Глава 11.

Время было бесконечным. Летело ли оно, тянулось ли, или просто стояло на месте, лейтенант Лунин не понимал. Бесцельное ожидание превращало время в субстанцию, которое было начисто лишено всяких материальных и физических характеристик.

Лунин сидел на диване и, почти не мигая, смотрел на экран беззвучного телевизора. С экрана на лейтенанта смотрело, так же почти не мигая, изображение приличного мужчины в чистой сорочке и галстуке, однако, с мимикой опытного пройдохи и болтуна. Так как никаких других действий, кроме движений губ и бровей, оратор не производил, Лунин, в конце концов, заскучал. Он взялся за пульт, но, вместо того, чтобы переключиться на другой канал, попросту выключил телевизор. Лунин потянулся. Он развел руки так, что послышались щелчки в суставах.

В этот момент зазвонил телефон. Лейтенант даже не повернул в его сторону головы. Он встал и пружинисто подошел к окну. Сквозь щель в занавесках была видна дальняя сторона улицы.

Когда раздался звонок, Ракитин ехал за рулем своей «шестерки». Капитан взял вправо, прижался к самому бордюру и остановил машину. Достал из кармана телефон и бросил беглый взгляд на дисплей. Звонил старший лейтенант Самохин.

— Привет, Глеб, — сказал он и, не дожидаясь ответа, добавил: — Сабуров погиб. Тот самый, который лейтенанта вскрывал, помнишь?

Информация оказалась настолько неожиданной для капитана, что какое-то время тот молчал, не обнаруживая никакой реакции. Так ничего и не услышав в ответ, Самохин спросил еще раз:

— Чего молчишь?

— Что с ним случилось? — наконец, отреагировал Ракитин.

— Он входил в подъезд, над которым висела строительная люлька. Рабочие на ней фасад шпатлевали. Но в тот момент они были на обеде. Вот тележка-то и сорвалась с креплений. И накрыла его. Бригада на место прибыла, я ребятам позвонил. Говорят, несчастный случай.

— Несчастный, говоришь? — повторил Ракитин. — Ты Лунину звонил?

— Звонил, — ответил Самохин. — Только без толку все. Трубку не берет. Сам же ему приказал затаиться. Вот он и сидит там, как таракан в щели.

— Ладно, Самохин, давай, — сказал Ракитин. — Попробую я. Если не дозвонюсь — сам туда поеду.

Капитан дал Самохину отбой и тут же принялся опять нажимать на кнопки, набирая телефонный номер.

* * *

Лунин все еще стоял у окна. Телефон за его спиной смолк, но через какое-то время опять зазвонил. Кто-то пытался связаться с этим номером, настойчиво и упорно.

Лунин не обращал на звонки никакого внимания. Он задумчиво смотрел в щель между занавесками. Небо за окном хмурилось, и будто бы собирался дождь.

К остановке, которая была у перекрестка, метрах в двухстах от дома, вперевалку подошел автобус. Из него выбралось на тротуар несколько человек. Одна из пассажирок, стройная молодая женщина, остановилась у перекреста и стала ждать, когда зажжется зеленый свет.

* * *

Лунин задернул занавеску и отвернулся от окна. Телефон все еще звонил. Лейтенант подошел к нему и безо всякого снисхождения выдернул штепсель из телефонной розетки. Затем вышел из комнаты.

На кухне лейтенант включил газ и поставил на него сковородку. На полке над плитой стояла початая бутылка постного масла. Лунин снял бутылку и плеснул из нее на дно сковороды.

Газ горел сильно, и сковородка стремительно прогревалась Поэтому действовать нужно было решительно и точно. Лунин раскрыл дверцу холодильника, достал из него пару яиц, и выложил их на стол. Взял третье, и, держа его над сковородкой, занес над ним нож.

В этот момент на раскаленное дно вдруг упала откуда-то сверху крупная капля воды. Она с треском взорвалась в масле, и руки Лунина тут же покрылись обжигающими брызгами.

От неожиданности и боли лейтенант выпустил яйцо, так его и не разбив. Раскололось оно другим способом — ударившись об пол у самой плиты. Лейтенант инстинктивно отпрыгнул назад и поднял глаза. На потолке стремительно расширялось мокрое пятно, на котором набухали, а затем, одна за другой, срывались вниз крупные капли воды.

* * *

Так и не дозвонившись, Ракитин убрал телефон в карман. Капитан резко дал газ, вывернул руль и тронулся с места с такой скоростью, что ремень безопасности впился ему в бок. Проехав по двум сплошным, машина развернулась и помчалась в обратном направлении.

* * *

Лунин выскочил из ванной с тазом в руке. Он выключил газ и, обжигая руки, стянул с плиты плюющуюся во все стороны сковородку. Подставил вместо нее тазик и вновь посмотрел на потолок.

Но масштабы коммунальной катастрофы оказались гораздо больше, чем он предполагал. На потолке, одно за другим, буквально на глазах лейтенанта, возникали все новые и новые пятна — теперь они сочились уже не только над плитой, но и в других местах, по всей кухне. Вода забарабанила по столу и поверхностям шкафов, быстрыми темными потеками двинулась вниз по стенам.

Лунин бросился в коридор. Он прекрасно помнил о приказании капитана Ракитина не покидать квартиру ни в коем случае. Однако тут случай был особый. Секунду он все же колебался перед дверью — открывать или нет? Затем посмотрел в глазок — там не было ничего, кроме соседских дверей и деформированного кафельного пола.

Лунин щелкнул замком и выскочил наружу.

Угроза происходила, скорее всего, из квартиры, расположенной этажом выше. Лунин бросился вверх по лестнице.

Так оно и было — над квартирой, из которой текло, был только чердак, куда вела металлическая лестница, приваренная к штырям, торчащим из стены.

Лунин остановился перед дверью, обитой потрескавшимся дерматином, из-под которого местами торчали клочья ваты. Квартира была точно такой, как та, из которой он только что вышел.

Лейтенант утопил кнопку звонка несколько раз подряд, однако звуков его из-за двери он так и не услыхал. Так как попытка связи с хозяевами оказалась безрезультатной, Лунин решил перейти к радикальным мерам — он начал стучать. Обивка гасила звуки, что чтобы его действия обрели хоть какой-то эффект, лейтенант после второго или третьего удара принялся бухать в дверь обоими кулаками.

* * *

В этот момент на площадку, за спиной Лунина, поднялась молодая женщина, — та самая, которая сошла с автобуса, и которую Лунин мельком увидел из окна. Ее звали Зоей, и было ей не больше двадцати пяти лет. Увидев рослого мужчину, который колотил обоими кулаками в дверь, Зоя замерла на месте и закусила нижнюю губу.

Затаив дыхание, она осторожно раскрыла сумочку и достала из нее небольшой баллончик. Лунин, хотя и был увлечен своим занятием, все же почувствовал, что за его спиной происходит некое движение.

Лейтенант резко обернулся. В этот же момент Зоя нажала на головку пульверизатора и выпустила обильную струю ядовитого газа. Действия девушки были решительны, однако, не слишком профессиональны — сняв колпачок, Зоя не позаботилась о том, чтобы направить раструб своего оружия на цель. Газ со зловещим шипением пошел куда-то в сторону.

Лунин, скорее инстинктивно, чем обдуманно, тут же выбил баллончик из ее рук, и тот, подпрыгивая, покатился вниз по ступеням.

— Ты что, спятила?.. — прорычал лейтенант.

Зоя испуганно отпрянула от него. Лишившись своего оружия, она почувствовала себя совершенно беззащитной.

— Вы кто? — сдавленно проговорила она, прижимая обеими руками к груди сумочку. — Что вам тут нужно?

— Сосед снизу, вот кто! Кухню мне всю затопила, дура! Твоя квартира? Давай, открывай!..

Зоя бросила под ноги Лунину взгляд. Из-под двери, к самым его ступням, подбирался мокрый язык вытекающей из квартиры воды. Девушка трясущимися руками достала из сумочки ключ и вставила его в замочную скважину.

* * *

Кухня Зои была залита полностью, примерно по щиколотку. Шлепая по воде, Лунин кинулся к мойке, заставленной грязной посудой. Вода била из крана с сильным напором, заполняла мойку доверху и переливалась через край. Лунин попытался перекрыть кран, но что-то вдруг щелкнуло, и барашек остался в руке лейтенанта.

К струе, которая шла из крана, прибавилась еще одна, из развороченного смесителя — она была тоньше, но энергичнее, и настырно била в бок, доставая почти до самого окна. После фиаско со смесителем, Лунин не колебался ни секунды. Он распахнул створки шкафчика, ухнул и нырнул куда-то под мойку. Он знал, что нужно делать, и действовал как сапер, жизнь которого зависит он спокойствия, автоматизма движений и быстротечности времени — на ощупь и безо всяких раздумий. Под мойкой он нащупал еще один кран, который перекрывал воду, и завернул его. Струи воды захрипели, ослабли, а затем затихли совсем.

* * *

Лунин сидел на табурете по-турецки, положив предплечья на колени и свесив кисти. Он хмуро наблюдал за Зоей. Девушка босиком, закатав джинсы до колен, собирала тряпкой воду. На нежных руках хозяйки квартиры был прекрасный маникюр, а тонкие лодыжки казались такими изящными и белоснежными, будто были выточены из прозрачного мрамора. Однако, лейтенант был далек от того, чтобы любоваться ею — во взгляде его читается холодное и плохо скрываемое раздражение.

Зоя, наклонившись, старательно водила тряпкой по полу. Когда та набухала и отказывалась впитывать влагу, Зоя с трудом поднимала тряпку над ведром и сжимала ее обеими руками, как комок бумаги. Усилия были отчаянными, однако пользы не приносили почти никакой — в ведро стекали лишь скудные струйки.

Наконец, Лунин не выдержал. Он слез с табуретки, зашлепал к Зое и решительно взял тряпку у нее из рук.

— Ты полы-то когда-нибудь мыла? — спросил он.

Зоя не ответила. Она бросила на лейтенанта быстрый взгляд и сдула со щеки упавшую прядь волос.

Лунин стал собирать воду сам. Он энергично заработал плечами и лопатками. Время от времени он разгибался и, как белье, до треска выжимал тряпку над ведром.

Зоя какое-то время смотрела на его спину. Затем рукой убрала непослушную прядь за ухо.

— Меня Зоей зовут, — осторожно сказала она. — А вас как?

Лунин занес тряпку над ведром, выжимая ее в очередной раз.

— Это не имеет никакого значения, — сказал он, разогнувшись и вытерев рукой лоб, на котором начинали проступать капли пота. Бросив взгляд на раковину, заваленную грязной посудой, он добавил: — Тарелки надо вовремя мыть. Если б вымыла посуду сразу, то ничего б не случилось.

* * *

В этот момент во двор пятиэтажки въехал внедорожник. Он медленно обогнул клумбу и остановился у подъезда. В салоне автомобиля сидели четверо хорошо одетых молодых человека, и каждому из них было не более тридцати лет.

* * *

Эти люди появились в городе вчера. Они пришли пешком по шоссе, со стороны леса. Хотя шоссе и называлось Рыбинским, но вело оно в никуда. Дорога была не достроена. Она шла сквозь лес километров десять, а затем вдруг вязла в непроходимых топях. За плечами каждого из молодых людей висел туго набитый рюкзак, они были одеты в куртки, джинсы и ботинки на толстых подошвах, которые не оставляли при ходьбе никаких звуков.

Оказавшись в городе, молодые люди добрались до особняка, который стоял на Малорыбацкой. Дом этот был построен лет десять назад, и в начале строительства, еще до заливки фундамента, строители оградили участок непреодолимым забором. Он был настолько глухим и высоким, что прохожий мог увидеть лишь островерхую крышу, крытую дорогой черепицей.

Кто был хозяином этого дома, в городе никто не знал. Постоянно жил в нем бывший спецназовец Гриша Спиридонов — человек замкнутый, чудаковатый и совершенно непьющий. Был он русским, но молился по пяти раз в день, стуча лбом о землю, как татарин. Было ясно, что Гриша охраняет дом и ждет в нем своего часа. Невероятная скрытность стража была совершенной охранной системой. Она укрывала тайну, хранящуюся в доме, надежнее глухого забора, который стоял по периметру участка.

Молодые люди остановились у калитки, и один из них нажал на кнопку звонка. Замок тут щелкнул, будто гостей уже ждали и следили за их приближением.

Им открыл Гриша. Он внимательно осмотрел гостей и сделал шаг в сторону, освобождая проход. Незнакомцы, один за другим, вошли внутрь. Ни Гриша Спиридонов, ни кто-нибудь из незнакомцев, так и не обмолвились друг с другом ни единым словом.

* * *

Теперь четверо молодых людей были одеты в приличные костюмы и свежие сорочки, воротники которых были повязаны изысканными галстуками. Мотор внедорожника работал ровно, лица незнакомцев были спокойны, отлично выбриты и не несли на себе никаких следов эмоций.

Первый и Второй вышли из машины, хлопнув дверцами. Они быстро и одновременно поднялись на крыльцо, а затем исчезли за подъездной дверью один за другим.

Третий вышел из машины следом, однако к подъезду за своими товарищами торопиться он не спешил. Молодой человек обошел машину спереди и оказался в поле зрения Четвертого, который сидел за рулем.

Движения ног Третьего были пружинисты, и, казалось очевидным, что производит он их почти с физическим удовольствием. Молодой человек поставил ногу на скамейку, спугнув с нее голубя, и двумя пальцами приподнял на несколько сантиметров штанину. Она открыла белоснежный носок и сверкнувший лаковой кожей модный ботинок.

Третий со значением посмотрел в сторону водителя.

— Ну?.. Как тебе?.. — спросил он.

Водительское стекло плавно опустилось до половины. Четвертый повернул голову, приподнял на лоб темные очки и скосил на ботинок глаза.

— Ну, даешь… — ответил он равнодушно. — Круто.

Третий сказал с нескрываемым достоинством:

— Карло Пазолини. Пятьсот баксов. — Продумав, он скромно добавил: — Каждый.

Пальцы его разжались. Он снял ногу со скамейки. Штанина опустилась, ровно легла на голень и приняла свое естественное положение.

* * *

В руке Лунина был разводной ключ. Упершись в стену, лейтенант изо всех сил налегал на кран. Лейтенант сопел, на шее его вздувались жилы, а лоб был покрыт обильными каплями пота.

* * *

Посреди комнаты стоял столик на четырех колесиках. Столик был двухэтажным, из пустотелой никелированной стали. Первый этаж его располагался где-то на уровне колесных осей. Он был заставлен разнообразными початыми бутылками, соперничающими между собой многоуровневыми объемами разноцветных жидкостей. На втором этаже располагались два бокала, тарелочка с тонкими дольками лимона и мельхиоровая корзинка со льдом.

Зоя наклонилась над столиком. Она подхватила из корзинки щипчиками лед, кинула по паре кубиков в каждый из бокалов. Затем насадила на обрез каждого из них по кружочку лимона. Девушка замерла, прижав указательный палец к нижней губе.

Натюрморт был почти готов, однако в нем все же не хватало кое-каких деталей. Зоя опустила шторы и составила с комода на столик две свечи в подсвечниках. Затем подкатила его к самому дивану.

Зоя подняла голову.

— Можно вас на минутку? — крикнула она в кухню.

Затем достала из кармана джинсов зажигалку и щелкнула ею. Прикрывая рукой язычок пламени, она подожгла свечу.

В этот момент в проеме двери появился Николай Лунин. Он тщательно вытер руки промасленной тряпкой. Затем ею же стал натирать какую-то окислившуюся деталь, похожую на костлявый латунный кукиш. Девушка бросила на лейтенанта взгляд и подожгла вторую свечу.

— Вот, полюбуйся. Букса сдохла, — неромантично сообщил Лунин. — Новую бы поставить надо.

Зоя подхватила в обе руки по бокалу и посмотрела лейтенанту прямо в глаза.

— Мне мартини с соком, — сказала она. — А вам, я думаю, подойдет кальвадос. Мне кажется, что кальвадос в такой ситуации — это очень по-мужски.

Рядов недоуменно опустил буксу.

— Что по-мужски? — не понял он.

* * *

В этот момент послышался страшный удар. Зоя увидела, как входная дверь за спиной лейтенанта с оглушительным треском упала плашмя. Разбитый проем тут же окутался клубами пыли.

Лунин обернулся и инстинктивно отскочил назад, в комнату, пытаясь прикрыть собой девушку. Из пыли возник Первый — один из тех незнакомцев, что подъехали к дому на черном внедорожнике. Рука его была за полою пиджака, и он уже вынимал ее оттуда. Встретившись с Луниным взглядом, он глухо прорычал:

— Вот ты где, сука!..

Лейтенант на эту реплику ничего не ответил. Без лишних слов он взмахнул рукой и запустил латунную буксу точно в лоб непрошеному гостю. Удар был настолько звучен, насколько и ощутим, — нападавший будто наткнулся на невидимую преграду. Отскочив, букса звякнула об пол.

Первый схватился за лоб и, потеряв равновесие, врезался в зеркальную горку, стоящую у стены. От толчка стеклянная полка внутри нее сорвалась с креплений. Дулевский чайный сервиз, расставленный замысловатой пирамидой, смешался, и с фарфоровым грохотом обрушился вниз.

Первый отшатнулся, и его качнуло к стене. В этот момент Лунин резко, с хрустом, ударил его кулаком в шею. Траектория движения Первого, заданная ударом, тут же изменилась. Он отлетел к противоположной стене, со всего маху ударился об нее, а затем стал медленно сползать по ней на пол.

Лунин выскочил в коридор, но тут же с лету напоролся на боковой удар Второго. Этот удар оказался настолько силен, что сшиб лейтенанта с ног.

Коридор развернулся перед его глазами, и Лунин полетел к кухне. Всей массой своего тела он ударился в дверь туалета, но тут же сгруппировался и кубарем ушел вбок. Дверь распахнулась, открыв за собою кокетливый розовый унитаз с золочеными лапками.

В руках Второго уже был пистолет с глушителем. Он вскинул его и послал две быстрых пули Лунину вслед. Однако, к секторе обстрела лейтенанта уже не было — за долю секунды ему удалось отпрянуть вбок, на кухню. Пули пробили розовый бачок, который тут же испустил две струи воды.

* * *

Зоя все еще неподвижно стояла посреди комнаты, и оба бокала все еще были в ее руках. Она с ужасом смотрела на Первого, который лежал в своем пыльном костюме лицом к стене.

Когда послышались хлопки выстрелов, пальцы девушки наконец дрогнули и разжались. Бокалы беззвучно и почти одновременно ударились о палас, выплеснув на него свое содержимое.

Зоя шагнула к Первому и опустилась на корточки. Потом протянула руку и положила пальцы на его шею. Лицо ее, выражающее надежду, неуловимо изменилось — по-видимому, никакого биения жизни под кожей незнакомца девушка так и не ощутила. Зоя быстро вытащила из кармана джинсов телефон и набрала короткий номер.

* * *

Ракитин в этот момент был за рулем. Его машина мчалась на полной скорости, стремительно приближаясь к дому, где на конспиративной квартире был оставлен лейтенант.

* * *

Оказавшись на кухне, Лунин загнанно осмотрелся. Это был последний рубеж. Дальше бежать было некуда, и встречать человека с пистолетом нужно было именно тут. В коридоре мелькнула тень. Не раздумывая ни секунды, Лунин со всего маху ударил ногою по столу. Тот, переворачиваясь, подлетел к двери, в проеме которой уже стоял Второй с пистолетом в руке.

Стол был легок, и Лунин понимал, что большого вреда от столкновения с ним его преследователю не будет. Лейтенант отшвырнул его лишь для того, чтобы отвлечь внимание Второго и перекрыть ему сектор обстрела.

Так оно и случилось — вместо того, чтобы выстрелить еще раз, мужчина инстинктивно поднял руки, отбивая летящий на него стол.

Лунин отступил еще дальше, к холодильнику, стоящему в углу. Кухня была не слишком велика, и пространства для тактического маневра лейтенанту почти не оставалось. Однако, Лунину все же удалось распахнуть дверцу холодильника, перекрыв пространство между собой и нападавшим.

Прозвучало еще два выстрела. Хруст металла, порванного пулями, оказался гораздо отчетливей приглушенных хлопков. Дверцу холодильника пробило в двух местах. Магниты, висящие на ней, от толчков сорвались и посыпались на пол. Откуда-то быстрыми каплями закапало молоко. Однако, обе пули до лейтенанта так и не достали.

Лунин вывалился из-за дверцы, схватил с тумбочки тостер, включенный в сеть. Розетка вывернулась с корнем, и из-за нее с треском ударил фонтан электрических искр.

Лунин швырнул тостер в нападавшего. Тот успел прикрыться, но удар, который пришелся по его руке, был достаточно ощутим — Второй, с гримасой боли, отшатнулся к стене.

Лунин попытался воспользоваться моментом и ринулся вперед, пытаясь не упустить инициативу. Однако, Второй, уже от стены, все-таки успел поднять навстречу ему пистолет и сделать еще два выстрела.

Лейтенант инстинктивно поднял руку, пытаясь защититься. Одна из пуль пробила Лунину кисть и вошла в грудь. Вторая попала ему в кадык. Силою двух почти одновременных ударов Лунина оторвало от пола и подбросило в воздух. Лейтенант упал на спину и выгнулся дугой. Агония его продлилась не больше нескольких мгновений. В груди лейтенанта что-то захрипело, он вытянулся, стукнул каблуками об пол и затих.

* * *

Второй, не опуская пистолета, осторожно подошел к лежащему на полу лейтенанту. Глаза незнакомца были холодны и внимательны, будто перед ним лежал не мертвое человеческое тело, а коварная мина со взведенным часовым механизмом.

Откинутая рука мертвеца, с полураскрытой ладонью, пробитой пулей, лежала на полу. Сквозная рана в ней не кровоточила. На краях ее происходила едва заметная глазу трансформация сосудов и мышц — разорванные ткани стремительно менялись, обретали утраченные фрагменты и тут же покрывались нежной младенческой кожей.

Второй наклонился к лицу Лунина еще ближе и покрепче перехватил пистолет. Он протянул свободную руку, чтобы приподнять веко и увидеть зрачок лейтенанта. Однако, через мгновение, необходимость в этом действии отпала сама собою — глаза лейтенанта раскрылись без посторонней помощи. Взгляд его теперь был слегка насмешлив и полностью вменяем. От неожиданности Второй вздрогнул, и его рука застыла в воздухе.

Лунин подскочил, будто подброшенный в воздух пружиной, и опустился точно на ноги. Прыжок этот оказался настолько стремительным, что Второй едва успел отшатнуться в сторону.

Одним ударом Лунин выбил из рук его пистолет. Оружие, расколов оконное стекло, вылетело на улицу. Другой удар, ногой, пришелся грудь. Этот удар оказался так силен, что противник лейтенанта отлетел от него в дальний конец кухни. Створки мойки все еще были распахнуты. Второй залетел внутрь головою, ударился о водопроводные трубы и замер безо всякого движения. Кран вздрогнул и выпустил ржавую шипящую струю.

* * *

В этот момент Третий, который стоял внизу у подъезда, прикурил. Он убрал зажигалку в карман, а потом с чувством выпустил на волю дым от первой затяжки. Где-то сверху, послышался звон разбитого стекла. Третий поднял голову. С высоты пятого этажа, вращаясь в ореоле осколков, падал пистолет с глушителем. Третий недоуменным взглядом проводил его до самой земли.

Когда пистолет ударился о тротуар, он подпрыгнул и сделал самопроизвольный выстрел. Пуля чиркнула по асфальту и рикошетом ушла от бордюра. Ноги Третьего вдруг подкосились, будто он получил подсечку. Он взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, и это движение позволило ему устоять.

Причина таких телодвижений была такова — срикошетившая пуля ударила в каблук нового ботинка. Третий сплюнул сигарету. Он встал на тротуаре, как аист посреди болота, подняв щиколотку одной из ног на колено второй. Ошеломленно попробовал ногтем пулевое отверстие в каблуке. Сомнений не оставалось — ботинок был безжалостно и совершенно безнадежно испорчен.

Хлопнула водительская дверь. Из машины выскочил Четвертый, вынимая на ходу пистолет. Наконец, и Третий пришел в себя — он встал на обе ноги, выхватил оружие и, хромая, бросился за своим напарником к подъезду.

* * *

В этот момент из-за угла дома выехала и резко затормозила машина Ракитина. Во дворе уже не было никого. У подъезда стоял черный внедорожник с распахнутой водительской дверцей. Ракитин вышел из «жигулей» и поднял голову. На пятом этаже, как раз над квартирой, где был оставлен Лунин, одно из окон было выбито. Из него вырывалась занавеска, которая полоскалась на ветру. Небо затягивалось тучами, и на лицо капитана легло несколько мелких капель начинающегося дождя.

* * *

Зоя вбежала на кухню с телефоном в руках. Лицо ее было перекошено, а губы тряслись.

— Боже мой… — сдавленно проговорила она. — Я щупала пульс… Вы же его убили… Убили, — это точно. Я позвонила в милицию.

Лунин посмотрел на нее красноречивым взглядом.

— С ума ты сошла. Вот это — уж точно… в милицию-то зачем?..

Лунин подошел к окну и выглянул из него вниз. Двое мужчин с пистолетами уже мчались к подъезду.

В этот момент Зоя заметила второго незнакомца, ноги которого торчали из тумбочки. Телефон выпал из ее рук на пол. Девушка прижала обе руки к подбородку и отшатнулась к стене.

— Что?.. — сдавленным голосом проговорила она. — И этого что, — тоже?..

На этот бессмысленный вопрос Лунин отвечать не стал. Он обошел девушку и быстро вышел в коридор.

— Все, мне пора, — мимоходом бросил он. — Там внизу еще двое. Бегут сюда.

Зоя проводила его взглядом — Лунин, громыхнув каблуками по лежащей плашмя двери, выбежал сквозь разбитый дверной проем на лестничную площадку.

Девушка крикнула лейтенанту вслед:

— Да постойте! Куда вы?

* * *

Лунин не ответил. Он схватился за перила и заглянул вниз, сквозь лестничные пролеты. До него донесся хлопок подъездной двери. Путь вниз закрыт, и Лунин это отлично понимал. Лейтенант поднял голову и посмотрел на чердачную лестницу. Она была сварена из двух швеллеров, перекладинами между ними служили обрезки толстой арматуры. Лестница была крашена оливковой краской, которая давно уже выцвела, зашелушилась и пошла в местах сварочных швов лопнувшими ржавыми пузырями. Лестница поднималась вверх, к обитому оцинкованному железом люку. На петлях, прибитых гвоздями прямо сквозь жесть, болтался висячий замок.

* * *

Зоя выбежала из кухни. Теперь движения ее были точны и уверены, и от растерянности не оставалось и следа. Девушка заскочила в ванную комнату и нагнулась. Распахнула люк стиральной машины и вытянула оттуда небольшой, но туго набитый спортивный рюкзак.

* * *

Четвертый с пистолетом в руках бежал впереди. Третий — не отставая, сразу за ним, след в след. Где-то посередине их маршрута, на площадке между этажами, на пути их встали обляпанные известкой ремонтные козлы. Не сбавляя скорости, Четвертый сделал вираж, увертываясь от неожиданной преграды, и завернул на очередной лестничный пролет. Маневр этот был стремителен, однако не слишком аккуратен — исполняя его, Четвертый задел плечом одну из опор.

Козлы качнулись и на какое-то мгновение вдруг встали на две ноги. Сверху сорвалось ведерко с белой масляной краской, которой стояло на верхней площадке. Оно упало на бетонный пол и опрокинулось на бок. Содержимое его выплеснулось под ноги двигающегося следом Третьего. Тот запоздало подпрыгнул, однако движение это не успело спасти ни брюк его, ни новой, но уже простреленной обуви. На штанины легли густые пятна, а черные ботинки мгновенно превратились в белые. Третий на мгновение остановился и бросил на свою обувь тоскливый взор. Затем ринулся дальше, оставляя на ступенях крупные масляные отпечатки.

* * *

Лунин поднялся по чердачной лестнице до самого верха. Он пригнул голову, напрягая ноги и руки, и изо всех сил стал давить плечом в люк. Ржавые гвозди завизжали, и стали со скрежетом выходить из дерева. Лунин сделал еще усилие — замок вдруг звякнул и повис на петле чердачного проема, а люк с грохотом откинулся вверх и исчез в темноте.

Лунин проворно выбрался на чердак. Он огляделся. Полумрак разрезали лучи блеклого дневного света, падающие из-под шифера. Увертываясь от пыльных стропил и ловя потным лицом паутину, Лунин побежал к следующему люку, — под ним должна была быть такая же лестница, которая спускалась в соседний подъезд. Лунин припал на колено и с силой дернул несколько раз, пытаясь сорвать крышку. Однако, попытки эти не принесли никакого результата. Люк лежал мертво, будто был приварен к проему изнутри.

Лунин заметил краем глаза какое-то движение в полумраке и повернул голову. Из люка, оставленного за его спиной, выбиралась гибкая фигура.

Это была Зоя, и за плечами у нее висел рюкзак. Лунин оставил неподатливый люк и побежал дальше. Зоя ринулась за ним.

Лунин уже не тратил драгоценные секунды на то, чтобы проверить, заперты остальные люки или нет. Теперь он крупными скачками несся к слуховому окну. Он вскочил на лесенку, ведущую к свету, подтянулся на перекладине, и вышиб раму обеими ногами, одним ударом.

* * *

Небо оказалось затянутым жидкими тучами. Моросил мелкий дождь. Выбравшись из слухового окна, Лунин обернулся еще раз и бросил взгляд в полумрак. Вдалеке, в глубине чердака, что-то вспыхнуло, потом еще раз. Хлопков слышно не было, но то, что вслед ему стреляли, сомнений не оставалось. Одна из пуль с треском впилась в деревянный переплет, возле самой головы Лунина.

В этот же момент слухового окна достигла бегущая следом Зоя. Она попыталась с разбегу выскочить наружу, но одна нога ее вдруг сорвалась со ступеньки. Впрочем, Зоя упасть не успела — Лунин достал до ее руки, сжал кисть и одним рывком вытащил девушку наружу.

— Ты-то тут зачем? — рявкнул Лунин, подхватывая ее под мышки и ставя на ноги. — Им нужен я, тебя они не тронут!..

Зоя не ответила. Она искоса посмотрела на лейтенанта. Изнутри, под шифером, уже приближался к слуховому окну глухой топот преследователей. Лунин и Зоя, не сговариваясь, бросились к краю крыши.

Бежать дальше было некуда. Крыша обрывалась, открывая за собою гибельную дождливую пустоту.

Однако у самой кромки им вдруг стало ясно, что выход из положения все-таки есть. Метрах в пяти, прямо перед ними, лежала мокрая крыша соседнего дома, который был ниже на этаж.

Лунин остановился, и Зоя едва не налетела на него.

Лейтенант смерил взглядом расстояние между домами. Пространство пугало, но перепад уровней делал его вполне преодолимым. Лунин перевел взгляд на мокрую крышу соседнего дома.

— Скользко… — с сомнением сказал он. — Да и шифер не выдержит…

Зоя вдруг сдернула с плеч рюкзак и швырнула его Лунину. Тот инстинктивно поймал его.

— Ты что? — изумленно спросил лейтенант.

— Я легче, — ответила Зоя.

Она отскочила на пару шагов, сделала быстрый короткий разбег и прыгнула.

Лунин сделал движение, пытаясь поймать ее на ходу.

— Стой!.. — запоздало крикнул он.

Зоя легко пересекла пространство между домами и цепко, как кошка на четыре лапы, приземлилась на крышу соседнего дома. Она пружинисто вскочила и обернулась к Лунину.

— Кидайте рюкзак!.. — крикнула она, взмахнув рукой. — И прыгайте сами!..

* * *

Лунин не колебался. Он швырнул рюкзак, Зоя поймала его на лету и накинула лямку на плечо. Лунин, не раздумывая, сделал разбег и отправился вслед за девушкой и рюкзаком. При приземлении стало очевидно, что Лунин значительно тяжелее Зои. Шифер под его весом громыхнул, дал несколько трещин, однако все же не проломился.

* * *

Из слухового окна пятиэтажки выбрались оба преследователя. Четвертый бросил взгляд на соседнюю крышу. Он увидел на ней беглецов, которые добирались до верхнего края ската. Четвертый вскинул пистолет, однако открывать огонь уже не имело никакого смысла — Лунин и Зоя уже скрылись за коньком крыши.

Преследователи переглянулись — они поняли друг друга без слов. Едва заметно кивнув друг другу, они бросились вперед. Прыгнули они вместе, оттолкнувшись ногами от края крыши почти одновременно.

Однако, их совокупная масса оказалась слишком значительной для того, чтобы приземление оказалось удачным. Шифер под их телами лопнул. Хрустнули гнилые доски. Взмахнув руками, преследователи исчезли в открывшемся под ними провале и приземлились уже на чердак.

* * *

На противоположном скате крыши Лунин заметил пожарную лестницу.

— Сюда!.. — крикнул он.

Зоя, не раздумывая, бросилась к лейтенанту. Нога ее вдруг попадала в оцинкованный желоб, по которому струилась дождевая вода. Девушка вскрикнула, взмахнула руками, и, потеряв равновесие, упала.

Перевернувшись, она скатилась к самому краю крыши и соскользнула с него. В самый последний момент ей все-таки удалось уцепиться за перила ограждения. Однако, не спасли Зою и они — одна из стоек выломалась вместе с болтами и куском гнилого дерева, а за ней — вторая и третья. Полотно ограждения выгнулось и свесилось за край. Зоя повисла в пустоте, уцепившись за ржавую перекладину.

Лунин бросил взгляд через плечо и обнаружил, что девушки рядом с ним уже нет. Он глянул вниз. В полутора метрах ниже уровня крыши висела Зоя, подняв лицо и беспомощно смотря на лейтенанта.

Лунин понял, что с крыши ее уже не достать. Он кинулся к пожарной лестнице, на ходу выдергивая из шлевок ремень.

* * *

Спустившись на несколько перекладин, Лунин остановился на одном уровне с Зоей. Его ремень, как у хулигана перед дракой, был перехлестнут через запястье. Между ними и девушкой было не менее двух метров. Зоя держалась обеими руками за перекладину, за плечами ее все еще висел рюкзак.

Лунин сместился к самому краю лестницы, взмахнул рукой, и к девушке полетел ремень с петлею на конце. Зоя ловко, не проронив ни слова, с первого раза попала в петлю.

Она отпустила вторую руку и тут же провалилась вниз, повиснув на ремне. На шее Лунина вздулись жилы. Описав короткую дугу, Зоя обеими ногами зацепилась за металлическую лестницу, оказавшись на две перекладины ниже своего спасителя. Они все еще были связаны ремнем лейтенанта. Несколько секунд они смотрели друг другу прямо в глаза — Лунин сверху вниз, Зоя, соответственно, наоборот. Наконец, девушка отвела глаза. Она зубами вцепилась в ремень, пытаясь ослабить затянувшуюся намертво петлю.

— Николай, — неожиданно произнес Лунин.

Зоя снова подняла на него глаза.

— Что? — не поняла она. — Какой еще Николай?

— Лунин Николай, — хмуро повторил лейтенант. — Это — я.

Зоя усмехнулась, не сводя с него глаз.

— У меня руки немеют, Лунин Николай… — сказала она. — Помоги?

* * *

Из пролома в крыше выбрались Третий и Четвертый. В несколько прыжков они поднялись к коньку крыши, перевалили через него и побежали вниз, к пожарной лестнице. У самого края нога Третьего вдруг попала в тот самый желоб, который чуть не стал роковым для Зои. Взмахнув руками, Третий сделал усилие и с трудом восстановил равновесие. Между тем, Четвертый, подбежав к самому краю крыши, передернул затвор. Держа пистолет обеими руками, он остановился у самого края и посмотрел вниз.

* * *

Лунин и Зоя быстро спускались. Они были уже на нижних перекладинах.

Зоя первой достигла основания лестницы и спрыгнула на асфальт. За ней прыгнул Лунин. Почувствовав под ногами твердую землю, лейтенант поднял голову и на мгновение встретился взглядом с незнакомцем. Тот тут же выпустил вниз несколько пуль. Лунину удалось отшвырнуть Зою в сторону, а самому кубарем откатиться за ней вслед. Теперь они оба находились под бетонным козырьком, накрывавшим запертую дверь, ведущую неизвестно куда.

Какое-то время они стояли неподвижно, пытаясь отдышаться. Выбраться из-под козырька они не могли — пространство вокруг могло простреливаться насквозь. Лунин развернулся и дернул дверь, но тщетно — та была заперта изнутри. Лейтенант беспомощно осмотрелся. Высовываться из-под козырька казалось бессмысленным — шанс попасть под пулю был слишком велик.

Четвертый стоял на краю крыши, направив вниз пистолет. Третий ловко, по-обезьяньи, спускался по лестнице. Когда до земли оставалось не больше двух метров, он вдруг остановился. Крепче обхватил ногами лестницу, ухмыльнулся и выщелкнул и рукоятки пистолета использованную обойму. Та упала на асфальт и отскочила к самым ногам Зои. Девушка в ужасе прижалась спиной к двери.

Лунин осмотрелся по сторонам, надеясь обнаружить хоть какой-то предмет для самообороны, — камень, палку или обрезок трубы. Однако, ничего подходящего в поле его зрения так и не попало. Он молча поменялся с Зоей местами, и девушка оказалась за его спиной.

Теперь пространство вокруг козырька держал на мушке уже Третий. Заменив обойму, он висел у основания лестницы, направив вниз пистолет. Четвертый, убедившись, что сектор обстрела контролируется его напарником, принялся спускаться вслед. Когда он достиг уровня своего товарища, Третий, крепче перехватив пистолет, спрыгнул на асфальт.

* * *

В этот момент замок двери за спиной Лунина вдруг щелкнул. Створка резко ушла внутрь. Зоя провалилась спиной в темноту. Чья-то рука схватила Лунина за воротник и втащила его внутрь. Дверь закрылась, и замок щелкнул вновь.

* * *

Беглецы оказались в подъезде, в котором царил полумрак. Это был, скорее всего, черный ход. Вверх уходила лестница. Под нижним маршем располагалась настоящая свалка каких-то мешков, кирпичей и стопок книг, бетонный пол покрывал толстый слой нехоженой пыли. Лунин не мог скрыть своего удивления — человеком, впустившим их внутрь, оказался следователь прокуратуры капитан Ракитин. В руке его был зажат пистолет.

— Товарищ капитан? — ошеломленно проговорил Лунин. — Это… вы?..

— Уводи девушку, — ответил Ракитин. — Я их задержу.

В этот момент входная дверь вздрогнула под страшным ударом. Что-то треснуло, с потолка сорвался толстый кусок штукатурки и упал под ноги капитану.

Лунин схватил Зою за плечи и рывком вытолкнул ее в коридор, который тянулся перпендикулярно лестничной площадке. Однако, судя по всему, оставлять капитана в одиночестве он не собирался.

— Я с вами, — обернулся Лунин.

— Кто она? — спросил Ракитин через плечо, не спуская глаз с двери.

— Не знаю кто. Просто соседка. Так получилось.

В этот момент снаружи донеслись хлопки выстрелов, несколько пуль с треском пробили дверное полотно. Ракитин отшатнулся к стене и прижал к ней Лунина рукою. Равномерный полумрак заброшенного подъезда теперь был нарушен — в двери светилось несколько отверстий.

Ракитин достал из кармана мобильный телефон и вложил его в руку Лунина.

— Возьми, — сказал он. — Это маяк. Не сможешь позвонить — я сам по нему тебя найду.

В этот момент из коридора, в котором скрылась Зоя, донесся грохот падающей мебели.

— Лунин!.. — крикнула девушка откуда-то издалека. В голосе ее звучал неподдельный ужас. — Боже мой!.. Лунин!..

Лунин и Ракитин на мгновение встретились взглядами. Затем Ракитин глазами показал ему на дверь, из-за которой донесся крик. Лунин колебался только секунду. Он кивнул и стремительно выскочил в коридор.

* * *

Судя по всему, это было какое-то заброшенное учреждение. Вдоль стен стояла старая мебель — сломанные стулья и тумбочки, матрасы и боковины разобранных кроватей, шкафы, с которых уходили к потолку стопки архивных папок. Одни двери были намертво заколочены, другие сорваны с петель. Проемы открывали сумеречные пространства пустынных комнат. В дальнем конце коридора плашмя лежал на полу поваленный шкаф. На нем стояла Зоя, забравшись на него обеими ногами. Она прижимала к себе рюкзак и умоляюще смотрела на Лунина. Губы ее тряслись.

Лунин рванулся вперед, но через десяток метров замер. Он остановился у угла, за которым открывается еще один коридор, — этот уходил перпендикулярно в бок, основанием буквы «Т». Убедившись, что за углом никого нет, лейтенант одним прыжком пересек перекресток и добрался до Зои.

Подхватив девушку под локти, он снял ее со шкафа и аккуратно поставил на пол. Зою крупно трясло. Она вдруг прижалась к лейтенанту и прятала лицо на его плече.

— Все, все, — сказал Лунин, поглаживая ее по голове. — Ну, что ты, тихо… Цела?

Зоя подняла на лейтенанта глаза.

— Там крыса… — прошептала она. — Она на меня прыгнула… Я думала, укусит…

* * *

Ракитин прижимался к стене, держа пистолет обеими руками. Дверь была пока что держалась, однако капитан понимал, что состояние это крайне неустойчиво, и, безо всякого сомнения, обещает оно продлиться совсем недолго. Звучало еще несколько выстрелов, но теперь стреляли прицельно, именно по замку. Пули с лязгом били по металлу. Наконец, после очередного хлопка, замок, вместе с треснувшей дверной планкой, просто вывалился и упал на пол. Створка скрипнула и стала отходить внутрь, открывая полосу блеклого дневного света.

Ракитин, не дожидаясь, когда дверь откроется до конца, поднял пистолет и сделал сквозь нее несколько выстрелов. Гильзы зазвенели об пол. Ракитин быстро поменял обойму и замер, напряженно прислушиваясь. Однако никаких ответных звуков снаружи больше не доносилось. Через полминуты капитан, наконец, решился. Он ногой прижал створку к стене и, держа пистолет обеими руками, осторожно выглянул из двери.

Во дворе никого не было.

* * *

Трамвай, визжа колесами, разворачивался на кольце. Салон второго вагона был пуст, если не считать Лунина и Зою, которые сидели на задних сиденьях. Оба они были перепачканы ржавчиной и грязью. Дождь за окнами все не прекращался. Капли набухали на стеклах, и, когда трамвай подпрыгивал на стыках рельсов, капли сливались в струи и бежали вниз.

Зоя подняла руку и с сожалением посмотрела на пальцы.

— Ногти все переломала… Один — даже до крови…

Лунин бросил на ее руку короткий взгляд.

— Короче стричь надо, — рационально посоветовал он. — Такие длинные ни к чему.

Зоя перехватила его взгляд, вздохнула и засунула обе руки в карманы куртки.

— Как тебя, говоришь, зовут? — спросил Лунин после паузы.

Девушка попыталась спрятать легкую улыбку.

— Пока все так же. Зоя.

— Вот что, Зоя, — Лунин вздохнул. — Выходи-ка на следующей остановке. И давай домой. В милиции расскажешь все, как есть. Там разберутся. Ты тут совсем не при чем. Это за мной ведется охота. За мной, понятно?

Зоя усмехнулась.

— За вами? Вот что, Лунин Николай. По-моему, не при чем тут именно вы.

Трамвай остановился. В вагон никто не вошел, и двери сомкнулись, так и никого не впустив. Остановка была пуста.

— Осторожно, двери закрываются, — сказал из динамика женский голос. — Следующая остановка — машиностроительный завод.

Когда трамвая тронулся, Лунин недоуменно поднял глаза на Зою.

— Это в каком это смысле? — спросил он.

Зоя подтолкнула рюкзак ногой к Лунину.

— Взгляните, что внутри, — сказала она.

Лунин наклонился и осторожно откинул клапан. Обрез был туго стянутым нейлоновым шнуром. Рюкзак оказался доверху набит деформированными пачками стодолларовых банкнот.