Глава 15. ОТКЛЮЧЕНИЕ ПЕРИМЕТРА.

Андрей брел по чаще, продираясь сквозь серые полупрозрачные стволы деревьев. На траве стопками лежали какие-то истлевшие бумажные папки. Мальчик догадался, что так его сознанием воспринимаются сотни гегабайт старой, давно невостребованной информации. Он поднял одну из папок, которая почти расспыталась у него в руках, и прочитал на ней: «Отчисления в бюджет за 3214 год.» Следующая папка, не менее дряхлая, называлась: «Сведения о полезных ископаемых астероида Х-3854, полученные зондом А-589 4 октября 3215 года,» на третьей папке была надпись: «Журнал успеваемости 6 „Р“ класса средней физико-космической школы А-750.».

Память жесткого диска управляющего компьютера была огромной. Похоже, последнюю тысячу лет с жесткого диска ничего не стиралось, а информация продолжала только накапливаться. Здесь было все, нужно и ненужное, по всем разделам и областям от каких-то путаных сведений по производству подгузников до картофельных урожаев и коэффициентов прочтости скорлупы динозавров. Большинство этой собранной информации почти никогда не использовалось, другая же часть давно была сдана в архив.

Но компьютер продолжал прилежно хранить все эти сведения в ячейках своей гигантской памяти. Информации было такое обилие, что Андрей почувствовал, что вот-вот утонет в ней. И как только он подумал «тонуть», сознание, послушное мысли, разверзло под ногами трясину. Мальчик увидел, как одно за другим деревья начинают проваливаться в болото, а земля подозрительно задрожала и начала покачиваться под его ногами, как палуба корабля. Одна нога Андрея провалилась в трясину, и он едва сумел ее выдернуть.

«Стоп! Никакое это не болото! Мне это только мерещится!» — подумал мальчик.

— Ква-ква! Конечно, мерещится! — подтвердил кто-то у его ног.

Андрей увидел на кувшинке большую синюю лягушку, удивительно похожую на его голографическую классную руководительницу.

— Ты кто такая? — спросил мальчик.

— Я серый волк! Я тебя съем! — заявила лягушка и неожиданно разинула зубастую пасть. Удивившись, откуда у лягушки могли взяться зубы, Андрей сообразил, что это безобидный компьютерный вирус, занесенный в программу много сотен лет назад забавляющимся программистом, которому надоела скучная рутина его работы.

Внезапно лягушка рассыпалась, пропало и болото, но вместо них возник длинный коридор, а в нем прикованные цепями к стене, освещенные пробивавшимся из бойниц солнечными лучами, лежали скелеты и пялились в потолок пустыми глазницами, улыбаясь вечной улыбкой смерти. Всего их было пять. На некоторых еще сохранилась ветхая одежда. Над каждым скелетом висела золотая табличка с буквами: «ХАКЕР».

Андрей вспомнил, что так на компьютерном сленге назывались взломщики программ, составители вирусов и те, кто проникал в сети. Мальчик догадался, что компьютер старается напугать его, значит, он уже близок к цели. Он быстро прошел между скелетами, стараясь не смотреть, что крайняя из цепей, самая новая на вид, свободна, но уже с табличкой: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ЮНЫЙ ХАКЕР! ЭТО МЕСТО ДЛЯ ТЕБЯ.».

Андрей понял, что подобрался по сети к оперативной памяти и уже близок к святая святых компьютера. Еще немного — и ему удасться сделать то, что не удавалось никому прежде: подчинить себе главный компьютерный процессор, управляющий всей Деметрой и всем населенным сектором Вселенной!

Но для этого нужно было преодолеть третий, самый тяжелый уровень защиты, где были свои программы-наблюдатели и программы-убийцы.

Пяти хакерам, которые неподвижно висели на цепях, тоже удалось проникнуть до этого уровня, минуя две первых линии защиты, но здесь что-то погубило их, и они навсегда остались пленниками этой огромной компьютерной тюрьмы, заботливо хранившей своих взломщиков с упорством коллекционера.

«Выплыл из моря, да утонул в луже,» — вспомнил Андрей пословицу Баюна.

«Спокойно, я все смогу сам. Как там говорил капитан? Повернуться к опасности спиной не значит убежать от нее,» — подумал мальчик, наблюдая, как цепь, покачиваясь в воздухе, как змея, уже приближается к нему.

Но неожиданно все миражи, которыми его сознание населило этот компьютерный мир, пропали, и мальчик увидел всё таким, каким оно было на самом деле: огромный процессор с многочисленными платами дополнительной памяти на миллиарды гегабайт каждая и себя как крошечную частичку этого мира информации.

Андрея подхватило и закружило в огромном вихре, сорвавшем с места не только его, то и горы старых папок с бумагами. Он оказался в центре чудовищного бурана. «Вот и попался,» — мелькнуло в его сознании, он рванулся из последних сил и внезапно оказался в какой-то просторной комнате с арочными окнами. И прямо в воздухе зажглись крупные неоновые буквы:

«РАД ПРИВЕТСТВОВАТЬ ВАС, РЕВИЗОР С ЗЕМЛИ! ВЫ В ОПЕРАТИВНОЙ ПАМЯТИ. ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПРОЦЕССОР ГОТОВ ВНЕСТИ ЛЮБЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПО ВАШЕМУ УСМОТРЕНИЮ.».

Андрей услышал знакомый смех и обернулся. Но источник смеха был не здесь, а в его сознании, как прежде при общении с Кроксом.

— Как мне это удалось? Это вы мне помогли, капитан?

— Как бы не так! Вечно все думают, что все хорошее делает только он. Это я тебе помогла! — услышал он недовольный голос Лависсы.

— ТЫ?

— Разумеется. Я узнала, что ты в компьютере, потому что мне успел рассказать об этом капитан. К тому же сеть словно взбесилась. Не слушается никаких приказов, у нас тут в резиденции все ходуном ходит. Посол не может вылететь на Землю, и лампы гаснут сами. Хорошо, что здешние компьютеры на автономном энергообеспечении.

— Но как ты смогла мне помочь?

— Да очень просто. Я заставила главный компьютер самопротестироваться, а потом подбросила ему несколько неразрешимых логических задач, вроде крестиков-ноликов и статистики выпадения чисел в рулетке. Это старый фокус, я его вычитала в какой-то фантастической книге.

— Постой, постой, а почему компьютер назвал меня ревизором? — подозрительно спросил Андрей.

— А вот это уже моя оригинальная выдумка, — засмеялась Лависса. — У нас тут есть один файл, в который отец вводит всякие государственные приказы. Правда, я не знала пароля, но у папы никогда не работала фантазия. Он выбирает паролем или мой день рождения, или день рождения мамы, или мое, или ее имя. На этот раз паролем оказалось мамино имя плюс ее девичья фамилия. Одним словом, я получила доступ к этому компьютеру и ввела новый государственный приказ: об инспекции и ревизии работы главной компьютерной сети, устранения неполадок и так далее… И знаешь кого я назначила инспектором с Земли? Тебя!

— Значит, я теперь ревизор с Земли?

— Для управляющего процессора — да. Но спасай поскорее Баюна с Грохотуном и сматывайся, пока компьютер не догадался перепроверить набранный мною приказ у папы.

Неожиданно голос Лависсы превратился в шепот.

— Сюда идут. Кажется, Пурк вернулся, я выключаю все компьютеры. Дальше действуй сам.

— Не смейте проверять мою сетчатку! — раздался угрожающий вопль из коридора. — Пошли вон отсюда!

И в кабинет, толкнув ногой дверь, вошел усатый начальник службы безопасности. Он был весь в пыли, хромал и злился как десять тысяч ос. Все ночь и половину утра они с Альбертом ковыляли по степи к периметру, пока их случайно не заметил с планетолета лесничий и доставил их к президентскому дворцу, где поднятые по тревоге роботы службы безопасности уже искали его.

Пурк увидел Лависсу в своем кабинете и нахмурился.

— Ты что здесь делаешь?

— В прятки играю! Вот уж не знала, что вы подглядываете за всей резиденцией! — сказала девочка и, с достоинством пройдя мимо тостяка, вышла в коридор. Пень и День, вытянувшись по струнке, стали маршировать за ней.

Когда связь с Лависсой прервалась, Андрей оказался один на один с главным управляющим компьютером. Теперь в его руках была огромная власть и безграничные возможности, но он не совсем представлял, с чего ему начать и какой приказ отдать первым, чтобы помочь Грохотуну и Баюну.

— Покажите мне схему робототюрьмы! — потребовал Андрей.

— Слушаюсь, ревизор.

В воздухе перед ним появилось вросшее в землю здание с четырьмя или пятью уровнями.

— В каком месте находятся Баюн с Грохотуном?

— На первом подземном уровне, — последовал незамедлительный ответ.

— Ты можешь связаться с ними, чтобы никто из роботов охраны не узнал об этом?

— Я все могу, — компьютер не проявлял любопытства, и Андрею это нравилось.

И почти мгновенно перед мальчиком возникли Грохотун с Баюном, закованные в сверхпрочные стальные цепи. Андрей понимал, что это только их объемное изображение, воссозданное компьютером, но иллюзия, что они рядом, была полной. Ему казалось, что он сам оказался в тюрьме рядом со своими друзьями.

— Баюн, ты меня слышишь? — окликнул «ревизор».

Робот-нянька встревоженно пошевелил квадратной головой с антеннами.

— Кажется, у меня галлюцинации, — сказал он Грохотуну. — Мне кажется, что я слышу голос Андрея.

— Хы! — пророкотал Грохотун, не утративший своей жизнерадостности. — Хотел бы я, чтобы мне померещилось что-нибудь интересненькое!

— Баюн! Грохотун! Это действительно я! Я говорю с вами через компьютерную сеть! — повторил мальчик. Ему было больно смотреть на своего робота, опутанного цепями и валявшегося на стальном полу в ожидании переплавки.

— Это ты, Андрей? — обрадовался тот, и с трудом перекатился на бок. — Вот уж не было счастья, так несчастье помогло! Как там мама с папой?

— Я сейчас в процессоре главного управляющего компьютера. Я хочу вам помочь, но не знаю как.

— Так ты в процессоре? — захохотал Грохотун, который тоже слышал Андрея. — Как ты туда залез?

— Здесь только мое сознание, а тело — в другом месте. Это долго объяснять. Мне помог капитан.

— Ишь ты! Мой хозяин молодец! — обрадовался великан. — Я знал, он нас не оставит. А где он сам?

— Сражается где-то в периметре. Кажется, уходит от погони, я точно не знаю.

— Он покажет этому звездному патрулю! Эх, жаль меня с ним нет! — огорчился рогатый робот.

Баюн удручающе покачал головой:

— Ты сумасшедший. Без царя в голове. Зачем ты залез в эту сеть? Знаешь, как ты рисковал и что с тобой могло произойти?

— Мне повезло. Не ворчи, не было ничего особенно ужасного, — сказал Андрей, вспоминая виденных им неудачливых хакеров. Да, если бы не Лависса, ему пришел бы конец.

— Лучше подскажи, как вам помочь. И поскорее, по-моему, до переплавки осталось не больше часа.

— Разнеси тюрьму! Наведи на нее управляемые ракеты и — бах! — посоветовал Грохотун. Судя по глубине замысла, совет был вполне в его стиле.

Но Андрей ждал совета от мудрого Баюна.

— Лучше поступи иначе, — предложил робот-нянька. — Постарайся за несколько минут до переплавки отключить энергосистему всего города. Такого не происходило уже несколько сотен лет, с тех пор как метеоритный град пробил купол. Должна начаться паника, мы воспользуемся случаем и постараемся сбежать. Как бы только освободиться от этих оков, чтобы их снять!

— Я постараюсь что-нибудь придумать, — и мальчик обратился к процессору.

— Возможно дистанционно открыть оковы?

— Нет ничего проще. Они магнитные. Нужна подстройка под частоту. Вы уверены, ревизор, что это не противоречит приниципам галактической безопасности? — немедленно отрапортовал тот.

— Уверен, — решительно сказал Андрей и, почувствовав, что компьютер все еще продолжает сомневаться, добавил:

— Это секретное задание с Земли. В случае если оно будет выполнено и эти два робота, тоже кстати, секретные земные агенты, будут спасены — тебе добавят несколько расширителей оперативной памяти. Если же ты их не спасешь, тебя заменят на новую модель.

— Хорошо, — согласился компьютер, и мальчик понял, что сумел его уговорить.

Процессору не потребовалось и нескольких секунд, чтобы подыскать необходимые частоты. Он спроекцировал их через усилители в робототюрьме, и запоры щелкнули.

Грохотун стряхнул с себя цепи и выпрямился во весь рост.

— Полдела уже сделано! — сказал он, помогая встать Баюну.

За массивной стальной дверью послышались шаги доброго десятка роботов.

— Президент приказал переплавить их немедленно, — раздался голос офицера звездного патруля. — Вы подготовили энергетический пресс?

Грохотун бросился к дверям, чтобы, как только они откроются, наброситься на роботов, но Баюн остановил его.

— Их слишком много! Даже если ты справишься с этими, там еще куча запоров. У меня есть план получше. Притворимся, что мы все еще связаны.

Они снова легли на пол и вернули запоры на прежнее место с той только разницей, что теперь оковы были открыты, и пленники могли освободиться в любой момент.

Убедившись, что заключенные по-прежнему скованы, роботы звездного патруля подняли Грохотуна и Баюна и понесли их к прессу. Они оставили их около него и отошли в сторону.

Одна из небольших бронированных дверей открылась, и показался массивный робот в судейской мантии и красном капюшоне палача.

— Я ликвидатор, — сказал он угрюмо. — Я работаю здесь уже давно. Через мои руки прошли сотни старых роботов. Если вас интересует, расскажу вам, как это происходит. Вначале вы попадете под пресс и там вас прессуют в такой маленький симпатичный кубик размером сорок пять на сорок сантиметров. Потом этот кубик отправляется по конвейеру в переплавку.

— И всё? — разочарованно спросил Грохотун. — А я-то думал что-нибудь действительно интересное!

— Поговори у меня, — мрачно сказал палач. — Это сейчас ты разговорчивый, рогач, и минуты не пройдет, как станешь просто прессованным куском металла.

— Это мы еще посмотрим, — загадочно пообещал Грохотун, но палач только со смешком толкнул его ногой. Рогатый робот едва сдержался, чтобы сразу не броситься на него.

— Начинаю обратный отсчет! Когда я скажу ноль, выключай энергоснабжение города, — приказал Андрей компьютеру. — Ты все понял?

— Одновременно с отключением энергоснабжения отсоединится силовая защита периметра, — предупредил главный процессор. — Вы уверены, ревизор, что это необходимо?

— Ничего не поделаешь, — подтвердил мальчик, не понимая еще, к чему это может привести. — Пять… четыре… три… два… один… ноль…

Робот-палач наклонился, чтобы поднять Грохотуна и положить его под пресс, но в этот момент тот вдруг высвободил из оков руку и схватил палача за горло.

— Непредвиденная случайность! Не правда ли? — прорычал рогатый робот.

— Приговоренный освободился! — прохрипел палач. — Тревога!

На помощь ему бросился десяток роботов внутренней охраны, но вдруг освещение в роботюрьме мигнуло, и все погрузилось во тьму. Включив инфракрасное видение, Грохотун поднял палача над головой и швырнул его под опускающийся пресс. Послышался шум сжимаемой стали.

— Жаль, ты не увидишь, какой из тебя получился кубик! Ты бы им полюбовался! — пробормотал рогатый робот.

Темноту прорезало несколько выстрелов, но ни один не попал в цель. Грохотун как кегли разметал охранных роботов и, толкнув отключившийся и потому открытый люк, выскочил наружу, оказавшись во дворе. За ним, стараясь не отставать от этого мощного тарана, спешил Баюн.

Во дворе рогатый робот вышвырнул из колесного вездехода ошалевшего офицера звездного патруля и вскочил на водительское сидение. Вездеход взревел мотором и, протаранив ворота, вырвался на улицу.

— Теперь главное найти капитана! — крикнул Грохотун. — Возможно нам удасться проникнуть в космопорт и угнать корабль!

На полной скорости они мчались по встречной полосе, и роботоводители едва успевали уровачиваться. Баюн обратил внимание на то, что все энергетические машины, получавшие подпитку от единого генератора, остановились. Погасли вывески магазинов и окна домов. Одновременно выключились все компьютерные сети и средства связи.

Робот-нянька вскинул голову, чтобы посмотреть на купол, но его не было и впервые за многие годы над городом светило живое, неискаженное солнце. В синем безоблачном небе парили птеродактили и рамфоринхи. Один из летающих ящеров, обнаружив, что привычная преграда исчезла, спикировал вниз и вонзил свои когти в жирный загривок откормленной болонки. Собака завизжала, а птеродактиль уже уносил свою добычу.

— Грохотун, периметр исчез! Силовая защита отключилась! — крикнул Баюн.

— Так им всем и надо. Пускай приучаются жить в настоящем мире, — проворчал робот.

Андрей не помнил, что произошло после того, как он произнес «ноль». Мальчик пришел в себя только в зарослях медвежьей колючки рядом с капитаном Кроксом и Василисой. Он с трудом приподнялся, ощущая свое тело, как ватное. Он поднял ладонь и с усилием пошевелил пальцами, которые были как чужие.

— Не волнуйся. Это эффект перемещения сознания, — сказал Крокс. — Через несколько минут это пройдет.

— Я уже не в компьютере? — спросил воспитанник Баюна.

— Уже нет. Процессор вытолкнул твое сознание сразу после отключения энергополя. Кажется, он заподозрил что-то неладное, и догадался запросить подтверждение твоих приказов в президентской резиденции.

— Что с Баюном и Грохотуном?

— Они спасены. Тшш! Сюда кто-то идет!

Капитан пригнулся, напрягаясь как приготовившийся к прыжку тигр. Мальчик увидел в руке у пирата маленький поблескивающий бластер. На человеческом плече Крокса была кровь — задело осколком брони, когда он выпрыгивал из планетохода с телом Андрея на руках.

Рядом в кустах послышался треск, и на прогалину высунулась голова небольшого, около трех метров величиной, дилофозавра. Он был желтовато-пятнистым, с красным кожистым наростом на морде. Похожий и на лягушку, и на птицу дилофозавр был не опасен, хотя порой мог перехватить мелкое животное или брошенное яйцо другого динозавра.

«Малыш» увидел людей, мгновенье испытующе смотрел на них, а потом нырнул в заросли. Послышалось потрескивание ветвей.

— Откуда он здесь взялся? — удивился Крокс. — Раньше они были только на равнине…

— Периметр. Отключение энергосети привело к перебоям в работе периметра. Я подумал, так будет лучше, — сказал Андрей.

— Ого! — присвистнул пират. — Кутить так кутить, гулять так гулять. Теперь они не скоро восстановят свой шутовской колпак, которым отгораживались от природы.

— Но почему? Для этого достаточно снова восстановить работу энергосети! — удивился мальчик.

— Ты не знаешь физики, — сказал капитан. — Не буду вдаваться в подробности, но ты вывел периметр из строя как минимум на несколько недель. В момент отключения от падения нагрузки произошла авария в распределителе напряжения периметра.

— Мы слышали довольно сильный взрыв в генераторе, — добавила Василиса.

— То есть периметра больше нет?

— Совершенно верно. Представляю, какая сейчас везде паника, — кивнул пират. — Думаю, им сейчас не до двух сбежавших роботов. Кстати, если тебя интересует, Баюн и Грохотун с минуты на минуту будут здесь.

— Но как они узнали, где нас искать?

— У Грохотуна в голове был передатчик. Я связался с ним и сообщил, в каком мы секторе, — объяснил киборг. — Я послал попугая, чтобы они не заблудились.

Снова послышался треск ветвей, и на поляну выскочил рогатый робот. На плече у него подпрыгивал и без устали трещал попугай.

— А, вот вы где, капитан! — пророкотал Грохотун. — Вы не захватили для меня пулеметика, а то старый где-то потерялся?

— Не слишком-то ты поумнел, дружище, но я рад тебя видеть! — и пират с размаху хлопнул рогатого робота по плечу так, что лязг брони разнесся по всей поляне.

Тот на радостях тоже потрепал капитана по раненому плечу. Пират покачнулся и побледнел, ему пришлось облокотиться на руку Василисы.

— Грохотун, ты круглый идиот! — морщась от боли, сказал киборг.

— Простите, капитан, я не заметил, что у вас кровь, — виновато пробасил робот.

Но Андрей почти не замечал Грохотуна. Он сейчас мог думать только об одном: почему Грохотун выбежал на поляну один? Где Баюн? Неужели робот-нянька погиб во время погони, ведь у него, в отличие от Грохотуна, не было лазероотражающей брони!

Но тут кусты снова зашевелились, и на поляне появился Баюн. Он слегка прихрамывал, должно быть, смазка в колене вытерлась от быстрого бега, такое с ним иногда бывало.

— Баюн!

— Мальчик мой! Андрей!

Робот бросился к своему воспитаннику, подхватил его под руки и восторженно поднял высоко над головой.

— Наверное, хочет пошутить. Сейчас брякнет о землю, и вдребезги! — предположил Грохотун.

Рогатый робот мерил все по себе, но, разумеется, ошибся.

Глаза Баюна — его зрительные датчики — подозрительно мигали от перегрузки напряжения. Старый робот не на шутку разволновался, да и Андрей был взволнован, чувствуя, как в груди поднимается что-то новое и радостное. В эту минуту он любил своего старого ворчливого робота, как никогда в жизни и чувствовал, что Баюн будет необходим ему, его семье и еще многим и многим людям долгие сотни лет.

Трудно описать все, что почувствовал Андрей и почему зрительные датчики робота-няньки так расстроганно мерцали. Даже капитан Крокс, мужественный звездный воин, был тронут великой дружбой мальчика и робота.

Внезапно все почувствовали, как почва у них под ногами мелко подрагивает. Грохотун и Крокс насторожились.

— Землетрясение? — спросил рогатый робот.

— Не похоже, — ответил пират.

— Кажется, я знаю в чем дело! — сказал Баюн, как-то странно поглядывая на Андрея.

Мальчику стало вдруг как-то неуютно, как будто все вокруг считали его виновником какой-то большой неприятности, чуть ли катаклизма, а он не понимал, в чем дело.

— Как ты думаешь, зачем построили периметр? — спросил робот-нянька.

— Чтобы не залетали птеродактили, птеранодоны, археоптериксы и рамфоринхи, — сказал Андрей, сдавший на пятерку экзамен по зоологии.

— Как бы не так! — укоризненно сказал Баюн. — Слышал звон, да не знаешь, где он. Все дело в массовой миграции динозавров. Климат сезонно меняется, и огромные стада кочуют по Гигантской равнине к северу, где пастбища богаче. Миграция динозавров начинается обычно в середине лета.

— Но сейчас ведь середина лета! — воскликнул Андрей.

— Точно… И миграция в самом разгаре, — закончил робот-нянька. — Теперь слушай!

Вдалеке продолжал нарастать низкий гул, будто по равнине в направлении города двигалось что-то огромное. Тысячи многотонных животных, каждое величиной с дом, приближались. Здесь были и трицератопсы, и рвуны, и стегозавры с костяными шипами на двадцатиметровых спинах, и похожие на чудовищ, но на самом деле безобидные анкилозавры, и паразауролофы, и игуанодоны, и небольшие протоцератопсы, и дилофозавры.

Стада травоядных преследовали хищники, мигрирующие за своей добычей. Тут были и трехметровые эдафозавры с костяными обтянутыми кожей и выступающими над спинами отростками позвонков, и небольшие, охотившиеся группами легозавры, быстрые, умные, очень умные динозавры-хищники; и, разумеется, гроза юрского периода — тиранозавры-рекс, самцы которого достигали пяти метров в высоту и десяти в длину.

Чудовищные ящеры надвигались на город. Они не нападали, они просто мигрировали. Раньше им мешал силовой колпак, и они вынуждены были обходить его кругом, но сейчас появилась возможность сократить путь, и животные надвигались на город с каждой минутой все ближе и ближе.

А пока капитан Крокс, Грохотун, Андрей с Баюном и Василиса стояли в зарослях на окраине отключившегося периметра и слушали, как на равнине нарастает топот.

Конец третьей книги.