Глава тридцать пятая. Из подземки в метро через метрополитен.

По дороге в общежитие Дима попытался убедить Фергуса отказаться от поездки вместе с ним. Ведь, в отличие от Димы, у него не было студенческого билета академии «продвинутых». Но Фергус настаивал на своем:

– Ты сможешь сам воспользоваться подземкой Афанадора? Открыть замки? Защититься от врагов? Распознать скрытую сигнализацию? А нас всему этому учили! К тому же, разве у вас там часто проверяют документы?

– У меня не очень часто проверяли, – признался Дима. – Если уточнить – то вообще ни разу. Только карточку, когда я делал покупки.

– Вот и я почему-то так думаю, – заметил Фергус. – А насчет документов я не беспокоюсь. Везде одно и то же – были бы деньги, выкрутиться можно…

В отличие от Димы, Фергус собрался за пять минут. Можно было подумать, что он давно готовился к отъезду. С собой мальчик взял спортивный костюм и кроссовки, зубную щетку, мыло и полотенце. Школьный костюм он переодевать не стал – на Земле он выглядел бы вполне обыденно. В портфель Фергус сунул две шоколадки и флягу с водой. Неизвестно, как им удастся питаться и где придется ночевать.

Галкин взял то же самое – плюс прихватил несколько учебников из академии. И тяжело, а кто знает, как повернутся дела? Учебники все равно нужно сдать. На клочке бумаги Дима нацарапал письмо прецептору Аристарху. В нем он сообщил о своих планах, извинился и попросил не считать его врагом Афанадора.

Маленького слона из яйца, который мирно сопел в клетке, наевшись бананов, решили с собой не брать. Дима поручил Элика заботам Доруса Апентайра, тихого и скромного мальчика, который жил в соседней комнате общежития. У него зверьку ничего не угрожало. Пока Дима устраивал слоника, Фергус отлучался – видно, продолжал готовиться к путешествию. По мнению Галкина, им нужно было оружие, но Фергус этой мысли не поддержал.

– Вооруженный теряет чувство опасности, – объявил он. – Силой оружия мы Тардавкуса не освободим. Витязи не нам чета не пытаются этого сделать.

Через час Фергус и Дима с помощью распределителя оказались возле оранжереи Мёдлёда, откуда было рукой подать до стены замка. На стене, вглядываясь в штормящий океан, их поджидал Грумми. Вид у медведя был мрачным. Соленый ветер трепал шерсть на шкуре медведя.

– Навязались вы на мою голову, – проворчал он.

– Вспомни о меде, – посоветовал Фергус.

Грумми немного просветлел, но полностью его настроение не улучшилось.

– Полетели быстрее, – предложил он.

Дима только собирался спросить, как они удержатся на медвежьей спине вдвоем, когда Грумми накинул на себя нечто вроде упряжи. Две лямки висели свободно – за них можно было держаться.

– Цепляйтесь, – приказал Грумми. – Ты можешь сделать нас невидимыми?

Последний вопрос был адресован Фергусу.

– Нет, – потупился мальчик. – Это изучают только в седьмом классе.

– А все туда же. Может, останетесь? – проворчал мишка.

– Полетели, – объявил Дима, крепче ухватывая лямку. Фергус сделал то же самое и молча кивнул.

Грумми прыгнул со стены. Когда он развернулся брюхом вниз, мальчикам стало гораздо удобнее держаться. Сначала медведь летел прямо над бушующим океаном. Мальчикам то и дело казалось, что они зацепятся за волну, а брызгами их обдавало постоянно. Удалившись от замка на достаточное расстояние, там, где их уже было трудно заметить, Грумми набрал высоту и поднялся почти под серые тучи.

В дороге не разговаривали. Тем более, лететь пришлось недолго – минут тридцать. Казалось бы, противоположный берег в ясную погоду должен быть виден с башен Рен-Редина. Но Фергус объяснил, что до материка больше ста пятидесяти лиг – почти шестьсот километров. Грумми преодолел это расстояние волшебным образом.

На материке располагалась станция подземки Афанадора. Выглядело здание станции величественно. Формой оно повторяло египетские пирамиды – только было раза в три меньше пирамиды Хеопса, как ее представлял себе Дима. И стены были не из шершавого камня, как у пирамид в Долине Царей, а покрыты разноцветными глянцевыми плитами с рисунками и орнаментами. От сооружения веяло мощью. Неподалеку от пирамиды виднелся порт. В его бухте болталось несколько утлых лодочек и пара красивых парусных яхт. Город, утопающий в зелени садов, лежал дальше от моря, за пирамидой.

– Одна из узловых станций, Песчаный Щит. Питает энергией многие другие, – объяснил Фергус. – Станции подземки объединены в единую цепь. Но некоторые – переходные, а некоторые управляют движением всех потоков. Здешняя – очень важный пункт. Она выстроена под прикрытием Рен-Редина. Ее тщательно охраняют.

– А как же мы туда попадем? – заволновался Галкин.

– Ее ведь охраняют не от нас, а от нашествия злых сил, – улыбнулся Фергус. – Мы просто купим билет.

Грумми долетел до берега и снизился в устье небольшой речушки. Вдоль ее берега шла узкая тропинка.

– Отсюда сами доберетесь, – объявил он. – Не хочу, чтобы меня видели в вашей компании.

– Хорошо, – кивнул Фергус. – Нам, конечно, топать еще пол-лиги, но ты прав – мы дойдем пешком.

– Не забудь о меде, – обратился медведь отдельно к Галкину.

– Не забуду, – проворчал Дима. – Денег-то не взяли, – шепнул он на ухо Фергусу.

Мальчик вынул из кармана две золотые монетки и показал их товарищу.

– Я занял про запас. А на дорогу нам должно хватить и серебра.

Помахав медведю, который со скорбным выражением морды пустился в обратную дорогу, мальчики пошли вдоль зарослей вечнозеленого кустарника туда, где за деревьями виднелась пирамида.

Мокрая после дождя зелень благоухала. Капли воды блестели на ярко-зеленых листьях кустов и деревьев. Цветы пахли медом. Дима уловил и запах жасмина, и запах сирени, хотя кустов этих у дороги не видел. Красноватый песок хрустел под ногами.

– Как же мы купим билеты? – спросил Галкин друга. – Нас никто не спросит: зачем вам туда надо?

– Может, и спросит, – равнодушно ответил Фергус. – Скажем, домой едем. Ты ведь и правда едешь домой. Да и вообще, если бы мы бесплатно хотели проехать – дело другое. А так – деньги заплатим, и вперед.

Тропинка вышла на мощеную камнем дорогу. По обе стороны от нее росли мощные пирамидальные кипарисы.

– Дорога в порт, – пояснил Фергус. – Вдоль нее растет триста кипарисов. А возле пирамиды – роща серебристых тополей. Некоторым из них больше тысячи лет. Они необхватны. Но мы эту рощу вряд ли увидим.

Мальчики вышли на поворот дороги и увидели огромные ворота, ведущие в пирамиду. Рядом с ними примостилась маленькая пирамидальная будочка. Фергус подошел к ней и протянул в окошко монетку.

– Два билета, пожалуйста, – коротко попросил он.

Из темного окна появилась сухая лапа, похожая на птичью, и схватила монету. Через несколько мгновений та же лапа протянула мальчику два папирусных листочка желтого цвета с надписью на неведомом языке.

– А ты боялся, – тряхнул рыжей головой Фергус. – Пойдем.

– Ты же не сказал, куда мы хотим попасть, – заметил Дима.

– Ему это и не надо, – ответил мальчик. – Мы входим внутрь, а выходим там, где нам нужно.

– Совсем как в нашем метро, – заметил Галкин.

Фергус открыл калитку в огромных воротах, и мальчики оказались в большом, прохладном и полутемном зале. В дальнем его конце топтались люди и не совсем люди. Два рыжих мужчины явно были соотечественниками Фергуса. Они разговаривали между собой. Еще один – высокий, черноволосый, в ярко-зеленом костюме и широкополой шляпе – не обращал ни на кого внимания. Еще три существа – два побольше, и одно поменьше – напоминали страусов. Только они были одеты в прозрачные накидки, и вместо крыльев у них были лапы. Да и головы, торчащие на длинных шеях, были гораздо больше страусиных, с огромными глазами.

– Это кто? – шепнул Дима.

– Наваки, – тихо ответил Фергус. – Это им принадлежит континент. Но тише. У них прекрасное зрение и отличный слух.

Мальчике подошли к группе существ и остановились. Как понял Галкин, они стояли на платформе и ждали поезда. Скоро действительно появился одинокий вагончик обтекаемой формы, украшенный золотом и драгоценными камнями. Что двигало этот вагон, было неясно.

Дверь вагончика плавно открылось, и кондуктор, принадлежащий к роду наваков, сделал приглашающий жест рукой.

– Коомуу, куудаа? – тонко пропел навак, когда все очутились внутри. Вагон мягко тронулся, набирая скорость. На одной из скамеечек Дима заметил человека в синем балахоне, закрывающем голову и лицо.

– Раджастан, – коротко бросил темноволосый. Он прошел в угол вагона и уселся на скамью лицом к стене.

– Изумрудная страна. Смарагдгард, – объявили соотечественники Фергуса.

Наваки прощебетали что-то по-птичьи.

– Аа ваам? – обратился к мальчикам кондуктор.

– Гималаи, – ответил Фергус.

Кондуктор кивнул, отошел к приборной доске в передней части вагона и начал поглаживать установленный на столе хрустальный шар.

– Слеедуующая останооовка – Кердараун, – объявил он. – Поосле – Гималаи.

Дима толкнул друга.

– Нам же нужно в Москву! – возмущенно прошептал он. – Как мы доберемся туда с Гималаев?

– Ножками, – ответил Фергус. – Во-первых, вагон главного штрека не развозит по субстанциям. И, во-вторых, этому наваку совсем не нужно знать, куда мы направляемся на самом деле.

– По каким субстанциям? – не понял Дима.

– Есть главные станции, как эта. А есть – субстанции. Между ними расстояния небольшие, вагон не ходит, – пояснил Фергус.

До Кердарауна добрались минут за пять. Там в вагон влез мощный йети, и Дима испуганно отвернулся. Он было испугался, что перед ним Ых. Но это был вовсе не он.

Еще пять минут – и вагон остановился.

– Гималаи, – пропел кондуктор.

Мальчики вышли и оказались в небольшой пещере, освещаемой светильниками, сделанными в форме факелов. Багровый свет отражался в прозрачных сталактитах, свисающих со свода, и растущим им навстречу сталагмитах.

В пещере, помимо уходящего вперед и назад бесконечного туннеля, было два выхода. Над одним бледно-зеленым светом горел круг, над другим – треугольник.

– И куда нам теперь? – спросил Дима.

– Ясное дело – туда, – указал Фергус на дверь под кругом. – Там, где треугольник – выход на поверхность. А круг – продолжение пути.

Мальчики открыли дверь и побрели по слабо освещенному туннелю. То и дело им приходилось проходить под светящимися арками – как объяснил Фергус, маговоротами. Сбоку в стене располагались двери. Над ними стояли непонятные светящиеся значки. Время от времени под значками можно было прочесть иностранные надписи. Похоже было, что именно здесь Ых когда-то тащил Диму. Но тогда мальчик, конечно, не успел рассмотреть коридор.

– Читай, – предложил Фергус. – Я не знаю, куда нам нужно сворачивать.

– Вот тебе и на! – воскликнул Дима. – Как читать? Я не разбираюсь в этих иероглифах!

– Выход в твою страну должен быть отмечен надписью на твоем языке, – объяснил Фергус.

Шли долго, одолели километра два. Галкин уже потерял всякую надежду, когда вдруг увидел над одной из дверей надпись:

"МОСКОВСКИЙ МЕТРОПОЛИТЕН".

Мальчик обрадовано схватил друга за руку, и они юркнули за дверь. Несколько шагов в полной темноте – и они выскочили в самом конце платформы, мимо которой с ревом несся электропоезд. Фергус проводил это чудо техники восхищенным взглядом. Когда поезд скрылся в туннеле, Дима прочел название станции: «Павелецкая». Место нужно было запомнить.

Галкин потащил друга к схеме метрополитена.

– Поедем на «Комсомольскую», – объявил он. – Там у «продвинутых» такая же станция.

– Где будем брать билет? – поинтересовался Фергус. – И за какие деньги? Нам ведь нужно сесть в поезд…

– Мы уже внутри. Тут билеты не проверяют и все бесплатно. Лишь бы зайти, – объявил Дима. Хоть раз он оказался опытнее, чем его друг.

Ребята вскочили в электропоезд и помчались на «Комсомольскую». До нее оказалось всего три остановки по кольцевой линии. Там мальчики начали оглядываться в поисках нужного вахтера, о котором когда-то говорил Надир.

Служителей в метрополитене, как назло, оказалось достаточно. И пожилая женщина, сидевшая у эскалатора, и дежурный, поджидающий поезд в конце платформы, и несколько человек в оранжевых жилетах, непонятно что делающих на платформах станции.

– К которому из них? – вслух спросил Галкин. – Как ты думаешь?

– А ты не знаешь? – удивился Фергус.

– Первый раз здесь.

– Тогда думай, – посоветовал рыжий мальчик. – Не все то стрела, что указывает…

Дима сразу понял, что Фергус цитирует высказывание из курса «Диалектики» и начал рассуждать. Люди, стоящие на платформе, скорее всего, не имеют к переправке «продвинутых» никакого отношения. Для того, чтобы обеспечивать постоянную связь, нужно все время сидеть на одном месте. Но где? В служебном помещении в конце платформы или прямо у эскалатора? Нужно найти указатель, который обязательно должен быть. Ведь каждый «продвинутый» когда-то попадает сюда впервые. А для обычных людей указатель должен быть незаметен.

Старушку, мирно сидевшую в будочке у эскалатора, трудно было заподозрить в том, что она – двойной агент. Но над головой бабули Галкин приметил плакат с кадром из сериала "Секретные материалы". Только вместо размытой летающей тарелки над головой героев картины реял боевой дисколет «Тайфун». В этом ошибки быть не могло. Случайность? Нет, тот самый указатель, о котором говорил Фергус. И увидеть его мог только тот, кто был знаком с техникой «продвинутых». Для других людей это был обычный плакат, который иллюстрировал художник-фантаст.

Ребята смело подошли к старушке.

– Мы – студенты авиационно-космической академии, – заявил Дима, протягивая черную расчетную карточку. – Нам нужно добраться обратно.

Старушка смерила ребят цепким взглядом и спросила:

– Обоим?

– Да. Два билета, – ответил Дима.

Бабуля выхватила у мальчика карточку, достала из кармана уже знакомый Диме аппарат, провела им по кредитке, снимая деньги за проезд, и объявила:

– Зайдете в следующую за служебным помещением дверь. Быстро – она будет открыта только минуту. Вагон ждет.

Ребята побежали по платформе, расталкивая людей. Рванули неприметную дверь, за которой, казалось, хранятся метлы и ведра. Выскочили в длинный туннель. Дима захлопнул дверь за собой.

– Теперь, наверное, можно не спешить, – заметил он.

– А, по-моему, наоборот – пока нас не вычислили, нужно торопиться.

Галкин не мог не согласиться с другом.

Через несколько минут ребята вышли к узкоколейке, на которой стояло несколько не сцепленных между собой вагонов округлой формы. Они сели в первый справа вагон. Внутри – ни кондуктора, ни машиниста. На тайном перроне вообще не было людей.

– Когда отправление? – поинтересовался Фергус.

– Сейчас разберемся, – заверил его Дима. Он приметил на стенке вагона кнопку «ХОД» и нажал на нее.

Двери плавно и мягко закрылись. Вагончик, набирая скорость, понесся в темноту узкого туннеля.

Ехали долго – минут сорок. Пару раз проносились мимо освещенных станций, но вагон на них не останавливался, а мчался, не сбавляя скорости. Наконец, движение затормозилось и вагон выкатился под куполообразный свод большой станции. По перрону задумчиво прохаживался охранник в камуфляже, вооруженный лучеметом.

– Не теряйся, – шепнул Дима Фергусу, хотя у него самого душа ушла в пятки.

– Ребятки, – удовлетворенно проворчал охранник, подходя к вагончику. – Документики.

За спиной верзилы сияла арка прохода с надписью над ней – "Выход к министерству". Но, чтобы пробраться наружу, нужно было избавиться от приставаний стража. Может быть, этот урод вообще оказался здесь случайно, но он был вооружен, и спрятаться от него было негде.

– Мы студенты, – заявил Дима.

– Понимаю, что не космические пилоты, – ухмыльнулся охранник. – Документы все равно показывайте. В город шляться все умеют – а перед деканом отчитаться за прогулы боязно…

– Вот мой студенческий, – объявил Галкин, показывая карточку.

– Студенческий – это хорошо. А у друга твоего студенческий есть? Если нет – прямая дорога в деканат.

Дима хорошо понимал, чего хочет охранник. Сунуть ему в ладонь платиновый укс – и все вопросы сразу исчезли бы. Но монеток у него не было, а карточкой с вымогателем не расплатишься.

Фергус шепнул Диме:

– Не каждый силен, кто грозен.

Потом он внимательно посмотрел в глаза охранника и заявил:

– Меня здесь нет, страж. Перед тобой только Дима Галкин с документами. Почему ты его задерживаешь? У него есть документы, а меня здесь нет. Поэтому отойди в сторону и займись своими делами. Ведь студент с документами не вызывает подозрений, а кроме него здесь больше никого нет.

– Действительно, – тупо кивнул охранник. – Проходи, мальчик. Не задерживай вагон.

Ребята быстрым шагом поднялись по лестнице и выбежали на улицу.

– Ну, ты даешь! – восхищенно прошептал Дима. – Ты его загипнотизировал?

– Почти, – выдохнул Фергус, вытирая пот со лба. – Использовал диалектику, внушение и сместился из его уровня сознания.

– И ты с каждым так можешь?

– Нет, не с каждым, конечно. Только с самыми тупыми и закостеневшими. Мы на животных практиковались в третьем классе. Навыки самообороны. А с людьми, вообще-то, только опытные маги могут работать. Я даже сам не верю, что получилось.

Ребята вышли под неожиданно-хмурое осеннее небо. Дима уже привык к вечному лету Рен-Редина, а Фергус, на которого давила незнакомая обстановка, тяжелая магическая аура места и плохая погода, сжался и спрятал голову в плечи. Прямо перед мальчиками возвышалось здание министерства авиации и космонавтики.

Редкие прохожие спешили по своим делам в плащах и теплых куртках. Некоторые держали в руках сложенные зонты. На площадке неподалеку от министерства застыли покрытые водяной пылью дисколеты. Мальчики поспешили к общежитию. Дима надеялся встретить там Надира и расспросить его о положении дел.

– Никогда не думал, что так скоро окажусь в сердце одной из главных цитаделей наших противников, – бросил на ходу Фергус.

Диме это высказывание не слишком понравилось. При всей его нелюбви к «продвинутым» они были людьми. Их база находилась неподалеку от Москвы. И он сам привел сюда лазутчиков – «махальцев». Может быть, те только и ждут часа, чтобы захватить Землю?

– Откуда у меня появились такие мысли? – подумал Галкин. – Ведь все маги, которых я видел, были добрыми и хорошими людьми. А «продвинутые» только и искали, как напакостить ближним. Только Дермидонтов был лучше других. Не иначе, меня тоже подвергали какой-то гипнотической обработке, заставляя ненавидеть "махальцев"…

Ребята бегом преодолели сосновую рощу и влетели под крышу общежития. Здесь было тихо. Занятия уже закончились, но ребята сидели по комнатам – а, может быть, и в общем зале.

Подав Фергусу знак следовать за ним, Дима взбежал по лестнице на второй этаж и направился к своей комнате. К счастью, ни коменданта, ни вахтеров видно не было. Ключ от комнаты лежал у Димы в кармане – вместе со студенческим билетом и расчетной карточкой.

Вот и знакомая дверь с цифрами 312. Единица немного покосилась, коричневая дверь закрыта.

Дима достал ключ, повернул его в замке и распахнул дверь. Взору его представилось удивительное зрелище. На кровати рядом со столиком сидел Носиков в черном костюме-тройке и прямо из банки большой ложкой лопал варенье Димы! Увидев Галкина и его спутника, он испуганно вскочил и вытащил из кармана серебристый брелок в форме груши.

В первое мгновение, увидев знакомое лицо, Дима расслабился и даже обрадовался. Но почти сразу же нелепость происходящего заставила его соображать быстрее. Откуда здесь мог взяться Носиков? Почему он в костюме? Почему он пожирает Димино варенье, будто бы так и надо? Что это за брелок, за который он схватился, как за спасательный круг?

А брелок Галкин неожиданно вспомнил. Когда он на один день вернулся в школу, Андрей играл этим брелком. И для чего-то нажимал на кнопку. Похожий брелок был у Димы – для вызова такси. Логично предположить, что этот брелок тоже служил для вызова – только вот кого? Именно после встречи с Носиковым в Диму стреляли на улице…

– Не всякий друг, кто так себя называет. Он хочет тебя предать, – быстро сообщил Фергус, вглядевшись в лицо Носикова.

– Я понял, – проворчал Дима. – Стой, гад. Нажмешь кнопку – убьем.

Носиков побледнел и замер. Похоже было, что Фергус на расстоянии помог Диме обездвижить Носикова – Андрей стал каким-то вялым. Галкин подбежал к бывшему однокласснику и вырвал брелок у него из рук.

– Куда звонить собрался? – спросил он.

– Никуда, – прошептал начавший приходить в себя Андрей. – Какие звонки? Ты что здесь делаешь?

– Нет, это ты что здесь делаешь?

– Меня зачислили на освободившееся место, – тихо ответил Носиков. – Ты исчез, вакансия освободилась. Разве это преступление, что я поступил сюда? За что же меня убивать?

Дима заметил на кровати рядом с Андреем несколько платиновых монеток. Носиков не ожидал, что кто-то может зайти, и приятно проводил время: ел варенье, считал деньги. Почему-то это убедило Диму в том, что Андрей находится здесь на законных основаниях.

– Так для чего тебе нужен брелок? – спросил Галкин. – Отвечай!

– Просто игрушка. Да и кнопка – никакая не кнопка. Попробуй, нажми ее сам. Она не нажимается!

Дима уже собирался попробовать, когда Фергус схватил его за руку:

– Не нажимай! Не всякая ловушка тщательно скрыта!

Галкин уставился на Носикова.

– Обмануть хотел? Сейчас я тебе покажу, как предавать товарищей!

– Не надо. Он и сам умеет, – попытался предостеречь друга Фергус.

Рассерженный Дима двинулся к Андрею с намерением съездить ему по носу или по уху. Фергус остановил товарища.

– Его нужно воспитывать по-другому!

– Как его воспитаешь? – проворчал Дима. – Он предаст нас при первом удобном случае…

– А мы возьмем с него обещание, что не предаст, – предложил Фергус.

– Да, да, – слишком поспешно закивал Андрей. – Я обещаю…

Галкин поморщился.

– Не верю я ему ни капли… Вот проводом от лампы его связать – гораздо надежнее будет.

– Не каждый, кто обещает, не соврет, – заявил Фергус.

– Не надо меня проводом, – испугался Носиков. – Он жесткий. От него через полчаса кровообращение нарушается, руки-ноги отнимаются.

– Действительно, проводом – как-то чересчур, – побледнел Фергус. Он был готов к приключениям, но такая жестокость отношений на Земле была слишком неожиданной.

– Ладно, – вздохнул Дима. – Отберем у него ключ и запрем снаружи. В окно он вылезти побоится.

Дима спрятал брелок Носикова в карман, забрал у него ключ и приказал:

– Сиди смирно! А не то мы тебя!

– Да что вы мне сделаете? – проворчал Андрей.

– Лучше тебе этого не знать, – хмуро заявил Фергус. Носиков очень не понравился ему тем, что с легкостью был готов нарушить свое обещание.

Во взгляде рыжего товарища Галкина Андрею померещилось что-то такое, что он заскулил и едва не залез под кровать. Мальчишки тем временем захлопнули дверь и отправились дальше. Угроза предательства Носикова заставляла их действовать быстрее.