«ПРОХЛАДНЫЙ ВЕРТОГРАД»[1].

Среди памятников древнерусской письменности особое место занимают лечебники и травники (иначе — зельники, от слова «зелье»), содержащие сведения о лечении некоторых болезней, о целебных свойствах различных растений и веществ.

Первые медицинские познания были занесены на Русь из Греции вместе с христианской религией; уже в XI—XII веках латинские и греческие, а также сербские и болгарские медицинские сочинения переводили на церковнославянский язык. Но врачебное дело на Руси смогло получить развитие лишь после свержения монголо-татарского ига. Вначале приглашали лекарей из-за границы, переводили лечебники с польского и немецкого.

В XVII веке к числу наиболее полных и распространенных лечебников принадлежала «Книга, глаголемая (т. е. называющаяся.—В. Д.). Прохладный Вертоград, избранная от многих мудрецов о различных врачевских вещах, ко здравию человеческому пристоящих». По ней учились в первой русской школе лекарей, учрежденной царем Алексеем Михайловичем. Как пишет автор исследования «Русские врачебники» Л. Змеев (1895), ученики этой школы, «уходя на свои харчи (т. е. окончив ее.— В. Д.), разнесли «Прохладный Вертоград» по Руси, где кому пришлось добывать себе корм». Поэтому до нас дошло около сотни экземпляров «Вертограда», большей частью рукописных. Основой для него послужил перевод немецкого лечебника «Hortus amoenus»[2], сделанный подьячим Земского приказа Андреем Никифоровым в 1672 году.

Это было в свое время одно из самых популярных на Руси медицинских сочинений, где сведения излагались в систематическом порядке. Большая часть 340 главок «Вертограда» посвящена описанию целительных свойств различных растений, продуктов питания, минералов и других веществ и рассказывает об их применении в гигиенических и врачебных целях. Приведем несколько примеров, характеризующих тогдашний уровень медицинской науки.

О меде: «Мед имеет силу многу и угоден бывает к лекарству от многих болезней: на раны смрадные способляет, очам затмение отдаляет, живот облягчает, кашляющим помогает, ядовитое укушение лечит, легким и всем суставам внутренним несказанное есть лекарство».

О куриных яйцах: «Белок яичный кладут в лекарство на всякое боление, где гноение и всякие раны подкожные. Яичный белок холодит, а желток согревает».

О пшенице: «Пшеница есть пристоящая пища естеству человеческому. Хлеб пшеничный питательнее ржаного и пристоит его ясти нездоровым людем, понеже силу подает и добрые крови творит».

О собаке: «Собака, языком своим лижучи, и чужие раны лечит».

О голубе: «Голубь убитый, горячий, приложен на всякое ядовитое укушение, пособляет».

О цапле: «Кто молодую чаплю ест, тому очи болеть не станут. Пупок чаплин против всякого яду пособляет».

В этом старинном лечебнике отражены широко распространенные тогда суеверия: «Сердце совиное аще кто приложит, к жене спящей, к левому боку, тогда сама на себя все выскажет. <...> Кожа собачья, около руки оберчена, коросту лечит. <...> Молоком сучьим где помажешь — там волосы не растут».

Каждому драгоценному камню приписывалось какое-нибудь чудодейственное свойство: «Яхонт при себе кто носит — снов лихих не увидит. <...> Бирюза, коль человек с коня спадет, охраняет ево от расшибения. <...> - Тумпаз (топаз.—В. Д.) кто при себе носит — гнев человечий и похоти телесные унимает. Если тумпаз в кипящую воду положить, то вода кипеть перестает, и назад ево можно голой рукой взять, и то испытано неким мудрецом во французской земле, в граде Париже».

Многочисленны и другие лечебники. Все они — переводные, без указания имен авторов и появились главным образом в XVII веке. Один из них даже снабжен предметным указателем, под названием: «Сказание о немощах человеческих, которые бывают в человеках, и како именуется, и чем которую немочь по докторским наукам лечити, и то в сей книжице подлинно написано, ищи: о главной болезни о мозгу головном о насморке аще на кого обморок нападет. . о деснах и зубных болезнях. . .» и т. д.

Наряду с чисто медицинскими темами: «О воспе и кори», «О канцере» (т. е. раке. — В. Д.), «О блевании кровью» и др.— в этом лечебнике множество советов неврачебного характера: «Чтоб моль платье не портила», «Чтоб пьяну не быть», «Чтоб много рыбы уловити», «Чтоб пчелы не отлетали», «Чтоб град в поле хлеба не побил», «Уловление зверей и птиц», вплоть до выведения клопов.

Весьма интересно «Указание, как себя всякому человеку во время морового поветрия беречь». Под моровым поветрием в ту эпоху подразумевали главным образом чуму. Подробно описав ее симптомы, автор отмечал, что моровое поветрие бывает чаще всего осенью, ибо «летом воздух нездоровый горячестью солнечной очищается».

Рекомендовалось: «...на ветер не ходити, а сидети в избе теплой, топленой, и окон не открывати; курити полынем и можжевеловыми дровами, и листвием рутовым (т. е. мятным. — В. Д.) и дубовым; в баню и на беседы не ходити. А к больному как войти, тогда во рту держати дягилево корение, которое в уксусе лежало винном, и ноздри уксусом же помазывати».

Таким образом, наши предки уже имели понятие об антисептике и боролись с заразой, как могли: «А где бывает мор, и в тех местах человеку не надобе ходити, и дух в себе задерживати крепко».

В разделе «Врачевание» приводятся рецепты лекарств и советы, могущие сейчас вызвать лишь улыбку: «Взяти ковш немалый вина белого, да всыпати ползолотника пороху...», «да приемлет добрый завтрак утре не исходя из двора, да вредительный аэр (т. е. воздух.— В. Д.), не обрящет тела тоща и не вселится во внутренние суставы, понеже пар, исходящий от принятия брашенного (т. е. съеденной пищи.— В. Д.) того не допущает».

И в наши дни считается вредным отправляться на работу натощак...

Здесь же давался полезный совет: «...в том граде (где свирепствует моровое поветрие) не жити, а отходити далеко, верст двадесять и более, и искати места здорового и воздуха чистого, или в лесех в то время проживати, чтобы ветр тлетворный не умертвил человека».

Таковы были первые слабые ростки медицинской науки три столетия назад на Руси.