Каллиопа.

Это была удачная идея – пойти на бал по сохранению Гудзона вместе с Брайсом Андертоном. Каллиопа не пожалела. Они с мамой обожали эффектное появление: все взоры обращались к ним, особенно в новых городах, а люди шепотом обсуждали, кто они такие и откуда приехали. Лишь в редких случаях Элайза пыталась не выделяться из толпы.

«Ни к чему лишние сплетни, это небезопасно», – говорила она дочери. Однако внимание мама любила даже больше, чем сама Каллиопа.

Девушка привыкла вызывать всеобщий интерес. Однако реакция публики на них с Брайсом, когда они под руку вошли в подводный бальный зал, превзошла ее ожидания.

Каллиопа надеялась, это просто оттого, что они сногсшибательно смотрятся вместе – высокие, стройные, темноволосые, с надменными улыбками. Но пришлось нехотя признать, что в их паре Брайс был более загадочным персонажем. Окружающие смотрели на него с неприкрытым любопытством. Наверное, знали, кто он такой, следили за его многочисленными авантюрами и строили догадки насчет его новой спутницы.

Главное, сработал ее план насчет Атласа. Каллиопа окунулась во флирт, несмотря на нелепые попытки Эйвери вмешаться в их беседу и странную решимость увести его. С излишней опекой братьев, сестер или родителей Каллиопа уже сталкивалась, особенно когда обманывала обеспеченных подростков из частных школ, но такой назойливой родственницы, как Эйвери, еще не встречала.

Гордо подняв голову, Каллиопа окинула взглядом подводный бал, где правили деньги, престиж и связи. Мама пришла вместе с Надавом и его дочерью Ливией. Пару минут назад Каллиопа поболтала с ними. Элайза смотрела на дочь, изогнув брови, – наверное, рассчитывала, что та возьмет на себя Ливию и позволит матери сосредоточиться на Надаве, – но Каллиопа не собиралась подыгрывать. Она не хотела тратить впустую свои таланты и нянчиться с этой нудной серой мышкой.

Сейчас Каллиопа стояла в компании Брайса и его друзей. Парни рассказывали о давнишней выходке – как изрисовали ховеры граффити, но надписи отображались только при определенной настройке линз. Несмотря на всю нелепость истории, Каллиопа рассмеялась. Она глянула на Брайса: он тоже смеялся, но стоял поодаль от группы. От него исходила самоуверенность богатого человека, веселящегося под куполом на дне реки.

Музыка сменилась, и Брайс шагнул вперед:

– Потанцуй со мной. – Он взял Каллиопу за руку.

Прозвучало это скорее как требование. Каллиопа опустила бокал, который держала для виду, – сегодня ей потребуется трезвая голова – и последовала за парнем.

Почему бы немного не пофлиртовать с Брайсом? Аферу с ним не провернуть: слишком рискованно, ведь он почти узнал ее. Конечно, с Атласом тоже было опасно, поскольку один раз он ее уже отверг, но хотя бы не грозил уличить во лжи.

Узнав о богатстве Атласа, Каллиопа вознамерилась что-нибудь у него украсть – тогда она скажет, что обманула парня с тысячного этажа. Какая выйдет история! Жаль, что похвастаться можно будет лишь маме.

На танцполе Брайс развернулся и уверенно положил руки на талию Каллиопы. Над головой сияли голографические медузы, напоминая свечи, и иногда исчезали в пасти неоновых акул. Неровный синий свет скользил по лицу Брайса, его аристократическому носу и резким скулам. Жесткий человек.

– Каллиопа… – Брайс произнес ее имя с прежней насмешкой. Что же ему известно? – Расскажи мне про Лондон.

– Зачем? – с вызовом ответила Каллиопа. – Наверняка ты сотни раз бывал там. Что изменит мой рассказ?

– Может, я пересмотрю мнение не о Лондоне, а о тебе.

Каллиопа покружилась, оттягивая время и позволяя складкам юбки раскинуться веером и скульптурно лечь по фигуре.

– Даже любопытно, что это за мнение.

– Брось, меня в эту ловушку не заманить.

Когда ритм ускорился, Брайс притянул Каллиопу к себе. Она хотела отступить на шаг – парень был слишком близко, она ощущала его сердцебиение под плотной тканью смокинга, чувствовала запах одеколона, легкий и чуть терпкий, – но он ухватился за собачку на молнии ее платья, заставив Каллиопу затаить дыхание.

– Раз уж тебе так интересно, я училась в школе Святой Маргарет. В пансионате для девочек в районе СоТо, – осторожно проговорила она, желая переключить внимание Брайса.

– Должен сказать, я удивлен. Ты не похожа на тех, кто учится в пансионате.

Мысли Каллиопы вдруг вернулись к Юстине Хьютон. Та, скорее всего, провела юношеские годы в пансионате, под строгим контролем, а Каллиопа за это время исколесила весь мир. Теперь же она кружилась в танце на подводном балу, среди роскошных платьев, смеха и блеска бриллиантов, который ни с чем не спутать.

И кто из них пробился наверх?

– Я вообще ни на кого не похожа.

Брайс лениво улыбнулся, проводя рукой вниз по ее спине.

– Я в курсе. Ты не такая, как девушки, с которыми я обычно знакомлюсь.

– Помню, помню, все эти загадочные особы из твоих странствий.

Когда они неспешно продвинулись по танцполу, Каллиопа почти кожей почувствовала на себе взгляды других пар. Она надменно тряхнула головой, позволяя волосам упасть на плечо, и сверкнула белозубой улыбкой.

Но тут улыбка ее померкла: Брайс опять пристально смотрел на нее, будто видел насквозь.

– И где же ты путешествовал? – взяла на себя инициативу Каллиопа.

Вряд ли он бывал там, где еще не ступала ее нога. С профессионалом тягаться сложно.

– Повсюду. Я ходячий стереотип: богатый наследник, проматывающий состояние в погоне за удовольствиями.

Брайс произнес это с наигранным равнодушием, но Каллиопа увидела за его словами печаль. Она делала то же самое, только за чужой счет. Что бы он сказал, узнав об этом?

– И почему?

Брайс пожал плечами:

– Наверное, так бывает с теми, кто в шестнадцать лет потерял родителей.

– Ох, – неловко выдохнула Каллиопа.

Почему она не увидела этого в ленте, хотя просматривала информацию о нем? Да уж, теряет бдительность. Все, что касалось Брайса, приводило ее в замешательство и лишало уверенности. Каллиопа взволнованно подумала, что, наверное, многого о нем не знает. Нужно быть осторожней.

В этот момент мимо промчался Атлас. Каллиопа встрепенулась. Вот же ее шанс – сейчас Атлас один, и на горизонте не маячит Эйвери. Стоит воспользоваться моментом и завязать с ним разговор, продолжить их прерванный флирт.

Брайс заметил, как Каллиопа переключилась на другого парня.

– Серьезно? Ты и Фуллер? Я бы и не подумал. – Он разочарованно покачал головой. – Не понимаю, что все девчонки в нем находят.

Каллиопа приняла высокомерный вид: этому она давным-давно научилась у Юстины.

– Понятия не имею, о чем ты!

И что значит «все девчонки»? Скольким Атлас заморочил голову?

– Для тебя он скучноват. – Брайс словно не услышал ее слов. – Пойми меня правильно, он хороший парень. Просто совершенно приторный, а ты… с перчинкой.

Вот почему Каллиопе не стоило проводить время с Брайсом. Слишком он проницательный и расчетливый, а также недостаточно наивный, чтобы попасться в сети. Возможно, он уже раскусил ее хитроумный план – при такой-то наблюдательности. Нужно исчезнуть, пока не поздно.

– Не знаю, что ты имеешь в виду. Прошу прощения, – сдержанно сказала Каллиопа и пошла следом за Атласом.

Он стоял за высокой стойкой бара в одиночестве и потягивал из бокала, ссутулившись так, словно защищался ото всех, кто решился бы подойти. Каллиопа распрямила плечи и сделала глубокий вдох.

– Привет, – проворковала она, подсаживаясь к нему.

Атлас удивленно вздрогнул, словно забыл, что находится на вечеринке. Но через секунду его лицо озарилось фирменной улыбкой до ушей.

– Каллиопа, хорошо проводишь время?

– Содержательно, – загадочно проговорила она. – А ты?

– Не так, как ожидал.

Атлас по-прежнему смотрел в бокал и даже не взглянул на Каллиопу, которая злилась все больше: как же он увидит, насколько она одинока и прекрасна, особенно в такой момент, когда он нуждается в поддержке?

Оставалось одно. Каллиопа забрала у Атласа бокал и одним глотком опустошила его. При этом она запрокинула голову, давая полюбоваться изгибом ее шеи и трепещущими ресницами.

В бокале оказалось нечто крепкое.

Пустой бокал Каллиопа грохнула на стол куда сильнее, чем собиралась. Атлас вздрогнул. Что ж, хотя бы очнулся.

– Просто захотелось выпить.

– Ясно, – ответил Атлас без всякого раздражения. Он приподнял плечо, указывая на бар. – Хочешь еще?

Каллиопа согласилась, и им принесли новую порцию алкоголя. С удивлением она отметила, как быстро Атлас разделался со вторым бокалом. В Африке он так не пил. Это же вечеринка, напомнила себе Каллиопа, однако не переставала думать: что же так его тревожит? Летом он казался счастливым. Похоже, его что-то держало в Нью-Йорке – возможно, семья. Поэтому он не мог уехать навсегда, хоть и не принадлежал к здешнему миру.

Каллиопа отмахнулась от лишних размышлений, совершенно ей не свойственных. Главное, что сейчас Атлас здесь.

– Потанцуем? – предложила она.

Когда Атлас посмотрел на нее, Каллиопа заметила в нем перемену, словно солнце скрылось за тучами или же опустилась вечерняя темнота – как в Танзании, когда они сидели на холме и провожали день.

Молча Атлас поплелся за Каллиопой на танцпол.

Она положила его руки себе на бедра, и он притянул ее ближе, заключая в объятия. Каллиопа ощутила тепло его ладоней на обнаженной коже.

– Поехали домой? – через некоторое время прошептала она на ухо Атласу.

Он неторопливо кивнул. Каллиопа взяла его за руку и повела вверх по лестнице. По пути Атлас споткнулся, – возможно, он набрался сильнее, чем ей казалось. Они вышли на пирс, к ожидавшим гостей ховерам. Отлично. Теперь Каллиопа сможет оценить их квартиру и прикинуть, что получится прибрать к рукам. Может, даже сегодня утащит какую-нибудь мелочь, чтобы никто не заметил.

Каллиопа вбила в компьютер адрес Фуллеров, наблюдая за реакцией Атласа. Тот ничего не ответил. Тогда она прижалась к его губам и, в приглушенном свете ховера дотянувшись до пуговиц пиджака, решительно их расстегнула.

Каллиопа ликовала: единственный парень, посмевший ей отказать, все же разделил ее страсть. Наконец-то. А то она заждалась.