Глава 8.

Мельник Жан и Иоланда сидели на лавочке возле своего домика, когда Харкорт спустился к ним по тропе. Иоланда играла с котенком, а мельник сучил веревку. При виде Харкорта оба поднялись и стоя ждали, пока он подъедет. Он спешился, привязал коня к дереву и подошел к ним.

— Добро пожаловать, мой господин,— сказал мельник, коснувшись рукой лба.— Как чувствует себя сегодня твой дядюшка?

— Прекрасно. Он ничуть не изменился. Жан, я приехал, чтобы попросить тебя об одной услуге.

— Буду рад оказать тебе любую услугу.

— Только это между нами,— сказал Харкорт.— Все должно остаться в тайне.

— Мой господин,— ответил мельник,— ты можешь доверить мне даже свою жизнь.

— Очень может быть, что речь идет именно об этом. Стоит тебе сказать хоть слово... Иоланда, к тебе это тоже относится.

— Это относится ко всем нам,— сказал Жан.— Ко мне, к Иоланде и к моей жене. Можешь на нас положиться.

— Хорошо,— сказал Харкорт.— Да, наверное, на вас можно положиться.

— Что я могу для тебя сделать, мой господин?

— Я собираюсь на Брошенные Земли. Я и еще двое. Никто не должен знать, что мы туда отправились. Мы не можем ехать по мосту. Кто-нибудь нас увидит, и это станет известно.

— Я могу перевезти вас через реку на лодке и высадить ниже моста,— предложил Жан.— После того как стемнеет. В самое глухое ночное время. Я знаю реку, и мне...

— Об этом я и хотел тебя просить,— сказал Харкорт.— И чтобы ты никому об этом не говорил. Ты должен вернуться задолго до рассвета, чтобы никто тебя не видел.

— Если вы собрались на Брошенные Земли, я иду с вами,— заявила Иоланда.

Харкорт повернулся к ней:

— Нет, ни в коем случае.

— Что ты, Иоланда! — сказал Жан.

Капюшон плаща у Иоланды был откинут, и льняные волосы рассыпались по плечам.

— Это моя лодка,— сказала она упрямо.— Жан мне ее подарил. Я ездила на ней больше, чем он. Он почти никогда ей не пользуется, поэтому и подарил мне. И потом, я ведь была на Брошенных Землях. Я их знаю. Вам нужен кто-нибудь, кто бы их знал.

— Я слышал, что ты бываешь на Брошенных Землях,— сказал Харкорт.— По крайней мере, про тебя ходят такие слухи. Только я никак не мог понять — зачем. И не верил. Жан, зачем ты ее туда отпускаешь?

— Мой господин,— ответил Жан,— я ничего не могу поделать. Ее ведь не остановишь. Мы об этом с ней говорили. Она ничего не хочет нам объяснять, никогда ничего не рассказывает. Мы боялись, что потеряем ее, если станем настаивать на своем. И в то же время мы боялись, что пойдут всякие слухи.

— Этот слух был очень смутный,— успокоил его Харкорт.— Мне его сообщили под строгим секретом. Мало кто об этом слышал.

Он повернулся к Иоланде и сказал:

— Ты же знаешь, я мог бы просто взять лодку. Не спрашивая ни у кого разрешения.

— Да, мог бы,— ответила она невозмутимо.— Но тогда ты не мог бы положиться на то, что мы будем хранить молчание.

У Жана побелело лицо, он сделал шаг к ней и замахнулся.

— Стой! — резко остановил его Харкорт,— Пожалуйста, не надо! Почему ты хочешь идти с нами? — спросил он Иоланду.

— Наша семья,— отвечала она,— живет здесь почти столько же времени, сколько и род Харкортов. Наши мужчины много столетий принимали участие в ваших войнах, сражались плечом к плечу с вами, помогали защищать эту землю. Теперь настала моя очередь.

А чем ты могла бы нам помочь, если бы мы тебя взяли?

— Я могла бы ходить в разведку. Я знаю, что может нам грозить там. Я хорошо умею обращаться с луком и могу приносить вам дичь. Я могу собирать фрукты и другую еду. Я не буду вам помехой.

— Ну и нахалка! — возмутился Жан.— Надо же, какое нахальство! Мой господин, я не могу выразить, как я...

— Не извиняйся,— прервал его Харкорт,— Что ты об этом думаешь?

— О чем, мой господин?

— О том, чтобы ей пойти с нами?

Жан постарался взять себя в руки и сказал:

— Все, что она говорит, правда. Она все это может. Она может разведывать дорогу. Она видит такое, чего никто не замечает. Я не считаю, что ей надо идти с вами. Если она пойдет, я буду за нее переживать. Не знаю, что это ей взбрело в голову. Но вам бы мог быть от нее кое-какой толк. Она стоит любого мужчины. А если вам нужен еще кто-нибудь...

— Больше никто нам не нужен,— сказал Харкорт,— Нас должно быть немного. Мы должны передвигаться быстро и скрытно.

— Я, конечно, хромой и быстро двигаться не могу. Но с правой рукой у меня все в порядке, и я могу натянуть лук не хуже любого другого.

— Нет, спасибо, приятель,— сказал Харкорт.— Очень может быть, что мы оттуда не вернемся. Ты это, конечно, понимаешь? — повернулся он к Иоланде.— Ты подвергнешь себя большой опасности.

— Понимаю, мой господин,— спокойно ответила она.

Харкорт пристально посмотрел на нее.

— Мне это не нравится,— сказал он.

«И все же,— подумал он,— она может быть нам полезна. Она знает местность и выглядит довольно крепкой. Может случиться так, что мы окажемся на волосок от поражения, и именно она решит дело в нашу пользу. Видит Бог, нас слишком мало. Еще один человек может оказаться кстати, А хуже всего, что времени на размышления у нас нет».

Он еще раз взглянул на нее и решился.

— Будь готова,— сказал он.— Отправляемся сразу, как только стемнеет. Жан, грести будешь ты?

— Грести буду я,— ответил Жан.