ГЛАВА 7.

Как миф ни развеивай, всегда найдется тот, кто опять соберет его в единое целое. NN

Лейна

Суматошное утро началось с того, что счастливый Лорин ввалился в мою комнату и, не стесняясь, попытался стащить меня с постели. Сэльфинг, привыкший к мальчишке, полностью проигнорировал нападение на хозяйку. Вместо помощи бедной мне он нахально растянулся на всем освободившемся пространстве кровати, когда я, полусонная, скатилась на пол, намертво сжимая в руках одеяло.

– Лорин, черти тебя дери! Ты чего творишь, засранец! – Я пыталась принять вертикальную позу, при этом прикрывая одеялом свои «прелести». Вчера, придя с бала, я не озаботилась надеть перед сном рубашку и теперь щеголяла ню.

Парнишка изумленно глянул на мои голые ноги, открытую от плеча правую руку, заканчивающуюся многообещающе сжатым кулаком, и сообразил наконец в чем дело. Упс… как же он быстро краснеет.

– Я… это… там уже караван собирается… через час выходим… – бормотал парнишка, глядя в любую сторону, кроме моей, и задом пятясь в направлении выхода. Едва не споткнувшись о порожек, он с облегченным вздохом вылетел за дверь и резко ее захлопнул. Может, обидеться – не такая уж я и страшная по утрам?

Зевнув во весь рот и растерев лицо, пыталась сообразить, что для меня важнее – завтрак или умывание? Победила вода. Набросив рубашку и замотав на талии большое полотенце, потрусила в сторону ванной. Пара шагов по коридору, и я захлопнула за собой дверь купальни.

Сборы не заняли много времени. Сумки я подготовила еще с вечера, до того как поехала на бал, так что я всего лишь упаковала свое бальное платье и туфли, переоделась в новый костюм для верховой езды и заплела волосы в косу. Прицепив оружие, я попрыгала на месте, убедилась, что ничего нигде не гремит, и закрыла дверь комнаты.

Спустившись вниз, я застала в зале нешуточное оживление. Все носились по своим делам. Тумар давал последние наставления Лорину, Милор Залесский гонял своих охранников и выстраивал повозки по порядку. В караван вошли шесть груженных товарами телег и двенадцать человек, не считая нас с Лорином. Локис наливал желающим травяной напиток. Я желала.

Попивая отвар и заедая его вчерашним пирожком, я осматривала будущих попутчиков. Кроме Милора и его угрюмых телохранителей с нами были шесть возниц – спокойных, уверенных в себе мужчин в возрасте от тридцати до шестидесяти, а также охрана каравана – двое дюжих и довольно неуклюжих парней, которых возглавлял седой, отмеченный шрамами дядька с забавным именем Тоблин. В отличие от подопечных, двигался он с мягкой хищной грацией дикой кошки и явно был опасным противником. Охрана, Милор и мы с Лорином ехали верхом.

Допив чай, я подхватила седельные сумки, нахально закинула их на спину сэльфинга и пошла прощаться. Локис крепко обнял меня, отказался брать деньги и пожелал удачи. Варна, его жена, всучила мне узелок с едой, расцеловала в обе щеки и прослезилась. Я искренне пожелала им благополучия и здоровья.

Крепко обняв Тумара, я отдала ему красиво упакованный платок, купленный мною на базаре в подарок Мирайе. Тумар хмыкнул:

– И когда только успела?

– Уметь надо! – отозвалась я.

– Лейна… – начал он.

– Конечно, позабочусь, мог бы и не просить! – Я спокойно посмотрела на Тумара: – А когда прибудем в Тирилон, напишу тебе письмо и передам с Милором.

– Спасибо! – облегченно выдохнул Тумар.

Хлопнув его по плечу, я пошла к Тигру.

За ворота наш караван выезжал первым. Лошади шли спокойным шагом, потряхивая гривами. Мы с Лорином вырвались вперед. Малыш трусил рядом с Тигром, иногда отвлекаясь на пролетающих бабочек. Я с улыбкой рассматривала щенка: изумительно, за пару дней он вырос почти вдвое! Сейчас сэльфинг доставал мне почти до пояса, выглядел гораздо взрослее и, похоже, был в состоянии проделать весь путь на своих лапах. Последнее меня искренне обрадовало, так как просить Милора прокатить мою собачку на телеге стоило бы мне дороговато.

Лорин заявил, что поможет мне охотиться для каравана, и мы договорились разделить полученные от купца деньги пополам. Я была рада такому раскладу: во-первых, вдвоем легче, тем более что Лорин куда более опытный охотник, чем я; во-вторых, он будет под моим постоянным присмотром и я выполню свое обещание Тумару. Да и дичи мы на пару набьем гораздо больше: ведь еще вопрос, кому понадобится больше мяса – каравану или моим питомцам.

До первого привала мы настреляли две дюжины местных уток, более крупных и ярких, чем я привыкла видеть дома. Сэльфинг самостоятельно поймал и притащил мне отаки – местного зайца, крупного пушистого зверька с нежным мясом. С Лорином действительно легко, мы понимаем друг друга с полуслова, и охотиться с ним – одно удовольствие. В мои мысли ворвался окрик Милора:

– Привал, Лейна!

Мы с Лорином остановились и завернули на небольшую полянку рядом с ручьем, следуя по колее каравана. Спешившись, я блаженно улыбнулась: никаких неприятных последствий от поездки на Тигре не наблюдалось. По крайней мере, я могла безболезненно ходить и сидеть. Потянувшись, направилась в сторону быстро разгорающегося костра. Отдав Милору дюжину птиц, я развернулась к небольшому костерку, который собирал Лорин.

– Лейна, – окликнул меня купец, – а что ты собираешься делать с остальной добычей?

Я изумленно обернулась:

– Разве вам мало по утке на каждого человека? – Я действительно была удивлена. Даже если учесть, что птица уварится (или ужарится – это уже по желанию кашевара), то на каждого приходилось как минимум по паре-тройке килограммов чистого мяса.

– Нет, нам достаточно, – возразил купец. – Просто, это не последний привал. Я хотел бы отложить остальных птиц на вечер.

– Милор, я предпочитаю есть свежее мясо! Если тебе нужны запасы – скажи мне сейчас, и я настреляю тебе дичи впрок. Но эти утки – еда для моих животных, и они ее получат! – Похоже, если сразу не поставить все точки над «i», купец сядет нам на шею.

– Да, конечно, я понимаю, – согласился торговец, внимательно рассматривая меня сощуренными серыми глазами. – Ты права, нам не нужны несвежие запасы. Ты необычная девушка, – закончил он задумчиво.

– Почему? – мягко спросила я, пряча бешенство под опущенными ресницами.

– Ну-ну, спокойнее, – пробурчал Милор. – Просто ты очень не похожа на наших женщин: они не рискнут возражать Старшему каравана.

Не желая давать дополнительных пояснений, купец обернулся к обозным и велел седому бородатому мужику заняться стряпней. Я, постояв еще минуту, в надежде услышать более развернутый ответ, выдохнула воздух сквозь зубы и пошла к Лорину. Сэльфинг и гарр'краши спокойно делили свой обед за его спиной. Малыш поднял голову от птицы и улыбнулся мне.

– Ешь, ешь… – машинально кивнула я, погруженная в свои мысли.

Плюхнувшись рядом с мальчишкой и начав ощипывать вторую птицу, я задала давно мучавший меня вопрос:

– Лорин, а чем отличается наведенная магия от обычной?

– Ну насколько я знаю, наведенная магия – это принуждение человека к чему-либо. А обычная – это лечебная, обучающая… ну, в общем, та, что не вызывает протест внутреннего баланса.

– Это как? – уточнила я.

– Слушай, ну я же не маг, – сморщился Лорин. – Как бы тебе объяснить… Вспомни: ты хотела выучить грамоту – маг тебе помог. Его действия не вошли в противоречие с твоим желанием – это обычная магия, не вызывающая у тебя протеста. А если бы он, к примеру, попытался тебя заставить убить кого-то или подарить ему Тигра, что бы ты чувствовала?

– Шутишь? Да я бы ему за такие идеи все колбы из его алхимической лаборатории засунула ему в… хмм… Ну в общем, куда-нибудь бы засунула, – сдержалась я, увидев заинтересованный блеск в глазах мальчишки.

– Так вот, это была бы магия наведенная, то есть насильственная. Она бы вызвала протест у твоего внутреннего «я» и соответственно встречную волну отторжения. Говорят, некоторые люди обладают даром не воспринимать наведенную магию. Просто ее не чувствуют, представляешь?

– Ага, представляю… – мрачно подтвердила я. А теперь, внимание, вопрос: как эльф узнал, что я не реагирую на наведенную магию, если не пытался меня к чему-то принудить?

«Ладно, ушастый мерзавец, – мстительно подумала я, – когда мы с тобою встретимся, ты ответишь мне на этот вопрос».

Мы обтерли уток солью и насадили на вертел.

– Хмм… Лорин, а тебе не кажется, что ты многовато знаешь, для простого деревенского парнишки? – задала я вполне резонный вопрос.

– Меня же прабабка учила… Мирайа!

– А она откуда все это знает? – Знания деревенской колдуньи удивили меня еще в первый день нашего знакомства.

– Так она целый курс в Магической школе Миирона отучилась!

– А что, курс – это так много? – изумленно уточнила я.

– Много, – вздохнул Лорин, – тридцать человеческих лет!

Я присвистнула и задумалась. Значит, Дариэль учится в своей школе почти сто лет! И за это время они посетили только несколько соседних Вероятностей! М-да-а… Похоже, задача будет посложнее, чем я думала… Мы ненадолго замолчали.

– Скажи, а ты не будешь скучать по семье и друзьям? – сменила я тему.

– По семье буду, а друзей у меня нет! – буркнул мальчишка.

– Почему? – Мое изумление было искренним.

– Потому что я полуэльф! – отрезал Лорин. – Нам передаются некоторые врожденные эльфийские качества, но нас никто не учит держать их под контролем – люди просто не знают как!

– Ну и что? – Я действительно не понимала. – Что плохого в том, что ты полуэльф?

– Да в том, что я эмпат! – не выдержал мой друг. – Понимаешь, ЭМПАТ! Я могу читать чувства людей! А какой человек сможет простить другому то, что этот другой чувствует его ложь?! Теперь ты меня тоже ненавидишь? – устало и отрешенно спросил Лорин.

– Почему я должна тебя ненавидеть?

– Ну я ведь читал тебя иногда и не сказал об этом… Только я не могу по-другому, пробовал… Это все равно что оглохнуть… – Мальчишка обреченно вздохнул и отвернулся.

– Лорин, – я пересела поближе и крепко его обняла, – ты мой друг! Я тебя люблю и доверяю. И мне совершенно наплевать, что ты эмпат, потому что я уверена: даже узнав обо мне что-то важное, ты никогда меня не предашь! К тому же, у всех свои недостатки: у меня мерзкий характер, а у тебя вот чтение чужих чувств. Только это, наверное, очень тяжело…

– Ничего, Мирайа говорит, что я со временем научусь это контролировать… А ведь ты действительно на меня не злишься! – Он поднял на меня счастливые глаза.

– Нуда, не злюсь. Правда, немного смущена… – Я улыбнулась. – Давай уток есть, а то от них скоро одни угольки останутся.

Весело похрустывая утиными косточками, мы думали каждый о своем.

– Слушай, а почему ты читал меня только «иногда»? – полюбопытствовала я.

– А тебя прочитать практически невозможно, – невозмутимо отозвался мальчишка. – Наверное, ты просто по-другому думаешь! Но вот сейчас я чувствую твое облегчение, – злорадно добавил он.

– Ну еще бы, оно у меня на лице, наверное, крупными рунами написано! Только слепой не прочтет! – не осталась я в долгу. – Лорин, остальным в караване об этом лучше не знать, я серьезно!

Мальчишка согласно кивнул и вцепился в утиную ножку.