Глава 32. ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ТИГРА.

Изменив курс, пираты лихорадочно принялись за дело, чтобы приготовиться к схватке, без сомнения, жестокой и с намного превосходящими силами врага. Они заряжали пушки, проверяли спингарды, доставали из трюма бочки с порохом и огромное количество снарядов и гранат, снимали ненужные снасти и укрепляли необходимые, устраивали заграждения на палубе и готовили абордажные крючья.

Сандокан не уходил с мостика, воодушевляя всех, ободряя всех, входя во все детали приготовлений. Он повторял, что они отправят на дно этот корвет, который погубил столько их храбрых товарищей, где его самого держали в цепях и где сейчас держат в неволе его невесту. Он клялся, что перевешает всех англичан, которые хотели его повесить, и пираты, приунывшие было от стольких поражений, вновь воспрянули духом и поверили в себя.

— Да, я уничтожу этот проклятый корвет, я сожгу его! — восклицал он. — Я настигну его у Трех Островов и пущу его пепел по ветру!.. Только бы вовремя успеть, пока лорд не увез Марианну.

— Мы нападем и на лорда, если будет необходимость, — сказал Янес. — Кто устоит перед атакой ста двадцати тигров Момпрачема?

— Но если мы придем слишком поздно, и лорд успеет ускользнуть в Саравак?

— Мы настигнем его и там, в этом городе Джеймса Брука. Но об этом еще успеем подумать, а вот как овладеть корветом, который сейчас, наверное, уже бросил якорь у Трех Островов, — вот это вопрос. Мы должны захватить его врасплох, но как?.. Ведь если мы будем брать верх… А в их руках Марианна… Они могут… — И он замолчал.

— Что ты хочешь сказать? — спросил Сандокан.

— Ты помнишь, дружище, что пытался сделать лорд, когда мы напали на него по дороге в Викторию?

— Да, — прошептал Сандокан, чувствуя, что сердце замирает в груди. — Великий Боже!.. И ты думаешь, что командир…

— Да, возможно, получил приказ убить Марианну, лишь бы она не досталась нам.

— Это невозможно!.. Невозможно!..

— И все-таки я боюсь за твою невесту.

— Так что же делать? — спросил Сандокан с дрожью в голосе.

Янес не ответил; казалось, он сосредоточен на какой-то глубокой мысли и не слышит, что ему говорят.

Неожиданно он хлопнул себя по лбу:

— Есть!..

— Говори, — бросился к нему Сандокан. — Ну быстрее, выкладывай!

— Чтобы сделать это невозможным, надо, чтобы один из нас в момент атаки был рядом с Марианной, чтобы защитить ее.

— Да, но каким образом?

— Вот мой план. Ты же знаешь, что среди эскадры, которая напала на Момпрачем, были праос султана Варауни.

— Да, я это не забыл.

— Я наряжусь офицером султана, подниму его флаг на своем праос и пришвартуюсь прямо к борту, сказав, что меня прислал к ним лорд Джеймс.

— Прекрасно.

— Командиру я покажу письмо, которое должен вручить леди Марианне, но, едва окажусь в ее каюте, забаррикадируюсь там вместе с ней. А вы по первому моему сигналу прыгайте на судно и начинайте бой.

— Ах, Янес! — воскликнул Сандокан, прижимая его к груди. — я твой вечный должник, если это получится!

— Получится, Сандокан, потому что мы придем туда раньше лорда.

В этот миг на палубе послышался крик вахтенного:

— Прямо по курсу Три Острова!

Сандокан и Янес поспешили подняться на палубу.

Три Острова видны были в семи или восьми милях. Глаза всех пиратов устремились на это нагромождение скал, жадно ища среди них корвет.

— Вон он! — вскричал даяк. — Я вижу там в бухте дым!

— Да, — подтвердил Сандокан, глаза которого сразу вспыхнули. — Вон за скалами поднимается дым. Корвет там!..

— Приведем себя в должный вид и приготовимся к атаке, — сказал Янес. — Параноа, переведи на наш праос еще сорок человек.

Пересадка была тут же произведена, и экипаж, усиленный до восьмидесяти человек, собрался вокруг Сандокана, который сделал знак, что хочет говорить.

— Тигры Момпрачема, — сказал он тем решительным тоном, который всегда завораживал этих людей и вселял в них беззаветную отвагу, — схватка, в которую мы вступаем, будет кровавой. Нам придется схватиться с более многочисленным экипажем и до зубов вооруженным. Но помните, это последняя битва, в которую вы пойдете под моей командой. В последний раз вы пойдете в бой против тех, кто уничтожил нашу мощь и разорил наш остров, наш Момпрачем. По моему сигналу врывайтесь, как тигры, на палубу корвета и никого не оставляйте в живых. Кровь наших товарищей взывает к отмщению!

— Веди нас! — воскликнули пираты, исступленно потрясая оружием. — Мы уничтожим их всех.

— Там, на корвете, на который мы собираемся напасть, там королева Момпрачема. Вы знаете, что они захватили ее, насильно оторвав от меня, что они ее держат в плену. Я хочу, чтобы она стала свободной! Я хочу, чтобы она вернулась ко мне.

— Мы спасем ее! — взревели пираты. — Мы спасем ее или погибнем все!

— Спасибо, друзья! А теперь по местам и поднимите на мачтах флаги султана.

Подняв флаги султана Варауни, три праос двинулись к первому острову и поспешили к маленькой бухте, в глубине которой виднелась черная масса корвета, увенчанная столбом дыма.

— Янес, — сказал Сандокан, — приготовься, через полчаса мы будем в бухте.

— Все готово, — отвечал португалец, исчезая в своей каюте.

Праос продолжали двигаться вперед с оставшимися парусами и большим флагом султана Варауни на верхушке грот-мачты. Пушки были готовы, спингарды тоже, пираты держали оружие под рукой, в любой момент готовые броситься на абордаж.

Сандокан, стоя на мостике, внимательно наблюдал за корветом, который, приближаясь, становился с каждой минутой все более хорошо различимым и который стоял уже на якоре, хотя машина еще работала. До боли в глазах он всматривался в палубные надстройки, точно пытаясь сквозь стенки каюты разглядеть свою Марианну.

Глубокие вздохи вырывались из его мощной груди, лоб был нахмурен, рука нетерпеливо сжимала рукоятку сабли.

Возвращаясь мыслями к предстоявшей схватке, он внимательно оглядел морскую гладь, окружавшую Три Острова, пытаясь заметить парус или дым корабля. Он знал, что лорд Джеймс может с часу на час здесь появиться, а в разгар сражения увидеть его у себя за плечами было бы совсем нежелательно.

Судовой хронометр показывал полдень, когда три праос достигли входа в бухту.

Корвет стоял на якоре прямо посередине. На нем развивался английский флаг, а на верхушке грот-мачты еще и большой вымпел военно-морского флота. На палубе виднелось всего несколько человек.

Увидев его пушки, пираты бросились к своим, но Сандокан жестом остановил их.

— Нет еще, — сказал он. — Янес!..

Португалец тут же появился на палубе, наряженный офицером султана Варауни, то есть в большой зеленой куртке, широких шароварах и с большим тюрбаном на голове. В руке он держал письмо, запечатанное сургучом.

— Что в этой бумаге? — спросил Сандокан.

— Это письмо, которое я вручу леди Марианне.

— И что ты там написал?

— Что мы готовы и выручим ее.

— Но нужно, чтобы ты сам вручил ей письмо, если хочешь забаррикадироваться с ней в каюте.

— Я никому его не отдам, будь уверен, дружище.

— А если командир проводит тебя к леди?

— Если он попытается мне мешать, я убью его, — холодно ответил Янес.

— Ты очень сильно рискуешь, Янес.

— Кто не рискует, тот не выигрывает, — ответил тот. — Мне нередко приходилось рисковать своей шкурой, но надеюсь сохранить ее и на этот раз. Ну а теперь спрячься и предоставь мне покомандовать этим судном немного. А вы, тигрята, придайте чуть-чуть благочестия своим зверским физиономиям и помните, что вы — верноподданные этого великого негодяя, который зовется султаном Борнео.

Он пожал руку Сандокану, поправил тюрбан на голове и закричал:

— В бухту!..

Судно отважно вошло в маленький залив и приблизилось к корвету, сопровождаемое двумя другими.

— Кто идет? — окликнул часовой на баке.

— Борнео и Варауни, — ответил Янес. — Важные известия из Виктории. Эй, Параноа, бросай малый якорь! Мы будем швартоваться борт о борт.

Раньше, чем часовые открыли рот, чтобы помешать праос встать борт о борт с их корветом, маневр был выполнен. Судно подошло вплотную к ним с левого борта и встало там, как приклеенное.

— Где командир? — спросил Янес у часового.

— Кто вам позволил? — крикнул вахтенный помощник капитана на мостике. — Уберите ваше судно сейчас же! Вы нарушаете правила.

— К дьяволу ваши правила, — отвечал Янес. — Вы что, боитесь, что мои маленькие суда потопят вашу громадину? А ну-ка, позовите мне командира, у меня есть для него приказы.

Лейтенант уже сам поднялся на мостик и, заметив Янеса, который показал ему письмо, велел спустить трап.

— Смелей, — прошептал Янес, обернувшись к пиратам, которые настороженно ощупывали глазами борта и палубу корвета. И, встретившись взглядом с горящими глазами Сандокана, который притаился за рубкой, чуть заметно кивнул ему.

Почти не касаясь ступенек трапа, храбрый португалец взлетел на палубу корабля. Все напряглось в нем в этот момент, но лицо не выказывало страха.

— Капитан, — сказал он, непринужденно поклонившись ему, — у меня есть письмо, чтобы вручить его леди Марианне Гвиллок.

— Откуда вы прибыли?

— С Лабуана.

— Что делает лорд?

— Снаряжает корабль, чтобы нагнать вас.

— Он не дал вам письма ко мне?

— Нет, капитан.

— Это странно, однако. Ну хорошо, давайте письмо, и я вручу его леди Марианне.

— Извините, капитан, но я должен сам вручить его, — дерзко ответил Янес.

— Ну что ж, пойдемте, — нехотя согласился тот.

Вместе они двинулись в каюту Марианны.

«Если она сделает хоть жест, увидев меня, я пропал», — подумал португалец.

Он бросил взгляд назад и увидел, что у бортов и на реях праос плотными группами собираются пираты, готовые по его сигналу броситься на абордаж.

Казалось, они вот-вот накинутся на английских матросов, которые, ничего не подозревая, с любопытством рассматривали их.

Янес через всю палубу проследовала за капитаном и вместе с ним спустился по лестнице, которая вела на корму. Дойдя до двери каюты, тот постучал, и леди Марианна ответила:

— Войдите.

— Послание от вашего дяди лорда Джеймса Гвиллока, — сказал капитан, входя.

Марианна стояла посреди каюты, пристально глядя на входящих. Увидя Янеса, она не могла сдержать дрожь, но не издала ни единого звука. Она все поняла.

Она взяла письмо, машинально открыла его и прочла с восхитительным спокойствием.

В это время Янес, побледнев, но не теряя решимости, подошел к окну и выглянул наружу.

— Капитан, сюда направляется корабль, — сказал он.

Капитан подошел к нему, чтобы убедиться собственными глазами. Быстрый, как молния, Янес взмахнул рукой и ударил его рукояткой пистолета по голове.

Капитан рухнул на пол, не издав даже вздоха.

Леди Марианна отшатнулась в ужасе.

— Спокойно, сестренка моя, — сказал Янес, который затыкал рот и связывал руки бедному капитану. — Если я его убил, Бог мне простит.

— А где Сандокан?

— Он готов начать схватку. Помоги мне забаррикадироваться, сестренка.

Он взял тяжелый шкаф и придвинул его к двери, навалив на него ящики, полки, столы.

— Но что будет? — спросила Марианна.

— Скоро узнаете, — ответил Янес, вынимая саблю и пистолеты.

Он выглянул в окошко и издал резкий свист.

— Внимание, сестренка, — сказал он потом, встав за дверью с пистолетом в руке.

В тот же миг страшный вопль поднялся на палубе.

— Кровь!.. Кровь!.. Да здравствует Тигр Малайзии!.. На абордаж!..

За этим последовала ружейная и пистолетная стрельба, потом неописуемые крики, проклятия, звуки страшных ударов, лязг оружия, топот, выстрелы, стоны, жалобы и мольбы.

— Янес! — вскричала Марианна, побледнев, как смерть.

— Смелее, гром и молния! — заорал португалец. — Да здравствует Тигр Малайзии!..

Послышались поспешные шаги, спускавшиеся по лестнице, и несколько голосов позвали:

— Капитан!.. Капитан!..

Янес оперся на баррикаду, Марианна сделала то же самое.

— Проклятие! Почему он не откликается? Откройте, капитан! — закричал один голос.

— Ура Тигру Малайзии! — загремел в ответ Янес.

Снаружи послышались проклятия и взрыв ярости; потом страшный удар потряс дверь.

— Янес! — вскричала девушка.

— Не бойся, — отвечал португалец.

Еще три удара покоробили дверь; одна из досок была выбита ударом топора. Внутрь просунули ствол ружья, но Янес выбросил вперед руку и разрядил в отверстие свой пистолет.

Было слышно, как кто-то тяжело упал на пол, в то время как другие поспешно бросились вверх по лестнице, крича:

— Измена!.. Измена!..

А на палубе корабля продолжалась схватка. Стоны, вопли и яростные проклятия смешивались с выстрелами из ружей Я пистолетов. От топота ног во всех направлениях содрогалась палуба корабля. Время от времени весь этот шум и гам покрывал гремящий голос Тигра Малайзии, который бросал свой отряд в атаку.

— Вперед, мои тигрята! Я с вами, друзья!

Марианна упала на колени, шепча испуганно слова молитвы. Янес с криссом и пистолетом на всякий случай встал у окна.

Вдруг с палубы донеслись отчаянные голоса:

— Пожар!.. Спасайся, кто может!.. Пожар!..

И в самом деле, каюта начала наполняться дымом. Португалец побледнел — очаг пожара был где-то поблизости.

— Гром и молния! — вскричал он.

Отчаянным усилием он опрокинул баррикаду, быстро перерезал путы, которые связывали бедного капитана, схватил Марианну на руки и выбежал наверх.

Густые облака дыма уже заполнили спардек; через открытую дверь виднелось пламя, вырывающееся из офицерских кают.

Исход боя уже был ясен. Сандокан со своими людьми в этот момент яростно осаждал носовую рубку, за которой укрепилось тридцать или сорок англичан. Они беспорядочно отстреливались, но страшные сабли и абордажные топоры пиратов уже взлетали над их головами.

— Пожар! — закричал Янес.

При этом крике англичане, которые уже считали себя погибшими, побросали оружие и беспорядочно попрыгали в море.

Сандокан обернулся к Янесу и, увидев у него на руках Марианну, неудержимым порывом опрокинул окружавших его людей.

— Марианна! — воскликнул он. — Ты жива! Моя!.. Моя наконец!..

Но не все еще было кончено. В этот самый миг со стороны моря раздался пушечный выстрел.

Сандокан издал настоящий рев.

— Лорд Джеймс! Это его корабль входит в бухту. Все на борт праос!..

Сандокан, Марианна, Янес и все пираты, прекратившие схватку быстро покинули корабль, который уже горел, как костер из сухого дерева, и перебрались на свои суда, унеся раненых.

Тут же были подняты паруса, и три праос быстро вышли из бухты, устремившись в открытое море.

Навстречу им шла бригантина.

Сандокан привлек Марианну к груди и концом сабли показал ей на человека, стоявшего там на мостике.

— Ты видишь его, Марианна? — спросил он.

Девушка вскрикнула и закрыла лицо руками.

— Мой дядя!.. — пролепетала она.

— Посмотри на него в последний раз!

— Ах! Боже мой!

— Гром и молния!.. Это действительно он!.. — воскликнул Янес. — За этим сеньором остался должок!

Он вырвал у одного из малайцев карабин и вскинул его, приготовившись стрелять, но Сандокан удержал оружие.

— Этот человек неприкосновенен для меня, — сказал он с мрачным видом.

И Янес понял его.

Бригантина взяла правее, пытаясь перерезать путь уходящим праос, но было уже слишком поздно. Ветер наполнил их паруса и быстро нес суда на восток.

— Огонь по этим негодяям! — донесся с бригантины крик лорда.

Раздался выстрел из пушки, и первый же снаряд пробил пиратское знамя, развевавшееся на верхушке грот-мачты.

Увидев разорванное полотнище, Сандокан побледнел и прикрыл рукой глаза.

— Это судьба!.. — с болью прошептал он. — Прощай, Тигр Малайзии! Прощай, жизнь пирата!..

Вслед за первым снарядом над ними пронесся второй и тут же слева по борту врезался в воду, подняв фонтан брызг, и третий.

Бригантина отставала, но не прекращала стрельбу — и снаряды ложились все ближе.

Сандокан быстро прошел на корму и склонился над кормовым орудием, тщательно выверяя прицел.

Бригантина яростно гремела, посылая в их сторону снаряд за снарядом, но он не двигался, продолжая целиться. Казалось, он застыл в каком-то странном оцепенении, забыв о том, что намерен был сделать.

Но вот он внезапно отпрянул, и пушка оглушительно выстрелила. А миг спустя, фок-мачта бригантины, подломленная у основания, рухнула в море, разбив фальшборт.

— Ну что, неплохо?.. — торжествующе закричал Сандокан. — Попробуй-ка теперь догнать меня!..

Бригантина остановилась, лишившись мачты, накренилась и повернулась бортом. Но продолжала палить изо всех орудий.

Не обращая внимания на пушечную пальбу, Сандокан обнял Марианну и встал вместе с ней на корме, показывая ее и себя лорду, который метался, как бесноватый, на борту своего судна.

— Посмотри на нас! — крикнул пират. — Ты больше не сможешь нам помешать!.. Моя навеки!..

Он любящим взглядом посмотрел на Марианну и привлек к своей груди.

— Янес, курс на Яву! — минуту спустя приказал он.

Но, отдав этот приказ, он побледнел и закачался, точно последние силы оставили его.

— Прощай, пиратская жизнь! — с невыразимым чувством прошептал он. — Тигр умер — и навсегда!..