусмотренных церемониалом — может произойти сбой, который выведет «зомби» из состояния «приличия и достоинства», обнажив лживость имитационной доброты толпо-«элитаризма». Для того, чтобы этого не происходило высшая имперская иерархия и поддерживающие её «мудрецы» старались вовремя адаптировать систему церемониалов к изменившейся внешней и внутренней (по отношению к имперскому порядку) обстановке.

Конфуцианство учит, что церемонии показывают связь неба с землей, утверждают порядок между людьми, что они присущи человеку от рождения, а не составляют только искусственную внешнюю форму. Оно учит, что церемонии основаны на различии вещей по их низшему или высшему достоинству, на замечающемся повсюду разнообразии в природе и что поэтому-то и введены различные постановления, касающиеся одежды, браков, похорон, жертвоприношений, представления ко двору, определены отношения между государем и его чиновниками, отцом и детьми, старшими и младшими, мужем и женой и, наконец, между друзьями.

Учение Конфуция и даосизм.

Нетрудно догадаться, что учение о середине весьма легко «гармонирует» с даосским простонародным контуром «Инь-Ян»[799] и, видимо, этот простонародный контур даосизма — дань конфуцианскому имперскому мышлению. Напомним, что есть исследователи, которые утверждают, что для китайцев земная жизнь представляет собой увлекательную мистифицированную игру, правила которой определены соотношением Инь-Ян таким образом, чтобы не было серьёзных перекосов «светлых» и «тёмных» полос в жизни (ведь, согласно простонародному даосизму, если много «светлого», то оно будет компенсировано «тёмным» и наоборот), но «выигрышем» в такой игре считается прирост чего-либо «светлого»[800] — достижение успехов (в китайском понимании) самое позднее к моменту окончания игры (к смерти): «практическая задача жизни в том, чтобы не давать игровому поединку ян и инь заходить слишком далеко».

Таким образом, союз конфуцианства и даосизма стимулирует среднестатистического китайца получить от земной жизни хоть немного выгоды (в мистическом и светском планах),[801] не создавая сильных перекосов в плане религиозного рассмотрения Инь-Ян и не нарушая имперского порядка. Эта двойная система «гармонирующих» стимулов занимает всю жизнь китайца, внимательно отслеживающего «плюсы» и «минусы» от принятия того или иного решения в системе Инь-Ян. Суть подобного мировоззрения действительно напоминает законы «рыночных отношений»[802] (либо «игру в жизнь на бирже по правилам последней»), стимулирующая вера в которые поддерживается даосизмом, а сами правила установлены конфуцианством.

Доктрина «бессмертия» даосизма и выгоды конфуцианства связаны между собой в непротиворечивую (между ними) систему китайских ценностей: «суеверия — церемонии», которые взаимно дополняют друг друга и способствуют «зомбированию» людей на уровне мистико-религиозной веры[803] и её ритуальной стороны.[804] Тем более, что в китайской цивилизации у конфуцианства и даосизма очень много общей символики, главная из которой Инь-Ян. Но, как мы уже знаем, «мудрецы» даосизма и некоторые высшие иерархи Поднебесной придерживаются отнюдь не простонародных смыслов религиозной символики…

Конфуцианство, так же как и даосизм, исходит из идеи Дао как естества в мире. Однако «путь к Дао» в конфуцианстве — это почтение к этикету. Конфуцианство — учение, которое видит путь Дао именно в социальном бытии. Считается, что «социальное не есть нечто отдельное к естеству, оно есть само естество мира». Что само по себе верно, если бы конфуцианство не исповедовало «справедливость» рабовладения. В этом смысле и надо понимать основные понятия конфуцианства — «справедливость, человеколюбие, этикет». Конфуцианство учит: появление человеколюбия и справедливости есть следование этикету; этикет — те формы, которые меняются в зависимости от обстоятельств, по которым человек себя ведет;[805] ритуал воспроизводится самой природой.

Несмотря на то, что конфуцианство является светским религиозным учением, из Конфуция сделали пророка. Следующие за ним классики конфуцианства стали проповедниками и учителями светского «мистицизма», объединив многие положения даосизма с учением Конфуция. Классики конфуцианства (их тринадцать) предпочитали определять проблемы духовного роста измерением эмоциональной гармонии и психического равновесия — гармонией идеальных пропорций, бесстрастия.[806] Одна из «Четырех книг», «Доктрина Середины» (Чжунь-Юнь), проводит различие между двумя состояниями разума: перед возбуждением (перед всплеском эмоций) и после возбуждения (после контакта с вещами и событиями в мире). Суть теории, лучше всего выраженной в «доктрине истинной цельности» (чжэн), заключается в гармонии возникающих эмоций, напоминающей сбалансированность предвозбужденного состояния. Обосновывается это в Чжунь-Юнь тем, что гармония связывает человека с космическими процессами жизни и созидания.

Мы не будем вдаваться в подробный анализ конфуцианского учения о связи человеческих эмоций и многовековой устойчивости толпо-«элитарного» порядка в Поднебесной. Скажем лишь одно: скорее всего в конфуцианстве имеет место примерно тот же результат (может в меньшей мере), который достигается в большинстве религиозных систем ведического Востока (индуизм, буддизм), это — «просветленность» психики людей от рецидивов Человечности. Методов достижения результата, подобного буддийскому «просветлению»[807] — много.[808] Скорее всего в конфуцианстве (в связке с даосизмом) «просветлённость» достигается методом нейролингвистического программирования под воздействием кодирующей психику церемониальной культуры и на базе даосской системы суеверий. На выходе мы имеем тип психики прикладного «зомби», который пригоден к «выживанию»[809] в суровых условиях: к чему желает иерархия — к тому этих «зомби» и прикладывает. В системе «даосизм-конфуцианство» достижение «гармонии эмоций» называется связью человека с Космосом.[810] Получается знакомая картина успокоенной психики «зомби» — спокойных от всего, что иерархия считает лишним и «гармонирующих» с доминирующими эгрегорами культуры.

Конфуций начал своё учение с требования, что люди должны жить жизнью чжэн, «совершенного человечества».[811] Следующий за Конфуцием «мудрец» Мэн-Цзы расширил чжэн, чтобы показать, что «жизнь, определяемая возвышенной взаимосвязью субъектов и интуицией, приводит к безграничному наслаждению просветлённого мудреца».[812] Следующий «мудрец» Цзюнь-Цзыопределил практическую сторону конфуцианства, замкнув «просветлённость» на ритуальную магию.[813] Он показал, как «сила правильного ритуального действия преобразует подверженное заблуждениям человеческое сердце[814] в разум[815] мудреца».

Но мы уже знаем, что «заблуждениями» на ведическом Востоке считают земную жизнь,[816] а средством «преобразования заблуждений» считают и применяют разнообразные психотехники — надёжно «зомбирующие» психику под алгоритмику доминирующей духовной и вещественной культуры, в результате чего психика обретает вожделенный «покой» (высшую конечную цель жизни в понимании людей ведического Востока).

Заключение.

Несмотря на множество общих с индобуддийскими психотехниками подходов и методик работы с психикой людей у китайской цивилизации, психотип китайца всё же сильно отличается от буддийского и индусского психотипов. Несмотря на сильное влияние буддийских ритуалов и психотехник на культуру Поднебесной, конфуцианский имперский порядок и даосское «приземлённое» мышление[817] оказали огромное влияние на формирование психотипа и генотипа среднего китайца. Исследователи утверждают, что на китайской почве рационализм[818] одолевал любую мистику,[819] заставляя её уходить в сторону, забиваться в углы, где она только и могла сохраняться.

Китайский рационализм — система поиска разумного (осознаваемого) решения (либо причинно-следственных связей) с помощью китайской «науки» равновесного взаимодействия «тёмных» и «светлых» сторон рассматриваемого вопроса с одновременным решением задачи о последствиях принятия тех или иных решений в той же двойственной системе мышления, что возможно просчитывается в этой системе на много ходов вперёд.[820] Иначе говоря, китайский рационализм это методика осознанного (интеллектуального) перебора огромного количества вариантов возможного (исходя из китайской системы ценностей)[821] соотношения «тёмных» и «светлых» (Инь-Ян) сторон если возникает необходимость нарушения существующего «равновесия» (того положения вещей, которое нужно изменить) с целью добиться следующего результата (как принято считать — для улучшения существующего положение вещей). В этом состоит духовная и материальная динамика «развития» китайского сознания. Ясно, что выход из системы ценностей в этом случае закрыт границами огромного, но всё же ограниченного набора вариантов, которые по сути «канонизированы» религиозно-идеологической системой. Но каждый китаец считает, что он управляет своей жизнью…

Так китайский рационализм (видимо под воздействием имперского конфуцианства, в условиях рабовладения) одержал верх и над даосской мистикой. В результате чего появилась разветвлённая система суеверий, связанных с конфуцианской этикой и китайское мировоззрение[822] стало формироваться на базе извращённого раннего даосизма в стиле конфуцианских церемоний, охватывающих всю жизнь китайцев. В то же время первооснова такого мировоззрения, его идейная платформа — всё та же, что и в других регионах ведического Востока: уклонение психики от «неприятных» воздействий на неё Языка Жизни на идейно-религиозные имитаторы-стимуляторы. У китайцев это в большей мере занятие интеллекта игрой в управление жизнью в системе общеимперских «игрушек». При этом интуиция также задействована в этой игре мистическим контуром суеверий.

Система общеимперских «церемоний-суеверий» («игрушек»), в которой всю жизнь «варится» среднестатистический китаец, обеспечивает надёжную «защиту» от правильного (естественного для человека) внеритуального реагирования на уроки Языка Жизни. А к ритуальной заорганизованности жизни стреднестатистического китайца естественно добавляется соответствующая эмоциональная составляющая,[823] сопутствующая каждому «правильному» (с позиции культуры) выполнению конкретного ритуала, что лишь мистически укрепляет людей в «правильности» соответствующего ритуалу суеверия.

В принципе всё сказанное в предыдущем абзаце относится к смыслам ритуальной стороны любой религиозной системы, будь то Восток, либо Запад. Так в библейском христианстве ритуально-церемониальная сторона и сопутствующие ей суеверия играют не менее важную роль в формировании мировоззрения верующих — в смысле придание их типу психики «зомбирующей» составляющей. Просто в китайской религиозно-идеологической культуре ритуально-церемониальная сторона доведена до такой степени «совершенства», что она занимает практически всю «жизнь» стеднестатистического китайца: с этой стороной китайской культуры каждый верующий китаец сопоставляет любое решение, касается оно личности, семьи, работы, бизнеса, государства… А в других религиозных системах ритуально-церемониальная сторона играет менее существенную роль, уступая, например, психотехникам (как в буддизме), либо магии нейролингвистического программирования, как в западных религиозных системах. Но вне зависимости от степени доминирования того, либо другого, все религиозные системы поддерживают толпо-«элитаризм»,[824] главным средством чего является изоляция ритуально-психотехнической магией психики людей от вразумляющего воздействия на общество Языка Жизни.

Сформировавшаяся под многовековым «господством» идеологии конфуцианства и мистики даосизма, китайское мировоззрение основано на даосском принципе, который гласит:

«Нужно сосредоточиться только на настоящем моменте времени. Мир такой, какой он есть, и если существует совершенство, оно вокруг нас, а не в нашем воображении. Исходя из этого, любая попытка изменить мир является посягательством на его совершенство, обнаружить которое можно только, находясь в состоянии естественного покоя. Возврат к совершенству — это движение от неестественного к естественному».

В этом ещё одна важнейшая сторона китайского рационализма. Эту сторону можно разбить на два аспекта. Первый: в нашем воображении искать совершенство бесполезно. Второй: мир и так совершенен, поэтому изменять его, нарушая сложившееся «совершенство» — нельзя.

Такой «рациональный» подход к миру — следствие «космогонической» теории о непознаваемости первозданного Хаоса, «естественность» которого, согласно даосизму, можно лишь ощутить, слившись и ним (символ Дао). Нетрудно догадаться, что «существующее совершенство» мира (которое предлагается не трогать) — это система идейно-религиозных ценностей и связанные с ними «науки», рационализму которых следуют китайцы.[825] Также нетрудно увидеть на практике развития Поднебесной, что китайская цивилизация всё же изменяет мир (и не только в своих пределах, но и за пределами Поднебесной — особенно в последние несколько десятков лет). Следовательно, «совершенством» (которое кажется «зомби» — неизменным)[826] всё же кто-то управляет, выходя по своему произволу за пределы принятого ранее «совершенства», чтобы устанавливать новое. Таким образом китайский имперский рационализм уже широко шагнул за пределы империи, распространяя весьма привлекательный[827] опыт подхода к жизни на соседствующие с Поднебесной цивилизации.

Таким образом принцип «сосредоточения только на настоящем моменте времени» предназначен для толпы «зомби», но для хозяев иерархии действует долгосрочный и «гармонично» рационализированный (также в системе рационального дуализма — Инь-Ян) план расширения имперского порядка за пределы Поднебесной с помощью программно-адаптивной схемы управления множеством «зомби» на основе древнейшей общекитайской системы имперских ценностей. Хозяева китайского толпо-«элитаризма» мыслят по меньшей мере категориями внешней политики, а то и глобальными категориями, предоставляя своим подданным новые и новые «совершенства», которые в наше время согласуются с возможностями технократии и возможностями тех цивилизаций, куда распространяется китайская культура.

Многочисленные возможности и недостатки цивилизаций, куда распространяется китайская культура учитываются как «светлые» либо «тёмные» стороны в системе общекитайского рационализма — но уже не со стороны простых подданных Поднебесной, а со стороны тех, кто мыслит глобальными и внешнеполитическими категориями — современными китайскими мудрецами. Исследователи считают, что «принцип Инь-Ян распространяется далеко за рамки упрощенного взгляда, к которому многие привыкли. Он живёт на уровне восприятия духовного мира, взаимоотношений человека и общества, китайца и «варвара»-иностранца.[828] Даже в политике Китай — одна из немногих стран, которая по всем договорам неизменно требует «дуйдэн» — паритета взаимоотношений, мер и шагов».

Имперский толпо-«элитаризм» китайской цивилизации самое позднее до середины XX века держался на внутренних факторах, описанных нами выше. В настоящее время «благополучие» имперского толпо-«элитаризма» китайской цивилизации напрямую зависит от успехов глобализации по-китайски. Имперский толпо-«элитаризм» шагнул за пределы Поднебесной и остановка его движения неизменно приведёт к катастрофе китайской культуры.[829] Те региональные цивилизации, куда со второй половины XX века стал распространяться китайский толпо-«элитаризм» (в основном через экономический уровень обобщённых средств управления)[830] и которые поддерживают его распространение на свои территории — способствуют во-первых продлению агонии культуры имперского толпо-«элитаризма» и, во-вторых, переносят на свои территории опыт китайского рационального «зомбирования». Этим региональным цивилизациям нужно учитывать, что по мере освоения китайцами их территорий опыт рационального толпо-«элитарного» подхода к жизни будет распространяться и на население этих цивилизаций: тип психики «зомби» устойчивее, чем тип психики «животный» (более присущий западному и особенно российскому обывателю).

Такой вариант взаимодействия возможен лишь потому, что те региональные цивилизации (в первую очередь Россия), куда активно распространяется глобализация по-китайски — сами уже находятся в режиме катастрофы культуры (это — библейская культура) при доминировании в них «животного» и типа психики и его «опущенной в противоестественность»[831] разновидности. На таком фоне, который сопровождается массовым паразитизмом населения,[832] китайский рационализм (который можно сравнить с рационализмом клира, прошедшего саентологические процедуры)[833] одерживает верх. Поэтому те мировоззренческие «пустоты» (так можно назвать российско-западную шизофрению, возникшую в психике большинства людей вследствие катастрофы библейской культуры), которые образовались в сопряжённых с китайской империей цивилизациях заполняются рациональной упорядоченностью, которой умело и незримо управляют с вершины иерархии Поднебесной…

Есть над чем подумать. Что касается России, то пока мы не выйдем из катастрофы библейского имперского толпо-«элитаризма»,[834] который по управляемости всегда уступал восточному толпо-«элитаризму», то наше положение (в смысле безопасности цивилизации и государства) будет лишь усугубляться — дополняющимся опытом китайского толпо-«элитаризма», который управляется в интересах китайской цивилизации.

Но именно этот опыт нам сейчас дан Свыше как урок очередного «татаро-монгольского» нашествия с тем смыслом, что «не можете выбраться из библейского толпо-«элитаризма» — вот вам наказание». И это — Язык Жизни. Все попытки вписать китайский толпо-«элитаризм» в российский толпо-«элитаризм» обречены: китайский сильнее. А вот преобразовать китайский толпо-«элитаризм» в Русскую Всечеловечность на своей территории можно: но для этого нужно прежде всего менять себя, одновременно преодолевая катастрофу библейской культуры и связанный с последней имперский толпо-«элитаризм», противный Русскому Духу.

Конечно у этого процесса есть свои плюсы, которые имеют глобальный уровень значимости. Сейчас в моде у политиков лозунг «однополярный мир не состоялся». Но почему он не состоялся — политики как правило либо молчат, либо не договаривают.

Однополярный мир (имеется в виду — глобализация по-библейски, локомотивом которой во второй половине XX века были США)[835] не состоялся по двум главным причинам. Первая: интересы глобального (межнационального) толпо-«элитаризма», базирующегося преимущественно в Европе и США, столкнулись с интересами национальных толпо-«элитаризмов», самым крепким из которых оказался китайский имперский толпо-«элитаризм».[836] Вторая: благодаря дальновидной политике И.В.Сталина в СССР план библейской глобализации в светском варианте Л.Д.Троцкого не состоялся, по какой причине его поддержка из СССР[837] была прекращена ещё до Второй Мировой войны XX века. Последнее ослабило многочисленные «коммунистические» режимы (наместничество «мировой закулисы») в региональных цивилизациях (в том числе и в Поднебесной), что позволило им через некоторое время вернуться (в разной мере) к своим привычным имперским толпо-«элитаризмам», адаптированным к возможностям западной технократии.[838].

Здесь нужно сказать несколько слов китайском освободительном движении «низов» общества и его связи с китайским пониманием «справедливости». Начнём с глубокой древности. Следующий за Конфуцием «мудрец» Мэн-Цзы (4–3 вв. до н. э.) в своих высказываниях допускал даже мысль о том, что народ имеет право свергнуть путём восстания жестокого правителя. Эта уловка определялась в конечном счёте сложностью социально-политических условий, наличием сильных пережитков первобытнообщинных отношений, острой классовой борьбой и распрями между существовавшими тогда в Китае царствами.

В такой обстановке в конфуцианстве, направленном на укрепление существующего общественного строя, целенаправленно допускалась иногда критика отдельных правителей с противопоставлением им «мудрых» и «добродетельных» государей отдалённых времён (т. е. родоплеменных вождей) — Яо, Шуня, Вэнь Вана и др. В этой связи находится и проповедь конфуцианством социальной утопии об обществе Да Тун («Великого единения»), «золотого века» в истории Китая, во времена которого якобы не было войн и распрей, существовали равенство людей и подлинная забота о народе.

В общем-то это и все проявления хоть каких-то воспоминаний о социальной справедливости в недрах конфуцианства — как утопии даже не будущего, а прошлого. Ностальгия о «золотом веке» в том или ином его исполнениях присуща многим религиозным системам и конфуцианства в этом не одиноко. Оборотной стороной такой ностальгии являются утверждения (либо умолчания) о том, что в современном мире справедливость невозможна. На этой мировоззренческой основе и воспитывались китайцы.

Если конфуцианство это имперское мышление и ему можно «простить» такой подход к справедливости, то от «национальной религии», коей является даосизм следовало бы ожидать более правильных взглядов. Но эти ожидания тщетны. Мы уже говорили в первом разделе этой главы, что максимум на что вдохновлял китайскую цивилизацию даосизм это — освободительная борьба от иноземной власти, что как правило заканчивалось восстановлением имперского национального толпо-«элитаризма». Борьба за общественную справедливость обычно ограничивалась требованиями всеобщей примитивной уравниловки, суть которой сами китайцы понимали весьма смутно (какое качество и присуще даосской первооснове — Хаосу).

Большинство исследователей синологов считают, что «китайцы лишь недавно стали верить в социальную утопию», и это следует понимать как естественную рационалистическую реакцию на долгие годы оккупации, анархии и крайней бедности «низов» китайского общества. Необразованные «низы» общества в даосизме прельщали социальные утопии с уравнительным распределением имуществ при жесточайшей регламентации жизненного распорядка. В даосизме существовали подобные теории и они играли свою роль в качестве знамени в ходе средневековых крестьянских восстаний, проходивших под даосско-буддийскими лозунгами. Кроме того, с народными массами даосизм был связан обрядами, практикой гадания и врачевания, суеверий и оберегов, верой в духов, культом божеств и патронов, магией и лубочно-мифологической иконографией. Но, как мы уже знаем, заканчивались подобного рода восстания восстановлением имперского толпо-«элитаризма», чему способствовали иерархи даосизма и даосская доктрина «бессмертия» (в чём верующие и привыкли искать «справедливость»).

Таким образом в китайской цивилизации ни один из идейно-религиозных её пластов (конфуцианство, даосизм, буддизм), на базе которых издревле из века в век формировалось китайское мировоззрение и «нравственный кодекс» — не содержит близко ничего содержательно полезного для понимания праведного жизнестроя:[839] каким он должен быть. Иными словами, китайцам неоткуда брать «эталон» праведности (как и большинству других региональных цивилизаций Востока и Запада): его нет ни в теории, ни в практике Жизни. А значит — нет и ни в генетике, ни в вещественной, ни в духовной культуре Поднебесной. Мало того, все идейно-религиозные учения Китая мягко говоря не способствуют жизненному поиску «эталона» праведного жизнестроя, а грубо говоря — препятствуют этому.

Выйдя из очередного имперского кризиса конца XIX — начала XX вв.,[840] после ряда неудачных крестьянских восстаний (имевших основную цель — национально-освободительную войну против чужеземцев) — в 1911 году под руководством Сунь Ятсена была восстановлена независимость империи и имперский порядок в форме Китайской Республики.[841] С этого момента в китайской цивилизации начинается борьба «национальной парадигмы» уже не с чужеземной оккупацией (капиталистический Запад + маньчжурская династия), а — с интернациональной глобализацией по Троцкому.

Борьба национального китайского толпо-«элитаризма» с интернациональным масонским толпо-«элитаризмом» выразилась на политическом уровне Поднебесной борьбой между правящей партией гомильдан (создана Сунь Ятсеном в 1912 году) и КП Китая (КПК, созданной в 1921 году). В период ослабления СССР подготовкой и началом войны, а также войной с Японией (1937–1945 гг.) борьба между партиями гомильдан и КПК обострилась. Это не трудно объяснить, поскольку в этот период положение СССР, как мирового главного форпоста распространения масонского «социализма» стало неопределённым. После того, как СССР победил во Второй Мировой войне, в Китае победу одержала КПК и в 1949 году была провозглашена КНР. После чего был взят курс на создание советской модели «социализма».

Из китайского опыта периода «социализма» видно, что в Поднебесной имперские власти рассматривали «советский строй» всего лишь как светскую разновидность китайского толпо-«элитаризма» с новейшими церемониями и ритуалами. Мало того, китайское простонародие даже не пыталось использовать предоставленную (можно сказать Свыше) возможность (в период с 1945 по 1976 гг.) преобразить толпо-«элитарный» «социализм» в справедливое общество: если нет бессознательного «эталона» справедливости, то и сравнивать не с чем. Именно поэтому «социализм» в Китае возглавил Мао Цзэдун, а не китайский аналог И.В.Сталина.

Таким образом, вся китайская цивилизация в период вынужденного (но весьма удобного для «правящей» верхушки) «социализма» занимала выжидательную позицию, наблюдая за распространением «социализма» в мире делая вид, что «легла» под масонский мировой порядок — что весьма свойственно китайскому менталитету. Как только система мирового «социализма» стала чахнуть, китайский имперский порядок восстановил свою независимость от мирового масонства, оставив удобную форму псевдосоциализма и либерализовав религиозные отношения в пользу исконно национальных религиозных систем. Одновременно с этим в 1976 году был взят курс на «социалистическое рыночное хозяйство», а, как мы уже знаем, китайским «зомби» к «рыночным отношениям» не привыкать: в этом суть их простонародного подхода к «жизни» («рыночные отношения» Инь-Ян). Так что переплюнуть прагматичных китайцев в этом плане весьма трудно…

После тридцатилетнего заигрывания с мировым масонством в КНР вновь был восстановлен имперский порядок в форме «социализма».[842] Национальный толпо-«элитаризм» оказался гораздо сильнее интернационального толпо-«элитаризма». Идеи «справедливости», выдвинутые КПК и её поддержка мировым интернационалом обеспечили ей политическую победу в Поднебесной. Однако дальнейшая история КНР показала, что китайской толпе в общем-то всё равно под какими лозунгами обслуживать сильную государственность и соответствующий ей национально-цивилизационный курс, претендующий на роль мирового полюса глобализации по-китайски. Опыт имперского конфуцианства как никогда кстати «лёг» на новую «социалистическую» основу имперского толпо-«элитаризма».[843] А плюрализм вероисповедания обеспечил закрепление имперского толпо-«элитаризма» (все религиозные системы поддерживают толпо-«элитаризм» на уровне мистики, суеверий и «канонов»).

Столкновение двух имперских толпо-«элитаризмов» на территории современной России (которое неизбежно грядёт в будущем, поскольку жители Поднебесной видят в наших территориях сферу распространения глобализации по-китайски) может закончиться весьма трагично для пока активно вымирающих россиян. Уровень противостояния — явно выражен пока экономически. Но в имперском противостоянии китайцы психологически крепче. Экономическая война уже началась, что давно сказывается на российских производителях. Виноваты в этом сами россияне, поскольку, молчаливо и безвольно поддерживая имперский толпо-«элитаризм» под религиозной вывеской православия, они ослабляют реально существующий потенциал Русской цивилизации.

В то же время, нежелание россиян трудится вызвано тем, что на бессознательных уровнях у большинство простонародия присутствует ностальгия по общинному жизнестрою, которым Русь жила более 1000 лет до крещения: ни у одной региональной цивилизации мира нет подобного практического опыта жизни вне рабовладения. Это и есть бессознательный протест против имперского толпо-«элитаризма».[844] Так что трудиться лучше предприимчивых прагматичных китайцев мы не сможем: стимул обслуживания имперского толпо-«элитаризма» даже ради противостояния с чужими толпо-«элитарными» режимами[845] нас не устраивает. Единственный выход — преодоление катастрофы толпо-«элитарной» культуры (в России это библейская культура) в пользу истинно справедливого жизнестроя.[846] Лишь в таком случае мы обеспечим себе полную безопасность перед любыми нашествиями чужих имперских толпо-«элитаризмов» и, мало того — научим пришельцев Русской справедливости.

3 декабря 2006 г. — 30 марта 2007 г.

Список литературы.

Книги, статьи.

1. Авдеев В.Б. Преодоление христианства. (опыт адогматической проповеди). — М.: «Русская правда», 2005. - 240 с.

2. Авдиев В.И. История древнего востока. — Ленинград: Государственное издательство политической литературы, 1953.

3. Адоньева С.Б. Ритуальные площадки. // «Знание — сила», 2006, № 4.

4. Амусин И.Д. Кумранская община. — М.: Изд-во «Наука», Главная редакция восточной литературы, 1983. - 328 с.

5. Амусин И.Д. Находки у мертвого моря. — М.: «Наука», 1964. - 104 с.

6. Амусин. И.Д. Рукописи Мертвого моря. — М.: АН СССР, 1961.

7. Антология даосской философии. Составители: Малявин В.В. и Виногродский Б.Б. — М.: Товарищество «Клашников-Комаров и K°», 1994. - 446 с.

8. Арамейские и древнеславянские рукописи третьего века нашей эры, в четырёх книгах. /Перевод, составление и редакция Э.Б. Шекли. Книга первая. ЕВАНГЕЛИЕ МИРА ОТ ЕССЕЕВ. — М.: Издательство «Саттва».

9. Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. В трёх томах. — М.: Современный писатель, 1995.

10. Бейджент М. Запретная археология. — М. Издательство «Эксмо», 2005. - 320 с.

11. Бейджент М., Ли Р. Свитки Мертвого моря. Сакральные тайны от земли обетованной до Ватикана. — М.: Изд-во «Эксмо», 2005. - 384 с.

12. Бейджент М., Ли Р., Линкольн Г. Святая кровь и святой Грааль. — М.: Изд-во «Эксмо», 2005. - 496 с.

13. Бейджент М. Тайны древних цивилизаций. Храм и ложа. — М.: «Эксмо», 2005. - 352 с.

14. Беляев М.И. Гармония Ян и Инь или единые принципы эволюции монады Ян-Инь, http://www.milogiya2007.ru/izin1.htm.

15. Беляев М.И. Теория Великих Пределов, http://www.milogiya2007.ru/uzacon001.htm.

16. Бертельс Е.Э. Избранные труды. Т. 1. История персидско-таджикской литературы. Отв. ред. И.С. Брагинский. — М.: 1960.

17. Боголюбов Н. Тайные общества XX века. — СПб.: Издательство «Вера», 1997. - 238 с.

18. Бойс М. Зороастризм. Верования и обычаи. 3-е изд. Пер. с англ. Стеблин-Каменского И.М. — СПб.: «Петербургское востоковедение», 1994. - 288 с.

19. Бойс М. Зороастрийцы. Верования и обычаи. Пер. с англ. и прим. Стеблин-Каменского И.М. Послесл. Грантовского Э.А. — М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1988. - 303 с.

20. Браун Дэн Код да Винчи. Перевод с английского Н.В.Рейн. — М.: ООО «Издательство АСТ», 2004. - 477 с.

21. Брачев В.С. Масоны у власти. — М.: «Эксмо», 2006. - 640 с.

22. Брачев В.С. Чекисты против оккультистов. — М.: «Эксмо», 2004. - 544 с.

23. Булгаков М.А. Мастер и Маргарита. Роман.

24. Васильев Л.С. История Востока. В 2-х томах: учебник по специальности «История». — М.: «Высшая школа», 1994. Т.1. - 495 с.; Т. 2. - 495 с.

25. Васильев Л.С. История религий Востока. Учебник для студентов ВУЗов. — М. «Высшая школа», 2001.

26. Вашкевич Н.Н. Системные языки мозга. Издание 2. — М.: «Белые альвы», 2002. - 400 с.

27. Вернадский В.И. Автотрофность человечества. 1940.

28. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. Отв. ред. Яншин А.Л. — М.: «Наука», 1991. - 271 с. [Работа написана в 1938 г.].

29. Вернадский В.И. Несколько слов о ноосфере // Успехи современной биологии. 1944. № 18, вып. 2. С. 113–120.

30. Вернадский В.И… О логике естествознания. 1936.

31. Вернадский В.И. О науке. Т.1. Научное знание. Научное творчество. Научная мысль. — Дубна: «Феникс», 1997.

32. Вопросы Милинды. — М.: «Наука», 1989. - 485 с.

33. ВП СССР. Концепция общественной безопасности. СПб. Книги и аналитические статьи сайта www.vodaspb.ru.

34. Дандамаев М.А., Луконин В.Г. Культура и экономика Древнего Ирана. — М.: «Наука», 1980. - 416 с.

35. Дзэн-Буддизм. (Судзуки Д.Т. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн). Пер. с англ. — Бишкек: «Одиссей», 1993. - 672 с.

36. Дубровина Т.А., Ласкарева Е.Н. Заратустра. — М.: Олимп; ООО «Фирма «Издательство ACT», 1999. - 208 с.

37. Евангелие мира Иисуса Христа от ученика Иоанна (по древним текстам арамейскому и старославянскому). — Ростов-на-Дону: Изд-во «Товарищество», 1991.

38. Егер О. Всемирная история: В 4 томах. Пер. с нем. Изд. подгот. творческой изд. группой «Ист. лит.». — Изд. испр. и доп. — СПб.: Специальная литература, 1997–1999.

39. Емельянов В.Н. Десионизация. — М.: «Русская Правда», 2001. - 240 с.

40. Ершов С. Великая Русь. Народонаселение и войны I–XX вв. — СПб.: Издательство АОЗТ «Феникс-Плюс», 1997. - 298 с.

41. Ибн Хишам Жизнеописание пророка Мухаммада, рассказанное со слов аль-Баккаи, со слов Ибн Исхака аль-Мутталиба (первая половина VIII века) /Пер. с арабского Гайнуллина Я.А. — М.: Умма, 2005. - 488 с.

42. Ирмияева Т.Ю. История мусульманского мира. От Халифата до Блистательной Порты. — М.: Урал Л.Т.Д., 2000. - 325 с.

43. История религии. Учебное издание. Под общей редакцией Яблокова И.Н. В двух томах. — М. ФГУП «Издательство «Высшая школа», 2003.

44. Кандыба В.М. Чудеса и тайны всех времён. Самые удивительные загадки и феномены разных стран и эпох — СПб.: «Лань», 1997.

45. Кислюк. К.В., Кучер О.Н. Религиоведение. — Ростов-на-Дону: «Феникс»; Харьков: «Торсинг», 2004. - 512 с.

46. Климович И.Л. Книга о Коране, его происхождении и мифологии. — М.: «Политиздат», 1988. - 288 с.

47. Королев К. (общая редакция) Ислам классический: энциклопедия. — М. «Эксмо»; СПб.: «Мидгард», 2005. - 416 с.

48. Косидовский З. Когда солнце было богом. — М.: «Детская литература», 1970.

49. Кун Н.А. Легенды и мифы Древней Греции. — М.: Государственное учебно-педагогическое издательство Министерства Просвещения РСФСР, 1955. - 452 с.

50. Курляндский В.В. Тайна Санкт-Петербурга: Сенсационное открытие возникновения города. — М.: «Рипол Классик», 2003. - 480 с.

51. Куценков П.А. Начало. Очерки истории первобытного и традиционного искусства. — М.: Издательство «Алетейя», 2001. - 264 с.

52. Куценков П.А. Искусство без человека? // Интернет сайт «Журнал «Интеллектуальный форум», 2003 г. № 12.

53. Лесной С. Откуда ты Русь? — Ростов на Дону: «Донское слово», «Квадрат», 1995. - 352 с.

54. Маслов А.А. Инь и ян: хаос и порядок //Маслов А.А. Китай: укрощение драконов. Духовные поиски и сакральный экстаз. — М.: «Алетейа», 2003, глава 1, с. 29–36.

55. Маслов А.А. Страна мудрецов? // журнал «Знак вопроса» № 1–2, 1993 г. — М.: Изд. — во «Знание».

56. Матье М.Э. Во времена Нефертити. — Москва-Ленинград: «Искусство», 1965. - 180 с.

57. Мережковский Д.С. Тайна трёх. Египет — Вавилон. — М.: Издательство «ЭКСМО-Пресс», 2001. - 560 с.

58. Музафарова Н.И. История религий. Учебное пособие для высших учебных заведений. — Ростов-на-Дону: «Феникс», 2004. - 320 с.

59. Мулдашев Э.Р. От кого мы произошли? 2-е изд. — СПб.: Издательский Дом «Нева», 2005. - 480 с.

60. Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. — Петрозаводск: АО «Фолиум», 1995.

61. Рак И.В. Легенды и мифы Древнего Египта. — СПб.:. «Журнал «Нева», «Университетская книга», 1997. - 179 с.

62. Раков Ю.А. Античные стражи Петербурга. — СПб.: «Химия», 1997. - 80 с.

63. Рахман Х.У. Краткая история Ислама: Хронология событий 570 — 1000 гг. от Рождества Христова /Пер. с англ. — М.: Умма, 2006 г. — 410 с.

64. Рид Дуглас. Спор о Сионе. — М.: «Твердь», 1993. - 640 с.

65. Романенко А.З. О классовой сущности сионизма. — Ленинград: «Лениздат», 1986. - 252 с.

66. Романов Б.С. Астро-Библос (астрологические комментарии Библии). — Воронеж: НПО «МОДЕК», 1997. - 432 с.

67. Сафи ар-Рахман аль-Мубаркфури. Жизнеописание посланника Аллаха.

68. Селянинов А. Тайная сила масонства. Репринт. — СПб.: Отечественная типография Шпалерная 2б, 1911.

69. Семенова З.С. Где искать затерянный мир? // журнал «Знак вопроса» № 1–2, 1993 г. — М.: Изд. — во «Знание».

70. Судзуки Д.Т. Введение в дзэн-буддизм. 1932.

71. Тантлевский И.Р. История и идеология Кумранской общины. — СПб.: «Петербургское востоковедение», 1994.

72. Тексты Кумрана. Изд. подг. И.Д.Амусиным. — М.: ГРВЛ, 1971. - 496 с.

73. Тексты Кумрана. Выпуск второй. Введение, перевод с древнееврейского и арамейского и комментарии А.М.Газова-Гинзберга, М.М.Елизаровой и К.Б.Старковой. — СПб.: Центр «Петербургское Востоковедение», 1996. - 440 с.

74. Толстой Л.Н. Почему христианские народы вообще и в особенности русский находятся теперь в бедственном положении. // журнал «Толстовский Листок — Запрещенный Толстой», выпуск первый, изд. 2-е. — М.: Изд. — во «Пресс-Соло», 1995.

75. Торгашев Г.А. Основы религиоведения. Учебное пособие. — СПб.: ЗАО Издательский дом «Питер», 2004. - 364 с.

76. Торчинов Е.А. Введение в буддизм. Курс лекций. — СПб.: «Амфора», 2005. - 430 с.

77. Торчинов Е.А. Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания. — СПб., 1993. 2-е изд., доп.: СПб.: «Лань», 1998. - 448 с.

78. Торчииов Е.А. Пути философии Востока и Запада: познание запредельного. — СПб.: «Азбука-классика», Петербургское Востоковедение», 2005. - 480 с.

79. Торчинов Е.А. Религии мира: опыт запредельного. — СПб.: «Азбука-классика», «Петербургское Востоковедение», 2005. - 544 с.

80. Ханиф С. Что должен знать каждый об Исламе и мусульманах. — Киев. 1998.

81. Хэнкок Г. Следы богов. — М.: Издательство «Эксмо», 2005. - 720 с.

82. Шахнович М.М. Религиоведение. Учебное пособие. — СПб.: Издательский дом «Питер», 2006. - 432 с.

83. Шекели Э.Б. Евангелие мира от ессеев (книги с первой по четвертую). — М.: «Саттва», 2005. - 288 с.

84. Элиаде Мирча. Тайные общества. Обряды инициации и посвящения. / Пер. с фр. Г.А.Гельфанд. — СПб.: «Университетская книга», 1999. - 356 с.

«Священные писания» и книги, считающиеся основными в разных религиях.

1. Библия. Синодальный перевод.

2. Коран: переводы Крачковского И.Ю., Османова М.-Н., Саблукова Г.С.

3. Авеста.

— Авеста в русских переводах (1861–1996). /Сост., общ. ред., примеч., справ. разд. Рака И.В. — СПб.: Журнал «Нева» — РХГИ, 1997. - 480 с.

— Авеста: Избранные гимны; Из Видевдата /Пер. с авест, предисл., прим. и словарь И. Стебллин-Каменского. — М.: Дружба народов; КРАМДС — Ахмед Ясови, 1992. - 207 с.

4. Коаны.

— Миура Иссю, Сасаки Рут Фуллер. Коаны дзэн. История коана и его применение в школе риндзай. — СПб.: «Наука», 2004. - 192 с.

— 101 Дзенская история — сборник коанов, http://fight.uazone.net/history/d0.html.

5. Дао-Дэ-Цзин.

— Дао-Дэ-Цзин. Перевод В.Перелешина. — Рио де Жанейро, 1971.

[Единственный поэтический перевод с сохранением поэтической структуры оригинала. Перевод выполнен с языка оригинала.].

— Дао Дэ цзин, Ле-Цзы, Гуань-цзы: Даосские каноны. Перевод, вст. ст…, комментарии Малявина В.В. — М.: Астрель, АСТ, 2002. - 542 с.

— Лао Цзы. Дао Дэ Цзин. Поэтическое переложение. Перевод Борушко О. — М.: Вагриус, 2001.

— Лао-Цзы. Дао дэ цзин. Перевод Ян Хин-шун. — СПб.: «Азбука-классика», 2005. - 192 с.

Энциклопедии, словари.

1. Большая советская энциклопедия, 3-е изд. 1969-78 гг.

2. Большой энциклопедический словарь, 2000 г.

3. Википедия — свободная многоязычная энциклопедия, http://ru.wikipedia.org/

4. Глоссарий. ru, http://www.glossary.ru/

5. Литературная энциклопедия в 11 томах, М., 1929-1939.

6. Новая Астрологическая Энциклопедия, http://encyclopedia.astrologer.ru.

7. Новейший философский словарь: 3-е изд., исправл. — Мн.: Книжный Дом. 2003.- 1280 с. — (Мир энциклопедий).

8. Словарь русского языка: В 4-х т. / РАН, Ин-т лингвистич. исследований; Под ред. А. П. Евгеньевой. — 4-е изд., стер. — М.: Рус. яз.; Полиграфресурсы, 1999. Т. 1–4, http://feb-web.ru/feb/mas/mas-abc/

9. Современный энциклопедический словарь.

10. Толковый словарь живого великорусского языка В.И.Даля.

11. Хронос — всемирная история в интернете, http://www.hrono.ru.

12. Эзотеризм: Энциклопедия. — Мн.: Интерпрессервис; Книжный Дом. 2002.- 1040 с.- (Мир энциклопедий).

13. Энциклопедический словарь «История Отечества с древнейших времен до наших дней».

14. Энциклопедия «Кругосвет», http://www.krugosvet.ru/

Справочные Интернет-сайты.

1. История религии, http://religion.irk.ru.

2. Народы и религии мира, http://www.cbook.ru/peoples/

3. Славянская Библия (программа для работы с текстами Священного Писания), http://www.sbible.boom.ru.

Интернет-сайты.

1. Евангелие Мира от ессеев, http://essenes.narod.ru/

2. Авеста — Зороастрийские архивы, http://avesta.isatr.org/index.htm.

3. Электронный Архив В.И. Вернадского, http://vernadsky.lib.ru/

Примечания.

1.

Основой их религиозной «философии» был «арийский» брахманский ведизм.

2.

А с началом новой эры — на Север, Северо-Запад и Северо-Восток.

3.

В Индии менее 1 % буддистов.

4.

Особенно в наше время — для тех, кто разочаровался в идеях построения «коммунизма» в социальном плане. Так, например, некоторые бывшие «коммунисты» (члены КПСС) в бытность СССР, которые искренне верили в возможность построения общества социальной справедливости и активно работали в этом направлении — разочаровались в своих убеждениях с крахом СССР. Но, будучи по мировоззрению атеистами, в поисках удовлетворения своих «коммунистических» идеалов вне общества, они стали исповедовать буддизм, который становится всё более популярным в некоторых странах Запада и в России.

Однако, как мы уже знаем, в безбожии построение настоящего коммунизма на Земле невозможно — поэтому-то «мировая закулиса» не против распространения буддизма и даже поддерживает его распространение: ведь у буддизма и у индуизма одна и та же основа — приятная для психики имитация социальной справедливости, выраженная в иллюзиях многочисленных буддийских школ.

5.

Что мы наблюдали ещё в индуизме: но при движении на Восток и Юго-Восток атеизм обнажается всё более и более.

6.

Текст взят из «Википедии»: http://ru.wikipedia.org.

7.

То есть у будущего основателя буддизма была возможность сравнить жизнь в отсутствии «человеческого страдания» (когда всё необходимое для жизни человека имеется, и даже больше) и жизнь в которой «человеческое страдание» составляет основное её содержание (когда по крайней мере нечего есть и негде жить) — после ухода царевича из дому.

8.

Всё, кроме болезни и мучений действительно неизбежно. Признав объективную неизбежность земных мучений, как основу будущего религиозного учения, основатель впал в иллюзии, так свойственные восточным религиозным системам (особенно индуизму).

9.

Вот бы и основать религиозную систему на справедливом сравнении социального статуса бедных и «богатых».

10.

Прямо как по ветхозаветному Екклесиасту: «зачем создавать материальные блага, если всё это после смерти невозможно захватить с собой в могилу». В буддизме этот прижизненный пессимизм трансформировался в теорию «разложения всего матириального и духовного».

11.

Если эта легенда правдива в отношении становления религиозного сознания основателя буддизма, то можно сказать, что царевич, впервые выйдя в возрасте, в котором закладываются основы мировоззрения из дворцовых иллюзий в мир (из мира дворцового «коммунизма» в мир страданий) — впал в другую крайность под воздействием шока от увиденного им. Шокированный картиной, к которой его психика не была привычна и будучи продуктом дворцового «коммунизма» — он благонамеренно захотел устроить «коммунизм» для всех, взяв за основу «философскую» систему брахманизма-индуизма.

Иного юношеская психика и не могла себе представить, поскольку увиденная несправедливость наложилась в шоковом режиме на дворцовую основу воспитания — и между этими крайностями был огромный разрыв, заполнить который Гаутама стремился всю свою жизнь (но изначально не имел опыта жизни в миру). Скорее всего шок от увиденного являлся лишь благонамеренной причиной ухода из дворца, а все последующие поиски истин справедливости заполнялись уже готовыми в индуизме «рецептами». Последующая жизнь в миру лишь утверждала его в правильности основы религиозной «философии» ведического Востока (чем он и заполнял пробел опыта религиозной жизни в миру), которую предлагал всем без исключения в своём исполнении — вынеся тем самым индуистскую основу религиозной «философии» за пределы Индии.

12.

Медитации это способ вхождения в соответствующий эгрегор для достижения нирваны, что невозможно, как это понял Гаутама, на грани биологической деградации, обусловленной крайним самоитсязанием. То есть, для вхождения в нирвану нужно поддерживать свою физиологию в определённом минимально самодостаточном здоровом состоянии.

13.

Большинство легенд о нравственном становлении основателей религиозных систем весьма похожи друг на друга. В «христианстве» Иисусу приписали фрагменты многих восточных легенд о становлении основателей. Так из буддизма к моменту становления «христианства» уже был известен миф о соблазнении праведника Дьяволом (Сатаной), что могло быть просто скопировано в «христианский» миф о Христе.

Динамика психических изменений, которые сопутствовали жизненным приключениям Гаутамы после ухода из дворца в его иллюзиях вполне могла символически отображаться в описанной легендарной встрече с Дьяволом и демонами. Только этими демоническими видениями вполне мог сопровождаться процесс психической перестройки у самого Гаутамы после многих лет аскетизма, самоистязаний и жизни в миру — как процесс освобождения психики от прежних стереотипов (демонов), которые были им получены при жизни во дворце (желания, наслаждения, страсти, эротика, и другие искушения этого мира, от которых Гаутама отказался в раннем возрасте в пользу поиска смысла жизни).

Внешне проповеди тех, кто потом становился символом-основателем крупных религиозных систем выглядели как «мудрости», высказываемые людям, которые обращались к ним с многочисленными вопросами. Будда (основатель хронологически первой, как её официально считают) мировой религии проповедовал «по поводу» текущих событий также, как основатели, которые известны после него (Христос, Мухаммад) — с поправкой на мировоззренческую базу психики (у Будды — брахманская основа; у небиблейского Христа — мировоззрение Человека; у Мухаммада — явная противоречивость мировоззрения Человека и восточной основы посмертной «справедливости») проповедника и время его жизни.

Так Будда Гаутама выступал, сообразуясь с пониманием каждого (также как Христос и Мухаммад). С мудрыми и знающими он рассуждал, выслушивая их вопросы и сомнения; с малообразованными говорил занимательными притчами (как Христос), часто рассказывал о своих прежних перерождениях и на примере своих ошибок или правильных поступков показывал, как надо жить честно и хорошо, избегать зла, а главное — спокойно относиться к смерти, чтобы в конечном итоге достичь спасения (последнее приписали и библейскому Христу).

Легенды рассказывают, что учение Будды распространялось по всей Индии «как снежный ком». За «правдой» к нему приходили и «богатые» и бедные, и знатные юноши, и блудницы (опять параллели с Христом). Многие «жрецы» индуизма принимали учение Будды. Даже дикий слон (символ самого могущественного животного), выпущенный на Будду одним из его преследователей распростёрся о ног «Просветлённого» (есть параллели со слоном, который поддержал Мухаммада: Коран сура 105 «Слон»).

14.

В обычной жизни это могло означать для привыкшего к роскоши Гаутамы в первую очередь избавление от его прошлых «животных» привязанностей, обусловленных происхождением — что мешало его психике достигать состояния нирваны (поскольку для этого, как мы уже знаем нужен определённый тип строя психики — близкий к «зомби» эгрегора, который уже двано существовал в индуизме, где нирвана называлась мокшей).

15.

Но чем же тогда Гаутама отличался от других многочисленных аскетов?

— Во-первых происхождением, благодаря которому он получил базовое образование и смог стать лучшим проповедником, а религиозные стереотипы могли ему вполне достаться через генетику знатных предков, что компенсировало нежелание его отца обучать Гаутаму религии; во-вторых, только он мог прочувствовать на своей психике контраст между двумя образами жизней (дворцовой и аскета), что явилось основой его особого психического становления; в-третьих, контраст и шок вполне могли создать в его психике особую религиозную целеустремлённость (алгоритмику) — которая оказалась сильнее, чем у других проповедующих аскетов; в-четвёртых, выдающаяся на фоне других аскетов нравственность, выраженная в стремлении отыскать путь к справедливости для всех.

16.

Что в своей сути уже было сделано брахманами задолго до него, но, по-видимому некоторые (а может и многие) формулировки «философии» восточного посмертного воздаяния, ставшие достоянием позднего индуизма — были сделаны Гаутамой и его последователями. Сам же Гаутама просто стал основателем религиозной системы, которая служила распространителем основ индусской «философии» на не индийские регионы в символике буддийских школ вследствие того, что символика и доступность для всех сословий буддизма смогли захватить души многих верующих людей.

Ясно, что распространение иллюзий — дело весьма не праведное…

17.

Как это в основном и бывало в процессе становления «чего-то новенького»…

18.

Что также весьма похоже на выводы ветхозаветного Екклесиаста в том плане, что оставлять после себя в миру что-то материально полезное — бесполезно все «подвержено исчезновению». А вот преодолевать материальные привязки — значить «усердно стараться».

Но в таком случае предыдущие поколения вовсе не будут стараться, чтобы ВСЕ их потомки жили в достойных человека материальных условиях (самое большее, что они будут оставлять потомкам, это — имущество аскета) — они будут распространять веру и учить психотехникам, как то завещал Гаутама.

Такого рода прижизненный пессимизм (основный на психическом атеизме) можно наблюдать как на Западе, так и на Востоке в современном мире. Предыдущие поколения либо вообще не думают о следующих поколениях, либо думают лишь о спасении своей души (в разных религиозных исполнениях) после того как по жизни вляпались в одну из многих религиозных иллюзий, дошедших до наших дней.

19.

Если можно так выразить расширение круга допущенных к трактовке и развитию учения брахманов, в первое время — до сословия кштариев, царей и некоторых небрахманских учителей-аскетов.

20.

Заложенные в управляющие эгрегоры основы, представляющие собой религиозные иллюзии — лишь совершенствовались и дополнялись (в первую очередь буддизмом), не изменяя сути религиозных иллюзий. Сами религиозные иллюзии, оформленные в символы индуизма и буддизма, развитые до «космогонических» и «философских» деталей «жизни» «вселенной» в совокупности с многочисленными законами дхармы для земной жизни — всё это составляет культурное и духовное наследие Востока. Нравственная динамика одинакова для всех поколений и сведена в её пределе к индивидуальному избавлению от сансары уже при жизни. Следующему поколению, как и предыдущему, завещано то же самое: самое лучшее и предельно нравственно достижимое — персонально-личное избавление от сансары и так далее… Иными словами вся нравственная динамика ограничена пределами одного поколения (такова «хронологическая» алгоритмика эгрегоров Востока: она примитивна и коротка): после чего вновь пришедшему поколению предлагается тот же путь «просветления» и так далее.

Поэтому можно сказать, что реальная «дальновидность» социального управления религий Востока равна длительности земной жизни одного поколения. Но зато в рамках жизни одного поколения его представителям предлагается обширный «прейскурант» духовных «услуг» по избавлению от «сансары». Если бы не внешнее влияние на религиозные системы Востока — в первую очередь не религиозного плана, а социального, экономического, военного (через которые всё же Язык Жизни воздействовал на социальные системы в целом) — то многие цивилизации Востока так бы и топтались на месте, воспроизводя свои же древние иллюзии из поколения в поколение. К примеру, буддизм возник на волне социальных недовольств, а не на волне поиска религиозных истин…

Вопрос хотя бы об увеличении количества достигших «просветления» (как некоего «плана» на два-три поколения…) на Востоке не ставится: это считается личным делом каждого. Не говоря уже о духовно-нравственной динамике всего общества, которую можно проследить в динамике движения любой цивилизации ведического Востока к некой общей промежуточной (либо конечной) цели земного развития. Поэтому и в управляющих эгрегорах и в «канонической» культуре общей цели развития (социологического идеала) не выставлено и, мало того — она просто не предусмотрена, «вычеркнута» из возможностей духовной и вещественной культур Востока, поскольку эти культуры опираются на циклически-повторяющуюся «космогонию», которая в первую очередь учит индивидуальному спасению в период между кальпами, а затем, в разных вариантах намекает на всеобщий рай и ад.

«Человек самодостаточен в своём спасении и в этом высшая цель земной жизни» — главный опорный тезис «философии» ведического Востока. А поэтому «человеку» для спасения не нужна никакая «общественная нагрузка» кроме общепринятых норм дхармы («Истина», которую уже давно нашли и записали) — учит «философия» Востока. Также не нужна и помощь Бога, поскольку «космогонические» законы «универсума» для всех едины и неизменны.

Противоречия между предлагаемой Свыше «общественной нагрузкой» каждому лично (то, что душе предлагается Свыше внести как личный вклад в дело духовно-нравственного развития всего общества людей) и атеистической «самодостаточностью» одогмаченной культуры Востока — приводят самоликвидации тех, кто особо рьяно противится первому, поскольку предложения Свыше всегда сильнее религиозных иллюзий. Именно поэтому самые «просветлённые» на Востоке чаще других показывают прецеденты на самоуничтожение путём материального ухода в «нирвану». А менее «просветлённые» остаются влачить своё «сансарическое» существование, страдая в земном мире (из поколения в поколение), который они не в силах изменить.

21.

Религиозную основу которого (буддизм, индуизм и другие восточные разновидности) боготворят многие национальные толпы и отдельные приверженцы до сих пор. Но именно эта восточная основа является самой устойчивой на сегодня опорой толпо-«элитаризма», следуя которой рабы «живут» по принципу: «уйдём в нирвану, но не будем выступать за всеобщую справедливость на Земле».

22.

Имитация судьбы и соответсвтующих «нагрузок» Свыше, о которых мы подробно говорили в предыдущей книге курса.

23.

В смысле быстрого «просветления», без труда на благо общества и следующих поколений, а «для себя любимого». Этим и привлекателен буддизм для тех, кто отчаялся построить «коммунизм» на земле в течении «одного поколения» так, чтобы «попользоваться его плодами и самому». Такой подход к жизни свойственен многим людям современной России, которые хотят пользоваться плодами труда предыдущих поколений, но оставить после себя полезное для последующих поколений наследство не желают (скотский подход к жизни). От них можно часть слушать фразу «но мы-то не доживём до лучших времён — зачем же стараться, нужно заботиться о себе». Это — одна из граней индивидуалистического эгоцентричного подхода к жизни несостоявшегося человека, труса и пессимиста по типу психического склада.

Поэтому буддизм можно назвать «Школой света» или быстрого «просветления» «в один удар» (в смысле «в одно поколение») для всей религиозной толпы…

24.

Религиозное обоснование и самообоснование для рабов и «господ» их пожизненного места в рабовладельческой системе — но то же самое мы видим и в классическом индуизме.

25.

А это кратко сформулированная доктрина религиозного воздаяния — жизненный стимул в первую очередь для рабов.

26.

От иерархии по оглашению к иерархии по посвящению.

27.

Более удалённая цель связана с доктриной рая и ада — следующим контуром религиозного воздаяния, который является не столько индивидуальным, сколько к тому же и коллективным воздаятельным стимулом.

28.

Бактрия (Бактриана) — историческая область в Ср. Азии по среднему и верхнему течению Амударьи (ныне территория Афганистана и частично Узбекистана и Туркмении). С 1-й пол. 1-го тыс. до н. э. рабовладельческое общество. Столица — Бактра. В 6–4 вв. до н. э. в государстве Ахеменидов, затем в империи Александра Македонского. С сер. 3 в. до н. э. Греко-Бактрийское царство. Во 2 в. до н. э. завоевана тохарами; стала называться Тохаристан.

29.

В результате чего создаётся впечатление внешней ритуальной общинности исповедующих зороастризм и созданное на его основе «христианство» — в отличие от индивидуалистического подхода к каждому в индуизме и буддизме. Видимо «мировая закулиса» учла, что чем ближе к Западу — тем религиозность толпы больше нуждается в общности внешней ритуальной (земной, видимой) стороны религии, а чем дальше на Восток — тем общность единых ритуалов игнорируется в угоду духовным (невидимым) практикам, в ходе которых люди объединяются в основном в эгрегориальных сферах. К тому же единообразием земных обрядов, восходящих к единому эгрегору главного религиозного культа — легче управлять, нежели конгломератом изменяющейся иерархии эгрегоров культовых практик, владеть которыми в совершенстве могут только немногие наследственные гуру ведического Востока, ко многим из которых «мировая закулиса» имела далеко не прямое отношение.

30.

Но при этом нужно напомнить, что древнейшая основа восточного мировоззрения у всех религиозных систем Востока одна и та же — восточный дуализм, откуда и пошли первые крупные религиозные иллюзии, так кстати подошедшие «мировой закулисе» на рубеже смены эпох.

31.

Одна из главных ранних буддийских школ.

32.

Так что «христианское» монашество и его аскетизм — далеко не новшество…

33.

Династия Шунга (185-73 до н. э.) была основана через 50 лет после смерти Ашоки. После убийства последнего царя Мауриев Брхадраты трон занял военачальник Пусьямитра Шунга, ортодоксальный брамин. Он известен своей жестокостью в преследовании буддизма, согласно летописям, он разрушал монастыри и убивал монахов, и снёс около 84 тысяч ступ, предлагая по сто золотых монет за голову каждого буддийского монаха. Большое количество буддийских монастырей были обращены в индуистские храмы.

34.

О расколе в буддизме разговор пойдёт несколько позже.

35.

Напомним, что изначально в раннем буддизме в соответствии с традиционными школами, Будда был лишь обычным человеком, достигшим просветления, и этот опыт могли повторить монахи, следуя монашеским правилам.

36.

Взгляд западника на «восточный вопрос».

37.

Опять-таки можно повторить тезис о том, что «мировой закулисе» было из чего выбирать при формулировке канонов Нового Завета, в которых большое место уделяется описанию «жизни» якобы Христа.

38.

Будда Гаутама не был брахманом, чьё происхождение в Индии давало возможность учить других, не стал «святым» аскетом, которые агитировали личным примером. Гаутама не считал себя мудрецом, который позаимствовал знания у богов, ибо он «постиг истины самостоятельно» (правда на базе учения брахманов). Гаутама не спустился на Землю в виде аватары (воплощения одного из богов индуизма), а родился в знатной семье кштариев. Он считался просто «Просветлённым» человеком — какого состояния искренне желал другим и способствовал этому своими проповедями.

Однако, как и в случае с Христом, Будду возвеличили после его смерти до уровня бога всех буддистов, посадили его огромное изваяние в храмы, догматизировав его культурное наследие и приписав к последнему исторические дополнения разных людей.

39.

После того, как брахманизм впал в религиозный, политический и социальный кризис.

40.

И не только, поскольку существует ещё светский вариант восточных психотехник, который называется саентологическая церковь. Но об этом позже.

41.

Как религиозного, так и светского.

42.

Возможность обретения религиозного знания и опыта религиозных психотехник в буддизме декларативно обеспечивается вне зависимости от происхождения. Иными словами индийский внутренний расизм буддизмом был декларативно преодолён, но в самой Индии это не прижилось: «низы» не приняли буддизм, а «верхи» сумели вернуть индуизм в его классическом виде (после размежевания с буддизмом) к признанию пожизненных «прав» на сословные привилегии.

43.

Далеко не все направления буддизма признают существование души у человека. Так, существует «Теория несуществования души», в которой преемственность ду— при перевоплощениях заменена на «непрерывный поток сознания», который передаётся от одной жизни к другой. Мы рассмотрим тематику буддийской «философии» позднее.

44.

Для такой религиозной преемственности нашлось подходящее «теоретическое» обоснование. В сутре «Лао-цзы обращает варваров» рассказывается, что основоположник даосизма, отправившись «на Запад», достиг Индии и несмотря на преклонный для деторождения возраст, оплодотворил спящую мать Будды.

45.

Основы конфуцианства были заложены в VI в. до н. э. Конфуцием. Выражая интересы наследственной аристократии, конфуцианство объявляло власть правителя (государя) «священной, дарованной небом», а разделение людей на высших и низших («благородных мужей» и «мелких людишек») — всеобщим законом справедливости.

Даосизм — китайская религия и одна из основных религиозно-философских школ. Возник в середине I-го тыс. до н. э. на основе верований шаманского характера. Цель адептов даосизма — достичь единства с первоосновой мира — дао и посредством алхимии и психофизических упражнений обрести бессмертие. В отдельные периоды пользовался покровительством властей.

46.

Буддизм, как часто считается — не столько религия, сколько мировоззрение, философия и способ жизни.

47.

Мы подробно рассматривали процесс канонизации Корана с психологической точки зрения в связи с проблемой понимания сказанного основателем-«пророком» окружающими и вредительством «заинтересованных» сил — в четвёртой книге курса. В случае с Гаутамой Буддой — история очень похожая. Напомним, что основа соответствия понимания сказанного основателем и его последователями — это соответствие нравственности и мировоззрения вторых первому. А ещё лучше, когда последователи благонравнее учителя-основатели: в этом случае они смогут преодолеть все неточности и ошибки, допущенные основателем и выйти на более высокий уровень понимания сути религиозной системы. Но, как можно увидеть из исторического опыта развития буддизма, благонравнее Будды Гаутамы из буддистов никого не нашлось до сих пор…

48.

Но то же самое (расположили в порядке по длине текста глав) проделали и с текстами, записанными после смерти «пророка» Мухаммада, которые вошли в Коран — нарушив тем самым хронологию повествования. Значит опыт составления «канонических» текстов методом сборки глав «по длине» относится не только к Корану, и, возможно, что этот опыт существовал с глубокой древности и рассматривался как «самый удобный».

49.

Подобную картину мы можем наблюдать на примере иудаизма — к Танаху иудеям дан в придание Талмуд (советы «все случаи жизни») — нечто подобное буддийским «канонам» Винная питаки, в первую очередь, а затем остальных питак.

50.

Допуская в этом процессе «нестандартное» (неканоническое) проявление зла в отношении отставших от Жизни религиозных систем, их последователей, верхушек «власти» и «элит» — тем, что не поддерживает отставшие от Жизни религиозные системы и их кадровую базу. В то же время противостоящие таким религиозным системам «оппоненты», хоть и тоже действуют злом, но являются объективно более соответствующими заданной в Промысле Мире развития и поэтому многим кажется, что их конкретные злые действия поддерживает Бог. В действительности же имеет место в первую очередь война религиозных идей на уровне эгрегориального противостояния и в этом эгрегориальном противостоянии побеждает та религиозная система, эгрегор которой оказывается заметно выше в объективной духовной иерархии. Бог же предопределил алгоритмику образования этой духовной иерархии по нравственным критериям: чем благонравнее — тем выше в иерархии. Всё праведное поддерживается в общем эгрегориальном плане, а всё злонравное — не поддерживается и попадает в сферу попущения Божиего, как части общего Промысла. То же самое и в отношении конкретных людей: праведность поддерживается, а в злобные дела и мысли Бог не вмешивается, давая людям возможность самостоятельно разобраться в Промысле.

51.

На бессознательных уровнях психики: ни один монах не считает себя трусом, они ставят себя на уровень особой «чистоты» перед мирянами, которые исполнены злых пороков и в лучшем случае молятся за мирян, обращаясь к возможностям своих эгрегоров — со всеми вытекающими из этого последствиями.

52.

И эгрегориальную.

53.

Бессознательные уровни психики оперируют с огромными объёмами информации, что в (в определении критерия «трусости») важнее, чем уровни сознания. Однако лучше, если есть взаимное соответствие меры понимания (уровень сознания) и результатов процесса обработки информации на бессознательных уровнях.

Проверка на объективную храбрость на бессознательных уровнях заключается в соответствие бессознательного желания индивида отдать свою жизнь (что означает не умереть преждевременно, а «посвятить свою жизнь») делу движения к Божией Справедливости (только не в «каноническом» смысле этого понятия) — его реальным жизненным устремлениям.

Противоположностью этого является «каноническая» и эгрегориальная имитация «храбрости» индивидов, принадлежащих той или иной религиозной системе. Она зачастую знаменуется отданием своей жизни церкви (монастырю, секте и пр. атрибутам религии) вплоть до самоликвидации (самоотречения) «на пользу системы». В этом случае эгрегор в определённой мере обеспечивает ощутимую поддержку психики объективно трусливого на бессознательных уровнях индивида с целью достижения в отношении его «судьбы» желаемого системой результата.

Различие (понимание либо хотя бы устойчивое интуитивное ощущение) между объективной бессознательной храбростью и её имитацией можно обрести в жизни лишь нравственно поднявшись над всеми существующими религиозными системами и их «канонами». Либо его можно увидеть по жизни индивида — но для этого индивид как правило должен прожить уже большую её часть, что чревато ошибками…

54.

Имеется в виду Русское коллективное бессознательное (что можно назвать Русской соборностью — сборкой всего самого передового, что имеется в психике каждого русского в единый эгрегор высшего порядка), а не бессознательное отдельных людей Русской цивилизации.

55.

Поэтому современная Русская цивилизация — цивилизация безвольных людей, особенно мужского пола (воля действует с уровня сознания), которая временно управляется доморощенными и глобальными «демонами». Вследствие этого в настоящее время внешне Русская цивилизация выглядит трусливо покорившейся внешним «цивилизаторам». Но грядущее может быть двояким: как и прежде бессознательный бунт, который сметёт поддерживающую неправедную религиозную систему власть со всеми её атрибутами; или преображение общества с осознаваемым отказом от прежних ложных нравственных стереотипов при поддержке государства. Второе — лучше и безопаснее.

56.

Те же самые религиозные занятия навязчиво предлагаются «христианской» пастве — только не для «улучшения кармы», а для «спасения души». Опять-таки: многовековой опыт буддизма мог вполне пригодиться при формировании институтов библейского христианства.

57.

Этому тоже учат паству и в «христианстве»: «будете служить делу церкви и вы обезопасите свою жизнь». Но в жизни этот принцип даёт серьёзные сбои — особенно на длительных интервалах.

58.

Имеется в виду: следование мирским, а лучше — монашеским «канонам».

59.

Налицо религиозное «эхо» восточного дуализма: «самый верх» — удел просветлённых; «самый низ» — удел «тёмных» «грешников».

60.

Подробнее о «состояниях сознания» в буддизме и методах их достижения мы продолжим разговор в следующих главах.

61.

Как полученный результат перестройки алгоритмики психики методом нейро-лигнвистического программирования верующего соответствующими «канонами» и неканоническими методами.

62.

Отрицание реальности материального.

63.

Стремление к обнулению своей «неидеальной» мыследеятельности.

64.

Имитационной цели движения к «свободе» на Земле — что на деле подобно духовному «бегу на месте» из века в век.

65.

Людей, достигших «просветления», но отказавшихся от вхождения в нирвану ради обучения других людей.

66.

По буддийской космогонии Вселенная состоит из множества иерархически выстроенных миров.

67.

Глава, высказывание.

68.

Алмазная Праджня-Парамита Сутра.

69.

Это не значит, что буддисты Махаяны не живут в мировоззренческой системе четырехъединства. Это означает, что «очищение сознания» (о котором речь пойдёт чуть позже) позволяет «обнулить» все предшествующие жизненные приобретения психики, не входящие в круг религиозных нужд (как бы переживая при этом психически процесс преодоления времени и пространства). Но об этом подробнее речь пойдёт в следующих главах.

70.

Сами же готовые «алгоритмические потоки решений» представляют собой разнообразные частные концепции достижения частных целей, всплывающие с бессознательных уровней на уровень сознания — по поводу конкретных жизненных ситуаций. Сознание налагает на них своё «вето», если человек обладает волей и успевает осмыслять всё важное, что всплывает с бессознательных уровней. Если человек не успевает осмыслять последнее, уклоняется от этого, и у него отсутствует воля — то его поведением и мыследеятельностью управляют бессознательные уровни психики, а последними — эгрегориальная алгоритмика.

71.

Что можно уподобить процессу обучения попугая ограниченному набору слов; либо записи на готовую программу компьютера (программное обеспечение) всей необходимой информации (информационное обеспечение). Известно, что установленная программа компьютера не станет распознавать файл, который записан в системе кодирования, не предусмотренной программой.

В случае с людской психикой проблема в том, что «информационное обеспечение» не станет так как нужно «записываться» на существующие «программы» психики — до тех пор, пока их не привести в соответствие с алгоритмикой самого «информационного обеспечения», что в буддизме и проделывают, назвав это «очищением сознания» учеников.

72.

Но такой разрыв между сознанием и бессознательными уровнями психики возможен лишь действительно в теоретических иллюзиях. Мы знаем, что психика человека двухуровневая и бессознательный уровень в ней — главный.

73.

Чтобы понять, почему же Махаяна учит «лёгкому» «очищению сознания» — в процессе которого «не нужно прикладывать чрезвычайных усилий».

74.

Одни «зомби» передают свой опыт другим «зомби»: почему? — рассмотрим в дальнейших исследованиях буддизма.

75.

Мы уже знаем, что всевозможные клятвы — признак корпоративности, восходящей к эгрегориальной духовной «каббале». Суть любой религиозной клятвы в признании единственной верности учения и последующего отдания своей жизни на дело этого учения. Искренняя клятва — своеобразный «ключ» к следующим ступеням посвящения, без которого не обрести доступ к определённым фрагментам коллективного бессознательного (эгрегора духовной корпорации) и информации, получаемой от учителя-наставника — информационно-алгоритмическому обеспечению, сопровождение которого будет диктовать последующую «просветлённую» «жизнь» посвящаемого. С другой стороны, земные кураторы посвящаемого, обладающие «ключами» к эгрегориальной алгоритмике, получают через клятву возможности спроса с посвящённого в том случае, если он вдруг захочет стать «отступником» от дела корпорации — вплоть до физического уничтожения «отступника»: либо прямым физическим воздействием на него, либо через эгрегориальные возможности. Уроком для других посвящаемых будет смерть либо изгнание «отступника» (либо другие неприятности) как кара за нарушение клятвы, последнее будет и обоснованием его наказания, чтобы не повадно было другим. Естественно, что всё это обставляется должным образом через ритуально-культовую атрибутику религии.

76.

Что-то подобное обряду «священства» в библейско-церковном христианстве.

77.

Это буддийское понятие будет раскрыто позже.

78.

«Правда и ложь» — соответствуют общепринятым «каноническим» понятиям в религиозной системе буддизма. Но бодхисаттвы искренне уверены, что «каноны» это истинная правда — поэтому они действительно не лгут с уровня сознания (в их словах нет сознательной лжи), но объективно лгут с бессознательных уровней психики, что является признаком типа психики «зомби».

79.

Можно добавить: «от остатков совести». Совесть (как индивидуальная связь с Богом) в некотором роде входит в буддийское понятие иллюзий «Я» (в том числе и уникальность личности), от которых «освобождает» «просветление».

80.

Сутра Ожерелья 23:513. «Всемирное Писание. Сравнительная антология священных текстов». М., 1995 г.

81.

См. четвёртую книгу курса «Сравнительное богословие», главу «Масонство и марксизм».

82.

Хотя институт наставничества в СССР развивался бурно…

83.

Поэтому всех несогласных с делом Троцкого и K° приходилось уничтожать физически, что со стороны выглядело весьма «некрасиво»: куда «красивее» было бы применить эффективные психотехники, но таковыми интернацисты не владели.

84.

И.В.Сталин это прекрасно понимал: именно он не позволил объединение марксизма с буддизмом, чем самым отнял у троцкистов возможность приобщения психотехник к делу «зомбирования» населения СССР.

85.

В некоторой мере институт учительства нашёл своё отражение в партийном поручительстве: чтобы стать кандидатом в члены партии нужно было собрать две рекомендации от старших (по стажу) «товарищей». Ну а идейных клятв в троцкистском «социализме» было достаточно много.

86.

В «социализме» такие люди назывались «товарищами».

87.

Подробно мы рассматривали эту теорию во второй главе книги 5 «Религиозная система древней и современной Индии».

88.

Будет рассмотрена позже.

89.

Тоже самое можно увидеть и в «космогонических» легендах древнейших цивилизаций древнего Востока. Это — отражение нравственно-мировоззренческого почитания устойчивого рабовладения, существовавшего в предыдущей цивилизации, наследницы Атлантиды.

90.

Сокращение длительности жизни нашло отражение в легендах Ветхого Завета.

91.

Так, например, официальные бирманские газеты на Новый год обязательно напоминают о том, сколько лет прошло с начала эры Гаутамы и сколько осталось до её окончания. Обывателю же удобно ждать будущей «справедливости» «спасителя», не заботясь самим о справедливом порядке на Земле.

Если заняться расчетами, то до прихода буддийского Майтрейи осталось около 2500 лет.

92.

Каноническая основа чего — Откровение Иоанна Богослова.

93.

Ведический бог, упоминаемый в Ригведе эпохи индийского ведизма (XV–X вв. до н. э.).

94.

Символика Ваджры, наследницы древней «арийской» символики, была взята германскими нацистами-фашистами и трансформирована в символ «фасции» — от названия чего и произошёл термин «фашизм» — «социализм» для избранных, «чистых».

Позднее своего появления Ваджраяна явилась одним из основополагающих учений, из которых сложился тибетский вид буддизма (ламаизм), к иерархам которого обращались и фашисты и троцкисты-«социалисты» в поисках духовной поддержки «социализма» для избранных.

95.

Благонамеренность тантрических буддистов налицо. Но к их опыту обращались и те, кто свой корыстный успех тщательно скрывал за интересом к этому опыту.

96.

См. вторую часть пятой книги курса «Религиозная система древней и современной Индии» — всё по теме шактизма.

97.

Поэтому Ваджраяну считают «почти не изученной»: её психические культовые практики полностью не поддаются логическому обоснованию даже в понятиях буддийской «философии», не говоря уже о попытках осмысления их на Западе.

98.

Эта особенность связана с парностью хромосом. Хромосомный аппарат многоклеточных в каждом биологическом виде включает в себя своё однозначно определённое количество своеобразно построенных хромосом. У всех двуполых видов, хромосомы объединены в пары; хромосомы, составляющую пару, называются гомологичными. В каждой паре одна хромосома получена из хромосомного аппарата отцовского организма, а другая из хромосомного аппарата материнского организма. За один и тот же признак в организме (или совокупность связанных признаков) отвечает какой-то ген (фрагмент хромосомы, несущий информацию, управляющую этим признаком). Соответственно, каждый признак на уровне хромосом записан во всяком организме дважды: один раз в соответствующем ему гене одной хромосомы, второй раз в соответствующем ему гене парной хромосомы. Вследствие этого один и тот же признак может быть определён по-разному. У человека пол определяется хромосомами, называемыми «X» и «Y» по их похожести на буквы латинского алфавита. Мужчина несет пару хромосом «XY», женщина — пару «XX». Вследствие этой особенности в организме мужчины, в отличие от организма женщины, не дублированы гены хромосомы «X», по крайней мере, те, которым должна соответствовать отсутствующая ножка хромосомы «Y».

Вследствие дублирования генетических признаков у женщины вероятность передачи генетических признаков по женской линии (а значит и информации, «ключи» к духовному наследию) более гарантирована, нежели по мужской, чей соответствующий ген, записанный на хромосоме X, может не быть задействованным.

99.

Слова «мать» и «матрица» — однокоренные.

100.

О качестве передаваемой в буддизме информации и её назначении мы здесь не рассуждаем: об этом разговор пойдёт позже.

101.

Назовём так коллективное бессознательное буддистов, которое они обожествляют, сливаясь в состоянии «нирваны».

102.

При рассмотрении индуизма (шиваизма) в пятой книге курса мы уже обращались к вопросу взаимодействия психик и биополей мужчины и женщины. Здесь продолжим эту тему в связи с изучением буддийских культов.

103.

Калачака-тантра подводит своего рода теоретический итог развитию буддистского вероучения, которое многие относят к разновидности монотеизма. В действительности же буддизм гораздо откровеннее атеистичен нежели индуизм: все боги буддизма всего лишь взятые из местных религиозных культов персонажи, употреблённые для создания мифических обоснований верности учения буддизма в процессе его распространения. Сам же Будда Гаутама изначально зафиксирован как «просветлённый» человек, что до сих пор признаётся в Тхераваде.

Махаяна и её направления молчаливо обожествили Будду, возведя его для верующей толпы в ранг «Божественного абсолюта». Сутры Махаяны уже в I–VI вв. н. э. рассматривают Будду как «Абсолютное начало» («космический универсум»), пребывающий во всех вещах и во всех людях как сокрытая, но подлинная реальность, называемая Дхармакайя. Согласно учению Махаяны, Будда может являть себя в разных телах: согласитесь, что это совсем не то, чем считали Будду в раннем буддизме Тхеравады. Достижение человеком «просветления» (пусть эгрегориального) и снисхождение Будды (как «Бога») в определённое тело (воплощение — Нирманакайя) — вещи разного порядка. Последнее равнозначно богохульству, перечёркивающему изначальное, более правильное, понимание сути Будды. Но как раз с самого крупного богохульства — «воплощения» якобы Бога — началось и библейское христианство…

Через полторы тысячи лет после основания буддизма образ Будды для большинства буддистов разных направлений стал «Богом-Творцом», утвердившимся вопреки учению самого Будды-основателя и вопреки сугубо атеистическому содержанию учения всех направлений буддизма, некоторые из которых прямо отрицают существование Бога-Творца, признавая лишь «космический универсум». По свидетельству буддийской традиции, Будда отвечал «благородным молчанием» на все вопросы о природе мира и его происхождении. Мифы же от творении перешли в буддизм из индуизма — как средство заполнения религиозного «пробела» в учении буддизма, но не главная отправная точка этого учения.

104.

Отрицание реальности материи и отражение этих иллюзий на мировоззрении людей мы разбирали выше.

105.

В том числе и от «нагрузки» Свыше, которая для мужчин более глобальна, нежели для женщин…

106.

Согласно которой эгрегориальная алгоритмика автоматически реализуется в земных сферах и в социуме.

107.

Так, древние зороастрийцы увлекались астрономией и их до сих пор иногда называют «астрономами».

108.

В настоящее время как и прежде хочется оказывать влияние на Космос, что за большие деньги можно назвать какую-либо звезду именем «любимого человека»…

109.

Полёты в космос, конечно можно назвать влиянием на последний, но это не магическое влияние, а мера, допущенная Свыше в общем попущении развития технократии до определённого срока. Полёты в космос — часть земной технократической программы, которая пока ещё не исчерпала попущения Свыше и имеет свою целесообразность хотя бы в части обратных связей на людей, которые они породили через испорченную экологию.

110.

Весьма странный симбиоз научных профессий и религиозной приверженности.

111.

В нашем понятийном аппарате это — Человечная этика — этика людей с человечным типом психики.

112.

Не только вещественный мир, но и духовный.

113.

Вернадский В.И. «Научная мысль как планетное явление».

114.

То есть, к природе, в которую не вмешалась деятельность человека.

115.

При этом В.И.Вернадский предупреждал людей (с позиции атеиста-материалиста), что и то и другое является «мощной геологической силой».

116.

Из первой книги курса.

117.

Гигантский духовный «пресс», созданный всеми предшествующими поколениями людей и давящий на психику вновь входящих в жизнь поколений в результате чего последние, взрослея, принимают существующую культуру за «нормальную», следуя её духовным автоматизам и этим самым ещё больше усугубляют «ноосферный» кризис.

118.

Что в понятийном аппарате нашего курса может означать только всесторонний (и духовный и вещественный) выход в Человечность.

119.

Справедливость между всеми, обязательная для каждого (без исключения) — является мерилом духовности будущего (ноосферы в идеале).

120.

Невозможно Свободно мыслить под психологическим диктатом порочных эгрегоров ноосферы.

121.

Под этим понятием автор имел в виду все изменения в биосфере.

122.

Мысль не есть форма известной учёным энергии — видимо это имел в виду В.И.Вернадский.

123.

Но на материальные процессы мысль оказывает влияние.

124.

Чем самым В.И.Вернадский указал людям на то, что мысль — первоисточник биосферных изменений, признав реальность неизученной ноосферной магии.

125.

Сфера интересов технологий.

126.

Сфера изучения мировоззренческих и религиозных уровней.

127.

В другой работе «Автотрофность человечества» (1940 г.). В.И.Вернадский прямо указывает на «разум человека» — как общественную «космическую силу», способную к «геологической» магии:

«В биосфере существует великая геологическая, быть может космическая, сила, планетное действие которой обычно не принимается во внимание в представлениях о космосе, представлениях научных или имеющих научную основу.

Эта сила, по-видимому, не есть проявление энергии или новая особенная ее форма. Она не может быть во всяком случае просто и ясно выражена в форме известных нам видов энергии. Однако действие этой силы на течение земных энергетических явлений глубоко и сильно и должно, следовательно, иметь отражение, хотя и менее сильное, но несомненно и вне земной коры, в бытии самой планеты. Эта сила есть разум человека, устремленная и организованная воля его как существа общественного».

128.

«Биогеохимия указывает на теснейшую связь биосферы, как среды жизни, с жизнью, в частности с человеческим разумом (ноосферой). Она доказывает теснейшую связь всех основных биологических явлений со структурой биосферы».

129.

Вообще же о локализации ноосферы трудно судить: да и это не главное.

130.

В этом одна из главных сторон Божиего Язычества.

131.

Одним из самых заметных из которых является экологический фактор.

132.

Стихийные, природные и экологические катастрофы, обрушивающиеся на Запад всё чаще и чаще для большинства западных людей на указ…

133.

Механизм отвержения — следствие социальной магии — мыследеятельности и целеустремлений людей, вышедших за пределы допустимого Промыслом. А качество механизма отвержения может быть самое разное: от биосферных стихий (следствие нарушения технократией нормального биохимического круговорота — как воплощения на Земле порочной эгрегориальной культуры) до геологических процессов (литосферных сдвигов или гидросферных стихий) и космических вмешательств (естественно предопределённойреакции земного ядра, мантии, коры, литосферы или гидросферы на порочную социальную магию; либо внешнее по отношению к Земле вмешательство из Космоса) в результате которых современная цивилизация людей будет отвергнута как антигармоничная.

134.

Поэтому всякое обращение к разуму безумцев, отдавших свою душу в земное «пользование» религиозному эгрегору — бесполезно: разговор (если он и получается) приходится вести не с разумом индивида, а с «эгрегориальной алгоритмикой», транслятором информационного наполнения которой является психика индивида.

135.

Отдать душу «Сатане».

136.

Многократные повторения заклинания предназначены для активизации и доведения до полной остановки работы человеческого разума: попробуйте одну и ту же короткую фразу повторять многократно — ва— интеллект этим занятием будет заблокирован, а психика после нескольких десятков повторений начнёт давать сбои по отношению к «нормальной» (привычной) её работе. Если же в процессе повторений ещё совершать регулярные телодвижения либо жесты, то изменение «нормальной» физиологии, начавшиеся под воздействием блокировки интеллекта (разума и в первую очередь — сознания) будет активизировано ещё и этим, после чего не удивителен прилив эгрегориальной энергетики. Последнее во многих религиях называется ещё «экстазом»: отключение разума и обретение энергетического эгрегориального сопровождения.

137.

Для Человека не нормально «терять голову» при любых обстоятельствах: а при зачатии Человека — тем более…

138.

Обретение возможности бессознательного получения большого количества информации из эгрегоров, эгрегориального сопровождения магических возможностей в земной жизни, что сопровождается энергетическим комфортом, который обеспечивают отдающие информацию эгрегоры.

139.

Как «доказательство» возможности такого варианта перенесения образности ощущений в достояние эгрегориальной алгоритмики и энергетики можно привести известные рекомендации тантрического «секса», направленные на достижение продолжительного состояние предоргазного «экстаза» (см. работы Семёновой).

140.

Уже известная индусская символика.

141.

Поэтому буддийская мандала часть означает «схему Вселенной». Которая также, как и мантра избавляет людей от ума…

142.

Как и всё Мироздание.

143.

Одновременно с освоением более высоких смыслов одной и той же символики.

144.

Известно, что в иудейскую Кабалу вошли множество геометрических схем, заклинаний и всё это замешано ещё на цифровой магии: конечно составителям Кабалы было где поучиться этому и помимо ведического Востока, но всё же есть много похожего…

145.

Прилив энергетики, который начинается с определённой стадии концентрации.

146.

Читай модели-символа фрагмента эгрегора.

147.

Читай эгрегор.

148.

Любопытно, что в иудаизме существуют культы подобного рода, уходящие корнями в культы древнейших цивилизаций Востока. Один из них, который выполняют члены «Приората Сиона», описан к книге Д.Брауна «Код да Винчи»:

«Церемония называется Хиерос гамос, — тихо произнес он. — Очень старый ритуал, ему свыше двух тысяч лет. Египетские священнослужители и жрицы регулярно проводили эту церемонию, восславляющую детородную силу женщины. — Он умолк, подался еще ближе к Софи и добавил: — И если вы действительно стали свидетельницей Хиерос гамос, не будучи специально подготовленной, не понимая ее значения, тогда — да, я могу понять, какое это вызвало потрясение».

Преподнесён ритуал, как «связь с божественным», во время которого мужчина становился безумным:

«— И далее он объяснил: то, что показалось Софи сексуальным ритуалом, на самом деле не имело ничего общего с эротикой. Это был духовный акт. Ведь с исторической точки зрения совокупление было тем актом, через который мужчина и женщина познают Бога. Древние считали мужчину созданием духовно несовершенным до тех пор, пока он не прошел через плотское познание священного женского начала. Физическое слияние с женщиной было единственным способом сделать мужчину совершенным с духовной точки зрения, помогало ему овладеть «гносисом», то есть знанием божественного. Со времен Исиды сексуальные ритуалы считались для мужчины единственным мостиком между землей и небесами. — Совокупляясь с женщиной, — сказал Лэнгдон, — мужчина достигал такого состояния, при котором сознание оставляло его. И тогда он мог видеть Бога».

149.

Очень удобно веками и тысячелетиями употреблять главные животные инстинкты вида «Человек Разумный» для их «разрядки» в «пользу» религиозно-эгрегориальной магии: что в психике доминирует — то и приспосабливают для обольщения и самообольщения религиозной толпы. Естественно, что эта толпа воздаёт организаторам подобных культов за то, что те как бы «подтянули» их животные инстинкты к уровню «божественного» — сделав представителей толпы «счастливыми» тем, что они поднялись в религиозном самомнении над своими «животными» страстями, а эгрегор их поддержал. Но от того, что самомнение толпарей стало возвышеннее после прохождения некоего культа — они ничуть не избавились от «животного» диктата в отношении их психики. Зато стали послушнее — как скот, которого исправно кормят и стригут…

150.

А чуть выше мы назвали психотехники тантризма — «духовным онанизмом» — что в общем-то относится и к подавляющему большинству психотехник Востока.

Если объединить суть «духовной иглы» и «духовного онанизма» — то можно ещё глубже увидеть суть психотехник: сначала люди по недомыслию и культурным извращениям втягиваются в общественно вредное дело (подсадка психики и физиологии на «иглу»), а затем они уже не могут «жить» без регулярных эмоциональных разрядок психики (онанизм). Первый опыт опробования «наркотиков» (и «духовные наркотики» — не исключение) происходит под контролем «учителей» и впечатляет своим удовольствием, к которому привыкают и психика и физиология организма.

151.

Если «нажраться» с утра, то, пробудившись после полудня нужно будет опять «нажраться», после чего пробуждение к вечеру потребует опять большой дозы дорогостоящего алкоголя. А при «умеренном» и «аккуратном» употреблении понемногу в течении дня — за алгоритмикой чего следят некоторые члены дворовых коллективов — средств нужно меньше, поскольку избегается падучий сон, после которого наступает относительная трезвость, требующая большой дозы.

152.

Так в Тхераваде монахи учатся большую часть жизни для обретения состояния «просветления», а в тантризме его может обрести каждый, чья психика выдержит эгрегориальные культы.

153.

Зато увидеть суть механизмов эгрегориального «просветления» проще.

154.

Этого даже не все монахи достигают.

155.

Часть сноски из пятой книги курса по поводу взаимного обмена информацией между мужчиной и женщиной при половом акте:

Объединение полей и фрагментов эгрегоров мужчины и женщины в ходе полового акта — издревле принималось за возможность общения с богами. Именно этим и привлекателен половой акт (возможностью быстрого, без труда обоюдного проникновения в эгрегоры друг друга согласно их взаимной вложенности), а уже потом — «приятной» физиологией. Возможность быстрого бессознательного проникновения в эгрегоры полового партнёра и бессознательная «перекачка» оттуда части информации (в процессе глубокого взаимопроникновения биополей — предопределённого Свыше обмена информацией, предназначенного для зачатия ребёнка и возможного лишь при половом акте), которая остаётся в психике и биополях партнёров после полового акта — оставляет впечатление серьёзного и интересного информационного обновления (иногда даже «божественного» проникновения в нечто неизвестное, что более производит впечатление на мужчин: женщина — мать — матрица, обеспечивающая широкий бессознательный доступ к информации).

Именно это и привлекает безвольных людей, которые ждут от жизни «новых ощущений», но не желают трудиться ради получения информации — ради чего они часто меняют половых партнёров за поиском «чего-то новенького». Но несогласованность информационных модулей, полученных их психикой и биополями от множества половых партнёров (в обход сознания) создаёт поистине шизофреническую картину мира в психике и уродливость биополей, что чревато потерей самоуправления вплоть до самоликвидации при попадании в критическую жизненную ситуацию.

156.

Механизм чего мы прописали выше и в предыдущей сноске.

157.

Многие исследователи не признают понятие «ламаизм» по отношению к тибетской разновидности буддизма, считая последний тибетской Махаяной. От этого термина призывал отказаться даже бежавший в Индию в середине XX века Далай-лама XIV, поскольку одним из поводов подавления китайскими властями восстания в Тибете было обвинение ламаизма в несоответствии его китайскому буддизму.

Однако это понятие давно и устойчиво существует, вошло в многие учебники по религиоведению и удобно для передачи смысла направления буддизма в Тибете.

158.

Тибет — гористая область в Центральной Азии. Площадь около 3 млн. 800 тыс. кв. км.; население около 4 млн. чел. На современной политической карте территория Тибета принадлежит КНР.

159.

Об этом см. раздел настоящей главы «Важные особенности распространения буддизма».

160.

Духовные сыновья-бодхисаттвы, демоны-охранители, антиподы благих качеств будд — демоны-враги…

161.

То есть, по меньшей мере он сомневался в творении мира Богом, а по крайней мере Будда Гаутама не признавал Божиего творения, а значит и Высшего управления миром, представленного Божиим Промыслом.

162.

Суть и назначение которой мы рассмотрим в дальнейшем.

163.

Первые следы проникновения буддизма в Тибет фиксируются достаточно поздно — лишь в V в., когда в Индии и в Китае он был уже хорошо известен и широко распространен. Вплоть до эпохи знаменитого тибетского правителя Сронцзан Гамбо (629–649 гг.) буддизм в Тибете был едва известен. Сронцзан Гамбо, обе главные жены которого — непальская и китайская принцессы — принесли с собой, по преданию, тексты и священные реликвии буддизма, стал, подобно Ашоке в древней Индии, великим покровителем буддизма, вследствие чего обе его жены были обожествлены и оказались объектом всеобщего почитания (сам царь стал рассматриваться в качестве воплощения будды Амитабы, который позднее стал считаться воплощением покровителя Тибета — бодхисаттвы Авалокитешвары). Кроме того, царь послал в Индию своего сановника Тхонми Самбхоту, который на основе индийского бенгальского письма разработал национальный тибетский алфавит; таким образом, у тибетцев появилась письменность. Тхонми Самбхота также написал первую грамматику тибетского языка, взяв за образец грамматики санскрита.

Ранняя смерть царя приостановила процесс буддизации Тибета, чему в немалой степени способствовали и «жрецы» религии бон. Спустя столетие после смерти Сронцзан Гамбо один из его потомков вновь выступил защитником к тому времени уже гонимого буддизма. Апеллируя к авторитету знатоков буддизма в Индии, он пригласил в Тибет выходца из северо-западной пригималайской Индии (Кафиристана) известного знатока буддийского тантризма Падмасамбхаву.

164.

Собственно биографией Падмасамбхавы наука не располагает, а тибетское «Житие» (намтар) этого йогина настолько перегружено всевозможными сюжетами мифологического характера, что реконструировать по этому житию реальную биографию весьма затруднительно.

165.

В настоящее время штат Индии в Восточных Гималаях. В 16–18 вв. Сикким находился в зависимости от Тибета, в 19 в. и до 1947 г. княжество Сикким подчинено Великобритании. В 1949 г. установлен индийский протекторат над Сиккимом. С 1975 г. — штат Индии.

166.

Падмасамбхава реформировал пришедший в упадок после смерти Сронцзан Гамбо тибетский буддизм, придав ему очень заметный оттенок тантризма. Магия, заклинания и некоторые другие методы и приемы вышли на передний план. Однако это не помогло закреплению буддизма, который вскоре снова подвергся суровым гонениям. Только в середине XI в. очередной выходец из Индии, Агиша, вновь возродил в Тибете буддизм, проведя ряд реформ, направленных на укрепление здесь традиций классического буддизма, в частности монастырской дисциплины. Его усилиями было создано несколько крупных монастырей, ставших центрами распространения буддизма в Тибете.

Реформами Агиши были недовольны последователи Падмасамбхавы, которые по-прежнему делали основной упор на магию и иные методы тантризма. Сконцентрировавшись вокруг влиятельного монастыря Саскья (Саджа), они выступили против нововведений, заложив тем самым основу противоборства красношапочников (одежду красного цвета носили приверженцы Падмасамбхавы) и желтошапочников (символ классического буддизма Агиши).

167.

С возникновением тибетской разновидности буддизма он сразу же вошёл в конфликт с китайским чань-буддизмом. Завязалась длительная дискуссия мудрецов (как и было принято разрешать споры между сторонами в Индии), в ходе которой победили тибетцы. Это положило начало длительному периоду изоляции тибесткого буддизма от китайского чань-буддизма.

168.

Поскольку ламаизм выдвинул на передний план «космогонию», задвинув идею «быстрого освобождения» потенциально возможную для всех (в Махаяне и Ваджраяне) на второй план — то идея появления миров должна была найти своё отражение. Творение приписали Адибудде, наместничество которого, согласно ламаизму, выполняли местные Будды (или воплощения будд), которые, конечно же, обладали «самой малой степенью подавленности материей», а посему были — наиболее «просветлёнными» в смысле неподавленности имеющихся в них «частиц будды будд».

169.

Поэтому место практикам (в первую очередь психотехникам) в ламаизме не второстепенное: просто теория предписывает иерархический подход к применению практик.

170.

Но в Махаяне, также как и в индуизме — доктрина рая и ада не главное, а второстепенное после доктрины перерождений.

171.

Ислам был уже широко известен и популярен, а поэтому не считаться с его стройной системой единобожия, основанной на доктрине посмертного воздаяния — значило отставать от мирового религиозного времени.

172.

Теоретическая основа открытого социального расслоения людей «по духовности».

173.

Как это созвучно: «Великий вождь коммунизма ведёт людей по пути всеобщего благосостояния…» — актуальный лозунг в СССР и в КНР.

174.

Мы уже знаем, что мудрость по-буддийски равнозначна безумию по-русски.

175.

Психотехники и подобное.

176.

Теоретическое обоснование ламаизма, близкое к нейролингвистическому программированию.

Ламаизм учит: избавившись от авидьи и вступив при помощи ламы на путь познания-праджни, ламаист тем самым улучшает свою карму и в конечном счете может сделать её настолько хорошей, что одно это обеспечит ему очередное рождение в западном рае Амитабы либо на одном из многочисленных небес вместе с божествами и святыми, чья карма позволяет им долго жить в их мирах обитания, оставаясь при этом молодыми и здоровыми. Это практически вершина того, чего могут желать ламаисты, за исключением тех, кто намерен серьезно посвятить себя стремлению к избавлению от перерождений, к выходу за пределы сансары, и кто в соответствии с этим вступает на путь аскезы, медитации, самоусовершенствования и т. п., т. е. на путь, ведущий к нирване.

177.

Храмовая иерархия, обрядность, и таинства, всё это — роднит тибетский буддизм с «христианством», в котором, как мы знаем из третьей книги курса «Сравнительное богословие», существует своя система таинств, которые хоть и на более примитивном уровне, но являются психотехниками.

178.

Разреженный воздух высокогорных областей и его воздействие на психику людей — отдельная тема. Что можно сказать точно: разреженный воздух способствует достижению многих целей, которые поставлены в процессе магии психотехник.

179.

Европейцу это сравнение может стать хоть немного понятным, когда он сможет напрячься и сравнить свои психические ощущения когда он находится в большом городе и за городом — достаточно в пределах 30–50 км., где техносфера, конечно же существует, но её «плотность» гораздо ниже, чем в черте города.

Пребывание в течение нескольких дней вне зоны влияния «плотной» городской техносферы — в случае, если не угнетать свой организм алкоголем, табаком, излишним обжорством и прочими средствами, которые способствуют блокировкам психических уровней, отвечающих за «тонкие» сферы связи с «мистическим» — может обеспечить относительную готовность психики к разнообразным не техносферным магическим экспериментам с ней.

180.

Примером нейролингвистического вписания подобного рода является легенда о превращении Падмасамбхавой местных духов и божеств в охранителей буддийской веры.

181.

Метрополия (от греческого meter — мать и polis — город). В Древней Греции этим словом обозначался город-государство (полис) по отношению к созданным им поселениям (колониям).

182.

Так например, Далай-лама V был, несомненно, выдающейся личностью: в нём сочетались таланты религиозного деятеля, опытного политика, тонкого дипломата, удачливого полководца, ученого-историка и тантрического йогина, практикующего таинственные ньингмапинские ритуалы.

183.

После изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени.

184.

Весьма большая цифра для «благополучия» духовной и монастырской «жизни»…

Как пишут историки, около миллиона оставшихся тибетцев были заточены в лагеря и большая часть их погибла.

185.

Кроме этого в Российской Федерации ламаизм имеет последователей, главным образом в Бурятии, Калмыкии и Туве (образовался в период XVII–XIX вв.).

После долгих гонений со стороны «коммунистического» режима КНР в 80-х годах XX века религиозная жизнь в Тибете начинает «оживать»: восстановлены и функционируют около 200 монастырей.

186.

Которое кто-то организовал…

187.

Те более, что через техносферу творится своя магия, которую мы называем «магией технических средств массовой информации и коммуникаций».

188.

Об этом речь пойдёт позже.

189.

И другие промежуточные ступени тибетской храмовой иерархии.

190.

Как это похоже на церковное устройство «христианских» приходов…

191.

Таким образом в тибетском буддизме поощрялось идолопоклонничество…

192.

Все, кто восторгаются буддизмом и особенно тибетской его разновидностью (ламаизмом) — на бессознательных уровнях психики поддерживают (в разной мере) толпо-«элитаризм», в котором видят себя на одном из уровней его социальной иерархии. На каком? — это они сами должны себе ответить. Русскому мировоззрению такие холопские отношения противны…

193.

А ведь буддизм возник как оппозиция сословному режиму брахманов…

194.

Иными словами, эксперимент по построению духовного «коммунизма» «в отдельно взятой стране» удался.

195.

И поддерживать эту иерархию длительное время.

196.

Опираясь на тезисы, выдвинутые еще ранними буддистами, ламаизм предусматривает строгие этические нормы существования. Речь идет о хорошо известных каждому буддисту десяти «черных грехах», которых следует избегать, и десяти «белых добродетелях» (восточный дуализм в действии!), коим надлежит следовать. В число грехов входят грехи тела, слова и мысли. Грехи тела — это убийство, воровство, прелюбодеяние; грехи слова — ложь, клевета, злословие и суесловие; грехи мысли — зависть, злоба и еретические помыслы. Существуют довольно четкие градации и внутри каждого из этих разрядов, будь то убийство или клевета; причем для каждого отдельного случая — своё строго определенное воздаяние: за тяжелые грехи — перерождение в аду, за средние — рождение в виде бессмысленных животных, монстров (претов), за незначительные — либо рождение болезненным и недолго живущим человеком, человеком с существенными пороками, либо рождение в какой-либо стране вне сферы ламаизма.

К числу добродетелей относятся действия, антонимичные грехам: защита чужой жизни, щедрость, целомудрие, кротость, правдивость, миротворчество, смирение, милосердие, сострадание, стремление к истинному учению. Обладание этими десятью добродетелями — основа для вступления на путь святости. Следующий шаг в этом направлении — овладение парамитами праджни, также имеющими отчетливо выраженную этическую заданность: к числу шести таких парамит относятся подаяние, обет, терпение, усердие, медитация и сама праджня-мудрость. Каждая из них тоже имеет по нескольку разрядов с чётким определением тех норм поведения, которые должны им соответствовать.

Освоив шесть парамит, ищущий спасения, если он намерен идти к конечной цели и достичь хотя бы состояния бодхисатвы, должен последовательно преодолеть еще пять путей-преград: путь стяжания добродетелей, путь соединения с истиной и борьбы со злом, путь истинной мудрости, путь прозрения и путь достижения цели — в процессе освоения и преодоления которых он, переходя из одной в другую область обитания, становится бодхисатвой. Иными словами, путь к состоянию бодхисатвы (и тем более будды, число областей обитания которых в ламаизме достигает 13) весьма нелёгок, но при этом в качестве главного условия его прохождения выступает до предела нормированное поведение, детерминированное этикой. Выдержать такие испытания могли немногие — они обычно и обретали ореол высшей святости и считались эталоном. Все остальные лишь ориентировались на этот эталон, ограничиваясь минимумом этической нормы.

197.

После чего (чисто теоретически, конечно) ламы вполне могли позволить себе закрепить наследственность всех сословий и создать государство по типу погибшей Атлантиды.

198.

Воплощение божеств пантеона (а не только будд и бодхисаттв) в крупнейших представителях ламаистского духовенства. Это религиозное новшество тибетского буддизма, как развитие существовавшего учения о бодхисаттвах, гласило, что «достигший высшей степени святости монах-лама, не желая оставлять свою паству в добычу неисчислимому сонму злых духов, решается отказаться от перехода в нирвану и в новом телесном обличье продолжает свою благородную миссию». Очень удобный повод дурить головы пастве да ещё и выглядеть «свято-героем», отказавшимся от «нирваны» в «пользу» продолжения паразитической «жизни» но уже в более привилегированном статусе да ещё и создав основу для этого своим потомкам.

199.

Подобный сюжет употреблён создателями прошедшего в конце 2006 года сериала под названием «Вепрь», снятого по мотивам религиозности тибетского буддизма, смешанного с властными вожделениями многих иерархов троцкистско-масонского порядка в СССР.

Зачем такой знаковый фильм назвали «Вепрь» накануне года «свиньи» по восточному календарю? — Ответ на этот вопрос не смогут дать даже сценаристы…

200.

Но можно было выбрать и не прямого наследника «по крови», объявив его «будущим перевоплощением», что и показано в сюжете фильма «Вепрь».

201.

Вообще же в ламаизме существуют многочисленные «ранги перерождений», которые употребляют ламы разных рангов соответственно.

202.

Имеется в виду «степень омрачённости сознания» в первую очередь привязанностями ко всему мирскому.

203.

Восходит к «чистоте» учения первого Будды Гаутамы.

204.

В первую очередь напрямую от учителя к ученику: поэтому чань-буддизм (дзэн-буддизм) более (в первую очередь) приветствуют достижение «непринуждённого» «просветления» — которое возникает как бы «само собой» у учеников после их длительного общения с гуру, исследований своей «природы», а не в результате конкретного спектра психотехник согласно их зафиксированного в «канонах» алгоритма.

205.

Титул китайского учителя Махаяны.

206.

Что общепринято в тибетском буддизме.

207.

Учение о единой для всех существ природе Будды.

208.

Примерно такая же «упрощённая» картина и в Ваджраяне…

209.

Тибетский буддизм называют «снежным буддизмом», а сам Тибет «Страной Снегов» — вследствие его преимущественно высокогорной локализмции в Гималаях.

210.

Если мы посмотрим на историю буддийских школ XI–XIV веков, то мы увидим, что все они были прежде всего школами йогической практики, в большей (ньингмапа), возрожденными в Тибете Атишей. Цзонхва (XV век) хотел «установить гармонию между йогой, философским дискурсом и монашеской дисциплиной». И это ему в целом удалось.

В своей реформаторской деятельности Цзонхва руководствовался следующими стандартами: 1. Нормами буддийской практики, установленными Атишей; 2. Признанием радикальной мадхьямака-прасангики высшей формой философского дискурса; 3. Необходимостью введения обязательного религиозно-философского образования для монахов, включающего в себя овладение базовыми положениями всех направлений Хинаяны и Махаяны; 4. Практика тантрической йоги только после завершения общефилософской подготовки, получения солидного схоластического образования и принятия в том или ином объеме монашеских обетов.

Как сказал, несколько утрируя ситуацию, один современный буддист, характеризуя позицию гелугпинцев: «Если не будешь знать логики, то не станешь Буддой». Напомним, что «знание религиозной логики» это первый шаг к вхождению в логику (алгоритм) эгрегора «Будда».

Одновременно гелугпинцы уделяли огромное внимание повышению престижа и статуса духовенства, благолепию и красоте монастырских интерьеров, величию и пышности литургии и «богослужебного» чина. Именно со времени Цзонкхапы в тибетских монастырях появились роскошно украшенные изображения Будд и бодхисаттв, завёрнутые в покровы из тончайшего шелка.

211.

В то время как в большинстве буддийских общин монах не имел возможности делать никакую физическую работу, кроме уборки в своей келье.

212.

Мы её уже знаем по разделу о Махаяне.

213.

Эту легенду поясняют следующим образом:

Для того, чтобы, например, постичь сущность цветка, европейским учёным нужно отстраниться от него, как от исследуемого объекта и после этого подвергнуть этот объект всяческим анализам: ботаническому, химическому, физическому и т. п. «Путь Дэн» (Чань) — это «проникновение в объект и видение его как бы изнутри… чтобы понять цветок нужно стать им, цвести, наслаждаться солнечным теплом и перестуком дождя». (Судзуки Д. Лекции по дзэн-буддизму», К, 1992 г.).

214.

Что неизменно в толпо-«элитарном» обществе при «господстве» нечеловечных типов психики: даже самая правильная религиозная доктрина ставится на «службу» создающейся иерархии.

215.

Создание особого настроя психики, который целенаправлен для подготовки к состоянию медитации — а всё остальное для такой целенаправленной личности остаётся «за пределами сознания».

216.

По крайней мере это обретение «демонического» типа психики (признаком чего является некоторая степень «свободы» толкования учения), а по большей мере это — «зомби».

217.

Язык Жизни — по большей мере является спектром внешних факторов по отношению к «собственной и нерождённой природе сознания» (по сути речь идёт больше об индивидуальном бессознательном), который призывают игнорировать в буддизме.

218.

Изучение канонических текстов, конечно же не позволяет постичь Промысел, обрести Человечный тип психики, однако, каноны нужно учитывать для сравнительного анализа религиозных систем, вырвавшись прежде этого из стереотипов последних.

219.

Суть происходящего при этом мы рассмотрим в следующих разделах. Здесь же можно грубо уподобить такую быструю передачу информации — перекачиванию массива информации с одного мобильного телефона на другой с помощью соответствующего электронного «порта». После чего пользователь телефона с обновленной информацией обретает возможность руководства ею.

Это гораздо быстрее, нежели вручную вносить в меню телефона ту же информацию — что можно уподобить «канонической» подготовке к «пробуждению» психики буддийских монахов.

220.

Как мы уже знаем в действительности транслируются бессознательные образы из психики в психику…

221.

Что не может не служить духовной основой иерархии толпо-«элитаризма».

222.

Иными словами, в чань-буддизме изживается всё, что не связано с прямым учительством, с личным контактированием с гуру. Поэтому духовный статус гуру в Чань позволяет манипуляции с кадровой базой по своему усмотрению: кому передать «просветление», а кому — не передавать.

Но тоже самое мы наблюдали и в тибетском буддизме — но на основе провозглашённой и закреплённой на уровне государства иерархии и «канонов» Махаяны.

223.

Созерцание — один из самых эффективных приёмов (созерцательная йога) отключения психики от внешних факторов, от Языка Жизни. Как видите, Чань и Дзен рекомендуют находиться в таком сотоянии как можно большее время жизни…

224.

Обращаться к «изменённому сознанию» таких учеников с помощью слов бесполезно: они упёрты в свою «пробуждённость».

225.

Через которые «Язык Жизни» вдруг «достучится» до остатков совести монаха, либо какой-нибудь чужой «канон» вдруг войдёт в противоречие с принятыми этим видом буддизма правилами.

226.

Этому учат гуру — их функция.

227.

Зачем тогда человеку Свыше дано сознание?

228.

И мы уже знаем, что праведность в первую очередь должна быть направлена на поддержку социальной справедливости.

229.

Состояние «нирваны» мы не испытывали, поэтому трудно сравнивать…

230.

Можно понять: образами, имеющими отношение к реальной материальной жизни, наполненной земными чувствами.

231.

Сразу возникает вопрос: с каким миром сливается в одно целое человек?

232.

В учении буддизма — всё наоборот.

233.

Чем-то сходное с состоянием «сомати» — приостановка всех важнейших жизнеобеспечивающих процессов в организме на длительное время. Это состояние стало возможным с отдельными людьми в исключительных случаях на ведическом Востоке. Факты, подтверждающие случаи сомати — важное свидетельство о том, что в процессе «просветления» происходит изменения «нормальной» физиологии организма, которое удаётся в отдельных случаях доводить до почти полной остановки всех основных процессов, в результате чего индивид становится «законсервированным» не длительное время, не умирая при этом.

234.

Природу внутренней трусости и её связь с мировоззрением восточного дуализма мы разбирали в предыдущей книге курса.

235.

«Чем дальше идёшь, тем меньше познаешь. Поэтому совершенномудрый не ходит, но познаёт [всё]. Не видя [вещей] он проникает в их [сущность]» (Лао-цзы. Книга о Дао и дэ).

Спрашивается только, зачем же тогда эволюция человечества?

236.

Что значит «приучено»? Для нормального человека внимательное отношение к Жизни — норма, предопределённая Свыше.

237.

Как это и произошло с государственностью высокогорно локализованного Тибета.

238.

Эти два высказывания направлены на активизацию процесса выделения собственного «Я» (сознания — по буддийски) из потока событий окружающих человека. Можно признать, что это занятие весьма полезно. Вопрос в другом: что будет дальше делать человек, овладевший навыками разделения своих взглядов и наваждений и не зависящих от него явлений и обстоятельств? — В буддизме на этот вопрос даёт ответ следующее высказывание.

239.

Другими словами: «Нет Человека — нет проблем, связанных с его стремлением к Свободе».

240.

Это высказывание свидетельствует от том, что конечной целью буддизма является как полное подавление собственного «Я», так и наиболее полная изоляция личности от воздействия на неё окружающей среды.

241.

Надо помнить, что восточные психотехники, приводящие к неразличению Добра и Зла, уже один раз успешно применили в Древнем Египте, и что из этого получился отряд «зомби» выполняющий функцию глобализации по-библейски. И если бы не проблемы, связанные с преодолением гонки производства и потребления в западном мире, то модель «развитого капитализма» вполне могла бы соответствовать обществу людей, которые даже не догадываются что существуют понятия «свобода» и «несвобода». Западный обыватель плюёт на свой социальный статус, если он «живёт» в достатке.

Но более всего эксперимент по «зомбификации» общества с одновременным ограничением потребления получился в «коммунистической» Северной Корее — стране, куда буддизм проник и укоренился самое позднее в X веке.

242.

Возможно есть и ещё источники, которые оказывают влияние на «свободное» (от постороннего целенаправленного вмешательства) становление алгоритмики психики людей и формирование совокупного образа их биополей.

243.

И связывают это «собственное Я» с «омрачением сознания» всем тем, что мы только что перечислили как помехи в обретении «свободы» по-буддийски.

244.

По контексту «обстоятельства» прошлой его жизни и настоящей.

245.

Принцип, весьма распространённый в разборках толпо-«элитарных» кланов — если наблюдать за ними со стороны и немного «свысока» относительно их уровня миропонимания.

С каждым «ударом» буддийского «клина» старый «клин» стереотипов восприятия мира и мышления удаляется соответственно тому, как в психику входит новый «клин».

246.

Это в принципе правильно: всё, что касается неправедных стереотипов и худого эгрегориального водительства — можно отнести к «шипу в теле». Но не всё только плохое и главное, бесполезное, обретает в жизни человек: каждый человек (даже самый гнусный) несёт в своей психике хотя бы частицу того, что в ней отложилось благодаря его интуитивной связи с Богом (либо благодаря «Языку Жизни») — в результате чего все люди вносят свой в клад в дело движения общества к Справедливости.

247.

Буддизм. Четыре благородные истины. «Дзэнская история» Сб. М., 2001 г.

248.

Истина всегда конкретна и даётся не только интуитивно и через «Язык Жизни», но и в Различении, связанном с нравственностью; а Правда о Добре и Зле ищется человеческим разумом в соответствии с его вниманием к даваемой Свыше конкретной жизненной Истине.

Откуда буддийским учителям знать Правду-Истину, если они сами в первую очередь издревле научились трусливо уклоняться от Божиих призывов к ним с помощью изоляции своей психики от «Языка Жизни» и от Бога методом психотехнических процедур имитации высшей связи.

249.

Поэтому «космогонию» мы рассмотрим в следующем разделе, прежде чем продолжить рассмотрение сущности буддийских психотехник.

250.

Что является одним из поводов говорить об обретении буддийской «свободы» как о вершине свободы и гармонии, к которой человек приходит якобы самостоятельно. Последнее создаёт атмосферу ненапряжённых взаимоотношений во всей буддийской иерархии.

251.

Надо понимать — психики.

252.

О каком принуждении может идти речь, если буддисты предлагают слабым, безвольным, внутренне трусливым людям с преобладанием «животной» основы над разумом человека — легко и без особого труда избавиться от неприятных для их психики ощущений, вызванных в первую очередь проблемами неправильных взаимоотношений этих людей с Богом, и те, будучи психически недоразвитыми и слабыми, чтобы самим выйти на ощущение Свободы, принимают «с радостью» помощь учителя.

253.

А люди, пришедшие к гуру, мягко вписываются в духовную иерархию буддизма.

254.

Буддизм рассматривает «срединный путь» как путь освобождения от страданий — средний между крайностями аскетизма и чувственных излишеств. Иными словами «срединный путь» доступен большинству последователей.

255.

Если выявляются нестандартные стереотипы (в смысле того, что для их нейтрализации не существует коанов) — то коаны дописываются и утверждаются высшими гуру, что является признаком адаптации системы буддизма к изменяющимся внешним условиям.

256.

Нижеприведённые примеры каонов направлены на разрушение стереотипов «приземлённого» мышления с одновременным подведением ученика к осознанию того, что материальный мир и всё, что ему соответствует это — иллюзия.

257.

Наставники чань-буддизма, практикующие в западных странах, наряду с коанами употребляют с успехом знаменитую сказку Л.Кэролла «Алиса в Стране Чудес». Мало кто из разумных людей будет спорить, что в ней самой полно шизофрении… которая действительно вводит людей в «философский ступор», оставляя без ответа многочисленные вопросы, проставленные ещё более многочисленными умолчаниями сказки.

Учение буддизма о реальном мире часто сравнивают с «улыбкой Чеширского кота» из этой сказки: улыбка есть, а кота нет. Но такое бывает лишь в западных сказках…

258.

Ещё больше утверждая у ученика безволие и страх перед жизнью — после чего такой ученик сам пойдёт к учителю за помощью: куда ещё ему деваться?

259.

Учение гласит: «Опираясь на развитую длительными тренировками интуицию, наставники должны уловить в замученном затраченными на обучение усилиями и внутренними сомнениями сознания ученика тот момент, когда ему будет достаточно одного толчка, чтобы подняться на качественно новый уровень».

Такой момент в жизни каждого человека действительно существует и не один. Но вся штука в том, что этот момент и «толчок», соответствующий ему, точно знает только Бог, а дать такой толчёк Бог может через Язык Жизни. Лишь в этом случае «толчок» (если человек его правильно поймёт разумом: а буддисты учат не утруждать себя логическими конструкциями, доверившись учителю) — приведёт человека ближе к Богу и пониманию его Промысла.

260.

А ещё раньше — в древнем Египте.

261.

«В терминах христианства наступает момент, когда души слышат голос живого Бога — утверждает Д.Т.Судзуки — Евреи могли бы сказать, что Моисей находился именно в подобном состоянии сознания, когда услышал глас Божий на горе Синай: «Я есмь Сущий»» — Судзуки Д. Лекции по дзэн-буддизму. К., 1992.

Мы не будем спорить с этим утверждением дзэнского гуру — наперёд зная уже, что за «Бога» обычно слышат знаменитые «пророки»…

Напомним, что Бог не вламывается в психику людей со своими прямыми лексическими указаниями и угрозами…

262.

Читай: объединение психики с фрагментом эгрегора «Будда».

263.

«И тогда сознание ощущает своё освобождение, его охватывает ошеломляющий восторг» — так заканчивается один из рассказов про свои ощущения в ходе «освобождения».

Но то же самое ощущает пьяница или наркоман после принятия соответствующей дозы. Бог же никогда никого на ошеломляет.

264.

Сэкида Кацуки. «Практика Дзэн. Железная флейта (100 коанов дзэна)». К.,1993.

265.

Символично, что на юго-востоке и находится цивилизация буддизма.

266.

Начало повествования ощущений вполне годится для описания видений личности, впавшей в «белую горячку»…

267.

«Вода» здесь — символика обретённой в процессе ученичества информации-образов, которая, после её заполнения уже «очищенной» психики (образ «город»), позволила последней объединиться с эгрегором «Будда».

268.

«Глубины» — глубинных бессознательных уровней психики. Речь идёт об окончательном разрыве между старым эгрегориальным сопровождением психики личности и вновь обретённым с помощью гуру.

269.

Ещё бы: «препятствия» (старые эгрегориальные привязки) были удалены заранее в ходе общения ученика с гуру.

270.

Читай — психика.

271.

Бог никого не ошеломляет. «Ошеломляющий восторг» — это эгрегориальное наградное воздаяние («прозрение», «просветление», «нирвана»… — видимо на первом этапе характерно переизбытком позитивных эмоций, неописуемой «комфортностью» психики и прочими ощущениями, которые сродни наркотическому опьянению) за обретение очередного покорного объекта управления.

272.

Читай — психики.

273.

Лишение психики хотя бы части её прошлого эгрегориального сопровождения может привести к гибели личности: поэтому любые психотехники (когда личность не понимает, что с ней творят) опасны. Это так, поскольку при обнулении (и даже частичном «вычищении») важной части прошлых жизненных программ изменяется и физиология организма, которая представляет собой сложнейший комплекс химико-биологических процессов, связанных с доставкой жизнеобеспечивающих компонентов и веществ, управляющих исполнительными командами, к разным органам человека. Серьёзная перестройка алгоритмики психики может привести к смертельным сбоям в работе всего химико-физиологического комплекса, что вызовет остановку одного или нескольких органов жизнеобеспечения, привыкших получать «питание» и исполнительные команды в прежнем режиме. Поэтому от гуру зависит в данном случае жизнь ученика, который всецело отдаётся в руки своего земного «бога». Напомним ещё раз, что гуру не может заменить собой Бога — тем более что буддийские практики не приводят к праведности. А посему ошибки при инициации вполне допустимы и очень вероятны (особенно у лиц не «коренных» буддийских «этносов»). Если всё же инициация пройдёт гладко — то последующая жизнь «просветлённой» личности далеко не застрахована от неприятностей со здоровьем (психическим и физиологическим) — поскольку она проходила курс «психотерапии» не под правильным контролем лучшего Лекаря (Бога), а под руководством земного гуру. Тем более что цель буддизма и цель, которой должен придерживаться Человек — разные.

Наглядным практическим примером, когда физиология человека не выдерживает перемен, связанных всего лишь с изменением активизации в жизни эгрегоров профессионализма (коллективного бессознательного, обеспечивающего профессиональную деятельность и общественную жизнь, связанную с основной работой) является быстрая смерть множества людей, вынужденных уйти на пенсию, либо тех, кто остался без прежней работы, которой посвятил большой период жизни. Таких фактов можно было наблюдать очень много особенно в первые годы «перестройки» в СССР, когда вместе с возможностью заниматься прежним профессиональным делом люди теряли ещё и прежние идейно-политические ориентиры: разочаровывались в прежних идеологических убеждениях. Двойная потеря эгрегориального сопровождения (профессионализм приходится просто позабыть; а в прежних идеях приходится разочаровываться, поскольку они как бы не «оправданы» дальнейшей жизнью — что приводит к неминуемой отстройке, хотя бы частичной, от прежних эгрегоров, поддерживающих жизненный смысл существования) для слабовольных, безвольных, внутренне трусливых и безынициативных людей (кто не подобрал себе новые занятия и идейные цели) как правило приводит к болезням и смерти.

274.

Если бы буддизм признавал Бога, то получилось бы, что это Бог устроил такую жизнь людям, которая полна страданий. Любопытно, что в эту версию вполне укладывается библейский миф об Адаме и Еве, которые были наказаны за отступничество от запретов, якобы в результате чего жизнь людей стала полна страданий.

Не из мировоззрения ли восточного дуализма вытекает миф об Адаме и Еве… очень удобно его употреблять вот уже более трёх тысяч лет (если следовать хронологии канонов Библии) с целью одурачивания толпы теорией о якобы объективной непреодолимости страданий в земной жизни.

275.

Восточная амбициозность перед силами, которые не подчиняются людям, породила особый вид боевых искусств, которые называются «восточными». Эти искусства направлены на подчинение себе возможностей людей с употреблением всех практически исследованных «гармонических» возможностей человеческого организма. Главный метод — употребление потенциала противника и вписание последнего в свою систему боя.

Восточные боевые искусства направлены прежде всего на избавление владеющего ими от привязанностей к другим людям, которые могли бы причинить страдание (через земные привязанности), от которых буддисты пытаются поскорее избавиться. Для этого восточный человек может всю жизнь оттачивать свои способности, чтобы обрести в этом отношении иллюзию свободы от воздействия на него других людей — будучи самым «крутым» борцом-воином.

Но праведности овладение боевыми искусствами Востока не добавляет, наоборот: при внешней красивости и виртуозности владения пластикой тела боевые искусства Востока представляют собой красивый способ изощрённого убийства, которое «оправдывается» общей идеологией защиты региональной цивилизации и её духовности от врагов, а также и наступательным характером в отдельных случаях. Но даже моделирование убийства (от моделирования до дела один шаг: тем более, что в эгрегориальной системе откладывается алгоритм убийства) — что многократно происходит в процессе обучения боевым видам — откладывается в психике людей особым восточным стереотипом жестокости (но никак не Любви), что в конечном итоге «оправдывается» всё той же теорией иллюзорности мира и страданий. И вообще обучение «искусству» убивать необходимо лишь в условиях доминирования нечеловечных типов психики в региональных цивилизациях: насилие порождает насилие; Любовь — порождает Любовь.

Конечно, в условиях опасности агрессии извне нужно уметь отвечать на насилие… но при этом нужно руководствоваться Любовью к своей Родине, народу, Богу. Как видите, на Востоке таких понятий не имеется — там другие стимулы (скрытая за теорией страдания внутренняя амбициозность перед трудно подчиняющимися силами, порождённая мировоззрением восточного дуализма) ведения войны, даже «освободительной».

Следующая за этим (за обретением иллюзии свободы от людей) функция людей, обученных боевым искусствам, как мы уже говорили — защита региональной цивилизации (в первую очередь «элиты» и её власти) от иноземного вторжения (разновидностью чего является наступательная доктрина). Это было бы действительно оправдано если бы религиозная система, которую представляет региональная цивилизация (и её «элита»: император, властитель и пр.) была бы нацелена на праведность в земной жизни. Но защита неправедной и заблудшей в своих религиозных поисках цивилизации с помощью изощрённых видов боевых искусств — занятие, которое Свыше не поддерживается. И, как показал исторический опыт, самая амбициозная в своей наступательной доктрине Япония не раз натыкалась на объективные препятствия, выставленные на её пути другими неправедными захватчиками в рамках попущения Свыше.

Именно поэтому распространение буддизма силой с помощью военной агрессии не могло достичь успеха во времена, когда ещё первую роль играла способность к боевым искусствам. Но после того как исход военных столкновений стала определять техника — боевые искусства остались прерогативой спортивных видов.

276.

Иными словами, согласно такой мировоззренческой основе — только родившись, человек уже должен стремиться побыстрее закончить своё земное существование. Это в корне противоречит жизнерадостной природе человека, которую даёт всем от рождения Бог. Буддистская мировоззренческая основа (доведённая до абсурдной крайности восточная дуалистичность) представляет собой извращённую до противоположности сущность человеческой основы. Но все дальнейшие «философствования» буддизма исходят из этого космогонического «постулата».

Но ведь та же самая религиозная основа и в библейском «христианстве»: «Христос терпел и нам велел»; «Христос пострадал за нас — будем же смиренными перед Христом и спасём свои души для будущей жизни» и тому подобное, чему учит церковь имени Христа.

277.

Имеется в виду очередное земное перерождение «души» либо — что более присуще учению буддистов — новой комбинации дхам (дхарм), о чём речь пойдёт чуть позже.

278.

Именно в «вычищении» этих «привязок» и заключается — как считают буддисты — смысл предварительной подготовки ученика к медитации с выходом в нирвану: последнее — признак «просветления» и освобождения от сансары.

279.

Внутренне трусливая психика — а другой у буддистов и не может быть, поскольку абсолютное избавление от трусости может обеспечить лишь Бог в случае постоянной связи с Ним человека по Жизни — требует постоянного «допинга» (самоутверждения), чем для буддистов является нирваническая разрядка. Дело в том, что, выбрав путь отказа от всех мирских жажд, буддисты становятся для мира чужими: мир им отвечает «агрессией», от которой они бегут в нирвану, утешая себя тем, что после смерти в этот неустроенный мир они больше не вернутся.

280.

О первой крайности, которую приняли для себя многие люди Запада и Востока тоже — мы говорить не будем: и так ясно, что она пагубна.

281.

Это можно увидеть на примере фильма «Остров», вишедшего на экраны теливизоров 7 января 2007 года. Мы поместили отзыв о фильме в конце главы «Буддизм» как практическое приложение, которое показывает единую духовно-мировоззренческую основу ведических религий Востока и «христианства».

282.

Не надо забывать, что Далай-Лама был главой Тибета.

283.

Какая у «зомби» может быть свобода воли: буддизм и не скрывает своих целей.

284.

Это — чушь, поскольку в противном случае мир давно бы рассыпался. Но у буддистов он и впрямь рассыпается на дхармы по выдуманным ими же «законам».

Гармонию мира и его единство обеспечивает в первую очередь единая для всех объективная нравственная закономерность, поддерживаемая Творцом. Но Единоначалие Творца и души людей, находящиеся в Его распоряжении и получающие свободу своей судьбы в земном мире буддисты отрицают.

285.

Чуть позже мы увидим, что буддисты неосознанно душу отождествляют с психикой — как это до них и параллельно с ними (хронологически) делали древние греки (см. вторую книгу курса «Сравнительное богословие»).

286.

Интересно, как это понравится эгоцентричным, амбициозным личностям? — А может быть буддизм тем и «хорош» для хозяев глобализации, что его «философия» способствует усмирению психически неполноценных эгоцентристов с целью включения их психики в общую иерархию глобализаторов…

287.

Дхарма (от санскритского корня дхар — «поддерживать»), обобщённый перевод — «извечный порядок», «извечный закон».

Очень удобно сначала «рассыпать» психику ученика на «дхармы» (провести её анализ), а затем — синтезировать оставшиеся и обретённые в ходе психотехник «дхармы» в эгрегориальную систему. Но о последнем говорится, что «никакого душевного единства нет»: как же «нет», если все «просветлённые» отдали свои души общей эгрегориальной сборке?

288.

А эгрегор «Будда» — сборка множества «порядков» и «законов», которым подчиняются души, покорившиеся системе. В реальности психика учеников включается в сборку «дхарма к дхарме»: «алгоритм психики — к соответсвтующему алгоритму эгрегора» и так последовательно до полного включения.

289.

Первая категория — сознание; вторая — бессознательные уровни психики, если говорить о них в нормальной терминологии.

290.

Этот тезис с радостью подхватила европейская атеистическая наука, которая почти точно копирует буддийский взгляд на душу после долгой истории «философских» поисков. Англичанин Юм первый строил свою психологию без души, из одних отдельных душевных явлений, и точка зрения его возобладала в современной психологии. На— современник, французский «философ» Бергсон, начинает свой последний большой труд с подтверждения того же факта, именно, что путем самонаблюдения мы устанавливаем в себе постоянный процесс перемены, в котором мы можем выделить ощущения, чувствования, желания и представления, и больше ничего. Это — как раз четыре буддийские психологические группы элементов, только перечисленные в несколько ином порядке, и никакой единой целостной души.

291.

Понятие это — определённость взаимного соответствия в индивидуальной психике слова, словосочетания, фразы, символа, группы или последовательности символов того или иного языка, употребляемого обществом — с одной стороны, и с другой стороны — субъективного образа, видйния (а также и других понятий: т. е. понятие может основываться на иных понятиях, свою очередь обладающих определённой образно-лексической структурой).

292.

См. первую книгу курса «Сравнительное богословие».

293.

«Поток возможных состояний» в терминах буддийской «философии».

294.

Действительно: есть люди, которые путают свою эгрегориальную память, передающуюся по наследству, с памятью «прошлых жизней», поддерживая на базе последней весьма обширные теории о перевоплощениях.

295.

Читай — психических компонентов, которые мы знаем из первой книги курса «Сравнительное богословие».

296.

Читай — психической преемственности.

297.

Образно говоря: комплект матрешек образует порядок вложенности. Вложенные «матрешки» разных порядков (комплектов) могут дружить между собой, когда объемлющие «матрешки» ведут войну, либо иначе: объемлющие могут жить в мире, а вложенные строить друг против друга козни. Разница между порядками вложения матрешек и эгрегоров только в том, что на каждом уровне порядка вложенности в матрешке — одна матрешка, а в эгрегоре на каждом его уровне порядка вложенности может быть несколько эгрегоров одного уровня значимости.

298.

Начиная от родовых и до общечеловеческих, планетарных.

299.

Так, например, тибетский буддизм был разрушен извне его государственности,

300.

Конечно буддийская космогония, делящая Вселенную на множество миров, может объяснить это перераспределением новых перерождений не только в нашем мире и не только в буддистской цивилизации, что она и делает. Но всё же общество должно двигаться само в соответствие с выставленными им целями.

301.

Индусы, признавая душу, были ближе к истине, чем буддисты.

302.

А не «вычищением» психики, как это принято в буддизме.

303.

Никакое «просветление» не может заменить ценность человеческой жизни, которую даёт Бог не для того, чему учат в буддизме.

304.

Известный буддийский мудрец — замечание автора притчи.

305.

«Вопросы Милинды» Книга 2, М., 1989 г.

306.

Но это психо-эгрегориальная изменчивость, которая упрвляет и физиологией.

307.

Сделал анализ — умей сделать и синтез. Но вместо синтеза личности из всего перечисленного Нагасена вывел теорию неопределённости, изменчивости и не тождественности, поскольку синтез Человека (творение) во власти Бога. А у буддистов в этом вопросе лишь неопределённость, тянущаяся со времён Будды, который, согласно преданию, «мудро молчал, когда его спрашивали о творении». Но эта неопределённость, идущая от Будды, переросла в убеждённость атеистов.

308.

А тащит колесницу лошади — бездумная толпа, управляемая «кучером».

309.

Совесть это — чувство Божиего Промысла как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью.Праведность — нравственный закон, которую Бог избрал для Себя сам, и предлагает людям. Судьба — часть Божиего Промысла, которая связана с жизнью личности.

310.

А если уж совсем изменился индивидуальный образ, когда по-русски говорят «человек потерял своё лицо» — что имеет всегда негативный оттенок — то остаются индивидуальными как минимум две вещи: отпечатки пальцев и радужный узор зрачка. Но буддисты и про это скажут «совокупность дхарм», отрицая тем самым индивидуальность личности, данную каждому Свыше.

311.

Как правило, если человек очень сильно меняется в сторону деградации лучших его образных черт (а у каждого человека всегда есть что-то выдающееся в смысле более гармоничное, чем у других, чем приятно любоваться) — то его кончина близка.

312.

Именно к этому бессознательно стремится современная молодёжь. Внешне это выражается разукрашиванием своего образа (внешнего лика) разнообразными современными изощрениями: от вызывающих причёсок до татуировок и прокалываний тела.

Но обрести индивидуальность так она не сможет, поэтому в поиске индивидуальности методом перебора молодёжь может выйти на высшую целесообразность, чисто теоретически, конечно. Ведь душевное равновесие и определение своей индивидуальной жизненной нагрузки можно обрести лишь в связи с Богом.

313.

При этом надо помнить, что Бог не предлагает плохого и вредного.

314.

Но это отрицается буддистами.

315.

Всё это мы уже разбирали в предыдущих разделах и вернёмся к этой теме ещё в конце главы.

316.

Ещё раз напомним:

Совесть это — чувство Божиего Промысла как таковое, неразрывно сопряжённое с той составной частью личностной нравственности, которая совпадает с праведностью.Праведность — нравственный закон, которую Бог избрал для Себя сам, и предлагает людям. Судьба — часть Божиего Промысла, которая связана с жизнью личности.

Бытие Мира протекает в границах Предопределения Божиего (Божьего Промысла), и в этом Предопределении есть составляющая, предопределяющая жизнь всякого персонально, которая издревле называется «судьба». Это в общем случае многовариантная матрица возможных состояний и переходов из одного состояния в другие, соответственно которой человек проходит свой жизненный путь единственным образом, делая нравственно обусловленный выбор в какие-то моменты жизни, которые оказываются в его судьбе аналогами железнодорожных стрелочных переходов с одного пути на другой. Бог, предопределив судьбу человека, не возлагает на него ничего сверх возможного для него и не остаётся безучастным к жизни каждого. И Он оказывает на жизнь каждого Своё целенаправленное воздействие непосредственно, даже если человек, повзрослев, и не замечает этого непосредственного Божиего влияния, или, имея с ним дело, не осознаёт его в качестве такового.

317.

О причинах которых мы только что написали.

318.

Если для читателя информация в Объективной реальности не существует, а существует только субъективная категория, порождаемая человечеством в обществе, именуемая информацией, то у такого читателя могут возникнуть трудности в понимании дальнейшего и несогласие со сказанным.

319.

«Сложением» управляет нравственность.

320.

Информация в памяти как таковая — тоже объективна, хотя в ней могут присутствовать искажения, обусловленные разнородными сбоями в работе психики субъекта.

321.

«Я пришёл для того, чтобы имели жизнь, и имели (её) с избытком» (Слова Христа в передаче апостола Иоанна, гл. 10:10).

322.

Цель наивысшей значимости в существовании индивида, согласно воззрениям саентологической церкви.

323.

Это нормально. Ненормально, когда эмоциональные изменения искусственно вызываются введением в организм всевозможных наркотиков и прочих снадобий, что приводит эмоциональный фон в несоответствие Жизни и делает алгоритмику психики неработоспособной тем в большей степени, чем сильнее эти изменения. И понимание вредоносности такого воздействия на эмоции, прежде всего, наиболее ярко выразилось в пословице: «Пьяному море по колено». Что касается «легких» стадий опьянения, то и они сказано: «От малых причин бывают большие следствия», иными словами и слабые искусственные искажения эмоционального фона, извращая алгоритмику психики, могут повлечь за собой настолько тяжёлые последствия, что они на первый взгляд кажутся несоизмеримыми с повлекшей их причиной. Но в действительности их отмерила сама же алгоритмика психики под воздействием незначительного искажения эмоционального фона. Это так даже, если вынести за скобки сбои в алгоритмике, обусловленные иными «изменениями сознания», угнетением и разрушением под физиологическим воздействием дурманов телесных и биополевых структур организма. И сказанное очевидно.

Но в наши дни менее очевидно другое. Если эмоции обусловлены сопереживанием героям телесериалов, то телевидение фактически замещает эмоциональный фон, порождаемый обстоятельствами реальной жизни субъекта, фиктивным эмоциональным фоном, ничего общего не имеющим с реальными обстоятельствами его жизни. По существу это разрыв диалога сознания и бессознательных уровней психики субъекта, что в жизни не несёт ему ничего хорошего.

То же касается и нагнетанием заказных эмоцией сводками новостей, беседами комментаторов и «talk-show» («ток-шоу» — «разговор напоказ»). Реагируя на статистику на экране и на извращённую значимость показываемых сюжетов алгоритмика психики множества зрителей изменяет статистику реальных фактов Жизни. И эта реакция в толпо-«элитарном» обществе всегда такова, что разнородное зло с экрана перетекает в реальную жизнь общества и множится, воплощаясь в ней. Соответственно этому большинство нынешних телевизионщиков (и журналистов вообще) действуют в пределах попущения им Свыше.

324.

Обратим особо внимание тех, кто преуспел в восточной мистике, йогах и практиках «расширения сознания»: речь идёт не о том, какие из чакр ответственны за эмоции, а какие за рассудочно-интеллектуальную деятельность. Речь идет о том, как в целостной алгоритмике выработки линии поведения на основе доступной индивиду информации, связаны друг с другом: осознанно не осмысляемые в темпе течения событий эмоции и осознаваемый смысл, порождаемый рассудочно интеллектуальной деятельностью.

По каким бы чакрам и как эти составляющие психики ни были распределены — это решение Всевышнего при сотворении Им человека. И это — вопрос о материальных носителях тех или иных информационных компонент.

А как настроить алгоритмическую систему на объективно безошибочную обработку информации — это отдано на осмысленное исполнение всякому индивиду. И это — вопрос об информационных модулях разного назначения, не изменяющих своего объективного качества в каком бы материальном носителе они ни были бы запечатлены.

При всякой степени расширенности сознания что-то остаётся за его пределами, поэтому всегда актуален вопрос о доверии своего бытия Богу, Который знает всё и способен уладить всё не осознаваемое в жизни тех, кто не противится Его Промыслу.

325.

Замкнутость души в личностной системе психологической защиты (личностной информации, энергетики и алгоритмики плюс к ним эгрегориальных дополнений) — следствие недоверия Богу или выражение бессознательной самооценки слабости психики (личностной недоразвитости) по отношению к обстоятельствам (включая и других людей), в которых оказывается человек.

326.

В исторически сложившейся культуре человечества в широко распространённых экзотерических религиозно-философских системах вопрос о порождении определённого эмоционально-смыслового строя самим человеком подаётся как ключевой для начала деятельности, пожалуй только в буддизме:

«Нет вещи, которая извне может заставить нас страдать; всё зависит от истолкования нашего опыта. Отсюда ясна великая роль ума в том, испытываем ли мы страдание или радость».

«Неспособность совершить некое дело — не повод для беспокойства. Способность совершить некое дело — также не повод для волнения. Так зачем волноваться? Будьте счастливы».

«Единственный источник ваших страданий — ваши собственные деяния. Всегда следите за тем, как поступаете».

«Научитесь всегда быть спокойным и мудрым. Когда вы спокойны и мудры, ваши действия будут соответствовать ситуации и не будут омрачены отрицательными эмоциями».

«Мудрость без сострадания — суха и вредоносна. Сострадание без мудрости — слепо и немощно. Не пренебрегайте ни мудростью, ни состраданием».

«Первый шаг к мудрости — увидеть собственные недостатки. Итак, прежде всего, исправьте свои недостатки».

«Действия, вдохновляемые гневом, свидетельствуют о том, что вы утратили власть над собой и более не способны ясно мыслить и видеть. Это весьма опасный путь».

327.

Намерения на будущее — это самое трудное, поскольку необходимо вообразить работу алгоритмики своих бессознательных уровней психики в будущих обстоятельствах, в которых всегда есть некоторая непредсказуемость, которая может повлечь за собой и непредсказуемую работу алгоритмики бессознательных уровней психики. Но лучше постараться с Божией помощью выявить сбои в ней и их нравственно обусловленные причины в своём воображении заблаговременно, нежели выявить то же самое на основе жизненного горького опыта.

328.

Это — термин, определяющий понятие о взаимном соответствии: во-первых, информации в Объективной реальности, во-вторых, эмоциональных проявлений и, в-третьих, субъективного осмысления Объективной реальности индивидом.

329.

Поэтому буддисты, часто говоря верные слова, замыкают высказанные благие намерения на эгрегориальный смысл эмоциональной «достаточности», имитируя тем самым естественную эмоциональную оценку.

330.

Соответственно, рекомендация апостола Павла, которым следуют и буддисты «будь безумным» (мы приводили его выше) исключает возможность обретения единства эмоционального и смыслового строя психической деятельности: эмоции — есть в широком спектре от эмоционального подъема до тяжелейших депрессий, а смысла — нет. Точнее: смысл есть, но через них выражается не ими выработанный смысл жизни, а смысл, исходящий от того, кому они уступили свой разум, последовав приказу Павла «будь безумным». И это характеризует очень многих верующих церквям имени Христа и буддистов.

В том числе и вследствие этого за 2000 лет исторически реального христианства, именно христиане — рабы и невольники Библейского проекта порабощения всех — поставили глобальную цивилизацию на грань катастрофы, доведя культуру до господства нездорового образа жизни, планету — до биосферно-экологического кризиса, опасностей глобальных техногенных катастроф и немотивированной мировой войны с применением оружия массового поражения.

331.

И не только в нём.

332.

В буддийском трансе мы не бывали, не знаем ощущений.

333.

На Западе в это же время занялись исследованием материальных сторон жизни — в первую очередь средствами самоудовлетворения через стяжание материальных «богатств».

334.

Универсум (латинское universum, summa rerum) — философский термин, обозначающий мир как целое.

335.

Один из стимулов посмертного воздаяния.

336.

Медиатор от латинского mediator — посредник.

337.

Напомним, что Благородные истины, с помощью которых буддисты осмысливают содержание трёх остальных истин — это теоретическая основа буддизма в концентрированном виде.

338.

В том числе и тех, которые были обусловлены не только материальными факторами жизни, но и духовно-эгрегориальным воздействием на психику учеников, которое для буддизма «лишнее». Иными словами — всего духовного и материального, что вызывало когда-то «лишние» эмоции и переживания.

339.

А вместе с этим буддисты теряют связь и с другими частными Мирами материальной и духовной жизни, из которых можно сложить и домыслить Божию Миру — промысел Божий. Ведь только Бог владеет бесконечностью и безграничностью. Но буддисты бегут в нирвану от меры понимания Божьего Промысла пребывая в иллюзиях преодоления пространства и времени.

340.

Буддийский аналог индусской йоги, которая тоже состоит из восьми ступеней пути к освобождению. Мы их разбирали в главе «Религиозная система древней и современной Индии» пятой книги курса.

Разница между буддийским Восьмеричным путём и индусской йогой в частностях, касающихся символики, последовательности практик, их подготовки и меры овладения психики эгрегориальным водительством.

341.

Во всяком случае в буддийской «космогонии» рай и многочисленные ады существуют — что заимствовано из индуизма, исповедующего высшее божество.

342.

По большому счёту весь ведический Восток в конце концов (в XX веке) окончательно попал под «асфальтовый каток» западной библейской технократии и пытается из-под него вылезти да ещё и сесть за руль катящегося к пропасти ненасытного «катка» западных наслаждений технократии. Это случилось по причине того, что ведический Восток веками уходил от необходимости выработки своей глобальной социальной доктрины, считая земную жизнь — иллюзией.

343.

Все религиозные системы делают личность безвольнее, чем она есть на самом деле. Буддизм — отнимает волю вообще.

344.

Иными словами, создать алгоритмику устойчивого самоуправления общества после его религиозной настройки.

345.

Те же самые общественные цели мы можем увидеть во всех религиозных системах, мировоззренческой основой которых является доктрина посмертной «справедливости». Но именно такого благообразия скрытого рабовладения и добивалась всю глобальную историю «мировая закулиса»…

346.

Но всё примерно тоже самое мы видим в других религиозных системах.

Многие скажут: а что это плохо? — Нет заповеди сами по себе хороши. Плохо другое: люди, следующие этим заповедям самоуспокаиваются, что они живут праведно, пребывая в нечеловечных типах психики и забывая о социальной справедливости, они останавливаются в психическом плане на типе психики «зомби». А для «зомби» всегда найдётся центр управления — «демонические» типы местного и глобального уровня. Последним всё равно под какими религиозными лозунгами управлять «зомби»: лишь бы глубина «зомбирования» соответствовала цели управления, а благообразность общественного устройства соответствовала бы устойчивости управления.

347.

Этому учил исторически реальный Христос:

«К несчастью вы закрыли глаза, чтобы ничего не видеть, и заткнули уши, чтобы ничего не слышать. Поистине говорю вам: Писание — дело рук человека, в то время как жизнь и все ее воплощения — дело Божие. Почему же вы не слушаете Слов Бога, записанных в творениях Его? И почему изучаете вы писания, буквы которых мертвы, будучи деянием рук человеческих?» («Евангелие Мира Иисуса Христа от ученика Иоанна» — апокриф, не признаваемой официальной церковью).

348.

А когда ему необходимо Бог помогает Различением, в котором Человек может обрести нечто новое, что касается праведности и внести это новое в своё нравственное мерило.

349.

Имеется в виду нравственное безразличие ко всему, что не входит в сферу религиозной системы буддизма. У состоявшегося Человека не должно быть нравственного безразличия к вопросам жизни, встающим перед ним в темпе жизненных событий. При этом Человек имеет возможность получить ответы Свыше на все встающие перед ним вопросы нравственного характера. А буддист получает стандартные ответы лишь на те вопросы нравственного характера, которые входят в сферу религиозной системы в их трансляции главным эгрегором религии.

350.

С-Пб, «Азбука-классика», «Петербургское Востоковедение», 2005 г.

351.

Религиями чистого опыта Е.А.Торчинов называет даосизм, индуизм и буддизм.

352.

Иными словами, люди старались подтвердить психотехниками те теоретические доктрины (в основном космогонического плана), в которых они были уверены и которые исповедовали на протяжении всего предшествующего периода. Нетрудно догадаться, что прежде чем приступить к психотехникам, люди создавали эгрегор (эгрегоры) на базе коллективных убеждений верующих в те самые теоретические религиозные догмы. Ну а проверка на практике обоюдосторонней связи людей с этими эгрегорами — и подтверждается психотехниками. Если в эгрегоре религии была информация, полученная когда-то кем-то из людей от Бога — в интуитивном плане, либо в результате интеллектуальных размышлений, явившихся результатом жизненных наблюдений — эта информация также становилась достоянием религиозной культуры и эгрегора. Всё остальное в эгрегоре представляло собой космогонические иллюзии самих людей, их заблуждения и догадки. Ясно, что вхождение в эгрегор верующих, убеждённых в правоте своей религии людей — встречало ответный поток поддержки от эгрегора, поскольку психические убеждения людей соответствовали тому, что в эгрегор заложили их предки: вся мыследеятельность, навыки предков, всё, что они знали и мыследеятельность всех людей, живущих в настоящем.

Кроме этого эгрегор обладает целеустремлённостью его алгоритмики — некоей «инерцией коллективного мышления» — в результате чего он «знает» не только прошлое и настоящее (мысли и действия покойников и живущих людей), но и часть будущего, локализованную границами общности всех верующих людей данной религиозной системы. Если нравственность и убеждения верующих не меняются, то целеустремлённость алгоритмики может «указать» будущее с достаточной степенью точности.

Последнее аналогично тому, как в жизни можно достаточно точно предсказать поступки того или иного человека, в неких стандартных ситуациях, зная наперёд его общие намерения на будущее, но только в том случае, если он будет находиться в той же мало изменившейся среде, в которой за ним проводились наблюдения.

Естественно, что эгрегор встречает вливающуюся в него психику «единомышленника» соответствующим энергетическим и информационным сопровождением — обеспечивая прилив позитивных эмоций и «знаниями», хранящимися в «архивах» и целеустремлениях эгрегора. Не единомышленнику будет отказано во всём вышеизложенном.

353.

Иными словами тогда, когда цели шаманов и их племён совпадали — в период культуры общинной магии.

354.

Цель выживания — это нормальная цель для животного и растительного мира. Но для человека, который ставит перед собой такую цель это — признак психической недоразвитости и внутренней трусости перед Жизнью. Древним это простительно и для них нормально.

355.

В этом библейский Запад оказался гораздо перспективнее ведического Востока — хоть оба и действовали в пределах попущения.

356.

Вследствие того, что воля иерархов и теоретиков ведических религий Востока была подавлена древними религиозными иллюзиями (наследием эпохи шаманизма) и соответствующими им мощными эгрегорами. Поэтому иерархам и теоретикам оставалось лишь проверять на практике психотехник свои убеждения. А поскольку их убеждения основывались на иллюзорности земной жизни, то они даже и не пытались создать глобальную социология, ограничившись огромным спектром догматических жизненных норм и «табу» (как и было у древних). Свой интеллект они употребили на создание теории о посмертной «социологии», чем и руководствовалась вся религиозная толпа.

Иными словами, западные иерархи употребили данную человеку способность мыслить и говорить (уровень сознания), на создание динамичной культуры библейского толпо-«элитаризма». Восточные иерархи «похоронили» (для земных целей) данную Свыше способность мыслить и передавать знания через речь в полноте человеческих возможностей. Последнее ими употребляется из века в век лишь для передачи опыта религиозного «застоя» из поколения в поколение.

В начала 2007 года по каналу «Культура» ночью показывали цикл передач про «эволюцию» человечества. В одной из передач были высказаны результаты исследования примерно следующего содержания. За несколько десятков тысяч лет до нашего времени на земле оставалось два типа людей — Неандертальцы и Человек Разумный. Неандертальцы вымерли по причине того, что не смогли конкурировать с Человеком Разумным. Причиной этого явилась неразвитость членораздельной речи у неандертальцев, в результате чего они не смогли передавать важные знания от поколения к поколению.

Люди ведического Востока (пока к ним не пришла технократия с Запада) напоминали Неандертальцев по сравнению с западными Homo Sapiens во всём, что касается динамики земной социологии, связанной с речью.

357.

Нужно не забывать, что автор — крупнейший специалист в исследовании запредельного опыта религиозных систем, сам тесно соприкасавшийся с исследуемыми культурами на местах. Но также нужно понимать, что представления об эгрегориальной религиозной культуре он, по-видимому, не имел.

358.

Иными словами: шаман входил в транс за управленческой информацией, важной для дальнейшего выживания коллектива. А представитель ведической религии Востока входит в транс за психическим самоутверждением. Поэтому, выходя из транса, шаман живёт обычной земной жизнью своего коллектива. А верующий ведического Востока живёт своей будущей жизнью — её предвкушением (по сути искушением).

Поэтому шаману не было необходимости убеждать самого себя в обычной жизни, что он «просветлённый»: он был «зомби» «по найму» — по общему с племенем договору для управленческой необходимости. А религиозный верующий ведического Востока вынужден постоянно самоутверждаться, поскольку в земной жизни он устранён от управления обществом и не чувствует себя полезным в иной, чем самоутверждение роли.

Что касается людей Запада, то им дали на откуп иллюзию управления материальными средствами в земной жизни, чем они и довольствовались вплоть до наступления момента изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени. Люди Запада вписывались через материальные приоритеты управления в глобальную социологию: религии Запада были всего лишь прикрытием вполне земной деятельности по западной глобализации и хозяева глобализации не серьёзно относились к религиозным «истинам». Другое дело ведический Восток: иерархи его религий сами были и остаются заложниками созданных крупнейших религиозных систем, хотя некоторые из них и понимают свою роль…

359.

Это процесс — тоже очень тяжёлый для шамана, но он качественно и гуманно отличается от процесса ученического «просветления» на Востоке.

360.

Это подобно тому, как современные люди приходят на работу, включаются в эгрегоры своего профессионализма и, благодаря последним, делают работу на «автомате». Но сам процесс включения в эгрегоры профессионализма для людей с нечеловечными типами психики зачастую связан с усилиями, причиной которых является перестройка психики с одних целей на другие. Особенно это заметно по понедельникам, поскольку за время выходных психика людей привыкает (иерархически перестраивается) к другого рода занятиям, нежели их профессиональная деятельность. Следует особо отметить, что в современной культуре труднее всего встраиваются в рабочий недельный ритм люди с «животным» типом психики, а легче всего узкоспециализированные «зомби». Об этом мы ещё продолжим разговор далее.

Поскольку на ведическом Востоке люди существуют в земном мире религиозными идеями, их профессиональная деятельность соответствует статусу узкоспециализированного «зомби».

361.

Пока мы утверждаем это без доказательств. Но к проблеме «вычищения» психики мы вернёмся, когда будем рассматривать буддийское просветление, сравнивая его с саентологическими динамиками клирования.

362.

А не службу на благо общества.

363.

Психотип шамана — объективная общественная необходимость, а не самоцель. Подробнее см. вторую книгу курса «Сравнительное богословие».

364.

Иными словами стать шаманом можно было через преимущественно эгрегориальную инициацию (избранничество) — что наиболее объективно и «демократично» для первобытного коллектива. Либо при помощи специального отбора кандидатов и их обучения. Но это не меняет самого предназначения шамана.

365.

Ещё одно подтверждение эгрегориальной передачи шаманского профессионализма: психика потомков шамана «помнит» прошлый опыт предков.

366.

Ещё одно свидетельство того, что в первобытных обществах шаманами не становились «добровольно», как это делают ученики ведических религий Востока. Шаманство было необходимостью — профессией, без которой не могли обходиться древние племена.

367.

В которые, конечно же, многое дописывается со злым умыслом — что особенно касается всей Библии.

368.

Если эгрегор племени мог инициировать шамана, то почему эгрегор (религиозные мысли множесвта людей), «созревший» до статуса духовного лидера крупного конгломерата племён и народов не может инициировать («пробить») наиболее соответствующую его информационно-алгоритмическому комплексу личность. И эта личность впоследствии становится основателем «религии».

Скажем сразу: в отношении реального Иисуса Христа признать его эгрегориальную инициацию было бы не правильным по ряду причин: во-первых, почти всё, что вошло в Новый Завет, не характеризует реального Христа, а скорее — наоборот. И, во-вторых, нет оснований считать Христа одержимым религиозным эгрегором, если следовать его словам, которые можно увидеть в сохранившихся апокрифах (о чём речь пойдёт позже).

369.

Конечно речь идёт не о всех современных шаманах: среди них много «зомби» самозванцев, шарлатанов, приспособленцев и пр.

370.

Удивляться уже ничему не приходится. Е.А.Торчинов в этом выделенном нами абзаце употребил терминологию смерти и воскресения и замкнул её (возможно неосознанно) на Ветхий и Новый Заветы. Многие скажут: ну и что такого? Христос умер на кресте и воскрес, что и записано в Новом Завете, а пришёл Христос, чтобы убедить людей принять культуру Нового Завета, отбросив ветхозаветные законы…

Но ведь Е.А.Торчинов описывает не библейское христианство, а шаманизм. И что же получается: инициации весьма похожи. Но мы это уже знаем из курса.

371.

О целенаправленной «чистке» психики от всего «лишнего» ничего не говорится. Молодой шаман учится у старого вхождению в транс, чему предшествует психический тренинг (перегруппировка блоков обработки информации с соответствующим ей изменением физиологии организма: он представляет, как его тело расчленяют на части, извлекают внутренние органы и развешивают их на крюках. Потом их варят и выделывают заново) для камлания. В этом процессе всё, что мешает эгрегориальной инициации — «отодвигают» на «задний план» (вплоть до состояния «умирания и смерти»), активизируя всё то, что соответствует процессу вхождения в транс. Пройдя один или несколько раз через такой мучительный тренинг, ученик-шаман сам обретает способность концентрироваться на нужном, то есть — обретает устойчивый стереотип концентрации (перегруппировки работы блоков в псиихке и соответстующего изменения физиологии организма), необходимый для вхождения в транс.

372.

Действительно, трудно не заметить… Наука непредвзято берёт и сравнивает «запредельное».

Но библейские иерархи и паства закрыли уши и глаза, упиваясь эгрегориальными наваждениями.

373.

Также он не принимал смерть и воскресение библейского Христа.

374.

Конечно, он в первую очередь имел в виду оба Завета Библии. Но и другие религиозные системы рано или поздно попали под власть шестикрылого Сатаны.

375.

Доктрины смерти и воскресения — как всеобщего искупления.

376.

Говоря о значимости Корана, не надо забывать про два подхода к нему: один — «зомбирующий», а другой — «нацеленный в Человечность». В последнем случае всё, что касается доктрины посмертного воздаяния нужно считать наваждениями, попущенными Богом как дань мере понимания людей той эпохи…

377.

Опять речь идёт о сердце…

378.

Чудеса явления якобы Бога в крупных религиозных системах знаменуются световым сиянием — видимо так может сопровождаться погружение психики инициируемого в алгоритмику эгрегора, захватывающего его психику, что в терминологии шаманизма означает «отделение души от тела»:

«Шаманский бубен часто называется лодкой, а психотехнический транс — «потоплением» шамана, что указывает на подводные странствия чукотского (как и эскимосского) шамана. Тем не менее описываются также полеты шамана в верхний мир и нисхождения в нижний» — В.А.Торчинов.

Ну а дальше, какие галлюцинации этот эгрегор предоставит психике шамана — зависит от символики религиозной системы. Последнее подобно тому, как объединяется индивид с компьютерной программой в процессе компьютерной игры: символика игры придумана людьми и игра «несёт» индивида по «лабиринтам» своей алгоритмики, перемещаясь на экране монитора во времени и в пространстве…

Только в случае с реальным эгрегором, а не игровой алгоритмикой — эгрегор диктует индивиду не игру, а жизнь и эта жизнь полна эгрегориальных заблуждений, заложенных туда предками включённого в эгрегор индивида. Но кроме заблуждений эгрегор многое может в пределах его «компетенции». Последняя определяется совокупными возможностями всех входящих в эгрегор людей и особенностями его алгоритмики.

379.

Сюжет излечения бесноватой вошёл одним из главных в фильм «Остров». Только там этим даром обладает не библейский Христос, а послушник Анатолий. Отзыв на фильм мы поместили как приложение в конце настоящей главы.

380.

«Товарищество». Ростов-на-Дону, 1991 г.

381.

Имеется в виду шаманские инициации, означающие смерть и последующее воскресение.

382.

«В то время как тело шамана лежит расчлененным или варится в котле, приобретая новые сакральные качества, отделенную от тела душу шамана возносит на вершину мирового древа гигантская птица с железными перьями и длинным хвостом, птица-прародительница шаманов; она помещает душу в яйцо, лежащее в ее гигантском гнезде, и высиживает, пока дух шамана не приобретет сакральной зрелости. Потом душа шамана вылупляется из яйца и входит в обновленное и воссоединенное тело. Посвящаемый воскресает уже не профаном, а шаманом, готовым к своему служению. Инициация завершена» — Е.А.Торчинов.

383.

Ещё раз обратим внимание: во времена первобытных родоплеменных обществ шаманизм был нормальным средством самоуправления коллективов. Но позже, а особенно в наше время это — действительно нечеловеческая патология с большой долей шарлатанства и паразитизма.

384.

Подавление бессознательного эгрегором, который активизирует инициацию.

385.

Скорее и прежде всего имеет место конфликт — между прежним (врождённым) бессознательным шамана и его бессознательным, которое должно стать частью эгрегориальной алгоритмики. А уже потом прежнее его понимание (сознание) конфликтует с обретаемым вновь бессознательным. В ходе этого сознание подтягивается, адаптируясь к пониманию своей новой миссии.

386.

Когда доминирующий эгрегор почти насильно инициирует «зомбирование» человека, делая его своим придатком.

387.

Если в этой «добровольности» и участвует доминирующий эгрегор, то не в той степени, в которой он принимает участие в инициации шамана. Ученики по своему недоразумению (чему способствует первая частьВосьмеричного пути) отдаются в руки гуру, а затем во власть эгрегора — и всё это ради следующей жизни.

388.

Но выбор не велик: либо остаться в мире страданий и страдать всю жизнь; либо стать «просветлённым» и «осчастливиться» иллюзиями преодоления кармических страданий в следующей жизни. Третьего пути люди ведического Востока не знают (он не предусмотрен культурой), это — путь наведения справедливости в настоящей жизни, после чего от страданий не останется и следа. Но, поскольку это путь исключён культурой ведических религий — то люди действительно рождаются и живут с ощущением своей психической ущербности, непригодности для нормальной жизни на Земле. Такой вот замкнутый порочный круг.

389.

То же самое и в библейской традиции и в историческом исламе.

390.

Ещё раз следует напомнить, пользуясь случаем, что обряды «страдания — смерти — воскресения» были известны со времён шаманизма и «пользовались» огромной популярностью в подавляющем большинстве древних цивилизаций — от Египта и Междуречья до империй Сасанидов и Рима. По этому поводу в книге Е.А.Торчинова есть целая глава, которая называется «Мистерия смерти и воскресения: страдающие боги древнего Востока и античного мира».

Само название главы уже о многом говорит. Якобы страдания, смерть Христа, и его воскресение — дань той эпохи, отданная толпе во имя вознесения Христа в её глазах до уровня Бога. Тогда это было привычно и «мировая закулиса» выбрала самый лёгкий способ внедрить в психику толпы библейский миф о Христе. Но на базе этого мифа все «христиане» в определённой мере проходят обряд эгрегориальной инициации (см. третью книгу курса «Сравнительное богословие»).

391.

В буддизме это нравственный кризис — признание учеником того, что прежде он жил не так, как нужно.

392.

Надо понимать — психики в целом.

393.

Восточная мудрость это — эгрегориальное безумие, в чём мы убедились несколько ранее в текущей главе. А очищенное сознание (психика) — часть эгрегориального безумия.

394.

По отношению к древнему коллективу.

395.

А образы бессознательного связаны с эгрегориальными образами.

396.

Пубертатный период (от латинскрого pubertas — возмужалость, половая зрелость), возраст с 12 до 16 лет у девочек и с 13 до 17–18 лет у мальчиков; соответствует периоду полового созревания.

397.

Передача информации по родовым линиям. Перинатальный период (от пери и латинского natalis — относящийся к рождению), охватывает внутриутробное развитие плода начиная с 28 недель беременности, период родов и первые 7 суток жизни ребенка.

398.

Архетип (от греческого arche — начало и typos — образ) в позднеантичной философии) — прообраз, идея. В «аналитической психологии» К. Г. Юнга изначальные, врожденные психические структуры, образы (мотивы), составляющие содержание т. н. коллективного бессознательного и лежащие в основе общечеловеческой символики сновидений, мифов, сказок и других созданий фантазии, в т. ч. художественной…

Иными словами здесь «архетипичные аспекты бессознательного» это коллективное бессознательное, доставшееся в наследие инициируемому. Всё-таки коллективное бессознательное учитывалось в книге Е.А.Торчинова.

399.

Транс (от латинского trans — сквозь, через, за), приставка, означающая:…1) движущийся через. 2) следующий за чем-либо, расположенный по ту сторону) обозначение или передачу через посредство чего-либо.

Иными словами сфера трансперсонального — это нечто передающееся через персону, личность, но не обязательно принадлежащее этой личности.

400.

«Расчленение» — не «вычищение». После «расчленения» все «члены» собираются вновь по другой алгоритмике. Под термином «члены» надо понимать некоторые психические блоки и компоненты, которые особо важны для процесса вхождения в эгрегор.

401.

Мы подробно рассматривали «второе рождение» на примере «христианского» обряда крещения в третьей книге курса «Сравнительное богословие».

402.

Для некоторых это весьма опасная практика: «воспользоваться» состоянием смерти, связанным с потерей части прежних важнейших эгрегориальных привязок. О «промежуточных состояниях» мы уже рассуждали выше в ходе рассмотрения чань-буддизма, когда речь шла о том, что ученик на стадии, когда его психика уже «вычищена» от старых «привязок», предстаёт перед гуру в качестве либо самоубийцы (если он откажется от дальнейших психотехник), либо станет «добровольным» «зомби» — тогда останется «жить».

403.

Связанного с различными слоями эгрегориального сопровождения: иначе откуда в бессознательном взяться таким «фантазиям полёта» — которые причём у многих йогинов образно совпадают.

404.

Нужно вспомнить четвёртую книгу курса «Сравнительное богословие»: в главе «Религиозная система древней и современной Индии» мы разбирали индийскую йогу, которая также имеет восемь ступеней.

405.

Имеется в виду концепция психотехник.

406.

Действительно так: именно в индуизме были впервые сформулированы и введены в религиозную практику йогические ступени «просветления». Е.А.Торчинов считает индуизм мировой религией:

«Отметим, что разные религиеведческие традиции насчитывают разное число мировых религий. Так, если в российском религиеведении принято относить к ним только буддизм, христианство и ислам, то веберианская традиция относит к мировым религиям и индуизм (на том основании, что это религия целого культурного региона, сопоставимого с Дальневосточным и Средиземноморским, а также — источник буддизма), конфуцианство (на том же основании, но только применительно к Дальневосточному региону; с нашей же точки зрения, конфуцианство вообще не религия…)».

407.

В предыдущем разделе мы только что рассмотрели шаманские мотивы смерти-возрождения. Несмотря на то, что мотивы (религиозные обоснования) в индуизме-буддизме стали другими — суть психотехник, связанных с вхождением в эгрегор, мало изменилась вследствие того, что обоснованием стал путь «просветления», а не «смерти-возрождения».

408.

Хотя Восьмеричный путь часто традиционно относят к йогам (психотехникам) — его первые два этапа представляют собой догматическую, нейролингвистическую и физиологическую подготовки к вхождению в транс.

409.

И в буддизме.

410.

Как мы уже знаем цель индуизма и буддизма — не праведная и представляет собой плод людских иллюзий и заблуждений. Отсюда и все мирские страдания.

411.

Фрустрация (от латинского frustratio — обман, неудача), психологическое состояние, возникает в ситуации разочарования, неосуществления какой-либо значимой для человека цели, потребности. Проявляется в гнетущем напряжении, тревожности, чувстве безысходности. Реакцией на фрустрацию может быть уход в мир грез и фантазий, агрессивность в поведении и т. п.

412.

Ложный религиозный миф, которым довольствуются «христиане», иудеи и пр. Мы уже пришли к выводу, что ни на каком грехопадении не следует выстраивать религиозный миф. Просто в течение развития настоящей цивилизации имеет место процесс поступательной нравственной динамики, которому препятствуют людские иллюзии и злой умысел мировых глобализаторов.

413.

«Четвертая Благородная Истина описывает путь, ведущий к нирване. В свою очередь, восемь ступеней этого пути разделяются на три этапа (две ступени в первом и по три в двух последних): это этапы мудрости (прадясня), соблюдения обетов или нравственности (шила) и сосредоточения (самадхи)» — Е.А.Торчинов.

414.

«Слово «праджня» употреблено здесь в смысле «понимание», то есть экзистенциально пережитого знания. В абхидхармистских текстах под праджней подразумевается умение различать дхармы (праджня как различающее знание). В более поздних махаянских текстах праджня начинает пониматься как способность интуировать истинную реальность как она есть, помимо категорий и представлений рассудка субъекта и его рефлексий (бхутататхата, татхата)».

415.

Экзистенциализм (от позднелатинского exsistentia — существование) — философия существования, направление современной философии, возникшее в начале XX в. в России, после 1-й мировой войны в Германии, в период 2-й мировой войны во Франции, а после войны в других странах. Различают религиозный экзистенциализм и атеистический. Центральное понятие — экзистенция (человеческое существование).

416.

Некоторым это может показаться странным. Но наше обоснование мы приведём позже.

417.

«Мозаика» буддийской религиозной картины продумана веками и тысячелетиями до религиозного совершенства, поэтому «калейдоскопом» её не назовёшь: там всё взаимно обосновано, логично и замкнуто на индусскую хронологию смены глобальных кальп (эпох). Люди с «калейдоскопичным» мировоззрением и склонностью к атеизму в своём стремлении познать цель жизни легко вписываются в буддийскую «мозаику» Мироздания, обретая тем самым устойчивую определённость в своей психике.

418.

Этим и показателен буддизм: он отрицает Бога, но претендует на религиозную благообразность высшей «пробы».

419.

В буддизме это обретение называется «просветлением»: когда все истины предельно ясны и их образы сливаются в одном состоянии нирваны…

420.

Лучше сказать — нелживую речь, поскольку понятие «правдивость» изначально предполагает наличие в утверждении правды, а правда всегда связана с праведностью, Правдой Божией. Нелживость это — отсутствие осознаваемой лжи вне зависимости от того, какая в ней доля праведности.

421.

Агрессивность, кажущаяся пустой болтовня, ненормативная лексика — могут быть бессознательными средствами протеста, внутреннего несогласия людей с системной мировоззренческой базой. Это всегда плохо в случае, если религиозная система абсолютно праведна. Но если религиозная система имеет порочные свойства и распространяет их на общество, то — вышеназванные пороки (никто не будет спорить, что это хорошие качества людей) могут служить средством протеста, что само по себе лучше, чем безусловная благожелательная лояльность неправедной системе.

Так что, сталкиваясь с вышеуказанными пророками (в общем случае их понимания), следует задуматься над причинами их культивирования вне религиозных систем. В России, например, вышеназванные пророки «процветают» махровым цветом. Это и сплошной мат, и молодёжный ненормативный сленг, и агрессивность молодёжи… и всё это на фоне растущего авторитета «правдивой» и «благожелательной» РПЦ.

422.

И ещё: за скобки вынесен вопрос о хозяевах такой послушной и «благочестивой» религиозной системы «зомби». Ведь у хозяев могут быть совсем другие принципы в отношении нестяжания и прочих благородных устоев веры…

423.

Избегать всегда легче, чем изживать, т. е. преображать жизнь, чтобы не нужно было избегать неприятное и неправедное.

424.

«Побеждать» в своей психике привязки к жизни легче, чем изживать всё, что приносит страдания вследствие неправедности этого.

425.

Успехи по избеганию трудностей.

426.

Перед кем?

427.

Отсюда выражение «рабы Божии».

428.

Иерархия советских и партийных «элит», замкнутая на «мировую закулису».

429.

Так называемым «общественным признанием».

430.

Как булгаковский Иешуа.

431.

Наличие таковых — признак трусости перед жизнью и несовершенства психики.

432.

Но именно на пастырстве и основаны все религии.

433.

Правильное усилие буддистов — не праведность, а последние (перед началом курса непосредственно йоги) усилия по закрепощению психики религиозными стимуляторами накопления посмертных заслуг.

434.

Существуют множество йогических практик, в ходе которых ученики учатся обретать чувство, имитирующее умиротворённость и приучают свою психику относиться ко всем людям по-доброму. Так, например, существует практика многоступенчатых созерцаний, приводящих психику ученика к такому состоянию.

435.

В первую очередь — перед Богом.

436.

Комплексная подготовка индивидуального организма к слиянию с эгрегором и одновременно проверка бессознательных уровней психики на соответствие эгрегориальным стандартам, полученное в ходе предыдущих ступеней. Поэтому седьмую ступень и называют активной бдительностью сознания (психики) — состоянием организма, психики, когда последняя «освобождается» от всего, что мешает концентрации согласно заданным целям. Сама же способность концентрации приводит к «просветлению».

437.

Асана — позы, пригодные для медитации, созерцания;

Пранаяма — дыхательные упражнения;

Пратьяхара — отвлечение чувств от предметов чувств, достижение бесстрастия;

Дхарана — сосредоточение на избранном объекте;

Дхъяна — созерцание, медитация.

438.

Напомним, что сансара — выдумка Востока, порождённая иллюзиями посмертной «справедливости». Поэтому понятие «заложники» как раз подходит к людям, психика которых одержима иллюзиями Востока — они из века в век сами себе создают соответствующие условия жизни на Земле и адекватное программное обеспечение в духовном мире.

439.

В этой связи совсем «просветлённым» называется буддист, который достиг нирваны и освободился от колеса земных страданий — сансары. Все остальные буддисты — считаются стремящимися к просветлению. Но в определённой мере они тоже «просветлённые»: настолько, насколько смогли отречься от Языка Жизни.

Так, согласно мифической теории Срединного пути, из людей, постигающих буддизм, и двигающихся этим путём к нирване — могут появиться существа, складывающиеся в своеобразный буддийский «пантеон». Те, которые достигли нирваны и сменили этот мир на космическое пространство — называются буддами. Будды периодически (но редко) воплощаются из Космоса, чтобы учить людей. Те, которым остался всего лишь шаг до нирваны — называются бодхисаттвами (стремящимися к просветлению) — люди, не делающие последний шаг к нирване ради обучения других людей на Земле. Одна из высших ступеней для бодхисаттвы, на которую он подымается по мере «просветления» — архат (святой). «Чувства у него спокойны как кони, обузданные возницей. Он отказался от гордости и лишён желаний. Такому даже боги завидуют» (Дхаммапада, VII, 93–95) — говорят про архатов.

440.

Восьмая ступень индусской йоги.

441.

Так, что на уровень сознания не будет поступать буквально вообще ничего: ни мыслей, ни эмоций, ни физических чувств… Такое возможно лишь на Востоке.

442.

В нашем понимании — эгрегор.

443.

На этом основаны известные способности восточных магов не чувствовать даже сильных физических воздействий на тело, таких как острые и горячие предметы, и даже нанесённые раны. Кроме того, поскольку психика не фиксирует в подобных состояниях нанесённые раны и соответствующий эгрегор не «записывает» их наличие — после подобных «сеансов» физиология организма как бы «возвращается назад»: раны затягиваются, ожоги заживают. Это можно объяснить тем, что материальное поражение не фиксируется информационно-алгоритмически ни в психике, ни в эгрегоре и, согласно триединству, материя легко восстанавливается в исходное состояние, которое информационно-алгоритмически не зафиксировано до нанесённого поражения.

Этим же эффектом можно объяснить и чудесные лекарства известные ещё со времён шаманов: шаман возвращается «назад» в процессе камлания, залезая в информационное поле эгрегора, в котором «записан» момент увечья (болезни) — и читает там всю «историю болезни». После чего остаётся лишь воспроизвести информационно-алгоритмический фон, который был до момента начала болезни, «напялив» его на психику больного. Либо уничтожить источник, но под силу ли это шаману?…

444.

Каталепсия (от греческого katalepsis — захват, удерживание) — двигательное расстройство застывание человека в принятой им или приданной ему позе.

445.

Теория ежемгновенного сочетания дхарм, обусловленных кармическим состоянием — всё же делит сочетания дхарм на две части: так что не вся психическая деятельность прекращается во время нирваны, как учит буддизм. Как можно понять: одна часть — «нечистые» дхармы, а другая — сочетания дхарм «свободной» индивидуальной субстанции:

«Личность превращается в континуум (сантана) постоянно меняющихся психофизических состояний. Но этот континуум за счет мгновенности дхарм включает в себя и момент дискретности. В этом отношении психический опыт личности можно сравнить с кинофильмом, который воспринимается как непрерывный континуум, но в действительности состоит из большого количества связанных между собой дискретных кадров.

Существовала разработанная классификация дхарм. Во-первых, они делились на являющиеся в сансарическом опыте (санскрита) и не являющиеся (асанскрита). К последним относятся пространство развертывания психического опыта (акаиш) и два вида «прекращений» (ниродха; ср. читта вритти ниродха в йоге Патанджали), знаменующие обретение нирваны» — Е.А.Торчнов.

446.

Что практикуется в йоге.

447.

Это достаточно легко представить себе: когда вы увлечены каким-либо объектом вашего внимания (хобби, профессиональный труд…), то зачастую не замечаете, что творится вокруг вас. В такие моменты вами можно в некоторой мере манипулировать через те каналы чувствований, которые не контролируются вашей психикой вследствие её занятости объектом внимания. Сосредотачиваясь на предмете вашего интереса, вы как бы отключаетесь от внешнего мира — не полностью, конечно. Буддистов же учат полному отключению от всего, что касается их субъективизма, что можно достичь лишь в организме с целенаправленно изменённой физиологией.

448.

Сам же эгрегор представляет собой мощнейший «архив» восточных навыков, которые копились веками и тысячелетиями, иерархически структуированы по доступу, и касаются многих сфер жизнеобеспечения, в первую очередь — магия лекарства, военные искусства, магия физиологии тела, разнообразные чудеса и пр. Так что помимо ощущений комфортности психики («свободы») можно приобрести и разнообразные неписанные навыки — в зависимости от земной «профессиональной» ориентации.

449.

Вот как приводит обоснование этого Е.А.Торчинов:

«Последний, восьмой уровень созерцания и развертывания сансарического сознания. Этот уровень принципиально не описываемый и называется уровнем «ни восприятия, ни невосприятия». Иногда в буддийских текстах предполагается, что именно этих последних двух-трех уровней созерцания достигают тиртхикские (небуддийские) йогины и принимают их за состояние окончательного освобождения, хотя в действительности и эти уровни имеют сансарический характер, что означает, что рано или поздно сознание достигшего этих уровней йогина все равно развернется на более низких уровнях сансары, и он вновь родится одним из живых существ тройственного психокосма».

450.

Это и не удивительно: чем меньше бессознательных врождённых предрасположенностей к духовной культуре буддистов — тем больше требуется предварительной нейролингвистической подготовки.

451.

Е.А.Торчинов.

452.

Если ещё точнее, то нир- это отрицание, вана означает соединение или жажду и является силой, которая обеспечивает переход из одной жизни в другую. Следовательно, нирвана — это существование, свободное от уз цикла жизни и смерти вследствие затухания желания.

453.

По большому счёту — от совести.

454.

Покоя и добиваются буддисты. В русском языке покой и покойник — однокоренные…

455.

Из раздела «Антидиалектичность буддизма».

456.

По буддийской «космогонии», см. там же в разделе «Антидиалектичность буддизма».

457.

Медиатор от латинского mediator — посредник.

458.

Это понятие (медиатор) введено в некоторых учебных материалах по буддизму, в указанном выше смысле.

459.

Органы чувств как правило имеют нервные окончания.

460.

В центральной нервной системе роль медиаторов осуществляют ацетилхолин, норадреналин, дофамин, серотонин, гамма-аминомасляная и глутаминовая кислоты, глицин. Эти же соединения обнаружены в растениях, где, вероятно, также выполняют регуляторные и сигнальные функции.

Некоторые из аналогов этих веществ содержатся в наркотиках и табаке. Последние, как известно, являются быстрым средством, предназначенным для ухода в иллюзорный мир в современной глобальной культуре. Также известно, что наркотические вещества изменяют «нормальную» алгоритмику работы естественных медиаторов, вмешиваясь в неё своим «посредничеством».

461.

Кроме того, медиатором (иначе плектром от греческого plektron — ударяю) называется приспособление для защипывания струн при игре на некоторых струнных щипковых музыкальных инструментах (типа лютни, цитры, мандолины, гитары); костяная, пластмассовая, металлическая пластинка, гусиное перо или кольцо с «когтем», надеваемое на палец.

При настройке инструмента плектром (медиатором) ударяют по струнам, извлекая звук, который сравнивают с «эталонным», извлекаемым из камертона. Приведённый нами в разделе «Антидиалектичность буддизма» метод настройки своей психики с помощью эмоций является своеобразным камертоном для психики, о чём было сказано в этом разделе. Ясно, что если звук от струны не поступает вследствие отсутствия медиатора (нечем ударить по струне), то и сравнивать в «камертонном» процессе — тоже нечего, да и не с чем: ведь все прошлые и настоящие эмоциональные ощущения в буддизме признаются «возникшими в сознании медиатора», иначе, иллюзиями.

462.

Что очень напоминает посмертное поощрение успешного верующего, которое имитирует справедливость.

463.

«Вопросы Милинды», Кн. III, М. 1989 г.

464.

Царь Милинда описал признаки «животного» типа психики.

465.

Здесь царь Милинда показал своё понимание сути йогических практик.

466.

Шаманы тоже мучаются на начальной стадии…

467.

Как можно понять, под неприятелями понимаются все жизненные «привязки» — всё, что мешает буддийскому счастью.

468.

А определённой нравственности обязательно соответствует фрагмент коллективного бессознательного — эгрегор, под духовностью которого живут люди, близкие по нравственным критериям их психического склада. Так что место у нирваны всё же имеется, в чём неосознанно и признался Нагасена.

Тем более, что нирвана лишь часть алгоритмики эгрегора буддистов, обеспечивающая им обратную связь из «Космоса», которую они сами же и заложили в свою духовную культуру: за что боролись — то и имеют. В то же время этот эгрегор является кладезем знаний и, главное — бессознательных навыков. Последние можно обрести и вне нирваны в качестве бессознательной поддержки эгрегором какой-либо деятельности людей, верных идеалам буддистов. Одним из самых распространённых «паролей» доступа в кладезь знаний и навыков является принцип «никаких собственных мыслей» — чему и учатся буддисты на этапах Восьмеричного пути. Преданность вере и достижение состояния психики при котором давятся все собственные мысли — открывает удивительные способности в разных сферах (боевые искусства, лекарство, магия тела…).

469.

Как правило, буддийские тексты не содержат позитивного описания нирваны. Более того, вопрос о природе и характеристиках нирваны относился к тем, в ответ на которые Будда хранил «благородное молчание»: состояние нирваны принципиально выходит за пределы области эмпирического знания и соответствующего ей языка описания. Поэтому лучшим определением нирваны может быть или молчание, или отрицательное определение (типа «не то, не то»), или перечисление того, чем нирвана не является. В целом же можно сказать, что нирвана в буддизме — некая принципиально отличная от эмпирической форма внеличностного бытия.

Это возможно вследствие того, что нахождение в нирване всегда связано с отключкой уровня сознания, по выходе же из нирваны, те, кто там был — лексически не могут описать ощущения Это можно уподобить тому, как невозможно описать приятный сон, не помня его содержание: уровень сознания в этом случае помнит лишь приятные эмоции. Но это не значит, что содержания сна не было: ведь известно и то, как люди вспоминают содержание своих снов и одновременно могут сопоставить эмоции, которые соответствовали содержанию.

В то же время определение нирваны как некой принципиально отличной от эмпирической формы внеличностного бытия — можно признать. Сливаясь и эгрегором в бессознательном состоянии и доверяя эгрегору себя полностью — индивид действительно становится объектом внеличностного управления (бытия). Все признаки конкретной личности при этом пропадают.

470.

Тем, кто родился и вырос в буддийской культуре, накрепко повязанным этой духовностью от рождения генетически проходить первые этапы Восьмеричного пути вовсе не обязательно: для них всё, чему обучаются и так является «само собой разумением».

471.

Та же теория не существования души, что и в буддизме.

472.

Борьба мифических «добра» и «зла» во Вселенной — те иллюзии древних людей, с которых начался восточный дуализм и всё, что с ним связано.

473.

Иными словами Земля, согласно саентологической вере, представляет собой вселенский тюремный изолятор, в котором духовные сущности тэтаны проходят многожизненный (в течение многих жизней) курс «исправления».

474.

Официальная психология отреагировала на саентологическую деятельность резко отрицательно:

«Специалисты БМЦ социальной и судебной психиатрии им. Сербского и Московский НИИ психиатрии, изучив последствия сайентологических практик, пришли к следующим выводам: 1) деятельность сайентологии ведет к серьезному ущербу для физического и психического здоровья человека; 2) ущерб здоровью проявляется в форме индуцированных бредовых, бредоподобных расстройств, патологических сверхценных идей и патологического развития личности, а также психического и физического истощения, создающих предпосылки для иных заболеваний, прекращению детородных функций человека и т. д. 3) возникающие нарушения сопровождаются грубой семейной и социальной дезадаптацией личности, ставящей ее вне семьи, общества и государства».

Что касается места и роли деторождения, семьи, общества и государства — то специалисты БМЦ во многом правы: ведь перечисленные социальные институты считаются «привязками-ограничениями» к «порочной» жизни не только в саентологии, но и в буддийских основах духовности.

475.

Видимо, стремясь охватить как можно больше верующих (в первую очередь из тех кто признаёт единого Бога в разных религиях), саентологи оставили ловушку для таковых:

«Саентология без сомнения удовлетворяет всем трём критериям, обычно используемым специалистами по всему миру для определения религии: 1) вера в какую-либо Высшую Реальность, такую как Всевышний или вечная истина, которая превыше бренности мирской жизни; 2) религиозные практики, направленные на понимание, достижение этой Высшей Реальности или приобщение к ней и 3) сообщество верующих, объединившихся для того, чтобы следовать этой Высшей Реальности.

Верования Саентологии в Высшую Реальность, выходящую за границы материального мира, включают в себя понятия тэтана, духовного мира (седьмая динамика) и Верховного Существа (восьмая динамика). Второй элемент можно обнаружить в Саентологических церемониях, относящихся к ритуалам повседневной жизни, таким как наречение, венчание и заупокойная служба, но главным образом, — в религиозных услугах по одитингу и обучению, с помощью которых Саентологи повышают своё духовное осознание и достигают понимания духовного мира и, в конце концов, своей связи с Верховным Существом. Что до третьего элемента, то очень активное сообщество прихожан можно обнаружить в любой Саентологической церкви почти в любое время суток.

Саентология, таким образом, является религией в наиболее традиционном смысле этого слова. Саентология помогает человеку в большей степени осознать Бога, в большей степени осознать собственную духовную природу и духовную природу окружающих его людей. Писание Саентологии признаёт, что существует целая динамика (стремление или жизненная мотивация), которая отводится Высшему Существу (восьмая динамика), и другая динамика, которая связана исключительно с человеческим стремлением к существованию в качестве духа (седьмая динамика). Признание этих сторон жизни является традиционной характеристикой религий».

476.

В противном случае, буддизм (да и многие другие религии ведического Востока — разновидности индуизма) не стали бы расписывать во времени «космические» этапы существования цивилизаций (кальпы), привязывая психику верующих ко временному якобы предопределению…

477.

В буддизме — совокупность дхарм.

478.

Но нравственные критерии «хорошести» человека весьма напоминают «чистоту» «зомби», у которого вместо сердца окаменевший уголь…

479.

Это — извращённый атеизм: приписывание Богу того, что Он создал человека с заведомо порочной психикой.

480.

В саентологии есть путаница понятий. Дианетика (и саентология, как преемница) иназывается наукой душевного здоровья, а оперируют саентологи с разумом (психикой). Получается, что душа и психика в этой религии сливаются в единый образ, в котором едва можно отличить одно от другого.

481.

По меньшей мере рецидивы Человечности уничтожаются — заодно с действительно имеющими место серьёзными психическими отклонениями людей, полученными ими от наследия предков и от доминирующей культуры. Но при более пристальном рассмотрении все психические отклонения от «нормы», существующие у каждого индивида при толпо-«элитарном» жизнестрое, предназначены для одной цели: они указывают путь выхода общества из тупика толпо-«элитаризма», а значит — они, как это не парадоксально, являются рецидивами, способствующими выходу в Человечность. То есть, психические отклонения от толпо-«элитарной» нормы служат своеобразными вешками на пути глухой, незрячей и бесчувственной к Божиим призывам толпы.

Теперь представьте себе, что будет, если вешки убрать…

482.

Потому что социологией занимаются хозяева всех религиозных культов и «наук».

483.

Рецидивы мировоззрения восточного дуализма. Все «просветлённые» — друзья. Остальные признаются, видимо, «опасными зомби». Вот что пишет очевидец, прошедший курс саентологии (материал из Интернета):

«Когда Вы скажете, что кто-то из ваших родственников плохо относится к Саентологии. Вас непременно усадят за курс «Как преодолевать спады и подъемы в жизни». В этом комиксе, составленным по главе из книги «Введение в саентологическую этику», написано, что те, кто плохо относится к Саентологии, являются неисправимыми психопатами — «Подавляющими Личностями». Подавляющая Личность (ПЛ) — это человек, стремящийся «вывести саентологов из душевного равновесия, постоянно наносить им вред тайком, чернить их и распространять плохие новости о Саентологии». Те же, что контактируют с «подавляющей личностью», называются еще заковыристей: «потенциальными источниками неприятностей» (ПИНами). Что же надо делать с ПЛами? С ними саентологи будут вести «Честную Игру» (их термин). Что это означает, разъяснил в одном бюллетене сам Хаббард: «каждый саентолог, не опасаясь наказания Церкви, может лишить собственности всякую подавляющую личность или группу подавляющих личностей и нанести им любой вред. Их можно завлекать в ловушку, подавать на них в суд, им можно лгать, их можно уничтожать физически». Очевидно, ПЛы относятся к тем 20 процентам населения планеты, которых, по Хаббарду, ради прогресса на Земле необходимо изолировать и нейтрализовать».

Но ведь и в буддизме на «непросветлённых» людей, якобы отягощённых кармой — «просветлённые» смотрят со снисходительной высокомерной «мудростью» молчания…

484.

Иными словами — земной мир становится лишь средством для обретения свободы, а от всего «лишнего» стараются избавиться. Однако создание мощного эшелона «просветлённых» в каком-либо обществе может оказаться фактором, направленным на некую глобальную цель, о которой «просветлённые» не имеют никакого представления.

485.

К политическому аспекту восточных психотехник мы ещё вернёмся в заключении.

486.

То есть, саентология пошла дальше дианетики: она добавила к психотехникам дианетики морально-этический и оздоровительный кодексы. Поэтому в отличие от дианетики (науке «душевного здоровья»), саентология признана религиозной организацией. Но кодексы саентологии не являются социологией: они представляют собой догматы для выживания индивидуалистов в условиях земных страданий — мучительной для них социологии…

487.

Всё то же самое мы наблюдали в буддийских «канонах».

488.

Это нам знакомо из буддизма.

489.

Сторонников саентологической церкви в мире миллионы. В России сайентология действуют в нескольких ипостасях «Церковь сайентологии», «Сайентологическая церковь», «Центр дианетики», «Гуманитарный центр Хаббарда», «Центры детоксикации», «Нарконон», Образовательная организация «Студема», «Хаббард-колледж» и некоторые другие.

490.

У буддистов понятие психики обозначено словом «сознание»; у саентологов психика названа словом «разум». Вот как отвечают саентологи на вопрос «что такое разум?»:

«Разум, по существу, является системой, с помощью которой человек осуществляет общение со своим окружением и контроль над этим окружением. Он состоит из умственных образов-картинок, которые являются записями прошлого опыта. Человек использует свой ум для того, чтобы ставить и решать проблемы, связанные с выживанием, а также для того, чтобы направлять свои усилия в соответствии с принятыми решениями».

В действительности это больше подходит под определение всей психики, в составе которой разум — не единственная компонента: инстинкты, разум, интуиция — явления разного иерархического порядка в организации поведения человека и все они на бессознательных уровнях представляют собой информационные блоки «образов-картинок, являющихся записями прошлого опыта», а не только разум-интеллект.

491.

Как мы уже знаем эмоции предназначены для сигнализации на уровень сознания человека, что у него с психикой не всё в порядке. После чего нужно задуматься о причинах такого рода сигнализаций…

492.

То, что автоматически как бы прикладывается к индивидуальной психике как «способности-навыки» и «база данных» вследствие обретения индивидом определённой психической ориентации — типа психики.

493.

В саентологической церкви есть нечто подобное, но не для всех. Мы ещё вернёмся к этому вопросу.

494.

Как можно понять, точка «Полного Поражения» это — состояние постоянных сильных стрессов и пониженный до саентологического предела отрицательный эмоциональный фон — от которого избавляются процедурами «чисток» (мы их рассмотрим далее). «Безмятежность существования» — это состояние близкое к ощущению умиротворённости, когда отрицательные эмоции сведены на «нет», но и эмоциональной взвинченности тоже не наблюдается.

495.

Это свидетельствует о том, что после стандартных процедур «просветлённые» личности продолжают самостоятельно (или при помощи специального собеседника) следить за своей психикой так, как учат в церкви.

496.

Не только в биологии, но и во многих других разделах знания термин «аберрация» употребляется в смысле отклонения от нормы, а также для обозначения реальных отклонений от теоретического или расчетного результата при осуществлении на практике какого-либо теоретически обоснованного действия и т. п. В контексте дианетики «аберрация» — отклонение психической деятельности индивида от её наилучшего возможного порядка.

497.

Выделанная нами жирным фраза из определения инграммы — теоретическое основание вмешательства в психику людей со стороны с помощью психотехник. Основание этому теоретическому постулату — мифическая «космогония» саентологической церкви, которая утверждает, что все люди от рождения обязательно «ненормальны» и для них требуется психическое лечение.

498.

Зигота — первая клетка нового организма, образующаяся после слияния сперматозоида и яйцеклетки в процессе зачатия.

499.

Иными словами о пограничных ситуациях, которым соответствовали негативные эмоции и, может быть даже — стрессы.

500.

Вообще же знакомство с саентологической церковью начинается с анкеты 200 вопросов, которая предлагается потенциальному преклиру. После ответов на эти вопросы одитор делает вывод: «вы аберрированы!».

501.

При более пристальном взгляде у саентологов и у «христианских» иерархов церквей много общего, а цели и хозяева — одни и те же.

502.

Можно полумать, что Бог создал человека, наделив его частью ума, которая ни для чего не пригодна…

503.

Об прямой обусловленности саентологической церкви древним мировоззрением восточного дуализма мы поговорим в заключении.

504.

Подготовка к которому начинается на более ранних ступенях.

505.

В данном случае саентологи под умом имеют в виду разум — интеллект. Но в действительности речь идёт о всей многокомпонентной психике. Другие возможности психики (помимо интеллектуально-разумных) — инстинкты и интуицию — саентологи как бы не замечают, оперируя с понятиями, относящимися лишь к рациональной (только и полезной с их точки зрения) интеллектуально-разумной деятельности, всё остальное приписывая по умолчанию реактивному уму с его якобы вредными воздействиями на физиологию человека.

506.

Слово «интеллект» в дианетике является синонимом ума в смысле, определённом этой аксиомой.

507.

И зактепляют результаты на следующих трёх ступенях.

508.

В буддизме это можно в общих словах выразить через «восемь благих правил»: я буду воздерживаться от убийства…, от взятия того, что не дано…, от сексуальных контактов в любой форме…, от неправдивой речи…, от опьяняющих веществ…, от принятия пищи до 6 часов (утром) и после полудня…, от украшения тела и развлечений…, от использования кроватей и кресел, способствующих лени.

509.

Самый распространённый «одитинг» в буддизме — система коанов.

510.

Если рассмотреть процессы, которые активизируют в организме алкоголь, табак и другие наркотики — то можно увидать примитивную модель изложенного. Во всех случаях (но по-разному) происходит временное отключение через изменение потоков медиаторов — части тех клеточных «банков данных», которые у саентологов считаются инграммными. Подробнее про влияние на организм алкоголя и табака см. книгу «Оружие геноцида: самоубийство людей и его механизмы» С-Пб, 2005 г.

511.

Скорее всего этим можно объяснить такое психическое явление, которое получило название «дежавю» — психика воспроизвродит повторение чего-то, что уже было.

512.

Если не внимать Языку Жизни.

513.

Мы это описание приводить не будем из-за его большого объема. Примеры полезности реактивного ума, управляющего инграммами, которые приводит Л.Р.Хаббард: «боец, который продолжает драться в полубеспамятстве, обгоревший человек, который выползает из огня».

514.

Иными словами, общество клиров будет послушно, предсказуемо и стандарно реагировать на сказанные слова.

515.

Который вынужден «оправдывать» и «обслуживать» поведение аберрированного индивида в тех ситуациях, когда работает его реактивный ум.

516.

Очень напоминает сознание (ум) клированного субъкета.

517.

А это — «нормальную» работу аналитического ума (в терминологии саентологов) но приспособленного для целей буддизма. У буддистов «аналитика» не та, что у саентологов. «Аналитика» буддистов это — «мудрое» бессознательное слияние психики с огромными объёмами информации буддийского эгрегора с возможностью лёгкого поиска информации и навыков, востребованной в определённых условиях.

У саентологов «аналитика» это способность лёгкой работы с прикладными массивами информации и осознавания этой информации в процессе прикладной деятельности.

518.

Инграмм — в терминологии саентологов.

519.

То же самое проделывает и одитор, копаясь в реактивном банке данных преклира.

520.

Психический бессознательный «штамп» мышления и поведения: причина — соответсвтующие инграммы.

521.

Не следует забывать, что люди Востока — гораздо больше, чем западные люди, мыслят и обмениваются информацией не с помощью лексики, а с помощью готовых образов. Последнее нашло своё отражение в восточной иероглифической письменности: каждый иероглиф — соответствует стандартному образу. Поэтому «клирование» с помощью обращения психики к готовой клеши (что больше соответствует «картинке, означающей то или иное переживание», нежели её лексическому описанию) свойственно Востоку.

522.

Интенция (от латинского intentio — стремление), намерение, цель, направление или направленность сознания, воли, чувства на что-либо, вследствие чего-либо.

523.

Инграммы — по-саентологически.

524.

То же самое, но в другой терминологии пишет Л.Р.Хаббард о природе происхождения инграмм.

525.

«Для тех, кто далек от дзэн, коан представляется просто вздором. Интеллектуальная гимнастика, сколь бы возвышенной или утончённой она ни была, никогда не может разрешить коан; фактически он и даётся для того, чтобы побудить ученика выйти за пределы интеллекта. Не работайте более чем над одним коаном за раз, не обсуждайте его с кем бы то ни было, кроме своего учителя. Просто смотрите на вопрос, не думая ни о чём другом, не пренебрегайте своими повседневными обязанностями, но употребляйте для решения коана любой свободный момент.

Всякий коан представляет собой переживание какого-то человека как раз в момент достижения им пробуждения; коан — выражение подлинного переживания». (Энциклопедия современной эзотерики).

526.

«Было бы неправильно говорить, что коан — это предмет медитации. Коан осваивается с помощью подготовленного инструмента, и когда происходит слияние инструмента и искусного метода, достигается определенное состояние сознания. Сознание мгновенно озаряется благодаря решению коана» (Из книги Иссю Миура, Рут Фуллер Сасаки «Коаны Дзэн»).

527.

Дальнейшая цитата из книги Иссю Миура, Рут Фуллер Сасаки «Коаны Дзэн».

528.

Речь идёт об имитации Справедливости в толпо-«элитарном» («царском») обществе.

529.

Первый абзац о том, как формировались коаны.

530.

То же самое мы видим и у саентологов: строгих догматов или заповедей в общем-то не имеется, а на выходе — определённая религиозная нравственность. Значит «вычищается» всё, что не соответствует религиозной нравственности, а всё, что осталось — и составляет нужную «нормальную» нравственную основу. Это так, поскольку не бывает такого, чтобы вообще не было какой-либо нравственности, за что можно легко принять отречение буддистов от мирских «привязок», например, либо- культивирование саентологами религиозной и/или идеологической толерантности.

531.

Для сравнения: саентологические процедуры по клированию занимают стони часов.

532.

Имеется в виду необходимые для полноценного ощущения Жизни рецидивы человечности, в условиях толпо-«элитарной» культуры.

533.

И бессовестным.

534.

«Сложением» управляет нравственность.

535.

Информация в памяти как таковая — тоже объективна, хотя в ней могут присутствовать искажения, обусловленные разнородными сбоями в работе психики субъекта.

536.

Характер позитивной нравственной динамики должен примерно соответствовать кривой «Закона Времени» (см. первую книгу курса).

537.

Имитации справедливого общества исторически были разные. Последняя — это псевдосоциализм СССР.

538.

Как можно понять из курса саентологов, они тоже ищут не правду, а истину…

539.

Сюда же можно отнести и политические репрессии ряда «коммунистических» и «социалистических» стран и прежде всего — СССР.

540.

Изначально в русском миропонимании Истина не может быть неправедной, а справедливость не может быть обретена вне Правды-Истины, и соответственно — всякая ложь (в том числе и неправедные религиозные истины) — несправедлива и неправедна. В этом единении Правды-Истины-Справедливости-Праведности — изначальное своеобразие Русского въдения жизни и Русской речи.

541.

Найти в Жизни свою Правду-Истину и поделиться ею с людьми можно: но для этого надо серьёзно потрудиться, потратить зачастую многие годы и тогда Правда-Истина начнёт раскрываться с Божией помощью по мере изменения нравственности Человека в сторону благонравия. Меру обретения своей Правды-Истины следует согласовывать с помощью другим людям в обретении ими того же. Всю Правду-Истину текущего момента развития могут знать все люди, если они объединят свои изыскания в этом плане.

542.

Понятие, введённое нами в процессе рассмотрения этапов Восьмеричного пути.

543.

Иными словами, Бог приводит каждого человека персонально к той или иной пограничной ситуации с определённой известной Ему целью — для того, чтобы человек постарался изменить свою нравственность, исходя их урока, преподанного ему Жизнью. Ну а если этого и не происходит, то всё равно через пограничные ситуации люди оказывают влияние друг на друга, являясь таким образом посланниками Бога друг к другу.

544.

В том смысле, который мы приводили в её определении. Вообще же мера совести непосредственно связана с некой базовой (стартовой) нравственностью, с которой индивид входит в Жизнь. А это зависит от многих факторов и в первую очередь — от доминирующей культуры.

545.

Правда их реактивный ум (в терминах саентологов) записывает все пограничные ситуации и соответствующие им эмоции.

546.

Но в нашей цивилизации он движется вслед за техническим прогрессом — принудительно подгоняемый грубыми рычагами воздействия, которые люди сами для себя создали и назвали страданиями.

547.

Отсюда и инграммы (в терминах саентологов) — моменты бессознательного, содержащие боль.

548.

Как учат саентологи, все инграммы в некотором роде зависят от самой ранней, которую они называют «бэйсик-бэйсик». Индивид получает эту инграмму на том этапе развития, когда уровень осознания им информации пограничных ситуаций ещё нулевой. Поэтому такого рода инграммы (издержки формирования психики ребёнка) обращены пост-фактум к родителям, которым следует посмотреть на своё дитя и сделать для себя выводы нравственного характера: как они себя вели в процессе взращивания плода и воспитания несмышлёныша…

549.

Взаимно доброжелательная беседа двух людей о своих жизненных проблемах и непонятных случаях, привычках, желаниях может оказаться по существу успешным сеансом клирования, освобождающим человека из плена сознательно немотивированного поведения на основе диктата инграмм, если в результате беседы, какие-то проблемные причины проблем, скрытые в бессознательных уровнях психики, стали осознаны и перестали довлеть над психикой человека, отравляя ему жизнь, и при этом они могут не знать даже слов таких как «дианетика», «саентология».

Отличие клирования от такого рода беседы в том, что беседа может быть прервана по инициативе любой из сторон, а сеанс клирования в праве прервать только одитор, а не преклир: по существу в этом и состоит единственный элемент насилия над тем, кто проходит клирование. Но здесь ситуация, подобная той, что хирург не вправе остановить начатую операцию по требованию пациента, которому не приятен процесс хирургического лечения. И если беседы могут носить несистематический характер, то сеансы клирования следуют в очередности друг за другом по определенному плану до достижения в их ходе поставленной цели — опустошить «инграммный банк» в психике человека, после чего вся информация в ней станет доступной его «аналитическому уму».

550.

По-религиозному — Диаволу.

551.

Вот и изощряются многие люди, пытаясь выделиться из толпы не благонравием, а нестандартным внешним видом. Вершина этого — современный «персинг».

552.

Вне человечного строя психики, если и возможно говорить о каком-то единстве эмоционального и смыслового строя психической деятельности, то это «единство» — во-первых, не ладное по отношению к Жизни, а во-вторых, в нём имеет место конфликт между сознанием и бессознательными уровнями психики, а также и внутренние конфликты в самом бессознательном, обусловленные пороками нравственности как иерархически упорядоченной совокупности определённых нравственных мерил. И, как следствие, это влечёт участие индивида во внутренне конфликтной коллективной психике — коллективном бессознательном; иначе говоря, влечёт замыкание психики индивида на несовместимые, враждующие друг с другом эгрегоры.

553.

Как в своё время был наречён Христос.

554.

Не согласных с двойными стандартами «социализма» в СССР часто направляли в психушку.

555.

Так, в современной России около 70 % считают себя православными, и лишь несколько процентов из них представляют себе основные заповеди Нового Завета (Нагорная проповедь якобы Христа).

556.

Нужно сказать, что, даже утеряв прошлый уникальный жизненный опыт, люди, прошедшие клирование вынуждены и после этого прибегать к процедурам одитинга (либо самоодитинга по «рецепту» саентологов), поскольку последующая их жизнь обязательно преподнесёт те пограничные ситуации, которыми Бог будет вновь и вновь предлагать людям помощь: душа-то у них осталась. Поэтому у саентологов предусмотрен пожизненный курс избавления от стрессов, дабы люди не обращали внимание на настойчивые призывы Языка Жизни после процедуры клирования.

Примерно такая же ситуация и у буддистов, но со своей спецификой.

557.

Конечно же этим сразу «пользуются» специальные службы враждебных государств…

558.

Для этого у «христиан» существует процедура отпущения грехов — своеобразная бессмысленная для Жизни эмоциональная разрядка, устроенная системными культами.

559.

Напомним, что реактивный ум, согласно саентологам, мыслить тождествами.

560.

К тому же даваемое в пограничных ситуациях до этого у клиров вычищается из психики (остаётся лишь безэмоциональная информация), поэтому качество сравнения уже не то, какое нужно.

561.

При перекачке информации из реактивного банка в аналитический банк сохраняется некая формально-логическая сторона, но важнейшая часть информации теряется.

Эту разницу можно ощутить при сравнении объёмов информации, полученных от просмотра выступления какого-либо политика и простого чтения его выступления. Попадая в текст, лексика лишается образности, свойственной устной речи, мимики, интонации, пауз и прочих эффектов, которые нельзя передать в стандартно отформатированном тексте.

562.

Тем самым в середине I тысячелетия н. э. буддийские школы сильно повлияли на отстававший в этом отношении индуизм.

563.

Боги индуизма и буддизма постепенно утрачивали характер чёткого разделения на «светлых» и «тёмных», смешивались качества богов, образуя под конец аморфный пантеон богов. «Образы» главных богов были дуалистичны по характеру и в процессе развития их культы отошли на второй план по отношению к персональным психотехникам.

564.

Напомним, что западная технократия сыграла позитивную роль в размывании и разрушении этого типа восточного нравственного «застоя».

565.

У людей, алгоритмика психики которых базируется на «животных» инстинктах культурные оболочки соответствуют бессознательным алгоритмическим программам «животного» типа. Этим можно объяснить особую приоритетность занятий на ведическом Востоке разными видами «единоборств» в совокупности с другими видами йоги — алгоритм быть готовыми к нападению. Но с другой стороны люди ведического Востока бегут в нирвану.

566.

Доминирования принципа, высказанного Л.Р. Хаббардом об обслуживании психикой животных инстинктов выживания — удовольствия и боли — сохраняется во всех типах психики кроме Человечного.

567.

По примеру предыдущей глобальной цивилизации.

568.

Как мы уже неоднократно писали, греческая и римская «философия» не предусматривала Человечный тип психики вообще.

569.

По меньшей мере на 1000 лет.

570.

Вторая благородная истина(Самудая) повествует об источнике страданий: «Это жажда, приводящая к новым рождениям, сопровождаемая удовлетворением и страстями, находящая удовольствие здесь и там, а именно: жажда наслаждения, жажда существования, жажда гибели».

571.

Как можно понять, под неприятелями понимаются все жизненные «привязки»-аберрации (по-саентологически) — всё, что мешает буддийскому счастью.

В реальности большинство этих буддийские «неприятелей» — средство доведения до разума милости Божией, которую Бог предлагает людям для их же нравственного совершенства. Но люди отворачиваются от Бога, предаваясь духовным удовольствиям.

572.

С точки зрения действительно властной глобальной «элиты» гонка массового безудержного потребления должна быть сдержана, как основа самовыживания именно «элиты», а не зажравшихся дураков, возомнивших себя элитой. А «рабочее быдло», будучи удовлетворено более менее в материальных потребностях, всё равно не поймет в чем дело.

573.

Нечто подобное было в СССР но под лозунгами, соответствующими идеологии марксизма-ленинизма. Миллионы людей трудились на систему и её «элиту», стимулируемые карьерным ростом, связанными с ним привилегиями, наградами за труд и пр.

574.

Холодный бессердечный разум бессовестной натуры свойственен техническим роботам. Если он присущ индивиду, то это — биоробот-«зомби».

В этой связи любопытно, что именно ведический Восток с приходом туда технико-технологического прогресса с Запада — больше последнего полюбил всяческих технических роботов: есть общность?

Восток, переняв с Запада технический прогресс, отгородился его достижениями от Языка Жизни — также как испокон веков отгораживался психотехниками. Именно на ведическом Востоке (Япония, Китай), где культивировался буддизм, люди кинулись в другую крайность, которой и обучают саентологов: расталкивая друг друга локтями они делают карьеру на базе изучения прикладных наук.

575.

Этому учит известная школа ДЭИР (Дальнейшего энергоинформационного развития). Всех, кто приходит в эту школу предупреждают не лезть в определённый спектр эгрегоров, касающихся нравственно-религиозных вопросов и вопросов глобального управления.

576.

Вспоминается лозунг времён СССР примерно такого содержания: «советским людям открыта широкая дорога для профессионального и духовного совершенства».

577.

Один из главных лозунгов Р.Л. Хабабрда «Делайте как можно больше денег». Как известно для западного обывателя делание денег может быть одним из главных удовольствий в «жизни». Лозунг соответствует политическому строю, называющемуся капитализм. Но по мере клирования общества лозунги могут меняться…

578.

В саентологии восемь динамик, последняя из который «преподаётся» лишь избранным.

579.

Это для тех, кто особо мистифицирован…

580.

Один из способов обретения нирваны предоставляется в процессе «Моста»:

«Целью этой программы является очищение организма от накоплений вредных веществ. Осуществляется это при помощи приема мегадоз витаминов, в частности ниацина, сауны и бега. Все это производится без какого-то ни было врачебного контроля. Конечным явлением этой программы является субъективное чувство эйфории и ощущение легкости во всем теле.

Далее идут Ступени. Они состоят из повторяющихся довольно бессмысленных вопросов, на которые нужно непрерывно отвечать. Первая ступень затрагивает общение (повторяющиеся вопросы типа: «Откуда вы бы могли общаться со своей левой ногой?»), и якобы дает «способность общаться с любым человеком на любую тему». Но все-таки, общаясь с саентологами, трудно поверить, что саентологи достигают этой способности.

На второй ступени обещается возможность «решать любые проблемы», тоже с помощью повторяющихся дурацких вопросов. На третьей нужно признаваться в своих грехах и постигать искусство писать самодоносы. Также Вам предстоит пройти «проверку на безопасность», или «сек-чек». Состоит он из разных вопросов, отвечать на которые нужно под саентологическим детектором лжи — Э-метром: «Торговали ли вы наркотиками?», «Имели ли вы гомосексуальные связи?», а также «Есть ли у вас плохие мысли о Хаббарде?». Все ответы тщательно протоколируются и сохраняются в «папке преклира», недоступной Вам. Если позже Вы станете враждебны к организации, эта информация будет использоваться как компромат».

Это опять напоминает буддийские коаны, которыми саентологи «пользуются» на разных ступенях своих динамик.

581.

Вот и механизм перехода от капиталистических отношений к обществу клиров, лишённых рецидивов Человечности, которые должны заменить «животную» толпу и работать на «элиту» без недовольства своим положением.

582.

Его психика и дурные привычки соответствовали подобному статусу…

583.

Подробно см. главу «Масонство и марксизм» четвёртой книги курса.

584.

Таинственное место в Тибете, которое тщетно ищут до сих пор одержимые сторонники буддизма.

Вообще же тибетский буддизм один из самых иерархически организованных, где место в иерархии обуславливается духовными способностями и даже в некоторых случаях — происхождением.

585.

Монголия — одна из стран, в которых «ренессанс» буддизма после 1992 года прошёл на высшем уровне. Нынешний президент Монголии Намбарын Энхбаяр — тоже предпочитает буддизм.

586.

Наиболее ортодоксальный вид буддизма.

587.

В 1578 году съезд всех князей Монголии принял решение о государственном статусе буддизма.

588.

Как будто кто-то дал команду разгромить главный центр тибетского буддизма после появления саентологической церкви. Напомним, что последняя адаптировала буддийское «клирование» под технократическое общество.

589.

Обзор событий тех лет и цитаты даются нами по статье З.С. Семёновой «Где искать ЗАТЕРЯННЫЙ МИР?». Журнал «Знак вопроса» № 1–2, 1993 г. — Москва, Издательство «Знание».

590.

Что из этого могло получиться, можно представить, изучив опыт современной Северной Кореи — в прошлом буддийском государтве, на мировоззренческую почву чего легла основа псевдосоциализма.

591.

Что нельзя сказать про гитлеровскую Германию: нацисты активно сотрудничали с Шамбалой и поддерживались некоторыми буддистскими центрами вплоть до 1944 года. Хотя бы на основе этого тем, кто считает буддизм совершенным учением для развития человека, следует задуматься: почему?

Для убедительности предлагаем сравнить два символа (известно, что слово фашизм произходит от латинского «фасция»):

Духовый символ фашизма:

«Ваджра считается основным буддийским знаком и может изображать сноп молний, алмаз, громовой топор грозных божеств. Позже ваджра стала изображаться в виде пучка молний, перехваченных посредине. Редкое изображение буддийских святых обойдется без знака ваджры, поэтому звание Господина или Мастера Ваджры означает не что иное, как постижение всех тайн буддийского учения и превращения самого человека в божество».

Материальный символ фашизма:

«Фасция — это пучок прутьев с воткнутым в середину топориком, обвязанный ремнём».

592.

Отсюда выражение «Иван-дурак».

593.

От этого преступность, пьянство, нецензурная брань, неуравновешенность и пр.

594.

Это — так, поскольку ни одна из региональных цивилизаций не жила такое долгое время вне рабских взаимоотношений, как наша, Русская.

595.

Что и произошло с появлением дианетики-саентологии.

596.

Это всего лишь символика, принятая в фильме, призванная обозначить средство всеобщей трудовой «зомбификации».

597.

Чем и заманивают в саентологическую церковь доверчивых безвольных людей.

598.

Можно только догадываться, что это должны быть азиаты, у которых в генетике индуизм и буддизм, представители южных государств, у которых в генетике доисламский зороастризм…

599.

22 декабря 2006 года в эфире «Радио России» в передаче «Особое мнение» ведущий Игорь Гмыза общался с Петровой Викторией Александровной — заместителем генерального директора по персоналу ОАО «РУСАЛ» (крупнейший в России металлургический алюминиевый холдинг, имеющий предприятия по всему миру, с общей численностью работающих в 51 тысячу человек). Аудиозапись этой радиопередачи см. на сайте «Радио России».

600.

Большинство склонны думать, прежде чем соглашаться работать на непонятные им цели…

601.

В среднем по России. И это хорошо, потому что те стимулы, которые перечислены выше — не достойны Человека.

602.

В холдинге западного образца — несколько больше.

603.

Лучше не управжняться, если не понимаешь, с чем имеешь дело.

Самое главное то, что сказано после этого.

604.

Не лень, а отсутствие Человеческого стимула к труду.

605.

То есть до исполнительного «зомби» русские не дотягивают никак, даже за деньги и карьеру.

606.

Http://www.rutv.ru/tvpreg.html?id=110425 amp;cid=125 amp;d=4.

607.

Http://www.strana.ru/print/301520.html.

608.

Http://www.vesti.ru/news.html?id=103756.

609.

Http://www.strana.ru/print/297671.html.

610.

Http://www.rutv.ru/tvpreg_rnews.html?tvpreg_id=110425 amp;type_id=8 amp;id=112415 amp;d=0.

611.

Дао-Дэ-Цзине 5 (1).

612.

Опять всё тот же стандартный путь «пророков»…

613.

Космогонию и философию даосизма мы подробнее рассмотрим в следующих разделах.

614.

Это говорит о том, что стремление к справедливости было, а концепции перехода к «царству Великого Равенства» и принципов, обеспечивавших бы его устойчивое функционирование — не имелось. Видимо учение Лао Цзы, зафиксированное в Дао-Дэ-Цзине, не позволяло однозначно и понятно выразить совершенное знание об обществе социальной справедливости. Причины этого мы разберём позднее.

615.

На протяжении почти двух тысяч лет до 1927 года в разных местах и с разным официальным статусом это «государство» существовало как автономное политическое образование.

616.

Как пишет историк, профессор Л.С.Васильев.

617.

Даосизм обладал обширной религиозной мистикой, были менее примитизирован, чем «сухие» конфуцианские «каноны», и воздействовал на суеверную толпу с помощью разнообразной доступной каждому повседневной эгрегориальной магии.

618.

Тем более, что некоторые даосские «мудрецы» считали себя выше государственной власти и глядели на императоров как на временную власть, поддерживающую несправедливый рабовладельческий порядок. Но при этом справедливость они понимали по-своему (по-церковному) — в системе восточных ценностей. Вот что пишет о внутрицерковной жизни даосов профессор Л.С.Васильев в книге «История религий Востока»:

«Вся власть в каждой из общин принадлежала группе духовных наставников-даосов во главе с «епископом», причем все сектанты повиновались им беспрекословно. Жизнь в общинах даосов была организована таким образом, чтобы каждый мог очиститься, покаяться и, пройдя через серию постов и обрядов, подготовить себя к бессмертию.

Во время поста Тутаньчжай (пост грязи и угля), который вначале предназначался для кающихся в грехах больных, а позже стал общим для всех, сектанты мазали лицо и тело грязью и углем, пели псалмы, били поклоны, доводили себя до исступления и в заключение бросались на землю. Чуть отдышавшись, они повторяли тот же цикл на следующий день — и так в течение трех, а то и семи-девяти дней. Во время поста Хуанлучжай (пост желтого талисмана) члены общины во главе с наставниками совершали ритуал на специальной площадке с целью очистить души своих предков и сделать их бессмертными. В дни обрядов-сатурналий Хэци (слияние душ) в общинах совершались оргии, что объяснялось учением даосов о благотворности взаимодействия сил инь и ян — женского и мужского начал. Всего таких постов и обрядов было 28, причем происхождение некоторых из них, в частности Хэци, возможно, имело связь с идеями тантризма, широко распространившимися в начале нашей эры в восточных пограничных горных районах Индии, откуда они, видимо, стали известны и даосам».

619.

Восточный набор религиозных понятий их сферы посмертной «справедливости».

620.

Мы их подробно разбирали в предыдущей главе шестой книги и в пятой книге курса.

621.

Не последнюю роль сыграли притязания на власть в Китае буддийской иерархии…

622.

Поэтому в Русской цивилизации «элитарная» государственность всегда находилась в конфликте с Русской народной Идеей. Но «элитная» государственность всегда дружила с библейским православием, выполнявшим роль проводника интернацистской глобализации.

623.

Большинство трудового населения России бессознательно мучаются «ностальгией» по тем добилейским временам, не желая поддерживать ни одну из исторически предложенных интернацистами моделей толпо-«элитаризма и модель национального толпо-«элитаризма». Русские чуют беду от последнего, но пока не ведают путей выхода из кризиса цивилизационного строительства.

624.

Более подробное обоснование этого утверждения мы приведём в дальнейшем.

625.

Идеи «справедливости», выдвинутые КПК и её поддержка мировым интернационалом обеспечили ей временную победу в Поднебесной. Однако дальнейшая история КНР показала, что китайской толпе в общем-то всё равно под какими лозунгами обслуживать сильную государственность и соответствующей ей национально-цивилизационный курс, претендующий на роль мирового полюса глобализации по-китайски.

626.

Победа СССР во Второй Мировой войне XX века всколыхнула процесс «социализации» многих стран мира. Но, правда, ненадолго…

627.

Упадок процесса распространения «социализма» и его кризис в СССР сказался на коррекции курса КНР. Причины кризиса «социализма» в СССР мы рассматривали в четвёртой книге курса.

628.

В годы так называемого «большого скачка» (1958–1960 гг.) проводились форсирование темпов экономического роста, тотальное обобществление средств производства, ликвидация сельскохозяйственных кооперативов, создание «народных коммун» и др. Культурная революция (1966–1976 гг.), вызвавшая дезорганизацию управленческого аппарата, углубила кризис народного хозяйства. Эта политика КПК (впоследствии подвергшаяся резкой критике в Китае) была пересмотрена после смерти Мао Цзэдуна (в 1976 г.) в пользу проведения курса экономических реформ с целью превратить Китай к середине XXI в. в высокоразвитую державу. Была расширена хозяйственная самостоятельность предприятий, допущена многоукладность в экономике, с целью привлечения иностранного капитала в Китай образованы «открытые экономические районы» и «специальные экономические зоны». С начала 1990-х гг. определился переход к «социалистическому рыночному хозяйству», осуществляемый КПК.

629.

О чём предупреждается в самом Дао-Дэ-Цзине:

5 (1).

Если Истину произречь, / Суть погибнет, а выйдет речь. / Если имя ты назовешь, / То не имя оно, а ложь.

630.

Если понятие «Истина» заменить понятием «Бог», то в общем-то подход верный.

631.

Что можно сказать о Боге, если понимать, что Истина от Него.

632.

Что это? Отрицание воздаяния, или особенности перевода? Ведь воздаятельная доктрина была известна во времена Лао-Цзы.

Можно только гадать, что имел в виду автор первотекста.

633.

Слова верные, но что автор понимал под «праведностью» — можно узнать лишь у него…

634.

Можно понимать как «не одержимый».

635.

Нужно понимать «Бога».

636.

Принцип высшей безопасности, которая даруется Свыше праведнику через Различение.

637.

Чего невозможно избежать, поскольку даже совершенное знание, выражаемое кем-либо понимается людьми в соответствие с их мировоззрением и типами строя психики. Иными словами мировоззрение человека является «призмой», которая преломляет любую поступающую извне информацию соответственно своим внутренним свойствам. Эти свойства отражаются в алгоритмике психики, складывающейся под воздействием культуры общества. Поэтому праведного взаимопонимания можно достичь лишь в Человечном обществе…

638.

Начало кризиса эпохи брахманизма и зарождение оппозиционного буддизма.

639.

Мы подробно разбирали индусскую мифологию в главе «Религиозная система древней и современной Индии» книги 5 учебного курса.

640.

Конкретизацию смыслов даосского понятия Дао — которое более близко к индусскому Брахману, как творцу, создавшему мир с его Дхармой (законами) — мы приведём дальше.

641.

«Азбука-классика», С-Пб, «Петербургское Востоковедение», 2005.

642.

Это «гармонирует» с индобуддийской космогонией. Как известно, индусский Брахма, родившись сам, породил небо и землю.

643.

Ещё раз напомним, что в середине I тысячелетия была проблема централизации власти в Китае. И даосизм был, согласно легенде, придворным учением.

644.

Главный мировоззренческий принцип даосизма, от которого пошли важные смыслы основной китайской символики.

645.

И к тому ещё могло быть общее духовное начало (эгрегоры).

646.

Подробнее философские категории даосизма мы рассмотрим позже.

647.

Мы уже разбирали этот миф, когда рассматривали «космогонию» индуизма в пятой книге курса.

648.

Миф о Пань-гу.

Зарождение мирового яйца. Созревание в нём космического человека Пань-гу. Выход Пань-гу из яйца, половинки скорлупы которого могут рассматриваться как небо и земля. Смерть Пань-гу и появление из частей его тела всех вещей и существ.

649.

Опять та же проблема преодоления бессмертия Кощея, о которой мы писали в пятой книге.

Напомним, что бессмертие Кощея, согласно русским сказкам, держится на кончике иглы (восточные тонкости, на остриё которых подсажена вся глобальная невольничья цивилизация: и Запад и Восток), спрятанной в яйце, яйцо — в утке и т. д. Залог бессмертия Кощея — доктрина посмертной «справедливости», которой руководствуются религиозные толпы, а их пастухи в это время преспокойно выпасают и «стригут» навар с труда простых людей. Доктрина посмертной «справедливости» и её разнообразные восточные разновидности — индо-буддийское учение о карме и даосское учениео бессмертии (любопытное совпадение: ведь Кощей-то бессмертный) и путях его достижения (о чём речь пойдёт позже) — суть механизма высшего мировоззренческого уровня управления, предназначенного для разнообразной имитации справедливости и смысла жизни в земной жизни обществ. В восточных обществах индобуддийской и даоссской религиозных культур доктрина посмертной «справедливости» доведена до совершенства не только догматически, но создана совершенная система мощных психотехник, следуя которым люди ещё больше сами себя убеждают в том, что справедливости можно достичь лишь персонально и вне земного мира, полного страстей и привязок. А в это время хозяева культовых религий (Кощей бессмертный) преспокойно снимают вполне земной «гешефт» с труда подневольных рабов религиозных систем, которые трудятся тем лучше, чем более они «зомбированы» догматами, суевериями и психотехниками.

650.

Это гипотеза Л.С.Васильева. Однако при любом соответствии этих «троих» (либо не полном соответствии) мифы о Пуруши и Паньгу совпадают.

651.

Восточная разновидность имитации смысла жизни — стимуляция жизненных занятий.

652.

Аналогичное обоснование необходимости «расширения сознания» мы наблюдаем и в индо-буддизме.

653.

Наслаждение покоем — конечная цель «просветлённых» индусов и буддистов.

654.

Дородовое.

655.

Это утверждение нам понадобиться в дальнейшем для рассмотрения сути китайской символики инь-ян.

656.

Действительно, при создании мифа о чудесном зачатии Христа «мировой закулисе» было где поучиться этапам обожествления выдающейся исторической личности. Е.А.Торчинов подробно описал процесс такого обожествления на примере Лао-Цзы в приведённом нами большом отрывке из его книги.

657.

Точнее говоря — доводящая взаимоотношения людей в земной жизни до уровня иерархически организованных системных «канонических» ограничений, отражённых и закреплённых на уровне общей духовности этой системы.

658.

Именно поэтому даосизм хоть и являлся идейным вдохновителем некоторых крестьянских восстаний, но тысячелетиями ничего не мог предложить в качестве альтернативы имперскому толпо-«элитаризму» (рабовладению) — до тех пор, пока не появился завезённый с Запада марксизм, в теоретическом багаже которого имелась библейская социология нового мирового порядка (имитация социальной справедливости в земном мире).

659.

При этом земная жизнь признаётся иллюзией, средством обретения бессмертия — также как и в буддизме, но это менее выражено в религиозных понятиях даосизма.

660.

По сути своей — безумие.

661.

Согласно буддизму, усилия (цели) учеников направлены на обретение и накопление «заслуг», которые, согласно буддийским Благородным истинам, позволяют улучшить либо исчерпать карму во имя лучшего перерождения «сознания» в будущей жизни, либо полного освобождения от сансары (аналог библейского рая). Иными словами, буддисты выслуживаются перед неким космическим универсумом в земной жизни, чтобы обрести мифическую свободу.

662.

7. Это воспето как высший Брахман, в нём — триада, [он] — твёрдо основанный и нетленный,

8. …И [ещё есть] бесконечный Атман, принимающий все образы, недеятельный. Когда [человек] находит триаду, это Брахман.

663.

Л.С.Васильев «История религий Востока» (Глава 19 «Даосизм»).

664.

Вот опять всё та же восточная основа воскресения библейского Христа.

665.

Также и в «христианском» Новом Завете есть один из главенствующих мифов о том, что могила Христа оказалась пустой и якобы, воскреснув, Христос предстал своим удивлённым последователям, которые не верили в воскресенье до его чудесного появления с неба как святого.

666.

Нетрудно догадаться, что Дао — это эгрегор религиозной системы, «свойства» которого заложены в коллективное бессознательное самими верующими людьми.

667.

О чём речь пойдёт дальше.

668.

Поэтому в даосизм, как религию «низов», изначально заложены глубокие противоречия: по-крупному она верноподданно обслуживает интересы имперской «элиты», одновременно благообразно выпасая и простонародную толпу. Как мы уже говорили, даосизм является дополнительным контуром, который берёт на себя управление толпой в период кризисов конфуцианского империализма и поддерживает имперский толпо-«элитаризм» в периоды его устойчивого функционирования. Буддизм же также как и даосизм является ещё одним контуром-дублёром, поддерживающим толпо-«элитаризм» в Поднебесной, но часто конфликтующим с даосизмом в борьбе за влияние на «электорат», а значит и за приближённость к имперской власти.

669.

Книга представляет собой весьма интересную монографию (300 стр. формата АЧ), поскольку это первый опыт исследования даосизма с позиции трансперсонального переживания. Тем более, что еще несколько десятков лет назад даосизм был весьма мало исследован. Вот что написано в предисловии к изданию:

«Книга кандидата исторических наук Е. А. Торчинова посвящена первому в отечественной науке монографическому описанию даосизма — одного из ведущих направлений религиозно-философской мысли традиционного Китая. Автор рассматривает такие проблемы, как единство даосской традиции, связь между религиозным и философским уровнями даосизма, анализирует основные положения даосской космогонии и космологии, подробно останавливается на важнейшем из даосских искусств «обретения бессмертия» — алхимии.

Основная часть книги представляет собой очерк истории даосской религии от ее формирования в древнем Китае до настоящего времени. Автор описывает и анализирует малоизвестные факты истории даосизма и выдвигает свою концепцию закономерностей развития даосизма. Издание рассчитано на специалистов-востоковедов, историков религии, культурологов и всех интересующихся духовной культурой Востока».

Все, кто желает более глубоко и детально ознакомиться с китайской религиозной системой — могут найти эту книгу в Интернете. Мы же в этой главе исследуем в основном мировоззренческие основы восточных иллюзий, которые вошли в даосизм и которые важны для более глубокого понимания пути, которым движется Поднебесная в настоящее время, внося свой вклад в глобализацию мира.

670.

В котором «святость» ассоциируется с монашеским образом жизни отшельника. Но одновременно с этим «элита», которую поддерживает церковная иерархия в первую очередь «пользуется» материальными благами, произведёнными «грешным» народом, который в силу своих занятий трудом не может вести аскетический образ жизни…

671.

В котором также существует своя духовная иерархия в общем-то во многом соответствующая светской иерархии. Либо поддерживающая светскую иерархию.

672.

Подобного рода разделения учений есть во всех религиозных системах, что научно называется эзотеризмом и экзотеризмом.

673.

У даосизма очень много общего с буддизмом. Это и «поток сознания», которым часто заменяется понятие «бессмертия души» и объединение с первозданной пустотой и, конечно же — психотехники. Вот что пишет Е.А.Торчинов:

«А. Ф. Райт выделяет следующие, важнейшие с его точки зрения характеристики даосского мировоззрения.

1. Для даоса все явления (включая человека) сплетены в единую суть взаимовлияющих сил как видимых, так и невидимых. С этим связана даосская идея «потока» — всеобщего изменения, становления.

2. Примитивизм, т. е. представление о том, что индивидуум и общество улучшатся, если вернутся к первозданной простоте с ее минимумом дифференциации, учености и целенаправленной активности.

3. Вера, что люди посредством различных методов — мистического созерцания, диеты, сексуальных практик, алхимии — могут достичь совершенства, которое проявляется в долголетии (бессмертии), сверхъестественных способностях, харизме, в возможности познать силы природы и овладеть ими».

674.

Весьма популярный символ — как на Востоке, так и на Западе.

675.

Нечто подобное можно увидеть в зороастрийском мифе от творении материального мира: в зороастризме принято считать, что мир пришёл в движение от столкновения двух противоборствующих начал. Последнее явилось основой мировоззрения восточного дуализма, которое распространилось гораздо шире зороастрийских империй.

676.

В Библии тоже приводится миф от творении мира за семь дней…

677.

При этом у китайцев понятие «хаос» в контексте творенияпозитивно. И, как мы уже говорили, многие исследователи его ассоциируют с индобуддийским Атманом-Брахманом.

678.

Поскольку «космогония» даосизма атеистична, никакой высшей целесообразности развития всей земной цивилизации в целом в китайской культуре и «космогонии» не имеется (также как в большинстве индобуддийских религиозных системах), а китайская глобальная хронология представляет собой чередование тех же кальповых циклов (что и в индобиддизме), суть которых сведена к процессу упорядочивания и хаотизации мира. В этом отношении китайская «философия», также как и индобуддизм, учит людей индивидуалистическому спасению (бессмертию) через освоения религиозных «истин». Именно поэтому высшая «глобальная» цель всей китайской цивилизации соответствует её имперской цели — расширению своего влияния до границ возможного.

679.

В том смысле, что если за земным порядком, согласно «глобальной» хронологии, обязательно последует космический хаос (эта теория является признаком атеизма — отрицания Божией вечности и Порядка, который Он поддерживает всегда и всюду — как мы уже неоднократно говорили) — то и то и другое как бы равны.

680.

Как образца и парадигмы — в понимании китайцев.

681.

«Молчаливая, бесформенная, туманная» субстанция, как сказано о хаосе в Дао-Дэ-Цине, гл.1:

§ 25: О вещь-хаос завершившаяся! Прежде Неба и Земли рожденная! О молчаливая, о бесформенно туманная! Тебя я Матерью Поднебесной почитаю».

Именно таким предстаёт в сознании китайцев Дао, к которому они мистически стремятся в жизни, отказываясь от ума в пользу эгрегориального безумия…

682.

Создание порядка из хаоса и обратные процессы — стали исходной мировоззренческой основой многих современных «наук», которые ещё во второй половине XX века были весьма популярны в среде западной и российской «интеллигенции». Одной из таких «наук» является «синергетика».

683.

«Полярность инь и ян означает не то, что мы обычно понимаем как дуализм, а скорее явную двойственность, подразумевающую неявное единство. Эти два начала, как я уже говорил, не воюют друг с другом, как зороастрийские Ахура Мазда и Ариман, а влюблены друг в друга. Интересно отметить, что традиционная эмблема двойной спирали является одновременно структурой сексуального общения и очертанием спиральной галактики» (Алан Уотс. «Путь Дао — путь воды»).

684.

Алексей Александрович Маслов — известный российский историк-востоковед, профессор, зав. кафедрой всеобщей истории РУДН, специалист по духовной культуре и истории стран Восточной Азии, мистическим культам Китая.

685.

Журнал «Новый Акрополь».

686.

Мы разбирали его в книге 5 «Религиозная система древней и современной Индии». Напомним, что кармические законы называют «законами справедливости». А вырваться из колеса кармических перерождений (сансары) можно лишь, «просветлившись».

687.

Речь идёт о земной жизни, когда уже «хаос породил Небо и Землю».

688.

Статья А.А.Маслова «Инь и Ян. Хаос и порядок».

689.

В «Дао-Дэ-Цзине» это описано следующим образом («Дао-Дэ-Цзин», перевод В.Перелешина, Рио де Жанейро, 1971 г.:

1 (54).

Возникло нечто смутное вдали, / Возникло раньше Неба и Земли: / Оно неслышимо и не видно, / Им навсегда все сущее полно. / Оно — Начало Небу и Земле.

2 (113).

Вселенная возникла из него, / И в нем таится матерь бытия. / Кто эту мать во мраке обретет, / Узнает с нею и ее детей. / А кто сперва найдет ее детей, / Тотчас и мать узнает, а она / Бессмертна и сама собой полна.

690.

Но не во всех её мифах, а в тех, которые сопряжены с даосским Лао-Цзы.

691.

Мы уже цитировали этот отрывок выше.

692.

Как в хаосе?

693.

См. цитату выше из Дао-Дэ-Цзина.

694.

«Инь и ян вместе называется Дао. Страстное единение инь и ян, а также совокупление мужа и жены, образуют вечную структуру вселенной. Если бы небо и земля не сливались, откуда бы все получило жизнь?» («Чэн-Цзы»).

695.

В этом отношении показательно высказывание Алана Оутса в книге «Дао — путь воды»:

«Ян и инь в некотором смысле соответствуют (более поздним) буддистским представлениям о форме (сэ) и пустоте (кун) — о которых «Хридайя-сугра» говорит: «Что есть форма, то воистину пустота; что есть пустота, то воистину форма». Этот кажущийся парадокс становится понятен, когда мы рассматриваем идею о ясности (цин), поскольку ясность мы представляем себе и как прозрачное свободное пространство, и как прорисованную в деталях форму — некое подобие того, что фотографы, пользующиеся сильными линзами, называют «высоким разрешением». С помощью совершенного ничто мы видим совершенное нечто».

696.

Как мы видели из раздела «Космогония и мифология даосизма», сам образ Лао-Цзы похож на андрогин — существо неопределённого рода.

697.

Знакомая из буддизма постановка вопроса.

698.

Не Божественная благодать — это эгрегориальная психоимитация. А абсолютная самодостаточность личности вне Божественной благодати — заблуждения, приводящие к этим эгрегориальным имитациям.

699.

Интересная система посвящений в «Благодать», которая очень похожа на буддийское «благородие».

700.

Похожая «картина Вселенной» и у буддистов: есть «реальный мир, где действуют законы кармы» и есть «мир чистого сознания», входя в который люди преодолевают колесо перевоплощений — сансару.

701.

А затем — психология. В индобуддизме всё наоборот, либо принято параллельно «совершенствовать» своё сознание и тело, делая упор на сознание (психику).

702.

Но тоже самое мы видим и в буддизме, только с упором на сознание (психику), а не на физиологию. Это теория о комбинациях дхарм — «мельчайших носителях сознания», которые объединены в группы. Группируясь, дхармы образуют «узорчатое полотно», которое ассоциируется в буддизме с сознанием живущего человека. После смерти «узорчатое полотно» распадается и собирается вновь по следующем перерождении. Новое собрание комбинаций дхарм связано с «законом причин и следствий». Подробно об этом см. первую главу книги 6 «Буддизм».

703.

Ещё раз напомним, что в даосизме бессмертие и первоприоритетность совершенствования физиологии людей соответствуют буддийскому просветлению сознания и первоприоритетности совершенствования своей психики. Но разница в психотехниках и соответствующей им физиологии небольшая.

704.

В скобках — «философский» уровень рассмотрения даосской теории бессмертия.

705.

Отказ от любой деятельности, сообразующейся с эгоистическим человеческим «Я» — в понимании даосов. В то же время вместе с чертами эгоистического «Я», которые действительно вредны — они отказываются и от той полезной индивидуальности, которая связана с высшим предназначением индивидуума в земной жизни. Образно говоря, «выплёскивают с водой и ребёнка». Этот вопрос мы подробно разбирали в главе «Буддизм». В даосизме все те же проблемы, связанные с неразделением вредной эгоистичности и полезных индивидуальных качеств, способствующих становлению человечности.

706.

Действительно символика Инь-Ян это не борьба, а любовное сплетение (страстное единение), в котором побеждает высшее материнское начало Инь: земные страсти поглощает материнский покой (Дао)по мере обретения бессмертия через практическое «познание» Дао. Так считают посвящённые даосы. Материнское начало вписывает в себя всё «эгоцентричное» земное если этого желает сам даос.

707.

Титул императора.

708.

«Инь — неподвижность погруженного в созерцание мудреца, ян — созидательная деятельность правителя. Контраст инь и ян не только является принципом, организующим всю китайскую культуру, но также отражается в двух основных философских направлениях Китая. Конфуцианство отдает предпочтение всему рациональному, мужскому, активному. Даосизм же, напротив, предпочитает интуитивное, женское, мистическое» (Сайт «Новый акрополь», статья «Инь-Ян»).

709.

Креативность (от латинского creatio — созидание, сотворение) — творческая, созидательная деятельность.

710.

То есть, высший смысл земной жизни.

711.

Иными словами, придание смыслов разделения на «противоположности», «канонизация» парностей этого разделения и связь множества парностей разделения с символикой Инь-Ян — исходит от имперского мышления, а не от истоков религиозной культуры даосов.

712.

Хаос вместо Бога. Какая может быть мера понимания хаоса?

Всё земное считается «не истиной, а ложью». Поэтому вместо меры понимания Бога, Промысла — предлагается «гармония» с хаосом, в котором психика якобы сливается с «истиной».

С этим чисто восточным подходам к земной жизни мы сталкивались, рассматривая религиозные системы Индии и буддизм.

713.

Подобного рода проблемы вставали перед простолюдинами практически во всех религиозных системах Запада и Востока: последние проповедовали религиозную «сверхчистоту» и «сверхсвятость» лишь тем, кто ведёт монашеский, отшельнический и т. п. образы жизни, которые стали бы просто убийственными для работающего на «элиту» и кормящегося плодами своего труда простонародья.

714.

«Дао-Дэ-Цзин» (перевод В.Перелешина):

7 (3).

Пребывая в небытии, / Постигай его глубину. / Пребывая в мире вещей, / Многовидность их постигай.

715.

В то же время некоторые мистические культы, распространённые в простонародье, отдавали предпочтение Инь, следуя высшей «философской» традиции.

716.

Полный покой, согласно даосизму, можно обрести лишь — став бессмертным, слившись с Дао.

717.

Считается, что идеи И-Цзин вбирала в себя «все сферы человеческой деятельности» (религия, медицина, философия, астрология и т. д.). И-Цзин фактически была фундаментом китайской цивилизации. Но с течением времени эта «великая китайская книга» трансформировалась в гадательную и «перестала служить инструментом прогноза эволюции двойственных отношений».

718.

Точную дату появления главной китайской символики учёные назвать не могут. Есть разные мнения, которые указывают на весьма широкий хронологический диапазон её появления: от времён Конфуция до первых веков новой эры.

719.

Эта теория представлена на одном интернетовском сайте в статье М.И.Беляева «Гармония Ян и Инь». Любопытно, что выкладки, основанные на теории Инь-Ян весьма напоминают кабалистику. На одной из схем у авторов даже получилась шестиконечная звезда, которую общепринято называть «Звезда Давида». Это ещё одно свидетельство того, что в иудаизм очень много мистики могло попасть с Востока…

720.

Так принцип недеяния на деле для большинства простых китайцев стимулирует особый вид интеллектуального и интуитивного иждивенчества, поскольку их интеллект оказывается освобождён от мыследеятельности вне догматов религиозных соответствий. В таком подходе интеллект китайцев занят лишь поиском уже готовых соответствий и их перебором, целью которого является подбор наилучшего соответствия возникшей жизненной ситуации — стандартному положению канона. А интуитивное восприятие возможного варианта будущего вследствие принятия того или иного решения для выхода из определённой жизненной ситуации — заменяется теоретизированным исходом перехода Инь в Ян (либо наоборот), в котором будущее уже предсказано по данному вопросу.

721.

Мы уже знаем, что нормально, когда рассматривается «взаимоотношение отличностей» в контексте веры Богу — то есть, с учётом Божиего Промысла и неограниченных ничем возможностей милостивого Бога по отношению к тварному миру.

722.

В следующем разделе, когда мы будем рассматривать психотехники даосизма — мы убедимся в правильности этого вывода.

723.

Исследователи признают общую для всех ведических религиозных систем «космогонию», основанную на культовом мифе о «космической жертве» (миф о Пуруше, Пань-Гу), принесённой ради примирения двух противоборствующих (либо взаимодействующих) космических первооснов.

724.

Но в теоретической базе даосизма для преодоления имитации было многое. «Дао-Дэ-Цзин» весьма правильно описывает состояние смуты:

109 (36).

Вместо Истины самой теперь / Доброту повсюду предпочтут. / Остроумием подменят ум — / И притворство будет тут как тут. / А в семье согласию взамен / Выдвинут почтенье и обряд. / А в стране, где смута и развал — / Преданным чиновникам простор!

725.

Китайцы учат: когда инь достигает своего максимума, в нём зарождается ян, и наоборот.

726.

Не следует забывать, что главная китайская книга называется «Книгой перемен».

727.

В оккультизме круг часто является символом Сатаны, а бесконечность — символом Бога.

728.

Отражение в мировоззренческой картине китайцев общевосточных ведических мифов о происхождении мира: космическая жертвенность, необходимая при противостоянии (либо взаимодействии) в Космосе двух начал. И её модификации, одной из которых является миф об упорядочивании Хаоса. Противостояние (либо взаимодействие) двух космических начал и первоосновность Хаоса — и то и другое несёт в себе первоосновную неопределённость, непредсказуемость, неясность, которые так свойственны ведическому Востоку. Но лишь в китайской мифологии эта космическая непредсказуемость выражена открыто для всех в туманности и скрытности Хаоса, который отождествляется в упорядоченном земном мире с категорией Инь.

729.

Мы кратко описали этот подход к Языку Жизни в предыдущей главе «Буддизм» в разделе «Психотехники и Язык Жизни».

730.

А принцип «абсолютного бинарного равновесия Инь-Ян» — чередование «чёрных» и «белых» полос (везения-невезения) перестанет действовать.

731.

Весьма странное счастье? Его можно понять по-библейски: «чем меньше знаешь — тем лучше спишь». Вторая половина приведённого отрывка касается, видимо, идеала «добра» бессознательного объединения с Дао толпы, не владеющей методологией познания Жизни.

732.

То есть, Язык Жизни китайцы «пропускают» через стандартную систему баланса противоположностей и успокаиваются на этом, не делая правильных выводов, предлагаемых к осмыслению Свыше на Языке Жизни.

733.

По-даосски это «упорядоченность».

734.

У безбожников всё именно так.

735.

Видимо имеются в виду средства постижения «Истины».

736.

Есть исследователи, которые утверждают, что для китайцев земная жизнь представляет собой увлекательную мистифицированную игру, правила которой определены соотношением Инь-Ян таким образом, чтобы не было серьёзных перекосов «светлых» и «тёмных» полос в жизни (ведь, согласно простонародному даосизму, если много «светлого», то оно будет компенсировано «тёмным» и наоборот), но «выигрышем» в такой игре считается прирост чего-либо «светлого» — достижение успехов (в китайском понимании) самое позднее к моменту окончания игры (к смерти): «практическая задача жизни в том, чтобы не давать игровому поединку ян и инь заходить слишком далеко».

737.

Хаос непредсказуем: ведь Дао это — хаос.

738.

Религиозно-идеологический «пряник» для толпы.

739.

Явное противоречие с общекитайским подходам к жизни с помощью огромного спектра «канонических» соответствий и суеверий.

740.

Л.С.Васильев «История религий Востока» (Глава 19 «Даосизм»).

741.

Древние «академики».

742.

Что восходит к древним шаманским культам изгнания бесов из людей. Вопрос об этических сторонах изгнания бесов мы рассматривали в главе «Буддизм».

743.

Что напоминает библейские таинства…

Мы уже говорили, что китайский даосизм во многих религиозных моментах близок библейскому христианству. Это и канонизация основных религиозных соответствий, и бессмертие — близкое учению о бессмертии души в «христианстве». Это и каноническое обоснование невозможности достижения идеала Справедливости в земной жизни.

744.

Китайский политеизм при явном «космогоническом» возвеличивании сущности Дао — шизофреничность всей китайской религиозной системы.

745.

Естественно, что после прихода к власти КПК её лидеров легко «обожествили», повесив по всей Поднебесной иконы ещё живых лидеров партии: китайцам не привыкать к новым «святым».

746.

Отражение в психике китайцев проблем, вызванных мировоззренческой основой восточного дуализма.

747.

Судя по смыслу дальнейшего текста это — не праведник, а хозяин толпо-«элитарной» иерархии. Как видно, «Дао-Дэ-Цзин» по неясным причинам (убеждения автора, искажения, переводы, хронологически разные вставки…) весьма противоречив. В нём есть призывы к поддержке толпо-«элитаризма», а есть и места, где весьма верно сказано о вредности толпо-«элитаризма». В общем имеют место теоретические метания мыслей мудрецов.

748.

Наглядным примером простоты и некоторой наивности многих китайских правил может служить следующая цитата из «Антологии даосской философии» — «Наставления Сунь Сымяо о здоровой жизни» В.Малявин, Б. Виногродский. М. 1994 г.:

«Пятнадцать правил здоровой жизни в даосизме:

1. Лицо нужно побольше массировать. 2. Волосы нужно почаще расчёсывать. 3. Глаза должны постоянно двигаться. 4. Уши должны быть постоянно настороже. 5. Зубы верхние и нижние должны постоянно соприкасаться. 6. Рот должен быть всегда прикрыт. 7. Во рту всегда должна быть слюна. 8. Дыхание должно быть лёгким. 9. Сердце должно быть спокойным. 10. Сознание должно всегда присутствовать. 11. Спина должна быть всегда выпрямленной. 12. Живот нужно почаще гладить. 13. Грудь должна быть всегда вогнутой. 14. Речь всегда должна быть немногословной. 15. Кожа должна быть всегда увлажнённой».

749.

Что и характерно для мировоззренческой основы восточного дуализма.

750.

Всё та же доктрина посмертной «справедливости».

751.

Подобного рода стимулы можно наблюдать и в западном обществе атеистов: люди пытаются физиологически оздоравливать свой организм с целью продлить себе срок жизни, напрочь игнорируя духовно-нравственные средства оздоровления (точнее — следуя стандартному «нравственному» набору ценностей, пригодных для западного рационализма). Такие люди могут вести весьма физиологически здоровый образ жизни, но быть бессовестными подлецами по отношению к другим людям и глухими к призывам Бога.

752.

Подробно см. последние разделы главы «Буддизм».

753.

Е.А.Торчинов «Религии мира: опыт запредельного», Часть II, глава 1 «Психотехника в даосизме».

754.

Гностицизм (от греческого gnostikos — знающий), религиозное дуалистическое учение поздней античности (1–5 вв.), воспринявшее некоторые моменты «христианского» вероучения (т. н. иудеохристианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм строго эзотеричен; притязал на «истинное» знание о боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства (3 в.). Оказал влияние на «средневековые ереси» и неортодоксальную мистику Нового времени.

755.

Правда «тёмный» Инь часто предпочтительнее «светлого» Ян: оттенки «позитива» символики китайцев именно такие.

756.

Ещё раз повторим, что именно поэтому всё, что мы писали о психотехниках буддизма — относится и к психотехникам даосизма. Только психотехники в даосизме были доступны лишь избранным, а в буддизме некоторых направлений — потенциально всем, кто этим мог заниматься серьёзно.

Простонародным же даосам приходится ограничиваться адаптированным к низам учением о воздаянии через сокращение жизни с его мистифицированным спектром суеверий.

757.

Аптекарская культура — болезнь современной цивилизации — не только ведического Востока, но и всего Запада. Люди, не в состоянии разобраться в причинах своего физиологического и психического недомогания, обращаются не к анализу своей жизни с позиции этики взаимоотношений между собой и с Богом, а к аптекарским средствам самоуспокоения, на которые они постепенно садятся, как на «иглу». После этого всякие проявления Языка Жизни, «стучащегося» к людям через их физиологическое и психологическое состояния «глушатся» очередным аптечным имитатором успокоения. И так — вплоть до полной глухоты к Языку Жизни.

В китайской цивилизации аптекарская культура (которая называется «китайская медицина») развита более, чем где-либо. В ней считается нормально применение не только веществ, изменяющих «нормальную» физиологию организма, но и даже лёгких (и не очень лёгких) психотропов — в зависимости от ситуации, с которой сталкивается верующий китаец, религиозных обрядов и суеверий, которыми буквально напичкана жизнь верующих на разных уровнях: от житейского до общекультурного.

758.

Вершина чего состояние «сомати», о котором мы упомянули в предыдущей главе. Это — приостановка всех важнейших жизнеобеспечивающих процессов в организме на длительное время. Происходит изменения «нормальной» физиологии организма, которое удаётся в отдельных случаях доводить до почти полной остановки всех основных процессов, в результате чего индивид становится «законсервированным» на длительное время, не умирая при этом. Чем не «бессмертие». Такая «живущая» мумия напоминает Кощея Бессмертного, который сам тяготится своей «жизнью», но не может умереть…

Слово «сомати» происходит от греческого soma — тело. В целом оно указывает на часть нервной системы человека, представляющая собой совокупность афферентных (чувствительных) и эфферентных (двигательных) нервных волокон, иннервирующих мышцы кожу, суставы. Вхождение в состояние сомати таким образом является остановкой всех процессов, связанных с деятельностью данной части нервной системы — в состояние полной бесчувственности к окружающему миру — превращение в едва «живущую» бесчувственную мумию.

759.

Подобного рода случаи зафиксированы и в других религиозных системах, по какому поводу в СМИ то и дело появляются публикации о том, что кто-то перестал принимать пищу и воду, услышав призыв «свыше»…

760.

Хотя в «Дао-Дэ-Цзине» написано много полезных советов, правильно осмысляя которые можно придти к выводу, что слияние с эгрегором — тоже наслаждение, но не физиологическое, а психологическое, и оно равнозначно «развлечению чувствами», порицаемыми в нижеприведённом отрывке. Всё остальное, что мешает людям быть внимательными к Языку Жизни — отмечено верно:

96 (23).

От красок слепнут зоркие глаза, / От музыки ослабевает слух. / Тупеет вкус от лакомств и приправ, / Дичает ум от бешеных охот, / Родится зависть от больших забот. / Один мудрец на внешность не глядит / И чувствами развлечься не спешит.

761.

Это в очередной раз свидетельствует о мелкотемье теоретического сопровождения главных ритуалов и культов.

762.

Если Богу угодно, то добродетельного человека и так Жизнь «выносит» на гребень самого лучшего — ему предначертанной судьбы (Дао-Дэ-Цзин):

85 (16).

Мудрый ставит себя последним, / Но вперед его протолкнут. / От себя самого уходит, / Но его сберегут верней. / Он ни в чем своего не ищет / И во всем находит свое.

763.

У китайцев тоже доктрина «бессмертия»: всё это стимулы высшего мировоззренческого порядка, являющиеся имитаторами объективного смысла жизни для людей с нечеловечными типами психики.

764.

Либо перед мировым хаосом, как у китайцев.

765.

«Дао-Дэ-Цзин»:

83 (180).

Путь Неба — помогать добру, / Не убивать и не вредить. / Путь мудрого — себя отдать / И не бороться ни за что.

766.

Нечто подобное идеалу Человека, как его тогда понимали, выражено в «Дао-Дэ-Цзине» (под ладом с природой надо понимать лад с Богом):

6 (48).

В мудреце образец для мира: / Он, уступчивый, просветлен: / Скромный, он от людей отличен; / Ненастойчивый, он удачлив, / Невзыскательный — возвеличен; / Без боренья — непобедим. / Так «ущербное станет целым» — / Не пустые это слова! / Чтобы к целому возвратиться, / Надо жить с природой в ладу.

767.

«Естественность» связана с теорией о возвращении людей к Дао, символом которого является младенческая «чистота» ещё не рождённого ребёнка, находящегося в утробе матери.

768.

В ходе которого изменяется «нормальный» порядок подачи кислорода к клеткам организма в результате чего происходят изменения, связанные с восприятием окружающего мира на клеточном уровне. После чего начинает казаться, что человек «дышит кожей». Ясно, что подобные изменения связанные с дефицитом кислорода касаются в первую очередь клеток головного мозга и работы центральной нервной системы — того, что обозначается греческим словом «сомати»: совокупность афферентных (чувствительных) и эфферентных (двигательных) нервных волокон, иннервирующих мышцы кожу, суставы.

Иными словами, регулирование дыхания является средством подготовки организма к последней стадии, на которой происходит слияние психики с эгрегориальной алгоритмикой — Дао.

769.

Но мы уже знаем, что под восточным «сознанием» нужно понимать всю психику и в первую очередь её бессознательные уровни.

770.

Хотя, читая «Дао-Дэ-Цзин» нельзя однозначно увидеть там призыв к обретению бесчувственности (видимо сказалось сильное влияние буддизма):

99 (124).

Лазейки восприятиям заткни / И двери сердца крепко заложи, / Расчетливость и хитрость подави, / Все поводы к смущенью устрани, / Вбери в себя сиянье чистоты, / Наносы недостойные сровняй — / И мир великий в сердце обретешь!

771.

Действительно, «бессмертный» даос в состоянии «сомати» — почти покойник. Спрашивается: зачем даётся жизнь? чтобы прожить её с одной лишь целью стать покойником, на которого равняются все остальные?

Но ведь и библейская культура такая же по своей сути: почитают только знаменитых покойников, их делают «святыми» и равняются на их «жизнь» (первого знаменитого «покойника» сделали из Христа). Разница с культурой даосского «бессмертия» в том, что в последней умирают «не до конца», показывая чудеса другим. А в библейско-церковной культуре «чудеса» творят живущие иерархи, обращаясь к культам покойников.

772.

Разновидность восточной «химиотерапии».

773.

Отключиться от внешнего мира и сосредоточиться на эгрегориальной алгоритмике Дао.

774.

«Дао-Дэ-Цзин», перевод с китайского Валерия Перелешина. Рио де Жанейро, 1971 г.

775.

Регулирование тела.

776.

Регулирование дыхания.

777.

Регулирование сердца.

Под духом надо понимать психику, её слияние с духом эгрегора Дао.

778.

Алхимия (от позднелатинского alchimia) — донаучное (практически-экспериментальное) направление в развитии химии. Возникнув в Египте (3–4 вв. н. э.), алхимия получила особенно широкое распространение в Западной Европе (11–14 вв.). Главная цель алхимии — нахождение т. н. «философского камня» для превращения неблагородных металлов в золото и серебро, получения эликсира долголетия, универсального растворителя и т. д. Позитивная роль алхимии — в открытии или усовершенствовании (в процессе поиска чудодейственного средства) способов получения практических ценных продуктов (минеральные и растительные краски, стекла, эмали, металлические сплавы, кислоты, щелочи, соли), а также в разработке некоторых приемов лабораторной техники (перегонка, возгонка и др.).

779.

Главная цель европейской алхимии — превращение одних веществ в другие с целью изготовления в лабораториях золота.

780.

Сразу вспоминается монолог доктора Хасса из фильма «Мёртвый сезон», который мы приводили в конце главы «Буддизм».

781.

См. главу «Буддизм».

782.

Греческое звучание имени Кун-Цзы.

783.

По-китайски конфуцианство «Жу-Цзяо» — «религия учёных».

784.

В конфуцианстве понятие Бога как такового отсутствует вообще.

785.

Напомним, что религии и идеологии — уровень третьего приоритета обобщённых средств управления.

786.

Лунь-Юй («Беседы и высказывания» Конфуция) гл. XI, § 11.

787.

Конфуция быстро обожествили. Один из последователей и родственников Конфуция характеризует личность Конфуция следующими словами:

«Лишь один он владеет всеми качествами мудреца, какие только существуют в поднебесном мире, — великодушный, кроткий, благородный, добродетельный, с всепроникающим умом, с всеобъемлющим знанием, спокойный в затруднениях и ясный в распознавании вещей, твердый и непоколебимый; он — небо и земля, которые все питают и поддерживают; он — четыре времени года в их последовательной смене; он — солнце и луна. Глубокий и деятельный, как источник живой воды, распространяющий вокруг себя благодеяния, он подобен бездне и обширен, как небо. Таков он, и вся природа почитает его, верит ему и преклоняется перед ним. Слава его имени распространилась по всему Срединному царству и доходит до народов Маньма. Повсюду, где плавают суда, ездят колесницы, куда проникает человеческая сила, где только простирается покров неба, поддерживаемый землей, где только светят солнце и луна, где падают роса и иней, кто живет и дышит, славят и любят его».

788.

Мы уже знаем, что культ почитания предков целенаправлен на закрепление в живущих поколениях благоговения перед их делами, что способствует «консервации» вещественной и духовной культуры (коллективного бессознательного) цивилизации, стимулирует живущие поколения бездумно следовать примеру предков из мистического страха перед ними, либо верноподданного поклонения их «душам» (духам).

В конфуцианстве культ предков доведён до полного благоговения перед ними. Для удовлетворения религиозных потребностей «низов» конфуцианство ограничилось с одной стороны строго определённым ритуалом культа предков (единственного, по мнению некоторых синологов, культа у первобытных китайцев) и вытекающих из него обрядов, a с другой стороны — признанием культа лиц удостоенных государственного чествования или пользующихся чисто народным почитанием. Главным предметом чествования должны служить предки, до 4-го колена включительно. Каждому из них посвящена отдельная дощечка или таблица. Эти таблицы хранятся в особых шкафах и чествуются ежедневно утром, поклонами и возжением курительных свечей, а в известные дни — и жертвоприношениями, из различных напитков и кушаний. Перед этими же таблицами должны совершаться и обязательные доклады о всякой более или менее значительной отлучке из дома и о всяком выдающемся событии в доме.

Главнейшие обряды после смерти: малое, затем большое одевание покойника, положение во гроб, кормление покойника (собственно — полотняной куклы, в которую, как предполагается, переселяется душа усопшего) и, наконец, погребение (не позже 100 дней после кончины, причём душа покойного, по представлению китайца, переселяется в таблицу с его именем). Пока тело находится в доме (точнее — в рогожном шатре около него, во дворе), рекомендуется, для увеселения тоскующей души усопшего, приглашать музыкантов (играющих у ворот дома), а вся семья ежедневно утром и вечером собирается около гроба и оплакивает покойного; при этом старшее лицо в доме возжигает курительные свечи и совершает возлияние вина. Траур (всегда белого цвета, причём визитные карточки пишутся не на красной бумаге, как всегда, а на жёлтой) делится на несколько степеней, сообразно продолжительности времени и качеству носимой в это время одежды. Самый полный траур носится по родителям, женой по мужу и т. д. Во время траура нельзя есть мяса и овощей, пить вина, слушать музыку и вообще веселиться.

789.

Напомним, что даосизм после Лао-Цзы был искажён. Учение Лао-Цзы, изложенное в Дао-Дэ-Цзине, как не раз бывало в истории Востока (буддизм, например) и Запада, было извращено его последователями. Последователи внесли много лишнего, несогласного, даже прямо противоположного в учению Дао-Дэ-Цзина в его смыслы, которые имел в виду основатель. И в таком извращенном виде, похожем на идолопоклонство, даосизм распространился среди китайцев.

790.

Мы рассматривали оба контура стимулирования смысла жизни — религиозный и светский — когда разбирали тему «Религиозная система древнего Ирана». Вывод, который мы, сделали сводится к следующему. Имитация справедливости может обеспечиваться стимулированием двух видов: влияние поступками в текущей жизни на качество следующей жизни и обретение славы, почёта, признательности, наград и пр. за «заслуги перед отечеством». Оба этих стимула соответствуют культуре толпо-«элитаризма» и употребляются рабовладельческой верхушкой ради выпаса толпы.

791.

Масонский порядок, который пытались выстроить в СССР, весьма похож по содержанию воздействия на психику людей «зомбирующих» факторов многочисленных государственных церемоний — стратифицированных по социальной иерархии: для каждого слов общества свои церемонии, но при этом есть и общие государственные.

792.

Это было обусловлено строгой вертикальной стратификацией общества. Одно из главных положений конфуцианства — учение «чжэн мин» (выправление имен), которое требовало от каждого человека твёрдо помнить своё положение в обществе.

793.

Иначе учение Конфуция называется «концепцией гуманности» (жень). Учёные считают, что китайская «жень» соответствует буддийскому «состраданию» и «христианской» «любви»:

«Так же, как сострадание является великой добродетелью буддизма, а любовь — христианина, жэнь представляет для конфуцианца конечную цель поведения и самоперевоспитания».

Гуманность, гуманизм — это Человечность, любовь к человеку. Понятно, что все из вышеперечисленных религиозных систем лишь имитируют человечность, поддерживая своими доктринами посмертного воздаяния толпо-«элитаризм».

794.

Вся это этика относится к рабовладельческому порядку Поднебесной.

795.

И с этой поры каждый китаец придерживается «нравственности», которая предписана конфуцианством для той социальной прослойки общества, в которой он родился и вырос.

796.

Знакомое нам «восточное спокойствие». Как оно достигается в буддизме мы рассматривали в предыдущей главе. Здесь примерно то же самое: религия (или идеология) направлена на то, чтобы «обнулить» в психике людей рецидивы Человечности, которые выражаются через разного рода эмоции. В китайской цивилизации эмоциональная составляющая психической деятельности людей «канализируется» с помощью системы суеверий, в которых «варится» религиозная «жизнь» верующих и церемоний, в которых участвуют верующие в светской жизни. К тому же не надо забывать, что представители китайской цивилизации генетически ничего иного не и ведают.

797.

Речь идёт о «гармонии» толпо-«элитаризма»: рабы не должны причинять «господам» то, что «они не желают себе». А «господа» всегда должны быть «справедливыми», не нарушая законов Поднебесной.

Один из главных принципов конфуцианства: Гармоническое общество построено на идее преданности (чжун) — лояльности в отношении между начальником и подчинённым, направленная на сохранение этого общества.

798.

Любопытно, но в буддизме тоже самым эффективным признан «серединный путь». Мы его подробно разбирали в главе «Буддизм».

799.

Некоторые исследователи считают, при императоре У-Ди (136 г. до н. э.), Дун Чжуншу соединил конфуцианство с учением о космических силах Инь и Ян и пяти первоэлементах У-Син. Именно с этого момента конфуцианство стало доминировать в империи.

800.

Но в системе Инь-Ян это часто прирост «тёмного» Инь, поскольку мистически оно считается лучше.

801.

В мистическом плане каждый китаец старается обрести побольше «бессмертия», как и подобает главной цели даосизма — согласно принципам парности Инь-Ян. В светском плане каждый китаец старается обрести для себя и своей семьи (клана) материальную выгоду — не нарушая при этом законы конфуцианства, но лавируя в их среде на своём уровне иерархии.

802.

На что мы указывали в предыдущем разделе.

803.

Мировоззренческий уровень.

804.

Идеологический уровень.

805.

Это утверждение стыкуется с принципом подхода простых китайцев к даосской системе «баланса» Инь-Ян.

806.

Мы уже подчёркивали, что «бесстрастным» в условиях толпо-«элитаризма» может быть лишь тип психики «зомби» из индивидов, находящихся в одном из нечеловечных типов психики.

807.

Нужно напомнить, что высший «философский» религиозный пласт даосизма по психотехникам весьма похож на буддизм. Для толпы же «мудрецы» сочли возможным упростить процедуру «клирования» психики. Причём нужно учитывать, что китайское «клирование» происходило не одно и не два поколения — а многие столетия.

808.

В частности, конфуцианская традиция уделяет большое внимание влиянию музыки на психику людей.

809.

Цель жизни у саентологов.

810.

Понятие Неба, к которому обращался Конфуций, как к источнику его истин, изменилось от раннего обозначения верховного божества (Сборники Конфуция) к колебаниям между этим значением и моральной силой (Мэн-Цзы), к обозначению самой Вселенной (Цзюнь-Цзы).

811.

Под чем понималось общество культурного рабовладения с гуманистическим лицом.

812.

Что мы уже проходили, изучая даосизм и буддизм.

813.

По Цзюнь-Цзы ритуал это «литургия повседневной жизни, облагороженная смирением и украшенной примерным поведением». Если подобному подходу к Жизни воспитывать с детства — то результата устойчивой «просветлённости» можно достигать весьма легко уже через несколько поколений.

814.

Под понятие «заблуждения» падает и чувство Любви (не путать с половыми отношениями): «зомби» избавлены от этого чувства.

815.

Нужно понимать — психику.

816.

Заблуждений в земной жизни, конечно много: но самых главных заблуждений верующие и не видят. Эти заблуждения в первую очередь надо искать в истоках мировоззрения, которое издревле формируется посредством религиозных систем. И лишь после этого заблуждения становятся достоянием земной вещественной жизни, от которой шарахаются верующие люди, как бы крича «держи вора» — при этом сами одновременно поддерживают своими мыслями и верой эти заблуждения.

817.

Первоприоритетность физиологического «просветления» («бессмертия») над психологическим.

818.

Рационализм (от латинского rationalis — разумный, ratio — разум) — философское направление, признающее разум основой познания и поведения людей.

819.

Мистика как правило основана на интуитивном начале, а не разумном (рациональном).

820.

Как в шахматной игре. Это управление в рамках предложенных имперских законов и веры. Но по отношению к вопросам выходящим за пределы системы это игра в управление — имитация управления.

821.

Чему весьма подходит иероглифическая письменность, вопросы которой мы специально не затрагиваем.

822.

Имеется в виду мировоззрение среднестатистического китайца.

823.

Которую обеспечивает соответствующий церемонии эгрегор.

824.

Косвенным «доказательством» чего является современный закон «о свободе религиозного вероисповедания» в КНР (принят в середине XX века). Согласно ему, все религии, которые исповедуют китайцы (главные даосизм, буддизм, «христианство», ислам) — в современности поставлены на один уровень и легитимны. Ведь ни одна из них не мешает совершенствовать толпо-«элитарные» взаимоотношения в обществе. А их государственное признание обуславливает и обратную поддержку высшей китайской власти иерархиями соответствующих религий.

825.

В средние века Китай обогнал другие региональные цивилизации в развитии большого количества наук. Большинство этих наук родилось на почве алхимии (опытного практикования — достижения результатов методом «проб и ошибок»). Поэтому китайцы раньше научились многим технологиям, прежде, чем поняли, что происходит в их процессе — за что отвечает теоретическая сторона наук.

826.

Одна программа меняется на другую: биороботу всё равно, какую программу он отрабатывает, лишь бы не было сбоев, вызванных несовместимостью прошлых и новых программ.

827.

Спокойствие рациональных «зомби» кажется многим западникам лучше нежели излишняя эмоциональность западного и российского психотипа.

828.

Принцип, которого придерживаются представители Поднебесной, находясь в среде «чужих». Иначе этот принцип можно назвать «холодным расчётом», производимым в системе китайских ценностей с целью получения хоть малейшей выгоды для себя. Побочные эффекты от подобного рода получения выгоды просчитываются тоже лишь для себя: самое большее для своего имперского порядка.

829.

Также как остановка глобализации по-библейски в XX веке привела к катастрофе библейской культуры.

830.

Перенести принцип «рыночных отношений» Инь-Ян и общекитайского рационализма на экономический уровень для хозяев китайской иерархии, как можно легко догадаться — было делом не сложным…

831.

Вследствие массового употребления алкоголя, табака, наркотиков.

832.

Главная причина паразитизма (нежелания трудиться) — потеря жизненных ориентиров (смысла жизни) вследствие пребывания цивилизаций в режиме катастрофы прежней культуры.

833.

Можно сказать, что китайцы проходили «клирование» психики много столетий, а саентологи предлагают его пройти за несколько месяцев… Китайский прагматизм и рационализм — как «черта национального характера» — позволяет «бороться за живучесть» (выживать — по саентологическим понятиям) не только у себя в стране, но в настоящее время эта «национальная» черта вовсю применяется за пределами Поднебесной. Эти «национальная» черта позволяет осваивать чужие территории подобно троянскому коню: внешне этически гуманные намерения и содержание китайского сотрудничества скрыты за прагматизмом и спокойствием «зомби», которых поддерживают и которыми руководят с имперского уровня Поднебесной.

834.

Который пытаются восстановить в современной России усилиями толпо-«элитарной» управленческой мафии (которую номинально возглавляет В.Путин, но не поддерживает её устремления: поэтому В.Путина часто не верно отождествляют с этой россионской мафией) при духовной поддержке РПЦ.

В 2006 году всем россиянам с экранов ТВ была продемонстрирована «первая машина президента» — «Запорожец» — в контексте встречи большой восьмёрки. «Запорожец» в советские времена назывался «народной машиной». Хотел этим что-то сказать В.Путин, либо это произошло автоматически, но был дан знак: «я с народом, а не с «элитой»». Однако мало кто увидел такой вот смысл…Кто чего хотел увидеть — то и увидел.

835.

А до этого (в первой половине XX века) провалилась попытка глобализации по Троцкому (марксистский вариант библейской глобализации).

836.

Вообще же восточные толпо-«элитаризмы» (в том числе и исламский) явились непреодолимым препятствием на пути глобализации по-библейски. Весь Запад и США давно уже «легли» под глобальный сценарий. Что касается Русской цивилизации, то, если мы в ближайшем будущем поддержим выбор в «пользу» имперского толпо-«элитаризма» либо глобального толпо-«элитаризма» — мы обречены на вымирание. Наша миссия — содержательно воспроизвести на современном этапе Русский принцип глобализации, жизнестрой, которым мы жили более 1000 лет до крещения Руси.

837.

В том объёме и алгоритмике, которая планировалась «мировой закулисой».

838.

Последнее мы наблюдаем и в послеельцинской России.

839.

Кроме, разве что многих положений Дао-Дэ-Цзина, некоторые выдержки из которого мы цитировали в текущей главе. Однако Дао-Дэ-Цзин и исторически сложившийся даосизм, к которому привыкли китайцы — разные вещи. Кроме того даосизм, нашедший своё отражение в Дао-Дэ-Цзине весьма противоречив: он с одной стороны взывает к всеобщей справедливости и порицает толпо-«элитарные» пороки, а с другой — называет единственно верным имперский толпо-«элитаризм». Об этом много пишет Е.А.Торчинов:

«Следует также отметить, что «даосизм», отраженный в древних текстах, был принципиально плюралистичным и вряд ли может рассматриваться как некое систематизированное и единое целое. Даосские же движения, возникшие в первые века нашей эры (кроме «чжэн и дао» — II в., это традиция Маошань, или «шан цин» — Высшая чистота; традиция «линбао» — Духовная драгоценность — IV в. и др.), были организованными институциализированными школами. По-видимому, относительно этого периода более справедливо сказать, что здесь даосизм вступает в эпоху организованного оформления, чем просто говорить о его возникновении».

Вообще же судить о смыслах высказываний Дао-Дэ-Цзина по русскоязычным переводам можно лишь приблизительно…

840.

Напомним, что кризис был вызван правлением чужой маньчжурской династии Цин и агрессией ряда европейских государств (Франции, Великобритании) и США.

841.

Территориальная целостность империи восстановлена в 1927 г.

842.

Через призму такого подхода к истории КНР можно рассматривать конфликт вокруг острова Дамаский в 1969 г… Эта был один из первых крупных вызовов оплоту масонского «социализма» (СССР) с целью испортить с ним отношения для обретения большего суверенитета КНР от мирового масонства.

843.

Лидеров КПК обожествили, создав очередной спектр ритуалов и церемоний, «гармонично» сочетающийся с наследием конфуцианства.

844.

Ностальгия по справедливому жизнестрою прочно вошла в генетику Русских людей и осталась на уровне духовной культуры — несмотря на то, что почти все вещественные памятники культуры того периода развития нашей цивилизации были уничтожены библейскими глобализаторами.

845.

Что принято считать весьма «патриотичным» и в наше время. Россионская имперская «элита» зря старается на этом поприще… Так она может добиться лишь краха имперского порядка — очередной катастрофы российской государственности.

846.

Что невозможно без постепенного выхода всё большего количества людей в осознаваемую Человечность.