ПОЛЕТ ЗА ОДИНОКОЙ ЗВЕЗДОЙ.

Пурпурный диск Солнца утонул за горизонтом, но его лучи все еще золотили неподвижные верхушки деревьев. В прозрачном небе плавало одинокое медно-красное облачко. Гари Джонс вышел на крыльцо офицерской столовой и, оглядев все это великолепие, мрачно сказал:

– Ну и погодка…

– Хуже не придумаешь, – подтвердил стоявший рядом с ним Фрэнк, – быть полетам.

Закончив ужин, остальные летчики тоже вышли на улицу. Все, подобно Гарри и Фрэнку, смотрели на небо и покачивали головой. Кто-то попытался пошутить, но его никто не поддержал. Все подавленно молчали. Наконец высокий молодой пилот с нашивками капитана тихо сказал:

– Так. Кто же следующий?

Видимо, этот вопрос волновал каждого, потому что все посмотрели друг на друга, словно пытались угадать, для кого из них наступающая ночь окажется последней.

– Во всяком случае, не я, – беззаботно сказал Фрэнк. – Еще до того как я появился на свет, одна гадалка предсказала моей матери, что ее ребенок будет красавчиком и доживет до глубокой старости. Как видите, первая часть исполнилась, значит, должна исполниться и вторая. Нет, воздушная катастрофа – это не для меня.

Все промолчали. Потом кто-то сказал:

– Послушай, Джордж, одолжи мне на сегодня свой амулет.

Двадцатое августа в нашей семье всегда было несчастливым днем.

Капитан покачал головой.

– Рад бы, Бэн, но я дал обет с ним не расставаться.

Бэн вздохнул:

– Эх, нехорошо у меня что-то на душе…

– Ну вот что, ребята, хватит, – сказал Гарри Джонс. Он был среди летчиков старшим по званию. – Все равно этим делу не поможешь. Через два часа полеты. Пошли…

Летчики понуро потянулись к разбросанным в зелени маленьким домикам. Бэн и Фрэнк спустились с крыльца последними.

– А все-таки, что ни говори, – сказал Фрэнк, – дело тут нечистое… Одним словом, не без этого… – Он неопределенно ткнул пальцем куда-то в небо.

Шла вторая мировая война. Месяц назад небольшой отряд американских летчиков прибыл на этот уединенный аэродром, чтобы освоить ночные полеты. Всего один месяц, а за это время отряд уменьшился наполовину. На опушке леса появилось несколько свежих могил.

В отряд были отобраны опытные пилоты, хорошо знающие свое дело. Но, несмотря на это, не проходило буквально ночи, чтобы одна-две машины не. терпели аварии. И всегда одним и тем же образом: при возвращении с задания, уже приближаясь к аэродрому, они на всем ходу врезались в землю.

Кругом равнина, на подходе к взлетно-посадочной полосе совершенно пустынная местность: ни деревца, ни кустика, только два небольших холмика высотою всего в несколько метров. Ничтожные возвышенности, которые не могли служить препятствием даже автомашине, не то что самолету. Казалось бы, идеальные условия для тренировочных полетов. Но по какой-то необъяснимой причине едва заметные холмики притягивали к себе самолеты словно магнитом. И, пожалуй, самое удивительное заключалось в том, что даже тщательное обследование разбившихся самолетов, не могло обнаружить и малейших технических неполадок, которые могли бы послужить причиной аварии. Все без исключения машины в момент катастрофы были абсолютно исправными.

Это казалось загадочным, даже таинственным и пугало больше всего. Над людьми нависла опасность – непонятная и потому особенно грозная… В отряде было немало пилотов, успевших принять участие в боях в Европе и Азии. Многие имели на своем счету по нескольку сбитых фашистских самолетов. Словом, летчики отряда отнюдь не были новичками в авиации, и они не раз смотрели смерти в лицо. Но здесь их подстерегал необычный враг.

По вечерам перед полетами людей охватывал страх – чья очередь сегодня? Конечно, воздушное сражение с противником тоже сопряжено с опасностью для жизни: ни один даже самый опытный летчик не может поручиться, что бой окончится для него благополучно. Но бой есть бой. К тому же его исход во многом зависит от мастерства летчика, его мужества, находчивости, отваги. В воздушном бою летчик сам является хозяином своей жизни. Он встречает врага лицом к лицу и сражается с ним. А как бороться с опасностью, которую даже не знаешь? И, наконец, одно дело смерть в бою, и совсем другое – бессмысленная и бесславная гибель во время учебного полета на совершенно исправной машине.

Поползли слухи и предположения, одно нелепее другого. Но слишком необычным и грозным было создавшееся положение, и поэтому самые нелепые объяснения казались наиболее правдоподобными…

Стемнело. В чистом небе зажглись звезды, рассеяв последнюю надежду на отмену полетов. Луна еще не взошла, и ночь была темной.

Одна за другой стремительные машины с ревом проносились вдоль взлетной полосы и исчезали в темноте. Вскоре все пилоты были в воздухе. Начальник отряда, престарелый полковник Кеннет, тревожно поглядывал на часы, хотя до возвращения первой машины оставалось еще не менее пятнадцати минут. В стороне группой собрались механики. Они с особой тщательностью готовили машины к полетам и сейчас молча переживали. Наконец прозвучал голос радиста:

– Одиннадцатый задание выполнил. Просит посадку.

– Пусть садится, – отозвался полковник.

Через минуту послышался нарастающий рев мотора. Черная тень скользнула над посадочной полосой, коснулась земли, постепенно замедлила движение и, развернувшись, отползла в сторону. Красные отблески посадочных огней играли на крыльях самолета. К машине бросились механики. Пилот откинул колпак, с трудом выбрался из самолета и спрыгнул на землю. Это был Бэн, тот самый летчик, который просил у капитана Джорджа спасительный амулет. Бэн стащил с себя шлем, вытер рукавом комбинезона вспотевший лоб и в изнеможении опустился на траву.

Снова рев. Снова черный стремительный силуэт… К стоянке подрулила вторая машина. Затем третья.

– Семнадцатый просит! – крикнул радист.

Снова в отдалении возник знакомый гул, но тотчас же оборвался. Все переглянулись. Семнадцатым был Фрэнк.

В наступившей тишине стало отчетливо слышно жужжание движка аэродромной электростанции.

Мелькнул яркий свет фар. В темноту умчалась санитарная машина. Все продолжали молча прислушиваться. Но того звука, который они так хотели услышать, – гудения приближающегося самолета – не было. И все-таки все ждали, хотя понимали, что семнадцатый уже не вернется.

– Пятый просит, – нарушил тишину радист.

– Пусть подождет, – тихо сказал Кеннет и добавил: – Это Джонс…

Радист склонился над рацией.

– Пятый передает, что ждать бесполезно. Он сам видел, как машина воткнулась в землю.

Полковник безнадежно махнул рукой.

Самолет еще не сошел с полосы, а Гарри Джонс уже высунулся из кабины.

– Кто? – закричал он. – Кто это?

Ему но ответили. Отрулив на стоянку, Гарри выскочил из машины и подбежал к Кеннету.

– Фрэнк? – спросил он глухо.

Полковник молча кивнул.

Самолеты продолжали возвращаться. Приземлившиеся летчики окружили Кеняета и Джонса. Все стояли молча, опустив головы, как на похоронах. Полковник заглянул в свой блокнот и сказал, ни к кому не обращаясь:

– Осталось двое – четвертый и четырнадцатый.

– Четырнадцатый на посадке…

Еще одна машина вырвалась из темноты и присоединилась к самолетам, отдыхавшим на стоянке.

– Теперь Джордж, – сказал кто-то.

И голос радиста:

– Четвертый…

И знакомый гул… И отдаленный взрыв.

– Джордж… – пронеслось тяжелым вздохом.

Летчики заволновались.

– Двое за ночь.

– Вот и амулет…

– Проклятое место.

– Все тут останемся.

Наутро из министерства прибыла авторитетная комиссия. Эксперты долго копались в обломках самолетов, но и на этот раз ничего не обнаружили. Заключение гласило: «Аварии произошли по вине пилота». Узнав об этом, летчики зашумели. К полковнику Кеннету явилась целая делегация во главе с Гарри Джонсом.

– Вот что, полковник, – объявил Гарри, – нам все ясно: место здесь дурное, проклятое место. Его охраняет нечистая сила… Одним словом, летать с этого аэродрома мы отказываемся.

Полковник растерялся:

– Что вы говорите, майор! – вскричал он. – Какая ерунда! От кого другого, а от вас я этого не ожидал. Неужели вы верите в эти бабьи сказки?

Джонс пожал плечами:

– Раньше и я над этим смеялся, а теперь нам не до смеха. В чем причина катастроф? Почему разбиваются машина за машиной? Вы можете ответить нам на это?

– Но Устав, в конце концов…

– В Уставе такое не предусмотрено, – перебил Гарри. – Это особый случай.

– Значит, забастовка? – устало спросил Кеннет.

– Да, забастовка. Или называйте это как хотите, – твердо сказал майор Джонс.

Ночью полковник Кеннет вылетел в Вашингтон. Через несколько дней он возвратился. Вместе с ним прибыла новая комиссия. Однако на этот раз она состояла не из специалистов по авиационной технике, а из… врачей. Раскрытие мрачной тайны было поручено пяти крупнейшим психологам Америки.

Новые эксперты рассуждали так: ни в одном из самолетов, потерпевших аварию, никаких неисправностей обнаружено не было. Это не простая случайность. Значит, разгадку причины таинственных катастроф надо искать в чем-то другом. Конечно, ученые без колебаний отбросили и предположение о возможности вмешательства сверхъестественных сил. Они единодушие решили, что ответы на все вопросы следует искать в особенностях человеческого организма…

Случалось ли вам когда-нибудь присматриваться к одинокой звезде, которая светится в разрыве облаков? Вспомните, не казалось ли вам при этом, что звезда движется? Если вы наблюдали это явление, значит, вы были жертвой особого обмана зрения, так называемой иллюзии.

Возьмите большой чистый лист белой бумаги и нанесите на него черную точку. Затем возьмите кусок черной бумаги и проделайте в нем маленькое отверстие. Взгляните через это отверстие на белый лист так, чтобы видеть только черную точку и ничего другого. Вам тотчас же покажется, что точка… движется.

Оказывается, подобная иллюзия возникает всякий раз, когда в поле зрения нашего глаза попадает какая-нибудь одинокая точка – например, звезда.

Особенно часто жертвой подобного оптического обмана становятся летчики. Например, при групповом полете пилоту ведомого самолета иногда кажется, что он продолжает следовать за ведущим, ориентируясь по бортовому огню его самолета. В действительности же ведомый, отстав от ведущего, летит за звездой, которая кажется ему огнем, перемещающимся в пространстве.

Известны случаи, когда в результате подобной ошибки самолеты отклонялись на тысячи километров от курса. Летчики даже придумали для этой иллюзии специальное название: «Полет за одинокой звездой».

Вообще иллюзии могут быть самыми разнообразными, но все они приводят к тому, что у человека создается неправильное впечатление об окружающей обстановке. С простейшей иллюзией мы встречаемся, например, тогда, когда стоим у окна быстро идущего поезда и смотрим на окружающую местность. В какой-то момент возникает ощущение, что поезд неподвижен, а все местные предметы проносятся мимо нас. Или, например, па железнодорожной станции, когда соседний состав трогается с места, нам кажется, что движется тот поезд, в котором находимся мы сами, но только в обратном направлении. Эта иллюзия особенно убедительна в тех случаях, когда, кроме соседнего состава, за окном вагона не видно других предметов. Ученым известно в настоящее время почти около сотни всевозможных «летных» иллюзий. С ними связано немало авиационных катастроф. Одна из таких иллюзий заключается, например, в том, что, когда два самолета движутся навстречу друг другу, при некоторой определенной скорости сближения наступает момент, когда летчик теряет верное, ощущение расстояния между машинами. Приближающийся самолет кажется дальше, чем он находится на самом деле. Эта иллюзия особенно опасна на автомобильных дорогах. Она может привести к тому, что при обгоне впереди идущей машины шофер, неправильно измерив на глаз расстояние до встречного транспорта, может столкнуться с ним.

С любопытной иллюзией встречаются полярные летчики. Те, кому приходилось летать в Арктике, рассказывают, что, когда ночью на небе вспыхивает полярное сияние, возникает иллюзия полной остановки самолета. Пилоты, испытавшие эту иллюзию, говорят, что в такие моменты возникает чрезвычайно неприятное ощущение: ревут моторы, самолет дрожит от напряжения и в то же время стоит на месте.

Видимо, подобная иллюзия объясняется тем, что над просторами Арктики летчик не имеет заметных земных ориентиров – во всех направлениях простирается однообразная снежная равнина. И когда летчик смотрит на снежную равнину, освещенную сполохами полярного сияния, ему кажется, что самолет неподвижен.

Иллюзия «блуждающего огня» и оказалась той таинственной силой, которая «охраняла» американский аэродром. Комиссии экспертов-психиатров в конце концов удалось выяснить, что в момент, когда самолет, подходя к аэродрому, пролетал между двумя небольшими возвышенностями, огни посадочной полосы были видны летчику как раз в промежутке между ними. Как было установлено, при заходе на посадку в какой-то момент одна из возвышенностей перекрывала все огни, кроме одного. Но этот огонь сейчас же начинал «двигаться», а летчик, принимая перемещение огня за результат отклонения от курса, «исправлял» движение самолета и… врезался в холм.

В настоящее время ученые выяснили и физиологическую причину иллюзии «движущейся точки». Оказывается, глаз человека непрерывно вибрирует, колеблется. Он совершает до 130 вибраций каждую минуту. И поэтому в тех случаях, когда мы сосредоточиваем наш взгляд на отдельной точке, нам начинает казаться, что она смещается.

Так были развеяны мистические представления о таинственной силе, будто бы охранявшей американский аэродром. Легенда, готовая родиться, так и не родилась. Не родилась потому, что было найдено научное объяснение непонятного факта.

А если бы такого объяснения не последовало? Тогда, вероятно, еще долгое время среди американских летчиков жила бы, обрастая несуществующими дополнительными подробностями, «абсолютно правдивая» история о «проклятом» аэродроме и нечистой силе, сгубившей множество человеческих жизней.