ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ПЕРСОНАЖЕЙ.

Вот как Эндрю Тэйлор представил второстепенного персонажа, хозяина книжного магазина, в сенсационной повести The Barred Window:

«На приеме в честь открытия магазина, давали морковный сок детям, и шерри взрослым. Тетя Агата решила представить Эдмонда и меня хозяину приема, мистеру Сэндсвеллу. Игнорируя Эдмонда, он пожал мне руку, и с отчаянием в голосе спросил, люблю ли я читать. Это был худой мужчина, с носом, как птичий клюв, и с оттопыренными под девяносто градусов ушами. Разговаривая, он перебирал пальцами в воздухе, примерно на высоте бедра, словно бы гладил какое-то домашнее животное, невидимое для других. — Да, — сказал я, — я люблю читать. — Это хорошо, это хорошо. Это прекрасно. А куда пропал Стивен? Господин Сэндвелл удалился, гладя и почесывая головы невидимых собак. Я продолжал смотреть на него еще какое-то время — уверенным шагом он удалялся от Стивена, вместо того, чтобы идти к нему.».

С того момента, как в повести упоминается фамилия мистера Сэндвелла, перед глазами читателя встает образ напуганного человека и невидимых собак. Мы узнаем также, что Томас, рассказчик, является очень хорошим наблюдателем.

В повестях, где главным элементом является действие, лучше не замедлять темп на время представления персонажа. Вот как Джим Раш знакомится с газетным фотографом в моей книге Dangerous Games. В последствии этот человек станет для него настоящим наказанием, Джим не сможет от него избавиться, и эта связь отмечена уже при их первой встрече. Так как дело происходит ночью, практически ничего не говорится о том, как персонаж выглядит:

«Он выскочил из своего укрытия прямо на вооруженного мужчину. Тот восстановил равновесие, и готовился к следующей атаке, когда уловил какие-то слова, и остановился в неуверенности. — Не стреляй! — услышал он. — Умоляю, не стреляй. Я ничего такого не сделал, поверь мне. Не стреляй! Человек говорил по-английски с мягким южным акцентом. Испуг заставил его голос звучать выше, чем обычно. Он посмотрел вниз, на умоляющего человека, и спокойно произнес: — У меня нет оружия. А где твое? Потом отодвинулся, и позволил англичанину встать. Тот дрожал от страха, и что-то бормотал. — Мое? — пропищал он, — Ты, наверное, рехнулся. Джим прервал его: — Если ни ты, ни я не стреляли, то парень, который это сделал, все еще рядом. Мне кажется, что он был на дороге. — Кто ты? — Что? — Я Мартин Питерс. А ты? — Джим Раш. — Слушай… — он хотел убежать, а не завязывать знакомство, поэтому не скрывал нетерпения. — Я хотел спросить, ты из полиции? — Из полиции? — Джим засмеялся. — Я думал, что может… — он ошибся, но не выглядел от этого разочарованным. — Ты американец, да? Джим снова его прервал: — Этот парень может сейчас идти к нам. Я не собираюсь натыкаться на него, понял? Он двинулся в сторону леса, осознавая, что Питерс идет прямо за ним. Джим собирался ускользнуть от него, когда доберется до тропы — он был моложе, сильнее физически, а Питерс еще и ослаблен после драки. Но Питерс сказал, что знает, где тропинка, а когда до нее добрались, не отставал от Джима, и по прежнему болтал без перерыва.».

В этой сцене Джим Раш, который появился в предыдущей повести, оказывается снова представлен читателю. До этого момента было неизвестно, кто он.