НЕВИДИМАЯ СИЛА, ПОДДЕРЖИВАЮЩАЯ НАШУ ЖИЗНЬ.

Как вернуть непосредственность чувства, что живёшь на свете, и в какие моменты можно ощутить ценность жизни — вопросы эти очень серьёзны.

Иногда человек вдруг задаётся вопросом: а правильно ли я живу?

Когда всё идёт хорошо, об этом особенно не задумываются, а вот если что-то заболит, или на работе не всё получается, как хотелось бы, или с близкими людьми не сложились отношения, человека парализует внезапная мысль: «В чём смысл и ценность жизни?».

Недавно меня поразило одно открытие: уже то, что человек живёт, — великий подвиг.

Я стал сомневаться в правильности той шкалы ценностей, которая во мне существовала до сих пор, когда методом сложения и вычитания я подсчитывал, насколько то или иное лицо преуспело в умении сотрудничать, проявлять усердие, каковы были достигнутые успехи, и затем жизнь человека квалифицировалась как успешная, удовлетворительная или пропащая, никчёмная.

Любая из жизней человеческих единственна и неповторима, разве допустимо тут распределение по категориям качества: «сосна», «бамбук», «слива»…[23] Большая ошибка!

Конечно, прекрасно для человека, если он и справедлив, и отважен, и любовь у него есть, и власть, и все силы свои он отдаёт людям, миру. Когда он получает славу, богатство, общественное положение, когда совершает великое научное открытие, с успехом возвращается из большой экспедиции, и все аплодируют ему, встречают как героя, — это замечательно, но всё это никак не связано с ценностью человеческой личности. Вот такие крамольные мысли стали постепенно мною овладевать.

В последнее время я стал видеть, что называется, «ценность» человека в том, что он просто живёт: родился, жил, дожил до сего дня. Вот это самое главное, а итоги — то, чего достиг каждый из ныне живущих, можно считать делом второстепенным. Так мне теперь кажется.

Когда станешь пристально вглядываться в то, как устроено человеческое тело, как устроено сердце, как устроена душа, то никак не сможешь удержаться от изумления: неужели есть какие-то загадочные силы, которые поддерживают жизнь человека? Причём не только одного человека, но и жизнь растений и всех живых существ!

Мы, млекопитающие, в течение жизни можем сделать пятьсот миллионов вдохов и выдохов, об этом я прочёл в книге «Время слона и время мыши». Автор Мотокава Тацуо — учёный-биолог. Исчерпав свой потенциал в пятьсот миллионов вдохов, все млекопитающие — мышь, слон, человек — заканчивают жизнь. И, даже понимая это, мы всё равно изо дня в день продолжаем жить, так просто от жизни не отказываемся.

Я расскажу вам про повод, натолкнувший меня на мысль о том, какое огромное значение имеет уже сам факт нашего существования. В своих эссе я раньше уже писал об этом, речь идёт об очень интересном опыте, поставленном профессором биологии Диттмером в университете штата Айова в США.

Опыт состоял в том, что в прямоугольный ящик с площадью дна 30х30 см и высотой 56 см насыпали песок и поместили туда один росток ржи. Несколько месяцев его поливали и растили. За четыре месяца в ограниченном пространстве ящика с песком вырос длинный тонкий колос. По понятным причинам колос был более блёклым, чем обычно, принёс менее обычного зёрен и вообще был довольно чахлым. Затем ящик разобрали, с корней очистили песок и подсчитали, какой длины корневая система развилась для поддержания жизни этого чахлого ржаного колоса в деревянном ящике с песком, площадь дна которого составила 30х30 см, а высота — 56 см.

Видимые глазу корни измерили, и результаты сложили. Кроме того, покрывающие корни многочисленные волоски, которые простым глазом не видны, исследовали под увеличительным стеклом, длину их также подсчитали и приплюсовали.

Таким образом, стала ясна цифра, отражающая длину корне вой системы, которая разветвилась в ящике с дном площадью 30х30 см и высотой 56 см для поддержания жизни слабого ростка ржи в течение нескольких месяцев. Взглянув на эту цифру, я не поверил своим глазам. Заподозрил даже, что в книге опечатка.

Подумать только, длина всех корней, сложенных вместе, составила одиннадцать тысяч двести километров! Одиннадцать тысяч двести километров — это же в полтора раза длиннее Транссибирской магистрали!

Один колосок несколько месяцев изо всех сил цепляется за жизнь. Для этого он до предела заполняет ящик с песком сетью мельчайших корешков, общая длина которых одиннадцать тысяч двести километров. Изо дня в день он без устали впитывает воду, калий, азот, суперфосфат и другие питательные вещества, и благодаря этому обеспечивается жизнь одного чахлого злакового растения. Вот каким грандиозным проектом является на самом деле поддержание жизни!

А поскольку это так, язык не повернётся упрекать и критиковать выросший в ящике блёклый слабый колос, принёсший жалкие плоды, мол, что же ты не вырос повыше, что так мало зёрен на тебе созрело, отчего не сияешь золотистым цветом? Корешкам ржаного колоса хочется петь одни лишь дифирамбы: вы славно постарались, что так разрослись, вы сумели поддержать жизнь растения!

Мы, люди, по сравнению с этим ржаным колосом и по росту, и по весу в тысячи, десятки, а может быть, и сотни тысяч раз крупнее. И точно так же, как ржаному колосу, нам для жизни нужно очень многое. Нужен солнечный свет, нужен воздух, нужна вода, тепло, а ещё мы используем нефть и многое другое. И, кроме того, мы поддерживаем наше существование, употребляя в пищу живые существа, которые гораздо слабее нас, питаемся мясом животных.

При этом мы, люди, существуем не только в биологическом смысле, но и в духовном, нам нужна и пища духовная. Нам нужна любовь. Нам нужна жизненная цель. Нам нужна дружба. Нам нужна радость труда. Нам нужно чувство семейного единения.

Я действительно думаю, что восхищения достоин даже проживший всего лишь неделю после рождения. А потом он проживёт ещё десять месяцев, три года, десять лет, наконец, двадцать лет… Какая же непостижимо могущественная сила должна исподволь нас поддерживать, чтобы мы жили! Как же старается наш организм, чтобы существовать!

Взять, к примеру, только одну лишь работу иммунитета. Пока мы развлекаемся, спим, отдыхаем, в нашем теле идёт бесконечное сражение на микроуровне, направленное против проникших в организм бактерий, вирусов и прочих «чужаков», и ведь эта система охраны нашего здоровья работает день и ночь! Снабжение тела кислородом, пищей, ток крови, деятельность лимфатических узлов — из этого складывается только физическое существование организма, и ради него в нашем маленьком теле протекает в миллион раз больше процессов, чем мы осознаём. И мы живём день, десять дней, десять лет…

Однако, несмотря на все мечты, страсти, творческие замыслы и профессиональные навыки, которыми мы обладаем, как бы мы ни старались прожить нашу жизнь ради людей и ради всего мира, отпущенный нам век не превышает восьмидесяти пяти, ну пусть ста десяти лет. За это время мы стареем, болеем и неизбежно умираем. Мы рождаемся на свет с этим заранее определённым условием.

Литературный критик Кобаяси Хидэо[24] когда-то давно, я слышал, назвал человека странником, который с момента первого крика при рождении начинает свой путь к могиле, всю жизнь приближаясь к ней шаг за шагом. Можно сказать и так. И хотя конец пути известен, мы всё равно не отчаиваемся и продолжаем жить. Когда я думаю об этом, то не могу не признать, что прожить жизнь — уже само по себе составляет для человека огромный труд и свершение.

И поскольку это так, какой смысл сравнивать себя с другими, испытывать комплексы по поводу своей жизни или, наоборот, чувство превосходства?

Предположим, какой-то человек более других одарён энергией или талантом. К примеру, люди, подобные бейсболисту Итиро,[25] одарены замечательными двигательными рефлексами. Или есть ещё математические гении. Бывают люди с неуёмной энергией и отвагой. Бывают творцы и мастера, а есть люди с сильной волей. Такие люди совершают большие дела, добиваются результатов и получают в награду аплодисменты остальных. Но сами они не должны по этому поводу испытывать гордость. Скорее, им пристало скромно благодарить судьбу за то, что жизненной энергии и удачи им досталось больше, чем другим. А нам ни к чему завидовать таким людям.

По-моему, даже если человек за всю жизнь ничего не сделал и прожил как во сне, или это так со стороны кажется, на самом деле всё равно его жизнь протекала в непрерывной упорной борьбе.

Я считаю, что, пусть даже человек потерпел крах в своём деле или скатился до преступления и проводит дни за тюремными стенами, это не имеет отношения к ценности жизни, жизнь всегда достойна уважения.

А ещё я думаю в связи с этим, что любой, удостоенный жизни в этом мире, пусть даже злодей, своим существованием исполняет какую-то роль.

«Вся жизнь — театр, а люди в нём актёры» — это сказал Шекспир. На сцене есть добрые люди, но есть и неисправимые злодеи. Есть верные и честные, а есть предатели.

Мне в связи с этим приходит в голову история Христа и Иуды. У меня о христианской религии знания весьма поверхностные, поэтому, возможно, что-то я понимаю неверно. Но всё же хочу поведать здесь о том, что затронуло моё сердце.

Христианский Бог считается создателем всего сущего, всемогущим владыкой. Если принять, что история человечества развивается по божественному промыслу и плану, то египетское рабство народа израильского, появление Моисея и побег через Красное море были предначертаны и необходимы. Продолжением этих событий явилось рождение окончательного спасителя человечества, Христа, а также его смерть на кресте.

Я не раз задумывался: а разве для того, чтобы распятие и смерть Христа осуществились, не были необходимы сначала двенадцать апостолов, а потом один из них, искушённый в делах житейских человек по имени Иуда?

Таким образом, если бы человек по имени Иуда не продал тогдашним властям за тридцать сребреников того, кому прежде поклонялся как учителю, путь Христа к его миссии спасителя был бы закрыт — так ведь? И тогда приходишь к мысли, что, если выразиться неортодоксально, в пьесе о рождении спасителя Христа вспомогательную роль играл не кто иной, как Иуда Искариот.

Заканчивая жизнь в безвестности, стоит ли раскаиваться, что прожил век, ничего не совершив? Ценность человека в том, что он жил. Конечно, важно и то, как именно жил, но об этом следует думать во вторую и в третью очередь. Уже самим своим существованием человек совершает великое дело. Мы, пережившие хаос послевоенного времени, теперь словно заново осознаём это.

Некоторое время назад в Иокогаме совершена была серия отвратительных преступлений, которым нет названия: на бездомных людей, так называемых бомжей, нападали подростки, мальчишки и девчонки.

Иокогама — портовый город, там много докеров и грузчиков, есть и те, кто издалека приезжает на заработки. Когда эти люди заболевают или получают травмы, они бродят по городу и собирают картонные коробки, чтобы потом ночевать в них в подземных переходах. В дневное время они разводят в парках костры и пьют сакэ. И вот эти жертвы бурного экономического роста Японии, беспомощные, слабые люди, на чьём несчастье строится общественное благополучие, стали подвергаться нападениям со стороны верящих в своё будущее мальчиков и девочек.

В них стреляли из духового ружья, их давили мотоциклом, им бросали на живот огромные бетонные глыбы. Неспособных к сопротивлению стариков запихивали в мусорные ящики, сталкивали с лестницы, а потом хлопали в ладоши и радовались. В результате всего этого двое бродяг погибло, тридцать с лишним человек получили ранения. Население было потрясено, а когда полиция приступила к расследованию, оказалось, что за несколько лет произошло больше двухсот подобных инцидентов. Разумеется, для всех нас это был шок.

Но ещё большим шоком стало то, как подростки объясняли своё поведение и как все они поначалу одинаково реагировали, когда их пытались образумить и допытаться о причинах. Все до одного заявляли: «Эти типы не хотят работать. Они не способны трудиться. Поэтому для общества они совершенно бесполезны. Но они нищие и грязные, они загрязняют наш город».

Подростки совершенно не осознавали, что совершили что-то ужасное, наоборот, они рассуждали так, словно они — помощники городского санитарного управления.

«Да что же это происходит?» — сокрушался по этому поводу один потрясённый школьный учитель. Но я думаю, что, если снять поверхностные напластования, нам не останется ничего другого, как признать, что в сердцах детей отпечаталось то, как мы обычно относимся к людям. Ведь мы разделяем людей на категории успешных, хороших, неплохих, средних, никчёмных — и таким образом неосознанно определяем ценность человеческой жизни по надписи на визитке, по одежде, по делам, по благосостоянию.