Глава 30.

Лэнгдон и Сиенна воспользовались случаем.

Пока мускулистый военный барабанил по двери, они проползли вглубь грота и теперь ютились в последнем зале. Крошечное пространство было украшено высеченными мозаиками и сатирами. В центре была установлена скульптура купающейся Венеры в натуральную величину, которая, казалось, нервно поглядывала через плечо.

Лэнгдон и Сиенна устроились на противоположной стороне от узкого основания статуи, где теперь в ожидании рассматривали единственный шаровидный сталагмит, который вырос на самой глубокой стене грота.

— Все выходы подтвердили отбой! — кричал солдат где-то снаружи. Он говорил по-английски со слабым акцентом, который не воспринимал Лэнгдон. — Отошлите дрон назад. Я проверю эту пещеру.

Лэнгдон почувствовал, как тело Сиенны напряглось рядом с ним.

Несколько секунд спустя, в гроте раздался топот тяжелых ботинок. Шаги быстро продвигались через первый зал, зазвучали громче при входе во второй зал и направились прямо к ним.

Лэнгдон и Сиенна сдвинулись плотнее.

— Эй! — закричал другой голос на расстоянии. — Мы поймали их!

Шаги резко остановились.

Лэнгдон теперь услышал, как кто-то с шумом бежит по пешеходной дорожке из гравия в направлении к гроту. — Положительное удостоверение личности! — затаив дыхание объявил голос. — Мы просто опросили пару туристов. Несколько минут назад мужчина и женщина спрашивали их как пройти в дворцовую галерею костюма… которая находится в западном конце палаццо.

Лэнгдон поглядел на Сиенну, которая, казалось, слабо улыбалась.

Солдат восстановил дыхание и продолжил. — Западные выходы перекрыли первыми … и высока вероятность, что в садах мы заманили их в ловушку.

— Выполняйте свою миссию, — ответил ближайший солдат. — И позвоните мне, когда добъетесь успеха.

Были слышны спешно удаляющиеся шаги по гравию, звук взлетающего дрона, и затем, к счастью … наступила гробовая тишина.

Лэнгдон собирался повернуться боком, чтобы осмотреться вокруг постамента, но Сиенна схватила его за руку и остановила. Она прижала палец к губам и кивнула в направлении неясной человекоподобной тени на задней стене. Первый солдат все еще тихо стоял у входа в грот.

Чего он ждет?!

— Это — Брюдер, — внезапно сказал он. — Мы загнали их в угол. Мне вскоре понадобится подтверждение от вас.

Человек говорил по телефону, и его голос звучал невероятно близко, как будто он стоял прямо около них. Пещера была словно параболический микрофон собирала все звуки и направляла их назад.

— И вот еще, — сказал Брюдер. — Я только что получил новости из судебной экспертизы. Квартира женщины, кажется, сдана в субаренду. Очень мало мебели. Ясно на короткий срок. Мы определили местонахождение биоцилиндра, но проектора не было. Повторяю, проектор отсутствовал. Мы предполагаем, что он все еще в руках Лэнгдона.

Лэнгдон почувствовал холодок, когда солдат произнес его имя.

Шаги зазвучали громче, и Лэнгдон понял, что этот человек движется внутрь грота. Его походка не была такой напряженной, как некоторое время тому назад, и казалось, как будто он просто расхаживал, рассматривая грот во время разговора по телефону.

— Правильно, — сказал человек. — Судебная экспертиза также подтвердила единственный исходящий вызов незадолго до того, как мы начали штурмовать квартиру.

Американское Консульство, подумал Лэнгдон, вспоминая свою телефонную беседу и то, как быстро появилась убийца с ирокезом. Женщина, казалось, исчезла, и ее заменила целая команда обученных солдат.

Мы не можем убежать от них навсегда.

Стук солдатских ботинок по каменном полу раздавался теперь на расстоянии приблизительно в двадцать футов и все приближался. Человек вошел во второй зал, и если бы прошел до конца, то конечно, обнаружил бы их двоих, сидевших скорчившись за узким постаментом Венеры.

— Сиенна Брукс, — внезапно объявил человек, слова прозвучали совершенно четко.

Сиена вздрогнула рядом с Лэнгдоном. Ее взгляд метнулся вверх, определенно ожидая увидеть, что солдат уставился на нее. Но там никого не было.

— Сейчас они проверяют ее ноутбук, — голос продолжал звучать на расстоянии приблизительно в десять футов. — У меня еще нет отчета, но это был определенно тот же самый компьютер, который мы выследили, когда Лэнгдон получил доступ к своему гарвардскому почтовому ящику.

Услышав эти новости, Сиенна повернулась к Лэнгдону, не веря своим ушам, глядя на него в упор с выражением шока… и затем предательства.

Лэнгдон был точно также ошеломлен. Так вот как они нас отследили?! Это даже не пришло ему в голову в то время. Мне просто была нужна информация! Прежде чем Лэнгдон успел принести свои извинения, Сиенна отвернулась с каменным выражением лица.

— Все верно — ответил солдат, подойдя ко входу третьего зала и оказавшись буквально в двух метрах от Лэнгдона и Сиенны. Еще пару шагов и он бы наверняка их заметил.

— Точно, — объявил он и подошел на шаг ближе. Внезапно солдат замолчал. — Подожди секунду.

Лэнгдон замер и сжался от страха, что его обнаружат.

— Оставайтесь на связи, я теряю вас, — произнес солдат, и затем отступил на несколько шагов во второй зал. — Плохая связь. Продолжайте… — Он прислушался на мгновение, затем ответил. — Да, я согласен, но по крайней мере мы знаем, с кем имеем дело.

Потом его шаги затихли в гроте, прошуршали по гравию, и затем полностью исчезли.

Плечи Лэнгдона смягчились, и он повернулся к Сиенне, глаза которой горели со смесью страха и гнева.

— Ты использовал мой ноутбук?! — требовательно спросила она. — Чтобы проверить свою электронную почту?

— Прости … я думал, что ты поймешь. Мне нужно было узнать —

— Понятно, как они нашли нас! И теперь они знают мое имя!

— Я приношу извинения, Сиенна. Я не понимал, что… — Лэнгдон страдал от своей вины.

Сиенна отвернулась от него, безучастно уставившись на выпуклый сталагмит на задней стене. В ближайшую минуту они оба молчали. Лэнгдону было любопытно, помнит ли она, что за вещи лежали на ее столе — афиша спектакля «Сон в летнюю ночь» и газетные вырезки о жизни юного вундеркинда. «Догадывается ли она, что я видел их?» Даже если догадывалась, она не задавала вопросов. Лэнгдон доставил ей достаточно неприятностей, чтобы не говорить об этом.

— Они знают, кто я, — повторила Сиенна, ее голос был таким слабым, что Лэнгдон едва слышал ее. За следующие десять секунд Сиенна несколько раз медленно вздохнула, как будто пытаясь свыкнуться с этой новой реальностью. Лэнгдон ощущал, что делая так, она медленно укреплялась в своем решении.

Без предупреждения Сиенна вскочила на ноги. — Нам нужно идти, — сказала она. — Им не придется долго выяснять, что нас нет в галерее костюма.

Лэнгдон встал вместе с нею. — Да, но идти … куда?

— В Ватикан?

— Куда, прошу прощения?

— Я наконец уяснила, что ты прежде имел в виду … что Ватикан имеет общего с садами Боболи. — Она двинулась в направлении небольшой серой двери. — Это — вход, правильно?

Лэнгдон утвердительно кивнул. — Фактически, это выход, но я полагал, что стоило попытаться. К сожалению, мы не сможем пройти. — Лэнгдон многое слышал из диалога охраны с солдатом и понял, что этот дверной проем заблокирован.

— Но если б мы смогли пройти, — сказала Сиенна с оттенком озорства, вернувшегося в ее голос, — ты знаешь, что это означало бы? — Слабая улыбка теперь соскользнула с ее губ. — Это означало бы, что сегодня дважды тебе и мне помог один и тот же художник эпохи Возрождения.

Лэнгдон вынужден был усмехнуться, ведь та же самая мысль возникла у него несколько минут назад. — Вазари. Вазари.

Сиенна улыбнулась еще шире, дав понять Лэнгдону, что простила его, во всяком случае пока. — Я думаю, это знак свыше, — полусерьезно заявила она. — Мы должны пройти через эту дверь.

— Хорошо…и мы вот так просто пройдем мимо охранника?

Сиенна хрустнула костяшками пальцев и направилась к выходу из грота. — Нет, я скажу ему пару слов. — Она обернулась к Лэнгдону, огонь вновь разгорелся в ее глазах. — Поверьте мне, профессор, я могу быть очень убедительной, когда это необходимо.

Снова послышались стуки в ту маленькую серую дверь.

Настойчивые и нескончаемые.

Охранник Эрнесто Руссо от досады зарычал. Очевидно, вернулся тот странный солдат с холодным взглядом, и совсем уж невовремя. В футбольном матче по телевизору шло дополнительное время, у «Фиорентины» было игроком меньше, и судьба её висела на волоске.

Стуки не смолкали.

Эрнесто был неглуп. Он понимал, что утром было какое-то происшествие — все эти сирены да солдаты — но он был вовсе не из таких, что вмешиваются в дела, которые их напрямую не касаются.

В чужие дела вмешиваются только психи. (ит.).

C другой стороны, тот солдат был явно с полномочиями, и проигнорировать его было бы неразумно. В Италии теперь трудно было найти работу, даже самую нудную. Взглянув напоследок на игру, Эрнесто оторвался от экрана и направился к двери, по которой колотили.

Ему до сих пор не верилось, что платят ему за сидение весь день в каморке перед телевизором. Пожалуй, раза два за день из внешнего мира появлялась какая-нибудь важная делегация, проделавшая весь путь от галереи Уффици. Эрнесто её приветствовал, отпирал металлическую решётку и пропускал группу через ту маленькую серую дверь, за которой и заканчивалось их пребывание в садах Боболи.

Теперь, когда удары в дверь стали настойчивей, Эрнесто открыл стальную решётку, прошёл за неё и запер её за собой.

— Да? — прокричал он сквозь звук ударов, спешно приближаясь к серой двери.

Ответа не последовало. Стуки продолжались.

Ну наконец-то! Он отпер дверь и распахнул её, ожидая увидеть безжизненный взгляд недавнего посетителя.

Но лицо в дверном проёме выглядело куда привлекательнее.

— Чао, — произнесла хорошенькая блондинка, мило ему улыбаясь. Она протягивала сложенный лист бумаги, который он машинально у неё взял. Не успел он понять, что это всего-навсего поднятый с земли мусор, как женщина схватила его своими тонкими руками за запястье и надавила большим пальцем чуть ниже костной области его ладони.

Эрнесто почувствовал, будто нож перерубил ему запястье. За ощущением разреза ножом последовало оцепенение как от электрошока. Женщина сделала к нему шаг, постепенно усиливая давление, и боль стала циклически повторяться. Он отшатнулся назад, пытаясь высвободить руку, но ноги у него онемели и подкосились, он упал на колени.

Дальнейшее произошло мгновенно.

Высокий человек в темном костюме появился в дверях, проскользнул внутрь и быстро закрыл серую дверь за собой. Эрнесто потянулся за своим радиопередатчиком, но мягкая рука надавила у него за шеей и у него заклинило мышцы, так что ему осталось только пытаться ловить воздух, чтобы вздохнуть. Только женщина взяла передатчик, как приблизился высокий мужчина, обеспокоенный ее действиями так же, как и Эрнесто.

— Дим мак, — небрежно сказала она высокому мужчине. — Китайские болевые точки. В этом-то и причина, что они продержались три тысячелетия.

Мужчина смотрел в изумлении.

— Non vogliamo farti del male, — прошептала женщина Эрнесто, ослабляя давление на шею. Мы не не хотим причинить тебе вред.

Как только давление ослабло, Эрнесто попытался вывернуться, чтобы освободиться, но давление сразу вернулось, и мышцы вновь застыли. Он задыхался от боли, будучи едва способным дышать.

«Нам нужно пройти,» сказала она по-итальянски, указывая на стальную решётку, которую Эрнесто, к счастью, запер за собой. — Где ключ?

— У меня его нет, (ит.) — выкручивался он.

Мимо них к решётке прошёл высокий мужчина и рассмотрел механизм. — Здесь кодовый замок, — обратился он оттуда к женщине; акцент у него был американский.

Женщина присела перед Эрнесто, её карие глаза были холодны как лёд. — Какая комбинация цифр? — допытывалась она.

— Нельзя! (ит.) — ответил он. — Мне запрещено…

Что-то случилось с его позвоночником, и Эрнесто ощутил, как всё его тело обмякло. Через мгновение он лишился чувств.

Когда Эрнесто пришёл в себя, ещё несколько минут он ощущал, как теряет сознание и вновь возвращается в чувство. Он вспоминал о разговоре… опять режущая боль… может, его чем-то накачали? Всё было как в тумане.

Когда паутина сна развеялась, он увидел странное зрелище — его ботинки лежали на полу, шнурки были вынуты. Тут он ощутил, что едва может шевельнуться. Он лежал на полу со связанными сзади руками и ногами, видимо, при помощи шнурков из его ботинок. Он попытался закричать, но не смог. В рот был засунут один из его носков. Мгновение истинного страха, однако, наступило чуть позже, когда он посмотрел вверх и увидел, как в его телевизоре идёт футбольный матч. Я в своей каморке… Запертый в гроте?!

Эрнесто расслышал вдалеке звук удаляющихся по коридору шагов… потом он медленно затих и совсем смолк. Это невозможно! (ит.) Каким-то образом блондинка заставила Эрнесто сделать то, чего он ни в коем случае не должен был делать — ради того его и наняли — раскрыть кодовую комбинацию замка ко входу в знаменитый коридор Вазари.