12. Продолжающая предыдущую глава.

Штрук (хромающий седой нищий в невозможных лохмотьях) уже несколько часов торчит у подъезда дома профессора Пряника.

Не подумайте, что сыщики обязательно так всегда себя ведут. Тут причины особые…

В окнах свет, мелькают тени… Озябший Штрук терпеливо проторчал до глубоких сумерек. Ничего! Который день ничего!

Утром опять, у водосточной трубы прижавшись, мок под сентябрьским дождем, с затаенной улыбкой пряча подаваемую мелочь…

…Прижавшись у водосточной трубы…

Но что это? Проклятый профессор окончательно завяз и не выходит. Штрук должен же, наконец, ознакомиться в точности с объектом своего поручения!

Хлопает парадная дверь и оттуда выходит в партикулярном платье швейцар профессора Пряника.

Штрук насторожился. На крыльце — разговор.

— Анна, жди меня через три дня.

— Ты, Болеслав, не рассиживайся долго в этом проклятом Берлине, ты знаешь, я волнуюсь…

— Не беспокойся, профессор не задержит меня долго…

— Что-о?!! Профессор?.. В Берлине?!? Посмотреть надо за этим Болеславом!..

* * *

Срочно в гостиницу. Экспресс. Берлин.

Штрук поджидает поезд с Болеславом. Осведомился еще в Праге. У того багаж-ящик с надписью «осторожно — стекло». Ясно — профессор тут, тут…

Поезд, пыхтя, приехал…

* * *

— Шоффер, следите вон за тем автомобилем!

— Ага! Значит, профессор в «Селекте». Так, так… И только лишь пять дней, — великолепно!

— Шоффер, получите доллар! Вы были внимательны, шоффер…