Баллада о шумовых эффектах.

Начальник отдела мировых новостей, а с ним и все мы, очень не любит американцев. Он считает исключительной подлостью с их стороны то, что они не стали удерживать Сайгон.

Дело вот в чем. Новости на вьетнамском, которые мы транслируем, идут, естественно, из Ханоя и состоят из практически неразбавленной пропаганды. Ну и соответственно, та часть вьетнамской общины, которая сбежала в Австралию от коммунистов, регулярно протестует, устраивает демонстрации, пикетирует вход на студию. А вьетнамцев в Сиднее много — и все как один политически подкованы. Ну вот, а когда студия идет на уступки и отключает Ханой, происходит что? Правильно, меняется состав пикетов. На смену антикоммунистам приходят коммунисты, а галдеж остается. Так и качаемся.

Поэтому начальник отдела мировых новостей и не любит американцев. Вот Кореи две — и никаких проблем.

А где—то год назад коммунисты — как более шустрые — решили поднять давление. И подложили нам бомбу. Шумовую. Но очень ошиблись местом. Вместо того, чтобы пугать менеджмент, они затащили шумелку вниз, в кроличий садок производственных отделов. А там во—первых, звукоизоляция, а во—вторых, публика уж очень флегматичная. Ну рвануло… Ну сильно рвануло. Значит или снимают что—то, или что—то уронили, или кто—то дверь в студию звукозаписи опять закрыть забыл. У нас даже сигнализация не сработала — она тоже привычная. И о том, что нас, оказывается, взрывали, мы узнали от охраны, а охрана — от этих коммунистических мальчиков, которые позвонили и взяли на себя ответственность. Больше они не пробовали. Видимо, эффект не понравился.