Дневник, запись № 420.

Решение моего босса вступить в деловые отношения с мятежниками оказалось правильным. Отбросив былую враждебность, Ле Дак Тэп продемонстрировал завидный прагматизм. Мой босс с радостью следил за тем, как Тэп вникает во все детали, как он проявляет готовность отказаться от всяких догм в пользу достижения реальной цели. Они вдвоем засели за проект возращения повстанческой армии к мирной жизни — в качестве предпринимателей. Отработав вчерне главные пункты плана, мой босс вернулся на базу Легиона и приступил к своей части работы по созданию альтернативного парка аттракционов. Начал он с того, что приобрел большой участок земли, расположенный прямо напротив того, где велись работы по сооружению муниципального парка. Настоящими владельцами этого участка стали лидеры повстанцев, теперь составившие корпорацию. Надо сказать, эта деятельность им приглянулась куда больше, чем жизнь в лагерях посреди джунглей. Поскольку ландурские законы не позволяли иностранцам покупку земли и участие в местных предприятиях, моему боссу приходилось действовать через подставных лиц. Он щедро одалживал деньги новообращенным владельцам парка и приглашал на Ландур экспертов для оказания помощи в строительстве. Естественно, местные власти ото всего этого были не в восторге.

* * *

Шутт только успел приноровиться к ритму гребного тренажера, установленного в фитнесс-центре отеля, как зазвонил его наручный коммуникатор. У Шутта было большое искушение не ответить на звонок. Так хотелось целиком отдаться тренировке — ведь у него выпала целая неделя, проведенная в лагере повстанцев. Но на табло красовались буквы «СРОЧНО», а это значило, что Мамочка сочла дело достаточно важным для того, чтобы прервать тренировку командира.

— Шутник слушает, — сказал Шутт отложив одно весло и поднеся руку с коммуникатором к губам,

— Ужасно неловко отвлекать тебя, милашка, — проворковала Мамочка. — Но тут притащились две большие местные шишки, говорят — срочно надо повидаться с тобой. Они у тебя значатся в списке тех, кого можно впускать, так что я тебя извещаю. Ну, так их впустить, или ты приоденешься для начала? Они такие злющие — просто Дым из ноздрей валит.

— Все зависит от того, кто это такие, и по какому делу, — спокойно отозвался Шутт. — Надеюсь, ты спросила у них об этом?

— А как же, миленький, сейчас посмотрю. Та-ак… — Противного зовут полковник Мейз, а уродливого — Борис Истмэн. Говорят, ты их знаешь. Насчет того, по какому делу они приперлись — Мейз упомянул подкуп, шпионаж и пособничество преступным элементам. Так ты, что же, опять напроказничал?

— Да не сказал бы, — уклончиво ответил Шутт. — Но повидаться с ними все-таки придется. Через пять минут буду в кабинете.

— Так им и передам, — сказала Мамочка и после небольшой паузы добавила: — Но ведь привести себя в божеский вид ты не успеешь. Или ты не собираешься переодеваться для встречи с ними? Ай-яй-яй, нехорошо.

— Если им не терпится повидаться со мной, не стоит заставлять их ждать, — объяснил Шутт. — И потом, если я явлюсь перед ними в спортивном костюме, это будет означать, что я так спешил их принять, что даже не допустил мысли о том, чтобы потратить время на переодевание.

Шутт отер вспотевший лоб полотенцем и отправился по хитросплетению коридоров к своему кабинету.

Мейза и Истмэна он обнаружил в приемной. Истмэн сидел, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, а Мейз мерил приемную шагами. Вид у него был, как у хищника, посаженного в клетку. Шутт стремительно вошел в дверь. Оба незваных гостя резко обернулись.

— Простите, джентльмены, что заставил вас ждать, — извинился Шутт. — Мы — люди военные, приходится держать себя в форме, а в последнее время со временем было туговато. Чем могу служить? — Он любезно указал на дверь, ведущую в его кабинет.

— На то, чтобы не в свои дела соваться, у вас времени очень даже хватило, — бросил Истмэн. Он резко встал, сжал кулаки.

— Все зависит от того, что именно вы вкладываете в понятие «соваться не в свои дела», — заметил Шутт, держась настолько сдержанно, насколько возможно. — Прошу вас, проходите, мы с вами все обсудим.

Полковник и министр, сердито ворча, прошли в кабинет, Шутт закрыл дверь. Затем он предложил гостям сесть на удобный диван, сам устроился на краешке письменного стола и сказал:

— Джентльмены, у меня для вас хорошие новости. Я только что вернулся с переговоров с Ле Даком Тэпом. Переговоры увенчались успехом, и он готов прекратить мятеж. Уверен, вы порадуетесь известию о том, что Ле Дак Тэп сейчас занят разоружением своего войска. Отказавшись от попытки свергнуть правительство, бывшие мятежники готовы принять участие в восстановлении национальной экономики.

— В восстановлении экономики? Было бы правильнее сказать: в ее разрушении! — вскричал Истмэн. — Нам все известно. Эти преступники собираются построить свой луна-парк и противопоставить его тому парку, что воздвигается на средства правительства. Это грозит срывом проекту, в который правительство вложило миллионы!

Шутт улыбнулся.

— Новый парк Ле Дака Тэпа — это множество новых рабочих мест. Думаю, вы от этого только выиграете.

— Он переманит у нас рабочих — людей, которых мы подготовили к этой работе! — вспылил Истмэн. — Люди должны быть благодарны правительству за то, что оно дает им работу.

— Если это такая хорошая работа, Тэпу ни за что не переманить у вас рабочих, — урезонил его Шутт. — Я бизнесмен, господин министр Истмэн. Я точно знаю, что закон спроса и предложения нельзя изменить по моему или по вашему желанию.

— Послушайте, капитан, — вступил в разговор полковник Мейз, — я склонен отдать вам должное. Если вы и вправду уговорили мятежников сложить оружие, то примите наши поздравления. Но вы мне вот что втолкуйте. Ле Дак Тэп — он, конечно, не нищий, но у него ни за что не хватило бы денег для того, чтобы начать такое дело. Вы его спонсируете, да?

— Я выдал ему ссуду. Кредит, если угодно, — пожал плечами Шутт. — Все завизировано местным юристом, он меня заверил, что никакого нарушения ваших законов тут нет.

Истмэн фыркнул.

— За деньги вам еще и не то завизируют. Хватит морочить нам голову соблюдением законов, капитан. Вы ведете подрывную деятельность в отношении правительства с тех самых пор, как прибыли на Ландур, и…

Шутт прервал его.

— Давайте проясним раз и навсегда один момент, господин министр. Меня сюда направило Верховное Главнокомандование. Ему я и подчиняюсь — ему, но никому на этой планете. Между тем, я не настолько глуп, чтобы не учитывать мнения местных властей при выработке стратегии поведения. Но до сих пор от вашего правительства я только и слышал, что обвинения и оскорбления.

— Вот вы как заговорили? — прищурился полковник Мейз. — Ну ладно, язык у вас подвешен, это точно, но голова все-таки работает не слишком хорошо. И не думайте, что мы не сумеем прыгнуть выше вас, капитан. Вы ведь совсем мелкая рыбешка, хотите вы этого или не хотите.

— Я не страдаю сверхчестолюбием, полковник, — холодно проговорил Шутт, — но тем не менее, я бы посоветовал вам прекратить оскорблять меня. Кстати, скажите, ваша полиция уже нашла тех снайперов?

— Мне не нравятся ваши намеки, — буркнул Истмэн. Мейз поднял руку.

— Позвольте, я отвечу на эту инсинуацию, Борис. — Он обернулся к Шутту и сказал: — Капитан, я не сомневаюсь в том, что наша полиция очень быстро разыщет тех снайперов, о которых вы только что упомянули, если подвергнет допросу кое-кого из ваших новых знакомцев. Кстати, вы мне напомнили о вопросе, который я вам хотел задать. Когда вы намерены выдать нам главарей мятежников, дабы они предстали перед судом за совершенные ими преступления?

— Не уверен в том, что они повинны в каких-либо преступлениях, полковник, — покачал головой Шутт. — Обвинений вы высказывали предостаточно, но пока я не видел ни единого доказательства преступных деяний. В отсутствие доказательств я вынужден рассматривать любую попытку ареста этих людей как прямой акт насилия со стороны правительства и нарушение, тем самым, мирного договора.

Полковник Мейз вскочил с дивана.

— Борис, похоже, мы тут напрасно теряем время. Капитан запоет по-другому, когда обо всех его выкрутасах узнает его командование. Пойдем, у нас дел по горло.

— Всего вам доброго, полковник, — вежливо попрощался Шут. — Заглядывайте, когда парк откроется, джентльмены. Попрошу Тэпа отложить для вас пригласительные билеты.

— Этот ваш парк никогда не откроется, — процедил сквозь зубы Истмэн. — Прощайте, капитан.

Он развернулся на каблуках, и они вместе с полковником гордо вышли из кабинета.

* * *

— «Американские горки», — покачал головой Армстронг. — Меня на них мутит. И зачем кому-то спрашивается, куда-то переться через полгалактики только ради того, чтобы его вытошнило?

— Меня лучше не спрашивай, — сказала в ответ Рембрандт и откинулась на спинку стула. Они сидели в конференц-зале и ждали Шутта, который должен был провести с ними инструктаж по поводу нового проекта. — Я без них запросто обойдусь. Ну, то есть, поначалу неплохо, разок можно прокатиться, но меня ни за что не заставишь томиться по полчаса в очереди, чтобы снова попасть на этого «Ультрадракона», что поставили на берегу.

— Полчаса? — фыркнул Армстронг. — Семьдесят минут не хочешь? Вчера люди по семьдесят минут выстаивали. — Лицо Армстронга покрылось испариной. Видно было, что даже сама мысль о том, чтобы прокатиться на «американских горках» была ему глубоко противна. — И все ради десятиминутного развлечения, от которого кишки наружу! И где — в каком-то поганом парке на захудалой планетке!

— Смотри, чтобы никто из ландуранцев не услышал от тебя таких речей, — посоветовала ему Бренди. — Планету свою они любят, а уж к «горкам» этим так относятся — просто обожают. Кстати, мне жутко понравилось кататься. Не грех и в очереди постоять. Даже Клыканини понравилось, когда Супермалявка его уговорила прокатиться. А Рвач и Махатма сразу снова в очередь встали.

— Махатма? Ну, от Рвача этого еще можно было ожидать, но от Махатмы… — Армстронг помолчал, поскреб макушку. — Нет, наверное, я просто плохо знаю Махатму.

— О… Если бы ты его знал, ты бы смог провести с нами занятия на эту тему, — хихикнула Бренди. — А вот ландуранцы от этих головокружительных катаний действительно без ума. Столица — не такой уж большой город, но здесь — пять разных луна-парков, и в каждом установлено по паре неплохих аттракционов. По крайней мере, так написано в путеводителе. Так что скорее всего в том парке, что строится на средства правительства, будет не меньше полудюжины потрясающих «американских горок». В том парке, что строят повстанцы, все должно быть не хуже, а по возможности — лучше. Так что, может быть, вам все-таки стоит захватить свои пузырьки с таблетками от укачивания и пару раз прокатиться. Похоже, нам предстоит поучаствовать в этом бизнесе.

— Мы уже и так участвуем, — проворчал Армстронг. — Капитан все решил, а что еще нужно. Пусть себе Рвач с Махатмой катаются, проверяют аттракционы эти на готовность, я не против. Все-таки есть хоть какая-то прелесть в том, что ты — офицер.

— Прелесть? В том, что ты — офицер? — хмыкнул Шутт, входя в зал. — Это лучшая шутка за весь год. — Под мышкой у капитана были зажаты свернутые в рулон чертежи. Он разложил их на столе. Вместе с ним пришел высокий мужчина в серебристом комбинезоне, серебристых перчатках и с серебристыми волосами. Заметив любопытство офицеров, Шутт сказал — Позвольте представить вам нашего нового консультанта, маэстро Марио Зипити, главного, специалиста по «американским горкам» в галактике.

— Отцень рад подзнакомитьзя, — с учтивейшим поклоном проговорил маэстро. — Вмеззте мы возздвигнем ззаммые грандиоззные «американззские горки» в галлактике!

— Маэстро Зипити привез с собой чертежи самых высоких «американских горок» со всей галактики, дабы мы с ними ознакомились, — пояснил Шутт. — Кроме того, он уверяет меня в том, что у него имеются проекты принципиально новых, доселе нигде не возведенных аттракционов. С его помощью мы добьемся того, что парк «Новый Атлантис» сможет предложить посетителям самые удивительные аттракционы на планете…

— Не только на планете, но во вззей галлактике! — заявил маэстро и сопроводил свое заявление столь размашистым жестом, что Армстронг невольно пригнулся.

— Удивительные — это, конечно, хорошо, — осторожно проговорил Армстронг. — Но ведь надо еще позаботиться о том, чтобы они были надежными, верно?

— Надеззными? Пфф! — Маэстро Зипити вскинул руки. — Настояззие фанаты «американззких горок» плюют на надеззноззть. Главное — ззкороззть, быззтрота и оззтрые оззуззения!

— Безусловно, все аттракционы будут абсолютно безопасны и надежны, — заверил офицеров Шутт. — Выяснилось, что один из бывших мятежников — инженер с солидным опытом сборки и эксплуатации «американских горок». Он участвовал в строительстве несколько ныне действующих аттракционов. Я просмотрел его резюме. Ни один из сданных им в эксплуатацию аттракционов не имеет рекламаций. Я попросил его придти на наше совещание. Странно, что его до сих пор… — В дверь постучали. — А вот, наверное, это он. Бренди, будь добра, впусти его.

Бренди открыла дверь. В зал вошел устрашающего вида бородач с золотыми серьгами в ушах. Одет он по-прежнему был в камуфляжный костюм — неофициальную форму повстанцев, волосы его все так же были подвязаны красным платком.

— Здравствуйте, Бастер, — поприветствовал его Шутт. — Познакомьтесь с маэстро Зипити, знаменитым экспертом по «американским горкам».

— Зипити? Ну и ну! — не сдержал изумления Бастер. — Я слыхал про вас, но увидеть — вот уже чего не ожидал!

Зипити приосанился и сказал:

— Я прибыл ззюда, чтобы поззтроить ззамые ззнаменитые аттракззионы в иззтории!

— Но мы ведь не так договаривались, — обернулся к Шутту Бастер. — Знаете что… Маэстро? Давайте так: вы мне даете чертежики ваши с экспликациями, а уж я сам за работу берусь. Ну, а вы ходите, смотрите, ежели что по вкусу придется — так скажете. Договорились?

— На мой взгляд, просто лучше не придумаешь, — сказал Шутт, не дав Зипити и рта раскрыть. — Ну вот. А теперь поглядим, что тут у нас припасено…

С этими словами он развернул первые несколько чертежей, и все собравшиеся приступили к работе.

Минуты через три между Зипити и Бастером разгорелся первый спор, которому суждено было продолжаться практически до самого конца совещания. Шутту удалось разнять спорщиков, и работа продолжилась. Мало-помалу у присутствующих сложилось такое впечатление, что аттракционы на самом деле можно будет построить. Мало того, нельзя было исключить такую возможность, что построены они будут в срок. Конечно, все это произошло бы только в том случае, если бы маэстро Зипити и Бастер не поубивали бы друг дружку на этапе закладки аттракционов.

Главной задачей в строительстве парка «Новый Атлантис» была постройка «американских гор», которые были бы выше и внушительнее того гиганта, что строился в парке «Ландур», и который подчиненные Шутта окрестили «Тварью». Задача была почти непосильная для группы, которая была призвана положить на лопатки население планеты, где «американские горки» почитали произведением искусства, не больше, не меньше. Но маэстро Зипити предложил проект «горок» своей мечты, которому тут же было присвоено кодовое название «Зиппер». Первая вершина этих «горок» была на пять метров выше, чем у аттракциона в муниципальном парке. Кроме того, на финишной прямой предусматривалась жуткая болтанка. «Мертвая петля» должна была стать самой высокой в галактике. На чертеже «Тварь» рядом с «Зиппером» смотрелась малюткой, и сразу стало ясно, что «Зиппер» должен стать средоточием парка.

Шутт был готов построить не только «Зиппер», но осуществить и ряд других проектов Зипити. Но тут он наткнулся на возражения со стороны еще одного местного консультанта, Окидаты.

— Пока не стоит этого делать, капитан, — сказал тот. — «Зиппером» мы им нос утрем, это без вопросов. Но как только наши конкуренты увидят «Зиппер», они тут же постараются его переплюнуть. Ну а мы, опять же, должны постараться переплюнуть их, или тогда придется лапу сосать. Лучше придержать другие проекты про запас. Они нам обязательно понадобятся.

Маэстро Зипити взорвался:

— Эти меззтные безздари не в ззилах ззозздать ничего такого, что могло бы ззравнитьззя зз моими проектами! Мы из вззе оззущееззтвим, вззе!

— А может, вам стоит прислушаться к парню, маэстро, — урезонил разбушевавшегося конструктора Бастер. — Он ведь дело говорит, вы уж мне поверьте, а я в парках работал еще тогда, когда он не родился. Так что я в курсе, не сомневайтесь.

— Поживем — увидим, — резюмировал Шутт. — Если мы сосредоточим всю нашу рабочую силу на одном аттракционе, то «Зиппер» построим быстро, ну а потом посмотрим, как быть дальше.

— Это глупоззть неззуеззветная! — вскричал Зипити, но при голосовании проиграл. Как выяснилось впоследствии, он был неправ.