Глава 4.

На следующее утро я чувствовал себя ужасно измученным. Меня немного утешало то, что убить Хеллера мне приказал Ломбар Хисст, поэтому меня нельзя обвинить в этом. Но угроза оставалась, и если мне не удастся расправиться с Хеллером, то список моих врагов пополнится именем Ломбара.

Кроме всего прочего, нога у меня не заживала. Прогулки с порезами на ноге по козьему помету не способствуют укреплению здоровья. Раны нагноились.

Я велел Терсу отвести меня в больницу. Сестра Билдирджина, моя третья жена, проследовала мимо меня по коридору, даже не посмотрев в мою сторону.

Я устал от всего этого.

Прахда я нашел в операционной, где он мыл руки после операции.

– Прием пациентов на сегодня прекращен, – сказал он.

– Постойте! – закричал я. – Я могу умереть от заражения крови. Я даже не могу обуть ботинки.

– Значит, вы никого не сможете пнуть ногой, – ответил он. И собрался уходить.

Я загородил ему дорогу:

– Вы не можете так со мной обращаться.

– Я вообще никак не собираюсь с вами обращаться, офицер Грис. Вы должны мне чек. Вы не сделали распоряжений насчет организации фонда для покрытия расходов по борьбе с заразными заболеваниями. Вы не заплатили каффарах деревням обиженных вами женщин. А подписанный вами свадебный чек банк не принимает к оплате. Когда у вас найдется время съездить в Стамбул и уладить свои дела с Мудуром Зенгином, тогда у меня найдется время поговорить с вами.

– Как я поеду в Стамбул, когда у меня ноги болят? – воскликнул я.

– Украдете костыли, – ответил Прахд. – Потому что напрокат вам их тут никто не даст. – И он ушел.

Я не собирался ехать в Стамбул и разговаривать с разъяренным Мудуром Зенгином из Национального банка «Пиастры». Скорее всего он просто велит арестовать меня.

Возвращаясь домой, я как следует обдумал сложившуюся ситуацию. Совершенно очевидно, что когда я убью Хеллера и верну расположение Роксентера, то смогу наладить финансовые отношения с банком «Граббе-Манхэттен». До этого момента мне придется оставить все как есть. К черту всех (…) жен. И кому какое дело, если эти бездельницы захворают заразными болезнями?

В ванной я промыл гноящиеся ноги солями Эпсома и решил, что это поможет.

Ожило радио. Рат!

– Ты убил его? – закричал я.

– Как раз об этом я и хочу с вами поговорить, – сказал Рат.

– Говори!

– Это я и пытаюсь сделать. Вам нужны мои доклады или нет?

Я временно затаил свою ярость.

– Докладывай!

– Так-то лучше. Доклад агента должен быть точным, неторопливым и связным. А вы так заорали, что я чуть не оглох. Итак, о чем это я? Да. Я приехал в Термоли, но у них не оказалось рыбацких лодок. Все суда – направились к месту катастрофы. Поэтому я проехал по побережью до Пескары – это город побольше – и взял лодку.

Пескара расположена примерно в ста двадцати милях от Палагружи, где разбился самолет, и потребовалось время, чтобы туда добраться. Сейчас на Адриатике сильно штормит, большие волны.

Самолет ушел под воду приблизительно на сотню футов. Итальянские военно-морские силы пытались поднять его краном. Он зарылся в песок на дне и лежал вверх брюхом.

Такой самолет весит сорок или пятьдесят тонн, и крану этот груз оказался не под силу.

Им помогал офицер Королевского Флота. Они пытались накачать в самолет особую разновидность быстротвердеющей легкой пены, но лайнер так разбит, что вся пена просто вымывалась. Поэтому офицер Королевского Флота спустился вниз в водолазном костюме, и они начали поднимать тела.

Вы знаете, что на самолете было много детей? Так что пришлось подогнать еще корабль, чтобы принимать тела. Там же находился священник, который осенял крестом каждое тело. Я насчитал тридцать пять. Служащие из авиакомпании говорят, что было сорок девять, включая пилотов. Но в результате катастрофы борт самолета треснул, и они считают, что четырнадцать тел унесло в море. Они долго пытались найти их, но не смогли.

Королевский офицер нанял вертолеты, чтобы осмотреть окрестности и пляжи, но нашел только обломки от самолета. Поэтому он снова спустился вниз и начал обшаривать ручную кладь в салоне. Они нашли пару шарфов, которые опознали как те, которые женщина купила в римском аэропорту, и мне кажется, он только тогда поверил, что она действительно была на борту, потому что чуть не упал.

В конце концов военно-морские силы доставили из Таранто режущие инструменты, вскрыли отделение с багажом, и он нашел ее сумку. После этого он, похоже, потерял ко всему интерес.

Власти пытаются найти причину катастрофы. Запись полета отсутствует…

– (…) тебя, Рат! – взревел я. – Ты убил его или нет?

– Теперь я понимаю, как вы замучили и убили бедного Терба. У вас нет никакого плана. Там полно офицеров итальянских военно-морских сил. Если бы я выстрелил, то мне пришлось бы удирать еще сто двадцать миль по воде в утлой тихоходной лодочке, а у меня на хвосте висел бы патрульный катер. Чтобы выполнить такое задание, надо заманить объект в укромное местечко без свидетелей, где можно его спокойно убрать.

– Значит, ты его не убил.

– Еще нет. Но я должен был доложить.

Я понял, что придется дать ему четкие указания.

– Где он сейчас?

– Уезжает. Вот почему я докладываю.

– Рат, если ты не выполнишь приказ, ты конченый человек. Я сам тебя убью! Ты упустил свой шанс!

– Да у меня не было ни одного шанса! – огрызнулся он.

– Ты собираешься его убить или нет?

– Конечно собираюсь. Мне кажется, что он вернется в Нью-Йорк, и я последую за ним. Как только он окажется один, я его прихлопну. Но мне нужна помощь.

– Какая? – подозрительно поинтересовался я.

– Когда он вернется в Нью-Йорк, то снова появится у вас на экране, правильно?

– Правильно, – подтвердил я.

– Как только вы его увидите, скажите мне. И сообщите, если сможете, где он. Мне нужно всего лишь несколько минут, и чтобы он был один. Я выстрелю, и он мертв. А я смогу убраться восвояси.

Опять он медлит. Этого нельзя допустить. Но все-таки он собирался это сделать.

– Я помогу тебе, – пообещал я. Рат выключил радио.

Я немного повеселел. Много раз я пытался добраться до графини Крэк и терпел поражение. Но теперь она моя пленница, и я могу убить ее, бросив в вентиляцию капсулы с ядовитым газом.

Я решил, что с Хеллером мне тоже повезет. Даже он не сможет уйти от поражения, если по пятам его станет преследовать убийца, который будет стрелять из надежного укрытия.