Портрет начальника.

Итак, вот он: рыжий, с бельмом на правом глазу, в клетчатом пиджаке и с широкими, как хоккейные ворота, плечами. Не верите? Утверждаете, что таких не бывает? Ну что ж, с этим и я полностью согласен: таких не бывает. Зато бывают другие. Эти, в основном, самые модные, самые наглые и продвинутые. Среди них есть и рыжие, и брюнеты, и лысые, и шатены, и в париках, и в кепках, и в куртках, и в пиджаках. Одни из них осенью кашляют, а другие чихают. Некоторые курят, а все остальные поют, когда у них хорошее настроение. Есть руководители с широкими, а также узкими плечами; есть и грустные, и веселые, а еще остроумные и даже такие, которые не только остроумные, а еще и любвеобильные, как это положено им по должности. Поэтому им в самом начале рабочего дня какую-нибудь подчиненную подавай, а можно и в самом конце. И упаси вас Бог никого не подать такому начальнику: вмиг обидится, а то и премии лишит. За неподачу в указанный срок. Портрет такого шефа не выносят по общенародным праздникам на запруженную народом улицу. Зато к ветровому стеклу автомобиля присобачить могут.

Как же ведет себя нормальный среднестатистический руководитель по отношению к тем, кем он по долгу службы призван руководить?

Поведение его может быть разным, а порой и вовсе непредсказуемым. Например, никто из подчиненных никогда не угадает, в каком конце коридора начальник организует себе свой индивидуальный туалет. Вверенные ему для постоянного руководства люди обязательно допустят грубейшую ошибку, если решат, что туалет он для себя организует в самом дальнем от его благоустроенного кабинета конце коридора. Есть и умные подчиненные. Вот они-то сразу догадаются, что отхожее место для личного пользования будет организовано в ближнем к его кабинету конце. Ключ от двери будет только у него. Ни у кого из подчиненных ключа не будет. Зато на двери сортира появится надпись приблизительно следующего содержания: «Господа! Справляйте свои естественные нужды в дальнем конце коридора!».

И тут я догадался, что этот случай не слишком часто встречается в современной демократической обстановке. Он все-таки в чем-то вымышлен и восходит к слишком далеким от сегодняшних дней временам. Именно к тем, когда по многолюдным праздникам выносили портреты высших начальников на запруженные народом улицы, и шел народ с этими портретами в руках в сторону самого светлого и ближайшего будущего.

Сейчас все конкретней. В сторону будущего народ идти давно уже закончил и всей толпой бросился в сторону настоящего. Приблизительно за год хотел достигнуть, но отчего-то не достиг. Образовался некоторого рода затор. Он продолжается лет пятнадцать-восемнадцать и когда рассосется — неизвестно. В то же время мало кто из начальства расстался с прежними методами руководства. Громко наорать на подчиненного не представляется чем-то зазорным. Можно и тихо обозвать его идиотом, а также сказать: «Пока еще я тут начальник, а не Пушкин!» Сохранились и такие выражения, как: «Вас вызывают на ковер», «Их нет никого, они все у руководства» и «Самое главное, чтобы начальник ничего не заметил». При этом в местах скопления самого высокого начальства можно обнаружить еще большее скопление подчиненных, каждый из которых на его уровне также является начальником над кем-то еще.

Темные машины с огнями, отчаянно завывая, с включенными проблесковыми маячками проносятся по улицам городов с еще более страшным воем, чем раньше. Не представляет труда ограничить движение прочего транспорта с целью проезда машины с начальником внутри. Намного выросла числом и охрана. Мужчин с крепкими бритыми лицами, охраняющих вверенное им для этого руководство, стало так много, что можно подумать, что у нас теперь не страна начальников, а страна охранников.

Но было бы несправедливо отмечать лишь отрицательные стороны системы тотального руководства всеми и вся. Есть и положительные моменты. К ним можно отнести то обстоятельство, что теперь руководителем может быть каждый, кто страстно этого захочет. Достаточно что-нибудь организовать, где-нибудь зарегистрироваться либо войти в состав чего-нибудь, как тут же можно прибить на дверь железную табличку с выгравированной на ней личной фамилией. Еще проще получить табличку на дверь в результате жестокой предвыборной схватки, а также с помощью собранного друг на друга компромата. И чем больше представителей народа куда-то баллотируется, тем больше потом дверей, начальников, табличек и компромата.

Но и случай с табличкой и даже с дверью — не предел. По той причине, что никаких пределов в области руководства у нас не существует. Даже избранный почти всем народом депутат становится зачастую начальником, и происходит в стенах палат парламента тяжелая, мрачная, изнурительная борьба за кабинеты и привилегии.

Сколько же стоит тот или иной начальник? Какую цену все мы платим за его подпись под документом, позволяющим жить одним и запрещающим это же делать другим? Все мы платим за это непомерно высокую цену. И чем дальше, тем сумма больше. Таков негласный закон «страны начальников». Эта страна, по мнению ее высшего руководства, одна из самых больших и демократичных в мире. Не для нас с вами, а для х… с ними.