Сверхъестественное в кино.

В руках у меня фильмография. Подсчитываю. За семьдесят лет своего существования кино выпустило во всем мире около четырехсот фантастических фильмов, причем добрых две трети — картины о сверхъестественном.

Как ни странно, религиозно-фантастических среди них не так много. То ли церковь проявила консервативность, не захотела освятить движущиеся полнометражные киноиконы, то ли бог-отец, вездесущий и невидимый, недостаточно фотогеничен. Так или иначе, бог на экране является редко. Имеется несколько фильмов о рае, причем чаще рай изображается подобием земли, — например, ангелы одеты в форму девушек из вспомогательных войск США.

Дьявол оказался куда фотогеничнее бога. В самые первые годы немого кино вышел добрый десяток фильмов о Фаусте и Мефистофеле. Позже за ними последовали — "Печать сатаны", "Дьявол в бутылке", "Дьявол и Дэниель Вэбстер", "Рука дьявола", "Пакт с дьяволом", "Дьявол и десять заповедей" (последний фильм советские зрители видели). Юмористически изображались черти и ад в советском немом фильме "Сорочинская ярмарка".

В "Красоте дьявола" Рене Клера переосмысливается старое предание о том же Фаусте, о человеке, который получил все в не нашел ничего стоящего, кроме… "Кроме творческого труда", — сказал Гёте. В момент творчества его Фауст говорит: "Мгновение, остановись, ты прекрасно!" У Рене Клера и золото ни к чему и творчество ни к чему (Мефистофель показывает Фаусту, что развитие науки приведет к атомной гибели мира). Драгоценна только любовь. И в финале фильма омоложенный Фауст — его играет Жерар Филип — следует за бродячим цирком, где танцует Маргарита.

Вслед за дьяволом густой толпой вошли в кино образы, заимствованные из древних суеверий: ведьмы, русалки, оборотни, привидения, мертвецы. Из числа последних наибольший успех имели зомби, заимствованные из культа воду с острова Гаити. По местным поверьям, некоторые колдуны способны оживить недавно похороненных покойников и сделать их бессловесными рабами. Эти мертво-живые (зомби), движущиеся, но лишенные сознания, выполняют любые приказы своих хозяев — колдунов: тяжко работают на плантациях и даже совершают преступления.

Вслед за первой книгой о зомби немедленно же появился фильм "Белый зомби", затем "Восстание зомби", "Король зомби", "Я ходил с зомби", "Зомби на Бродвее", "Долина зомби", "Мужчина воду", "Женщина воду", "Зомби стратосферы", "Зомби Моара-Тау"… Все — о мертвецах, вылезающих из могил.

Кроме этих мертвецов, подчиненных, покидающих кладбище по приказу своих генералов, в западном кино полным-полно самодеятельных мертвецов, разгуливающих по своему почину: "Призрак Мулен-Руж", "Призрак Оперы", "Призрак Шаротт", еще один "Призрак Оперы", "Топперы" (чета призраков), "Топперы возвращаются", "Топперы путешествуют", три экранизации "Пиковой дамы", "Кентрвильское привидение", "Упрямый покойник" и т. д. Есть призраки ужасные и приятные, вредные и справедливые, призраки людей и призраки собак. Хочется выделить из всех фильм Рене Клера "Призрак едет на Запад" — сатирическую историю о замке с привидением, который купил, и перевез в Америку миллионер, и о всех мучениях привидения, в мире гангстеров, законов об иммигрантах и пр. Есть и пародии на увлечение призраками: "Держи духа" и "Время их жизни".

К призракам примыкает хищный отряд вампиров, ведущих в большинстве происхождение от кровожадного романа о вампире графе Дракуле. В кино есть "Дракула", еще раз "Дракула", "Сын Дракулы", "Дочь Дракулы", "Дом Дракулы", "Дух вампира", "Возвращение вампира"… Как вы замечаете, американские фабрики киноужасов, не так уж изобретательны в выборе тем. Если фильм наводит страх и приносит сборы, следует повтор с продолжением, возвращением, родичами (сын вампира, дочь ведьмы, брат человека-невидимки) и даже с перекрестными встречами, где вампир, например, сталкивается с оборотнем…

Оборотни, близкие родственники вампиров, — обычно люди-волки, а также люди-кошки, люди-пантеры, люди-леопарды, днем человекообразные, ночью — убивающие прохожих, например, "Лондонский оборотень", "Сын оборотня", "Лондон после полуночи", "Человек-волк"…

Где-то поблизости лежит психологическая тема раздвоения личности: человек респектабельный и ночной убийца в одном лице. Трижды возвращалось кино к истории бедного студента из Праги, который продал свое отражение в зеркале, а отражение зажило самостоятельной жизнью. Трижды экранизировалась "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда", известная повесть Р. Стивенсона, в которой рассказывается об ученом, сумевшем разделить в себе доброе и злое начало. Но злое приобрело самостоятельный облик (это и есть мистер Хайд), оказалось сильнее, жизнеспособнее, стало воплощаться без спроса и напоследок полностью завладело телом неосторожного доктора.

В фильмах этих нет большой глубины: добро — мещанское, зло мещанское тоже — разврат и хулиганство. Но от повести Стивенсона не стоит отмахиваться. В ней заложен психологический мотив двойственности человеческой натуры, ее противоречивого проявления вовне, внутренней борьбы между положительными и отрицательными чертами, воплощенной в зримых образах. Не могу сказать, что у Стивенсона все это показано исчерпывающе, его повесть построена, как детектив, где только к концу объясняются странные события. В кино же подчеркнуты садистские сценки и дана мещанская мораль со смиренным выводом — "что бог соединил, человеку разобщать не след".

Тем не менее я колебался, куда отнести повесть Стивенсона — к ненаучной фантазии или к научной. Ведь герой ее не ведьма, а доктор, химик, превращение осуществляет с помощью лекарства, приготовленного из ингредиентов, купленных в аптеке. Правда, за этой химией следует явно идеалистическое толкование — "дух формирует внешность, очищенное от добра злое начало должно было получить иной облик". Пожалуй, сверхъестественное у Стивенсона перевешивает. Правильнее поместить его повесть в область ненаучных фантазий, но неподалеку от границы с научной.

И уж явно к научной придется отнести самого популярного из ужасных героев западной кинофантастики — искусственное существо, созданное доктором Франкенштейном.

О нем в другой главе.