Глава четырнадцатая, ОБНАЖЕННАЯ.

После разочарования, постигшего нас от общения с оригинальным де ла Арендой, мы обе пребывали за воротами его виллы не в лучшем расположении духа. Но, поразмыслив, решили не терять времени на возвращение домой, а сразу отправляться в следующий пункт назначения. Правда, куда именно, оставалось еще неясным...

Хотя за этим дело не станет, в голове уже мелькали известные фамилии, но теперь я уже не только по слухам знала, что у знаменитостей может быть куча комплексов. Вот если бы еще где-нибудь потерять собаку... У меня зародилась мстительная мысль подбросить ее Пабло, но думать об этом надо было раньше, сейчас ворота были заперты. А протиснуть сквозь прутья кованого забора апатичную Найду можно было бы, причем без всякого сопротивления с ее стороны, будь они только чуть пошире. Увы... и Акису просить бесполезно, она почему-то неровно дышит к этой старой псине.

В конце банановой рощи виднелись столики летнего кафе, а нам надо было дать эмоциям короткую передышку и еще определиться со следующим претендентом перед магическим рывком. Как же это непросто, оказывается, выбирать мужа?!

Джинния превратила рубли в моем кошельке в песо, кажется нахимичив с курсом в нашу пользу. А, где наша не пропадала, я расхрабрилась (до этого просто не хотелось ее попусту расстраивать) и призналась наконец, что понимаю и могу общаться почему-то только на английском, а здесь, кажется, все говорят на испанском. То есть с ее всесильным волшебством опять какой-то недобор... Недовольно проворчав, что это, наверно, происки шайтана, в крайнем случае козни Яман-бабы, восточная пери фыркнула себе под нос и поманила пальчиком официанта.

Вручив мне ромовый коктейль с многоярусными зонтиками, джинния заказала безалкогольный (как истинная мусульманка, она не употребляла спиртного) и две сосиски для собачки. Но сытая Найда уже дрыхла под столом, разлегшись на моих туфлях, так что мы принялись за дело.

Кстати, Акиса, похоже, не ошиблась с нашими нарядами, здесь все одевались многокрасочно. Ну-у, может, не столь экзотично... Официант два раза спотыкался, уставившись на нас круглыми глазами, и пролил на себя чей-то бокал, а парень за соседним столиком подавился, едва мы вошли, и пять минут ловил ртом воздух, держась за горло, в конце концов у него начались конвульсии и бедолагу увезли на «скорой». Согласитесь, приятно осознавать, что ты так действуешь на мужчин. Хотя герой Коэльо Сантьяго счел бы это за неутешительные знаки... И был бы прав!

— Ладно, о модельерах забудем, дальше кто у нас может быть?

На этот раз, решив не плыть по течению, а подойти к вопросу вдумчиво, я попросила ручку с бумагой и коротко набросала список профессий, из которых, по моему мнению, мог бы выйти мой будущий муж.

— Что ты раздумываешь, я могу добыть тебе в спутники жизни самого великого правителя твоего времени, могучего мужа, неустрашимого льва, благородного и мудрого властителя, доблестью и величием подобного орлу!

— Президента в мужья? Да они все женаты, к тому же ни одного такого, как ты описала, ни в одной стране нет. Можешь мне поверить, я с детства смотрю телевизор.

— Ай, у могущественного правителя не может быть одна жена, величие властелина, кроме всего прочего, и выражается в количестве жен! Не раздумывай, о слишком разборчивая, у тебя будет собственный дворец, который он тебе подарит к рождению сына.

Я не стала разубеждать джиннию, сказав ей, что мне хоть и нравятся мужчины в строгих костюмах, но президенты — вариант не из лучших. Во-первых, они рано стареют, во-вторых, избираются не больше чем на три срока, в-третьих — ну их вообще! Акиса, правильно истолковав мои сомнения, открыла было рот, чтобы привести десяток аргументов в пользу старого мужа, но я быстро продолжила:

— Что мы раздумываем? Кино! Голливуд! Киану Ривз холостой до сих пор, он мне всегда нравился.

Брэд Питт развелся, тоже неплохая кандидатура при условии уживчивого характера, потому что внешне не совсем в моем вкусе. А вот Бен Аффлек самое то, как Я могла о нем забыть! Он так восхитительно груб и сексуален! К тому же в прессе писали, что он хорошо играет в покер, значит, умеет думать...

— Вах, так которого мы берем?

Я уже хотела сказать джиннии, что выбрала, но, вспомнив недавнее позорное фиаско, почувствовала неуверенность. Нет, лучше сразу определиться с несколькими, конкретизируем на месте. Вдруг у того же Аффлека карточные долги?

— Кино — это живые картинки, которые мы смотрели в первый день у тебя дома?

— Ну да, только мне надо еще немного подумать. Тут в списке и бизнесмены есть. Будь Ходорковский холост и если бы он даже был последним бедняком, я бы выбрала его за одну только красоту. Сначала бы носила ему в Матросскую Тишину домашние пирожки и ватрушки, потом... — размечталась я, подперев голову рукой, слегка опьяневшая от гаитянского коктейля.

— Матросская Тишина — это не место ли отдыха отважных мореплавателей?

Когда Акиса узнала, что это место предварительного заключения, она закричала, что за узника меня никогда не выдаст, что она порядочная джинния и будет всю жизнь чувствовать себя в ответе за глупую девушку, то есть меня, в данный момент волей небес сидящую у нее на шее. Короче, бизнесмены отпали напрочь...

— Хорошо, тогда выберу кого-нибудь из творческой интеллигенции, у них, писателей, художников, поэтов, обычно более спокойная жизнь...

— Этих бумагомарателей, бездельников и пьяниц?! Храни, Аллах, мою наивную работодательницу, ты и так лишил ее разума...

— Попрошу без оскорблений, творческие люди бывают разные! Вот, например, Терри Пратчетт — талантлив, умен, успешен. К тому же я его уже люблю! Правда, пока только как создателя «Плоского мира», но ведь я еще и не встречалась с ним лично. Конечно, он немолод. Но я бы с удовольствием ухаживала за ним в его глубокой старости как сиделка, а пока бесшумно подавала бы кофе, когда он за работой, лечила бы радикулит, натирая ему спину редькой и привязывая чеснок к нужным местам... Чеснок — он от всего, — знающе прибавила я.

Джинния скривилась, слушая все эти неожиданности, после чего заметила:

— Твоих желаний не поймешь, о противоречивая, твои потребности очень разнообразны. Но я, как и положено, слушаю и повинуюсь и напоминаю тебе, что мужа ты получишь сегодня, хотя бы он и был горшечник!

— Но куда такая спешка? — логично возмутилась я. — У меня еще два месяца каникул впереди. Что случилось сегодня утром, когда ты прилетела домой вся взъерошенная, как блудный попугай?

Вместо ответа джинния поспешно вскочила на ноги и начала командовать:

— Ты все допила? Тогда поднимайся, мы отправляемся... Куда ты там пожелала сначала?

— А мне здесь нравится, почему бы тут, на Гаити, кого-нибудь не присмотреть? Вокруг много привлекательных мужчин. Например, тот мулат за соседним столиком, которого увезли на «скорой», был оч-чень даже симпатичным... пока не начал синеть. Пжалста, мне еще коктейля! Дв-ва раза!

Джинния, поразмыслив, согласилась, прикинула мое состояние и силой вытащила меня из-за стола.

Мы гуляли по Сан-Педро-де-Макорис, пока я не протрезвела. Ох и длинное же название у этого городка! Мы очаровывали встречных парней своими экзотическими костюмами, пили кофе, ели местные сладости и в целом классно проводили время в абсолютном безделье!

Найда стряхнула сон и, радуясь жизни, носилась вокруг, насколько позволяла длина поводка и короткая лапа. К моему удивлению, она даже флиртовала с местными собаками, которые были намного мельче ее и на прощанье окидывали грустным и откровенным взором ее пушистые, но, к сожалению, слишком длинные ноги...

Здорово, я была так благодарна Акисе, что она вытащила меня за границу, да еще и на далекий, почти сказочный для меня остров Гаити. Здесь радовало все: люди, пальмы, солнце, море и даже жара! Но особенно — море! А кстати, на пляже мы еще не были, я видела его только с балкона противного де ла Аренды, тогда-то он и раскрыл себя. Фу, даже гадко вспомнить... Но побывать на Гаити и хотя бы разок не окунуться в Карибское море?! Да, моя жадность до новых впечатлений росла на глазах...

Джинния только успевала делано ворчать и возмущаться:

— Я не вижу здесь ни одного достойного мужа, смотри, как неподобающе они одеты для благочестивых мусульман!

Большинство мужчин действительно были в коротких шортах, а то и в одних плавках, видно, что прямо с пляжа, по которому я уже тосковать начала.

— Пойдем на море! Все равно тут одни туристы и католики.

— Католики? Не годятся в мужья, ибо неискушенны в любви. А кто эти женщины в одинаковых серых платьях и платках?

— Это всего лишь монашки, не знаю только, какого ордена, и местных можно не спрашивать, они, как правило, сами не знают. Ну, давай на море?

— Служительницы Аллаха, или как они его называют, Господа, и не закрывают лиц?! Поистине, это верх неприличия и греха!

Что-то на нашу джиннию сегодня напало... Обычно она не особо зациклена на религии.

— Слушай, пойдем на пляж! Там наверняка окажется какой-нибудь достойный претендент, на Гаити отдыхают преуспевающие мужчины со всего мира, — попыталась схитрить я. — Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

— Что за пляж?

— Место на берегу моря, где все загорают и купаются.

Акиса поджала губки, ее разобрало любопытство. В глазах уже читался оттенок легкого злорадства, она наверняка представляла, каким вместилищем разврата окажется этот пляж, и ей не терпелось самой увидеть и на месте поразиться грехопадению людишек. Если бы в тот момент знать, как нелогично могут повернуться ее мысли...

— Посмотрим на твой пляж, о любознательная! Любознательная, значит? Ой-ой, кто бы говорил...

— Значит, к морю!

И мы мгновенно очутились в самой гуще народа на песчаном пляже, который тянулся на много километров по кромке берега. А море было просто восхитительно прекрасно! Надеюсь, акул в такой красоте не водится...

— Хорошо, акул здесь нет, но креветки иногда просто буйствуют, — словно отвечая на мои мысли, пожаловался какой-то стоящий рядом со мной близорукий старичок другому. — Но вот, помнится, в Австралии в тысяча девятьсот шестьдесят четвертом году... Вот там были акулы! Хуже местных креветок, да и крупнее...

Сколько же тут было народу и какой шум от болтовни, музыки и морского прибоя! Пляж был забит тентами и загорающими, свободного неиспользуемого кусочка земли я не видела, не то что прилечь, ступить было негде! Люди перешагивали друг через друга, а загорали боком, возможно, очень удобно, надо проверить... Наудачу рядом оказался киоск, где продавались плавки, купальники, парео, банданы и даже босоножки и большие пляжные сумки. Так, сюда-то нам и надо.

— Вах... Они что... все в этом... нижнем белье?! — медленно выдавила Акиса, как будто не веря своим глазам.

— Все верно, не голыми же им купаться. Ты только что сама монашек за отсутствие чадры поругала. Кстати, мне тоже нужен купальник, поможешь выбрать?

— Раз уж они решили совершить омовение, разве им неизвестно, что в воду предписано входить без одежд... — не слушая меня, продолжала джинния, хмуро глядя себе под ноги, где на песке лежали двое изящных парней в розовых плавках.

— Кем предписано? По-моему, ты что-то путаешь. Пожалуй, возьму вот этот ярко-оранжевый с красными цветами танкини в стиле шестидесятых, вот это парео как раз под цвет, и еще вон то полотенце. Акиса!

— А? Что, о крикливая?!

— Да просто ты меня не слушаешь. Я говорю, все в купальниках и плавках, потому что здесь не нудистский пляж. Ну сама представь, что будет, если все вдруг полезут купаться голыми?

— И что же будет? — напряженно поинтересовалась джинния со слишком мне знакомым выражением лица, которое у нее появляется всегда, когда... Она щелкнула пальцами! Один безобидный жест, но что началось...

Визг, крики, суматоха! Правда, я не сразу поняла, с чего вдруг такая паника. Но через секунду с ужасом увидела, что все уже ГОЛЫЕ!

— Ты что, рехнулась?! Я от тебя не этого ожидала, зачем?

— Тут было слишком людно и прилечь позагорать негде, — беззаботно мотивировала она. — Не могу же я ложиться рядом с посторонним мужчиной!

Акиса пару минут явно наслаждалась произведенным эффектом, после чего с усмешкой кивнула на меня. И только тут я заметила, что и мое платье исчезло. Я тоже стояла совершенно обнаженная! С визгом я бросилась к воде, потому что тент с купальниками за моей спиной просто смели с лица земли в считанные секунды. Но одеться успели немногие, только самые быстро соображающие и оказавшиеся ближе к ларьку. Остальные убегали в чем мама родила. Сумки, деньги и документы остались, но верхняя одежда тоже испарилась, как и полотенца и подстилки...