На ТВ ФРГ. Сижу у них в столовой на летней веранде, в советскую голову лезут такие мысли: 1) позабыт-позаброшен; 1а) дипломатом простой человек быть не может – только очень простой; 2) почему так вкусно? Оказывается, в государственном ТВ частная столовая; 3) почему никто не опаздывает? Не опаздывать выгодно; 4) много пива, водки, а все работают безостановочно. Так что ж нам мешает? А выгодно работать трезвым; 5) изобилие продовольствия делает людей худыми; 6) смеситель горячей и холодной воды должен быть с одной ручкой и шкалой, чтоб не тратить; 7) выключатель света с регулятором; 8) в гардеробе не должно быть того, что не носят; 9) мусор в плотных баках на колесах, баки небольшие; 10) сливочное масло не в холодильнике, а в воде – всегда готово к употреблению; 11) автомобили изготавливают по заказам. Поток кончился; 12) исчезают теле– и часовые мастерские. Ремонт модульный; 13) воздух чище, хотя машин больше; 14) в кроссовках и джинсах пожилым ходить не стоит, хорошо бы легкие туфли и брюки; 15) на газонах нужно лежать; 16) окна должны быть алюминиевыми фабричными механическими. Они плотны и экономны; 17) в туалетах не просто чисто – стерильно и приятный запах. Именно в туалетах он нужней, чем в ресторанах. По указу Бисмарка любой путник имеет святое право постучать в любой дом и воспользоваться удобствами; 18) полы должны быть легкими и не стрелять током, на них приятно босым ходить дома; 19) в авто главное – салон, сиденье, быстрый ход, экономия, причем это и в дорогих, и в дешевых; 20) посуду моет машина. Она заполняется за два-три дня и моет собственным порошком. Отсюда – приятные руки у жен; 21) всем нужно знать второй язык. Нам – еще необходимей, чем им. Нам надо их догонять. Пока нам переведут их новшества, там создадут новые; 22) по радио непрерывно веселая музыка. Для любителей серьезного свой канал; 23) надо выбрать, что лучше: легко жить и тяжело работать или – наоборот; 24) а уж салфетки между чашкой и блюдцем надо подкладывать обязательно; 25) вместо сахара в кофе хорош сахарин или ксилит; 26) нас не должен приводить в ужас иностранец, говорящий по-русски; 27) незнакомому нельзя делать замечание никогда. Особенно ужасны слова: «Молодой человек, вы бы постыдились в таком виде…» и так далее. Это замечание больше говорит о его авторе; 28) и, как я понял из всех бесед, самое страшное для них у нас – грубость и хамство между собой. Это хуже нехваток сервиса и ассортимента; 29) смех – физкультура души; 30) собраться на просмотр спектакля они не могут; 31) смотреть вместе кино они могут, но так ликовать, так расстраиваться – нет; 32) из газет и журналов они никогда не узнают о себе такие потрясающие новости, как мы; 33) там невозможно, чтоб вся страна читала одну книгу, вырывая друг у друга; 34) вещи не делают человека счастливым, просто наши делают его несчастным; 35) быть естественным, не думать о том, как выглядишь, куда можно, куда нельзя, где вилка, где нож. Чем больше правды в стране, тем естественнее ее жители; 36) наша демократия сделала нас более счастливыми, чем они. В конце концов, можно ездить в очень больших «Жигулях», можно жить в очень большой квартире, можно съесть очень много и можно надеть на себя очень большую шубу. Человек, счастливый от этого, во всех странах считается дураком; 37) и страсти у нас бурные, и духовная жизнь. В Париже я не был, но Москва сегодня – явно политический, литературный и рок-центр Европы; 38) сижу в Саарбрюккене в столовой самообслуживания и жду режиссера, ем бифштекс с овощами, суп протертый, пью пиво холодное с креветками – чего мне еще надо? А все ругаюсь и воюю со своим здравоохранением, с издательством «Искусство», с писательской поликлиникой, с министерством легкой промышленности, с председателем горсовета и все доказываю, доказываю, доказываю.