Василиса. День прошел, точно не было ночного купания и не в меру серьезного разговора. Пекельный не пришел ни разу. Даже местная нечисть не появлялась справиться о моем здоровье. А может они прознали о нашем интимном ужине и решили чего плохого? Ну, тогда они самые натуральные тупицы! Зато два раза приходила Глаша с подносом полным еды, но только помалкивала и глядела на меня жадным взглядом. Может голодная? Когда она принесла ужин и уже собиралась уйти, я ее остановила. – Глаш, ты сегодня сама не своя. Садись, покушай вместе со мной, расскажи, что на душе. Она замерла, будто я ее ударила, и, упрямо мотнув головой, все же направилась к двери. Ну и ладно. Насильно мил не будешь… – А вообще-то… – Она вдруг остановилась, развернулась и медленно пошла обратно. – Вообще-то расскажу. Иначе то, что не дает мне жить, окончательно сведет меня с ума! Я пересела на кровать, освобождая ей место на стуле, налила себе чаю из серебряного чайничка и приготовилась слушать, вот только то, что я услышала, едва меня саму не свело с ума! – Я люблю Феникса. – Угу… И…? – Я на всякий случай отставила чашку с горячим травяным чаем. Мало ли… – Я с детства слышала легенды о нем, а когда выросла, хотела учиться у него, но матушка оказалась против. Она решила, что не дело это, высокорожденной ведьме, путаться со всяким там сбродом из Лукоморья, которых учил наш повелитель. Недаром она была ведьма из рода Премудрых и сама обучила меня всем тонкостям нашего мастерства. А после устроила к отцу, на разработки всяких там магических вещей, амулетов и прочих прилад, которые так и пользуются спросом в вашем Лукоморье. – Глаша набрала в грудь воздуха, выдохнула так, точно собиралась прыгать в воду, и продолжила. – Когда я узнала, что Пепельный изменился, я даже не понимала насколько! А когда ты попала сюда, я тут же упросила тетю вызвать меня к тебе в подмогу. И вот я тут… – Так. – Подумав, я все-таки допила чай, и посмотрела Глаше в глаза. – Так… если ты из рода Премудрых, значит, ты… моя сестра?! – Ты только это услышала? – фыркнула та и откинула за спину косу, которую она во время рассказа то заплетала, то расплетала. – По поводу нашего родства я бы не стала заморачиваться. Когда-то род Премудрых был очень многолюдный. Ну, что с того, что во мне течет капля этой крови? Нет, не спорю, конечно, доля родства все же есть… Дело в другом, дурья твоя башка! – Сама такая! – возмутилась я, но скорее для приличия. – Ясен пень, если мы родня, то вполне могли запасть на одного и того же мужчину! – Ты не понимаешь! Феникс для меня – не мужчина! Он – Бог! И я люблю его с детства и буду любить, но…. – Так, сестренка, какое еще к чертям «но»? Не пугай меня, пожалуйста! Глаша вздохнула, и выпалила. – Но на самом деле мне очень нравится другой…. Как мужчина, а не как божество. И я совершенно не знаю, как обратить на себя его внимание! Уже легче! – Так это не проблема! – Я с энтузиазмом принялась уплетать омлет. – На то мы и сестры! – Да какие мы сестры?! – Ну, не нравится это слово, пусть будут «подруги»! – согласилась я. Какая разница, как назваться? Главное ведь результат! – Еще лучше! – Глаша взяла яблоко и, подперев рукой щеку, с тоскливой миной начала его жевать, словно это был не сладкий фрукт, а маринованный помидор! – Да я, когда узнала, что ты с ним на свидании была, чуть поганок тебе в суп не насыпала! Подруга, тоже мне… Я нахмурилась панически вспоминая. На свидании? Я? Когда??? Может ее любовь – сын конюха Парамона? Так это было давно и не правда! – Ты о ком? – Наконец не выдержала я, теряясь в догадках. – О Бедоше… Бедорлаге! – О ком?! – Вот интересно, подавиться мне омлетом или не надо? Решив, что омлет тут не причем, я не выдержала и расхохоталась. И ничто не могло меня успокоить. Целую вечность. Пока Глафира взглядом не подняла кружку, с уже порядком остывшим чаем, и не перевернула ее у меня над головой. Только это не помогло. Истерика пошла по второму кругу с новой силой. Наконец, устав хохотать, я повалилась на кровать под тяжестью напавшей на меня Глашки, и еще раз уточнила. – Бедоша? Это, типа, ласковое прозвище? А еще, кто-нибудь «любовь твоей жизни» так называет? Она упала рядом со мной на спину и мотнула головой. – Нет. И это очень личное! – Угу. Я поняла. Все. Не смеюсь! – Я с трудом сжала зубы и честно посчитала до десяти. Вот так номера! Две новости за вечер и все убойные! Во-первых, нашла родственников. Пусть и дальних. Во-вторых, узнала, что в этого Пекельного… «Бедошу»! еще и можно влюбиться? Интересно, как бы убить двух зайцев за раз, да еще одним ботинком? – Так, сестренка-подруга. Давай разбираться. Если мы обе из рода Премудрых, то что-нибудь да придумаем! – А с чем тут разбираться? – Снова вздохнула Глаша, мечтательно глядя в потолок. – Он такой краси-и-и-ивы-ы-ый! – Ну, теперь-то да! – Я не смогла не согласиться. – Он и раньше был такой же! – Зрачки Глафиры блеснули зеленым сполохом, она рывком села рядом. – Если не обращать внимания на огненные язвы, отсутствие бровей и бельма глаз, он был такой же! Его внешность не изменилась! Только исчезло то, что вы, в Лукоморье, привыкли считать уродством! О! К примеру – твой Феникс сейчас именно такой! Один в один, только ты не видишь его уродства! И мы не видим. Ничего не изменилось для жителей Лихомани в облике его повелителя! Вот ничегошечки! – Ты права! – подумав, решила я. – Феникс остался таким же красивым, добрым и нежным, каким и был, а Пекельный – засранцем! Каким и был! – Он тоже хороший! – Встала грудью на его защиту Глаша. – Просто он не знает, каково это жить, а не выживать! Любить, а не ненавидеть! Поверь, все изменится! Главное, чтобы рядом с ним была та, кто его действительно любит! – Вот, я и думаю, как бы это нам с тобой провернуть… – Я почесала лоб и огорошила. – Знаешь, вчера твой Бедоша сделал мне предложение. – Что-о-о?! – Реакция не замедлила быть. В темноте над головой блеснула молния. – Да успокойся ты! Не любит он меня! Он хочет досадить Фениксу! А на меня ему плевать! Поэтому… – Нам надо поменяться местами! – От понимания моего коварного замысла ее глаза загорелись восторгом. Бедная, сумасшедшая девочка… – В точку! Но как это сделать? Домовой сразу же сообщил, что на мне какая-то магическая ерунда, по которой Пекельный меня как-то отслеживает. А время на подготовку к свадьбе он мне дал до следующего полнолуния. – Ну… это где-то неделя… – Глафира на мгновение задумалась, и вскочила с кровати. – Я пойду с теткой покумекаю. А ты… А ты здесь меня жди и никуда не уходи! Забыв поднос, она бросилась к двери и исчезла. – Нет, пойду в гости к мужу прогуляюсь! – буркнула я, с тоской оглядев стены моей темницы. Если бы я только знала, насколько пророческими окажутся мои сумасбродные слова…