Глава 1-я. Начинаем с начала.

При создании повестей писателя обязывают три принципа. К сожалению, никто не знает, какие. Сомерсет Моэм.

До того, как мы начнем пытаться написать повесть, надо задать себе несколько вопросов. Начнем с такого: почему нам нравится читать криминально-сенсационную литературу?

Скорее всего, ответ будет таким: эти книги рассказывают увлекательные интригующие истории, и они легко читаются. Если повести других жанров могут обладать некоторыми, — или всеми, — этими признаками, то детективный жанр гарантирует их присутствие.

Но как описать интересующий нас вид литературы? Боюсь, точного определения нет, хотя чуть позже я предложу более подробное описание его характеристик. Пока же примем только, что криминал, — как детективная повесть, так и другие варианты, — это повесть, центральным мотивом которой является преступление, а сенсационная повесть может содержать мотив преступления, но не обязана это делать.

Если ты скажешь, что не читаешь такую литературу, либо ее не любишь, должна тебя честно предупредить, что написать хорошее произведение в этом литературном жанре тебе будет очень трудно. Люди обычно полагают, что если книгу легко читать, то ее было и писать легко — ах, если бы это было так! Поэтому не будем обольщаться, и воображать, что детективная повесть — это легкая литература, потому что есть правила, которыми надо пользоваться, работая над ней. Либо наоборот — детективную повесть легко писать, потому что правил таких нет. В реальности, автор криминально-сенсационной литературы творит, как обычный писатель, а дополнительно должен еще заботиться, чтобы результат получился увлекательным, и легко читаемым.

ЧТЕНИЕ ХОРОШИХ КНИГ.

Лучший способ ориентироваться в каком-либо виде литературы — прочесть ее хорошие образцы. Можно записаться на курсы писательского мастерства, и даже их закончить, можно читать книги-руководства, посвященные способам писательства, но это лишь полусредства. В то же время чтение популярных авторов, корифеев того или иного вида литературы, — вещь совершенно необходимая. Поэтому в конце каждой главы я привожу список книг, которые считаю обязательными для чтения, чтобы знать этот жанр.

Увлекательные книги словно бы читаются сами. Первый раз их можно пробежать взглядом, но потом следует вернуться в начало, и неторопливо прочесть еще раз, обращая внимание на то, как они написаны. Как разные авторы соединяют различные сцены, как вводят героев, изменяют настроение, усиливают наш интерес, и не позволяют отложить книгу в сторону. Таким образом мы подсмотрим их техники, и попробуем чему-то у них научиться.

Читая и сравнивая работы разных писателей, мы начинаем понимать их сильные и слабые стороны. Каждому автору прекрасно удаются только некоторые вещи, а другие получаются хуже. В идеальном мире требовательный редактор заставил бы внести исправления и изменения, чтобы появилась идеальная книга. В нашем же мире сделать это не позволяет время, потому что считается, что творцы популярной сенсационной литературы должны выпускать из-под пера равномерный поток книжек.

Интересно, что писатель, который замечательно строит фабулу и умело создает атмосферу, иногда бывает поразительно неуклюж с точки зрения языка. Он использует слишком много прилагательных и определений там, где хватило бы одного правильно использованного слова. Другой же, используя элегантный язык, может нас оттолкнуть малоправдоподобным развитием событий. Еще один, прекрасно управляясь с изложением событий, слишком неясно, на наш взгляд, представляет героев. Понятно, что наше мнение субъективно, и когда мы жалуемся, другой читатель может восхищаться совершенством той же самой книги. Все это, однако, позволяет нам понять, чего можно достичь в этом виде литературы, и каких ошибок следует избегать при создании наших собственных книг.

ЗАЧЕМ ЗАНИМАТЬСЯ ПРЕСТУПЛЕНИЕМ?

Спрашивал ли ты себя: почему тебе хочется попробовать силы в этом литературном жанре? Есть ли у тебя придуманная история, концентрируется ли она вокруг какой-то интересной загадки? Есть ли у тебя герой, который может стать детективом? Есть ли у тебя профессиональный опыт — например, ты адвокат, работаешь в полиции, — который можно использовать? Это серьезные облегчения, и каждый из них может оказаться подходящей страховой опорой.

Повесть — это способ представить идею. Автор использует сюжет, чтобы рассказать о мире, в котором мы живем. Развивая сюжет, он показывает отношения между людьми. Обычно повесть возникает потому, что автору надо поделиться своими взглядами с читателем. Не существует ограничений в затрагиваемых темах, можно использовать весь объем человеческого опыта. Криминально-сенсационную литературу отличает лишь то, что она содержит мотив преступления, или представляет героев, находящихся в особенно напряженных, драматических ситуациях. Этот жанр идеально подходит для того, чтобы говорить о моральных проблемах. Так как мы живем в обществе, в котором страх перед преступностью больше, чем сама преступность (*речь идет об Англии. Прим. пер.*), повести, которые обыгрывают этот мотив, пользуются большой популярностью.

Преступники, как люди активные, и обычно неглупые, представляют собой хороший материал на литературных персонажей. Чтобы совершить преступление, им надо проявить инициативу, интеллект и смелость в исполнении своих планов. Их моральная ошибка заключается в том, что они неспособны оценить свое безумие, в убеждении, что их поймали только потому, что не повезло, а дерзость проявляется в том, что они опять совершают преступление, и становятся рецидивистами. Но независимо от того, концентрируется ли сюжет на преступниках, или их жертвах, преступление для нас является плодородной почвой для работы.

ФАНТАЗИРОВАНИЕ.

Быть писателем — значит видеть жизнь несколько иначе, чем обычные люди. Знакомые могут разговаривать о каком-то событии обыденно и просто, но твое воображение должно его оживить. Книги получаются из вопросов, а одним из самых творческих является вопрос: «Что было бы, если…». Спрашивая это, ты освобождаешь свое воображение. Этот вопрос надо задавать, планируя свою повесть, а потом еще раз, и еще, развивая сюжет на бумаге. Повесть никогда не появляется в голове полностью законченной, обычно она является суммой ответов на многие вопросы.

Предположим, что выходя из бара с приятелями, мы видим пару людей, которые скандалят у запаркованной машины. Мужчина вырывает у женщины ключи, уезжает, бросив ее на стоянке. Твоих знакомых эта сцена заинтересует в основном на уровне фактов. Может, они только немного преувеличат, рассказывая, что услышали во время скандала, но в целом опишут событие достаточно верно. То, что они видели и слышали, позволит им решить, что мужчина вел себя отвратительно, либо женщина получила то, на что заслужила. Тем временем писатель, который сидит в тебе, развлекается от души.

А если бы, — думаешь ты, — ребенок этой пары (они ведь могут иметь ребенка), остался в кресле на заднем сидении машины? Мужчина не был похож на заботливую няньку, а у женщины не было с собой сумочки, вероятно, она оставила ее в машине. Как она справится без сумочки? До этого момента мы думали, что эти люди — семья. А если нет? Если это был обычный угон машины? А может, ограбление?

История укладывается в единое целое, как стеклышки в калейдоскопе. Могло быть так: мужчина втерся в доверие женщине, а когда она его отвозила (отдельный вопрос — куда?), достал нож, и заставил ее поехать за город. Увидев стоянку возле паба, женщина резко свернула, и попробовала убежать. Но убежал он, да еще с ее машиной.

Минутку. Ведь женщина не побежала в бар, умоляя вызвать полицию, она пошла туда спокойно, и, как нам припоминается, даже неторопливо. А ведь жертва преступления должна быть в шоке. Она не была. Может, мы это неправильно все представили? А если бы это женщина ему навязывалась, и заставляла сделать то, чего он сделать не мог, или не хотел? А если бы…

ТАК ЛИ ВАЖНА ОРИГИНАЛЬНОСТЬ?

Последняя версия, в которой оказались перевернуты с ног на голову вероятные отношения двух главных героев, более оригинальна, и поэтому она более интересна чем та, что первой пришла в голову. Она могла бы послужить основой повести. Так как именно я ее придумала, не думаю, что кто-то использовал ее раньше. В любом случае, меня это не остановило бы от превращения ее в повесть, потому что когда уже будет определена фабула и конец, когда персонажи обретут соответствующий фон и мотивацию, и я определю тему, — например, преследование, — повесть будет написана в моем, индивидуальном, трудном для подделки стиле, и этим будет отличаться от книг других писателей.

Студенты говорят мне, что боятся начать писать, потому что представляют, будто них требуется абсолютная оригинальность, и считают, что в области рассматриваемого нами жанра, оригинальности добиться труднее всего. Однако каждый, кто ожидает оригинальности, будет ждать очень долго, а кроме того, полная оригинальность не так уж важна, потому что неужели после страданий Ромео и Джульетты не может больше быть несчастливых любовников?

Поэтому, если ты поймаешь себя на том, что воображение подсовывает тебе историю, основанную на событиях, подобных тем, что произошли на парковке, либо концентрируется вокруг какого-то необычного человека, либо фрагмента подслушанного разговора, либо статьи из газеты, — заметь, что истории эти могут быть зародышами повести. Запиши их все, как можно скорее, и те, что понравились, и те, которые отбросил. Когда ты будешь их записывать, вероятно, появятся дополнительные идеи. Позже это все надо просеять, разложить и обдумать заново, помня, что незаписанные идеи любят забываться.

Не думаю, что стоит вытаскивать блокнот при знакомых, и афишировать свою странность, но давайте использовать первую попавшуюся возможность, пока идеи еще свежие. Живое воображение позволяет замечательно развлекаться, но чтобы СТАТЬ писателем, необходимо умение вести записки. В противном случае наше фантазирование будет только обычным сном наяву.

В это же самое время наши знакомые, не обладающие столь буйным воображением, разговаривают о растущих ценах на пиво, и о том, как хорошо было в барах раньше, потому, что можно было сидеть, и спокойно разговаривать о растущих ценах, вместо того, чтобы перекрикивать современный шум: музыку из динамиков, телевизор, игровые автоматы и пр.

ИСТОЧНИКИ ВДОХНОВЕНИЯ.

Люди часто спрашиваю писателей: откуда вы берете свои идеи? Они обижаются, когда слышат в ответ, что идеи приходят отовсюду, и в любое время. Они чувствуют себя обиженными, потому что не имеют такого опыта, и не могут понять, как писатель видит мир. Впрочем, иногда люди заявляют, что какой-то человек или событие «должны быть описаны в книжке», а так как сами этого сделать не могут, предлагают тему знакомому писателю. Я не помню, чтобы какое-то из этих предложений хоть в минимальной степени оказалось для меня полезным. На мое воображение действуют иные вещи, чем на их, и, вероятно, иные, чем на твое, читатель.

Поэтому я прекрасно понимаю, что мой пример с парковкой мог тебя просто разозлить, потому что ничем не напоминает историю, в написании которой я должна тебе помочь. Хорошо, время заняться тем, что ты имеешь в виду.

ТВОЙ НАЧАЛЬНЫЙ ПУНКТ.

Если ты уже провел массу времени, обдумывая идеи для повести, создавая сюжет и представляя ее героев, тогда, вероятно, у тебя подготовлена только часть истории, и один, может, два главных героя. Может быть, даже еще меньше. Возможно, ты расположил действие в каком-то месте или среде, и обдумал только одну сцену, ничего больше. Не волнуйся — ты в хорошей компании. П.Д.Джеймс относится к тем писателям, кто убедился, что повести в основном берутся из желания использовать в рассказываемой истории какое-то особенное место. В ее книгах важную роль играют здания: например, ранневикторианский дом, перенесенный на другую сторону Лондона для нужд «Интриг и желаний». Известно так же, что первым зародышем «Французской любовницы» Джона Фоулса был рисунок укрытой плащом фигуры, смотрящей в море, который он нашел в Lime Regis. Такие моменты для писателя ценятся на вес золота. Каким бы ни был твой начальный пункт, с него мы и начнем.

Нужен будет, как я уже вспоминала, карманный блокнот, чтобы записывать идеи, которые приходят в голову, пачка чистых листов бумаги, так называемых фишек, которые можно соединить вместе, либо удобный блок, из которого можно вырывать страницы. Спасением является бумажная папка для свободных листов, или удобная коробка. В ней помещается не только наш манускрипт, но и журналы, книги, фотографии, которые являются вспомогательным материалом. Кроме карандашей, которыми мы пишем, вероятно, с синим или черным вкладышем, хорошо еще иметь отличающийся цвет, например, красный или зеленый, чтобы отмечать им определенные фрагменты. В пятой главе мы вернемся к разговору о снаряжении, а пока нам нужно только самое необходимое оборудование.

ЗАПИСЫВАНИЕ.

Написание повести — это искусство сдерживания идей. Плоды нашего воображения легче оценить, когда они будут запечатлены на бумаге, поэтому давайте начнем с того, что мы знаем о нашей будущей повести. Если мы уже придумали сюжет, целиком, или хотя бы малую часть, давайте попробуем выразить его в одном абзаце. Так как это лишь наброски, он должен только раскрыть фабулу, и не обязан быть записан прекрасным языком. Зато обязан быть кратким, в несколько строк.

Вот как я сократила историю, которая стала основой моей второй сенсационной повести «Threatening Eye»:

Три нити загадочной истории: 1. Человек А: порножурналы, судимый, подозрительное поведение, собачьи бои. 2. Человек Б: скрывается от полиции. 3. Человек В: приятель, который подозревает А в убийстве. Поместить в графстве Хертфордшир. Собачьи бои могут проводиться в черном деревянном сарае.

Это было ядро повести. Ее вдохновением послужило реальное полицейское расследование, связанное с серийным насильником. Дважды допрашивали известного мне человека. Я узнала, что он сидел в тюрьме за убийство, и вел двойную жизнь: был редактором уважаемого журнала, и «очаровательным» фотографом, который охотился на девочек-подростков. С помощью вопросов «что бы было, если бы…» я превратила изнасилование в убийство, а остальное было уже чистым вымыслом, кроме важных для фигуры моего персонажа собачьих боев и топографических и социальных подробностей, связанных с типичной деревушкой графства Хертфордшир.

ФАКТ И ФИКЦИЯ.

Можно использовать реальные события и людей, как материал для воображения, но они должны быть подданы определены изменениям — мы ведь не хотим, чтобы нас обвинили в оскорблении чести и достоинства кого-то, кто лишь кое-как переодетый выступает у нас в роли убийцы. Естественно, нельзя также использовать настоящие фамилии. А в остальном, чем меньше мы ограничим воображение, тем лучше.

Даже если сначала ты воспользуешься реальным человеком, в результате литературных метаморфоз он очень быстро изменится. Благодаря этому, ветеринар меняет профессию, превращаясь во врача, а если он должен терпеть капризную жену, лучше бы было, если бы из порядочной и честной дамы, проводящей свободное время в комнатах местного справочного бюро, она превратилась в избалованную манекенщицу; дом, в котором живет врач, так скучен, что ты переносишь его на вересковые пустоши, в особняк с привидениями. А когда закончишь эти изменения, то как тебе, так и (что самое важное) ему будет трудно распознать в герое криминальной повести давнего ветеринара.

КОНФЛИКТ И ПРЕСТУПЛЕНИЕ.

Повести любого рода, хотя и отличаются друг от друга так же, как их авторы, всегда основаны на конфликте. Герои попадают в неприятности, по мере развития событий они пытаются с ними справиться, в конце концов их ситуация меняется, либо, в худшем случае, меняется отношение персонажей к окружающим их проблемам. В криминалах эти проблемы и испытания вызваны преступлением, а появляются, как его результат. Преступлением почти всегда здесь является убийство — это абсолютное преступление, так как жертву нельзя воскресить, а убийца не может исправить свою вину.

Популярным способом убийства являются: выстрел из огнестрельного оружия, удушение, удар ножом, удар тупым предметом, отравление, утопление или подстроенный несчастный случай. Чтобы убийство выглядело убедительным, оно должно быть подстроено под персонажа: убийца-рецидивист может вытащить пистолет, а домашняя хозяйка, в свою очередь, воспользуется чугунной сковородкой.

Так как наш жанр занимается поведением индивидуума в экстремальных ситуациях, в создаваемой нами повести эта ситуация должна найти свое яркое отражение. По крайней мере один из наших героев должен находиться под нарастающим давлением, которое увеличивается по мере того, как разворачивается действие. Независимо от самого сюжета, а значит, независимо от того, является ли это конфликт в семье, конфликт между приятелями, соседями или коллегами по работе, — проблемы, возникающие из этого напряжения, из чьего-то упрямства, ревности, мании или жажды мести, являются всегда богатым источником сюжетных идей. Другим способом создания истории является представление, как бы наши герои отреагировали, если бы их жизнь оказалась нарушена повторением, или открытием каких-то событий из прошлого.

Предположим, что мы исследуем событие из истории своей семьи. Когда берешь что-то из жизни, особенно из жизни своей семьи, разумно урезать проблему или конфликт до самой его основы, чтобы быть уверенным в получившемся напряжении и драматической конструкции. Поэтому удаляем на минутку реальных людей, чтобы не загромождать образ множеством неважных для повести мелочей. Урезав тетку Анну до минимума, можно увидеть слабые места ее истории. Если она окажется непригодной, остается возможность выдумать более энергичный персонаж, который ее заменит. Тут нет места сентиментальности. Нам нужна история, которую можно развить в литературу, потому что мы не пишем биографию или семейную хронику.

ПРОСТОТА.

Я должна тебя предостеречь до того, как ты поддашься искушению писать по-настоящему сложно и изысканно, Из фрагмента моего блокнота можно понять, что повесть «Threatening Eye» была технически довольно сложной, потому что использовала три разных перспективы: человека А, человека Б, и приятеля человека А, т. е. человека В. Может быть, ты тоже собираешься сделать что-то подобное.

Перескакивание с перспективы одного героя на перспективу другого, является эффективным способом увеличить напряжение, и ускорить темп повествования. Читая об относительно спокойном моменте жизни одного из них, мы по прежнему думаем о том, что происходит с персонажем, который попал в трудную ситуацию, и полны опасений. Нельзя верить какой бы то ни было успокаивающей информации, и даже в самом спокойном моменте часто появляется нотка беспокойства.

Я очень люблю писать и читать повести, содержащие много перспектив, но должна предостеречь начинающих писателей: чем больше перспектив у нас есть, тем более сложным становится процесс написания. Ты должен хорошо подумать, сможешь ли воспользоваться формой, которая будет особенно трудной (больше информации о разных перспективах находится в главе четвертой).

Я не предлагаю превращать свою работу в повестушку, написанную только с одной точки зрения. Может быть, самым удачным способом повествования ЯВЛЯЕТСЯ рассказ, который ведется с точки зрения трех или четырех персонажей. Но в таком случае эту историю надо отложить на какое-то время, пока ты не наберешься опыта, и не станешь более зрелым писателем. Обычно в головах авторов роятся идеи, поэтому у тебя, без сомнения, есть под рукой более простой сюжет, заслуживающий внимания, и который можно прекрасно использовать для начала. После этого предостережения оставляю окончательное решение заинтересованным лицам.

Цитата из моего блокнота показывает так же, что с самого начала я знала, — Threatening Eye будет сенсационной повестью, а не детективом или криминалом. А могло быть и по другому. Я могла сосредоточиться на полицейском расследовании, которое касалось серии убийств в деревушках графства Хертфордшир, и тогда это была бы детективная история. Господа А и Б могли быть подозреваемыми, пока полиция, не смотря на трудности, определила бы окончательно, кто является настоящим убийцей. Это мог быть также криминал, рассказывающий о человеке А, который не мог снять с себя подозрения, не раскрыв при этом секреты своей омерзительной преступной биографии.

А что с твоей историей? Знаешь ли ты, к какой из этих обширных категорий она относится? Создавая детектив, в котором выступает проницательный инспектор, преданный сержант и не слишком сообразительный участковый, ты можешь быть уверен, что приклеил правильную этикетку. В другом случае, принятие решения, какой вид повествования лучше всего подойдет выбранному замыслу, потребует большего времени для раздумий. А когда ты, наконец, решишь, может, захочешь сделать другой выбор под влиянием новых идей, далее углубляясь в сюжет и героев.

На начальных этапах создания, в повести нет никаких постоянных элементов, можно заново все обдумать и отбросить, пока не решимся на что-то, что кажется подходящим для своей задачи. Но когда ты обдумываешь или поправляешь повесть заново, не избавляйся от старых записок, потому что может случиться, что ты захочешь вернуться в предыдущей версии, либо решишь еще раз ее обдумать.

КАК РАССКАЗЫВАТЬ.

Чтобы создать повесть, надо нечто большее, чем просто хорошая история и убедительные герои… Прежде всего, ты должен рассказать историю так, чтобы использовать ее в максимальной степени. Если это сенсационная повесть или криминал, надо писать ее так, чтобы она была как можно более загадочной и увлекательной. Писатели с наработанной репутацией иногда этого не понимают, особенно те, кто пишет детективы. Их издатели часто требуют, чтобы они каждый год поставляли очередную повесть об инспекторе Проницательном, поэтому каждую идею, какая только им приходит в голову, связывают с личностью своего инспектора, тем самым лишаясь возможности написать хорошую повесть с новым героем.

Поэтому неразумно заранее привязывать себя к какому-то определенному типу криминальной литературы, пока не исследуешь тщательно все идеи. Однако если такой подход тебя беспокоит, и ты в эту минуту хочешь обязательно приклеить ту или иную этикетку, советую заглянуть в третью главу, полностью посвященную определению разных видов криминально-сенсационной литературы.

РАБОТА НАД СВОЕЙ ПОВЕСТЬЮ — 1.

ИСТОРИЯ. 1. Запиши историю, которую ты намерен использовать. На этом этапе не углубляйся в подробное конструирование героев, ты сможешь это сделать по прочтении следующей главы. 2. Отметь в записках источник информации: вырезки из газет, телевидение, услышанный анекдот, какое-то событие, свидетелем которого ты был. Может, ты захочешь позже обратиться к этому источнику, чтобы проверить, сделаны ли необходимые изменения, и хорошо ли закамуфлированы реальные особы. 3. Проверь, можешь ли ты ответить на следующие ключевые вопросы, касающиеся каждой повести этого жанра: Кто? Что? Где? Когда? Почему? Как? 4. Уменьши повествование до схемы, и покажи на ней место, где находится конфликт. 5. Опиши историю в одном абзаце. Сохрани его, может, еще пригодится. Реши, каким потенциалом она располагает: сенсационной повести, детектива, криминала или повести другого типа. ЛИБО. 1. Если тебе не удалось выдумать правдоподобную историю, опиши, более-менее подробно, одного из главных героев. 2. Запиши все свои сюжетные идеи. Отметь, почему они тебе кажутся многобещающими, или почему ты думаешь, что их нельзя будет использовать. ЛИБО. 1. У тебя нет даже героя? Тогда опиши то, что есть, например, место, в котором ты намерен поместить действие.

БИБЛИОГРАФИЯ.

• Уилки Коллинз. Лунный камень.

• Морис Леблан. Арсен Люпен, вор-джентльмен.

• Гастон Леру. Тайна желтой комнаты.

• Эдгар Аллан По. Убийство на улице Морг.