Глава VI. ГОД 2000-й ДО Н.Э.

240 часов по космическому времени до завершения работы программы.

Когда перемещение завершилось, ребята оказались на большом лугу рядом с обрывистым склоном холма, под которым, извиваясь, текла река. Хотя было солнечно, дул довольно резкий, порывистый ветер с запада, и Ирка поежилась. Если перемещатель во времени, встроенный в компьютер, был исправен и они попали именно в тот день и час 2000 года до нашей эры, то возникновение Черной Империи должно было вот-вот начаться. Но и луг вокруг них, и опушка леса, и холм, насколько видел глаз, были совершенно пусты и безлюдны. Не верилось, что через пять или десять минут на этом месте может произойти событие, которое определит историю Земли на следующие четыре тысячи лет и будет угрожать ее существованию.

Ира огляделась и испуганно спросила:

– А как мы сможем вернуться назад? Компьютера же здесь нет! Неужели нам придется остаться здесь навсегда?

– А вот об этом мы не подумали. Очевидно, разведчики везде имеют свои базовые станции со всем необходимым оборудованием, – сказал Костя. – Если Черная Империя здесь не возникнет и компьютер не вернет нас в будущее, то через 200 часов на Земле все разлетится на мелкие части и все, кого мы знаем, погибнут.

– А мы?

– Получится, что мы удрали в прошлое и спаслись. Мы сможем жить здесь как ни в чем не бывало. До взрыва-то еще четыре тысячи лет. – Костик уселся на обрыве и свесил вниз ноги. Ему было горько и противно, и он просто ненавидел себя в этот момент. Разве он не мог раньше предусмотреть, что компьютер их обманет и перенесет подальше в прошлое, чтобы они никак не помешали программе?

Вот и сейчас они стоят на совершенно пустом лугу за четыре тысячи лет до своего времени, а где-то там, в будущем, уже тикает таймер, который нельзя остановить.

Но неожиданно Ирка дернула его за рубашку.

– Там, наверху… Слышишь? – прошептала она.

Костя и сам уже уловил какой-то высокий вибрирующий звук. Кучевые белые облака над поляной раздвинулись, и показалось огромное, покрытое выбоинами днище звездолета. То, что этот звездолет был боевым, можно было догадаться по двум или трем рубкам, из которых торчали мощные, непривычной формы дула какого-то инопланетного оружия.

Выпустив из сопел струи раскаленного газа, звездолет опустился на поляну. Если бы Костик и Ирка не стояли у самого обрыва и не нырнули бы вниз, под склон, уцепившись за какие-то корни, их наверняка сожгло бы этим газом, уничтожившим на поляне всю растительность и даже испепелившим слой почвы на несколько сантиметров вглубь, так что она превратилась в плотную блестящую корку, похожую на асфальт. После такого пожарища в ближайшие сто лет на этой поляне не сможет больше пробиться ни одна травинка, и даже за тысячелетие эта рана на теле Земли не зарастет.

Когда пар от выжженной земли перестал подниматься, ребята осторожно выглянули из-за склона. Под их ногами почти чудом оказалась небольшая площадка – маленький выступ на крутом склоне холма, и они смогли, оставаясь незамеченными, наблюдать за звездолетом, замершим на лугу метрах в пятидесяти от них. Раздалось шипение, и из обращенного к ним борта космического корабля отъехал бронированный люк планетного шлюза.

Вначале с лучеметами на изготовку из люка показались несколько боевых роботов, неповоротливых, бронированных, с хрипящими речевыми динамиками. Они, держа все вокруг под прицелом, сосредоточенно оглядели местность и, ничего опасного не обнаружив, сообщили об этом внутрь корабля, а сами выстроились полукругом, прикрывая бронированными телами и дулами лучеметов того, кто должен был сейчас появиться.

И он не заставил себя долго ждать. Ссутулившись, из корабля показался высокий, очень худой человек в длинном темном одеянии. Он был уже стар, желтолиц, морщинист и шел медленно, поддерживаемый двумя ящерами с зубчатыми хвостами. В руках у него был небольшой сосуд из зеленоватого стекла, из которого змейкой струился дымок.

Этот дымок был морхом-призраком, его личным секретарем и верным шпионом. Бедняга морх, видимо, изо всех сил боролся, чтобы не впасть в спячку, и струйка его дыма извивалась в виде унылого знака вопроса.

– Как ты думаешь, это и есть Черный Император? – прошептала Ирка.

– Не думаю, чтобы он уже был самодержцем, ведь Империя еще только должна родиться. – Костик осторожно навел на группу пришельцев бинокль и сфокусировал резкость.

Бинокль был хорошим, с 14-кратным увеличением, и то, что происходило от них на расстоянии пятидесяти метров, было видно как на ладони. Ирка тоже хотела быть в курсе и наблюдала за звездолетом в окуляр видеокамеры, также увеличивающий предметы. Ребята были очень осторожны, потому что чуткие датчики боевых роботов-телохранителей каждую минуту могли зафиксировать движение или уловить исходящие от спрятавшихся тепловые лучи – и тогда их уже ничего не спасло бы.

Отдав приказ роботам оставаться на месте, человек в темном одеянии подошел к обрыву в сопровождении двух ящеров и морха-призрака. Ящеры были слишком тупыми: все, что влетало к ним в одно ухо, моментально вылетало из другого, поэтому при них можно было говорить о чем угодно, все равно этих бронированных пресмыкающихся интересовало только сырое мясо, оружие и возможность хорошенько поколотить друг друга хвостами. В этом они ничем не отличались от своих потомков Хрюка и Драгля, ухитрившихся сохранить через многотысячелетнюю эволюцию такие же уникальные первобытные мозги.

Морщинистый человек остановился на краю обрыва. Костик и Ирка едва успели нырнуть под нависавшие корни. Впрочем, к их счастью, повелитель Вселенной не смотрел вниз, его взор был устремлен в небо…

– Где эти мутанты? Почему их до сих пор нет? – нетерпеливо спросил он. Голос у него был нервным и скрипучим.

– Они будут с минуты на минуту, повелитель. Вы были более чем убедительны… – заверил его морх-призрак.

– Вдруг они передумали? Если так, я сотру их в порошок!

– Не думаю, повелитель, они не передумали. Их могла задержать магнитная буря или сломался навигатор, и они отклонились от курса. Причин может быть много… О-ох! – И морх зевнул, борясь со спячкой.

Неожиданно вновь раздался гул, небо потемнело, и показалось около десятка небольших звездолетов, которые, сотрясая землю, пошли на снижение.

– Вот они! – торжествующе воскликнул человек в черном плаще, и голос его потонул в реве двигателей. – Они должны принести мне присягу на верность и присутствовать при моей коронации!.. Места для всех кораблей хватит?

– Да, повелитель. Мы выбрали самую большую равнину из возможных, – успокоил его морх. Он вытек из кувшина и отправился отдавать какие-то приказания боевым роботам.

Один за другим маленькие звездолеты опускались на поляну. С шипением открывались люки, и из них выходили разнообразно одетые существа. Здесь были и зеленокожие космические мутанты, и ящеры, и мерцающие люди-невидимки, чьи тела переливались, как наполненные водой прозрачные сосуды, и полутораметровые разумные прыгуны, ноги которых ниже колена втягивались подобно телескопическим удилищам, а потом резко выталкивались, поэтому их обладатели перемещались прыжками.

Словно по волшебству у обрыва вырос своеобразный трон, к которому вело несколько ступеней, и все выходившие из кораблей собирались вокруг него. Слышались неясный гул голосов, цоканье, щелчки, уханье – это представители разных цивилизаций оживленно переговаривались между собой на своих родных языках. Но внезапно все звуки смолкли, и на поляне воцарилась полнейшая тишина. Слышно было только, как продолжает гудеть на высокой ноте неисправный трубопровод на одном из маленьких звездолетов, который при посадке неудачно задел бронированный борт боевого крейсера.

Человек в темном плаще поднялся на ступени и остановился где-то на середине лестницы, немного не доходя до трона.

– Вы знаете, что заставило всех нас собраться на этой маленькой, удаленной от основных космических путей планете… – сказал он, и голос его, усиленный громкоговорящей связью, разнесся по всей равнине. – Вы, ничтожные послы ничтожных народов, просите меня о мире, ибо ваши военные силы подорваны недавним поражением, от которого вам уже никогда не оправиться…

Толпа инопланетян зашумела.

– Это было предательство! – крикнул кто-то. – Ты взял наших детей в заложники и вмонтировал им в мозги свои датчики!

– Ты не должен был использовать паралитическое оружие! Оно запрещено конвенцией!

– Ты не должен был убивать наших пленных!

– Тише, послы, тише! – Сутулый человек на ступеньках согнулся еще больше, сделавшись похожим на большой гриб. – Это война, а на войне хороши все средства… Вы побеждены, и этого довольно… Я собрал вас здесь, чтобы вы присутствовали при моей коронации. Сегодня великий день – день возникновения Черной Империи – Империи победителей, которая будет существовать вечно… Ваши народы тоже вольются в мою Империю как мои верные рабы, а если нет, то они будут уничтожены…

– Мы никогда не покоримся тебе! Ты сейчас умрешь, подлый сморчок! – крикнуло мерцающее гуманоидное существо и, выхватив короткий лазерный кинжал из складок плаща, прыгнуло на ступеньки трона. Император даже не пошевелился.

Но не успел посол мерцающего народа замахнуться кинжалом, как откуда-то из-под навеса крейсера сверкнула лазерная вспышка, и нападавший мгновенно превратился в пепел.

– Здесь везде расставлены мои снайперы, не говоря уже про силовую защиту, – спокойно предупредил Император. – Еще одна попытка убить меня – и я рассержусь. Итак, коронация начинается. Я хочу, чтобы вы все принесли мне клятву на верность.

– Никогда! – крикнул старый попрыгун в герцогской мантии.

Но властитель пропустил его реплику мимо ушей.

– Кстати, хочу предупредить вас, – сказал он как бы между прочим, – что, хоть я и обещал вам перемирие, но, пока вы летели сюда, мои боевые корабли окружили ваши беззащитные планетки. Если кто-то из вас откажется дать мне клятву, то его планетка вместе со всеми ее жителями – бам! – взлетит на воздух! Какая жалость: и женщины, и детишки, и старички… Вот горе-то… – И Император лицемерно промокнул глаза платком.

Ира осторожно высунулась из-за склона и снимала всю коронацию на видеокамеру. Когда была предотвращена попытка покушения на Императора и полыхнула лазерная вспышка, девочка от ужаса едва не сорвалась вниз, в реку, но Костя успел удержать ее за пояс.

– Спасибо… Нет, ты видел, какой он мерзавец? – прошептала она. – Смотри, ящер несет ему корону, он надевает ее, а остальные приносят присягу…

И в самом деле, послы-инопланетяне по одному подходили к Императору и, останавливаясь у барьера силовой защиты, клялись ему в верности. Старый попрыгун замешкался у барьера, выкрикнул что-то, и тут же один из ящеров-стражей по знаку повелителя ударил его зубчатым хвостом, снеся старику голову. Роботы подняли его тело и сбросили с обрыва в реку, после чего процедура принятия присяги на верность продолжилась.

Наконец, когда этот принудительный спектакль закончился, Император снова решил взять слово. Он поднялся на самый верх импровизированной лестницы и уселся на трон. На его плешивой голове сияла, переливаясь драгоценными камнями, корона.

– Очень мило с вашей стороны, друзья… Это большая честь для меня, – произнес он плаксиво. – Вы возложили на меня огромную ответственность, провозгласив вашим Императором. Я буду заботиться о вас как о своих детях, и вы все будете очень любить меня. И чтобы я был уверен в ваших чувствах, вам в мозги вмонтируют малюсенькие такие бомбочки, и если кто-нибудь – хи-хи! – не станет любить своего Императора или замыслит против него измену, то бомбочки будут взрываться… А теперь ступайте на свои корабли, друзья мои, и не мешайте мне думать о нашем общем благе! – лицемерно закончил он.

Послы побежденных народов молчали, грустно склонив головы. Они дали клятву только потому, что если бы не сделали этого, то подписали бы приговор своим планетам и своему народу, как это только что произошло с послом прыгунов.

– Да здравствует Черная Империя! – взревели боевые роботы, и ящеры-охранники, и небо над поляной озарилось салютом из бластеров.

Опираясь на лапы ящеров, Император сошел с трона, но остановился, надрывно закашлявшись. Должно быть, уже тогда он был стар и очень болен.

– Как вы себя чувствуете? Не выспались? – с тревогой спросил морх-призрак. Морхи живут много тысяч лет, и им трудно понять, что такое смерть и старость. Зато, как плохо, когда мало спишь, они отлично понимают.

– Я устал, – сказал Император. – Бремя власти давит на меня…

– Вы довольны, повелитель? Кажется, все прошло великолепно. Вы запугали их до смерти, едва ли их народы решатся на восстание.

– С датчиками-то в мозгу, которые им вделают? Мы сразу узнаем об этом и сумеем подавить любой бунт.

– А если они решатся вытащить датчики?

– Их нельзя вытащить, они сразу взрываются. – И Император снова закашлялся.

– Кажется, эта планета тоже обитаема? – вскользь спросил он, поднимаясь по трапу своего звездолета и оглядывая обугленный луг.

– Да, повелитель. Ее жители очень похожи на вас, – нерешительно сообщил морх. – То же строение конечностей, те же внутренние органы, та же дыхательная и пищеварительная система… Я даже не знаю, чем объяснить такое совпадение.

Император недовольно покосился на морха, как будто тот сморозил какую-то глупость.

– Совпадений не бывает, – сказал он. – Бывают непонятные закономерности. И поверь, если я похож на них, на то есть причины… Техника у них уже развита? Военная промышленность?

– Все еще примитивно, нет ни пороха, ни лазеров – есть только копья и стрелы… Им еще далеко до выхода в космос, но они уже строят в Египте какие-то пирамиды, да и в Греции, кажется, что-то есть…

– Они быстро развиваются. Со времени моей юности здесь многое успело измениться… Оставь здесь наших шпионов. Если формирование этой планетки пойдет слишком быстро, мы ее уничтожим. – И Император снова зашелся в приступе кашля. – Можно будет даже приурочить это к какой-нибудь юбилейной дате. Сделай себе пометку, морх…

– Слушаюсь, повелитель.

Император поднялся в звездолет. Поляна опустела, снайперы и силовые поля были сняты.

– Они улетают? – прошептала Ирка. – А как же мы отсюда выберемся?

Сообразив, что звездолет сейчас улетит и они останутся одни в прошлом, потеряв всякую надежду вернуться, ребята бросились к трапу императорского крейсера и взбежали на него за несколько секунд до того, как шлюз закрылся. Они спрятались за какими-то ящиками и притаились, услышав, как где-то неподалеку бряцают оружием боевые роботы.

– Нас никто не заметил? – тревожно спросила Ирка.

– Кажется, никто. Ты чувствуешь?

Внезапно раздался гул, днище звездолета стало подрагивать, а потом из-под него вырвался поток раскаленного газа, и он стартовал. Ускорение было таким мощным, что возросшей силой тяжести Костю и Ирку бросило друг на друга и прижало к ящикам. Впрочем, сила тяжести была еще в пределах допустимого для человеческого организма: робот-пилот оберегал здоровье Императора, не переносившего слишком больших перегрузок при взлете.

Наконец крейсер перестал сотрясаться, и сила тяжести нормализовалась. Только тогда ребята, пошатываясь, смогли подняться с пола.

– Мы уже в космосе?

– Думаю, да.

Неожиданно позади них послышался какой-то скрежет, они стремительно обернулись и едва сдержали вопль ужаса.