Глава 6. Дьявольский арбуз. В апартаментах у нас была кофеварка. Солнечное утро мы встречали под голубым небом на балконе с чашечкой свежесваренного итальянского кофе. Изумительное утро. После вчерашних нагрузок приятно ноют мышцы рук. Есть силы к новым приключениям. Легко позавтракав мы отправились на пляж. Ближайшими к нам были два пляжа, один песчаный, около 3 километров на юг, другой каменистый, примерно 3 километра на север. Сперва мы решили посетить песчаный пляж. На выходе из нашего дворика я хорошенько стукнулся головой о верхний порог дверного проема – оказывается больно быть высоким в Сицилии. Тут средний рост значительно ниже моих возможностей. Наслаждаясь утром, мы дошли до площади Паоло Борселлино, рядом с арочным мостом “Морские Арки”, вокруг которого вчера вращались наши орбиты злоключений. Там находилась большая автобусная остановка. По утренней свежести и без чемоданов передвигаться по городу было сплошное удовольствие. Дошли очень быстро. Днем все прячутся от жары, но утром в Сицилии все оживает. Италия страна кулинарных изысков, поэтому запахи в Сицилии по утрам это особая магия, ведь все местные лавочники в это время выставляют свои свежие хлеба, выпечку, сыры, колбасы и город погружается в облако вкусных и манящих ароматов. У арок моста продавались хурма и финики. На освещенной солнцем площади стояли автобусы, толпились люди. Чуть дальше виднелся логотип Макдональдса, но заходить в него мы бы побоялись, делать так в Италии было бы преступлением, против всех сицилийских поваров. Я подошел к водителю автобуса и показал блокнот с названием нужной мне локации Playa Viale Кеnnеdу (Пляжный Проспект Кеннеди). Не знаю каким заслугами на Сицилии отличился этот американский президент, может он тут подпольно отдыхал с Мэрлин Монро. Водитель автобуса колоритный старичок, с длинными седыми волосами и бородой, в расстегнутой гавайской рубашке и большой шляпе, чем-то был похож на греческого композитора Вангелиса. Вангелис оказался очень приветливым стариканом, наговорил нам много слов по-итальянски, показал рукой на людей прячущихся в тени автобуса, посмеялся и запрыгнул назад в автобус. Мы ничего не поняли из сказанного им, но пошли на остановку. Я побродил по остановке, но никакой дополнительной информации найти не смог. Автобус за которым прятались люди отъехал и все быстренько побежали на остановку прятаться в тени билетного киоска. Это казалось смешным, ведь у нас люди наоборот мечтают о солнце и когда оно наконец выходит все спешат оголиться и подставить ему свои бледные тела. С автобусами в Сицилии дела тоже обстоят очень не важно, совершенно не понятно когда и куда они ходят и как оплачивать, тоже не всегда понятно. Кроме того автобус может сначала иметь один номер, потом придет мужчина с тетрадкой пообщается с водителем и у автобуса волшебным образом становится другой номер, а раздосадованные пассажиры выходят ворча обратно на солнце. Мы постояли минут десять, не дождались автобуса и пошли пешком. В конце концов пройти пару километров налегке это не такое уж большое испытание, после вчерашнего. Я повел нас по памяти, карту изучил дома в апартаментах, где было полно бесплатного интернета. Повиляв между домами и попрыгав от машин на пешеходном переходе, мы вышли на длинную прямую улицу идущую вдоль моря параллельно морскому торговому порту. Улица была безлюдной, мимо проезжали только машины. Солнце постепенно увеличивало свою мощность. На пути нам попалось пару обшарпанных бензозаправок, дешевое кафе, заброшенный цементный завод и несколько уставших торговцев под зонтиками, которые продавали дыньки и арбузы проезжающим мимо автомобилистам. Арбузы поражали воображение своими исполинскими размерами, я никогда в жизни таких огромных арбузов не видел. Встретив эти чудеса агропромышленности мы сразу решили на обратном пути купить себе такого гиганта. Далее улица заканчивалась тупиком. Пришлось немного нарушать правила дорожного движения и даже некоторое время идти опасно по обочине. Я не стал бы так делать в Швеции или Швейцарии, но здесь водители с самого начала задали тон беспредела, к тому же по-другому попасть на пляж было просто невозможно. Побеспределев немножко мы наконец оказались на проспекте Кеннеди, которой представлял из себя длиннющую дорогу протяженностью в пять километров, по всему периметру которой со стороны моря разрослись платные и бесплатные песчаные пляжи. Нам так не терпелось скорее искупаться в море, что мы свернули сразу на первый пляж и он оказался бесплатным, хотя на проспекте Кеннеди это редкость. Пляж был очень широкий. Чтобы подойти к воде пришлось долго идти по фанерным листам постеленным на песок. Людей на пляже было мало. Были будни и ранее утро. Мы выбрали себе участок поровнее и разбили пляжный лагерь. На деревянной вышке сидел спасатель. Из песка торчали переполненные мусорные ведра. Их наличие не сильно делало пляж чище. Под ногами попадался мусор и окурки. В Испанской Андалусии пляжи были намного чище, помню даже пляж с бесплантными бумажными пепельницами. Но до сицилии эта мода очевидно не дошла. А может нужно было идти на платный пляж по соседству. Глубина моря была мелкая. Я высокий мужчина и мне приходилось далеко заходить, прежде чем вода доставала мне до груди. Обычно я сразу бросаюсь в воду, чтобы не мучиться. Но здесь пришлось заниматься мазохизмом и заходить в прохладную воду постепенно. К воде нужно было привыкать. А еще там постоянно сновали пляжные торговцы, за пару часов нашего пребывания на пляже нам десять раз предлагали воду, несколько раз очки, потом ковры, украшения на руку и даже массаж. Пожилая китаянка очень настаивала со своим массажем, никогда не встречал такого напора в торговле, ей надо было идти в политику. Но в целом я был счастлив и на все эти мелочи можно было не обращать внимания. Единственное, что беспокоило это Этна. Она себя вела с нами, как стыдливая девушка и до сих пор стесняясь показаться, пряталась за облаками. Мы второй день в Катании и ни разу не видели Этну, ради которой приехали. На пляже стали собираться люди. Перед нами пожилой мужчина весело бегает по воде со своим щенком. Какая игривая собачка. Им так весело друг с другом. А потом это собака так разошлась, что похитила у отдыхающих подводную трубку от маски. Хозяин бегал по всему пляжу пытаясь поймать непослушного пса и вернуть трубку владельцам. Забавное зрелище. Накупались словно дети и позагорали тоже славно. Стали собираться, Алеся взялась очищать песок влажной салфеткой, я на это дело смотрел равнодушно, отряхнул ноги рукой и давно стоял полностью одетый. Подобными салфетками лучше не пользоваться на солнце, но мы об этом узнаем чуть позже. На обратном пути мы подошли к торговцу арбузами, я указал на самый большой арбуз и спросил цену. – Десять евро! – сказал торговец. После купания я был счастлив и даже забыл поторговаться, взял да и купил без лишних слов. Пакетов у продавца не оказалось. Я обхватил арбуз руками, словно яйцо динозавра и медленно понес его к дому, прижав к белой футболке. И тут я понял, что снова погорячился. Руки и спина еще помнили испытания прошлого дня, а я уже ввязался в новую авантюру. Арбуз оказался тяжелым, более десяти килограмм и чертовски не удобным в придачу. Солнце начинало жарить, руки потели и арбуз постоянно пытался выскользнуть. С каждым шагом этот дьявольский арбуз становился все тяжелее и тяжелее. Казалось он продолжает расти и увеличивался прямо у меня в руках. С большим трудом мы проделали половину пути и возле арочного моста я водрузил его на пенек для передышки. Я отдыхал, смахивая пот и проклиная эту чертову зеленую ягоду. Дядька продавал арбузы автомобилистам, которые грузили их в машину и ехали спокойно к дому, а я шлепал по жаре и тащил этот огромный шар в руках, как египетский жук скарабей. Из последних сил я вкатил проклятый арбуз в квартиру. Даже стол под его весом затрещал. В холодильник он не влезал, пришлось разрезать на несколько частей. Арбуз оказался очень вкусным и сладким. Как выяснилось позднее нам его хватило почти на две недели, прямо Царь-арбуз настоящий достался. Пообедав, мы отправились на поиски второго ближайшего к нам пляжа – каменистого. Он находился рядом с Piazza Europa (площадь Европы) и Piazza Leonardo Sciascia (площадь Леонардо Шаша¹¹). Сперва нужно было идти до центрального вокзала, а затем следовать по Viale Africa (проспект Африки). По пути мы задержались у фонтана со слоном, по фотографировались. У этого слоника очаровательная улыбка, я в него просто влюбился. На проспекте Африки мы увидели много заброшенных производственных зданий, огромные многоэтажные комплексы стояли заколоченными с разбитыми стеклами и ржавыми лестницами. В Катании очень много заброшенных производств. Италия – третья по величине экономика евро зоны. Но индустриально развит преимущественно север. Аграрный юг, слаборазвит, имеет теневую экономику и живет за счет туризма и сельского хозяйства. Вот такая вот Италия – страна контрастов. На подступах к пляжу мы встретили гребни вулканических парод, торчащие из земли, в вперемежку с кактусами. Каменистый пляж представлял собой врезавшийся в море кусок скалы, из застывшей лавы. На скалистом береге был сооружен деревянный настил с перилами и ведущими к воде ступеньками. Деревянное покрытие было построено недавно, до этого горожане прыгали в воду прямо с камней и утесов, что очевидно влекло за собой много травм и власти города решили, облагородить этот участок. На досках загорать удобно, ноги не обжигал раскаленный песок и вездесущие песчинки не забивались в носки и обувь. В дальнем углу были организованы бесплатные туалеты, душ и кабинки для переодевания. Еще там были “спасатели Малибу” и неподалеку ларек с прохладительными напитками. Этот пляж нам понравился намного больше предыдущего. Этот пляж был популярен у местных и сама Мариэлла нам его советовала сказав, что это ее излюбленный пляж. На соседнем утесе возвышался то ли маяк, то ли метереологическая вышка – сооружение в виде гриба или летающей тарелки насаженной на палку. Вода на этом пляже была прозрачная и сразу начиналась большая глубина в освежающую пучину которой, можно было броситься с нижних ступенек деревянной лестницы. В ногах у купающихся сновало множество рыб, они совершенно не боялись людей. На этом пляже их никто не ловил, люди здесь только купались и рыбы это поняли. Для мелких рыб это было самое безопасное место в море. Рыбки нашли приют у людей – своих врагов. Это парадоксально, но тут, они нашли идеальное убежище, никакие хищники и рыбы покрупнее сюда не сунутся. Умные маленькие рыбешки отыскали себе надежно укрытый дом. От деревянного настила начиналась бего-велосипедная дорожка, которая тянулась вдоль берега на несколько километров. Увидев ее мы сразу захотели побегать, подобные пробежки мы делали в Испании и это было замечательно. А как здорово после пробежки окунуться в морскую прохладу и нырнуть под волны. На досках очень удобно загорать, но нужно учитывать, что итальянцы очень общительный народ, их главный девиз “больше безделья и общения” поэтому нужно быть готовым к тому, что вокруг плотным кольцом лягут, сядут и встанут итальянцы и начнут громко обсуждать свои дела, спорить, смеяться, кричать. Они любят вести себя шумно. Итальянцы очень общительные. Комфортное расстояние и зона комфорта для них – это всего несколько сантиметров. Свой коврик итальянцы могут постелить в одном сантиметре от вашего и вы неожиданно для себя окажитесь в целой компании итальянок и итальянцев, которые начнут одновременно хором рассказывать друг другу что-то. Они могут не слушать, но говорить они будут обязательно. К этому нужно быть готовым, с непривычки это может удивить. А еще пожилые итальянцы не редко поют песенки своим старушкам. У нашего дома, в историческом центре, не было ни одного современного супермаркета. Было только два тесных магазинчика, где можно по-быстрому купить воды, макарон и огурцов, но особо в них не разгуляешься. Но тут недалеко от каменистого пляжа, за площадью Европы мы наткнулись на просторный современный супермаркет Deco, где можно было найти все от розового вина и черных оливок, до прищепок и кошачьих сосисок. Мы с Алесей набросились на этот магазин, как два Робинзона вернувшихся с острова и набрали четыре пакета продуктов, забыв о том, что до дома шагать больше трех километров, один из которых по брусчатке. В третий раз уже совершаю аналогичную ошибку за два дня. Опыт меня ничему не учит. И снова спорт, снова испытание, тащим аппетитный груз домой, руки уже просто отваливаются и ноги тоже. Когда подошли к дому, у двери во внутреннем дворике заметили растущий маленький перчик, но срывать конечно не стали. Вечерний пир закончившийся розовым вином и черными сочными оливками без косточек, окупил все мучения связанные с доставкой этих продуктов. Вечер был чудесный. На балконе было тепло, в проемах крупных листьев шуршащих на ветру пальм сверкали задумчивые звезды. Кирпичная кладка прилегающих домов подернутая паутинкой трещин, отдавала накопленное за день тепло. В дали светились балкончики, а на переднем плане фрагмент ржаво красной черепицы, освещенный луной, бросал густую тень на облупившуюся древнюю штукатурку соседней стены. Поскольку мы жили не в туристическом отеле, а снимали апартаменты в центре города, в гуще событий, вокруг нас жили только аборигены со своими привычками. Знакомство с этими привычками не всегда было комфортным. Например вечерами итальянцы были шумны – для нас это стало очередным открытием. После девяти вечера они выползали целыми семьями на свои тесные балкончики вместе с собаками и детьми. Если у них не было балкончиков – не беда, они открывали широко окна. И начинали заниматься своим любимым делом – громко разговаривать, смеяться, спорить, кричать. А если у них не было детей и собак – то тоже не беда, они включали телевизор. Иногда кто-то приезжал внизу на скутере и тарахтя мотором, звал снизу своего друга или подругу, а потом полчаса перекрикивался со своим собеседником, через окно на третьем этаже, и никто не делал беседующим замечание, никто не бросал в них бутылку, никто не вызывал полицию – такое поведение, тут было нормой. У итальянцев быть шумным и громким, значит быть живым и здоровым. Итальянцы считают, что нужно всем и везде показывать, как сильно ты здоров. А если ты этого не делаешь, то значит ты заболел. Возможно тебе нужно обратиться к врачу, он выпишет тебе лекарство и ты снова станешь шумным и здоровым, как все. И весь этот карнавал здоровья мог продолжаться до глубокой ночи. В России конечно такого общительного крикуна на мотороллере постарались бы поставить на место уже через 5 минут. Помню в студенчестве в Петербурге в подобной ситуации мы и по сигарете выкурить не успели, а в нас уже полетела бутылка. Россия суровая страна. Но мы были не в России и к тому же итальянский язык очень красивый и музыкальный. Так что засыпать каждый вечер приходилось под сладкую музыку громких итальянских разговоров. Для нас это стало колыбельной песенкой¹². А каждое утро нас встречала лаем веселая, здоровая и общительная собачка с соседского балкона, которая взяла за правило хорошенько нас облаивать пока мы наслаждались нашим утренним кофе – к ней мы тоже быстро привыкли.