Экономика.

Со второй половины 1953 г. по конец 1950-х гг. в СССР были проведены хозяйственные реформы, которые благотворно отразились как на темпах развития народного хозяйства, так и на благосостоянии народа. Главная причина успеха реформ состояла в том, что они возродили экономические методы руководства народным хозяйством.

Реформы были начаты с сельского хозяйства, а потому получили широкую поддержку в массах. Однако они не были подкреплены демократизацией политической системы. Сломав репрессивную систему, преобразования не затронули ее основу — систему административно-командную. Поэтому уже через пять-шесть лет многие реформы начали сворачиваться усилиями как самих реформаторов, так и мощным административно-управленческим аппаратом.

Курс на проведение хозяйственных реформ был провозглашен в августе 1953 г. на сессии Верховного Совета Союза. На сессии глава правительства Г. М. Маленков впервые поставил вопрос о повороте экономики лицом к человеку, первоочередном внимании государства к благосостоянию народа через ускорение развития сельского хозяйства и производства предметов потребления.

Сельское хозяйство. Через месяц сентябрьский пленум ЦК КПСС посвятил свою работу анализу тяжелого положения, в котором находилось сельское хозяйство. Избранный на пленуме Первым секретарем ЦК Н. С. Хрущев от имени партийного руководства впервые после свертывания НЭПа четко и определенно заявил, что без материального стимулирования крестьян сельское хозяйство не поднять. Начать следует с резкого повышения закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию.

В начале 1954 г. был взят курс на поднятие целинных и залежных земель. Этого требовали интересы быстрейшего решения острой проблемы — зерновой. Народ жил впроголодь. На целину поехали десятки тысяч энтузиастов. На целине создавались зерновые совхозы.

Для укрепления руководящих кадров колхозов на работу в них в качестве председателей было направлено более 30 тыс. партработников («тридцатитысячники»). Более 120 тыс. специалистов сельского хозяйства из управленческого аппарата перешли на работу в село (одни добровольно, другие по принуждению).

В 1958 г. началась реорганизация МТС (машинно-тракторных станций) в РТС (ремонтно-тракторные станции). Технику продавали колхозам. Предполагалось, что эта мера укрепит материальную базу колхозов и ликвидирует «двоевластие» на земле (колхозов и МТС), укрепит власть колхозов, развяжет их инициативу.

В целом крупные меры в аграрной области, проведенные в 1953–1958 гг., можно свести к следующему: резко повысили закупочные цены (они не компенсировали всех затрат производства, но стали более обоснованными); списали с колхозов и совхозов долги прошлых лет; в несколько раз увеличили государственные расходы на нужды деревни; отменили налог на личное приусадебное хозяйство и разрешили в 5 раз увеличить его размер; провозгласили принцип планирования снизу; стали вводить пенсии для колхозников; начали выдавать паспорта колхозникам; колхозы получили право вносить изменения в свои уставы с учетом местных условии; наконец, за пять лет реализовали крупную программу освоения 42 млн га целинных и залежных земель.

Эти меры, не подрывая государственной монополии, укрепили сельское хозяйство, во многом раскрепостили крестьян. Экономика села стала набирать темпы. Прирост сельскохозяйственной продукции за 1953–1958 гг. составил 34 % (по сравнению с предыдущим пятилетием). Это примерно соответствовало темпам развития сельского хозяйства в годы НЭПа. Однако с конца 1950-х гг. экономические стимулы как рычаг развития настойчиво вытеснялись административными принуждениями, что было привычно и менее опасно для управленческого аппарата. Экономическое реформирование перешло в административную тряску.

Два сильных удара сверху подорвали экономику села, сорвали процесс расширенного воспроизводства. Во-первых, технику МТС не отдали колхозам, а заставили ее выкупить, да еще в сжатые сроки (за год) и по высоким ценам. Одним этим ударом государство в течение года смогло вернуть себе средства, вложенные в деревню в предыдущие годы. Во-вторых, вместо дальнейшего укрепления и расширения личного подсобного хозяйства жителей деревни начался новый поход на него (третий после проведения коллективизации). Освободив приусадебное хозяйство от налогов, объявили курс на его свертывание, так как оно будто бы тормозит окончательную победу социализма на селе.

Этот курс был закреплен в 1958 г. на декабрьском пленуме ЦК КПСС по предложению Н. С. Хрущева. Хрущев призвал сельских жителей личный скот продать государству или колхозам, а взамен покупать у них (или получать на трудодни) мясомолочную продукцию. Никита Сергеевич активно агитировал за опыт своих земляков из с. Калиновка Орловской области, которые и коров колхозу продали, и материально жить стали лучше, перестали разрываться между общественной нивой и личным скотным двором, время на духовное развитие получили. По предложению секретаря ЦК Л. И. Брежнева пленум принял решение поручить государственным органам в 2–3 года скупить скот у рабочих совхозов и рекомендовать колхозам встать на этот путь.

Началось новое раскрестьянивание селян. В 1930-е гг. их освободили от земли, теперь от коровы, кормилицы крестьянской семьи. В результате к середине 1960-х гг. личные приусадебные хозяйства деревенских жителей во многих районах страны деградировали до уровня более низкого, чем в начале 1950-х гг. Это не замедлило сказаться на обострении продовольственной проблемы в СССР. Аграрная политика государства после сентября 1953 г. была непоследовательной, половинчатой, а потому не привела к устойчивому успеху.

В 1959 г., находясь в США, Н. С. Хрущев обещал американцам показать «кузькину мать» не только в науке и технике (советский спутник), но и сельском хозяйстве. Он пришел к выводу, что поднять «мясную целину» можно, лишь решив проблему кормопроизводства, а та в свою очередь упирается в структуру посевных площадей. Вместо травополья надо перейти к широким и повсеместным посевам кукурузы, которая и зерно дает, и зеленую массу на силос. Там же, где кукуруза не растет, стали даже решительно заменять руководителей, которые «сами засохли и кукурузу сушат».

Однако чудо не наступило, и в 1962 г. правительство приняло решение стимулировать животноводство повышением в 1,5 раза цен на мясо. Новые цены не увеличили количества мяса, но вызвали волнения в городах. Наиболее крупное из них, в г. Новочеркасске, подавили силой оружия. Были жертвы.

В следующем году возникли перебои не только с мясом, молоком и маслом, но и с хлебом. Длинные очереди с ночи выстраивались у хлебных магазинов. Ширились антиправительственные настроения. И тогда было решено выйти из кризиса с помощью закупок американского зерна. Эта временная мера стала органической частью государственной политики вплоть до распада СССР. Золотые запасы Советского Союза использовались для поддержки развития американских фермерских хозяйств, в то время как личные хозяйства собственных крестьян урезались.

Семилетний план развития народного хозяйства (1959–1965 гг.) в части развития сельскохозяйственного производства был провален. Вместо плановых 70 % рост составил лишь 15 %.

Промышленность. СССР превратился в могучую промышленную державу. Упор по-прежнему делался на группу «А», производство средств производства, которое составило к началу 1960-х гг. почти ³/₄ общего объема промышленного производства. Особенно быстро развивались промышленность стройматериалов, машиностроение, металлообработка, химия, нефтехимия, электроэнергетика (в 1950-х — первой половине 1960-х гг. объем их производства вырос в 4–5 раз).

Предприятия группы «Б» (прежде всего легкая, пищевая, деревообрабатывающая, целлюлозно-бумажная промышленности) развивались значительно медленнее. Однако и их рост был двукратным. В целом среднегодовые темпы промышленного производства в СССР превышали 10 %. Столь высоких темпов можно было достичь, только активно используя жесткие методы административной экономики. Руководители СССР были уверены, что темпы промышленного роста страны будут не только высокими, но и возрастающими. Выводы западных экономистов о неизбежном «затухании» темпов по мере возрастания экономического потенциала СССР отвергались как попытки судить о социализме по аналогии с капитализмом. Тезис об ускоряющемся развитии народного хозяйства в СССР (прежде всего промышленности) прочно вошел в политическую пропаганду и общественные науки. Несмотря на подведение машинной базы под народное хозяйство, ее научно-технический уровень начинал отставать от потребностей времени. Высок был удельный вес рабочих и крестьян, занятых тяжелым ручным и малоквалифицированным трудом (в промышленности — 40 %, в сельском хозяйстве — 75 %). Эти проблемы обсуждались в 1955 г. на июльском пленуме ЦК КПСС, посвященном научно-техническому прогрессу (НТП). Был определен курс на механизацию и автоматизацию производства. Через несколько лет, в 1958 г., было названо и главное звено, ухватившись за которое, надеялись вытянуть всю цепь научно-технической революции, — химия. Форсированное развитие химической промышленности обосновывалось усилением ее роли в создании материально-технической базы коммунизма.

Однако символом научно-технического прогресса СССР стал штурм космоса. В октябре 1957 г. был запущен первый искусственный спутник Земли. Затем космические ракеты понесли в космос животных, облетели Луну. А в апреле 1961 г. в космос шагнул первый человек планеты, советский человек. Имена первых советских космонавтов были на устах всей страны — Юрий Гагарин, Герман Титов, Андриан Николаев, Валентина Терешкова.

Покорение космоса требовало колоссальных средств. За ценой не стояли. В этом был не только научный, но и военный интерес. Верили, что недалеко то время, когда советские космонавты как радушные хозяева будут встречать в далеком космосе посланцев других стран, в том числе и США. Казалось, Советский Союз надолго и прочно стал лидером научно-технического прогресса человечества.

Наибольший успех гражданский сектор экономики имел в жилищном строительстве. В СССР массового жилищного строительства не вели, в иные периоды просто не строили жилья. Война лишила крова миллионы семей, люди жили в землянках, бараках, коммуналках. Получить отдельную благоустроенную квартиру для многих было почти несбыточной мечтой. Индустриальное домостроение воплотило эту мечту в жизнь. Московский район экспериментальной застройки «Черемушки» многократно повторился в других городах страны. Темпов, которыми велось жилищное строительство в первой половине 1960-х гг., наша страна не знала ни до, ни после этого периода.

Реформа управления. Крупнейшей хозяйственной реформой, проведенной во второй половине 1950-х гг., была реформа управления гражданской промышленностью и строительством (1957). Переход от отраслевого (вертикального) к территориальному (горизонтальному) принципу управления, создание вместо министерств совнархозов (советов народного хозяйства) преследовали благородную цель — разрушить ведомственную монополию, приблизить управление к местам, поднять их инициативу, сбалансировать экономическое развитие республик, регионов, укрепить внутри их хозяйственные связи, в итоге — ускорить экономическое развитие. Управление же оборонной сферой экономики оставалось централизованным.

В ходе реформы более 3,5 тыс. предприятий было передано из общесоюзного в республиканское подчинение, а в ведение местных советов передали вопросы производства и распределения продукции местной промышленности. Эти меры укрепили экономическую власть республик и регионов, которая была значительно ограничена союзным правительством еще с конца 1930-х гг.

Однако реформа ударила по единой технической и технологической политике, развивать которую намеревались в 1955 г., принимая решения по НТП. Укрепив хозяйственные связи внутри республик и регионов, она разрушила эти связи между ними, порождая местничество. Как раньше ведомства, так теперь на местах пытались как можно больше «финансового одеяла» натянуть на себя. Чтобы преодолеть уклон в местничество, стимулировать технический прогресс, руководство страны вновь обратилось к административному рычагу — стали наращивать этажи управленческого аппарата: создавать республиканские совнархозы, затем ВСНХ (Высший совет народного хозяйства) СССР. Управление становилось громоздким, неуклюжим.

Крупным народнохозяйственным экспериментом конца 1950-х гг. был переход от пятилетнего к семилетнему планированию. Утвержденный в 1956 г. пятилетний план развития народного хозяйства СССР уже через год сочли неудачным и решили разработать новый, семилетний. Семилетка — 1959–1965 гг. — охватила два последних года шестой пятилетки и следующее пятилетие. Смена плановых вех диктовалась, по мнению руководства, несколькими задачами: с помощью нового плана форсировать освоение востока страны, открыть простор для научно-технического прогресса, наконец, скоординировать народнохозяйственные планы стран — членов Совета экономической взаимопомощи.

За семилетие промышленный потенциал СССР увеличился почти вдвое. Вместо плановых 80 % рост составил 84 %. Однако предприятия группы «Б» план не выполнили. Несмотря на призывы Н. С. Хрущева не забывать, что экономика страны держится на двух ногах — промышленности и сельском хозяйстве, разрыв между двумя важнейшими сферами экономики не без помощи лидера страны увеличился.