Глава 11. ДЖИРО-БАТОЛ.

Не дрогнув, словно ничего особенного он не услышал, Сандокан обернулся, сжимая саблю.

Шагах в шести стоял пехотинец в форме сержанта, взяв его на прицел. Суровый вид и резкий тон этого вояки не оставляли сомнений в серьезности его намерений.

Не двигаясь, Сандокан смотрел на него глазами, которые точно фосфоресцировали. Потом он коротко рассмеялся.

— Чему вы смеетесь? — спросил сержант, приведенный в замешательство его поведением.

— Смеюсь тому, что ты хотел меня напугать. Ты знаешь, кто я?

— Главарь пиратов Момпрачема.

— А ты в этом вполне уверен, Виллис? — спросил Сандокан, и голос его прозвучал как-то странно.

— Виллис! — воскликнул сержант, охваченный невыразимым ужасом. — Откуда вы знаете мое имя?

— Нет ничего такого, чего бы не знал человек, убежавший из преисподней, — сказал Сандокан, усмехаясь.

— Из преисподней? — испуганно переспросил сержант. — Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду то, что стоит у тебя за спиной! — зловещим тоном воскликнул Сандокан.

Сержант, напуганный его словами, инстинктивно обернулся, и в тот же миг, как тигр из засады, пират кинулся и повалил его на землю.

— Пощадите! Пощадите! — залепетал бедный сержант, видя направленное ему в грудь острие сабли.

— Так и быть, дарю тебе жизнь, — сказал Сандокан. — Но только в том случае, если верно ответишь на все мои вопросы. Берегись, если напутаешь или соврешь.

— Хорошо, — согласился сержант.

— В какую сторону направился основной ваш отряд?

— К западному берегу.

— Сколько в нем человек?

— Не могу сказать: это будет измена.

— Ты прав, — согласился легко Сандокан. — Можешь не говорить. За это я тебя даже уважаю.

Сержант посмотрел на него с изумлением.

— Удивительно! — сказал он ему. — Я думал, вы разбойник, пират, а вы человек благородный.

— Одно другому не мешает, — пробормотал Сандокан. — А ну-ка, снимай свою форму!

— Для чего? Зачем она вам?

— Я тоже хочу хоть немного побыть сержантом. Есть солдаты-индийцы среди тех, что гонятся за мной?

— Да, сипаи.

— Хорошо. Раздевайся, и без фокусов, если хочешь, чтобы мы остались добрыми друзьями.

Сержант неохотно, но повиновался. Сандокан кое-как натянул его форму, опоясался ремнем, надел патронташ, напялил на голову его шапку. Потом взял и перекинул за спину карабин.

— А теперь я на всякий случай свяжу тебя, — сказал он сержанту.

— Вы хотите оставить меня на съедение тиграм?

— Не бойся, — утешил его пират. — Они сейчас не голодные.

Крепкими руками он схватил и связал беднягу и, пожелав ему спокойной ночи, быстро двинулся прочь.

— Поспешим, — сказал он себе. — Нужно сегодня же ночью добраться до берега. В этом костюме мне будет проще скрываться, проще сесть на какое-нибудь торговое судно. Сначала на Ромадес, а оттуда уже просто добраться до Момпрачема, и тогда… Тогда я вернусь, но уже не один!

И он ускорил шаги, стремясь выбирать в лесу путь покороче.

Он шел всю ночь, то лесом, то какими-то полями, взбирался на пригорки, обходил стороной селения.

На восходе солнца он спрятался в чаще леса у ручья, чтобы немного отдохнуть и поспать.

Он выпил несколько глотков виски из фляжки сержанта Виллиса, съел несколько бананов, которые собрал в лесу, потом положил голову на связку травы и глубоко заснул, не беспокоясь, что его здесь обнаружат.

Сколько он спал? Не больше трех-четырех часов, поскольку солнце, когда проснулся, стояло еще высоко. Он уже собирался подняться, чтобы продолжить путь, когда неподалеку раздался ружейный выстрел и сразу за ним — быстрый галоп лошади.

— Неужели меня обнаружили? — прошептал он, снова притаившись за кустом.

Он выставил вперед карабин, осторожно раздвинул листья и посмотрел на поляну перед собой.

Сначала он не увидел ничего, только слышал топот копыт, который быстро к нему приближался. Он решил было, что это охотник гонится по следу зверя, но скоро понял, что ошибся: гнались за человеком.

Мгновение спустя какой-то малаец, судя по цвету кожи, огромными прыжками выскочил на поляну и бросился к зарослям бананов.

Это был коренастый полуголый человек, не имевший на себе ничего, кроме набедренной повязки и какой-то старой шляпы на голове. В правой руке он держал суковатую палку, в левой — крисс со змеевидным лезвием.

Бежал он так быстро, что у Сандокана не хватило времени как следует рассмотреть его. Только появился — и тут же исчез в чаще бананов за гигантскими листьями.

«В руке у него крисс, — озадаченно подумал Сандокан. — Значит, он малаец. Но кто же он такой?».

И вдруг его осенило.

«А что если это один из моих людей? — спросил он себя. — Может, Янес уже высадил кого-нибудь здесь? Он ведь знает, что я отправился на Лабуан».

Пират собирался уже вылезти из чащи, чтобы найти беглеца, когда на краю леса появился всадник.

Это был кавалерист из полка Бенгалии. Лицо у него было злое, он ругался и бешено дергал поводья.

Спешившись возле зарослей бананов, он привязал лошадь к дереву и стал внимательно вглядываться в чащу.

— Черт побери! — воскликнул кавалерист в сердцах. — Не провалился же он сквозь землю!.. Где-то он спрятался тут, и со второго раза я по нему уже не промажу. Если бы проклятая лошадь не споткнулась, этого пирата уже не было бы в живых.

Он взял в левую руку карабин, правой обнажил саблю и полез в гущу зарослей, осторожно отводя ветки.

Было сомнительно, чтобы ему удалось обнаружить беглеца. Тут мог бы спрятаться и целый взвод. Но кавалерист, похоже, верил в удачу.

Наблюдая всю эту сцену из-за кустов, Сандокан терялся в догадках, кто был этот беглец, который здесь спрятался.

— Нужно попытаться спасти его, — пробормотал он. — Может, это один из моих людей или разведчик, посланный Янесом. Нужно отвлечь этого кавалериста и отправить его подальше от этого места, иначе он, чего доброго, и впрямь обнаружит беднягу.

Он уже собрался выйти из-за кустов, когда в нескольких шагах от него заколыхались гроздья лиан.

Он быстро повернул голову и увидел малайца. Стараясь понадежнее спрятаться, тот карабкался по лианам на верхушку мангового дерева, среди густых листьев которого мог найти себе прекрасное убежище.

— Хитрец, — усмехнулся Сандокан.

Он подождал, пока тот доберется до ветвей и повернется. Едва он увидел его лицо, как ахнул от изумления:

— Джиро-Батол! Ах ты, мой храбрый тигренок! Как он оказался здесь, и живой?.. Ведь я же помню, что он остался на тонущем корабле, мертвый или смертельно раненный. Какая удача! У него, видно, душа прибита к телу гвоздями. Ну так спасем его!..

Он, крадучись, отошел назад, обогнул слева чащу и внезапно появился перед кавалеристом, крича:

— Эй, друг!.. Что вы ищете в этом лесу? Подстрелили какого-нибудь зверя?

Заслышав крик, кавалерист живо выскочил из кустов, держа ружье на изготовку.

— О! Сержант! — воскликнул он.

— Вы удивлены, приятель?

— Откуда вы появились?

— Из леса. Я услышал ружейный выстрел и поспешил сюда, чтобы узнать, что случилось. Вы стреляли тут в зверя?

— Да, в зверя, который опаснее тигра, — сказал кавалерист с плохо скрытым раздражением.

— Так что это за зверь?

— А разве вы сами не ищете кое-кого? — спросил солдат.

— Да, ищу.

— Тигра Малайзии, не так ли, сержант?

— Точно, его.

— А вы видели этого страшного пирата?

— Нет, но я нашел его следы.

— А я нашел его самого.

— Не может быть!

— Я даже стрелял в него, но промахнулся.

— И где же он спрятался?

— Боюсь, что он уже далеко. Я видел, как он пересек эту поляну и спрятался в чаще.

— Тогда вы его больше не найдете.

— Боюсь, что да. Этот человек ловчее обезьяны и страшнее тигра.

— Он способен нас обоих отправить запросто на тот свет.

— Знаю, сержант. И если бы не сто фунтов, обещанных лордом Гвиллоком, я бы не осмелился гоняться за ним.

— А сейчас что вы намерены делать?

— Не знаю. Думаю, что, продираясь через эти чащи, я только напрасно потеряю время.

— Хотите совет?

— Говорите, сержант.

— Садитесь на лошадь и объезжайте лес.

— Может, поедем вместе? Вдвоем безопаснее.

— Нет, дружище.

— А почему, сержант?

— Вы хотите, чтобы он убежал?

— Как так?

— Если мы будем его преследовать вдвоем с одной стороны, Тигр убежит с другой. Поэтому вы объедете лес кругом, а я прочешу отсюда.

— Согласен, но с одним условием.

— Каким.

— Мы поделим премию, если нам посчастливится схватить Тигра. Я не хочу потерять все сто фунтов.

— Договорились, — сказал Сандокан, улыбаясь.

Кавалерист сунул саблю в ножны, снова сел в седло и, закинув за плечи карабин, весело затрусил прочь.

— Долго же ты будешь искать меня, — пробормотал ему вслед Сандокан.

Он подождал, пока всадник исчез в чаще, потом подошел к дереву, на котором прятался малаец и позвал:

— Слезай, Джиро-Батол!

Услышав его голос, малаец птицей слетел с дерева и бросился к нему.

— Ах… мой капитан!.. — задыхаясь от радости, не находил он слов. — Ах, мой капитан!

— Ты уже не надеялся встретить меня живым? — засмеялся Сандокан.

— Черт возьми! — сказал пират со слезами на глазах. — Я думал, что больше никогда вас не увижу! Я был уверен, что англичане убили вас.

— Убили меня? У англичан не хватит железа, чтобы достать до сердца Тигра Малайзии, — ответил Сандокан. — Я был тяжело ранен, это правда, но, как видишь, я выздоровел и готов продолжать борьбу.

— А как же все остальные?

— Спят в морской пучине, — сказал Сандокан со вздохом.

— Но мы отомстим за них, правда, капитан?..

— Да, и очень скоро. Но как же ты сам остался в живых? Я видел, как ты упал замертво на палубу во время первого сражения.

— Так и было, капитан. Пуля попала мне в голову, но только контузила меня. Когда я пришел в себя, бедный праос, изрешеченный снарядами крейсера, готов был уже затонуть. Я уцепился за обломок мачты и устремился к берегу. Несколько часов я был в море, потом потерял сознание. Очнулся в хижине местного рыбака. Этот добрый человек подобрал меня в пятнадцати милях от берега, поднял на свою пирогу и привез на землю. Он заботливо лечил меня, и теперь я совершенно здоров.

— А сейчас куда ты бежал?

— Я собирался отправиться на берег, чтобы спустить на воду пирогу, которую я раздобыл, когда на меня набросился этот солдат.

— О! Так у тебя есть пирога?

— Да, мой капитан.

— Ты хотел вернуться на ней в Момпрачем?

— Этой ночью.

— Мы поплывем вместе, Джиро-Батол.

— Когда?

— Сегодня вечером погрузимся.

— Хотите пойти в мою хижину и отдохнуть немного?

— Так у тебя есть и хижина?

— Лачуга, предоставленная мне местными жителями.

— Пошли, нам не стоит оставаться здесь, чтобы не столкнуться снова с этим кавалеристом.

— Он вернется? — с опаской спросил Джиро-Батол.

— Наверняка.

— Тогда бежим, капитан.

— Не спеши. Как видишь, я стал сержантом полка бенгальской пехоты, так что могу защитить тебя.

— Раздели какого-нибудь солдата?

— Да, Джиро-Батол. А далеко твоя хижина?

— Через четверть часа будем там.

— Пойдем отдохнем немного, а там подумаем, как выбраться отсюда.

Два пирата вышли из чащи и, убедившись, что поблизости никого нет, торопливо пересекли открытое место и добрались до окраины другого леса.

Они уже собирались углубиться в заросли, когда Сандокан услышал за спиной яростный галоп.

— Опять этот зануда! — воскликнул он. — Быстро, Джиро-Батол, лезь в кусты!..

— Эй!.. Сержант!.. — заорал кавалерист еще на скаку. — Это так-то вы помогаете мне захватить пирата?.. Я чуть не загнал свою лошадь, а вы и с места не сдвинулись.

Он осадил коня и вытер рукавом свое потное лицо.

Сандокан спокойно повернулся к нему.

— Я снова нашел следы пирата и подумал, что бесполезно преследовать его через лес. Впрочем, я ждал вас.

— Вы обнаружили следы?.. Тысяча чертей!.. Но сколько же следов оставил этот негодяй! Я думаю, он просто развлекается, дурача нас.

— Я тоже так полагаю.

— Кто их вам показал?

— Я сам нашел.

— Ну да, сержант!.. — воскликнул кавалерист ироническим тоном.

— Что вы хотите сказать? — спросил Сандокан, нахмурив лоб.

— Что кое-кто вам их показал.

— Кто же?..

— Я видел рядом с вами негра.

— Я встретил его случайно, и он составил мне компанию.

— А вы вполне уверены, что он островитянин?

— Я не слепой.

— А куда делся этот негр?

— Углубился в лес. Он шел по следу бабируссы.

— Зря вы его отпустили. Он мог бы дать нам ценные указания и помочь заработать сто фунтов.

— Ну!.. Я начинаю бояться, что они уже улетучились, приятель. Мне надоело, и я возвращаюсь к своим.

— А я буду продолжать поиски пирата.

— Ну как хотите!

— Счастливого возвращения! — закричал кавалерист с иронией.

— Иди к дьяволу! — вполголоса пробормотал Сандокан.

Кавалерист повернул налево и вскоре был уже далеко, яростно пришпоривая своего взмыленного коня.

— Пошли, — сказал Сандокан малайцу, когда зануда-кавалерист исчез из виду. — Если он еще раз мне попадется, я поздороваюсь с ним добрым выстрелом из карабина.

Пройдя еще одну поляну, они углубились в густые заросли, с трудом пролагая себе дорогу среди хаоса лиан, которые переплетались толстой сетью со всех сторон, и корней, змеившихся по земле во всех направлениях. Они шли добрую четверть часа, и наконец забрались в такую густую чащобу, что свет почти не проникал туда.

Джиро-Батол остановился, чутко прислушиваясь, потом сказал:

— Вон там моя хижина, среди тех растений.

— Надежное убежище, — одобрил Сандокан с легкой улыбкой. — Восхищаюсь твоей предусмотрительностью.

— Входите, капитан. Чувствуйте себя, как дома.