ГЛАВА ТРЕТЬЯ.

Трасту не повезло – он не успел расстыковаться с заправочной орбитальной станцией, только начал эту процедуру, как дежурный отказался ее продолжить, введя запрет. Если бы сообщение пришло чуть позже или немного раньше, оно бы прошло стороной – из соображений секретности радиограмма передавалась только по ретрансляторам заправочных станций, и в звездолете Траст бы ее не получил. И тогда, возможно, полетел бы кто-то другой.

Он мог бы и отказаться, сославшись на важные дела, а не идти в специально предназначенную для таких целей сверхсекретную комнату, но разведчика сгубило любопытство, уж очень ему интересно стало – что и кому от него потребовалось. Так он думал, идя по коридору, но ошибался.

Каково было удивление Траста, когда он увидел радиограмму на свое имя, подписанную Юргом, в которой содержался приказ отправляться начальником экспедиции на Дегу, а чтобы ему не пришло в голову отказаться, упоминались все грехи разведчика, в том числе и недавнее пребывание в тюрьме.

Начальник академии с немалым ехидством сообщал, что за все, что ему сделала родная разведка, приходится платить, и время его платежа пришло, но если он откажется, дальше шло перечисление всех возможных последствий… Разведчик и не думал, как многое, оказывается, можно сделать, чтобы испортить ему жизнь.

В общем Траст раздумывал недолго и тут же отправил радиограмму с согласием, а затем отправился рассчитывать программу полета.

Но еще больше ему не понравилось то, что Юрг потребовал вначале лететь на орбитальную заправочную станцию у планеты Крот, где ему предписывалось дождаться крейсера под грозным названием “Сверкающий”, и дальше следовать к Деге, координируя свой маршрут с командиром десантного подразделения.

И вот когда Траст не спеша расстыковался и направился к следующей заправке, он получил радиограмму от Пирса, после которой настроение у него еще больше испортилось – оказывается, он направляется на ту же планету, куда его друг отправил Даньку для приобретения артефакта неизвестной цивилизации.

Трасту никогда не нравились совпадения, он в них просто не верил, сама работа звездного разведчика заставляет искать связи между разными, на первый взгляд абсолютно чуждыми друг другу явлениями, и, как правило, они всегда находились.

Траст давно пришел к выводу, что случайностей в этом мире не бывает, просто обычно не хватает ума, чтобы увидеть явные закономерности.

Возможно поэтому в его голову сразу пришел простой вывод – к тому, что происходит на Деге, причастен Даниил. Мальчик повзрослел, возмужал, он и раньше не отличался мирным и тихим нравом, а уж сейчас мог не только планету – всю вселенную взорвать.

Некоторые его фокусы привлекали даже секретные службы Земли, а это удавалось единицам, такое даже у Траста не получилось в Данькином возрасте, хотя он тоже много чего устраивал – несколько раз вскрывал банковские файлы, правда, взять деньги не смог – его поймали и отправили в академию десанта.

А вот Даниил находится на особом учете, особенно после того, как разрушил крыло орбитальной заправки около планеты Астра, спасая свою жизнь, но кого это волнует – факт остается фактом, малыш уничтожил имущество Земли.

Тогда им повезло, что в происшествии оказались завязаны люди, облеченные властью, а значит, имеющие много врагов, поэтому не стали проводить тщательное расследование, все списали на неумелость действий дежурного и начальника станции. Смерть обоих была ужасна – их выбросили в космос без скафандра, и на этом инцидент посчитали исчерпанным, тем более что планета Астра согласилась за счет своих средств произвести ремонт заправки.

А Траст подправил Данькино досье, выбросив из него все, что связано с этой станцией, никто этого не заметил, или, если быть точнее, сделали вид, что ничего не произошло.

У всех секретных служб имелось свое досье на особо опасных граждан Вселенной, и Данька имел честь попасть во все, особенно после того, как выяснилось, что за малышом гоняется Гром – крупнейший политик, курировавший службы разведки и десанта.

Разведчикам позволили подменить Данькины файлы – Траст признавал, что не его умение помогло мальчику, а стечение обстоятельств. Секретные службы беспристрастно отмечали все, что происходило, но вмешивались только тогда, когда это начинало угрожать самим основам Империи.

Траста посадили в сверхсекретную тюрьму, в которой на каждом допросе спрашивали о мальчике и его отце, он бы погиб там, если бы его не вытащил Пирс. Вряд ли бы им это сошло с рук, если бы не исчез Гром – именно это позволило руководству академии разведки спасти их обоих и снять все обвинения.

С появлением малыша жизнь друзей сильно изменилась, теперь им постоянно что-то угрожало, у них возникли могущественные враги, о которых они раньше даже не подозревали. А сам Даниил почему-то всегда оказывался в тех местах, где появляться не стоило, встречался с теми людьми, которых следовало избегать, и из множества способов исправить ситуацию выбирал только те, которые ее ухудшали. Все говорило о том, что Данька обладал редким даром привлекать к себе все опасности этого мира.

А когда Пирс прислал Трасту фотографию артефакта, за которым он направил Даньку, разведчик только вздохнул, увидев подтверждение своим мыслям, – все не просто, а здорово связано, и на одну большую беду у них стало больше.

Не зря они втроем слетаются на одну планету, и то, что туда летит десантный крейсер, не совпадение. Что-то там произошло, и малыш активно участвует в этом.

Десант и разведка редко оказывались вместе, такое обычно происходило тогда, когда на какой-то планете вдруг обнаруживалось нечто настолько опасное для людей, что просто оружием это было не решить – требовались мозги.

Вероятнее всего и из академии разведки уже вылетела комиссия опытных ученых, только доберутся они туда, как всегда, после того, как все разрешится.

В чем же все-таки дело? Что там могло произойти? Если в деле участвует малыш, а это так и есть согласно логике, то значит, он оказался замешан во что-то очень опасное.

Пирс поручил Даньке купить артефакт – значит… дело в нем…

Зануда явно что-то скрывал…

***

Данька получил очередной тычок шокером в бок, на этот раз невключенным.

– Парень, ты успокойся, мы пока с тобой по-хорошему, но если чего-то не понимаешь, то можем все сделать и по-плохому, – усмехнулся первый полицейский. – Мы тебя не бьем не потому, что нам тебя жалко, просто компания не любит, когда привозим работников с переломанными ребрами и отбитыми почками.

– Радуйся, что мы тебя отправляем на твое рабочее место, а не превращаем в котлету из продуктового пакета, – вздохнул второй полицейский. – Нет, определенно хочется чего-нибудь поесть…

– А что будет с карточкой и с моими деньгами?

– Карточка вернется к своему законному владельцу, как положено по закону. – Первый полицейский разделил деньги на две равные половины и протянул одну из них напарнику. – Ему объяснят, что вор был убит при задержании. К сожалению, денег у преступника в карманах не оказалось, видимо, уже успел потратить…

– Пусть радуется тому, что мы тебя задержали раньше, чем ты скинул карточку, – ухмыльнулся второй полицейский, пряча деньги в карман. – Это же настоящая золотая кредитка, знаешь, сколько на ней может находиться денег? Впрочем, тебе-то откуда знать? Ты – всего лишь мелкий воришка, живущий на заднице Вселенной, это я о Деге…

– Задница Вселенной? – Данька даже заморгал удивленно глазами от такого сравнения. – А Земля тогда что?

– И Земля – задница, в этом тоже не сомневайся, только другая. Так вот, парень, на те деньги, что находятся на карточке, можно действительно такой город, как наш, купить. Жаль, что мы не можем ее у себя оставить, смысла нет – уже заблокировали, раньше тебе надо было к нам приехать, а не по столице ходить, деньги наши тратить…

– Простите, но это моя карточка и мои деньги, и я могу тратить их так, как считаю нужным, – Юноша все больше понимал, что попал в очень серьезную неприятность. Можно, конечно, попробовать вырваться, полицейских всего двое, справиться с ними не составит для него большого труда, для этого надо только освободиться от пут, это возможно, он один разделал такое. – Вы должны меня отпустить, тем более что я вам отдал все деньги, что у меня были…

– Карточка не твоя, и деньги тоже, это мы уже выяснили, – ухмыльнулся первый полицейский, – С такими деньгами ты мог бы далеко уехать…

– Значит, не отпустите? – вздохнул Даниил. – И неприятностей не боитесь?

– Все мнишь себя звездным капитаном? – Полицейский криво усмехнулся. – Мы не можем тебя отпустить, ты уже числишься по шахте. Как только появился на станции монорельса, тебя засекли поисковики и повели, едва сделал шаг в сторону от предполагаемого маршрута, нам сразу передали информацию о нарушителе. Если бы остался на станции и догадался подождать следующую платформу, тогда у тебя появился бы небольшой шанс уехать, а так… Ну как мы тебя сможем отпустить, если в компьютере стоит отметка, что ты нами задержан…

– Какой шанс?

– Да нет, зря ты ему это говоришь… – покачал головой второй полицейский. – Не было у него никакого шанса, вот если бы сразу билет купил до конца монорельса, в Копанью, тогда мог бы скрыться. Не зря говорят, что жадность всех преступников и губит, если бы не пожалел деньги на билет, не воспользовался бы тем, что выдала компания, может быть, шанс и появился бы…

– Вы меня с кем-то путаете, и у вас будут неприятности. – Данька и сам понимал, что его слова звучат глупо. – Кто-то подменил мой файл, я – настоящий звездный разведчик и здесь оказался случайно…

– А я генерал и сейчас вызываю охрану шахты, пусть дальше с тобой они разбираются! – Полицейский отвернулся. – Утомил ты меня, если произнесешь еще хотя бы одно слово, я пущу в ход шокер на полной мощности. Хочешь добраться до шахты в сознании, лучше молчи…

Полицейский зашептал что-то в небольшой микрофон, а второй полицейский оттащил Даниила к желтой пластиковой скамейке у серой холодной стены и бросил на нее.

Юноша по-прежнему ничего не понимал – все очень походило на ловушку, которую кто-то долго и тщательно для него выстраивал. Но зачем? Кому он понадобился?

Неужели кто-то снова считает, что ему известна тайна бессмертия? Так глупость это, нет – оно возможно на самом деле, но только после этого перестаешь быть человеком. Обычные люди представляют, что когда они станут бессмертными, то ничего в их жизни не изменится, кроме того, что она будет длиться вечно.

Интересно, кто это придумал – подменить файл?

Сама идея довольно оригинальна, да и действенна, он уже ничего не может предпринять, а всего-то поменяли его статус, и теперь он малолетний вор, с которым каждый может сделать все, что заблагорассудится.

Правда, Траст и Пирс знают, что Даниил находится на этой планете. Если через пару недель он не выйдет на связь, они займутся его поисками и обязательно появятся здесь, но сначала они закончат свои дела, а только потом отправятся сюда.

Данька был реалистом, поэтому вздохнул.

Для того чтобы добраться до этой планеты, даже в скоростном режиме потребуется два-три месяца, да еще необходимо время, чтобы понять, что здесь происходит…

Полгода – реальный срок, который ему нужно продержаться до появления самой мощной спасательной команды из всех, какая только существует во Вселенной.

Звездные разведчики – боевая элита человечества и передовой дозор к звездам, а в него берут только лучших из лучших, поэтому Траст и Пирс даже хуже звездного десанта, который обычно отправляют для покорения мятежных планет.

Нужно продержаться полгода… год от силы, ну, может полтора, а потом все живущие, как сказал полицейский, на этой заднице Вселенной пожалеют, что решили его арестовать.

Только не продержаться ему столько – не выдержит, обязательно что-нибудь сам устроит…

Юноша горестно замычал. Предупреждало же его чувство опасности, что что-то здесь не так, не обратил внимания, решил, что выкрутится.

Дверь полицейского участка открылась, и вошли, точнее, протиснулись по очереди два высоких человека невообразимого телосложения – плечи у них явно выступали за пределы двери, а она была стандартной.

Данька даже не подозревал, что человек может быть настолько большим, головой доставать до притолоки, а плечами не проходить в дверь, раньше такие великаны никогда не встречались.

В каждом охраннике, на его взгляд, было больше двухсот, а то и трехсот килограмм, и этот вес приходился в основном на мощные мышцы.

Это же сколько надо есть, чтобы поддерживать такое? Да им на день требуется десяток продуктовых пакетов, не меньше!

Даниил до этого имел дело с телохранителями, десантниками, пилотами и охранниками, а те были, как правило, не очень высокого роста – маленькие, юркие ребята, которым сила, рост и мышечная масса только мешали.

В десантной академии крупные рекруты погибали на первых курсах, и даже не потому, что они были неуклюжими, просто большое тело – хорошая мишень, в которую легко попасть, а на занятиях стреляли боевыми. В этих верзил даже целиться не нужно, достаточно выстрелить в их направлении, и пуля сама найдет себе цель, промахнуться невозможно.

Интересно, как этим-то удалось так долго существовать в таком непростом и жестоком мире? Юноша невесело усмехнулся, продолжая разглядывать верзил. Охранники были одеты в серые комбинезоны, очень похожие на тот, что был надет на него самого, хотя с первого взгляда видно, что на них дешевая подделка.

Качество ткани явно хуже, да и хамелеонами их трудно назвать – они могли спрятать владельца такой одежды только в сумраке и темноте, а сейчас, при свете ярких ламп, анализаторы явно не успевали за сменой окраски.

Данька наблюдал за тем, как комбинезоны охранников меняли цвет, пытаясь сделать незаметными их хозяев в полицейском участке, полностью подстроиться им несомненно не удалось, они перестали быть серыми, но сымитировать коричневую стойку не смогли, получилось нечто грязно-серое, мало похожее и на стену, и на стойку.

К тому же на груди у обоих верзил и на мощных плечах красовалась эмблема компании, изготовленная из обычной ткани, поэтому, как ни менялся цвет основного комбинезона, она все равно выделялась и демаскировала своих владельцев.

Один из охранников, о чем-то тихо переговорив с полицейским, подошел к скамье и стал рассматривать Даньку. Лоб у него был узкий, волос на черепе почти не осталось, так, нечто напоминающее светлую поросль, а маленькие глазки светились злостью.

Юноша даже поежился, предчувствуя, что сейчас его будут бить, и даже очень больно, – видимо, этим ребятам не понравился нежданный вызов в полицейский участок.

– Так это ты пытался сбежать от нас? – Охранник поднял Даньку со скамьи одной рукой. Тот хоть и считал себя рослым и довольно тяжелым парнем, в этом огромном кулаке чувствовал себя абсолютно беспомощным.

Если гиганту так легко поднять одной рукой юношу, то какова же у него сила удара? Проверять на себе Даньке не хотелось…

Вот если его распутают и дадут возможность драться на равных и в первые минуты боя повезет избежать удара огромного кулака, то тогда, может, и удастся сбежать, вряд ли при таких габаритах охранники смогут его догнать.

Да и куда лучше всего их бить? Не в голову же? По лицу охранника видно, что туда били, и не раз, но безуспешно – нос сломан, брови в шрамах, да и с зубами не все в порядке, передние явно искусственного происхождения…

Заметно, что кость крепкая, челюсть одним ударом не свернуть даже ногой…

Нет, не справиться. Что толку в скорости и количестве, если все удары, как укус комара? Такой верзила даже и не заметит, что его давно и старательно избивают. И не дай бог обидится – убьет же одним ударом, тут и бессмертие не поможет.

Пожалуй, в драку не стоит лезть, надо искать другое решение.

Интересно, откуда здесь взялись такие гиганты, да еще так похожие друг на друга, словно они братья?

Такого одного-то нужно поискать, а тут двое – сплошные мышцы, взгляд тупой…

Тут Данька вспомнил.

Ну конечно же! Ему о них рассказывали на курсе вероятных противников. Зовут этих ребят гомункулусами, но десантники прозвали их мутантами, потому что их создают в лабораториях, заменяя в оплодотворенной яйцеклетке отдельные группы генов на другие.

Обычно таким образом готовили бойцов для гладиаторских боев или телохранителей для правительственных чиновников и их семей.

Отсюда и название – гомункулусы, их не рожали матери, они развивались в искусственных матках, и их формирование контролировалось с первого и до последнего дня.

На Земле изготовление гомункулусов было запрещено законом, да и во многих колониях тоже, но некоторые отдаленные планеты на свой страх и риск это делали, потому что производство таких мутантов было гораздо выгоднее, чем добыча руды.

Некоторые колонии специализировались на выращивании красивых девушек для увеселительных заведений на Земле, другие делали вот таких верзил.

О мутантах в десанте рассказывали немного – они не считались опасными противниками, ибо хотя и большие, но глупые, потому что гипертрофированные мышцы требовали много питательных веществ, и мозгу доставалось мало. Обладая большой массой тела, гомункулусы становились легкой мишенью, к тому же и живучесть у них была ненамного выше, чем у обычных людей, умирали они быстро, получив разрывную пулю в сердце или в голову, а в другие места десантники и не стреляли.

В сам десант прием гомункулусов был категорически запрещен. Мутанты слишком много ели и пили, им требовалось огромное количество воздуха для дыхания, да и весили они немало, забивать звездолеты такой ненужной, прожорливой мышечной массой было невыгодно.

Данька попробовал растянуть путы, но они не подались ни на миллиметр, пластик, из которого делались такие путы, в некоторых случаях был крепче металла, но попробовать все равно стоило, а вдруг его спеленали чем-то другим? Впрочем, чем он еще мог заняться, вися в огромной руке гомункулуса в метре от земли?

Охранник перебросил парня по воздуху второму мутанту, тот взвалил его на свое плечо и потащил к двери. Путы они явно с него не собирались снимать.

У дверей участка на пустынной улице стоял закрытый со всех сторон броневыми плитами автомобиль, больше походивший на танк времен Второй мировой войны – тогда люди любили прятаться от пуль и снарядов за толстые металлические листы, пока не появилось оружие, которое пробивало любую броню, не оставляя никакого шанса на выживание сидящим внутри.

Умение убивать, как и мастерство изготавливать оружие, у человечества здорово развито, всю свою большую историю только этим и занималось…

Может быть, поэтому в Третьей мировой войне люди Уже сами не участвовали в сражениях, там действовали роботы, и главными в этих сражениях были уже скорость и быстрота реагирования.

Выигрывал сражение только тот, кто умел быстро перемещаться, используя роботов, а тот, кто прятался за броневые листы, бетон и почву, проигрывал.

А уже после того как нанотехнологии, сегодня категорически и повсеместно запрещенные, привели к тому, что роботы проникали через любой многослойный фильтр убежища и собирали себя уже внутри помещения, всякое укрытие стало бессмысленным, да и любая война тоже – выжить уже не удавалось никому…

Даниилу нравилось смотреть сериалы о старых войнах, в которых люди выходили на поле боя, обвешанные броневыми плитами, от которых отскакивали пули, или лежали в самоходной тележке из металла, стреляя из пушек и пулеметов через смотровые щели.

У охранников была такая же нелепая машина, она явно проигрывала в скорости любому другому транспорту, а пули из автомата звездного десантника благодаря компактному ускорителю легко бы прошили ее насквозь.

Да что автомат, даже пистолет и тот вполне мог сделать из нее решето, а уж если использовать разрывные пули с замедлителем времени взрыва… тогда точно никаких шансов.

Даниил даже сладко зажмурился, представляя, как атакует эту неповоротливую махину…

Ее создатели явно не прошли полного курса звездного десантника, иначе не спроектировали бы такую нелепость.

Впрочем, оружие с ускорителями запрещено для всех, кроме десанта да ряда спецслужб, следовательно, не от десантников прятались охранники, а от легкого оружия, возможно даже огнестрельного. Если это так, то кого они боялись?

Верзила открыл заднюю дверцу бронированного фургона, за которой обнаружилась глухая каморка без единой щели, и бросил юношу на пол.

Дверь закрылась с грохотом, отрезая Даньку от окружающего мира, мотор взревел, и бронированная машина тронулась.

Юноша лежал, мучительно размышляя над тем, что он может сделать в подобной ситуации. Вариантов было не так уж много – точнее всего один: он, используя внутреннюю силу, невзирая на обещание, данное самому себе, избавится от своих оков. Путы были пластиковыми, прочными, на силу, на перепиливание и на другие механические воздействия не поддавались и снимались только специальным растворителем, который нарушал целостность пластика. Юноша, используя свои новые способности, тоже мог воздействовать на молекулярную структуру, и путы распались бы, превращаясь в пыль, он уже однажды проделывал такое…

Можно также развалить подобным образом весь автомобиль, правда, на той скорости, на которой они мчались, это рискованно, стоит подождать первой остановки. Потом каким-то невероятным образом расправиться с мутантами и спокойно вернуться на поезде в столицу, отключив компьютер, а дальше все просто – пробраться в космопорт, минуя двух полицейских, забраться в ожидающий его челнок, и прямым ходом по самой короткой траектории на орбитальную заправочную станцию. Там, не теряя времени, на звездолет и на полной скорости лететь в далекий космос, пока не пришло указание с планеты о его задержании и не привели в боевую готовность лазерную батарею.

Это самый простой вариант и, вероятно, самый мудрый, правда, тогда Данька не исполнит просьбу Пирса и не купит артефакт в баре, да и до столицы не так легко добраться – существуют поисковики, компьютер, полиция…

Данька устало вздохнул – не сможет он никуда Уехать, потому что его файлы кто-то подменил, и у него нет денег на билеты, которые забрали стражи порядка и поделили между собой, поэтому разумное поведение требует сначала узнать, кому понадобилось устраивать с ним такое. Вероятно, это планировалось заранее – любой, кто приехал за артефактом, получил бы подобный сюрприз. Зачем? Страховка?

Даниил закрыл глаза, но неожиданно внутри снова проснулось чувство опасности, он покрылся с ног до головы холодным потом, сердце бешено забилось о ребра, грудь интенсивно заходила вверх-вниз, а легким перестало хватать воздуха.

Что это было? До этого момента он всегда ощущал самого себя как нечто цельное и неделимое, а теперь все разладилось – тело действовало само по себе, мозг перестал что-либо понимать, в нем словно проснулся какой-то древний механизм защиты, ему до сих пор незнакомый.

Старейшины снежных волков с самого начала говорили, что инициация на него подействовала как-то неправильно, некоторые даже предрекали, что он сгорит когда-нибудь от внезапно проснувшегося внутреннего огня.

Юноша выругался.

Что-то странное происходило на этой планете, и он, хоть этого и не хотел, оказался втянутым в эти события, и тело ведет себя не так, как обычно, поэтому даже не стоит думать о том, чтобы использовать свои новые способности, иначе он превратится в какого-нибудь монстра.

Данька устроился удобнее, насколько у него это получилось, вытянул спутанные ноги и задумался.

Так все-таки что здесь не так?

Ну конечно, он-то думал, что все будет просто, спустится на планету, найдет артефакт и вернется, а старый закон звездного разведчика гласит: “Помни, внизу всегда ждет беда, подготовься к ней насколько можно, и только тогда появится шанс вернуться, даже если спускаешься на хорошо знакомую тебе планету…”.

А Данька нарушил этот закон, даже не удосужился посмотреть файлы местной истории и ничего не знает о фауне, геологических образованиях, климате и многом другом, что могло бы ему сейчас пригодиться… Он не подготовился, поэтому должен использовать время в пути для того, чтобы что-то понять. Итак, первое, ему подготовили ловушку, грамотно и остроумно – зачем? Этого он пока не знает, но вероятнее всего, это связано с покупкой артефакта, возможно, таким образом продавец попытался подстраховаться на тот случай, если покупатель начнет вести себя неправильно: например, попытается силой забрать предмет древней цивилизации и сбежать. Возможно это? Вполне…

Что он должен делать, если события происходят именно таким образом?

Да ничего – сейчас у него роль статиста, все делается без него, само собой, только в последний момент появится продавец, и все разрешится. Единственное, что от Даньки требуется – это остаться в живых, не попасть под случайную пулю или под колеса машины.

Но похоже, тут возможны сложности: рабочий в поезде, клерк в банке, да и полицейские – все ему рассказывали, что на этой планете что-то неправильное происходит: люди здесь по неизвестной причине сходят с ума и начинают убивать друг друга…

Ну и что?

Он знал достаточно людей, готовых убивать и без какого-либо психического заболевания – например, телохранитель Грома всегда огорчался, если кого-то убивали без его участия.

И в звездном десанте воины убивали любого без раздумий после жесткого обучения, он имел возможность Убедиться в этом на планете-тюрьме – после солдат осталась только горелая земля, словно никогда в этом месте ничего не было.

Убивать всех подряд, в том числе и своих сородичей, заложено в людях, досталось от наших предков-обезьян, только снежные волки никого не убивают без серьезной причины…

Об этом он может тоже не тревожиться – тот, кто придумал такую остроумную ловушку, наверняка учел и это, главное, не попасть случайно под руку какому-нибудь свихнувшемуся маньяку.

Возможно ли, что все события сплетаются вокруг него именно потому, что он притягивает к себе все беды? Данька фыркнул, отбрасывая это нелепое предположение, хотя что-то внутри него потеплело, показывая, что он близок к истине.

И с чего бы судьбе строить ему козни? Он всего лишь юноша, которого допекают прыщи, да еще он постоянно попадает из одной неприятности в другую…

Данька горестно простонал. Света в этом маленьком глухом помещении не было, и, конечно, ни единой щелки, через которую удалось бы заметить, куда его везут.

Учитывая размеры городка, а также скорость, с которой двигались, броневик направлялся на юго-западную окраину – как раз туда, где он видел терриконы пустой породы, вероятно, там и находились шахты.

“Нет, это точно из-за прыщей, – мрачно подумал Даниил. – Именно из-за них все меня воспринимают как сопливого мальчишку, которого легко обидеть, а не как звездного разведчика, за которым стоит вся мощь Земли, включая безжалостный десант, иначе кому бы пришло в голову менять файлы, отрезая мне пути на корабль?”.

Он еще раз выругался и снова попытался найти более-менее удобное положение, в котором ему было бы не так больно, но тут бронеавтомобиль остановился.

Послышались тяжелые шаги, дверь кабинки открылась, и над ним нависло широкое лицо гомункулуса.

– Заснул, парень? – спросил охранник, хватая Даньку за шиворот и вытаскивая из машины. – Шевелись, тебя ждет твоя любимая работа.

Верзила крутанул его и бросил вниз лицом на пыльный твердый пластик, которым была покрыта площадь. Данька успел заметить во время падения высокое пластиковое здание и открывающуюся дверь. Человека, который оттуда вышел, не разглядел, только заметил, что тот высокого роста, не ниже обоих мутантов. А еще похвалил себя за то, что правильно догадался – привезли действительно к горам, успел увидеть далекое светило, пробившееся через зеленые тучи, зависшее прямо над вершиной.

– Кто это? – хмуро осведомился человек. – И где вы так долго мотались?

– Пришлось за этим мальчишкой ехать к полицейскому участку рядом со станцией, шеф, – начал оправдываться верзила. – Мы там и минуты не потеряли, скрутили парнишку, бросили в машину и тут же помчались обратно.

Данька попробовал перевернуться, но ему на спину опустилась тяжелая нога, прижавшая его к пластику, веса в гомункулусе явно было не меньше трехсот килограмм – так придавил, что даже воздух из легких выбил.

От недостатка кислорода даже закружилась голова. Данька застонал, и гомункулус смилостивился, давление на спину немного уменьшилось…

– На какого-то хлипкого мальчишку потратили почти час, – продолжил тот же скрипучий голос. – За это время можно было сделать многое…

– Не такой уж и хлипкий, скорее худой, в файлах сказано, что ему уже исполнилось шестнадцать, так что подрастет и мяса на кости наберет.

– Ладно, одобряю, ради такого, наверно, стоило потратить час. Как получилось, что его взяла полиция, а не вы?

– У нас компьютер барахлит. Сигнал получили от поисковика на станции о прибытии, но дальше местоположение не могли вычислить, пришлось копов напрягать. – Верзила хохотнул, – Но вообще-то он с самого начала был их клиентом, просто успел завербоваться к нам раньше, чем загреметь в тюрьму. Наш человек подписал с ним договор уже в полицейском участке…

– Понятно, отправить его вниз и передать, чтобы в штреке присматривали, хочу знать, как он осваивается, поясните, что мне он нужен живым и здоровым, по крайней мере первые два месяца…

– Так он же сирота, если и сдохнет, до него никому дела нет, зачем наших людей напрягать?

– Мне до него дело есть. Молодой он, если за ним проследить да помочь на первых порах, то он проживет не обычных полгода, а пять или шесть лет и с лихвой окупит все наши затраты, к тому же я собираюсь из него сделать бригадира, возрасту него подходящий. Приток людей в последнее время уменьшается, да и гибнет много. Выработка падает, а с нею и финансовые показатели…

– Понятно, шеф, только мы-то при чем? Все делаем, как вы говорите.

– Не все… Давно приказал узнать причину смертей. С медиками разговаривали?

– Они говорят, что шахтеры сходят с ума оттого, что мало видят света…

– А что, раньше они его больше видели? Десять, двадцать лет назад?

– Мы спросили – нам ответили. Медики в один голос говорят, что шахтеры психами становятся только от этого…

– Глупость какая, а с мальчишки глаз не спускать, чтобы отработал не меньше шести лет!

– Шесть лет – нереально, заболеет он и начнет всех убивать, такое происходит с каждым вторым, мы едва успеваем их отстреливать.

– Понятно… – Голос стал задумчив. – Свет, говорят, медики? Да нет… определенно глупость. А инженеры проанализировали, как я просил, в каком штреке больше всего сходит с ума людей?

– Кое-что им удалось выяснить, анализ показывает, что зараза идет с двенадцатого штрека – все заболевшие оттуда. Исключений нет, одни работали раньше, другие позже, но все маньяки побывали там…

– Вот-вот, так я и думал, причина в самом штреке – это хорошая новость! – Голос повеселел. – А медики, значит, на свет грешат, вот их бы и спросить надо, почему его только в двенадцатом штреке не хватает?

– Уже спрашивали – не знают, говорят, что ошибаются инженеры…

– Ничего они не ошибаются, лично мне это ясно – причина в штреке, но закрывать его нельзя, он самый богатый, лучшая руда там. Что ж, придется что-то делать, иначе у нас появятся проблемы с правительством. Хорошо бы туннель перекрыть железной стеной, а всех шахтеров оставить, все равно не жильцы. Да… пожалуй, надо так и сделать, те, кто сейчас там, оттуда больше никогда не выпускать, да еще собрать всех, кто там работал и пока не сошел с ума, тоже отправить вниз.

– Как же можно их там оставить? Шахтеры бунтовать начнут, у нас не тюрьма, незаконно это, копы узнают, проблемы будут.

– Это мои проблемы, с полицейскими и с правительством я как-нибудь сам разберусь, а ваше дело не думать, а выполнять мои распоряжения!

– Так шахтеры же друг друга поубивают в двенадцатом штреке. Кто тогда работать будет?

– Привезете еще, а за каждого новенького получите хорошую премию, так что вам даже прибыль будет…

– Тяжело стало новых рабочих набирать, никто не хочет трудиться на нашей шахте. Люди говорят, что мы нашли вход в ад, поэтому те, кто у нас работает, с ума сходят…

– Так… – Голос снова стал задумчивым. – Раз люди болеют только в двенадцатом штреке, то после того, как мы его изолируем, заболевших станет меньше. Люди со временем успокоятся, а если объявим о повышении зарплаты и о том, что удалось найти причину болезни, то в шахту снова пойдут. Медики каждому новенькому вколют какую-нибудь безвредную вакцину, и все будут счастливы…

– Какую вакцину и где они ее возьмут?

– Какая разница? Витамины, глюкозу – главное, чтобы люди считали, что у нас есть средство от болезни…

– Если шахтеров станем направлять в двенадцатый штрек, то снова начнут болеть…

– Не будут, мы никого оттуда больше не выпустим, а направлять туда станем только преступников – тех, о ком никто не станет беспокоиться. Это всем выгодно, в том числе и правительству, а вам я увеличу премию на двадцать процентов за каждого нового шахтера, который попадет в двенадцатый штрек.

– Если мы их выпускать не будем, то придется их кормить, поить, одевать, – пробубнил верзила. – Да и как можно штрек перекрыть? Оттуда же руду надо как-то вывозить. Если поставим пулеметы у входа в штрек, то сами всех шахтеров перестреляем, когда они к выходу полезут…

– Ну нельзя же быть настолько тупыми, подумайте хоть немного! – рассердился управляющий. – Я же сказал, штрек следует перекрыть металлической стеной, а в ней сделать двери, чтобы можно было вагонетки гонять наверх и через них же еду и питье подавать – причем за каждую вагонетку выдавать только один продовольственный пакет. Вот тогда у них появится стимул для хорошей работы – не захотят добывать руду, сдохнут от голода или жажды…

– Они и так сдохнут, когда начнут убивать друг друга.

– Пусть убивают, главное, чтобы зараза была локализована, нужно просто сделать так, чтобы с этой минуты больше оттуда ни один человек не выбрался.

– А мальчишку куда?

– В двенадцатый штрек, он же у нас преступник, заодно и опробуете новый способ подачи туда новых рабочих.

– Да как же мы его засунем, если штрек перекроем?

– Специально для вас поясняю, – голос стал нервным и злобным. – Сначала следует поставить металлическую стену, в которой вырезать ворота, как раз под размер вагонетки, паренька бросить в пустую вагонетку и отправить туда, так мы испробуем новый способ доставки людей, продуктов и всего, что потребуется, в обмен на руду…

– Как же их остановит стена, если мы в ней прорежем ворота для вагонеток? – Мутант вздохнул и пошевелил ногой. – Они же на этих вагонетках и выедут. А что с ними потом делать?

– Да… – Управляющий снова стал задумчив. – Похоже, эта задача не для вас, тут надо не мышцами шевелить, а мозгами. Можно детекторы поставить вместе со спаренными пулеметами прямо у ворот. Пару раз попробуют выбраться, и желание пропадет, это элементарно, даже думать не надо. Нет, пожалуй, попрошу организовать все это кого-то посмышленее, чем вы, а то все дело загубите и заодно великолепную идею, которая может принести мне и пайщикам немало денег…

– А с этим-то что? В двенадцатый или подождать, пока стену поставят?

– Путы снять, иначе придется ему ноги и руки отрезать из-за гангрены. Стену установят за пару часов, хочу, чтобы к этому времени парнишка был готов к отправке во вновь создаваемый мною ад. Возможно ли, что и дьявол решал подобные задачи?

– Сбежит, если путы снять…

– А за что я вам деньги плачу? Можете его парализовать, если станет дергаться…

– Так вы же сказали, чтобы мы его берегли…

– Я передумал…

Данька услышал удаляющиеся шаги. Управляющий ушел, гомункулус снял с его спины тяжелую ногу, когда парень уже едва дышал.

Его рывком поставили на ноги, но прежде чем Даниил успел что-то рассмотреть и понять, охранник ударил его кулаком в солнечное сплетение. Удар был отменным, профессиональным, выбил из легких остатки воздуха и отправил в забытье. Все потемнело перед глазами, Даньке и до этого воздуха не хватало, а после удара легкие совсем перестали работать, и он полетел куда-то сквозь мерный шум в ушах и легкий шорох, подобный морскому прибою, набегающему на пологий берег.

Наверно, полетел умирать на луг, куда отправляются все снежные волки после смерти… Почему он подумал о снежных волках, если умирает сам? У людей свои места, куда они приходят после гибели, у некоторых рай, у других Валгалла, у третьих ад…

Да, перед его смертью управляющий что-то говорил об аде, который собрался создать внизу… в шахте…

После этой не очень понятной мысли к шелесту волн добавился запах соли, кремневой пыли и мужского пота, а еще через какое-то время юноша почувствовал, что лежит на неровной поверхности, причем его голова находилась явно ниже ног. Правая рука лежала в какой-то луже, вода была ни холодной, ни теплой, хоть и обжигала, вероятно, потому что в ней растворено много минеральных солей…

Откуда он это может знать? В аду не бывает луж. Или бывает?

Нет, если думает, значит жив… И не в аду.

А еще через какое-то время Данька понял, что не только руки, но и все тело лежит в воде. Он пошевелился, простонал, его вытошнило желчью, легкие бурно запротестовали – дышать им по-прежнему не хотелось, а без кислорода всему телу было плохо, но все-таки заставил себя вдохнуть полной грудью и вновь потерял сознание.

Когда очнулся, то сразу понял, что после первого проблеска сознания прошло довольно много времени, и положение его тела изменилось – теперь он не лежал, а сидел, и тяжелая голова давила твердым подбородком в грудь.

Он снова хрипло застонал, приподнял голову и попробовал открыть глаза – векам что-то мешало, требовалось большое усилие, чтобы держать их открытыми.

Вокруг, насколько падал взгляд, царила густая темнота, свет исходил только от шахтерского фонаря, поставленного рядом, а он освещал площадь не больше метра.

Правда, смотреть было особо не на что – он лежал в невысоком проходе, прорезанном в серой скале, отблескивающей какими-то металлическими включениями. Вероятнее всего, это шахта, куда обещали доставить его охранники. Но не в основном туннеле, а в каком-нибудь вспомогательном. Большой должен быть выше – это Данька помнил.

Похоже, мутанты засунули его в двенадцатый штрек, где ему будет очень плохо. Интересно, подобное входило в планы продавца, или это как раз та случайность, которая всегда все портит?

Если это не запланировано, то ему придется самостоятельно выбираться отсюда.

А в штреке не все хорошо, люди сходят с ума по неизвестной причине – так сказал управляющий.

Данька полежал еще немного, тяжело и надсадно дыша. Кислорода в воздухе явно не хватало, легкие работали с хрипом, да и мелкой пыли здесь кружилось предостаточно.

Из небольшой дыры, находящейся в паре метров от его головы, слышался шум какого-то работающего мощного агрегата, иногда прерываемый звуком катящихся и рушащихся камней. Похоже, там работал горнопроходческий комбайн…

Данька осторожно перевел взгляд на свое тело и не увидел ни одной открытой раны, ни следов крови, да и комбинезон-хамелеон по-прежнему был на нем. Либо охранники не поняли, в какое богатство он одет, либо очень спешили, а может, просто повезло… Комбинезон – это не так уж плохо, он может светиться, правда, вряд ли стоит сейчас это использовать, ткань для генерирования световой энергии забирала заряд аккумулятора, для долгого освещения не хватит, проработает не больше пары часов. Все равно в комбинезоне он чувствовал себя более защищенным перед предполагаемым скверным будущим.

Даниил попробовал пошевелиться – с телом, похоже, все в порядке, болел только живот после сокрушающего удара верзилы, да легкие пока не могли прийти в норму – чувствовал он себя так, словно на него надели смирительный пояс и использовали на полную мощность.

Руки дрожали, остаточная боль прокатывалась волнами от пальцев ног до головы. Кажется, он уже однажды испытывал нечто подобное, тогда в него выстрелили из парализатора, и после выстрела он потерял сознание на четыре часа.

Наверно, мутант ударил его, а потом еще и выстрелил для страховки…

Даниил встал на четвереньки, заранее жалея комбинезон, подхватил фонарь и направился в сторону, откуда слышался гул агрегата. Метров через пять наткнулся на большую пробитую дыру, вылез в нее и оказался в большом туннеле. Он был почти круглым, метров пять высотой, освещался тусклыми лампочками, подвешенными к стене на высоте человеческого роста метрах в десяти друг от друга, – все устроено как в классической шахте. Даниил словно увидел разрез горы и услышал пояснения сержанта. Основной туннель, от него отходят дополнительные – штреки, где в общем-то и добывают руду, а через основной туннель вывозят руду и нагнетают воздух.

Он посмотрел по сторонам, видно было немногое – в основном куски породы, валяющиеся под ногами. Туннель делал плавный поворот, за которым скрывался комбайн.

Данька задумался. Куда идти? Шум явно исходит от проходческого комбайна, поэтому, если идти обратно, может, удастся добраться до выхода…

Не успел юноша сделать и пары шагов в выбранном направлении, как сзади послышался странный знакомый звук. Даниил оглянулся и увидел самого настоящего боевого робота, двигающегося прямо на него, – не то чтобы испугался, однако это зрелище никого не оставит спокойным, особенно если за человеком хоть раз гонялся механический охотник.

Юноша отпрыгнул в сторону, готовясь нырнуть обратно в боковой проход, чтобы не попасть под огонь автоматической пушки, прежде чем сумел различить в сером сумраке, что машина подверглась переделке и на месте пушечной турели теперь восседает человек – не самое умное решение, робот мог вполне работать в автоматическом режиме.

Если быть точным, в этом и состояло его назначение, для того и создавалась такая боевая машина, чтобы выслеживать преступников, поддерживать огнем десантников и охранять закрепленную за ней территорию от несанкционированного доступа.

Машина была сложной и многофункциональной, а использование развитого мозга под простую перевозку из пункта “А” в пункт “Б” показалось явной глупостью – зачем нужен водитель для самого совершенного на сегодняшний день робота?

Юноша недоуменно пожал плечами, продолжая вглядываться в того, кто сидел за выдвинутой консолью управления, ожидая от того каких-то опасных для себя действий.

Хотя Даниил и отодвинулся к самой стене, пропуская робота, но тот, управляемый человеком, покатился прямо на него и затормозил в последний момент, когда парень уже приготовился отключить его ударом hoi и под днище, как учил Пирс. При ударе в правильное место на короткое время размыкался контакт с аккумуляторами, обычно этого хватало для того, чтобы программа сбивалась.

В воздух взмыла мелкая пыль, которой много накопилось в туннеле, а когда она улеглась, Даниил смог рассмотреть за роботом небольшой поезд из двух десятков вагонеток на колесах, заполненных темной искрящейся рудой.

– Новичок! – проорал водитель – щуплый грязный человек с бегающими глазами. – Ты куда это собрался? Прежде чем идти, нужно сначала отметиться у бригадира. Он вообще-то о тебе знает, но все равно должен посмотреть на тебя и решить, что с тобой делать дальше.

– А вы что-то собрались со мной делать? – поинтересовался Данька. Нет, определенно ему это место не нравилось. – Я бы не советовал вообще ко мне подходить, могу быть очень опасным…

– Когда тебя привезли, ты не производил впечатление человека, который сможет ожить, и уж тем более опасного, – радостно засмеялся водитель. – Мы тебя и положили в боковом проходе, думали, когда умрешь, недалеко тащить до холодильника, а ты вон уже и голову поднимаешь, и даже грозишься…

– Простите, но я об этом не знал, – вежливо поклонился юноша. – Спасибо за вашу заботу, но сейчас я направляюсь к выходу, мне здесь не нравится, поэтому к бригадиру вашему, пожалуй, не пойду…

– А здесь никому из нас не нравится, только от этого ничего не меняется. – Водитель подвинулся, освобождая немного места. – Хочешь идти к выходу, пожалуйста, садись, подвезу. Посмотришь на стену, увидишь, как организована разгрузка, может, передумаешь и захочешь остаться с нами.

– Не передумаю…

– И действительно, как у молодежи все просто, – водитель ехидно рассмеялся. – Не понравилось, пошел к выходу, и чего мы тут корячимся?..

– Предупреждаю, если завезешь не туда, то смогу и ударить. – Юноша легко запрыгнул на робота. – Поехали.

– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. – Водитель нажал кнопку на выдвинутой управляющей панели, и робот устремился вперед. – Объяснять бесполезно, все равно не поверишь, молод еще и глуп. Мне-то все равно, но работать кому-то надо, нас мало осталось, еще немного, и комбайн обслуживать станет некому…

Человек почти кричал.

“Это, наверное, оттого, что он постоянно работает рядом с проходческим комбайном, – подумал Даниил. – Должно быть, даже не понимает, что вопит…”.

– Чему не поверю? – вежливо спросил он. – Что мне нужно увидеть?

– Ты попал в штрек номер двенадцать, а отсюда выход только на небо! Здесь у нас чистилище, отсюда близко и рай, и ад, а вот кто куда попадет, это зависит от того, какая жизнь прожита. Ты, конечно, еще молодой, грехов на тебе немного, а вот мы все, кто здесь работают, оказались тут не случайно, нам тут самое место. В бога веришь?

– Нет. – Юноша отрицательно покачал головой. – Только в самого себя…

– Ну это не страшно, еще поверишь, – ухмыльнулся водитель. – Ты уже так близко к нему, что его можно услышать, а если повезет, то и увидишь. Правда, кончается такое плохо…

– Услышать бога? Увидеть? – Даниил недоуменно заморгал глазами. – Разве такое возможно?

– Ну может, и не бога, так дьявола, но увидишь обязательно. – Водитель снова гоготнул. – Разница небольшая, у одного добро не отличишь от зла, а у другого – зло не отличишь от добра…

– Я вас не понимаю. – Данька снова почувствовал что-то неприятное в этом месте, да и чувство тревоги опять проснулось. – Тут есть место, где кого-то можно увидеть?

– Вот ты и догадался, – Водитель обнял Даниила за плечо, но юноша брезгливо отстранился. – Есть такое место, где можно услышать и увидеть, покажу, когда обратно поедем. Люди туда уходят, потому что начинают слышать голос, а возвращаются не все. У тех, кто возвращается, с головой становится совсем плохо… Не сразу, проходит какое-то время, кто-то год терпит, кто-то два, но зверь просыпается в каждом, потому что нельзя увидеть дьявола и остаться тем же, кем был.

– Это, конечно, интересно, но показать вы мне ничего не сможете, обратно я с вами не поеду…

– Значит, пешком пойдешь… – засмеялся водитель. – Ты думаешь, у нас здесь город и места много. Это штрек, здесь один центральный туннель, а с двух сторон идут боковые ходы для обслуживания комбайна, и это все, что у нас имеется. Да, чуть не забыл – еще два больших зала, где живем и питаемся, и пещера, которую случайно раскопали.

– Пещера?

– Я сказал тебе, что туда лучше не ходить, и объяснил почему. Правда, если услышишь дьявольский шепот, тебя никто не остановит, но это уже совсем другая история…

– Дьявольский шепот?

– Да что я тебе объясняю, все равно ничего не поймешь! – Водитель раздраженно махнул рукой, – Пока тебе достаточно знать, что меня зовут Грум. А как нам называть тебя?

Данька задумался над тем, какое имя ему назвать – то ли свое настоящее, то ли то, под которым его сюда направили.

– Смотри-ка, уже и собственное имя забыл. – Грум снова рассмеялся, – Но если хочешь, могу напомнить – зовут тебя Мак Ален. Я бы посоветовал тебе со мной дружить, иначе трудно будет. Ты же еще мальчишка, а люди у нас разные, помощь и защита нужна всем, а таким, как ты, особенно…

– Как-нибудь обойдусь, не впервой, – отмахнулся недовольно Даниил. – Кстати, почему мне особенно потребуется твоя помощь?

– Молодой ты, а женщин у нас нет. Раньше это неважно было, когда мы наверх выходили, а теперь, когда перекрыли штрек, все изменилось…

– Я бы никому не советовал даже близко ко мне приближаться с подобными намерениями. – Данька даже не поморщился, все-таки прослушал полный курс звездного десанта, а там такое объясняли в первую очередь, – Я не так беспомощен, как кажусь, за себя постоять смогу…

– Крутым себя считаешь? – ухмыльнулся водитель. – Так поверь, здесь все такие, один другого отчаяннее. Здесь же чистилище и всего два выхода – либо в рай, либо в ад. Выбор за тобой.

– Я уже выбрал, – Даниил усмехнулся, – Работать у вас не буду, доберемся до выхода из штрека и до свиданья.

– Посмотрим, как ты уйдешь, мне даже интересно… – Грум повернул рукоятку. – Все боковые ходы заполнены покойниками, у нас их тут не одна сотня наберется, есть и молодые вроде тебя – это у нас теперь единственный выход, или ты о каком другом говоришь?..

Робот свернул в туннель, который показался Даньке еще больше, чем тот, из которого они выехали, к тому же и освещен он был гораздо лучше. Лампочки здесь висели не вдоль одной стены, а на обеих, да расстояние между ними было меньше.

Проехали они недолго и уперлись в ровную металлическую стену. Выглядела она очень внушительно, матово отблескивая в свете фонарей, и казалась непреодолимой. Почему-то при взгляде на нее возникало ощущение, что толщина стены больше метра и сделана она из единого цельного листа.

– Вот она родимая, дальше не пройдешь… – Водитель нажал кнопку звукового зуммера, в металлической стене открылась небольшая дверь, как раз достаточная для того, чтобы пропустить робота и вагонетки. Откуда она появилась, Даниил так и не понял, вероятно, все-таки стыки были, просто сумрак и блики прятали их. – Слезай, если не хочешь умереть прямо сейчас – включаю автоматику, и робот уйдет за стену.

– А я поеду вместе с ним, – усмехнулся юноша. – Для этого же сюда и направлялся, мне в шахте не нравится…

– Это твое право, я тебе мешать не буду, постою в сторонке, – хохотнул Грум. – Каждый имеет право на ту смерть, какая ему нравится, а там за стеной тебя ждет именно она. Я бы тебе и слова не сказал и с удовольствием понаблюдал бы, как умирать будешь, да бригадир меня не поймет…

– Тогда я пошел. – Данька слез с робота и сделал шаг вперед, но остановился, услышав голос водителя, – его слова юноше не понравились.

– Но объяснить я тебе кое-что должен, иначе у меня будут проблемы… – Грум почему-то перестал кричать и стал говорить неспешно и спокойно. – Отсюда не уйдешь, убьют тебя, а нам люди нужны…

– Почему? Кто мне помешает?

Водитель слез с сиденья и стал разминать затекшие ноги. Данька и сам уже начал вспоминать, о чем говорили между собой охранники и управляющий перед тем, как его ударили, а потом еще выстрелили из парализатора…

– А все очень просто. – Водитель подошел к открытой двери и показал на стену. – Видишь, вон стоят датчики, настроенные отслеживать все живое. Они сложные, многоуровневые, там и инфракрасное излучение, и рентгеновское, а также реагирующие на посторонние шумы, в том числе и стук сердца. Как только ты гуда зайдешь, датчик даст сигнал компьютеру, а тот поднимет тревогу.

– Любой датчик можно обмануть, а чем сложнее система, тем больше возможностей для этого…

– Ты сможешь обмануть датчик?!

– Не сразу, к этому сначала подготовиться нужно, но со временем смогу…

– Готовься, только это тебе не поможет. Датчик нужен только для того, чтобы вычеркнуть человека из списка, они не хотят посылать нам лишние продукты после того, как человек умрет…

– Значит, не в датчике дело?

– Если обманешь датчик, лично тебе это ничего не даст, потому что руду отправят вместе с тобой на дробление, а потом обработают специальным излучением, убивающим бактерии, а заодно и все живое – проще говоря, изжарят тебя. Руде-то ничего не сделается, а вот ты подрумянишься, причем изнутри, и не поймешь, что уже мертв. Видел я одного парня после того, как тот попал под такое излучение, у него кровь хлестала отовсюду, из глаз, из ушей, – прожил не больше двух часов. Веришь мне?

– Верю. – Данька вздохнул, он-то надеялся на пулеметы, а инженеры все сделали значительно проще. Придется искать другой путь.

– Жалко, – вздохнул водитель, включая на панели автоматику. – Эту стену возвели только вчера, а то, что я тебе сказал, битый час объясняли по громкоговорителю. Но мы еще не проверяли, правда это или нет. Только кошку с рудой отправили, она не вернулась, но это же не человек, может, уже давно там наверху гуляет да разную мелкую живность себе на забаву ловит. Точно не хочешь рискнуть?

Даниил подошел ближе и внимательно осмотрел небольшой тамбур, куда робот должен был загнать вагонетки. Датчики его не очень смущали, а вот то, что и дальше стояла металлическая стена, ему не понравилось. Датчики он обманет, а потом? Как проникнуть в следующее помещение? Можно пустить вперед робота, но если Грум прав, и тот активизирует смертельное излучение, что тогда?

Лучше всего не рисковать, а спокойно собрать информацию, жизни его пока ничего не угрожает.

– Пожалуй, я немного побуду с вами…

– Ну и хорошо, а ты, оказывается, не такой крутой, как о себе рассказываешь… – Водитель нажал кнопку запуска автоматики. Робот медленно двинулся вперед, таща вагонетки, заполненные сверкающей рудой, дверь закрылась за ним, и тут же послышался монотонный шум.

– Это они проверяют робота, – пояснил водитель. – Просвечивают на случай, если мы в него взрывчатку заложили – давно бы так сделали, только нет ее у нас, а вот теперь обрабатывают лучами смерти…

Шум стих, сменился шорохом осыпающейся породы.

– Пропускают через камнедробилку, если бы ты сейчас лежал в вагонетке, тебя бы превратили в мясное рагу из костей и жира…

Послышалось тихое шипение.

– Что это такое, мы не знаем, возможно, отравляющий газ…

Звуки за стеной стихли, наступила тишина, только где-то в глубине туннеля капала вода.

Грум лег прямо на каменный пол и закрыл глаза.

– Можно поспать, робот выйдет не раньше чем через час, обычно рабочие не спешат, да и прицепляют тележки под контролем мутантов, те смотрят, чтобы положили только то, что указано в списке.

– В списке?

– Нам нужны кроме еды еще и смазочные масла для комбайна, иногда буры…

Данька сел у противоположной стены, настороженно наблюдая за водителем, но тот закрыл глаза и, похоже, заснул.

Дверь открылась только тогда, когда и сам юноша задремал. Металлические створки раскрылись бесшумно, и из темноты выкатился робот, тащивший за собой пустые вагонетки. Он прокатился метров двадцать и остановился, подчиняясь заложенной программе.

Юноша подошел к нему, в первой вагонетке что-то лежало. Рассмотрев обертки, Данька убедился, что это все те же продовольственные пакеты.

Тот, кто снабжал шахту продуктами, даже не удосужился убрать дату – пакеты все были просроченными.

Грум тщательно пересчитал пакеты – их оказалось двадцать три.

– Странно, что тебя не забыли. Сегодня отправили двадцать две вагонетки, значит, и пакетов должно быть столько же. Получается, тебя сегодня накормят за счет шахты, а вот завтра, если не станешь работать, то еды не получишь. Впрочем, как решит бригадир. Может, ты обладаешь какими-нибудь полезными талантами, тогда вагонетку за тебя будет наполнять бригада…

– Что ты этим хочешь сказать? Какие у меня должны быть таланты, чтобы не работать?

– Не все работают на проходческой машине, но это решает сам бригадир, а не я. Иногда он отправляет кого-то на разведку трещин и щелей – работа опасная, некоторые не возвращаются, но и без нее нельзя, можно испортить комбайн. Иногда встречаются такие большие ямы, что он может в них провалиться, его потом ничем не вытащить.

– Почему люди не возвращаются из разведки?

– Бывает, в пустотах скапливается газ, для туннеля, может, и немного, но одному человеку хватит, или залезет парнишка вроде тебя в узкую щель, где не сможет развернуться, и там застрянет, помочь в таком случае никто не поможет. Для того чтобы выполнять такую работу, нужно иметь небольшой рост и вес, да и достаточно гибким быть, чтобы пролезть в любую щель…

– Понятно, – покивал юноша. – Я для такого не подойду…

– Вот и говорю, что решать будет бригадир…

– А кто вам назначил бригадира?

– Никто не назначил, сами выбрали, нормальный мужик, все понимает, в возрасте… – Водитель полез на робота, на этот раз он не оставил Даньке места рядом с собой, а махнул рукой на пустые вагонетки. – Поедешь там. Я свою работу выполнил, ты в моей заботе не нуждаешься, значит, отвечаешь за себя сам.

Робот медленно покатился по туннелю, и юноше пришлось запрыгивать в вагонетку на ходу. Можно, конечно, было пойти пешком, заодно осмотреться и понять, куда его забросила судьба, но сначала действительно лучше отметиться у бригадира, переговорить с ним, а уж дальше действовать по обстоятельствам, да и продуктовые пакеты лучше не упускать из вида, очень высока вероятность, что останешься голодным.