Глава 5. БОЯРЕ, А МЫ К ВАМ ПРИШЛИ!

Вот ты и пробил головой стену… Что будешь делать в соседней камере? Твой сосед

День выдался дивно теплым и солнечным.

Таня отзвонила в академию, предупредив какую-то знакомую, что сегодня там не появится, я распечатал адреса мест, где произошли последние убийства. После чего мы наконец-то смогли выйти из дома. Пожилая консьержка проводила меня задумчиво-неодобрительным взглядом и покачала головой. Видимо, рейтинг приличной девочки Тани только что упал с небес на землю, решив зарыться в нее как можно глубже.

— Может, лучше общественным транспортом воспользоваться? — продолжала ныть «помощница».

— А почему переместиться нельзя? — не понял я.

— Я стараюсь телепортироваться как можно реже, так как после этого у меня очень голова болит, — призналась Таня, потом добавила: — И к тому же люблю на транспорте кататься… Это так здорово!

— М-да? — Я проводил скептическим взглядом заполненный по самое-самое автобус, который отъезжал с остановки.

Казалось, что за грязным стеклом люди уже сидят на головах друг у друга. И, наверное, «счастливые» пассажиры даже не догадываются, как им здорово кататься, когда в бок упирается клюшка сердитой пенсионерки, на ноге пристроился чей-то ботинок, чужой локоть так и норовит оставить вас без зубов, а стоящий рядом дядя благоухает дивным букетом чеснока и лука, щедро сбрызнутых приторным одеколоном. Мечта мазохиста!

Хех…

— Хорошо, а чем тебе машина не нра-а-а-а… — неожиданно откуда-то сбоку раздался подозрительно знакомый голосок, который окликнул меня по имени.

Крестьянин веселый! Я подавился фразой, дернулся и решил: надо срочно бежать!

— Будут спрашивать, скажи, что я самоубился самым извращенным способом, — попросил я Таню и с легким хлопком растворился в пространстве.

Анабель медленно подошла к замершей на ступенях подъезда девушке. Алир и Элли следовали за ней двумя тенями, оставив все происходящее на совести эльфийки. Странная спутница Габриэля с интересом рассматривала новых персонажей. Алир удостоился томного взгляда, Элли — восторженного (будто девушке резко захотелось его потискать), а вот Анабель достался взгляд задумчивый.

— Доброго дня, — сиятельная леди остановилась у ступеней и вежливо улыбнулась девушке. — Скажите, здесь Темный князь не пробегал?

Молодая девица нахмурилась, словно темные князья пробегали мимо нее регулярно и она не могла решить, про которого из них спросила эльфийка.

— Сказал, что самоубился самым извращенным способом, — наконец бодро отрапортовала девушка. Затем ее сознания осторожно коснулась мысль, что она что-то напутала в предложении с временами.

Но пить боржоми было поздно.

— А в каком направлении он это сделал, не подскажете? — уточнила Анабель.

Новая знакомая развела руками, показывая, что во всех сразу.

— Да, извините за мою нетактичность. Позвольте представиться, я — Анабель Илераль, Темная княгиня и по совместительству жена Габриэля. — Эльфийка выразительно погладила себя по большому животу.

— Очень приятно, — согласилась девушка. — Таня, неудачница, которую Габриэлю велели охранять от творения Отступника.

Все заметили небольшую паузу, которую она допустила перед именем, словно сомневаясь, стоит ли представляться со всеми фамилиями и титулами, после чего решила не тратить время. Хотя наверняка были и другие причины того, что девушка не захотела называть себя полностью.

— И все? — сиятельная Леди подозрительно прищурила прозрачные глаза.

— Все, — честно призналась Таня.

Элли и Алир переглянулись.

— И вы даже драться не будете?! — возмущенно спросили сверху.

С козырька подъезда вниз головой свесился Габриэль. При этом длинная коса князя так заманчиво покачивалась из стороны в сторону перед глазами эльфийки, что она, не совладав с соблазном, дернула за самый кончик.

— Ай! — смешно вскрикнул Габриэль, чуть не свалившись на асфальт. — Сокровище мое, ты меня лысым сделаешь!

— Вполне заслуженно, полагаю, — согласилась эльфийка, но все-таки смягчилась. — Извини, уж слишком было велико искушение. Я рада, что с тобой все в порядке. Слезай и объясни, что происходит и почему ты так странно выглядишь!

Габриэль отцепился от козырька и, сделав красивое сальто, оказался рядом с Анабель. Поцеловал жену, пожал руку Алиру, а вот Элли удостоился уничижительного взгляда, просто-таки приколачивающего бедного ангела большими гвоздями к асфальту.

— С тобой я разберусь позднее, — хмуро пообещал Габриэль. И почему-то ни у кого из присутствующих не возникло сомнений, кто из всех присутствующих Темный князь. Даже Таня пожалела, что обозвала его клоуном. Сейчас мужчина выглядел крайне внушительно и угрожающе.

Элли громко всхлипнул, стараясь замаскировать неуместное хихиканье.

— Они сами, милорд! Я прятался, уговаривал, на коленях умолял пощадить меня. Но они нашли зеркало, а Натаниэль его…

— Что?! Ты еще моего сына в это втянул?!

Ангел ойкнул и попытался спрятаться от княжеского гнева за Алиром.

— Габриэль, успокойся, ты слишком в роль вошел. Наш зайчик действительно отбивался как мог. А Натана попросила поколдовать я. — Анабель обняла мужа и уткнулась носом ему в плечо. — Не сердись, когда я нервничаю, плохо себя чувствую. Ко мне даже целителя пришлось приглашать.

И о чудо! Грозный Темный князь вмиг преобразился в доброго и заботливого Габриэля, который засуетился вокруг своего сокровища, спрашивая, где болит и что беспокоит сиятельную леди.

Анабель пыталась отнекиваться.

— Назад ты меня не отправишь! — категорично заявила эльфийка, цепляясь за руку мужа так, словно он собирался вот прямо сейчас перемещать обратно в цитадельские покои.

— Уже понял, — переступил с ноги на ногу Габриэль и виновато посмотрел в сторону Тани, которая наслаждалась бесплатным представлением, но тщательно это скрывала.

Проходящие мимо граждане на большую и странноватую компанию смотрели с удивлением и опаской. Видимо, пытались понять, те ли это нехорошие личности, вот уже месяц достающие по ночам три подъезда громким весельем на детской площадке.

Алир смотрел по сторонам с восторгом и интересом маленького ребенка, которого родители первый раз в жизни привели гулять на ярмарку. Все вокруг было удивительно, невероятно, прекрасно и одновременно пугающе. Хотелось спросить про странные повозки, про огромные дома, про пролетевший с грохотом в небе агрегат, про непонятных людей. Но приходилось стоически терпеть, умоляя любопытство хоть немного присмиреть, и делать вид, что Алир бывает на Земле регулярно и совершенно ничему не удивляется.

Габриэль с Анабель тем временем достаточно эмоционально обсуждали, что князю следует делать с внезапно свалившимся на него подарком (сам бы Габриэль это слово поставил в большие кавычки) в виде жены, Светлого императора и друга, должного охранять вверенный ему мир. Пока путем негромкого спора они уже пришли к выводу, что сидеть в квартире Тани сиятельной леди не стоит. Доводы у Анабель оказались железными: умоляющий взгляд, жалостливый тон и угрожающе сжатый перед носом супруга кулак. Габриэль искренне веселился, что скучать ему точно не придется, а приключения в такой компании обещают стать незабываемыми. В первую очередь для Алевтины, даже не подозревающей, какое «стихийное бедствие» она пригласила на роль спасителя своей дочки.

Кто бы теперь Землю от них спас…

— Тогда точно никакого общественного транспорта! — непреклонно заявил Габриэль.

Покосившись на Таню, он понял, что его слова остались неуслышанными. Девушке теперь было параллельно и перпендикулярно, как именно они доберутся до нужного места. Она взяла насторожившегося Элли под ручку и вовсю флиртовала с ним, рассказывая про шоколадные конфеты, горячую карамель и синеглазых мальчиков. Ангел, кажется, уже начал подозревать, что попал очень крупно, но вот куда именно, понять в силу своей наивности не мог.

Но нет, мгновением позже выяснилось, что и про реальный мир Таня не забыла.

— Неужели пешком пойдем? — Девушка выпустила Элли из пальчиков (он не мог этим не воспользоваться, мигом вцепившись в Алира), но не подколоть свою «няньку» ей не позволяла доставшаяся от мамы вредность.

— Сами наколдуем. — Габриэль покачал головой и, посмотрев по сторонам, чтобы исключить присутствие нежелательных свидетелей, щелкнул пальцами.

Элли и Таня синхронно охнули от восхищения, разглядывая огромный черный автомобиль, соткавшийся из воздуха перед подъездом.

— А водить-то ты умеешь? — с трудом перестав любоваться недостижимой мечтой автолюбителя, девушка попыталась снова поймать ангела, но тот был уже начеку.

— Газ с тормозом не перепутаю. — Габриэль обошел свое творение и, открыв дверцу, галантно подал Анабель руку. Та смотрела на железного коня с опаской, явно не понимая, как «оно» может передвигаться, но все-таки устроилась в просторном кожаном салоне, позволив мужу пристегнуть себя ремнем безопасности.

Алир, Элли и Таня загрузились на заднее сиденье, при этом ангел, как ни пытался пристроиться у окошка, оказался втиснут в середину, слишком близко к неприлично довольной девушке.

— И прав у тебя, естественно, нет, — сделала вывод Таня.

— Ага! — радостно подтвердил Габриэль, украдкой рассматривая педали. Перепутать-то он их не перепутает… Просто забыл, куда жать надо.

С кем не бывает?

Князь мысленно махнул рукой на свою память, повернул ключ и, резко вдавив понравившуюся педаль, выкрутил руль.

…Немолодой, грузный гаишник прямо-таки пожирал меня выжидательно-жадным взглядом, предвкушая скорую наживу.

— Прошу вас предъявить права, — радостно завел он свою шарманку, после того как скороговоркой представился сам и назвал звание, стоило мне только опустить стекло и спросить, что ему угодно.

С заднего сиденья раздался злорадный смех: Элли проспорил Тане, что меня не остановят и не оштрафуют.

— А может, не надо? — уточнил я, пытаясь заколдовать мужика.

Гаишник задумался.

— Может, и не надо…

Теперь раздался смех Элли, а проигранный Тане поцелуй пока откладывался в долгий ящик. Сам же ящик вместе с поцелуем подлежал закапыванию в землю. Но радовался ангел рано.

— Вы превысили скорость… — после секундного раздумья продолжил дядя в форме.

Таня, томно вздохнув, обняла Элли за шею.

— Ничего я не превышал! — праведно возмутился я. Мы еле-еле плелись по запруженной плотным потоком машин трассе. А все из-за какой-то маленькой красной машинки, которую и пешком можно было обогнать.

— Вы ничего не превышали, — послушно отозвался гаишник, собирая глаза в кучку, под тихое похрюкивание Анабель. — Но на машине отсутствует номерной знак.

— Присутствует, — поправил я мужика, у которого вот-вот мог случиться передоз от магического воздействия. Вот ведь упорный экземпляр попался! Или они все такие?

— Но…

Друзья уже ржали (именно ржали, а не вежливо смеялись) в голос, не стесняясь присутствия «доблестного» стража порядка. Я молча протянул гаишнику пару купюр, секунду назад «позаимствованных» из его же собственного кармана. Дядя просиял и тут же, отдав честь, разрешил ехать дальше, согласившись, что я — пример идеального водителя. И вообще, побольше бы таких сознательных граждан.

— Ох, Габриэль, нельзя же так! — Таня промокнула бумажным платком выступившие от смеха слезы. — Я так и не поняла, целовать мне Элли или нет.

Мы наконец преодолели пробку, вырвавшись на простор почти пустой окружной, и я смог прибавить скорость, чтобы успеть на место хотя бы к вечеру.

— Целуй, мне не жалко, — великодушно разрешил я.

Элли, испуганно ойкнув, попытался перелезть в багажник.

Кухня была выполнена в нежных тонах и напичкана иномирной электроникой под завязку. Рядовому слуге, который под словом «земля» всегда подозревал «почва» или же «та штука у меня под ногами», все эти металлические коробки, агрегаты и ящики показались бы бредом особо опасного безумца. Да и чего греха таить: нерядовым слугам оные также виделись именно этим. Но посвященные демоны хотя бы знали, куда надо нажимать и что совсем необязательно прятаться под стол, испугавшись срабатывающего тостера.

На самом деле в Цитадели имелось аж две кухни. Одна большая, на которой работали слуги-повара, обеспечивающие наполненный народом замок вкуснейшими яствами. А еще была вторая — маленькая комнатка для особ княжеской крови, которые обладали привычкой просыпаться посреди ночи и устраивать себе внеплановый перекус из трех-четырех блюд. И, естественно, ни Габриэлю, ни Анабель не хотелось тащиться через всю Цитадель в огромное помещение, заставленное котлами. Поэтому они отдельно устроили себе небольшую уютную кухоньку со светло-бежевым гарнитуром, угловым столиком и большим холодильником, забитым разнообразными вкусностями.

Кипел чайник, сердито пофыркивая и искря магией (на которой, собственно, он и работал), тренькнула микроволновка, сообщая, что блинчики с шоколадом готовы к употреблению.

Габриэль с тоской наполнила большую тарелку овсяной кашей. Оной предстояло накормить Натаниэля. Что говорить, Светлая княгиня сама не терпела сие кушанье, а уж необходимость накормить непоседливого племянника казалась невыполнимой миссией, больше напоминающей подвиг.

Она посмотрела на хитрую мордашку Натана, перемазанную краденым шоколадом и, сильно на успех не рассчитывая, зачерпнула полную ложку каши.

— Ну же, золотце, кашу надо кушать, — протянула Габриэль с заметным сомнением, припоминая, как сама в детстве обожала кидаться кашей в брата.

— Фу! — сказал проницательный малыш и отвернулся в сторону вишневого пирога.

— Только после каши, — попыталась пойти на шантаж Габриэль, но это не сработало. Натаниэль скривил рожицу, и каша просто исчезла с тарелки. Судя по недовольному воплю, раздавшемуся под окном кухни, далеко кушанье не переместилось.

Светлая княгиня покачала головой: объяснять наследному княжичу, что магия не игрушка, было делом бесполезным и бесперспективным. Малыш колдовал так же легко, как дышал, и лишить его волшебных сил было равнозначно ослеплению. Только и оставалось подняться со стула и наполнить тарелку новой порцией горячей овсянки (предвидя проблемы, Габриэль попросила поваров наварить несколько кастрюль впрок).

И как только Анабель с Натаном справляется?

— Что, не ест? — в кухню ворвался рыжий вихрь по имени Лин.

За время, прошедшее с их кампании по умерщвлению Темного князя, вампирка успела превратиться из девочки-подростка в ослепительно прекрасную девушку. Ее яркая, живая красота даже Анабель иногда заставляла почувствовать себя серой и невыразительной. А уж Леллину приходилось и днем, и ночью охранять свое сокровище от всяких ценителей прекрасного с осиновыми кольями и серебряными ножами.

— Не ест. — Габриэль развела руками.

— Сейчас помогу. — Лин устроилась рядом на табурете и, отобрав у сестры Темного князя тарелку, принялась с большим удовольствием уплетать кашу, нахваливая вкус и мастерство повара.

— Э-э-э… — Габриэль и моргнуть не успела, как тарелка оказалась вылизана до блеска, а вампирка уже тянулась большим половником за следующей порцией. — Вообще-то я имела в виду помощь несколько другого рода.

— Подожди, — невнятно прочавкала Лин, доедая добавку.

И о чудо!

— Кася! — следивший за странной тетей малыш протянул руки к Лин.

Не веря своему счастью, Габриэль тут же поставила перед племянником другую тарелку, с умилением смотря, как Натаниэль завтракает.

— Лин, ты — прелесть!

— Я знаю, — согласилась довольная вампирка. — В клане помогала следить за малышами, так что обращайся в любое время. А я, собственно, зачем к тебе пришла-то? Проблемы на границе возникли, нужна помощь. Этим обычно Габриэль занимался, а когда он был недоступен — Элли. Теперь получается, все на твои плечи свалилось. Хелена одна не справится.

— Ты тогда за Натаниэлем присмотри, пожалуйста.

Габриэль сняла цветастый фартук, перемазанный остывшей кашей, распустила подвязанные в тугой узел волосы. Придирчиво изучила свое отражение в стекле навесного шкафчика. Выглядела Светлая княгиня печальной и очень уставшей — следить за непоседливым племянником оказалось ничуть не проще, чем держать на себе целый мир. Но в то же время это было настолько интересно, что Габриэль согласилась бы целый день перемещаться по землям, пытаясь усовестить распоясавшихся подданных Алира и братца.

— Что ж у нас вечно все не ладно-то? — Девушка поправила белоснежное платье из тонкого шелка, расшитое аквамариновым цветом по лифу и подолу. Выпуклые узоры переплетались нераскрывшимися бутонами диковинных цветов и резными листьями.

— А тут выбирать приходится: либо ладно, либо весело. Лично я голосую за второе.

Вампирка хитро улыбнулась и, взяв Натана на руки, отправилась в комнату наследника, дабы тот смог спокойно поиграть, пока тетя Габриэль пытается объяснить подданным своего непутевого братца, что кушать светлых рыцарей вредно не только для репутации Черных земель, но и для собственного здоровья.

Уж больно доспехи плохо перевариваются.

Спальный район встретил нас рядом ровных домов, тенью кленов и старушками, греющимися на лавочках в лучах вечернего солнца. Немного поездив по дворам и распугав наглых голубей, оккупировавших единственное подходящее место для парковки, мы выгрузились из машины.

Анабель с Алиром всю дорогу пилили меня за то, что я не устроил техническую революцию в нашем мире. Я ехидно предложил им самим заняться этим, бесспорно, достойным делом. Элли поддержал меня из багажника, но снова прикинулся ветошью, когда Таня напомнила ему про спор и свой выигрыш.

Сделав пару телодвижений, чтобы размяться после долгого сидения за рулем, я осмотрелся. Нужная арка приветствовала нас кисло-удушливым запахом разлитого пива. Самое место для «стра-а-ашного» убийства. Анабель недовольно скривила личико и сказала, что подождет нас в салоне. Все объяснения происходящего я попросил отложить до возвращения в Танину квартиру, так что взгляд моей дорогой жены не слезал с отметки «нежно-кровожадный».

— И что мы тут будем делать? — Таня сунула носик в арку и оглушительно чихнула.

— Вы ничего, а я сейчас посмотрю оставленные следы и попробую восстановить по остаточным эмоциям, что здесь произошло.

Я прошелся туда-сюда, рассматривая графические надписи неприличного содержания, «украшающие» арку.

Под насмешливым взглядом «помощницы» и выжидательными — Алира и Элли не отвлекаться получилось плохо. Таня пыталась комментировать каждое мое движение, бывший рыцарь то и дело дергал ангела, чтобы ему разъясняли те или иные моменты. Элли рассказывал про лифты, домофоны, машины с воодушевлением экскурсовода, который привел туристов в пещеру людоеда, умолчав, что хозяин сего гостеприимного помещения ждет их к обеду.

Помотав головой, чтобы отогнать яркую картинку пещеры, я закрыл глаза и на всякий случай отвернулся, чтобы не видеть этих недотеп. И без того еле смех сдерживаю.

Итак, что у нас тут? М-дя… сколько здесь уже народу пробежалось, будто стадо слонопотамов все затоптало. И маги хороши — на стенах арки были отчетливо видны следы сложных поисковых заклинаний, которые никак не могли соседствовать друг с другом, явно сбив господам все настройки. Тьфу, одна рука не знает, что делает вторая. Неудивительно, что они еще ничего не нарыли. Выпустив чуть-чуть силы, я принялся медленно прощупывать арку.

Да, вот тут его и нашли.

В сознании возник образ «жертвы» — высоченный, шкафоподобный мужик. Уже восемь лет как окончил академию, был на курсе лучшим. И такая у него была самовлюбленная, наглая рожа, что сочувствия я почему-то не испытал. Вот мужик попрощался с какой-то девушкой и после минутного раздумья решил срезать путь, повернув в арку…

Действительно, загадочного убийцу проще простого было спутать со мной. Но только творцам, которые воспринимают всех существ на уровне ауры, силы, души (или отсутствия выше упомянутого). Внешность объектов они зачастую не могут различить по самым простым признакам: цвет волос, одежда — это запоминается приблизительно. Во всяком случае, родственнички так и не удосужились получше сравнить тот отпечаток, что получили, с тем, что представлял собой я.

Наверное, на ментальном уровне мы были идентичны. Но внешность…

Убийца оказался ниже меня на полголовы и тоньше. Лицо определенно походило на мое, правда, выражение отталкивало — злое, хмурое, мне совершенно несвойственное. Даже находясь в плохом настроении, я предпочитал кривляться. Сами черты изящнее, движения плавные. Хм… здесь определенно что-то было не так. Присмотревшись лучше к сформированному образу, я еле-еле удержался от крепкого ругательства. Вот родственники учудили, веселого крестьянина им в постель! Парня от девчонки отличить не могут. А я еще пытался понять, что же за отличие такое в глаза бросается.

Досмотрел, как новоявленная сестрица преграждает дорогу громиле и обменивается с ним несколькими короткими фразами — судя по всему, нецензурными. Мужик сформировал в руке большой энергетический шар, но атаковать не успел — убийца даже не пошевелила пальцами, а тело выпускника уже лежало на асфальте, теряя последние признаки жизни.

Забавно.

Я вынырнул обратно в реальность и не сдержал довольной ухмылки: судьба решила подкинуть мне интересную головоломку. Это вам не светлых недотеп сопровождать, благословляя на убийство Темного князя, или эльфов-предателей в другой мир отправлять. Наконец-то достойный противник появился! Я довольно зажмурился и потер ладони, предвкушая развлечение.

— Мы ищем девушку, — повернулся к друзьям, которые немедленно замолкли и с ожиданием голодных акул, приметивших на берегу одинокого человека, собирающегося искупаться, уставились на меня: — Вот такую. — Я сформировал полученный образ.

— Так это же ты! — пораженно воскликнул Алир, обходя фантом по кругу. — Только когда младше становишься.

— Где это ты у меня грудь второго размера заметил? — ехидно уточнил я, на всякий случай проверяя: а вдруг выросла?

— И попа очень даже ничего, — согласилась Таня, также занимаясь разглядыванием своей потенциальной убийцы. — Габриэль, повернись-ка, сравнить надо. Элли, как тебе?

— Что именно? — Элли выглянул из ближайшей клумбы, в которой ангел с энтузиазмом изучал понравившиеся ему цветы, чтобы затем вырастить у себя в саду такие же. Оглядел меня и фантом и пожал плечами.

— Безнадежен, — констатировала девушка.

— Можно поворачиваться обратно? — со смешком уточнил я. — Или ты еще не налюбовалась?

— Ладно, поворачивайся, — разрешила Таня.

Я развеял образ очередного эксперимента Гэбриэла, решив навестить Майкла и показать изображение ему. Архангелу сверху все видно, пускай поищет новоявленную сестрицу. Можно подумать, что мне одной девицы мало? Хотя если вспомнить, какие мы с Габриэль «дуэли» в свое время устраивали… Весь мир ходуном ходил! Интересно, а эту так же зовут? Было бы здорово. Как раз для комплекта не хватает, чтобы окончательно всех запутать.

— И что нам теперь делать? — уточнил Алир, загружаясь в машину и уговаривая Элли оставить клумбу в покое.

Ангел смотрел на фиолетовые соцветия и грустил. Он уже себе полкустика вырыл, вывозившись в земле по самые ушки, и думал, что ни Таня, ни бывший рыцарь никак не одобрят, если он и их запачкает. А потом еще и милорд (в моем лице) за испорченный салон добавит для полноты ощущений.

Поэтому в обнимку с растением Элли полез в уже облюбованный им багажник.

— Пара дней у нас в запасе есть. Пошляемся по городу, — я подождал, пока все загрузятся в машину, и с помощью небольшого импульса узнал, где поблизости есть хорошее кафе. Оставалось только проложить маршрут через дворы. — Попробую отследить убийцу по следу. Волк волка всегда учует. С другой стороны, у нас есть замечательная наживка, и время можно потратить с большей пользой. Анабель, хочешь съездить в Париж? Здесь его считают самым романтичным городом…

Не успела Анабель повернуть ко мне заинтересованное личико, как раздался вопль возмущенной Тани, обиженной таким отношением до глубины своей рыжей души. Алир хрюкнул от смеха, посетовав, что лучше бы остался дома. Мол, я тут и сам неплохо справляюсь.

Хотя зная бывшего рыцаря, могу официально заявить: это он шутит. Алир ни за какие сокровища не променял бы новое приключение на скучные будни родного мира.

Посмотрев под ноги, Габриэль обнаружила, что переместилась не куда-нибудь, а в большую и грязную лужу. Отдыхающая рядом свинья наградила возмутительницу своего спокойствия недовольным взглядом и продолжила нежиться в жиже.

Подол восхитительного платья тут же поменял колер на коричневый. Вместе с этим открытием настроение Светлой княгини окончательно испортилось, и девушка выдала такую фразу, что замершие у края лужи рыцари чуть не попадали с боевых коней.

— Ваша светлость? — осторожно уточнил высокий мужчина, облаченный в блестящие доспехи. Кажется, в его голове никак не складывались воедино образ идеальной и прекрасной княгини и этой девицы, ругающейся, как заправский грузчик.

— Молите Свет, чтобы причина моего вызова оказалась действительно важной! — прошипела Габриэль, выбираясь из лужи. В туфельках с округлыми носами и небольшим каблучком что-то мерзко чавкало, платье отяжелело от налипшей грязи, а улыбка девушки больше напоминала оскал голодного зверя.

И рыцари действительно взмолились, что все следующие проблемы они согласны решать самостоятельно и вообще больше никогда не будут жаловаться на жизнь, лишь бы великий Свет уберег их от княгини…

Габриэль немного «полюбовалась» на низ платья, а потом, вздохнув и помянув добрым словом тетушку, которая так не вовремя напомнила братцу про долг, принялась чистить его магией. Рыцари внимательно следили за этим действом, надеясь, что, как только наряд княгини обретет былой вид, настроение девушки улучшится.

Как же они ошибались…

— Ну? — как только Габриэль закончила колдовать, все-таки обратила внимание на всадников. И даже задумалась, стоит ли им напомнить, что это совершенно неприлично — десятку взрослых мужиков сидеть в присутствии хрупкой девушки (своей княгини, между прочим).

Проанализировав характерный прищур Габриэль, рыцари сами поняли свою оплошность и поспешили исправиться, спустившись с коней. Однако и после этого взгляд девушки не потеплел ни на градус. Она по кругу обошла лужу, с интересом оглядываясь по сторонам, чтобы понять, куда же ее вызвали. Как бы ей ни хотелось позлиться на подданных за пустяковые проблемы, которые они спешили свалить на княгиню, Габриэль понимала: просто так за помощью обращаться бы не осмелились.

Итак, вокруг была деревня… точнее то, что через несколько лет, а то и десятилетий должно было ею стать. Сейчас вся граница между Черными землями и Арской империей превратилась в одну большую стройку: люди спешили на халяву урвать кусок плодородной земли, пока это не сделал ушлый сосед. Так что Габриэль находилась на небольшой улице, пока обозначенной всего двадцатью новыми, сверкающими чистыми срезами древесины домами. Несколько срубов ютились в стороне, представляя собой пока не сложившуюся вторую улицу.

В общем, по первому впечатлению княгини, деревня ничем не отличалась от десятка таких же новых селений, уже увиденных Габриэль за этот год.

Что же здесь могло произойти?

Немного потоптавшись на месте, княгиня наконец повернулась обратно к рыцарям. Надо сказать, что теперь, когда первый осмотр никаких очевидных проблем не выявил, девушка не на шутку заинтересовалась происходящим. Обычно то, ради чего ее вызывали, лежало на поверхности и пробуждало лишь раздражение, что люди сами не видели очевидного выхода из ситуации.

Потому, натянув милую улыбку, Габриэль звонко спросила:

— Так что у вас случилось?

Рыцарь помялся.

— Если вам так будем удобнее, начните издалека, — предложила девушка, вспомнив, что у подданных есть небольшая проблема: не умеют они изъясняться строго по теме, без лирических отступлений и долгого: «Ну-у… это… значит. Вот!».

— Вампиры тут завелись, — тут же обрадованно оповестил княгиню рыцарь.

— Вампиры — коренные жители той стороны, и их поселение, которое, по моим расчетам, находится в нескольких лигах от вашей стройки, появилось намного раньше, — заученно протянула Габриэль и тоскливо вздохнула: претензии к соседям — это слишком просто. — Что-то еще?

Мужчина замолчал, хмуря кустистые брови и гримасами пытаясь показать степень недовольства, что Светлая княгиня заступилась за каких-то темных кровопийц.

— А у нас люди пропадают, — сказал он небрежным тоном, будто нарочно для контраста. И снисходительно посмотрел на хрупкую княгиню сверху вниз, как на несмышленого ребенка (а вовсе не божество), который был не в состоянии связать воедино пропажу людей и соседство вампиров и с трех попыток указать виновную сторону, быстро разрешив проблему.

— Давно? — теперь уже нахмурилась девушка, смешно сведя четко очерченные бровки у переносицы и прищурившись. На самом деле Габриэль хотелось казаться строже. И этот прищур она пыталась скопировать у Анабель, которой такой взгляд добавлял серьезности и возраста.

— Недели две назад началось, — в разговор вступил другой рыцарь, видимо, не такой ярый противник вампиров. Он был моложе и как-то светлее своего командира. И чуть-чуть напоминал Элли — наверное, по-детски синими глазами и чистым юношеским лицом, обрамленным каштановыми кудрями. Теплое воспоминание об ангеле заставило княгиню невольно улыбнуться. Но почти мгновенно девушка спохватилась и вновь сконцентрировалась на проблеме. Исчезновение людей было намного серьезнее всего того, с чем раньше приходилось ей разбираться.

— Сколько пропало и кто?

Сосредоточившись, она попыталась ощутить мир, как ей когда-то давным-давно показал брат в хорошем расположении духа. Но из того, что она смогла разобрать, выходило, что строящаяся деревенька — самое спокойное место на свете. Ни следов ссор, боли, горя или тоски. Впрочем, ничего хорошего она тоже не ощутила — фон на этом месте был ровным-ровным, словно тут жили не люди, а мастерски сделанные куклы.

Про себя огорчившись, Габриэль рассудила, что даже с привязкой брата к этому миру она никогда не сможет почувствовать его так же, как Темный князь. А значит, придется действовать по старинке.

— Человек десять примерно, — подумав, ответил молодой рыцарь.

Девушка фыркнула.

— Примерно — это десять с половиной или девять с одной третью? — уточнила она. — Это если несколько десятков, можно сказать: примерно шестьдесят. А посчитать десять или пятнадцать совсем несложно. Как мне кажется, во всяком случае, — добавила княгиня и насмешливо улыбнулась смутившемуся мужчине.

— Мы сами только вчера приехали, — вступился за подчиненного старший рыцарь.

На светлую ехидну княжеского рода он поглядывал с уже нескрываемым неодобрением, но чужое мнение Габриэль не заботило нисколько. Если ее не провоцировать, она милая и домашняя девочка, но, если сами подставились, грешно не укусить побольнее.

— Еще не успели как следует всех опросить, сразу вас позвали, когда поняли, что самим не справиться.

Подождав, не последует ли и за этим объяснением колкости, он продолжил:

— Сначала пропали трое ребятишек — в лес гулять ушли. Но их быстро хватились, часа через два искать пошли, а уже следов никаких не было. Потом исчезли четверо мужчин из тех, которые детей и искали. Они группами лес прочесывали. Когда остальные под утро собрались у опушки, выяснилось, что из чащи не все выбрались. А потом и вовсе, по словам людей, чушь началась: якобы в нескольких домах девушки посреди ночи встали с кроватей и во сне пошли в лес. К одной из них ухажер пробрался — сюрприз сделать хотел — и увидел, как она в ночной рубахе за околицу выходит. Но догнать не успел, говорит, только за деревья ступила и будто растворилась.

Рыцарь замолчал, тяжело дыша, словно не говорил, а все это время бегал вокруг деревни. Остальные рыцари, до того молчавшие, тихо зашептались, что слышали, будто девушка и вовсе в дерево шагнула. Выглядели безусые парни испуганными.

Габриэль мрачно наблюдала за тем, как быстро сменяются эмоции на лицах ее подданных. Хотелось сказать что-нибудь вроде: «Сейчас разберемся!» — и пинками выбить из парней страх. Но обнадеживать, не разобравшись в ситуации, она не любила. С другой стороны, хотелось начать размышлять вслух, как это предпочитал делать брат, считая, что так логические конструкции получаются проще. Но вот взаимосвязи, выстраиваемые в ее уме, рыцарей могли не обрадовать.

— Думается мне, чтобы что-то говорить, надо для начала к вампирам наведаться, — кивнула она, соглашаясь со своими же мыслями. — Подвезете?

— Именно! — обрадовался старший рыцарь. — Конечно, подвезем! Сразу сказал: кровопийцы во всем виноваты!

А вот молодой рыцарь, так похожий на Элли, печально опустил голову.

— Нет-нет-нет, — поспешила остудить «любителя» вампиров княгиня. — Боюсь, если то, о чем я подумала, правда, ваши соседи также могут оказаться пострадавшей стороной. И вот это уже плохо…