Глава восьмая, МАНИАКАЛЬНО-БИОЛОГИЧЕСКАЯ.

Наверно, мы успели вовремя, потому что бабуля как раз сражалась в гостиной с каким-то шипованным монстром с арбузообразной головой! Он жалобно чавкал, оседая под ударами подарочного издания Желязны энциклопедического формата и веса. Не знала, что бабушка читает фантастику, но это ей помогло...

На данный момент жуткий бой был практически закончен, чудовище валялась в полном ауте, на последнем издыхании, бессильно откинув желтые скрюченные, похожие на стебли конечности. Из большой трещины на арбузной голове текла струйка розоватого сока. Бабушка бросила на нас торжествующий взгляд и одним милосердным ударом окончательно добила гибрид агрессивной флоры. Да-а, а мы ее банальным переносом во времени и пространстве удивить боялись...

— Вот что, девочки...

— В каком смысле «что»?! — мигом уперлась я, ударившись в полную «несознанку». — Растение-монстр, вот мерзость, да?! Оно что, живое? И почему таких размеров?! И ведь главное, что мы здесь абсолютно ни при чем! Вот честное-причестное...

— Девочки, — хмуро повторила моя бабушка. — Будет лучше, если вы все мне расскажете. С самого начала, БЫСТРО!

Джинния наблюдала наши разборки с неподдельной жалостью в глазах, видимо, она считала, что мне не в чем оправдываться. «Уважаемая Марта Ивановна» считала иначе, и у нее был повод так думать... Пришлось смириться с реальностью и посвятить бабушку и происходящее. Под давлением ее авторитета, разумеется! Сами мы и не собирались раскрываться — какое отношение может иметь к честным и добропорядочным девушкам мерзкий арбузный монстр?! Конечно, если он не успел перед смертью прохрипеть наши имена. По словам матери моего отца (вот оно, влияние инокультурной представительницы мира духов!), он набросился на нее сразу и без лишних слов принялся душить. Но чего он хотел? Скоро конец арбузного сезона, стебли уже ломкие и сухие, а бабуля спортсменка с шестидесятилетним стажем, так что ничего у него не вышло. Да и проникнуть в квартиру он смог только обманом, представившись инспектором рыбнадзора, и она сама же открыла ему дверь.

— Бабуля, ну зачем? Ты ведь не браконьер и даже рыбой не торгуешь.

— У него был такой проникновенный чувственный голос, — мечтательно протянула бабушка, когда наконец села, раскурила трубку и с удовольствием затянулась. — И он сказал, что видел меня во сне...

— В гробу и в белых тапочках?! Бабушка, ну как ты можешь быть настолько наивной в твои-то годы... — За этот вопль души я схлопотала родственный подзатыльник и укоризненное цоканье языком от Акисы.

Но в общем бабуля без лишних вопросов, но с большим интересом выслушала (а поверила ли?) обо всех чудесах, что мы ей понарассказали. Думаю, это лишь потому, что после смерти мужа-капитана ей катастрофически не хватало приключений.

Ну а насчет Яман-бабы, сумасшедшего ученого-генетика, что гоняется за Акисой, потому что она обладает экстрасенсорными данными, унаследованными от бабушки-шаманки, и хочет использовать в своих гнусных целях ее подсознательную способность понимать язык растений, мы убедили бабулю особо не беспокоиться. От его подопытных кактусов джинния узнала достоверно, что несчастный болен неизлечимой болезнью, подхваченной от каких-то экзотических растений, вывезенных им в обход таможенных санинспекторов откуда-то из экваториальной Африки. Ему осталось жить считаные дни... э... гм... уже часы, поэтому в милицию можно и не звонить. Было бы бесчеловечно по отношению к бедняге, если органы нагрянут к нему в такой момент и помешают отойти спокойно. Хотя почему бы не помешать, но ведь в милиции вряд ли поверят в рассказы об арбузном чудище...

Пока мы с джиннией, выбросив «останки» диверсанта в мусорку, думали о том, что делать с Яман-бабой, позвонил один из тех двух-трех удачливых поклонников, которым я вчера дала верный номер телефона, и попросил о встрече.

От намеченного (джинния все еще ищет для меня лучшего жениха) отступать уже поздно, так что договорились прямо на сегодняшний вечер. Хотела назначить ему хотя бы через неделю, в надежде, что он обо мне забудет, тем более что и сама его абсолютно не помнила, но джинния сказала, что столько времени на исполнение одного желания она тратить не собирается — ей свои проблемы решать надо. Похоже, теперь из-за дурацкого Яман-бабы она постарается как можно скорее спихнуть меня с рук. Встречу я назначила через час на остановке маршрутного такси...

Когда я подошла, там стояла, мешая всем, огромная белая иномарка.

— Ну и чего он здесь встал, эгоист самовлюбленный? Терпеть не могу таких типов, которые, видя, что ты ловишь маршрутку, тормозят прямо перед тобой, — сердито буркнула я.

— Ай, разве тебе сейчас нужна маршрутка? Так они тут не ходят, о невнимательная, ибо здесь под небом не протянуты веревки, — с чувством превосходства парировала джинния. Она еще путалась в названиях основных видов городского транспорта.

— Будет нужна, когда он наконец явится, — лаконично ответила я, с трудом удерживаясь, чтобы не пнуть машину по номерному знаку. Тут дверца открылась, и неожиданно вышел сам хозяин машины, направившись прямо ко мне.

— Я вовсе не собиралась ничего делать с вашей... — уже практически соврала я, и тут до меня дошло. — А-а, это вы! Я не узнала вас из-за очков, кажется, у Мадонны такие же...

— Добрый вечер, хм... Я вас тоже только что заметил... хм... давно ждете? Хм...

— Давно. — И правда, эти пять минут показались мне получасом.

— Аглая... хм... Какое у вас редкое имя... хм... позвольте заметить, совсем не современное... хм...

«И как только мои родители с тобой не посоветовались, современный ты наш», — едва не ляпнула я.

Мой новый поклонник имел какое-то дергающееся лицо, к тому же постоянно сопел, шмыгая красным носом. Мы с джиннией подумали было, что он простужен, но оказалось, это привычка, со всем прочим добавляющая ему индивидуальности. И как только я ему дала вчера свой телефон? Это могло произойти только в минуту помрачения рассудка...

А вдруг он маньяк, нападающий на девушек с редкими именами типа Илария, Фивея, Сусанна, Прискилла, Виринея, Таисия или Агафоклия? Я как раз собиралась переговорить на эту тему с Акисой, но очкастый прервал нас, представившись Аполлинарием Феоктистовичем. Вполне современное имя, тьфу...

В общем, на Мужчину Мечты он в моих глазах не тянул, и я собралась смываться под уважительным предлогом — бабушке будет скучно в одиночку смотреть в окно... Но тут джинния, уловив мое настроение, ослепительно заулыбалась и силой затолкала меня в автомобиль, подключив к этому предательскому делу свою великоразмерную грудь.

— Не хочу никуда ехать, — зашипела я, зло глядя на джиннию, втиснувшуюся со мной на заднее сиденье. Однако Акиса ответила мне таким властным взглядом, что все возмущение в моем голосе скисло... Мы тронулись с места.

Нет, нельзя так поддаваться чужому влиянию. К тому же моя интуиция мне подсказывала, что лучше выпрыгнуть из машины на полном ходу посреди шоссе с двусторонним движением, чем ехать куда бы то ни было с этим «сердцеедом» в женских очках. Слава богу, на нашей улице движение одностороннее, просто идеально в случае, если я рискну... сейчас-сейчас... пусть только сбавит скорость....

— Остановите, пожалуйста! Простите, но я вдруг вспомнила, что у меня дети не кормлены, а ведь их у меня трое. Мне даже иногда кажется, что четверо, такие они шумные плюс абсолютно неуправляемые и все время хотят есть. Так что свидание придется отложить на неопределенный срок, но я обещаю вернуться к этой теме через месяц!

— Вижу... гм... я вам не понравился, — обиженно-угрожающим голосом отозвался тип, посильнее нажимая на газ.

Ну, что я говорила, он маньяк (как же я удивилась потом, когда это оказалось правдой). Я надавила на дверь, но щелкнул замок, и мы с джиннией остались наглухо запертыми в салоне. О-о, как я умудрилась забыть, ведь эта искусительница может нас отсюда в любой момент телепортировать!

— Акиса, ты разве не видишь, он меня просто крадет! Сделай же что-нибудь!

Но она даже ухом не повела и, вместо того чтобы спасать меня, неожиданно радостно воскликнула, обращаясь к водителю:

— Слушай! Ты что, похитил невесту, господин?

— Конечно... гм... невесту, кто бы сомневался в моих честных намерениях, хэ-хэ, — мерзко хохотнул тип, верно думая, что отвечает шуткой на шутку и при этом странно скорчив лицо. Меня передернуло...

— Благодарение Аллаху, тогда я вас покидаю, о счастливые мои, поспешу сообщить приятную весть почтенной Марте Ивановне!

— Эй, постой, что ты несешь?! Да бабушка прибьет нас обеих, если узнает, что ты позволила меня похитить, а я позволила себе похититься!

— Ай, то есть Марте Ивановне ничего сообщать не надо? Слушаю и повину...

— Да я не хочу за него замуж, он подозрительный!

— Вижу, ты не посещала «Дом мудрости», — сердито надулась джинния. — Или Аллах внезапно лишил тебя зрения, а то бы ты увидела истинные достоинства этого господина! Он зрелого возраста, значит, возможно, к нему уже снизошла мудрость, к тому же он богат, раз имеет собственный маленький автобус, а еще он страшен лицом и тебе никогда не придется испытывать мук ревности!

— Верни меня домой!!! — Я вцепилась в кофточку джиннии обеими руками. Какое-то время мы боролись, но в конце концов ей это надоело, и она просто исчезла, бросив на меня победный взгляд.

— Хм... куда она подевалась? — недоуменно спросил мой похититель, быстро оглянувшись через плечо.

— Провалилась под сиденье, — мрачно отозвалась я, искренне желая бывшей подруженьке именно такой судьбы.

Гадский тип завез меня в какой-то полутемный полуподвал полузаброшенного дома. Ничего точнее сообщить не могу, потому как он сунул мне под нос сильно пахнущий платок и я пришла в себя уже связанной, на колченогом стуле и с кляпом в виде резинового мячика во рту. Под потолком тусклая лампочка, на полу мусор и новенькая табуретка. Вдоль стены пробежала крыса, эх, если бы она сгрызла веревки, но так бывает только в мультфильмах. Но то, что произошло потом, было воистину ужасно...

Он медленно разделся до трусов, забрался на табуретку, которая оказывается, не случайно стояла в центре комнаты, и начал декламировать:

Целуй, целуй меня везде, А особенно в гнезде! Моя деточка, моя конфеточка! Хлопай ресницами и взлетай! Моя бутылочка, моя таблеточка! Побриться не забывай... Твои губы опять не туда угодили, Там их чем-то стальным второпях прикусили... Ведь я всего лишь навсего хочу тебе понравиться! И спариться, и запариться... И че ва-аще тебе и не нравится?!

Это было чудовищной пыткой — слушать весь этот бред! Я подпрыгивала и ерзала на стуле, пытаясь ослабить путы, и почти сжевала кляп! Злодей прерывался лишь на демонический хохот и с каждым разом подбирался ко мне все ближе и ближе, его возбуждение нарастало...

Я собрала в кулак всю свою храбрость, дабы хоть плюнуть в маньяка недожеванным мячиком, когда в комнате, сопровождаемая громким хлопком, материализовалась джинния. Вид у нее был какой-то усталый. Она быстро вытащила у меня кляп и с ходу затараторила:

— Марта Ивановна и вправду почему-то не обрадовалась известию о том, что тебя похитили. Она тут же послала меня за тобой, я не посмела ослушаться уважаемую женщину ее возраста и повиновалась. Хотя она, как и ты, почему-то не понимает, как это хорошо для всех нас, что тебя...

— Все, хватит повторять «Ах, как восхитительно, что тебя похитили»! — еле отдышалась я. — У меня вся спина в мурашках от твоего цинизма! Развязала бы лучше...

— Ай, зачем отказываться от похищения таким видным мужчиной?! — Акиса как ни в чем не бывало подмигнула негодяю, по-прежнему игнорируя мои слова и потребности, главная из которых состояла в том, чтобы поскорее отсюда удрать. Было еще тайное желание выбить у извращенца табуретку из-под ног. Но я знала, что вряд ли это сделаю, не позволяет врожденная интеллигентность...

К счастью, Акиса наконец-то соизволила обратить скептическое внимание на пыльное пространство комнаты:

— Совсем грязно, э? Где же твои слуги? Почему твои рабы не привели в порядок дом, где ты собираешься поселить свою молодую жену...

— Хм... ты прервала мой стих, женщина! И как ты вошла? Я ведь запер все двери! — возмущенно воскликнул наш маньяк, шмыгая красным носом. Кажется, он даже не понимал, как дико выглядит в одних трусах и носках, стоя на табуретке с тетрадкой в вытянутой руке и гордо поднятой головой! Хотя, если человек так увлечен своим поэтическим творчеством... Графомания не лечится.

— Но, быть может, слуги явятся с минуты на минуту?

— Да разуй же глаза, он полный псих! Сумасшедший, я точно тебе говорю!

— Вах, воистину так, он немного безумный! Но зато, о недогадливая, с таким мужем милостью Аллаха ни один твой день не пройдет в скуке, — рассеянно отмахнулась джинния, думая о чем-то своем.

— С каким таким мужем?! — удивился Аполлинарий Феоктистович. — Хм... вижу, это уже далеко зашло. Я не собираюсь ни на ком жениться, к вашему, хм, сведению!

— Огромное спасибо за поддержку, мерзавец, — хмуро отозвалась я.

— Аллах услышал тебя, строптивая, этот человек тебя не хочет, — сдалась Акиса и тут же прозрела: — Но зачем тогда ты крал честную девушку, нечестивец? И кто теперь ее возьмет замуж?

Похититель, гнусно ухмыляясь, попытался изобразить неприличный жест, демонстрируя, что я уже не «честная девушка». Но с моей джиннией такие вольности не проходят... Как она сама бы выразилась, «глаза ее засверкали праведным гневом», после чего она просто выполнила мою мечту, пинком выбив у него из-под ног табуретку! И спокойно принялась развязывать меня, даже не оборачиваясь на его вопли.

— Она меня убила! Я свернул себе шею!

— Отлично! Так вы мне даже чуточку нравитесь, — съязвила я.

— Да ты маньячка!!!

Правда, кричал он хоть и грозно, но не слишком громко, чтобы не привлечь внимание с улицы. Видно, привык таиться, соблюдая правила конспирации, до боли знакомые каждому горе-маньяку. Бить его мы не стали, но, вызвав «скорую», благополучно отправили в психиатрическую лечебницу: словно по знаку судьбы она находилась всего в квартале от подвала, в который он затаскивал невинных, ну и не совсем невинных девушек, носивших редкие имена. Одевать мы его не стали — зачем давать врачам повод усомниться в том, что это их пациент...

А у джиннии и вправду был больной вид. Лицо осунулось, румянец исчез, под глазами темные круги, и не от косметики (или это все подвальное освещение?). Может, простудилась во время «полетов»? В любом случае, домой мы добирались долго...