ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ.

«Какие шаги вы будете предпринимать, оказавшись один на один с противником?». «Большие и стремительные!».

Ксенон.

Нет, это просто умилительно! Как же я соскучилась по этим глухим ударам в дверь и громким воплям: «Ксенон, вставай!» Чтоб тебе пропасть, нелюдь неуемный!

— Ну чего надо? — злобно зарычала я, преисполнившись далеко не самых теплых чувств к ближнему своему, не дающему спать скромным, очень вымотанным и уставшим девушкам. Сила испытываемых негативных эмоций была обратно пропорциональна расстоянию, на котором от меня находился этот самый «ближний», я была полна желания сделать его по возможности «дальним» и брякнуться обратно в постель, досыпать.

Дверь открывалась наружу. Откинув внутренний крючок и изо всех сил толкнув створку, я едва не заехала по физии шумящему на пороге эльфу. Эло поспешно отскочил, внимательно изучил меня с головы до ног и мрачно изрек:

— Сколько можно спать?! Мы уже завтрак заказали, а ты все еще прохлаждаешься!

При слове «завтрак» я почувствовала, как желудок радостно оживился и веселым бурчанием напомнил о себе, кормимом в последнее время лишь ягодами и грибами. Ладно, со сном можно подождать, никуда он от меня не денется, а вот завтрак кто-нибудь особо ушлый может и слопать.

— Я сейчас спущусь! — радостно пообещала я, отбрасывая одеяло и начиная поспешно одеваться.

Даже откровенно оценивающий взгляд эльфа, и не подумавшего хотя бы изобразить стремление выйти и любопытной статуей застывшего на пороге, не охладил мой порыв, я наскоро зашнуровала цирон, прицепила на спину ножны с Тэрри и в компании Шэра побежала вниз. Эльф, хмыкнув, двинулся следом.

Ариан уже сидел за столом и отважно охранял завтрак своей принцессы. Я походя погладила его по щеке, благодаря за заботу, и уселась рядом. Какое же счастье наконец нормально поесть! Слопав горячую яичницу с ветчиной, я хищно покосилась на огромное деревянное блюдо с пирогами, стоявшее на стойке, но потом все-таки решила — хватит. А то как бы желудок не взбунтовался и не отомстил своей хозяйке, дорвавшейся до жирной жареной пищи после трех дней растительной диеты.

— Ну, мальчики, какая у нас на сегодня программа? — поинтересовалась я, мелкими глотками прихлебывая травяной отвар, который в каждой гостинице готовили по-особенному.

— Нам повезло, принцесса! — весело отозвался мой рыцарь. — В Уррлите как раз сейчас проходит большая ярмарка. Мы сможем купить лошадей и некоторые вещи, которых лишились в Староносье.

Я глубокомысленно покивала. С вещами бедному Ариану не повезло больше всех. Я, вытаскивая из горящей гостиницы Шэра, прихватила одну из своих торб. Эло, вытаскивая меня, смог заодно спасти аж две сумки. А вот Ариан, таки не попавший после драки в номер, остался вообще без смены одежды.

— Я-ярма-арка-а-а?.. — В моем голосе прорезались мечтательные нотки, я даже прикрыла глаза, с наслаждением смакуя это многообещающее слово. — Мы ведь не уедем, не прогулявшись по торговым рядам, балаганам и что у вас тут еще предлагается в качестве развлечений?!

— Конечно-конечно! — Ариан чувствовал себя очень виноватым за лесную прогулку — ну как же, он не смог обеспечить своей принцессе достойного способа транспортировки и заставил ее своими ногами вымерять километры — и всячески старался мне угодить.

Эло ухмыльнулся, явно вспомнив, с каким садистским наслаждением я гоняла его по магазинам в Городе-под-Кленами, но тоже кивнул, соглашаясь с этим планом. Я захлопала в ладоши от восторга и понеслась наверх собираться.

С одеждой была проблема. Одно платье погибло в огне, другое здорово обгорело и покрылось какими-то странными пятнами, поэтому, кроме штанов, в которых я шаталась по лесам, и двух рубашек, надеть мне было нечего. Конечно, была еще юбка из моего мира, тщательно заныканая в глубины сумки, но я даже не рассматривала этот вариант, понимая, что моих спутников удар хватит, если я вздумаю ее надеть, и они скорее по-тихому придушат меня в темном углу, чем позволят выйти в таком виде на люди. Но что же делать со шмотками?!. Нехорошее место этот Вириалан, раньше у меня никогда подобных проблем с одеждой не возникало! Пожав плечами, я выбрала ту рубашку, что была почище, отряхнула штаны и, причесавшись, спустилась вниз. Тэрриэт и Шэра я брала с собой. Мой щеночек не очень возражал против поводка, понимая, что раз уж я прицепила ремешок к ошейнику, то одного в гостинице не оставлю, а поведу с собой. А нирата… Ну раз уж я и так вызывающе выгляжу, то какой смысл бросать ее в номере?! А когда она под руками, мне и за себя, и за нее, и за окружающих спокойнее.

Мои спутники, скромно подцепив меня под локотки с двух сторон, двинулись по улице в одном им известном направлении, Я послушно вышагивала в центре, вполне довольствуясь ролью пассивной наблюдательницы. Города и села Вириалана были очень похожи друг на друга, только Город-под-Кленами, принадлежащий эльфам, здорово отличался от человеческих поселений изяществом и легкостью построек, но я все равно с интересом крутила головой, разглядывая строения и прикидывая, сколько они смогут простоять. Дивной красоты резьба на ставнях одного из домов меня просто заворожила, я невольно раскрыла рот, поражаясь таланту и чувству стиля неведомого мастера. И ведь всю эту красотищу наверняка создавали какими-нибудь примитивными инструментами вроде топора или ножа!

До огромной площади, на которой развернулось торжище, мы дошли быстро. Парни крепко держали меня под руки, поэтому я позволила себе закрыть глаза и вслушаться в царящий вокруг гомон. Толпа одинакова в любом мире…

— О, Ксеня, Ксенечка-Ксенон, вот ты где! Топай сюда!

Быстрые приветственные поцелуи в ледяные щеки, и вот уже мои друзья со смехом тянут меня к палатке с блинами, и мы покупаем невероятное количество маленьких горячих солнышек из душистого теста — ведь сегодня масленичные гуляния.

— Пойдемте на горки!

— Нет, лучше в санях на тройке покатаемся!

— Да ну вас, дайте поесть спокойно!

— А где Александрина? Она тоже обещала прийти!

Наша огромная компания с хохотом и счастливыми взвизгами едва ли не бегом перемещается из одного конца площади в другой — зимний день короток, а так хочется успеть везде повеселиться и все посмотреть…

— Принцесса!

Что? Ах да, я же не дома… Как больно…

— Ксенон, что случилось? — Эло схватил меня за плечи и вгляделся в мое наверняка перекошенное лицо.

Я поспешно опустила голову, пряча блеснувшие в уголках глаз слезы. Но противный эльф успел их заметить.

— Что такое? Мы чем-то обидели тебя?

— Нет. — Я покачала головой и жалко скривила губы, стараясь подавить подступившие рыдания.

Нет, не плакать! В конце концов, если можно сюда, значит, можно и отсюда! Надо как следует потрясти эльфа, должен же этот остроухий паршивец знать, как мне вернуться.

— Пойдемте! — Я справилась с приступом слабости и сама взяла их под руки. — Нам нужно прикупить кучу барахла, а стоя на одном месте, ничего не найдешь!

Ариан встревожено придержал меня за рукав:

— Принцесса, с вами и вправду все в порядке?

Боже мой, ему что, обязательно доводить меня до слез?! Почему, ну почему окружающие так жестоки?!

— Да! Да, да, со мной все в полном порядке! Пойдемте быстрее, купим лошадей и поедем в Неалон! Я хочу скорее разобраться с этим вашим чудищем и освободиться от обязанностей принцессы Кеи! Я хочу домой, слышите вы, домой, домой! Почему вам попалась именно я?! За какие грехи?! Поехали же скорее, я сделаю то, на что вы меня обрекли, и со спокойной совестью помру! — Я уже топала ногами и визжала в голос, никого не стесняясь и не обращая внимания на косые взгляды прохожих. Мне было все равно.

Слезы никак не текли, а какое облегчение было бы сейчас расплакаться! Но глаза оставались сухими, я только трясла головой и орала изо всех сил, откровенно посылая проклятия небесам и всему окружающему миру… такому странному и чужому…

— О боги!

— Тихо, тихо! Придержи ей руки…

— Принцесса, что с вами?!

— Да не так! Дай я… Тихо, Ксенон, тихо, все хорошо!

Парни, насмерть перепуганные моим истерическим припадком, на руках вынесли меня из толпы. Усаженная на стул под навесом одного из трактиров, я обессилено уронила руки на колени, проклиная всех окружающих, видевших эту безобразную вспышку, и саму себя за то, что раскричалась на людях. Эло приволок какой-то травяной отвар с явным запахом валерианки, здорово отличающийся от тех, какими меня потчевали раньше, и начал осторожно отпаивать мисс истеричку, а Ариан встревожено суетился рядом, пытаясь дознаться о причинах такого острого приступа. Шэр поставил передние лапы мне на колени и испуганно вгляделся в лицо — он еще не видел свою хозяйку в таком состоянии.

— Извините, мне очень стыдно, — вздохнула я, немного успокоившись и забрав у эльфа чашку.

— Но почему вы вдруг…

— Извини, мне не хочется об этом говорить! — Я допила последние капли и встала. — Ну что, мы пойдем или так и будем здесь сидеть?!

Эльф и рыцарь мигом выразили готовность идти за мной хоть на край света, и мы вновь углубились в толпу. Я была расстроена и зла. Прежде всего на себя — ну как я могла закатить отвратительную истерику на глазах у кучи народу, и прежде всего моих спутников?! Но и они тоже хороши! Я впервые по— чувствовала глухое раздражение и даже ненависть к своим сопровождающим, ведь именно они затащили меня в этот мир и не горят желанием выпускать из него, Дома я была по-настоящему привязана к очень немногим людям, и теперь тосковала преимущественно не по ним, а по тем ощущениям, звукам, запахам, движениям, образам, которые наполнили мою жизнь. Любимые джинсы, старые, истрепанные, но такие удобные… молочный шоколад с орехами… тихие вечера в компании книжки и музыкально Центра, мягко мурлычущего любимые песни… каштан под окном моей спальни… чашка с моей фотографией… знакомые созвездия на небосклоне… лохматый кактус перед монитором, подаренный первой любовью… За что? Почему бы вместе с этим всем не отнять у меня и воспоминания? За какие грехи я должна гореть в этом персональном аду?

Настроение было испорчено сильно, почти безнадежно. Но мои спутники так искренне старались меня развеселить, что оставаться хмурой и надутой было бы верхом невоспитанности. Я заставила себя встряхнуться и оглядеться.

А посмотреть было на что! Ярмарки похожи во всех мирах, разве что в одном торгуют фабричными предметами, а в другом — изделиями ручной работы. Издали доносились истошные взвизги гневны и крики зазывал, рев каких-то зверей и радостный смех, развеселые песни и изощренные ругательства. Легкий ветерок приносил совершенно невероятную смесь запахов; горячая выпечка, железо, цветы, алкоголь, выделанная кожа, навоз и еще уйма незнакомых мне вещей сплетались в невообразимую, но, надо признаться, довольно приятную какофонию ароматов. Я начала приглядываться к разложенному в палатках и на прилавках товару — в конце концов, надо подобрать какие-то шмотки взамен сгоревших. Конечно, с творениями эльфийского портного им не сравниться, но все-таки платье и еще пару штанов и рубашек я выбрала. Вот мой цирон вызывал откровенно завистливые взгляды местных модниц, и я заслуженно возгордилась, особенно после того, как увидела подобные же вещи, выполненные человеческими руками, — стоили они безобразно дорого, а выглядели намного хуже. Парни изо всех сил старались развеселить и порадовать меня, сыпали комплиментами и послушно помогали в нелегком выборе между светло-песочным и голубым платьями. Эло предложил купить оба, но я решительно отказалась — куда мне столько, не два же у меня тела, кроме того, денег уже осталось не слишком много. Ариан не так привередничал, так что ему одежду мы выбрали быстро и без проблем.

Вот перед прилавком эльфа-ювелира я застыла надолго, с восхищением обозревая невероятной красоты кольца, браслеты и цепочки. Умеют же делать! Все украшения казались невероятно изящными, невесомыми, и в то же время стильными, дорогими и качественными, достойными украсить саму королеву. Или принцессу Кею. Но увы! Я с огорченным вздохом заставила себя отойти — нет у меня сейчас денег побрякушки покупать, но тут Эло широким жестом предложил мне выбрать любое украшение в подарок. Я вступила в нешуточную схватку с собственной совестью, утверждавшей, что нельзя принимать такие дорогие презенты, нов конце концов мое искреннее восхищение дивными творениями ювелирного искусства победило, и я вновь склонилась над прилавком. Эльф с легкой полуулыбкой смотрел на меня, явно уловив жадный блеск в моих глазах и с удовольствием играя в щедрого кавалера. Я, на секунду отвлекшись от созерцания невероятных красот, заметила рядом еще одну парочку — парень покупал своей подружке браслет. Так девушка смотрела не на своего спутника и даже не на подарок, а на Эло, приоткрыв рот от восторга и выпучив глаза при виде очаровашки-эльфа, причем мне тоже доставались косые взгляды, завистливые и недоумевающие — мол, как это рядом с таким раскрасавцем стоит подобное неженственное всклоченное чучело в слегка позеленевших штанах и с исцарапанными руками. Смешно и неудобно! Я покосилась на своих спутников и с внезапным любопытным удивлением заметила, что они оба и впрямь красавцы каких поискать. Ариан просто хорош, как молодой бог, а уж с Эло вообще никто не сравнится — да как же он живет, такой красивый?! И почему сердце молчит?!Прямо даже неудобно — все вокруг от них в восторге, одна я как-то не у дел. Впрочем, как и всегда, Я вновь повернулась к украшениям и почти тут же поняла, какое хочу больше всего — узкое серебряное кольцо в виде сплетения трех побегов розы с листьями, бутонами и цветками, живо напомнив мне гравировку на лезвии Тэрриэт. Какая прелесть! Руки, инстинктивно делая хватательные движения, сами потянулись к кольцу. Предупредительный продавец, явно привыкший к подобному поведению девушек у своего прилавка, мигом вытащил его из бархатного кармашка, положил на ладонь и протянул мне, но Эло перехватил колечко и сам надел его на мой палец. Я непроизвольно вздрогнула — уж слишком этот ласковый жест напомнил мне церемониальную окольцовку в загсе — и невольно зашарила глазами в поисках второго кольца, которое должна надеть на палец эльфу. Тьфу-тьфу, сгинь, провались, рассыпься! Этого еще мне не хватало!

— Ну что, это?

— Да! — Я вытянула руку и полюбовалась кольцом, идеально подошедшим по размеру. — Спасибо!

Дождавшись, когда эльф расплатится, я повисела у него на шее и благодарно почмокала в щеки. Эло спокойно воспринял эти знаки внимания, я заметила, что кончики ушей у него дернулись как-то не так, иначе чем в раздражении или негодовании. Ну-ну! Похоже, остроухие недалеко от собак и кошек ушли, у животных эмоции по движениям хвоста можно прочитать, а у эльфов — по подергиванию ушей.

Лошадей мы выбирали долго и упорно. В основном это происходило не от недостатка необходимых знаний, а от их переизбытка — Эло предъявлял к нашим будущим скакунам такие высокие требования, какие не мог удовлетворить ни один из продаваемых коней. Я, не имея даже поверхностных навыков выбора лошадей, просто любовалась длинногривыми, большеглазыми красавцами. По мне, они все выглядели одинаково мило и хорошо, но эльф в конце концов сделал выбор по совершенно неясным и невразумительным для меня признакам и причинам. За всех трех лошадей заплатил он сам, а когда я попыталась протестовать, спокойно пояснил, что данная коняшка поступает в мое временное пользование лишь до Неалона, а там она будет переправлена в дворцовые конюшни Города-под-Кленами. Ну и ладно, в принципе он прав — зачем мне собственная лошадь? Куда я на ней ездить буду?! Мне, как принцессё и единственной девушке, позволили первой выбрать одного из троих коней, купленных Эло. Мне сразу глянулся угольно-черный красавец с огромными нежными глазами и длиннющими, как у фотомодели, ресницами. Он тоже отнесся ко мне вроде бы неплохо, а главное, сразу же подружился с Шэром. Ну вот и отлично. На вопрос об имени нового приобретения Эло лишь пожал плечами и предложил обозвать коня, как моей душеньке будет угодно. Правда, тут же опомнился и настороженно воззрился на меня, но было уже поздно, поезд, как говорится, ушел — я с улыбкой нарекла коня Нейтрино. Эло схватился за голову и начал кричать, чтобы я немедленно переименовала коня, присвоив ему какое-нибудь нормальное имя. Я тряхнула головой и, покопавшись в памяти, предложила ему на выбор несколько прозвищ вроде Фагоцитоза, Адренокортикотропина или 2,2,4-триметил-5,б-диэтилнонана, после чего нелюдь отступил, правда, не сразу, а после того как я палочкой на песке начертила ему схематичную формулу того самого нонана. Органическая химия здорово встревожила и даже напугала Эло, он еще пару часов возмущенно дергал ушами, вспоминая то, как он выразился, «страшилище», которое я изобразила. Да, а каково мне было это в свое время учить?! Но Нейтрино так и остался Нейтрино, и вскоре привык к своему не слишком обычному для этого мира прозвищу.

Пришлось еще разориться на седла и уздечки, но на это не ушло слишком много времени, и мы, отведя наши приобретения в конюшню при гостинице, вернулись на торговую площадь. Мои спутники изо всех сил изображали галантных кавалеров и старались предупредить любое мое желание. Вглядевшись в пронзительно-голубые и изумрудно-зеленые глаза, я с изумлением заметила, что их обладатели испытывают примерно одинаковые эмоции. Ну ладно Ариан — тот в самом деле с удовольствием развлекал свою принцессу, а вот Эло здорово меня удивил: я-то думала, он просто играет в заботливого ухажера, а он и в самом деле искренне веселил меня и веселился сам.

Мы шатались по торговым рядам, потом по моей горячей просьбе прогулялись по зверинцу, из которого я вышла в состоянии легкого ступора — помимо обычных и вполне знакомых мне волков-лисиц, в клетках сидели разнообразные не- вероятные твари, рядом с которыми мерк даже кошмарный зверь-мираж. Я очень красочно представила, что бы со мной случилось, столкнись я один на один, скажем, с какой-то жуткой скотиной, похожей на покрытого чешуей быка, или с изящной оранжевой змеюкой толщиной в две моих руки и длиной метра три (Ариан не преминул сообщить, что она еще и ядовита).

При виде карусели, движимой в темпе вальса при помощи магии, я даже взвизгнула от восторга так она мне напомнила изящный аттракцион, на котором я в свое время каталась у подножия Эйфелевой башни. Конечно, размах здесь был не тот, но общая концепция — резные лошадки, движущиеся вверх-вниз и по кругу — сохранилась, и карусель казалась легкой и изящной, готовой устремиться в небо. Мои спутники без слов переглянулись и решили меня побаловать — покатать на этом чуде. Впрочем, Ариан в последний момент передумал и решил понаблюдать за развлечением со стороны, так что на аттракцион мы поднялись вместе с Эло и уселись на одну лошадку. Так захотел эльф, и я, не найдя убедительных причин для отказа, послушалась. Когда под звуки легкой музыки карусель начала медленно кружиться, Эло выпрямился таким гоголем, что я с трудом подавила хохот и начала отчаянно цепляться за его рубашку, изображал испуг и нерешительность — мне тоже захотелось поиграть. Нелюдь бережно обнял меня и знаком дал понять, что бояться нечего, он меня держит и упасть не позволит. Ну-ну! Я, замечая, как он улыбается уголками губ, только сильнее сжала руки — от меня не убудет, а ему вон как приятно.

С карусели мы слезли по уши довольные и весело смеющиеся. Ариан, держащий на поводке Шэра, разулыбался и предложил пройтись по потешным рядам посмотреть на шуточные сражения и кулачные бои. Я никогда не испытывала восторга, глядя как здоровые мужики молотят друг друга на ‘забаву толпе, но разочаровывать старательно развлекавших меня спутников не хотелось, и мы неспешно двинулись вдоль площадок для боев, шумно обсуждая достоинства и недостатки каждого воителя. Вот когда неподалеку начался бой на мечах, я и впрямь замерла, с интересом вглядываясь в легкие, словно небрежные движения сражающихся. А как красиво это смотрится со стороны! Интересно, мы с Тэрри также очаровательны? Задан этот вопрос вслух, я получила многочисленные заверения, что не так — еще лучше. Как приятно, когда окружающие настроены быть милыми и любезными! Я отплатила им тем же, без пререканий направив стоны в сторону гостиницы после первого же робкого намека Ариана, что уже темнеет и на улицы выползает всякий сброд, и пора бы нам вернуться на постоялый двор, а то мало ли что… Нет, он, конечно, не сомневается в моих воинских талантах, равно как и своих способностях защитить принцессу Кею, но лучше бы не рисковать, кто знает, на кого можно нарваться в темном переулке…

День прошел так мирно и легко, что я самым преступным образом потеряла бдительность и расслабилась, понадеявшись, что мне и дальше будет так же везти на отсутствие неприятностей. И тут же поплатилась за свое легкомыслие и пренебрежение элементарными нормами безопасности. В этой гостинице к каждому номеру примыкала своя отдельная ванная комната, что было мною воспринято как первый шаг Вириалана по цивилизованному пути. Так вот, вымывшись перед сном и замотавшись в полотенце, я выползла в комнату и замерла, беспомощно моргая и откровенно не веря своим глазам. Кровать, на которую я собиралась улечься, была занята. Равно как и креслице в углу, и подоконник, и крышка сундука. Это еще что за явление?! Я вроде бы гостей не приглашала! В ужасе я обежала глазами на диво неулыбчивые рожи пяти мужиков, рассредоточившихся по моему номеру, как по своей квартире, и попятилась обратно в ванную. Тэрриэт осталась там вместе со всеми вещами, которые я сняла перед купанием. Есть надежда, что я успею достать ее. Главное не делать резких движений и не дразнить незваных визитеров… Но надо же, целых пять мужиков! Надеюсь, они здесь только из-за моей дивной красоты и потрясающего обаяния…

Но тут, как на беду, в комнату выглянул Шэр, до этого сидевший возле ванны, и вполне справедливо решил, что незнакомым мужикам нечего делать в номере его хозяйки, особенно когда она раздета и кутается в полотенце — уж слишком нескромно это выглядит и может здорово скомпрометировать ее в глазах окружающих. При виде моего щенка все пятеро неурочных посетителей одним плавным движением привели себя в вертикальное положение и скопом бросились на меня. Я рванулась к Тэрри, но не дотянулась всего пару сантиметров — какой-то гад ловко поймал меня за щиколотку и дернул на себя, заставив поцеловаться с полом и сдавленно зашипеть сквозь стиснутые зубы…

Эло.

Когда сверху понесся дикий девичий визг, я сразу понял — с Ксенон что-то случилось, и со всех ног кинулся к ней в комнату. Рыцарь, как назло, как раз в это время ухитрился выползти во двор, поэтому на его помощь надеяться было нечего. Крики звенели все громче и отчаяннее, я даже на мгновение усомнился, что это визжит иномирянка уж слишком нехарактерно было для нее подобное поведение.

Дверь в ее комнату была слегка прикрыта, и это убедило меня, что беда произошла именно с девчонкой, больше чем что бы то ни было — Ксенон всегда предпочитала наглухо закрывать двери, а по возможности еще и запирать их на задвижку или набрасывать крючок.

По постели каталось плотное переплетение нескольких тел, действо сопровождалось невероятным вокальным аккомпанементом без особого содержания и резкими выкриками:

— Принцесса Кея?! Ну говори же, гадина! Ты принцесса?! да сдерите с нее эту тряпку, поищите на боку Знак! Еще и кусается, подлюга!

Как?! МОЮ девушку?! Зарычав, я бросился к кровати, чувствуя, что готов голыми руками разорвать осмелившихся напасть на Ксенон. Впрочем, в такие крайности впадать не обязательно. Один из мужиков и понять ничего не успел, как получил смертельную рану в шею и обмяк на краю кровати. Другой лишился пакостной ручонки и с воем скатился на пол. Ах вы ж гады! Да, это не с беззащитной девушкой воевать!

Кстати сказать, кусалась не Ксенон. Ее псина, разумеется, встала на защиту обожаемой хозяйки и успела попробовать на вкус почти всех налетчиков, а потом со злобным остервенением принялась трепать их одежду, явно понимая, что трупы уже не представляют опасности, и просто мстя за попытку напасть на иномирянку.

Расшвыряв нападавших, я сгреб с кровати трясущуюся девчонку и поволок ее в свою комнату соседство с трупами и то, что я собрался делать с выжившими, весьма негативно скажется на ее нервной системе. Ксенон так отчаянно цеплялась за мою рубашку, словно стремилась ее содрать. Впрочем, ей ин самом деле не помешало бы что-то из одежды — судя по всему, она только что вылезла из ванны и еще не успела даже толком вытереться. Я воспользовался представившимся случаем и с интересом обозрел ничем не прикрытое тело. А хороша, надо признаться, очень хороша!

Усадив ее на свою кровать и закутав в покрывало, я тихо сказал:

— Посиди здесь, хорошо? Давай твою собаку сюда приведу, вдвоем вам веселее будет!

— Эло, Эло.. — Посеревшие глаза уставились на меня с такой паникой, что я мельком взглянул в зеркало, уж не хвост ли у меня отрос. — Нет, не уходи! Не могу я одна…

Тонкие пальцы с обломанными в процессе отчаянного сопротивления ногтями вцепились в ворот моей рубашки с такой силой, что побелели суставы. Я невольно поморщился — еще, того и гляди, удушит. Аккуратно высвободился и уселся рядом.

— Ты боишься?

— Да! — тут же призналась она, нервно кутаясь в покрывало.

— Что там случилось?

— Я вышла из ванной, а эти сидят… Нирата осталась возле бадьи вместе с одеждой. Я не успела… Они всем скопом, как свора собак прыгнули…

Да уж! Интересно, что за дело было к Ксенон у ее незваных гостей? Впрочем, там же есть пара выживших паскудников, вот сейчас и узнаем…

Я встал:

— Посиди здесь, ничего не бойся. Может, закрой дверь…

— Нет! — Она мгновенно сползла с кровати и встала на подгибающиеся ноги. Покачнулась, выправилась, сделала глубокий вдох, словно надеясь с воздухом всосать силы, и машинально пригладила волосы. — Ты куда? Я с тобой!

— Да куда ты пойдешь в таком… — Я хотел сказать «состоянии», но понял, что тогда она точно из кожи вон вылезет, дабы доказать, что с ней все в порядке, и прикусил язык. — Э-э-э… В таком виде?!

— А что такое?! По-моему, все вполне пристойно! — Ксенон расправила покрывало, придерживая его руками на уровне груди. Я заметил на ее пальце кольцо, купленное на ярмарке. — Пошли. Куда ты там собрался?

— Хочу по душам побеседовать с одним из наемников.

— Отличная идея. Пожалуй, у меня к нему тоже будет пара‚ вопросов… — Губы Ксенон дрогнули, а потом медленно расплылись в такой нехорошей усмешке, что я невольно порадовался за себя — какое счастье, что это не я вздумал напасть на иномирянку…

Ариан.

Едва войдя в общий зал, я понял: что-то неладно. Уж слишком нервным выглядел хозяин и встревоженными — постояльцы.

— Что случилось, уважаемые?

— Да девка какая-то наверху визжала, прямо страх! — охотно отозвался какой-то мужик, не отвлекаясь от пожирания жаркого. — А эльф туда как кинется! И тишина…

Неужели с принцессой что-то случилось?! Я опрометью росился наверх и в коридоре застал дивную картину. Возле дверей комнаты возились двое, пытаясь затащить в нее кого-тотретьего, стонущего, пытавшегося сопротивляться и явноне горевшего желанием оказаться там, куда его волокут. Приглядевшись, я понял — здесь и впрямь произошло что-то непонятное. Принц и принцесса, одетая в нечто странное, тащили через порог скулящего и подвывающего мужика, оставлявшего кровавые следы на полу. Я поспешил на помощь и аккуратно отстранил девушку:

— Позвольте мне…

— О, Ариан! Как хорошо, что ты пришел! — Принцесса откинула назад влажные волосы и вздохнула. Я вдруг заметил, чтоона не одета, а наспех замотана в покрывало, содранное с кровати. — Нет, мы с Эло сами справимся. Ты лучше спустись вниз и успокой людей — они же наверняка слышали, как я орала. Скажи им… ну не знаю… О, скажи им, что я мышь или крысу увидела и перепугалась до визга!

— Но что здесь произошло?!

— Потом, потом! Скажешь, что Эло прогнал грызуна, и возвращайся!

Спустившись в зал, я во всеуслышание объявил о мыши, выслушал негодующие вопли хозяина — мол, у них отродясь гадкой пакости не водилось — и поспешил обратно. В комнате творился какой-то тихий ужас: на кровати и около нее валялось несколько трупов, а прямо на полу сидели принц и принцесса, крепко держа скулящего мужика. Я шагнул через порог и с недоумением уставился на эту в высшей степени странную картину.

— Ариан, прикрой дверь поплотнее! — попросила девушка, крутя в руках нирату. — Сейчас тут будут крики и вопли…

— Да что здесь произошло?

— Эти умники напали на меня, когда я выходила из ванной без оружия и без одежды, — спокойно пояснила она, с нехорошим интересом вглядываясь в побелевшее лицо своей жертвы. — К счастью, Эло успел вовремя. Более того, он в приступе ярости все-таки сумел не прибить, а лишь искалечить одного из налетчиков. Так что, я надеюсь, сейчас мы сможем получить хоть какую-то информацию относительно причин столь резкого ко мне отношения и личности заказчика…

— Я… я ничего не скажу! — пробормотал мужик, в ужасе всматриваясь в окружающие его недружелюбные лица.

— Ой ли? — мягко протянула принцесса. Тот, кто встретился с ней в первый раз, мог бы подумать, что она влюблена в лежащего перед ней человека — таким нежным и ласковым был ее взгляд. Вот только в самой глубине спокойных серо-голубых глаз льдисто крошилось тихое яростное бешенство, не предвещающее попавшему в руки принцессы ничего хорошего. — А ты, мил-человек, не переоцениваешь ли свои силы?! Не смотри, что я девушка, от пола человека, держащего меч, сила замаха и точность удара почти не зависят… Поэтому расскажи быстренько и по-хорошему, кто тебя сюда прислал, и, возможно, ты отделаешься потерей только одной руки, а все прочие стратегически важные части тела останутся при тебе…

— Нет… нет… Я ничего вам не скажу… делайте что хотите!

— Ну смотри! От такого щедрого предложения я не могу отказаться; воображение у меня богатое, а местами и откровенно больное… Эло, Ариан, подержите этого урода, да заткните, может быть, ему рот, а то он всю гостиницу сейчас на ноги поднимет…

Принцесса с нежностью провела кончиками пальцев по лезвию нираты, а потом мягко и ласково приложила (даже не рубанула, а просто приложила!) его к щеке своей жертвы. Комнату потряс дикий вопль. Девушка брезгливо поморщилась и торопливо сунула мужику в рот край покрывала, глуша крики. Наемник под моими руками задергался и забился, стремясь отодвинуться от клинка. Кожа на его щеке мгновено вспухла и покраснела, на ней явственно отпечатались цветы, выгравированные на лезвии, будто нирата была раскалена.

— Ну что? Может, все-таки поболтаем? Или продолжим в томже духе?

Эльф с кривой улыбкой чуть заметно кивнул ей, но принцесса продолжала вглядываться в лицо пытаемого мужика даже с какой-то нежностью и предупредительной заботой, слегка покачивая в пальцах нирату:

— Не хочешь говорить? Решил поиграть в партизана на допросе?! Ох, мужики… Все вы из себя героев корчить горазды, а копнешь чуть поглубже — хуже зайцев оказываетесь. Эло, снимай с него штаны, мне хочется поскорее покончить с ним и лечь отдыхать, день был таким насыщенным…

Эльф, на редкость гадостно ухмыляясь, задрал на жертве рубашку и потянулся к брючному ремню. Девушка недобро сощурилась и нацелилась ниратой. В следующий миг мужик уже торопливо болтал, вываливая на наши головы уйму совершенно ненужной информации. Принцесса сидела рядом, устало прикрыв глаза и, кажется, даже не слушая его торопливых признаний.

— Мне совершенно не обязательно знать, кем были твои родители и где сейчас живет твоя жена, — наконец со вздохом сказала она, рассеянно проведя рукой по волосам. — Ты мне ясно и четко расскажи, кто нанял тебя и этих молодчиков и что со мной собирались сделать в случае успешного захвата? Кто меня так невзлюбил? -

— Это… Полковник Грай Тор’дриант! Он лично сказал… принцесса Кея и ее рыцарь… угроза для его величества правителя… государственная измена… Нам было приказано просто изъять принцессу в плен и привезти в Неалон! Она обязательно должна была быть жива! Сдать с рук на руки полковнику! Мы не знали…

— Сколько еще таких отрядов выслано по моему следу? — холодно спросила принцесса, поджимая босые ноги и плотнее кутаясь в покрывало.

— Я не знаю! Клянусь вам! Нам ведь не докладывали!

— Верю… — Она подняла на меня льдистые, абсолютно равнодушные глаза и тихо уточнила: — Он, похоже, не врет? Ты знаешь, что это за полковник?

— Да, принцесса. Это ренегат и изменник, его семья одна из первых переметнулась под знамена иллиатада и вот уже несколько поколений верно служит ему…

— Ну-у… Я думаю, это нас скорее можно назвать ренегатами, ведь мы будем противостоять официальной власти… Впрочем, это неважно. Скажи-ка нам, красавчик, а откуда полковник узнал, что в этот мир явилась принцесса Кея и где она находится?

— Да я ж разве знаю?! Говорили, будто сам правитель такой указ дал! Полковник лично сказал, чтоб мы в Уррлиту ехали! Мы ж люди маленькие, чего велят, то и делаем! — торопливо провыл мужик, в ужасе вглядываясь в плавающие в глазах девушки льдинки.

— Ну-ну, не прибедняйся. Мальчики, у вас еще есть к нему вопросы? Нет? Тогда отпускайте его на фиг, а то еще помрет здесь от кровопотери, и так весь пол изгадил… — Принцесса встала и медленно подошла к окну, прижимая к себе нирату и тихонько напевая: — Словно ведьма вызывала в людях злобу и жестокость…

Но эльф одним неуловимо легким движением вогнал свой меч в горло мужика и в ответ на недоуменный взгляд безмятежно пояснил:

— А если он поползет и предупредит еще кого-нибудь? Нельзя быть милосердной в ущерб своей безопасности!

— Пожалуй, ты прав, — со вздохом согласилась девушка, прислонившись к наличнику и невидящими глазами уставившись вдаль. Тонкие пальцы машинально поглаживали оголовье меча, казалось, принцесса без слов советуется со своей ниратой, узнавая ее мнение и спрашивая, как поступить дальше. — Что будем делать с трупами? Они ж скоро вонять начнут…

— Да здесь бросим! Кому они нужны? Разве что можешь отрубить себе что-нибудь на память, если хочешь. Тебе, Ксенон пожалуй, лучше переночевать у меня… — Эльф дождался, пока глаза принцессы расширятся и начнут метать молнии, и спокойно закончил: — И Ариану тоже. Завтра с первыми лучами солнца двинемся дальше. Мне очень не нравится, как легко нас находят в поселениях, лучше бы нам избегать городов и сел. Раз иллиатад уже в курсе, что по Лоррее носится принцесса Кея, мы просто не имеем права рисковать.

— Хорошо! — Принцесса сгребла в охапку свои вещи и в сопровождении щенка вышла в коридор.

Мы с эльфом двинулись следом, предварительно аккуратно прикрыв дверь, чтобы никто не заметил царящего в комнате безобразия.

Ксенон.

Я была настолько напугана произошедшим, что уже толком не соображала и даже ужасаться своей жестокости и бесчеловечности не могла. Впрочем, думаю, любая девушка поймет и согласится, что с уродами, ворвавшимися без приглашения в очень интимный момент, да еще с готовностью попробовавшими воспользоваться отсутствием на жертве одежды, поступить по-другому просто невозможно. Страшно подумать, что бы произошло, не ворвись в комнату Эло с мечом в руках и с доброй улыбочкой палача, приступающего к любимой работе, на бледных губах…

Переночевали мы в комнате Эло, причем меня, признав душевно травмированной и морально пострадавшей, уложили на кровать в обществе Шэра и Тэрриэт, а парни устроились охранять стратегически важные пути подхода в нашу маленькую цитадель — Ариан улегся на пол у порога, а Эло — под окном. Но ночью нас никто не потревожил, и, поднявшись в безумную рань, мы поспешили убраться из негостеприимной Уррлиты, с одной стороны, опасаясь повторения нападения, а с другой — не желая разбираться с хозяевами гостиницы, которых в моей комнате поджидал очень неприятный сюрприз — трупы-то мы так там и бросили… Я была сильно встревожена и не скрывала этого — уж если эти уроды настропалились в мою комнату влезть, то где я обнаружу следующую партию преследователей? У себя под подолом?!

Лошади частили бойкой рысью. Я, уже успевшая позабыть, каково это, когда под пятой точкой вздрагивает и трясется седло, невольно морщилась и с тоской вспоминала автобусы и троллейбусы — теперь их пыльные продавленные сиденья казались мне верхом комфорта и удобства. Ариан, подметивший мои мучения, робко предложил купить или нанять какой-нибудь экипаж, но я решительно отказалась от этого варианта — повозка здорово бы снизила скорость нашего передвижения. А мне хотелось скорее попасть в Неалон. Что меня туда влекло, не знаю, возможно, желание просто покончить жизнь изощренным самоубийством. Я по-прежнему не имела ни малейшего понятия, как буду убивать загадочного иллиатада. Ну в самом деле, какие у меня могут быть шансы против неизвестного чудища, которое кроме всего прочего питается девушками?!

Дорога шла вдоль полей. Мои спутники из соображений безопасности выбрали чуть более длинный, зато малолюдный путь. Количество проезжающих и впрямь было невелико, мы, не привлекая особенного внимания, довольно быстро продвигались к цели путешествия, мечтая поскорее добраться до столицы и начать кампанию, ради которой столько пережили.

Я вспомнила о своем намерении потрясти эльфа на предмет добычи информации о путешествиях между мирами и направила к нему Нейтрино:

— Послушай, Эло, можно задать тебе один вопрос?

— Смотря какой! — улыбнулся эльф.

Не волнуйся, приличный. Я хотела узнать, как мне вернуться домой, в свой мир?

— Я же уже сказал тебе…

— Помню, помню! — торопливо перебила я и нараспев процитировала: — «Ты не вернешься в свой мир, пока не поможешь нашему!» А дальше прозвучало обещание за волосы отволочь меня в Неалон и пинками задать нужное направление и придать необходимое ускорение. Но я же не отказываюсь от драчки с иллиатадом! Но, допустим, я его зарублю ниратой. А что потом?! Миссия принцессы Кеи будет окончена, и я хочу вернуться домой!

— Ошибаешься! — с нехорошей улыбкой отозвался эльф. — Согласно Пророчеству принцесса воцарится на месте иллиатада и будет управлять Лоррейским государством! И выйдет замуж за блондина из нашего мира! Вон хотя бы за Ариана! Чем не жених?!

— Жених-то жених, да не мой! — засмеялась я, косясь на смущенного рыцаря. — Припоздала я немножко, теплое местечко Ариановой невесты уже занято. Но кроме шуток! Я не умею управлять государством и не хочу замуж!

— Как? Вообще? — Кажется, и эльф, и рыцарь были искренне поражены столь пренебрежительным отношением к тому добровольному рабству, которое называется замужеством.

— Конечно! А чего хорошего замужем? Круглые сутки ломаться на кухне, выготавливая разнообразные блюда, или скакать по дому с тряпкой, охотясь за пылинками?! И зависеть от какого-то урода, который и ногтя моего не стоит, но воображает себя моим господином и повелителем?! Ну нет, это не для меня!

Тремя стремительными скачками дорогу пересек заяц. Он выскочил из гривастых зарослей ковыля, росшего по обочине, суматошно прыгнул вперед, едва не угодив под копыта Нейтрино, потом, словно опомнившись, стремительно прянул влево и шарахнулся в кусты по другую сторону дороги. Я восхищенно подпрыгнула в седле и едва не навернулась с лошади, стараясь проследить, куда понесся косой, и с трудом удерживаясь от желания заулюлюкать ему вслед. Но на моих спутников это происшествие не произвело ровным счетом никакого впечатления — ну заяц и заяц, подумаешь! С гораздо большим удовольствием они взялись обсасывать неосмотрительно поднятую мною острую тему:

— Но как же так?! Ведь любая девушка только и мечтает, что выйти замуж! — потрясенно выдал светловолосый рыцарь, глядя на меня так, будто я только что призналась в нежных чувствах к самому дьяволу.

— Ариан, милый мой, ты еще не убедился, что я не любая и здорово отличаюсь от ваших бедных зашуганных девиц, которые не смеют и глаза поднять на мужчин?! — Я удивленно посмотрела на рыцаря и встретилась с таким же недоуменным взглядом. Ой-ой, как мне не хочется в этом Вириалане оставаться! Я со вздохом тряхнула головой и постаралась перевести разговор на менее драматичную и животрепещущую тему: — И все-таки? Как мне вернуться в свой мир?

— Ты бы сначала разобралась с иллиатадом, а потом уже строила планы на дальнейшую жизнь! — душевно посоветовал мне эльф, ехидно сощурив изумрудно-зеленые глаза.

И то правда, еще неизвестно, будет ли она, эта дальнейшая жизнь.

— Скушайте, принцесса, фрукты полезны для здоровья. — Ариан, явно решив поставить точку в деликатном разговоре, порылся в седельной сумке и протянул мне огромный пушистый персик, размерами вполне способный посоперничать с крупным грейпфрутом.

— Спасибо, — невольно дрогнувшим голосом отозвалась я, принимая подношение.

Персик пах зноем, жарким солнцем, ярко-голубым небом и летним счастьем. Я намотала поводья на запястье и, держа фрукт в сложенных чашечкой ладонях, поднесла его к лицу, с наслаждением вдыхая знакомые и любимые запахи. Как приятно, когда о тебе заботятся… Эло, глядя на мои манипуляции, ухмыльнулся и с явным негодованием дернул ушами. Ну а ему-то что не нравится? Тоже персик хочется? Сам пусть покупает, не маленький…

К вечеру мы добрались до какого-то довольно крупного селения. Парни, переглянувшись, сваляли сомнительную честь решения проблемы о ночлеге на мои хрупкие плечи. Я оказалась в тупике. С одной стороны, очень хотелось спать под крышей, в кровати, а не на земле, соседствуя с комарами, муравьями и прочими тварями, чье милое общество лично мне не доставляло приятных ощущений. Но с другой — а вдруг в поселении на нас кто-нибудь нападет?! Впрочем, если так уж припрет, то напасть могут ин лесу. А на миру, как говорится, и смерть красна, чуть что, есть надежда, что поселяне помогут отбиться. Последнее соображение решило дело, и я величествено указала на высокий забор из толстых неошкуренных бревен, опоясывающий деревню, и объявила, что желаю провести ночь именно в этом милом населенном пункте. Ариан покачал головой, Эло дернул ушами, но спорить они не стали и послушно направили лошадей к солидных размеров воротам. Назначение забора лично мне было неясно — ну какой смысл воздвигать подобную преграду, если ворота стоят нараспашку, но рядом с ними не видно никого, хоть отдаленно напоминающего стражника или солдата?!

— А как называется сие славное поселение? — поинтересовалась я, борясь с сильнейшим желанием выдернуть ноги из стремян и прижать колени к груди.

Как выяснилось, кое-какая охрана у ворот все же была. За нашим триумвиратом с жутким брехом и подмываниями понеслась огромная стая облезлых кабыздохов всех цветов и размеров, объединенных единственным и очень горячим желанием — цапнуть проезжающих за ноги. К счастью для нас и к визгливому возмущению песьей стаи, стремена находились достаточно высоко, и наша троица лишь нервно оглядывалась на особенно ретивых кобелей, упорствовавших в своем неразумном желании попробовать на вкус наши сапоги и настойчиво пытавшихся допрыгнуть до ног. Шэр, сидящий в корзине, взирал на воющих и заходящихся лаем соплеменников с десятифунтовым презрением, как герцог на обступивших его карету оборванных и грязных попрошаек.

— Малый Привоз! — торжественно провозгласил мой рыцарь, простирая руку к какому-то явно культовому строению, словно прося местных богов защитить нас от разъяренной песьей своры, упорно крутящейся под копытами лошадей.

Я сначала подумала, что он издевается. Потом, сопоставив одно с другим, вздохнула. Наверное, все правильно и вполне нормально — ведь если есть Большой Привоз, значит, по логике должен быть и Малый. Это только в моем мире обожают сыпать всякими названиями вроде Верхние Ямки при полном отсутствии Нижних…

Малый Привоз отличался от своего старшего братца только скромными размерами и отсутствием реки. А так — почти все умилительно знакомо, можно даже сказать, родное: и ужасающие дороги, и разномастные каменные и деревянные строения, и канавы прямо посреди улиц, и пьяные, из этих канав выглядывающие, и невероятное амбре, курящееся над всей этой идиллией… Ариан смущенно поглядывал на меня — ему стыдно было везти свою принцессу через это безобразие. Бедный, видел бы он, что у нас после Дня пограничника или 23 февраля творится… Гостиницу мы нашли довольно быстро — претенциозное каменное здание было больше похоже на несуразный маленький замок в три этажа, в изобилии украшенный какими-то уродливыми башенками, лепниной и окнами с витражными стеклами. Н-да, чувство стиля, судя по всему, не отягощает души хозяев всего этого великолепия… Но, по крайней мере, сию красотищу, носящую гордое название «В гостях у графа, не удастся поджечь так же легко, как сложенную из деревянных брусьев гостиницу в Староносье. Это не могло не радовать.

Мне выделили небольшую уютную комнатку на втором этаже со стрельчатым окном и минимальным набором мебели — кровать, кресло и сундук вольготно расположились по углам, словно разбежавшись из-за невероятных закидонов местной архитектуры. Стена напротив двери загадочно изгибалась полукругом, и, выглянув в окно, я поняла, что разместили меня в одной из несуразных башенок, коими было щедро облеплено это нелепое здание.

Шэр тут же радостно вспрыгнул на кровать. Подумав, я, не раздеваясь (потом еще к ужину спускаться), последовала его примеру и свернулась калачиком на покрывале, положив голову на Тэрри и с удовольствием прижимаясь щекой к блаженно трепещущим листиками и цветами гравировки. Лезвие было приятно-прохладным, остужая разгоряченную скачкой кожу, но я не сомневалась, что, мерзни я, нирата тут же нагрелась бы, стараясь уберечь свою хозяйку от простуды. Но мне не было ни холодно, ни жарко, только очень хотелось спать. Ох, хорошо-то как… И почему кровати не скачут, как лошади?! Каким комфортным было бы тогда путешествие… Может, ванну принять? Ай, день вставать… Потом, после ужина, перед сном… Да и торбы с барахлом остались навьючены на Нейтрино, эльф, решив изобразить джентльмена, пообещал их принести, да, видимо, так и не взялся за общественно полезные работы. Вот и верь после этого мужикам…

Я потихоньку начала проваливаться в сладкий омут полудремы, решив наплевать на всех и вся. В конце концов, не беда, даже если и без ужина останусь… Шэр положил мордочку мне на бок и блаженно вздохнул. В такой томно-расслабленный момент громкие выкрики во дворе, лязг оружия и удары в дверь комнаты воспринялись как чья-то злобная шутка, и не более. Потом, когда стук подкрепился отборнейшей бранью, я наконец сообразила, что происходит что-то не то, и мигом слетела с кровати, схватив Тэрриэт и настороженно оглядываясь. Незнакомые голоса за дверями ругались не слишком изобретательно, зато очень душевно, искренне и громко, отбивая малейшее желание открывать и выяснять, что, собственно говоря, случилось. Я, недоверчиво поглядывая на сотрясающуюся под мощными ударами дверь, отступила к окну и осторожно, чтобы меня не было видно с улицы, выглянула во двор. Там уже кипела драка. Эло, грациозный, стремительный, легко кружился в кольце противников, напоминал изящную ласку среди стада тучных коров. Ариана видно не было, зато на высокой раскидистой яблоне сидел, жутко завывая на одной ноте, жирный незнакомый мужик, трепетно прижимающий к груди копченый свиной окорок. Интересно, как он при своей корпуленции ухитрился туда забраться, да еще с такой оригинальной ношей? Эльф, уверенно отбивающемуся сразу от четверых, помощь пока не требовалась, а вот мне она явно понадобится, и очень скоро. Поняв, что я не собираюсь встречать их на пороге с распростертыми объятиями и хлебом-солью на рушнике, незваные визитеры вооружились не то переносным тараном, не то просто лавкой из нижнего зала и теперь упорно долбили двери в мою цитадель, очевидно решив взять комнату штурмом. Похоже, придется выкручиваться самой… Ну что ж, в первый раз, что ли?!

— Шэр! Давай, давай, мой маленький! Сиди тихо, пожалуйста! Место, милый, место! — Я схватила щенка под животик и без особого сопротивления с его стороны запихала под кровать. Не дай бог, он пострадает… Тогда можно будет только посочувствовать Малому Привозу — от него не останется и камня на камне!

Я не стала дожидаться, когда вход в мое скромное обиталище разнесут в щепы, а сделала то, на что нападающие уже потеряли всякую надежду — широко распахнула дверь и тут же прижалась к стене, предусмотрительно оставаясь под прикрытием створки, Мужики, как раз лило взявшие разбег для очередного удара, не сумели вовремя притормозить, вихрем влетели в комнату и силой инерции впечатались в изогнутую стену напротив дверного проема. Витражное окно жалобно дзинькнуло и осыпалось лавиной мелких разноцветных стекол, слишком близко познакомившись с чьей-то твердокаменной головой. Я мгновенно оценила расстановку сил — трое здоровенных бугаев, один потирает лоб, двое других еще не успели бросить скамейку, послужившую тараном, — и решительно перешла в нападение, пока они не опомнились и не атаковали сами. Поприветствовавший башкой окно оказался самым безобидным противником — Тэрри посоветовала пнуть его в пах, а когда согнется, добавить коленом в лицо и рукоятью по затылку. Этого оказалось вполне достаточно, мужик покладисто рухнул в отключке и больше меня не беспокоил. Зато двое других за это время успели отшвырнуть в сторону свое осадное орудие и вытащить мечи. Что мне сразу очень не понравилось — у одного из них во второй руке поблескивала натна. Я крутанулась на одном месте, стараясь не упустить из виду обоих противников, но те, переглянувшись, начали аккуратно заходить с двух сторон. Н-да, похоже, придется попотеть. Проклятые архитекторы ну что им стоило построить нормальную прямоугольную комнату, а не изгаляться в идиотских закруглениях и отсутствии углов, к которым можно так удобно прислоняться спиной во время драки?!

Я, стараясь не выпускать из поля зрения того, что с натной, аккуратно попятилась к двери. Возможно, мне бы и удалось выскочить из комнаты, но, к сожалению, под ноги попалась скамейка, любезно прихваченная незваными гостями перед визитом (может, это такая местная традиция — в моем мире в гости приходят со своей выпивкой, а здесь — со своими сидячими местами?!). Я споткнулась и с невольным визгом полетела на пол, здорово ушибив плечо и на все лады костеря изделие местных столяров, так не ко времени подвернувшееся мне под ноги. Нападающие радостно осклабились и, ошибочно решив, что в поверженном состоянии я почти беспомощна, бросились в атаку. Я, уходя из-под удара, прижала Тэрри к груди и быстро перекатилась по полу, одновременно подставляя одному из них подножку. Получилось, мужик рухнул, звучно приложившись лбом об ту же самую скамейку. Та обрадовано загудела — ее, похоже, ни разу так не ласкали! Тэрриэт в моих руках вдруг сама собой дернулась вверх, словно стараясь вырваться и, пробив потолок, улететь в небо, подальше от своей безрассудной владелицы, ввязывающейся в сражение с многократно превосходящими силами противника. Я, немало испугавшись, покрепче сжала пальцы, не понимая, отчего моя нирата так странно себя ведет — ведь второй мужик находится достаточно далеко от нас. Впрочем, тут же стало ясно, что таким дурам, как я, лучше слушаться своего умного оружия и не претендовать на руководство в драке — Тэрриэт все-таки вывернулась и метнулась поневероятно крутой дуге вверх. Моя рука, намертво сцепленная с рукоятью, едва не вылетев из сустава, повторила ее траекторию. Металл звонко тренькнул о металл, потом рядом глухо звякнуло об пол и блеснуло в последних лучах заходящего солнца, с любопытством заглядывавших в комнату через разбитое окно. Натна! Как я могла забыть! Пока я разбиралась с одним, второй решил воспользоваться метательныморужием и, если бы не Тэрри, вовремя рванувшаяся вверх, щеголять бы мне со стальной вилкой в горле.

— Убью! — глухо взвизгнула я, задыхаясь от бешенства, вскочила и рванулась к единственному оставшемуся на ногах мужику.

Он, видимо, был очень удивлен, что та, которая по идее уже должна валяться мертвой, скачет с такой прытью, и потому не сумел дать серьезный отпор. Тэрриэт стальной рыбкой устремилась ему под ребра, и я, серьезно обидевшись за попытку отправить меня на тот свет и пылая жаждой мести, не стала ее останавливать. Мужик удивленно захрипел и попятился, вытаращив глаза с расширенными от болевого шока зрачками, уронив меч и зажимая рукой распоротый правый бок. Между его пальцев хлынула какая-то ирреально черная кровь, я поняла, что попала в печень. Н-да, с такими ранениями долго и счастливо не живут, гуманнее будет добить… Это-то я и сделала, аккуратно располосовав ему горло. Что поделаешь, я привыкла выполнять свои обещания… Потом и подошла к тому, что поцеловался с лавкой. Мужик валялся в беспамятстве и не представлял явной угрозы, но на всякий случай я хладнокровно добавила ему ногами пару ударов в узлы парасимпатической нервной системы (район желудка, печени, почек), в те, что спустя мгновения взорвутся нестерпимой болью, чтобы подольше не смог встать… Н-да… Жестокая я стала, кровожадная, бесчеловечная. Только вот отчего-то этих уродов, только что пытавшихся меня убить, мне совершенно, ну вот ни капельки не жаль! Наверное, я и в самом деле жуткий изувер и изверг… Возможно, потом я пожалею о содеянном. Но сейчас все гуманистические и человеколюбивые струнки моей души нервно курили в сторонке, стараясь не возникать без особой необходимости и тихонечко одалживая друг у друга зажигалку.

Впрочем, ладно. В тайнах собственной психологии лучше разбираться где-нибудь в более спокойном и менее опасном месте.

Итак, что мы тут имеем? Замечательно. Один нападавший мертв, двое в отключке… Что дальше? Я взглянула на улицу. Эло как раз добил своего последнего противника и уставился в мое окно. Я помахала ему, взглядом разыскивая Ариана.

— Ксенон, пела?! — крикнул нелюдь, отряхивая со своего клинка капли крови.

— Да что со мной сделается! — нетерпеливо отозвалась я. — Где Ариан?

— Похоже, в зале завяз. Сколько у тебя?

— Трое! Один уже никогда никого не тронет!

— Подожди наверху, не лезь! У них, по-моему, арбалеты с собой! — встревожено закричал Эло, поглядывая то на меня, то на дверь.

— Вот еще! — В самом деле, может, там Ариану помощь нужна, а нелюдь предлагает мне в комнате киснуть, дожидаясь, пока в нее еще кого-нибудь из наемников по мою душу принесет!

Я уже отшатнулась от окна, когда эльфа, понявшего, что я сейчас сломя голову понесусь вниз, осенила «гениальная» идея:

— Не беги через зал, это опасно! Прыгай, я поймаю!

— Чего? — Я неверяще вытаращилась на Эло.

Тот сдуру протянул руки. Я, тоже не отличившись в этой ситуации особым умом, сглупа приняла столь любезное предложение и слетела с подоконника. Эло действительно поймал, сдавленно охнул, покачнулся и, не отпуская меня, с размаху брякнулся на задницу, едва не напоровшись на собственный клинок. Я повалилась сверху. А-ай, не умеешь — не берись! Я не очень тяжелая для своего роста, но пятьдесят семь килограммов в прыжке, да еще набравшие ускорение свободного падения — это все-таки очень чувствительно. Впрочем, сам виноват! должен был головой подумать, прежде чем расточать галантные жесты. Я вскочила и протянула эльфу руку:

— Некогда отлеживаться! Там Ариан один!

Принц зыркнул на меня так, будто я предложила ему что-то очень непристойное, и подхватился на ноги сам. Тут рядом с нашей парочкой что-то свистнуло, и в утоптанную землю до середины вонзился меч. Мы как по команде вскинули головы и с интересом обозрели взбешенную рожу какого-то мужика, высовывавшегося из моего окна. Замечательно. Вовремя жея вниз спрыгнула. Переглянувшись, мы с Эло на перегонки бросились к дверям, спасать Ариана и спасаться самиот острых предметов, могуших полететь сверху, — мало личто у того мужика ещев запасе имеется…

В маленьком забеге победил эльф и едва не поплатился за своюрезвость жизнью — из рынком распахнутых дверей вылетел арбалетный болт, разминувшийся с шеей нелюдя на какие-то сантиметры.

— Мрато!

Эльф инстинктивно присел и галантно (лыцарь, чтоб его…) пропустил вперед даму. Я, держа перед собой свой Кровный клинок не задумываясь рванула в зал. На душе былоочень нехорошо, я чувствовала, что что-то случилось… Влетев в разгромленное помещение, я сразу поняла, что не зря ожидала какой-то гадости. Возможно, там были еще люди, не знаю, я видела лишь моего рыцаря, устало отмахивающегося мечом, зажатым в правой руке. В плече левой весьма красноречиво торчала не то стрела, не то арбалетный болт…

— Ариан! — Я со всех ног бросилась к нему, спотыкаясь не то о мебель, не то о трупы, оскальзываясь на чем-то красном (кровь? пролитое вино? какая разница…), наплевав на всех окружающих и видя лишь алые капли, медленно сбегавшие с его плеча.

— Принцесса, ради богов, осторожно! — испугался рыцарь, отпрыгивая ко мне и выталкивая с линии обстрела.

Цвиркнула тетива, засвистели болты, я ахнула и, не удержавшись на ногах, грохнулась на пол. Тэрри опять метнулась вверх, на сей раз я не стала ей препятствовать, наоборот, торопливо вскинула руку, помогая нирате свободно двигаться и отбивать маленькие смертоносные жала.

— Уходите! — крикнул Эло, мгновенно ввязываясь в схватку с арбалетчиками и вынуждая их перейти на холодное оружие, короткие мечи.

Отличная мысль! Я вцепилась в Ариана и бросилась к дверям. Он попробовал сопротивляться, явно горя желанием продолжить драку, но я вполне справедливо заключила, что с болтом в плече ему там ловить все равно нечего, и буквально пинком вытолкнула рыцаря на крыльцо. Опаньки! А лошади-то наши до сих пор так и болтаются во дворе, не расседланные и нечищеные! Где конюх, я хочу наградить его за нерадивость?!

Ариан, заботливо подпихнутый в спину, послушно полез в седло. Я отметила его довольно уверенные движения, кивнула и метнулась обратно в зал.

— Куда вы, принцесса?! — охнул мой рыцарь, свешиваясь с лошади и примериваясь спрыгнуть на землю и броситься за мной.

— За Эло, конечно! Не смей слезать! Я сейчас его выволоку!

«Наверное я чем-то заразилась от Ариана», — флегматично подумала я, вновь дергая на себя дверную ручку. А иначе с чего бы я, для которой всегда наивысшей ценностью была собственная жизнь, безрассудно бросаюсь под стрелы и мечи только ради того, чтобы вытащить эльфа, который вообще-то паразит изрядный и стервец, каких поискать?!

Нелюдь вместо благодарности за попытки спасти его остроухую голову при виде вернувшейся меня разразился на диво мелодичной и певучей бранью. Я с вызовом улыбнулась и, отбиваясь от какого-то мордоворота, вздумавшего исподтишка напасть на мою скромную особу, красноречиво кивнула в сторону дверей, намекая, как мало мне хочется задерживаться в этом славном, но немного опасном месте.

— Дура! — взвыл Эло, кидаясь ко мне.

Ой, можно подумать, он сам излишним умом страдает!

Былобы поразумнее, так отступил бы вместе со мной и Арианом.

— Осторожно!

Нападавшие сориентировались и вновь вздумали обстрелять нас из арбалетов. Эло пинком опрокинул на бок случившейся на дороге стол, присел за ним, как за бруствером, и ловко ударил под колени меня, принуждая разделить с ним еговременное убежище. Я свалилась рядом, прижимая к груди Тэрриэт и немало обидевшись на такое бесцеремонное обращение. В самом деле, мог бы просто за штанину подергать илив даже словами сказать! Эло, похоже, тоже был не слишком доволен, поэтому мы молча замерли рядом, тяжело дыша и прожигая друг друга яростными взглядами. Но сейчас было не место и не время выяснять отношения, поэтому, единогласноно решив отложить разборки на потом, наша парочка дождалась некоторого затишья в обстреле и на карачках рванула навыход.

Мой дисциплинированный рыцарь, и не подумав ослушаться приказа, гарцевал по двору, держа на поводу Нейтрино и лошадь Эло. Эльф мгновенно оказался в седле, я тоже было бросилась к лошадям, но потом развернулась обратно.

— Шэр!

Так истошно и пронзительно я не орала, кажется, еще ни разу в жизни. Только бы он догадался… Опять соваться под обстрел, с боем прорываться на второй этаж и выуживать щенка из-под кровати не хотелось совершенно, тем более что Эло, явно догадавшись, какие мысли вертятся у меня в голове, весьма красноречиво свесился с седла, демонстрируя полую готовность при необходимости затащить меня на свою лошадьи увезти насильно.

К счастью, мой щеночек догадался, что зря хозяйка визжатьне будет, вспрыгнул на подоконник и недоуменно взглянул из разбитого окна.

— Прыгай, я поймаю! — эльфом завопила я, точно так же, каки он, вытягивая руки. — Милый, пожалуйста, прыгай!

Шэр еще секунду подумал и, последовав примеру своей хозяйки, безрассудно выскочившей из этого окна несколькими минутами ранее, легко сиганул мне в руки.

— Молодец, молодец! — залепетала я, закидывая его в корзину и буквально взлетая в седло. — Ариан, ты как?

— Скорее, принцесса! — умоляюще крикнул рыцарь, натягивая поводья и заставляя своего коня нервно заплясать на месте.

Это он правильно торопит. На крыльцо выскочили давешние арбалетчики (со страху мне показалось, что их пара сотен, не меньше) и вновь открыли огонь, целясь почему-то не в нас, а в лошадей. Те от такого самоуправства, разумеется, в восторг не пришли и, не дожидаясь шенкелей, рванулись прочь с этого негостеприимного подворья. Ариан и Эло смогли сориентироваться и направить своих скакунов в ворота, а вот я, не имея большого опыта обращения с лошадьми, не догадалась развернуть Нейтрино к выходу и тут же за это поплатилась. Мой конь, ничтоже сумняшеся, попросту перепрыгнул через забор и галопом понесся по улице. Как я не вылетела из седла — не знаю, наверное, сзади сидел мой ангел-хранитель и поддерживал меня за пояс. Парням некогда было любоваться на чудеса верховой езды в моем исполнении — они, бегло оглянувшись, рванули за мной, благо Нейтрино выбрал верный путь для отступления.

Остановились мы километров через десять. Эло аккуратно вынул стрелу из плеча Ариана и зашептал рану, я, разодран на перевязочные материалы одну из своих рубашек, перебинтовала его, и мы, позабыв об усталости, вихрем понеслись по дороге в сторону Неалона, решив скакать до тех пор, пока не свалимся. В результате привал был объявлен далеко за полночь. Мы кое-как сползли с уставших лошадей, вповалку грохнулись на траву один на другого, обнялись и уснули мгновенно, позабыв, кто здесь скромный рыцарь, кто — эльфийский принц, а кто — девушка из другого мира. На рассвете с первыми лучами солнца отправились дальше, с редкостным единодушием решив объезжать по изрядной дуге все населенные пункты. К счастью, на дороге до Неалона нас больше не подстерегало никаких неприятностей и приключений (впрочем, лично я сражений и подвигов итак накушалась уже на всю оставшуюся жизнь).

В ворота столицы Лорреи мы въехали ранним утром. Ради маскировки и конспирации я, одетая в платье, сидела на лошадиэльфа и старательно изображала влюбленную в нелюдя дурочку. Стража при воротах, философски созерцающая бегущие в небе облака и вдумчиво поплевывающая в ров с затхлойводой, не обратила никакого внимания на остроухого красавчика и бестолковую идиотку из человеческой расы, счастливо млеющую в его небрежных объятиях. Ариан, ведя на поводу Нейтрино, вошел в город через пару часов послё нас. Триумвират рыцарь — эльф — девица воссоединился на территории заранее намеченного постоялого двора. Мы с Эло по прежнему разыгрывали влюбленную овцу и снизошедшего до нее эльфа (нелюдь, прикрываясь этой комедией, с удовольствием лапал меня на людях и поминутно лез целоваться, а я даже не могла его оттолкнуть, дабы не завалить легенду), а Ариан демонстративно притворялся посторонним.

День прошел как в тумане. Я с трудом соображала, что говорю и делаю, — в горле толкалась все нарастающая паника. Добравшись наконец до цели нашей развеселой поездки, я внезапно очень четко поняла, что хотела бы оказаться от нее как можно дальше, желательно на ином континенте, а еще лучше — в другом мире…

Уже ночью мы собрались на конюшне и устроили стратегический совет.

— Как твое плечо, Ариан?

— Не думайте о такой ерунде, принцесса! — небрежно отмахнулся он. — Что вы намерены предпринять?

— Что? Ну, по-видимому, напасть на иллиатада и прибить его! А что, у меня есть выбор? — истерично хохотнула я, поглаживаяластящегося ко мне Шэра.

— Я не про это! — поморщился светловолосый рыцарь. — Я просто хотел поинтересоваться, как именно вы собираетесь сразить чудовище.

— Как? Мне самой очень бы хотелось узнать это. Веришь— понятия не имею!

— Может, просто представить ему нашу Ксенон, а дальше она его своими шуточками и выходками быстро до умопомешательства доведет? — предложил Эло, валяющийся рядом на внушительной горке соломы, которую он не поленился притащить в пустой денник, послуживший нам залом совещаний.

— А может, его лучше с тобой познакомить?! — окрысилась я. — Ты его за полчаса зацелуешь и затискаешь насмерть!

Эльф даже голову от удивления приподнял:

— Эй, Ксенон! Ты что, обиделась за наш маленький спектакль?

— Нет. Я никогда не обижаюсь на дураков и убогих, иначе никаких нервов не напасешься, — рассеянно отозвалась я.

Эльф возмущенно дернул ушами, но промолчал. Япотрясла головой, прогоняя дрему (усталость последних дней сказывалась, и я едва не засыпала на ходу), и неохотно вернулась к нашим баранам, вернее иллиатадам:

— Слушайте, а здесь где-нибудь можно достать планы дворца? Ну там расположение комнат, коридоров, переходов?

— Боюсь, что нет, принцесса! — расстроено отозвался Ариан, ероша волосы. — Это же не курорт какой-нибудь, чтобы карты и планы на каждом шагу продавались…

Замечательно. Похоже, мне придется блуждать по незнакомому замку (сегодня парни мне его издали показали — внушительная такая громада из серого камня, скрытая высоченной стеной и коваными воротами), не имея ни малейшего понятия, где находится искомый монстр. Это еще хуже, чем ловить черную кошку в темной комнате…

— А… — вновь начала я, но закончить мне не дали — черти принесли к нашему убежищу конюха со свечой, которому посреди ночи вздумалось проведать лошадей.

Эло сориентировался мгновенно — оттолкнул Ариана в самый темный угол и опрокинулся на солому, увлекая меня за собой. Я,мысленно с наслаждением распиная и эльфа, и конюха на дыбе, быстро привела в художественный беспорядок рубашку на груди и игриво захихикала, изображая восторженную дурочку в компании своего обожаемого кумира, а потом, словно только что заметив свет и удивленную рожу любопытного мужика, негодующе пискнула и закрыла лицо рукавом на манер верных восточных жен. Эло по-хозяйски хлопнул ладонью по моему бедру и возмущенно воззрился на потревожившего наш покой. В следующую минуту конюх, сдавленно бормочущий извинения и оправдания, узнал о себе много нового и интересного. Яприкусила губу и тихонько тряслась от беззвучного смеха, пока нелюдь поливал невинного визитера отборной бранью, очень певучей и образный, и в свою очередь с трудом удерживалась от того, чтобы не поддержать эльфа и не высказать все, что думаю и о нем, и о Неалоне, и об окружающем мире. Конюх, едва не уронив своюсвечу, спасся поспешным бегством, мы отряхнулись от соломы, выудили из угла Ариана и уселись на прежнее место.

— Ну вот, теперь этот мужик нас с тобой невероятными извращенцами на всю гостиницу ославит, — вздохнула я, обращаясь к эльфу.

— Почему же извращенцами?! — удивился Эло. — Ариана-то он не видел!

— Нуты сам подумай! Кому еще придет в голову устраиваться на конюшне, если них распоряжении есть отличная комната с большой кроватью? — покачала я головой, выбирая из волос соломинки. — Еще слава богу, что мы в пустом деннике расположились, а не под боком какой-нибудь скотины, точно позора бы не обрались… Ладно! А здесь случайно нет чего-нибудь вроде библиотеки с планами, картами и схемами?

— Нет, принцесса, — вздохнул рыцарь. — Публичная библиотека в Неалоне только одна, и женщин в нее не пускают, а документы выносить не дают. Кроме того, я очень сомневаюсь, что там можно найти хоть что-нибудь вроде карты замка. Лично я на месте правителя категорически запретил бы создавать схемы и планы — ведь, имея подобную вещь, легко обраться и до хозяина покоев, когда он будет беззащитен и уязвим, например, в ванне или спальне…

Очаровательно. Похоже, миссия не просто невыполнима — мои шансы одержать победу не то что равны нулю, а уже откровенно сползли в минус. Гоняться по галереям незнакомого замка за чудищем, которое находится у себя дома, не просто глупо, это идиотично и попахивает откровенным кретинизмом, замешенном на врожденной умственной отсталости и полном отсутствии мозгов. И что мне делать? Отказаться от подобной затеи нет никакой возможности. Остается только обставить это самоубийство с большой помпой и пиететом. Умирать тоже хочется красиво…

— Ладно! Как говорят в моем мире, утро вечера мудренее. Пойдемте спать, завтра что-нибудь сообразим!

— Нет уж, милочка! — недобро зашипел эльф, приподнимаясь. — Завтра ты уже ничего не сможешь придумать, потому что пойдешь в атаку на иллиатада…

— Наплевать! — Я решительно встала и двинулась вон из конюшни. — Даже если и так! В конце концов, я устала! Хочу принять смерть выспавшейся и отдохнувшей!

Пока они не опомнились, я бегом рванула в общий с эльфом номер, выкинула в коридор его вещи и заперла дверь изнутри. Потом с интересом выслушала на редкость мелодичную ругань и, просветившись относительно собственной родословной и извращений, коим когда-то предавались мои родители и родственники до пятого колена, разразилась столь же страстной и пламенной речью. В ответ послышался громкий болезненный взвизг и возмущенный лай. Ах ты ж паразит остроухий! Не иначе гадкий эльф, отыгрываясь за мои славословия, исхитрился пнуть Шэра, оставшегося в коридоре! Ну я тебя сейчас! Подхватив с пола первый попавшийся увесистый предмет (расписной ночной горшок, отчего то снабженный двумя ручками), я карающим ангелом вылетела из комнаты. Наверное, у меня было очень нехорошее лицо, Эло хватило одного взгляда, чтобы понять — дело табак, и задать стрекача. Я (по жизни совсем незлопамятная и отходчивая), размахивая горшком и сыпля проклятиями, гналась за драпающим со всех ног нелюдем всего лишь три квартала и мигом прекратила преследование, швырнув в него своим оригинальным снарядом (принцу еще дико повезло, что пустым) и попав между лопаток. Эло, видимо, решил, что я его нагоняю, и наддал еще пуще, а я, пнув напоследок черепки и красноречиво плюнув, вернулась в гостиницу, заперла дверь и рухнула на кровать, утешающе обняв Шэра и не слишком заботясь о том, где устроится на ночь Эло.