Байки с двух работ.

Еду из колледжа, против обыкновения, в пять вечера. Электричкой. Напротив меня сидит человек лет этак на пять меня постарше и примерно в четыре раза пообъемистее. Разговариваем о погоде. Кабинетного такого формата гражданин, только вот деловой костюм на нем периодически топорщится и шевелится — в разных местах. И в конце концов, возникает из—за отворота воротника благородных очертаний крысиная голова. Слегка наклоняюсь вперед — познакомиться. Крыс исчезает в недрах хозяина. Хозяин поясняет, что любимец у него застенчивый и с чужими осторожен. Смотрю на него, совмещая речь, костюм и крыса, которого он явно таскает на работу не в первый раз. Спрашиваю.

— Простите, а вы программист?

Сосед взрывается.

— Программист! Всегда программист! Пять минут поговорили и тут же программист! Как будто других профессий на земле нет! Я не программист. Я — системный администратор!

Сегодня на SBS отдел цензуры проводил инструктаж. Учили нас, что и как вылавливать и отмечать, чтобы фильм было легче отклассифицировать. И в числе прочего рассказали, что в Штатах правила много пожестче, чем у нас, будут. И если фильм по общему составу идет в категорию PG (требует контроля со стороны взрослых), то присутствие одного—единственного крепкого словца тут же перебрасывает фильм в категорию PG–13. Голливудские рекламщики отслеживали судьбу фильмов этих категорий, чтобы выяснить, не сказываются ли более жесткие рамки на продажах. И обнаружили, что у PG–13 аудитория существенно больше. Подростки предпочитают маркированные фильмы — потому что они уже как бы «не детские». Пройти мимо такого киноиндустрия, конечно, не могла. Вот потому в совершенно невинных американских лентах часто можно найти одно, прописью одно крепкое слово.