ВСПЫШКИ КЛЕВА. ЖАРА И ЩУКИ. ЛЕТО. Четыре сезона рыболова.

Четыре сезона рыболова.

ВСПЫШКИ КЛЕВА. Щука относится к всеядным хищникам. Иногда бывают ее поклевки на червя, пиявку, мотыля, ручейника. При случае она не отказывается от лягушек, куликов, утят, мышевидных грызунов. Так что если на месте рыбалки вы услышите лягушачий «концерт», на щуку можете не рассчитывать – ее здесь нет. Молодь щуки, достигнув всего 5—7 см в длину, уже питается главным образом личинками других рыб и мальками. Взрослые щуки, насытившись, в течение 2—3 суток или даже недели переваривают проглоченную пищу. Так уж устроено у щуки пищеварение. И все это время она, как правило, безразлично относится к находящейся буквально под носом кормовой рыбе. Будь то плотвица, карасик, окунь, уклейка или колючий ерш. К тому же не стоит забывать, что с ухудшением кислородного режима, особенно в большую жару, бывают довольно длительные периоды, когда щуки вообще не питаются. Особенно это заметно в небольших замкнутых водоемах: старицах, прудах, пойменных озерках и карьерах. Во время вспышек клева щучьи хватки могут следовать одна за другой. Жирующая щука ведет себя очень агрессивно. Если добыча не дается сразу, хищница бросается за ней в погоню. Преследует, выпрыгивая из воды, и в конце концов настигает жертву. Но бывают случаи, когда стоящая в засаде щука после неудачного броска отказывается от преследования. Чаще всего это случается в водоемах, где много кормовой рыбы. После воздержания от пищи по тем или иным причинам, хищницы жадно набрасываются на всякую рыбу, жируют до тех пор, пока не пресытятся, пока не набьют желудок до отказа заглотышами. Мне приходилось видеть щук, у которых из пасти торчали рыбьи хвосты. В таком состоянии хищница может находиться довольно длительное время. Постепенно, по мере переваривания пищи, она заглатывает не влезшую до конца жертву. Видимо, этой особенностью пищеварения можно объяснить и тот факт, что щука, нимало не смущаясь, хватает порой жертву, мало уступающую ей по размерам. Как-то на глухом лесном озере я гонял кружки на вечерней заре. После захода солнца, когда уже начало смеркаться, собирая кружки, обнаружил, что одного нет. На следующее утро я отыскал его в соседнем тростнике с полностью размотанным шнуром. И был крайне удивлен, когда на крючке увидел двойной трофей – крупного окуня под килограмм, попавшегося на живца, и наполовину заглотившую свою жертву щуку. Окунь, теперь уже мертвый, оказался явно не по зубам пятнистой разбойнице. Сомкнув бульдожьей хваткой челюсти на своей добыче, щука настолько была измотана борьбой с окунем, что едва шевелила хвостом.

Оглавление.