Глава 18.

МАРСЕЛЬСКИЙ ПОРТ.

Луна осветила восточные склоны холмов. Ее лучи посеребрили крыши и башни крепости, церкви, мачты и корабли; залив, раскинувшийся на западе, заискрился. Небо казалось не столько черным, сколько пурпурным. Между доками лежали густые тени. С севера дул ветерок, донося запахи смолы и рыбы; поскрипывали причальные тросы, волны тихо бились о корпуса судов.

Из-за складского строения с топотом вышел взвод стражников. Первый солдат нес фонарь, в неверном свете которого мерцали копья и латы. Но вот луч фонаря выхватил из тьмы тонкую фигурку в черной мешковатой одежде.

— Halte-la! — рявкнул командир.

Фигурка испуганно замерла. Янтарные волосы, бледное лицо, белый воротник... Один из стражников шагнул вперед.

— Qui va la?

— Un anglais, — ответил ему высокий, чуть дрожащий голос, — du group qui a lone aujourd’hui ce bateau la. — Палец вытянулся в сторону суденышка, лежащего на воде неподалеку; на борту его был выставлен фонарь.

— Ah, oui. Je me souviens. Les parpaillots. — И с презрением в голосе командир закончил: — Qa va, pase, gar'on!

Дженифер, не скрываясь больше, отвязала четырехвесельный ял и спрыгнула в него. Патруль принял ее за обычного мальчишку-посыльного и больше не интересовался ею. Вскоре шаги солдат затихли вдали. Дженифер потихоньку гребла, направляя ялик в залив.

Оказавшись достаточно далеко от берега, она бросила весла и заглянула в сумку, висевшую у нее на поясе. Оттуда брызнул свет.

«Кольцо продолжает сиять, — обрадованно подумала она. — Я так и думала... Эта лодка — моя удача... ветер несет меня на юг — туда, где Руперт! Эта ночь — самый прекрасный день для меня!».

Спрятав кольцо, Дженифер принялась за работу: ловко закрепила руль, установила мачту, подняла парус... Для нее это не было сложной работой, суденышко не отличалось величиной. Мысли девушки то и дело возвращались к Свардларду.

«Бедный доверчивый Свардлард, мне действительно очень жаль, что я подставила тебя под удар и солгала о своих планах... но ты ни за что не отпустил бы меня в море... на поиски Руперта, моего Руперта... Я ничего не могу поделать с собой, я счастлива!».

Парус хлопнул и наполнился ветром. Ялик рванулся вперед. Дженифер села у румпеля.

«Ни еды на борту, ни капли воды, — подумала она, — и все же мне не страшно. Кольцо не предаст меня. Может, и придется немножко пострадать, но это неважно, я куда сильнее страдала без свободы...».

Она достала кольцо и надела его на палец, улыбаясь огненным лучам.

ТУНИССКИЙ КОРАБЛЬ.

Корабль встал на якорь. Справа виден был холмистый берег и город, похожий на сон. Минареты, залитые лунным светом, напоминали зимний лес... но воздух был теплым и пряным. Сияло гладкой поверхностью эбеново-черное море, через которое луна перебросила серебряную дорожку.

Руперт стоял у поручня. Он смотрел прямо перед собой, погрузясь в глубокое раздумье.

«Вот мы и добрались до Туниса и утром войдем в порт. А что потом? Оракул; ведущий меня, при подходе к этим берегам засиял так ярко, что мне пришлось снять его с руки и спрятать... не значит ли это, что где-то рядом я найду то, что ищу? Но как? У меня будет судно, мне даст его герцог, и я отправлюсь к неведомому острову... вправду ли кольцо приведет меня туда?..».

Шелест шелка заставил принца обернуться. Он увидел Белинду. Она была в платье с глубоким вырезом. От ее волос и кожи исходит аромат роз и чего-то еще — непонятный, тревожащий запах...

— Вы... добрый вечер, — с трудом произнес Руперт. — Я... я думал, вы давно спите. Вы так нарядно одеты...

— Это в честь окончания нашего путешествия. Ну, в некотором смысле, — она взглянула ему прямо в глаза. — Я должна изображать радость по этому поводу... но теперь я буду уже не путешественницей, а помнящей свой долг герцогиней...

— Ну, я-то всегда был принцем лишь по названию.

Белинда взяла его за руку.

— Но вы, как никто, заслужили титул, Руперт. Вы должны бы стать императором!

Принц покраснел.

— Вы слишком любезны, — сказал он. — Вы всегда были Добры ко мне. Мне было приятно путешествовать с вами...

— А я... что я могу сказать? — она прижала его руку к своей груди. — Неужели вам нужно снова искать опасности? Вы могли бы найти убежище...

Она покачал головой.

— Мой король... и то, что я должен отыскать....

— Но что вы ищете, Руперт? — она прильнула к принцу. — Нет, не говорите, если нельзя, — она взяла руки Руперта и положила их себе на талию.

— Могу ли я довериться хоть одной душе? — хрипло прошептал он. — Нет, не могу.

— Даже мне? — печально произнесла она. — Жаль, что не доверяете... если бы вы знали, как пусто в сердце и как бы хотелось заполнить эту пустоту...

Он попытался отодвинуться от нее, но ему это не удалось.

— Вы уже так помогли мне, Белинда...

— Лишь скажите, и я сделаю все, что в моих силах...

Она крепче прижалась к нему. Он, глядя поверх ее головы, сказал:

— Забывший о чести...

— Не мучьте, о, не мучьте меня больше, умоляю! — почти простонала она, обнимая его за шею.

— Белинда, лучше вам оставить меня...

— Прислушайся к зову плоти, забудь на минутку о долге...

Она выпустила его из объятий, взяла за руку и повлекла за собой. И принц, словно слепой за поводырем, шагнул следом.

В ЗАЛИВЕ.

Земли не было видно. Ялик качался на волнах, освещаемый спускающейся к горизонту луной. Дженифер не спала; она немного замерзла, но, держась за руль, бодро напевала:

Рыбак уходит в морскую даль, А девушка ждет и ждет. Она не прячет свою печаль И слезы открыто льет. Глаз не отводит от синевы, А чайки над ней кричат, И ветер бросает: «Увы, увы! Не знаю, где твой моряк». Что дни, что ночи — ей все равно, Лишь шторм пугает — беда! И кровь бушует, но лишь одно Твердит в молитвах всегда. Но вот пришла наконец весна, И ветер принес ответ. В гуле его услыхала она От милого друга привет. Вернется он...

Дженифер умолкла на секунду — и вдруг отчаянно вскрикнула. Камень на голове змея внезапно погас. И тут же суденышко качнулось, сменило курс, перестав слушаться руля... словно превратившись в беспомощную щепку, отданную на волю ветра и волн.