Компаньон.

Вот, между прочим, ещё одно великое достоинство советского образа жизни: если вам нечего делать (а это бывает часто) и вам хочется найти компаньона по безделью (а бездельничать в одиночку трудно), вы всегда найдёте такого же бездельника-трепача, как вы сами, который способен убить на болтовню с вами целый день. На Западе такое исключено. Хочешь с кем-то поговорить, назначай точное время. Полчаса или час прошло, и прощай. Здешние бездельники почему-то все ужасно занятые люди. За все время жизни здесь мне не удалось ни разу побродить-поболтать с местными бездельниками. Только с нашими отечественными. А они под влиянием Запада тоже начали изображать занятость. Скучно, господа! Что это за жизнь? Ради чего все происходит?

Устроились мы с Вдохновителем в «Национале». Немного выпили. Слегка закусили. Заказали ещё. Опять-таки наше советское явление — кутить до последнего и сверх того, в долг. Здесь же — выпили по стаканчику, сожрали по бифштексу, и гуд бай. А там, у нас, — до закрытия, до выворачивания карманов. Это я только сейчас начал понимать достоинства советской жизни. А тогда я это ни в грош не ценил. Как говорится, что имеем — не жалеем, потеряем — плачем.

— Скучно, — сказал я. — Люди по Парижу бродят, устрицы жрут, с негритянками спят, «Плейбой» листают. А мы?! Тоска зелёная. И впереди ничего не светит. Ты помог бы мне, что ли, за границу на пару недель съездить. Кстати, почему меня перестали пускать? Я же языки знаю. Отчёты километрами могу строчить. Не сбегу.

— Кто-то «телегу» на тебя накатал. Но у меня есть идея насчёт тебя. И то, что тебя перестали пускать, в твою пользу. За диссидента сойдёшь.

— Не хочу в диссиденты.

— Не дури. Если надо, и диссидентом станешь. Ходит слух, что ты — полуеврей.

— Чушь!

— Знаю. Слух есть, и это хорошо. А что, если ты захочешь на родину предков?

— Ни под каким видом!

— Израиль — только для проформы. Осядешь в Европе. Мир посмотришь. Устриц пожрёшь. С негритянками переспишь. Свобода. Романтика. Красота. Что тебе ещё нужно?!

— Кто мне пришлёт приглашение? И кто поверит, что я — еврей?!

— Приглашение получишь в два дня.

— Моя бывшая жена не даст разрешения. Все алименты потребует вперёд.

— Это мы уладим.

— Но меня же там сразу арестуют!

— Не надейся.

— А цель?

— Вот тебе телефончик. Позвони завтра утречком.