АДСКАЯ МАШИНА.

Будь Валя разговорчивее, она могла бы рассказать и немало забавного. Как-то в Усть-Нарве к минёрам пришёл младший лейтенант из соседней части.

Стояло лето, день был жаркий и солнечный, Девушки много поработали и, вернувшись с минных полей, собирались выкупаться в заливе. Его спокойное голубое зеркало лежало совсем близко. Оттуда тянуло освежающей прохладой. Но младший лейтенант просил, чтобы они срочно проверили землянку его начальника.

— В землянке мина! Я в этом уверен. Землянка же немецкая. Фашисты её заминировали, уходя, — твердил младший лейтенант.

— Почему вы так решили? — спрашивал Петров. У него и так не хватало людей, а тут начнут бегать отовсюду…

— Слышно, как тикает часовой механизм, — объяснил младший лейтенант.

— Сколько времени вы занимаете эту землянку?

— Две недели.

— Две недели тикает, а вы до сих пор молчали?

— Так, понимаете, не всегда слышно, только когда совсем тихо, по ночам больше. Мы сперва внимания не обращали, но тиканье всё продолжается.

Младший лейтенант нервничал и часто поглядывал на часы.

— Скорее, прошу вас. Начальник на передовую уехал. Надо осмотреть землянку, пока его нет.

Петров вздохнул и крикнул ординарцу:

— Рядовую Корнееву ко мне, И ефрейтора Карманова, Через несколько минут Валя и Карманов шли уже вслед за младшим лейтенантом.

Землянка была недалеко. Минёры обошли её кругом. Осмотрели перекрытие, бревенчатый накат… Ничего подозрительного. Вошли внутрь. Всё там сделано основательно. Стены обшиты толстыми строгаными досками, удобная кровать, стол, стулья.

Валя и ефрейтор выстукали стены, выслушали стетоскопом — прибором вроде трубки, которой врач выслушивает больных. Ничего не услышали, Осмотрели пол, потолок, обшарили все углы. Никакого результата.

И Шарик ни к чему в землянке не проявлял интереса. Обнюхал и улёгся на полу. Он позёвывал, всем своим видом показывая, что ему скучно.

— Давай посидим, — сказала Валя. — Послушаем, что тут тикает у них.

Вернулся начальник, узнал, что в его землянке минёры, поворчал и устроился у соседей. Велел накормить Валю и Карманова ужином — час был уже поздний.

— Конфет и печенья отнесите им, — сказал он ещё ординарцу. — Надо девушку угостить, что ли.

Валя посасывала карамель. Изредка угощала Шарика. Карманов налёг на печенье, В солдатском пайке лакомств немного.

Время подходило уже к полуночи. Стало совсем тихо. Снаружи не доносилось никаких голосов. Умолкла и артиллерия. Карманов клевал носом и виновато поглядывал на Валю. Вдруг он увидел, что она встала и тихо, на цыпочках пошла в противоположный угол землянки.

— Чего там?

Валя приложила палец, к губам:

— Т-с-с-с…

Она поманила Карманова жестом:

— Слушай…

Карманов подошёл к ней, прислонил ухо к стене и стал слушать. От напряжения даже вытянул шею. Да, в стене тикало — негромко и ритмично: тик-так, тик-так… Этот звук то исчезал, то слышался снова.

Ефрейтор обеспокоенно поглядел на Валю. А она вдруг выпрямилась, её лицо стало лукаво-весёлым. Постучала пальцем по стене и тиканье сразу смолкло. Потом началось снова. Так повторилось несколько раз. Стоило Вале постучать, как «адская машина» сразу переставала действовать.

— Сверчок же это! — проговорила девушка. — Самый обыкновенный, домашний. С ним ещё уютнее. Понял?

Она вышла из землянки и разыскала младшего лейтенанта.

— В общем, мы отправились, а в землянке можно спать спокойно. Сверчок вреда не причинит!

Младший лейтенант не стал их задерживать, только пробормотал что-то невнятное про домашние звуки, от которых все отвыкли на войне. Даже из памяти вылетело, что есть сверчки на свете…