Глава 21. Хакс.

– Ты… кто? – Лукас наваливается на стол.

Думаю, он бы удрал, если бы мог, но между ним и дверью стоят ряды бунтующих грассов.

– Разве это было так уж необходимо, Хакс? Мне бы следовало тебя отключить. – Фортис качает головой.

– Хакс? У тебя какое-то свое имя для Дока?

Я не знаю, почему я так растерялась: из-за того, что этот мерк каким-то образом подружился с Доком, если это можно так назвать, или из-за того, что этот мерк оказался и не мерком вовсе.

– Прошу прощения, Фортис, если я что-то сказал по ошибке.

– Это действительно так? Или не так? Сказал по ошибке? – Лукас смотрит на свое запястье, как будто Док где-то там.

– Я уверен, мы с Фортисом солидарны в том, что в некоторые моменты бывает весьма полезно открыть определенные сведения о себе, – сообщает голос.

– О себе? И что ты можешь сказать о себе, Док? Или у тебя куда больше имен, чем мне известно? – Лукас явно раздражен.

– Меня называли примерно сотней производных от моего полного имени. Желаешь услышать их? Тогда нужно задать правильный вопрос.

Знакомая фраза успокаивает меня.

– Вообще-то, нет. – Лукас ставит на стол чашку.

– Оставь Хакса в покое. Он вполне хороший парень. Просто я утверждал, что ты не согласишься на встречу со мной, если будешь знать, кто я таков на самом деле.

– Но зачем все это? Кто ты такой?

Я вижу, как внутреннее смятение Лукаса расплескивается вокруг, на всех. Он так же заражает, как всегда, только сейчас то, что он передает мне, ближе к ледяному холоду, чем к чему-либо другому.

– Да разве на самом деле это имеет значение? Ни в коем случае. А вот что может иметь значение для тебя, так это вот что: ты и я, все мы – мы собираемся отключить Икону.

– Не понял.

– Икона – там, где прежде была обсерватория. Давно пора что-то с ней сделать.

– Ты ошибаешься. Мы не можем ничего сделать. Икона не может быть разрушена. Ничто не работает и не выживает рядом с ней. Никто не может подобраться к Иконе настолько близко, чтобы прикоснуться к ней, – не покупается Лукас на слова Фортиса.

Фортис спокойно продолжает:

– Я знаю куда больше, чем ты в состоянии вообразить, но можешь кое-чему научиться, если умолкнешь и будешь слушать. Икона – это то, с помощью чего Посольство управляет Хоулом. Икона – это то, посредством чего Лорды управляют Посольством. Управляют всем. Все упирается в Иконы. – Фортис качает головой.

– Не все, – возражает Лукас.

– На самом деле Икона контролирует все. – Фортис подмигивает мне. – Но не всех, Долория.

– Все и всех! – настаиваю я. – Даже нас. Мы тут сидим совершенно бессильные. Нас контролирует Посольство, как и всех прочих.

– Сейчас я не стану с тобой спорить, Дол. Но подумай вот о чем: откуда взялось твое имя? Долорис, Печаль, Плакальщица?

– Это из-за того, что она пережила Тот День? – Лукас хмурится, глядя на Фортиса.

– Не только из-за этого.

– Значит, потому, что она обладает особым даром? – делает новую попытку Лукас.

Фортис пожимает плечами.

– Так о чем ты говоришь, Фортис? – Лукас разочарованно проводит ладонью по своим длинным светлым волосам.

Я теряю терпение:

– Я ничего не знаю об Иконе, но даже если бы и знала, мы все равно не можем подобраться к ней достаточно близко. Мы просто умрем, как и все другие.

Картины Безмолвных Городов снова всплывают в моей памяти, и я сосредоточиваюсь на стоящей передо мной чашке, стараясь не видеть их.

– Может быть. А может, и нет. Я вот что вам скажу. Мы навестим Икону. Ты сама там оглядишься, на месте, и дашь мне знать, что обо всем этом думаешь.

– Сейчас?! – Я просто ушам своим не верю. Я не хочу! – Хватит играть с нами, Фортис! Расскажи, что тебе известно. Какое все это имеет отношение к нам? Что мы такое?

– Ты ощущаешь все вокруг, Дол. Вы все четверо ощущаете. Вы воспринимаете мир совершенно особенным образом. Видите больше, чем другие люди. Больше, чем кто-либо.

– И что?

– И это не случайность. Эти чувства, эти эмоции и есть то, что дает тебе силу. И потому я прошу лишь о том, чтобы ты там слегка осмотрелась. Ты можешь и сама удивиться.

– Да откуда тебе знать, что мы найдем возле Иконы? Как ты вообще можешь быть уверен хоть в чем-то?

Я переполнена чувствами и так устала. Я не знаю, хочется мне кричать или плакать.

– Не могу. Но я знаю о тебе больше, чем кто-либо другой, милая.

И Фортис вытаскивает из-под куртки книгу – мою книгу.

– Видишь ли, ее написал я. Ну, мы с Хаксом, если точнее, а потом она попала к тебе.

Книга обо мне. Книга Икон. Книга, из-за которой Посол убила моего падре.

Ее написал какой-то доктор. Так говорил падре.

Неужели он имел в виду Дока?

Мои мысли несутся водоворотом, и я тянусь к книге, но Фортис отдергивает ее.

– Если хочешь получить обратно свою драгоценность, ты должна ее заработать. Сначала немножко прогуляйся со мной.

– С чего бы это?

Я прищуриваюсь. Лукас неловко ворочается рядом.

– Потому что ради тебя я взорвал Трассу. Чуть пальца не лишился. А сделка есть сделка.

СУД ПОСОЛЬСКОГО ГОРОДА. ВИРТУАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ: Описание личных вещей покойного (ОЛВП). Гриф: совершенно секретно. Проведено доктором О. Брэдом Хаксли-Кларком, виртуальным доктором философии. Примечание: Выполнено по личной просьбе Посла Амаре. Исследовательский отдел Санта-Каталины № 9В. См. также прилагаемый отчет о судебном вскрытии. ОЛВП (продолжение; см. предыдущую страницу). Список на момент смерти включает: 38. Полоса муслиновой ткани шириной 10 см, испачканная чем-то похожим на человеческую кровь. Соответствует повязке на запястье, которую носила покойная. Будет сканирована и отправлена в лабораторию Посольства для анализов в соответствии с протоколом № 83421.