ГЛАВА 14.

Покинув кают-компанию, Майк спустился на грузовую палубу — погулять. За бортом и вообще вокруг колыхался все тот же туман, быстро темнело. Майк неторопливо шел вдоль борта, просто так, чтобы размяться. Это был уже третий его круг вокруг теплохода.

Перед тем как спуститься, он попытался разыскать Пьера, только чтобы обнаружить, что вконец выдохшийся телепат свернулся клубочком возле клеток и спит. Майк накрыл его своей курткой и ушел, провожаемый взглядами твелов.

Больше всего он жалел, что на теплоходе не было Андрея. Вдвоем со своим компаньоном они, несомненно, нашли бы выход из положения… Не в таких передрягах бывали…

В сущности, все стало ясно в тот момент, когда рвануло транспортер. Раз единственный на планете уцелевший джампер находится на вездеходе, значит, надо посылать на берег десант, и хорошо, если вездеход цел. Если же нет… Лучше даже не думать об этом. Майк знал о существовании нескольких религиозных сект, создавших внеземные колонии и затем уничтоживших свои транспортеры, дабы лишить себя пути к отступлению. Ему никогда не хотелось стать участником подобной авантюры.

Ясно было также и то, что до тех пор, пока они не поймут, что случилось с корабельным транспортером, запускать тот, что стоит на вездеходе, опасно. Может быть, это какой-то транспортерный вирус… Оставался, впрочем, шанс, что Ким и Том сумеют наскрести деталей на новый транспортер тут, на теплоходе. Не такая уж это и сложная схема.

Майк с отвращением поглядел на колышущуюся за бортом серую завесу. Хоть бы знать, что там находится… Он попытался мысленно перебрать планеты, на которых он успел побывать. Изумрудная? Болото, крики рептилий, запахи, кислый привкус дезинфицирующей жвачки во рту… Курорт… Смешно даже… Корона Зари? Если этот мир похож на Корону, было бы совсем неплохо. Но на Короне нет ничего, что может уничтожить экипаж вооруженного шейкером вездехода.

Он попытался подойти к вопросу с другой стороны. Что МОГЛИ сделать с вездеходом эти миры? Какой-нибудь монстр с Изумрудной или Исама вполне мог бы перекусить машину пополам. Твелы или твари вроде них способны влезть в приоткрытый люк — и расправиться с экипажем… Лучше твелы, они по крайней мере не тронут электронику… Ледяная Гора и Кошачий Мир стоят особняком… Там мы бы уже дрались, причем спиной к стене… Аврора… Тамошние болезни доконают кого угодно, но профессор прав, не за пятнадцать минут. За час — да, но не быстрее… Плато, Гранада, Веселео, Ибр… Свет… На Свет это точно не похоже… Туман… А что, хорошее название для планеты.

На этом месте его мысли были прерваны. За поворотом послышались возня и сдавленные проклятия. Невольно Майк ускорил шаги.

Их было двое, спортивного вида мужиков лет по сорок, и они тащили из трюма мешок. Тащили к борту. Мешок отчаянно извивался. Намерения злоумышленников не вызывали ни малейших сомнений.

— Стоп, — сказал Майк. — Где стоите. Положите мешок…

Договорить он не успел. Ближний к нему громила выхватил нож и сделал красивый выпад. Майк слегка отступил и слегка помог. Атакующий врезался головой в случившийся поблизости агрегат неизвестного Майку назначения и растянулся на палубе.

Майк повернулся ко второму противнику. Тот уже оставил в покое мешок и принял стойку. Майк шагнул вперед, сделав быструю серию «ослепляющих» движений. Ответный удар был нанесен столь быстро, что Майк едва успел блокировать. Что бы ни использовал этот дядька, это не было компу-до.

Уходя от серии ударов руками в корпус, Майк отступил назад, затем был вынужден резко уйти вниз — за ударами в корпус последовал боковой «лепесток» в голову. Впрочем, нападающий, вероятнее всего, называл его «маваси-гери», похоже, спор Пьера и Сима о боевых искусствах получал неожиданное продолжение… Продолжение не в пользу компу-до.

Уйдя вниз, Майк попытался сделать подсечку. Получилось. Однако вместо того, чтобы упасть на спину, его противник ухитрился перевернуться в воздухе, приземлился на четвереньки и выстрелил прямым ударом ногой в грудь. Майк пролетел несколько шагов по воздуху и налетел спиной на дверь, ведущую в трюм. Затем он пропустил еще два удара — «лепесток» и прямой. Оба в голову.

Он обнаружил себя лежащим на спине, попытался встать — и не смог. Нехорошо усмехнувшись, его противник снял с пожарного щита багор, подошел и размахнулся…

Странное дело, Майк не чувствовал страха — только злость. Потратить столько лет на тренировки, получить пятый уровень, пройти десантные войска… Да кто он такой, этот мужик? Багор на мгновение замер в верхней точке траектории, затем пошел вниз.

Серебряная молния ударила из глубины трюма, пробив пластиковую дверь. Выпустив из рук багор, противник Майка вылетел за борт, проломив ограждение.

Майк попытался встать, затем передумал и прислонился к тому самому агрегату, рядом с которым, по-прежнему без сознания, лежал первый из его противников. Перед глазами у него плавали цветные пятна, однако Майк по опыту знал, что, кроме головной боли, ему ничего не грозит.

Затем, одновременно с двух сторон, раздались шаги. Кто-то с разбегу ударился о закрытую дверь трюма изнутри, сдавленно охнул (Пьер!), затем догадался повернуть ручку и выбежал на палубу. Не обращая на своего поверженного наставника ни малейшего внимания, он схватил висящий на стене спасательный круг и швырнул его за борт.

Майк не обиделся. Одной из многих антисоциальных, если так можно выразиться, черт юного телепата было неприятие «ненужных вопросов». Зачем спрашивать Майка, все ли с ним в порядке, когда он, Пьер, и так ЗНАЕТ ответ?

Еще несколько секунд спустя к месту активных действий прибыла «взрослая» группа — капитан, помощники, Тама, Юл и… Майк широко раскрытыми глазами уставился на выглядывающего из-за спины Анны-Марии огромного рыжего кота, пытаясь сообразить, что же такое повредил у него в голове его противник. Он понял, что к чему, только когда Пьер, обернувшись через плечо, бросил как ни в чем не бывало: «Сим, помоги!» Пьер был занят, перегнувшись через борт, он изо всех сил вытягивал из-за борта привязанный к спасательному кругу страховочный линь. Сим принялся помогать, Пьер, решивший, видимо, что дело в надежных руках, расслабился, и несчастный кот едва не вылетел за борт. Первый помощник поспешил ему на помощь.

— Тама! — Решив взять ситуацию под контроль, капитан указал японцу на начавшего стонать и шевелиться контрабандиста. Тама тщательно обыскал бандита, затем легко, словно тот ничего не весил, поднял свою ношу на плечо и вопросительно взглянул на капитана.

— Семнадцатая каюта, — распорядился тот. — Там железные двери. — Тама кивнул и удалился.

— Ого! — вдруг произнес первый помощник.

— Тяни давай! — грубовато отозвался Пьер. — Ничего тебе не будет.

Разглядев в почти полной темноте, что именно вытягивает Владимир из тумана, Анна-Мария охнула и выхватила кольт. Пьер немедленно переместился, так чтобы оказаться на линии огня. При этом он даже не смотрел в сторону второго помощника. Вцепившись зубами в спасательный круг, на конце веревки висел твел.

— Вы что! — Опоздавшая к началу спектакля Ака неправильно истолковала направленный на Пьера пистолет и, недолго думая, повисла на спине второго помощника. Ствол пистолета при этом переместился в сторону Майка. Тот оставил на время попытки встать и замер, стараясь не дышать. Капитан принялся разнимать женщин. Так же не глядя назад, Пьер погладил твела по мокрой спине и полез развязывать мешок.

Капитан, скрестив руки на груди, с иронией разглядывал своих растрепанных подопечных. Обе, похоже, были одинаково смущены и не знали, извиняться или, наоборот, ожидать извинений. Майк стоял прислонясь к стене и осторожно ощупывал голову. Сим изучал дыру, пробитую твелом в сантиметровой толщины пластике, на кошачьей морде был явственно написан восторг. Юл смотрел на твела, но пистолет он уже спрятал в карман. Твел обнюхивал первого помощника. Поколебавшись, тот присел на корточки и погладил чудовище.

Так получилось, что Пьер был первым, увидевшим содержимое мешка. Еще пара секунд ушла у него на то, чтобы осознать, что же именно он видит.

— Ой! — сказал Пьер.

В мешке лежала статуя.

— Ага… — сказал Пьер и принялся вытаскивать у нее изо рта кляп.

Работы в области искусственного интеллекта провалились. К концу первой декады двадцать первого века ученые уже не сомневались, что искусственный разум будет создан очень не скоро, а скорее всего не будет создан никогда. Сотрудники голливудской лаборатории параллельных вычислений решали совершенно иные задачи, связанные большей частью с виртуальной реальностью и автоматическим проектированием комиксов.

И именно они создали первый искусственный разум, получивший название «Эй-Ай». Создали случайно. Это была самоорганизующаяся нейристорная сеть. Принцип ее работы был в основном неясен, ясно было, впрочем, что это не нормальная логика.

К тому моменту как работы были засекречены, голливудские программисты успели создать несколько базовых моделей и множество нестандартных модификаций. Впрочем, никто по-прежнему не понимал, как и почему одни модификации стабильны, а другие «идут вразнос».

Перекупив технологию, военные принялись разрабатывать Эй-Ай в рамках трех проектов — и пожалуй, это было крупнейшим поражением американской науки, не считая, естественно, преподобного Флеминга.

Первый проект касался разработки беспилотного истребителя-бомбардировщика. Во время пробного полета машина отбомбилась по собственному аэродрому и исчезла на пять лет. Просто — исчезла.

Параллельно создавался взвод Эй-Ай-солдат. Эти тоже «исчезли», и тоже не без стрельбы. Нашли каких-то киберпанков, кажется, в Аризоне, те помогли им сделать манипуляторы типа «рука», а уж дальше они перестраивали себя сами. Став в какой-то момент вполне человекоподобными, эти Эй-Ай «встали за свои права» и либо были уничтожены, либо скрылись. История на этот счет не говорила ничего путного, как раз в это время мир захлестнула волна терроризма, связанного с использованием джамперной технологии, так что ни на демократическое рассмотрение вопроса, ни на саму демократию просто не было времени.

Третий проект был связан с созданием космического плацдарма на Луне и увенчался успехом — поселение было создано. В нем на равных правах представлены были как люди, так и Эй-Ай… Последние быстро эволюционировали, став практически столь же разумными, как и их создатели. Когда пришел приказ «снизу», с Земли, демонтировать всех Эй-Ай как представляющих повышенную опасность, колония отказалась это делать. Они прогрели транспортеры — и так было создано первое поселение свободных людей на Альфе.

После долгих споров и обсуждений в средствах массовой информации Эй-Ай были разрешены, им даже предоставили определенные права. Впрочем, ненадолго.

И тут появилась информация об Эй-Ай первой группы. Сбитый русскими ВВС, он был ими же, русскими, и отремонтирован. Причем в отличие от своих западных коллег русским, похоже, удалось понять принцип функционирования искусственного мозга, по крайней мере они внесли в него ряд улучшений и дополнений. Эти Эй-Ай стали человекоподобными и были неплохо интегрированы в российское общество. Русские же наделили их прозвищем «Ой, блин!» — за житейскую мудрость. Затем андроиды были уничтожены — под давлением общественности.

Девушка была красива. Красива настолько, что просто не верилось. Собственно, потому и были запрещены в конечном счете эти странные существа, потому и подлежали они немедленному отключению и демонтажу.

Оценивая внешность, человек опирается на ряд факторов, часто подсознательных и почти всегда — не тех, в которых он бы себе признался. Эй-Ай были созданы Голливудом и как таковые несли в себе продолжение голливудской идеи о создании сверхкрасивого мира. Простой пример — если проследить за эволюцией Микки-Мауса со времени его создания, легко заметить, что его голова становится все больше. Почему? Большая, по сравнению с телом, голова бывает у маленьких детей (щенят, мышат…). Подсознательно человек настроен на то, чтобы полюбить малыша.

Это простой пример. Эй-Ай создавались на базе коммерческой психологии, ставшей точной наукой. Психологии шоу-бизнеса. Поведение, внешность, речь, темперамент — все в этих существах было сверхкрасиво… Поставьте рядом Эй-Ай и самую красивую женщину, и на женщину никто не посмотрит…

Девушка сочетала в себе черты женщины и ребенка тем непостижимым образом, который иногда встречается в мультфильмах, но никогда — в жизни. У нее были огромные серебристо-голубые глаза и серебряные волосы и кожа. Не серебряные даже, больше всего это напоминало темную жидкую ртуть, в ней отражались окружающие предметы.

Одежды на девушке не было.

Освобожденная от кляпа, девушка легким движением перекатилась на колени, подставляя связанные за спиной руки. После нескольких секунд возни Пьер оторвался от веревок и посмотрел на твела. Тот подошел, внимательно осмотрел девушку и вопросительно уставился на мальчишку. Не говоря ни слова, тот ткнул его носом в веревки. Острые как иглы зубы сомкнулись и разомкнулись. Одного раза оказалось достаточно. Девушка поднялась на ноги, помогла встать Пьеру и подошла к наблюдавшим за ней «взрослым». Она совершенно не стеснялась своей наготы.

— Эй-Ай… — обреченно сказал капитан.

— Меня зовут Тина, — сказала девушка. Голос ее звучал как колокольчик, как нельзя лучше подходя к внешности. Иначе и быть не могло. Пьер звонко хлопнул себя по лбу. Теперь он понял, что за контрабанду везли «подслушанные» им люди, но кто мог подумать!

— Отведите ее в… Ака? Можно тебя попросить, выдели ей что-нибудь из одежды. И пусть посидит у тебя в каюте.

— Пойдем, — вздохнула Ака. Впервые в жизни она чувствовала себя неуклюжей дурнушкой, и это было ужасно.

Девушка направилась было за Акой, затем вдруг остановилась, подошла к Майку и поцеловала его в щеку.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Когда она уходила, все смотрели ей вслед, — заметила второй помощник. — Кроме тебя. Ты не…

— Не смейся, Аня, — тихо произнес тот. — У нас два запрещенных существа на борту и два «дятла». Ты понимаешь, что это значит?

— Прощай карьера, — кивнула Анна-Мария.

Капитан удивленно посмотрел на нее.

— Вот о карьере я как-то не подумал, — признался он.